Дмитрий Шатров
Случайное изобретение

***

На столе лежал пистолет.

Обычный «Макаров». Компактная машинка для убийства. Чернёный металл источал едва уловимый запах. Не пороха – смазки. Магазин полон, все восемь смертей на месте. Впрочем, сегодня хватит и одной.

Игорь Петрович с отвращением посмотрел на оружие, нерешительно протянул к нему руку и тут же отдёрнул. Нет, так нельзя… не могу… не хочу…

Но ситуация выбора не оставляла.

Ответственность давила на сердце бетонной плитой. Сил терпеть больше не было, а на искупление времени не оставалось. Он не Нобель, чтобы откупиться деньгами, не Сахаров для общественной деятельности, но умыть руки, как Артур Галстон, ему не позволяла совесть.

Учёный в ответе за своё детище, в этом Игорь Петрович был точно уверен.

Он не зазнавался, сравнивая себя с корифеями. То, что изобретено в этих стенах, тоже обрушит мир. Встанет в один ряд с динамитом, ядерной бомбой и Agent Orange. Благие намерения… и дорога в ад. К уничтожению остатков цивилизации.

И самое ужасное – он причастен! Как руководитель, как инженер… как гражданин, наконец!

Завтра будет поздно, решаться надо сейчас.

Он схватил пистолет, судорожно передёрнул затвор и спрятал оружие в карман.

***

За окном шёл дождь и рота зомбей.

Игорь Петрович отвернулся от окна. Поговорить было не с кем.

Он печально вздохнул, достал из правого кармана помятую пачку «Примы», вытянул сигарету, задумчиво прикурил от простой спички. Затянулся, выдохнул дым на стекло и нарисовал на запотевшем пятне грустный смайлик. Тоска смертная…

А за окном шёл дождь и рота зомбей.

Скажете, не бывает?

Да, не бывает. Они строем не ходят. И на роту тут не наберётся, максимум – взвод.

В дверь постучали.

– Можно?

В кабинет ввалился Костя Аверин – инженер из отдела медицинских разработок.

Игорь Петрович поморщился и с раздражением вмял бычок в пепельницу. Вот зачем спрашивать, если не ждёшь разрешения?

Аверина он не любил. Не потому, что тот считал его ретроградом и старым занудой, а на уровне интуитивного восприятия. У инженера должен быть дисциплинированный ум и холодный рассудок, а этот… Идеями сыплет во все стороны, глаза пылают фанатичным огнём, и сам на зомби похож: бледный, худой, нечёсаные патлы свисают на лоб. Да, умный, да, грамотный, да, идеи не все завиральные, но рядом с ним становилось не по себе. До того, что спиной повернуться страшно. Игорь Петрович его бы уволил давно, но времена нынче не те, чтобы вот так живыми людьми разбрасываться.

– Только давай быстрее, у меня дел полно.

Игорь Петрович вернулся к столу и принялся перекладывать бумаги, имитируя крайнюю занятость.

Аверин проигнорировал сказанное, его отродясь не волновали чужие проблемы. И правила приличия тоже. Волновали его только идеи. И только свои.

– Я прибор изобрёл, – Костя расселся на краю стола. – Вот, принёс.

Игорь Петрович оторвался от документов и посмотрел на Аверина. Тот держал в руках нечто, смахивающее на игрушку. Футуристический бластер из антуража «Звёздных войн» и «Стартрека». Пистолетная рукоять, широкий ложемент и толстая труба сверху. Сбоку болтался виток небрежно скрученных проводов.

 Чёрт-те что, и сбоку бантик. Не похоже на серьёзную научную разработку. От слова совсем.

– Что за очумелые ручки? – скривился хозяин кабинета.

– Лучше продемонстрировать, – гость остался невозмутим.

Он решительно подошёл к окну и открыл его настежь. Ветер колыхнул жалюзи, сыпанул ледяными брызгами, сдул со стола документы, но Игорь Петрович на это не обратил внимания, ждал окончания спектакля.

– Во-о-он, видите? – инженер показал на случайного мертвяка.

– Вижу, конечно, не слепой.

Костя пронзительно свистнул.

Игорь Петрович вздрогнул от неожиданности, а зомби заозирался в поисках источника звука. Быстро определился и неуклюже заковылял к зданию. Аверин демонстративно направил на него раструб прибора, нажал кнопку спуска… и ничего не произошло.

– Не работает? – язвительно ухмыльнулся Игорь Петрович.

Костя вернул ухмылку и показал глазами вниз.

Бодрый до этого зомби застыл в нелепой позе с поднятой для следующего шага ногой. Секунд через десять отмер и потихонечку побрёл вдоль дома, начисто позабыв о людях на третьем этаже.

– Я назвал прибор УЗДА-1, – самодовольно сообщил Костя, закрывая окно.

– Это аббревиатура? Расшифруй.

– Ультразвуковой зомбидезориентатор Аверина.

– Амбициозно. Будет ещё и второй?

– Очень на это рассчитываю.

Игорь Петрович выразительно почесал в затылке. Как бы он ни относился к молодому инженеру, демонстрация его впечатлила. Прибор действительно актуален. Военные наверняка оценят, да и гражданским ой как пригодится. Возможно, и жизнь кому-то спасёт… Возможно, не одну.

В другое время он бы из принципа навставлял этому эдисону палок в колёса, но не сейчас. Сейчас нужно шире думать. Глобальнее.

– Хорошо, – кивнул Игорь Петрович. – Через два дня прилетает генеральный, вот и покажем. Иди, готовь презентацию.

Костя высокомерно хмыкнул, словно другого не ждал, и не попрощавшись вышел.

Игорь Петрович посмотрел ему вслед, сокрушённо покачивая головой. Неприятный тип всё-таки.

Ну да бог с ним, лишь бы польза была.

***

Игорь Петрович заваривал первый утренний чай. Бросил в кружку пакетик, залил кипятком, с наслаждением вдохнул аромат бергамота. От привычек сложно избавиться, хоть жизнь и перевернулась с ног на голову.

Уже два месяца, как он здесь…

Когда первая волна Кошмара схлынула, его разыскал генеральный. И предложил должность исполнительного директора. Не то чтобы Игорь Петрович был лучшим, просто больше никого не нашлось. Кто-то превратился в зомби, кто-то пропал без вести, кто-то выбрал семью. Он оказался единственным, кому ни терять, ни хотеть больше нечего. Руководить – не его, но он согласился. Хотя… как не его? Он всегда таким был. Ответственным, честным… исполнительным.

Самый стремительный взлёт за всю карьеру: от стола инженера проектного отдела в кресло управляющего. Кстати, Кошмар многим помог так взлететь. Сам генеральный теперь входил в правительство области. Заместителем губернатора по промышленности… по возрождению промышленности, если точнее.

 В здание на Коли Томчака новоиспечённого директора доставили на вертолёте. Он ещё удивился тогда: почему не на Гагарина – там и цеха производственные, и склады. Но на Гагарина вскрылись серьёзные проблемы с безопасностью, и логистика была хуже. Проще оказалось этот объект приспособить, чем там всё наладить. Вот и приспособили. Для работы, и для проживания…

Ожившая рация вернула к реальности.

– «Заслон-два», ответь первому.

«Заслон-два» – это его позывной, первый, соответственно, генерального. Игорь Петрович снял с базы чёрную коробку «Моторолы», отжал тангенту:

– Слушаю.

– Готовы принять?

– Как обычно.

– Вылетаю.

Из Кронштадта лететь минут десять-пятнадцать, нужно пошевеливаться – генеральный заминок не терпит. Игорь Петрович с сожалением посмотрел на исходящую ароматным паром кружку и стал собираться.

Оделся для улицы, нацепил поясную кобуру. Пистолет по нынешним временам обязателен, хотя Игорь Петрович не сильно понимал, чем тот поможет. Для него, человека сугубо гражданского, эта железяка – лишняя тяжесть. Но – инструкция, ничего не поделаешь.

Игорь Петрович поправил куртку, сунул рацию в нагрудный карман и вышел из кабинета.

В коридоре стояло амбре общественного сортира. Игорь Петрович скривился от досады. Позорище. Научно-технический центр, передовые технологии, вокруг сплошь дипломированные инженеры, а простую задачу решить не можем. Вот пусковые для боевых вертолётов – это запросто, а запустить канализацию – фигвам.

Раньше даже не задумывался, а как центральное водоснабжение отключили, целая проблема нарисовалась: ни посрать, ни помыться. И как с ней справиться, он не представлял. На улицу ходить? Так это парами надо: пока один гадит, второй от зомбей отмахивается. Да и площадей надолго не хватит, засрём всё через месяц. Вырыть яму, поставить контейнер? Так бетон и асфальт, его вручную не покопаешь, пробовали. И контейнеры все наперечёт. Пока всё, что придумали – организовали сборник дождевой воды, и дверь проклеили поролоном. Но воды не хватало, а вонь в коридоры всё равно просачивалась.

За туалетными мыслями инженер не заметил, как добрался до выхода на чердак. Под ногами загудели ступени металлической лестницы. Игорь Петрович вышел на крышу и полной грудью вдохнул сырую осеннюю свежесть.

– Господи, как хорошо!..

Вдали послышался характерный стрёкот, приблизился, перешёл в грохот – и транспортный «Ми-8» завис прямо над зданием. Сдвинулась дверь, сбросили верёвочную лестницу, вниз полез человек в камуфляже.

Игорь Петрович забеспокоился. Ждал начальство, а прилетели военные. Значит, что-то случилось. И скорее всего, нехорошее. Не то чтобы он испугался, но жизнь худо-бедно устаканилась, и менять ничего не хотелось. Но могли бы и предупредить, для приличия.

«Офицер» добрался до нижних перекладин, шагнул на крышу, обернулся… Инженер выдохнул с облегчением – увидел знакомое лицо. Вертолёт набрал высоту и отвалил. Гость с улыбкой протянул руку:

– Петрович, привет.

– Здравствуйте, Анатолий Сергеевич. Я вас и не узнал сразу, привык, что в костюме, – ответил на рукопожатие Игорь Петрович.

– Не до костюмов сейчас, – мгновенно посуровел генеральный. – Область со вчерашнего дня на военном положении. Пойдём, переговорим по-быстрому, да я полечу. У меня ещё три объекта на сегодня запланировано.

У кабинета их уже поджидал Костя с ворохом документов в руках. И, как обычно, не поздоровался. Генеральный не обратил на это внимания, лишь уточнил:

– Он?

– Он, – подтвердил Игорь Петрович.

– Ну, показывай, Кулибин, чего напридумывал, – Анатолий Сергеевич подтолкнул изобретателя к двери.

Второго приглашения не потребовалось. Костя зашёл в кабинет и принялся раскладывать на столе бумаги. Но генеральный первым делом взял в руки опытный образец. Покрутил и требовательно посмотрел на Аверина:

– Коротко. Своими словами. Что, как и для чего.

Тот откашлялся и приступил к докладу:

– Прибор УЗДА предназначен для временной дезориентации зомби. В тубе смонтирован ультразвуковой излучатель, она же выполняет роль направляющей. Ложемент для удобства использования снабжён пистолетной рукоятью. Возможны другие варианты, переделать несложно. Питание – двенадцать вольт. Здесь батарейки, но лучше применять сменные аккумуляторы, чтобы хватало заряда на подольше, и перезаряжать проще. Область применения – личная безопасность, зачистка жилых кварталов и промышленных территорий. Думаю, эффективность мероприятий возрастёт на порядок.

– Толково, – кивнул генеральный. – Испытаем?

Вместо ответа Костя открыл окно и сделал приглашающий жест.

В мишенях недостатка не было: на шум вертолёта к зданию отовсюду стекались зомби. Аккурат под окном собралась приличная толпа. Анатолий Сергеевич перевесился через подоконник, прицелился и нажал кнопку спуска.

В нескончаемом шевелении неживых тел появился островок неподвижности.

Генеральный «выстрелил» ещё раз – образовался второй.

На третью попытку цель не отреагировала. Анатолий Сергеевич выпрямился и бросил на Костю вопросительный взгляд.

– Батарейки, наверное, сели, – пожал тот плечами. – Опытный образец… Заменить – и порядок.

– Уверен?

Костя утомлённо закатил глаза, всем телом показывая, что уверен, и ещё как. Генерального слегка покоробили его манеры, но ответ в целом устроил. С небольшими поправками.

– Проблему с питанием надо решить, это раз, – принялся загибать пальцы Анатолий Сергеевич. – Добавить индикатор разряда батарей, хотя бы диодный – это два. Разработать подствольную модификацию для «калашникова», это три. И четвёртое: ТТХ хорошо бы составить. Запас мощности, дальность и сектор поражения, рабочая частота и тому подобное. Инструкция тоже не помешает.

– Так всё же есть, – Костя фыркнул от возмущения, кинулся к столу и зашелестел бумагами. – Вот принципиальная схема, вот характеристики, вот описание. В черновике, правда…

– Дай-ка, – прервал его генеральный и бегло просмотрел документы. – Хорошо, принимается. А насчёт массового поражения не думал? Чтобы не по одному обездвиживать, а всю толпу разом.

На лице у Аверина появилось выражение оскорблённой невинности.

– Конечно же, думал! Но вы сами знаете, как у нас со снабжением. Для тестового образца я использовал комплектующие к «СмартСкану», а они маломощные. Будет из чего, я вам хоть корабельную установку соберу. Кстати, уже прикинул конфигурацию. Хочу взять за основу БРЛС «Резец», заодно проверю чувствительность мертвяков к радиочастоте, – в глазах изобретателя появился лихорадочный блеск. – Но мне не хватает входящих данных. Нужны полевые испытания, подопытный материал…

– Убедил. Будет тебе снабжение. Готовь полный перечень. Петрович, закажешь по обычным каналам, – распорядился Анатолий Сергеевич и снова посмотрел на Аверина. – А с тебя пробная партия. Скажем, недели через две. Если уложишься, подумаем о полевых испытаниях.

– Легко, – фыркнул тот без тени раздумий.

– Хорошо, – улыбнулся генеральный, но улыбка сразу же стала грустной. – Эх, всё бы так просто решалось…

– Неприятности? – участливо откликнулся Игорь Петрович.

– Да как тебе сказать, Петрович… Они не заканчивались, – простой вопрос задел генерального за живое. – Работаю на разрыв. Дел полно, а рук не хватает. Производства стоят, хозяйства парализованы, инфраструктуру надо восстанавливать… Где людей брать? Эх…

Анатолий Сергеевич сокрушённо покачал головой.

– Я могу решить проблему с неквалифицированной рабочей силой, – буднично проговорил Аверин, потом поправился. – Вернее, знаю, как решить.

– Ну-ка, ну-ка, – удивлённо уставился на него генеральный.

Игорь Петрович тоже прислушался.

– Я сейчас, – Костя выбежал за дверь, а когда вернулся, положил перед собеседниками блестящую металлическую коробочку. – Это нейростимулятор. Моя разработка для лечения болезни Паркинсона. Я предполагаю, что с его помощью можно воздействовать на двигательную активность зомби. А если добавить модуль связи, то и управлять дистанционно. Вплоть до полного контроля, в том числе удалённого, и программируемых действий. Идея, конечно, очень сырая, но у меня есть намётки.

– И как ты собираешься осуществлять удалённый контроль? – спросил генеральный.

– Да хоть через сотовую сеть!

– Серьёзное заявление, – протянул Анатолий Сергеевич после минутной паузы.

– Долго, дорого и трудозатратно, – с ходу раскритиковал идею Аверина Игорь Петрович. – И опасно к тому же. Зомби проще и дешевле из пулемётов отстреливать, чем ловить по одному и стимуляторами обвешивать.

– Погоди, Петрович… – остановил его генеральный и забарабанил пальцами по столешнице. – Дело не в дороговизне. Дело в контроле…

Он не договорил, но было видно, что крепко задумался.

– Да не буду я годить! Такие вещи годами проверяют! На полигонах, под защитой, все дела! А если прибор сломается? Если сеть сбойнёт, не дай бог? Или контрольный центр не к тому в руки попадёт – ты представляешь последствия?! – от волнения Игорь Петрович перешёл с руководством на «ты».

– Петрович, да погоди ты! Идея-то богатая, как ни крути. А для нас сейчас любые средства хороши! – в голосе генерального прорезались начальственные нотки. – Наше дело – предложить, а как будут использовать, пусть руководство думает! Там есть кому решать! И хватит об этом!

Игорь Петрович замолчал, но остался при своём. Да и чего сейчас-то спорить? Может, и не выйдет ничего.

– «Заслон-один», выпадаем из графика. Вы ещё долго? – захрипела рация на плече Анатолия Сергеевича.

– Две минуты, – ответил генеральный и встал из-за стола. – Значит, так. По твоей «узде» всё в силе, насчёт остального сообщу отдельно. Мне надо подумать и кое с кем посоветоваться. Проводишь, Петрович?

Они вышли из кабинета. Костя отправился к себе, руководство – к лестнице на крышу.

– Дерзкий юнец, – кивнул вслед Аверину Игорь Петрович.

– Зато головастый, – усмехнулся генеральный. – Посмотрим, как дальше себя покажет.

***

Неизвестно, на какие рычаги надавил Анатолий Сергеевич, но через два дня они стояли на крыше и ждали грузовой вертолёт.

– Как тебе эта идея в голову пришла? – спросил Игорь Петрович, чтобы заполнить неловкую паузу.

– Случайно, – пожал плечами Аверин. – Со сканером ковырялся, ну и «стрельнул» в проходящего зомби. Из чистого баловства. И заметил, как тот среагировал… ну и вот. А насчёт нейростимулятора… Не знаю. Догадался, наверное. Само как-то пришло.

– Баловство, значит… случайность… – пробормотал Игорь Петрович.

Ему на ум пришло сразу несколько таких «случайных» догадок, впоследствии унёсших тысячи жизней. И начиналось там приблизительно так же. Контроль, польза для общества, всеобщее благо…

От размышлений отвлёк шум винтов, а после не до того стало – навалились дела.

Размеренная неторопливая жизнь кончилась. Если раньше предприятие напоминало пруд в безветрие, то сейчас в этот пруд словно бочку карбида высыпали. Закипело всё, забурлило.

Текущие проекты остановили, персонал переключили на воплощение идей молодого инженера. Сразу появились материалы, дополнительное оборудование – вертолёты прилетали чуть ли не через день.

Игорь Петрович под шумок вытребовал десятикубовый септик для решения туалетной проблемы. И с техникой договорился, и с охраной. Думал, что пошлют куда подальше, но нет. Прокатило. И даже водоснабжение пообещали наладить.

Костя заперся у себя в кабинете и через три дня выдал десять пластиковых тубусов с маркировкой «УЗДА-2», в подствольной версии.

Вторая модификация получила индикатор, мигающий красным при низком заряде, и питание от портативных аккумуляторов. Переделка добавила эффективной дальности и мощности. Устройство крепилось через планку Пикатини, спуск выводился на цевьё под левую руку. Правда, добавляла вторая «УЗДА» почти полкило, но это мелочи. Армейцы – мужики тренированные, для них и полпуда не критично.

Игорь Петрович доложился о первых успехах, и Аверин приступил к моделированию третьей версии, для массового поражения. А вскоре сверху дали добро на разработку по контролю зомби.

Первое время директора цепляла обида: их работа не менее важная – на мобильные дата-центры очередь на полгода вперёд – а вот поди ж ты, появился молодой выскочка, и ему всё внимание. Но потом отпустило. Всё-таки устройства получились очень полезные, как ни крути. И все при деле, каждый вносит посильную лепту.

Две недели пролетели незаметно, пришла пора испытаний.

Момент истины.

***

Лопасти оглушительно рубили воздух, шквальные порывы сбивали дыхание. Глаза слезились, Игорь Петрович прикрыл лицо рукавом. Десантно-штурмовой Ми-8 привычно завис над крышей. Сдвинулась дверь. Вниз заструились верёвки, по ним заскользили бойцы. Один, второй, третий…

Десяток.

Игорь Петрович рассмотрел шеврон у одного на плече и потерял дар речи. ДШБ морской пехоты, отряд «Беркут». Один на всю область. Этих парней присылают для выполнения важных и сложных заданий. Особо важных и сложных.

– Р-р-работаем! – рявкнул командир ещё в воздухе, на миг перекрыв шум винтов.

По жестяной кровле загромыхали тяжёлые берцы. Бойцы рассредоточились вдоль карниза. Захлопали частые одиночные – внизу начали падать зомби. Десять минут, и всё стихло.

Командир взялся за рацию:

– «Гнездо» – «Рыку». Территория под контролем, жду колонну, – выплюнул он доклад и обернулся к своим. – Сыч, Куба – наблюдение. Остальные со мной.

Игорь Петрович опешил настолько, что не заметил, как улетел вертолёт. К такой стремительности он не привык. Нет, понятно, что парни не промах, но чтобы вот так, с налёту… Территория, блин, под контролем… Всегда бы так.

Пока он восстанавливал душевное равновесие, подошёл громогласный офицер.

– Майор-р-Рыков, командир-р спецопер-р-рации! – представился он. – Кто тут у вас стар-р-рший?

От раскатистого «Р» зазвенело в ушах. Инженер отшатнулся и уставился на двухметрового детину. Снизу вверх. За спиной майора возвышались другие бойцы. Такие же двухметровые.

– Я с-старший. Иг-горь П-петрович… исполнительный директор, – он наконец унял икоту и протянул для приветствия руку. – Ой-ё!

Хрустнули инженерские пальцы – рукопожатие у Рыкова оказалось костедробительным.

– Пардон, – немного смутился майор.

– Нет-нет, ничего страшного, – Игорь Петрович с трудом разлепил пальцы.

– Час у нас есть, обсудим детали, – Рыков посмотрел на циферблат и повернулся к лестнице. – Показывайте, куда идти.

Едва спустились в коридор, кто-то из бойцов цветисто выматерился и выдал:

– Как в хлеву, япона матерь… Вы чего так запустились, профессор?

– Да вот, как-то… – не нашёлся с ответом тот и закруглил неприятную тему, – не обращайте внимания, тут недалеко осталось.

Отряд расположился в директорском кабинете, и там мгновенно стало тесно. Пространство заполнилось движением, лязгом оружия и духом казармы. Командир только начал раскладывать на столе карту, как появился изобретатель с охапкой своих изобретений.

– Аверин? – смерил его взглядом майор.

Инженер остановился на пороге и неуверенно кивнул. Военных он не особенно жаловал. Впрочем, чувство это, как правило, было взаимным. Рыков многозначительно хмыкнул и кивнул двум сержантам:

– Трофим, Гера – этот на вас. В поле от него ни на шаг. Головой отвечаете.

– Не сомневайся, командир, убережём головастика, – добродушно пробасил Трофим, неприлично огромный даже для морпеха.

Второй молча кивнул, обозначив, что понял приказ. Костя только собирался обидеться, как его опять сбили с мысли.

– Давай объясняй, за какой мы здесь радостью? – Рыков развернулся к изобретателю. – В деталях объясняй.

– Будем вот это испытывать, – Аверин забыл про обиду и высыпал приборы на стол. – Устройство УЗДА в модификации для автоматического оружия…

– УЗДА – всем езда, – незатейливо срифмовал Трофим, – а выяснять будем, кому и как быстро.

Морпехи дружно заржали, посыпались сочные комментарии, Костя оскорблённо нахохлился:

– Господа военные, мы здесь серьёзными делами занимаемся!

– Да серьёзными, серьёзными, – успокоил его майор, показывая бойцам пудовый кулак. – Ты продолжай, доцент, продолжай. Так, для чего, говоришь, эта штука?

– Эта, как вы выразились, штука, – Костя добавил в интонацию яду, – предназначена для дезориентации зомби. На время от пятнадцати до тридцати секунд. Я сейчас покажу наглядно. Только мне нужен автомат…

Аверин покрутил головой, шагнул к ближайшему морпеху, протянул руку… Рука в тот же миг оказалась в живодёрском захвате, Костя взвыл и уткнулся лицом в свои же колени.

– Эу, док! Не так резко с движениями! – боец подержал его так пару секунд, потом отпустил. – У меня, знаешь, рефлексы… покалечить ненароком могу. Ты на словах сначала давай.

Костя замер, превратившись в дезориентированного зомби, медленно разогнулся и смущённо пробормотал:

– Прибор нужно закрепить… Вот тут специальный кронштейн…

– Дай сюда, разберусь.

Боец ловко выхватил трубу, поколдовал с ней немного и показал, что у него получилось:

– Так?

– Так, – кивнул Костя, – а теперь я покажу, как использовать. Можете сами, прямо из окна, там полно зомби.

– Нету там никого, – самодовольно усмехнулся Трофим, – обнулили страдальцев.

– Тогда придётся опять на словах…

Постепенно диалог наладился, и бойцы под присмотром Аверина принялись дооснащать оружие. Игорь Петрович склонился над картой – Рыков показывал ему предстоящий маршрут.

– Рык – Кубе, вижу колонну, – рация ожила голосом наблюдателя.

– Принял. Встречаем, – майор отпустил тангенту и коротко приказал: – За мной.

Игорь Петрович тоже засобирался, но Рыков его остановил:

– Мы сами. Спуститесь, когда ворота закроем.

Если честно, то директору не очень-то и хотелось. Он подошёл к окну и высунулся наружу.

Внизу загремели замки, распахнулись створки, морпехи высыпали на улицу и прижались к стене, контролируя подходы. Вскоре показалась вереница разномастных машин.

БАТ-2 на всём ходу проскочил вдоль здания, сгребая в кучу тела дважды мёртвых. Развернулся, и нещадно ковыряя гусеницами асфальт, утолкал их за тротуар вместе с припаркованными машинами. И тротуар утолкал, и поребрики. Не для городских условий машина, но тут – в самый раз.

Следом подкатил БТР, остановился, уставившись стволами в конец улицы.

Пошли девайсы мирного назначения. В ворота прошмыгнули штабной «Тигр» и пикап на базе УАЗа, вальяжно зарулили «Урал» с краном и бортовой «КамАЗ»-вездеход с коробкой СЭПа на фаркопе. Морпехи дождались, пока заедет последний транспорт, и отступили, тщательно закрыв за собой створки. Снаружи остался лишь замыкающий БТР с развёрнутой назад башней.

Игорь Петрович в который раз поразился сноровке военных. Считаные минуты, а колонна внутри, улица расчищена и надёжно блокирована. Очевидно, опыта им не занимать.

– «Заслон-два» – «Рыку». Ждём вас внизу.

Игорь Петрович с трудом сообразил, кто его зовёт, закрыл окно и поспешил на выход. Аверин увязался следом.

Собственно, в их присутствии необходимости не было, военные, как всегда, разобрались сами. И как всегда, начали действовать.

С точки зрения инженеров, на заднем дворе НТЦ воцарился бедлам. Крану выдвигали опоры, «КамАЗ» подогнали на погрузку и откидывали борта, пикап дожидался своей очереди. За военными бегали цеховые – следили, чтобы те ничего не сломали. Но тем не менее процесс двигался в нужную сторону.

– Это, что ли, грузить?

Ефрейтор с «пауком» в руке хлопнул по рифлёному боку контейнера мазутной перчаткой. Рядом с аккуратной надписью «МЦОД 20-30» появился след растопыренной пятерни.

– Да. Только вы, пожалуйста, поаккуратней, – к нему подскочил айтишник, ответственный за пусконаладку.

– А чего там?

– Дата-центр.

– Чего-о?

– Мобильный центр обработки данных, – пояснил компьютерщик, но снова встретив непонимающий взгляд, махнул рукой. – Компьютеры там. Не заморачивайтесь, просто работайте осторожно.

– Понял. Лестницу давай!

Ефрейтору притащили приставную лестницу, и он полез наверх цеплять крюки. Дизель «Урала» натужно взревел – крановой начал поднимать стрелу.

– Правее давай!

– О! Ещё одна езда! Третья! – хохот Трофима перекрыл гвалт на площадке, сержант пнул сваренную из уголков станину.

На ней в переплетении проводов стоял решётчатый корпус РЛС и единый блок из трёх ультразвуковых излучателей разной частоты. На фасаде прибора были закреплены исполнительные элементы – радиоволновая тарелка и металлические колбы для звука.

– Майнуй!

– Осторожнее! – кинулся к сержанту Костя.

– Цепляю!

Инженер имел все поводы для волнений. Оборудование тестовое, собранное на живую нитку, а этот Трофим стальной шар сломать может. И лом погнуть. Причём одновременно.

– Вира!

Тщедушный Аверин безуспешно попытался оттолкнуть гиганта-морпеха, но тот и сам уже понял, что переборщил с шутками. Трофим примирительно похлопал Костю по плечу, отчего инженера перекосило на левую сторону, и миролюбиво спросил:

– Куда её… его то есть… ну, прибор твой?

– В уазик, – мотнул головой Аверин, потирая отбитую конечность.

УЗДА-3 в сборе весила, наверное, килограмм шестьдесят, но Трофим даже не крякнул – легко поднял и отнёс, куда сказано.

– Левей давай!

Наконец суета поутихла – контейнер встал в кузов, борта закрыли, погрузка закончилась.

 К Игорю Петровичу подошёл Рыков:

– Кто от вас едет?

– Я, Аверин, Линьков, – тот показал на айтишника, – и два техника.

– Тогда грузитесь. По машинам!

***

Колонна выползла за ворота, проехала всю Томчака, упёрлась в Лиговку, там повернула налево. Встали, не доезжая Московского проспекта. Здесь, куда ни плюнь, всё «московское». Слева – Московский сад, справа – колоннада Московских ворот, прямо – станция метро с тем же названием. Целью была подземка. Для испытаний массового поражения нужны массы, там их как раз тусовалась тьма-тьмущая.

Пикап выдвинулся вперёд, развернулся, рядом встал «КамАЗ» с контейнером и электростанцией. Остальной транспорт выстроился уступом, продолжая работать на холостых – глушить двигло сейчас вредно для здоровья. Хотя и полезного тоже мало – шум моторов привлекал зомби.

Все понимали, что времени в обрез. Даже морпехи, при всей своей крутости и лихости, заметно посерьёзнели. У гражданских и вовсе ноги подгибались, когда они покидали машины.

Бойцы сразу полезли на броню, технари занялись подключением: питание, сеть, управление. Админ заперся в модуле дата-центра, Костя на заднем сиденье «Тигра» открыл крышку лэптопа, Игорь Петрович устроился рядом. Хоть сам он ничего руками не делал, ответственность лежала на нём. За всё – и за успех, и за провал. Трофим и Гера не отходили от них ни на шаг, как и было предписано.

Истерично затарахтел пускач, дизель генератора подхватил басом – триста восемьдесят пошло по проводам. Система ожила. Линьков запустил сервера и подключил внешнее видеонаблюдение – вверх поползла телескопическая мачта с куполом поворотной камеры. Ноутбук Аверина зацепил вайфай и выдал первые графики. Пустые пока, только сетку – данные ещё не поступали.

Вместе с системой активизировались мертвяки, и группами потянулись к людям. С брони захлопали первые выстрелы – морпехи начали отстрел самых прытких.

– Поторопитесь, – в открытую дверь заглянул Рыков.

Инженеры и ухом не повели, даже бояться забыли. У них процесс, алгоритм, испытание. Важен лишь результат, до остального дела нет.

– Петрович, поможешь? – Костя протянул начальнику связку проводов с пультами, – Как скажу, жми по очереди эти кнопки.

Аверин щёлкнул клавишей, запуская РЛС. На мониторе проявилась картинка: голубые контуры двух одинаковых павильонов на фоне здания метрополитена. Игорь Петрович глянул в окно – через проход между павильонами валили зомби. В мониторе – слабое замутнение. Аппаратура трактовала скопление неживых как атмосферную турбуленцию.

Пальба стала гуще, но башни бэтээров молчали. Крупный калибр – только на крайний случай. И скоро этот крайний наступит.

– Быстрее! – выкрикнул Рыков и опустошил магазин, не целясь и не опасаясь промазать.

Быстрее… Если бы всё было просто! Наконец система отладилась, все приложения запустились, как надо, можно начинать.

– Давай,  – кивнул Костя.

Игорь Петрович отжал кнопку. Сработал ультразвуковой излучатель – передние ряды мертвяков замерли. На мониторе поднялись первые графики. Пошёл отсчёт времени. Пять секунд… десять… пятнадцать…

Дольше морпехи терпеть не стали – снесли всех застывших к эбеновой маме.

Плеснула вторая волна. Зомби приблизились ещё на десяток метров.

– Давай.

Теперь замерли больше и дольше, но сзади подпирала толпа. Морпехи стреляли длинными очередями, выкашивая зомбей десятками – и всё равно не справлялись. С брони полетели предупреждения:

– Пустой!

– Пустой!

– Перезарядка!

Мертвяки опрокинули ставших помехой собратьев и припустили к живым. Упавших втоптали в асфальт. Вот уже различимы жуткие бельма глаз, видно каждый скрюченный палец… Блестят смертоносной слюной оскалы зубов. Ещё немного – и всё.

– Давай.

В пикапе загудел третий модуль, и третья волна трупаков застыла скульптурной композицией. Почти вся. Дата-центр считал последние данные, делать здесь больше нечего. Эксперимент завершён.

Осталось навести порядок.

Грохот орудий бронетранспортёров заглушил команду майора. По асфальту зазвенели гильзы, мертвяки повалились пачками, полетели ошмётки гнилой плоти. Редких уцелевших морпехи добивали прицельными в голову.

– Майор, а как же… – растерялся Костя.

Рыков отмахнулся – дескать, помню, не отвлекай.

Стволы работали, пока от сотен не остались единицы. Рёв майора перекрыл все остальные звуки:

– Всем – стой!

От внезапной тишины зазвенело в ушах.

– Захват!

С бэтэров попрыгали бойцы, разбились на двойки и побежали к инженерной машине. Там похватали ловчие петли и устремились к зомби. Надо успеть, пока те не очухались.

В глазах неживых полыхал вечный голод, и желание жрать пересилило навязанный ступор. Дёрнулся один, второй… Зашевелился третий, ощерился… Боец активировал «Узду».

– Гляди-ка, работает! – радостно воскликнул он.

Его примеру последовали остальные.

Вскоре десяток зомби забился в петлях, но поздно – морпехи уже волокли их обратно. Лишних посекли пулемётами.

– Куда их?

А вот этот момент упустили. Продумали всё, кроме транспортировки добычи.

– В десантный отсек, может быть? – робко предложил Игорь Петрович.

– Ага, щас! Кто его потом мыть будет?

Выход нашёл Трофим.

– Ну-ка малой, геть отселева! – гаркнул он, и Линьков выскочил из контейнера, как пробка из бутылки шампанского. – Сюда грузите. Свяжите только хорошенько, а то потом устанем ловить.

– Но… – хотел возразить Игорь Петрович.

Поздно. Мертвяков уже штабелировали в тамбуре дата-центра.

***

Изделие «УЗДА» поставили на поток и штамповали в промышленных объёмах. Все три модификации. Первую модель для гражданских, две остальные – для военных. Реальная отдача не заставила ждать. Ваську зачистили полностью, принялись за Петроградскую сторону. На островах потихоньку налаживалась безопасная жизнь.

Проекту «Контроль» присвоили статус особого назначения, предприятию – стратегической важности. Со всеми вытекающими, включая работающую канализацию. Довольствие повысили, но требовали результатов.

В усиление инженерам прислали группу медиков. Весь второй этаж отвели под исследования, ввели пропускной режим и выставили охрану. Кабинеты переоборудовали в операционные, лаборатории и камеры для мертвяков. Здесь теперь царила передовая научная мысль и густой дух мертвечины пополам с антисептиком.

Воняло так, что пришлось запустить «АК – 1,0-30-1-1 КН», если проще – мощный аэродромный кондиционер из собственных разработок. Но даже он не справлялся. Игорь Петрович с теплотой вспоминал времена, когда основной проблемой был запах застоявшегося туалета.

Всё шло по утверждённому плану. Промежуточные опыты дали положительный результат. Медики успешно интегрировали стимулятор в нервную систему зомби и добились простоты внедрения. Айтишники составили базовый набор поведенческих алгоритмов и воспроизвели их программно. Косте осталось доделать единый управляющий модуль, и прибор будет готов. На этом этапе начались тревожные звоночки. Без того скрытного и мнительного Аверина по распоряжению генерального не дёргали и не беспокоили. Но это привело к тому, что контроль потеряли уже над ним. В итоге никто не знал, что конкретно он делает. Игорь Петрович привычно требовал техдокументацию, но Костя лишь отмахивался, стуча пальцем по голове. Дескать, всё здесь, потом распишем.

Игорь Петрович связался с генеральным и снова изложил свои опасения. И снова услышал в ответ про нехватку рабочих рук, про нарастающий ком проблем и про то, какую ставку делает на изобретение правительство. В конце разговора Анатолий Сергеевич выразился предельно ясно: не трогать. И завершил сеанс связи.

Игорь Петрович понимал позицию генерального, но слова «контроль» и «случайность» не шли у него из головы. И чем ближе дедлайн, тем сильнее они не шли. Обратный отсчёт перелистывал календарь с неумолимостью Немезиды.

Осталась неделя.

Пять дней.

Три.

Сутки.

Неполные даже. Пятнадцать часов.

Пятнадцать часов – и мир необратимо изменится. Человечество получит бесплатную рабочую силу в почти неограниченном количестве. И, конечно же, направит её в созидательное русло.

Свежо предание.

У каждой медали две стороны, у каждого изобретения – минимум два пути применения. Во благо – и во вред. И выбирают эти пути люди. Живые люди…

Завтра будет поздно. Если делать, то прямо сейчас.

***

Игорь Петрович схватил со стола пистолет, судорожно передёрнул затвор и выскочил из кабинета. Он бежал, потому что боялся. Боялся передумать, смалодушничать, повернуть назад.

Коридор, лестница, тамбур.

Почему так потеют ладони?..

Охранник узнал его на подходе, щёлкнул замком и отошёл в сторону.

Как бы ему хотелось вот так же отойти…

Аверинский кабинет второй справа.

Господи, какая вонь…

Решимость улетучивалась с каждой секундой. Он толкнул дверь. Пахнуло канифолью и перегретым металлом.

Аверин сидел за столом и что-то паял. Он поднял голову и встретил директора скептическим взглядом.

– Игорь Петрович? Перепутали? Интеграция завтра, – глаза инженера сверкнули торжеством, губы растянулись в ехидной улыбке. – Завтра всё увидите… завтра всё будет…

Приговаривая себе под нос, Аверин отвернулся и пододвинул стойку с паяльником.

– Всё вам будет… в своё время. Момент, понимаете, истины… А сейчас не мешайте, мне нужно работать. Идите-идите.

Аверин мотнул головой, словно отгоняя назойливую муху, и ткнул паяльником в плату. Взвилась струйка дыма. И эта струйка как будто унесла с собой все сомнения директора, собрав воедино детали мозаики.

Всё ВАМ будет? Кому это – вам? Случайная оговорка? Момент истины?! Чьей?!

А главное – ведь никто, кроме него, не в курсе… Всё у тебя в голове, говоришь?!

И вот этот мерзостный взгляд… улыбочка эта…

Он ему никогда не нравился!

Игорь Петрович достал пистолет, поднял на уровень глаз и произнёс внезапно охрипшим голосом:

– Костя!

Тот поднял голову.

Грохнул выстрел.

Пуля вошла промеж недовольно нахмуренных бровей.

Инженер кулем завалился на стол. Кровь полилась на плату, паяльник упал рядом и задымил.

Дело сделано?

Не до конца, осталось последнее – навести порядок.

Игорь Петрович перехватил пистолет за ствол, расколотил все приборы, которые были на столе, нашёл ванну для протравки, скинул туда обломки плат – и только тогда успокоился. Для ликвидации зомби хватит «Узды», а мир спасать не надо. Мир сам себя спасёт.

Без лишнего контроля.

Игорь Петрович вытащил сигарету, сел на стул и закурил.

Вот теперь хорошо. Теперь правильно.

Теперь его совесть чиста.

***

Когда в помещение вломились охранники, он встретил их светлой и радостной улыбкой.