Константин Казаков
Купи слона!

Вы меня, друзья, простите, было всё давно вчера,

Я гулял по зоопарку и забыл купить слона.

Мелкий, розовый, пушистый —осерчал он на меня,

И от злости дулся-дулся, стал размером с три коня.

Разлетелись все шерстинки, цвет покушала тоска.

На меня точил он зубы, хорошо, что только два.

Только хвост своей жил жизнью, на меня зла не таил,

И поэтому, ребята, свой размер не изменил.

Я об этом происшествии только через день узнал,

Мне в газете написали то, что в клетке он застрял.

Я от новости такой побежал совсем босой,

Ну а то, что там увидел, не расскажешь головой.

Тридцать мужиков сердитых тянут за уши и нос.

Я вскричал: «Все разойдитесь, по моей вине он рос!»

Голосил: «Меня вините! Как хотите накажите,

Если надо, то казните! Но не трогайте слона!»

И, моим словам внимая, он немного подрастаял,

Глаза светом засияли, и растаяла душа.

Обнял я его за ногу, говорил ему: «Прости!»

Всех спасателей в подмогу вызвал я его спасти.

Прилетели в три секунды, распилили все пруты.

Положили много фруктов всем в открывшиеся рты.

Осмотрели обстановку, всех обидчиков слона

Обругали, наказали, в общем, пожурив сполна.

Наказали всех презрением, застыдив в глазах толпы.

Только поздно было: выросли все известные слоны!

Улетели, и остался под конвоем бедный слон.

И навеки к заточению слоник был приговорён.

Навещал его я часто, год за годом сотни дней.

В ограниченном пространстве он от грусти стал серей.

Он пустил слезу скупую, всплакнул о жизни непростой,

Пожалел слона и сразу я забрал его домой.

Стал он очень-очень счастлив, член семьи теперь он наш!

Правда, в дом совсем не входит, спать паркуется в гараж.

Мы назвали слона Гоша, Потому что он хороший!

Напекли ему блинов, Рассказали сто стихов.

Днём играем и резвимся, веселим вокруг детей,

Объятый лаской и заботой, слон становится добрей.

Он растёт, живёт, крепчает, помогает нам в саду,

Огород нам поливает, ловит карасей в пруду.

Для него мы строим терем, брёвна он таскает нам,

Поднимает влево, вправо, движет, словно автокран.

С утра пошёл он на рыбалку, всех знакомых взяв детей,

Долго тщетно он пытался поймать хоть пару карасей.

Но ничуть он не расстроился пустым своим вёдрам с утра,

Ведь для него главное, чтобы счастлива была детвора.

Главное, чтоб на планете звенели детей голоса,

Главное, чтобы дети смеялись до ночи с утра.

Чтоб не было горя в мире, войны и смертей безвременных,

Чтоб жили мы все свободно, не замечая времени.

Караси пускай не ловятся, пустая кружит суета,

Пусть здоровы будут дети, будут счастливы всегда.

И большое сердце Гошино наполнялось светом радости,

И резвились все до вечера до приятной в теле слабости.

Перед ним мы в долгу не останемся, всё, что сможем, ему мы дадим,

Из последних сил мы стараемся, из последних сил спешим.

Сто гектаров отборных яблонь для него приобрели,

Ведь такие аппетиты мы покрыть бы не смогли.

Мы трудились, торопились, к сроку терем был готов!

И от радости безмерной слон завёл себе коров!

Носит сено им и кормит, пьёт парное молоко,

Но коровье поголовье у него невелико.

Он запасы сам готовит, собирает и везёт.

В общем, с дружбою такою и ему, и нам везёт!

Из яблок варит он компоты, сушит и повидло трёт,

Греет самовар латунный и к себе на чай зовёт.

А ещё смешнее то, что он завёл себе кота!

Вот такие вот заботы у приёмного слона!

Солнце катится к закату, тянет вдаль от ели тень.

К Жоре мы шагаем в гости, сегодня очень важный день.

Рыжий кот встречает, трётся об ноги прибывших гостей,

Ну а мы спешим к столу и ждём новых новостей.

Печь трещит, дрова стреляют, в помещении суета.

Моя бабуля поспевает и шарашит всё с утра:

Пироги, бананы, яблоки, блины, торты и расстегаи —

Всё на столе сегодня, что только душа пожелает.

И слону не под силу объёмы, еды на две роты солдат.

Но Гоша сегодня больше другому событию рад.

Гошу взяли на работу, выступать в московский цирк.

И звездою непременно станет он на целый мир.

Только это всё не сразу, надо многое уметь,

Много лет тренироваться, чтоб на пьедестал взлететь!

Мы в него, конечно, верим, он трудяга, где тут спор,

Только цирк – это не шутки, не забава, это спорт!

Много лет минуло тёплых, он всего добился сам.

Был однажды в Монте-Карло, даже награждён был там.

Статуэтку золотую рефери ему вручил,

Жал он хобот, восхищался и за всё благодарил.

Мы звонили, поздравляли, говорили: «Очень ждём.

Как одобрят тебе отпуск, мы тебя к себе зовём».

Защемило Жоре сердце, голос родины зовёт,

И Георгий Слонов входит в новый личный самолёт.

Он несёт его, и в море проплывает континент.

Заждались его коровы, и коту ждать сил уж нет.

Кот справляется с хозяйством, но тоскует по слону.

На душе скребутся кошки, сердце в теле, как в плену.

Кот с утра ведёт уборку и торт яблочный печёт.

Каждый миг бежит к окошку, как отца, слона он ждёт.

Высоту снижает плавно лайнер с Жорой на борту.

Вся семья моя встречает, слёз сдержать невмоготу.

Голос рвётся от волнения: «Наконец-то, дорогой!

Как я рад тебя увидеть, ну, пойдём скорей домой».

Гоша садит всех на спину, не по кругу, по прямой,

Мимо всех московских пробок он идёт к себе домой.

Через полчаса на месте, весь район встречает нас.

Подросли, конечно, дети, время бьёт за часом час.

Дом хозяина встречает, кот, хозяйство – рады все.

Кот устроил пир бескрайний на огромнейшем столе.

Лето, солнце – и веселье лилось звонко через край,

И плясал, как слон могучий, родной соскучившийся край.

Топали и танцевали, было не до зевоты,

От смешных рассказов Гоши у нас болели животы.

Рассказал он и о травмах на манеже и вовне,

Что в далёких жарких странах видел только нас во сне,

Что так, как с нами, хорошо ему не было нигде,

Что родного дома лучше нету места на земле.

Пир гудел, всё не кончался, а народ всё прибывал,

Все несли ему подарки, да и он не отставал.

Никого он не обидел, сувениров полон дом.

Все кричали, веселились: голоса, весёлый звон.

Вся округа там была,

Ела мёд, компот пила.

Как я рад, моя вина,

Что забыл купить слона!!!