# Кто ты?

Лев Молот

Тех, кто уснул вечным сном, иногда лучше не будить. Иначе можно столкнуться с такими явлениями, объяснить которые не под силу никому… Компания молодых археологов при проведении штатных раскопок случайно обнаружила рядом со своим лагерем древнее захоронение. Посчитав своим долгом исследовать интересную находку, они выпустили на волю душу давно умершей женщины, которая сделает все возможное, чтобы отомстить тем, кто нарушил ее покой…

Ровно в шесть утра будильник на телефоне прервал мой сон, ознаменовав начало нового дня. Я приоткрыл глаза, одновременно оценивая свое состояние. Вставать абсолютно не хотелось. Законный выходной и безумно ранний подъем категорически не совмещались между собой. Тем не менее, вставать было нужно. Черт меня дернул дать свое согласие на поездку! Я через силу растянулся в кровати и широко открыл глаза.

На поездку я согласился примерно неделю назад, случайно встретившись на улице со своим старым другом. Долгосрочных планов у меня не было, отпуск по расписанию был чуть ближе, чем линия горизонта, поэтому на предложение друга поехать на раскопки в богом забытую дальнюю деревню, названия которой уже давно нет на карте, я согласился, даже не особо задумываясь. Отдых за городом – почему бы и нет? Тем более в веселой компании вчерашних студентов, с ночевкой и в самый разгар жаркого лета.

Друг же, которого звали Дмитрий Каляев, несколько лет назад получил высшее образование по специальности, связанной с историей, и остался работать в том же университете, где и учился. Он фанатично любил свою работу и, с его слов, каждый год выезжал на подобные мероприятия.

– В чем заключается поездка? Будем искать клад?

– Поедем в одно глухое место, за город, где до ближайшего места цивилизации будет километров тридцать. Нам предстоит раскопать одно из первых местных поселений. Ночевка предстоит в поле. В общем, романтика. Поехали и ты с нами, компания набирается большая, – Дима заговорщически подмигнул. – Девчонки, кстати, тоже будут.

– Ну, если девчонки, – усмехнулся я оригинальному способу уговора друга.

Нетрудно было догадаться, что Дима имел на меня свои планы. Все-таки, как-никак, там нужно было копать, а это тяжелый физический труд. Я же, обладая хорошей спортивной подготовкой, был одним из тех кандидатов, кого он хотел привлечь в первую очередь к этой поездке.

Накануне я поздно лег, в связи с прошедшим корпоративным мероприятием на своей работе, и потому стал просыпаться, только когда уже увидел, что до выхода из дома остается минут пять. Наскоро влив в себя остатки любимого кофе, я быстро кинул в рюкзак предметы первой необходимости в походе, подхватил палатку, оделся и выбежал из дома.

На вокзале было не так много людей. Поэтому, прибыв туда, я сразу же увидел компанию с большими походными рюкзаками.

– О, ты все-таки приехал!

Дима был несказанно рад видеть меня.

– Почему «все-таки»?

– Да тут, знаешь… Некоторые все-таки не приехали.

Судя по тому, как он старательно не встречался со мной взглядом, а также по его виноватому виду я понял, что ему отчего-то неудобно передо мной.

Я осмотрел присутствующих. Меня обуяло смутное нехорошее подозрение.

– Это все, кто поедет?

– Ну да. Это наш, так сказать, археологический костяк! – торжественно громко сказал он, чтобы поскорее сменить тему разговора. Его друзья-единомышленники посмотрели на него и довольно заулыбались.

«Костяк» представлял собой тех, кого по внешнему виду незаслуженно приписывают к специалистам, изучающим науку о растениях. Рядом с Димой стояли два парня, Костя и Леша. Один из них был длинноволосый и с круглыми очками, как у кота Базилио из известной сказки про Буратино. Второй был высокий и широкий в плечах, с угрюмым взглядом. Я вспомнил, что такой взгляд был у моего одноклассника в школе, который являлся и умным отличником, и озлобленным на всех аутсайдером в нашем шумном веселом школьном коллективе – в одном лице. Недалеко за ними стоял мужчина лет сорока, небольшого роста, имеющий большую плешь и очки с толстыми линзами. Вид у него был умного, но бедного обиженного интеллигента. Он увлеченно с кем-то беседовал по телефону, и возможности поздороваться с ним пока не было. «Наверное, профессор с их исторического факультета», – подумал я.

Дополняла компанию стоящая чуть поодаль от нас молодая пара, Михаил и Евгения. Судя по тому, как они целиком и полностью были увлечены объятиями, не замечая ничего вокруг, «конфетно-букетный» период у них еще не закончился. А может быть, отношений у них до этого и не было вовсе, судя по их внешнему виду. Оба лишь слабо кивнули в ответ на обращенное мною к ним приветствие.

После осмотра всех присутствующих моей первой мыслью было вернуться в теплую постель. Стало понятно, что весело вряд ли будет. Но возвращаться было уже лень, да и в таком состоянии мне хотелось уже хоть где-нибудь поспать.

– Ну, что ж, все в сборе. Поехали? – раздался бравый голос Димы.


Мы сели в полупустой автобус. Заняв почти самое последнее место, я вставил наушники в уши, накрылся капюшоном и заснул сразу же, как только автобус выехал за пределы вокзала.

* * *

После двухчасовой поездки на автобусе и трехчасового марш-броска мы наконец прибыли на место. Раскопки планировалось делать практически посреди поля. Лишь рядом, не так далеко от привала, была расположена небольшая роща. До полноценного леса же было примерно несколько километров.

Мы разбили лагерь.

По картам и записям, которые археологи привезли с собой, было установлено, что мы находимся на месте древнего поселения, в котором планировалось найти много интересного.

Жара уже постепенно начала спадать, поэтому решено было копать сразу же, как только мы пришли на место. После небольшого перекуса мы достали наши лопаты, огородили небольшой участок и приступили к раскопкам.

Начало было разминочным, однако уже после пары часов раскопок были найдены первые находки – несколько наконечников стрел, а также осколки какой-то глиняной посуды.

Стоит отметить, что за недолгое время общения и знакомства с участниками поездки я заметил, что мнение обо мне в компании сложилось прямо не самое лучшее. Часть людей не хотели вообще связываться со мной, боязливо осматривая мой внешний вид, а часть, наоборот, смотрели высокомерно, подобно аристократам царской России, которые пренебрежительно относились к тем, кто был ниже их по сословию. Стрижка под ноль, черные берцы, маргинальные нашивки на рюкзаке и сбитые костяшки кулаков выдавали во мне борца не только интеллектуальной мысли. Я относился к происходящему с юмором и периодически подшучивал над всеми участниками экспедиции.

Еще через полчаса силы интеллектуалов начали сдавать. Занятый раскопками, я не заметил, как остался копать один. Остальные археологи уже сидели неподалеку и смотрели на меня усталыми глазами.

Я воткнул лопату в землю, облокотился на ручку и с улыбкой посмотрел на своих друзей-путешественников. У нас еще не успел завязаться разговор на тему физической выносливости команды и товарищеской взаимовыручки, как за спиной раздался женский голос:

– Вы не поверите!

К нам шагала единственная девушка из нашей компании вместе со своим бойфрендом.

– Мы только что из леса, и атмосфера там ну очень своеобразная. Знаете, как будто на вас кто-то смотрит, что ли. Сделайте перерыв – пойдемте, посмотрим? – поведала она нам.

«А молодец парень, – подумал я. – Не стал надеяться, что в компании кто-то будет, а сразу приехал с подругой, чтобы устроить «своеобразные атмосферы» наедине в лесах, где никто не увидит». Зависть к нему не дала места злости. Все остальные участники нашей научной экспедиции тоже дружно ухмыльнулись – по всей видимости, такие же мысли появились у всех.

До небольшой рощи было рукой подать, всего каких-то минут десять-пятнадцать пешком. Мои новые друзья, обрадовавшись, что можно пока не работать, утвердительно кивнули паре в знак согласия и поднялись со своих мест. Я тоже оставил лопату и пошел вместе с ними.

Как только мы зашли в лес, первое, что я заметил, было отсутствие света. Нет, конечно, фонарики включать не приходилось, но все же для яркого солнечного дня здесь было достаточно темно. Объяснение в виде того, что лес был смешанный и деревья стояли очень плотно друг к другу, было недостаточным для меня. Здесь ведь не тайга, в конце концов.

– Действительно, атмосферное место, – сказал вслух Дима. Ему никто не ответил. Вероятнее всего потому, что чувство, о котором нам рассказала девушка, начало передаваться всем остальным. Появлялась какая-то необъяснимая, взявшаяся как будто из ниоткуда неуверенность. Начинало действительно казаться, что кто-то не просто наблюдает за тобой издалека, а стоит вплотную и смотрит на тебя практически в упор.

Второе, что меня поразило, это резко наступившая вдруг тишина, которая накрыла нас, как только мы прошли несколько шагов вглубь рощи. Не было слышно ни птиц, ни шума деревьев, ничего такого, что служило бы доказательством того, что мы находимся в лесу. Как будто ты находишься не в лесу, а в наглухо закрытом от всех помещении.

– Ух, ничего себе! – громко воскликнул вдруг в этой тишине здоровяк Леша. От неожиданности мы все вздрогнули и, обернувшись, посмотрели на него. Тот только что споткнулся о какую-то каменную глыбу и теперь на корточках внимательно рассматривал ее.

Мы все подошли к виновнику нарушения тишины. Тот между тем уже спешно убирал место вокруг себя, выдирая сорняки и откидывая ветки. Издалека мне показалось сначала, что это кусок одной цельной плиты или каменной глыбы, но по факту это был просто один из крупных камней, коих было здесь большое количество разных размеров.

Я вдруг заметил, что у каждого из нашей компании стало меняться выражение лица. В прямом смысле слова у них начали округляться глаза и вытягиваться лица. Однако все по-прежнему молчали. И в этой тишине от отсутствия человеческой речи и вообще каких-либо звуков в лесу становилось по-настоящему жутко.

– Кто-нибудь сможет объяснить мне научно-популярным языком, что происходит? – решил нарушить я тягостное безмолвие.

Несколько человек подняли на меня удивленные глаза.

– Древнеславянское захоронение, – медленно и вполголоса сказал Дима. И, помолчав, добавил: – Век девятый где-то.

* * *

Среди любых профессий и направлений деятельности есть свои махинаторы. Ими становятся даже такие, казалось бы, умные и правильные ученые мужи, с которыми поехал я. Наш «профессор» тут же сфотографировал место, провел видеосъемку и отправил материалы в свой университет. На следующий день, сразу же после полудня, Дима обрадовал нас всех, что можно приступить к раскопкам и, дескать, никаких проблем не возникнет.

Решено было разделиться. Часть людей должна была уйти на раскопки в лес, а часть – продолжить раскопки в поле. Удивительно, но, несмотря на появление нового интересного места, раскапывать могилу желающих не нашлось. Все стояли и смотрели на Диму, который должен был выбрать того, кто пойдет туда в принудительном порядке.

– Я пойду, вызываюсь добровольно! – громко сказал я, расплываясь в широкой улыбке. Присутствующие слабо подавили вздох облегчения. Ведь уже снижается вероятность, что выберут кого-то из них.

– Ну, хорошо. Больше двух там вряд ли понадобится… – задумчиво сказал Дима. И посмотрел вопросительно на того, кто и нашел эту могилу.

– Ладно, я понял. Сам нашел, сам и раскапывай, – пробасил громким протяжным голосом Алексей.

Получилось так, что со мной пошел тот, кто высокомернее всех смотрел на меня в компании. Он смерил меня взглядом с ног до головы и кивнул головой, имея в виду то ли подтверждение обреченности ситуации, то ли любезное приглашение идти вместе с ним. Я засмеялся и кивнул головой в ответ.

Прибыв на место, мы огородили место захоронения и приступили к работе.

* * *

Вы когда-нибудь раскапывали захоронение человека?

Я уверен, что это можно отнести к такому интимному таинству, как и вскрытие тела в морге. И в том, и в другом случае лучше всего относиться к этому как к обычной такой рутинной работе, ничем не отличающейся от ухода за своим садом или уборки в своем доме.

Мы действовали аккуратно лопатками и кисточками, и через несколько часов кропотливой работы в земле нам открылся загадочный и таинственный вид того, что ранее было живым человеком. Рядом с останками, а также как будто вперемежку с ними, лежали какие-то вещи. Кое-что смог опознать даже я, склонившись над ними.

– Похоже на женские украшения.

– Они и есть. По всей видимости, молодая девушка или женщина, – задумчиво ответил Леша, начиная собирать свои вещи в рюкзак.

И в то самое мгновение, когда я повернул голову в сторону моего напарника, я вдруг ясно почувствовал на своей руке холодное прикосновение. Оно было столь неожиданно и столь похоже на человеческое, что, вздрогнув, я резко отдернул руку и посмотрел туда, откуда мог последовать такой наглый жест. Но рядом не было никакого живого существа, на которое можно было спихнуть это домогательство ко мне. Вместо этого я вдруг столкнулся взглядом с пустыми глазницами черепа. Такое чувство, будто с тех мест, где когда-то были человеческие глаза, на меня был устремлен очень внимательный взор. Пару секунд мы как будто бы смотрели друг на друга, после чего я вышел из оцепенения, поежился и сам себе усмехнулся от разыгравшейся фантазии.

– Что смеешься? – спросил Леша, все так же не оборачиваясь.

Я ему не ответил. Да и что было говорить? Что я взглядом и прикосновениями общаюсь с давным-давно умершей женщиной?..

Тем временем уже вечерело. Мы только-только успели закончить раскопки, когда солнце начало клониться к закату. Закопать могилу уже не было времени, а делать это под фонарями было и неудобно, и достаточно жутко в таком месте. Поэтому мы максимально закрыли могилу большим навесом в виде прочного тента и отправились к нашей стоянке.

По прибытии в лагерь я с удивлением узнал, что многие не захотели оставаться в палатках на ночь. Похоже, в тихих омутах действительно водятся черти, потому что компания примерных умных молодых ученых решила добраться автостопом до ближайшего населенного пункта и там как следует отдохнуть в ночных заведениях.

«Чудные дела Твои, Господи», – подумал я.

– Ты с нами?

– Нет, не в этот раз. Погуляйте там за меня. И с деревенскими поаккуратнее, не бейте их там сильно.

Моей шутке засмеялся один богатырь Леша.

Мне и правда не хотелось никуда ехать, предыдущая бессонная ночь уже настойчиво давала о себе знать. Да и дневные физические упражнения с лопатой знатно прибавляли усталости.

– Тогда ты за старшего, – с улыбкой сказал мне Дима.

Кто же еще, как не я. В лагере остались вместе со мной только молодая пара. Они досидели у костра ровно до того момента, когда большая часть нашей компании выдвинулась на поиски приключений, а после же молнией юркнули в свою палатку.

Я остался у костра один, решив насладиться приближающейся ночной тишиной и нехитрым, но вкусным ужином в одиночку. Тем более что погода максимально старалась благоволить этому. Небо было чистое и ясное, на ветер не было даже намеков. А взошедший полумесяц невероятно красиво дополнял атмосферу.

Через некоторое время из палатки донеслись недвусмысленные звуки. Я удивился лишь тому, почему они не были слышны еще раньше. Наверное, парочка терпеливо дожидалась, пока я наконец пойду к себе спать, но в конце концов не выдержала. Находиться рядом и слушать звуки их любви было бестактно, продолжать наслаждаться природой уже было невозможно. Разве только если ждать перерыва…

Я нехотя поднялся, затушил костер, собрал свои вещи и полез в свою палатку, в этот раз наслаждаться уже своим заслуженным отдыхом.

* * *

Среди ночи мой сон был прерван. Чем именно, я так и не понял, но пробуждение было резким и неожиданным. Широко зевнув, я нажал на кнопку своего мобильника. Тот послушно вышел из «спящего» режима, показав мне время – 00.15.

И тут только я понял, что по ту стороны моей палатки начался настоящий апокалипсис. Погода сменилась за пару часов настолько неожиданно, как будто я находился в горах, а не на равнинной местности. Ветер завывал так, будто хотел снести палатку и меня вместе с ней далеко за пределы нашей временной стоянки. Хорошо, что в свое время я не пожалел денег, выбрав ту модель палатки из сотен представленных на рынке, которая имела достаточно надежную конструкцию и материал. Иначе не миновать мне сейчас подъема в воздух.

Наряду с ветром шел настоящий ливневый дождь. Я видел, как сотни тяжелых капель падали на мою палатку, как будто норовя пробить ее и поскорее заставить меня принудительно принять дождевую ванну. Время от времени грозно громыхал гром. Я представил, что наверняка периодически яркая молния озаряет сейчас ночное темное небо, но посмотреть на столь красивое зрелище у меня не было ни малейшего желания.

Я некоторое время полежал так с открытыми глазами, слушая звуки ненастной погоды, и, убедившись, что мое временное жилище с места не сдвинется, перелег на бок, желая снова вернуться в объятия Морфея.

И тут рядом с палаткой послышались шаги. Легкие, они вряд ли принадлежали мужчине, но даже через завывания ветра и звуки дождя они были четко мне слышны.

Пара решила привнести еще больше романтики и насладиться поцелуями под дождем? Но были слышны шаги только одного человека. Поссорились, и теперь девушка идет ко мне? Мысль, конечно, тоже странная, но приятнее, чем первая. Хотя почему сразу поссорились, может быть, что-то случилось, и сейчас меня попросят о помощи.

Я приготовился встретить гостью. Но в тот момент, когда, как мне показалось, нарушительница спокойствия оказалась у входа в палатку, никто в нее не заглянул и даже не сказал ни слова. Вместо этого кто-то начал медленно ходить вокруг.

Что происходит, понять было сложно. Но смутная тревога уже начала появляться. Суеверные мысли в моей голове я пресекал еще на стадии их зарождения, не давая себе потерять самообладание. Но найти рациональное объяснение происходящему…

Шаги прекратились вдруг так же резко, как и появились. Но лишь на короткое время. Перед тем как я вновь услышал ходьбу рядом, послышался жалобный долгий вздох.

Это было уже выше моих сил.

– Кто это? – громко задал я первый логичный вопрос, который пришел мне на ум.

Шаги вновь приблизились вплотную к моей палатке, и я почувствовал приближение человека настолько близко, что одна из стенок как будто бы дрогнула от прикосновения. Одновременно с этим я начал чувствовать холод именно с той стороны, откуда слышались шаги. Как будто находишься в теплой квартире у открытого холодильника – вокруг тепло, спереди холод.

Я вдруг почувствовал, как тело в прямом смысле слова покрывается гусиной кожей.

До этого момента меня вряд ли можно было чем-то напугать и уж тем более ввести в оцепенение. Детство и юность проходили в неблагонадежных районах, а студенческие годы я старательно связывал с теми людьми, на деятельности которых общественность ставила штамп «экстремистская и запрещенная». А что может быть лучшей закалкой характера молодого парня в мирное время, чем регулярное участие в уличных потасовках? Когда ты не знаешь порой, в каком виде и состоянии тебя оставит на улице твой противник, если вдруг удача окажется на его стороне.

Но здесь страх был другим. Липкий и противный страх чего-то совсем неизвестного и непредсказуемого.

Я вновь посмотрел на мобильник. 00.40. То есть кто-то уже больше двадцати минут ходил вокруг моей палатки с желанием или без него зайти ко мне в гости. Я нащупал свой нож, с которым никогда не расставался в походах. Меняя положение тела, я задел рукой небольшой топор, который все это время оставался среди моих личных вещей в палатке и которым я так и не успел еще воспользоваться за время нашей научной экспедиции. Что ж, возможно, пригодится и он. Без боя я точно не собираюсь сдаваться. Только вот с кем предстоит бой? С призраком?..

На живого человека это не похоже. Даже если кто-то хотел пошутить, вряд ли у него было такое терпение терпеть столь дьявольскую непогоду (если, конечно, шутник не запасся предусмотрительно скафандром). Больше нескольких минут на улице было выдержать невозможно.

Пара в соседней палатке после своего времяпровождения наверняка спала мертвецким сном. Остальные члены компании на моих глазах погрузились с некоторым промежутком времени в разные машины и уехали в сторону населенного пункта.

Внезапно какой-то тупой предмет уперся в стенку моей палатки и медленно начал натягивать ее ткань. Я хотел заорать, причем используя именно мат, но горло как будто сковал железный обруч. Парализующий страх накрыл меня с головой. Я лишь крепче сжимал рукоятки древних орудий борьбы в своих руках.

Натяжение ткани дошло до максимальной точки. В следующий миг, казалось, либо порвется ткань, либо моя палатка начнет изменять свое положение. Но не произошло ни того, ни другого. Вместо этого кто-то начал очень медленно убирать предмет.

Я начал чувствовать невероятную усталость, как будто перенес сильнейший стресс. Расслабив тело и убрав локти, использовавшиеся в качестве подпорок, я упал на спину.

* * *

Черная мгла и полная тишина, как в том лесу, где мы нашли могилу. Рядом не было видно никого и ничего. Отсутствие вообще каких-либо границ вокруг себя, как в космосе, ни земли, ни вещей рядом не было видно. Сплошной мрак.

И по-прежнему угнетающая тишина.

Неожиданно я заметил вдалеке белое тусклое пятно. Оно медленно и не спеша приближалось ко мне. Я усиленно напрягал зрение, однако уже только когда расстояние между нами максимально сократилось, я увидел очертания женской фигуры в длинном белом платье. Перед собой она держала косу.

По мере приближения я уже смог рассмотреть какие-то детали. Например, что девушка, торопящаяся, по всей видимости, именно ко мне на свидание, имеет длинные красивые развевающиеся русые волосы. Платье закрывало практически все тело, из открытых участков тела оставались только шея и кисти рук. Было видно, что она не шла, не бежала, а медленно летела ко мне. Лица ее не было заметно. Оно было и прикрыто легкой полупрозрачной тканью, и почему-то выглядело расплывчатым.

Когда между нами осталось всего несколько метров, я вполголоса спросил:

– Что тебе нужно?

Таинственная незнакомка не ответила мне, но остановилась. Я вдруг почувствовал какой-то до боли знакомый взгляд, которым она смотрела на меня из-за своей мантии, и чувство холода, исходящего от нее. Спустя мгновение девушка начала не спеша поднимать косу, как будто захотела ее отбросить в сторону.

«Выбросит ее? Черт ее знает, что она замышляет… Может быть, подойти ближе, резко выхватить ее инструмент, если понадобится, грубо оттолкнуть ее…»

Домыслить свой гениальный план я не успел. Взмах косы был настолько резким, а лезвие настолько близко прошло от меня, что осталось чудом, как меня не разрезали только что пополам.

У меня сбилось дыхание.

– Ты что, спятила?

Мне показалось, как будто она усмехнулась. Коса в ее руках вновь начала медленно подниматься.

– Ну, сама напросилась…

Я резко прыгнул вперед. Но не успел. Второй взмах оказался еще более неожиданным, лезвие пролетело с невероятной скоростью передо мной.

Задела или нет? Какое-то странное ощущение… Я осмотрел себя и чуть не вскрикнул от неожиданности. Моя правая рука, которой я собирался схватить инструмент незнакомки, была отсечена ровно по локоть. В ужасе я смотрел то на свой обрубок, то на виновницу моего увечья.

На этот раз я уже явно услышал легкий смех.

– Что ты делаешь? В своем уме? Что тебе нужно?

Глупо, конечно, было задавать подобные вопросы, призывающие ее к здравому диалогу. Но что было делать в данном случае, я в упор не понимал. Бороться уже было намного сложнее.

Девушка, однако, не успокоилась. Взмахивая косой, она, медленно паря в воздухе вокруг меня, то слегка приближалась, то ненамного отдалялась. Спустя мгновение она вновь стала медленно замахиваться своим садистским оружием.

Что ж, нужно попробовать еще раз побороться за свою славную жизнь. Странно, но боли я не чувствовал никакой, хотя крови было много. «Наверное, от шока», – подумал я, вспоминая рассказы тех, кто был на войне.

Моя соперница замерла с поднятой косой. Я же стал медленно идти по кругу, чтобы успеть отпрыгнуть в сторону от нее и здоровой рукой успеть сделать первый удар. Приближение, взмах, прыжок в сторону…

Лезвие, как и в первый раз, пронеслось мимо. Но удар сделать я не успел. Каким-то фантастическим образом девушка успела сделать еще один взмах и отсечь мне вторую руку.

Леденящий ужас охватил меня всего. Я понял, что справиться с ней нереально, осматривая свои хлещущие кровью обрубленные конечности рук, под уже громкий стальной смех.

Выход был один – бежать. От страха, от адреналина, от сильного холода ноги плохо слушались моей категоричной команды, но я старался изо всех, стараясь максимально отдалиться от своей преследовательницы.

Однако убежать не получилось не только из-за этих причин. Незнакомка также прибавила скорости, обогнала меня и встала спереди. Я даже не успел отбежать, как лезвие косы пролетело в сантиметре от моего лица. Ноги подкосились, и я упал на спину.

– Уйди от меня, ведьма!

Ругнувшись, я вдруг сам же осекся от догадки. «Ну-ка, что там применяют, молитву? Как там начинается…»

– Отч…

Даже закончить первое слово мне не удалось. Резкий, решительный взмах косы отсек мне правую ногу чуть выше колена. От бессилия, от увиденных изменений, произошедших с моим телом, от ужаса всего происходящего я начал громко орать, стараясь отползти назад. Но остановки моих мучений не предвиделось, а леденящий душу смех становился все громче.

Короткий взмах, и часть моей левой ноги откатилась в сторону.

Каким-то чутьем я ощутил вдруг свой конец. Бороться уже не было возможности, а сил оставалось все меньше.

– Ведьма! – крикнул я громко, глядя в смутные очертания ее лица. Собрав во рту слюну, я собрался достойно уйти в лучший из миров, напоследок показав ей своей презрение. Но сделать этого не успел. Последнее, что я увидел – стремительно летящее на меня чуть загнутое черное лезвие с блестящей режущей кромкой…

* * *

От собственного крика я проснулся. Дождь по-прежнему лил как из ведра. От обилия пота на своем теле я даже сначала подумал в первые секунды пробуждения, что нахожусь по другую сторону палатки. Но нет, мое временное убежище закрыто со всех сторон, рядом со мной лежат сухие вещи.

Слава богу, это был просто сон. Жуткий, невероятно реалистичный, зашкаливающий по шкале острых ощущений, но всего лишь сон. Однако что же со мной вообще происходит? Шаги постороннего рядом, теперь еще и это дурацкое сновидение.

Наверное, не нужно было пытаться все вспомнить. Потому что в этот момент мое спокойствие вновь было нарушено, и я опять услышал приближающиеся шаги.

Психологическое давление было выше допустимых человеческих пределов. Наверное, именно в таких случаях люди и сходят с ума. Либо решают вопрос самоубийством – быстро и безболезненно (последнее, конечно, как кому повезет). Отсутствие понимания происходящего и страх за свою жизнь делали обстановку невыносимой. Чем был сон, предупреждением? Выйдешь из палатки и попрощаешься с этим миром? Или, наоборот, знаком, что нужно быстрее взять фонарь и выбегать под дождь навстречу судьбе?

Как и во сне, мне почему-то упорно не давали подумать над дальнейшими действиями. Кто-то приблизился вплотную к палатке и вновь, уже с противоположной от выхода стороны, приставил небольшой тупой предмет к ткани, начиная медленно ее натягивать. Но теперь я уже понял, что это был за предмет. По мере натяжения я заметил, что небольшой предмет принимает очертания продолговатого тонкого удлинения, загнутого в противоположную от меня сторону.

Теперь понятно было, кто находится по ту стороны стенки. Похоже, во сне была лишь репетиция близкого знакомства и с косой, и с длинноволосой незнакомкой.

Сходить с ума не хотелось. Умирать тем более. Но находиться в таком взвинченном состоянии было еще хуже. «Будь что будет». Я схватил топор, резким движением рванул молнию на входе и без обуви выскочил на улицу.

– Ну, кто здесь? Иди сюда!

Но рядом с палаткой никого не было. Убежать и спрятаться нарушителю спокойствия так быстро было невозможно, весь лагерь был на виду, да и стоянка наша была в чистом поле. Я стоял, бессмысленно оглядывая временное место пребывания нашей компании, под сильным проливным ливнем, очень быстро сделавшим мою одежду мокрой насквозь.

Но накопившейся злости и эмоциям необходимо было дать выход наружу. От того, что выплеснуть все это было не на кого, я вдруг громко закричал, крепко сжимая топор в руке и напрягая все мышцы своего тела.

– А-а-а-а!..

Палатка, где находилась пара, зашевелилась. Взвизгнула молния, и из нее высунулась взлохмаченная голова Миши. Взгляд у него был заспанный, но испуганный.

– Ты чего это? Что случилось?

Я замолчал, и некоторое время мы молча смотрели друг на друга. Он, не понимающий, почему вдруг его новый знакомый орет посреди ночи, стоя без обуви под дождем и с топором в руке посреди лагеря. И я, смотря на него отсутствующим взором, вдруг осознавший всю суть произошедшего.

– Извини… Не знаю. Страшный сон приснился. Спи, все хорошо.

– Поспишь тут, – облегченно усмехнулся молодой археолог. – Я уже подумал, дикие звери, может, напали…

«Зверь. И самый что ни на есть дикий», – подумал я, разворачиваясь ко входу в свою палатку.

Тем временем появились первые проблески рассвета. Дождь начал прекращать свой бешеный напор. Перед тем как закрыть вход своей палатки, я вдруг невзначай посмотрел сквозь отверстие в сторону рощи. Оттуда я почувствовал уже хорошо знакомый мне взгляд. С силой рванув ползунок молнии, чуть было ее не сломав, я растянулся на туристическом коврике и мгновенно уснул.

* * *

– Когда-то я слышал похожую историю, – Дима слегка усмехнулся краем губ. – Но счел это за обычную фантазию. Которая прекратилась сразу же, как только могила была закопана. Слушай, а у вас тут серьезный ливень прошел, оказывается…

Я проснулся сразу же, как только наша компания начала ранним хмурым утром приближаться к лагерю. От их невыспавшихся похмельных физиономий я бы в другое время от души посмеялся, но сейчас мне хотелось хоть с кем-то выговориться, а заодно и узнать у кого-то, кто имеет больший опыт в раскопках, сталкивались ли они с чем-либо подобным в своей практике или столь счастливая участь постигла только меня.

Рассказывать всем подряд было нелепо, а потому я доверился тому, кого лично сам знал больше всех.

– Мы долго не задержимся с исследованием того захоронения. Как только закончим, сразу же иди и закопай могилу, причем сделай это именно сам. Я думаю, что поможет.

Опытный друг и товарищ оказался прав. Когда я кидал последние клочки земли (кстати, под тем же непонятным пристальным взглядом из глубины рощи), я внезапно начал чувствовать себя гораздо легче. Будто с меня сняли тяжелый груз, навешанный совсем недавно. Хотя, может быть, это самовнушение?

Я даже постарался сложить камни именно так, как они лежали до того, как мы забрели в рощу. Еще немного постоял возле захоронения, думая о своем, и не спеша побрел по направлению к нашему лагерю.

Из-за серых туч, окутавших небо, появились первые солнечные яркие лучи за сутки. Погода начала вновь налаживаться.