Посвящается Маше, которая любит ужастики.

Когда ты поешь, у меня мурашки.

Глава 1. Заветный день календаря

Вторая половина июля для него должна ознаменоваться долгожданным событием – поездкой в детский эколого-краеведческий лагерь «Лосенок», в котором Дима побывает последний раз в своей жизни в роли юного «лосенка». Дело в том, что лагерь рассчитан на детей от девяти до четырнадцати лет. Ему как раз в этом году исполнилось четырнадцать.

Зато потом он сможет выучиться на инструктора и снова каждое лето приезжать в это родное место. С лагерем Дима познакомился в десять лет. Тогда мама его записала на станцию юных туристов в их городе, где он познакомился с лучшими друзьями своего детства.

Он с нетерпением ждал завтрашнего дня, чтобы снова их всех встретить. Конечно, он и остальные ребята периодически собираются на съезде станции туристов. Там они обмениваются новостями и делятся своими экологическими проектами по защите окружающей среды. У них даже есть своя беседа в WhatsApp, где они общаются и присылают разные смешные картинки.

Но все это совсем не то!

«Лосенок» – вот, что для Димы и всех остальных ребят имело самое больше и важное значение. Это место, которое свело их всех вместе. Это место сближает так сильно, что люди, ставшие там друзьями, не перестают ими быть никогда, унося свою дружбу во взрослую жизнь.

Да, Дима свято верил, что он и остальные его товарищи навсегда останутся «лосятами» детского эколого-краеведческого лагеря «Лосенок».

– А теперь подробнее о прогнозе погоды на следующую неделю, – раздался женский голос из комнаты родителей.

Дима встал со своего рабочего стола и закрыл дверь в комнату, чтобы посторонние звуки не отвлекали его от дела. Сейчас он совершал последние приготовления к завтрашнему отбытию.

– Дима! – услышал он мамин голос и закатил глаза.

В следующее мгновение дверь его комнаты открылась, и мама оказалась внутри.

– Что случилось? – спросил он, устало.

– Во сколько вы завтра отъезжаете?

– Где-то в семь…

– Ты не уверен? Посмотри на сайте! А то я позвоню Екатерине Николаевне и сама все узнаю.

– Да не надо никому звонить! Я помню, что в семь.

– Все равно посмотри на сайте или напиши кому-нибудь!

– Да, хорошо, сейчас…

Его мама кивнула каким-то своим мыслям и отправилась в гостиную, чтобы продолжить собирать походные сумки своему сыну. Она всегда собирала целую массу вещей, которыми он ни разу не воспользовался за время пребывания в лагере. Особенно, это были теплые вещи, рассчитанные на холодную погоду, которая никогда не приходила в «Лосенок».

Дима вошел в интернет и ввел в поисковую строку название сайта их лагеря. Нужная веб-страница почему-то долго «загружалась». Он провел подключение к Wi-Fi – порядок.

– Давай, старое железо! – обругал он компьютер.

Пока сайт включался, Дима решил несколько раз отжаться. Он был спортсменом. Отец как-то заставил записаться в секцию по баскетболу.

Диме не то, что бы нравился спорт… скорее, он относился к нему как к чему-то полезному. Для него спорт был невкусным лекарством или диетой. Неприятно, но полезно.

Когда жизнь заставляла его «терять» время впустую, он занимался спортом. Вот и сейчас, чтобы не просиживать штаны, ожидая «загрузки» сайта, он упал на пол и отжался десять раз.

Ему показалось, что сейчас, по непонятной причине, отжимания дались ему в тягость. Диме это не понравилось, и тогда он перешел к приседаниям.

– Давай же, грузись, тормоз! – бросил он в белый экран.

А потом… экран монитора резко потемнел. Он стал полностью черным.

– Вот блин! – Дима выпрямился.

Стоило ему сделать шаг к своему столу, как вдруг на черном экране появились красные слова.

Дима вскрикнул и отпрянул назад. Он даже чуть не упал! Сумев удержаться на ногах, Дима почувствовал бешенный стук сердца. Дыхание перехватило.

Стараясь прийти в себя, Дима сделал аккуратный шаг к компьютеру, чтобы прочитать красную надпись, напечатанную крупными жирными буквами. Шрифт был необычным. Будто кто-то обмакнул два пальца в кровь и писал на стене.

Надпись на черном экране гласила: «СМЕРТЬ БЛИЖЕ, ЧЕМ ТЫ ДУМАЕШЬ».

– Дерьмо, – тихо выругался Дима.

Что происходит?

Это какой-то вирус или розыгрыш? Или он случайно зашел на «липовый» сайт?

«Что все это…» – не успел подумать он.

У Димы зазвенело в ушах.

И дверь в его комнату резко открылась. Вошла мама.

Испугавшись, Дима бросил взгляд на экран – сайт лагеря «Лосенок» благополучно открылся на главной странице.

– Ты посмотрел? – спросила его мать.

Все это вместе: красная надпись, вход мамы в его комнату, ее слова и «открытие» нужного сайта – не на шутку напугало Диму, что он вскрикнул.

– Ты чего такой пугливый? – посмеялась мама.

– Просто ты… неожиданно вошла.

– Ладно. Ты узнал, во сколько отъезд?

Дима сел в свое кресло на колесиках и подъехал к письменному столу.

– Еще нет, вот только зашел за сайт. Сейчас посмотрю.

– Как узнаешь, приходи в гостиную. Я покажу, где что лежит у тебя в сумках.

– Да, конечно.

И мама вышла, закрыв дверь в его комнату.

Дима сидел за своим столом и пусто смотрел в экран монитора. Его пальцы судорожно тряслись. На лбу проступил пот, и это было точно не от отжиманий или приседаний.

Ему стало невыносимо страшно.

Он взял телефон. Там уже появилось уведомление о пришедшем ему на WhatsApp сообщении в беседе «Лосенок». Кто-то писал: «Ребята! Завтра отъезд в семь часов от станции туристов! Не забудьте и не опаздывайте! Всех целую! До завтра!».

«Наверное, это Лиза», – подумал Дима (он не успел посмотреть, кто отправитель), – «она всегда сообщает все новости и постоянно обо всем напоминает».

– Мам! – крикнул он. – Отъезд в семь!

Ему быстро ответили:

– Отлично!

Конечно, он знал, что отъезд в семь. Дима никогда не забывает такую важную информацию. Память у него хорошая.

И в этот раз она помогла ему запомнить те жуткие слова, появившиеся на экране, когда он попытался «войти» на сайт лагеря.

– Так… о чем это я? Ах, точно!

Дима решил позвонить Маше. Она была в его отряде. Он должен кому-то рассказать о том, что случилось. Ей Дима точно может доверять.

Ему не терпелось завтра встретиться с ней. Он хотел сесть с ней вместе в автобусе, чтобы всю дорогу болтать и смеяться.

– Да, Дима? Привет! – услышал он ее приятный голос после трех гудков.

Голос у Маши был очень приятный (и это без всяких преувеличений). Ведь она у них – певица! Машу звали на все концерты и песенные конкурсы.

У Димы от ее голоса, когда она пела, всегда шли мурашки по щекам и рукам, уходя в ноги.

– Привет, Маша! Ты сегодня заходила на сайт лагеря?

– Нет, а что? Там есть новости?

– Новостей нет. Просто зайди сейчас, хорошо?

– Я захожу. А в чем дело?

Мог ли он ей сказать?

Скажет, если она увидит это.

– И что дальше? – спросила Маша.

– Ты на сайте?

– Да.

– Он открылся?

– Дим, в чем дело?

У нее ничего не появилось. Никаких жутких красных надписей на черном фоне.

И как ему теперь оправдаться? Он ляпнул первое, что пришло на ум:

– Хотел убедиться, что у тебя есть интернет дома, а то у меня отключили.

Судя по паузе, которая последовала после его слов в их разговоре, она ему поверила не до конца. Но в подробности Маша вдаваться не стала.

– Поняла. Завтра в семь. Помнишь?

– Конечно! Сядем завтра вместе в автобусе?

– Хорошо. Выспись как следует. До завтра!

– Да, и ты тоже. До завтра!

И Маша бросила трубку.

– Черт!

Дима напряженно провел пятерней по своим русым волосам, собрав капли пота в ладонь.

Он так и не мог понять, что же значило то, что с ним произошло. Дима надеялся, что это просто чья-то злая шутка.

– Не буду забивать себе голову всякой дрянью.

Так он решил и отправился в гостиную, где его мама возилась с багажом, а отец смотрел телевизор.

– Завтра обещают сильный ливень, – сказал отец, – говорят, надвигается страшная гроза. У вас точно не переносят день отъезда?

– Не думаю. В беседе все пишут, что завтра в семь утра отъезжаем.

Мама закончила складывать его сумку и выпрямилась, тяжело выдохнув.

– Странно, – задумалась она, – может, стоит позвонить Екатерине Николаевне и все спросить?

Отец лишь пожал плечами.

– Не думаю, что отъезд перенесут, – вмешался Дима, – мы ведь к нему так долго готовились. У нас там есть целый корпус. Хорошее здание, которое ветром точно не унесет!

Дима посмеялся и вовремя замолчал, когда понял всю неловкость ситуации.

– Да, мам, не стоит переживать. Мы все спрячемся в своих комнатах и просто будем спать. А утром после грозы пойдем собирать малину.

Мать и отец переглянулись. Мама точно ждала какой-то реакции от мужа. И он выдал ее:

– Может, стоит ему взять с собой резиновые сапоги?

– Я их только что положила!

– Мам! Еще и сапоги?! Они же много места занимают, да и тяжелые к тому же! – пожаловался Дима.

– Не перетрудишься, – буркнул отец.

По телевизору прозвучал женский голос, который заставил всю семью отвлечься и перевести внимание:

– Синоптики обещают завтра ночью сильную грозу. Ливень будет продолжаться восемь или девять часов по последним прогнозам. Уровень воды в реках и озерах значительно поднимется. Ожидаются наводнения в деревнях и населенных пунктах, расположенных в болотистой и низинной местностях. МЧС готовится к экстренным действиям, если они потребуются. А теперь в другим новостям…

– Что я говорил! – выплеснул отец и сделал звук тише.

– Не волнуйтесь, – убеждал Дима родителей в своей безопасности, – я же буду совсем рядом. Не на другую планету улетаю! Екатерина Николаевна точно что-нибудь придумает.

– Надеюсь, – кивнула мама, – я всегда считала ее благоразумной.

А потом мать присела на пол и открыла две сумки, которые собрала для сына в лагерь.

– Как много вещей! – простонал Дима. – Ты же меня не в кругосветное путешествие отправляешь! Это всего на две недели…

– И так каждый год! Хватит ныть и слушай. Смотри, здесь твои трусики. Их хватит на каждый день. По мере использования будешь складывать их в этот пакет. Тут твои носочки. По две пары на каждый день. Тоже будешь их складывать в пакет для грязного белья.

– Там можно стирать свои вещи, – напомнил ей Дима.

– Лучше перебдеть, чем недобдеть, верно?!

Дима только закатил глаза и продолжил выслушивать инструкции и указания.

– Здесь лежат все твои футболки. Я знаю, что там вам выдают специальные футболки. Постарайся одевать ее только на вечерние мероприятия, а не шататься по лагерю в ней весь день. Она же быстро провоняет… да-да, помню-помню! Там можно стирать… Дальше! Тут несколько шортиков, джинсы, тапочки, кофта, если будет холодно. И ветровка. После грозы будут лужи, так что одевай резиновые сапоги. И плавки. Пять штук. В мокрых не ходи! Я еще внуков хочу.

Дима едет в «Лосенок» уже пятый год подряд. Он прекрасно знал, как там все устроено и мог сам о себе позаботиться. Но ничто не могло исправить характер его заботливой мамы.

– В эту сумочку я сложила тебе все для гигиены. Зубная щетка, паста, мочалка, мыло, шампунь, гель для душа, зубная нить…

– А она мне зачем?!

– Во рту всегда что-нибудь застревает. Особенно после шашлыка и мясных блюд. Лишним не будет.

– Ладно-ладно…

– А вот здесь все лекарства. Я написала четкий список, где указала, какая таблетка для чего нужна. Понял?

Мама перебирала все вещи, показывая ему что и где лежит.

– Полотенца для тела и для лица. Хорошо там мойся. Особенно после купания в озере. Там же полно всякой грязи!

– Ежевичное озеро – самое чистое озеро, мама! И ты это сама знаешь. Ты же была там.

– Да, и приеду снова, чтобы тебя проверить.

– Мама! Опять позориться…

– Не спорь! Да, озеро чистое, но это же все-таки озеро! После пресной воды надо обязательно принять душ. И тщательно мой свой писюн. Оттягиваешь кожицу и…

– О, боже, мама! Хватит! И так знаю! Справлюсь как-нибудь…

Мама нежно улыбнулась сыну и крепко обняла его, прижав к себе.

– Я буду скучать, сынок.

– Всего две недели. И я вернусь. Просто дай мне время, чтобы побыть с друзьями. Не надо приезжать. Хотя бы в этом году. Мы там будем самые взрослые среди ребят.

Она подумала и переглянулась с мужем. Отец ничего не сказал.

– Ну, мы с папой еще подумаем, – неопределенно ответила она.

– Правда, мама. Не стоит. Не приезжайте.

Дима точно не знал получилось ли ему убедить родителей не навещать его в лагере в этом году. Он рассчитывал на отца. Правда, тому тоже не всегда удавалось убедить в чем-то свою супругу, которая волновалась и переживала по каждому поводу.

– Ложись-ка сегодня спать пораньше, – сказала мама, – завтра рано вставать. Мы с папой проводим тебя до станции туристов.

– И обещайте, что сразу уедите! Не надо там оставаться и ждать, когда автобус заберет меня. Лучше даже из машины не выходите.

– Но я хотела поговорить с Екатериной Николаевной…

– Только с ней, ладно?!

Но они ему ничего не пообещали.

Дима принял вечерний душ, переоделся и отправился в свою комнату, пожелав родителям спокойной ночи. На часах было только десять, но он заранее перевел маркер на календаре на завтрашнее число. Дима всегда так делал перед сном.

Настоящий день для него заканчивался, когда он ложился спать. Если следовать его логике, то уже сейчас наступил тот самый заветный день календаря.

Очень скоро он встретит всех своих друзей и сядет с Машей в автобусе. Они уедут в «Лосенок» на целых две недели. Дима помнил, как переживал в год, когда его отправили в лагерь в первый раз. Ему тогда было совсем не по себе.

Но в «Лосенке» Диме понравилось, и он захотел вернуться вновь. Никто возражать не стал. «Лосенок» стал для него вторым домом, куда он страстно желал возвращаться снова и снова.

Там его ждет веселое времяпровождение. Много разных игр, конкурсов, мероприятий и нескучных занятий на природе. Конечно, программа часто повторяется с той, что была в предыдущем году. Дима много знает. Но всегда появляется что-то новое.

Новые конкурсы, новые люди, новые знакомства, новые приключения и много новых историй, которые он запомнит на всю оставшуюся жизнь.

Дима любит это место и ценит тех людей, которые все это организуют для детей. Они дарят им радость детства, которой Дима дорожит больше всего.

Если у него спросят: «Что для тебя детство?», то он незамедлительно ответит: «Это лагерь «Лосенок».

И это будет самый лучший ответ из всех!

Дима лег в свою постель. Уже завтра он будет спать в комнате с другими ребятами, своими друзьями. Стоило Диме закрыть глаза, как он увидел черный фон и красные буквы…

«СМЕРТЬ БЛИЖЕ, ЧЕМ ТЫ ДУМАЕШЬ».

Эти слова мучили его до самого утра.

Глава 2. Долгожданное воссоединение

Посмотревшись в маленькое карманное круглое зеркальце, Маша проверила, как ровно распределен блеск для губ на верхней губе, ведь именно с ней у нее всегда возникали сложности.

Затем она оценила свои брови и ресницы. Яркие рыжие веснушки беспорядочно разбросаны на щеках. Как-то раз Маша хотела навсегда от них избавиться, но в старшей школе приняла их, как «изюминку» своей внешности. Она поправила непослушный локон золотистых волос за ухо и перенесла свой хвостик на правое плечо.

Убедившись, что ей нравится ее образ, Маша убрала зеркальце в свою маленькую желтую сумочку, что висела у нее на плече. Сегодня она надела светлые джинсы с потертостями, белые сандалии и белую блузку, усыпанную желтыми лепестками цветов, с закатанными по локоть рукавами.

– Я готова, – заявила она и открыла дверь, чтобы выйти из машины.

– Удачи, солнышко! – пожелала ей мама, сидящая за рулем.

Отец сегодня работал в дневную смену, поэтому не мог ее проводить в лагерь. Но Маша не грустила. Она считала себя довольно самостоятельной.

– Звони, если что-нибудь понадобиться, – добавила мама, когда дочь уже покидала семейный «форд», – или если просто соскучишься!

– Обязательно! Пока-пока! – весело ответила Маша и взглянула в сторону двухэтажного неприглядного здания.

Это была сама станция юных туристов, у ворот которой собирались дети со своими сумками.

Маша открыла багажник и достала свой розовый (она ненавидела этот цвет) чемоданчик на колесах.

– Я побежала! – она помахала маме рукой.

– Я люблю тебя, милая! – крикнула мать напоследок и завела двигатель.

Маша понимала, что в этом году будет много новых и незнакомых для нее детей. Но их отряд будет самым старшим. Ей уже четырнадцать. Она с нетерпением ждала встречи с Димой, ведь он предложил ей сесть вместе в автобусе.

Но скучать Маше не пришлось. В толпе мелкой ребятни, которая крутилась у своих руководителей, она заметила Лизу, свою подругу. Высокая и стройная, эта девушка никогда не опаздывала.

У Лизы были прямые, длинные ярко-рыжие огненные волосы, спадающие ей до пояса. Она стояла с сумками и, озираясь по сторонам, держала за руку другую девочку, тоже рыжую, но у той волосы оказались короткими, по плечи.

Сегодня Лиза одела зеленое платье по колено и белые туфельки. Увидев Машу, она отпустила руку девочки и помахала ей.

Встретившись, Маша и Лиза обнялись и обменялись поцелуями в щеку.

– Ты как? – спросила Лиза.

– Все отлично. Дима еще не приехал?

– Я его не видела. Из наших только ты и я.

Маша обратила внимание на малышку, которая внимательно их слушала. У нее уже возник вопрос:

– А кто такой Дима?

Лиза поспешила все объяснить:

– Это Соня, моя сестра.

– О! Ты никогда не рассказывала! – удивилась Маша.

– Я еду в «Лосенок» первый раз! – похвасталась малышка, широко улыбнувшись.

У юной Софии явно не хватало зубиков. Девочка, заметив, что Маша обратила на это внимание, пояснила:

– У меня еще один шатается! Вот!

И Соня подергала верхний зубик языком.

– Ну, хватит! – Лиза дернула сестру за руку. – Приедем в лагерь, и я тут же его вырву! Поняла?

– Привяжешь ниткой к дверной ручке и дернешь?

– Попрошу плоскогубцы.

Соня в ужасе уставилась на сестру, а потом… громко и звучно засмеялась.

Маше было приятно видеть, что у Лизы и Сони прекрасные сестринские отношения.

– В каком она отряде? – спросила Маша.

– «Звездочки»! – весело ответила Соня, пропев. – Там стоят мои друзья, но я пока не хочу уходить от сестренки!

– Но ты же понимаешь, что в лагере ты не сможешь всюду за мной слоняться? – обратилась к ней Лиза. – У меня будут свои дела и заботы. Ты тоже без дела сидеть не будешь.

Соня ничего не ответила.

Маша взглянула на часы.

– Уже без десяти семь.

– Черт! – воскликнула Лиза и взяла телефон. – Где их всех носит?! Сейчас я им напишу!

Лиза принялась набирать сообщение в беседу «Лосенок».

К станции туристов подъехал еще один автомобиль. Маша быстро обратила на него внимание. И она обрадовалась, когда увидела Диму, вышедшего на улицу.

– Дима уже здесь, – сообщила Маша.

– Отлично. Катя и Влад пока опаздывают.

– Катя как всегда! Ты же ее знаешь.

– Ага… «не спеши, а то успеешь» – ее девиз!

Маша наблюдала за тем, как Дима прощался с семьей. Его мама явно не желала оставлять сына. Она часто его обнимала и целовала. Отец старался прервать эти ласки.

Маша даже усмехнулась каким-то своим мыслям. Ей было приятно, что у Димы такие заботливые родители.

Дима уже схватил две свои сумки и даже встретился с ней взглядом, как мать быстро догнала сына и еще раз обняла его.

Они перекинулись парой фраз, и мама направилась к супругу, который уже ждал ее в Машине. Наверное, мама Димы хотела встретиться с Екатериной Николаевной – она самая главная в «Лосенке», – но, насколько Маше известно, преподаватель уже ждет их там, на месте.

– Мать от него все никак не отстанет, – послышался знакомый голос за спиной.

Маша обернулась и увидела перед собой Влада – стройный и высокий коротко стриженный брюнет в очках. Одет он в джинсы и голубую рубашку.

– Имеет право попрощаться, – съязвила Маша в ответ.

– А я и не возражаю.

Влад, как всегда, в своем репертуаре! Холодный ровный тон, равнодушный ко всему происходящему. Зануда. Что с него взять?

– И ты здесь! Очень хорошо, – Лиза снова уткнулась в телефон, – сейчас буду звонить нашей Кате! Где же она там пропадает? Наверняка еще из дома не вышла!

Дима наконец попрощался со своими родителями и направился в их сторону. Его мама еще долго не могла сесть в машину и смотрела в спину сына.

– У нас уже все собрались, кроме Кати.

Маша радостно подбежала к нему и обняла.

– Отлично, – ответил Дима, – мама все никак отстать от меня не может!

– Она заботится о тебе. Это дорогого стоит.

– Но мы уже не маленькие! – Влад вырвался вперед, чтобы пожать Диме руку. – Отряд «Айболит» наконец стал самым старшим в «Лосенке»! Ты собираешься учиться на инструктора, чтобы еще приезжать на Ежевичное озеро?

– Да, вообще-то собирался пойти…

Дима и Влад пожали друг другу руки, а с Лизой он обменялся теплыми улыбками.

– Катя как всегда опаздывает? – обратился ко всем Дима.

Маша оценила, как он был одет. Белая футболка и джинсовые шорты. Дима поставил две тяжелые сумки на землю себе в ноги.

Раздался громогласный голос Лизы. Девушка кричала в телефон:

– Где тебя черти носят? Давай быстро на станцию! Скоро автобус приедет. Опоздаешь – будешь своим ходом добираться!

Она резко бросила трубку и поправила подол платья.

– Скоро будет, – тепло и радостно Лиза объяснила все друзьям, – уже рядом.

И стоило так кричать?

– Так-так! Все здесь?

К ним подбежала низенькая пожилая женщина, одетая в широкую рубашку, джинсы и сандалии. Седые волосы сложены в пучок. Наталия Сергеевна могла дать фору любой молодежи! Маша сама видела, как эта дамочка сплавляется на байдарках и катается на лыжах. В свои-то годы!

– Наталия Сергеевна!

Все четверо бросились радостно обнимать руководителя своего отряда.

– Катя опаздывает, – вставила Лиза.

– Звони ей! Срочно! – глазки Наталии Сергеевны быстро бегали с одного на другого.

Она была рада всех видеть.

– Она уже едет, – ответила Лиза.

– Да, хорошо. Чего же она опаздывает? Автобус скоро придет! Никого ждать не будем.

– Наталия Сергеевна, вы уже были в «Лосенке»? – спросила Маша.

– Да, только вчера вернулась оттуда. В главном корпусе сделали ремонт. И закупили новое спортивное оснащение. Еще пополнили инвентарь в Домике Рыбака. И новую байдарку купили. А ту дырявую выбросили.

– Ого! – удивился Влад. – Новая байдарка! Надо будет быстро ее занять, пока другие не заняли ее.

– Да-да! Так что вы, Дима и Влад, контролируйте там все. Надо нам покататься на новой байдарке.

– А куда мы поедем на экскурсии в этом году? – хитро спросила Лиза.

Руководитель довольно улыбнулась и ответила быстро:

– Секрет! Не скажу!

Наталия Сергеевна посмотрела в сторону. Там ее уже звали другие руководители.

– Давайте, я побежала!

И она быстрой походкой покинула ребят.

– Славная женщина, – высказалась Лиза, – она мне всегда нравилась.

– Смотрите, кто идет… – Маша заметила «Экстремалов» первая.

«Экстремалы» – еще один отряд, в котором ребятам было по четырнадцать лет. Можно сказать, отряд-противник для «Айболита» по возрасту. Как и во всех отрядах лагеря, в нем было пять человек.

И все они шли в их сторону!

Андрей – спортивный широкоплечий блондин с горбатым носом. Его светлые волосы завязаны в конский хвост. Одет в белую рубашку и джинсы.

Леша – полный паренек, светлый и коротко стриженный. Заикается. На нем джинсовые шорты и футболка болотного цвета с черепом.

Гриша – парнишка невысокого роста, стройный. Лицо усыпано веснушками. Сам рыжий и кудрявый. Также в шортах и клетчатой рубашке.

Лена – высокая, стройная и очень симпатичная. Одета в черное платье по колено. За собой везет чемоданчик на колесах. Темные блестящие волосы связаны в пучок. Носит очки в черной оправе.

Диана – самая главная у «Экстремалов». На полголовы выше Лены. Если Лена была слишком худая, то телосложение Дианы не уходило в какую-то крайнюю степень худобы. Она стройная и с уже взрослыми формами тела. Черные брюки и красная рубашка. Черные прямые волосы до груди. Острый взгляд черных глаз.

Пятерка спешно и нагло приблизилась к четырем ребятам из «Айболита».

– Какие люди! – холодно воскликнула Диана.

Пятеро выстроились в ряд. Парни пожали друг другу руки, но при этом не испытали великой радости встречи. Просто «во имя хороших манер».

– Вижу, что вас четверо, но я постоянно забываю про пятую вашу участницу, – добавила Диана.

– Катя опаздывает, – отрезала Маша.

– Ах, да, Катя. Я как-то забываю о ее существовании. И что такая серенькая мышка забыла в ваших рядах? Ей же всего тринадцать. Она еще маловата для такой «зрелой» команды.

– Она не «серенькая мышка»! – бросила жестко Лиза. – Она – наш друг!

– Ну-ну…

Между девушками возникла напряженная обстановка.

– Я слышал, что в этом году будет много соревнований на байдарках, – Андрей смотрел на Лизу, – знайте, что на этот раз мы подготовились.

– Вы готовы взять реванш за прошлый год? – усмехнулась Лиза.

– Еще бы! – вставила Лена. – Мы вас сделаем.

– Тогда до встречи на озере, – подмигнул Диане Влад.

Девушка странно улыбнулась ему в ответ, и «Экстремалы» поспешили удалиться. Они направились к своему руководителю – полному рыжему мужчине в черном спортивном костюме.

Зашумел мотор. Заказной автобус подъехал к станции туристов.

– Вот же… – Лиза не смогла выругаться в полной мере при младшей сестре, – где же Катя?!

Толпа детей ринулась к автобусу, чтобы занять самые лучшие места. Их руководители только успевали задерживать их для порядка.

– Мы можем подождать ее здесь, – предложил Дима.

– Нет, – ответила Лиза, – вы идите, а мы с Наталией Сергеевной встретим ее. Устроим «теплый прием», так сказать!

Влад только пожал плечами, взял свои сумки и пошел к автобусу.

– Идите-идите, – поторопила Лиза Машу и Диму, – вы же хотели сесть вместе.

– А я? – взволновалась Соня.

– Сядешь со мной. Ты же хотела больше времени проводить со своей старшей сестрой?

Маленькая София недовольно заскулила и запрыгала на месте. Ей не терпелось присоединиться к своим друзьям, которые уже занимали места в автобусе.

В итоге Маша и Дима приняли предложение Лизы.

– Я помогу, – Дима опередил Машу, пока она не взяла свой чемодан.

– Спасибо, – ее лицо залилось краской.

Дима взял свои вещи и прихватил чемодан Маши. Он хотел забрать сумки Лизы и Сони, но рук уже не хватало.

Двое пошли к автобусу.

– Выбирай место, а я передам багаж, – сообщил ей Дима.

Маша зашла в автобус. Изучив обстановку, она заметила, что свободных мест осталось немного. Весь состав отряда «Экстремалы» занял самый дальний задний ряд – все пять мест. Они довольно улыбались, наблюдая недовольство остальных.

Руководители отрядов в спешке вели пересчет своих детей уже по десятому кругу.

Маша успела занять два места и села у окна. А сумочку положила на соседнее кресло. Взглянув окно, она увидела Лизу, Соню и Наталию Сергеевну. Троица ждала прибытия Кати.

Вот в автобусе появился Дима, и Маша помахала ему рукой, чтобы он ее заметил. Парень быстро дошел до нужного места и сел рядом с ней. Маша переложила сумочку себе на колени.

– Вот и сели! – радостно заявила она.

– Что-то я переживаю за Катю, – поделился своими мыслями Дима.

– Она придет…

– Пока мы ехали, было много пробок на дорогах. Город забит.

– Не волнуйся. Наталия Сергеевна не даст водителю даже завести двигатель, пока Катя не приедет.

И на этой ноте… мотор автобуса зарычал.

– Да… неловко вышло, – смущенно улыбнулась Маша.

Дима оглянулся и посмотрел в сторону «Экстремалов».

– Понты дешевые!

– Знаешь, а тебе не показалось, что Андрей испытывает к Лизе… симпатию? – поинтересовалась Маша.

– А ты так думаешь? Насчет Андрея и Лизы не знаю, а вот Влад и Диана – та еще парочка. Оба больны на голову. Они стоят друг друга.

– Хм, наверное, ты прав.

Они немного подождали, переведя дух, и вот в салоне автобуса наконец появилось знакомое лицо.

Одетая в белое платье, с маленькой сумочкой на плече, с каштановыми волосами по плечи и в больших очках с розовой оправой, вся облитая потом, по автобусу шла Катя.

Последняя из «Айболита».

Маша услышала, как с заднего ряда брызнул смех Дианы.

– Такие пробки! Такие пробки! Это какой-то кошмар!

Маше всегда нравился этот милый детский голосок. Дело в том, что Кате только тринадцать, но она уже в их отряде. На свой возраст девочка не выглядела. В душе Катя осталась совсем малышкой.

– Мы тебя не виним, – объяснила ей Маша, – место найдешь?

Катя поправила челку на лбу и закивала.

– Да-да! Уже нашла!

И она села у прохода рядом с какой-то замкнутой девочкой, которая, прижавшись к окну, читала книгу по психологии в толстой обложке.

– Теперь все в сборе, – облегченно выдохнул Дима.

– Это точно.

Маша наконец тоже могла позволить себе расслабиться. Вот в салоне появились Лиза, Соня и Наталия Сергеевна. Сестры нашли себе места, а руководитель отряда «Айболит» быстро всех пересчитала и проверила.

Заказной автобус оказался полностью забит детьми! Ни одного свободного местечка не осталось!

Маша даже знала точную цифру. Сорок. Всего детей суммарно по отрядам всегда было ровно сорок.

Руководители провели последний пересчет, пожелали всем удачной поездки, и дали команду водителю. Автобус тронулся и, покидая станцию юных туристов, направился в лагерь «Лосенок».

* * *

Екатерина Николаевна – спортивная женщина тридцати лет. Блондинка с каре и зелеными глазами. Одетая в серый спортивный костюм, она шла по территории лагеря «Лосенок» и давала последние указания Глебу, накаченному блондину, главному среди отряда инструкторов.

– Очень важно следить за исполнением всех требований техники безопасности, – диктовала Екатерина Николаевна, – особая осторожность на воде. Смотри за всеми в оба. Нам не нужны несчастные случаи. Нельзя оставлять детей одних, когда они купаются в озере. Так же особая осторожность во время заплывов на байдарках. Спать все должны в десять часов. Будем каждый вечер совершать обход.

Глеб только важно кивал.

– Контролируй инвентарь Домика Рыбака и никому не давай от него ключи. Там много крючков и острых предметов. Так же следи за тем, чтобы никто без разрешения не проходил на кухню. Это важно. Все дети должны быть в поле вашего зрения. Ты меня понял, Глеб?

– Да, мем!

Екатерина Николаевна серьезно кивнула.

– Еда у нас рассчитана на три недели. Все должно быть в избытке. С запасом. Программы у нас хватит на две недели. Ты уже приготовил футболки?

– Карина этим как раз занимается, – ответил Глеб.

– Вы уже расставили мусорные контейнеры? – она осмотрелась вокруг.

– Осталось еще три сюда поставить. Остальные уже стоят.

– Они скоро приедут, так что поторопитесь. И еще кое-что…

Они остановились, и женщина внимательно посмотрела на молодого человека.

– У одной девочки сахарный диабет. Нужно будет осторожно выяснить, что ей можно есть, а что нельзя. Важно помнить о таких вещах.

– Я все узнаю, можете рассчитывать на «VIP»! Мы не подведем.

– Очень надеюсь. Будет еще слабоумный мальчик. И один не может ходить без костылей. Приглядывай за ними, чтобы они не наделали глупостей.

Глеб кивнул и оставил Екатерину Николаевну.

Женщина взглянула в сторону Ежевичного озера, которое начиналось за кустами малины. Затем она направилась к зеленому полю, где уже все было приготовлено для спортивных игр.

Ей навстречу вышла Карина, молодая девушка с черными дредами.

– Екатерина Николаевна!

– Я слушаю.

– Они уже едут. Павел Борисович позвонил.

– Тогда по местам.

И вот к ним выбежала другая девушка со светлой косой. Запыхавшись, она воскликнула:

– Приехали!

– Уже? – удивилась Карина.

И Екатерина Николаевна услышала звук мотора.

– Пришло время «Лосенку» встретить гостей.

* * *

Дети радостно покидали автобус. Руководители отрядов только успевали ловить своих подопечных и следить за тем, чтобы они не разбежались. Целая толпа детворы собиралась дружной кучей на площадке возле большого двухэтажного деревянного корпуса.

Совсем рядом стояла небольшая избенка с вырезанной в дереве надписью: «Домик Рыбака». Где-то справа был установлен большой крытый навес, напоминающий очень большую широкую палатку. А за ним – узкие тропки вели в лес и на пляж.

Даже отсюда сквозь кусты можно было увидеть блестящее на солнце Ежевичное озеро.

Гостей «Лосенка» на площадке встречала Екатерина Николаевна и пять взрослых ребят – отряд инструкторов, у каждого члена которого есть свои обязанности.

Екатерина Николаевна попросила преподавателей собрать свои отряды, чтобы как-то упорядочить эту толпу ребятни. Самыми послушными оказались самые старшие. Это отряды «Айболит» (Маша, Дима, Влад, Лиза и Катя) и «Экстремалы» (Андрей, Леша, Гриша, Лена и Диана).

Екатерине Николаевне передали рупор, который многократно усилил громкость ее голоса:

– Прошу всех разбиться по их отрядам!

Когда вся эта суета завершилась, и руководители смогли призвать своих ребят к молчанию, Екатерина Николаевна начала свою речь:

– Я рада приветствовать вас всех в нашем эколого-краеведческом лагере «Лосенок». Для тех, кто меня не знает, меня зовут Екатерина Николаевна. Прошу руководителей отрядов обращаться ко мне в случае возникновения каких-то вопросов. Сейчас мне бы хотелось начать с организационного момента.

Она сделала паузу, чтобы сглотнуть, а потом продолжила:

– Территория лагеря достаточно большая. Ребята, вы будете жить в этом корпусе, самом большом. Ваши комнаты располагаются на втором этаже. В правом крыле – девочки. В левом – мальчики. Комнаты рассчитаны на два и три человека. По восемь комнат каждого вида. Там они чередуются друг с другом. В этом году у нас двадцать мальчиков и двадцать девочек. И соответственно, двадцать мест для мальчиков в левом крыле и двадцать мест для девочек в правом. В каждом крыле есть душевые комнаты и туалеты. Разумеется, они разделены для мальчиков и девочек. На первом этаже этого корпуса располагается еще несколько помещений. Там есть столовая и кухня, где мы будем принимать пищу и готовить. Там есть библиотека, где вы можете найти много полезной и интересно литературы. Там же есть крытый бассейн.

Маша никогда не понимала, зачем нужен крытый бассейн в лагере, где есть прекрасное озеро.

– Руководители будут жить в отдельном корпусе, – Екатерина Николаевна указала на другое деревянное одноэтажное здание, расположенное по соседству с Домиком Рыбака, – кроме этого на территории лагеря есть игровая площадка. На пляже у озера натянута сетка. У нас есть этот навес, где мы будем проводить все вечерние мероприятия. Даже дождь нам будет не страшен. В этом навесе есть вся аудиотехника. Так что мы с нетерпением ждем ваших музыкальных номеров. На озере мы будем купаться, устраивать заплывы и соревнования на байдарках. Давайте познакомимся прежде, чем я ознакомлю вас с нашей программой.

Один из инструкторов передал Екатерине Николаевне лист бумаги.

– В этом году у нас собралась довольно разношерстая команда. И это приятно! Всего этим летом в «Лосенке» собралось девять отрядов! Давайте сперва поприветствуем самых младших ребят. Отряд «Звездочки» и отряд «Солнечные зайчики».

Маленькие девятилетки весело закричали что-то невнятное.

– Руководители: у «Звездочек» – Борис Семенович, а у «Солнечных зайчиков» – София Викторовна. Прошу более старших ребят заботиться о наших юных экологах!

Оба преподавателя оказались самыми молодыми среди остальных руководителей. Им было около двадцати трех лет каждому.

– Дальше ребята постарше. Десять и одиннадцать лет. Отряды «Червячки» и «Медузы-карапузы». Руководители: Зоя Федоровна и Татьяна Алексеевна.

Зоя Федоровна – ровесница Наталии Сергеевны. Пожилая женщина всегда носила на плечах большой походный рюкзак с множеством кармашков. Седые волосы завязаны в пучок. Татьяна Алексеевна – полная женщина средних лет с фиолетовыми кудрями, у нее красное лицо и короткие пальцы.

– В отряде «Медузы-карапузы» есть особенный мальчик. Его зовут Артурчик. Он у нас страдает от дефекта умственного развития. Попрошу вас позаботиться о нем и не обижать.

Влад ехидно усмехнулся:

– Слабоумный… даун, наверное, или идиот…

Маша больно ткнула его в бок.

– Ты чего творишь?

Она не среагировала.

– А в отряде «Червячки» есть Борька. Из-за своего заболевания он не может обойтись без костылей. Очень прошу помогать ему, если возникнут трудности. Давайте будем уважать каждого из нас и принимать друг друга со всеми недостатками и болезнями.

Маша осторожно взглянула на мальчика, который упирался на два костыля.

– Теперь серединка! Двенадцать и тринадцать лет. Ого! Эти бывалые ребята решили нас приятно удивить. Два отряда представляют собой команду девочек и команду мальчиков. Отряд «Клеверята». Их пять, как листочков на редком пятилистном клевере. Руководитель – Алла Геннадьевна. И отряд мальчишек – «Крутые бобры»! Руководитель – Виктор Александрович.

Оба преподавателя этих отрядов выглядели, как олимпийские спортсмены, которые ушли в отставку. Уже не та форма, что прежде, но еще могут что-то показать и доказать.

– И наконец… самые старшие «лосята»! Очень скоро они смогут стать инструкторами. Отряд «Айболит»! Руководитель – Наталия Сергеевна.

Ребята дружно поддержали своего преподавателя.

– И отряд «Экстремалы» под руководством Павла Борисовича!

Их соперники тоже не стали молчать, поддерживая своего учителя.

– Вот такие озорные и веселые ребята собрались в «Лосенке» в этом году! – подытожила Екатерина Николаевна. – Но у нас есть еще один отряд. Он называется «VIP». Очень важные персоны. Поприветствуйте инструкторов!

Пятеро молодых людей шагнули вперед под бурные аплодисменты.

– В «Лосенок» они приезжали с самых ранних лет. Когда-то они были на вашем месте. А сегодня они станут вашими лучшими друзьями и помощниками в лагере. Знакомьтесь! Карина!

Кивнула девушка с дредами.

– Карина отвечает за все, что касается озера и купания в нем. По любым вопросам, связанным с Ежевичным озером, обращайтесь к ней. Таня!

У нее была длинная светлая коса.

– Таня у нас отвечает за все мероприятия. Записывайтесь к ней на конкурсы, предлагайте свои идеи и передавайте ей свою музыку. А это Алена!

У третьей девушки короткая темная стрижка.

– Алена отвечает за спортивный инвентарь и библиотеку. Если вы хотите поиграть в бадминтон, теннис или во что-то другое – идите к ней. Так же у нее записывайтесь в библиотеку и отмечайте книги, которые вы взяли почитать.

Теперь наступила очередь парней-инструкторов.

– А теперь наши мужчины! Глеб будет проводить для вас уроки по выживанию в дикой природе. С ним вы научитесь разжигать костер, ставить палатки, вязать узлы, пользоваться компасом и другим интересным и полезным навыкам.

Этот блондин показался Маше слишком самоуверенным и напыщенным.

– А это Паша!

Второй парень очень высокий, худой и бритый.

– Он у нас медик! Если что-то заболело, если вы поранились, или вам стало плохо – обращайтесь в медицинскую палатку к Паше. Он вас выручит. Так же он научит вас на мастер-классах оказывать первую помощь в условиях дикой природы.

Наконец вступительная часть была завершена, и Екатерина Николаевна перешла к более содержательной речи.

– А сейчас поговорим о наших планах, друзья! Лагерь «Лосенок» – это эколого-краеведческий лагерь. А потому, если вы здесь, то вам не безразлична окружающая среда. Ежевичное озеро – одно из самых чистых и прекрасных озер Подмосковья. Место, где обустроен наш лагерь, уникально. Только здесь вы найдете так много малины, ежевики, земляники и поляники.

После паузы Екатерина Николаевна продолжила:

– Мы заботимся об окружающей среде. Нам не безразлична экология нашего родного края. И я надеюсь, что вам тоже. Здесь мы проведем с вами две недели. Каждый день будет насыщен событиями и приключениями. В нашем лагере ваши преподаватели и руководители других отрядов будут организовывать для вас учебные классы. В свободное время вы можете играть и купаться. Днем будут разные конкурсы и состязания. Вечером будем устраивать мероприятия на экологическую тематику, к которым вы будете готовиться со своими руководителями в течении дня.

Дима ясно помнил, сколько труда, времени и сил требовалось, чтобы организовать вечерний номер. На это уходило все свободное время.

– Кроме этого нас ждет два выезда. По одному на каждую неделю. Это традиция лагеря «Лосенок». Куда мы отправимся? Пока это секрет!

В прошлом году они ездили на экскурсию в музей Дарвина, а на следующей неделе посетили заповедник Царицыно.

– И самое важное. Чтобы подвести итоги нашей программы, каждый отряд к концу второй недели должен подготовить свой экологический проект, который поможет защитить природу. Отряд, который представит самый интересный и полезный проект, получит «Приз Эколога Года»!

В прошлом году «Айболит» смастерили водные фильтры из подручных и естественных материалов, но победу удержать не удалось. В этом году придется опять ломать голову.

– И заботиться о защите окружающей среды мы начнем уже сегодня! Дело в том, что по всему «Лосенку» расставлены контейнеры для раздельного сбора мусора. Это традиция нашего лагеря. А теперь поговорим о планах на сегодняшний день.

Екатерина Николаевна еще раз пробежалась взглядом по своему листку, который подготовила для речи, чтобы убедиться в том, что она не забыла ничего важного.

– Сейчас вы заберете свои вещи из автобуса, и мы дадим вам час на то, чтобы занять свои комнаты, расположиться и освоиться. В девять часов собираемся здесь, чтобы получить футболки лагеря «Лосенок» и провести церемонию открытия лагеря. Дальше вас ждет полдник. После него у вас будет свободное время, чтобы привыкнуть к лагерю. Потом мы устроим традиционную игру «Водная битва». Мы проводим ее каждый раз в первый день приезда. Вечером после ужина вас ожидает конкурс «Модный приговор». Каждый отряд должен представить костюм, в создании которого использовались разные отходы. Это может быть любой мусор, банки и бумага. Ваша задача – показать пропаганду вторсырья. И так же традиционно после «Модного приговора» состоится дружеский конкурс талантов, на котором каждый отряд покажет себя!

И Екатерина Николаевна торжественно провозгласила:

– Добро пожаловать с лагерь «Лосенок»! Отправляйтесь за своими вещами и располагайтесь в своих комнатах!

Снова начались шумиха и суматоха. Этого в первый день не избежать. Но Дима и Маша были счастливы вернуться сюда.

«Лосенок» – родное место для них, полное добра. Скоро с ним будет связано еще больше разных воспоминаний.

Отряд «Айболит» был готов показать себя и выложиться в этом году на полную!

Глава 3. Радость детства

После церемонии открытия лагеря все ребята уже радостно ходили переодетыми в голубые футболки с изображением забавного лося и яркой зеленой надписи: «Я – лосенок». Такая новая «форма» придала детям большую сплоченность и единение с лагерем и друг с другом. В этот момент им показалось, что они стали равны, не взирая на возраст и другие показатели отличия.

Все они – «лосята», дружные экологи лагеря «Лосенок». И осознания своего назначения и своей принадлежности у них никто не отнимет.

Солнце ярко светило над лагерем, освещая своими лучами все вокруг: заросли малины и поляники, сверкающее Ежевичное озеро, большую зеленую просторную поляну, где уже начались спортивные игры. Ребята «разогревались». Они знакомились с лагерем. Старшие дети проводили экскурсии младшим. Друзья общались, знакомились друг с другом и обменивались последними новостями.

Все они оказались в равных условиях. Каждый из них чувствовал то же, что и остальные. И с голубыми футболками это стало еще более отчетливо и ясно.

– Эти голубые футболки мне очень понравились! – радостно воскликнула Катя. – Прямо радует глаз!

– А какие были в прошлом году? – подзабыл Дима.

– Зеленые, – вспомнила первая Маша, – они дико мне тогда не понравились. Слишком темные, наверное. А сейчас все ярко и весело.

Лиза огляделась по сторонам и обеспокоенно сообщила:

– Я пошла. Мне нужно найти сестру.

– Я с тобой! – вызвалась Катя.

Две девочки оставили Диму и Машу одних. Где был Влад – мало кого волновало.

– Куда пойдем? – обратился Дима к Маше.

– И почему такие вещи должна решать девушка? – в шутку ответила Маша, но Дима, кажется, из-за этого почувствовал некую неловкость. – Я шучу!

Она первая взяла его за руку. Маша сама удивилась себе! В этом месте она чувствовала какой-то мистический подъем сил и бодрости. Это не могло ее не радовать.

– Смотри! Там девочки из отряда «Клеверята»! Что они затеяли?

Маша и Дима направились к компании пятерых девочек, которые образовали круг и что-то показывали друг другу руками. Но, судя по их недовольным взглядам, у них явно что-то не получалось.

– Привет! – Маша первая заговорила с ними.

Она уже знала этих девочек. Они познакомились на одном из съездов в станции юных туристов. Алиса – темноволосая, стройная и бледная. Света – полненькая, немного неуклюжая, с каштановыми локонами. Вика – задорная блондинка, очень полная. Даша – очень похожа на Алису, но с другими чертами лица, более выраженными и яркими. И Алина – невысокая, очень худая, брюнетка.

– Что вы делаете? – поинтересовалась Маша.

– Вы из «Айболита»? – спросила Вика.

Маша и Дима переглянулись.

– Да, – ответил Дима.

– О! Значит, вы сможете нам помочь! – воскликнула Даша.

– А чем помочь? – не поняла Маша.

– Мы тут пытаемся вспомнить одну игру, – ответила Алина, – вы точно ее знаете! «Дыра на дне морском»!

Маша и Дима снова переглянулись и немного посмеялись. Они оба знали эту забавную игру.

– Сейчас мы вам покажем, – согласилась Маша, – повторяйте за нами!

Маша и Дима – оба они знали, что нужно делать. В этой игре нужно говорить слова и повторять движения руками. Это скороговорка для рук и жестов.

– Дыра на дне морском! Дыра на дне морском! Дыра, дыра, дыра на дне морском!

Маша и Дима показывали движение ладонью в виде волны или ручейка. Движение руки происходило под темп слов.

Девочки из «Клеверят» дружно и старательно повторяли, нашептывая себе слова, которые помогали делать движение рукой.

– Бревно в дыре на дне морском!

Маша соединила пальцы руки с большими пальцами, образовав круг ладонями, чтобы показать «бревно».

– Бревно в дыре на дне морском! Бревно в дыре на дне морском! Бревно, бревно, бревно в дыре на дне морском.

Первое и второе движение повторялись под нужные слова.

– Теперь… Дупло в бревне в дыре на дне морском.

«Дупло» изображалось соединенными большим и указательным пальцем доминантной руки (не все среди девочек оказались правшами). Собственно, «дупло» – колечко из пальцев.

– Дупло в бревне в дыре на дне морском. Дупло, дупло, дупло в бревне в дыре на дне морском.

Повторять движения становилось сложнее. Нужно было помнить, как показать «дупло», «бревно» и «дыру на дне морском».

– И последнее… Червяк в дупле в бревне в дыре на дне морском.

«Червяк» – согнутый указательный палец.

– Червяк в дупле в бревне в дыре на дне морском! Червяк в дупле в бревне в дыре на дне морском! Червяк, червяк, червяк в дупле в бревне в дыре на дне морском.

– Ох, я не успеваю! – пожаловалась Света, смеясь.

Маша приняла эту просьбу и решила:

– Давайте медленно и постепенно. С самого начала?

Все кивнули.

– Готовы? Дыра на дне морском! Дыра на дне морском! Дыра, дыра, дыра на дне морском! Бревно в дыре на дне морском! Бревно в дыре на дне морском! Бревно, бревно, бревно в дыре на дне морском! Дупло в бревне в дыре на дне морском! Дупло в бревне в дыре на дне морском! Дупло, дупло, дупло в бревне в дыре на дне морском! Червяк в дупле в бревне в дыре на дне морском! Червяк в дупле в бревне в дыре на дне морском! Червяк, червяк, червяк в дупле в бревне в дыре на дне морском!

Девочки весело смеялись, не успевая совершать движения под темп слов, ведь скорость с каждым разом увеличивалась. Это была хорошая скороговорка для рук. Однажды выучив ее, не сможешь позабыть никогда. И постоянно в лагере «Лосенок» о ней вспоминали, повторяли и разучивали.

– Давайте быстро! – подыграла Маша.

Даже Дима – опытный «лосенок» – не успевал показывать все движения. Маша – настоящий профессионал в этой игре.

– Червяк в дупле в бревне в дыре на дне морском! Червяк в дупле в бревне в дыре на дне морском! Червяк, червяк, червяк в дупле в бревне в дыре на дне морском! Я разыщу его везде, я разыщу его везде, и он язык покажет мне!

И на кульминационной ноте все ребята дружно замычали, показав друг другу языки. Веселая игра завершилась дружным детским смехом.

– Спасибо тебе! – отблагодарила Вика Машу. – Мы бы не справились без тебя! Стоим и голову ломаем: «как там было?!».

Маша весело ответила:

– Тогда тренируйтесь! Удачи вам!

Закончив помогать отряду «Клеверята», Дима и Маша направились в сторону опушки, где росли вкусные ягоды. Собственно, ягоды – один из самых главных поводов вернуться в «Лосенок».

– Давай скорее, пока их кто-нибудь не нашел и не съел раньше нас?! – затейливо предложила Маша, схватив Диму за руку. – Я знаю тайное место!

И двое поспешили скрыться в зарослях ежевики.

* * *

Ира – маленькая девочка из отряда «Звездочки». У нее большие голубые глаза и светлые волосы по плечи. Она была рада надеть в первый раз голубую футболку «Лосенка». Еще на ней были короткие джинсовые шортики. Она стояла босыми ногами в песке и держала в руках деревянную коробку, засыпанную зелеными листьями.

Другие малыши из отрядов «Звездочки» и «Солнечные зайчики» столпились вокруг нее. Все смотрели в деревянную коробку и пробовали осторожно совать туда руку.

– Не бойся, Игорек! – сказала Ирок. – Возьми одну! Я тебе разрешаю!

– А мне разрешаешь? – поинтересовался Костик.

– Ну, недолго, ладно?

Игорек сунул руку в коробку, и одна большая склизкая улитка с здоровым «домиком» на спине заползла ему в ладонь.

– Ай! – воскликнул Игорек. – Какие они холодные!

– Приятно, да? – посмеялась Ирок.

Все девятилетки стояли в песке босиком. Они уже успели пробежаться вдоль озера, а потому мокрый песок прилип высохшей коркой к их ногам.

– Ой, я тоже хочу! Тоже хочу! – вызвалась вперед девочка Тася.

Ирочек разрешила Костику и Тасе взять себе по улитке на руки.

– И как ты их не боишься? – удивилась Соня.

– А чего их бояться?! – искренне не поняла Ирок. – Они же милые!

В диалог вступила Полина. Ростом она была выше остальных ребят из младших отрядов. У нее были серые жидкие волосы и бледное худое лицо. Тонкие руки прижимали к телу кошку. Полине было явно тяжело ее держать. Кошка взрослая и уже не малышка. На короткой темной шерсти можно было найти несколько рыжих пятен.

– Как они могут быть милыми? – она явно этого не понимала. – Они же слизняки!

– Улитки! – возразил Максимка.

– Вот Шуня у меня милая! Правда, Шуня?

Полина почесала свою кошку за ухом.

– А после ваших улиток можно всякие болячки подхватить! Вы только смотрите, как бы у вас на руках бородавки не вылезли! Они же писают и какают прямо на вас!

Но ребят такие слова не испугали.

– Ирок, – обратилась к хозяйке улиток Соня, – я тоже хочу, но боюсь…

– Тогда возьми маленькую! Вот эту!

Ира попросила Тимурчика, самого маленького и низенького темненького мальчика, подержать деревянный ящик с улитками, а сама взяла крохотного слизнячка в ладошку и протянула Соне.

– Не бойся, трусишка! – посмеялась Ирок. – Они не кусаются!

– Да-да! – поддержал ее Игорек. – Они очень милые! И классные!

Полина только закатила глаза на это и покачала свою Шуню на руках.

Тем временем Ира передала маленькую улитку в руки Соне, и девочка быстро закрыла глазки, будто чего-то испугалась.

– Смотри за ней! – попросила Ира.

Соне пришлось открыть глаза. Она увидела, как по ее ладошке ползала маленькая улитка.

– Ой! Какая она большая! – воскликнула Соня.

И все ребята дружно рассмеялись.

Вдруг в детскую идиллию вмешалась старшая. Это была Лиза в сопровождении Кати из «Айболита».

– Вот ты где! – воскликнула рыжая старшая сестра. – А я тебя уже вся обыскалась! Чем это ты тут занята?

Соня обернулась и показала сестре улитку, которую держала у себя на ладони.

– Вот… – виновато произнесла София.

– Какая хорошенькая! – Катя даже запрыгала на месте. – Ой, а можно и мне потрогать?

Тимурчик вопросительно взглянул на Иру, хозяйка важно кивнула в ответ, и мальчик протянул коробку с большими уликами Кате.

– Ой, спасибо! Они такие хорошенькие!

Катя взяла одну большую улику, и та принялась ползти прямо по ее руке в сторону локтя.

– Как щекотно! – Катя весело засмеялась.

Лиза забрала маленькую улитку у Сони и вернула ее в коробку.

– Пойдем мыть руки! – приказным тоном потребовала Лиза.

– Опять ты за свое! – Соня упрямо топнула ногой.

– Пошли, я сказала!

Лиза схватила младшую сестру за руку и резко развернулась… так случилось, что она лбом об лоб столкнулась с другой девочкой, которая как раз проходила мимо.

Получив сильный удар по голове, Лиза упала, а вместе с ней в песок упала и Соня. Ребятня заразилась бурным смехом.

– Твою ж…

Лиза быстро оборвала свое ругательство и подняла взгляд на ту, с которой столкнулась. Она знала ее! Эта та самая «скромница», которая сидела в автобусе с Катей и читала книгу. Эта же книга и сейчас у ее в руках!

– Вы не ушиблись? – виновато спросила она.

Девочка протянула руку помощи, чтобы помочь Лизе встать. Лиза же прежде, чем принять помощь, спросила:

– Как тебя зовут?

– Оля, – спокойно ответила девочка с книжкой.

– Хорошо, Оля. Помоги мне!

Лиза и Соня приняли помощь от Оли.

– И что ты читаешь, Оля? – спросила Лиза.

– «Техника критического мышления», – ответила она, – очень занимательно, если честно.

– Молодец, Оля. Приятого чтения. Мне пора. Поговорим как-нибудь.

– Ага… А ты христианка?

Оля обратила внимание на большой крестик Лизы, выпавший у нее из-под футболки, когда она упала.

– Да… а ты кто? Атеистка?

Лиза поспешила спрятать золотое распятие под одежду.

– Атеисты не верят в Бога, – пожала плечами Оля, – и в этом выражается их отношение к Нему. Я же выбираю незнание. Вот и все.

– Не знаешь, значит?..

Лиза еще раз взглянула на название книги Оли и поняла для себя, что этим как раз и объясняется мировоззрение этой девочки.

– Удачи с незнанием! – съязвила она, оставшись недовольной после падения.

Лиза резко развернулась, взяла Соню за руку и потопала прочь. Катя, заметив исчезновение подруги, поспешила вернуть улитку Ире.

– Ой, мне пора!

Она передала улитку какой-то незнакомой девочке и убежала.

Оля снова открыла свою книгу и с печалью заметила, что закладка выпала. Сама она не помнила, на какой странице остановилась. Она присела, чтобы поднять закладку с земли, но в этом ей помог кое-кто другой.

Кристина, высокая и стройная девушка. Вся в черном и с темными волосами. Она была в отряде «Медузы-карапузы».

– Держи, – Кристина передала закладку Оле.

– Благодарю, – тепло улыбнулась Оля в ответ и посмотрела в сторону Лизы.

– Это старшики. Не стоит обращать на них внимание. Слишком нахальные и понтовые. «Техника критического мышления»? Мне нравится. Расскажешь, что это?

Оля с удивлением уставилась на новую знакомую.

– Да, конечно, мы можем прогуляться к озеру.

– Согласна, – кивнула Кристина, – идем.

Старшие дети оставили маленьких ребят, и «Звездочки» с «Солнечными зайчиками» продолжили играть с большими улитками.

* * *

– Кто это такие?

Высокий и сильный для своего возраста слабоумный Артурчик уставился на озерных жителей, которых Борис, упираясь на свои костыли, вынул из воды.

– Моллюски, – ответил Борис, – двустворчатые.

Мальчики не пошли на пляж. Они уединились на краю Ежевичного озера, прямо у кустов камыша. Здесь, в луже грязи, они вынимали из ила моллюсков. Вернее, вынимал их Борис, а Артурчик ему в этом помогал, придерживая, чтобы тот не свалился в воду.

Ноги Борьку не держали сами. Ему требовались костыли.

– И кто они такие? – не понял Артурчик.

– Просто подводные обитатели. Они безобидные.

– И зачем они нужны?

– Не знаю… Люди их едят.

– Едят?!

Для Артурчика это явно стало настоящим шоком.

– В дорогих ресторанах, – кивнул Борис, – я в фильмах видел.

– Ого!

Артур помог Борьке выйти из воды и передал ему костыли. Борис промыл раковину моллюска от ила.

– А можно… мне его подержать? – поинтересовался Артурчик.

– Конечно!

Борька передал ему одного большого двустворчатого моллюска.

Артурчик покрутил его в руке, а потом попытался раскрыть створки, а Борис его быстро остановил:

– Не делай этого!

– А почему? – не понял тот.

– Не надо тревожить его покой. Говорят, что через много лет там может появиться жемчужина.

Для Артрурчика эта новость стала очередным открытием.

– Как много ты знаешь!

– Бегать не могу, а потому изучаю биологию. Люблю подводный мир. Это красиво.

– Если я заберу его себе, то у меня будет своя жемчужина?

– Чтобы она появилась, нужны определенные условия. И время. Много времени! Сотни лет!

– Боюсь, я так много не проживу…

Борис печально усмехнулся и забрал у друга моллюска, а потом бросил его во влажный песок у воды.

– Что ты делаешь? – не понял Артурчик.

– Смотри! Сейчас он сам поползет к воде.

Глаза мальчика расширились от удивления, и он с любопытством наклонился, чтобы посмотреть на это.

– Что-то он не ползет…

– Подожди немного, – ответил Борис.

И вот они видели, как двустворчатый моллюск стал медленно шевелится и ползти к воде, оставляя на иле след.

– И как он это делает? – не понимал Артурчик.

– Шевелится там внутри, – ответил Борис, – пусть вернется к своей семье.

Мальчики в тишине наблюдали за тем, как моллюск возвращается в озеро.

– Там его дом? – спросил Артурчик.

Борис после знакомства со слабоумным мальчиком был готов к тому, что ему будут задавать много вопросов, но его нисколько не затрудняло на них отвечать. Он считал Артура хорошим человеком и другом.

– Да, – ответил он на очередной вопрос, – там его дом.

Они так и стояли по колено в воде, пока Борис не услышал громкие звуки со стороны игровой площадки.

– Нам нужно идти, пока нас не начали искать, – решил он.

Атрурчик только кивнул в ответ.

– Ты еще что-нибудь расскажешь мне интересное?

– Да. Все, что захочешь.

* * *

– А теперь в «Водную битву» вступают отряды «Клеверята» и «Крутые бобры»! Я надеюсь, что наши мужчины позволят девочкам атаковать вас первыми, а потом вы сами станете джентльменами и побережете наших дам! – громко объявила Екатерина Николаевна.

Девочки из отряда «Клеверята» выстроились вдоль линии препятствий. На «старт» линии препятствий вышел отряд «Крутые бобры» в полном составе.

Полоса препятствий представляла собой дорожку с укрытиями в виде разных баррикад. Одной команде следовало пересечь ее и добраться до «финиша», не промокнув. Другая команда стояла по две стороны от полосы препятствий на расстоянии трех метров и держала в руках ведра с водой и несколько губок и мочалок. Их задача – заставить команду соперника промокнуть.

Чем больше людей из команды доберется до «финиша» сухими, тем больше очков получит отряд. Потом отряды меняются местами. Преграды и баррикады необходимы, чтобы команда могла спрятаться за ними и не попасть под водный обстрел.

Команде соперников важно быть меткими и быстрыми, чтобы точно бросить мокрую губку или мочалку в противника.

– «Крутые бобры» прошу на «старт»!

Спортивные мальчишки, среди которых оказалось двое близнецов (Савва и Саша), заняли позицию «старта».

– По свистку мы начинаем! Правила все знают! Готовы?

И Екатерина Николаевна подала сигнал свистком. Состязание незамедлительно началось.

Собравшиеся ребята, наблюдающие за «Водной битвой», принялись восторженно и упоительно кричать и свистеть, поддерживая отряды.

Пятеро членов «Крутых бобров» (полноватый Толик, высокий и тощий бледный Аркадий, невысокие и спортивные блондины-близнецы и Антон – самый высокий и спортивный брюнет из всех) бросились к укрытиям.

Девочки из «Клеверят» дружно погружали мочалки в ведра с теплой водой и начали водную атаку соперников.

Брызги посыпались во все стороны. Наблюдать за этим состязанием оказалось невероятно весело и интересно.

Мальчики, выбегая из укрытий, перемещались к следующей баррикаде, чтобы спрятаться от воды. Девочки очень часто не попадали в мальчиков, из-за чего сердились и заряжались еще большей энергией и настроем на победу.

В какой-то момент удалось вывести из строя Толика и Аркадия. Девочки закидали их мокрыми губками.

Близнецы и Антон добрались до середины полосы препятствий. Трое переглядывались и выглядывали из укрытий. Девочки атаковали даже сейчас!

У троих из них закончилась вода и губки. Две другие еще вели атаку, выжидая, когда парни выйдут из укрытий.

Антон вышел первый и попал под дружный обстрел девчонок. Это дало шанс близнецам Саше и Савве добраться до «финиша», принеся своему отряду два очка в этом состязании.

Толпа дружно смеялась и аплодировала.

– Самыми ловкими в отряде «Крутые бобры» оказались близнецы! – провозгласила Екатерина Николаевна. – И они приносят своему отряду два очка! А теперь меняемся! «Клеверята», на изготовку!

Отряды «Крутые бобры» и «Клеверята» поменялись ролями. Екатерина Николаевна не сомневалась, что такое состязание сблизит ребят.

Девочкам удалось заработать всего одно очко. Мальчики оказались беспощадны. К финишу пришла только Алина. Вику парни закидали мокрыми мочалками в первую очередь.

Публика рукоплескала. Особенно были рады отряды «Звездочки» и «Солнечные зайчики», которые больше всего хотели попасть под «водный удар» с одной целью – промокнуть.

* * *

Влад и Диана сидели на пляже у Ежевичного озера, скрывшись от солнца в тени кустов малины. Они набрали много ягод и уже успели накормить ими друг друга.

Кажется, «Айболит» и «Экстремалы» совсем забыли об этих двоих. Парочка с удовольствием наслаждались обществом друг друга.

Влад держал Диану за руки, а она смотрела ему в глаза.

– Не в тот отряд ты попал, – печально улыбнулась она, – нечего тебе в «Айболите» делать. Если бы ты был с нами…

– Я тоже этого хочу. Но ведь не так важен отряд, в котором я состою, верно? Важны лишь мы с тобой. И больше ничего на свете. Если мы рядом, если мы вместе…

Она опустила голову ему на плечо.

– Мне нравится быть с тобой, – призналась она, – правда. На самом деле я вернулась в «Лосенок» только ради тебя. А так… этот лагерь мне порядком надоел. Никакого азарта. Все эти детские ощущения куда-то… исчезли. Понимаешь?

Он кивнул.

– Просто мы взрослеем. Это нормально.

– Думаю, ты прав. Хватит играть роли, которые мы не выбирали. Я наконец хочу быть сама собой. С тобой.

Влад наклонился и одарил Диану жарким поцелуем в лоб. Она почувствовала невероятное тепло и блаженство в его горячих объятиях.

– Влад…

– Да?

– Я хотела поговорить о том, что мы с тобой… взрослые.

– Это так.

Он не переставал ее обнимать. Диана водила кончиком пальца по его коленке.

– Ты бы хотел… попробовать? Хоть что-то?

– Если только ты этого хочешь. Я не стану тебя принуждать.

Ей стало легко и тепло от его слов.

– Я хочу, правда. Просто… мне хочется сделать это именно с тобой. В первый раз. Мы ведь не знаем, как дальше сложится наша жизнь.

– Мы будем вместе, – настоял Влад, – всегда. Ничто нас не разлучит.

Диана прижалась к нему сильнее.

– Когда? – спросил он.

– Надо найти удачное время. Мы можем начать с чего-то простого…

И с этими словами она прикоснулась своей ладонью к нему между ног. Влад весь сжался и выпрямился.

– Ты права. Начнем с чего-то малого, а потом посмотрим…

– Угу… хорошо. Я этого хочу. Мне это нужно.

– А у тебя сейчас…

– Я все предусмотрела. Не переживай. Они начнутся через три недели.

Владу стало спокойнее, что он так просто выяснил это.

Какое-то время она гладила его между ног, а он одарил ее тремя поцелуями в шею. Руки Влад положил ей на талию, поднимаясь выше и выше. Диана еще никогда не делала в своей жизни что-то подобное.

– Детский лагерь, – посмеялась Диана, – приехал – не вернулся.

Влада это позабавило.

– Это точно… Не знаешь, где остальные?

– И не хочу знать. Это не имеет значения. Только мы.

Он нежно поцеловал ее в губы и вместе с этим запустил ладонь в ее волосы.

– Да, важны только мы. Мир подождет.

Глава 4. Талантливые «лосята»

Переодевшись после ужина, Дима вышел из жилого корпуса на улицу, где встретил Машу, смотрящую на небо. Алые лучи солнца ласкали ее веснушчатое лицо.

– Облака плывут к нам, – сообщила она.

– Так тихо, – он подошел к ней.

– Значит, гроза все-таки будет. Ночью начнется.

– Это затишье, верно?

Он повернулась к нему и согласилась:

– Да. Когда мы с мамой утром ехали на станцию туристов, по радио синоптики еще раз подтвердили прогноз. Гроза наступит. Вот я и решила насладиться этим тихим мгновением.

Шумиха в лагере поутихла. Все готовились к вечернему конкурсу.

– Где остальные? – поинтересовался Дима.

– Наряжают Катю. Пойдем к ним?

– Пошли.

Прогулявшись по лагерю, Маша и Дима нашли своих ребят из «Айболита». Лиза старательно помогала Наталии Сергеевне наряжать Катю, которая стояла на камне, расставив руки. Влад не принимал никакого участия в этом, а просто сидел рядом.

– Как тут у вас? – обратилась Маша к Лизе.

– Хорошо, что мы выбрали Катю. Она невысокая, и материала для нее нужно немного.

– Ох, как же я волнуюсь! – поделилась Катя своими переживаниями. – А что мне нужно будет делать?

– Пройдешься под навесом, как по подиуму в две стороны, – объяснила Наталия Сергеевна, – ты же умеешь ходить по подиуму, как модель?

– Вы шутите?!

– В этом нет ничего сложного!

Наталия Сергеевна выпрямилась, подтянула талию и вытянула подбородок.

– Собралась. Голову держишь прямо. Подбородок немного приподнят. Взгляд смотрит в даль. Руки чуть в стороны. И пошла!..

Наталия Сергеевна прошла немного вперед, продемонстрировав дефиле модели.

Это развеселило ребят.

– Надо было вас наряжать, Наталия Сергеевна! – пошутила Лиза.

– Ну, так… мне только в модели за шестьдесят! – посмеялась руководитель.

– А, по-моему, у вас очень хорошо получается! Уверена, что вы дадите фору тем длинноногим жирафам на подиуме! Главное – харизма, верно?

Наталия Сергеевна заулыбалась и поддержала ученицу:

– Конечно-конечно! Так и надо! Катя, ты слушай! Смело. Красиво. И вперед!

Девочка обреченно вздохнула и ответила:

– Да, я постараюсь…

– Давай, настройся. Будь уверенней.

Машу всегда забавляло, когда Наталия Сергеевна говорила короткими фразами. Это была ее манера речи.

Лиза еще не закончила приводить наряд Кати в порядок. Сейчас она крепила юбку, сделанную из пластмассовых пустых бутылок. От груди до пояса тело Кати было завернуто в газету и крафт-бумагу. Ботиночки сделаны из пакетов и фольги. Они напоминали серебряные бахилы. Аксессуарами образа служили бусы и четки, сделанные из пробок от бутылок, связанные нитками.

– Проверь, как держится, – обратилась Наталия Сергеевна к Лизе, – чтобы не слетело.

– Катя, ты как себя в нем чувствуешь?

– Не думаю, что слетит. Вроде крепко.

– Я еще думаю сделать какой-нибудь цветочек из бумаги и прикрепить к волосам, – подумала Лиза, – кто-нибудь умеет делать оригами?

Маша вызвалась:

– Я могу попробовать! Цветок не обещаю, но самолетик смогу.

И девочка весело посмеялась.

Лиза кивнула и передала Маше газету.

– Держи, попробуй что-нибудь изобразить.

Маша принялась сворачивать газету. Она пока не знала, что из этого получится, но уже начала пробовать.

– Как вам, Наталия Сергеевна? – Лиза сделала шаг назад и посмотрела на Катю.

– Так-так, – подумала руководитель, – а ну-ка покрутись!

Катя спрыгнула с камня и покрутилась на месте. Пластиковые бутылки заскрипели, потираясь друг о друга. Газетная бумага на теле тоже зашуршала.

– Отлично! Прекрасно! – обрадовалась Наталия Сергеевна. – Просто супер! Я довольна, девчонки! Класс!

– Только еще надо что-то сделать с волосами… – Лиза сложила руки на груди.

– Ой, только не мои волосы! – взмолилась Катя. – Не трогай их! Очень тебя прошу!

Главный «дизайнер» образа Кати весело засмеялась.

– Не бойся, трусишка, я не буду трогать твои волосы. Их не так много, чтобы можно было что-то из них придумать.

Катя облегченно выдохнула.

Дима помогал Маше сворачивать бумагу. Они пытались сделать розочку. Надо признать, у Маши хорошо получилось. Временами он косо поглядывал на Влада, который сидел на лавочке, отправив взгляд куда-то в сторону, о чем-то глубоко задумавшись.

– А что мы покажем на конкурсе талантов? – вспомнила Наталия Сергеевна.

Все повернулись к Маше. Девушка застыла, поймав на себе любопытные взгляды.

– Ты же споешь? – Наталия Сергеевна высказала свою идею.

Конечно, Маша прекрасно понимала, что петь в «Лосенке» все равно придется. Без этого никак.

– Да, конечно, – Маша и не думала отказываться.

– Отлично. Что будешь петь?

Наталия Сергеевна хотела сразу все узнать.

– Можно какие-нибудь песни на экологическую тему, – предложила руководитель.

– Не думаю, что я хорошо их знаю, – ответила Маша.

– А про Россию? Что-нибудь про Родину? Про родной край?

Эти песни у Маши уже стояли поперек горла. Слишком часто она это все пела.

– Можно что-нибудь про природу, простое, – Наталия Сергеевна заметила нежелание девочки петь про Россию.

Маша подумала, и идея возникла сама собой.

– Как насчет… «У природы нет плохой погоды»? Из «Служебного романа»?

– А ты ее знаешь?

– Да, и музыка есть на флэшке.

– Отлично! Подойдет! Давай! Будет здорово! То, что нужно!

Маша была рада, что ее идею оценили. Она бы и сама была не против спеть ее.

Наталия Сергеевна была вынуждена оставить своих ребят и встретиться с остальными руководителями, чтобы узнать у Екатерины Николаевны последние новости. Заодно она подошла к Тане из «VIP», чтобы записать песню Маши в программу.

– Если бы ты могла позволить себе спеть то, что ты хочешь, то что бы это было? – спросил у Маши Дима.

– Хм… наверное, «Earth Song» Майкла Джексона. Думаю, это было бы в тему защиты окружающей среды. Но английский здесь мало кто знает, да и петь ее непросто.

– Вот как? Тебе нравится Майкл Джексон?

– Не так сильно, как «The Beatles» или «Queen».

– Вот, что ты слушаешь! А кто ближе всего?

Маша ответила без промедления:

– Уитни Хьюстон. Я ее обожаю. Потрясающий голос! Замечательная женщина. Я от нее в восторге!

Диме было приятно узнать что-то новое о Маше. Он решил запомнить музыку, которую она предпочитает.

– Как там у вас дела? Получилось?

Лиза закончила подправлять платье из бутылок и посмотрела на работу Димы и Маши. Совсем скоро они передали ей симпатичный бумажный цветок.

– Ого! – удивилась Лиза. – Это то, что я хотела! Отлично!

Лиза принялась крепить цветок к голове Кати. Для этого ей еще потребовались нитки и ободок.

– Просто потрясающе! – не смог удержаться от комментария Дима.

А потом он заметил, как Влад встал и посмотрел куда-то ему за спину. Тут же послышался голос Дианы из «Экстремалов»:

– Миленько. Правда-правда! Очень оригинально.

Отряд-соперник в полном составе подошел к ним. «Экстремалы» для конкурса решили нарядить Гришу. Рыжий кудрявый мальчик был весь завернут в надутые мусорные мешки… с мусором (в самом прямом смысле). Правда, из-за того, что пакеты оказались надуты, они больше напоминали воздушные шарики. В этом нелепом наряде Гриша напоминал какое-то толстое мусорное приведение.

– Фантастика! – воскликнул Гриша.– У тебя такой красивый наряд, Катя! Даже в мусорном платье ты не потеряла ни грамма своей природной красоты.

Катя смутилась от комплимента и залилась краской. Гриша же был рад осчастливить девушку.

– А меня превратили в мусорного человека! – посмеялся он. – В самом прямом смысле!

– И к-кто за-занимался к-ко-костюмом? – поинтересовался Леша-заика.

– Я! – гордо и смело ответила Лиза.

– Очень круто! – вставил быстро Андрей, опередив Лешу. – У тебя настоящий талант!

– Я… я х-хотел ска-сказать т-тоже с-са-самое, – промямлил Леша.

Лиза ответила ухажерам реверансом и кратким:

– Мерси!

Но тут вмешался Влад. Он приблизился к Диане вплотную и заговорил с ней. Дима сразу отметил, что это очень не похоже на его обычное поведение.

– Вы что-то хотели? – холодно произнес он, поправив очки на носу.

Диана и Лена переглянулись, обменявшись хитрыми ухмылками.

– У нас есть для вас одно предложение на эту ночь, – ответила Диана.

– Из-за грозы ночь приколов перенесли на завтра, – вставила Маша.

– Мы тоже в курсе. Очень жаль, конечно. Я бы с удовольствием намазала лица зубной пастой этим «Клеверятам». Но мы о другом.

Голос Дианы стал тише.

– У нас кое-что есть… в моей комнате, я пронесла. Может открыть вместе и осушить ее в знак примирения. Хватит вражеского костра между «Айболитом» и «Экстремалами»! Что скажите?

Все без лишнего уточнения поняли, о чем идет речь, кроме Кати.

– Что она имеет в виду? – спросила она прямо.

– Ее можете не брать, – брезгливо вставила Диана в адрес Кати.

Девочка в ответ недовольно нахмурилась.

– Откуда это у вас? – спросила Маша. – Ты же еще несовершеннолетняя, чтобы тебе могли продать…

– У нас есть свои связи, милая. Зачем тебе думать о том, как я это получила? Главное – оно есть.

Маша и Дима переглянулись. На самом деле обоих очень сильно смущала идея совместного распития алкогольных напитков вместе с «Экстремалами».

– Да бросьте! – прервал Андрей надоевшее ему молчание. – Будет весело! Соберемся в комнате Дианы. Запремся там. Расскажем пару страшных баек, а?! Что скажите?

– Мы д-думали по-ми-мириться с ва-вами в последний г-год, – буркнул Леша.

– Не оставайтесь лохами, «Айболит»! – бросила Лена. – Соглашайтесь.

Дима, Маша и Катя взглянули на Лизу. В «Айболите» трудно было присудить кому-то лидерство, но чаще всего решения принимала именно она.

– Ладно, – кивнула Лиза, – мы придем. Договорились. Во сколько?

– В девять, – ответила Диана, – почистите зубки перед сном и приходите. Третья комната направо.

Девушка взглянула на Влада, немного прищурившись, подав ему какой-то знак, а потом «Экстремалы» оставили ребят и направились в сторону навеса, чтобы занять места на задних рядах.

– А можно мне только не пить, а просто с вами посидеть? – Катя неловко нарушила тишину.

Вместо ответа Маша обратилась к Лизе:

– Ты уверена в этой затеи?

– Нет, – покачала Лиза головой, – слишком рискованно. Екатерина Николаевна обязательно будет совершать обход. Особенно в первую ночь. Особенно в грозу.

– И почему мы согласились? Потому что не хотим быть лохами?

Лиза не нашла ответа. Все получилось само собой.

– Не парьтесь, – прервал их беседу Влад, – они не дураки. Сами подставляют себя и нас. Им можно доверять.

– Ты так уверен? – обратился к нему Дима. – Почему?

Влад одарил Диму ледяным взглядом и снял запотевшие очки, чтобы вытереть линзы о край футболки.

– Просто я разбираюсь в людях, – хмыкнул Влад в ответ.

Надев очки, он молча направился к навесу.

– Вам не кажется, что Влад сегодня какой-то странный? – Катя задала еще один вопрос, который тоже остался без ответа.

* * *

– Прошу минуту тишины! Мы начинаем! – в шуме собравшейся толпы раздался голос Екатерины Николаевны.

На этот раз она говорила без рупора, а потому делала голос таким громким, как только могла себе позволить.

– Сегодня в «Лосенке» прошел первый день нашего приключения. Я очень надеюсь, что наши бывалые экологи вспомнили все хорошее, что связано с этим местом. А новички успели познакомиться с лагерем. Этот первый день уже был наполнен для вас морем эмоций и ярких событий. Уверяю вас, что дальше будет только интересней и веселей. Мы ведь только начали, верно?! Завтра утром мы проснемся и после бодрой и дружной музыкальной зарядки я расскажу, что вас ждет дальше. А сейчас мы начинаем нашу вечернюю программу!

Ребята дружно зааплодировали.

Все «лосята» сидели на деревянных длинных скамейках, расположенных вдоль боковой правой стены. Каждый задний ряд был немного выше переднего. Таким образом, создавалось некое подобие амфитеатра. Навес оказался довольно просторным и большим – места хватило всем. Перед зрителями открывалась, своего рода, небольшая сцена – пустое пространство, на которое и вышла Екатерина Николаевна. С правой стороны располагалась техника и оборудование – ноутбук и колонки.

– Напоминаю вам, что сегодняшний наш вечер будет состоять из двух основных мероприятий. Первое – «Модный приговор» – дефиле, связанное с экологической темой. И второе – дружный конкурс талантов, где каждый отряд покажет, на что он способен! Начнем с «Модного приговора». Когда заиграет музыка, на наш подиум будут выходить наши модели. Я буду объявлять название отряда, от которого представлена эта модель. В конце мы выберем самый интересный костюм. Это дефиле направлено на пропаганду вторсырья и защиту окружающей природы, чем мы с вами, юные экологи, и занимаемся!

Под рокот бурных аплодисментов Екатерина Николаевна подошла к оборудованию и дала сигнал Глебу, чтобы тот включил музыку.

«Модный приговор» незамедлительно начался. Под веселые мелодии на «подиум» выходили модели из разных отрядов. Екатерина Николаевна каждый раз говорила, какой отряд представляет данная «модель».

Всего было представлено девять самых разных костюмов. Так, Вика из «Клеверят» была обмотана в черные мусорные мешки, которые представляли собой ее платье. Антон из «Крутых бобров» больше напоминал дикого аборигена, нацепив на себя множество бус, сделанных из железных консервных банок.

Представитель «Червячков» нарядился в платье из прочных пакетов, которые выдают в магазинах продуктов. Получилась такая юбка в складку. У отряда «Медузы-карапузы» костюм был сделан из коробок и картона.

Что касается отрядов «Звездочки» и «Солнечные зайчики», то платья их «моделей» сделаны из оберток из-под шоколадок и конфет. Можно было представить какая это долгая работа! Но девочек для дефиле выбрали самых маленьких, так что много «материала» не потребовалось.

Отряд «Айболит» поддержал Катю бурными аплодисментами. Девочка старалась держаться уверенно. Она сделала все, что от нее требовалось, пройдя по «подиуму» в две стороны. На «точках» остановки она приветливо улыбалась зрителям и даже помахала рукой.

В самом конце модного показа все участники выстроились на сцене. Победитель определялся на основании самых громких аплодисментов.

Дима всегда знал, что в подобных конкурсах никогда не бывает победителя. Хотя, нет, есть один – «дружба».

И в этот раз «победили» все участники, а приз зрительских симпатий символично достался участницам из самых младших отрядов.

Все по канонам жанра!

– Отличные костюмы и прекрасное дефиле! – провозгласила Екатерина Николаевна. – Давайте еще раз поздравим наших смелых и неординарных участников бурными аплодисментами! Я хочу сказать больше спасибо всем отрядам за проделанную работу!

После шумных аплодисментов организатор продолжила:

– А теперь перейдем к конкурсу талантов! Пришло время отрядам показать себя! Талантливые «лосята», вперед!

Конечно, конкурс талантов занял больше времени, чем «Модный приговор». Отряды друг за другом выходили на сцену и демонстрировали свои сильные стороны.

Дима признал, что выступления получились довольно разнообразны. Самые маленькие прочитали стихотворения на экологическую тематику и спели веселую песню про природу. У «Клеверят» был танцевальный номер. «Крутые бобры» спели задорные частушки о своем отряде и об экологии. «Червячки» похвастались другим талантом – устроили шоу фокусов. «Экстремалы» поставили номер с песнями и танцами.

Когда пришел черед отряда «Айболит», на сцену вышла Маша. От микрофона она не стала отказываться, хотя и попросила, чтобы динамики сделали тише.

Все замерли в тишине и ожидании. Зазвучала знакомая музыка.

Дима поймал себя на мысли, что не может отвести взгляд от Маши, а девочка, в свою очередь, полностью сосредоточилась на тексте м своем голосе.

После проигрыша, она запела:

– У природы нет плохой погоды – каждая погода благодать.

– Дождь ли снег – любое время года надо благодарно принимать.

Дима слушал ее, завороженный. Голос Маши проникал в него и очаровывал. По его коже проползли мурашки. Сначала они появились на щеках, а потом опускались по всему телу вниз, к ногам.

– Отзвуки душевной непогоды, в сердце одиночества печать.

– И бессонниц горестные всходы надо благодарно принимать.

Дима ясно помнил тот голос, каким пелась эта песня в кинофильме «Служебный роман». Более того – он мог представить перед собой те кадры. И Дима неожиданно прояснил – исполнение Маши ему понравилось больше. Она пела эту песню в своем стиле, на свой лад, не повторяя манеру исполнения Алисы Фрейндлих, и от этого он пришел в восторг.

– Смерть желаний, годы и невзгоды – с каждым днем все непосильней кладь.

– Что тебе назначено природой надо благодарно принимать.

Маша раскачивалась в такт песни и помогала себе свободной левой рукой. Микрофон она держала прямо перед собой. Ему нравилось, как она точно открывает широко рот, чтобы произнести четко каждый звук.

– Смену лет, закаты и восходы, и любви последней благодать.

– Как и дату своего ухода надо благодарно принимать.

Слушая ее, Дима неожиданно для себя понял, что на самом деле эта песня не о природе и не о погоде. Она о чем-то большем. О чем-то более глубоком. Оставшееся время он провел в раздумьях над истинным смыслом этой песни, то так и не смог найти для себя точного ответа.

– У природы нет плохой погоды, ход времен нельзя остановить.

– Осень жизни, как и осень года, надо, не скорбя благословить.

Дима смотрел на нее и все больше понимал, что не хочет расставаться с этим человеком в своей жизни. Даже когда он вырастет и повзрослеет, он хочет остаться с ней. Вопрос в другом: «Хочет ли Маша остаться с ним?».

Последнюю строчку она пропела нежным шепотом:

– Надо, не скорбя, благословить…

Пауза. Музыка затихла.

И воздух под навесом разорвался от аплодисментов и восторженных восклицаний.

Конечно, ее пение просто не могло не понравится. Даже неискушенный зритель останется доволен.

Маша ответила публике вежливым кивком и, передав микрофон Екатерине Николаевне, вернулась на свое место. Она села между Лизой и Димой.

– Отлично спела, – наклонился он к ней.

– Спасибо.

Потом Екатерина Николаевна объявила, что в конкурсе талантов не может быть победителя, потому что все отряды были уникальны по-своему и неповторимы. Это мероприятие задумывалось, как дружеский концерт-знакомство.

Начало темнеть. Подул прохладный вечерний ветер. Дима не зря взял с собой теплую кофту, но она пригодилась Маше, чтобы согреться.

После окончания вечерней программы Екатерина Николаевна пожелала всем спокойной ночи и сладких снов на новом месте. Она предупредила, что этой ночью будет сильная гроза, но детям бояться нечего. В половину девятого все начали готовиться ко сну, принимая вечерний душ.

Дима, приведя себя в порядок, посмотрел на часы – почти девять. Встреча с «Экстремалами» в комнате Дианы не отменилась. И сейчас он испытывал чувства, схожие с теми, какие испытывает преступник, замыслив что-то незаконное.

Это и вправду оказалась довольно рискованная затея. Если их всех поймают за таким занятием, то устроят разнос. Домой не отправят, но им наверняка придется несладко. Родителям точно сообщат. Инструктора будут пристально следить за ними – глаз не спускать.

«Айболит» договорился собраться в главном холле корпуса, чтобы потом отправится на место встречи с «Экстремалами». Дима спустился в холл первый. Он делил двуместную комнату с Владом, но тот попросил его не ждать.

У Димы появилась возможность, чтобы осмотреть холл. Все здание как снаружи, так и изнутри было деревянным. Широкая парадная лестница имела разветвление, открывая путь в коридоры в два крыла: для мальчиков и девочек. На полу расстелен большой мягкий красный ковер. В левой стороне был проход в столовую и на кухню. Совсем рядом – вход в библиотеку. По правую сторону от главной лестницы – крытый бассейн и еще одна душевая.

На стене над лестницей в месте развилки висела голова лося. Дима стоял и думал, как ему к ней относится. Была ли это голова кстати в эколого-краеведческом лагере под названием «Лосенок»? Ответа для себя он так и не нашел.

«Наверное, ничего катастрофического в этом нет», – решил он для себя, – «мы же были в музее Дарвина и там…»

Но его мысли прервались. Он интуитивно развернулся на носках и посмотрел в сторону открытых ворот. На улице уже совсем темно. Тучи сгущались над «Лосенком».

Страшная гроза неминуемо надвигалась.

Потом кто-то прикоснулся к его спине, жутко испугав. Он даже вздрогнул и резко обернулся. Это была Маша, одетая в ночную белую пижаму.

– Ты чего такой пугливый?

Дима поймал себя на мысли, что нечто подобное совсем недавно слышал от своей мамы.

– Все в порядке, – почесал он затылок, – просто неожиданно. Где Лиза и Катя?

– Сейчас подойдут. А ты где Влада потерял?

– Он тоже сказал не ждать его и спускаться.

– Как думаешь, он и Диана что-то затеяли?..

Но он не смог ответить, ведь на этой ноте к ним присоединились Лиза и Катя. Так случилось, что Лиза делила комнату со своей сестренкой Соней, а Катя спала в одной комнате с Машей. Таким образом, всем членам отряда «Айболит» достались двуместные номера.

Насколько было известно Диме, у «Экстремалов» было две комнаты. Трое парней жили в трехместной комнате, а Диана и Лена жили вместе.

– Добрый вечер всем! – радостно воскликнула Катя.

Но у Лизы не было большой радости. Она, как порядочная ученица, прекрасно отдавала себе отчет в том, на что подписалась, согласившись на предложение Дианы.

– Что-то я ссу… – пожаловалась она.

– Мы вместе, Лиз, не бойся, – Маша обняла ее, чтобы успокоить.

– Где же Влада носит? – подумал Дима вслух.

И тут они услышали его голос. Влад стоял на лестнице и махал им рукой.

– Эй, вы! Идем!

И четверо ребят поднялись по лестнице и последовали за Владом в правое крыло. Они шли в третью комнату. Там им придется провести ночь, если повезет остаться незамеченными.

И чем ближе они подходили к третьей комнате, тем сильнее Диме не нравилась эта затея. Только Катя чувствовала себя в их компании как-то спокойно и легко, не придавая этой выходке большого значения.

Могут ли они доверять «Экстремалам»? От Лены и Дианы можно ожидать любых глупостей…

Они – Сцилла и Харибда!

Влад замер у двери и осмотрел коридор, оценивая обстановку. Никто не должен их видеть.

– Заходим!

Глава 5. Страшилки на ночь

Комнаты в корпусе обставлены самым простым образом. В небольшом помещении уместились две одноместные кровати, по одной с каждой стороны у стены. Рядом с кроватями стояли прикроватные тумбочки, где можно было расположить свои вещи. У каждого прикроватного столика в стене была розетка для зарядки электронных устройств и телефонов. В дальней стене – большое окно, из которого открывался вид на лес и Ежевичное озеро. Под окном – горячие батареи. На полу расстелен мягкий ковер. Еще над кроватями на стене висели парные светильники, которые давали теплый желтый свет. Сумки и чемоданы спрятаны под кроватями. Словом, жилые комнаты были довольно уютными и очень простыми.

Компания из десяти ребят разместилась в этой комнате. Кто-то сидел на полу, кто-то занял кровати. Места хватило всем. В самом центре круга, который образовали участники отрядов «Айболит» и «Экстремалы» стояла бутылка шампанского, которую пронесла в детский лагерь Диана.

– Открываем? – поинтересовался у ребят Андрей.

Кто-то смело кивнул, кто-то воздержался от ответа.

– А дверь закрыта? – забеспокоилась Лиза.

– Да, я закрыла, – ответила Лена.

– Давай, открывай! – поторопила Андрея Диана.

Мальчик взял бутылку и принялся снимать обертку. В комнате довольно тепло, но у Димы почему-то замерзли пальцы. Он сильно нервничал. Все это было для него в новинку.

– Да не ссыте вы! – шепнула громко Диана. – Лучше давайте обсудим, как завтра ночью будем издеваться над мелкими.

– Малышей оставим в покое, – сразу вставила Маша, когда разговор зашел про ночь приколов, – можно будет даже им помочь.

– Помочь? – нахмурилась Диана. – Пусть спят. Вот еще… с мелкими возиться! Они нас сразу выдадут. Главное другое: мы – взрослые. К нам точно никто не полезет.

– И что ты предлагаешь? – поинтересовалась Лиза.

Диана подалась вперед. Ее глаза хищно сверкнули.

– Другие отряды, такие как «Клеверята» или «Медузы-карапузы» будут это делать в раннее время. Они не выдержат и начнут сразу после отбоя. Возможно, к двенадцати часам их похождения будут закончены, и они лягут спать. Мы же спать не будем. Где-то в час или два придет наше время! Возьмем побольше зубной пасты, может быть, воды и еще чего-нибудь… мы сделаем свое дело позже всех. Нас за этим занятием точно никто не поймает.

Маша готова признать, что в хитроумном плане Дианы был смысл. Отправиться прикалываться в самую ночь, когда уже все спят, даже разумно и более безопасно, чем делать это сразу после отбоя.

– Значит, мы не будем завтра спать?! – удивилась Катя.

– Ты можешь остаться и выспаться, если хочешь, – ответила ей Маша.

– Но я хочу с вами!

Маша не успела ответь, ведь Андрей покончил с оберткой и попросил у Леши штопор.

– Я смотрю, вы приготовились, – вставил Дима.

– Еще бы! Мы же не дурочки, – усмехнулась Диана.

Андрей ввел винт штопора в пробку и начал закручивать. Пока он открывал бутылку, Диана обратилась к Лизе и Маше:

– Что вы скажите об этих инструкторах? Как вам Глеб и Паша? Блондин, вроде, ничего, симпатичный.

Влад нахмурился и недовольно уставился на Диану.

– А по мне, оба какие-то идиоты, – Лиза гордо сложила руки на груди, – я уверена, что наши мальчики справились бы куда лучше. Этот Глеб слишком много о себе думает. Вечно расхаживает по лагерю с самодовольным выражением лица, как будто он здесь король! Придурок. А второй… я сначала подумала, что Паша нормальный, в отличии от своего приятеля. Но нет! Сегодня смотрела, как он учил мелолетних накладывать жгут, чтобы остановить кровотечение. Как будто делал это в первый раз! Море ошибок! Так себе медик, я вам скажу.

– А ты в этом разбираешься? – резонно спросила Лена.

– Конечно! Если бы я и пошла на инструктора, то на медика.

Ее ответ удовлетворил всех.

– Готово, – подал сигнал Андрей, вкрутив штопор в пробку, – Лешка, держи бутылку крепче!

– Ага… с-се-сейчас…

Бутылку поставили на пол, и Леша обхватил ее двумя руками. Андрей в это время напрягся, стараясь вытащить штопор вместе с пробкой.

Девочки, все как одна, зажмурились и отклонились в сторону, боясь, что пробка выскочит и попадет кому-нибудь в глаз. Дима больше переживал за звук, который прозвучит, когда пробка выскочит из горлышка. Это могут услышать. Звук ведь характерный.

Он видел, как напрягся Андрей, стараясь изо всех сил справиться с проклятой пробкой. Леша уже лежал на животе на полу, обнимая руками бутылку, чтобы она не выскользнула у него из рук.

Бух!

Зашипели газы. По краю горлышка скользнули густые белые струйки пара. Андрей сидел и держал в руках пробку и штопор.

– Вот так, детки! – радостно воскликнул он.

– Наконец-то, – Диана первая взяла бутылку в руки, выхватив ее у Леши.

Девочка приблизила горлышку бутылки к носу и глубоко вдохнула.

– Это обалденная вещь! Вам понравится!

Все видели, как она вся сгорала от нетерпения сделать глоток шампанского.

– За дружбу между «Айболитом» и «Экстремалами»! Пусть все ссоры и распри между нами останутся позади! Пусть мы проведем наш последний год в «Лосенке» в мирной и дружной компании! За нас, черт возьми!

И она удовлетворила свою потребность, сделав большой глоток из горла бутылки.

– Ах… Белиссимо! Черт, как же вкусно!

Диана передала бутылку Маше.

Маша, в свою очередь, не была большой любительницей алкогольных напитков, но обстоятельства требовали сделать ее один глоток в знак примирения с отрядом-противником.

– За вас всех, ребята!

И она сделала маленький глоток, почувствовав сладковатый приятный вкус.

– М-м… очень даже неплохо, – прокомментировала она, хотя сама совершенно не разбиралась в алкогольных напитках.

– А я что говорю?! – брызнула Диана.

Маша передала бутылку Диме.

– Надо что-то говорить? – задался он вопросом.

– Ну, маленький тост, – пожала плечами Маша.

– Да пей уже! – рявкнула Диана, раздраженно.

Видимо, ей не терпелось получить бутылку обратно. Диме пришлось молниеносно придумать тост и высказать его:

– За последний год! Пусть он будет самым лучшим!

– За самый лучший год! – радостно добавила Катя.

И Дима сделал небольшой глоток. Как и Маша, он готов признать, что вкус приятный.

Далее бутылка перешла к Лизе. Девочка прежде, чем отпить, протерла горлышко рукой.

– За примирение! – ее тост.

Дальше наступила очередь Андрея, Влада и Леши. Двое первых выпили молча, а Леше искренне захотелось продолжить говорить тосты, но язык не вязался с мыслью:

– За-за… за-за… дру-дружбу!

Затем выпила молча Лена.

– А я? – удивленно спросила Катя.

– Ты уверена, что хочешь этого? – обратилась к ней Маша.

– Не знаю…

Диана явно не хотела отдавать ей бутылку, но Лена заступилась:

– Пусть попробует, – и поправила очки на носу.

Владелице бутылки пришлось передать ее самой младшей из собравшихся. Катя прижала бутылку к себе, чуть не выронив ее.

– Начинается! – фыркнула Диана.

– Простите-простите! – быстро извинилась Катя. – Я сейчас.

Она прислонила горлышко к губам и наклонила бутылку. Когда Катя отпила, то все заметили, как она держит шампанское у себя во рту.

– Глотай, – попросила ее Маша.

Но Катя покачала головой, а потом… все выплеснулось у нее изо рта, забрызгав Машу, Диму, Лизу, Диану и ковер.

– Вот же дура! – обругалась Диана. – Чего продукт переводишь? Совсем что ли?..

В глазах Кати застыли слезы.

– Простите! Простите меня! Я так виновата! Я не хотела! Честно! Ой, как мне неловко! Простите!

Влад резко вырвал бутылку у нее из рук и вернул Диане. Она, получив ее, сделала еще один жадный глоток.

– Ничего, – успокоила Лиза Катю, – зато ты поняла, что это не твое.

– Ох, совсем не мое! Не мое! Я больше не буду!

– И слава богу! – фыркнула Диана.

Она проверила содержимое бутылки. Осталось совсем немного, учитывая, что каждый из десяти ребят сделал по глотку, а она уже два больших.

– Оставим пока…

И Диана поставила бутылку в центр круга на пол.

Ритуал примирения с распитием шампанского был осуществлен.

– Кстати, вы не знаете, куда мы поедем в этом году на экскурсии? – поинтересовалась Лиза.

– Павел Борисович нам говорил про океанариум, – ответил Андрей, – а о второй поездке умолчал.

– Океанариум? Это где много-много рыбок? – восторженно спросила Катя.

– Да, это то самое место, – ответила ей мягко Маша.

– Класс! Хочу, хочу рыбок!

За окном уже совсем темно. Они слышали завывания холодного ветра, который предвещал начало страшной грозы.

– Скоро начнется, – сказала Лиза.

– Ленка, выключи один светильник!

Лена послушалась Диану и выполнила ее просьбу, погасив свет над своей кроватью. Комната погрузилась в полумрак, оставив лишь один источник света.

– Самое время рассказывать страшные истории, – темнота взбодрила Андрея, – кто начнет?

– А мо-можно я? – спросил Леша.

– Проклятье! Ты никогда ничего страшного не рассказываешь!

– А я все-всегда бо-боюсь своей ис-истории о звере, который пря-прячется в к-кустах малины и напа-да-дает на каждого, кто хо-хочет ее попробовать. Он сжирает названных го-гостей, а потом ок-окропляет их кровью зе-землю и кусты, а те-тело за-закапывает. И там, где зве-зверь зарыл мер-мертвое изодра-дранное тело, выра-растает новый к-куст ма-малины. Так и появились за-заросли малины и еж-ежевики в лагере «Ло-лосенок»…

Андрей не выдержал, и из него вырвался смешок.

– Ты сказал, что боишься собственной истории?!

– Но почему появилась малина и ежевика, если монстр мог выращивать только малину, закапывая трупы своих жертв? – спокойно и серьезно спросила Лиза.

Леша, услышав ее вопрос, просиял. Ему было очень приятно, что она заинтересовалась его историей.

– Я ду-думаю, что там бы-было мно-много зве-зверей, – ответил Леша на вопрос.

– Ого! – удивилась Лиза. – Теперь поняла.

– Я думал, что в страшной истории должно быть какое-то начало, интрига, развитие событий, кульминация и развязка, – подметил холодно Влад.

– Очкастый дело говорит! – согласился Андрей с ним. – Дурацкая у тебя история, Леха. Без обид.

Леша не обиделся на замечание Андрея, ведь и сам понимал, что его история далеко не «вау». Зато Влад раздраженно взглянул на блондина, который обозвал его «очкастым».

– Прости, друг, я имел в виду, что ты умный, – поспешил исправить ситуацию Андрей, – это ведь так?

Влад молча поправил очки и ничего не ответил. На этом конфликт замялся сам собой.

– Может, кто-нибудь расскажет настоящую страшную историю?! – обратился ко всем Андрей.

– А что ты расскажешь?! – грубовато обратилась к нему Лиза.

– Моя самая страшная! Так что я буду тянуть интригу. Кто следующий?

Ребята посмотрели друг на друга. Вызвался Дима.

– Я могу попробовать, – нарушил он тишину.

Маша улыбнулась ему, даря своему другу заряд уверенности.

Все принялись слушать страшилку Димы. Мальчик собрался с мыслями и начал:

– Один мальчик, который гулял по этому лагерю, как-то встретил одну девочку на берегу Ежевичного озера. Она была бледная, как труп. Волосы мокрые. Одета она в белое платье. Ноги босы. Он спросил: «Кто ты?». Девочка развернулась к нему, и он увидел ее красные воспаленные окровавленные глаза. Язык был черный. В нем копошились белые червяки. Незнакомая девочка ответила: «Уходи. Я пришла не за тобой». Он испугался и вернулся в свою комнату. Рассказывать о встрече с незнакомкой этот мальчик никому не стал. На утро было запланировано выступление его отряда. Мальчику не терпелось встретиться со своими друзьями, чтобы подготовить выступление. Так вышло, что со своими приятелями из отряда этот мальчик познакомился лишь в этом году. Он мало знал об их прошлом. И вот, когда все проснулись, он пошел в комнаты к ребятам из своего отряда, но не обнаружил их. «Наверное, ушли куда-то» – подумал он. Когда он вышел из корпуса, то побежал к Ежевичному озеру, где собралось много детей и руководителей. Все столпились на пляже. Он прорывался вперед, расталкивая людей в разные стороны. И увидел…

Дима перевел дыхание и продолжил:

– На воде лежали мертвые трупы его друзей. Все, кто был в его отряде – мертвы. Утопились. Он в ужасе вернулся свою комнату, чтобы собрать вещи. Детей отправляли домой. И вот в комнату зашла та самая незнакомка. Он спросил ее: «За что?». А она ответила: «Они поступили со мной также. Это была игра. И я тоже люблю играть. Хочешь?». Завороженный, мальчик пошел за ней следом. Призрака видел только он. И призрак этой девочки вел его к Ежевичному озеру. И оба они исчезли, опустившись под воду. Уже навсегда…

Когда он закончил, в комнате повисла тяжелая тишина.

– Молодец! – поздравила его Маша. – Было очень жутко. Правда.

– Ага, спасибо, что всех нас утопил! – посмеялась Лиза.

Дима попытался выдохнуть и расслабиться.

– Чушь какая-то! – бросила Лена.

– А у тебя есть история? – Маша остро взглянула на нее.

– Слушайте!

Лена начала рассказывать свою историю:

– Этот отряд отличался от остальных отрядов в лагере «Лосенок». Он ни с кем не общался и не контактировал. Эти ребята держались особняком. Никто их не понимал, и они не желали никого понимать. Отряд был взрослый, самый старший. И все другие жутко боялись его. Дело в том, что эти ребята приехали в «Лосенок» с одной миссией. Каждую ночь они отправлялись на поля малины, ежевики и поляники. И там они резали себя… они проводили жуткие обряды, чтобы призвать Сатану. Да, они были сатанистами…

– Плохая история, – прервала ее Лиза.

– Ты чего перебиваешь? – набросилась на нее Диана.

– Нельзя рассказывать такое…

Все заметили, как Лиза сжимала в кулаке свой крестик.

– Если ты – христианка, то это касается только тебя одной, – холодно произнесла Лена, – я не собиралась тебя перебивать, если бы хотела рассказать свою историю.

– Грешно говорить о дьяволе. Грешно говорить о сатанистах.

– Да ты сама только что начала говорить о них! Что я такого сделала? Это же просто выдумка!

– Плохая выдумка. Если у тебя такие мысли в голове…

Лена была готова сбросить свою маску равнодушия и разорвать Лизу в клочья.

– Религиозная фанатичка! – рявкнула Лена.

Маша поспешила вмешаться.

– Девочки, девочки, хватит! Перестаньте! Мы же не хотим, чтобы нас услышали? Успокойтесь… прошу!..

Лена злобно пыхтела, а Лиза перекрестилась и прошептала про себя какие-то молитвы.

– Началось! – прыснула Лена.

Она явно не уважала взгляды других и сейчас не испугалась посмеяться над Лизой, которая крестилась.

– Давайте я расскажу свою историю! – вызвался Андрей.

– Самую страшную? – Катя прижала ноги к животу и обняла руками коленки.

– Да-да! Самую страшную! Про Рыбака…

– Мы ее слышали сотни раз! – пожаловалась Диана.

Но ей не удалось убедить его не рассказывать свою историю. Остальные хотели снова послушать страшилку Андрея.

– Я внес кое-какие правки, – постарался он сгладить впечатление о своей истории.

Итак, страшилку Лены не удалось дослушать до конца, но суть ее была вполне ясна. Маша не удивилась бы, если в развязке они получили такой финал: отряд сатанистов призвал дьявола, и Сатана убил всех в «Лосенке», отправив это место в сердце Ада.

Андрей начал рассказ:

– Это случилось еще до того, как на этой земле появился лагерь «Лосенок». Компания молодых людей приехала отдыхать на Ежевичное озеро. Они расположили свой небольшой лагерь на полянке. Поставили палатки и развели костер. Всего их было шестеро. Они приехали, чтобы купаться, есть ягоды, выпивать, колоть наркотики, заниматься сексом и… рыбачить.

Дима сразу прояснил, что история Андрея не обойдется без пошлостей.

– И вот парень с девушкой пошли ночью купаться голыми. Они занялись в воде сексом, а потом он оставил ее, чтобы переодеться. Он вышел на пляж, оделся и вновь развернулся к воде, чтобы увидеть свою возлюбленную, которая обнаженная купалась в озере. Но ее он не увидел. Он прокричал ее имя, а потом резко бросился в воду, чтобы ее найти. Парень нашел лишь мертвое тело своей девушки. Бледное и холодное тело. А язык ее продырявил рыбацкий крючок. Тогда все и началось.

Начало Машу не сильно впечатлило.

– Друзей не остановило это убийство. Они попытались расследовать это дело, но ничего не получилось. На утро двое парней пошли рыбачить. Они взяли лодку и отплыли на середину Ежевичного озера. У одного начала клевать рыба. Большая рыба, тяжелая. Парни вместе вытащили ее из воды, а это была… отрубленная голова одной девчонки. Эта девушка осталась на пляже и провожала двоих друзей. В ужасе парни бросили взгляды в сторону пляжа. Там, на песке, они увидели окровавленное обезглавленное тело своей подруги.

Катя закрыла глаза и уши. Ей стало не по себе. Но никто не обратил на девочку внимания.

– Парни решили развернуть лодку и поплыть к берегу. Но вдруг одного укачало. Его начало тошнить. А потом его вырвало живыми сардинами! Он наклонился к воде. Рыбки из его рта прыгали в воду. Его больше не рвало. И в тот момент… из воды вылезла зеленая мужская трупная рука. Она схватила этого парня за шею и уволокла под воду. Так они потеряли уже третьего участника своей команды.

История еще не закончилась. Но друзья внимательно слушали жуткий рассказ. Маша готова признать, что у Андрея неплохое воображение. Немного извращенное, но все же неплохое.

– Тот парень вернулся на берег и все рассказал остальным. Оставшиеся ребята, а их осталось трое, стали собираться домой. Два парня и девушка. Вот, кто остались. Когда парень и девушка собрали все вещи, то они поняли, что их друг куда-то пропал. Они пошли его искать. Ходили по поляне и кричали его имя. Но оба на уровне подсознания знали, что надо идти к Ежевичному озеру. Они вышли на пляж и там… у самого берега, в воде лежал их товарищ. И все его тело было истыкано рыболовными крючками. Они дырявили все его руки, ноги, голое тело, лицо, губы, глаза…

– Ой, хватит! Хватит! – попросила Катя.

Но Андрей не остановился.

– Парень и девушка в ужасе схватили свои вещи и побежали к машине. Они сели, завели мотор и поехали домой. Но не тут-то было! Внезапно в салоне машины стала появляться вода. Их начало затапливать! Двери заблокировались. Машина сломалась. Они не могли выбраться. А уровень воды поднимался и поднимался, пока не накрыл их с головой!

Катя ужаснулась, задержав дыхание.

– Да, Катя! Они тоже задержали дыхание, чтобы как-то продлить последние минуты своей жизни. Но у девушки не хватило объема легких, и она… захлебнулась водой, задохнулась и умерла. От большого напора воды в салоне лобовое стекло растрескалось и разбилось. Это позволило последнему парню выбраться из затопленной машины на улицу. Он в ужасе для себя осознал, что остался самым последним из компании друзей, приехавших на отдых. Он бросился бежать в лес, пока не увидел его…

Все замерли в ожидании продолжения.

– Кто это был? – не выдержала и спросила Маша.

– Рыбак. Рыбак собственной персоны! Он был одет в черный кожаный рыбацкий плащ с капюшоном и желтые резиновые сапоги. Его тело разлагалось. Это был ходячий труп! В руке Рыбак держал свою удочку. Парень хотел убежать, увидев мистического убийцу своих друзей. Он развернулся, и вдруг… Рыбак возник прямо перед ним! Бежать уже некуда. Тогда дряблый, почти мертвый старик, протянул ему свою удочку и сказал: «Ты следующий». Парень, удивившись, взял эту удочку в руки, и увидел, как Рыбак рассыпался в прах. Остались лишь его черный плащ и желтые сапоги.

История Андрея приближалась к своей развязке.

– И что сде-сделал т-тот па-парень? – спросил Леша.

Андрей выдержал драматическую паузу и закончил свой рассказ:

– Он надел этот плащ и сапоги. Перевоплотившись в нового Рыбака, он вернулся на Ежевичное озеро.

Это конец.

– Ого! – удивилась Лиза. – Впечатляет. Я должна это признать. Прости, Андрей, но я, правда, ждала каких-то глупостей. Ты превзошел мои ожидания.

– Рад стараться! – подмигнул Андрей, довольный собой.

Даже Дима был вынужден признать, что история Андрея про Рыбака получилась интереснее его собственной про призрак утонувшей девочки. Хотя они оказались в чем-то похожи.

Диана попросила Лешу передать ему бутылку шампанского и отпила еще немного.

– Кто следующий? – обратилась она к ребятам.

– Я попробую! – вызвалась Маша.

– Правда? Ну, давай! Ждем!

Маша прокашлялась, собралась с мыслями и начала:

– Это был самый обычный год в лагере «Лосенок». Как и мы, дети играли, ходили на мастер-классы, плавали в Ежевичном озере, устраивали заплывы на байдарках. Они сбирали ягоды, организовывали вечерние мероприятия и конкурсы. Словом, веселились, что здесь и полагается делать. Но в этом году по какой-то причине отменили экскурсионные поездки. Никто особо интересоваться этим не стал. Детям было хорошо и в лагере. Правда ведь?

Все согласились с тем, что и без всяких выездных экскурсий в лагере «Лосенок» есть чем заняться.

– Но в какой-то момент ребята в этом лагере начали видеть призраков. Это были бледные тени других детей, которые, как и они, играли и веселились. Они могли видеть призраков «лосят» прошлого, но не общаться с ними. Сначала призраков видела только одна девочка. Потом – весь ее отряд. Так эта способность передалась всему лагерю. И даже взрослым. Взрослые тоже видели тех призраков детей и руководителей.

– Эти призраки застряли в «Лосенке»? – ужаснулась Катя. – Что же случилось?

Маша призвала Катю укротить свое любопытство и продолжила:

– Со временем дар связываться с призраками усилился. Кое-кто мог даже общаться с ними. Наконец сами призраки могли видеть и слышать этих ребят. Два мира оказались связаны друг с другом. Но в какой-то момент… одна девочка услышала разговор двух взрослых руководителей из потустороннего мира. Они говорили о том, что надо всех детей отправить по домам, а лагерь очистить от призраков…

У Димы волосы встали дыбом, когда он догадался, к чему вела Маша.

– И вот к детям и взрослым из этого лагеря пришло осознание страшной истины. Они вдруг поняли, что призраки здесь они сами. Они все давно мертвы, но не осознавали этого. А те «призраки», которых они видели – живые люди из настоящего времени. Вот, почему в этом году не было экскурсий…

В комнате стало холоднее.

По окну начали барабанить капли дождя. Гроза началась.

– Ох… как же жу-жутко, – высказался Леша, – я чу-чуть не оп-описался…

– Я это видел в каком-то фильме! – сложил руки на груди Андрей.

– Но все равно жутко! – поддержал Машу Дима. – Своя версия тоже нужна!

Маша одарила друга теплой улыбкой, а потом раздался стук в дверь…

– Ох, черт! – выпалила Диана. – Прячьте все!

Андрей мигом схватил бутылку и спрятал ее под прикроватный столик. Дима быстро посмотрел на часы – уже одиннадцать.

– У вас включен свет! – услышали они голос Екатерины Николаевны за дверью. – Вы чего не спите? Откройте!

Пришлось открыть. Это сделал Влад.

И вот на пороге появилось трое: Екатерина Николаевна, Глеб и Карина с дредами.

– Отряд? – быстро спросила заведующая лагеря.

– «Айболит»! – молниеносный ответ Лизы.

– «Экстремалы», – добавила Лена.

– Целых два?! Вы время видели, ребята?! Уже пора спать! Если не выспитесь, то будете завтра ходить, словно зомби! Вам это надо? Я предпочла бы увидеть вас бодрыми и веселыми на утренней зарядке! Если вы – самые старшие, это не дает вам особых привилегий! Что это вы тут устроили? Быстро спать! Марш в свои комнаты!

– Хорошо, Екатерина Николаевна, – ответила Маша вежливо, – мы с ребятами, правда, засиделись. Даже не заметили, как быстро пролетело время! Обсуждали сегодняшний день. Конкурс талантов был потрясающий! Очень круто.

– Спасибо, Маша, что все объяснила. А теперь живо спать!

– Я прослежу, чтобы все вернулись в свои комнаты, – вставил Глеб.

Екатерина Николаевна кивнула и удалилась в сопровождении Карины. Остался только блондин Глеб. Он обвел всех хитрым взглядом и вошел в комнату.

Все происходило в полной тишине. Только шумел ливень за окном. Глеб заглянул под обе кровати, а потом перешел к обыску тумбочек. Все занервничали.

Он открывал ящик за ящиком, пока не…

Нашел бутылку шампанского!

Он усмехнулся, взял ее, посмотрел внимательно на ребят и одним залпом осушил бутылку до дна, а потом передал ее Леше.

Так же молча, как Глеб обыскивал комнату девочек, он вышел в коридор и закрыл за собой дверь.

– Вот же засранец! – рявкнула Диана, нарушив молчание.

– Хорошо, что не сдал… – выдохнула Маша.

– Повезло, что он оказался не таким идиотом, как я о нем думала, – облегченно выдохнула Лиза.

Да, свои плюсы были. Глеб оказался намного хитрее и противнее, чем они думали.

– Он же не расскажет Екатерине Николаевне о том, что мы здесь сегодня делали? – заволновалась Катя.

– Нет, милая, не расскажет, – успокоила ее Маша.

Пришло время друзьям попрощаться друг с другом и вернуться в свои комнаты.

– Круто посидели, но нам пора, – первый собрался покинуть комнату Влад.

Друзья попрощались друг с другом и разошлись.

Не говоря друг другу ни слова, Дима и Влад вернулись в свой номер, погасили свет и легли спать.

Дима слушал барабанную дробь капель по окну и долго не мог уснуть. Первый день в «Лосенке» оказался довольно насыщенным событиями самого разного порядка. Мысли о Маше не покидали его. Особенно он вновь и вновь прокручивал у себя в голове тот разговор, когда они пришли на поляну с малиной и поляникой. Он ценил такие минуты единения и покоя.

Сон к Диме пришел лишь в два часа ночи.

Глава 6. Гроза

Не ускоряйте смерти заблуждениями вашей жизни и не привлекайте к себе погибели делами рук ваших.

Книга Премудрости Соломона 1:12

Маша проснулась от осознания того, что что-то пошло не так.

Или она проснулась от глухого топота, который доносился из коридора?

Или из сна ее вырвал шумный раскат грома?

Теперь сказать наверняка, когда все эти факторы слились воедино, было затруднительно. Но одно обстоятельство оставалось неизменным.

Что-то не так…

И это «что-то не так» застряло у нее в горле. Маша боролась с желанием заснуть в рот два пальца и искусственно вызвать рвоту, чтобы избавиться от этого «что-то не так».

И все же глубины подсознания убеждали ее, что рвотой от этого не избавишься.

Ей придется бороться с корнем проблемы.

Что же не так?

Маша открыла глаза и посмотрела в окно. Первое, на что она обратила внимание, так это темнота. Ночь. День еще не наступил. Неужели, она спит так недолго?

Чтобы во всем разобраться, она обратилась к точным фактам. Время. Часы ее показывали два часа ночи, а секундная стрелка не желала двигаться с места.

– Вот же черт!

Маша поняла, что надежный источник ее подвел.

Снова послышались шаги из коридора. Может, ребятня решила устроить ночь приколов сегодня? И до страшной грозы за окном никому нет никакого дела?!

Или она чего-то не понимает…

Маша села в постели, и ее посетило состояние полной бодрости. Она почувствовала себя выспавшейся, будто пробыла во сне десять часов, если не больше.

Если часы остановились… сколько же она проспала?

Маша старалась сопоставить все факты. В результате она наткнулась на тот же камень – «что-то не так». Все обстоятельства явно не вязались друг с другом.

Ночь. Сломанные часы. Гроза. Топот в коридоре. Бодрствование.

Маша встала и направилась к двери. Опустив взгляд вниз, она заметила, как в комнату из коридора пробивался яркий желтый свет. Маша открыла дверь и встретилась взглядом с напуганной девочкой, которая бежала в сторону парадной лестницы.

– Что происходит?

Девочка еще больше испугалась, услышав ее вопрос, и убежала прочь, оставив Машу без ответа.

Теперь она знала, что происходит!

«Что-то не так» – вот, что случилось! И это круто меняет дело!

– Катя! Катя, вставай! Просыпайся!

Маша подбежала к кровати своей соседки по комнате и подергала девочку за плечо. Катя неохотно покинула царство Морфея и взглянула на свою подругу.

– Что случилось? – она зевнула, открыв широко рот.

Ответ Маши оказался слишком точным, но неоднозначным:

– Что-то…

Катя заправила волосы за ухо и села. Маша уже тянула ее за руку, поднимая с постели.

– Нужно торопиться! Бежим!

– Но куда?.. Еще ночь!

Но Маша ее не слушала.

Она уже насильно тащила подругу в коридор и даже не услышала ее, когда Катя пожаловалась:

– У меня сломались часики!

* * *

– Просыпайся, идиот! Что-то происходит.

Дима любил спать подолгу. Он крайне удивился, когда Влад его разбудил. Это забота показалась какой-то странной. Почему бы Владу просто не оставить его дремать дальше?

– О чем ты? – Дима протер глаза.

– Все бегут вниз. Я не хочу оставаться здесь долго. Как знаешь!

И Влад стрелой исчез за дверью, оставив Диму одного.

«Что же все-таки случилось?» – Дима не мог ответить себе на этот вопрос.

Взглянув на окно, он увидел темноту. Капли дождя барабанили по стеклу.

– Который час?

Дима взглянул на часы, и мир провалился в бездну.

* * *

Все собиралась в главном холле жилого корпуса. Все огни на люстре ярко горели, освещая просторное помещение. Главные ворота настежь открыты, пропуская холод и звуки нескончаемого ливня внутрь.

Голова лося, висевшая на стене над лестницей, смотрела, как куча маленьких детей, одетых в ночные пижамы, шортики и футболочки, толпилась у главного входа. Они перешептывались, смотрели на время, проверяли свои мобильные телефоны.

И в душе каждого из этих ребят затаилось скверное чувство, которое еще не все успели осознать из-за отсутствия конкретной причины возникновения этого чувства.

Этим чувством был страх.

И голова лося, висевшая на стене, чувствовала его в каждом из сорока маленьких сердец.

Ребята из разных отрядов лагеря «Лосенок» сплотились, чтобы узнать главное – то, что всех разбудило. Им надо понять, какую природу имело это жуткое «что-то не так».

А голова лося оставалась лишь пассивным наблюдателем начала самого страшного кошмара в их жизни.

* * *

– Почему все здесь собрались? – задалась вопросом Лиза, не отпуская потную холодную ручонку младшей сестры.

Соня хотела спать. Она зевала и потирала кулачком левый глазик, борясь с желанием уснуть прямо здесь и сейчас.

Старшая сестра, услышав шум за дверью, насильно разбудила ее и вытащила сюда.

– Это мы и хотим выяснить, – ответила ей Маша.

– Надо позвонить Екатерине Николаевне, – предложила Катя.

Ее просьба была вполне логичной, учитывая обстоятельства. Но только один забавный и до ужаса смешной фактор не давал им этого сделать.

Екатерина Николаевна спит.

– Мы не могли так немного спать и выспаться, – предположил Влад, – случилась какая-то хрень с этим местом. Я в этом уверен.

Маша не хотела пугать ни себя, ни остальных, но сейчас она готова признать, что в доводах Влада был смысл.

Жуткий, неприятный и страшный смысл. Но он был!

У нее же доводов никаких не оставалось.

– Какого черта все сбежались в такую темень? – Диана с недовольным лицом спускалась по ступенькам вниз.

За ней покорно, словно собачонка, следовала Лена, сложив руки на груди.

– Это какая-то подпольная ночная вечеринка? – высказала Диана неудачную шутку.

Следом за девочками появились Андрей и Леша.

– Мы пошли сюда лишь потому, что все комнаты пусты, – высказался Андрей, – это, конечно, весело, но стремно как-то. Какого хера тут все делают?

Никто ему не ответил.

Леша весь трясся. Он плелся по ступенькам крайне неуверенно, что даже переступил через одну и чуть не упал.

– Дима! – вырвалось у Маши, когда она увидела его наверху.

Мальчик быстро миновал все ступеньки, чтобы прибежать к ней и обнять. Их встреча выглядела крайне нелепо на глазах у всех собравшихся.

– Как ты? – спросил Дима сразу.

– Порядок, – ответила она, – но мне не нравится то, что здесь творится… Это ненормально.

Вот то самое слово, которое искал Дима, чтобы описать создавшуюся ситуацию.

Ненормально.

Ненормально, что до сих пор ночь, а ливень не думал заканчиваться.

Ненормально, что его часы остановились на том самом времени, когда он уснул.

Ненормально, что все чувствуют себя бодрыми и выспавшимися в такой поздний час.

Ненормально, что сорок детей, почувствовав общее «что-то не так», взволновались и собрались здесь.

Много разных «ненормально»!

– Это заходит слишком далеко! – заявила Лиза. – Я звоню Екатерине Николаевне.

Она уже схватила телефон, как вдруг Маша ее остановила:

– Подожди, Лиз. Давай первым делом узнаем причину волнений.

Лиза возражать не стала.

Маша развернулась лицом к толпе ребятни, которая устроила шум и балаган, обсуждая сложившуюся ситуацию. Она хотела успокоить всех и обратить их внимание на себя.

– Ребята!

Но ее голос утонул в болтовне.

– Послушайте! Пожалуйста!

Вторая попытка не увенчалась успехом.

– Эй, народ! Заткнулись! Смотрим сюда! – Андрей завершил свою триаду громким свистом.

– Спасибо, – ответила ему Маша.

И было за что благодарить – толпа затихла и дружно развернулась к Маше. Младшие дети смотрели на старших, собравшихся на лестнице.

– Первым делом я прошу вас не отвечать хором, – попросила Маша, – мы хотим узнать, что случилось.

Первый выкрик ответил:

– У меня часы не работают!

И больше ничего не стало слышно. Остальные начали что-то выкрикивать. Голос каждого, сливаясь с чужим, образовывал неразборчивую массу звуков и помесь слов.

– Заткнулись все! – проорала на весь холл Диана.

И это помогло.

Толпа утихла.

Когда вновь воцарилась тишина, Маша продолжила добиваться истины.

– У нас часы тоже остановились. Я поняла, что у всех они сломались?

Маша сначала пожалела о том, что задала вопрос всем сразу. Но шума и гама, которые она ждала в следующее мгновение, не было.

Вместо этого толпа детей закивала, переглядываясь.

– У всех время остановилось на двух часах?

Реакция слушателей оказалась той же.

– Это точно ненормально, – Дима шепнул Маше на ухо, – перед тем, как уснуть, я взглянул на время. Было как раз два часа! И время остановилось…

У Маши не нашлось слов.

Она не могла ответить Диме и не знала, что спрашивать у толпы детей.

– Я звоню Екатерине Николаевне! – твердо решила Лиза.

Она взялась за телефон и принялась набирать нужный номер. Детвора в холле начала перешептываться.

Все терпеливо ожидали, когда Лиза дозвонится до взрослых. Она уже приложила телефон к уху, как вдруг выражение ее лица изменилось – на нем проступило недоумение.

– Что за хрень?! – выпалила Лиза.

– Что такое? – обеспокоилась Катя.

– Ее номера не существует…

Это для всех стало сильным потрясением.

– Я могу попробовать, – Дима не хотел сдаваться.

Тогда Лиза продиктовала номер Екатерины Николаевны ему. Дима совершил попытку связаться с учителем, включив громкую связь.

– Данный абонент не существует, – услышали они железный женский голос автоответчика.

Ребята из отрядов «Айболит» и «Экстремалы» в ужасе переглянулись друг с другом.

– Ты уверена, что номер верный? – спросила Лена.

– Конечно! – ответила неуверенно Лиза. – Сейчас я попробую дозвониться до Наталии Сергеевны. А вы пробуйте звонить Павлу Борисовичу.

Ответив кратким кивком, Лена принялась вбивать номер в телефон.

Маша заметила, как пальцы Лизы тряслись. Она испугалась, что сейчас ее подруга потеряет над собой контроль. Маша взяла Лизу за руку и посмотрела ей в глаза.

– Успокойся. Мы сейчас все выясним. Не паникуй.

Лиза молча кивнула и приложила телефон к уху.

– Данный абонент не существует или номер набран неверно, – услышали все, как ей ответил автоответчик.

– Что за дерьмо?! – проревела Лиза.

– Спокойней, сестренка! – Сонечка дернула старшую сестру за ночную рубашку.

– У нас та же хрень, – обеспокоенно проинформировала ребят Диана.

Маша заметно напряглась. Внутри нее все похолодело. Неожиданно заболел живот.

Она начала спускаться в холл, пока не зная, что именно она задумала.

– Маша, ты куда? – спросил у нее Дима.

– Попробуйте включить интернет, – бросила она, не оборачиваясь.

Маша стояла перед толпой детей, что были младше нее, и боялась даже думать о том, что ей придется сообщить им дурные вести, глядя прямо в глаза.

Она уже открыла рот и приготовила фразу, но сказала другое:

– У кого-нибудь есть номера инструкторов?!

На этот раз ее услышали.

Толпа затихла. Пробежался рокот.

– У меня есть номер Глеба! – вызвался кто-то.

Почувствовав надежду, Маша направилась в глубь толпы. Той девочкой, у которой оказался номер Глеба, была Вика из отряда «Клеверята» – полная и светлая.

– Он симпатичный, правда? – улыбнулась она Маше, встретившись с ней взглядом.

Маша ничего не ответила, а просто попросила номер. Она вбила цифры себе в телефон и принялась звонить.

Сначала тишина, а потом пауза и…

– Данный абонент не существует или номер набран неверно.

Маша почувствовала будто пол под ней провалился. Она уже падала в черную бездну. Мир вокруг нее переменился. Краски мгновенно исчезли. Осталась лишь серость.

– Интернета нет! – бросил Андрей.

Компания ребят шла в ее сторону.

– У кого-нибудь ловит интернет? – громко спросила Лиза.

Но никто из сорока ребят не дал положительного ответа.

– А в чем, собственно, проблема? – обратилась с резонным вопросом Вика к Маше.

Ее голос услышали все. Толпа затаила тишину, ожидая ответа «какой-то взрослой девочки из старшего отряда».

– Мы не можем дозвониться до учителей и инструкторов, – ответила она прямо.

Тут же в толпе послышались выкрики:

– А я тоже пробовала звонить нашему руководителю! «Номера не существует» – вот, что мне говорят!

– А я маме не могу позвонить!

– Мой брат тут рядом, но мне говорят то же самое!

– И интернет не ловит!

– Ничего не грузит!

В итоге подобных жалоб стало больше. Свои проблемы высказывал каждый. По общему разлаженному хору толпы Маша поняла несколько основных вещей.

Первое – у всех время на часах остановилось, и стрелки показывают два часа ночи.

Второе – никто не может дозвониться до учителей, инструкторов или родителей. Никаких номеров не существует.

Третье – интернета нет.

Из всего этого Маша сделала жуткий для себя вывод: они отрезаны от внешнего мира.

– Так в чем проблема, я не пойму?! – Вика сказала это слишком громко, и толпа замолчала.

Все ребята смотрели в ее сторону.

Вика указала рукой в сторону открытых ворот.

– Они все сейчас спят в том домике, который стоит рядом с Домиком Рыбака. Тут бежать до него десять секунд! И я промокнуть не боюсь. Конечно, в такую грозу не будут работать телефоны. И интернет вы не поймаете. Давайте я сбегаю и все? Чего тут устроили?

Маша и Дима переглянулись. Все происходящее казалось им слишком странным и непонятным.

Разумеется, в доводах Вики был очевидный смысл. До хижины, где ночуют руководители и инструктора, рукой подать. В чем же проблема?

Никто не хотел выходить в грозу на улицу…

Но почему?

Где-то в глубине своего сознания Маша ощутила жжение чувства собственного самосохранения, которое так и кричало ей: «Не выходи на улицу!».

– Я быстро бегаю! Вот увидите! Сейчас добегу до Екатерины Николаевны, и она всех успокоит и разгонит спать, – доводы Вики оказались слишком простыми, а потому надежными.

Ее слова успокаивали даже Машу, которая успела себя достаточно накрутить разными ужасами.

Вика подошла к порогу.

Там, на улице, в густой черной мгле шел сильный ливень. Капли падали прямым потоком, образовывая плотную водяную стену, через которую сложно что-то разглядеть.

Но даже при такой плохой видимости оставалась возможность разглядеть хижину руководителей рядом с Домиком Рыбака. Вика права: бежать десять секунд.

Грянул гром.

Вика стояла у самого края водяной стены.

– Уверена, что добежишь? – подошла к ней Маша.

Остальные ребята стояли в стороне, не решаясь подойти к выходу.

– Еще бы! Вот увидите!

– Встретишь Екатерину Николаевну – объясни, что случилось. У всех сломались часы. Связи нет. Интернета тоже. Малыши напуганы грозой.

– Да-да, я все поняла. Не подведу.

Маша восторгалась смелостью этой девочки и от всей души пожелала ей удачи.

– Ну… я пошла!

И с бодрым веселым настроем Вика шагнула за порог.

Вернее, она не шагнула, а даже прыгнула. Вика побежала прямо со «старта». Все смотрели, как девочка выбежала под проливной ливень, широко расставив руки и задорно смеясь.

Вика бежала босиком по мокрому песку и лужам, постепенно утопая в ночной тьме.

Маша все еще видела силуэт девочки, который удалялся от нее. Вика быстро бежала прямо к домику, где ночевали руководители.

Оставалось преодолеть половину пути, как вдруг…

Мир ослепила белая вспышка.

Небо раскололось надвое.

И из щели вырвался изворотливый толстый луч – молния.

Она ударила…

Раздался оглушительный взрыв.

Все дети упали на пол, зажав уши руками. Раскат грома был оглушающим и всепоглощающим.

Заревело пламя.

В наступившей после взрыва тишине раздались отчаянные вопли боли и жуткие стоны.

Где Вика?

Вот она! Девочка превратилась в ходячий факел.

Столбик пламени повалился на землю и принялся постепенно тухнуть.

Черный силуэт заливало дождем. От тела Вики, обратившегося в горстку углей, пепла и золы, поднимались тонкие струйки дыма.

В воздухе появился запах паленой человеческой кожи. Запах обгорелого человеческого мяса. Запах трупа.

Сознание детей пошатнулось в один миг.

Мир лагеря «Лосенок» изменился навсегда.

С этой минуты здесь царствовала смерть.

Глава 7. Страхом едины

Ибо весь закон в одном слове заключается: люби ближнего твоего, как самого себя

Апостола Павла послание к галатам 5:14

Ее вырвало из этого мира – будто она упала в озеро с ледяной водой.

Маша на мгновение почувствовала, что больше не существует, исчезнув вместе с Викой.

Та девочка только что, всего десять секунд назад, стояла рядом с ней. Она слышала ее голос. Маша даже успела коснуться ее горячего плеча прежде, чем та выбежала под дождь.

И где она сейчас?

Обгоревшая, лежит под проливным дождем на мокром песке в нескольких метрах от ворот.

Всего пару мгновений назад этот человек существовал. Человек жил.

А сейчас… Вика уже знает, что ждет их после смерти.

Где она?

В объятиях Господа? Или у ног дьявола?

Или ее просто нет. Нигде.

Маша подумала о том, что Вика, как и она сама, еще вчера радостно, взяв чемоданчик со своими вещами, отправилась на станцию юных туристов. Она хотела поехать в лагерь, чтобы отдохнуть и повидать своих подружек. Еще вчера она готовилась вместе со своим отрядом к «Модному приговору» и конкурсу талантов.

А всего несколько минут назад отважно бросилась в ночь, чтобы привести на помощь взрослых.

И что из этого вышло?

Она мертва. Ее больше нет.

И никто уже не захочет выходить отсюда…

Маша шагнула вперед, не обращая внимания на то, какие паника и хаос разразились за нее спиной. Она подошла почти вплотную к стене дождя и протянула руку вперед…

Может, ей достаточно сделать всего один шаг, чтобы умереть?

Последний раз вздохнуть. Последний раз шагнуть. И последний раз почувствовать дробь холодных капель на своем лице, а потом… умереть?

– Остановись, – это был теплый и заботливый голос, которого ей сейчас не хватало.

Она послушалась этот голос.

– Даже не смей, – добавил голос.

Это был Дима. Он стоял рядом и держал ее за руку.

– Ты нужна нам. Ты нужна мне.

Только эти слова заставят ее бороться за свою жизнь до самого конца.

– Только ты можешь помочь им.

Им?

Дима взял ее за руку, обнял за талию и отвел в сторону, подальше от дождя. Никому теперь нельзя покидать жилой корпус.

Маша уже поняла, что это место станет их тюрьмой и единственным убежищем на… неопределенное время.

Если хочешь жить – оставайся здесь.

Если хочешь кончить, как Вика, чей обгорелый труп лежит сейчас под дождем – вперед!

Позови на помощь! Беги к учителям! Беги к инструкторам! Беги домой! Прочь из лагеря!

Но за воротами этого здания царствует лишь одна богиня. Имя ее – смерть.

– Мы столкнулись с большой проблемой, – сказал Дима, – но вместе мы сможем ее решить.

Маша оглянулась: крики, стоны, плач, слезы.

Всех этих детей объединял страх. Он собрал их здесь вместе и сковал своими оковами. Они в его власти.

Страх царствует в этих стенах и под этой крышей.

Отныне у них два правителя. Два бога. Король и королева. Страх и смерть.

Лиза крепко прижимала к себе Соню, которая заливалась слезами. Гриша и Катя, застыв от ужаса, держались за руки. Диана уткнулась лицом в плечо Владу. Лена просто закрыла глаза, не в силах видеть этот проклятый мир.

Леша тяжело дышал, а по его лицу струился пот. Андрей сел на пол и обхватил голову руками. Полина, обняв кошку Шуню, тоже присела, прижимая питомца к себе.

Ирочка, застыв, держала в руках деревянную коробочку с улитками, а по щекам катились крупные слезы. Маленькие детки из отрядов «Звездочки» и «Солнечные зайчики» громко плакали и ревели, не в силах смириться со страшными обстоятельствами.

Оля – девочка, которая читает книгу, прижала томик к груди и обняла себя руками, не двигаясь с места. Рядом с ней стояла Кристина с бледной кожей лица и холодными дрожащими руками.

Девочки из отряда «Клеверята» громко плакали, обнимая друг друга, не в силах смириться с потерей лучшей подруги. Вика была душой их отряда.

Саша и Савва – братья-близнецы – прижавшись друг к другу, сидели у стены. Толик – мальчик, больной бронхиальной астмой, не выпускал из рук ингалятор, не переставая вдыхать лекарство. Борис – парнишка с костылями. Он даже не мог позволить себе сесть на пол. Рядом по маленькому кругу бродил слабоумный Артрурчик, потирая свои влажные потные пальцы.

Остальные тоже плакали или находились в прострации. Многие не могли оправиться от шока и осознания страшной истины – они заперты здесь.

Отсюда уже нельзя выйти, а выйдешь – сгинешь.

Умрешь навсегда и больше не вернешься в «Лосенок» или домой. Тебя просто не станет.

Не станет, как не стало Вики. Раз и все…

Сейчас их стало тридцать девять.

Маша подумала только о том, как бы столько же их и осталось к тому времени, когда гроза, превратившаяся из жуткого погодного явления в их тюремного надзирателя, уйдет, закончится.

Многое стало ясно, как день. В это мгновение, переполненное страхом, паникой и отчаянием, открылись многие истины.

Одна из них очень проста. В данный момент они не знают, что именно случилось с их лагерем, с их миром, но это случилось. И ничего не остается, кроме того, как действовать по обстоятельствам.

Это «что-то не так» показало свое лицо.

Маша знала, что было не так – все.

Она видела, как страдали эти дети, изнемогая от своего страха, который терзал их и душил. И они имеют на это право. Все они! Все эти ребята слишком малы для смерти.

Но у смерти свои сроки.

Каждому отмерен свой.

И срок Вики вышел. Он истек пару мгновений назад.

Никто не мог этого остановить.

– Я понимаю, что все напуганы, но я прошу…

Слова не помогали.

Плач и стоны слишком громки, чтобы их заглушить.

– Послушайте! – объявил громогласным голосом Дима, сам того от себя не ожидая.

Сработало? Да. Не сразу. Но в главном холле жилого корпуса лагеря «Лосенок» постепенно воцарилась тишина.

Тут и там были слышны лишь приглушенные всхлипы.

– То, что случилось с Викой… – начала Маша, – я знаю, что об этом больно думать и больно говорить… Ее жертва научила нас первому уроку в нашей новой жизни, которая нас с вами здесь ждет. Нельзя выходить на улицу. Нельзя, если не хочешь погибнуть той же смертью.

Маша озвучила страшную истину. И это помогло остальным ее принять. С трудом. С большим трудом.

– Я не беру на себя смелость заявить то, что это была случайность. Точного ответа мы не получим, если не хотим, чтобы погиб кто-нибудь еще. Я настоятельно призываю вас оставаться под крышей этого дома. Да, это место станет для нас домом, пока не закончится гроза.

– А сколько она продлится? – спросил кто-то в толпе.

– Мы не знаем.

Но у Лизы нашелся свой ответ:

– Самая долгий ливень шел сорок дней и сорок ночей. Если это повторяется, то мы должны подождать. Этот корпус в «Лосенке» станет нашим Ковчегом. У нас есть шанс.

Маша отблагодарила Лизу теплым взглядом. Ее слова давали детям какую-то надежность и определенность.

Теперь они обозначили срок в сорок дней и ночей, как самый длительный.

– А день наступит? – спросил другой тонкий голосок.

– Если часы остановились, – размышляла Маша вслух, – возможно, время остановилось тоже. Мы подождем. Я не буду от вас скрывать свои худшие опасения, но и пугать вас не собираюсь. Я предпочту остаться реалистом. Да, сложно быть реалистом в такой ситуации. Но, учитывая обстоятельства, поделюсь своими мыслями и скажу… что день может не наступить.

Маша, почувствовав зарождение новой волны паники, повысила голос.

– Но это еще ни о чем не говорит! Точного ответа никто из нас не знает!

– Но как тогда пройдет сорок дней и ночей, если время остановилось? – спросил кто-то еще.

На этот вопрос ответа ни у кого не нашлось.

– Если мы хотим выжить, то должны действовать разумно. Пора вспомнить все, чему нас когда-либо учили. Мы же «лосята»! А «лосята» умеют выживать в сложных ситуациях, не так ли? Считайте это проверкой. Да, настоящей жизненной проверкой. Я хочу сказать, что вся еда лагеря находится на нашей кухне. Мы распределим обязанности и…

Внезапно ее речь, которую все так внимательно, затаив дыхание слушали, нарушил громкой вопль Артурчика.

– Я не хочу умирать! Я не хочу оставаться здесь! Может… эта молния – случайность?! Может… это больше не сработает?..

Дальше случилось нечто.

Артрур, высокий и объемный по своей комплекции парень, рванулся с места и побежал прямо к выходным дверям.

– Ты куда?! – бросил ему вслед Борька, выставив один костыль вперед. – Вернись сейчас же!

Но Артурчика никто не мог остановить. Он бежал, сломя голову, прямо к воротам.

Дима, чтобы спасти Машу, увел ее в сторону, ведь по траектории Артура он должен был сбить их с ног!

– Я не умру! Это просто случайность! Случайность!

Все уже были готовы к тому, что большой парень вырвется на улицу и кончит жизнь так же, как Вика, но внезапно на него набросился Андрей.

Он сбил Артрура с ног и повалил на пол у самого выхода из здания.

– Не надо! Прошу! Не хочу умирать! – ревел Артрур.

Андрей повалил слабоумного паренька и сейчас сидел на нем сверху. Пылая от ярости и злости, Андрей взревел:

– Не делай так больше! Никогда! Ты смерти себе хочешь?! Не видел, что случилось с той глупой девчонкой?! Она померла из-за своей тупости и глупости!

– Андрей! – Лена бросилась в его сторону, чтобы остановить.

Но тот не замолчал. Андрей продолжил:

– Ты – тот самый идиот, да? Псих! Я не дам тебе сдохнуть, жирная свинья, даже если ты и дебил конченный! Слышишь? Я не дам никому здесь сдохнуть, как подохла та девка, чей труп валяется на песке под проливным дождем! Вставай, псих! И больше не делай глупостей, урод! Ты меня понял?!

Артрурчик заливался слезами.

– Ты менял понял, идиот несчастный?! – проревел Андрей.

Лена схватила Андрея и принялась оттаскивать его от Артура. Борис стремительно приближался, упираясь на свои костыли.

– Скажи, что понял меня!

Артурчик энергично закивал.

Только получив ответ, Андрей наконец слез с Артрура, но бросил напоследок:

– Псих!..

Наконец Андрей решил успокоиться, и в этом ему помогла Лена, обняв человека, который только что спас жизнь другому.

Артурчик просто плакал и хныкал, не в силах встать на ноги.

– Поднимайся, дружище! – Борька протянул товарищу свой костыль. – И давай больше без глупостей, лады? Если сказали, что нельзя гулять – нельзя значит. Будем себя сами развлекать.

Артручик принял помощь от Борьки и встал на ноги. Пристыженный, мальчик скрылся в толпе, чтобы стать невидимым для всех.

Маша отказывалась комментировать эту ситуацию даже у себя в голове. Из всего произошедшего хорошее было лишь одно – Артур жив. Остальное уже не имеет значения.

– У кого-нибудь есть листок бумаги и ручка? – обратилась она к толпе.

– Я могу вырвать из страницы для заметок, – вызвалась Оля, – а карандаш сойдет? Он у меня всегда с собой.

– Да, спасибо, подойдет.

Пока Оля выполняла просьбу Маши, Лиза подошла к малышам, которые снова заплакали.

Она присела к ним, чтобы смотреть на них снизу вверх.

– Ребята, не надо, – сказала она, – мы все вместе. И мы справимся. Вот увидите. Скоро наступит новый день. Гроза уйдет. И снова выглянет из-за облаков яркое солнце. Мы не должны падать духом! Вы же «лосята»! Не забывайте об этом.

– А что делать, если страшно? – спросил Вадимчик.

– Нужно просто попросить у Боженьки, чтобы он прогнал твой страх.

– Это как? – вытер глазки Стасик и удивленно взглянул на рыжую девочку.

Лиза нежно улыбнулась и взяла мальчика за руку.

– Просто скажите: «Боженька, сделай так, чтобы я не боялся. Аминь».

– Но ведь молитвы не так звучат! – заупрямился Максимка.

– Не так важно, что скажешь. Имеет лишь то, с каким чувством ты это скажешь. Можно даже не говорить вслух, а подумать про себя. Искренне подумать, и Боженька услышит твои мысли.

– Он – телепат? – выгнула Тася бровку.

– Да, милая, – Лиза весело посмеялась, – он – телепат.

Более старшие дети были рады, что удалось успокоить малышей. Несмотря на то, что всем и так было плохо, не хватало еще тошного нытья малолеток.

– Что ты задумала? – нахмурился Дима, когда Маша начала что-то писать карандашом на листе бумаги.

– Сейчас увидишь, – просто ответила она.

Машу воодушевили слова Димы. Он сказал: «Ты нужна им». И это на нее подействовало. Хотела ли она взять обязанности по их совместному выживанию на себя? Точно Маша еще не решила, но начало было положено именно ей.

Дима все понял, когда увидел на бумаге полный состав отрядов «Айболит» и «Экстремалы».

– Ребята! – Маша обратилась к собравшимся. – Сейчас я передам вам этот листочек. Напиши названия ваших отрядов, а также возраст и имена тех, кто в нем состоит. Можно без фамилий.

Остальные все поняли, и Маша передала листок бумаги в толпу.

– Отлично придумала, – нахмурившись, холодно произнесла Диана, – но к чему это все?

– Так мы сможем распределить обязанности по отрядам, – начала объяснять Маша.

– Ты, серьезно, хочешь начать программу выживания?! – изумился Влад.

– А у тебя есть идеи лучше?! – грозно бросился на него Дима.

Влад лишь пожал плечами и высказался:

– Я лишь хочу сказать, что мы не обязаны делиться едой со всеми.

Маша даже не удивилась, услышав это от Влада, но ей все равно стало не по себе.

– Не тебе это решать, – процедила Маша в ответ.

Влад недовольно нахмурился и поправил очки на носу.

– Малышей я успокоила, но не думаю, что это надолго, – присоединилась к своим друзьям Лиза.

– Ты молодец, – похвалила ее Маша, – будем этим заниматься время от времени. Я не хочу, чтобы кто-то испытывал страх…

– Это отменить не в твоей власти, – упрекнула ее Лена, – они уже все боятся. И мы с этим ничего не поделаем, как ни крутись.

Маша была готова это признать.

– Тогда… чтобы они чувствовали себя здесь в безопасности, зная, что им помогут, их поддержат и их не бросят. Так лучше?

– Посмотрим.

Маленький Тимурчик передал Маше листок бумаги. Она пробежалась по написанному взглядом, проверив, что все правильно.

На листе значилось:

« «Айболит» (14 лет):

Дима, Влад, Маша, Катя, Лиза

«Экстремалы» (14 лет):

Леша, Андрей, Диана, Гриша, Лена

«Клеверята» (12-13 лет):

Алиса, Света, Даша, Алина

«Крутые бобры» (12-13 лет):

Толик, Аркадий, Савва, Саша, Антон

«Медузы-карапузы» (10-11 лет):

Вера, Ася, Кристина, Денис, Артур

«Червячки» (10-11 лет):

Вероника, Оля, Оксана, Женя, Борька

«Солнечные зайчики» (9 лет):

Костик, Игорек, Тимурчик, Полина, Таисия

«Звездочки» (9 лет):

Вадимка, Стасик, Максимка, Ирочек, Соня»

– И что ты намерена делать с этим послужным списком? – Диана не думала оставлять свой сарказм в прошлом.

Маша старалась не обращать на это внимание. Она заострила взгляд на отряде «Клеверята», в котором теперь четыре участницы.

Пятилистный клевер распадался…

– Ребята! Я еще раз хочу напомнить вам о том, как устроен наш корпус. На втором этаже наши комнаты, душевые и туалеты. Если все так случилось, это не значит, что мы должны забывать о собственной гигиене. Я думаю, что принятие горячего душа даже поможет кому-то переосмыслить все и успокоиться. У нас есть бассейн. Будем ли мы ходить туда? Полагаю, да. Нам ведь придется как-то развлекать друг друга, пока не закончится гроза, и на улице не станет безопасно. Мы составим график посещения бассейна по отрядам. У нас есть библиотека. Любой желающий может ходить туда и брать книги. Мы же, старшие ребята, отправимся туда, чтобы попытаться понять, что со всеми нами случилось. И главное. У нас есть столовая и кухня. Насколько мне известно, запас еды всегда рассчитывается с избытком. Я предполагаю, что еды хватит на три недели. Но мы постараемся увеличить этот срок. Будем экономить.

Маша сделала паузу и показала всем список отрядов, который они написали.

– Мы распределим обязанности по отрядам. В первую очередь кто-то должен заняться пересчетом наших запасов. Другие должны заняться готовкой. Кто-то будет отвечать за аптечку и лекарства, если кому-то станет плохо. Я верю, что мы справимся. Правда, ребята? Мы вместе, а это главное. Я хочу, чтобы у нас работал основной принцип. Он таков: старшие заботятся о младших. Я попрошу отряды «Червячки» и «Медузы-карапузы» смотреть за отрядами «Звездочки» и «Солнечные зайчики». Не оставляйте их одних. Это важно. Каждый должен чувствовать себя в безопасности. И никто не должен быть одинок сейчас. Давайте поддерживать друг друга. И все у нас будет хорошо.

Если кто-то ждал аплодисментов после речи Маши, то их не было. Когда она закончила говорить, холл погрузился в полную тишину.

– Мы займемся пересчетом продуктов, – вызвался Антон, – я ручаюсь за «Крутых бобров».

– Отлично, – Маша встретила инициативу с оптимизмом, – нам нужен количественный список продуктов. Что у нас есть. И сколько у нас этого есть.

– Будет сделано!

Вслед за мальчиками инициативу дружного выживания подхватили и девочки.

– А мы, «Клеверята», займемся завтраком, – выступила Алиса, – это поможет нам отвлечься от… смерти Вики.

Маша одобряюще кивнула.

Два отряда покинули холл, чтобы приступить к своим новым обязанностям. Остальные четыре отряда остались ждать указаний старших.

– Полагаю, сейчас вы можете умыться и почистить зубы. Мы можем начать новый день прямо сейчас, ведь… за ходом времени мы следить теперь не можем. У нас будет собственный график. Можете расходиться.

И дети в гробовом молчании начали свой подъем по лестнице, чтобы приступить к утреннему туалету.

– Вяленькая концовка речи, – фыркнула Диана.

– Все прошло вполне достойно, – поддержал Дима Машу.

– И я думаю, что ты все поставила на свои места, – согласилась Лиза, – даже у меня со всей моей организованностью так не получилось бы. Навела порядок. Это важно.

– Нам придется следить за всеми, чтобы кто-то не натворил глупостей, – вставил Андрей, – одного идиота я уже приметил. Кто знает, что выкинут остальные?!

– Ты прав, – кивнул Гриша, – и еще улица… нельзя допустить, чтобы они выходили туда. Даже в момент сильного отчаяния.

– Верно! – бодро поддержала Катя рыжего парнишку и взяла его машинально за руку, даже не заметив этого.

Зато Гриша заметил.

– Но с одной проблемой мне не удалось разобраться, – тяжело вздохнула Маша и поправила волосы.

– Т-ты о ч-чем? – спросил настороженно Леша.

Маша обвела всех своих друзей взглядом и прямо ответила:

– Я не знаю, что случилось с этим миром.

Глава 8. Тени в темноте

О, смерть! как горько воспоминание о тебе для человека, который спокойно живет в своих владениях,

для человека, который ничем не озабочен и во всем счастлив и еще в силах принимать пищу

Книга Премудрости Иисуса, Сына Сирахова 41:1

Все на кухне и в столовой покрыто кафельной плиткой. Два помещения отделялись друг от друга перегородкой с окошком для раздачи пищи. В столовой стояло четыре деревянных стола и скамейки, рассчитанные на пять человек с каждой стороны. Итого, мест хватало для сорока детей.

На кухне располагалось все необходимое для приготовления пищи: газовые плиты, духовки, несколько микроволновок, чайники, холодильники с продуктами, шкафы с приборами, раковины и мусорные ведра.

Мальчишки из «Крутых бобров» как раз заканчивали пересчет запасов продуктов, когда Лиза пришла их проверить. Девочки из отряда «Клеверята» возились с завтраком. Они решили приготовить кашу, чай и бутерброды с сыром. Продукты на кухне предполагали меню детского лагеря.

– Что у вас? – обратилась она к Антону – главному в отряде «Крутых бобров».

– Вот список, – он протянул ей листок бумаги, на котором имелся четкий перечень продуктов и их количество.

Лиза изучила врученные ей сведения.

– Я передам это Маше. Мы все продумаем и распределим продукты на точное число дней. Я уже пробежалась взглядом и могу сказать, что на три недели нам точно должно хватить. Много мяса. Это хорошо. Его надо будет экономить. Не размораживайте большие куски. И спрячьте конфеты от малышей. Нельзя чтобы их ели, а то аппетит возрастет. И нам не нужны больные животы. Сами понимаете.

– Спрячем, ясное дело! – важно кивнул Антон.

– Отлично. Вы хорошо потрудились, мальчики. Можете устроить перерыв.

Лиза свернула лист бумаги с перечнем продуктов и спрятала его в карман. Мальчишки не спеша покидали кухню и возвращались в свои комнаты.

Лиза посмотрела на девочек, которые начали расставлять тарелки на столы.

– Лиза, – подошла к ней Даша, – ты же у нас христианка? Ты все понимаешь в религии и все такое?

– Ну, не все, но… что вы хотели?

Девочки переглянулись, давая возможность Даше все объяснить:

– Мы бы хотели почтить память Вики. На поминках обычно готовят какой-то рис… мы не знаем, что это, как это называется и как это приготовить. Но мы тут посоветовались и решили, что это будет правильно.

– Кутья? – Лиза выгнула бровь.

По озадаченным взглядам девочек Лиза поняла, что ее никто не понял.

– Кутья. Так называется поминальное кушанье, которое вы хотите приготовить. Не думаю, что ребята захотят его есть, но в память о Вики… да, это будет правильно. Я вам помогу.

Губы Даши растянулись в счастливой улыбке.

– Спасибо! Спасибо! Это очень важно для нас.

И Лиза это прекрасно понимала.

Она даже не была готова к тому, что девочки захотят отнестись к смерти их подруги так серьезно.

Лиза дала первую команду:

– Несите рис и изюм.

* * *

– Гриша, ты куда?

Катя огляделась по сторонам, оставшись одна в просторном холле. Несмотря на то, что сейчас во всех помещениях ярко горел свет, ей было страшно.

Гриша удалялся от нее в сторону лестницы. Но он шел не к ступенькам, а в сторону от них.

– Давай посмотрим, что здесь есть, – ответил он ей, – я далеко не ухожу.

Почувствовав холод в плечах, Катя шумно шмыгнула носиком и побежала к мальчику с криком:

– Подожди меня!

Она так увлеклась бегом, что даже не заметила, как врезалась в спину Грише.

– Не бойся, Катя, – развернулся он и приобнял ее, – я же с тобой. Ничего не случится.

Сейчас двое детей стояли под парадной лестницей в темноте. Гриша поспешил достать телефон и включить фонарик.

– Смотри!

– Что это?

Катя тупо уставилась на дверь, которая появилась в свете фонарика.

– Кладовая, наверное, – пожал плечами Гриша, – давай посмотрим…

Так уж получилось, что на двери не оказалось замка. И сама она не была заперта. Грише показалось это более чем странно, но он все равно был рад, что они могут открыть ее и узнать все тайны раньше остальных.

Он уже положил свою руку на ручку двери, как Катя дернула его за локоть и взмолилась:

– Ой, Гриша, мне так страшно! Давай не будем ее открывать? Вдруг там прячутся призраки!

– Нет никаких призраков, глупенькая, – ответил он ей с усмешкой, – они только в сказках. Это выдумка.

– А мне все кажется, что призрак Вики ходит где-то здесь…

Эти слова Кати напрягли Гришу.

Он почему-то одернул руку от двери и огляделся по сторонам, посветив себе фонариком.

А, может, Катя права?

Возможно ли то, что не упокоенный дух Вики сейчас гуляет по этим комнатам?

Грише пришлось вооружиться всем своим мужеством, чтобы отбросить эти навязчивые мысли.

– Она мертва, Катя. Вика в раю. Ее здесь нет.

Так, успокоив себя самого, Гриша снова положил руку на ручку двери. Катя сильнее сжала его локоть.

Мальчик открыл дверь и резко посветил фонариком.

– Это коморка какая-то? – поинтересовалась Катя.

– Подсобка, – уточнил Гриша, – чего здесь только нет! Ты гляди!

Перед ребятами открылся целый склад разных огородных и строительных инструментов. Лопаты, грабли, молотки, гвозди, мотыги и многое другое! Кроме этого, здесь стояло несколько ведер и швабр с деревянными ручками.

– Подумать только! Мы уже четвертый раз в этом лагере, а об этой подсобке ничего даже не знали!

Девочка тоже поймала себя на подобной мысли.

– Нас хотели заставить копать огород? – нахмурившись, спросила Катя.

Гриша не сдержался и посмеялся. Сначала Катя не поняла, над чем так смеется ее друг, а потом, осмыслив нелепость собственных слов, тоже засмеялась.

– Ладно, пойдем на завтрак. Наверное, все давно собрались в столовой.

Гриша закрыл дверь, взял Катю за руку, и они вышли из-под лестницы. Катя гордилась тем, что они вдвоем стали первооткрывателями новых территорий жилого корпуса лагеря «Лосенок».

* * *

После завтрака Андрей и Леша принялись искать на кухне аптечку с лекарствами. Леша держал табурет, пока Андрей стоял на нем, исследуя верхние полки.

– А п-почему мы ищем им-именно зд-здесь? – поинтересовался Леша.

– Ну и дурак ты, Леха! Потому что больше негде этому быть! Мы все обыскали! Осталась только кухня. Они не могли оставить корпус без аптечки. Обязательно должно что-то быть…

Но кроме пачек с гречневой крупой и сахаром Андрей ничего не мог найти.

– А кто бу-будет от-ве-вечать за ап-аптечку? – задал Леша новый вопрос.

– Мы с тобой. Ну, я по большей части.

– А раз-разве не Ли-Лиза? Она же хо-хотела быть ме-медиком?

– Да, хотела, но расхотела. У нее другие обязанности. Я с ней уже обо всем договорился. Она понимает, что не может все контролировать. Так что аптечка теперь на мне.

Андрей спрыгнул на пол и дал команду другу:

– Давай тот шкаф проверим. Тащи стул туда!

Леша послушался и выполнил команду товарища. Андрей снова забрался на табурет и принялся исследовать другой шкаф.

– Как тебе завтрак? – спросил он, чтобы не нагнетать тишину.

– Было вкус-вкусно. Де-девочки по-постарались. Они мо-молодцы. Но кутья не для ме-меня.

– Но ты же ее съел в память о Вике? Или нет?

– Две ло-ложки.

– Не верю я во всю эту чушь. Мы же экологи! А значит, люди науки. Конечно, я уважаю все религии, но считаю их по большей части защитой.

– За-защитой от че-чего?

Андрей замер, подумав над ответом, и сказал:

– От страха смерти.

И продолжил поиски аптечки.

– Людям хочется верить, что там их кто-то встретит. Бог. Или Святой Дух. Или души его родных. Черт его знает! Словом, им спокойнее, что они не окажутся в пустоте и забвении. Что они исчезнут…

– Зна-значит, по –твоему Ви-Вика ис-исчезла?

Андрей прервал поиски верхнего шкафчика, спрыгнул и ответил:

– Да, друг. Она исчезла. Ее нет. Давай проверим еще тот!

Леша вновь перетащил табурет и поставил на пол. Андрей запрыгнул на стул, открыл шкафчик и торжественно воскликнул:

– Вот она! Нашли! Просто блеск! Я же говорил, что не могут они нас оставить без лекарств.

Андрей спрыгнул на пол, держа в руках небольшой белый чемоданчик с зеленым крестом.

Он поставил чемоданчик на стол и открыл его. Мальчики сразу почувствовали запах спирта и стерильных бинтов.

– Бинты, спирт, зеленка, перчатки, жгут, йод, пластырь, инсулин. Видимо, они позаботились о той девки, у которой сахарный диабет. Еще шприц… глянь какой тонкий! Это для инсулина. Спиртовые салфетки, ножницы. Так-так… и какие-то таблетки. Думаю, Лиза с этим разберется и все мне объяснит.

Андрей закрыл чемоданчик, а Леша поставил табурет рядом с холодильником у окна.

– Маша бы-была права, – неожиданно замер он.

– Ты это о чем? – нахмурился Андрей.

Он увидел, как Леша смотрит в окно, за котором шел страшный ливень. Убийственная гроза.

И Леша ответил, не заикаясь:

– Восхода солнца нам не дождаться.

* * *

Оксана закончила переодеваться. После завтрака ей было приятно снять наконец пижаму и одеть шортики и голубую футболку с лосенком. Свою спальную одежду она аккуратно сложила и убрала в шкафчик в прикроватной тумбочке.

В своей комнате она была одна, а потому тишину нарушала лишь дробь капель по стеклу.

Оксана подумала о том, что не знает, когда снова увидит свою маму и сможет ее обнять. Ей стало ужасно грустно.

Девочка осознала одну истину: она не хочет умирать.

Она в первый раз в жизни увидела чью-то смерть. Это случилось слишком быстро и жестоко. Она впервые увидела труп человека. Пускай обожженный. Пускай в темноте на улице. Но она видела его!

Мертвое тело той полненькой веселой девочки теперь навсегда останется там. Никто не пойдет на улицу, чтобы его забрать.

Если выйти из здания, молния убьет и тебя.

Оксана закрыла лицо ладонями и заплакала. Слезы запачкали воротничок ее голубой футболки.

«Лосенок» больше никогда не станет ассоциироваться у нее с веселым и детским эколого-краеведческим лагерем для детей.

Теперь «Лосенок» – это страх и смерть.

Она какое-то время боролась с плачем, стараясь быть сильной, пока не услышала какие-то звуки за дверью.

– Кто там?

Никто не ответил.

Она заметила, как под дверью скользнула чья-то тень. Но шагов она не услышала.

Оксана вытерла слезы, встала и вышла из комнаты. Оказавшись в коридоре, она поняла, что совсем одна.

Она оглянулась назад – никого. Снова посмотрела вперед и…

Кто-то стоял в тени.

Чей-то силуэт. Высокий и стройный. Больше похоже на взрослого человека, чем на ребенка. Даже на самого старшего и высокого!

– Не пугайте меня! – попросила Оксана, крикнув.

Тень не пошевелилась.

Тогда девочка решила вернуться в свою комнату. Она уже хотела сделать шаг через порог, как услышала хлопок.

Оксана резко обернулась. Темного силуэта она не увидела.

Куда же он подевался?

Девочка видела пар собственного дыхания. Стало слишком холодно.

Лампочка на потолке замерцала.

И кто-то положил руку ей на плечо…

Ужаснувшись, Оксана развернулась, а прямо перед ней стояла Екатерина Николаевна собственной персоны!

Руководитель лагеря «Лосенок» смотрела на нее безумными красными глазами.

– Беги отсюда! – прозвучал ее голос.

И этот голос не был похож на тот, каким учитель объявляла конкурсы по рупору.

Этот голос будто доносился из потустороннего мира.

– Беги из этого корпуса! – говорила ей Екатерина Николаевна. – Беги на улицу! Скорее! В этих стенах тебя ждет только смерть!

Оксана ничего не могла с собой поделать.

Она только тяжело дышала, не в силах двинуться с места. Девочка даже не могла моргнуть, не сводя взгляда от жуткого призрака.

– Смерть ходит за вами по пятам! Она уже на пороге. Скорее! Прочь из лагеря! Беги быстрее!

Кожа на лице Екатерины Николаевны начала сереть, тускнеть, покрываться многочисленными морщинами, трещинами, кровоточащими ранами и крупными язвами. На ее руках проступили трупные пятна.

Она в буквальном смысле разлагалась на ее глазах с быстрой скоростью!

– Не убивай и убитой не будешь!

Эта фраза прозвучала, как приговор. Жестокий приказ, за нарушение которого Оксану ждет неминуемая погибель.

А потом кожа начала сползать с костей, а кости обращались в прах. От призрака Екатерины Николаевны осталась лишь горста золы в ногах у Оксаны.

Повисла тишина.

Девочка тяжело дышала.

– Черт! – вырвалось у нее.

А потом снова:

– Черт! Черт! Черт! О, божечки! Черт! Господи, спаси! Спаси мою грешную душу!

Оксана быстро забежала в свою комнату, захлопнула дверь и мигом запрыгнула в свою постель, укрывшись одеялом.

Ее всю трясло от пережитого ужаса.

Она зажмурила глаза и несколько раз перекрестилась, бормоча себе под нос «Отче наш».

В комнате еще горел свет.

Когда Оксана открыла глаза, то увидела сквозь ткань одеяла темный силуэт, который стоял прямо перед ней.

И из нее тут же вырвался душераздирающий крик ужаса.

* * *

– Ты это слышал?

Диана встала на носочки и прислушалась.

– Наверное, показалось, – ответил ей Влад и подплыл к ней ближе.

Двое плавали в бассейне. Стены и потолок покрыты голубой плиткой. Вода оказалась теплой.

Кроме них двоих здесь никого не было.

Диана одела черный бикини. Влад был в синих плавках. Двое, прислонившись к стенке бассейна наслаждались тишиной, покоем и друг другом.

– Странно, а я подумала, что кто-то кричал, – Диана старалась прислушаться к своим собственным чувствам.

– В этой дерьмовой ситуации пугает каждый шорох, – сказал Влад, – но нам с тобой не стоит предаваться страху.

– Ты прав. Надо быть выше этого. Мы же не малолетки из «Солнечных зайчиков», которые писаются от каждого звука.

Влад приглушенно посмеялся и приблизился к Диане вплотную, положив левую руку ей на шею.

– Мы наконец дождались того момента, когда остались одни. Никто нам не помешает.

Диана не ответила.

Она терпеливо ждала действий Влада.

А тот одарил ее страстным поцелуем в правое плечо, а потом положил ладонь правой руки ей на грудь.

Она почувствовала жар его тела.

– Не думаю, что хочу этого сейчас.

Диана ответила на жест Влада тем, что убрала его руку со своей груди.

– Почему? – спросил он.

Диана отплыла в сторону.

– Странно все это, ты не находишь?

Она развернулась к нему лицом и теперь плыла на спине.

– Мы заперты здесь, как в ловушке. Любого, кто посмеет покинуть стены корпуса, убьет молния. Чем мы заслужили такое? Мы же все просто… дети.

Влад, выслушав подругу, оторвался от стены бассейна и подплыл к ней. Диана лежала на воде на спине. Мальчик завел руки ей за спину и поддерживал тело девушки на плаву.

Она чувствовала, как его пальцы скользят по ее спине.

– Ты думаешь, кто-то еще умрет? – спросила она.

– Скорее всего. Но только не мы с тобой. Мы выживем. И мы будем вместе. Я сделаю все необходимое, чтобы мы спаслись. Никто не помешает нам.

Она выпрямилась в воде и обняла Влада за шею, прильнув к нему.

– Обещай мне это, Влад. Прошу, обещай мне, что я буду жить. Мне страшно умирать. Не хочу этого…

– Я обещаю тебе, Диана. Мы все тут, как на проклятом «Титанике». И мы украдем спасательную шлюпку и первые уплывем прочь. Ковчег только для нас двоих. Остальные меня не интересуют. Их жизни не так важны, как наши с тобой.

Она прижалась к его обнаженному телу своим и обняла крепче.

– Мы с тобой станем Адамом и Евой нового мира?

– Да, именно так и будет.

И двое скрепили свое согласие страстным поцелуем.

* * *

Маша и Дима с ужасом переглянулись, когда услышали громкий вопль, раздающийся откуда-то сверху. Сами они сейчас находились в парадном холле на первом этаже.

Услышав жуткий крик, двое без промедлений поспешили подняться по лестнице. Источник звука доносился из левого крыла для мальчиков.

Дима и Маша бросились бежать туда.

В коридоре они увидели только Антона. Все остальные ребята были еще на завтраке.

– Что такое? – первый спросил Дима, остановившись рядом с вожаком «Крутых бобров».

Антон ничего не ответил. Он весь трясся, как осиновый лист.

– Что стряслось? – прибежала Маша, переводя дыхание.

Антон только молча указывал дрожащей рукой на ковер. Перед ним сверкали в свете желтых ламп кровавые следы.

– Чьи это следы?

Вопрос Маши был вполне логичным, ведь такой отпечаток точно не мог принадлежать человеку.

Дима присел на корточки перед следами, отведя в сторону испуганного Антона.

Осмотрев кровавые следы, Дима заметил комочки мокрого песка, березовые листья и сухую траву.

– Это следы лося, – вердикт Димы.

– Ты уверен? – удивилась Маша.

– Абсолютно, – Дима встал на ноги.

Антон весь дрожал.

– Лось?! – ужаснулся он. – Но откуда ему здесь взяться?

Никто не мог ответить на этот вопрос.

– Если бы он зашел с улицы, то мы заметили бы следы в холле, верно? – предположила Маша.

– Это разумно, – кивнул Дима, – но следы начинаются прямо в средине коридора…

Он поднял взгляд, чтобы проследить дорожку из кровавых следов лося. Дима первый направился по следу. Антон и Маша последовали за ним.

Дима неожиданно остановился, когда увидел, что следы заворачивают в сторону голой стены и обрываются.

– Будто сквозь стену прошел… – его мысли обрели голос.

– О, мамочки! – заерзал Антон. – И что нам теперь делать?

– Ничего, – решила Маша, – ты иди в свою комнату. Никому не говори про следы. Мы с Димой вымоем пол.

– И это все?! Мы не будем выяснять, в чем…

– Думаю, что это чья-то шутка. Я не хочу сеять панику сейчас. Все и так сильно напуганы. Это только пошатнет психику ребят. Я не могу причинить им такой удар.

Дима был согласен с Машей по всем пунктам. Учитывая расположение следов, логично предположить, что это злая шутка. И пугать ребят еще сильнее нельзя. Лучше по-тихому избавиться от следов, пока все завтракают.

– Иди к себе, – сказал Дима Антону, – мы с этим разберемся.

Мальчик только закивал и ушел в свой номер.

Дима и Маша перешли в правое крыло, чтобы найти в ее комнате что-нибудь, чем можно отмыть ковер. Проходя мимо четвертой двери, они услышали шепот за ней:

– Ты здесь?

– Ответь нам, Вика.

– Мы хотим связаться с тобой…

– Расскажи нам о смерти.

Маша посмотрела на Диму, будто говоря ему: «Так дело не пойдет. С этим нужно кончать».

Дима кивнул и открыл дверь.

В темной комнате они увидели Дашу и Алину, которые сидели на полу с планшеткой для проведения спиритических сеансов в руках. Заметив двоих старших ребят, девочки в ужасе уставились на них.

– Так дело не пойдет, – процедила жестко Маша, входя в комнату, – имейте хоть какое-то уважение к мертвым!

Маша резко вырвала планшетку из рук Алины.

– С этим не играют! Девочки, мне так понравилось, как вы на завтраке всем раздавали поминальное блюдо. Кутья. Я правильно поняла? Это был очень красивый жест с вашей стороны в знак памяти вашей подруги. Но это… я не думаю, что Вика одобрила бы такое.

Девочки виновато переглянулись.

– Простите нас… – произнесла Даша.

– Не у нас вам надо просить прощение, – покачал Дима головой, – неужели, вы думали, что призрак вашей подруги теперь бродит по корпусу? Еще сорок дней не прошло, если вы понимаете, что я имею в виду. Зачем же вы так? Все скорбят по-своему, но… не это, девочки. Не так это делать надо.

Маша покрутила планшетку у себя в руках. Она вообще была поражена, что они взяли эту вещь в лагерь.

– Я не хочу, чтобы вы или кто-то другой играл с такими вещами. Это нехорошо. Правда, девчата, плохо будет.

В глазах Даши застыли слезы, а Алина всплакнула.

– Мы ее очень любили, – сказала Алина, – она была такой веселой. Она всегда бралась за любую работу самая первая. У нее столько идей! Это ведь она придумала костюм для конкурса… она все сделала. Она была самой активной из нас. Если Бог есть, то зачем Он ее убил? Зачем Он сделал это с нами?..

Маша передала планшетку Диме, а сама присела рядом с двумя девочками и крепко обняла их.

– Вика была очень храброй, – сказала она.

– И погибла из-за этой храбрости, – заплакала Даша.

– Ее жертва не будет напрасной, если вы достойно почтите ее память. Не надо призывать ее дух. Отпустите ее. Да, мы не можем вернуть Вику, но мы можем учится на ее ошибке. Теперь все знают, что нельзя выходить на улицу. Ее жертва уже помогла нам спасти много других жизней.

Но слова Маши не помогали.

Никакие слова не могли помочь.

– Если вам нужно поговорить, то можете обратиться к Лизе. Она, в отличии от меня, всегда найдет правильные слова. Поддерживайте друг друга. Это сейчас самое важное и единственное, что мы можем делать. Этот подвиг Вики никто не забудет.

Только сейчас, добившись того, что девочки немного успокоились и перестали плакать, Маша смогла оставить их.

– Идем, Дим, у нас есть дела.

Маша и Дима вышли из комнаты и закрыли дверь.

– Надо от нее избавиться, – решил он, глядя на планшетку.

– И оставить это там, где никто не сможет достать. Это дурная вещь.

Дима был полностью согласен. Оба понимали, что такое место есть.

Оно только одно.

Двое спустились в парадный холл. Они подошли к воротам, которые теперь всегда открыты.

На улице царил проливной ливень.

Дима разломал планшетку о свое колено, поделив ее на две части. А потом молча выбросил оба осколка на улицу, в дождь.

– Так будет лучше, – согласилась Маша.

– У меня есть грязная футболка, – вспомнил Дима, – мне будет не жалко использовать ее, чтобы вытереть ковер.

Маша поймала себя на мысли, что совсем забыла о кровавых следах на втором этаже.

– Точно? – спросила она.

– Конечно. Правда.

– Хорошо.

– Я принесу.

– Давай, я подожду тебя.

Дима быстро кивнул и побежал в свою комнату. Маша осталась одна в холле. Она села на пол, обняла руками колени и прижала их к животу.

В полном одиночестве она сидела и смотрела на проливной дождь. На самом деле ее взгляд был устремлен в сторону тела, лежавшего неподалеку на земле.

Вика все еще там…

Маша попробовала решить загадку кровавых следов лося, но ничего нового не пришло ей на ум. Она надеялась, что шутники, кто бы это ни был, больше не повторят своего злого прикола.

Маша смотрела на мертвое обгорелое тело Вики, а потом… увидела существо, которое вышло из кустов, что росли рядом с Домиком Рыбака.

Зверь прошел в сторону корпуса и остановился у тела Вики.

Маша в ужасе отползла назад. Она видела силуэт зверя слишком четко и ясно.

Это был лось.

Самый настоящий живой лось в нескольких метрах от нее! Из пасти животного вырывались белые облачка пара. Лось сначала поднял голову и посмотрел куда-то вверх, издав жуткий звук.

Зверь потряс головой, сбрасывая с густой шерсти надоедливые капли.

Потом лось наклонился к мертвому телу девочки и принялся кусать его. Зверь тщательно прожевывал обгоревшую человеческую плоть.

Волосы у девушки встали дыбом от подобного зрелища!

Маша, забыв, как дышать, в ужасе наблюдала за тем, как хозяин лагеря утолял свой голод.

Глава 9. Хозяин лагеря

Не произноси ложного свидетельства на ближнего твоего

Исход 20:16

Вера была невысокой и худенькой девочкой. Ее волосы, белые и коротко стриженные, сложены в гребешок. Она любила носить сережку только в одном ухе. Из-за такого образа ее часто дразнили другие ребята.

– Лесбиянка! – кричали ей вслед.

– Лесбуха! – был и такой вариант.

– Девчачья шлюха! – мальчики любили это выражение.

Ее упрекали в том, что до полного образа не хватает только татуировок.

– И сколько кисок ты уже нализала?! – это ее обижало больше всего.

Но в «Лосенке» так ее никто не называл. То было в школе. Именно поэтому она любила это место. Именно поэтому Верочка приехала этим летом в лагерь.

Люди здесь были другие, более добрые и чуткие.

Поначалу Верочка даже не догадывалась о настоящем смысле слов, которыми ее обзывали. Как-то раз мама все объяснила.

Вере стало не по себе. Ей пришлось заглянуть внутрь себя и понять: правы они или нет.

«Кто я?» – часто задавала она себе вопрос.

«Какая я?» – спрашивала Вера перед тем, как уснуть.

Она взглядом раздевала мальчиков и девочек. И за это ненавидела саму себя. Но Вера пыталась понять, кто больше ей нравится. К кому ее тянет. Кто ее возбуждает.

Она совершенно не понимала природы вещей, которыми сама занималась. Верочка не знала, что делают мужчины и женщины во время секса. Ей только объяснили: «После секса появляются дети».

И ей этого было достаточно.

Так, раздевая взглядом других ребят (особенно легко это давалось во время купания в озере) Вера смогла прийти к выводу, что испытывает большую симпатию к мальчикам.

И ей стало так легко от этой мысли!

Верочка искренне радовалась, что ее внешний облик не имеет никакого отношения к тем психологическим установкам, что жили в ее голове.

«Я нормальная», – повторяла она даже вслух.

– Я люблю мальчиков. А с девочками просто дружу. Мне нравится моя стрижка. Зачем эти длинные волосы? Их трудно мыть!

Вот они – простые истины, – к которым пришла Верочка в процессе исследования собственной психики и души.

В какой-то момент она поняла для себя еще одну вещь. Ей просто не хочется быть такой, как все.

Это не говорит о том, что она всю жизнь считала себя какой-то «особенной», «уникальной» или «нестандартной». Просто Верочка всегда понимала: «Я – это я. Они – это они. И все тут!».

Так она и жила с этими установками в своей голове. Они помогали ей по-другому смотреть на ситуацию в целом и не обращать на грубые издевки остальных.

Лесбиянка?

Это не про Верочку.

Она сидела в своей комнате и смотрела в маленькое круглое зеркальце, поправляя прическу. Дверь была закрыта. Она ждала своих подруг, когда те вернутся из душа. После их возвращения наступит ее очередь.

– Что такая миленькая лесбияночка делает тут одна?

Этот голос прозвучал слишком явно и отчетливо.

Вера ужаснулась, отвела взгляд от зеркала и увидела… Глеба. Блондин-инструктор стоял прямо перед ней.

Вера со страху выронила зеркальце из рук, вжалась в кровать и подвинулась к стене.

– Может, покажешь нам, как ты умеешь развлекаться?

Рядом с Глебом появилась Карина с дредами.

Девушка села рядом с ней.

– Ты всегда раздевала меня взглядом, верно, малышка? – за спиной Глеба появился Паша, медик.

– Покажешь мне, как надо правильно это делать? – по левую руку от нее села Таня.

– Я могла бы подарить тебе незабываемые впечатления, крошка, – прямо перед ней на колени опустилась Алена.

Пятеро взрослых инструкторов находились с ней в одной комнате. Как они здесь оказались?

Может, это вовсе не они?..

– Не надо, прошу вас, – из глаз Веры хлынули слезы, – я буду кричать!

Алена положила свои руки ей на колени и хитро улыбнулась, ответив:

– Ты будешь кричать от восторга, который получишь вместе со мной.

– Я бы на это посмотрел! – усмехнулся Глеб.

Двое парней посмеялись и дали друг другу «пять».

– Я не хочу! Уйдите! – простонала Вера, прижавшись к стене.

– Зато я хочу, киска!

Карина залезла к ней в постель и села рядом. Девушка обняла Веру правой рукой, прижав к себе.

– Ты совсем взрослая, верно? – обратилась к ней Таня. – И играть мы будем по-взрослому.

Таня тоже залезла на кровать по правую руку от Веры. Девушка поцеловала ее в щеку.

– Прошу… уйдите! Мне страшно! Не надо! Пожалуйста! Не надо! – всхлипывала Верочка.

– Веселье только началось, – посмеялся Паша.

Карина гладила ее по волосам. Таня трогала ее груди. А Алена прикасалась к ее ногам. Двое парней настырно наблюдали за этим.

– Тебе понравится, милая, – сказала Карина, – мы с девочками позаботимся о том, чтобы тебе было хорошо.

– Нет! Нет! Не надо! – ревела Вера во весь голос.

– Никто тебя не услышит, крошка, – Глеб схватился за пуговицу на своих джинсах, – никто тебе не поможет.

– Пожалуйста! Оставьте меня! Хватит! Прекратите!

Верочка вдруг поняла, что с нее сняли шортики. Она попыталась вырваться, но Карина и Таня крепко ее держали, прижав к стене.

– Все будет классно, – прошептала ей Алена, – вот увидишь…

И Вера почувствовала, как у нее между ног начало все мокнуть. Она с ужасом поняла, что не может ничего сделать.

Призраки пришли, чтобы ее изнасиловать.

Вера издала отчаянный стон, который потонул в раскатах грома.

* * *

Библиотека оказалась не такой большой, как Маша помнила ее в прошлом году. Семь книжных стеллажей расставлены по залу. У стены на столе стоял старый телевизор. Под ним они нашли видеомагнитофон. В коробке рядом сложено несколько старых кассет. Андрей сильно удивился, когда увидел здесь такое яркое напоминание о своем раннем детстве.

Сейчас даже диски потеряли свою актуальность. Все было в интернете. Но он застал времена кассет. Старший брат ему как-то показывал. Остальные ребята даже не умели этим пользоваться.

Также вдоль стен тоже стояли шкафы с книгами, журналами и старыми газетами.

В библиотеке собрались Маша, Дима, Андрей, Леша и Лиза. Все они пришли сюда, чтобы…

– А ч-что мы ищ-ищем? – озадачился Леша.

– Что-то, что поможет нам понять, что с нами всеми случилось, – пояснила Маша, – где мы, когда мы, как мы… надо найти хоть какие-то зацепки. Я подумала, что библиотека – самое лучшее место для поисков. Если мир изменился, то, возможно, что-то изменилось и здесь.

Ребята принялись изучать книги на полках. В основном, все они были посвящены экологии и защите окружающей среды. Несколько учебников по биологии, анатомии, гигиене, экологии, зоологии и ботанике. Очень много разных справочников по миру насекомых и птиц. Не обошлось и без художественной литературы, где в основном представлены произведения русской классики. И отдельный раздел, посвященный книгам по психологии и внутреннему саморазвитию.

– Вы видели старый кассетник? – обратился к ребятам Андрей. – Мой брат учил меня как-то им пользоваться.

Андрей присел на пол и стал изучать кассеты в коробке.

– Даже старые фильмы есть! Можем потом посмотреть какой-нибудь. Ну, чтобы отвлечься…

– Давай сначала проверим книги, – обратилась к нему Лиза.

– Да-да, как скажите! Без вопросов!

Андрей отвлекся от видеомагнитофона и присоединился к общим поискам.

– Если подумать, то, что могло с нами случиться? – обратился ко всем Дима. – У кого-нибудь уже возникали мысли на этот счет?

Конечно, возникали.

Эти мысли тревожили ровным счетом всех.

– Это может быть какая-то другая Вселенная или альтернативная реальность, – пожала плечами Маша.

– И-или пр-просто с-сон? – предположил Леша.

– Дурак ты! – бросил ему Андрей. – Не спим мы… мне такая ересь точно бы не приснилась! Надо мне во снах торчать здесь с вами!

– А сам что думаешь? – с упреком спросила Лиза, чтобы тот отстал от Леши.

Андрей взял одну книгу с полки, быстро пробежался по ней взглядом, поставил на место и ответил:

– Апокалипсис.

– Чего? – не понял Дима.

– Что слышал! Все умерли, а мы заперты в этом корпусе. Эта гроза убила все население планеты. И мы остались одни.

«Очень утешительно», – подумала Маша.

– А ты, о чем думаешь, Лиз? – спросила она у подруги.

– Лимб. Первый круг Ада. Это может быть наказание для нас всех.

– Хочешь сказать, что мы уже мертвы?

Молчание означало положительный ответ.

– Ой, не н-надо та-таких уж-ужасов! – попросил Леша. – Я хо-хочу до-домой по-попасть…

– Мы вернемся, – твердо заявил Дима, – что бы ни случилось, мы во всем разберемся и вернемся обратно, где бы мы сейчас ни находились.

– Важно еще понять, как мы сюда попали, – подметила Маша.

– И не сойти с ума, как дети из «Повелителя мух», – горько усмехнулся Андрей.

– Или Дже-Джек Тор-Торранс из «Си-Сияния», – добавил Леша.

– Ага! И не поубивать друг друга, как в «Десять негритят»!

– Мальчики, хватит! – потребовала Лиза тишины. – Не нагнетайте обстановку. И так тошно. Ничего такого с нами не случится.

Андрей не оставил ситуацию без очередного сарказма:

– Ага! Сказала та, кто считает, что мы в Аду…

Маша и Дима переглянулись. Они вспомнили, как в автобусе обсуждали симпатию между Андреем и Лизой. Теперь этот миф можно считать развеянным.

– Прости, Лиза, я не хотел…

Или нет?..

– Ничего, Андрей, – Лиза, уставшая, покачала головой, – ты тоже прав… не надо было мне так резко с Адом. Мы в нашем мире. Я уверена. Просто гроза аномальная. Это единственная мистика здесь. Никаких приведений и чудищ. Просто гроза. И ты прав, что не надо нам сходить с ума, как тем мальчикам на острове. Мы должны быть стойкими и сильными. Только так мы сможем…

Она неожиданно оборвала свою речь на полуслове, чем привлекла к себе взгляды остальных ребят.

Лизе пришлось закончить фразу:

– … сможем выжить.

* * *

Толик встряхнул свой ингалятор, запрокинул голову и на вдохе ввел лекарство. Он задержал дыхание, а потом медленно выдохнул.

Ему совершенно не нравилось все то, что происходило в этом лагере. Как и все, он рассчитывал на другой исход поездки. Толик не думал оказаться запертым в этом здании, как пленник.

Стены будто давили на него.

Они сдавливали не только его тело, но и сознание. Ему хотелось вырваться отсюда на волю.

Но нельзя…

Толик ясно помнил ту картину, когда Вика выбежала на улицу в дождь, а потом в нее ударила молния. Смерть настигла девочку внезапно и жестоко.

Он не желал такого конца для себя.

Толику важно было следить за другим. Нельзя позволить его лекарству закончиться до того, как они выберутся отсюда. Ему нужно экономить его.

Но этот страх… этот стресс… очень много факторов могли спровоцировать возникновение очередного приступа астмы.

Если приступ случится, то потребуется много лекарства, чтобы его купировать. А оно на исходе.

Нельзя поддаваться панике. Нельзя, если он хочет протянуть…

Толик спрятал свой ингалятор в карман, взял свое полотенце и пакетик с мылом и мочалкой. Он вышел из комнаты в пустой коридор. Пришло время принять душ.

Ванные комнаты покрыты светлой плиткой. С правой стороны установлены раковины. У дальней стены – несколько кабинок с унитазами. А с левой стороны – душевые кабинки.

Толик ужасно стеснялся обнажаться перед кем-либо. А потому он дождался того времени, когда все уже закончат принимать душ. Только теперь наступила его очередь.

Он разделся догола и сложил одежду в раковину. Вместе с полотенцем, которое он повесит на верхний край стенки душевой кабинки, Толик зашел в кабинку и закрыл дверь.

Сейчас он почувствовал себя защищенным. Толик выдохнул и включил воду. Сначала по нему били холодные капли. Потом он добавил напор горячей воды.

Удовлетворившись получившейся температурой воды, Толик оставил мыло и мочалку на маленькой подставочке, что была в стене. Он взял ручку душа и полностью облил себя водой с ног до головы.

Толик не любил задерживаться в душе, а потому и сейчас хотел, как можно быстрее помыться и вернуться к себе в комнату. Безопасность для него была прежде всего.

Вымочив свое тело, он вспенил мылом мочалку и принялся тереть руки, грудь и живот, ноги и спину. Особое внимание он всегда уделял своим половым органам, а потому тщательно вымывал анус и половой член.

Поначалу ему было даже противно касаться этих мест, но со временем он принял свое тело, каждую его часть.

Когда же весь он покрылся пеной и пришло время облиться водой снова, чтобы смыть ее, он услышал скрип двери.

Кто-то вошел.

– Кто это? – зачем-то спросил Толик.

Но никто ему не ответил.

Ему стало не по себе.

Тогда Толик попытался подпрыгнуть и посмотреть, кто же зашел. Он прыгнул и чуть не поскользнулся. Толик признал, что идея была неудачная.

Он никого не увидел.

– Кто здесь? – снова спросил он.

И снова тишина.

«Наверное, просто плохо закрыл дверь, и она сама открылась со скрипом», – удовлетворил этим себя Толик.

Но мир рухнул, когда он услышал девчачий голосок:

– Толик! Ты хочешь поиграть?

Девчонка! А он здесь… голый!

Неужели, они украдут его одежду, чтобы посмеяться над ним?! Это будет самый большой позор в его жизни! Он не может допустить того, чтобы кто-то увидел его голым!

Стыд и срам!

– Уходите, девчонки! – бросил он.

– Как грубо! – ответил тот же голос. – А я просто хотела поиграть…

И Толик увидел, как ручка двери душевой кабинки шевельнулась. Как ее можно открыть с внешней стороны?

Толик резко схватился за ручку и потянул ее на себя, чтобы дверь не открыли.

– Уходи! Пожалуйста!

Девочка не ответила.

Ручка с силой дернулась. Толик понимал, что не может ее больше держать. Кто-то тянет ручку с другой стороны на себя.

– Ты там под душем, Толик? Прямо как под дождем! Я люблю бегать под дождем! И молний я не боюсь!

Толик весь побледнел от ужаса.

Он начинал подозревать, что знает этот голос…

Дверь душевой кабинки открылась. И он увидел ее перед собой…

– Привет, Толик! Можно к тебе?

А он уже боролся с началом приступа, который был готов вот-вот начаться. А ингалятор далеко – в раковине напротив!

Толик ничего не мог с собой поделать.

Он просто стоял и наблюдал.

И обгорелая Вика, вся черная, зашла к нему в кабинку и закрыла за собой дверцу…

* * *

Ребята не ждали посетителей библиотеки в столь поздний час. Но этот персонаж всегда будет ассоциироваться с книгами, и его появление в таком месте ничуть не удивило.

Оля, войдя в библиотеку, поздоровалась со старшими ребятами:

– Всем привет! Я возьму почитать?

– Да, конечно, – ответила Маша.

Оля зашла в отдел психологии.

– Оля, – Лиза обратилась к ней, – а что ты думаешь? В смысле… что с нами случилось?

– Ты же знаешь мою позицию. Об этой ситуации я думаю то же, что и о Боге.

Лиза вспомнила то столкновение с этой девочкой, когда схватила Соню и увела ее от малышей, которые забавлялись с большими улитками.

– Я не знаю, – прямо ответила Оля.

И она принялась выбирать новую книгу для чтения.

– А что ты читаешь? – поинтересовалась Маша.

– Только что закончила читать про массовую истерию.

– Что-что?! – переспросил Андрей.

Оля развернулась к нему, поправила очки и ровным спокойным голосом ответила:

– Массовая истерия. Еще это психологическое явление называют массовым психозом. Он поражает большой коллектив людей. Они теряют способность здраво мыслить и объективно оценивать ситуацию. А потеря человеком способности к нормальному суждению делает его… одержимым. В основе массовой истерии лежит внушаемость. Как вирус, это состояние передается от одного человека к другому. Лишь немногие, кто обладает крепкими психологическими защитами, могут противостоять этой внушаемости. Не все восприимчивы к массовой истерии. Но таковых меньшинство.

Машу явно заинтересовало это явление. Она захотела узнать о нем больше.

– И как эта истерия проявляется? – спросила она.

– В каждом случае по-разному. Это может быть массовое самосожжение, самобичевание или суицид. Иногда не все так жестоко. Массовая икота, смех, судороги или тики. Может быть массовая пляска. Был случай во Франции, когда монахини одного монастыря начали мяукать, как кошки. И причины остаются не выяснены. Эпидемия безудержного смеха среди учеников произошла на Танганьике. Много разного может быть. Но все это имеет первоначальную силу. Психика по каким-то причинам должна нарушится. Должен быть пусковой механизм, который запустит процесс. И внушаемость. Это составляющие массовой истерии. Надломленная психика, большой коллектив и внушаемость. Незавидная участь. Даже от простой икоты или смеха… если это представить, становится не по себе.

Выслушав объяснения Оли, Лизу слега передернуло в области плеч.

– И вправду! – прокомментировала она. – Довольно жуткое явление. А ты хочешь стать психологом?

– Психотерапевтом, – уточнила Оля.

Дима вернулся к теме массовой истерии и настороженно спросил:

– Но нам же оно не грозит?

Все взглянули на мальчика. Он озвучил то, о чем боялись думать остальные.

Они ждали ответа Оли. И он оказался таким:

– Будем считать это «худшими опасениями».

* * *

Кристина стояла у зеркала и чистила зубы. Она всегда следила за гигиеной полости рта, а потому чистила зубы дважды. Сейчас в ванной комнате никого не было, а потому она не задерживала очередь. Время и эта раковина принадлежали ей.

На самом деле Кристине было очень неудобно без часов. У всех время остановилось, а она любила планировать весь свой день по часам. Так и сейчас Кристина не могла понять, сколько времени она уже чистит зубы. Две минуты или только одну?

Привычный ход времени в сложившейся ситуации просто исчез.

Прочистив верхний ряд, она перешла к нижнему и отвела взгляд в сторону, устав смотреть на свое вечно бледное лицо.

Кристина неожиданно застыла. В горле у нее застрял комок, когда она увидела на белой плитке красные следы зверя…

Только что их не было! Она готова поклясться своими зубами!

Кристина ужаснулась, выплюнула зубную пасту, быстро прополоскала рот и выбежала из ванной комнаты.

Картинка с красными следами, которые образовывали круг, отчетливо сохранилась у нее в голове.

Она поняла, что нужно рассказать об этом старшим ребятам. Кристина знала, что они сейчас все в библиотеке.

Но, стоило ей выйти в коридор, как она заметила такие же следы на ковре.

– Ох, Боже! – вырвалось у нее.

И Кристина услышала жуткое сопение.

Она осторожно подняла взгляд и увидела самое жуткое существо в своей жизни!

Это был лось.

Живой лось стоял в коридоре. Его густая вонючая шерсть залита кровью. Нижние конечности исчерканы кровавыми царапинами и порезами. Когда зверь открыл пасть, она увидела черный язык, в котором копошились белые личинки и жуки. Вся голова лося покрыта дырками и бороздами, в которых суетились дождевые черви. По лохматым рогам бегали пауки, гусеницы и сороконожки. По спине лесного жителя ползали тараканы. Копыта испачканы грязью и кровью. Алые струйки стекали с шерсти лося и капали на ковер. Зверь дергал хвостом, а вокруг кисточки жужжали назойливые мухи, словно кружились над экскрементами или трупом. Этот лось больше на поминал мертвого зверя, чем живого.

Хозяин лагеря предстал перед Кристиной воплоти.

Девочка инстинктивно зажмурила нос и застыла с зубной щеткой в другой руке. Она сделала несколько шагов назад, пока не уперлась спиной в дверь.

Лось смотрел на нее черно-красными глазами, в глазницах которых ползали черви. Из рыхлых ноздрей выходили холодные белые струйки пара.

Хозяин лагеря какое-то время смотрел на нее, а потом развернулся и направился в другую сторону. Кристина не смела шевелиться. Пока зверь удалялся, она чувствовала безопасность.

Теперь Кристина позволила себе дышать полной грудью. Она видела, как лось спускается по ступенькам парадной лестницы.

Как он здесь появился? Очевидно, прошел через открытые ворота с улицы.

Девочка прошла прямо по коридору, обходя стороной кровавые следы лося. Она замерла у лестницы, наблюдая за тем, как лось, оказавшись в парадном холле, неспешной походкой, потряхивая головой направлялся в сторону зала с бассейном.

Кристина, пережив такой шок и ужас, пулей рванулась прямо в библиотеку.

* * *

– Там лось! Живой лось! Я его видела своими глазами!

С этими громкими криками Кристина ворвалась в библиотеку. Все присутствующие перепугались, услышав ее голос, и повернулись к ней.

В голове Маши мелькнула острая мысль: «Лось? Я тоже его видела… Значит, он существует». На самом деле Маша никому не рассказала о своей встрече с хозяином лагеря, когда тот решил отобедать останками Вики.

Она приняла эту встречу за галлюцинацию. Оказалось, что сошла с ума не она одна…

Или не сошла с ума?

– Кристина! Тише-тише!

Оля бросилась к своей подруге и крепко обняла ее. Девочка, которая любила все черное, судорожно ревела.

– Он был там… сначала следы… я чистила зубы… а потом в коридоре… в нем есть черви… он весь в крови… он пошел в бассейн… а я сюда…

– Кто-нибудь нормально объяснит, что происходит?! – возмутился Андрей.

– Она видела какого-то лося, – объяснила Оля то, что сама поняла.

– Лося? – переспросила Лиза. – Живой лось в нашем доме? Где?

– В бассейне! – проорала Кристина и горько заплакала в объятиях Оли. – О, Господи Боже! Мне было так страшно! Так страшно…

Почти никто не понимал, о чем вообще шла речь. «Лось какой-то» – думали многие.

Только Маша могла о чем-то догадываться.

Дима взял ситуацию в свои руки и смело попросил:

– Покажи нам все.

* * *

– Он точно пошел в бассейн! Я сама видела!

Но в бассейне никого не было. И следов тоже. Все чисто.

– Тебе это точно не показалось? – взволнованно спросила Оля, не переставая обнимать подругу.

– Точно! Я не сумасшедшая.

– Никто не говорит, что ты сумасшедшая, – позаботился об это Дима, – лось и вправду существует. Мы с Машей видели кровавые следи на ковре.

– Следы? – переспросила Лиза, удивленная признанием Димы. – На ковре? Вы с Машей? А мне ничего не сказали?!

Маша поспешила вмешаться:

– Мы не хотели поднимать панику. Подумали, что это чья-то злая шутка. Мы с Димой давно вычистили тот ковер.

– Но следы там были! – убеждала всех Кристина.

– Тогда что нам мешает их проверить? – предложил Андрей.

Ребята покинули бассейн и поднялись по лестнице на второй этаж. Кристина убеждала всех, что кровавый лось спускался по этим ступенькам, но опять же – нет никаких следов!

– О каких следах вы вообще говорите? – Андрей внимательно осматривал чистый ковер.

Следов нет.

– Но они… были… – Кристина сглотнула.

Оля крепко прижала ее к себе, стараясь успокоить бедняжку.

Лиза зашла в ванную комнату и оценила ситуацию.

– Все чисто, – ее вердикт, – никаких следов.

– Может, шутники успели все вымыть? – предположил Дима. – Но им потребовалось бы много времени на это…

Маша тоже не могла сложить все в единую картину. Более того – она сама уверена, что видела червивого кровавого лося. Но это было на улице, под дождем.

А следы?

Ничего не складывалось!

– Уже поздно, – тяжело вздохнула Лиза, – сегодня был тяжелый день. Давайте все спать. Может, завтра будет не так страшно. Оля, ты побудешь с Кристиной?

– Конечно, мы в одной комнате живем, – ответила девочка.

– Хорошо. Пора расходиться. Мне еще сестру проверить надо.

Лиза пожелала всем спокойной ночи и ушла. Оля и Кристина тоже отправились в свои комнаты.

– Нам с Лехой тоже пора, – заявил Андрей, – завтра еще попробуем что-нибудь найти в библиотеке.

И двое мальчиков оставили Диму и Машу наедине.

– Что скажешь? – обратился он к ней.

– У меня нет идей, – призналась она честно, – абсолютно! Странно все это… даже не знаю…

Она обняла себя руками, почувствовав холод.

– Иди спать. Лиза права. День выдался непростым. Нам нужно всем… свыкнуться с тем, что случилось.

– Да, ты прав. Сон – лучшее, что мы можем себе позволить.

Дима крепко обнял ее.

– Сладких снов, – прошептал он на ухо, – мы во всем разберемся.

– Спасибо, Дима. Мне очень нужна твоя поддержка. Особенно сейчас. Спокойной ночи.

И Дима ушел к себе.

Все дети разошлись в свои комнаты. Кто-то уже спал. Кто-то только готовился уснуть.

Свет они не стали выключать. Возможно, кто-то захочет попить воды. Придется спуститься на кухню. А идти в темноте довольно жутко, учитывая все происходящее.

Маша, прежде, чем отправиться в свою комнату, решила проверить парадный холл. Она вышла к лестнице и увидела…

У ворот внизу стоял он.

Лось.

Весь в крови и червяках.

Зверь пыхтел и смотрел на нее. Его глаза больше напоминали глаза человека, чем животного. Это испугало Машу еще сильнее.

Пальцы ее вспотели. Она поняла, что не может двинуться с места. Взгляд хозяина лагеря приковал ее к полу.

Лось существует.

Тот самый лось, которого видела Кристина. Он стоит совсем недалеко!

Маша видела собственными глазами, как этот лось развернулся и, оставляя кровавые следы на ковре, вышел на улицу, исчезнув за стеной проливного дождя в ночи.

Глава 10. Отчаяние и надежда

Равным образом и добрые дела явны; а если и не таковы, скрыться не могут

Апостола Павла 1-е послание к Тимофею 5:25

Она проснулась от жуткого крика, который раздался из соседней комнаты.

– Я умираю! Помогите мне кто-нибудь!

Маша резко вскочила на ноги и взглянула на часы – это было глупо. Время не движется, а стоит на месте.

Для них здесь вечные два часа ночи. И вечная гроза за окном.

– Мамочки! Мамочки! Мамочки! Я не хочу умирать! Кровь! Это кровь!

От криков проснулась и Катя. Девочка, услышав громкие отчаянные стоны, свернулась калачиком и взглянула на Машу, которая после пробуждения ожидала, когда мир придет в равновесие.

Очевидно, здесь этого не случится.

– Что там такое?

Катя укрылась одеялом так, что были видны лишь ее глаза и лоб.

– Оставайся здесь, – скомандовала Маша, вскочив с постели, – никуда не выходи.

С этими словами она направилась к двери.

– Будь осторожна! – бросила Катя ей вслед.

Маша совсем забыла об осторожности. Она оглядела комнату, чтобы найти какой-нибудь оружие, но не нашла. Маша почему-то решила, что сражаться сейчас не придется.

Возможно, это ложная тревога. Но сейчас здесь может быть все, что угодно.

– Помогите! Я умираю! Умираю! Мамочка! Спаси!

Девчачий голос громко и отчаянно молил о помощи.

Маша не выдержала и вышла в коридор. Тут же из своей комнаты вышла Диана. Две девочки взглянули друг на друга.

– Я пришла прикончить эту истеричку, а ты? – устало произнесла Диана, явно не выспавшись.

Девушки взглянули на дверь, что разделяла их. Именно из той комнаты доносились отчаянные крики.

– Кровь! Кровь! Это кровь!

Маша не стала ничего отвечать Диане, а просто поспешила на помощь пострадавшему.

Когда она открыла дверь, то увидела в комнате Алису и Свету из отряда «Клеверята». Света застыла на месте, не в силах пошевелиться. Вся в поту и в растерянности, она с широкими глазами смотрела на свою подругу.

Алиса, в свою очередь, сидела прямо на полу, держа в руках белую простыню, испачканную в пятне крови. У самой же девочки белые трусики пропитались кровью. Раздвинув ноги, она пыталась что-то сделать, но только пачкала пальцы, заливаясь слезами.

– Кровь! Кровь! Помогите! Кто-нибудь!

Маша облегченно выдохнула, когда для нее вся ситуация прояснилась. Диана же за ее спиной лишь нагло усмехнулась.

– Поздравляю тебя, Кровавая Мэри!

Маша зло взглянула на Диану и подбежала к Алисе.

– Успокойся. Тише, Алиса! Тише, а то всех разбудишь. Ничего страшного не произошло! Я помогу.

Но Алиса никак не могла успокоиться. Что до Светы, то она пребывала в состоянии шока. Эта девочка тоже явно не знала, что все это значило.

– Ты поможешь или нет?! – рявкнула Маша в сторону Дианы.

– Принести прокладки? – фыркнула Диана. – У меня с этим порядок. Если нужно – возьму у Лены.

– Тогда иди в мою комнату и скажи, чтобы Катя их принесла! Быстро!

Диана, закатив глаза, вышла из комнаты. Маша принялась успокаивать Алису.

– Не бойся! Не надо кричать и плакать. Все хорошо. Это нормально. Успокойся. Сейчас я все тебе объясню. Только тише…

Алиса несколько раз всхлипнула, но плакать перестала.

– Я умру? – спросила она, вытирая слезы.

– Нет, не сегодня…

Маша пожалела о том, что ответила ей именно такой фразой. Но улетевшего воробья не вернуть.

– Сними трусики. Их придется постирать. Света, дай нам чистые трусы.

Но Света так и стояла столбом, не в силах пошевелиться.

– Ох! Черт!

Маша сама встала и полезла в прикроватную тумбочку.

– Они в нижнем ящике, – объяснила Алиса, пытаясь снять с себя окровавленные трусы.

– Крови слишком много для первого раза, – задумалась Маша, – но думаю, что ничего страшного из-за этого не случится.

Тут вернулась Диана с пачкой прокладок.

– Ловите, красные фонтаны!

Она бросила упаковку Свете. Это заставило девочку прийти в себя и поймать пачку.

– Что это? – она изумленно уставилась на упаковку.

– Читайте инструкцию! – посмеялась Диана.

Маша не могла больше выдержать насмешек Дианы и резко обратилась к ней:

– У тебя тоже было это когда-то в первый раз! Могла бы помочь, а не шутить!

– А я и помогаю! Девчули, готовьтесь! Вы будете истекать кровью каждый месяц! Приятной жизни!

И с этими словами Диана вышла из комнаты, захлопнув дверь.

– Что?! – ужаснулась Алиса. – Каждый месяц?! О чем она?

Маша смахнула пот с лица (и была рада, что сделала это своей рукой, а не трусиками Алисы).

– Света, закрой дверь, пожалуйста, – дала она новую команду.

Не выпуская упаковку прокладок из рук, Света прошла к двери и закрыла ее на замок.

– Сняла?

Маша взяла испачканные в крови трусики Алисы и отложила их в сторону.

– Что это такое? – Алиса в ужасе смотрела на свое окровавленное влагалище.

– Нужно протереть, – решила Маша, – у вас есть гигиенические салфетки.

– Мама дала мне с собой, – вспомнила Света.

– Отлично! Давай их сюда!

Света достала из своей тумбочки салфетки и передала их Маше. Она вынула несколько.

– Сначала вытри руки. Не бойся.

Алиса послушно выполняла команды.

– Что это такое? – спросила она.

Маша спокойно ответила:

– Твоя первая менструация.

– Чего?! – уставилась Алиса на Машу с озадаченным выражением лица.

Маша сразу поняла, что мамы этих двоих девочек явно не вводили их в курс дела.

– Месячные. Ты, наверное, слышала о таком?

– У меня месячные?! – ужаснулась Алиса. – Это будет каждый месяц?

– Да, – ответила Маша, – теперь вытри салфетками влагалище.

Алиса послушно делала то, о чем просит Маша.

– Они есть у всех девушек. Месячные появляются в вашем возрасте. У кого-то раньше, у кого-то позже. У меня начались в одиннадцать. Кровь будет течь по три или четыре дня каждый месяц. Тебе придется завести календарь, чтобы отслеживать эти дни. Но потом ты привыкнешь и начнешь сама все чувствовать.

– И будет так же больно, как сейчас?

– Да, к сожалению, будет больно. Но с этим справляются все женщины. Я во время своих месячных вообще на стенку лезу! Правда-правда! Адская боль. У всех по-разному. Появление менструации означает, что ты становишься взрослой. Твой организм готов к тому, чтобы забеременеть.

– Это значит, что я могу иметь детей?

– Да, можешь. В определенные дни. После овуляции. Когда твоя яйцеклетка готова принять сперматозоид мальчика. И если яйцеклетка не получила его, то она погибает. И происходит менструация. Понимаешь? Мне кто-то сказал, что «месячные – слезы по несостоявшейся беременности». Это не значит, что ты должна непременно беременеть! Надеюсь, ты понимаешь меня.

Алиса кивнула и посмотрела на прокладку, которую Маша держала в руке.

– А это что?

– Прокладка. Она впитает в себя кровь, когда это начнется снова. Тебе нужно будет носить их, когда время придет. Я отдам тебе свою пачку. У меня еще есть. Попробуй.

Алиса, получив прокладку, попробовала ее приложить к влагалищу.

– Немного прижми, – Маша направляла руку Алисы, – вот так!

Когда у Алисы все получилось, она легко улыбнулась и посмотрела сначала на Свету, а потом на Машу.

– Спасибо!

– А теперь одевай трусики. Ты молодец.

– И у меня тоже это будет? – испугавшись, спросила Света.

– Да, но теперь ты знаешь, что надо делать. Если у ваших подруг еще не начались месячные, то советую им все рассказать, чтобы они не сильно нервничали, когда придет время.

Надев трусики, Алиса вскочила и подмигнула своей подруге:

– Видала, Светка? Теперь я взрослая!

– И не забывай теперь следить за гигиеной. Тщательно мойся. Принимай только душ. Хорошо?

– Да, я все поняла! Очень жаль, что мама ничего не рассказала…

– Так бывает. Не все мамы готовы это рассказать, но они должны это делать. Это важно.

Девочки еще раз отблагодарили Машу за помощь, и она смогла вернуться в свою комнату, где ее уже ждала взволнованная Катя, ожидавшая рассказа о случившимся.

* * *

– Кто сегодня на завтраке? – поинтересовалась Катя, когда шла вместе с Машей в ванную комнату.

– Наши, – ответила Маша, – Лиза, Леша, Лена и Андрей.

Маша поймала себя на мысли, что совсем потеряла счет времени. В этих условиях было просто невозможно понять, сколько дней они уже живут такой жизнью.

День не имел своих сроков.

Дня не было вообще!

Дождь и ночь – эти любовники не думали оставлять их в покое.

Они даже не знали, сколько времени уходит на сон. Эту жизнь можно сравнить с жизнью кротов под землей. Те тоже не ведают, сколько суток миновало, пока рыли свои туннели.

– Надеюсь, они приготовят что-нибудь вкусненькое! – воскликнула Катя. – А то суп «Червяков» был слишком пересоленным.

– Это да! Кому-то постоянно нужно следить за готовкой. Кто у нас в этом профессионал?

– Надо подумать…

Девочки, войдя в ванную комнату, застыли, увидев жуткую сцену, развернувшуюся перед ними.

В одной из туалетных кабинок на полу лежала Кристина, вся мертвенно бледная и в поту. Рядом на коленях стояла Оля, вся в слезах, растерянная.

– Помогите! – взревела Оля. – На помощь!

Маша и Катя, отбросив свои полотенца в сторону подбежали к двум девочкам.

– Что случилось? – быстро спросила Маша, но, осмотревшись, сама поняла, в чем дело.

– Она хотела умереть! Она хотела отравить себя! Какая же дура!

На полу были разбросаны белые таблетки и пустые упаковки.

– Сколько она приняла? – спросила Маша.

– Не знаю! – Оля почти задыхалась. – Слишком много!

Маша, быстро вспомнив о курсах первой помощи, проверила дыхание и кровообращение Кристины на сонной артерии.

– Дышит. Сердце бьется. Надо достать таблетки…

На посиневшей губе Кристины стекала пенистая слюнка.

– Надо вызвать искусственную рвоту! – воскликнула Катя.

– Так делайте же! – Оля не могла смотреть на свою подругу.

Машу всю трясло. Она не знала: получится ли у нее.

– Нельзя так просто сидеть и ждать! – ревела Оля. – Скорее! Она же умрет!

Маша в ужасе осознала: жизнь человека в ее руках. Сейчас все зависит только от ее действий.

– Если ее вырвет, может быть рвота на рвоту… – вспомнила Катя.

И Маша это понимала. Она вообще не была брезгливой, но в такой ситуации было трудно сохранять самообладание.

– Подержите ее, – решила она все-таки.

Катя и Оля приподняли Кристину, посадив ее, прислонив спиной к стенке. Маша открыла рот Кристине и приготовила указательный и средний пальцы.

– Нужно надавить на корень языка, помнишь?

Машу поразила собранность и спокойствие вечно паникующей Кати.

Маша кивнула. Эта хладнокровность подруги тоже помогла ей собраться с мыслями. Левой рукой она держала рот Кристины открытым, а правую руку сунула в рот.

Маша ощутила что-то теплое, мокрое и совсем неприятное. Она переборола свою брезгливость и надавила двумя пальцами на язык, надеясь, что это был именно язык и она коснулась довольно глубоко.

Действия Маши (что бы она ни сделала) заставили Кристину очнулся и задышать более интенсивнее.

– Получилось! – воскликнула Катя.

Маша спешно вытащила два слюнявых пальца изо рта Кристины. Девочка в черном покачнулась, согнулась, и из нее вырвались желтые и серые рвотные массы прямо в ноги Оле и Кати!

В рвоте Маша обнаружила белые таблетки.

Теперь в воздухе стоял омерзительный запах рвоты. Это зрелище заставило Машу покачнуться. Она сама ощутила рвотный комок в горле и поспешила склонится над унитазом.

Маша позволила рвоте выйти из нее и прокашляться. В горле у нее заболело из-за кусочков пищи, которые ранили стенки глотки и неба.

Упираясь руками о края унитаза, ее всю передернуло. Он с трудом подавила еще один комок рвоты и проглотила его. С ее губ стекала желтоватая ниточка слюны.

Ей не терпелось быстро вымыть руки.

Забыв о Кристине и луже рвоты на полу, Маша выбежала из кабинки. Она бежала к раковине, как вдруг на пороге ванной комнаты столпилась группа маленьких девочек.

Это были девятилетние девочки из отрядов «Звездочки» и «Солнечные зайчики»: Ирочек с улитками, Полина с кошкой Шуней, маленькая Таисия и Сонечка – сестренка Лизы.

– Вот дерьмо… – не сдержалась Маша.

Девочки смотрели Маше за спину.

– А что это у вас тут случилось? – спросила Таисия.

Оля и Катя в растерянности уставились на малышей.

– Катя, выведи их отсюда быстро! – прокричала Маша.

– Да! Сейчас!

Катя быстро встала и чуть не поскользнулась на луже рвоты.

– Все вон из ванны! Живо! Живо! Нечего вам здесь смотреть!

Катя поспешила вывести детей из ванной комнаты, а Маша быстро закрыла за ними дверь.

– Вот же срань Господня! – бросила Маша и открыла струю холодной воды.

Она была рада помыть руки, лицо и прополоскать рот.

– Ты как? – спрашивала Оля у Кристины. – Зачем ты это сделала?

Кристина, все еще бледная, кажется, не понимала, что с ней случилось.

– Ты… спасла меня?.. – вяло спросила девочка.

– Да! – Оля обняла подругу, прижав к себе. – Я спасла тебя! И больше не оставлю одну!

Оля совершенно не обращала внимание на то, что сидела голыми коленками в луже рвоты. Она так сильно любила Кристину, что была готова принять все ее выделения и рвотные массы.

Умывшись и избавившись от комка рвоты в горле, Маша собралась с духом и подошла к девочкам.

– Кристина. Зачем ты это сделала?

Ее голос прозвучал властно и холодно.

Кристина не спеша повернула голову и со слезами на глазах посмотрела на Машу.

– Мне стало страшно, – пролепетала она.

Оля тоже не могла сдерживать рыдания, осознавая, что чуть не потеряла лучшего друга.

– Я больше не хочу оставаться здесь…

Маша подумала о том, что сейчас у нее добавилось проблем из-за тех маленьких девочек, которые видели предостаточно. Она надеялась, что Кате удастся найти слова, чтобы их всех успокоить.

– Это дурное место, – говорила Кристина, – мы прокляты. Мы все здесь прокляты!

– Не говори так! – прокричала Оля. – Мы спасемся! Мы найдем выход и будем жить дальше! Скоро гроза закончится, и мы выйдем отсюда!

– Даже если так… никому не выбраться отсюда живыми. Все там окажемся, когда придет время.

– Но твое время еще не пришло!

Маша понимала, что под словом «отсюда» подразумевалась сама жизнь. Если им удастся выйти из корпуса, когда закончится гроза… если им всем удастся выжить в этих условиях, то умереть рано или поздно придется.

Смерть неизбежна, и эта мысль не давала Маше покоя.

– Не смей больше так делать! Никогда! Я не хочу тебя терять!

Оля крепко обнимала Кристину.

– Я была там, – произнесла она, – и вы меня вернули…

Перестав рыдать, Оля посмотрела подруге в глаза и прямо спросила:

– Что ты там видела?

Кристина вяло улыбнулась и ответила, но при этом смотрела на Машу.

– Не важно то, что я видела, а то, чего не видела.

– И что же ты не видела? – спросила Маша, приглушенно.

Кристина ответила:

– Бога там нет.

* * *

Лена, Лиза, Леша и Андрей расставляли тарелки с овсяной кашей на столы. Они потратили все утро на то, чтобы приготовить завтрак для всех. Сегодня была их смена.

Каждый день отряд, работающий на кухне, менялся, согласно графику, составленному Машей.

– Вы слышали, что одна девочка пыталась сегодня покончить с собой? – обратился ко всем Андрей.

– Ее зовут Кристина, – пояснила Лиза, – и наша Маша с Катей спасли ее. Плохо только, что малыши много видели… Мне пришлось помочь Кате, чтобы их всех успокоить. Не надо им так рано думать о смерти.

– Это еще почему? – Лена направилась в сторону кухни, чтобы взять новый поднос с тарелками. – Пусть знают, что смерть есть. Люди умирают. Это неизбежный финал нашего существования, который ждет всех нас.

Лиза нашла ответ:

– Они еще слишком малы, чтобы думать об этом. К тому же… они еще не решили, во что им верить.

– Верить? – замер Андрей. – Зачем им во что-то верить? Пусть знают правду! Они умрут. И ничего с ними там не случится. Их съедят жуки в земле. Как и всех нас. Таков конец каждого.

Лиза взяла поднос с кружками с чаем и резко ответила Андрею:

– Не ты будешь решать за них! Если они захотят верить в Бога, то это будет их выбор. Веря в то, что после смерти они встретятся со своими родителями в раю, им будет легче пережить эти испытания, выпавшие на нашу долю.

– И ты поможешь им в этом? – усмехнулся Андрей. – Ослепишь их ложной верой?

– Я только верю. Но я не знаю, что нас ждет. Верить во что-то никто не запрещает.

– Ну-ну…

Лиза заметила, как Андрей и Лена обменялись ужимками. Это двое прекрасно дополняли друг друга с их атеистическими настроями!

– Тебе не кажется, что им пора повзрослеть и понять, что вся эта вера – бегство от реальности и истины? – обратилась к ней Лена.

– Как будто ты знаешь что-то о вере!

– Верно. Не знаю. Я – атеистка.

– Кто бы сомневался!

– А ты имеешь что-то против?

Ситуация в столовой накалилась. Между Леной и Лизой началась нешуточная борьба, основанная на религиозных убеждениях.

Леша и Андрей бестолково и молча наблюдали за словесной баталией девушек.

– Хочешь знать, что я думаю об атеистах? – бросила в Лену Лиза.

– Давай! Поделись своей мудростью, монашка! – всплеснула руками Лена.

– Атеисты боятся Бога. И потому выбирают не верить в Него. Их отрицание Бога базируется на страхе перед Ним. Они боятся Его кары, потому что в глубине души знают, что заслуживают ее. За какие такие грехи ты Бога боишься?

Лену это не на шутку разозлило. Привычно спокойная и хладнокровная особа распылилась.

– Ты совсем одурела, религиозная фанатичка?! – рявкнула она. – Какие у меня могут быть грехи? Это ты постоянно молишься Иисусу, потому что никак не можешь отмыться от своих! Сколько можно уже причащаться? Кстати, как много грехов прощает Бог за одно причастие? Сто или двести? Ты же их все на листочке записываешь перед исповедью!

Лиза сделала шаг в сторону противницы. Та не отступила.

– Осуждать кого-то за веру – тяжкий грех! Ты не имеешь право осуждать меня за то, во что я верю!

– Да верь ты на здоровье! Только не забивай этой дрянью голову детям!

Лиза не сдержалась и рванулась в сторону Лены. Та даже испугалась и отшатнулась в сторону.

Андрей поспешил к Лене, чтобы прикрыть ее и защитить от атаки Лизы. А Леша в свою очередь подбежал к Лизе и обнял ее со спины.

– И ты называешь меня грешницей? – посмеялась Лена. – Сама та еще бесноватая сучка!

– Летать тебе в черной пустоте после смерти, дрянь! – рявкнула Лиза.

Леша из последних сил держал Лизу, чтобы она не разорвала Лену в клочья.

– Да заткнитесь вы обе! Истерички! – проорал Андрей.

Мальчик с ужасом смотрел на Лизу. Подумать только! Еще совсем недавно он испытывал светлые, теплые и нежные чувства к этому человеку. А теперь он видит в ней только сварливую старуху, которая сидит на лавочке у церкви и говорит на каждого прохожего, что тот – грешник.

– Тебя надо на цепи держать, как бешеную собаку! – бросила напоследок Лена, поправив очки на носу.

– Шлюха Сатаны! – проревела Лиза.

Наконец она успокоилась, и Леша нехотя отпустил ее.

– Не об-обращай на нее вни-внимание, – сказал он ей, – она все-всегда так с теми, кто не при-придерживается ее мне-мнения.

– Спасибо, Леша. Я это уже поняла.

И Лиза вернулась к разносу тарелок с кашей.

Лена и Андрей лишь посмеялись дружно над суровостью Лизы. Мальчик для себя понял, что эта темненькая девочка гораздо ближе к нему по складу мышления и взглядам на мир.

Он даже не думал, что сможет разлюбить Лизу (если это была любовь) из-за религиозных убеждений.

– Спасибо, что заткнул ее, а то я даже испугалась, – отблагодарила Лена своего защитника.

Лиза это даже услышала, но не стала заострять на этом внимание. Она поставила еще несколько чашек с чаем на стол, а потом к ней подошел Леша.

– С-слушай, Лиза, я тут по-подумал вот о чем…

– Говори, – сухо ответила она, вымотавшись после ругани с Леной.

– Я зна-знаю, что мно-многие ре-ребята ве-верят в Бога… Они хо-ходили в церковь по воскр-воскресениям. Им этого не хва-хватает. И мно-многим зде-здесь нужна под-поддержка Бога…

– К чему ты клонишь?

Лиза уставилась прямо на заику. Тот даже залился потом от ее взгляда. Ему прежде еще никогда не удавалось вот так говорить с Лизой.

– Ты же зна-знаешь мо-молитвы… и могла бы как-то…

– Ты предлагаешь стать мне здешним батюшкой? Читать проповеди? Говорить о Библии и разучивать с ребятами молитвы?

– Я по-подумал, что это всех успо-успокоит…

Лиза всерьез задумалась над идеей, которая пришла в голову Леше. И она готова признать, что эта мысль ей даже понравилась.

– Думаешь, кто-то станет меня слушать и приходить на встречи?

– Я бы при-пришел…

Лиза сама не могла поверить в это, но последние слова мальчика согрели ей сердце. Она почти заплакала и с трудом удержалась.

Лиза обняла Лешу и отблагодарила его за поддержку.

– Спасибо, что предложил это. Я обязательно подумаю.

– Лю-людям ну-нужна ве-вера… и на-надежда!..

– Было бы во что верить…

И Леша добавил без заикания:

– Хотя бы в добро.

* * *

Это утро оказалось переполнено самыми разными событиями. Маша до сих пор не могла справиться с теми чувствами, которые испытала, когда обнаружила Кристину, находящуюся при смерти.

Неужели, эти люди готовы добровольно умереть?

Неужели, они настолько отчаялись, что готовы сдаться в битве за собственную жизнь?

Маше очень хотелось подарить им надежду. Лиза уже поделилась с ней идеей, которую ей подал Леша. Маша полностью поддержала ее. Она посчитала, что капелька веры им не помешает, а Лиза умеет найти нужные слова.

Это должно помочь этим детям.

Сейчас, во время завтрака, Маша и Дима стояли в стороне, у стены, наблюдая за тем, как остальные едят. Они решили позавтракать после всех.

Маша и Дима осознали важность контроля порядка. Нельзя допустить, чтобы кто-то еще решил наглотаться таблеток или выдал что-то похуже. Но за всеми сразу уследить невероятно трудно.

Им придется много работать, чтобы поддерживать спокойную обстановку в том хаосе, в котором они теперь живут.

– Может, споешь? – предложил Дима Маше, шепнув на ухо.

– Прямо сейчас? – она с нежностью взглянула на него.

– У меня есть маленькая колонка, а на телефоне есть немного музыки.

Дима показал ей колонку с проводом и телефон.

– Ого! Я смотрю, ты подготовился. Тебе нравится, как я пою?

– Больше всего.

Ей стало тепло на душе.

– И что же мне спеть им? – она ждала от него предложений.

– Что-то, что подарит им надежду на лучшее.

Маша посерьезнела и задумалась.

Теперь идея Димы не казалась ей каким-то пустяком. Песня, действительно, может им помочь забыть о своих бедах и невзгодах.

– Есть идея!

Она шепнула ему на ухо название песни.

– У тебя найдется «минус»?

– Думаю, да!

Дима быстро проверил аудиофайлы на своем телефоне.

– Кажется, есть то, что нужно!

– Отлично.

Маша отошла от стены и встала перед всеми. Дети гремели ложками, случайно постукивая ими о края фарфоровых тарелок.

Когда они увидели, как Маша вышла на импровизированную сцену, ребята замерли и посмотрели на нее.

– Я спою, – развеяла она общее негодование.

Маша кивнула Диме, и тот, подключив телефон к колонке, включи музыку, а сам сел на пол, чтобы насладится пением подруги.

После проигрыша, музыка которого заглушила общий звон тарелок и ложек, Маша запела:

– Кружит Земля, как в детстве карусель, а над Землей кружат Ветра Потерь.

– Ветра потерь, разлук, обид и зла, им нет числа, им нет числа.

Дима, как и всегда, был очарован ее пением, ее прекрасным голосом. Ему даже показалось, что все на мгновение перестали есть и обратили свои взоры только на Машу.

– Им нет числа сквозят из всех щелей, в сердца людей, срывая дверь с петель.

– Круша надежды и внушая страх, кружат ветра, кружат ветра.

Это был маленький концерт, которого им всем так не хватало. Голос Маши уносил с собой все проблемы, невзгоды и печали. Слушая ее, казалось, что никакого плена нет. Нет грозы. Нет опасности за стенами этого корпуса.

В этом пении они все почувствовали себя в безопасности.

– Сотни лет и день и ночь вращается Карусель-Земля,

– Сотни лет все ветры возвращаются на круги своя.

В сознании и в душе (что еще важнее) Димы зажегся луч надежды. Надежды на то, что все можно исправить. Он и Маша не одни в этой борьбе. Да, как старшие «лосята» они за всех в ответе. Но все вместе они гораздо сильнее. Вместе, помогая друг другу, они найдут выход. Они смогут пережить эту грозу.

– Hо есть на свете ветер перемен, он прилетит, прогнав ветра измен.

– Развеет он, когда придет пора ветра разлук, обид ветра.

Надо всего лишь… дождаться рассвета. И тогда кошмар закончится. Наступит новый ясный день, и они смогут выйти на свет. Все ужасы, призраки и тени в темноте останутся далеко в прошлом. Они исчезнут. Страх уйдет из их жизни. Монстры перестанут существовать, когда они изгонят их сами из своего сознания.

– Сотни лет и день и ночь вращается Карусель-Земля.

– Сотни лет все в жизни возвращается на круги своя.

Дима верил, что они смогут победить страх, если действовать сообща. Если выручать друг друга и поддерживать, то ужас можно преодолеть. Эта гроза еще не конец света! Они смогут все изменить! Жизнь не состоит только из белых полос. Бывают падения и разочарования. Бывает, когда становится невыносимо тяжело, больно или грустно. Но это проходит. Человек способен победить в себе эти чувства.

И тогда наступает новый день.

– Завтра ветер переменится, завтра прошлому конец.

– Он придет, он будет добрый, ласковый ветер перемен.

Еще не поздно все исправить. Сейчас – самое время все исправить! Начало их пути выдалось непростым. Но никто не говорил, что будет просто. Их задача – держаться вместе и идти к победе над страхом и отчаянием.

Песня Маши подарила этим детям то, чего им всем так не хватало – надежду.

Глава 11. «Ибо Твое есть Царство и сила и слава во веки»

Неужели не знаете, что все мы, крестившиеся во Христа Иисуса, в смерть Его крестились?

Апостола Павла послание к римлянам 6:3

– Первую нашу встречу мне бы хотелось начать с разговора о мечте. У всех есть мечты, не так ли? И существует только один способ привнести их в жизнь. Сделать свои мечты целями. Но бывают и несбыточные мечты. Несбыточные в тех условиях, в которых мы существуем. Такая была и моя мечта.

Лиза стояла с черной библией в руках, которую нашла в библиотеке, с большим серебряным распятием, которое взяла с собой из дома. Его ей подарил крестный отец, который сам служил в храме.

– С самого раннего детства мне всегда хотелось стать батюшкой в церкви. Я хотела читать молитвы людям, ходить в алтарь, проводить исповеди и причастия. Мой крестный отец был батюшкой. Я часто ходила на службы к нему в храм. И каждый раз, оказываясь под золотым куполом, усыпанным изображениями прекрасных ангелов, я хотела стоять на его месте.

Перед ней на скамейках сидели ребята. Собралось около двадцати пяти человек. Все из разных отрядов, а потому разных возрастов. Количество мальчиков и девочек оказалось почти равным. Лиза решила, что будет лучше, если все будут сидеть. Все-таки это не храм, а она не батюшка. И это не служба, а просто беседа.

– Но согласно религии, женщина не может входить в алтарь. Она не может стать батюшкой. Но она может стать монахиней. Мне же хотелось не этого. Я желала выполнять всю ту работу, которую делают священники в храмах. Поэтому моя мечта несбыточная. И все же сейчас я перед вами. Не так ли?

Она улыбнулась детям, и слушатели ответили ей улыбками.

– Пусть это не церковь. И над нами нет золотого купола с ангелами. И нет алтаря. У нас нет даже икон. Я не батюшка. У меня нет его одеяний и всех атрибутов. Но, стоя сейчас здесь перед вами, я могу на мгновение ощутить себя в роли священника, каким всегда хотела стать. Представляете, я даже корила себя и своих родителей, что родилась девочкой, а не мальчиком! Судьба – забавная штука, верно? Мы все заперты здесь в жутких условиях. Но эта ситуация дала возможность моей мечте сбыться. Пускай и не так, как я на это рассчитывала. Но то, что происходит со мной сейчас, очень классно. Поверьте. Я не получила весь торт, который желала. Но одним этим кусочком могу насытиться.

Дети переглянулись и важно закивали, поддерживая мысль Лизы, которая им показалась очень мудрой и важной.

– Мы не храме, поэтому я решила, что вам будет удобнее сидеть, а не стоять. Это не служба. Это не исповедь и не причастие. Мы пришли сюда, чтобы поговорить. Поделиться своими переживаниями и впечатлениями. Мы пришли сюда помолиться. Это тоже очень важно. Я думаю, что многим из вас, кто ходил в церковь по воскресениям, сейчас этого воскресения не хватает. И поэтому я здесь, чтобы подарить это воскресение вам.

Ребята молча и внимательно слушали Лизу. Они не знали, что будет на этой встрече, когда придут. Но сейчас все поняли, что пришли не зря. Им нравилось слушать Лизу. Ее слова дарили какое-то умиротворение и спокойствие, которое все искали.

– Мечты сбываются. Это правда. И даже самые несбыточные могут сбыться. Пускай они и станут маленьким куском торта. Давайте помечтаем. Но в наших силах есть возможность сделать свои мечты целью, чтобы идти к ней. Шаг за шагом. У всех у нас только одна цель – спастись. Выбраться отсюда. Мы мечтаем о солнце на голубом небе. Мы мечтаем о новом дне, который никак не может наступить. Мы мечтаем о том, когда сможем выйти из этого здания и не бояться смерти.

При упоминании слова «смерть» всем в столовой стало не по себе. Ребята стали обмениваться напряженными и пугливыми взглядами. Они боялись смерти, и Лиза это видела.

– Давайте помолимся, друзья. Помолимся Господу Богу и попросим Его о помощи.

Лиза начала читать молитву:

– Отче наш, Иже еси на небесах! Да святится имя Твое, да приидет Царствие Твое, да будет воля Твоя, яко на небеси и на земли. Хлеб наш насущный даждь нам днесь; и остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим; и не введи нас во искушение, но избави нас от лукавого.

Лиза трижды перекрестилась и прикоснулась губами к распятию. Ребята повторили за ней, поцеловав свои крестики.

– Я уверена, что наши молитвы будут громче и сильнее грозы, что бушует за окном. Гром и молнии не помешают Господу услышать нас. Возможно, все это – наше испытание. Если так, то я хочу сказать, что Бог не посылает нам таких испытаний, с которыми мы бы не справились. Но верю ли я сама, что это Его испытание?

Все замерли, в ожидании ответа.

– Если честно, то нет. Давайте прочитаем молитву «Божьей матери». Возможно, Она подскажет нам ответы.

Лиза прижала распятие к себе и произнесла:

– Богородице Дево, радуйся, Благодатная Марие, Господь с Тобою, Благословенна Ты в женах и благословенен плод чрева Твоего, яко Спаса родила еси душ наших.

Дети повторили дружно молитву за Лизой, и все перекрестились.

– Знаю ли я, что с нами случилось? Нет. Я могу только гадать. Все мы можем лишь строить предположения и догадки. И моя версия такая. Не знаю, как это случилось, но я чувствую, что дьявол мог победить в битве за наши души. Не хочу вас пугать. Возможно, мы все в его плену. Ад это или что-то хуже? Мне не дано это понять. В наших силах только молиться Господу, чтобы Он услышал нас и спас. Но и сами мы делаем все возможное, чтобы спасти себя. Как говорится, на Бога надейся, а сам не плошай. Да, мы попросим у Бога помощи, но сами внесем лепту в свое спасение. Давайте еще помолимся?

Никто возражать не стал. Лиза вспомнила еще одну молитву:

– Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, молитвами Пречистыя Твоея Матере, преподобных и богоносных отец наших и всех святых, помилуй и спаси нас, яко Благ и Человеколюбец. Аминь.

Лиза перекрестилась. Дети повторили за ней молитву и тоже перекрестились.

– Если бы Господь Бог и покарал нас, то за грехи. Пускай мы и дети, но даже дети не лишены греха. И вы сами это понимаете. Но какой такой тяжкий грех мы могли свершить в наши юные годы, чтобы заслужить такое суровое наказание от Бога? Именно эта мысль заставляет меня усомниться в том, что это испытание Его. Нет никакого испытания. Это борьба. Вечная борьба добра со злом. И мы оказались в эпицентре битвы. Я уверена, что Бог этого не хотел. А если и хотел… мы можем помолиться, чтобы Он был к нам милостив и простил все грехи наши, если мы таковые и совершили. Помолимся, друзья?

Лиза зачитала короткую «Молитву Мытаря»:

– Боже, милостив буде мне грешному.

Все повторили и перекрестились.

– Я не могу проводить обряд причастия. Я не имею никакого морального и духовного права исповедовать вас. Но… если вам станет легче от этого, то каждый желающий может встать и прикоснуться к этому распятию и Библии.

Желающие нашлись. Дети по очереди от ближних рядов до дальних друг за другом стали подходить к Лизе, чтобы поцеловать большое серебряное распятие и Библию.

У Лизы слезы застыли в глазах. Она совсем не ждала, что на встречу с ней придет столько народу. Она была рада, что эти дети не теряют Бога в такой час. Они хотят вновь его отыскать, если потеряли. У них есть вера. А большего и не нужно.

Дима и Маша стояли у входа в столовую и смотрели, как справляется их подруга. Когда Лиза читала молитвы, Маша поймала себя на мысли, что эта девушка напомнила ей самого Христа.

Лиза, словно святой странник, собрала вокруг себя паломников, чтобы делиться с ними светом и мудростью своей.

Маше показалось на мгновение, что Лиза стала Иисусом в женском теле. От не исходил яркий свет и приятное тепло.

– А где свечку можно поставить? – женский голос произнес это с усмешкой.

Тут за спиной Димы и Маши появилась другая парочка – Влад и Диана.

– Что вы тут делаете? – спросила у двоих Маша.

– Пришли посмотреть на эту секту фанатиков, – Влад сложил руки на груди.

– Убирайтесь! Если вы – атеисты, то нечего вам здесь делать. Сюда пришли верующие люди, чтобы помолиться. Никакая это не секта, а это…

– Община грешников? – усмехнулась Диана.

Влад и Диана дружно посмеялись над ее шуткой.

– Заткнитесь! – рявкнул Дима.

– Знаете, что я думаю обо всем этом? – перестал смеяться Влад. – В церковь люди приходят свои грешки замаливать, потому что не хотят жариться на сковородке в Аду. Людям без греха нечего в храмы ходить и на коленках мозоли натирать.

– Нет безгрешных людей, – процедила Маша сквозь сжатые зубы, – и ты, Влад, точно не без греха!

– Надо же! Назови хоть один! В любом случае, если ваша подруга чтит свою религию, она бы не стала так ее осквернять.

– Ага, – согласилась Диана, – разве это не богохульство?

– Никакое это не осквернение! И не богохульство! – выступил Дима. – Они здесь, потому что им нужно помолиться. Они верят в Бога, и вы не вправе их за это осуждать.

– Дима, сам подумай! Тут сидят девятилетки! Что они могут понимать в вере и в Боге? – нахмурилась Диана.

– Уж точно побольше вашего! – ответила холодно Маша.

На этой ноте дети закончили подходить к Лизе. Они все вернулись на свои места, и она продолжила свою речь:

– Я очень рада, что вы пришли сюда сегодня. Мне очень приятно. Правда. Я даже, признаться, не рассчитывала на такое количество человек. Если вы здесь, значит, вы верите или хотите верить в Господа Бога и Его чудеса. Мы будем собираться здесь и беседовать с вами на разные темы. Мы будем молиться Господу, чтобы Он услышал нас. Чтобы Он помог нам найти путь к свету из этого мрака. Давайте еще помолимся?

И Лиза вместе с остальными ребятами начала повторять «Отче наш».

Дима и Маша, чтобы не мешать им, решили выйти из столовой и тем более вывести из нее Диану и Влада. Четверо оказались в парадном холле.

– Это слепая вера, – только произнес Влад, – их никто не слышит. Нет там никого. Если человек умирает, то он умирает. Вот и все.

– Мы этого не знаем, – ответил ему Дима, – мы ничего не знаем наверняка.

– Тогда какого черта она там лапшу на уши вешает?! – возмутилась Диана.

– Им от этого спокойнее, – ответила тут же Маша, – если они находят утешение в молитвах и в вере, то пусть так будет. Нам сейчас всем нужно во что-то верить.

Влад покачал головой.

– Не верить нам надо, а выживать. Самое время смириться с реальностью и подумать о важных вещах. Еда у нас не бесконечна. Посмотрим, как вам поможет ваша вера, когда она закончится.

Маша готова признать, что его слова на нее подействовали. Ее будто окатили ледяной водой!

Влад нагло фыркнул, обнял Диану. Его рука опустилась по ее талии так низко, что почти касалась ее ягодиц. И двое не спеша направились вверх по лестнице.

– Придурки, – бросил в пол Дима.

– Но он в чем-то прав, – обеспокоенно посмотрела Маша на друга, – еда у нас когда-нибудь закончится. Никто не знает, сколько продлится эта гроза. Мы можем только растягивать продукты. У нас нет возможности рассчитать их на какой-то конкретный срок. Об этом нам надо подумать.

– И не забывать о поисках информации!

– Ты прав. Давай еще раз проверим библиотеку? Мне все кажется, что мы упускаем что-то очевидное и простое. Я чувствую, что все это можно как-то элементарно объяснить!

Диме хотелось в это верить. Но сердце и здравый смысл сошлись в одном мнении: «Все не так просто, как они думают».

* * *

Катя сложила свою сухую одежду стопочкой и убрала в железных шкафчик. Это была простая раздевалка, которая есть в любом спортивном корпусе с бассейном. Небольшой коридорчик. С левой стороны – железные или деревянные шкафчики для вещей. С правой – несколько скамеек и проход в душевые комнаты, за которыми будет вход в зал с бассейном.

Катя стояла в раздевалке одна. Только что она надела свой темно-синий купальник, который подчеркнул каждый стройный изгиб ее молодого тела. Кроме купальника Катя надела резиновую шапочку, убрав под нее все волосы.

Она посмотрела на себя в зеркало, что висело на стене напротив. Катя убедилась, что купальник хорошо сидит на ней, прикрывая все интимные места. Девочка очень волновалась, что ее грудь будет сильно выделяться. Но все обошлось.

Катя никогда не считала себя красоткой. И сейчас она не позволила себе снять свои очки в розовой оправе, которые так не сочетались с синим купальником.

Там, у бассейна, ее уже ждет Гриша. Утром он сам предложил ей сходить в бассейн и искупаться. Он заранее предупредил, что они будут только вдвоем. Об этом Гриша позаботился. Два часа бассейн в их распоряжении.

Катя каждую встречу с Гришой рассматривала, как свидание. Он нравился ей, и она не хотела все испортить. Ей хотелось понравиться ему. Кате было очень приятно, что кто-то оценил ее, как девушку, а не как глупую, пугливую и вечно опаздывающую дурочку.

Собравшись с духом, Катя вспомнила, как помогла Кристине вчера. Это придало ей уверенности и сил. Конечно, Кристину спасла не она, а Маша, и все же ее помощь в той непростой ситуации заставляла Катю чувствовать себя нужной и смелой.

Она прошла через душевые, покрытые плиткой цвета морской волны, и вышла в зал с бассейном, где ощутила знакомый запах хлорки.

Катя увидела, как Гриша сидел к ней спиной, опустив ноги в воду. Рыжий кудрявый мальчик надел только плавки. Катя замерла, увидев его обнаженную спину. Хочется ли ей обнять его сейчас? Да, наверное, хочется. Но позволить себе такое поведение она не может.

Гриша, как молодой человек, был ей очень приятен, как внешним видом, так и характером. Если бы пришлось выбирать, то она бы точно остановила свой выбор на нем.

Гриша, услышав шаги за спиной, обернулся и посмотрел на нее. Его взгляд пригвоздил Катю к полу и пережал все дыхательные пути. Она заметила, как его взор прошелся по ее телу с ног до головы. Потом его губы растянулись в теплой улыбке, и она наконец услышала его звонкий и приятный голос:

– Ого! Тебе очень идет этот купальник. Ты классно в нем смотришься.

Катю, если не осчастливил, то вполне удовлетворил такой комплимент. Впрочем, сравнивать ей не приходилось. Для нее все комплименты хороши.

Почувствовав уверенность в себе после его слов, она подошла к нему и села рядом.

– Вода приятная. Не теплая и не холодная. Мне нравится.

– Да, мне тоже, – ответил Гриша и посмотрел в сторону трех вышек, с которых прыгают.

– Думаешь прыгнуть?

– Ага, всегда хотел. С самой высокой!

Катя уже обрадовалась, что это был бассейн детского лагеря, а потому трамплины не располагались слишком высоко.

– Эта три метра, кажется!

Катя очень надеялась, что не три…

– А ты умеешь? – спросила она.

Гриша встал в полный рост, взглянул на нее сверху и усмехнулся:

– Сейчас проверим!

– Может, сначала потренируешься с самой низкой?

– Это же скучно!

И Гриша уже побежал к одной самому высокому трамплину.

– Ты уверен в этом?! – она сильно забеспокоилась.

– Еще бы! – крикнул он в ответ.

Катя поняла, что не в ее силах его остановить. Она спустилась по ступенькам в воду. Температура воды оказалась приятной, и Катя с удовольствием проплыла к середине бассейна.

Гриша тем временем уже забрался на самый высокий трамплин и встал на его край.

– Я всегда хотел это попробовать! – сообщил он ей.

Она сильно нервничала и даже не знала, что говорить. А если бы что и сказала, то Гриша все равно бы не услышал, ведь его ноги оторвались от трамплина, он на мгновение пролетел по воздуху, а потом, вытянув руки перед собой, опустился под воду.

Катя поплыла в его сторону. Она видела, как Гриша плыл под водой к ней. И через пару мгновений вынырнул у нее перед носом.

– Просто фантастика! – воскликнул он радостно.

Катя была рада, что все обошлось.

– У тебя хорошо получается! – она решила его поддержать.

– А ты хочешь попробовать?

– Я? Не знаю… думаю, это страшно…

– А мы не будем прыгать с самой высокой! Что скажешь?

Хотела ли Катя показать свою смелость? Да. Была ли у нее эта смелость? Она сомневалась.

– Если не хочешь, то мы можем просто поплавать, – предложил Гриша альтернативный вариант.

– Нет, я хочу попробовать…

Катя даже не успела понять, что заставило ее это сказать.

– Тогда пойдем!

Двое выбрались из бассейна, забыв напрочь о лестнице. Гриша подал Кате руку, чтобы она вылезла из воды.

Мальчик не отпускал ее, пока они шли к трамплину.

– С самого низкого? – спросил он.

– Давай со среднего!

И снова бравада главная в ее голове!

– Уверена?

Катя остановилась, чтобы подумать. Ей нужно спрыгнуть со среднего трамплина. Это полтора или два метра – точно она не могла сказать. Учитывая, что она никогда в жизни не прыгала…

– Да, я хочу этого.

Гриша не стал ее отговаривать. Они прошли к трамплину, и Катя сняла свои очки, оставив их на полу. Двое забрались на трамплин. Катя шла впереди, а Гриша держал ее за руки, которые она расставила в разные стороны, и двигался следом.

Катя поймала себя на том, что ей приятно чувствовать прикосновение его рук. А потом она оказалась на самом краю трамплина.

«Точно два метра! Никаких полтора!» – запаниковала она.

– Как будешь прыгать? – спросили ее.

Об этом Катя даже не подумала.

– Я, наверное, зажму нос…

– Хочешь просто прыгнуть? Как бы «солдатиком»?

– Наверное…

– Глубина вполне позволяет, ноги лучше согни. А еще лучше попробовать «бомбочку». Так будет безопаснее.

– Мне нужно обнять одной рукой колени, а другой закрыть нос?

– Если сможешь.

Катя замерла на краю трамплина. Она готова поклясться, что ничего рисковее и опаснее этого в жизни никогда не делала! Никогда она так близко не чувствовала опасность.

Даже гроза на улице показалась ей глупостью перед этой головокружительной высотой.

Она долго не решалась.

– Если не хочешь, то не надо…

И на этих словах Катя резко развернулась к нему и врезалась лицом Грише в грудь. Она замерла, почувствовав тепло его тела.

Ощутив неловкость, Катя убрала руки от его торса, за который машинально обняла Гришу, чтобы не упасть, а потом развернулась к нему спиной. Катя почувствовала, как его ладони касались ее талии. Он следил, чтобы она не упала.

– Я сделаю это, – заявила Катя.

Еще никогда в жизни она не была так близко к мальчику! И тем более к тому, кто ей очень нравился.

– Тогда удачи, – шепнул он на ухо.

И Катя сделала шаг в пустоту.

Она быстро закрыла нос. Мир перевернулся с ног на голову.

В следующее мгновение она уже оказалась в прохладной воде. Открыв глаза, она увидела пузырьки – Гриша тоже нырнул. Катя зашевелила руками и одной рукой, выплывая на поверхность.

Вынырнув, она разжала нос и глубоко вздохнула. Мир немного размазывался перед ней.

– У-у! Ты просто молодец!

Гриша уже плыл к ней с ее очками в руках.

Он стремительно приблизился к ней. Катя чувствовала Гришу рядом с собой.

– Я надену, – сказал он.

Катя позволила ему надеть на себя очки. Она ощущала, как кончики его пальцев касались ее ушей и щек. Он был слишком рядом.

– Вот так, – добавил Гриша, – теперь порядок. Ты справилась.

– Не без твоей помощи, – ответила она.

Гриша усмехнулся и поправил свои рыжие кудри.

– Будем плавать? – предложил он.

– Да, давай, – кивнула Катя.

И двое принялись плавать рядом друг с другом из одной стороны бассейна в другую.

Катя поняла для себя, что не хочет никогда расставаться с этим человеком. Ей буквально хотелось забрать Гришу к себе домой и не отпускать. Ей показалось, что он – тот, кто ей нужен. Спутник по жизни. Всем же нужен спутник по жизни?

И этот рыжий мальчик станет ее спутником. Она сделает для этого все, что будет в ее силах.

– Гриша, – вырвалось у нее.

– Да? – спросил он.

– Мне… нравится то, что мы делаем…

– Правда?

Катя почувствовала, что ее фраза прозвучала как-то глупо и неправильно. Она испугалась, что Гриша совсем не поймет то, что она имеет в виду.

Но он все понял. Она это поняла по его ответу:

– Мне тоже это нравится.

* * *

Они давно привыкли к дроби капель по окну. И уже не считали дни, проведенные взаперти.

Все это потеряло смысл.

На каком-то подсознательном уровне они чувствовали, что не могут сделать слишком много, как им казалось прежде.

Это ловушка.

А жертва в ловушке мало может сделать.

Мышь, попав в клетку, только мечется из стороны в сторону. То же самое происходило и с ними.

Они – мыши в клетке. И ничего не могут поделать, кроме как бесцельно метаться из стороны в сторону…

Глупо и бессмысленно.

Об этом думали они оба, Дима и Маша, прижавшись плечом к плечу. Они сидели на ее кровати в ее комнате, укрывшись одеялом, потому что стало холодно.

Они грелись. Грелись друг другом.

В какой-то момент Маша опустила голову ему на плечо и почувствовала какое-то спокойствие и умиротворение в своей душе. Эта комната принадлежала им двоим, пока Катя проводит с Гришой время в бассейне.

– Мне нравится быть с тобой рядом, – ее мысли снова обрели голос.

– Мне тоже, – ответил он спокойно.

И ей стало еще легче. И еще спокойнее.

Маша чувствовала, как этот человек принимал ее всю, целиком и полностью.

– Помнишь, как мы сидели в зарослях поляники? – вспомнила она.

– Да, было очень круто. Мы тогда здорово ее объелись.

– Ага, так много, что даже обед в рот не лез. Все собрали!

– Какие мы с тобой ягодные браконьеры! Ничего не оставили младшим.

– Обойдутся!

И двое весело посмеялись.

– Малина в этом году появилась слишком рано, – задумалась Маша, – тебе не кажется?

– На Ежевичном озере все августовские ягоды появляются слишком рано. Поэтому мне всегда казалось это место волшебным, зачарованным.

Маша подвинулась к нему ближе и жестом попросила его взять свои руки в его. Дима все понял и грел ее пальцы в своих ладонях.

– А здесь все по-старому, – продолжила она, – те же стены, та же кухня и комнаты.

– И столы в столовой… помнишь, как мы всегда воображали, что это Большой Зал Хогвартса?

– Да. Столов всегда четыре, как и факультетов. Мы же на Гриффиндоре?

– Если так, то Влад и Диана на Слизерине.

– Точно!

Маша задумалась о том, что их плен размыл все границы между ними. Она очень сомневалась, что в той жизни, где каждый день развлекаются в «Лосенке», она смогла бы позволить себе так сидеть в обнимку рядом с Димой.

– Как думаешь, они уже… – почему-то эта мысль пришла ей в голову.

– Занимались сексом?

– Ой, прости, не надо было об этом!..

– Я думаю, что они близки к этому. Возможно, еще ничего не делали такого, а просто выделываются.

– Ты же сам видел, как Влад ее постоянно за попу держит! Мерзко как-то…

– Тебе бы так не хотелось?

Она пораженно взглянула на него.

– Нет! Я считаю, что это унижает женское достоинство. Как будто она… его вещь! И зачем мы об этом заговорили?

– Давай сменим тему.

Но Дима лишь изменил вектор этого разговора.

– А как молодой человек должен обращаться с девушкой по-твоему?

Маша поймала себя на том, что сама не может ответить на этот вопрос. Но ей удалось выкрутиться из ситуации:

– Думаю, как ты это делаешь.

Ее слова сделали ему очень приятно. И Маша, почувствовав это, решила прижаться к нему еще ближе.

Она почти согрелась.

– А я и сам часто не понимаю, что я делаю, – задумался Дима.

– Так и должно быть. Значит, ты все делаешь правильно.

– Правда?

– Хотела бы я ответить «поверь моему опыту», но не стану!

И Маша звонко посмеялась своей шуткой. Хорошо, что Дима сообразил, что это была непременно шутка.

Они закончили смеяться, и снова повисла неловкая пауза. Дима взял на себя ответственность за ее нарушение.

– Маша, скажи…

Она ждала.

– Когда все закончится, ты бы…

Маша приподнялась, взглянула на него, заметив жуткую растерянность. Тогда она сама закончила за него:

– Нам не обязательно ждать, когда это закончится. Мы можем позволить начать все сейчас.

– Ты бы этого хотела?

Она ответила нежным поцелуем.

– Вот мой ответ.

Глава 12. Дьявол внутри

Не предавайся греху, и не будь безумен: зачем тебе умирать не в свое время?

Экклезиаст 7:17

– Отче наш, Иже еси на небесах! Да святится имя Твое, да приидет Царствие Твое, да будет воля Твоя, яко на небеси и на земли. Хлеб наш насущный даждь нам днесь; и остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим; и не введи нас во искушение, но избави нас от лукавого.

Лиза осмотрела ребят, которые собрались сегодня в столовой для беседы с ней. Она нежно улыбнулась Леше, сидящему на последнем ряду. Именно он предложил ей эту идею.

– Спасибо, что пришли сегодня, – обратилась Лиза к ребятам, – это очень важно, что все мы здесь, чтобы поддержать друг друга и поговорить. Сегодня мне бы хотелось затронуть очень важную для всех нас тему. Давайте поговорим о взаимопомощи? Кто-то придерживается позиции «каждый сам за себя». Такой человек уверен, что все в своей жизни он непременно должен делать сам. Он желает самостоятельно добиться всех вершин. И не просит помощи у близких, родных или друзей. Делает ли это его решительным и смелым? Возможно. Делает ли это его одиноким? Если он всего добивается сам, то у него могут быть друзья. Почему нет? Он не одинок. Проблема не в том, одинок он или нет. Проблема в том, что он будет делать, если в какой-то момент этот человек поймет: «без помощи мне не справиться». Сможет ли он попросить о помощи?

Лиза прижала распятие к себе и помолилась:

– Боже, милостив буде мне грешному.

Дети повторили и перекрестились.

– В той ситуации, в которой мы все оказались, не стоит полагаться только на себя и на свои силы. Возможно, где-то в обычной жизни самостоятельное поведение заслуживает определенного восхищения и похвалы. Сейчас же все совсем не так. Я призываю вас отбросить все стеснения и страхи прочь. Если вам что-то нужно, если вы в чем-то нуждаетесь, если у вас есть какие-то проблемы, которые вы не можете решить сами, попросите. Это нужно сделать. Это важно для вас, для того, кто вам поможет, и для всех остальных. Не бойтесь показаться слабыми, пугливыми, глупыми или нерешительными. В этих стенах нет этих понятий. Если вам нужна помощь, попросите. И если к вам обратились за помощью, не откажите. Давайте уважать друг друга. Давайте поддерживать друг друга. Давайте вместе будем справляться с проблемами каждого. Ведь чужая проблема в любой момент может стать вашей. У нас нет «не моих» проблем. Проблема каждого из вас – общая для всех. Мы – единый организм. Единая система. Как часы. Каждый из вас – шестеренка в отлаженном механизме. И каждая шестеренка толкает другую, помогая ей двигаться. И все они взаимосвязаны друг с другом. Давайте станем шестеренками в часах! Только так мы выполним свою миссию. Только так мы спасемся. Помолимся?

И Лиза прочитала молитву «Святому Духу». Все перекрестились, и она продолжила:

– Но важно не только быть просто шестеренками. Я повторюсь. Позвольте, мне вам показать кое-что.

Лиза достала приготовленный пакетик, в котором лежали шестеренки и детали от часов, которые она сломала.

– Это тоже шестеренки!

И Лиза высыпала их себе в ноги. Железки звонко зазвенели.

– Разве не так?

Дети с изумлением наблюдали за тем, что делает Лиза. Они не ожидали, что она вывалит груду железок на пол!

– Мы хотим стать шестеренками. Но что с ними не так? Кто скажет? В чем проблема?

В столовой повисла тишина. Ребята стали переглядываться, шептаться и пожимать плечами.

– Почему часы не работают? – еще раз спросила Лиза. – Я же собрала шестеренки вместе!

Лиза наклонилась и взяла груду железок в ладони.

– Вот они! Все рядом! Почему часы не работают?

И кто-то ответил с заднего ряда:

– Они вместе, но не…

Лиза обратила взгляд на маленького мальчика. Как она помнила, его звали Игорек.

– Они не связаны! – подобрал слова мальчик.

Лиза улыбнулась ему и кивнула.

– Совершенно верно! Отлично! – обрадовала она ответчика. – Шестеренки не связаны, а потому часы не работают! Не достаточно быть просто вместе. Да, это важно. Мы уже говорили о том, что нужно держаться вместе. Но, как вы сейчас могли наблюдать, этого недостаточно! Нужно быть связанными друг с другом. Мы должны стать одним целым. Одним единым механизмом. Мы – шестеренки – должны превратиться в часы. Понимаете, что я имею в виду?

Все важно закивали. Возможно, кивнули даже те, кто не понял метафору с часами и шестеренками.

– Именно поэтому важно помогать друг другу и поддерживать. Делая это, мы, как шестеренки, будем толкать друг друга, заставляя двигаться дальше. В этом и заключается принцип работы часов. В этом и заключается принцип выживания. Наша взаимовыручка станет нашим спасением. Никто не должен оставаться один. За эти дни… которые мы не можем сосчитать, мы все стали здесь одной семьей, не так ли? А в семье люди помогают и поддерживают друг друга. И если вы оставили кого-то из нашей большой семьи одного с его бедой… знайте: когда-то и вы можете остаться один со своей бедой. И не стоит оценивать вес проблемы. У меня серьезнее, а у него – мелочь! Каждая проблема важна в равноценном значении. Каждая проблема большая. И она требует решения. Давайте помогать друг другу. Именно к этому я вас сегодня призываю.

Задумчивое молчание означало согласие с ее словами.

– Помолимся, друзья? Давайте попросим Матерь Божью, чтобы Она помогла нам с нашей бедой. Я думаю, что Она не откажется стать шестеренкой в наших часах!

Дети заулыбались. Сделав Матерь Божью в каком-то смысле равной себе самим, своей шестеренкой, они почувствовали Ее поддержку.

Лиза начала читать молитву:

– Богородице Дево, радуйся, Благодатная Марие, Господь с Тобою, Благословенна Ты в женах и…

Ей не удалось закончить, ведь на этой ноте в столовую ворвались двое. Это были Денис – невысокий паренек с русой челкой, закрывающей глаза, из отряда «Червячки» – и Аркадий – бледный мальчуган из «Крутых бобров».

С шумом и грохотом двое ребят прервали речь Лизы и быстро заголосили:

– Нам нужна помощь! Прошу! Помогите! – кричал Денис.

Лиза быстро взглянула на Лешу. Тот резко встал и направился к ней.

– Что случилось? – обеспокоенно спросила Лиза.

Двое переглянулись, переводя сбитое дыхание, и Аркадий ответил:

– Женя сошел с ума!

Лиза не поняла (и не желала понимать), что это значит. Но медлить никто не стал. Она и Леша вынужденно оставили всех в столовой, прервали встречу с ребятами и побежали за Денисом и Аркадием.

– Отведите нас к нему! Сейчас мы во всем разберемся!

Не теряя ни секунды, четверо выбежали из столовой, мигом пересекли парадную лестницу, поднялись на второй этаж и добежали до нужной комнаты.

Никто ничего не говорил, чтобы не замедлять темп бега. Лучше во всем разобраться на месте.

Денис вырвался вперед, быстро открыл дверь комнаты, и все забежали внутрь.

Это была комната с тремя кроватями. Третья стояла у окна. В углу на полу, прижавшись к стене, придвинув колени к животу и закрыв уши руками, сидел, раскачиваясь, темненький полноватый мальчишка. Весь бледный, он истекал потом. Глаза его были широко раскрыты и смотрели куда-то в пустоту.

Никто не мог понять, что за напасть с ним стряслась. Денис и Аркадий не могли ничего объяснить.

Леше стало вовсе не по себе от зрелища таких жуткий страданий. Лизе пришлось взять ситуацию в свои руки.

– Давно это продолжается?

Она подбежала к Жене и села напротив него.

– Точно не знаем, – ответил Денис.

Двое покачали головами.

– Мы ушли в туалет минут на пять. Оставили его. Когда вернулись, он стал визжать и что-то бормотать, – пытался объяснить Аркадий.

– Да, и мы тут же поспешили к вам! – закончил Денис.

Лизе пришлось собраться и действовать. Она взяла трясущегося Женю за холодные руки и сделала попытку убрать их от ушей.

– Женя, – обратилась она к нему, – послушай меня. Расскажи мне все. Что с тобой случилось?

Мальчик в ужасе взглянул на Лизу. Кажется, он даже не мог позволить себе моргнуть.

– Мы все здесь. Рядом с тобой. Мы поможем тебе. Но ты должен все нам рассказать. Что произошло?

Женя сглотнул и принялся судорожно дышать. Из его глаз покатились крупные слезы.

– Я… слышу… их… – смог выговорить он сквозь сжатые зубы.

И весь затрясся, будто от холода.

Денис и Аркадий в ужасе переглянулись.

– Кого ты слышишь, Женя? – спросила спокойно Лиза.

– Голоса, – его ответ.

Ее будто окатили ледяной водой. Лиза совершенно не представляла, что делать в подобной ситуации. Она посмотрела на Лешу в поисках какого-то спасения.

Но тот только стоял у двери, не силах даже придумать что-то стоящее. Что они могли сделать?

– Они говорят… со мной…

– Сколько их?

– Много… очень много… это мужчины, женщины, старики и дети. Они перебивают друг друга… они приказывают… они… угрожают!

– Что они тебе говорят, Женя? Как они тебе угрожают?

Женя еще раз сглотнул и отвел взгляд в сторону, будто прислушивался…

– Они хотят отрезать мне пальцы…

Лиза с трудом сдерживалась, держа себя в руках. Она хотела ему помочь, но не могла ничего сделать.

– За что, Женя? Что они требуют взамен?

– Они говорят… «Приведи к нам лося»… Вот, что они говорят…

– Лося? Ты уверен?

Женя энергично закивал.

– А еще… они смеются. Смеются и говорят, что все мы – идиоты. Они знают. Знают, что случится…

– «Случится»?

Женя заревел. Он больше не мог сдерживать слезы.

Лиза поспешила обнять мальчика и прижать к себе, чтобы успокоить.

Она хотела сказать, чтобы он не слушал голоса, но вовремя поняла, как это глупо. Если у Жени развилась шизофрения, то…

У них нет нужных лекарств. Если только снотворные…

– Тише-тише… мы с тобой… твои друзья тебя не оставят, правда, мальчики?

Денис и Аркадий бодро кивнули.

Женя судорожно всхлипывал, борясь с плачем.

– Они знают, что будет в конце… – Женя прошептал это так, что слышала это лишь Лиза.

Она вся застыла, не в силах пошевелиться или что-то ответь – так сильно ее сковал шепот Жени.

– Они говорят только одно… только одно…

Она чувствовала его теплое дыхание на своем ухе и шее. Женя прижался к ней ближе и тихо прошептал:

– Вы все умрете.

* * *

Лена и Андрей вышли из зала с бассейном в комнату с душевыми отсеками. Двое решили отмыться от хлорной воды. Они встали под шумные и горячие струи. От пола даже пошел пар, заполняя комнату.

Лена одета в черный купальник. Девушка сняла свои очки, отложила их в сторону и расправила пучок волос, чтобы помыть их. Андрей был только в синих плавках.

– Андрей, – она обратилась к нему.

– Да, Лена?

Она взглянула на него, наблюдая, как мальчик натирает мылом свое тело. Ей это понравилось.

– Она тебе все еще нравится?

Андрей замер и настороженно взглянул на Лену.

– Ты о ком? – осторожно спросил он.

– Сам знаешь, – закатила она глаза и встала под душ.

Он смотрел, как вода струится по тонким изгибам ее тела.

– О Лизе? – догадался Андрей.

– Угу…

– Нет! Точно нет! Даже не думай об этом!

– Но симпатия была. Я права?

– Не знаю…

– Будь честен со мной!

Лена потребовала это слишком строго и жестко. Она как раз мыла волосы, отбросив их за спину и смотрела на Андрея.

Тот тупо стоял с куском мыла в руке и смотрел куда-то в пол.

– Возможно, что-то мне в ней нравилось, пока она не превратилась в «миссис Кармоди».

Лена едко усмехнулась.

Она поняла, что речь шла о героине из повести «Туман» Стивена Кинга.

– Но теперь она мне совсем не нравится, – поспешил добавить Андрей, – абсолютно!

– Я рада, что ты не хочешь ее трахать. Это важно для меня.

Андрей хотел что-то сказать, но слова не шли на ум. Он искоса посматривал на Лену, продолжая натирать себя мылом, и «силой мысли» контролировал свою эрекцию.

– Ты хочешь быть со мной? – спросила Лена прямо.

– Да… хочу!

Она вышла из-под душа и подошла к нему со спины. Девушка обняла его, заведя руки ему подмышки и, упершись ладонями ему в грудь, прижала к себе.

Андрей почувствовал, как его ягодицы соприкоснулись с телом Лены.

– Это правильно, – ответила она, – потому что ты мой… и я не позволю тебе уйти от меня. Надеюсь, ты этого не хочешь.

– Я не хочу уходить, – ответил он, – мне нужна только ты.

Она провела пальцами по его телу, нежно поцеловала в шею, а потом натянула его плавки. Когда она их отпустила, резинка громко шлепнула по ягодицам Андрея.

– Мойся скорее! – посмеялась Лена. – Нам еще вытираться!

И она взяла свои очки и вышла в раздевалку. Андрей провожал ее взглядом.

Его не могла не впечатлить эта настойчивость и решительность Лены. Ее поведение его возбуждало. И он ничего не мог с собой поделать.

Ему пришлось стоять под душем до тех пор, пока эрекция не прошла.

* * *

Катя и Гриша спускались по парадной лестнице, беззаботно болтая. Они решили перекусить, чтобы потом не идти на обед. В холле никого не оказалось, и они надеялись на такую же пустоту на кухне.

Но вдруг они услышали громкие стоны и плачь.

– Что это? – замер Гриша.

Катя точно не знала.

Двое спешно спустились по лестнице и увидели девочку, которая сидела у двери подсобки с инструментами, прижавшись к стене. Ее глаза уже были сухие от слез.

– Я ее знаю! – воскликнула Катя. – Это Ася из отряда «Медузы-карапузы»!

Ася – стройная бледная девушка с длинными светлыми волосами. Лицо ее покрывали юношеские прыщики. Одета она в милое желтое платье по колено и без рукавов.

Упираясь руками в пол, она истошно кричала:

– Я их вижу! Я вижу их!

Она ныла и ревела, но слез уже не хватало.

– Я не хочу к ним! Я не хочу, чтобы они меня забрали!

Гриша и Катя поспешили на помощь Асе. Они быстро подбежали и присели рядом. Каждый взял по одной ее руке в свою.

– Ася! Ася, ты меня слышишь? – обратилась Катя к ней. – Кого ты увидела? Куда тебя не должны забрать?

Ася судорожно переводила взгляд с Кати на Гришу, быстро мотая головой. В итоге она уставилась куда-то вперед, вырвала правую руку у Гриши и вытянула ее.

– Они здесь! Они стоят прямо там! Они ждут меня! А я не хочу!

Катя и Гриша прекрасно понимали, что кроме их троих в холле никого больше нет.

Галлюцинации.

– Кого ты видишь? – спросил настойчиво Гриша. – Кто они?

– Они такие страшные! У них красные тонкие тела, акульи зубы, черные острые рога и длинные когти…

– О ком она? – спросил Гриша у Кати.

Но она не знала, каких чудовищ описывает Ася, и пожала плечами.

– О ком ты говоришь, Ася?! – спросила у нее Катя.

Девочка сглотнула и всхлипнула.

– О дьяволе… – ответила она.

У Кати затряслись плечи. От такого ответа ей стало не по себе.

– Это Сатана… и черти… демоны… дьявол! Я вижу их они! Они стоят… там… и ждут! Они ждут, когда я пойду с ними в Ад… потому что я…

И Ася истошно и громко закричала во весь голос:

– Грешница! Грешница! Грешница! Грешница! Грешница!

Гриша и Катя пытались успокоить Асю, но у них это не выходило. Девушка дергалась, вырываясь из их хваток. Она ревела и кричала.

– Меня изнасилует Сатана! Я стану его шлюхой! Я рожу ему сына! Они выбрали меня! Выбрали, и я должна пойти с ними!

– Что будем делать? – Гриша с трудом держал Асю.

– Нужно позвать Лизу! – придумала Катя. – Она точно знает, что делать в таких случаях…

– Думаешь, потребуется экзорцист?

Но Катя не ответила.

Внезапно Ася резко расслабилась. Она больше не сопротивлялась, не ревела и не дергалась. Девочка глупо смотрела в пустоту, а по ее губе стекала слюна.

Катя вытерла слюну своим пальцем.

– Он вошел… – произнесла Ася.

– Кто вошел? – не понял Гриша. – И… куда?..

– Дьявол.

– Где он? – спросила Катя.

Ася взглянула на нее, и ее губы растянулись в жуткой и неприятной улыбке. Девочка положила ладонь себе на живот и ответила:

– Он внутри меня.

И раздался неистовый демонический хохот, подобный лошадиному ржанию.

* * *

– Тебе что-нибудь удалось найти? – спросил Дима, вернув книгу о призраках на полку.

– Пока читаю про параллельные миры, – ответила Маша.

Он нашел ее сидящую на стуле с книгой. Маша выглядела крайне сосредоточенной.

– И что там пишут? – поинтересовался мальчик. – Это ведь одна из версий того, что с нами случилось, верно? Параллельная или альтернативная Вселенная? Или реальность?

– Да, я еще не сбрасывала этот вариант со щитов.

Маша опустила книгу себе на колени и взглянула на друга.

– Вот ты знал, что порталы в другие миры могут открываться ночью под водой? – обратилась она к нему.

Этого Дима никак не ожидал.

– Ого! Не знал… Думаешь, мы все пошли купаться ночью в Ежевичное озеро, потому попали сюда и забыли об этом?

– Сомневаюсь, что всем детям лагеря удалось бы ночью пройти к Ежевичному озеру, минуя стражу в лице Екатерины Николаевны и отряда «VIP».

– Хах! Умно. Было бы проще, если речь шла о небольшой группе ребят.

– Ты прав. Сорок детей… это слишком!

Маша захлопнула книгу и отложила ее в сторону. Почувствовав усталость, она уперлась локтями в колени и закрыла лицо руками. Ее клонило в сон.

– Ты слышал, что Женя начал слышать голоса, а Ася стала какой-то… бесноватой что ли? – обратилась она к нему.

– Да, слышал, – ответил Дима, – все начинают сходить с ума от этих стен.

– Это точно! Лизе пришлось запастись снотворными, чтобы усыпить обоих. Может, это поможет им успокоиться? Кто знает? Кристина проглотила не все лекарства. У нее много антидепрессантов и седативных. Представляешь?

– И эти таблетки не помогли ей справиться с желанием убить себя, – печально подметил Дима.

Машу сильно вымотали поиски ответов. Каждый раз ей казалось, что они что-то упускают. Нечто простое, что может все объяснить.

Где они?

Как оказались здесь?

На долго ли?

И зачем?

– Мне страшно, Дим, – призналась она.

Он подошел к ней, присел рядом и взял ее ладони в свои руки.

– Я с тобой.

– Мне страшно не из-за грозы. Я не боюсь того места, где мы оказались. Больше всего я переживаю за ребят. Ты же сам видишь, что начинает твориться! Все в панике. Они сильно боятся, и этот страх ломает их психику. Уже сейчас они начали вытворять жуткие вещи. И мы ничего не можем поделать с теми, кто «сошел с ума». Я боюсь, как бы все здесь не потеряли рассудок!

– Этого не случится. Глупости! Если будем дальше помогать друг другу, то все образуется.

– Как же мне хочется быть таким же оптимистом, как и ты…

Дима же о своем «оптимизме» думал иначе. Как бы не спутать оптимизм с наивностью?

– Ты не задумывалась о том, почему нас до сих пор не затопило? Дождь идет постоянно. Гроза не заканчивается, а уровень воды на улице… как будто не изменяется. Будто ливень – иллюзия какая-то.

Маша поймала себя на мысли, что ни разу не думала об этом.

– Знаешь, а ты прав! С таким ливнем мы уже давно должны были ходить по пояс в воде! Это точно что-то значит! Если бы это был простой дождь, то нас давно затопило… или вода уходит в озеро? Но тогда оно должно выйти из берегов… как это объяснить?

– Пока не знаю. Эта загадка мучает меня давно.

– А мне это даже в голову не приходило!

Дверь в библиотеку резко открылась, и вбежало двое. Это были Оксана и Вероника – худенькая девочка с короткими русыми волосиками, заправленными за торчащие уши. Обе из отряда «Червячки».

Девочки пробежали мимо стеллажей с книгами и встретились взглядом с Машей и Димой.

– Что случилось? – Маша встала на ноги.

– Там… – запыхавшись ответила Оксана, – в туалете для девочек!..

Обе они уже задыхались от слез и рыданий. Не теряя времени на расспросы, Маша и Дима быстро побежали за двумя девочками в туалет в правом крыле на втором этаже.

В холле и в коридорах уже ходили дети. Они собирались идти на обед, который готовил отряд «Клеверята». Пришлось отпугивать всех, чтобы они ушли с дороги и не мешали четверке бежать.

Дима решил, что, если дело серьезное, ему тоже следует зайти в туалет для девочек. Он подумал, что никто не станет возражать в экстренной ситуации.

Оксана и Вероника, первые оказавшиеся внутри, замерли и упали на колени. Ноги их подкосились. Они больше не могли сдерживать слезы.

Маша и Дима, остановились, перевели дыхание и осторожно последовали за ними. Когда двое оказались в ванной комнате, то перед ними открылась жуткая картина.

Под потолком висело тело.

Оно было привязано толстой веревкой к лампе, которая оторвалась от потолка. Веревка трижды была закручена вокруг шеи девочки.

На ней были короткие шортики, которые теперь перемазаны в моче и испражнениях. Выделения стекали по голым белым ногам и капали с ботиночек. На полу, под ее ногами, висящими в воздухе, растекалась лужа рвотных масс и экскрементов.

Ее голова нелепо наклонена вбок. Рот слегка приоткрыт. Изо рта торчал фиолетовый язык. Кожа пепельно-бледная, влажная. Проступил трупный пот.

Еще одна смерть.

Случилось именно то, чего Маша так боялась, с чем она боролась.

– Как ее звали? – спросил Дима.

Оксана и Вероника истошно ревели.

Многие другие ребята уже толпились на пороге у ванной комнаты.

– Верочка… – ответил кто-то.

Мертвая девочка со светлыми короткими волосами, сложенными в прическу «гребешок», повесилась.

Вера умерла.

– Надо ее снять, – только и сказала Маша, – Дима, позови Андрея или Влада – пусть помогут.

Дима уже хотел направиться к выходу, как вдруг через толпу собравшихся детей протолкнулась Лиза.

– Что здесь случилось?!

Лиза, увидев повешенное тело, застыла. Но затем ее лицо приняло безразличное холодное выражение.

– Нужно будет со всеми поговорить, чтобы такого не повторилось, – сообщила Маша Лизе.

Та спокойно кивнула.

Дима ушел, чтобы найти стул или других мальчиков, которые смогут ему помочь.

– Тело нужно будет вынести на улицу, – сказала Лиза, – на второй день появится запах, от которого мы никогда не избавимся. Чем быстрее она покинет здание, тем лучше.

Машу поразила та холодность и равнодушие, с которыми говорила Лиза.

– А ты можешь что-то сделать в ее память? Ну, отпеть или прочитать молитвы. Ее подруги захотят попрощаться. Похороны мы не можем устроить, но что-то… Из религиозных соображений.

– Именно из религиозных соображений я ничего делать не буду.

Машу ответ подруги ошарашил.

– Но почему?! Она же…

Лиза призвала подругу к молчанию простым жестом.

– Просто вынесем ее тело на улицу и забудем об этом инциденте.

Лиза еще раз взглянула на труп.

– Пусть ее запомнят живой. Нельзя допустить, чтобы кто-то еще увидел это.

Она уже хотела развернутся и выгнать всех зевак, как остановилась и обернулась к Маше, сказав:

– Самоубийц не отпевают.

Глава 13. То, о чем не следовало забывать

Для чистых все чисто; а для оскверненных и неверных нет ничего чистого, но осквернены и ум их и совесть

Апостола Павла послание к Титу 1:15

– Жизнь – священный дар, полученный нами от Господа Бога. И грешно нам лишать его себя. Жизнь – то сокровище, которое необходимо беречь, о котором нужно заботиться. Господь сам решает, когда наступит момент, чтобы забрать у нас свой дар. Если же мы отказываемся добровольно от Его благодати… это непростительный поступок.

Лиза осмотрела собравшихся в столовой. Сегодня пришло гораздо больше людей, чем вчера. Она сжимала серебряное распятие и частенько смотрела в сторону своей сестренки Сонечки. Ее присутствие успокаивало Лизу.

– Кто-то из вас может сказать: «Бывает же ситуация, в которой единственный выход – смерть». И вот, что я отвечу. Мне… невероятно трудно даже вообразить такую ситуацию. Я не могу представить себе, что такого должно случиться с человеком, у которого нет иного выбора, кроме как убить себя. Если кто-то считает, что такая ситуация сейчас у нас… это большой самообман. Мы – шестеренки в часах. И мы справляемся. На данный момент не случилось ничего катастрофического. Кроме отчаяния, в котором виноваты мы сами.

Лиза старалась тщательно подбирать слова, но все чаще она чувствовала, что за нее говорят эмоции, а не мысли.

– Все поступки наши идут от мыслей наших. Если помыслы чисты, если сознание лишено грязи, скорби и отчаяния, то и поступки будут соответствующие. Мне бы хотелось привести в пример тех ребят, которые помогают нам выживать здесь. Они готовят еду. Кто-то поет песни. Другие помогают вам и нам в разных непростых ситуациях. Как я уже говорила, у всех нас есть свои проблемы. И эти ребята помогают вам их решать. Как они способны в этих условиях сохранять спокойствие? Поверьте, спокойствия нет. Но нет и отчаяния. А это намного важнее. Отчаяние – самый тяжкий грех. И не стоит нам с вами ему предаваться. Если дьявол искушает нас, если он играет с нами в свои темные игры, то не стоит садиться за один стол с ним и брать в руки карты. Запомните: мы не будем играть по его правилам. У нас есть свои. Дьяволу нас не достать.

Лиза содрогнулась от собственных слов. Она готова признаться себе, что страшится дьявола, если тот существует. Часть ее сознания верила в существование Князя Тьмы.

– Дьявол тащит нас в отчаяние. Он впился в нас своими зубами и клыками, пропитывая наше сознание скорбью. Мы же не должны поддаваться на его провокации. Та девочка поддалась на его уловки. И умерла. Она поддалась самому тяжкому греху и отказалась от священного дара Господа нашего. Чтобы этого не повторилось, я призываю вас помогать друг другу. Теперь вы понимаете, как это важно. Без поддержки друзей человек может быть слаб и беспомощен. Пускай внешне он будет казаться вам сильным и уверенным, непоколебимым и бесстрашным. Но вы сами понимаете, что это не так. В нашем случае точно не так. Те старшие ребята, которые вам помогают, не потому такие смелые, что они взрослые. Нет. В каком-то смысле сейчас мы все равны. Эти ребята кажутся вам смелыми, потому что они есть друг у друга. Помогая друг другу, они помогают самим себе. И это делает их и должно делать всех вас храбрыми перед лицом врага. А кто ваш враг?

Все принялись переглядываться, будто искали ответы в глазах соседа.

– Наш враг – наши с вами темные, скверные помыслы, которые заполняют все наше сознание, не оставляя там ничего доброго и светлого. Нужно прогнать плохие мысли. Долой их! Пусть черти забирают их себе! Пусть они сами варятся в своем котле! А мы обратимся к свету Господа Бога нашего. И пусть Он поможет нам наполнить наши головами светлыми мыслями. Вспомним о надежде. Вспомним с вами о вере. Эти две составляющие… только они помогают держаться нашему судну на плаву. «Лосята» не должны унывать, верно? Ибо уныние – кровный брат отчаяния. Давайте помолимся?

И Лиза прочитала «Отче наш». Ребята повторили молитву и перекрестились. После паузы она взглянула на Сонечку. Сестра ответила ей мягким кивком, и Лиза продолжила:

– Если мы сегодня ведем беседу о ценности наших с вами жизней, об отчаянии и унынии, давайте тогда затронем тему страхов. Я уверена, что для многих она сейчас актуальна, как никогда. Предлагаю во всем разобраться. Что такое страх? Где он зарождается? И кем он правит? Разумеется, если вы внимательно меня слушали, то все в нашей голове. И свой страх мы порождаем сами. Страх – подобие тех же скверных мыслей, которые беспорядочно лезут нам в голову. Мы работаем над тем, чтобы избавиться от них. Мы желаем наполнить наше сознание светлыми и чистыми помыслами. Так вот со страхом нужно бороться так же. Не стоит преувеличивать и сажать страх на трон, как нечто более сильное и могущественное. Это всего лишь определенный вид мысли. Как вирус, который быстро размножается и вызывает болезнь. Так и страх вызывает в нас свои «болезни».

Лиза осмотрела ребят, чьи взгляды были сосредоточены на ней. Ребята буквально смотрели ей рот! Убедившись, что ее внимательно слушают, она продолжила:

– Позвольте мне высказать свою догадку. Какой у нас с вами самый главный страх? Чего мы сейчас все боимся больше всего? Этот страх объединяет всех нас. Он воцарился в этих стенах, когда началась эта треклятая гроза.

Она сделала драматическую паузу и ответила на свои вопросы:

– Это страх смерти.

По столовой прошелся рокот. Видимо, Лиза попала в самое «яблочко».

– Давайте разберемся с предметом нашего страха. Смерть. Что это такое? Чего мы боимся на самом деле? Мы боимся боли, которую можно испытать перед смертью? Но ведь это не сама смерть. Мы боимся того, что ждет нас после смерти? Да, если мы верим в рай и Господа Иисуса Христа, то бояться нечего. После смерти мы окажемся в Его объятиях. Но правды никто не знает. Что в итоге? Мы боимся неизвестности? В чем именно заключается ваш страх смерти? В каком ее аспекте? Ведь, как вы уже поняли смерть – понятие растяжимое. Чтобы справиться со страхом, важна конкретика. Давайте сузим рамки. Давайте поймем для себя, чего в этой смерти мы боимся на самом деле. Если это не боль и не неизвестность за завесой жизни, то… может быть, мы просто не хотим расставаться с самой жизнью? Возможно, что нам дар Божий так нравится, он так приятен, что мы не хотим его лишиться? Это уже намного лучше. Ведь такой «здоровый» страх смерти заставляет нас беречь свою жизнь. Мы не забываем о самосохранении. Мы ценим свою жизнь. Это имеет значение. Как бороться со страхом смерти? Тут все намного проще. Важно принять ее. Не просто подумать об этом, а принять и сердцем, и мыслью, что смерть – явление неизбежное. Никто не живет вечно, верно? Смерть придет к нам, когда наступит время. И тогда, когда это время придет, будет хорошо, если мы встретим ее с благодатными распростертыми объятиями. И отправимся с ней за руку, как равные. Умирать надо достойно. Ведь именно перед лицом смерти откроется вся ценность и суть нашей жизни. Были ли вы сами достойны того, чтобы получить эту жизнь? И достойно ли вы ее прожили? На все эти и многие другие вопросы сложно дать ответ сейчас. Истина откроется под конец.

Лиза почувствовала, что ее слова не сильно помогли ребятам избавиться от волнений. Напряжение в зале только усилилось от таких откровенных и прямых размышлений о смерти.

Тогда она решила изменить тактику.

– Все вы должны понимать, что наше время придет. Но не сейчас. Если вас это успокоит и утешит на время пребывания в этой клетке, то подумайте вот о чем. Отнеситесь к смерти, как к продолжению пути. Пусть она станет для вас дверью в другой мир. В другую комнату. Мы ведь в гостях с вами, верно? Погостили и хватит. Путешествие продолжится. Постарайтесь себе это представить. Если вы не можете сейчас победить свой страх смерти целиком и полностью, приняв неизбежность этого процесса, то попробуйте уменьшить этот страх. Сделать эту проблему менее значительной. Сейчас это не так важно, ведь есть вещи более значительные. Вот и все. Чтобы забыть о своем страхе перед смертью, займитесь тем, что вам будет приятно. Забудьте о нем. Попробуйте. Давайте еще помолимся?

Лиза открыла молитвенник. И вдруг на заднем ряду началась какая-то шумиха.

Она устремила свой взгляд вдаль и увидела Веронику. Лиза уже знала эту девочку. Вероника вскочила со своего места и попятилась назад, широко раскрыв глаза. Она смотрела куда-то в пустоту.

– Нет! Нет! Не хочу! – выкрикивала она.

Леша среагировал быстро. Он встал, подошел к Веронике и спросил:

– Ч-что с то-тобой?

Вероника отмахнулась от мальчика, убежала к стене, оттолкнув от себя деревянный стол, и прижалась к холодной плитке спиной.

– Вероника, я помогу!

Лиза рванулась с места и побежала к ней.

– Это не так просто, как ты говоришь! – кричала Вероника. – Это не так легко, как ты об этом думаешь! Остальные ничего не понимают! Они не понимают, что такое смерть! Это пустота… ничто… полное небытие… конец существования… меня просто не будет! Меня не будет! Я не буду дышать! Я не пойду в магазин… я не обниму мамочку! Я просто не буду делать то, что делала всегда!

– Вероника, успокойся! Не надо так…

Лиза стояла рядом с ней, а Вероника только судорожно махала руками.

– Я хотела вырасти и пойти учиться. Я хотела выйти замуж, родить детей. Потом у меня были бы внуки, а потом… я не проснусь? Лягу спать и не проснусь?! Не увижу мужа и не увижу своих детей! Это все закончится… я больше не буду жить…

Из глаз девочки хлынули слезы. Вся бледная, она размахивала руками.

Вероника опустилась на колени, запрокинула голову и истошно закричала:

– Как мне страшно! Боже мой! Срань Господа! Я не хочу умирать! Я не хочу умирать! Не хочу умирать! Я жить хочу… хочу жить! Мамочка моя! Я не хочу умирать! Я не хочу лежать в гробу! Не хочу, чтобы мои глаза ели червяки! Я хочу бегать… хочу купаться… хочу знакомиться с людьми и узнавать новости… делать карьеру… быть с семьей и не умирать… О, кошмар! На что такой жестокий дар Господа?! Зачем его отнимать?! Подарки не отнимают! Господи… Господи… Господи…

Вероника начала задыхаться. Лиза попыталась ее взять за руки или подойти ближе, но Вероника резко вырвалась и побежала к другой стене столовой, дико вопя:

– Я не хочу умирать! Там же будет темно! Я больше буду ничего чувствовать! Не буду что-то видеть… я даже не помню, что было со мной до родов! Где я была? Окажусь там же?! О, Господи! Почему Бог так жесток с нами? Почему мы должны умереть? Не хочу! Не хочу!

Лиза сразу поняла, что случилось в Вероникой.

«Это паническая атака» – пришла ей мысль в первые минуты.

Все дети оставались на своих местах и просто наблюдали за истерикой Вероники, которая, заливаясь слезами, истошно ревела и ходила по залу из стороны в стороны, размахивая руками.

– Только не это! Не сейчас! Не надо! Прошу! Вообще не надо! Только не в гроб! Только не в землю! Не хочу быть зарыта! Не хочу! Не надо… О, Боже! Как же мне страшно! Как же мне страшно… страшно… не хочу умирать… не хочу…

Лиза понимала, что придется дождаться, когда это состояние пройдет. Она не могла контролировать поведение Вероники, но наблюдать за тем, чтобы та не сделала ничего глупого, могла.

– Я не хочу так кончить! – орала Вероника. – Я не хочу, чтобы это случилось! Черта с два! Почему я не могу остановить это все? Почему я не могу пожить еще? Почему я должна умереть?

Вероника сползла по стенке на пол. Она прижала колени к груди, вытерла слезы на лице и снова закричала:

– Ну, почему я должна умирать?! За что?! За что мне все это?! Не хочу! Как же страшно… О, Господи Боже!.. Как же я не хочу умирать… Я должна жить! Должна жить! Какое же дерьмо!

Заметив, что Вероника немного успокоилась, Лиза осторожно подошла к ней. Девочка пока молчала, но не переставала плакать. Лиза, остановившись прямо перед ней, какое-то время наблюдала за реакцией Вероники.

«Кажется, закончилось» – подумала она.

Лиза села рядом с бедной девушкой и обняла ее, прижав к себе. Вероника уткнулась ей в плечо и заплакала. Лиза не стала ничего говорить, а просто обнимала ее и гладила по голове.

– Прошу… скажи, что будет не больно… просто скажи, что будет не больно… я просто рожусь снова и буду жить дальше… вот и все… – бормотала Вероника, давясь слезами.

Лизе ничего не оставалось, как выполнить ее желание:

– Да, ты просто родишься снова. И будешь опять жить.

* * *

– Вот еще один! – проревел Артурчик.

– Откуда они взялись?! – ужаснулся Борька и стукнул костылем по подоконнику.

– Получилось?

– Убежал гад!

Борька и Артручик находились в своей комнате и наблюдали за тараканом, который «заглянул к ним в гости». При этом уже задержался на второй день.

– Не хватало нам еще тараканов! – взбунтовался Борька. – И так спать страшно! Так еще и эти…

– А они могут в уши заползти? – спросил Артрурчик.

– Не думаю, что это им нужно.

– Вот он!

Таракан с коричневой спинкой полз по стене над кроватью Артурчика. Схватившись покрепче за костыль, Борька начал усиленно хлопать по стене.

Почему с тараканами боролся именно Борька? Артручик их сильно боялся.

– Он прямо над моим одеялом! – взволновался он.

– Ничего с твоим одеялом не будет! – отмахнулся Борька и нанес очередной удар.

И этот удар пришелся прямо по таракану, который теперь выглядел грязным пятном, размазанным по стене.

– О, да! – обрадовался Борька. – Ты это видел?!

– Ага… теперь надо стену мыть…

– У тебя же есть салфетки?

– Да-да… сейчас…

Артручик полез в свой рюкзачок, чтобы найти салфетки.

– А влажные или сухие?

– Давай влажные!

– Они закончились… держи сухие…

Борька не стал даже интересоваться у друга, зачем тот спрашивал про влажные салфетки, если те закончились. Он давно привык к таким «особенностям» Артура.

Мальчик передал Борьке салфетку, тот залез на кровать друга и принялся вытирать стену от противного пятна с раздавленным тараканом.

– Видишь? Ничего страшного не случилось! Мы всех их победили!

– Но откуда они взялись? – не понимал Артур.

Борька закончил вытирать стену, потом слез с кровати и выбросил грязную салфетку в пакет для мусора, который они хранили под кроватью.

– Значит, мы выжили после Апокалипсиса.

– Откуда ты знаешь? – удивился Артурчик.

– А после Конца Света только тараканы и придурки выживают.

Артур осмотрел комнату. Потом он поднял голову вверх и замер от ужаса.

– Ты чего? – озадачился Борька.

Артур пугливо указал пальцем в угол на потолке. Борька поднял взгляд и заметил, как маленький паук соорудил себе паутину.

– Паучков нельзя убивать, – вздохнул Борька, – дождь пойдет…

Артур сам посмотрел на Борьку, как на слабоумного.

– Ах, да… прости… слишком высоко! Надо кого-то позвать.

– Ага…

– Но я спрячу этого паука в банку. Убивать не будем, лады?

– Как знаешь…

Борька уже направился к выходу, но Артур явно не желал оставаться наедине с пауком и поспешил за другом.

– Я с тобой!

– А ты не боись, – обратился к нему Борька, – он же кроха совсем. И ядовитые в этих краях точно не водятся. Это же лагерь «Лосенок» – жопа мира!

Артуру пришлось остаться в комнате. Он забился в угол и следующие минуты до возвращения Борьки глаз не спускал с паучка на потолке, наблюдая за каждым движением членистоногого.

Так он и сидел, слушая раскаты грома за окном.

* * *

Денис пришел навестить близнецов Сашу и Савву, оставив Аркадия наблюдать за состоянием Жени.

– Как там Женек? – спросил Савва, присев на кровать.

– Совсем одурел, – покачал Денис головой, – постоянно что-то бормочет. Представляете, как это страшно?! Он слышит голоса. Они могут комментировать каждое его действие. Какая-то старуха его постоянно материт. Еще там есть проститутка. Она его соблазняет и заставляет раздеваться. Мы с Аркашкей заколебались держать его, чтобы тот опять трусы не снял.

Близнецы мрачно переглянулись.

– А еще мужик какой-то ему угрожает пальцы отрезать. Он хочет, чтобы Женя привел лося сюда.

– Лося? – переспросил Саша. – Это вообще зачем?

– Да кто его знает?! – махнул Денис рукой. – Но там есть и маленькая девочка. Ну, голос ее. Она постоянно шепчет, что все мы умрем. Очень скоро.

– А они не говорят ему, как это случится? – насторожился Сашка.

Денис только покачал головой.

– Короче, страшно на него такого смотреть. Боюсь, как бы самому не сойти с ума!

Трое мальчишек понимали, что ситуация не из легких. За шизофрениками только глаз да глаз нужен.

– Нельзя его одного оставлять, – продолжил рассказывать Денис, – постоянно с Аркашкей меняемся. Даже посрать нормально не сходишь.

– А он как срет? – спросил Савва.

– Как-как! Ходим все втроем. Держим его там. Контролируем. Он то еще вменяемый. Крыша не совсем поехала. Но голоса могут всякое ему сказать. Иногда даже приходиться дверь кабинки открывать, а то он орать чего-то начинает и сам с собой болтает. Совсем дурачком скоро станет…

Близнецы обменялись матерной бранью.

– Можно я тут у вас посижу? А то у сам скоро… того! С «прибабахом» буду!

– Да-да, располагайся, конечно, отдохни, – предложил Сашка, – конфеты будешь? У нас тут осталось немного.

Денис не отказался от кусочка шоколада.

Трое мальчишек спокойно сидели, пока Денис неожиданно не замер. Он уставился куда-то в сторону.

– Ты чего? – встревожился Савва.

Денис не ответил.

Мальчик только схватился за волосы и начал тяжело дышать.

– Эй! Эй! – Сашка потряс Дениса за плечи. – С тобой все нормально? Помощь позвать?

Денис поднял голову и посмотрел на близнецов пустыми вялыми глазами. Он жадно сглотнул, выпустил шоколад из рук, а потом…

Денис свалился со стула и упал на пол.

– Что это с ним?! – обратился Сашка к брату.

Двое близнецов в ужасе наблюдали за другом. И им стало очень страшно, когда… Дениса начало трясти.

Мальчик судорожно дергал руками и ногами. Его тело извивалось. Он постоянно бился головой о пол.

– Твою мать! – взревел Сашка. – Что за дерьмо?!

– Я буду его держать! – скомандовал Савва. – А ты зови помощь! Скорее! Быстро!

Савва мигом схватил подушки и оделяла, стянув их с кроватей. Он решил как-то обложить мягкими предметами Дениса, чьи руки и ноги бились о ножки кроватей и о острые углы тумбочек.

– Живо, идиот! Давай же! – проорал Савва.

Сашка перестал стоять столбом и пулей вырвался из комнаты.

Савва остался один на один с Денисом, которого одолевали судороги всего тела. Мальчику удалось подложить подушку под голову страдальца. Ему также удалось обложить его одеялами. Но тряска конечностей оказалось слишком сильной.

Тогда Савва сел сверху на Дениса и прижал его ноги и руки, не давая им биться об острые предметы. Савва буквально лежал поверх Дениса. Он умудрился наклонить голову Дениса на бок.

Поначалу Савва хотел что-то сунуть ему в рот, но быстро передумав, сообразив, что посторонний предмет во рту может стать причиной сломанных зубов.

Этого ему не хотелось.

Повернув голову на бок, он снизил риск того, что Денис откусит себе язык.

– Скорее же! Скорее! – шептал про себя Савва, будто поторапливал брата.

Савва на время был удовлетворен своей находчивостью. Осуществленные им действия предотвратили травматизм Дениса. Но потом началось нечто, к чему он был не готов.

Сначала Савва ощутил что-то мокрое в области ног. А затем появился и запах.

У Дениса начались непроизвольные акты мочевыделения и дефекации. Испражнения мальчика переполнили его шорты. Выделения стекали по ногам, пачкали одеяла. В итоге Савва оказался весь испачкан в моче и фекалиях.

– Вот дерьмо! Какого черта?! – взревел он. – Проклятье! Сучье дерьмо!

Но Савва не слез с пострадавшего. Он продолжал придерживать руки, ноги и голову Дениса.

А потом тело страдальца все сжалось. Судороги прекратились. Его тело дико тряслось мелкой дрожью, но уже без сгибаний и разгибаний конечностей. Будто все мышцы сковались и сжались.

Савва не понимал, что происходит, но он решил не переставать держать Дениса. А потом тело мальчика выгнулось, и изо рта Дениса вышли желтоватые рвотные массы. Рвота запачкала руки Саввы.

– Твое ж мать! – орал Савва. – Я весь в блевоте!

А потом страшные судороги возобновились с новой силой. Руки и ноги Дениса вновь неистово тряслись.

Моча и выделения Дениса летели во все стороны, пачкая белую футболку Саввы и его короткие спортивные шорты.

Голова Дениса резко долбилась о подушку. Савве пришлось приложить все усилия, чтобы прижать ее.

Мальчик был отчасти рад тому, что его самого не вырвало. Он уже забыл про то, что весь сидел в чужих испражнениях. Сейчас он наплевал на это.

– Где тебя носит?! – взревел Савва в адрес брата.

А тот словно услышал его зов о помощи.

В следующее мгновение на пороге комнаты появилось трое: Сашка, Лиза и Андрей.

– Вот же срань, – рявкнул Андрей.

Трое просто стояли и смотрели, как Савва, весь измазанный в выделениях Дениса, сидел на нем и держал голову и конечности страдальца.

– У него эпилепсия! – догадалась Лиза. – Я не думаю, что мы найдем в нашей аптечке даже «Седуксен».

– И что нам делать? – спросил Андрей.

– Сделайте что-нибудь! – орал во все горло Савва.

Все ждали реакции Лизы, но она понимала главное. Это и озвучила:

– Придется ждать.

Савва в ужасе уставился на старшую девочку.

– Что?! – рявкнул он. – Просто ждать?! Вы мне предлагаете его держать весь день?!

– Сколько это может длиться? – спросил Сашка.

– Ну… максимум полчаса, я думаю… будем надеяться, что недолго…

Савва истошно прокричал:

– Полчаса?! Мать вашу, вы издеваетесь?! Я весь в его дерьме и моче!

Никто не решался подойти к пострадавшему. Трое решили предоставить спасение Дениса Савве.

– Ты хорошо справляешься, – подбодрил Сашка брата.

– Ну, спасибо, братец! Помог – нечего сказать! У нас то хоть есть другое белье на замену?

Лиза точно не знала. Скорее всего сменное белье не хранилось в их корпусе.

Потом Денис снова замер. Клонические судороги прекратились. Его тело жутко трясло.

Мальчика вырвало повторно.

– Вот же черт! – визгнул Андрей.

Савва стерпел. Он уже смирился со своим положением. И больше выделения Дениса его не так пугали.

Главное, что потом тело Дениса странным образом размякло. Он стал ровно дышать.

– Что с ним? – не понял Савва.

Он оторвал свои руки от головы мальчика. Савва попытался встать на ноги, убедившись, что судороги прекратились.

– Он не умер? – запаниковал Сашка.

– Не думаю, – Лиза подошла к Денису.

Она проверила кровообращение и дыхание.

– Что это с ним? – не понимал Андрей.

Лизе пришлось вспомнить все свои знания в области эпилепсии. Убедившись, что Денис дышит, она высказала свой вердикт:

– Он спит. Когда очнется, будьте готовы к тому, что ничего этого он помнить не будет. Так что лучше все убрать сразу.

Савва осмотрел себя с ног до головы. Весь он был перемазан в выделениях пострадавшего Дениса. Его разок перетряхнуло, и он направился к выходу – Сашка и Андрей поспешно расступились, пропуская Савву в коридор.

– Сначала я приму душ.

* * *

После обеда отряды «Айболит» и «Экстремалы» собрались в библиотеке в полном составе. Эту встречу организовал Дима по своей личной инициативе. Причиной такого серьезного сбора он обозначил фразой «у меня есть важные новости».

Что он задумал на самом деле?

Дима решил, что пришло время рассказать этим людям о жутком происшествии, которое случилось с ним в день перед отъездом в лагерь.

Дима, Маша, Лиза, Леша, Катя, Гриша, Влад, Андрей, Лена и Диана собрались вместе среди книжных стеллажей. Ребята выстроились перед Димой, который собрал их всех вместе.

– Давайте только быстро, – поторопил его Влад, – если это какая-то глупость, то можно уйти сразу? У нас ведь должно быть свободное время или нет?

– За-заткнись, Вла-Влад! – обратился к нему Леша.

– Ты чего сказал, засранец?!

Влад резко двинулся в сторону Леши и схватил того за воротник.

– Хватит! – резко ворвалась Лиза. – Не сейчас.

Влад нехотя отпустил Лешу и вернулся к Диане, которую тут же обнял за талию. Сама девушка наблюдала за происходящим крайне скептически, сложа руки на груди.

– И зачем ты всех нас здесь собрал? – спросила Лена.

Все смотрели на Диму.

– Я хотел кое-что рассказать вам. Я думаю, что это важно. Сейчас важно.

Он взглянул на Машу. Она поддержала его бодрой улыбкой и кивком.

– Видите ли, это случилось еще до отъезда в лагерь. У меня дома. Это произошло всего за несколько минут до того, как я позвонил тебе, Маша, помнишь?

Она не ожидала, что это даже косвенно будет связано с ней. Маша постаралась вспомнить тот вечер перед днем отъезда. Дима звонил ей и попросил зайти на сайт лагеря.

– Да, я помню, – настороженно ответила она, – ты звонил…

Маша еще тогда обеспокоилась. Ей не понравилось, что Дима не объяснил ей причину своих волнений. Сама вдаваться в расспросы она не стала.

Теперь она была уверена, что в тот вечер случилось что-то важное и скорее всего неприятное.

– У вас был секс по телефону, – съязвила Диана, – мы поняли. Что-нибудь еще?

– Да постойте вы! – рявкнул злобно Гриша.

Катя быстро взяла мальчика за руку, испугавшись, что Влад или Диана набросятся и на него.

– Давай ближе к делу, приятель, – поторопил Диму Влад.

Дима собрался с мыслями и продолжил:

– Так вот. В тот вечер я зашел на сайт нашего лагеря. Сайт долго «загружался». С интернетом был порядок. Но потом… открылся не наш сайт.

Дима сделал паузу. Он ожидал, что в его адрес опять посыплются упреки. Но все молчали и внимательно его слушали.

– Экран потемнел. Он стал полностью черный. Появилась надпись. Слова были написаны красным. И шрифт такой… будто писали пальцами, смоченными в крови, понимаете? Особенный шрифт.

Маше стало не по себе. Она была в ужасе от того, что Дима пережил нечто подобное, а она этого даже не знала.

– Что там была за надпись, Дим? – тихо спросила она.

Дима процитировал дословно:

– «Смерть ближе, чем ты думаешь».

И в библиотеке стало тихо.

Диме стало намного легче от того, что он признался в этом.

– У кого-то что-то было подобное? – обратилась к остальным Лиза.

– Я не заходила на сайт в тот вечер, – покачала Катя головой.

– И-и я… – ответил Леша.

– Никто не заходил, – понял Андрей, – и никто не видел этой надписи…

– Что это может быть? – взволнованно спросил Дима.

Влад сделал шаг к нему, похлопал его по плечу и насмешливо произнес:

– Приятной смерти, парень!

– Да хватит уже! – обозлилась Лиза. – Это могло что-то означать… это могло быть какое-то предупреждение. Или что-то похожее…

Дима боялся этого больше всего. Он постоянно думал о том, что те слова – предупреждение.

Он может умереть.

– Или это просто глупый розыгрыш! – предположила Маша более оптимистичный вариант.

– Но мы все равно оказались в этой дыре! – подметил Андрей. – И ты считаешь это совпадением?

– Мы не можем знать наверняка, – вставила Катя, – сейчас это уже никак не проверить.

– Верно! – Маша была рада, что ее хоть кто-то поддержал.

Она взглянула на Диму, который выглядел слишком потерянным и напуганным. Еще бы! Она бы тоже вся тряслась от страха, увидь она подобное на экране сайта лагеря.

– Спасибо, что рассказал нам этом, – обратилась Маша к нему, – возможно, это какая-то зацепка. Я думаю, это поможет нам разобраться с тем, что с нами случилось. Но в глубине души я надеюсь, что это глупое совпадение. Просто дурацкий розыгрыш. Не забивай себе этим голову, ладно?

Дима согласно кивнул.

– В итоге, это всего лишь глупая надпись, а не Конец Света, верно?

Глава 14. Конец Света

Не бойся смертного приговора: вспомни о предках твоих и потомках. Это приговор от Господа над всякою плотью

Книга Премудрости Иисуса, Сына Сирахова 41:5

– Сколько у нас осталось еды?

Антон с угрюмым видом передал Лизе листок бумаги с перечнем оставшихся продуктов.

Девушке хватило обратить на список всего лишь один взгляд, чтобы прийти в ужас.

– Вот дерьмо!

– Сестренка, не ругайся! – Сонечка подергала ее за руку.

Лиза и забыла, что Соня здесь.

– Прости, золотце, – извинилась старшая сестра и вернулась к изучению списка.

– Дела плохи, – Антон покачал головой.

Лизе же совсем не хотелось думать об этом.

– Осталось только мясо, – произнесла она, – и его совсем немного.

– Есть еще конфеты, – вставил Антон, – но мы их спрятали и не доставали.

– Не давайте их никому!

– Что будем делать?

Лиза печально взглянула на сестренку и вернула лист бумаги мальчику.

– У нас нет выбора. Придется перейти на одноразовое питание. Я передам это Маше, чтобы она всем сообщила. Вы и сами понимаете, что вариантов немного.

– Да, – кивнул Антон, – так будет правильно. Все должны понимать, что запасы на исходе.

Лиза попрощалась с «Крутыми бобрами», взяла Соню за руку и направилась к выходу из кухни.

– Мы будем голодать? – тихо спросила Сонечка.

Лизе не хотелось думать об этом.

– Нет, милая, мы просто сядем на диету.

* * *

– Не хочу тебя пугать, Димон, но я жопой чувствую, что это твое предупреждение, которое ты видел перед отъездом – знак!

– Андрей, прекрати! – шикнула на него Маша.

– Ничего, – встрял Дима, – он может быть прав. К тому же… мы ничего не знаем наверняка. Если это предупреждение, то стоит к нему прислушаться и двигаться в этом направлении.

– Направлении? – не поняла Маша. – Вы, о чем?

Дима и Андрей переглянулись.

– Если послание появилось на экране компьютера, то может не в книжках на полке стоит искать ответ, а наконец порыться здесь!

С этими словами Андрей уселся рядом с коробкой со старыми видеокассетами.

– Так-так… позырим!

Андрей начал поочередно доставать кассеты и читать названия на коробках:

– «Мир животных. Прекрасные дельфины», «Мультфильм Айболит», «Приключения одной черепахи», «История родного края», «Матрица», «Мультики для детей», «Мир океана», «В гостях у леса», «Лесная братва»…

– Не понимаю: что вы хотите там найти?! – обратилась к нему Маша.

А потом Андрей достал одну кассету в белой коробочке. Что-то было написано синей ручкой.

– Эй, ребята, глядите! – Андрей позвал к себе Машу и Диму.

Андрей не выпускал из рук кассету, но держал ее так, будто у него в руках была ядовитая змея.

– Что это? – спросил Дима.

Андрей молча протянул им кассету, чтобы они сами прочитали надпись на коробке.

Слова гласили: «Посмотрите, когда поймете секрет грозы».

– Твою мать! – вырвалось у Маши. – Это же… почерк Екатерины Николаевны! Я его везде узнаю! Вот же дерьмо…

– «Секрет грозы»? – размышлял Дима вслух. – Может, имеется в виду то, что молнии убивают?

Андрей и Маша, переглянувшись, изумленно уставились на Диму, будто он пришелец из иного мира.

– Мне даже страшно думать, что за хрень может быть на этой кассете, но мы должны это посмотреть!

– Отлично, тогда я сейчас все подключу и…

– Нет! – Маша не дала Андрею даже прикоснуться к телевизору.

Двое мальчиков озадаченно взглянули на Машу.

– Будет несправедливо и неправильно, если мы посмотрим эту кассету в тайне от всех, – пояснила она свои действия.

– И что ты предлагаешь? – нахмурился Андрей.

Маша ответила после короткой паузы, обдумав свою идею:

– Перенести телевизор в столовую. И соберите всех. Мы посмотрим эту запись вместе.

* * *

– Как думаете, что задумали ребята из «Айболита» и «Экстремалов»? – обратилась к своим друзьям Ирочка, взяв одну улитку в ладошку.

– Говорят, мы кино будем смотреть, – ответил ей Вадимка.

– А я слышал, что они нашли что-то странное и сами не знают, что мы будем смотреть! – вставил Максимка.

Дети из «Звездочек» и «Солнечных зайчиков» уже заняли первые ряды в столовой и наблюдали за тем, как взрослые ребята подключают телевизор и видеомагнитофон, стоящие на стуле перед ними.

– Хочешь сказать, что никто не видел, что на той кассете? – удивился Стасик.

– Ага, – важно кивнул Максимка, – мы посмотрим это все вместе. В первый раз.

– Ой, что-то Шуне совсем страшно! – высказалась Полина, обнимая кошку, – Она не хочет смотреть эту кассету! Видите, как дышит? Прямо чувствует что-то неладное…

– А ты ей глаза закрой! – предложил Костик.

– Так мне тоже страшно!

– Ну и вали отсюда!

– Еще чего!

Оглядевшись по сторонам, маленький Тимурчик заметил, как в столовой собрались все ребята. Все отряды в сборе. Он не сомневался, что это предвещает что-то важное и грандиозное.

Игорек и Таисия увлеченно наблюдали за тем, как взрослые ребята ведут оживленную беседу. Двое мальчишек возились с проводами, пытаясь протянуть их от телевизора к розетке на стене у кухни.

– А что твоя сестра говорит? – обратилась Ира к Сонечке.

Соня молча болтала ножками, наблюдая за происходящим.

– Она сказала, что ничего не знает. Это не она нашла кассету. Но Максимчик прав. Запись еще никто не видел.

– Ого! – удивился Вадимка. – Тогда готовимся к чему-то грандиозному!

* * *

– У вас все? – спросила Маша у Димы.

– Да, вроде получилось, – ответил он.

Лиза, услышав это, обратилась к залу, чтобы призвать собравшихся к молчанию:

– Ребята! Мы начинаем!

Маша даже не ожидала, что эти простые слова подействуют столь эффектно. Она вышла в центр импровизированной сцены с кассетой в руках.

– Мы собрали вас всех здесь, чтобы показать вам то, что нашли в библиотеке, – начала Маша, – мы давно занимаемся поисками ответов на вопросы о том, что же с нами случилось. Где мы? Когда мы? Как долго осталось ждать? Наши поиски увенчались успехом. Мы нашли одну кассету. Надпись на коробочке написана рукой Екатерины Николаевны. Мы в этом уверены. Эта надпись гласит: «Посмотрите, когда поймете секрет грозы».

После ее последней фразы тишина в столовой будто усилилась. Все заметно напряглись, и Маша без труда заметила это напряжение.

– Мы решили, что будет справедливо, если мы посмотрим запись все вместе. Никто ее еще не видел. Сейчас мы запустим эту кассету впервые. Никто не знает, что на ней. Так что… давайте просто попробуем во всем разобраться.

И Маша передала кассету Андрею, который отвечал за видеомагнитофон, ведь он был единственным, кто умеет с ним обращаться.

– А можно выключить свет?! – крикнул девчачий голос с заднего ряда.

Маша взглянула на Андрея, и тот дал ей понять, что разрешает выполнить эту просьбу. Отсутствие света не помешает ему нажать на нужные кнопки.

Маша отдала сигнал Лизы, и она погасила свет в столовой.

Зал опустился во мрак. Свет давал лишь синий мерцающий экран телевизора.

Сделав все необходимое, Андрей встал и отошел в сторону от телевизора, дав понять, что он запустил кассету.

Взгляды всех присутствующих были обращены к экрану. В столовой воцарилась гробовая тишина.

Сначала телевизор показывал только серебристую рябь. Но изображение вскоре появилось. Началась трансляция записи прогноза погоды.

Женский голос говорил:

– Синоптики обещают завтра ночью сильную грозу. Ливень будет продолжаться восемь или девять часов по последним прогнозам. Уровень воды в реках и озерах значительно поднимется. Ожидаются наводнения в деревнях и населенных пунктах, расположенных в болотистой и низинной местностях. МЧС готовится к экстренным действиям, если они потребуются. А теперь в другим новостям…

Дима смотрел это и с каждым следующим словом осознавал страшное: это была запись того самого прогноза погоды, который он видел вечером перед днем отъезда.

Когда женщина закончила это говорить, изображение на экране вновь покрылось рябью, а потом… появился черный фон. И на этом фоне несколько раз замерцала надпись.

Это были большие красные буквы.

Надпись гласила: «СМЕРТЬ БЛИЖЕ, ЧЕМ ВЫ ДУМАЕТЕ».

Надпись замерцала. Изображение передернулось несколько раз.

Ребята из «Айболита» и «Экстремалов» посмотрели осторожно на Диму. Теперь они были уверены в том, что он точно видел подобную надпись на сайте лагеря.

От этого Маше стало совсем не по себе. Она уже подумала увести из зала ребят или выключить запись. Ей больше не хотелось показывать ее всем.

Возможно, это была ошибка…

Когда страшная надпись перестала мерцать, на темном экране появилось лицо самой… Екатерины Николаевны.

Это была глава лагеря «Лосенок» собственной персоны!

Увидев знакомое лицо, все шумно ахнули.

– Здравствуйте, дети, – заговорила она.

И голос Екатерины Николаевны оказался каким-то холодным, бесчувственным, гадким.

Это был не ее голос.

– Если вы это смотрите, то вас точно осталось меньше, чем сорок человек. Если молния убила кого-то из вас, то вы разгадали секрет грозы. Я вас поздравляю! Если вы до сих пор считаете это событие – случайностью, то это не так. Гроза убьет любого из вас, кто захочет выйти на улицу. Как вы там? Мне бы очень это хотелось знать.

Ноги Маши подкосились.

Она совершенно не понимала, что происходит!

Девушка в ужасе опустилась на пол и обняла голову руками. Но взгляда с экрана она не сводила.

– В этом году мы подготовили для вас особую программу. На этот раз в лагере «Лосенок» вам предстоит узнать, что такое смерть. Смерть – это не начало нового пути. Это просто конец нынешнего. И очень скоро вам предстоит в этом убедиться лично. Не советую молиться. Не тратьте время попусту. Смерть станет для вас всех самым важным уроком в жизни.

Дима из последних сил подавил рвотных комок, который стоял у него в горле. Лиза вся побледнела. По ее лицу обильно стекал пот.

– Это важная практика, не так ли? Чтобы провести все эти занятия, я пригласила хозяина нашего лагеря… Возможно, вы с ним уже знакомы.

Екатерина Николаевна замолчала. Она смотрела прямо в одну точку.

А потом ее лицо начало меняться. Черты лица искажались. Глаза меняли форму. Лицо вытянулось. Кожа обрастала густой шерстью. Наружу из ее лица вырвались жуки и червяки. Нос почернел.

За считанные секунды Екатерина Николаевна превратилась в отвратительного окровавленного трупного лося, чье тело разлагалось. Из глаз вылезали белые черви. Во рту копошились жуки и личинки. Кровь стекала по густой спутанной шерсти.

Дети завизжали.

Лось издал жуткий вой, а потом… сделал шаг вперед.

И начал вылезать через экран телевизора!

Началась паника. Дети кричали. Многие покинули свои места и начали метаться в темноте по столовой, ударяясь о деревянные столы. Свет внезапно замерцал. Лампочки во всем жилом корпусе просто сошли с ума!

– Выключи! Выключи! – взревела Маша.

Андрей даже не решался приблизиться к телевизору.

Дима ясно видел, как в их реальный мир с экрана телевизора шагнуло копыто лося!

Голова жуткого зверя вышла из телевизора, но рога зацепились за рамку экрана.

– Остановите это! Кто-нибудь!

– Хватит!

– Прекратите!

– Выключите сейчас же!

Дети суетились.

Свет мерцал.

Трупный лось сходил с экрана.

Хаос воцарился в столовой.

Маленькие детки упали со скамеек и поползли прочь от экрана и от лося, ведь сидели на первом ряду. Многие начали плакать и реветь. Кто-то беспорядочно метался по комнате.

– Это нужно прекратить!

– Скорее!

– Вот дерьмо!

– Господи Иисусе…

А потом телевизор вспыхнул.

Запахло горелым.

Внезапно посыпались искры – Андрей в ужасе отпрыгнул от телевизора.

Лось замерцал и растворился в воздухе, словно испорченная голограмма.

Когда свет прекратил мерцать и повисла тьма, в зале опустилась тишина.

Все замерло.

– Что это было? – раздался чей-то голос в темноте.

– Включите свет! – чья-то просьба.

Кто-то пощелкал выключатель.

– Не работает!

– Дерьмо!

– Сукино дерьмо!

Андрей включил фонарик на телефоне и направил луч света в сторону телевизора. Экран разбит. Рама изогнута. Изнутри валил гутой дым.

И в напряженной тишине раздался недовольный голос Андрея:

– Вот же влипли!

* * *

– Ну что там?

Гриша светил фонариком, а Андрей возился с электрическим щитком, который располагался под парадной лестницей. Рядом с подсобкой. Сначала он пытался пощелкать кнопки и рычажки, но это не могло. Потом он снял крышку и принялся возиться с проводами.

– Гиблое дело! – ответил Андрей. – Ничего не выходит! Это полный…

Но Гриша не стал слушать зверскую ругань товарища.

– Ты хочешь сказать, что мы лишились света? – обратилась к нему Лена.

– Окончательно и бесповоротно! Ничего не могу придумать! Кердык! «Кина не будет»!

– Дерьмо! – взревела Диана.

– Электричество полностью вырубило во всем здании, – пояснил Андрей, слезая со стула, – нам придется искать другие источники света…

Теперь мир окончательно погрузился во мрак.

– Смотрите, что здесь есть! – Катя позвала к себе Диму, Машу и Лизу.

Сонечка не отпускала руку старшей сестры.

Катя держала дверь подсобки, что находилась под лестницей, открытой и светила внутрь фонариком на телефоне.

Маша заглянула и увидела целый ворох инструментов. Но это было не главным!

– Сколько свечей… – удивилась Лиза.

– И фонариков! – добавила Сонечка.

Дима был немало удивлен тому, что в этой кладовой они обнаружили целые залежи свечей, фонариков разных размеров и ламп на батарейках.

– Ого! – подошел к ним Гриша и взял один фонарик. – Да будет свет!

Мальчик включил его. Все работало.

– Телефоны у нас все равно скоро разрядятся, поэтому нужно всех вооружить фонарикам и свечами, – решила Маша.

– Да, но есть и еще одна более важная проблема! – подметила Диана.

Все обернулись и посмотрели на девушку.

Целая толпа детей собралась в холле. Все они боялись подниматься в свои комнаты и бросать взрослых ребят, которые здесь были за взрослых. Отряды «Айболит» и «Экстремалы» решали все. Рядом с ними остальные чувствовали себя в безопасности, словно птенцы под материнским крылом.

– Если вырубили свет, то наши электрические плиты на работают. И холодильник тоже! Где мы будем хранить мясо и как готовить?

– Готовить можно и на огне, – поспешила ответить Маша, – у нас есть спички, так что это не проблема. Но вот с хранением…

Маша готова признать, что Диана в этот раз оказалась права. Сырое мясо не будет долго свежим без холодильника.

Последние продукты могут испортиться слишком скоро. И у них нет возможности распределить их на длительный срок.

– Придется приготовить их раньше, чем они испортятся. В приготовленном виде они смогут дольше сохраниться, – Лиза высказала единственный возможный вариант.

– Или можно набрать холодной воды, – пожал Гриша плечами, – пока холод еще остался, сделаем побольше льда. Может, поможет.

В этом что-то было. Но все понимали, что это не постоянные меры.

До исчезновения последних запасов еды осталось совсем недолго.

Свет они уже потеряли.

* * *

В следующие минуты происходила раздача фонариков и свечей. Лампы на батарейках расставили на ступеньках парадной лестницы. Еще несколько поместили на кухне, в столовой, в библиотеке и в бассейне. Света такие лампы давали немного, но с ними это место не выглядело так жутко и страшно.

Каждой комнате вручили несколько свечей, фонариков и батареек. Все раздавалось под строгий учет и расчет.

Старше ребята предупредили всех, чтобы те по минимум тратили энергию ламп и фонариков. И не стоило сжигать свечи понапрасну. Придется обходиться минимальными источниками света, чтобы помыться и сходить в туалет, а также добраться до столовой на обед. Есть теперь они будут один раз в день.

Последние запасы сырого мяса придется готовить на огне и беречь их до последней стадии свежести. Отравления тоже ни к чему.

Темнота сильно пугала всех. Особенно были напуганы самые младшие ребята.

Принцип «старшие отвечают за младших» стал действовать активнее, чем раньше. Теперь более старшие ребята всегда сопровождали младших. Больше всего это правило распространялось на малышей.

Теперь задача старших – заботиться о них.

Дети стали чаще плакать. Многие молились в своих комнатах. Многие рыдали в подушку.

Никто не понимал, что случилось в столовой до того, как погас свет. Никто не мог даже предположить, как во всех их бедах замешана Екатерина Николаевна. Что это была за кассета? Как лось мог сойти с экрана? И как их учитель превратился в этого жуткого лося?

Всем стало еще страшнее и дурнее после просмотра той кассеты. Видеомагнитофон и телевизор сломались. Поэтому, когда в злосчастной кассете пропал всякий смысл, от нее решили избавиться.

С кассетой поступили точно так же, как с планшеткой для разговоров с духами. Дима сломал ее и выбросил на улицу, в дождь.

Под проливным ливнем лежало уже два тела: Вики и Веры. Только так они могли избавиться от трупного запаха.

Они жили здесь, и мало кто задумывался о ценности электричества и света, который они имели. Благодаря энергии им было не так страшно. Они могли хранить продукты и готовить еду.

Теперь же никто не знал, как им быть дальше.

Маша, Дима и Лиза находились в полной растерянности после произошедшего. Никто не хотел размышлять на тему того, чем была та зловещая кассета, которую отыскал Андрей.

Из-за нее они лишились света. Мир для них погрузился в кромешный мрак.

Оставалось размышлять лишь об одном…

Как им прожить хотя бы еще немного?

* * *

В одной комнате при тусклом холодном свете бледной лампы собрались четверо.

Это были Лена, Андрей, Влад и Диана.

– Вот он – настоящий состав отряда «Экстремалы» – обратился ко всем Диана, – здесь нет глупых Гриши и Леши. Зато наши ряды пополнил Влад. Я всегда считала, что ему самое место в нашем отряде. Вы согласны со мной?

Четверо заперлись в комнате, проследив за тем, что об их собрании никому не известно.

– Дело зашло слишком далеко, – высказалась Лена, – еды почти не осталось. Света мы уже лишились. Эти фонарики и свечи… мы как в склепе!

– Это место, действительно, скоро может стать нашим склепом, – не без судороги в голосе произнес Андрей.

– А потому я больше не намерена плясать под дудку «Айболита»! – рявкнула Диана.

Все в этой комнате поняли, что пришло время говорить «на чистоту».

– Ты права, – кивнул Влад, – этот Дима… эта Маша… фанатичка Лиза… глупые Катя, Гриша… заика Леша… нечего нам их слушать. Довольно!

– А что ты предлагаешь? – обратился к нему Андрей.

– Держаться вместе. Выступим единым фронтом. Если будем помогать друг другу, то добьемся лучших результатов. Под командованием Маши, Лизы и Димы мы быстро окажемся в могиле.

Никто спорить не стал.

– Еды осталось немного, – продолжила Диана, – а в здании тридцать четыре голодных рта, кроме нас с вами. Никто не обязывает нас делиться с остальными. Пришло время подумать о том, что чем меньше людей – тем больше еды достанется нам.

– Вы серьезно?! – изумился Андрей.

Он почувствовал, что, находясь здесь, предает всех остальных. Впрочем, так оно и было.

– Они правы, – обратилась Лена к Андрею, – если хотим получить больше еды, то пора подумать о нас самих. Какое нам дело до остальных?

– Ну, не знаю…

– Послушай сюда, придурок! – Диана наклонилась к Андрею. – Ты хочешь жить?

Андрей кивнул и сглотнул.

– Тогда слушай нас!

– Если хотим получить больше еды, то придется ее отнимать, – размышлял Влад, – придется жертвовать остальными. Они не имеют никакого значения. Важны только мы.

На самом деле в планы Влада и Дианы входила лишь защита друг друга. Им обоим было глубоко плевать на Андрея и Лену. Их они позвали, чтобы заручиться помощью, маленькой армией.

Эти двое станут для них оружием.

– Что вы задумали? – спросила настороженно Лена.

– Пришло время устранять конкурентов, – холодно, но довольно произнес Влад.

Андрея пробил пот.

– Нет… нет… мы не можем…

– Мы должны, если хотим жить! – настояла Лена. – Ты же не хочешь, чтобы мы умерли?

Она смотрела на него, а потом запустила свою руку ему в брюки. Андрей весь содрогнулся. Он совсем не ожидал такого смелого жеста от Лены.

Еще никогда в своей жизни он не чувствовал ничего подобного. Андрей не мог контролировать эрекцию.

– Да, ты права, это разумно, – ответил он.

Лена поцеловала его в губы и извлекла руку из его штанин.

– Пришло время действовать решительно, друзья, – заявила Диана, – наша нынешняя политика привела к большим проблемам. А потому важно сосредоточиться на главном.

Влад самодовольно ухмыльнулся и закочнил:

– Что бы ни случилось, мы должны выжить.

Глава 15. Жертвы кошмара

Всякая плоть, как одежда, ветшает; ибо от века – определение: «смертью умрешь»

Книга Премудрости Иисуса, Сына Сирахова 14:18

Толик и Антон, вооружившись фонариками, направились в ванную комнату, чтобы сходить в туалет. По одиночке в сложившейся ситуации никто не ходил. Все понимали, что это слишком опасно. Гораздо надежнее идти с другом, вне зависимости от длительности пути.

Будь то туалет, столовая или личная комната. Тьма сковывала и вселяла страх.

Бороться с ним в одиночку невозможно.

Двое мальчиков, ведя беседу о том, как будут теперь распределять продукты на кухне, чтобы хватило всем (и на сколько времени этого хватит), пришли к выводу, что имеет смысл воздерживаться от еды до тех пор, пока не начнешь ныть от голода. Только тогда можно что-то съесть, чтобы утолить это чувство.

Питаться, чтобы выжить.

– Ты прав, – согласился Толик, – если человек может потерпеть без еды, то пусть не идет на обед. Когда он действительно будет нуждаться в куске мяса – дадим.

– Надо будет предложить это старшим, – добавил Антон, – но мелкие дети всегда голодные. Растущий организм. Они будут постоянно хотеть есть.

– Это проблема.

Двое завернули в ванную комнату и увидели в ней одинокого Аркадия. Мальчик поставил свечку на край раковины и тщательно мыл руки с мылом.

– Эй, дружище, – подошел к нему Антон, – ты чего здесь один делаешь? Лучше не ходить теперь без сопровождающего.

Увидев двоих друзей, Аркадий пошатнулся и уставился на них с широко раскрытыми глазами.

– Вы чего пугаете, болваны?!

Толик и Антон обменялись озадаченными взглядами.

– Мы тебя пугаем? – выгнул бровь Толик. – Это ты что-то забыл здесь один. Чего ты так тщательно моешь руки?

– Надо, – отмахнулся Аркадий.

Какое-то время двое наблюдали за поведением Аркадия. В итоге мальчик так тщательно стал намыливать руки, что Антон почувствовал неладное. Он резко подошел к Аркадию и слегка ударил того по рукам, уведя их из-под струи воды.

– Ты чего творишь? – рявкнул Аркадий.

– А с тобой все в порядке или нет? – бросил в ответ Антон. – Зачем так тщательно мыть руки? Дурак что ли?

Аркадий весь затрясся. Он быстро переводил взгляд с Толика на Антона.

– Это все микробы! – взревел он. – Они здесь повсюду! В темноте бактерии и вирусы быстрее размножаются. На свету они гибнут. А сейчас везде темно и сыро. Бактерии… они везде… везде! Понимаете, придурки?!

Аркадия никто не мог остановить. Он продолжал тщательно намыливать руки.

– Тебе надо поменьше общаться с Женей, – покачал Антон головой, – кажется, «крыша поехала» не только у него…

Аркадий, закончив мыть руки, локтем выключил воду. А потом он отскочил от Антона и принялся расхаживать по ванной комнате из стороны в сторону.

– Это здесь не причем! – ответил резко мальчик. – У Жени шизофрения. А я просто не хочу заболеть. Микробы могут заползти мне под ногти и вызвать грибок!

– Идиот несчастный! Грибок вызывают грибы, а не бактерии!

Аркадий резко остановился и в мгновение тишины из него вырвался истошный крик:

– Здесь повсюду зло!

У Антона от голоса Аркадия зазвенело в ушах. Толик достал свой карманный ингалятор и странно взглянул в сторону одной из душевых кабинок.

Он еще не забыл, что с ним там произошло.

– Мне надо в туалет.

Толик вдохнул лекарственные пары через ингалятор, и понял страшное: лекарство на исходе. А больше у него ничего нет!

Решив оставить двух мальчиков на время, Толик устремился к туалетной кабинке. Там и закрылся.

Антон и Аркадий хищно смотрели друг на друга. В тишине послышался звук струи мочи.

– Мне нужно посчитать! – неожиданно заговорил Аркадий и принялся ходить по кругу.

– Ты чего? – Антон в ужасе уставился на друга.

Аркадий его не слушал, а просто повторял ряд чисел:

– Четырнадцать, двенадцать, двадцать шесть, семь, девять и одиннадцать.

Антон подумал: «Этот парень сошел с ума!».

А Аркадий только повторял один и тот же порядок чисел снова и снова:

– Четырнадцать, двенадцать, двадцать шесть, семь, девять и одиннадцать.

– Что ты делаешь? – это крикнул из туалетной кабинки Толик.

Аркадий, повторив бессмысленную последовательность чисел ровно восемь раз, остановился и ответил:

– Не знаю… но это помогает отпугивать вирусы и бактерии после того, как помоешь руки.

– Докатились! – Антон провел пятерней по волосам. – Ты сам-то понимаешь, что с тобой не все в порядке?

Аркадий замер и уставился на Антона. В глазах мальчика заблестели слезы.

– Ты чего? – осторожно спросил Антон.

Аркадий сначала хотел вытереть слезы руками, но вовремя сообразил, что тогда ему придется помыть их восемь раз снова.

Поэтому он дал слезам катиться по своим щекам, а сам ответил:

– Я не могу остановиться…

* * *

Игорек знал, что ходить одному было запрещено. Но он все равно оказался один в парадном холле. После обеда все разошлись по своим комнатам. Он сам не помнил, как оказался у лестницы один.

К счастью, при нем был небольшой фонарик. Мальчик постоянно останавливался через каждые два-три шага и светил во все стороны, проверяя пространство вокруг себя.

Игорек принялся подниматься по парадной лестнице, вглядываясь в самые темные уголки. Именно туда он и наводил луч фонарика. В остальном помещение освещалось лампами, расставленными на ступеньках по обе стороны лестницы.

Игорек хотел, как можно скорее добраться до своей комнаты, чтобы снова быть вместе со своими друзьями.

Но он боялся бежать, потому что думал, что тогда кто-то схватит его со спины. Игорек постоянно оборачивался назад и светил фонариком даже в потолок. Он знал по фильмам, что монстры часто прячутся под потолком.

Игорек миновал первый лестничный пролет и остановился на перекрестке. Здесь, на стене, висела голова лося. Он посветил на нее фонариком и в ужасе застыл.

Из его памяти не выходила та страшная сцена, когда жуткий лось смог одной своей частью проникнуть в их реальность, пройдя через экран телевизора. Игорек готов поклясться, что ничего более страшного и жуткого ему не приходилось видеть в своей жизни.

Как и все, Игорек страшился смерти. Он постоянно говорил себе, что еще слишком мал, чтобы умереть.

Чтобы умереть здесь…

Игорек не мог даже пошевелиться, глядя на чучело – голову лося. Он стоял и убеждал себя, что эта голова ничего ему не сделает.

Но потом…

Шерсть потемнела. Шея лося покрылась кровавыми пятнами. Рога почернели и увеличились в размерах. Глаза налились красным, и в них показались белые черви. Из рыхлого носа лося выползло несколько сороконожек. Существо открыло свою пасть, и на черном израненном языке копошились разные жуки и насекомые.

У Игорька задрожали коленки.

Он не мог двинуться с места!

Его лицо заливал ледяной пот.

Он весь дрожал!

Игорек узнал в этом жутком лосе того самого монстра, который вчера шагнул с экрана телевизора.

Это уже не было чучело. Голова лося приняла жуткий облик. Она ожила и начала поворачиваться в разные стороны.

Лось – хозяин лагеря – заговорил:

– Вы все умрете… здесь!..

А потом существо широко открыло пасть, Игорек увидел желтые гнилые зубы лося и… прямо на языке монстра, свернувшись в кольцо, сидела черная змея!

Змея зашевелилась, выпрямилась и, шипя, смотрела прямо на Игорька.

Мальчик издал вопль ужаса и бросился бежать прочь – вверх по лестнице. Зажмурив глаза, он размахивал фонариком и бежал к своей комнате.

Подальше от того лося!

Подальше от ужаса!

И Игорек врезался в кого-то.

– Игорек, ты чего один ходишь? – спросил Вадимка.

Перед ним стояли Вадим и Максим. Двое мальчиков смотрели на Игорька, который судорожно ревел.

– Ох, братцы!

И Игорек обнял своих друзей.

Мальчишки спасли его от хозяина лагеря, в чьей власти все они оказались здесь.

* * *

Ребята согласились организовать еще одну беседу с Лизой. На этот раз они решили провести свое собрание прямо в парадном зале. А потому дети занимали свои места на ступеньках лестницы. Входить в столовую после того, что там недавно случилось, все боялись.

Лиза нисколько не возражала против смены места их встречи. Сегодня пришло гораздо больше людей, чем во все прошлые разы вместе взятые. Лиза даже подумала, что сегодня могли собраться все дети!

Всем хотелось послушать, что думает одна из старших ребят о сложившейся ситуации. Они шли сюда, потому что искали поддержки. После этих собраний им не было так страшно.

Света, Алиса и Алина, образовав круг, сидели на ковре у входа в столовую. В центре круга стояла белая лампа. Девочки сидели по-турецки. Пока все собирались на встречу с Лизой, они могли позволить себе немного разрядить обстановку и поиграть.

– Червяк в дупле в бревне в дыре на дне морском! Червяк! Червяк! Червяк в дупле в бревне в дыре на дне морском!

– Червяк в дупле в бревне в дыре на дне морском!

– Червяк в дупле в бревне в дыре на дне морском!

– Я отыщу его везде, и он язык покажет мне!

Девочки дружно высунули языки и весело засмеялись.

Леша и Лиза, держа Сонечку за руку, подошли к троим девочкам.

– Получается? – спросила у них Лиза.

– Да-да! – ответила Алиса.

– Мы уже очень быстро делаем! – добавила Алина. – Вот, смотрите!

Девочки организовали показательную игру «Червяк на дне морском», демонстрируя, как они быстро повторяют все нужные движения вместе со словами.

– Ого! – удивился Леша. – Да-даже бы у ме-меня та-так не по-получилось бы!

– Мы уже скоро будем начинать, – объяснила Лиза, – вы останетесь послушать?

– О, да, мы как раз за этим и пришли! – ответила Алиса.

– Тогда можете занимать свои места.

Алиса и Алина встали, а Света, обняв руками живот, осталась сидеть на полу.

– Светик, ты чего? – обратилась к ней Алина. – Идем!

Девочка выглядела бледной. По ее лицу стекал пот. Она часто дышала.

– Меня тошнит! – пожаловалась Света.

– Леша, сходи на кухню и принеси мне аптечку, – быстро скомандовала Лиза.

– Ага!

Леша быстро удалился, проскользнув в столовую.

Лиза присела рядом со Светой и положила ей ладони на плечи.

– Света, что еще ты чувствуешь?

Но девочка была не в силах ответить.

Света резко отвернулась от Лизы, и из ее рта вышли рвотные массы бледно-желтого цвета с кусочками пищи.

– Она отравилась? – забеспокоилась за состояние подруги Алиса.

Но Лиза не была в этом уверена.

– Тяжело дышать…

Свете с трудом давался каждый вдох. Она прижалась спиной к стене. Вся бледная и холодная, Света держала руки на животе и боролась с новым приступом рвоты.

– Что это за запах? – озадаченно спросила Сонечка.

Лиза принюхалась. Запах действительно был. Он шел изо рта Светы.

– Да-да! – поддержала ее Алина. – Я тоже его чувствую… будто ацетон или что-то еще мерзкое!..

«Ацетон!» – острая мысль поразила голову Лизы.

– Леша, скорее! – позвала она его.

Затем Лиза внимательно посмотрела на бледную Свету, которая начинала терять сознание.

– Света, послушай меня. Ты же болеешь сахарным диабетом?

Она кивнула.

– Ты колола себе инсулин перед едой. Ты его вообще колола?

Та покачала головой.

– Вот же черт! Леша! Быстро!

Мальчик тут же появился перед ней с белым чемоданчиком в руках. Он присел рядом и открыл его.

– Ч-что слу-случилось? – спросил он.

– Доставай инсулин. Дай мне шприц!

Лиза вскрыла упаковку с одноразовым инсулиновым шприцом. Игла оказалась слишком короткая. А шприц был очень тонким. Он рассчитан на один миллилитр.

– Ей нужно ввести подкожно инсулин, – сообщила Лиза о своих планах.

Света, осознав необходимость процедуры, закатала рукав кофты.

– Открывай флакон!

Леша передал Лиза открытый флакон.

– А ско-сколько на-надо?

– Не знаю, – призналась Лиза, – но если у нее какая-нибудь гипергликемическая кома, то… давай побольше!

Лиза дрожащими руками ввела иглу через резинку во флакон и набрала одну треть шприца.

– Надеюсь, это не слишком много… пусть это поможет!

Лиза не стала терять время. Левой рукой она сделала складку из кожи на средней трети поверхность предплечья.

Собравшись с мыслями, Лиза ввела иглу в основание складки, перевела левую руку на поршень и медленно ввела лекарство.

– Дай мне ватку! – попросила Лиза.

– Смо-смочить спи-спиртом?

– Нужна сухая.

Леша передал ей ватку. Лиза извлекла иглу и приложила ватку к месту инъекции.

– Вот так… дыши, Света! Спокойно. Мы ввели тебе инсулин.

Лиза передала шприц Леше. Тот тупо держал его в руке, не зная, что с ним делать дальше.

– С ней все будет хорошо? – заволновалась Алиса.

Лиза точно не знала.

Она просто наблюдала за состоянием Светы. Ее дыхание нормализовалось. Кожа уже не была такая бледная.

– Мне лучше, – на выдохе произнесла Света.

– Вы спасли нашу подругу! – со слезами на глазах радостно воскликнула Алине.

Лиза облегченно вздохнула и ответила:

– Ей нужен отдых. Лучше отведите ее в комнату и побудьте с ней. Если что-то случится – зовите.

Алиса и Алина, кивнув, помогли Свете встать и, держа подругу под руки, повели ее вверх по лестнице.

– Ты спра-справилась! – воскликнул Леша.

– Да, сегодня. Лучше оставь еще инсулин. Он может ей пригодиться.

– Тут есть еще шпри-шприцы… та-такие же…

– Это хорошо. Пусть будут. Верни все на место.

Леша, кивнув, собрал аптечку и ушел на кухню.

Сонечка, подергала сестру на край платья и заставила ее взглянуть на себя.

– Тебя все ждут!

Лиза посмотрела в сторону лестницы – все собрались.

– Хорошо. Я готова.

* * *

Даша возвращалась в свою комнату.

В отличии от остальных, она не боялась ходить одна. В призраков она точно не верила. Фонарик при ней. Пока все собрались в парадном холле, она может провести время в своей комнате.

Она шла к себе, чтобы лечь в постель и погрузиться в сладкий сон, забыв о всех тех ужасах, что творятся в этом месте.

Даша устала от кошмаров.

Она устала от этой темноты и безысходности.

Ей хочется вернутся домой. Как и всем.

Даша открыла дверь в комнату и застыла на пороге…

Она сразу почувствовала, что что-то здесь не так… в целом, в комнате оказалось пусто. Она здесь одна, но… стоило ей провести по углам лучом света фонарика, как Даша увидела нечто ужасное…

Прямо под потолком на петле висело тело.

Труп смотрел на нее открытыми глазами.

Это была Верочка…

Девочка, которую в школе обзывали лесбиянкой, имела на голове светлый «гребешок». Совсем недавно она повесилась в ванной комнате. Ее тело вынесли на улицу, а сейчас…

Вера висела в ее комнате.

Как и в тот раз, в туалете, по ее горлу стекали рвотные массы. Шортики и голые ноги измазаны в фекалиях и моче. На полу собралась лужа испражнений и выделений.

Бледное тело покрыто черными трупными пятнами!

Вера висела на своей петле и не просто смотрела на Дашу… она ее видела.

– Хочешь поиграть? – Даша услышала голос повешенной девушки.

И привычный мир рухнул в Тартарары.

– Повесим вместе?!

Вера дико и истошно засмеялась. Она подняла руки и начала вращать свое тело, толкая руками свою голову так, будто вертела шар глобуса.

Вера крутилась, как юла, вися на петле.

Во все стороны летели зловонные экскременты, испражнения, рвотные массы, фекалии и даже кровь! Все эти выделения забрызгивали стены комнаты.

– Давай висеть вместе, Даша! Давай висеть вместе и общаться! Мы будем лучшими подругами!

Даша упала на колени. Она не могла сдерживать плач.

Теперь страшный кошмар коснулся и ее.

Безумный труп быстро крутился, а потом резко замер. Черные губы веры растянулись в дикой улыбке.

– Мы будем бегать, – сказала она, злорадствуя, – под дождем!

И снова заразилась сатанинским хохотом.

– Мы будем бегать с тобой под дождем! Будем танцевать и веселиться! И гроза нам не страшна!

Вера говорила и смеялась одновременно.

Даша вся содрогалась от плача.

Неожиданно Вера замолчала. В комнате повисла тишина. А потом ее тело странно выгнулось, и из ее рта вырылись густые потоки крови.

Веру стошнило вишневой кровью прямо на пол.

Дашу всю трясло. Она больше не могла это выдерживать.

– Ой!

Вера, посмотрев себе под ноги, ухмыльнулась и вытерла кровавые губы тыльной стороной ладони.

– Я тут испачкала…

А потом Вера обратила свой хищный взгляд прямо на Дашу.

– Хочешь расскажу секрет? Давай! Тебе же нравятся секреты! Это будет нашей тайной, хорошо?

Вера прокашлялась, поправила петлю на шее и дико закричала:

– Вы все умрете!

И комнату переполнил ее оглушительный демонический смех.

Даша истошно закричала, быстро вскочила на ноги, выбежала из комнаты, закрыла за собой дверь и прижалась к ней спиной.

Голос Веры тут же исчез.

А Даша…

Она уже перестала понимать, что с ней происходит.

Она не могла ни о чем думать.

Девочка просто заплакала, закрыв лицо руками, и скатилась по двери, опустившись на пол.

В комнату она так и не решилась зайти.

* * *

Маша проснулась от того, что ее мочевой пузырь решил переполниться в самый неподходящий момент. Только-только ей начались сниться хорошие сны (впервые за долгое время), как, проснувшись, она их сразу забыла.

– Ты куда? – Катя тоже не спала.

Маша включила лампу, стоящую на прикроватной тумбочке.

– Держи свет включенным и никуда не выходи, – велела ей Маша, – я схожу в туалет и вернусь.

Катя уже сбросила с себя одеяло и села, произнеся с готовностью:

– Я пойду с тобой!

– Нет, останься. Ничего со мной не случится. Я скоро.

С этими словами Маша взяла свой фонарик и включила его.

– Ты уверена? – все еще сомневаюсь, спросила Катя.

– Да, не бойся. Я сейчас. Спи.

Катя нехотя согласилась с решением Маши и осталась в кровати. Маша надела свои тапочки и, вооружившись фонариком, вышла в коридор.

Лампы и свечи, которые они оставили на парадной лестнице, все еще горели. Но в коридоре оказалось довольно темно.

Маша, стараясь как-то удерживать сонное состояние, направилась в сторону ванной комнаты, освещая путь лучом света.

Ей сильно захотелось писать, и она ускорила шаг. Маше хотелось скорее вернуться в свою кровать и снова заснуть, чтобы продолжить смотреть тот хороший сон, который ей так понравился.

Жаль, что она совсем его не помнит.

Приближаясь к ванной комнате, Маша заметила тусклый свет, который выглядывал из помещения. То был желтый свет. Свет свечи.

Кто-то тоже не спал и отправился в туалет.

Не у одной нее такой непослушный мочевой пузырь.

Но потом она услышала всхлипы. Кто-то плакал…

Маша глубоко зевнула и завернула налево, застыв на пороге ванной комнате.

Свет фонарика сразу осветил помещение. У одной из туалетных кабинок Маша увидела двоих.

Кристина, вся бледная, лежала на полу, прислонившись головой к краю туалетной кабинки. Ее подбородок и грудь перемазаны в желтой зловонной рвоте.

Девочка уже не дышала.

А рядом с ней сидела Оля. В одной руке она держала горевшую свечу, а два пальца ее второй руки измазаны в рвоте подруги.

Вокруг разбросаны пустые упаковки от таблеток.

Оля оплакивала Кристину.

На этот раз ее не удалось спасти.

Оля, заметив появление Маши, взглянула на нее и ничего не сказала. Только что она лишилась своего лучшего друга, которого обрела в лагере «Лосенок».

Маша поняла, что в этот раз она не может ничего сделать. Кристину уже не вернуть.

Она добилась своего.

Маша подумала: «Кристина не просто убила себя. Она убила всех нас. Для нее никого больше не существует. Она убила свою подругу. И для Кристины Оля мертва».

Оля сильнее заплакала и уткнулась лицом в холодную щеку Кристины. Свеча почти сгорела, и горячий воск обжигал ее пальцы.

Но ей уже все равно.

Глава 16. Инстинкт выживания

О, смерть! отраден твой приговор для человека, нуждающегося и изнемогающего в силах, для престарелого и обремененного заботами обо всем, для не имеющего надежды и потерявшего терпение

Книга Премудрости Иисуса, Сына Сирахова 41:3 – 4

Антон проснулся от шумного звука и свиста. Он еще во сне почувствовал какую-то неприятность. Это не давало ему покоя. Его организм вовремя понял, что неприятность случилась наяву, а не в грезах.

Резко открыв глаза, Антон вскочил и устремил свой взгляд в сторону кровати, на которой лежал Толик и глотал ртом воздух.

Его друг задыхался.

Толик не мог произнести ни слова, ни звука. Он весь содрогался, дергал руками и ногами, и главное – не мог выдохнуть. Он лишь вдыхал.

– Вот же дерьмо!

Антон быстро вскочил с постели, подбежал к другу и потряс его за плечи:

– Что с тобой? Как мне тебе помочь? Что я должен сделать?

Но Толик не отвечал. Его рука странным образом тянулась к прикроватной тумбочке. Антон, бросив на нее взгляд, заметил карманный ингалятор.

– Сейчас-сейчас! Я все понял!

Антон взял ингалятор и покрутил его в руках. Дело в том, он совершенно не понимал, как им пользоваться. Да, он неоднократно видел, как его друг использовал это нехитрое приспособление, но сам в принципе работы так и не разобрался.

Пришлось это делать сейчас.

Тем не менее, у Антона хватило сообразительности, чтобы ввести мундштук в рот Толику и нажать на кнопку.

И он сразу понял, что что-то не так…

– Что за черт?!

Толик повторил манипуляцию с ингалятором. Ему показалось, что он не работает!

Тогда Антон извлек мундштук изо рта Толика и нажал на кнопку, чтобы выбрызнуть лекарство в воздух.

Ничего не случилось!

Лекарство закончилось…

– Где взять еще? – Антон в ужасе смотрел на Толика, который боролся за жизнь из последних сил. – У тебя же есть еще?

Но Толик не отвечал, а только глотал воздух. Он уже не мог нормально дышать.

– Проклятье!

Антон схватил свой фонарик, выбежал в коридор и быстро постучал в дверь, которая находилась через комнату.

– Открывайте, болваны!

Через какое-то время ему открыл сонный Савва, выглянувший из тьмы на свет фонарика.

– Чего разбудил? – потер один из близнецов глаз кулачком.

– С Толиком беда! Живо к нам!

Савва быстро сообразил, что случилось нечто действительно серьезное. Мальчик быстро разбудил своего брата, и двое близнецов поспешили за Антоном в его комнату.

Почему Антон позвал их?

Ему не хотелось справляться с этим в одиночку…

Он не хотел быть один, когда Толик…

– Что с ним? – выкрикнул Саша.

– У него же бронхиальная астма! – ответил Антон. – Это приступ!

– А лекарства? – Савву передернуло.

– В его ингаляторе закончилось. Я поищу еще. А вы смотрите за ним.

Двое близнецов подбежали к кровати, на которой извивался Толик. Они понятия не имели, что им стоит делать.

Саша только в спешке открыл окно, пуская воздух с улицы в комнату. Он надеялся, что это как-то поможет.

Ничего не могло ему помочь.

Антон принялся ворошить все вещи своего соседа по комнате.

Первым делом он выдвинул все ящики из прикроватной тумбочки. Там он обнаружил несколько футболок и трусов. Никакого намека на таблетки, растворы и лекарства в принципе.

– Твое ж мать!

Антон ревел и пыхтел.

В ярости он пнул тумбочку ногой и повалил ее на пол, перевернув на бок.

Антон залез под кровать Толика и достал из-под нее походную сумку. В спешке Антон выбрасывал из нее все ненужные вещи, которые Толик взял с собой в лагерь.

Он искал лекарства.

Толик весь бледнел. По его лбу и шее обильно тек пот. Несколько раз он закатывал глаза так, что были видны лишь белки. Мальчик судорожно размахивал руками. Он шумно вздыхал.

Близнецам понимали, что Толик больше не может бороться. Его силы на исходе.

Антон перевернул сумку и высыпал на пол все, что в ней было. Он принялся разгребать хлам вещей, который оказался перед ним. Вскоре он нашел небольшую сумочку.

– Здесь лекарства!

Антон открыл сумочку и стал смотреть все таблетки и растворы, которые были в ней.

– Не то! Не то! Не то!

Антон, определенно, знал назначения многих лекарств. Он точно мог определить, что все они не годились от того состояния, которое развилось у Толика.

Лекарства, способные купировать приступ… их не было.

– Черта с два! Сукино дерьмо! Твое ж мать!

Антон в ярости отбросил всю сумочку с лекарствами прямо в окно.

– Что там? – обратился к нему Савва.

– Там нет того, что нам нужно!

– Может, посмотреть в аптечке на кухне? – предложил Саша.

Ради друга Антон мог попробовать.

Он уже вскочил, как вдруг понял, что в комнате стало пугающе тихо.

– Антон, постой… – позвал его Савва пустым голосом.

Антон замер. Он не хотел поворачиваться.

Но пришлось.

Когда Антон вновь увидел своего соседа по комнате, своего друга, верного товарища и приятеля, преданного участника отряда «Крутые бобры», тот был уже мертв.

Савва приподнял размякшую холодеющую руку Толика. Она была расслаблена и сама упала на кровать.

Толик лежал с широко раскрытыми глазами, а голова его повернута слегка на бок.

– Нет…

Антон упал на колени. В его глазах застыли слезы.

Он не успел…

Или у него не было шансов успеть?

Сашка, вытирая слезы с щек, двумя пальцами закрыл веки Толику.

* * *

Света, Даша и Алина сидели на кухне, образовав круг у старого мангала, который мальчики отыскали в кладовке под лестницей. В камине трещали догоревшие угольки, а они готовили куриное филе на решетке.

Девочки следили за тем, чтобы мясо не пригорало и частенько переворачивали решетку.

Чтобы развести огонь и добиться образования угольков им пришлось пожертвовать целой прикроватной тумбочкой. Ее разобрали и полки использовали в качестве бревен для костра.

– Так нам и придется питаться оставшиеся дни? – обратилась к подругам Света.

– Недолго осталось так питаться, – печально заметила Даша.

– А сколько у нас осталось мяса? – поинтересовалась Алина.

Даша встала, подошла к холодильнику и заглянула на нижний ящик.

– На один или два обеда – точно не больше, – ответила она на важный вопрос, – другой еды у нас нет.

– Ох, и что же мы будем делать?! – испугалась Света.

Но подруги не могли ответить на ее вопрос.

– Мальчики как-то предлагали одну идею, – вспомнила Алина.

– Что за идея? – Даша вернулась к подругам и села у горячего мангала.

Алина перевернула решетку, подвинула деревянной ножкой от табуретки угольки и пояснила:

– Пусть едят только те, кто реально голоден. Те, кто ноет и воет от голода. Если кто-то может потерпеть – пусть воздержится.

– Это была хорошая мысль дней пять назад, – озвучила Даша свое мнение, – а сейчас… все воют и ноют от голода. Никто не согласится на такой порядок. Есть всем охота…

– А еще всем охота жить, – вставила Света.

Слова Светы девочкам показались слишком мрачными, но довольно важными. Она права.

От такой простой истины не убежать.

Это нельзя игнорировать.

– Мне не нравится, что у старших ребят нет никакого плана, – возмутилась Алина, – они ничего не знают. Они не думают вытаскивать нас отсюда!

– А что ты от них хочешь? – осторожно спросила Света. – Что они могут поделать? Если они старше нас, это не значит, что они обладают какой-нибудь суперсилой, которая бы могла спасти всех нас.

– Она права, – согласилась Даша, – как и мы, они ничего не могут сделать. Все мы, вне зависимости от возраста, оказались в равных условиях. Всем нам, как верно подметила Света, хочется лишь одного – выжить.

– И вернуться домой…

Алина, не отводя взгляд от искрящихся угольков, добавила:

– Нет, Света, мы не вернемся домой.

Девочка испуганно посмотрела на Дашу. Света ожидала от нее, что та разобьет суждение Алины в пух и прах. Света хотела поспорить. Она хотела, чтобы Даша тоже поспорила.

Но Даша ничего не ответила на страшную фразу Алины.

Света поняла, что ее подруги уже не верят в счастливый финал этой истории.

– Если хотите знать, что я думаю, то пожалуйста!

Алина решила сама продолжить этот непростой разговор.

– Если мы будем дальше придерживаться тех порядков, руководствуясь которыми мы сейчас существуем, то скоро умрем. Наши жизни оборвутся вот-вот…

– И что ты предлагаешь? – нахмурила Даша.

– Сейчас мы на кухне. У нас вся еда. В создавшейся ситуации мы можем… не делиться ею.

– Нет! – визгнула Света. – Не говори так!

Алина резко подползла на коленях к Свете и закрыла Свете рот ладонью.

– Не пищи ты, поросенок! Вдруг кто услышит?

– Я тоже не могу поддержать твою идею. – покачала Даша головой, – это слишком… бесчеловечно что ли…

– А кто сейчас будет рассуждать о человечности? Думаешь, когда придет время. Эти самые старшие ребята оставят нас в покое? Я уверена, что они готовы перерезать всем нам глотки, пока мы спим. Меньше голодных ртов… вот, что я думаю об «Айболите» и «Экстремалах»! Сперва эти мамонты захватили власть. А что теперь? Что они намерены делать, когда еда закончится?

Даша пришла в ужас от суждений подруги. Она и не подозревала, что Алина такого мнения о старших ребятах.

Света поймала себя на том, что ей стало слишком страшно. С одной стороны, ей уже не хотелось сидеть рядом с Алиной, у которой возникли такие мысли. С другой же стороны, она понимала, что рядом с этими девочками она еще поживет… одной ей не справиться.

Принимать сторону нужно сейчас.

– И что ты предлагаешь? – обратилась к Алине Даша.

– Мы не съедим всю еду, нет, – ответила та, – можем позволить съесть себе половину этого филе, а приготовим еще. Исчезновения кусочка никто не заметит, верно?

– Но нас могут увидеть! – голос Светы дрожал.

– А ты встань и проследи, чтобы к столовой никто не приближался!

Света уже встала, послушавшись команду Алины, но Даша остановила ее и встала первая:

– Останься здесь. На «шухере» постою я.

Алина посмотрела на Дашу таким взглядом, который будто говорил: «Это еще зачем?».

– Если кто появится, то как ты, Света, его остановишь?

– Я… я…

– Вот видишь! На «шухере» я буду больше полезна.

Алина кивнула, соглашаясь с мнением подруги:

– Да, это разумно.

* * *

– Ой, ребята, а может не стоит?

Соня застыла у порога столовой, не решаясь его переступить вместе с остальными.

– А я говорила, что не надо было ее брать с собой! – пожаловалась Полина, обнимая кошку Шуню. – Говорила! Если она – сестра одной из старших, то точно проболтается!..

Ира насупилась и вышла из столовой, направляясь прямо к Сонечке.

– Но ты же скажешь? Ты же не такая тупая, да?

Соня помоталась головой.

– Сейчас у нас появился шанс оторваться от всех старших ребят. Никто не следит за нами. Мы наконец сами по себе. У нас немного времени, пока все спят в своих комнатах. Ты же хочешь есть?

– Мы можем просто попросить…

В разговор встрял Вадим:

– И нас запрут в наших комнатах и никуда не пустят! Все знают, что еды осталось немного! А я голодный!

– А ты голодная, Соня? – спросил прямо у нее Максим.

– Да, – неуверенно кивнула девочка в ответ.

Ира схватила Соню за руку и потащила в столовую. В другой руке она держала маленькую свечку.

– Тогда пошли на кухню! Все уже ждут нас!

Соне ничего не оставалось, кроме как покорно следовать за Ирой.

– Пойдем, Шуня, мы и тебе что-нибудь найдем! – Полина осмотрелась по сторонам, убедившись, что за их проделками никто не следит, и прокралась на кухню через столовую вслед за остальными.

На кухне их встретили Стасик, Костик, Игорек, Тимурчик и Тася. Все ребята из отрядов «Солнечные зайчики» и «Звездочки» объединились, чтобы утолить свой голод.

– Вы что-нибудь нашли? – спросил у них Вадимка.

Костик и Игорек ставили табурет под шкафчики.

– Они точно от нас что-то прячут! – заявил Костик с уверенностью.

– И почему ты решил, что это наверху? – озадачился Максимка.

– А где еще что-то прятать от маленьких детей, кроме как не на верхних полках? Классика!

Тася открыла холодильник и взяла в руки кусок сырого мяса.

– Как думаете, это можно есть сырым? – обратилась она ко всем.

– Но мы же не можем это приготовить! – подметила Ира. – Тогда мы привлечем внимание.

– Но там могут быть микробы, если не приготовить мясо! – вставила Соня.

– Глупости!

С этими словами Стасик подошел к Тасе и откусил маленький кусочек сырого мяса.

– Ну как? – спросила Таисия.

Тщательно прожевав, Стасик ответил:

– Неплохо. Есть можно.

– Ой, а я тоже хочу попробовать! – подбежала Полина.

– И я! – присоединился к общей затеи Максимка.

Сонечка взволнованно наблюдала за всем происходящим. На самом деле ей совсем не нравилось то, что они затеяли. Она боялась последствий.

Девочка боролась с желанием рассказать все своей старшей сестренке, Лизе. На другой чаше весов у нее находилось единство с ребятами своего поколения. Она не могла предать их.

Пока все пробовали сырое мясо, Костик и Игорек рылись на верхних шкафах. Уже многие попробовали сырое мясо. Не отказался даже самый маленький Тимурчик.

– Соня! – позвала ее Таисия. – Иди к нам!

Девочка нерешительно присоединилась к компании ребят. Тася уже протягивала ей маленький кусочек мяса.

– Попробуй! Это не так плохо, как ты можешь подумать!

Соня неуверенно взяла кусочек и положила его себе в рот. Медленно прожевывая, она не могла решить: нравится ей это или нет.

– И как? – поинтересовался Вадимка.

Соня только пожала плечами и с трудом проглотила мясо.

Не дождавшись от нее ответа, Стасик обратился к двоим ребятам, исследовавших верхние полки:

– Эй! А у вас как успехи? Давайте к нам, пока сами все не съели!

– Еще этот проверим и все, – сообщил Костик.

Игорек, который держал высокий стул, на котором стоял его товарищ, уже не был ни в чем уверен. Он отчаялся найти «заветный клад».

Но удача улыбнулась в самый неожиданный момент.

– Ого! – раздался голос Костика.

Все обратили на него внимание.

Костик смотрел на шкаф, который был битком завален…

– Конфеты! – радостно воскликнула Ира и похлопала в ладоши.

– А они от нас это скрывали! – высказал свое недовольство Максимка.

– Держите!

Кости руками выгреб все конфеты с полки и побросал их на пол. Остальные принялись их жадно собирать.

Дети даже не удосужились подняться на ноги. В суматохе они разворачивали фантики и мигом засовывали шоколадные конфеты себе в рот, не вставая с колен.

Сонечка с ужасом смотрела на все происходящее и подумала про себя: «О, Боженька! Что же мы наделали?!».

* * *

Отряды «Айболит» и «Экстремалы» собрались в библиотеке в полном составе. В последний раз такое их собрание организовал Дима, когда рассказал всем о том, что с ним произошло до отъезда в лагерь. И в тот раз не случилось ничего хорошего.

В этот раз ребята устроили общий сбор, чтобы обсудить дальнейший план выживания.

Теперь библиотека погрузилась во тьму. А потому друзья расставили тут и там яркие светильники, а сами вооружились фонариками. Свечи в библиотеку ставить было категорически запрещено.

Это одно из правил, которое они оговорили во время раздачи средств для освещения.

Они называли фонарики, лампы и свечи – оружия в борьбе с мраком.

– Прежде, чем обсудить наши дальнейшие действия, важно понимать основную цель, к которой мы все стремимся, – начала Маша собрание с этих слов.

Общие встречи давались этим ребятам в тягость. Члены «Айболита» и «Экстремалов» все меньше переносили друг друга. Общество каждого напрягало всех. При этом все в конец перемешалось!

Влад каким-то образом стал частью «Экстремалов», больше общаясь с Дианой, Леной и Андреем. А Гриша и Леша, напротив, перешли на сторону «Айболита», найдя свое место в обществе Кати и Лизы, соответственно.

Это вносило свой разлад и некоторое недопонимание.

Но в конечном счете, каждый понимал все. Это была теневая война, которая велась уже давно.

Но в этот раз им придется объединиться, чтобы решить общую проблему. Важно победить их главного врага.

– И какая у нас цель? – спросил Андрей.

Маша дала однозначный ответ:

– Выживание для всех.

Диана нагло фыркнула.

– Нам нужно спасти всех ребят, – убедительно произнесла Маша, – нельзя никем жертвовать. Нельзя никого оставлять.

– И как ты это себе представляешь? – обратилась к ней Диана. – Нас слишком много! Да, кто-то в итоге решает повеситься или наглотаться таблеток. Голодных ртов меньше, но нас все равно… очень много. Не пора ли подумать о собственной безопасности? Эти дети очень скоро набросятся на нас, как дикие звери.

– Вот что ты думаешь об остальных?! – выступила вперед Катя. – Голодные рты?! Так?!

Диана удивленно уставилась на Катю, которая неожиданно набралась смелости.

– Лучше бы ты закрыла рот, сопля зеленая, пока я тебе не вмазала.

Гриша сделал шаг в сторону Дианы. Влад ответил тем же, вступив на защиту девушки.

– Эй! Прекратите! – снова остановила вражду Лиза. – Мы собрались не для выяснения отношений. Важно понять, как мы можем…

– Давай, договаривай! – бросила Лена.

Лиза, сглотнув, ответила невнятно:

– Не дать всем умереть очень скоро…

– Отличная цель!

Лиза бросила на Лену обиженный взгляд.

– И что вы задумали? – решил вернуться к главной теме сбора Андрей.

– Еды осталось совсем немного, – продолжил Дима, – должно хватить на два или на три обеда, если повезет. Потом ничего не останется. Если еда заканчивается, значит, мы заперты здесь почти… месяц.

– Месяц?! – ужаснулся Гриша.

– Примерно так, – кивнул Дима.

Ребята признались сами себе, что все они мало задумывались о сроках, проведенных взаперти. Если еда в лагере рассчитана на три недели и сейчас она вся заканчивается, то вполне логично предположить такой срок заточения.

– И что вы намерены делать потом? – поинтересовалась Диана. – Когда еда закончится? Какой план?

У Маши нашлось решение. Это было лучшее, что она смогла придумать в создавшейся ситуации:

– Будем пить воду. Я слышала, что на воде люди смогли долго прожить. Еще придется чаще спать, чтобы коротать время.

– И это ваш план? – изумился Влад. – Пить воду и дрыхнуть целыми днями?!

– Есть варианты лучше? – бросил в него Дима. – Так скажи! Поделись идеей! У тебя есть хоть одна идея? Нет! У тебя ни черта нет!

Влад был готов наброситься на Диму и убить его прямо здесь и сейчас, на глазах у всех. Ему потребовалось много здравомыслия, чтобы удержаться от этой затеи.

Влад был на пределе.

– Сколько это еще может продолжаться? – тихо спросила Катя.

– Если мы делали ставку на сорок дней, основываясь на сроках Всемирного Потопа, о котором говорится в Библии, то через пару дней все должно закончиться, – пожала Лиза плечами.

Когда девушка затронула религиозную тему, Лена не смогла оставить это без комментария:

– Ох, опять ты за свое!

Девочки уже хотели устроить словесную перепалку, как неожиданно для всех дверь в библиотеку распахнулась. На пороге оказался Антон с фонариком в руках.

Весь запыхавшись, он нашел ребят среди книжных стеллажей.

– У нас большая проблема! – заголосил он.

Его появление заставило ребят забыть о междоусобицах и распрях.

– Что случилось? – обеспокоенно спросила Маша.

Антон тяжело дышал. Переведя дыхание, он ответил:

– Малыши… они проникли на кухню… «Звездочки» и «Солнечные зайчики»… они нашли конфеты… и съели сырое мясо…

– Тише-тише, друг, – Дима подошел к Антону и взял его под руку, – успокойся. Давай к самому главному. Как малыши оказались одни на кухне? Что они сделали?

Антон сглотнул соленый комок и ответил:

– Я не знаю, как они это провернули, но главное другое…

Мальчик взглянул на всех взрослых ребят, обведя их взглядом и высказал страшное:

– Еды больше нет.

Глава 17. Голод

Неправо умствующие говорили сами в себе: «коротка и прискорбна наша жизнь, и нет человеку спасения от смерти, и не знают, чтобы кто освободил из ада»

Книга Премудрости Соломона 2:1

Что такое чувство сытости?

О нем забыли.

А чувство насыщения после длительного голода?

О нем не вспоминали.

Эти дети забыли о том приятном и блаженном удовлетворении, которое испытываешь, съев что-то вкусное и долгожданное после долгого и насыщенного рабочего дня, в котором у тебя не выдалось ни пяти минут на перекус.

И вот, когда все дела завершены, ты можешь сходить вечером в ресторан. Или дома ты приготовишь свое любимое блюдо. Тогда ты в первый раз поместишь вкусный кусочек пищи в рот и ощутишь на языке и в полости рта целую гамму вкусов.

Этого с ними уже не будет.

Голод – всепоглощающий паразит. Он уносит тебя за собой, словно смерть. Он меняет людей и сужает их сознание до одной единственной физиологической природной, животной потребности – употребление пищи.

Где они?

Что с ними случилось?

Какая тайна скрывала та «злая» кассета?

Как во всем этом замешана Екатерина Николаевна?

И кем на самом деле является тот жуткий лось?

Ответы на эти и многие другие вопросы их уже не волновали.

Все это стало абсолютно бессмысленным. На первое место встал голод.

Именно он превратился в главный бич их наказания (потому что ничем другим этот плен просто не мог быть).

Когда закончится гроза?

Когда наступит новый день?

Когда стрелки на часах вновь возобновят свой ход?

Когда они вернутся домой?

Неважно.

Уже неважно.

Главное только одно – как бороться с этим голодом?

Многие пытались отвлечься. Они старались переключить свое сознание на что-нибудь другое. Эти дети пели, играли в игры и молились. Кто-то мечтал, кто-то с головой уходил в книгу, кто-то плавал в темном бассейне.

Они делали все, чтобы не думать о еде.

Другие же выбрали иные методы.

Вторая половина детей много пила воды из-под крана в ванной комнате. Кто-то представлял вкусы разных блюд у себя во рту. Воображал, что кусает пищу и прожевывает ее. Эти деты закрывали глаза и принимали воображаемую пищу.

Но вместо появления чувства насыщения их голод только возрастал. Поскольку они не старались отвлечься от голода, а концентрировали все внимание именно на нем, то он неустанно напоминал о себе.

Голод говорил: «Эта еда не настоящая».

Еще любимым методом спасения от голода стал сон. Но какой может быть сон на голодный желудок? Спать совсем не хотелось. А если и получилось уснуть, то подсознание погружало своего хозяина в жуткие кошмары.

После тех кошмаров спать совсем не хотелось.

Многие старались отвлечь себя болтовней. Они гуляли по корпусу из стороны в сторону и вели беседы на самые разные и глупые темы. Это делалось лишь с одной целью – отвлечься.

Они бежали от главного надзирателя.

От главного врага.

Они бежали от великана по имени Голод.

Но великан оказался хитрее и проворнее их всех.

Вода.

Она стала единственным спасением.

Больше ничего не оставалось.

Именно в воде дети находили свое спасение. Она была вкусной. Теперь у воды стало много вкусов. Только благодаря стакану воды на столе они выживали.

Только этот источник всей жизни на Земле помогал юным экологам контролировать свой разум.

Для тех, кто имеет все блюда мира на своем столе (или хотя бы их часть), вода кажется безвкусной. Этим людям она быстро надоедает. Пить ее невозможно.

Зачем пить воду, да еще и в таких количествах, когда есть другие вкусные напитки? Сладкая газировка, соки, морсы, чаи, кофе, компоты, коктейли, лимонады и другое?

От воды начинает тошнить.

Но эти дети боготворили воду. Эта вода превратилась для них в настоящее золото.

Эта вода могла по праву считаться освященной.

Лишь она одна спасла их всех и не давала упасть в темную бездну, по краю которой они все ходили.

Если у них была вода, то они могли жить дальше. Они могли ждать дальше.

Кто знает, сколько уже времени прошло?

Никто этого не знал.

Дни давно перестали считать.

В этой бесконечной ночи. В этой бесконечной грозе. В этом бесконечном голоде.

Во всем этом не было даже желания считать часы или минуты, ибо каждая мгновение длилось бесконечно долго.

Они с тяжестью в душе и в сердце переживали каждый новый миг этой жизни.

Знал ли кто-то, что им нужно делать?

Нет.

Знал ли кто-то, что их ждет дальше?

Нет.

Знал ли кто-то, что вода может закончится?

Этого и в мыслях не было.

* * *

Ася пришла в ванную комнату, чтобы попить воды. В последнее время она, как и все, спасалась только этим.

Она любила представлять себе разные вкусы. Больше всего эта вода напоминала лимонный сок. Она была такая же кислая и холодная.

Ася покрутила «барашек», который должен был открывать поток холодной воды.

Ничего не произошло.

Ася замерла.

Она вся побледнела.

В голове у нее мелькали страшные мысли.

– Нет…

В ужасе и растерянности она покрутила «барашек» с горячей водой. Только скрип. И ни капли не появилось на краю краника.

– Какого хера?

Заливаясь слезами, Ася побежала к душевой кабинки. Она быстро покрутила оба вентиля на смесителе.

Ничего.

Только скрип.

Воды нет

– Господи… Господи, что же это?!

Ася забежала в туалетную кабинку. Она быстро подняла крышку и… даже здесь она не увидела воду.

– Дерьмо!

Ася уже плакала.

Трясущейся рукой она потянула за ручку слива. Что-то снова заскрипело и зашумело.

Но никакой воды так и не появилось.

Испытав дикий ужас и осознание самого жуткого события в ее жизни, Ася опустилась на колени, ударившись о холодную плитку.

– Срань Господня! Боженька, за что ты всех нас ненавидишь?

И тут же раздался душераздирающий вопль в другом конце коридора второго этажа.

Это был Антон, который истошно кричал:

– Какая жопа это сделала?!

Ася выбежала из ванной комнаты. Она увидела силуэт Антона в коридоре на другом конце.

Другие дети, услышав крики, стали покидать свои комнаты, чтобы узнать причину такого шума.

– Что случилось? – спросил кто-то.

Ася и Антон, казалось, смотрели друг на друга. Только эти двое знали страшную истину.

Антон озвучил ее трясущимся голосом:

– Воды… нет…

* * *

Все собрались в парадном холле у открытых ворот жилого корпуса.

Они смотрели на грозу, на проливной ливень, на ночь, на несколько трупов, которые лежали недалеко на песке.

Всех мертвых выносили на улицу. В доме тела не держали, чтобы не было запаха.

Их было тридцать шесть.

Тридцать шесть детей собрались вместе, чтобы отважится на отчаянный шаг.

– Вы уверены в этом? – спросил кто-то из задних рядов.

Маша, Лиза с Соней, Дима и Леша стояли впереди всех. Маша держала в руках пустую глубокую белую чашку.

Мысли всех детей сошлись на одной единственной.

– Может, нам лучше пить воду из бассейна? – предложила Вероника.

– И ты готова пить хлорную воду? – обратилась язвительно к ней Оксана.

Да, оставался еще бассейн. Но вода там не предназначена для питья.

Но кто сказал, что им можно пить дождевую воду?

Воду этого дождя?

Никто пить хлорную воду из бассейна не собирался. Все трубы в здании высохли. Воды в них нет.

В этот день она исчезла навсегда.

Единственный источник пропитания, жизни и надежды на спасение иссяк.

Вода – все, что у них оставалось.

И теперь нет и ее.

Но есть вода в бассейне, как верно подметила Вероника, и есть вода на улице.

Дождевая вода, которая терзала их в этом плену ожесточеннее, чем плеть мучителя.

Маша, услышав тишину за спиной, подошла к самому краю холла. Она уже стояла у самого порога. Дима подошел к ней, чтобы она не чувствовала себя одинокой.

Все боялись приближаться к этим воротам, к этому порогу.

Все боялись того, что случилось с первой жертвой этого кошмара.

Серебристые молнии плясали в небе. Будто стражники темницы, они всегда на стороже. Они не спали. Они постоянно напоминали о себе.

В одной руке Маша держала пустую чашку, а другой рукой сжимала ладонь Димы. Она присела и поставила чашку за порог. Маша слегка подвинула ее пальцами вперед, чтобы вода с крыши стекала в чашку.

Дождевая вода стремительно наполняла чашку.

Маша была рада, что у нее получилось это сделать.

Возможно, дождевая вода станет для них единственным источником пропитания.

Чаша наполнялась в гробовом молчании. Когда вода уже текла из краев, Маша осторожно протянула обе руке, высунув их через порог, и быстро взяла чашку в руки.

Сердце ее бешено колотилось.

Она боялась остаться без рук. Молния могла ударить в любой момент. За порогом этого здания власть имела лишь сверхъестественная сила, которая и управляла этим страшным природным явлением – грозой.

Маша все это сделала, затаив дыхание. Когда чаша с дождевой водой оказалась у нее в руках, она позволила себе вдохнуть.

Сделав все это, Маша повернулась лицом к собравшимся. На нее смотрело несколько десятков опустошенных глаз.

– У нас снова есть вода, – сообщила она всем, тем самым впервые за время этой напряженной процедуры, прервав молчание.

Появились улыбки.

Сначала одна, потом еще две. И еще несколько.

В глазах детей зажглась надежда.

Они нашли новый источник воды. Неиссякаемый источник.

Но общую идиллию «чудесного спасения» нарушили слова Полины, которая не выпускала из рук свою кошку:

– Если гроза убивает любого, кто переступит порог этого дома, то, возможно ли, что у нее есть и другие методы убить нас? Не думаете, что вода может быть отравлена?

Все пропало.

Мир рухнул в один миг.

Об этом никто не подумал, кроме маленькой девочки.

– Хватит нести чушь! – вышла вперед Алиса.

Девочка подошла к Маше и забрала у нее чашу с дождевой водой.

– Я попробую! – вызвалась она.

Алиса сжимала в руках чашу с водой и смотрела в нее, как в глубокий колодец, в котором отражались звезды.

Все с нетерпением наблюдали за ней. Теорию Полины нужно проверить.

Маша сама задумалась о ее словах. Если смерть царствует за стенами этого здания, то, может, для них существуют и иные опасности, кроме молний?

Но в конечном итоге, дождевая вода – единственная чистая пресная вода, которая у них есть.

Иного не осталось.

Все молча наблюдали за поведением Алисы. Никто не торопил ее. она должна решиться сама.

Напряжение возрастало.

И вот Алиса поднесла чашку с водой к губам и слегка наклонила ее – многие ахнули.

Все затаили дыхание.

А потом…

– Черта с два!

Алиса с диким ревом отбрасывает от себя чашу. Посуда вылетает через открытые ворота и падает в песок.

– Не буду я пить эту воду! – прокричала Алиса в истерике.

И грянул гром.

Многие закричали.

Страх усилился.

Теперь все были едины в одном мнении: дождевая вода отравлена.

Так безобидное предположение Полины изменило ход их истории. Они не могли проверить ее теорию. Кто знает: спасла ли тем самым Полина Алису от смерти или обрекла всех на еще большие страдания?

Но то, что теперь ее все ненавидели, неоспоримо.

Какими бы благими суждениями Полина ни руководствовалась, воды она лишила всех.

Парадный холл заполнился шумом, криками и слезами.

– Прошу вас, успокойтесь! – Лиза тщетно пыталась призвать ребят к молчанию. – Замолчите! Это еще не конец! Мы что-нибудь придумаем! Не надо! Прошу!

Но ее крики не помогали.

Голос Лизы не мог заглушить эту толпу.

Успокоить всех попытались Дима и Андрей. Мальчики тоже не добились успеха в этом деле.

И в какой-то момент целая толпа детей рванулась с места. Все они побежали к бассейну. Кто-то, кто остался в холле, с ужасом наблюдали за ситуацией.

Парадный холл быстро опустел, и тишина вернулась в него.

В холле осталось несколько: Маша, Дима, Лиза, Соня, Андрей, Леша, Катя, Гриша, Лена, Диана, Влад, Оля и Полина.

– Куда это они все? – не понимала Поля.

Оля ответила ей:

– На водопой.

* * *

Когда все те ребята, оставшиеся в холле после того, как зал покинула большая часть людей, миновав раздевалку и душевую, оказались в помещении с бассейном, они стали наблюдать страшную картину.

Двадцать три человека.

Именно такое количество детей у них на глазах стояло на коленях по всему периметру вокруг бассейна.

И эти двадцать три ребенка…

Пили воду.

Они жадно наклонялись к бассейну и черпали хлорную воду руками, заливая себе в рот. Кто-то опускал голову под воду и пил таким образом. Кто-то лакал из бассейна, словно собака или кошка.

Маша в ужасе наблюдала за всем этим. Она понимала, что не может это остановить.

Все эти люди окончательно превратились в стадо диких зверей Африки, которые сошлись у озера или реки на водопой.

Зебры, носороги, жирафы и обезьяны – кого здесь только не было!

Убедив себя окончательно в том, что дождевая вода – яд, никто из них не побрезгал жадно глотать хлорную воду из бассейна, будто боясь, что и она исчезнет в один миг, как исчезла вода в трубах.

– Сестренка, мне страшно! – Соня прижалась к Лизе.

Старшая сестра обняла маленькую Софию.

– Что это с ними? – спросила Соня.

Но Лиза не могла подобрать слова для ответа.

Никто не мог.

Никто из них не ожидал, что дойдет до такого…

– Что мы будем делать? – задался вопросом Дима.

Маша понимала одно: «Этого нам уже не изменить».

* * *

Ира сидела одна в своей комнате.

Дверь была слегка прикрыта. Но для девочки уже не имело большого значения открыта дверь или нет.

Сидя в своей постели, Ирочка держала на руках одну из своих больших улиток.

Слезы высохли на ее щеках.

Тогда Ира сняла раковину со спины улитки и отбросила ее в сторону. Теперь по ее руке ползал лишь слизень.

Подавив все рыдания, Ирочка зажала скользкую холодную желтую толстую улитку без раковины между большим и указательным пальцами правой руки.

Она еще раз посмотрела на нее, а потом… Ирочка открыла ротик и положила улитку себе за язык.

Закрыв рот, девочка принялась тщательно пережевывать слизня.

Он был холодным, мягким и влажным. Ира чувствовала солоноватый привкус. Сдавив тельце улитки зубками, она выжила из слизня все внутренние жидкости и проглотила густую массу.

Улиток у нее осталось немного.

Она съела их почти все.

А потом дверь в ее комнату открылась на распашку, когда мимо прошла Света.

Замерев у порога, Света заглянула в комнату Иры и увидела то, чем она занимается там.

Обе девочки молча смотрели друг на друга.

Тогда Ирочка запустила руку в свою деревянную коробку и отделила от стенки еще одну толстую большую улитку. Взяв ее в руку, Ира протянула улитку в сторону Светы.

Старшая девочка огляделась по сторонам, оценив обстановку в коридоре. Потом она прошла в комнату Иры и закрыла за собой дверь.

Света присоединилась к трапезе Иры.

* * *

– Шуня! Шуня! Кис-кис-кис! Куда ты убежала от меня, проказница? Шуня!

Полина в состоянии, которое напоминало зародыша сильной истерики, металась по корпусу из стороны в сторону. В отчаянии она бегала с первого на второй этаж.

Не стесняясь, она заходила в крыло для мальчиков и заглядывала во все туалетные кабинки их ванной комнаты.

– Шуня! Шуня! Не прячься! Где ты? Кис-кис-кис! Выходи! Шуня!

То и дело Полина натыкалась на разных ребят, что были постарше и спрашивала одно и то же:

– А вы не видели Шуню?

– А ты Шуню не видела?

– Не знаете, где может быть Шуня?

– Я потеряла Шуню. Это кошка, да. Не видели?

Но никто Шуню не видел.

Многие в принципе игнорировали Полину, будто ее для них не существовало. Поначалу это не нравилось девочке, но потеря любимого питомца перебивала все обиды.

Она была готова сделать все, что угодно, лишь бы вернуть себе кошку.

– Шуня! Шуня! Да где же ты? Выходи, проказница! Хватит играть!

С требовательного тона Полина, заливаясь слезами, перешла на мягкий и снисходительный:

– Шунечка! Шуняша! Где ты, миленькая? Выползай, голубка! Я так скучаю! Шуняша!

Полина заходила во все комнаты и заглядывала под все кровати. Она исследовала весь жилой корпус вдоль и поперек.

Кошку никто не видел.

Питомец Полины бесследно пропал, и девочка уже не верила в чудесное возвращение своей любимицы.

– Шунечка! Шуняша! Ну где ты, милашка? Шуня!

Это продолжалось довольно долго.

И в какой-то момент, исследуя коморку под парадной лестницей, Полина заметила странное движение.

Целая группа ребят радостно спешила в столовую. Сначала Полина подумала, что будет очередная встреча с Лизой. Но она об этом ничего не слышала.

И улыбки оказались слишком радостные. Так не ведут себя люди, которые хотят помолиться.

– А куда вы все? – тупо уставилась на бегунов Полина.

Она вышла из-под лестницы и спросила у кого-то:

– А куда все так спешат? Что случилось?

На нее лишь странно взглянули и обошли стороной, ничего не ответив.

– Хватит меня игнорировать! Я же ничего плохого не сделала! Я потеряла свою кошечку! Шунечка! Шуняша! Выходи, пожалуйста!

Полина, конечно, понимала, что остальные ребята не говорили с ней из-за случившегося здесь, в парадном холле, когда Алиса пыталась выпить дождевую воду.

Именно из-за мысли Полины, которая внезапно возникла у нее в голове, ее все стали избегать и тайно ненавидеть.

Она заставила их пить из бассейна, как на водопое.

– Куда все бегут? Я не понимаю! Шуня!

Полина совсем отчаялась.

Она плакала. Девочка села на первую ступеньку лестницы и закрыла лицо руками.

– Шуня… где ты?.. я скучаю! Вернись! Пожалуйста… вернись! Я так тебя люблю… Так люблю! Шунечка!..

В эту минуту боли и страдания к ней подошла Катя. Старшая девочка, поправив розовые очки на маленьком носике, села рядом и нежно спросила, погладив Полину по спине:

– Что случилось, Поля?

Полина, всхлипывая, дала ответ:

– Я потеряла Шуню… она убежала… и я не могу ее найти…

– Не переживай, – утешала ее Катя, – я уверена, что мы обязательно найдем Шуню. Можем поискать вместе, если хочешь? Она наверняка куда-нибудь спряталась. Кошки ведь чувствуют неладное.

– Да-да… она у меня все чувствует и все понимает! Она – умная кошка. Умная, моя Шуня…

– Вставай, давай поищем ее.

Девочки встали, и шум в столовой стал в разы громче.

– А что там? – спросила у Полины Катя.

– Сама не знаю, – пожала Поля, плечиками, вытирая слезы, – все побежали туда, а со мной никто не разговаривает!

– Давай проверим?

Катя чувствовала что-то неладное. Не нравился ей этот радостный сбор в столовой. Кто бы что бы ни затеял, он не поставил в это известность старших ребят.

Значит, случилось то, о чем ее друзья не знают.

Держа Полину за руку, Катя прошла с ней в столовую. Девочки увидели, как целая толпа ребят собралась вокруг стола.

Они что-то ели.

– Эй-эй! – Катя остановила Костика, который пробежал мимо нее.

Мальчик замер. Он даже не взглянул в сторону Полины.

– Что все едят? – спросила Катя.

Костик, сглотнув, ответил:

– Антон нашел какие-то запасы продуктов! Их немного, но все очень вкусно! Еда нашлась!

«Но почему Антон не поставил в известность старших ребят?» – задумалась Катя.

Она помнила, как тот сам прибежал в библиотеку, чтобы сообщить о том, что еда закончилась.

Где он мог найти еще запасы?

– Я пойду поищу Шуню на кухне! – Полина отпустила руку Кати. – Вдруг она тоже проголодалась и пошла искать еду?

– Да-да, конечно, ступай…

Катя отпустила Полину, а сама решила разобраться с «запасом продуктов», который нашел Антон.

Поля, оказавшись на пустой кухне, сразу почувствовала неприятный запах чего-то горелого.

– Шуня! – позвала она кошку. – Шунечка! Ты здесь? Выходи, крошка! Я тебя покормлю! Где же ты?

Странный запах напрягал Полину, но она старалась не обращать на него внимание.

– Шуняша! Кис-кис-кис! Выходи, милая! Я здесь! Шунечка!

В конец любопытство одолело Полину. Она ощутила зловонный запах, исходящий из большой кастрюли.

Встав на цыпочки, Полина открыла крышку большой железной кастрюли, предназначенной, по всей видимости, для приготовления первых блюд.

И на дне пустой кастрюли Полина увидела… голову Шуни.

Все сжалось в ней. Слезы мгновенно пересохли.

Полина, осознав, что случилось, издала жуткий вопль!

Катя, услышав ее крик, бросила взгляд в сторону кухни. Из-за угла вышла Полина – вся в слезах.

Руки девочки дрожали.

Ребята, скопившиеся у одного стола, прервали свою трапезу. Все смотрели на Полину.

– Поля, что случилось? – осторожно спросила Катя.

А потом она резко обернулась и взглянула на стол за спиной. Там, на широкой тарелке, лежала груда тонких косточек.

И все встало на свои места.

Поля произнесла тихим голоском:

– Зачем вы съели мою Шуню?

Глава 18. Проделки Рыбака

Не радуйся смерти человека, хотя бы он был самый враждебный тебе: помни, что все мы умрем

Книга Премудрости Иисуса, Сына Сирахова 8:8

Его нашли в бассейне.

Точнее, на самом дне.

Когда мертвое тело Игорька достали из воды, то обнаружили нечто ужасное.

Его кожа на руках и ногах… кожа щек, губ и лба… вся она была покрыта рыбацкими крючками, которые дырявили его тело в разных местах.

Вода смыла алые струйки крови.

Пить из бассейна, где нашли труп, уже никто не хотел.

По виду трупа было понятно, что Игорек сильно страдал перед своей погибелью. Многие уверены, что все раны были нанесены до того, как его сбросили в воду.

– Кто это сделал? – спросила в ужасе Оксана.

– Рыбак, – дал внятный ответ Андрей.

Леша и Дима вынесли труп Игорька из корпуса. Тело пришлось выбросить на улицу, к остальным мертвым.

Мертвого Игорька обнаружили близнецы Саша и Савва. Проснувшись, они отправились в бассейн, чтобы попить воды.

Савва даже сделал глоток, а потом заметил бледный силуэт на темном дне. Поскольку света не было, мальчики наши труп не сразу.

Маленькие дети из «Звездочек» и «Солнечных зайчиков» горько и долго оплакивали своего друга. Им стало так страшно и дурно, что они совсем забыли о еде и голоде.

Кто-то начал зверские убийства.

Убийца рядом, и это только начало.

После этого случая напряжение среди детей только возросло.

Никто не доверял никому.

Маша была больше всех обеспокоена ситуацией. Она чувствовала, что теряет контроль над ситуацией.

«И зачем я вообще взяла на себя ответственность за все?» – постоянно спрашивала она себя.

Убийство сильно напоминало одну страшную историю, которую рассказывал Андрей.

В ту ночь и началась эта страшная гроза.

Его страшилка так и называлась – «Рыбак».

В ней одного молодого человека нашли на берегу Ежевичного озера. И все его тело было проколото рыбацкими крючками.

Эту историю слышали лишь ребята из отрядов «Айболит» и «Экстремалы».

А значит…

Убийца среди них.

* * *

– Мне бы хотелось поговорить с вами о человечности.

На встречу с Лизой в парадном холле пришло человек десять или пятнадцать. Остальные воздержались и остались в своих комнатах.

– Что такое человечность? – обратилась Лиза к слушателям.

Несмотря на малое количество зрителей, она была рада, что в связи с последними обстоятельствами вообще кто-то пришел.

После неожиданной смерти Игорька авторитет старших ребят был подорван. Другие ребята уже не чувствовали себя защищенным под их крылом.

– Человечность должна быть свойственна всем людям, не так ли? Это разумно. Человечность должна отличать человека от животного. Но это понятие довольно расплывчато, вам не кажется? Давайте сделаем его более точным. Давайте разберемся, что подразумевается под этим словом – «человечность».

Лиза крепко сжимала серебряное распятие. Говорить ей было очень тяжело. Девочка с трудом подбирала слова, борясь с паузами в своем монологе.

– Сейчас мы все объединены общей проблемой. Не мне вам говорить о ней. Голод – важная проблема, с которой мы все столкнулись. И я считаю, что нам нельзя потерять эту самую человечность, которая делает нас людьми. Ведь сейчас все держится только на ней.

Лиза чувствовала, что у нее не хватает дыхания. Она ощущала сухость во рту. Девочка только и контролировала себя, чтобы не разразиться сухим кашлем.

Глоток воды бы не помешал…

Но воды нет.

– Я хочу напомнить вам о годах войны. Блокада Ленинграда. Фашистские лагеря смерти. Освенцим. Бухенвальд. Там люди тоже столкнулись с голодом. И что они делали? Они не теряли своей человечности. Безусловно, я не сомневаюсь в том, что в осажденном Ленинграде нашлись каннибалы. Но я так же уверена, что их единицы. Это не стало массовым явлением. Впрочем, всего мы не знаем. И я не могу рассуждать об этом.

Лизу перебил женский голос в группе зрителей:

– Но у них оставался клей! И какой-то хлеб! Я слышала, что они ели клей!

– Да, и получали еду по карточкам! – добавил кто-то.

– А у нас ничего нет! – завершил триаду третий.

Лиза поспешила вмешаться.

– Вы правы. Да, люди чем-то питались… и все же сотни или даже тысячи их гибли на улицах каждый день. Особенно зимой. Люди просто шли к себе домой и падали. Падали и умирали. Никто их не поднимал. Город был усеян трупами. Но эти люди справились. Они выжили. Какая-то их часть… кто-то смог спастись. Почему?

Ответила ей тишина.

– Они не потеряли человечность.

Лиза почувствовала дрожь в пальцах. Она перекрестилась и поцеловала распятие.

– Вчера случился неприятный инцидент. Я не буду называть имена. Их было много. Ребята поймали кошку Полины, убили ее, пожарили на углях в мангале и съели. Что это по-вашему?

Ответил холодный голос, источник которого находился у раздевалки бассейна.

– Выживание.

Лиза (и все остальные, кто сидел на лестнице) взглянула в сторону.

Ответ она получила от Влада.

– Нет, – продолжила Лиза спокойно свой монолог, – это бесчеловечность. Это мерзко. Подло. Низко. Это кощунство.

Влад, довольно улыбаясь, покачал головой, будто говорил: «Надо же! Какие громкие слова!».

– Кто-то из вас может сказать, что Шуня – всего лишь кошка. Да, это кошка. Но эта кошка принадлежала не вам. Она не была частью вашей семьи, не была вашим другом. Тем ребятам, которые не имели своих домашних питомцев, это тяжело понять. Но давайте размышлять дальше. Я попробую поспорить с собой! Стоит ли кошка человеческой жизни? Можно ли ей пожертвовать, чтобы спасти людей? Ведь в итоге… это просто кошка…

Лиза взглянула на Влада. Тот терпеливо наблюдал и слушал. Выглядел он заинтересованным.

– Пускай вчера это была кошка. А что будет завтра? Человек? Один из вас?

По ступенькам пробежался рокот.

– Подумайте над этим, друзья мои. Я предлагаю вам решить одну задачку. Готовы?

Несколько человек кивнули, внимательно слушая Лизу.

– Едет поезд. На его пути к рельсам привязано пять человек. Отвязать вы их не успеваете. Но вы можете потянуть за рычаг и перевести стрелки. Поезд пойдет по другому пути. Но на этом втором пути лежит один человек. И его спасти вы тоже не успеете. В вашем распоряжении десять секунд. Итак. Если потянете за рычаг, спасете пять жизней, но смерть того, другого человека, будет на вашей совести. Или вы не тянете за рычаг? Ваше бездействие убьет пятерых, но спасет того одного. Как вы поступите?

Все стали перешептываться, обсуждая задачку Лизы.

– А кто тот один человек? – спросил издалека Влад.

– А разве это имеет значение? – ответила ему встречным вопросом Лиза.

Слушатели замолчали и принялись наблюдать за словесной баталией Лизы и Влада.

– Там может быть старая бабка, маленький мальчик, взрослый мужчина или молодая девушка. Кто там? – спросил Влад.

– Значит, жизнь пожилой женщины будет для тебя менее ценной, чем взрослого мужчины?

Влад ответил, пожав плечами:

– Допустим. Эта бабка прожила свою жизнь. И какую пользу она может принести для этого мира?

– Ах, пользу…

Лиза собралась с мыслями, чтобы нанести ответный удар.

– Ты не можешь знать, кто этот мужчина. Он может оказаться убийцей, наркоманом, педофилом или насильником. Какая тогда от него польза?

– А какая польза о твоей бабки? – усмехнулся Влад.

– Пусть эта бабка будет Матерью Терезой! И что ты решишь?

Влад, подумав, посмеялся:

– Долой бабку!

Лиза покачала головой.

– Каждая жизнь священна, – заявила она громко, – вы не знаете, что за человек привязан к тем рельсам. Это может быть примерный семьянин. Единственный кормилец в семье. Отец. Брат. Сын. Кто угодно! Да, этим человеком может оказаться простой пьяница или наркоман. Но вы этого не знаете. Ваша задача решить – тянуть за рычаг или нет.

– Если так, то…

Влад снова напомнил о себе.

– Я потяну за рычаг.

Все смотрели на него.

Парень поправил очки и добавил:

– Убью одного, но спасу пятерых. Возможно, они принесут больше пользы обществу.

– Но смерть того одного человека останется на твоей совести, – парировала Лиза.

– Плевать!

– Хорошо. Пускай тем единственным человеком станет Диана.

Влад недовольно нахмурился, а Лиза игриво выгнула бровь.

– Что ты сделаешь, Влад? – спросила Лиза.

– Убью пятерых, – процедил он.

Лиза чувствовала свое превосходство над оппонентом.

– А эти пять человек – твоя семья. Мама, папа, бабушка, дедушка и тетя. У тебя же нет братьев и сестер? Так вот… что ты сделаешь? Потянешь за рычаг и убьешь Диану, чтобы спасти родных?

Влад тяжело дышал.

А потом на ступеньках появилась сама Диана. Кажется, она услышала вопрос, заданный Владу Лизой, и все поняла.

Влад не знал о появлении Дианы в холле, но ответил:

– Я не потяну за рычаг.

Лиза не сомневалась в его ответе. Только сейчас Влад увидел Диану. Девушка стояла с заплаканными глазами.

Она нежно улыбнулась Владу.

– Значит, ценность конкретных людей для тебя превыше других, – сделала свой вывод Лиза.

Влад рванулся с места, бросив в Лизу:

– Разумеется…

Влад прошелся по лестнице, потеснив зрителей, обнял Диану, и парочка ушла в левое крыло второго этажа.

– Теперь вы видите, что не все так просто, – обратилась Лиза к зрителям, – каждый сам решает: тянуть ему рычаг или нет. И всем нам придется принять это решение.

Лиза открыла Библию, но прежде, чем зачитать ее, она добавила холодным тоном:

– Я хочу, чтобы все здесь задавали себе этот вопрос, когда подумают о том, кого бы еще съесть, чтобы выжить.

Повисла напряженная тишина, и Лиза промолвила:

– Давайте помолимся?

* * *

– И что мне надо сделать?

– Решить. Трахнуть, убить или выйти замуж. С кем ты что сделаешь. Давай, Света! Не тормози!

Четыре девочки из отряда «Клеверята» (Света, Даша, Алина и Алиса) собрались в одной комнате. Они сидели друг напротив друга и играли в игру.

Света пока не понимала правил, а Алиса устала ей их повторять.

– А из кого выбирать? – спросила Света.

– Ну хотя бы среди парней из «Крутых бобров», – предложила Алина, – итак, у тебя есть Аркадий, близнецы Савва и Сашка и Антон. Что ты с кем сделаешь?

– А обязательно выбирать все действия?

– Вот дурочка! Да! Это такая игра!

– Но если я не хочу никого убивать?

– Придется решать.

Свете стало не по себе от такой игры.

Ей пришлось подумать над своим ответом.

– Тогда… выйти за Аркадия, – ответила Света, – заняться этим…

– Трахнуть, – перебила ее Алиса, – говори трахнуть. Будь человеком.

Даша вступила на защиту Светы:

– Девочки, хватит! Может, она не хочет говорить это слово?

– А что в этом такого? – насупилась Алина.

Света решила продолжить озвучивать свой ответ:

– Трахнуть Савву и… убить Антона, наверное…

Алина и Алиса, обменявшись задорными улыбками, тут же заразились бурным смехом.

– А какая разница? – не понимала Алина. – Что Саша, что Савва? Почему ты выбрала именно Савву?

Света лишь пожала плечами.

– Вы же сами сказали ей выбирать! – вновь заступилась за подругу Даша.

– А ты чего за нее отвечаешь? – упрекнула ту с недовольством Алина.

– Нет-нет-нет! – перебила всех Алиса. – Все не так! Смотрите, как надо!

Дальше Алиса принялась загибать пальцы и озвучивать свой ответ:

– Трахнуть Антона, выйти за Савву и убить Аркадия.

Алина звонко засмеялась на ответ подружки.

– И почему мы так обделяем Сашку? – не понимала она. – А я бы вот, что сделала! Смотрите! Трахнуть Савву, выйти за Антона и убить Сашку… ну, зачем мне два одинаковых любовника?

Алина и Алиса снова весело засмеялись. Света и Даша оставались безучастными.

– А ты чего молчишь? – обратилась Алиса к Даше. – Какой твой ответ?

Даша ответила холодно:

– Трахнуть Аркадия, убить Антона и выйти за обоих близнецов! Довольны?

Алина и Алиса засмеялись еще больше.

– Странная какая-то игра, – шепнула Света Даше на ухо.

Та молча согласилась.

– Это не игра странная, а ты скучная! – брызнула Алина.

– Если ей не нравится то, что интересно вам, это еще ни о чем не говорит! – упрекнула оппонента Даша.

– А ты чего за нее заступаешься? Я все никак не пойму! – насупилась Алиса.

– А больше некому!

Все четыре девочки почувствовали сильный разлад в их маленьком отряде. Их дружная группа разбивалась на две противоборствующие команды.

Света и Даша против Алины и Алисы.

– Давайте обсудим старших мальчиков? – предложила Алина. – Итак, у нас есть Дима, Леша, Андрей, Гриша и Влад. Трахнуть, убить и выйти замуж! Кто первый?

– Давай я! – вызвалась Алиса. – Так-так… Трахнуть Андрея, выйти за Влада и убить Лешу.

– М-м, недурно… А я бы трахнула Влада, убила бы Лешу и… вышла бы за Андрея!

Алина и Алиса дружно засмеялись, а сами предоставили черед говорить Даше и Свете.

– Давай, Даша! Что ты с ними сделаешь?

– Хотите знать? Так вот, трахнуть Гришу, убить Влада и выйти за Диму.

– Да ну! – отмахнулась Алина ладонью. – Так не интересно!

– Вы спросили – я ответила.

Все смотрели на Свету. Пришел ее черед.

Света с ужасом поняла, что ей снова придется не только принять сложное решение, но и произнести «запретное слово».

– Я думаю… ну, можно… убить Влада, трахнуть Диму и… выйти замуж за Гришу.

– И чего вы так враждебно относитесь к Владу? – озадачилась Алина. – Вы только посмотрите, как он ухаживает за Дианой! Зачем его убивать?

– Похоже, что у нас разное мнение на этот счет! – закивала Алиса, поддерживая подругу.

Даша сложила руки на груди, переглянулась со Светой и ответила:

– Это очевидно.

* * *

А тем временем Аркадий, Савва, Саша и Антон собрались в своей комнате, чтобы тоже поиграть.

На лбу у Аркадия было написано черным фломастером имя «Лиза». Ему надо было задавать остальным вопросы. И по их ответам ему предстояло угадать «кто он».

– Я человек?

– Ага…

– Я мужчина?

– Нет.

– Женщина?

– Да.

– Взрослая?

– Не-а…

– Молодая?

– Верно.

– Я знаменитая?

– В определенных кругах.

– Меня показывали по телику?

– Не думаю.

– Я прославилась тем, что занимаюсь каким-то видом искусства?

– Нет, не искусство!

– М-м… религией?

– В точку!

– Я – чертова монашка?

Савва, Сашка и Антон громко засмеялись. Этим они не сильно смутили Аркадия, ведь тот тоже хотел всех повеселить.

– Черта с два! Да кто я? – не понимал Аркадий.

– Угадывай! – настоял Антон.

– Я тоже заперт в этом корпусе?

– Точно!

– Я – Лиза?

– Да! – обрадовался Савва.

– Вот дерьмо!

Аркадий облизнул пальцы и принялся вытирать надпись со лба, но вместо этого он просто размазал фломастер.

– Давайте теперь я! – вызвался Антон.

Савва и Сашка о чем-то пошептались и, договорившись, написали на лбу Антона слово «Влад».

– Готово! – заявил Сашка. – Можешь спрашивать.

Антон задавал вопросы, а Аркадий давал ответы.

– Я человек?

– Да.

– Я мужчина?

– Верно.

– Я знаменит?

– Не очень.

– Я тоже в этой дыре?

– Один из многих!

– Я из старших ребят?

– Ага!

Антон так сильно сузил круг поисков, что оставалось всего пять человек, кем они могли его провозгласить.

– Я рыжий?

– Не-а.

– Я заикаюсь?

– Точно нет!

– У меня есть хвост из волос?

– Никакого хвоста!

– Я ношу очки?

– Есть такое.

Антон уже знал, «кто он».

– Я тот, за кем «Крутые бобры» готовы идти до конца?

– Да! – это выкрикнули хором Аркадий и близнецы.

И на этой ноте дверь в их комнату открылась. На пороге появился высокий силуэт.

Это был Влад собственной персоны.

Он оглядел всех присутствующих и заострил внимание на лбе Антона, на котором было почему-то написано его имя.

Влад перешел сразу к делу:

– У меня есть для вас еще одно предложение.

* * *

Артурчик сидел на унитазе, зажав нос. Поскольку воды не было, то все выделения оставались не смытыми в канализацию. Они накапливались и забивали унитазы. Отсюда и сильный зловонный запах.

Закончив опорожнять кишечник, он вытер анус и сбросил туалетную бумагу в черное ведерко. Он встал, затянул трусы и штаны. Застегнув пуговицу на брюках, Артурчик взял ведро с водой из бассейна, которое притащил с собой.

Он вылил воду из ведра в унитаз, надеясь, что это поможет смыть его собственное и чужое дерьмо.

Ведро воды помогло, но Артурчик не добился того результата, на который рассчитывал. Он понял, что больше не может оставаться в этом вонючем помещении, и поспешил покинуть ванную комнату.

С пустым ведром в руке он направился в свою комнату, где его должен был ждать Борька. Артурчик подумал о том, что обязательно расскажет своему другу о том какие дела творятся в туалете.

Он шел и готовил свой монолог, тщательно подбирая слова, чтобы потом долго не думать.

Артурчик хотел зайти в комнату с громким заявлением: «Ты не поверишь!».

Но он вовремя сообразил, что такая фраза может быть не к месту в разговоре о дерьме в туалете.

А потому Артурчик просто вошел в комнату и…

Сначала он услышал противный писк. А затем мальчик увидел Борьку, лежащего на полу на спине.

Костыли лежали рядом.

По бледному телу Борьки бегали черные большие крысы!

А на шее мальчика пристроилась черная змея!

– Ох, нет! – взревел Артур.

Мальчик схватил костыль, что лежал ближе к нему, и принялся жестоко колотить им крыс. Грызуны быстро разбежались во все стороны.

Крысы забились в дырки в углах комнаты и заползли под кровати.

Но в битве с крысами Артурчику удалось ранить одну костылем – брызнула кровь.

Теперь змея…

– Пошла! – заорал Артур. – Пошла вон отсюда!

Он насадил змею на костыль, быстро подбежал к окну, открыл его и выбросил гадкую тварь на улицу.

Враги были побеждены. Артур взглянул на своего товарища, чье бездыханное тело лежало на полу.

Заливаясь слезами, Артурчик опустился на колени перед Борькой и прижал тяжелую голову друга к груди.

– Нет! Не надо… прошу! Очнись! Пожалуйста, очнись! Не надо умирать! Не умирай! Прошу!

Он опустил голову друга и дал несколько раз пощечин трупу.

– Проснись! Давай же! Борька… проснись! Нет! Нет!

Артурчик низко наклонился к лицу Борьки, чьи глаза оставались открыты. Грудь и живот мальчика покрыты укусами крыс. На шее виднелись две точки – след от укуса змеи.

Артурчик прижался щекой к холодной щеке Борьки.

– Только не сейчас… только не так… не так! Не надо! Очнись… очнись…

Мальчик был не в силах сдерживать свои рыдания. Он поцеловал мертвого друга в лоб и просто лег рядом с ним.

Артур обнимал мертвое тело и горько плакал у Борьки на груди. И даже гром не мог заглушить его рыдания.

Глава 19. Доктор Лектер одобряет

Ибо возмездие за грех – смерть, а дар Божий – жизнь вечная во Христе Иисусе, Господе нашем

Апостола Павла послание к римлянам 6:23

Полностью обнаженные, они укрылись одеялом и обнимали друг друга. На тумбочке стояла лампа с приятным теплым светом, который освещал их девственные лица и голые плечи. Лена прислонилась головой к его груди и водила кончиком пальцам вокруг его соска.

Их ноги переплетались под одеялом. Андрей чувствовал всем телом ее тепло. Он ощущал прикосновение ее грудей к своему торсу. Он мог гладить ее распущенные черные волосы.

Сейчас Андрей больше не сдерживал эрекцию. Лена это чувствовала. Ее вторая рука иногда опускалась вниз гладила его пенис.

– Тебе это нравится? – спросила она шепотом.

– Да, очень, – ответил Андрей.

У него не получалось снять напряжение. С ним все это происходило впервые. В своих тайных мыслях Андрей давно и страстно желал этого, но никогда не думал, что мечты так скоро воплотятся в жизнь.

– Мне приятно быть с тобой, – добавила она.

– Да, мне тоже. Тебе что-то хочется?

Лена взглянула на него, а потом одарила его плечо нежным поцелуем. Она снова положила голову ему на грудь, обняла его и расслабилась.

– Есть кое-что…

Она наконец решилась заговорить о своих собственных желаний.

– И что же это? – спросил он, сдавленно.

Ее ответ заставил Андрея покрыться ледяным потом.

– Я хочу причинить боль.

Мальчику стало не по себе. Он заметно напрягся и неуверенно спросил:

– Боль? Мне?

Лена снова приподняла голову и хитро взглянула на него.

– Не в этом смысле. Ты меня неправильно понял. Я говорю о настоящей боли. Мучительной и беспощадной. О той боли, от которой умирают.

– Зачем тебе это?

Озвучив этот вопрос, Андрей понял, что лежит в одной постели с настоящим маньяком.

Этот человек, что сейчас так прижимается своим телом к нему, безумен.

Лена тоже сошла с ума.

Но это случилось с ней как-то по-своему.

Или это не безумие?

Возможно, она всегда такой была…

– Просто хочу, – пожала она плечами в ответ, – мне хочется причинить страдание.

– Есть конкретная цель?

– Наверное. Лиза. Я ее ненавижу.

– Но она слишком большая рыба.

– Верно. И чтобы причинить ей боль нужен тот, кого она ценит превыше всего.

Андрей немного сжался. Эрекция прошла.

– Ее сестра, – произнесла наконец Лена, – мне нужна она. Ты сможешь это устроить?

Андрей уже понял, что станет главным оружием в ее руках. Он будет ее рабом. Она – его госпожа.

– Ради тебя – все, что угодно, – ответил он наконец.

Выбора у него не было.

Какой бы ни была эта девушка, он желал ее всем сердцем.

– Кто-то еще? – спросил он сам.

Подумав, Лена ответила:

– Полина. Ее надо наказать.

– Разве смерть ее кошки – малое наказание для нее?

– Именно. Этого недостаточно. Она должна получить по заслугам.

Андрей в ужасе осознал: то, о чем они сейчас говорят, не шутки. Лена настроена серьезно.

– И кто-нибудь еще… мне мало двоих. Хочу больше.

– И что ты с ними собираешься делать, Елена?

Лена снова опустила свою руку вниз, скользнув ладонью по его телу, и взяла его пенис в кулак.

Она посмотрела Андрею прямо в глаза. Ее губы растянулись в безумной ухмылке, и она дала ответ:

– Я заставлю их испытать такую адскую боль, что они вообще пожалеют о том, что матери породили их на свет.

* * *

– Соня! Соня! Где Соня? Вы не видели мою сестру?

– Тася! Где же Таисия? Тася! Вы не видели нашу подругу?

Двое девочек потерялись.

Лиза в истерике бегала по всему корпусу в поисках своей внезапно исчезнувшей сестренки.

Тимурчик, Вадимка, Ирочка и Полина взяли на себя поиски Таси, которая тоже пропала.

– Тася!

– Соня!

– Где наша Тася?

– Где ты, моя сестренка?

– Тася, где ты?

– Мне нужна моя сестра!

– Помогите найти нашу Таисию!

К поискам двух девочек присоединились и другие. Лизе помогали Дима и Маша. Втроем они распределились по разным частям корпуса и начали свои дружные поиски.

Катя и Гриша помогали ребятам из «Солнечных зайчиков» и «Звездочек» найти Тасю.

Все оказались при делах.

– Соня! Малышка, не надо так! Выходи!

По щекам Лизы текли крупные слезы.

Ира и Полина тоже были в истерике. Они часто всхлипывали. Мальчикам не удавалось их поддержать и вселить надежду в удачное завершение поисков.

В какой-то момент, в самый разгар общей суматохи и сумбура, Лиза и Ира наткнулись друг на друга в парадном холле у лестницы.

Две девочки смотрели друг на друга. Каждая из них потеряла важного для себя человека.

И никто из них не мог найти пропавшего.

А потом Ира согнулась. Она наклонилась к полу. Ее тело выгнулось жуткой волной.

Ирочка упала на колени и уперлась руками о пол.

– Что с тобой?! – Вадимка быстро подбежал к подруге.

Он присел рядом и положил ладонь ей на спину.

По телу Иры еще раз прошла волна, а затем из ее рта вырвалась желтоватая слизь, в которой плавали крупные бледно-желтые комки.

Лиза не стала всматриваться в рвотные массы, но ей показалось, что эти комки напоминали улиток.

– Ира, ты как? – на месте происшествия оказалась Полина.

Ира не отвечала. Из глаз обильно текли слезы.

Ее тело содрогнулось в плечах. И у Иры началась повторная рвота.

– Мы сейчас поможем! – тут появились Катя и Гриша.

Но Ире так никто и не помог.

В новых рвотных массах Лиза обнаружила явную улитку. Ни с чем другим ее спутать было нельзя.

Девушка мыслила об этом следующим образом: «Ей должно быть плевать на то, как именно здесь все сходят с ума. У каждого свое безумие. Для нее первостепенное значение имеет только Соня».

С этой мыслью Лиза молча оставила всех и отправилась в сторону столовой, чтобы найти сестренку.

Катя и Гриша проводили ее понимающими взглядами.

На ковре у ног Иры образовалась целая лужа рвоты, в которой даже ползало несколько еще живых слизняков. Она вспомнила как проглотила самых маленьких, не пережевывая.

– Соня! София! Где ты?!

Лиза озиралась по сторонам, и – чудо – Соня стояла у кладовки под лестницей и светила фонариком.

Лиза застыла. Посмотрела в спину сестры и, смахнув слезы с щек, бросилась к ней.

– Соня! Сонечка! Моя Софийка!

Лиза не сдержалась и крепко обняла младшую сестру со спины.

– Сестренка! Ты чего?! – Соня поторопилась вырваться из ее объятий.

– Как же ты меня напугала! Я тебя все утро искала! Как ты так пропала?

Соня уставилась на сестру, как на умалишенную.

– Ты, о чем вообще? Никуда я не уходила, а была здесь! Смотри, что я нашла!

И Соня направила свет фонарика в темную подсобку.

– Что там такое? – Лиза не сразу поняла.

Затем луч изменил свое направление, и пучок света осветил табурет, на котором Лиза увидела…

– Откуда это здесь? – Соня взглянула на сестру.

Лиза не могла найти в своей голове ни одно объяснение, которое бы помогло ей понять, как пистолет с патронами и двуствольное ружье оказалось в подсобке под лестницей в детском эколого-краеведческом лагере.

– Тебе не кажется, что этого здесь раньше не было? – обратилась к Лизе Соня. – Когда вы раздавали всем фонарики, я этого не видела…

И сама Лиза в этом нисколько не сомневалась.

Но каким-то образом два огнестрельных опасных оружия оказались среди инструментов, веревок и прочего барахла.

– Я не знаю, Соня. Не могу сказать… Пойдем. Пойдем, кроха. Давай закроем эту дверь.

Лиза, словно родная мать, поспешила укрыть сестру от опасности. Она обняла ее за плечи и увела Соню прочь от кладовки под лестницей.

Лиза сама закрыла дверь. Ее взгляд мелькнул в сторону пистолета и ружья. Она надеялась, что видит настоящее оружие в первый и в последний раз.

Когда дверь была закрыта, Лизе стало намного легче. Что еще важнее – Соня снова с ней. Она рядом. И больше Лиза не позволит себе потерять ее еще раз.

– Ты в порядке, милая? – зачем-то спросила Лиза у сестры.

– Да, а что? – Соня поправила локон волос.

– Ничего. Хорошо. То есть… я рада, что ты в порядке, крошка. Идем отсюда.

После увиденного в кладовке и испытанного ужаса (когда она потеряла сестру) Лиза находилась в какой-то прострации. Ей потребовалось время, чтобы прийти в себя.

Крепко держа Соню за руку, Лиза вернулась к компании маленьких детей, Кати и Гриши.

– Соня! Ты нашлась! – обрадовалась Катя и побежала обнимать девочку.

– Вы все меня искали? – удивленно спросила Соня.

– И где она была? – поинтересовался Гриша.

– Видимо, решила изучить подсобку под лестницей, – ответила Лиза.

Катя осыпала лицо маленькой девочки десятком поцелуев.

– Ах, я так рада, что ты нашлась!

Лиза взглянула на Иру, которая приходила в себя после рвоты. Вадиму пришлось поделиться своим платочком, чтобы девочка вытерла губы.

– Что с Тасей? – обеспокоилась Лиза.

– Ее пока не нашли, – ответили Полина, – ума не можем предположить, где она может быть!

А потом кто-то резко толкнул Вадимку в бок. Мимо пробежало несколько человек. Все они ломанулись в сторону столовой.

– Что случилось? – Маша и Дима спускались с лестницей.

– Куда все бегут? – не понимала Соня.

А тем временем целая толпа ребят ломанулась в столовую, что-то дико вопя.

– Какого черта?! – Дима был слишком серьезен.

Никто не понимал, что все это значит. В столовой постепенно собиралась целая толпа ребятни, которая толкалась у столов.

– Идем! – Маша бегом спустилась по ступенькам. – Надо посмотреть!

Компания друзей, убедившись, что Ире стало намного лучше после рвоты, побежали в столовую, чтобы выяснить, что произошло.

Когда группа ребят оказалась на месте, то перед ними предстала жуткая картина. На самом деле в самой сцене, развернувшейся перед ними, ничего жуткого не было, но бросало в дрожь от осознания сути происходящего.

Целая толпа ребят собралась вокруг столов. Все они ели мясо, сгрызая его с костей. Кости бросали прямо на пол, себе в ноги. В воздухе стоял тошнотворный запах паленой кожи и плоти.

Ира заливалась слезами. Полина громко всхлипывала.

– А где… Тася? – Соня подергала Лизу за руку.

Но Лиза не отвечала.

Она смотрела на все происходящее, словно в пустоту.

Двое мальчиков, толкнув Диму в бок, пробежали мимо них и присоединились к остальным, громко крикнув:

– Новые запасы еды!

– Ай да Антон!

– Смогли же найти что-то!

Машу пробирал озноб.

Ей хотелось упасть во мрак прямо сейчас, лишь бы не думать о происходящем.

– Тася… – всхлипнула Ира, – где она?

Только Гриша смог найти в себе силы, чтобы ответить. Он подавил в себе рвотный комок и сказал:

– Вот она… ваша Тася… в тарелках…

Тимурчик, Вадимка, Ира, Полина и Соня застыли от ужаса, который испытали в следующий миг. До них только сейчас дошла вся страшная истина создавшейся ситуации.

– Катя, Гриша, – Лиза отдала им приказ, – уведите отсюда детей.

Двое развернулись к пятерым младшим ребятам. Те уже бились в истерике и не желали даже двигаться с места.

– Тася!

– Наша Тася!

– Как они посмели?!

– Как они могли ее съесть?!

– Ее убили!

– Ее съели!

– Что же делать?!

– Остановите их кто-нибудь!

– Пусть они перестанут!

– Пусть они перестанут есть нашу Тасю!

– Хватит! Хватит!

Кате и Грише пришлось приложить усилия, чтобы увести пятерых ребят из столовой.

Когда им это наконец удалось, Лиза, Маша и Дима остались смотреть на все это втроем.

– Что мы будем делать? – спросила Маша. – Они все превратились в каннибалов!

– Черта с два… они же все стали докторами Лекторами! – ужаснулся Дима.

– Я чувствую, что проводить новое собрание бессмысленно, – выразила свое мнение Лиза, – они все равно не изменят свои взгляды. Они перешли на крайние меры, благодаря которым можно выжить.

– Так нельзя… так не должно быть… мы должны остановить все это!

– Нас не послушаются. Наш авторитет подорван. Теперь все равны. Нет старших и младших. Мы стали одной голодной стаей. Каждый сам за себя.

Маша попятилась назад. Ей хотелось уйти прочь из этого места.

Она не могла смириться с мыслью о том, что с этими людьми даже нельзя будет поговорить.

А что они им скажут?

«Выплюньте Тасю сейчас же!»

«Есть людей – плохо!»

Слова это не остановят.

– Но это еще не самое страшное…

Дима и Маша уставились на Лизу в ожидании объяснений.

– Знаете, что вызывает человеческая плоть?..

Ей не ответили. Тогда Лиза все объяснила сама:

– Привыкание.

* * *

– Они съели ее…

Влад задорно рассмеялся.

Диана лежала на кровати, свернувшись «калачиком». Голову она пристроила на коленях у Влада. Они сидели, прижавшись спиной к стене, и гладил ее по волосам, заправляя локоны за уши.

– Кто бы мог подумать, что эти тихони на такое способны! – добавила Диана.

– Все они сами не свои, когда голодны.

Диану это рассмешило.

– Их психика слаба, – заявил Влад, – и они сами… слабы.

– Ты прав. Мы не такие, как они все. Мы лучше. Гораздо лучше.

– Верно. И скоро у нас будет все необходимое, чтобы пережить эту чертову грозу.

Они давно придумали свой план.

– А как быть с Андреем и Леной? – поинтересовалась Диана.

– Они нам не нужны, – отмахнулся Влад, – пусть делают сами, что хотят. Если надо – съедим и их.

– Съедим?

– Конечно! Сделаем все, чтобы выжить.

Это было для них самым главным.

– Когда все начнется? – спросила Диана.

– Скоро. Очень скоро. Вот увидишь. Вот-вот все будет наше. Мы покажем миру и им всем, кто здесь главный.

Диана поднялась и села рядом с ним, прижавшись плечом к его плечу.

– Мы – главные, верно? – посмотрела она на него.

– Разумеется.

Двое одарили друг друга поцелуем.

Диана провела рукой по его голени вверх и вниз. А потом она расстегнула пуговицу его джинс и завела ладонь Владу в штаны.

Он выпрямился и подвинулся слега, вздохнув. Диана ощущала прикосновениями его эрекцию.

– И что мы будем делать, когда это начнется? – спросила она.

– Править, – его ответ, – будем делать все, что нам вздумается.

– Но нам нужна армия.

– «Крутые бобры» слушаются меня. Да, они глупые и бессмысленные обезьяны. А потому ими легко манипулировать. Они сделали это с той малявкой. Будь уверена, эта компашка в моей власти.

Влад даже не задумывался о том, что именно Диана делает рукой с его пенисом. Он просто получал удовольствие.

– Диана, – Влад обратился к ней, – важны только мы с тобой. И больше никто. Только мы.

И Диана наклонилась вниз…

– Мы должны выжить, несмотря ни на что.

Глава 20. Раскол разума

Смерть! где твое жало? ад! где твоя победа?

Жало же смерти – грех; а сила греха – закон

Апостола Павла 1-е послание к коринфянам 15:55-56

Она стояла у главного входа в холле и смотрела на шестерку трупов, выброшенных под дождем. Седьмую жертву съели вчера. Их осталось тридцать три.

Лиза не отпускала от себя далеко младшую сестренку. После того, как она ее чуть не потеряла, сестры всегда вместе. Вот и сейчас Соня сидит на второй ступеньке парадной лестницы и смотрит в спину сестре.

В голове Лизы неожиданно мелькнула страшная мыль: «Это могла быть моя сестра. В столовой. На тарелках».

Теперь на тарелках может оказаться любой.

Она отдавала отчет в том, что эти люди сошли с ума. Может, не все, но большая часть.

Они боятся.

Одни боятся безумия других.

И каждый безумен по-своему.

Наверняка, кто-то планирует сейчас новое нападение. Кто-то выбирает жертву для нового обеда.

Больше нет человечности в этих детских разумах. Их разум раскололся. Остались лишь природные, животные инстинкты. Базовые потребности, которые требуют немедленного удовлетворения.

– Из социальных животных мы превратились в… простых животных.

«И не всякие животные являются каннибалами», – добавилась у Лизы еще одна мысль.

Они хуже и страшнее, чем самые опасные хищники планеты.

Все они одновременно оказались на самой вершине пищевой цепи и в самом ее низу.

«Консументы первого порядка», – печально подумала Лиза.

Лиза стояла и смотрела на этот бесконечный страшный ливень, от которого не было никакого спасения. Их надзиратель на стороже всегда. От него не спрятаться. От него не убежать. Пока он сам не уйдет, пока он сам не оставит их в покое и не позволит им выжить, они не могут спастись.

Но опасность грозы и призраков отошла на самый последний план…

Отныне им стоит бояться лишь друг друга.

– Т-т-ты к-к-как?

Леша вышел к ней.

Теперь холл пополнил еще один, третий человек. В остальном – они находились здесь в полном одиночестве.

– Привет, Леша, – выдохнула Лиза.

Он встал рядом с ней и принялся тоже смотреть на нескончаемый ливень в ночи.

– Я… ничего, просто устала. Порядок.

Леша неуверенно кивнул.

– А ты что-то хотел?

Лиза взглянула на друга. Этот человек верно помогал ей во всем. Он всегда был рядом.

Лиза сама не заметила, как держалась в этом месте только на поддержке заикающегося мальчика, который явно испытывал к ней симпатию.

– В-все за-зашло т-т-так да-далеко, ч-ч-что мы и пре-представить се-себе не м-м-могли, ве-верно? – обратился он к ней.

– Ты прав, Леша. Совершенного не изменить. Остается лишь держаться вместе, чтобы…

– Не быть следующими.

Эту фразу он произнес без заикания.

Лиза сама взяла его за руку. Его ладонь оказалась теплой и немного влажной.

– Спасибо, что всегда был рядом со мной, Леша. Ты во многом мне помог здесь. Думаю, без тебя я бы не справилась. Твоя поддержка для меня очень важна.

Она заметила, как бледные щеки Леши залились розовой краской.

– Л-л-лиза, – он снова заговорил.

– Да?

– Я-я хо-хотел те-тебе кое-что ска-сказать.

Она не дала своего согласия. Лиза промолчала, догадываясь по его тону и взгляду о том, что Леша желает ей сообщить.

– Т-ты мне… о-оче-чень нра-нра…

– Леша.

Лиза оборвала его на полуфразе и взяла уже за две руки. Они стояли рядом и смотрели друг другу в глаза.

– Ты очень милый. Ты невероятно заботливый и… добрый человек. Я очень ценю твою поддержку. Правда. Это было важно для меня. Я искренне благодарна тебе за все, что ты сделал и делаешь для меня.

Его губы слегка расплылись в нежной улыбке.

Лиза взглянула на Сонечку, которая внимательно и молча наблюдала за разговором двоих ребят.

– Н-но…

Лиза снова посмотрела на Лешу и продолжила:

– Но я не могу ответить тебе взаимностью, Леша.

Кажется, он так вздохнул и задержал дыхание.

– Я нисколько не сомневаюсь в твоих светлых, добрых и нежных чувствах ко мне. Я вижу это, Леша. Правда. Я все вижу. И мне это… очень приятно! Поверь.

Леша выжидал, затаив дыхание.

– Я не могу ответить тебе тем же. Я не хочу причинять тебе боль. Леша, я не смогу дать тебе то, что ты ищешь. У меня этого нет, прости. Тебя может сильно ранить, если я предложу тебе дружбу, которую я очень ценю. Знаю, тебе не это нужно и…

– В-все но-нормально…

– Леша!

Лиза крепче сжала его руки. В ее глазах застыли слезы.

– Прости меня. Я просто не могу. Пойми. Я не чувствую к тебе того же…

– И я не мо-могу за-заставить те-тебя…

– Спасибо. Спасибо, что ты все понял. Мне, правда, очень жаль, что все так. Но я, правда, не могу. Может, просто сейчас не время.

Лиза взглянула на Соню и добавила:

– Я должна думать о ней.

Девушке было тяжело справиться с теми эмоциями, которые она сейчас испытывала, говоря Леше такие слова. Будто она чувствовала его боль в себе. Ей совсем не хотелось быть такой сейчас, но ради Сонечки она должна.

Она снова обратила внимание на Лешу, и мальчик сам шагнул в ее сторону и крепко обнял. Ей было приятно почувствовать его тепло, заботу и ласку. И ей самой стало невыносимо больно от того, что она не может себе позволить все это взять и принять.

– Я-я все-равно до-должен это ска-сказать, – прошептал он ей на ухо.

А потом добавил, не заикаясь:

– Я люблю тебя, Лиза.

И больше она не могла сдерживать слез.

* * *

Гриша и Катя, держась за руки, шли по коридору второго этажа. Девочка часто озиралась по сторонам. Она была крайне встревожена опустошенностью всего здания. Будто все дети внезапно исчезли, пропали, и они остались здесь одни, вдвоем.

В висках у нее стучало. Катя из последних сил шевелила ногами. Ей хотелось упасть и не вставать.

– Подожди!

Она остановилась и прижалась спиной к стене, тяжело дыша.

– Что такое? – Гриша был сильно обеспокоен.

Лиза сглотнула соленый комок и ответила, сдавленно:

– Я хочу есть.

Она тяжело дышала.

– Глупо, не правда ли? Учитывая, все это…

Гриша встревожился. Он не знал, как помочь Кате в такой ситуации. Но он видел, что силы девочки на исходе. Он обязан что-то придумать.

Кате нужно поесть.

Но тут всем нужно что-то есть!

– Держи!

Гриша протянул ей свою правую руку.

– Ты чего? – нахмурилась Катя.

Гриша встал рядом, прижавшись к стене и еще раз протянул ей правую ладонь, пояснив:

– Мои пальцы. Кожа человека довольно соленая. Ты можешь их полизать. Не думаю, что своими много наешься.

Катя завороженно смотрела на него. Она никак не ожидала такого предложения от Гриши.

Катя испугалась: «Неужели, этот человек будет готов позволить ей съесть самого себя, чтобы она выжила, если это потребуется?».

– Нет, Гриш, я не могу…

– Я разрешаю. Давай! Станет легче. Сделай это.

Катя оказалась на перепутье. С другой стороны, голод одолевал ее. И любая возможность хоть немного утолить его была для нее настоящим праздником.

– Ты доверяешь мне? – обратился к ней Гриша.

– Да, – кивнула Катя в ответ.

– Тогда давай.

Катя взяла ладонь Гриши и подвела кончики его пальцев к своим губам. Она смотрела ему в глаза и сама не верила в то, что делает все это.

Он же внимательно наблюдал.

А потом Катя приоткрывала рот и аккуратно облизнула кончик его указательного пальца.

– Мм… и, правда, соленый…

Гриша довольно усмехнулся.

– Не стесняйся!

Катя, ощутив его поддержку, почувствовала прилив смелости. Теперь она взяла два его пальца: указательный и средний – и сунула их себе в рот, жадно облизывая, чувствуя солоноватый вкус.

Ее голод постепенно отступал.

Это помогало.

Катя почувствовала, что ей стало намного легче.

Она совсем не ожидала, что сможет так «наесться» пальцами Гриши!

Вылизав два пальца, она вынула их изо рта и отпустила его руку.

– Спасибо, – Катя улыбнулась ему.

– Если проголодаешься – моя рука всегда в твоем распоряжении. Тем более у меня их две.

Катя нервно посмеялась.

Она совсем не ожидала, что способна пойти даже на такое, чтобы утолить чувство голода.

– Пойдем.

И вдруг дверь одной комнаты открылась. В коридор высунулась голова Аси. Это была та самая девочка, которой Катя и Гриша как-то помогли. Асю посетили жуткие галлюцинации. Она видела самого дьявола и других демонов.

– Эй, вы! – позвала Ася их приглушенным шепотом. – Идите сюда!

Катя и Гриша озадаченно переглянулись.

– Я должна вам кое-что сказать! Быстрее, пока нас не услышали!

Двое поняли, что им ничего не остается, кроме как войти в комнату Аси. Здесь оказалось совсем темно, но Ася поспешила зажечь один фонарик.

– Что такое? – полюбопытствовал Гриша.

– Садитесь!

Катя и Гриша выполнили просьбу, опустившись на край кровати. Ася села напротив.

– Я знаю, кто это сделал…

– Что сделал? – не поняла Катя.

– Тише!

Ася озиралась по сторонам, будто искала в темной комнате посторонних личностей. Девочка быстро встала и ловким движением закрыла дверь, чтобы никто не вошел.

Вернувшись на свое место, она пояснила:

– Я знаю, кто убил Игорька.

Катя почувствовала, как по ее спине пробежала ледяная дрожь. Она точно никогда не забудет жуткое зрелище: мертвое тело Игорька в бассейне, продырявленное сотней рыбацких крючков.

Загадочного маньяка прозвали Рыбаком. Личность его оставалась в тайне.

– Знаешь? – переспросил Гриша. – Но как?

– Меня могут и убить, если они узнают, что я знаю.

– Они? – вставила Катя. – Значит, убийца действовал не один?

Ася кивнула.

– Одному тут такое сложно провернуть. Вот, что я вам скажу. Бегуны на утренней пробежке всегда первые находят трупы. И это не случайно.

Катя не сразу поняла, к чему была эта фраза. Но вскоре острая мысль врезалась в ее сознание.

– Близнецы?! – вырвалось у нее.

Именно близнецы Сашка и Савва нашли труп Игорька, когда решили попить воды из бассейна.

– И не только, – покачала головой Ася.

– Все «Крутые бобры»?! – догадался Гриша.

По молчанию девочки Катя и Гриша поняли, что обо всем догадались. Для Кати это стало настоящим шоком.

Но, поразмыслив, она не удивилась, учитывая то, что именно Антон нашел «новые запасы еды», убив Шуню, кошку Полины, и девочку Тасю.

– Это только армия, оружие, слепые последователи, – продолжила Ася, – «Крутым бобрам» отдают приказы, а они их выполняют. Не они – главные виновники этого кошмара. Да, они убивали, но распоряжался всем кое-кто из ваших.

– Из наших? – удивился Гриша.

– Один человек стоит за всем этим. Он и отдает приказы. Если наказать «Крутых бобров» и обвинить их в убийствах, то дело этим не закончится. Важно отрезать голову хищнику, чтобы убить его наверняка.

– И кто же «хищник»? – спросила Катя.

Ася почувствовала, как ее руки начали дрожать. Ей было страшно говорить обо всем этом.

– Мальчики слишком громко болтают. Так я и узнала обо всем. Кроме меня их разговора никто не слышал. Они говорили, что смерть Игорька – жертвоприношение грозе. Так они рассчитывали покончить с проливным убийственным дождем.

– Но это безумие! – воскликнул Гриша.

– Именно. И я знаю, кто здесь главный безумец. Тот, на кого работают «Крутые бобры». Тот, за кем они следуют. Тот, кто может им приказать вырезать нас всех, пока мы спим.

– Скажи же нам имя!

Катя больше всего боялась услышать «Дима» или «Леша». Она не могла поверить в то, что это могли быть они.

Если это будет Андрей или…

– Ваш очкастый извращенец зашел слишком далеко.

* * *

Весь следующий час дверь подсобки, что находилась под парадной лестницей в холле на первом этаже, то открывалась, то закрывалась.

Для всех же она оставалась только закрытой.

И лишь голова лося, висевшая над лестницей, видела, кто ее постоянно открывал.

Они шли по одному.

В первую очередь пропало огнестрельное оружие. А затем стали выносить все остальное.

Лопаты, грабли, мотыги, веревки, швабры, молотки, топор, гвозди, спицы и другое.

За этот час вся подсобка оказалась опустошенной.

Каждый следующий, кто приходил сюда, понимал, что появлялся здесь далеко не первый.

Уже ни для кого не осталось секретом то, что гонка вооружений началась.

Из кухни забрали ножи и другие острые предметы. Ножи также потребовались для того, чтобы заточить ручки деревянных швабр, сделав из них острые копья.

Кто-то принялся ломать стулья и табуретки. Деревянные ножки могли оказаться полезными. Кто-то отдирал старые доски от пола. Из этих досок еще торчали ржавые гвозди.

В ход шло все, чем можно было защититься. Любые вещи и предметы, которыми можно причинить боль.

За этот часть они обчистили весь жилой корпус в поисках подходящего оружия.

Отныне принципы «старшие за младших» и «взаимопомощь» не действовали. В ход вступило новое правило – «каждый сам за себя».

Раздобыв оружие, человек спешил найти укрытие. Укрытиями служили личные комнаты, где собрались самые преданные друзья и товарищи. Но и они могут в любой момент предать и стать врагами.

Процесс вооружения проходил в полной тишине и темноте. Это должно было остаться в тайне.

Но эту тайну успели узнать все.

Никто не переговаривался. Никто не говорил, что делать и куда идти. Каждое мгновение на счету.

Через час в кладовке под лестницей ничего не осталось. Эта комнатка превратилась в пустое помещение, лишенное всего своего содержимого.

Дети затаились во тьме.

Голод управлял их расколотым разумом.

Жажда командовала их сознанием.

Их ледяные сердца бились, как одно сердце, обливаясь густой кровью.

Никто и ничто больше не имело значения.

Только ты сам.

Только твоя жизнь.

Только твое собственное спасение.

Либо ты их, либо они тебя.

Другого не дано.

Выживи или умри.

Все зависит только от тебя.

И помощи уже ждать не от кого.

Страх добился своего. Его задача выполнена. Теперь дело за его жертвами.

Голова лося довольно улыбалась, предвкушая начало настоящего шоу.

* * *

Они сидели на кровати, прижавшись друг к другу. Обоим было так страшно, как никогда. Но вместе они боролись с этим страхом, делая его незначительным.

Маша взглянула на лист бумаги, что лежал на прикроватной тумбочке. Текст освещал желтый свет настольной лампы, работающей на батарейках.

На бумаге значился список участников отрядов с зачеркнутыми именами умерших:

« «Айболит» (14 лет):

Дима, Влад, Маша, Катя, Лиза

«Экстремалы» (14 лет):

Леша, Андрей, Диана, Гриша, Лена

«Клеверята» (12-13 лет):

Алиса, Света, Даша, Алина

«Крутые бобры» (12-13 лет):

Аркадий, Савва, Саша, Антон

«Медузы-карапузы» (10-11 лет):

Ася, Денис, Артур

«Червячки» (10-11 лет):

Вероника, Оля, Оксана, Женя

«Солнечные зайчики» (9 лет):

Костик, Тимурчик, Полина

«Звездочки» (9 лет):

Вадимка, Стасик, Максимка, Ирочек, Соня»

За все это время, что они заперты здесь, они понесли семь безвозвратных потерь.

И Маша боялась, что этих потерь скоро станет намного больше.

– Как думаешь, сколько мы уже здесь находимся? – спросил у нее Дима.

– Полагаю, что сорок дней и ночей уже давно миновало. Может, в Библии была какая-то ошибка? И Всемирный Потоп длился гораздо дольше… гораздо…

– Возможно, это что-то намного хуже, чем Всемирный Потоп.

– Если это не закончится через несколько часов, то я… боюсь, что всем нам осталось совсем немного. Скоро они начнут падать и умирать. Как люди в блокаду Ленинграда.

Диме становилось жутко, когда он представлял себе подобные сцены.

Но больше всего его волновал другой вопрос: «Что станет с ними?».

– Хотела бы я сейчас вернуться на ту поляну. Сесть с тобой в траву. Мы бы рвали полянику и малину. И не было бы этого ничего. Всего этого… все чаще я хочу, чтобы это оказалось просто сном.

Но они прекрасно знали, что это не сон.

– Но на такой сон у меня бы фантазии не хватило! Слишком страшно. Слишком…

Маша прижалась к нему и уткнулась лицом в плечо Димы.

– Я больше не могу этого выносить! Не могу!

Дима обнял ее, прижав к себе. Он был готов сделать все, чтобы она не плакала.

– Как мы будем существовать дальше? – спросила она.

У него ответа не нашлось.

– Ты можешь спеть? – обратился он к ней.

– Спеть? Считаешь, это мне поможет?

– Спой что-нибудь для меня.

Маша выпрямилась и посмотрела внимательно на него.

– А что ты хочешь услышать?

– Все, что ты сама захочешь спеть. Пение тебе всегда помогало.

– Да, тут ты прав… помогало.

Маша собралась с мыслями, стараясь забыть о горе и о всех проблемах. Она давно не пела, и сейчас ей потребовалось время, чтобы приготовиться.

А потом слова полились из ее уст сами собой:

– Oh, my love, my darling, I've hungered for your touch a long lonely time.

– Аnd time goes by so slowly and time can do so much.

– Аre you still mine?

– I need your love. I need your love. God speed your love to me.

[1 – Ох, моя любовь, мой дорогой, я жаждала твоего прикосновения долгое одинокое время. И время идет так медленно, и время может сделать так много. Ты все еще мой? Мне нужна твоя любовь. Мне нужна твоя любовь. Бог направляет твою любовь ко мне.]

В первые минуты Диму посетила страшная мысль: это может быть последнее пение Маши, которое он услышит в своей жизни. Он сразу понял, что она выбрала именно эту песню не просто так.

Сейчас она хотела рассказать ему о своих чувствах, ведь именно они имели самое большое значение. Остальное – ерунда. Даже смерть – ерунда.

И он тоже должен рассказать ей о своих чувствах. Через пару часов может быть слишком поздно.

– Lonely rivers flow to the sea, to the sea, to the open arms of the sea.

– Lonely rivers sigh 'wait for me, wait for me', I'll be coming home wait for me.

[2 – Одинокие реки текут к морю, в море, к его объятиям. Одинокие реки вздыхают "Жди меня, жди меня", я приду домой подожди меня.]

Дима приготовился к тому, чтобы после этого пения все ей рассказать, во всем ей признаться. Возможно, Маша уже знает о его чувствах, но он сам должен их высказать ей.

Если он этого не сделает сейчас, то сильно пожалеет о несовершенном. Он слишком часто жалел в своей жизни о том, что что-то не сделал в какой-то момент.

А этот момент – самый подходящий момент для того, чтобы все рассказать. Дима даже не задумывается о том, что будет потом, когда он все расскажет. Это не имеет значения. Он примет любую ее реакцию.

Но сказать он обязан. Без этого он не сможет спокойно умереть.

А смерть… смерть подкралась совсем близко.

– Oh, my love, my darling, I've hungered for your touch a long lonely time.

– Аnd time goes by so slowly and time can do so much.

– Аre you still mine?

– I need your love. I need your love. God speed your love to me.

Маша закончила петь, и из ее глаз тут же хлынули слезы. Она не сдержалась и опустила голову ему на плечо. Маша горестно всхлипывала, не в силах больше сдерживать свои эмоции.

Боль. Страх. Отчаяние. Все смешалось в ней!

Она больше не может оставаться такой сильной и стойкой, какой она держалась все это время.

Она устала от всего.

В конце концов ей просто очень страшно.

– Я больше не могу, – всхлипнула она, – прости… прости, что я плачу. Но я, правда, больше не могу! Мне еще никогда не было здесь так страшно. Случилось слишком много всего! И это давит на меня. Ты даже не представляешь, как это давит! Как же я устала… устала…

Дима обнял ее. Слезы Маши текли по его футболке. Ее тело содрогалось в его объятиях.

Он не желал ее отпускать.

Он желал ее защитить и уберечь.

Она имеет право плакать. Особенно теперь, когда ситуация вышла из-под контроля. Ужас достиг своего пика.

И они не могут это остановить.

Убийства и каннибализм!

Дима чувствовал, что их конец близок.

– Маша, – сорвалось с его губ.

– Да, Дима?

Она старалась не плакать, но ничего не выходило.

– Я давно хотел сказать тебе. Я должен признаться во всем сейчас. Хорошо?

– Да, конечно. Я готова, Дима. Правда, я готова все выслушать. Не молчи.

Она готова.

Она хочет это услышать.

И эти ее теплые слова помогли Диме собраться. Ее слова делали его сильным. Он чувствовал ее поддержку в каждом звуке.

– Маша, что бы дальше с нами ни произошло, я хочу, чтобы ты знала… я…

Но скрип двери, которая внезапно открылась, не дал ему закончить фразу. В комнате появилась Оля. Девочка тяжело дышала. Она сжимала в руке включенный фонарик.

Оля прижалась спиной к двери и свободной рукой закрыла замок.

Маша, увидев незваного гостя, смахнула слезы и резко выпрямилась. Она знала, что глаза ее на мокром месте. Оля появилась в самый неподходящий момент.

Девочка тяжело дышала. Ее глаза горели от ужаса и страха.

А потом из коридора раздались и другие звуки: топот и голоса.

Тишина, разрушившаяся в этот миг, уже не вернется никогда.

– Оля, что случилось? – спросила Маша прямо.

Девочка, переведя дыхание, глотнула воздух и ответила на выдохе:

– Началось…

Глава 21. Худшие опасения сбылись

Легко для Господа – в день смерти воздать человеку по делам его

Книга Премудрости Иисуса, Сына Сирахова 11:26

В холле никого не было, но это не на долго. И Тимурчик это прекрасно понимал. Он чувствовал, что начало страшного кошмара совсем близко.

«Все сошли с ума», – сидело крепко у него в голове.

А потому ему пришла лишь одна-единственная блестящая мысль.

Оглядываясь и убеждаясь в том, что его никто не видит, Тимурчик прошел к кладовке под лестницей. Открыв дверь, он обнаружил пустую темную комнату. Мальчик осветил небольшое помещение фонариком – точно пусто.

Тимурчик зашел в кладовку, плотно закрыл за собой дверь и сел в углу комнаты, прижав ноги к животу.

Он решил переждать ужас здесь.

* * *

Катя и Гриша, держась за руки, спешно двигались по темному коридору, освещая себе путь фонариками. Они должны немедленно предупредить остальных ребят о том, что они узнали от Аси.

Влада нужно остановить.

И вдруг путь им перегородили двое: Антон и Аркадий. Катя и Гриша развернулись, чтобы уйти прочь, но перед ними возникли близнецы – Сашка и Савва.

Все четверо членов отряда «Крутые бобры» вооружены штыковыми лопатами, граблями, тяпками и плоскорезами.

– Нам нужно пройти, – Гриша старался сохранять спокойствие перед лицом врагов.

– Ребята, вы чего? – приветливо улыбнулась им Катя.

Но Гриша и Катя видели в глазах четверых мальчиков, армии Влада, настоящее безумие.

Все случилось слишком быстро.

Антон и Аркадий вцепились в Гришу. Сашка и Савва схватили Катю. Мальчики принялись растаскивать пару друг от друга.

– Что происходит?! – заорал Гриша.

– Что вы делаете?! – завизжала Катя. – Отпустите!

– Хватит!

– Прекратите!

Но четверых ребят было уже не остановить. Они тащили двоих за руки, оттаскивая друг от друга.

– Куда вы нас тащите? – кричала Катя.

Антон ей холодно ответил:

– Это приказ нашего Короля!

Гриша и Катя с ужасом посмотрели друг на друга. В какой-то момент они оба поняли, что им уже не спастись.

Их могут убить.

– Катя! Нет! – отчаянно орал Гриша, пытаясь вырваться из хватки.

– Поддай ему хорошенько, чтобы не сопротивлялся, – скомандовал Антон Аркадию, – а то Король будет не доволен!

Тогда Аркадий замахнулся граблей и ударил острыми зубцами Грише в левую лодыжку. Ржавые острия впились в плоть Гриши, и ногу пронзила острая жгучая боль.

– Нет! – у Кати вырвался истошный крик, по щекам покатились слезы.

Когда Аркадий вытащил граблю из ноги Гриши, то из конечности хлынула густая вишневая кровь.

Гриша уже не мог так сильно и рьяно сопротивляться, как раньше.

– Катя! – только кричал он. – Мы спасемся! Держись! Я спасусь и выручу тебя! Обещаю!

Катя не могла сдерживать слезы. Ее терзал и мучил тот факт, что они могут больше никогда не увидеться.

– Гриша! Гриша!

Она вырвала одну руку и протянула к нему.

– Я люблю тебя! Прошу!

Но Савва быстро перехватил ее руку и завел Кате за спину.

– Мы спасемся! – крикнул ей в ответ Гриша. – Обещаю!

А Катя молила, опустившись на колени:

– Только не умирай! Гришенька! Только не умирай!

Но тот уже не был уверен в том, что исполнит ее желание.

– Не умру, любимая… не умру…

И четверо мальчишек растащили двоих в разные стороны. На каждого из них у Короля имелись свои планы.

Когда близнецы волокли Катю во тьму, у нее мелькнула жуткая мысль: «Это только начало конца».

* * *

Услышав шум в коридоре, Ирочка, прижимая к себе острую спицу, которую нашла в кладовке под лестницей, открыла дверцу и покинула свою комнату.

Этот шаг стал для нее роковой ошибкой.

Стоило ей взглянуть в сторону, как она увидела целую толпу ребят, несущихся прямо на нее!

Ира уже хотела скорее вернуться в свою комнату и спрятаться, но не успела.

По меньшей мере, двадцать человек, словно стадо носорогов, мчалось к ней, истошно вопя и размахивая своими оружиями.

Ира выставила вперед свою спицу, намереваясь защищаться, дать отпор, но такое сопротивление никак не могло побороть ту безумную армию, неумолимо двигающуюся в ее сторону.

– Останови…

Ирочка даже не успела произнести это слово. Ее голос оборвался в тот момент, когда толпа наконец настигла ее… и повалила на пол.

Она упала лицом вниз, когда ее сбили с ног.

Ноги топали по ней…

Она получала удары по спине, голове, ногам и рукам. Десятки ног топтали и топтали ее худенькое маленькое тельце.

Толпа, словно стая мамонтов, беспощадно пробежалась по ней, даже не обращая внимание на то, что живой человек лежал у них под ногами.

В тот момент, когда ноги били ее по лицу, Ира почувствовала, что не может двигаться. Она не могла вдохнуть.

Сильный удар по шее навсегда перекрыл для нее доступ к свежему воздуху.

Больше Ирочка вдохнуть уже не могла.

* * *

– Леша! Скорее! Я так больше не могу!

Лиза торопила своего друга.

Они уже поняли, что на втором этаже началась страшная давка. Лиза и Леша поторопились спуститься вниз, чтобы избежать кровопролития. Но они удалялись от эпицентра сражения не просто так.

– Мы должны найти Соню! Мы должны быстро найти мою сестру! Я этого больше не выдержу! Где она, Леша?! Где она?!

Но у него не было ответов.

Леша отстал еще и потому, что никак не мог найти для себя подходящее оружие, чтобы защитить Лизу в случае опасности.

Лиза держала наготове свое большое серебряное распятие, которое хранилось у нее в кармане.

К счастью, погони за ними не организовалось. Никто не хотел нападать на старших ребят, но это только пока…

Лиза билась в истерике. Соня опять исчезла. Ее сестра снова пропала! Но она ее не отпускала от себя ни на миг! Как такое могло случиться?

– Быстрее, Леша! Я так больше не могу! Надо найти ее!

Оглядевшись, Лиза услышала странные звуки, которые раздавались со стороны бассейна.

– Пойдем туда, – скомандовала она, – нужно все проверить.

Леша, кивнув, последовал за ней.

Пока на втором этаже царил хаос, Леша и Лиза прошли в пустую раздевалку бассейна. Никого. Они вошли в душевую комнату. Тоже пусто.

А потом Лиза остановилась, услышав знакомые голоса. Но слов разобрать она не могла.

– Давай, я первый? – вырвался Леша вперед.

Лиза не стала возражать.

Спрятавшись за широкой спиной Леши, Лиза прошла в зал с бассейном. И там перед ними открылась воистину страшная картина.

На другой стороне бассейна находилось четверо. Во-первых, там стояла Лена. В руке она сжимала отвертку. Во-вторых, прямо перед ней на коленях со связанными руками и ногами сидело трое: Ася, Вадимка и…

– Соня! – Лиза вырвалась вперед.

Леша поспешил задержать свою спутницу, ведь он заметил кое-кого еще.

Прямо на краю самого высокого трамплина стояло двое. У самого края на коленях со связанными руками, ногами и кляпом во рту в виде какого-то комка ткани или полотенца, сидела Полина, заливаясь слезами. А у нее за спиной стоял Андрей. В руке он держал черный пистолет и наводил его на затылок Полины.

Увиденное, привело Лешу в настоящий ужас. Он сразу смекнул, что Лена и Андрей сошли с ума окончательно. Они взяли четверых заложников.

Зачем?

– Сестренка! – вырвалось у Сони.

Лена оказалась безжалостной. Она резко ткнула острием отвертки Соню в правое плечо, рявкнув:

– Молчать!

Лена бросила хищный взгляд в сторону Леши и Лены.

– А вы… не двигайтесь с места!

Леша и Лиза замерли.

Заметив в руке Андрея пистолет, они и не думали двинуться с места. В голове Лиза планировала ход спасения своей сестры. И желательно, всех остальных пленников двоих безумцев.

Лена подняла голову и с довольной улыбкой взглянула на Андрея. Девушка дала команду:

– Давай!

Лиза поняла, что случится мгновением раньше, чем это произошло. Андрей, не теряя ни секунды на промедления, правой ногой толкнул Полину в спину.

Связанная, она упала камнем в воду.

Все присутствующие отдавали отчет в том, что там она точно задохнется и умрет.

Леша сорвался с места.

Ему потребовалось всего три шага, чтобы добежать до бассейна и прыгнуть в воду.

– Твою мать! – только и успел он услышать голос Андрея перед тем, как звуки этого мира исчезли, когда он ушел под воду.

Когда он плыл в толще темной хлорной воды, Леша совсем забыл о том, что может случиться с Лизой на поверхности. Желание спасти пострадавшую жертву так и горело в нем.

Он готов пойти на все, чтобы выручить Полину из страшной беды. Если сегодня он сможет спасти хоть чью-то жизнь – это станет большой заслугой для него.

Задержав дыхание, он быстро двигал руками и ногами. Воздуха в легких у него больше, чем у Полины, а потому медлить нельзя.

Вскоре он обнаружил ее на дне бассейна, связанную. Девочка отчаянно и тщетно дергалась. У нее даже не получалось выплюнуть кляп.

Леша подплыл к ней, обхватил ее руками и принялся всплывать на поверхность.

Он совсем не был готов к тому, что ждет его там, на воздухе.

Вынырнув из воды, Леша глубоко вздохнул. Полина дышала только носом. Ей было тяжелее прийти в себя. Она была спасена.

Но не тут-то было…

Когда Леша осмотрелся, он понял, где оказался сейчас.

Так получилось, что он всплыл у самого края другой стороны бассейна. И прямо на него был наведен пистолет, который держал Андрей.

Рядом стояли Лена и Лиза. Лизу каким-то образом подпустили к пленникам. Возможно, эта безумная парочка решила и ее пленить.

Ася, Вадимка и Соня с ужасом смотрели на Лешу и Полину, пассивно наблюдая за ситуацией.

Леша так и стоял в воде, держа на руках связанную Полину, которая зажмурилась, не в силах смотреть на пистолет.

– Отпусти ее в воду, – холодно процедил Андрей.

Леше стало совсем дурно.

Его призывают утопить человека, которого он только что спас от верной гибели.

Полина смотрела на своего спасителя с широко раскрытыми глазами. Она не могла ничего сказать, но по ее взгляду можно прочитать одно, самое главное – она не хочет умирать.

– Живо, – потребовал Андрей, – иначе я выстрелю.

– Он даже не заряжен! – выступила Лиза.

И Андрей быстро навел пистолет на окно на потолке и нажал на курок.

Прогремел выстрел, который разбил стекло. Осколки посыпались на пол.

Андрей, доказав, что пистолет заряжен, навел его снова на Андрея.

– Есть еще какие-то сомнения?

Лиза не могла пошевелиться.

Она с ужасом осознавала, что все они могут здесь умереть.

– Если я выстрелю, то пойдете ко дну оба. Выбирай.

Леша попал в самую неприятную ситуацию. Он вспомнил задачу Лизы, которую она задала однажды на собрании. Про поезд. Сейчас ему предлагают потянуть за рычаг и лишить жизни одного человека. Но тем самым у него появляется шанс спасти остальных.

– Бросай ее в воду! – жестоко процедил Андрей.

Леша был почти уверен, что Андрей осмелится выстрелить. Он знал этого человека слишком хорошо.

Леша еще раз взглянул на Полину. Из глаз девочки текли крупные слезы. Она судорожно и часто дышала. Полина начала ныть.

Леша слышал ее подавленные стоны, молящие о спасении.

И Леша принял решение. Он сделал свой выбор.

Он потянул за рычаг…

Одним движением Леша отпустил Полину. Она успела лишь издать жуткий приглушенный стон прежде, чем снова камнем уйти под воду.

Лиза не могла винить Лешу в том, что он сделал. Вся эта ситуация оказалась слишком непростой и жестокой.

Андрей какое-то время наблюдал, как тело Полины шло ко дну бассейна. Он все еще наводил пистолет на Лешу.

Убедившись, что Полине уже не спастись, он бросил Леше:

– Вылезай. Поболтаем.

* * *

Хаос со второго этажа стремительно перешел на первый.

В парадном холле собралась целая толпа ребятни. Четверо мальчиков из «Крутых бобров», выставив вперед свои лопаты, грабли и тяпки вели троих: Стасика, Максимку и Костика – к краю порога.

Трое детей пятились, неумолимо приближаясь к выходу из здания. На улице царила страшная гроза.

Антон, Аркадий, Савва и Саша злорадно смеялись, наслаждаясь страхом, который видели в глазах своих жертв.

Четверо медленно приближались, окружив троицу. Им не терпелось увидеть, как тех убьет сверкающая молния.

– Не надо! – взмолился Костик. – Оставьте нас!

– На улицу! – приказал Савва. – Живо!

– Что мы вам сделали? – ревел Стасик.

– Быстро под дождь! – прокричал Антон. – Я хочу увидеть, как вы промокните!

– Промочить ножки боитесь? – усмехнулся Аркадий. – Это всего лишь безобидный дождик!

– Пора купаться, – посмеялся Сашка.

И четверка «Крутых бобров», обменявшись злорадными взглядами, с дикими криками и боевым кличем побеждала вперед.

Костик застыл на месте, а Стасик и Максимка, схватившись за руки, от ужаса закричали и бросились бежать на улицу.

Когда двое оказались под проливным дождем, тут же ударила толстая блестящая молния.

Раздался оглушительный взрыв.

Двое мальчиков обратились в два горящих факела.

Какое-то время они в истерике бегали под ливнем, пока не споткнулись и не упали в песок.

Их мертвые тела превратились в костры.

– Теперь ты! – рявкнул Аркадий.

Костик совсем не желал себе такой же страшной смерти. Он заметил прореху в обороне «Крутых бобров». Костик заметил свободный путь к столовой. Он сможет пробежать, если сделает это быстро, а дальше… дальше он как-нибудь спасется.

На улицу выходить нельзя. Выживать необходимо в стенах этого здания.

И это было самым главным условиям начавшегося кошмара.

– Давай живее, иначе я проткну тебя лопатой! – бросил Антон.

И Костик незамедлительно рванулся с места.

Он уже почувствовал сладостный вкус спасения. Он сможет добежать до столовой и там спрятаться, но… длинная рука Аркадия схватила его!

– Не дайте ему уйти! – верещали близнецы.

– Хватай его! – командовал Антон.

Когда же Костик попал в руки врагам, ему стало невыносимо дурно. Он уже чувствовал присутствие смерти, которая пришла за ним.

Аркадий и Антон побросали свои оружия и схватили его вдвоем. Один взял за ноги, а другой – за руки. Костика буквально растянули.

– Нет! Нет! – взмолился он. – Отпустите меня! Пожалуйста! Прошу! Отпустите!

Но они не думали его отпускать.

– И куда его? – спросил Аркадий.

– Бросим на улицу! – обрадовались близнецы.

Аркадий и Антон, обменявшись коварными ухмылками, согласились на такой зловещий план близнецов.

Костик, когда он понял, что с ним случится, отчаянно завопил:

– Нет! Нет! Только не это! Не надо! Я не хочу умирать! Не хочу! Отпустите! Прошу! Отпустите! Умоляю! Братцы!

Аркадий и Антон, держа Костю за руки и ноги, дружно рванулись в сторону выхода. Они замерли на пороге и принялись раскачивать тело Костика.

Близнецы дружно командовали:

– И раз!

– И два!

– И три!

– Бросай!!!

На счет «три» Аркадий и Антон отпустили тело Костика, отправив несчастного ребенка в полет.

Небо раскололось.

Ударила молния.

Стихия унесла жизнь Костика в тот момент, когда он еще летел по воздуху. Молния подожгла его, когда тело Кости не успел коснуться земли.

Такое яркое зрелище вызвало восхищенное ликование четверых ребят. Они громко закричали, заголосили и принялись танцевать, словно люди дикого племени.

Обгорелый труп Костика упал в песок к остальным мертвецам.

– Король зовет! – Антон внезапно остановил веселье. – На помощь Королю!

И «Крутые бобры» радостно поспешили в столовую.

* * *

Леша стоял рядом с Лизой. Двое не могли шевелиться под дулом пистолета, который все еще направлял на них Андрей. Так они их обездвижили и заставили пассивно и безучастно наблюдать за происходящим.

Любое их движение означало неминуемую гибель.

Андрей тут же выстрелит, почувствовав неладное.

Лена стояла между ними и тремя своими пленниками, пережившими мгновением раньше смерть своей подруги.

– Я всегда размышляла над сущностью боли, – начала Лена, – какая она бывает, как ее чувствует, что она заставляет делать. Мне было любопытно узнать, что испытывает тот, кто эту самую боль причиняет.

Сонечка заливалась слезами. Она не сводила взгляда со старшей сестры, которая ничего не могла сделать.

И от этого становилось больнее всего самой Лизе.

– Как видите, я собрала здесь весьма интересных персонажей. Ася. Именно она проболтала одну маленькую тайну вашим друзьям. Но можете не переживать, Катя и Гриша и уже схвачены. Они не смогут причинить нам вреда.

Ни Лиза, ни Леша искренне не понимали, о какой «маленькой тайне» говорит Лена. И при чем здесь Катя и Гриша?

– Полина. Она уже мертва. Ее мы взяли, чтобы наказать ту виновную, которая заставила всех сбежаться к бассейну, как на водопой. Этот славный мальчуган…

Лена взглянула на Вадима.

– Мы его взяли просто так, – посмеялась Лена, – и конечно же Соня!

Лена развернулась лицом к Лизе.

– Я всегда хотела причинить тебе боль. Я тебя ненавижу всем сердцем. И я решила, что лучше всего будет причинить боль твоей кровной душе. Так больнее будет тебе. Верно?

Лиза ничего не ответила.

Она боролась желанием плюнуть Лене в лицо. Но тогда Андрей точно выстрелит. Мертвой она свою сестру не спасет.

– Мне не терпится начать. Что скажите?

Лена прошла к Асе. Рядом с ней на полу лежал молоток. Лена зашла Асе за спину и присела.

– Какие у тебя красивые и нежные пальчики…

Лена взяла молоток и нанесла один сильный удар по пальцу Аси. Девочка вскрикнула.

– Прошу, не надо! – визгнула она.

Слезы градом катились из ее глаз.

Лене удалось раздробить средний палец Аси на левой руке в кровь. Хрустнули косточки.

– Лучше молчи, иначе получишь пулю в глаз, – процедила Лена, – это будет тебе уроком. Не стоит напрасно трепать языком. И не стоит подслушивать.

Лена нанесла второй удар молотком по пальцам Аси.

Девочка с трудом сдержала стон.

Тогда Лена встала и взяла в садовые ножницы. Она обошла Асю и смотрела той в глаза.

– Кстати о языке…

Лена сжала щеки Аси, заставляя ту открыть рот. Девушка схватила ее язык и раскрыла садовые ножницы, готовая свершить задуманное.

– Прекрати это! – вырвалось у Лизы.

Лена взглянула на нее. Андрей был готов нажать на курок. Лена взглядом убедила его потерпеть.

– Но мне это нравится, – ответила ей Лена и встала на ноги, – это приятно. Если хочешь, ты можешь попробовать…

Лена протянула молоток в сторону Лизы. Девушка поняла, что под дулом пистолета ее могут заставить причинить боль не только Асе, но и родной сестре.

Лиза смолчала.

– Нет? Не хочешь?..

Лена посмотрела на Асю, которая сидела перед ней с закрытыми глазами. Ее пальцы были раздроблены. По полу стекала кровь.

– Если бы ты согласилась, то дала бы пожить ей еще немного…

Лиза не успела понять суть слов, сказанных Леной, как вдруг… Лена резко замахнулась молотком и ударила по виску Аси.

Молоток пробил череп девочки и железный набалдашник застрял внутри. Брызнула алая кровь. Ася замертво повалилась на пол.

– Вот видишь?!

Лена сложила молоток и садовые ножницы на пол, вытерла руки о полотенце, что лежало неподалеку, а потом взяла консервный нож и встала напротив Вадимки. Из глаз мальчика текли слезы.

– Невинная жертва обстоятельств. Он попал к нам под горячую руку. Будешь его пытать?

Лена протянула новое оружие Лизе.

Лиза теперь поняла, что это такая игра. Жестокая игра.

Когда Лена предложит ей пытать Соню, она согласится и нанесет удар Лене. Лиза уже все решила. Но что ей делать с Вадимкой? Она не может рисковать.

Сестра для нее важнее.

И легче ей от этого не становилось.

Она тоже должна решить: тянуть за рычаг или нет. Лиза готова признать верность слов Влада. Ей само не безразлична личность того человека, который в одиночестве лежит на другом пути рельс.

– Опять не хочешь? Какая ты скучная!

И Лена резко проткнула консервным ножом шею Вадимки, чуть выше «адамово яблока». Мальчик даже не успел ничего понять. Его глаза широко раскрылись. Из раны хлестала кровь, которая испачкала ноги Лены. Та от этого даже засмеялась.

Мальчик замертво повалился лицом вперед, и консервный нож, ударившийся ручкой о пол, прошел насквозь его шеи.

– Вот, к чему приводит твое промедление, Лиза. Они погибли не по моей вине. Этих двоих убила ты. Да, моими руками. Но я же предложила тебе мучить их. Так ты бы сохранила им всем жизнь. Ну, продлила бы на какое-то время.

А дальше началось самое страшное испытание для Лизы. Лена взяла крестовую большую отвертку и прошла к Соне.

Из всех жертв осталась только она одна.

– Не надо! – вырвалось у Леши.

Андрей был готов выстрелить, но сдержался.

– Дай мне это сделать! – вызвалась сама Лиза.

Лена удивленно уставилась на нее.

– Вот как! Нет, Лиза. На этот раз я сделаю все сама. Я давно этого ждала. На этот раз мы будем причинять боль не твоей сестре… нет! Мы будем причинять боль тебе.

Лизу обдало ледяным потом. Она переставала понимать, что ей делать.

Андрей выстрелит… и они все умрут!

Лена направила острие отвертки на лицо Сони. Девочка судорожно всхлипывала.

– Сестренка… спаси! Умоляю…

Лена действовала быстро.

Ей хватило всего одного мгновения, чтобы вонзить отвертку Соне прямо в левый глаз и насадить глазное яблоко на железку, как мясо на шампур.

Лена потянула отвертку на себя и вытащила ее вместе с глазом на острие.

Лиза не могла поверить в то, случилось с ее родной младшей сестренкой в этот миг.

Левый глаз Сони исчез. Вместо него осталось пустое кровавое пространство. Соня издала душераздирающий вопль, наполнивший зал с бассейном.

Даже страшно представить, какую боль она сейчас чувствовала. Лизе совершенно не хотелось об этом думать. Но ей самой показалось, что глаз вырвали у нее!

Лена стояла с глазом Сони, насаженном на отвертку. Свободной рукой она сняла глаз с острия.

– Лови!

И глаз Сони полетел прямо в Лизу!

Девочка в испуге поймала брошенный предмет.

И вот уже Лиза стояла с оторванным глазом родной сестры в руках…

В ужасе она закрыла рот. Хлынули слезы.

– Не надо! Не делай этого!

Андрей сделал несколько шагов вперед. Теперь он мог более точно прицелиться. Он ни на мгновение не опускал пистолет, держа его двумя руками.

– Но я хочу, – настойчивый ответ Лены.

Лена вернулась к Соне, а потом… впав в полное безумие, она насколько раз проткнула отверткой свою жертву в живот и в грудь.

– Получай! Получай! Вот тебе! Вот тебе! Мерзкая тварь! Мразь! Сука! Чертовка! Сдохни! Сдохни! Сдохни!

Она снова и снова дырявила тело Сони отверткой. Во все стороны хлестала алая горячая кровь, брызгая прямо на лицо Лены.

Лиза замерла от ужаса. Она не могла даже пошевелиться.

Все это время ноги и разум не слушались ее.

Она стояла и смотрела, как убивают ее сестру…

– Мерзкая мразотина! Сучка! Грязная потаскуха! Получи еще и еще! Вот! Вот тебе!

Полностью насладившись, Лена перестала терзать тело маленькой девочки. Она выпрямилась. Все лицо и одежда Лены измазаны кровью.

Лиза смотрела на Соню и видела лишь одно багровое пятно на ее животе и груди.

Младшая сестра смотрела на нее одним оставшимся глазом, не в силах даже что-то произнести.

Мир рухнул.

И Соня покачнулась и замертво упала набок.

Единственный глаз так и остался открытым.

Лена с довольной улыбкой осмотрела все три мертвых тела своих пленников, а потом демонстративно облизнула окровавленную отвертку.

– Я ощущаю… божественную благодать!

* * *

Оксана металась по коридорам второго этажа. Она боялась встречи с кем-либо. Сама она сжимала ножку от стула, но понимала, что таким оружием ей не дать достойного сопротивления врагу, если таковой и появится.

Но ей очень не хотелось встречи с этим самым «врагом».

И встреча наступила.

Выбежав из-за угла, она хотела добежать к парадной лестницы. Но на другой стороне коридора она встретила двоих.

Это были Алина и Алиса.

Алина вооружена битой, Алиса – доской с ржавыми гвоздями.

– Ох, нет! – воскликнула Оксана, замедлив бег. – Не убивайте меня! Пожалуйста! Не надо! Отпустите!

Две девочки хищно переглянулись. Оксана заметила в их глазах безумие.

– Только не это!

Оксана завизжала и бросилась бежать к лестнице.

Алина и Алиса, громко заголосили, рванувшись с места. За Оксаной организовалась смертельная погоня.

Она понимала, что не сможет противостоять сразу двум противницам. Заливаясь слезами и рыдания, она спешно спускалась по лестнице.

А потом Алиса, решив резко сократить расстояние, отделявшее ее от намеченной жертвы, прыгнула и пронеслась над ступеньками, замахнувшись своим страшным оружием.

Оксана застыла.

Она не успела понять, что случилось, ведь это «что-то» произошло слишком быстро.

Через мгновение после своего прыжка Алиса уже стояла за спиной Оксаны и держала доску обеими руками, а гвозди прошли насквозь черепа жертвы.

– Ого! – радостно воскликнула Алина, догоняя подругу. – Вот это был прыжок!

Алиса отпустила доску, и Оксана, по лицу которой стекали алые струйки, с пробитой головой рухнула на ступеньки и покатилась по ним вниз.

– Догоняй! Догоняй! Скорее! Скорее!

Алиса побежала за трупом. Труп Оксаны закончил свой спуск в низу лестницы. Алиса подбежала к ней, схватила свое оружие и потянула за него, чтобы вытащить гвоздь из черепа Оксаны.

С первого раза ей это не удалось.

Тогда Алиса наступила одной ногой на шею жертвы и сильнее потянула за доску – гвозди вышли из черепа, и девочка вернула себе свое оружие.

– Это было потрясающе! – присоединилась к ней Алина.

– Мне так понравилось! – радостно завизжала Алиса. – Давай еще кого-нибудь убьем?

– Да, давай!

Девочки дружно запрыгали на месте, весело смеясь.

– Побежали скорее!

– Да! Побежали!

* * *

– Как же мне хорошо!

Лена ликовала.

– Я чувствую невероятное блаженство! Какой же кайф! Ах! Я желаю всем и каждому на этой проклятой планете ощутить такую благодать! Как же сильно бьется сердце! Как же хочется петь и танцевать!

Лена размахивала руками и радостно кружилась.

– Я наконец почувствовала жизнь! Настоящую жизнь, которой мне так не хватало! Да, я живу! Живу! Как же мне хорошо!

Лена глубоко вздохнула, счастливо улыбаясь, и обратилась к Лизе:

– А ты как себя чувствуешь? Ощущает трепетание бабочек в животе, а? Расскажи мне! Я все-все хочу услышать о твоих чувствах!

Та лишь стояла и осознавала самое страшное: «Моя сестра мертва. Я потеряла Соню. Ее больше нет. Я не уберегла ее. Не спасла».

Лена отняла у нее родную сестру.

– Я старалась, чтобы тебе было достаточно больно!.. Я добилась своего? Скажи! Прошу, Лизочек, скажи, что тебе больно! Сделай мне приятное! Я хочу это услышать…

Только эту фразу Лена успела сказать прежде, чем Лиза безжалостно набросилась на нее с серебряным распятием в руке.

Две девушки столкнулись друг с другом. Леша взглянул на Андрея – тот медлил, застыв на месте с пистолетом, не зная в кого стрелять.

Лиза сцепилась с Леной, но… Лена оказалась сильнее и проворнее. Девушка ударила Лизу коленкой в пах. Лиза попятилась назад.

Тогда Лена резко взмахнула отверткой и оставила на щеке Лизы кровавый порез. В два счета Лена повалила Лизу на пол, и та сильно ударилась головой.

– Хочешь бросить мне вызов, грязная сучка? Я давно ждала этого момента!

Лена отбросила отвертку и вырвала из руки Лизы серебряное распятие. Она замахнулась с новым оружием в руках над заклятым врагом.

– Получи, религиозная фанатичка! Сдохни, гадкая мразь!

И Лена обрушила свой яростный гнев.

Крепко сжимая большое распятие, она била заостренным концом Лизу. Первые удары оказались самыми сильными. Они пришлись на лицо девушки.

Лена яростно колола распятием Лизу в глаза, в щеки, в лоб, в подбородок. Точно так же, как она дырявила живот Сони отверткой, теперь она дырявила лицо Лизы распятием.

– Вот тебе! Вот тебе! Что теперь сделает твой Бог? Он поможет тебе? Давай! Помолись Иисусу! Пусть он тебя спасет! Где же твой праведный и добрый Господь? Почему он оставил тебя сейчас? Почему твой ангел-хранитель дает тебе умереть?!

Хлыстала кровь.

Хрустели кости черепа.

– А я знаю почему твой Бог оставил тебя! Потому что ты… грешница! Грешница! Грешница! Получи, шлюха Сатаны! Получи, сучка дьявола! Никакая ты не святая! Ты – самое большое дерьмо этого мира! Меня от тебя тошнит! Сдохни, грешная монашка! Сдохни!

Лиза ощутила свою беспомощность. Она перестала сопротивляться, чувствуя жгучую боль в лице.

Она торопилась к своей сестре…

И сделала все возможное, чтобы скорее догнать Соню в том, другом, мире.

А Лена воистину продолжала наслаждаться страшной казнью, снова и снова коля труп противницы. Кровь забрызгала всю ее одежду и лицо. Лена наслаждалась жестокими пытками и издевательствами над трупом Лизы.

Леша заметил веревку, которая лежала на полу. Видимо, это лишний кусок, который остался после того, как связали всех пленников.

Переборов свой страх перед дулом пистолета Андрея, он резко рванулся в сторону веревки.

Прогремел выстрел.

Но Леша не почувствовал никакой боли. Значит, Андрей промахнулся.

Пригнувшись, Леша взял веревку и побежал спасать Лизу (но в глубине души он уже знал, что та мертва).

Подбежав к Лене с веревкой, он резко перебросил ее через шею девушки и тут же потянул на себя.

Лена взревела.

Леше удалось оторвать маньячку от тела Лизы. Леша крепко натянул веревку, притянув тем самым Лену к себе. Двое столкнулись. Леша принялся сильнее стягивать веревку, продолжая душить Лену.

Девушка вцепилась в веревку руками, но все ее попытки вырваться оказались тщетны. Она яростно размахивала ногами, но ничего не помогало. Лена кряхтела и дьявольски шипела. Слюни текли у нее с губ.

– Кхр-кхр…

Андрей стоял в нерешительности. Пришло его время спасать свою возлюбленную у него в руке пистолет. Он может выстрелить и убить Лешу. Тогда он и Лена спасутся.

И он выстрелил…

Но Леша вовремя повернулся прямо к Андрею, прикрываясь телом Лены. В итоге пуля попала прямо в живот задыхающейся девушки.

Все замерли.

Андрей только что с ужасом понял, что произошло…

Он выстрелил и ранил Лену.

Теперь ему ее уже не спасти.

Андрей в растерянности выронил пистолет из рук и попятился назад.

Лена, ощущая, что жизнь покидает ее, в последний раз взглянула на человека, которого любила и желала.

– Кхр…

Леша, почувствовав, как тело Лены отяжелело в его руках и расслабилось, отпустил ее.

Труп девушки рухнул на пол, словно тяжелая марионетка, которой оборвали ниточки.

– Нет… нет… нет… – Андрей расхаживал из стороны в сторону, – я не хотел…

Леша тяжело дышал.

Он взглянул на окровавленные тела Сони и Лизы. Это были два самых дорогих ему человека.

Он любил ее, Лизу…

Любил ее всегда.

А из-за этих двоих… из-за этих маньяков он потерял ее!

– Ты убил их…

– Как я так мог?! – Андрей хватался за голову. – Я не хотел ее убивать! Не хотел! О, Боже! Что же я натворил?

– Грязный убийца! – проревел Леша.

Гнев вскипел в душе Леши, и он бросился на Андрея. Тот даже не успел понять, что происходит. Двое оказались в воде слишком быстро.

Вцепившись обеими руками в шею Андрея, Леша тащил своего врага на самое дно.

Он готов отомстить за Лизу. Отомстить за Соню. Отомстить за Полину, Асю и Вадимку. Отомстить за всех!

Он убьет еще одно чудовище…

Тело Андрея коснулось дна бассейна. Он сопротивлялся из последних сил, вцепившись руками в запястья Леши. Но Леша оказался сильнее.

В какой-то момент он понял, что они находятся под водой слишком долго. Он и сам чувствовал, как кончается воздух в его легких. Но Андрей не умирал. Пока не умирал…

Леша оставался под водой так долго, сколько потребовалось, чтобы убить Андрея раз и навсегда.

В итоге Леша почувствовал, как его враг перестал оказывать сопротивление. Андрей распластал руки и закрыл глаза навсегда. Последние пузырьки воздуха вышли из его тела через нос.

Леша отпустил его и убедился, что Андрей мертв.

Он сделал это.

Осталось только выплыть на поверхность.

Но воздуха у него уже не оставалось…

Держась из последних сил Леша принялся отчаянно грести, чтобы выплыть, но этих сил не хватило.

Оставшийся воздух вышел из него.

Руки и ноги его не слушались.

Его тело развернулось, и теперь он смотрел как бы вверх. Во тьме мерцал холодный свет фонарей, расставленных на территории вокруг бассейна.

А потом Леша закрыл глаза и почувствовал невероятную легкость и спокойствие.

Глава 22. Огонь и кровь

…во власти Господа Вседержителя врата смерти

Псалтирь 67:21

Диме хотелось опередить Олю и выйти в коридор первым, но в последний момент его что-то остановило. Мелькнула мысль: «Я должен быть рядом с Машей». Как бы сильно Диме ни хотелось оказаться впереди Оли, ему это не удалось.

Девочка осторожно открыла дверь, пуская в комнату лучики яркого желтого света, исходившего от сотни свечей, расставленных в коридоре.

Маша слышала шумный топот. Она сразу смекнула, что там началось нечто ужасное, с чем им непременно предстоит столкнуться.

– Будьте осторожны, – сообщила им Оля.

И наконец вышла за дверь.

Девочка сперва посмотрела влево, затем вправо, и…

Она издала сдавленный стон. В одно мгновение живот Оли пронзило что-то острое и деревянное. Прямо насквозь!

– Оля! – Маша хотела вырваться вперед, но Дима быстро ее остановил.

У него перехватило дыхание от увиденного.

Глаза Оли широко раскрылись. По подбородку протекла алая струйка. Сжав руками деревянную ручку заточенной швабры, она упала на колени. Ее белая футболка пропиталась багровыми пятнами.

Дима вышел в коридор и взглянул в ту сторону, от которого пришелся смертельный удар. Там он увидел Дашу и Свету. Девочки весело смеялись, глядя на умирающую Олю.

Заметив Диму, они засмеялись еще громче и веселее, но поспешили убежать, спустившись вниз по парадной лестнице.

– Побежали, Светик! Найдем еще кого-нибудь!

– Ты видела? Я попала! Я попала!

– Да, ты просто умница!

И две девицы поспешили скрыться.

И в этот момент Дима осмыслил, насколько далеко все зашло. Все эти дети готовы поубивать друг друга. И убежать на улицу нельзя.

– Оля! Ох, черт!

Маша подбежала к ней и обняла за щеки.

– Не закрывай глаза! Мы тебе поможем! Только не закрывай глаза!

– Что за чертовщина здесь творится?! – прыснул Дима.

Оля сглотнула комок и тихо произнесла:

– И… истерия…

А потом ее глаза закрылись, и руки похолодели. Маше пришлось уложить мертвое тело Оли на пол.

– Она мертва, – просто сказала Маша, встала и подошла к Диме.

В это время он смотрел на еще один труп. То была Ира, маленькая девочка. Она лежала, прижатая к стене, вся покрыта ранами, гематомами и увечьями.

– Случилось то, чего мы все так боялись, – сообщила ему Маша, – Оля говорила про массовую истерию, помнишь?

Дима кивнул:

– Хочешь сказать, мы имеем несчастье наблюдать это явление воочию?

– Именно так.

Дима взял ее за руку и твердо произнес:

– Не отпускай.

Двое прошли по коридору и остановились у парадной лестницы. Они замерли от ужаса, когда услышали громкие крики. И среди неразборчивых воплей послышалось четкое:

– И три!

– Бросай!!!

Через секунду тело какого-то ребенка перелетело через порог корпуса и вылетело на улицу. Тут же сверкнула ослепительная молния. Прозвучал громкий раскат грома.

Маша, испугавшись, прижалась к Диме и зажмурила глаза. А он стоял и смотрел, как четверо мальчишек из отряда «Крутые бобры» принялись исполнять танец дикого племени. Они прыгали, резвились, смеялись и голосили что-то невнятное, словно на другом языке.

Но вскоре безумная пляска закончилась. Антон призвал всех к тишине:

– Король зовет! На помощь Королю!

Четверо угомонились и побежали в столовую.

– Король? – переспросила Маша. – О ком это они?

– Не знаю, – Дима пожал плечами.

Он сделал первый шаг в сторону лестницы. Маша следовала за ним. Рядом с Димой она чувствовала себя в безопасности. Пока она сжимала его ладонь, она чувствовала себя живой.

Они спустились в парадный холл, и Дима решил направиться в столовую, чтобы все проверить. Ни он, ни Маша не знали, с чем им придется там столкнуться.

Дима готов признаться самому себе, что не очень-то и хотел туда идти. Сначала его посетила мысль о том, чтобы спрятаться где-то и переждать, когда этот ужас закончился. Но в нем жила уверенность, что он может это предотвратить.

Держась за руки, Маша и Дима оказались в столовой. Там перед ними открылась воистину жуткая картина.

Антон, Аркадий, Савва и Сашка были вооружены лопатами, граблями, тяпками, плоскорезами и топорами. Четверо дружно выстроились в одну линейку, взяв под стражу своего пленника.

Пленником оказался Гриша!

Рыжий мальчик, чье лицо покрывали кровоточащие гематомы, стоял на коленях, опустив голову к полу.

А в нескольких метрах от этой группы располагалось импровизированное возвышение. Оно состояло из трех столов и одного высокого стула. Два стола плотно сдвинуты вместе. Поверх них поставлен еще один стол. А уже на этом, третьем столе, располагался деревянный стул.

И на таком высоком троне восседал… Король.

Это был Влад.

Он сидел, сложив ногу на ногу. На голове у него нелепо, чуть наклонено в сторону, сидела бумажная корона, вырезанная крайне неаккуратно. От нелепого и смешного атрибута становилось воистину страшно. На коленях у Влада лежало настоящее двуствольное ружье.

Дима встретился с тем, кто захватил власть в лагере «Лосенок». Впрочем, стоило догадаться!

– О! – Влад удивленно воскликнул, увидев Машу и Диму. – Вы как раз вовремя! Казнь вот-вот начнется!

Казнь?

И четверо ребят, маленькая армия Влада-Короля, дружно заголосила:

– Казнь! Казнь! Казнь! Казнь!

Кого казнят?..

Гришу…

– Отпусти его! – бросил Владу Дима. – Позволь нам забрать его, и мы уйдем!

– Уйдете? – Влад выгнул бровь. – Нет-нет-нет, так не пойдет… И я не советую вам включать браваду и спасать своего друга.

Влад направил на двоих ружье.

– Эта малышка заряжена.

Маша в ужасе сглотнула. Она понимала, что все они на прицеле у Влада. И сейчас стоит действовать крайне осторожно, если она не хочет допустить чью-то смерть.

– Почему ты это делаешь? – спросила она у Влада.

– Это мщение! Этот рыжий предатель с вашей глупой малявкой слишком рано все понял. А от тех, кто много знают, надо избавляться.

Влад взял ружье в две руки и прицелился в Гришу. Дима заметил, как рыжий мальчуган весь сжался, зажмурив глаза.

– Смерть ему!

– Смерть!

– Казнить его!

– Казнить!

Армия Влада поддерживала своего Короля.

– Пришло время показать вам, кто здесь настоящий хозяин, – прошипел холодно Влад.

И нажал на курок…

Прогремел выстрел.

Маша от испуга подпрыгнула и крепко обняла Диму, прижавшись лицом к его плечу.

Но никакой крови не было… Гриша все еще жив. Рядом с ним в полу плитка разлетелась на сотни мелких осколков, образовав черный кратер.

– Надо же… – усмехнулся Влад, перезаряжая ружье. – промазал… Вот же досада! Сейчас попробуем еще разок…

Маша, услышав эти слова, только сейчас осмелилась открыть глаза и посмотреть на их товарища.

– Эй, смотрите! – засмеялся Саша, указывая на Гришу пальцем. – А рыжий то у нас ссыкун!

Теперь все обратили внимание, что джинсы у Гриши пропитались мочой. И желтые капли собирались у него в лужу межу ног.

– Обоссался! – засмеялся Аркадий.

И остальные подхватили общее издевательство:

– Ссыкун!

– Мочеиспускатель!

– Фонтанчик!

– Золотой дождик!

– Струйка! Струйка!

– Нытик обоссался!

– Желтый заморыш!

– Моча! Моча! Моча!

Антон подошел к Грише за спину и схватил свободной рукой его за волосы, крепко сжав рыжие кудри в кулак.

– Вылизывай свою мочу, ссыкун!

И Антон резко наклонил голову Гриши к полу, ткнув того лицом в лужу мочи.

– Давай! Давай! – голосили остальные.

– Лижи свою мочу!

– Вылизывай ее!

– Так-так! Языком! Пей свою мочу!

– Ссыкун, вылизывай лужу! Вылизывай!

Маша со слезами на глазах смотрела на эту жуткую сцену. Четверо громко хохотали. Каждый подходил к Грише, пинал его и тыкал лицом в лужу мочи.

– Высовывай свой язык и лижи! Лижи, ссыкун!

Грише ничего не оставалось, кроме как выполнить все их прихоти. Отчаявшись, он открыл рот и принялся вылизывать языком лужу мочи на полу.

– Смотрите! Смотрите!

– Он вылизывает мочу!

– Давай, глотай свою мочу! Глотай!

Маша просто не выдержала и выкрикнула на весь зал:

– Хватит! Прекратите!

Влад важно поднял руку, призывая свою армию к спокойствию.

– Ты права, – кивнул он, – хватит мучить нашего пленника. Отойдите все!

Четверо воинов послушно выполнили приказ Короля, замолчали и отошли в сторону от измученного Гриши.

Гриша со слезами, застывшими в глазах, повернул голову и прошептал Маше и Диме:

– Спасите… Катю…

И внезапно раздался выстрел.

В следующее мгновение в груди Гриши появилось кровавое пятно, которое становилось только больше и больше.

– Нет! – Маша хотела вырваться вперед.

Но Дима ее крепко обнял, прижал к себе и не отпустил.

Он видела, как тело Гриши качнулось и упало на пол. Головой он сильно ударился о плитку. Послышался неприятный треск.

Все звуки для Маши исчезли. Прямо у нее на глазах убили того, кто стал для их отряда настоящим другом. Катя нашла в этом человеке свою настоящую любовь.

Если бы Маша обращала внимание на звуки, то она бы услышала сатанинский хохот четверых. Отряд «Крутые бобры» радостно запрыгали. Они быстро подбежали к телу Гриши и… принялись тыкать в него инструментами.

Они колотили его мертвое тело лопатами, граблями и тяпками. Они сильно стучали, проделывая в плоти кровавые раны. Во все стороны брызгала алая кровь.

Лопатой кто-то отделил от тела руку Гриши. Другой всадил граблю ему в шею. Третьи тыкали плоскорезами прямо в лицо, ломая нос и дырявя глаза.

Маша не переставала кричать и вырываться из сильной хватки Димы. Но своих отчаянных стонов она не слышала. Сквозь пелену слез она лишь видела, как брызгала кровь.

Дима поднял взгляд на Влада. Тот, восседая на своем троне, довольно улыбался и посмеивался.

Гнев и ярость вскипели в его душе. Дима в одно мгновение, сам не отдавая себе отчет в своих действиях, рванулся вперед.

Никто не успевал даже понять, что произошло.

В одно мгновение Дима подбежал к импровизированному трону Короля и толкнул верхний стол. Влад полетел вниз вместе со своим стулом.

Что сделала четверка «Крутых бобров»? Она с ужасом разбежалась! Не обращая никакого внимания на Машу, четверо выбежали из столовой прочь.

Для Маши все это происходило, как в замедленно съемке.

Столкнув Влада, Дима опять побежал к ней. Он быстро схватил Машу за руку и увел ее прочь из соловой.

– Бежим!

– Куда?

– Нужно спрятаться!

Двое, оказавшись в парадном холле, увидели, что все помещение охватило рыжее пламя.

Начался настоящий пожар.

Убегая, «Крутые бобры» посбивали ногами все свечи. Лестница, стены и пол – все охвачено дикими языками рыжего пламени.

– Что теперь?

Маша в спешке озиралась по сторонам.

– Спрячемся в библиотеке!

У Маши не нашлось более лучших вариантов. Они знали, что Влад уже начал преследовать их. И у него было ружье.

Двое спрятались в темной библиотеке, чтобы скрыться от охотника, который вышел на охоту.

* * *

В парадном холле царил хаос и полнейший ужас.

Всюду ревело жаркое рыжее пламя. Оно сжимало все в тиски. Огненные кольца сужались, превращаясь в алые костры.

Артурчик никогда в жизни прежде не видел столько огня и смертей. Огонь его пугал, а не завораживал.

И огнь был повсюду.

Он стоял на парадной лестнице, а вокруг него метались другие ребята. То и дело они что-то кричали, размахивали заточенными швабрами и деревянными досками, толкая его в спину и в плечи.

Артурчик сильно растерялся. Он не знал, куда ему бежать и что делать.

Убивать он никого не хотел.

Он искренне старался успокоить детей, сошедших с ума.

– Не надо! Вы чего? Прекратите! Давайте не будем бегать?!

– Зачем убивать? Почему вы это делаете? Куда вы бежите?

– Не надо! Пожалуйста! Тут же все горит!

– Давайте мыслить здраво и разумно! Это же безумие какое-то!

– Зачем?! Зачем вы это делаете?!

Но его попытки убедить остальных в безумии их поступков не увенчались успехом.

Артурчик метался по лестнице из стороны в сторону, не зная куда ему пристроится.

– Эх! Если бы здесь был Борька, он бы знал, что делать!

Но Борьки здесь не было.

Артурчик остался один.

В какой-то момент голова лося, мирно висевшая на стене над ступеньками, упала. Артрур отшатнулся в сторону, посмотрев на чучело. Он уже собрался куда-то пойти, как вдруг кто-то взял эту самую голову лося и вскрикнул:

– Эй, идиотина! А ну-ка примерь-ка!

И незнакомец нацепил голову лося на голову Артура.

Мир обратился во мрак.

Артур, лишившись возможности видеть окружающий мир, только и слышал громкий и звонкий смех. Он чувствовал, как кто-то толкал его то в бок, то в живот, то в спину.

– Не надо! – пытался кричать он. – Прошу, не надо! Ребята! Пожалуйста!

Артурчик пытался снять голову лося, но у него ничего не получалось.

Он чувствовал, что задыхается. Дышать становилось все тяжелее и тяжелее.

– Пни этого глупого лося! – воскликнул кто-то.

И Артур почувствовал сильный удар по ягодицам. Его ноги переплелись, и он упал. Он ощущал постоянные удары об острые углы. Сам того не подозревая, Артур катился кубарем с лестницы.

Когда удары прекратились, Артур из последних сил попытался снять с себя голову лося, моля о спасении:

– Кто-нибудь! Помогите!

Но никто не помог.

Голову лося ему снять так и не удалось.

В какой-то момент дышать стало нечем.

* * *

– Я не хочу умирать!

Вероника бежала по коридору.

– Не трогайте меня!

Вокруг ревело пламя.

– Не убивайте меня! Пожалуйста!

Что-то сыпалось с потолка.

– Помогите! Кто-нибудь! Мне так страшно!

Но на помощь никто не пришел.

– Я не хочу оставаться здесь! Господь Иисус, спаси! Спаси! О, Всевышний!

Вероника, спасаясь от огня и опасных людей, забежала в женскую ванную комнату. Она спряталась в туалетной кабинке и села на унитаз.

Девочка сложила ладони, как делают при молитве, и закрыла глаза, начав шептать:

– Боже, милостив буде мне грешному! Во имя Отца, Сына и Святого Духа! Спаси меня, Господь! Спаси! Аминь!

Пытаясь успокоится, она начала читать «Отче наш». Ее холодные руки тряслись. Она взяла свой крестик, поцеловала его и трижды перекрестилась.

– Спаси меня, Боженька! Прошу, не дай мне умереть! Спаси, Господь! Спаси меня, Иисус! Прошу тебя! Мне так страшно, Боженька! Я не хочу умирать! Не хочу! Спаси, Господь Иисус, меня грешную… Аминь! Аминь!

Подняв голову, Вероника снова перекрестилась и наконец открыла глаза. На потолке появились жуткие толстые трещины.

– Ох, нет! Не надо!

Вероника слезала с унитаза, открывала дверцу кабинки выбежала.

– Всевышний! Пощади меня, грешную! Даруй мне спасение! Аминь!

С потолка посыпались обгорелые балки и доски. Сверху прорывалось шипящее пламя.

– Мое спасение только в Тебе, Иисус Христос!

Вероника перекрестилась, сорвалась на бег и умерла.

Горящий потолок обвалился и придавил ее прежде, чем она успела выбежать из ванной комнаты.

* * *

Мизинец – последний палец, который Женя отрезал себе на левой руке.

Теперь он собрал полную коллекцию из всех пяти пальцев левой руки. Разложив их ровно на своей прикроватной тумбочке, Женя завернул маленький ножик в полотенце.

– Ты справился!

– Ты – хороший мальчик, Женя! Очень хороший!

Он взглянул на свою левую руку. Теперь на ней было лишь пять окровавленных обрубков первых фаланг пальцев. Все пять культей жутко горели от острой боли.

– Что я теперь должен сделать? – спросил он у них.

– Пора подкрепиться, Женя!

– Ты же такой голодный!

– Да! Съешь один!

– Но сперва подогрей…

Женя недолго выбирал палец для трапезы. В итоге его выбор пришелся на указательный. Он взял этот палец и поднес к пламени свечи, которая стояла здесь же на тумбочке.

– Хорошенько его прожарь, – сказала старуха, – корочка должна хрустеть!

Женя крутил свой указательный палец над огнем и видел, как кожа обугливается и сама спадает с плоти. Дальше начало жариться его красное мясо.

– Достаточно!

– Начинай есть!

Женя убрал палец с огня, подул немного на черный обрубок и надкусил в области «подушечки» пальца. Он тщательно прожевал маленький обгорелый солоноватый кусочек и сглотнул.

– Тебе понравилось?

– Да, это было вкусно, – ответил он им.

– Бери свои пальцы и пойдем гулять!

Женя так и сделал.

Он взял все пять пальцев левой руки в правую и вышел в коридор из своей комнаты.

– Давай посмотрим, что там такое? Вперед!

Женя прошел в сторону парадной лестнице и увидел, как в одном месте пол второго этажа провалился. Внизу ревело пламя. Этот огонь поднимался не с первого этажа, а вырывался из места, что находилось гораздо ниже.

Огонь прожег целую дыру в полу и ушел в землю под зданием.

– Ты любишь прыгать, Женя?

– Давай полетаем?!

– Да, я люблю прыгать, – сообщил он им.

– Брось туда свои пальчики! – дала команду девочка. – Давай посмотрим, как они летают!

Женя послушно выпустил пять своих отрубленных пальцев и смотрел, как они все упадут в яркое пламя.

– Ого! Как здорово!

– Давай тоже к ним?

– Прыгай, Женя!

– Прыгай!

В итоге все они дружно кричали ему только одно:

– Прыгай! Прыгай! Прыгай! Прыгай!

И Жене ничего не оставалось, как шагнуть за край обрыва и полететь прямо в жаркий огонь.

* * *

Словно два кролика, они забились в темный угол, спрятавшись за книжными стеллажами.

А волк пришел за ними.

Прижимая Машу к себе, Дима услышал, как дверь библиотеки медленно и со скрипом открылась. А затем закрылась.

Влад уже здесь.

Дима не продумал план действий, но отчетливо понимал цель, которой хочет добиться. Им нужно выбежать из библиотеки, оставшись при этом совсем незамеченными для Влада.

Ведь у того заряженное ружье…

И сейчас Влад не побоится его использовать.

Действовать нужно в полной тишине.

– Выходите! – бросил Влад во тьму. – Вам все равно не спрятаться! Я знаю, что вы здесь!

Дима прислушивался к каждому звуку и к каждому шагу.

– Сегодня вы все равно сдохните! Как бы то ни было… от моей руки или от чужой, но вы оба сдохните! Ясно вам?!

Дима слышал скрип половиц. Дикий Король приближался к ним.

Волк совсем рядом.

Дима, оценивая обстановку, нашел новое место для укрытия. Неподалеку стоял стеллаж, за которым они смогут быстро спрятаться. Он указал Маше на новое укрытие. Она согласно кивнула.

– Эта ночь запомнится всем надолго! Для многих она станет последней. Выживут только двое.

Дима и Маша набрались храбрости и тихо перешли в новое укрытие, спрятавшись за стеллажом.

– Вы здесь! Я вас слышал!

Шаги усилились.

Дима уже искал новое место для укрытия, оценивая ситуацию, к сожалению, он не мог пока точно понять, где сейчас Влад.

– Как я сказал, только двое останутся сегодня в живых. Это буду я. И Диана. Мы станем Адамом и Евой нового мира!

Дима вовремя сообразил, что Влад направляется к их первому месту укрытия. Оттуда он точно сможет их увидеть. Пора менять локацию.

Дима позвал Машу за собой, махнув ей рукой, и двое быстро, пригибаясь, перебежали за другой книжный стеллаж, не позволив Владу их заметить.

– Знаете, на кого вы сейчас похожи? На крыс! Они так же шуршат, когда убегают! Но двоим крысам не спрятаться от орла!

Дима не стал дискутировать у себя в голове о том, едят ли орлы только мышей или крыс тоже, а выискивал новое место. Они уже достаточно близко подобрались к выходной двери.

– Вы двое командовали здесь слишком долго. Пришло время всем понять, кого на самом деле стоит уважать… или бояться. Как же вы меня достали!

И по новым перемещениям Влада Дима понял, что сейчас он находится как раз на другой стороне того самого стеллажа, за которым они сейчас спрятались.

– Вы где-то здесь! Выходите! И достойно примите свою погибель! Я хочу видеть ваши лица, когда праведный огонь поглотит вас!

Дима не решался двигаться. Он смотрел то вправо, то в лево, оценивая ситуацию. Сейчас первостепенная задача – понять, в какую сторону пойдет Влад.

Маша старалась дышать, как можно реже. Ее сердце бешено колотилось, а по лицу градом стекал пот.

– Знайте, что я порву вас! Порву вас обоих на мелкие кусочки! Покажитесь!

Дима слышал, как Влад принялся крушить все вокруг. Тот спихивал книги с полок, бросая их в разные стороны.

Но при этом Влад все еще оставался на той стороне стеллажа. До двери совсем недалеко…

И тогда Дима отважился на отчаянный шаг.

Сначала он встал в полный рост. Маша с удивлением уставилась на него, будто спрашивая: «Что ты делаешь?».

Он даже взглядом ей не ответил, но Маша сама все поняла, когда Дима схватился за книжный стеллаж.

В голове у Маши стучало: «Дима! Дима! Дима!».

И Дима толкнул стеллаж вперед.

Книжный шкаф с грохотом повалился прямо на Влада, который стоял с другой стороны.

– Бежим!

Дима схватил Машу за руку, и они двое пулей вылетели из библиотеки.

– Проклятье! Сукины дети! Я разорву вас! – слышались громкие стоны Влада.

Снова оказавшись в пылу хаоса, огня и крови, Маша и Дима побежали по парадной лестнице вверх. С крыши уже падали обгоревшие доски. Все вокруг охватило жаркое пламя.

Остальные ребята, которых они встречали на своем пути, бешено метались из стороны в стороны, размахивая самыми разными предметами и что-то громко выкрикивали.

Поднявшись выше, Дима бросил взгляд вниз. Он увидел, как из библиотеки вырвался Влад, дико озираясь по сторонам.

– Ублюдки! Подонки! Я отстреляю ваши трупы!

Дима сильнее сжал Машу за руку и скомандовал:

– Наверх! Скорее!

– Куда мы бежим?

Но выбор у них оказался не богат.

Двоим ребятам ничего не оставалось, кроме как спрятаться в ванной комнате для мальчиков.

Безумный Король преследовал их по пятам.

* * *

– Проклятье! Выпустите меня! Выпустите!

Аркадий тщетно бился в дверь своей комнаты, но какие-то девочки прижались к этой двери со стороны коридора.

Он оказался заперт в своей собственной комнате, стены которой лизали языки пламени.

– Мне нужно выйти! – орал он. – Иначе я сгорю здесь! Вы меня слышите?

Но Аркадий слышал лишь злорадное хихиканье на той стороне.

Оглядевшись, он увидел, что вся его комната охвачена огнем: стены, две кровати, прикроватные тумбочки. Кольцо пламени сужалось. Скоро пламя поглотит и его.

– Это не смешно! Хватит!

Слезы градом текли по его лицу.

Аркадий не хотел умирать.

Точно не такой страшной смертью…

– Я разорву вас в клочья, долбанные суки! Я поимею вас во все дыры! Долбанные потаскухи!

Аркадий изо всех сил долбил в дверь. Он стучал и пинал ее ногами. Все его попытки выбраться из горящей комнаты оказались тщетны.

Прижавшись к двери спиной, он заметил лишь один-единственный выход.

Окно.

Перешагивая через горящие островки на полу, он подошел к окну и присмотрелся. На улице бушевала гроза.

Но здесь он не может оставаться.

Несколько досок упали с потолка на кровати и пол. Пламя ревело.

– Мне нужно выбраться…

Тогда Аркадий открыл окно.

Он почувствовал лишь легкое дуновение ночного ветра прежде, чем раздался оглушительный взрыв, и огненный шар, образовавшийся у него за спиной за долю секунды, поглотил его в мгновение ока.

* * *

– Отпустите нас!

Савва и Сашка тоже были заперты в своей комнате. Дверь держали Алина и Алиса.

– Нет, мальчики, мы вас не отпустим! – смеялась громко Алиса.

– Кувыркайтесь там на здоровье! – поддержала подругу Алина.

Сашка стукнул по двери и зло прорычал:

– Дерьмо!

Но это только сильнее развеселило двух девочек.

– Когда вам станет слишком жарко – раздевайтесь, и мы выпустим вас! – смеялась Алина.

– Но одежду лучше выбросьте в окно! – добавила Алиса. – Она вам больше не пригодится!

Двое близнецов посмотрели в окно.

Огня у них в комнате не было, но из всех щелей к ним прорывался черный дым.

Сашка открыл окно и посмотрел на улицу.

– Ты чего? – к нему подбежал Савва.

– Мы вылезем через окно и спрячемся под козырьком крыши. Молнии нас не убьют.

– Это безумие!

– Но мы не можем здесь оставаться! Задохнемся же! Помоги мне…

Сашка уже перебросил одну ногу через подоконник. Савва держал брата за руки. Саша поставил вторую ногу на уступ и слега опустился.

– Ну, как? – спросил Савва.

– Вроде крепко…

За спиной Сашки шумела листва деревьев. Страшный ливень не прекращался. Спина у Сашки быстро промокла.

А потом уступ под ногами Сашки резко провалился, и он повис в воздухе. И только Савва держал брата за две руки.

– Я тебя держу! Держу!

– Не отпускай! – ревел Саша. – Не дай мне умереть!

– Я не отпущу тебя, идиот! Тянись!

Сверкнула молния.

Раздался шумный раскат грома.

И пальцы Саввы ослабели от страха и ужаса. Саша выскальзывал из его хватки.

– Нет! Не отпускай меня!

Порыв сильного ветра.

И снова гром.

Теперь Сашка держался лишь за одну руку брата. Из глаз обоих текли слезы.

– Не смей отпускать! – проревел Сашка.

– Не отпущу!

Что-то случилось в комнате. Обрушилась крыша – раздался сильный грохот.

Савва не выдержал…

Он отпустил запястье брата.

Сашка быстро утонул во тьме, скрывшись в мокрых листьях и ветках деревьев, растущих под окном.

– Нет! – проревел Савва.

Лишь одним мельком он успел увидеть, как лицо его брата исчезло во мраке.

Савва развернулся к комнате. Все помещение переполнял черный дым. И этот дым валил в сторону окна.

Савва закашлялся.

Задыхаясь, он начал делать тяжелые шаги в сторону двери, надеясь добиться милости Алины и Алисы. Ему до конца не хотелось верить, что они желают ему смерти.

Но до двери ему дойти не удалось. Зола заполняла его легкие. Сознание перестало быть ясном. Оно помрачилось.

Мальчик чувствовал хватку смерти на своей шее.

Савва упал на колени и утонул в черном смоге.

* * *

Света и Даша загнали Дениса в темную библиотеку.

– Эй, трясучка! – крикнула Даша. – Трясучка-Дениска, давай поиграем?

– Мы пришли посмотреть, как ты писаешься, когда трясешься! – смеялась Света.

Денис понимал, что взаимодействие с этими двумя девочками для него добром не кончится. Он спрятался за один из стеллажей и опустился на пол.

– Прошу! Оставьте меня! Уходите! – бросил он им.

Две девочки переглянулись и засмеялись.

– Светик, гляди! Кажется, нам здесь совсем не рады!

– Ты права, Дашуля! Надо проучить тех, кто не рад нашей компании!

Вдвоем они пробрались к тому самому стеллажу, за которым сидел Дениска. Сам мальчик не подозревал о таком близком их присутствии рядом с собой. Он до последнего верил, что у него есть шанс на спасение.

– Никогда не любила книги!

И с этими словами Даша, а потом и Света, накинулись всем своим весом на книжный стеллаж и повалили его.

– Ой, кажется, мы кого-то придавили! – воскликнула Света.

– Тогда надо скорее бежать, чтобы все не свалили на нас! – предложила Даша.

Две девочки резво засмеялись и выбежали из библиотеки, оставив Дениса под завалами.

Книжный стеллаж сильно его придавил, прижав лицом к полу. Одна полка впивалась ему прямо в шею, мешая свободно дышать.

Денис попытался пошевелиться – не получилось.

– Помогите! – истошно промычал он.

Но его положение не позволяло его голосу стать достаточно громким, чтобы его кто-то услышал.

Он попытался выбраться снова – стеллаж оказался слишком большим и тяжелым. Бесполезно.

Денис начал плакать.

Он понимал, что воздуха в таком положении ему не хватит, чтобы продержаться еще хотя бы минут десять.

А потом его начало подташнивать, и Денис с ужасом понял: сейчас начнутся судороги…

* * *

Ванная комната – единственное место, куда не добралось жаркое пламя, охватившее весь жилой корпус.

Маша и Дима спрятались в одной из туалетных кабинок, забравшись на унитаз. Они сидели тихо, втайне надеясь, что Влад не станет их искать здесь.

Дима постоянно думал о том, что им стоит чем-то вооружиться, но ничего поблизости так и не оказалось.

У Влада же было двуствольное ружье – самое сильное оружие, которое только можно было отыскать в чулане под лестницей.

– Я не хочу тебя терять, – прошептала Маша Диме.

– И не потеряешь, обещаю.

– Если умрем – то вместе.

– Мы не умрем.

Его слова показались ей такими уверенными и твердыми, что она забыла обо всех опасностях, подстерегающих ее не только за пределами здания, но, что важнее, в стенах самого здания.

– Просто будь рядом, – сказала она, – большего мне и не надо.

– Я никуда не уйду.

И Маша готова верить каждому звуку, выходящему из его уст. И она верила. Искренне верила, что они выживут.

Они просто не могут умереть сегодня! Умереть вот так! Просто не могут…

– Хватит играть в прятки!

Голос Влада раздался за дверцей.

Он здесь.

– Выходите сейчас же! Мне надоело играть с вами!

Двое сидели очень тихо, прижавшись друг к другу.

А Дима ловил себя на мысли, что битвы с обезумевшим маньяком им не избежать.

– Знаете, что я сделаю с вами, когда найду вас?

На этой ноте Влад открыл одну туалетную кабинку.

– Я не вышибу вам мозги… нет! Не так сразу. Сперва я отрежу вам уши. Потом пальцы. Я расковыряю лезвием вам носы. Я буду рисовать пентаграммы на ваших гадких телах.

Он открыл еще одну кабинку. Никого.

– Я остригу вам волосы. Я заставлю вас съесть ваши собственные глаза. Я запихну ваши внутренние органы вам в рот и в зад. О, да… я непременно сделаю это.

Влад открыл дверь третей кабинки.

Осталась последняя.

– А потом я подвешу вас к железным петлям прямо за кожу. И буду стрелять! О, да! Я буду стрелять! Стрелять! Стрелять! Стрелять! Я искромсаю вас в фарш, ребятки! И когда я буду мучить вас… вы будете сраться. И вашу срань я затолкаю вам…

Тогда Влад открыл последнюю кабинку. Ту самую, где Маша и Дима спрятались.

Дима действовал молниеносно.

Оттолкнувшись, он ударил ногой Влада в живот. Тот отпрянул назад. Это дало возможность Маше и Диме встать.

Влад уже готовил свое ружье к бою, как Дима нанес новый удар, врезав Владу кулаком по носу. У врага появились красные струйки над верхней губой.

Дима почувствовал силу и уверенность. Он верил, что сможет одолеть своего заклятого врага.

Он подошел и замахнулся, чтобы нанести новый удар, но тут… Влад ударил его по голове стволом ружья.

Дима ощутил острую боль в левом виске и попятился назад.

– Я тебя прикончу!

С диким ревом Влад побежал к Диме и схватил его за волосы. Влад поволок своего врага прямо к туалету.

Маша не стояла в стороне. Она набросилась на Влада, но получила удар коленкой живот.

– Отвянь, гадкая мразь! – рявкнул Влад.

Глаза Короля чудовищно сверкали. По пути сюда он потерял свою бумажную корону. Очки его немного треснули. Волосы были влажными и спутанными. Лицо слегка окровавлено.

Влад превратился в настоящего безумца. Широкие зрачки дьявольски блестели.

Влад со всей яростью и злобой держал Диму за волосы. Тот пытался вырваться, но все тщетно…

Они уже стояли у одного унитаза, и Влад резко ударил Диму лбом о бетонный край.

Маша услышала жуткий треск.

– Получи, ублюдок! Ты сдохнешь сейчас же! А твою подружку я буду иметь каждый час!

Дима был еще в сознании, но уже чувствовал, что постепенно теряет его. Маша увидела, как на лбу Димы зияет кровавый шрам.

Влад с яростью отбросил от себя Диму. Тот упал в пространство между унитазом и стенкой кабинки.

Влад прицелился из ружья.

Сейчас выстрелит…

И он уже был готов выстрелить, но Маша запрыгнула ему на спину. Она крепко сжала его шею руками. Тот принялся вертеться, стараясь сбросить противницу с себя.

– Уйди прочь, тварь! Слезь с меня, гнида! Сдохни, шлюха!

Маше не удалось его удержать. Влад оказался сильнее, чем она думала. Он отбросил ее от себя и тут же перевел дуло ружья на Диму.

– А теперь смотри на своего любовника! Смотри, как он сдохнет!

Маша уже вскочила на ноги, оправившись от удара, и двинулась с места, чтобы повторно наброситься на Влада, но тут раздался выстрел.

Мир замер.

Ее мир рухнул в один миг.

Маша поняла это, когда увидела на лице Димы зияющую красную дыру.

Выстрел пришелся прямо в голову… прямо в лицо…

И Маша больше не увидит этого лица…

Лица, в которое она когда-то влюбилась…

Влад смахнул кровь с губ. Он уже не мог ровно стоять на ногах, а потому качался из стороны в сторону.

– Да! – проорал он во весь голос. – Я сделал это! Я убил этого ублюдка! Я убил этого вонючего засранца!

Боль придала ей силы.

Боль потери и утраты сделала Машу такой, какой она не была раньше.

Все горело в ней.

Все кипело в ней.

И с обожженным сердцем, и с горящей душой она пошла убивать.

Раз – она толкнула Влада, и тот упал на холодный пол, ударившись головой о твердую плитку.

Два – она наступила правым каблуком прямо меж ног Влада и услышала его сдавленный визгливый стон.

Три – она взяла в руки ружье, что лежало рядом и быстро сообразила, как его перезарядить.

Маша начала стрелять.

Первый выстрел пришелся в плечо Влада. Его правую руку почти оторвало от тела. Он взвыл от адской боли. Свободной рукой Влад держал кровавую рану, цепляясь за кровавые ошметки и пытаясь перевернуться на бок.

Маша толкнула его ногой в бок, не позволив ему перевернуться, и перезарядила ружье.

– Шлюха! – бросил он ей.

Новый выстрел пришелся прямо меж ног Влада.

Он завизжал, сдавленно. Его левая здоровая рука потянулась к кровавой ране.

– Мои яйца! – запищал он. – Ты отстрелила мне член!

Маша с холодным расчетом сделала новую перезарядку.

– Гореть тебе в аду, мразотина! – заверещал Влад.

Его глаза горели от боли, гнева и дикого ужаса.

Она видела в его глазах лишь страх.

Маша подошла ближе, ногой она наступила ему на шею, а потом сунула дуло ружья прямо в рот Владу.

Больше он ничего сказать не мог.

Она ждала и смотрела в эти глаза, безумно смотрящие на нее. Маша помнила, каким был Влад, когда стал частью отряда «Айболит». Всегда отрешенный, вежливый, но при этом не упускающий шанса подшутить. Он всегда держался в стороне от всех.

И сейчас он убивает дорогих ей людей. Тех, кого он никогда не ценил.

И теперь… вот он где. Лежит у ее ног, напуганный, лишенный своих мужских достоинств. Его заплаканные глаза горячо смотрят на нее, моля о прощении.

Но она не простит его.

Маша сделала одно легкое движение – нажала на курок.

И почувствовала божественную отдачу…

Выстрел разорвал череп Влада изнутри.

Теперь перед Машей лежало гадкое красное месиво. Она поспешила убраться от него подальше. Ружье само выпало у нее из рук.

Маша повернула голову и посмотрела на труп Димы. И больше она не держала слезы в себе.

Схватившись за голову и истошно рыдая, она подбежала к изувеченному телу Димы. Маша упала перед ним на колени и уткнулась лицом в его грудь. Лица ее любимого не осталось. Она даже не может осмотреть в его глаза.

Этот человек защищал ее… до самого последнего конца…

Изнывая от горя, Маша не сдерживала рыданий. Она была готова просидеть здесь целую вечность.

Она сжала холодную ладонь Димы и прижала его окоченевшие пальцы к своему лицу. Она целовала эти пальцы.

И никакая месть не могла утешить ее.

Никто и ничто больше не вернет ей того, кого она так любила и всегда боялась признаться в этом.

Ее сердце сгорело навсегда.

Глава 23. Адам и Ева нового мира

Последний же враг истребится – смерть

Апостола Павла 1-е послание к коринфянам 15:26

Холл опустел.

Огонь беспощадно сжирал весь жилой корпус лагеря «Лосенок». Пламя ревело и трещало, охватив стены, мебель и парадную лестницу.

Антон, сжимая в руке окровавленный топор, медленно шел по коридору, озираясь по сторонам.

Перед собой он замечал трупы. Все эти лица были ему знакомы.

В этом лагере каждый знал друг друга.

На лбу у него осталась кровавая ссадина после падения. Губы растрескались. По щекам и шее обильно стекал пот. Его футболка порвалась в нескольких местах, а шорты обгорели. Ноги испачканы в золе. Босые ступни в резиновых шлепках покрылись ранами и трещинами.

– Антоша! – раздался звонких девчачий голос.

Сердце у него замерло.

Он оглянулся – никого.

Прибавив шагу, Антон наконец вышел к парадной лестнице. Он все еще находился на втором этаже, не решаясь спуститься вниз, когда увидел перед собой двоих.

К нему вышли Алина с бейсбольной битой и Алиса с деревянной доской с ржавыми гвоздями.

– Куда ты от нас убежал, Антошка? – посмеялась ему в лицо Алина.

Испугавшись, он развернулся, чтобы убежать, но не тут-то было!

Прямо перед ним возникли Света и Даша. Света сжимала в руках мотыгу, а Даша вооружилась двумя кухонными ножами для разделки мяса.

– Мы тут играли в одну игру, – продолжила Алиса.

Две другие девочки медленно шагнули в его сторону.

Антона зажимали в тиски.

– Она называется «Убить, трахнуть или выйти замуж», – пояснила Алина.

– И каждый сделал свои ставки на тебя, Антончик. Да-да, на тебя!

– Я бы тебя трахнула, но кое-кто…

Антон заметил, как взгляд Алины устремился в сторону Светы и Даши.

– Захотел тебя убить, – закончила она.

Все случилось быстро.

Света, замахнувшись мотыгой, с диким визгом набросилась на Антона. Мальчик, переполошившись, в испуге замахал топором.

Но ему было достаточно совершить всего один взмах, чтобы… топор снес голову Светы с плеч.

Острое лезвие впилось в шею девочки. Брызнула кровь. Острое лезвие топора быстро прошло глубже, разрезая нижележащие ткани. Дальше захрустели косточки позвонков.

Лезвие топора вышло с другой стороны, а голова Светы отлетела в сторону, перелетев через перила. Ее голова упала на ступеньки и, словно футбольный мячик, несколько раз перекатилась через пять ступенек, пока не замерла у ревущего костра.

Из культи шеи обильно брызнула кровь. Аорта была разрублена, а потому из шеи мертвого тела вырвался алый гейзер.

Антон замер от ужаса, и брызги летели прямо на него.

Он услышал, как у Даши вырвался вопль ужаса. Девочка отчаянно завизжала и даже упала на колени, не выдержав жуткого зрелища.

Алиса так и стояла столбом, потеряв способность даже двигаться с места. Сжимая деревянную доску, она смотрела, как обезглавленное тело Светы рухнуло в ноги Антону, истекая большим количеством крови.

А вот Алина, взяв себя в руки, решила немедленно отомстить убийце. С визгом она бросилась на Антона со спины и нанесла ему сильный удар битой по шее.

В растерянности Антон выронил свой топор и пошатнулся. Алина, заметив более сильное оружие, быстро схватила топор в свободную руку. Отбросив биту в сторону, она обхватила деревянную рукоять топора двумя руками.

Прямо перед ней на колени рухнул Антон. Мальчик быстро отполз в сторону и развернулся к ней лицом.

– Нет! – рявкнул он, заливаясь слезами, – не надо!

Антон отползал назад, пока не уперся в мертвое тело Светы. Дальше было ползти некуда.

– Прошу! – ревел он.

Но в глазах и в душе Алины не было жалости.

– Получай, трахнутый ублюдок!

Алина замахнулась топором, как замахивается дровосек прежде, чем разрубить полено, и обрушила тяжесть вниз.

Острое мощное лезвие топора раскололо череп Антона надвое и застряло в нем.

Рана оказалась слишком глубокой. Лезвие прошло вплоть до губ, разрубив нос.

Мертвые глаза Антона все еще смотрели на Алину. Из разлома в голове обильно вытекали вишневые ручьи. Мальчик слегка приоткрыл рот, в котором зиждился багровый комок.

И тело его рухнуло на пол, упав рядом с трупом Светы.

Даша старалась подавить рвоту, засевшую внутри ее глотки.

– Отлично сработано, подруга! – всплеснула руками Алиса, запрыгав на месте.

Алиса присоединилась к Алине, которая тем временем вновь вооружилась своей битой, поленившись вытаскивать топор из черепа Антона.

Даша поняла, что осталась совсем одна против двух противниц. Она крепче сжала ножи и встала в полный рост.

– Кажется, осталась последняя, – посмеялась Алина.

– Так давай же ею займемся! Веселье еще не закончилось!

* * *

Борясь со слезами, Маша наконец покинула ванную комнату, оставив мертвого возлюбленного. Ноги ее не слушались. Она несколько раз ударилась о стену в коридоре, потому что сил не хватало даже не то, чтобы просто идти прямо. Ее координация нарушилась.

Услышав чьи-то голоса, она прижалась к стене. Это были Алина и Алиса, пробегавшие по лестнице. Они убежали в крыло для девочек.

Маша не хотела ни с кем встречаться. Она знала, что эта встреча может закончиться для нее гибелью. Отныне любой, кого она встретит, может ее убить.

Стараясь пережить потерю Димы, она сосредоточилась на остальных друзьях.

Лиза, Леша, Катя… где они все?

Маша вышла на парадную лестницу и начала спускаться вниз. Как бы ни было страшно, она должна все проверить.

Всюду ревело пламя. Всюду разлита кровь.

Она видела мертвые тела в кострах.

Все мертвы.

Что же они наделали?

Маша не сомневалась, что ее подстерегают опасности. Она вовремя сообразила, что ей нужно вооружиться, чтобы защищаться от врагов.

Осмотревшись, Маша нашла штыковую окровавленную лопату. Ничего более сильного и действенного поблизости она не обнаружила, поэтому взяла ее.

Теперь она не беззащитна. У нее есть оружие – то, чем можно убивать.

Отбросив волосы назад, Маша, сжимая рукоятку лопаты, спустилась на первый этаж. Оказавшись в холле, она в первую очередь посмотрела в сторону входных дверей.

На улице лежало куда больше обгорелых трупов, чем было когда-то. Дождь не заканчивался. Ночь все еще царила здесь.

А им всем конец…

А потом… Маша посмотрела в сторону раздевалки бассейна. И там, в небольшом коридорчике со шкафчиками в левом ряду, скамейками в правом и несколькими зеркалами на стенах, она увидела двоих.

Одна сидела на стуле. Руки ее заведены за спину. Наверное, завязаны. Босые ноги точно перевязаны. Светлое платье испачкано золой и кровью. Волосы распущены и смяты. Из глаз обильно текут слезы. Нижняя губа треснута – из ранки вытекают алые капельки. Изможденная и измученная, пленница боролась со слезами.

Это Катя.

Еще жива…

– Катя!

А рядом… высокая, в черном платье по колено, в белых резиновых шлепках на босых ногах, с темными прямыми волосами и тонкими линиями бровей…

Диана разложила на скамейке рядом оружия пыток, а сама сжимала в руках ножницы.

Маша почувствовала внутри себя прежнюю силу.

Влад убил Гришу и Диму у нее на глазах. Она не позволит Диане убить еще одного ее друга.

Если Леша и Лиза мертвы (в чем она почти уверена), то сейчас в ее силах сделать все, чтобы спасти Катю.

Осталась только она.

– Убери от нее руки, мразь!

Маша воинственно зашагала в раздевалку, сжимая лопату. Она уже сейчас представляла, как перережет этой лопатой глотку Дианы.

Если жизнь требует от нее убийства взамен на собственное спасение, она готова.

– Лучше остановись, если хочешь, чтобы я ее не убила прямо сейчас, – жестко процедила Диана.

Оказавшись в раздевалке, Маша остановилась. Диана приставила ножницы к шее Кати.

– Машенька… спасибо…

– Заткнись! – Диана резко ударила Катю в бог коленкой.

Маша не хотела рисковать. Она поджидала удачного момента для нападения.

Диана зашла Кате за спину и взяла в левую руку толстую прядь волос.

– Хорошие волосы, не так ли? – Диана обратилась к Маше. – Такие легкие, нежные… как у тех сучек из рекламы шампуня! Они меня всегда бесили. Лично я трачу слишком много времени, чтобы привести свои в порядок.

И Диана одним резким движением отрезала прядь волос Кати. Девочка застыла от ужаса. Она зажмурилась, а по щекам текло слезы.

Она боялась умирать.

Сейчас у Кати появился шанс на спасение. Маша здесь. Она не даст ее в обиду.

Диана, заполучив прядь волос Кати, сначала их осмотрела, а потом бросила на пол.

– Смешная она, правда? – усмехнулась Диана, взглянув на жуткий вид Кати. – Можно сделать из нее Чучело, что скажешь? Постричь наголо и…

– Оставь ее, – бросила Маша, – твоя битва только со мной!

Диана подняла взгляд на Машу. Ее восхищала та воинственная поза, в которой стояла ее противница.

– Ты права, – ответила Диана, – моя битва только с тобой.

Она отложила ножницы и взяла плоскогубцы.

– Но пытать я тоже люблю…

И Диана одним движением сжала плоскогубцами палец Кати. Девочка не выдержала ужасающей боли и издала оглушительный визг.

– Хватит!

Маша выставила штык лопаты на Диану, словно держала копье.

Диана же, взглянув на Машу, заулыбалась и даже холодно засмеялась.

– Ее жизнь в твоих руках, – объяснила она Маше, – если хочешь причинить боль мне, то причинишь боль ей…

Диана сжала плоскогубцами другой палец, Маша услышала хруст костей. Катя отчаянно завопила.

Девочка дергала ногами и извивалась всем телом. Из глаз хлынули слезы. Она молила о помощи:

– Прошу не надо! Оставьте меня! Молю! Мне так больно!

Все ее слова можно было лишь отчасти расслышать между громкими воплями.

Диана прервала страшную пытку и выпрямилась с плоскогубцами в руке.

– Даже не вздумай ей причинить еще вред, иначе эта лопата разрежет двою сраную голову надвое, – процедила Маша.

Хмыкнув, Диана взяла острую спицу. Эта спица оказалась явно заточена и теперь напоминала шило.

– Я люблю острые предметы, – произнесла она, подойдя к Кате, – давай же… нападай… я готова…

Маша сделала шаг вперед…

Ей стоило сделать всего лишь один шаг, и это стоило жизни ее последнего друга.

Диана моментально проткнула шею Кати острой спицей.

Острие не прошло насквозь, но вошло довольно глубоко. Катя замерла с широко раскрытыми глазами. Она еще жила…

Она держалась за последние ниточки своей жизни.

Из глубокой раны просочилась кровь.

Маша застыла от ужаса и шока…

Катя сделала еще один вдох, а потом ее голова повисла. Обрезанные волосики слегка тряхнулись. Глаза так и остались открыты.

Диана довольно и высокомерно улыбалась, наслаждаясь результатом.

– А я же сказала…

Грянул гром.

Маша, осознав весь ужас потери, издала истошный вопль и бросила лопату в Диану, словно копье.

* * *

Даша осталась одна против Алины и Алисы.

Эти две давно хотели убить ее. Но сейчас, оставшись одна, она готова сражаться, как никогда.

– Сдохни, грязная сука!

С диким визгом Алиса, замахнувшись доской с гвоздями, понеслась на Дашу. Та сделала шаг в сторону, пустив противницу за спину. Резко обернувшись, Даша замахнулась одним кухонным ножом, но тут же встретила сопротивление.

Алиса обернулась и защитилась от удара доской. Лезвие ножа застряло в дереве. Пустив в ход второй нож, Даша попыталась проткнуть им живот Алисы, но та быстро отпрянула в сторону.

– Помоги мне! – закричала Алиса.

Алина в нерешительности направилась к Даше. На самом деле сама она вмешиваться в битву не хотела. Но в случае, если Алиса победит, Алина не хочет стать заклятым врагом своей лучшей подруги.

Потому ей пришлось хотя бы попытаться.

Алина замахнулась своей битой, готовая ударить Дашу, но та ловко увернулась и ранила вторую соперницу.

Ей удалось оставить кровавый след на груди Алины кухонным ножом. Девочка, получив ранение, вскрикнула и отбежала.

– Проклятье! – взревела она. – Чертова гнида! Дерьмо!

Не в силах продолжать схватку из-за раны, Алина оставила все на Алису.

Даша вступила в яростную схватку с Алисой. Она отчаянно размахивала обоими ножами, словно парными мечами. Алиса только отбивалась своей доской, пятясь назад.

Битва двух девочек меняла ракурс. Обе они приближались к тому месту, где пол обвалился, образовав высокий обрыв, в самом низу которого шипело пламя, будто вырываясь из-под земли.

Случайно взглянув вниз, Даша даже заметила в том огне чье-то тело. Похоже, мальчик. По одежде похож на Женю.

– Сдохни, мразь! Сдохни, падаль! Сдохни, чертова сука! – ревела Алиса, размахивая своим оружием.

Даша постоянно уклонялась от ударов противницы и часто старалась наносить свои. В какой-то момент она так сильно вошла в роль женщины – воина, что ей удалось нанести Алисе сразу два ранения.

Оба пришлись на запястья соперницы.

Алиса выпустила из рук доску и в ужасе взглянула на свои руки. Из глубоких порезов обильно текла кровь.

– Ты мне вены перерезала, сука! – проревела она. – Ты меня убила, гадкая шлюха! Собачье дерьмо! Какого дьявола ты…

Но Даша дальше слушать не стала.

Раз – она нанесла новый удар ножом, проткнув Алиса в живот.

Два – Алиса покачнулась, хватаясь за багровое пятно на футболке.

Три – Даша одним движением столкнула Алису в огненную пропасть.

Та с коротким визгом рухнула в ревущее пламя.

Победив врага, Даша облегченно выдохнула и тут же ее повалили на пол.

Это была Алина.

Ударившись затылком, Даша увидела зверский оскал противницы, которая теперь лежала поверх нее. Изо рта девочки обильно стекали слюни. Глаза горели безумием.

– Осталась только ты, маленькая проститутка! – Алина брызнула слюной Даше на лицо. – Во всем этом гребаном, вонючем мире остались ты да я! И сейчас ты тоже сдохнешь! Я затащу тебя в ад…

Алина плюнула Даше в лицо и дико засмеялась.

– Я зубами вырву тебе глаза! Я выгрызу твои карие глазки! Ты, мерзавка, будешь слепой ползать у меня в ногах!

Алина набрала в рот еще больше слюны и выплюнула грязный комок прямо в приоткрытый рот Даши.

– Соси мою слюну, сучка! Давай! Соси мою слюну, грязная шлюха!

Даша, почувствовав слабость в хватке противницы, воспользовалась этим и нанесла удар.

Ей удалось направить силу тела в нужном направлении, чтобы спихнуть Алину с себя, но она совсем забыла про обрыв, который находился совсем рядом…

В считанные секунды случилось еще несколько нелепых и спешных телодвижений, которые привели к тому, что пол под двумя девочками обвалился.

Сначала заскрипели доски. Дерево потрескалось. И в итоге провалилось под ногами обоих.

Обе закричали. Алиса схватилась за Дашу, а та, в свою очередь, ухватилась одной рукой об обломанную доску пола.

Обе, они повисли над ревущем пламенем в обрыве.

Алина из последних сил держась за стопу Даши, тряся ногами над высокими языками пламени.

– Спаси нас! – завопила она. – Держись крепче! Не дай мне упасть!

Даша понимала, что одной рукой сама держится из последних сил. Тогда она вцепилась в другую доску второй рукой. Почувствовав уверенность, Даша потрясла ногой, за которую хваталась Алина, и громко бросила:

– Да пошла ты!

Этого хватило, чтобы Алина соскользнула, не удержалась и упала с воем и ревом в шипящее пламя.

Даша своими глазами видела, как Алину поглотил жаркий огонь.

Девочка в ужасе осознала, что осталась совсем одна.

Все мертвы, а она буквально висит над смертью.

Что же они натворили?

Как они могли прийти к такому безумию?

Даша вспомнила Свету. Она вспомнила, как всегда защищала ее. В этом ужасе и хаосе они убили несколько человек. Они обе считали это забавным и веселым.

А теперь Даша сожалела об этом. В глазах стояли слезы.

Она понимала, что ей никто не придет на помощь. Никто не вытащит ее. А сама она не справится… у нее точно не хватит сил, чтобы потянуться и вытащить себя.

Все потеряно.

Даша задумалась о том, что бы сказала ей мама, если бы узнала обо всем том, что она сегодня натворила. Как она была…

Дашу посетила одна неприятная мысль, которая теперь резала ее душу: «Она – плохой человек».

Она – та, кто заслуживает смерти, заслуживает страдания.

Осмыслив все это, Даша приняла тот факт, что уже никто и ничто не поможет ей спастись. Собравшись с мыслями, она постаралась приготовиться к смерти.

– Я готова, – сказала Даша себе.

И отпустила руки…

* * *

Лопата пролетела через всю раздевалку. Диана быстро пригнулась, и «копье» вылетело в окно, разбив стекло со звоном.

Маша в ужасе сообразила, что сама лишила себя самого сильного оружия. Теперь у нее нет средства самозащиты, чего не скажешь о ее оппоненте.

Диана вооружилась ножницами и плоскогубцами. В данной ситуации этого может вполне хватить, чтобы причинить ей, Маше, немыслимые страдания и в конце концов убить.

– Да начнется последняя дуэль этого мира! – заявила пафосно Диана.

Маша, пытаясь собраться с мыслями, поняла, что вариантов у нее немного… к примеру, из шеи Кати все еще торчала острая спица. Она может ею воспользоваться.

Но «под рукой» оказался еще один вариант. Дело в том, что прямо справа от Маши на стене висело зеркало.

Как только Диана сорвалась с места и побежала на Машу, та одним ударом кулака разбила зеркало, превратив его в груду острых осколков.

Но Маша не успела вооружиться ни одним осколком, ведь Диана была совсем близко. Теперь она вынужденно отбежала в сторону, чтобы не попасть под смертельный удар.

Диана, сжимая плоскогубцы и ножницы, злорадно пыхтела, словно дикий бык.

– Пришло время с этим кончать!

Диана бросилась на Машу, та быстро ушла в сторону, и соперница врезалась в дверцу железных шкафчиков, получив удар по голове.

– Дерьмо! Дрянь!

Это дало время Маше, чтобы наконец вооружиться. Она быстро схватила самый большой и острый осколок зеркала. Маша сжала стекло так сильно, что неумышленно ранила себя. Из большого пальца и ладони вытекала кровь.

Вооружившись, Маша почувствовала уверенность и силу. Теперь она не так слаба в глазах Дианы, как раньше.

Маша готова сражаться.

– Когда ты начинаешь петь… – брызнула Диана.

Девочка набросилась на нее, размахивая то ножницами, то плоскогубцами – все одновременно.

– …из твоего рта льется дерьмо!

Маша только успевала уклонятся от ударов и размахивать осколком стекла в ответ. Держать такое оружие было чертовски неудобно, а потому Маша, чтобы сохранить свою жизнь, совсем не жалела свою ладонь и сжимала осколок так крепко, как только могла.

– А из моих ушей, когда я слушаю тебя…

Битва разворачивалась по всей раздевалке. Диана вела Машу в сторону дальнего окна.

– …течет кровь!

Диана взревела и с еще большей яростью принялась размахивать руками. Маша, оказавшись рядом с телом Кати, задумала все-таки добавить к своему скудному арсеналу спицу.

Но быстрые атаки Дианы никак не позволяли ей отвлечься. Маша не имела никакого пробела во времени между нападками врага.

Обе они готовы убить друг друга раз и навсегда.

– Да что в тебе такого?

Диана продолжала осыпать Машу тысячью проклятий.

– Как ты вообще можешь кому-то нравиться?!

Маше поняла, что не сможет отразить очередной удар, а потому она отпрыгнула в сторону, прижавшись спиной к шкафчикам.

– Долбанная крыса…

Диана вновь вступила в бой. Маша рассчитывала снова уйти в сторону, чтобы та опять ударилась головой о шкафчики, но в этот раз так не получилось…

В этот раз Диана действовала аккуратнее, заработав на лбу кровавый шрам.

Когда Маша сделала шаг в сторону, Диана схватила ее за волосы и быстро обвила всю прядь вокруг запястья.

– Куда собралась, паскуда?!

Маша поняла, что теперь она попала в руки врага.

– Сейчас ты узнаешь, что бывает с теми, кто отстреливает члены моим любимым…

Маша только успела подумать: «Она… видела?!», – а потом получила удар по голове.

Диана резко ударила Машу лбом о дверь железного шкафчика.

– Неприятно, да?

Второй удар Диана нанесла со всей силой и жестокостью.

Маша почувствовала жгучую боль во всем лице. Из носа потекла кровь.

– Я разобью твою башку в фарш!

Диана ударила Машу лицом о шкафчик в третий раз, и та почувствовала жжение во лбу и подбородке.

А потом… Маша наступила пяткой на ногу Диане, та оказалась вынуждена ее отпустить.

– Гадкая тварь!

Маша получила возможность совладать с собой. Даже не смотрясь в зеркало, она понимала, что все ее лицо в крови.

Получив всего одно мгновение, Маша им воспользовалась.

Схватила ли она спицу?

Нет.

Маша вонзила острый конец большого осколка от зеркала прямо в голову Дианы. Стекло продырявило лицо в правой щеке.

Диана, осмыслив, что с ней сделали, завопила.

Это был протяжный и истошный стон.

Она выронила из рук свои ножницы и плоскогубцы. Диана судорожно дергала руками и пальцами, глаза ее смотрели на острый осколок, торчащий из лица.

Пока Диана билась в истерике, не имя ни малейшего понятия о том, что ей делать, Маша вооружилась спицей, вынув ее из шеи бедной Кати.

Получив окровавленную спицу, Маша нанесла новый жестокий удар.

Острое шило пронзило лицо Дианы прямо в левый глаз. Та заревела еще громче. Из двух глубоких ран на лице Дианы текли алые струи.

И даже сейчас она не могла двинуться с места, не переставая махать руками и дергаться на месте.

– Что же ты никак не сдохнешь, поганая мразь?! – разозлилась Маша.

Тогда она схватила ножницы и плоскогубцы, что Диана обронила на пол. «Закрытые» ножницы Маша сжала в руке, как очередное лезвие.

Со всей силой и жестокостью Маша проткнула этими ножницами вторую щеку Дианы.

Теперь девушка начала метаться по всей комнате в истерике. С огромным осколком битого стекла, ножницами и спицей в лице, Диана бегала по раздевалке из стороны в сторону, размахивая руками.

В таком состоянии Диана выбежала в парадный холл. Маша, все еще сжимая плоскогубцы, побежала за ней.

Оказавшись в холле, она заметила, как раненая Диана все еще бегала из стороны в сторону, не в состоянии взять себя в руки.

А потом… Диана будто увидела своим единственным глазом Машу. Она увидела ту, кто сделал все то ужасное, что с ней случилось.

В безумной ярости Диана побежала прямо на Машу, отчаянно размахивая руками.

Сама Маша не почувствовала в действиях Дианы никакой угрозы. Она понимала, что пришло время наконец убить ее.

Убить ее так же беспощадно и жестоко, как она это сделала с Владом.

Ее месть свершится.

Грядет правосудие.

Пришло время Дианы ответить за все…

Маша спокойно выждала тот момент, когда Диана окажется прямо перед ней. А дальше дело за ней.

Левой рукой Маша крепко схватила Диану за шею. Руки той неожиданно опустились, обессилев.

– Заткнись ты уже!

Раз – плоскогубцы сжали язык Дианы.

Два – Маша резко дернула руку на себя.

Три – плоскогубцы вырвали язык Дианы.

Маша отпустила свою противницу. Рот Дианы наполнился кровью. Ее тело, словно тряпичная кукла, рухнуло в ноги Маши.

Сама она стояла с плоскогубцами в руках, в тисках которых зажат розовый язык Дианы.

Изрыгая густую кровь изо рта, Диана дергалась всем телом. В какой-то момент она застонала и закашлялась.

А потом…

Потом Диана подавилась собственной кровью, обилие которой перекрыло ей доступ к кислороду.

Так она и замерла с открытым одним глазом, который уставился куда-то в пустоту.

Маша выронила плоскогубцы из рук, когда поняла, что все наконец закончилось.

* * *

Она осталась одна.

Маша осмыслила эту жуткую истину, когда убила Диану и огляделась.

Все пылало.

Трупы, кровь и огонь.

Вот, чем закончилась поездка в лагерь в этом году…

А на улице все еще шел дождь.

Маша не смогла сдержать слезы. Она не имела ни малейшего представления о том, что ей теперь делать.

Никто не придет.

Никто не поможет ей.

Остается решать, как умереть?

Выйти на улицу или остаться здесь?

Как выбрать?

Обнимая себя руками и горько всхлипывая, Маша прошлась по холлу. Она взглянула на лестницу – вся охвачена алым густым пламенем. Путь на второй этаж окончательно закрыт.

Вход в столовую завален. Потолок здесь обвалился. Понадобится много времени, чтобы разгрести эту груду балок и досок.

Да и зачем ей в столовую?

Путь только один.

Маша развернулась лицом к воротам, а потом… она услышала какой-то скрип за спиной.

Кто-то остался?

Она резко обернулась и сейчас… ее глаза смотрели в маленькие темные глазки.

Маленький мальчик, одетый в черные короткие шортики, белую маечку и синие резиновые шлепки, вышел из коморки под лестницей и смотрел на нее.

Это был Тимурчик.

Тот самый Тимурчик из отряда «Солнечные зайчики». Темные короткие волосики и смуглое личико.

– А где все?

Он осмотрелся по сторонам.

– Все мертвы, да?

Маша ответила ему кратким кивком.

Как же так?

Она не понимала!

Как ему удалось?..

– Огонь продырявил крышу… и я вышел…

Маша наконец сорвалась с места и подбежала к Тимурчику, прижав девятилетнего мальчика к себе. Он оказался таким маленьким и теплым. Она готова пригреть его, как родного сына.

Мальчик всхлипнул. Он явно не видел всех тех ужасов, что случились здесь, когда он прятался.

– Мы их больше… не увидим?

Маша не смогла ответить.

Она лишь тешилась той мыслью, что не осталась одна.

Теперь они вдвоем.

Вдвоем навсегда.

– Маша…

– Да?

– Там… на улице… дождь…

Маша неожиданно поймала себя на мысли, что больше не слышит звуков ливня, завываний ветра и раскатов грома.

Лишь треск огня.

Она встала, взяла Тимурчика за руку и обернулась.

Там, за воротами, на улице, черные тучи расходились. Открывалось розовое небо.

– Это рассвет? – спросили у нее.

– Да, Тимурчик, это рассвет.

Держась за руки, он прошли через пылающий холл и встали у самого края порога жилого корпуса.

– Как думаешь, мы уже можем выйти? Молнии нас не убьют?

Маша увидела, как яркие лучи солнца освещали все вокруг. Она взглянула на Тимручика и ответила:

– Больше нас ничто не убьет.

Он тепло улыбнулся в ответ.

– Тогда пойдем?

Его рука была теплой, маленький и нежной. Их разница в возрасте составляла ровно пять лет.

Маша ответила:

– Пойдем.

И как Адам и Ева нового мира, Маша и Тимурчик, держась за руки, вышли навстречу новому дню.

Оказавшись на улице, их силуэты утонули в божественном свете.

В оформлении обложки использована фотография автора Diana Parkhouse с https://unsplash.com