Вячеслав Рюхко
Не трогайте винегрет! Новогодняя история

Какой праздник самый любимый? Что за глупый вопрос! Конечно же Новый год! Снежинки, вальсируя, порхают, падают с неба. Ёлка уже приготовилась, ждёт, когда её нарядят. Разноцветные стеклянные шарики пока ещё лежат в коробках, но уже блестят, не терпится им повиснуть на колючих ветках. Дом украшен гирляндами, вкусностей заготовлено на две недели вперёд, в воздухе витают запахи салатов, апельсинов и выпечки. А в саму новогоднюю ночь в дверь позвонят, и в дом войдёт, держа на плече мешок подарков, долгожданный… Дриздаплюм!

«Стоп! Какой ещё Дриздаплюм?! Ты хотел сказать Дед Мороз!» – воскликните вы. Но нет, вы не ослышались. К нам каждый год тридцать первого декабря, действительно, приходит Дриздаплюм. Не знаете, кто это такой? Ну так слушайте и не перебивайте.

Эта история, как и все самые лучшие необыкновенные и волшебные истории, случилась в канун Нового года. Мне тогда было восемь лет, а значит, моему младшему брату Вовке всего пять. Всё утро мы готовились к празднику: украшали дом, вырезали снежинки, пекли пироги, варили овощи для салата, и когда почти всё было готово, родители внезапно вспомнили, что праздник не состоится, потому что мы забыли купить новогодние свечи для пирога. Папа предложил было вставить в пирог свечку, оставшуюся с Вовкиного дня рождения – оплавленную цифру пять с красными полосками, но мама на него так посмотрела, что папа ссутулился, пробормотал извинения и, одеваясь на ходу, побежал в гараж за машиной. В общем, родители уехали, оставив меня за старшего.

От нечего делать мы с братом решили сыграть в шахматы, но Вовка так и не научился отличать слона от ладьи, и игра у нас не задалась. Я в двадцатый раз объяснял ему, что пешки назад не ходят, когда услышал писк холодильника на кухне. Странно.

Я вышел в коридор и прислушался: что-то зловеще шлёпало, плюхало и чавкало. Вовка увязался за мной и уже раскрыл рот, чтобы о чём-то спросить, но я шикнул на него, приставив указательный палец к губам. Удивительно, но брат послушался. Может, вид у меня был грозный, а может быть, Вовка тоже услышал плюхи и чавки.

Мы прокрались на цыпочках к кухонной двери. Я прижался к стене, собирая всю свою храбрость, чтобы, наконец, подсмотреть за шлёпающим чавкателем или чавкающим плюхателем. Я глубоко вдохнул, задержал дыхание и закрыл глаза, чтобы успокоиться. Когда я открыл глаза, Вовки рядом уже не было, а из кухни донеслось: «Вот это кру-у-у-уто!».

Я бросился следом за братом и остолбенел. Вы хоть раз столбенели? Непередаваемое чувство, словно ноги в пол вросли. Хочется закричать и не можешь.

Возле открытой дверцы холодильника черпал ложкой винегрет и отправлял себе в рот толстый, желтый, трёхглазый, двурукий и четвероногий ОН.

– Привет! – поздоровался он, невозмутимо набивая рот новой порцией винегрета. – Будете? – он на секунду протянул нам с Вовкой кастрюлю. – Ну нет, так нет!

Наблюдая, с какой скоростью тает праздничная еда, я, поборов остолбенение, неуверенно промычал:

– Не трогайте винегрет. Мама заругает.

– Понимаю, – прочавкав и сочувственно кивнув, сказал незваный гость. – Судя по количеству запасов, вас ждут суровые испытания. Можно, я угадаю? Падение астероида? Извержение вулкана? Пробуждение гигантских чудищ после тысячелетнего сна?

– Да нет же, – засмеялся Вовка, – Новый год ведь приходит!

– Ах, даже так, ай-ай-ай! – жёлтый гость возмущённо поцокал языком и отправил в рот сразу два неочищенных апельсина. Потом он на секунду задумался, почесал подбородок и полюбопытствовал с набитым ртом – А фто тафое Нофый фод?

Тут я решил блеснуть знаниями:

– Год – это время, за которое наша планета Земля пролетает полный круг вокруг Солнца! И каждый раз…

– Стой-стой-стой! Не подсказывай! Я понял! – пожиратель винегрета прервал мою лекцию по астрономии. – Каждый раз, когда ваша планета, облетая вашу звезду, приближается к особенному месту, на вас нападают злобные космические пираты! Поэтому вы и прячетесь в домах с полными холодными ящиками еды! – он с видом победителя откусил половину ананаса и даже не поморщился.

– Что значит «ваша планета»? – не понял я. – Вы что, не с Земли?

Незваный гость вернул огрызок ананаса в устало пищащий холодильник, приосанился и, расставив руки в стороны, сделал полный оборот, ловко переступая коротенькими толстыми ногами.

– Ну что?! – воскликнул он. – Вы когда-нибудь видели у себя на планете таких красавцев?! То-то же! Впрочем, согласен, сам виноват, забыл представиться.

Инопланетянин глубоко вздохнув, поднял руки над головой и, мягко опустив их на необъятный живот, вдруг резко зашлёпал по нему, отбивая дробь, и завопил:

– Перед вами единственный в своём роде, и даже классе! Космический неотразимый баловник – Дриздаплюм-Великолепный! – он закончил отбивать дробь и уже тише добавил. – Для угощателей – просто Дриздаплюм.

Просто Дриздаплюм залез с головой в холодильник и продолжил деловито в нём хозяйничать.

– Дриздаплюм… великолепный, вы всё не ешьте, пожалуйста, – неуверенно попросил я неотразимого обжору. – Новый год, ведь.

– Не беспокойтесь! С пиратами мы справимся! У меня дальнохлоп есть!

– Да нет никаких пиратов! – встрял Вовка. – Новый год – это праздник такой!

Дриздаплюм вылез из холодильника и задумчиво почесал макушку:

– Землетрясение знаю, извержение знаю, столкновение, нападение, выпузыривание, истребление и помутнение тоже знаю. А вот праздник – не знаю, – казалось, Дриздаплюм немного расстроился. – Это очень страшно?

– Да нет! – Вовка не задумываясь схватил инопланетянина за руку и потащил в зал. Дриздаплюм, повинуясь, засеменил следом, не отрывая печального взгляда от раскрытого холодильника. Я захлопнул дверцу. Холодильник наконец-то замолк.

Вовка приволок растерянного инопланетянина к ёлке и, сияя от радости, показывал ему любимые игрушки. Дриздаплюм осторожно дотронулся до зелёной ветки.

– Колется! Это что же, теперь вся ваша планета такими колючими штуками зарастёт, что ли?

Тут снова вмешался я:

– На Новый год люди, то есть мы, приносят в дом ёлку и украшают её гирляндами и шариками.

– А ещё лампочками! – встрял Вовка, нажал на кнопку, и ёлка замигала цветными огоньками.

Дриздаплюм взвизгнул и отпрыгнул назад, чуть не сбив меня с ног, потом посмотрел на нас с братом, немного успокоившись, принял расслабленную позу и понимающе угукнул.

– Ясно. Ёлка нужна, чтобы отпугивать кого-то злобного и глупого, вроде грызастиков со Злюпитера!

– Не злобного, а доброго, не грызастиков, а Деда Мороза, и не отпугивать, а приманивать, – пустился я в объяснения, но Дриздаплюм уже не слушал.

Он задумчиво вертел в руках хлопушку, оставленную папой на столе, что-то неразборчиво бубнил, поднося её то к одному, то к другому, то к третьему глазу. Прислонил к уху, потряс. Его широкий щербатый рот расплылся в улыбке, он радостно вскрикнул: «Ага!», и с видом победителя дёрнул за верёвочку.

Мне пришлось заткнуть уши. Нет, конечно же, не от шума хлопушки. Скажете тоже! Визги инопланетянина были несравнимо громче! Он в панике метался по комнате, опрокидывая стулья, а потом резво забился под стол. До сих пор не понимаю, как ему это удалось! Он ведь толще дяди Жоры со второго этажа. Стол дрожал вместе с инопланетянином, пока тот опасливо поглядывал на осыпающееся конфетти.

Вовка так и покатился со смеху. Мне же было не до смеха. Мало ли что ещё этот инопланетный пожиратель винегрета может учудить. И сейчас его испуганная и растерянная физиономия медленно превращалась в грозную и негодующую.

– Почему у вас в доме громбубухи где попало валяются! – завопил Дриздаплюм. – Я на вас в интергалактическую комиссию по контролю за трамбабахательными технологиями пожалуюсь! – инопланетянин пыхтя выбрался из-под стола, и я еле успел схватить хрустальную вазу, прежде чем та скатилась на пол. – А если бы я от страха раскожури́лся!? Об этом вы не подумали?!

Я быстро метнулся на кухню и через несколько секунд уже протягивал Дриздаплюму тазик с оливье. Тот сердито вырвал салат у меня из рук и, усевшись на пол и недовольно бухтя, принялся уплетать его. С каждой ложкой грозные складки на его лице расправлялись и вскоре исчезли без следа.

Пришло время спасать салат.

– А давайте мы вас научим хороводы водить и песенки петь! – воскликнул я, выдвигая ёлку на середину комнаты.

– Кого водить? Куда водить? Далеко? Зачем?

– Недалеко, прямо здесь. Иди сюда. Держи меня за руку, – подскочил к Дриздаплюму неугомонный Вовка.

Хоровод сначала не задался, мне приходилось изо всех сил тянуть инопланетянина за руку. Вовка, с другой стороны натужно пыхтя, толкал его в круглый желейный бок. При этом мы сдавленно кряхтели: «…сколько на ёлочке шариков цветных». Но вскоре Дриздаплюм понял, что опасность хоровода минимальна, и под конец песни скакал с нами вприпрыжку, так что пол ходил ходуном.

После песни мы хохоча повалились прямо на пол.

– Здорово! – похвалил хоровод Дриздаплюм, – а научите меня тоже так весело слова говорить?

– Какие слова? – не понял я. – Песню, что ли?

– Ну да! – вот это – «Ближе межзвёздную нечисть подпусти, в глаз орбитальною шишкой запусти!»

Битый час мы с Вовкой учили инопланетного гостя словам песни, но у него всё выходило как-то не так. То «В космосе ёлочке холодно. Не ной!», то «Ветку зарядную к звёздам запусти». В общем, мы плюнули, решив, что и так сойдёт.

– А что ещё делают, когда новый год приходит? – похоже, Дриздаплюм вошёл во вкус.

– Прибираемся, украшения разные делаем… – начал перечислять Вовка, загибая пальцы, но инопланетянин его перебил:

– Да! Давайте скорее делать крушения! – он опасно оживился.

– Не крушения, а украшения, – поспешил я спасти дом, – гирлянды клеим, картинки рисуем, снежинки делаем.

– Я могу делать снежинки! – и пришелец непостижимым образом достал из-за спины замысловатый прибор, который тут же засветился едко-зелёным светом.

Дриздаплюм ловко повертел прибор в руках, сунул в рот, что-то промычал и у меня перед глазами заплясали белые точки. Откуда-то с потолка, медленно кружась в зимнем танце, падали на ковёр и там таяли самые настоящие снежинки. Пока я старался поверить своим глазам, Вовка поспешил объяснить инопланетянину его ошибку:

– Да не такие снежинки нужно делать, а большие.

– Н-е-е-е-т! – завопил я, но было поздно.

Инопланетянин быстро сунул сияющий зелёным прибор в рот. Предчувствия меня не обманули. Тресь! Хрусть! Трамс! С потолка посыпались тонкие ледяные снежинки размером с пиццу. Я схватил одной рукой Вовку, второй прикрыл голову и бросился под стол.

– Хватит! Достаточно! – закричал я.

Дриздаплюм неохотно вынул светящуюся штуку изо рта. Он порыскал среди обломков снежинищ, пытаясь найти хоть одну уцелевшую.

– Лёд очень ломкий, – разочарованно констатировал он. – Стальные снежинки нужны!

– Нет! Нет! Нет! Пожалуйста, не надо! – я выскочил из-под стола и повис на руке пришельца. В моём воображении заточенные стальные снежинки уже кромсали ковёр и рубили в щепки деревянный пол, мебель и нас с Вовкой. – Нужны бумажные снежинки, пойдём покажу.

Мы стояли у окна и разглядывали снежинки, которые Вовка с мамой вырезали и приклеили сегодня утром. Дриздаплюм взглянул на меня с укоризной:

– Даже не подождали, – расстроенно всхлипнул он, – сами все крушения сделали. Эх…

Что поделать! Пришлось использовать остатки оливье для восстановления инопланетного душевного равновесия.

– А ещё на Новый год приходит Дед Мороз! – я загородил собой проход в кухню, когда тазик из-под салата был дочиста вылизан.

– И вы в него громбубухами шваркаете, чтобы он вас не заморозил? – похоже, мне удалось заинтересовать Дриздаплюма и отвлечь от манящего холодильника.

– Нет! Ещё лучше! – я уводил Дриздаплюма по чавкающему под ногами ковру поближе к ёлке, подальше от кухни. – Дед Мороз приносит в мешке детям подарки!

– Что такое подарки?

– Игрушки разные, конфеты, вкусняшки… – опять не вовремя встрял Вовка.

– Игрушки, машинки, конструкторы, – я ловко увёл разговор с кулинарной темы. – Вовка, покажи.

Брат побежал в детскую и скоро вернулся, держа в руках своего любимого зайку.

– Держи, это тебе!

Я раскрыл рот от удивления. Вовка даже мне трогать зайку не разрешал.

– Жди! – бросил я и помчался за роботом-трансформером.

– Правда, подарки – это весело?! – Вовка глядел на огромного инопланетянина, прижимающего к себе робота и зайку, и глаза его горели восторгом.

– Зачем вы мне их дали? Это теперь что, моё? И вы вот просто так отдаёте мне свои веселительные штуки? Я не понимаю!

– Это – подарки! Их дарят друг другу, чтобы было хорошо, весело, празднично!

– Мне хорошо, – три инопланетных глаза заблестели. – Мне хорошо! Мне празднично! – закричал Дриздаплюм, – Мне ве-се-ло!!! Расскажите мне про Деда Мороза! Кто это такой? Он что, делает празднично всем-всем детям на этой планете?

– Конечно! – Вовка пустился в объяснения. – Дед Мороз в новогоднюю ночь заходит в каждый дом и всем детям оставляет подарок под ёлкой. Мне он даже санки подарил в прошлом году. Он волшебный! Я его очень люблю!

Пока брат отвлекал инопланетянина разговорами, я успел сходить в спальню родителей и покопаться в их шкафу.

– Дед Мороз выглядит вот так! – и я напялил на Вовку бутафорскую белую бороду, тяжёлый красный халат и красную дедморозовскую шапку.

Вовка тонул в шапке, халат с него тут же свалился, борода висела на груди.

– Нет, не так! Дриздаплюм великолепный, наклонись, пожалуйста! – и я надел на инопланетянина костюм Деда Мороза. – Вот так лучше!

Мы подошли к зеркалу. Пришелец с большим интересом разглядывал себя. Халат был ему, конечно, маловат, больше напоминал тесную жилетку. В остальном Дриздаплюм был великолепным Дедом Морозом, если забыть про жёлтость и трёхглазость.

– Но у меня ведь нет подарков! – глаза инопланетянина немного потускнели.

– Это ничего, – успокаивал его Вовка. – В другой раз принесёшь! Пойдём, я тебе стишок прочитаю!

Он стал под ёлочкой и уже начал декламировать: «Однажды, зимнюю порою…», когда из коридора раздался щелчок отпираемого замка. Мы с Вовкой бросились в коридор.

– Мама, папа! – восторженно кричали мы наперебой. – Посмотрите! Вы только посмотрите!

Вы, наверное, уже догадались. Когда все мы ворвались в зал, родители увидели лишь огромную лужу на усыпанном конфетти ковре да покосившуюся ёлку. Конечно же, родители нам не поверил и долго выпытывали, куда же подевались винегрет, оливье, фрукты и пирог. Нас с братом тогда наказали, но мы не расстроились.

С тех пор прошло тридцать пять лет, но до сих пор, каждую новогоднюю ночь, когда снежинки вальсируют в лунном свете, дома пропитываются запахом свежей хвои и игрушки красуются на ветках ёлок, к нам в дом приходит большой и добрый, весёлый и озорной, в красной шапке и жилетке, с потрёпанной бородой и мешком удивительных подарков, волшебный и великолепный – Дриздаплюм!