Аделия Розенблюм
Инспектор Ян. Планета Росси

Глава 1

Огоньки космопорта переливаются красными, желтыми и зелеными цветами. Время от времени грузовые корабли пришвартовываются к докам, где сотни тяжеловесных машин разгружают и загружают их в короткие сроки, после чего корабли отправляются дальше по своему маршруту. Реже грузовых танкеров на пересадочной станции Нарвек остановку совершают пассажирские лайнеры. Эти грузные, распухшие от первоклассного комфорта, корабли паркуются на Южном Кресте пересадочной станции, где целый корпус был обустроен для дорогих пассажиров по высшему разряду. Скучающие пассажиры, утомленные долгим перелетом, разбегаются по зоне пересадки, изнывая от ещё более занудного ожидания. Они разбредаются по ресторанчикам и аттракционам, где с удовольствием просаживают деньги на дорогой алкоголь, закуски и сомнительные развлечения. Команда гастролирующих актеров привлекает гостей комедийными скетчами о людях и легендах двадцать первого века, пародиями на политиков, высмеивая их решения и поведение, и чтением некрологов об астронавтах, пропавших без вести.

Наступает долгожданный миг, когда железный голос объявляет посадку на подготовленный лайнер, и тогда шоу замирает на половине шутки, а толпу охватывает паника. Потоки перевозбужденных пассажиров устремляются к выходам на посадочные люфты, где образуют многотысячные очереди, кипящие в коктейле собственных страхов опоздать. Посадка объявляется законченной, когда все пассажиры заняли свои места. Компьютер фиксирует наполненность корабля и дает добро на вылет. Лайнер отшвартовывается и устремляется к червоточине, которая выплюнет его на далеком краю бескрайнего космоса.

Станция пустеет на какое-то время. Работяги и актеры, декламирующие сюрреалистичные стихи техногенного столетия, с облегчением вздыхают и пережидают затишье перед бурей, которую принесет с собой очередной лайнер.

Тем временем в грузовых доках уже разгрузили и загрузили порядка шестидесяти грузовых кораблей и катеров. Посадка, взлет, посадка, взлет…

Вот прибывает очередной пассажирский лайнер; сейчас он пришвартуется, затем, спустя недолгое время, захватив своих пассажиров, исчезнет во мгле, а за ним прибудет следующий…

Невыносимо удручающая периодичность. Композиционно идеальная цикличность. Однообразие порождающее суицидные мысли. Бессчетное множество повторений, однообразие которых сливается в однотонную безвкусную массу, довлеющую над разумом.

Если бы Ян был композитором, он бы сочинил симфонию, каждая нота которой душила слушателей тоской и вырывала из них души. Так он видел свою работу на пересадочной станции Нарвек у червоточины близ звезды Канопус в созвездии Киля, куда был сослан после своего провального расследования и отстранен от должности.

Ян стоял у окна в своем кабинете, оглядывая работу пересадочной станции, которую ненавидел всем своим сердцем. Но он был бессилен что-либо сделать и оставалось лишь смирится… Или всё же бросить всё это «геройство» и отправится на родной Марс, выращивать картофель и помидоры. Лишние руки всегда нужны в хозяйстве красной планеты, которая принимает поселения человеческой цивилизации на себе за грибок, а потому отчаянно пытается извести людей со своей поверхности. Впрочем, открытый космос тоже не так уж дружелюбен. Только неделю назад закончили реконструкцию десяти доков на северном пике станции, после того, как в нее угодил осколок астероида. В этом прекрасном и бескрайнем мире, полном бессчетного количество внешних угроз, не существует безопасного места для человека

– Капитан Карел, – донеслось до Яна.

Он обернулся. В его кабинет вошли двое служащих грузовых доков.

– У нас проблема. Вы нужны в доке «23С». И это срочно.

– Что у вас произошло, Рат? – спросил Ян у одного из сопровождающих, пока они направлялись к кэбу, который доставит их в док 23С.

– Все шло как обычно, сэр. Мы почти закончили разгрузку нового танкера «Дюна», пришедшего из солнечной системы.

– Я иду посмотреть на танкер?

– Только если захотите, – ответил Ярослав, всю дорогу молчавший.

Они разместились в электрокэбе и сквозь станцию понеслись к северному пику.

– Что произошло, когда вы разгрузили танкер?

– Вообще-то ещё не весь, сэр. Дальние палубы все ещё запечатаны.

Ян громко и недовольно вздохнул. За каждую минуту простоя руководство делает ему выговор в самых не лесных эпитетах и метафорах. Будто он лично создаёт заторы. Но Ян лицо ответственное, и к тому же уважает иерархию, а потому принимая удар на себя, он передаёт его своим подчиненным. За это, как ему кажется, погрузчики не любят Яна. Впрочем, прошло уже почти два года, и ему на это плевать.

– Это на самом деле неординарная ситуация, сэр, – говорил Рат. – Мы не можем продолжать разгрузку, поскольку распечатывание очередного грузового блока блокируется. И если бы мы продолжили, то изменилась бы картина произошедшего… понимаете? Мы хотели, чтобы вы взглянули на все так, как оно есть....

Рат ходил вокруг до около, то ли чтоб потянуть время, то ли чтоб не произносить чего-то в слух.

Ян попытался вспомнить, когда его вызывали в доки подобным образом?

Да ни разу!

Даже когда астероид снес люфты на северном пике, Рат позвонил и сухо доложил, что они понесли потери. Тогда он так и сказал: "У нас потери, сэр. Троих унесло в открытый космос. Разгерметизация склада Н16 и Н17 привела к смерти двенадцати человек". Рат не избегал прямых слов и не мямлил. А сейчас что-то не то…

"А что?" спросил себя Ян. Розыгрыш!  Это чья-то шутка. Неделю назад Ян зло пошутил… что-то он такое сказал… "Интеллектом не вышел" точно! А кому сказал? Это был не Рат. Тоже начальник смены. Но не Рат. Но они между собой общаются…       Так, и что? Могли договориться о том, чтобы проучить своего зазнавшегося капитана? Возможно… В конце концов Ян моложе многих из них. А кому приятно, когда им командует малолетка?

"День рождения уже прошёл. Значит не праздничный сюрприз. Может, торжественное открытие доков? Чушь. Что в этом торжественного.... мемориальная доска в память о погибших. В этом случае Рат не стал бы приходить. Достаточно было простого сообщения. А сколько я здесь работаю? Скоро два года. Или уже. Может они решили устроить в честь этого вечеринку? В доках… что-то не клеится. Особенно смущает лицо Рата. Он… вспотел. Выглядит взволнованным и вспотел."

– Что вы там увидели.

– Это не очень приятное зрелище.

– Не томи, я все равно скоро все увижу. Говори Рат!

Рат молчал.

– Ярослав!?

Белобородый мужчина отвернулся к окну.

Они подъехали к доку «23 С». Рат заставил Яна надеть вак-сюит.

– Там низкая плотность. Машинам кислород не нужен и мы его не нагнетаем.

Шлюз распахнулся и все трое, упакованные в термокостюмы и в кислородных масках проследовали в люфт, который привёл их в трюм грузового корабля. Несколько минут они шли молча. Пустой и огромный трюм нагонял на Яна воспоминания о неудаче, отзывавшиеся гулкой болью в сердце.

– Долго ещё? – нетерпеливо спросил он.

– Вон робот-погрузчик стоит. Почти сразу за ним.

Они дошли до спящего робота, подмигивавшего жёлтыми и красными лампочками, и остановились у запертых ворот. В сумраке этого дальнего угла было трудно что-либо разобрать. Но Ян точно увидел, что на полу что-то лежит.

Рат включил фонарь на погрузчике и разбавил сумрак.

Если это была шутка, то очень не смешная.

Ян вздрогнул и отшагнул назад.

– Что это?

– Он лежал здесь, когда мы сюда пришли.

Ян глубоко вдохнул, кислород растворился в крови и пробудил мозг от забвения. Капитан подошёл ближе.

Тело человека раскинулось на полу, опираясь на ворота, разделявшие грузовые блоки. Это был мужчина средних лет, азиатской внешности, но имевший высокий рост. Под слоем инея и льда его лицо казалось синим. Оно застыло в гримасе ужаса. Блестящие и испещрённые красно-бурыми сосудами глазные яблоки устремляли свой мертвый взор в угол между потолком и стеной. Ноздри выглядели обожженными, хотя это была всего лишь запекшаяся кровь.  Рот, когда-то издавший последний крик,  остался открытым. Из него торчал посиневший язык, казавшийся сильно распухшим. Пальцы на руках выглядели неестественно скрюченными, их суставы вывернуты, словно кто-то намеренно их выкрутил. Одна рука покойника лежала на его груди, а другая продолжала держаться за ворота. Ноги мертвеца так же пребывали в неестественном положении. В предсмертной агонии, человек зачем-то подогнул одну ногу под себя, а вторую вывернул наружу так, что она уперлась в ворота. Коленный сустав был выкручен.

Мужчина был одет в вак-сюит с логотипом корпорации «ТрансГэлэкси», которой принадлежал грузовой танкер. Русые волосы, хотя и были немного растрёпанны, сохраняли следы укладки. Пряди покрывал лёд, что свидетельствовало тому, что на них наносилась маска для придания стойкости причёске.

Яну это показалось странным. За два года службы на станции «Нарвек» он ни разу не видел работяг или пилотов, следивших за своими волосами. Эти ребята вынуждены большую часть рабочих суток носить или каски или шлемы. Укладка, даже с самым сильным фиксатором, не выстоит ни перед одним, ни перед другим. Да и ни к чему это.

И взгляд. О, этот взгляд! Ян старался не заглядывать в глаза, леденившие душу. Он проследил за взглядом мертвеца, но из-за полумрака не мог разобрать, на что так отчаянно он смотрел.

– Посветите мне в тот угол, – указал он Рату и Ярославу, молча стоявшим в стороне.

– Вот оно что! – воскликнул Ян, когда луч прожектора упал на темневшее пятнышко под потолком.

– Это камера наблюдения, – Рат подошёл к ней ближе. – Она работает.

– Это хорошо. Она наверняка знает, что случилось с беднягой. Рат, вызовите санитаров из медкорпуса. Сегодня у нас много работы.

Глава 2

Пока санитары не пришли, Ян делал 3D снимки пугающей находки.

– Что будет дальше, капитан! – спросил Рат.

– Расследование.

– И вы узнаете, что случилось с этим парнем?

– Думаю, да.

– Это несчастный случай? Очень похоже на то.

– Нельзя сделать хоть какие-то выводы, не изучив все обстоятельства. Если это был несчастный случай, то надо исследовать на предмет ошибки компьютер, который перед прыжком в червоточину не предупредил капитана о нахождении живого человека в трюме. Если сигнал был, то почему его проигнорировали? И наконец, что этот человек вообще делал здесь? Он явно не член команды корабля.

– Но он в форме! – возразил Рат.

– Да. Но её может надеть кто угодно. На грузовых кораблях имеется бессчетное количество вак-сюитов. Пропажу легко не заметить. И костюмы не именные.

Ян замолчал в замешательстве. Забытые эмоции, совсем как прежде, колыхнули его сердце. Каким неожиданным для его угасшего сердца казался этот необузданный энтузиазм, как внезапен был для скучающего разума этот живой порыв. Сердце забилось трепетно и часто, и Ян ощутил, на короткое мгновение, ощутил легкое головокружение.

– Как странно… – вздохнул капитан, удивляясь собственным чувствам.

Заинтригованный Рат ждал продолжения, а когда терпение его было повержено любопытством, воскликнул:

– Что странно??

– Мы легко можем выяснить, – гордясь самим собой, твердо ответил Ян, – являлся ли этот человек членом экипажа танкера или нет.

Приехали санитары. Двое мужчин достали из фургона всё нужное оборудование и отправились к телу. Молоденькая девушка, следовавшая за ними, испугалась покойника и побледнела.

– В первый раз? – спросил Ян. Он подошёл к ней и взял под руку. – Ничего. К такому сразу не привыкнешь.

Девушка перевала растерянные и напуганные глаза на Яна. От их взгляда в груди Яна с такой силой забилось сердце, что он стал задыхаться. Необычайно красивые глаза впились в его лицо, обливая жаром и обжигая холодом. Как это было замечательно, в таком обычном и мрачном месте, встретить прехорошенькую девушку, у которой один глаз кристально-голубой, а другой – темного орехового цвета!

– Как вас зовут? – спросил Ян пересохшим горлом.

– Инга, – ответила девушка.

Её лицо было защищено стеклом шлема, но настойчивый взгляд капитана проникал сквозь него, и щеки взволнованной девушки покрылись чувственным румянцем.

– У вас очень необычные глаза. Даже очень чудесные!

Инга улыбнулась и засмущалась ещё больше.

– Инга, иди сюда! – окликнул девушку санитар. – Нужно, чтоб ты все запротоколировала.

Девушка с готовностью подошла к телу, от которого ещё минуту назад у неё леденели пальцы рук. На её плече Ян заметил какой-то прибор. Инга сняла с него ручку пульсара и просканировала тело и окружавшее его пространство.

– Готово.

– Пакуем, – скомандовал тот, что был старшим группы.

Санитар, тот что был моложе, обмотал тело ремнями, которые зацепил на крюк миниатюрного крана и нажал на кнопку на пульте управления. тело плавно сначала взмыло вверх, а затем так же плавно опустилось на носилки, где специальный механизм упаковал его в пластиковый вакуумный пакет.

– Капитан, мы готовы к отправке, – санитар подошел к Яну с планшетом, чтобы тот оставил свою электронную подпись.

– Куда его доставят?

– Сегодня в полночь отправляется корабль на медико-криминалистическую станцию на Луне. Туда мы его и отправим.

– Мне нужен отчёт о вскрытии, причина смерти и установить личность. И сделать это надо быстро.

Санитар рассмеялся.

– Кто всем этим будет заниматься? У нас нет ни нужного оборудования, ни патологоанатома, который сможет провести вскрытие корректно. По правде сказать, капитан Карел, за пятнадцать лет моей службы здесь, это первый случай такой ужасной смерти. И сдаётся мне, тут все очевидно. Какая ещё причина смерти вам нужна?

– В медкорпусе есть сканер, аппарат мрт, и хирурги с внушительным стажем, – настаивал Ян. – Думаете, они не справятся?

– Разумеется справятся. Однако, капитан, спросите их, а захотят ли они.

– Захотят. До отправления корабля на Землю более двенадцати часов. Отправьте тело в медкорпус. Я скоро приду туда. Инга, будьте любезны, проследите за доставкой тела, и передайте доктору Новаку мои поручения.

Старший санитар махнул рукой и, буркнув что-то вроде «делайте, что хотите», полез в свой фургончик. Коллеги последовали его примеру и вскоре фургон уехал.

– Что дальше, капитан? – спросил Рат.

– Дальше мы должны закончить разгрузку этого танкера. Во сколько он отправляется?

– Через час. Он уходит отсюда пустым.

– Пустым? Это очень дорогое судно, чтобы пускать его порожником.

– "ТрансГэлэкси" могут себе это позволить. Вол Гришин инвестирует их проекты.

– Как ты сказал? – Ян опешил.

Как давно он не слышал этого имени! И хотя мысли о прошлом не оставляли Яна всё это время, столкнуться в реальности, – хотя и достаточно косвенно, – с этим человеком, оказалось для капитана полной неожиданностью.

– Земной магнат, инвестор, меценат и прочее. У него и его компании денег, как звёзд. Могут себе позволить.

– Вообще-то, кое-что сюда нужно будет погрузить, – произнёс белобородый Ярослав.

Ян, удивленно вскинув брови, оглянулся на молчаливого мужчину.

– И что же? – спросил он.

– Ящик.

– Один?

– Так точно.

– Что за ящик?

– Мне не докладывали. Вчера в полдень в доки на востоке прибыл небольшой катер. Он остановился на дозаправку и передал один ящик для "ТрансГэлэкси". Документы в порядке.

– Почему ты мне ничего не сказал? – спросил Рат.

Подперев талию руками и выгнув грудь вперед, он собирался делать выговор своему коллеге.

– Я думал, ты знаешь. Все записано в нашем расписании.

Рат достал планшет и, взмахнув пальцами, возвёл над ними гигантскую голографическую таблицу. Ярослав отыскал нужные строки и ткнул в них пальцем.

– Да, действительно все записано, – Рат растерянно бегал глазами по записям.

– А что это был за катер? – спросил Ян.

– Обычный, курьерский, – ответил Ярослав.

– А человек? Что это был за человек?

Белобородый подумал секунду-другую, после чего ответил:

– Обычный.  Курьер.

– Ясно. Где мне найти капитана «Дюны»?

– Он скорее всего на южном кресте.

– Вызовите его немедленно.

– Скажу ему, что авария на судне. Примчится в миг! – хохотнул Рат.

Глава 3

Капитан Мартин Смирнов любезно пригласил Яна в свой офис. Это было просторное и светлое помещение с причудливой, но очень уютной меблировкой эпохи первых полетов в космос.

На одной из стен висело несколько больших фотографий. Ян узнал эти виды.

– Вы родом с Марса? – спросил Ян, усевшись в кресло, не дожидаясь приглашения.

– Да.  Но очень давно там не был.

Капитан Смирнов уселся за стол. Он достал бутылочку питьевой воды, вскрыл ее и сделал несколько глотков, не предлагая гостю. Капитаном «Дюны» был мужчина чуть за пятьдесят с красивой рыжей бородой. Высокий и очень худой. Бледная кожа на фоне ярких рыжих волос, казалось, отливала зеленью. Он смотрел на Яна спокойно или даже немного безразлично.

– Что вы хотели спросить?

– Вы давно служите на эту компанию?

– "Транс Гэлэкси"? Не очень. Наверно года два-три. До этого я очень долго пролетал на пассажирских лайнерах "Винус-флай".

– И как вам новая работа?

– Спокойней. С пассажирами все время чувствуешь себя в напряжении.

– Были какие-то происшествия?

– Случались.

– Каков ваш личный состав?

– Всего лишь двенадцать человек.

– Немного.

– А много и не надо.

– Хорошие ребята?

– Дело своё знают.

– Они наверно сейчас отдыхают?

– Думаю да.

– Мне жаль, но нужно их пригласить всех сюда.

– Всех?

– А в этом есть проблема?

– Нет. Просто…

Капитан Смирнов взял свой юнифон и быстро написал сообщение.

– Нам придётся подождать, – капитан Смирнов поглядел на Яна острым пронзительным взглядом водянистых глаз, будто надеялся, что Ян испугается и уйдёт.

– Ничего страшного, – приняв ответ, Ян согласно кивнул головой и холодно улыбнулся.

Он поднялся и подошёл к стене с фотографиями. Особенно долго он разглядывал ту, где под гигантским стеклянным куполом раскинулся фруктовый сад. Фото было сделано с воздуха, на закате, и от этого снимок приобрёл желто-бурый оттенок. Далеко над горизонтом завис Фобос в своём пике.

– Вы знаете эти места? – спросил капитан, заметив излишнее любопытство гостя к снимкам.

– Я вырос там. Школьные экскурсии в ботанический сад были моими любимыми.

– Когда я учился, его заново отстраивали. Купол был поврежден метеоритным дождём. Ни одно растение не выжило. Следующие несколько лет были очень трудными. Еды хватало не всем.

– Консервы с Земли?

– С этими треклятыми лилиями на упаковке. У меня трое землян в экипаже. Но ни один не может объяснить, что особенного в этом цветке.

– Это началось намного раньше, чем мы родились. А люди любят поддерживать традиции, даже если не понимают их смысла. Они считают, что это сближает их с предками.

– Люди хотят так думать, – капитан вальяжно откинулся в кресле и закинул ноги на стол, цвета светлого дерева. – Потому что слишком бояться пустоты, которая нас окружает. Этот жестокий и бездонный космос… Особенно он пугает тем, что неизвестно, откуда все это взялось и к чему идёт. Невежественные Земляне использовали религию, чтоб объяснять явления на Земле. Когда человек начал экспансию по просторам космоса, в единого бога стало верить сложно. И теперь мы имеем поколения людей, носящихся с традициями предков, людей, надеющихся с помощью выполнения неясных обрядов забыться и не думать о том, как малы и беспомощны мы в сравнении со звёздами. Традиции нужны людям, как спасательный круг в этом океане бездушного и бескрайнего пространства. И каждое поколение привносит в традиции что-то своё.

– Может, вы и правы. Но слепое следование ни к чему хорошему не приводит. Древние Земляне наверняка вкладывали в лилию какой-то смысл. Но все слишком видоизменилось.

Распахнулась дверь и в комнату зашла команда капитана в полном составе. Двенадцать человек выстроились в ровную шеренгу.

Ян почувствовал былую гордость за себя. Прошло два года, но сноровку он не утратил. Ему даже подумалось, что он распутает это дело в два счета. И если комитет безопасности не вернёт Яну звание инспектора, то это не слишком расстроит его. Он будет знать, что звание – это всего лишь ярлык. Его могут дать, могут отнять. Но никто не сможет забрать у Яна его талант!

– Капитан Карел, может, теперь поделитесь причиной своего визита? – спросил капитан Смирнов.

– Начну с главного. Мои люди разгружали ваш трюм. Дело близилось к завершению, когда они, совершенно неожиданно для себя, нашли тело.

Лица команды корабля выглядели удивленными. Экипаж посмотрел на своего капитана.

– Тело человека? – уточнил Капитан Смирнов.

– Да. Первое заключение, которое мы сумели сделать, этот человек задохнулся в результате откачки кислорода из трюма. Бедняга немало настрадался. Если хотите взглянуть на тело покрытое инеем, приглашаю в медкорпус на вскрытие.

– Человек в трюме? Но этого не может быть! – воскликнул смуглый молодой мужчина. – Никого не было в трюме!

– Компьютер проверяет все отсеки и отделения перед прыжком, – пояснил капитан. – Он просто не позволит системе отключить подачу кислорода, если есть хоть малейший признак жизни. Да и камеры засекли бы движение человека. Мы бы узнали.

– Хорошо, что вы заговорили о камерах. Мне нужна запись из трюма J-14.

Капитан кивнул и погрузился в свой настольный компьютер. Сосредоточенное рыжебородое лицо минуту разглядывало экран, после чего, совершенно опешив, оглянулось на Яна.

– Записей нет! – капитан вопросительно оглянулся на свою команду.

– Перед отлетом с Осириса всё было в порядке, – отрапортовала мужеподобная женщина. Ян взглянул на нее и слегка поморщился.

– Значит, видео нет. И значит, когда в трюме был человек, камера его не видела?

– Сейчас камера исправна, – сообщил капитан, просматривая диагностику системы.

– Они управляются компьютером, – темнокожий пилот подошел к капитану и тоже уставился в монитор. – Систему можно запрограммировать, и в нужное время она выключиться, а затем снова включиться. Наша система запрограммирована на движение.

– Это лишь усугубляет ситуацию, – задумчиво произнес Ян.

– Почему? – спросил капитан.

– На вашем судне был посторонний. Оповещение не сработало. Значит, либо кто-то из этой доблестной команды отключил его, оставив человека умирать, либо посторонний здесь был не один. Был кто-то ещё. Но он успел сбежать с корабля до отправления с Осириса.

– Вы говорите невозможные вещи! – возмутился капитан. – Откуда на моем судне может взяться двое незнакомцев? Это не парк развлечений!

– Кто этот человек, если мы все здесь? – спросила та же рослая женщина. Ян постарался не глядеть на нее.

– Вы мне скажите, – Ян отчеканил слова с холодной жесткостью и суровым взглядом обвел экипаж корабля.

Он вынул свой юнифон и включил проекцию видеозаписи с места гибели незнакомца.

Команда проявила стойкость, не издав ни единого звука, однако в глазах стоял ужас с примесью скорби.

– Вам знаком этот человек? Он в вак-сюите с эмблемой вашего танкера, что означает, что он был здесь.

– Стажёр знает, кто это! – произнёс капитан Смирнов. – Не так ли, Стажёр?

Из шеренги вышла невысокая девушка.

– Стажёр Сименс, сэр.

Ян с интересом взглянул девушке в лицо. Маленькая, взъерошенная, с перепачканными щеками, она напоминала испуганного ребёнка.

– Сколько вам лет? – спросил Ян.

– Достаточно, чтобы чинить нашу проводку, – ответил капитан.

Стажёр покраснела, но сохранила во взгляде гордость и уверенность в себе.

– Я познакомилась с ним в порту на Луне, где судно грузилось земными консервами и одеждой. Я ужинала в кафешке. Он подсел, и мы разговорились. Он спросил, куда мы направляемся, после чего попросился лететь с нами. Никто не стал возражать. Капитан тоже, – стажер дрожащим взглядом на мгновение коснулась капитана Смирнова.

– А куда вы собирались лететь после Земли? – Ян тоже посмотрел на капитана. Смирнов выглядел отстраненным, будто всё происходящее его никоим образом не касается. Вероятно, капитан абсолютно уверен в невиновности своей команды.

– На Осирис, сэр.

– Сейчас все грузы летят на Осирис, – добавил капитан Смирнов.

– То есть он должен был сойти на Осирисе? – уточнил Ян, подойдя ближе к девушке и заглядывая в её напуганные, но уверенные глаза.

– Верно.

– Он был хорошим попутчиком, – вступил в беседу темнокожий юноша. – Кое-что помогал делать мне в машинном зале.

– Что же было на Осирисе?

– Там мы пробыли двое суток, – продолжала стажер, взволнованным и вздрагивающим на гласных голосом. – Он исчез по прибытии, и я решила, что он не вернётся.

– Я чувствую, что здесь кроется, какое-то "но", – сказал Ян.

Девушка взглянула на капитана Смирнова. Тот сидел не подвижно, бледный, как призрак, поглядывая на всех каким-то отстранённым прищуренным взглядом.

Стажёр Сименс снова покраснела.

– За пару часов до отправления с орбиты Осириса, он вдруг появился снова.

– Точнее он был здесь, когда мы вернулись готовить танкер к отправке, –снова вмешался темнокожий.

– Он выглядел напуганным, растерянным. Оправдывался, – продолжала стажёр.

– Где именно вы его нашли?

– В рулевой рубке. Оттуда мы управляем этой махиной, – ответил темнокожий.

– Что было дальше?

– Он извинялся, – продолжала Стажёр, – за то, что поднялся на борт без спроса. Говорил, что потерял кольцо и думал, что оно могло остаться здесь.  Мы пробовали поискать, но ничего не обнаружили. Он выглядел обеспокоено и все время пытался нас остановить. Вроде как ничего страшного.

– Он все время оглядывался, – произнесла рослая женщина с грубыми чертами лица.

– Что это значит? – спросил Ян, с неудовольствием глядя на нее.

– Оглядывался по сторонам. Не знаю, может так ведут себя люди, которые что-то потеряли. А может люди, которые…

– Что-то скрывают? – опередил её Ян. – Как его звали?

– Рем, – ответила Стажёр Сименс и вновь залилась румянцем.

– И все?

– Он так себя назвал. О большем мы не спрашивали.

– Откуда он?

– Кажется, с Земли.

– Кажется? Вы провели с человеком бок о бок несколько недель и ни о чем его не спросили?

– Не было повода, – ответила Стажер.

– Послушайте, – вступился темнокожий, Рем был отличный парень! Он чего-то боялся. Убегал от кого-то. Мы позволили ему остаться, потому что думали, что сможем помочь.

– Убегал, говорите?! По всей видимости, его догнали. И что же, даже имени ни чьего не назвал? Или может, он произносил какие-то названия?

Экипаж разлаженным хором несколько раз ответил «нет». Ян всматривался в их лица, ища слабое звено – того, кто может знать чуточку больше прочих.

Но нет! Весь персонал танкера, как на подбор – уверенные и преданные.

– Ладно, что было дальше? – спросил Ян.

– Он ушёл. Трюм был загружен под завязку. Сухая нафта, руда и алмазы.

– Разоряете Осирис?

– Там этого полно, – вмешался в беседу Капитан Смирнов. – Пока будут строить города, бурение не остановиться. А полезные ископаемые нужны везде. Есть планеты, такие как Марс, которые нуждаются в материалах и в топливе.

– Это не мое дело, – отмахнулся Ян. – Что было дальше?

– Мы стали готовить танкер к отправке, – отвечала стажер.

Тяжело вздохнув, она произнесла:

– Он ушёл.

– Мы думали, он остался на Осирисе, – снова взял слово темнокожий пилот. – Компьютер сканировал корабль. Кроме нас здесь никого не было и мы отправились.

– Из рубки что-то пропало?

– Нет! – воскликнули несколько человек сразу.

Это показалось Яну одновременно странным и интересным. Он заметил в лицах экипажа полное и безоговорочное доверие к погибшему Рему. Что ж, вероятно он действительно был хорошим человеком, попавшим в трудную ситуацию не совместимую с жизнью. Либо он умело обвел двенадцать человек вокруг пальца.

– Я могу взглянуть? – спросил Ян.

Они перешли в рулевую рубку. Это было огромное помещение из нео-пластичных материалов, титана и кожи. Совершенно не уютное в сравнении с кабинетом Капитана Смирнова, но высокотехнологичное с точки зрения прогресса в космостроительстве. В центре кругом располагался пульт управления, рассчитанный на четверых пилотов. Вдоль обеих стен размешались   компьютеры и кресла для  остальных членов экипажа.

Ян осмотрелся, и очень быстро его взгляд привлёк один предмет на пульте второго пилота. Он направился к нему. Это был один из рычагов для управления скоростью. У каждого пилота было по три ручки управления на каждый двигатель. Ян обошёл пульт кругом, присматриваясь к каждому рычагу, и вернулся к первому, потому что тот, отчего-то, казался толще.

– Впечатляет? – спросил Капитан Смирнов. – Это одна из новейших моделей танкеров. Скоро все только на таких летать будем! Идёт мягко, слушается команды великолепно. Компьютер на ультрасовременных квантовых модулях.

– Вы хотите мне его продать? – Ян с любопытством взглянул на капитана.

– Я восхищён разработкой. Пока Вол Гришин не взялся за эту отрасль, мы вынуждены были летать на консервных банках.

– Слава инвестициям! – воскликнул Ян и стал откручивать рычаг управления, беспокоивший его внимание.

Рослая женщина кинулась к нему, но капитан её остановил.

– Что вы делаете? – спросил Смирнов.

Ян выкрутил рычаг и в руку ему упал цилиндр. Это была полая трубка из незнакомого Яну материала.

– Очень интересно, – произнёс Ян. – Такой тонкий, почти не заметный. Он всегда здесь был?

Команда во главе с капитаном выглядела озадаченно.

– Что это? – спросил капитан.

– По всей видимости, это то, что здесь спрятал ваш друг.

– Я сижу за пультом полгода и даже не заметил, что что-то изменилось! – пилот лет сорока, молчавший все это время, опустился  на своё кресло и принялся бессмысленно крутить остальные рычаги.

На пульте загорелись красные лампочки, мерзкое дребезжание пронзило слух.

Капитан ввёл в своём юнифоне код отмены тревоги, и все прекратилось.

– Нам пора отправляться. Иначе мы не успеем к червоточине вовремя.

– Последний вопрос. Вам здесь что-то должны погрузить. Что это?

– Это конфиденциально.

– Вас не интересует, чем это может оказаться?

– Мне платят за транспортировку.

– Я могу потребовать распаковки. И вы здесь задержитесь ещё на сутки.

Капитан Смирнов раздумывал какое-то время. А может, просто пытался напугать Яна острым и пронзительным взглядом своих бледных глаз.

– Ладно. Давайте взглянем. Груз должно быть уже на борту.

Они прошли на первый уровень трюма для габаритных грузов. Комнаты с пустыми стеллажами выглядели удручающе. В углу на одной из полок стоял ящик с сенс-лок. Капитан поднёс ладонь к панели и ящик открылся.

– Это компьютер, – разочарованно произнёс Ян. – Это компьютер?

– О, это не просто компьютер, – смирнов трепетно провёл ладонью по выключенной панели. Зеленоватое лицо капитана неожиданно покрылось легким румянцем, а глаза вспыхнули, как у влюблённого подростка. – Это супер-компьютер от «ТрансГэлэксиАрм». Его сверхпроводники из пировскита, добываемого на Кеплере, что в созвездии Возничего, обеспечивают высокую скорость работы. Один такой компьютер может управлять в одиночку моей «Дюной» и даже ещё большим кораблем при броске на большие расстояния. Это потрясающее изобретение, которым мы обязаны инвестициям Вола Гришина.

– Осторожно, кэп, вы ходите по тонкому льду, – улыбнулся Ян и хлопнул капитана по плечу. – Вы восхищаетесь штуковиной, которая может лишить вашу команду работы.

– Нет. Компьютер нужен для поддержания работы корабля, когда люди погружены в анабиоз. Он один заменит шесть устаревших компьютеров. Прост в использовании и обслуживании. Это технический прорыв!

– Без обид, кэп, но вы снова пытаетесь мне это продать.

Капитан побледнел и поджал губы.

– Стажёр, отнесите компьютер в аппаратную, его нужно подключить. Капитан Карел, боюсь, время нашей беседы подошло к концу. Вы должны немедленно покинуть мой корабль.

Глава 4

Ян поймал кэб и направился в медкорпус. По пути он перекатывал цилиндр в руках, ища в нем причину всего произошедшего. Цилиндр был полый, тонкий на срезе. Он не был металлическим или пластиковым. На нем не было рисунков, букв или иных символов. Даже швов нельзя было разглядеть. Что это, черт возьми, такое?

Инга с ее прекрасными разноцветными глазами терпеливо ожидала Яна у парадной двери медкорпуса. Она высвободилась от костюма и стояла в униформе сотрудницы медработника, обтягивавшей пышное тело девушки. Ян внимательно оглядел Ингу с ног до головы, с удовольствием отметив, что излишняя полнота очень ей идет. Будь Инга худой, у неё бы отсутствовала эта особенная привлекательность.

Они обменялись улыбками и отправились в операционную, где их ждало тело.

– Что удалось узнать? – спросила она Яна.

– Его звали Рем.

Инга на мгновение побледнела, будто снова увидела пугающее лицо мертвеца. Но она быстро взяла себя в руки.

– Очень поземному, – заметила девушка.

– Так и есть. А что у вас?

– Вам это не понравится. Мы сняли с него вак-сюит.

– Согласен. Приятного мало.

– В него стреляли.

– Но на костюме нет повреждений.

– Нет. Его надели после.

– Из чего стреляли?

– Это ещё исследует хирург.

– А зачем надевать вак-сюит, если тебя ранили? – рассуждал Ян.

– Я мало понимаю в электронике, но кое-кто из ребят, кто помогал снять костюм,  сказал, что его система была замкнута.

– Замкнута?

– Тот парень говорил ещё что-то о синхронизации.

– Компьютер корабля синхронизируется со вак-сюитом, – задумчиво произнес Ян.

Он остановился и продолжил размышлять вслух.

– Когда система исправна, компьютер знает все о человек и его состоянии. Если человек находится на грузовом корабле без костюма…

– Компьютер блокирует систему взлёта, – Инга нетерпеливо  перебила Яна.

– Но если на него надеть вак-сюит…

– Компьютер будет об этом знать, – разноцветные глаза Инги искрились от эмоционально возбуждения, обжигая лицо Яна чистым и невинным сиянием.

– А значит, синхронизация была нарушена за тем…

– …Чтобы компьютер решил, будто это всего лишь вак-сюит! – закончила Инга их общую цепь размышления.

Несколько секунд Ян, совершенно оглушенный, просто глядел в необычные девичьи глаза. Но вскоре горячая волна, поднявшись из глубин, будто магма, вырвавшаяся из жерла вулкана, захлестнула Яна сладострастными эмоциями. Он положил ладони на плечи Инги и с силой сжал их.

– Вот мы с тобой и разобрались! – воскликнул Ян, с трудом справляясь с желанием поцеловать девушку.

– Да, разобрались… – взволнованно задыхаясь, выдохнула Инга.

Она ощущала себя загнанным кроликом, глядящим в большие зеленые глаза хитрого лиса.

Опомнившись и сбросив себя это немыслимо сладостное наваждение, Ян пригласил Ингу проследовать вместе с ним в операционную.

Хирург сосредоточенно склонялся над телом, вывернутым наизнанку. Мягкие ткани грудной клетки выглядели как решето, но ни единой посторонней детали, которая давала бы объяснение, не было. Исцарапанный изнутри бедняга медленно умирал от внутреннего кровотечения, делая последние свои вдохи в удушающем вакууме. Вдобавок покойник имел изуродованный лицевой череп. Покойный перекраивал свою внешность несколько раз, и только он один мог дать ответ, зачем это было нужно? Человечество все реже и реже прибегает к подобным процедурам. Эпоха идеалов красоты ушла в прошлое более столетия назад. И все же, вот он человек-жертва обстоятельств, вынудивших его купить себе новое лицо.

Хирург накрыл тело плёнкой и выпрямился. Только тут он увидел гостей в своей операционной.

– Вы знаете, наш корпус не предназначен для таких процедур, – упрекнул доктор Новак Яна.

– Но вот мы здесь, доктор. Что удалось обнаружить? – спросил Ян, подойдя ближе к столу.

Инга оставалась в дверях. Она стояла бледная и обмахивала лицо ладонью так, будто ей не хватало воздуха.

– О, немногое. Надо ещё отсканировать его череп. Возможно, удастся установить личность. Дорогуша, – обратился Новак к девушке, – если вам дурно, не стоит здесь находиться!

– Я здесь с капитаном, – ответила Инга.

– Да, она со мной.

– Как вам угодно. Следите сами, капитан, чтобы она не рухнула в обморок. О чем я говорил? – хирург кинул задумчивый взгляд в потолок. – Да! Я отсканирую его череп и смогу установить личность.

– Его зовут Рем.

– Может да, а может, нет. Человек, меняющий лица, не станет пользоваться одним и тем же именем. Вы только взгляните! За ушами несколько шрамов. Я человек опытный и сразу вижу, когда череп естественного строения, а когда его выращивали.

Доктор взял в руки пульт, и каталка поехала в соседнее помещение, где робот погрузил тело в капсулу сканера.

– Бедняга изувечил себя до не узнавания. Его череп претерпевал изменения минимум четыре раза. Но через пару минут мы будем иметь представление о его прежней внешности.

Ян слушал доктора, борясь с навязчивой мыслью о том, что он знаком с этим человеком, затылком чуя, будто картина произошедшего уже сложилась и ждёт, когда Ян взглянет на неё с правильного угла.

– Доктор Новак, вам удалось определить оружие, из которого его убили.

– Я не особо знаком с данной индустрией промышленности, но могу смело утверждать, что в него стреляли льдом.

– Это ЛИДАМ-14. Ледно-импульсный пистолет для нападения на малом расстоянии. Пушка с генератором ледяных пуль на корпусе. Все что нужно – залить не инертную  жидкость и подождать пять минут.

– Такая пуля может расколоться на множество осколков?

– Все зависит от типа жидкости. На рынке их огромное множество…

– Какая прелесть! Человек с такой охотой и любовью придумывает способы для убийства себе подобных! – доктор с иронией и отвращением посмотрел на Яна.

– Злитесь на производителей и магнатов. Я всего лишь капитан станции и расследую смерть этого несчастного, – отпарировал Ян.

Компьютер закончил сканирование и отобразил на мониторе операционной череп покойного.

– Это текущее строение, – резюмировал хирург, – ужасные, ужасные швы. Наращена переносица, были спилены скулы, импланты нижней челюсти… Это последнее изменение. И судя по надбровным дугам, человек этот не был азиатом, в чем нас пытаются убедить скошенные веки. Это изменение было так же частью пластической мутации.

На экране возникло ещё одно изображение черепа.

– Так, посмотрим. Широкий нос, выпяченные скулы. О, у этой ипостаси был маленький надменный рот. Между передними верхними резцами была расщелина. Нанесём мягкие ткани и посмотрим, каким был этот человек примерно полтора-два года назад.

Плавными движениями изящных длинных пальцев, доктор скользил по клавиатуре. Через минуту на Яна смотрело лицо хитро улыбавшегося беглеца Романа де Сент-Эдаля.

– Рем.... Ну конечно! С Фантазией у него действительно было плохо. Зато вором был отличным.

– Вы его знаете? – спросила Инга из угла комнаты. Румянец залил её округлые щечки.

– О, ещё бы! По его милости меня отправили служить… – Ян замолчал, чувствуя, что сейчас наговорит лишнего.

– Я был инспектором, – продолжил Ян, подбирая слова, – но из-за него меня лишили звания. У меня был выбор, вернуться на Марс и заняться сельским хозяйством или остаться в космосе, здесь. Жить на планете всю жизнь я не хотел.

– Выкрутился, – заметил доктор, усмехаясь. – А я думал, завалишься.

– О чем вы? – спросила его Инга, совершенно наивными и доверчивыми глазами любуясь капитаном Карелом.

– Никто не любит службу на станциях, – пояснил Доктор. – Здесь не уютно, местами дурно пахнет. И это небезопасно, ведь здесь много психов. Люди не выносят находиться взаперти. Но даже психи – не самое ужасное.

– А что же? – спросила Инга шепотом.

– То, что обычно ты не замечаешь, как сходишь с ума, – Новак злорадно улыбнулся и продолжил осмотр тела. – Сюда отправляют в качестве наказания за проступки. А этикет обязывает нас быть вежливыми и учтивыми.

– Не понимаю о чем вы. По-моему, здесь мило. Я сама захотела сюда прилететь. Люблю путешествовать!

– И устроились здесь работать санитаром? – спросил доктор, глядя на девушку с пренебрежением. – Вы учитесь в медцентре? Или просто чокнутая?

Инга заулыбалась и как-то неопределенно кивнула.

Мужчины с умилением посмотрели на милое и наивное дитя. Только такой робкий и чувственный ребёнок, каким была в душе Инга, мог поступить подобным образом. Ян ощутил сильнейший прилив нежности к этой чудной особе. Не сводя с неё глаз, он произнёс, обращаясь к доктору:

– Доктор Новак, пришлите мне подробный отчёт, как только компьютер закончит анализ. Я буду на связи.

– Капитан Карел, вы сможете узнать, кто убил этого человека? – спросила Инга, глядя на Яна снизу вверх взволнованными разноцветными глазами.

– Не сомневайтесь! – ответил капитан и попрощался с трогательной особой.

Вернувшись в свой кабинет, Ян пробовал исследовать таинственный цилиндр. Пробу материала взять не удалось, поскольку структура его была глянцевая и очень прочная. Датчики тестера то и дело соскальзывали. Тогда Ян включил ультрафиолетовую лампу и поднёс цилиндр к её свету.

И в миг все стало ясно. На одной из сторон цилиндра высветилась надпись "Нажать" и два кружка, куда следовало разместить пальцы.

Ян взял цилиндр двумя пальцами, большим и указательным, и нажал на него согласно светившейся инструкции.

Цилиндр беззвучно раскрылся и упал в ладонь Яна легкой изящной панелью. Это было до того неожиданно, что Ян в сердцах ахнул. Ещё долгое время он разглядывал новообразовавшийся прямоугольник, не решаясь предпринимать что-либо.

Вовремя вспомнилась статья из научного журнала, которую Ян читал довольно уже давно. И то, взгляд его коснулся этой статьи лишь потому, что её подкрепляла привлекательная пылкая мулатка. Девушка рекламировала новое поколение очень дорогих юнифонов, подмигивая и отсылая зрителям воздушные поцелуйчики.

Новый гаджет носит название «ультрофон» и обладает массой необычных функций и расширенным спектром возможностей. Ультрофон изготавливается из наноцеллюлозы и гидрогеля. Вместе оба эти вещества создают прочный и особо гибкий материал, благодаря которому ультрофон можно скрутить в трубочку, какую Ян и обнаружил в рубке «Дюны».

Ян рассмотрел серую, отливавшую перламутровой глубиной пластину в поисках точки соприкосновения. Вероятно, активировать юнифон можно только отпечатком пальца владельца. А владелец сейчас покоится в операционной морга.

В медкорпус скучающий хирург занимался делом к расследованию не относящимся, а именно – разглядывал голографические фотографии земных женщин. За этим Ян и застал доктора.

– О, капитан.... – растерянно вскрикнул Новак, смахивая изображения. – Отчёт уже почти готов…

– Да и черт с ним. Мне нужно тело.

Он ворвался в лабораторию, где компьютер, считывая костную структуру черепа, воссоздавал первичную внешность Романа де Сент-Эдаля.

– О, похоже, когда-то этот человек был цыганом, – удивился Ян, разглядывая сильно выступающие надбровные дуги и скулы.

– Структурные изменения кости настолько стары, что компьютер может ошибаться, – хирург зашёл в лабораторию следом за Яном и встал за его спиной.

– Это будет легко определить, после проведения сравнительного анализа с базой данных.

Ян подошёл к телу, в замешательстве поглядывая на вспоротый живот. Чувствительный желудок вздрогнул и зашевелился, подготавливаясь к извлечению содержимого. Тогда капитан сглотнул и постарался не дышать, надеясь, что это остановит приступ тошноты.

Всего то и нужно – приложить палец мертвеца к панели ультрофона для активации. Раз! И готов! Можно сказать, дело сделано.

Но Яну до омерзения было противно. Он порывался взяться рукой за холодный и закостеневший палец, но всякий раз отдергивал руку. Смотреть на изувеченное тело это ещё ничего, можно смириться с уродством развернувшейся картины. Можно даже дышать через раз, чтобы запах внутренностей не сбивал с толку. Но прикоснутся…  Отвращение было слишком велико!

– Что вы хотите делать? – участливо спросил хирург и подошёл ближе, по привычке надевая перчатки.

Ян объяснил ему задачу, и вместе они быстро справились с ней. Результат, правда, оказался неожиданным. Впрочем, это смотря чего ожидать. На своего предшественника гаджет мало походил внешне, так что ждать, что его рабочая панель будет иметь хотя бы частичное сходство, было совершенно безнадежно. Экран ультрофона зажегся ярким белым светом. Это был какой-то рисунок или что-то вроде этого. Никаких подмигивающих кнопок, всплывающих указателей, ярких иконок и прочей требухи, которой напичкан даже самый новенький юнифон. Просто рисунок, или, что более вероятно, его часть.

Ян уменьшил масштаб изображения, скользнув пальцами по сенсору.

– Это карта созвездий, – констатировал доктор Новак. – Сокровища?

– Вы начитались земных сказок, док. Однако, это, в самом деле, карта. Но нет ни одной подписи. Как понять, где какая звезда?

– Понятия не имею. Разбирайтесь с этим сами. А мне уже нужно готовить тело. Вечером оно должно отправиться на Луну, к их продвинутым криминалистам.

Доктор Новак отключил компьютер и стал вручную собирать образцы мягких тканей. Ян отошёл в сторону и наблюдал за этой довольно мерзкой картиной.

Это все, что остаётся после нас. Кусок мяса, который потрошат изуверы вроде этого хирурга. Мазок крови на стекло, фрагмент кожи в пробирку, кусочек сердца в раствор с формалином. Хирург взялся за лазер и плавным движением обрил голову покойника.

О нет, сейчас этот тип будет сверлить голову!

Ян зажмурился. Ультразвуковая пила тихонечко зашипела… но тут же смолкла.

– Капитан, я думаю, вам нужно на это взглянуть.

Ян подошел к разверзнутому телу, силясь не заглядывать в полосной разрез на животе. На черепе покойника виднелся нечеткий рисунок.

– Это похоже на световую татуировку, – сказал доктор и выключил свет.

Он поднес к коже ультрафиолетовую лампу, и татуировка зажглась, как лампочка.

– Похоже, что это тоже карта, – заметил хирург.

Ян, не долго думая, направил ультрафон с картой созвездий на голову, и произошла синхронизация. Излучение рисунка на коже оказалося передатчиком, а экрана ультрофона сработал как приемник. Умная машинка приняла информацию, соотнесла её с уже имевшейся, и выдала полноценную карту.

– Ого! – произнёс Ян.

– Да уж. И что это за звезды? – спросил Новак, заглядывая Яну за плечо.

– Я не стану говорить, – Ян спрятал гаджет в карман. – Это тайна следствия. Закончите отчёт и пришлите его мне, док. Буду вам крайне признателен за оперативность.

Глава 5

Ян сидел в своём кабинете. Он старательно, не упуская ни единой детали, писал отчёт, который, как он думал, поднимет его в глазах бывшего руководства. Да, они пожалеют, что уволили его когда-то, возможно, даже принесут извинения и назначат его на настоящую службу! Он вновь сможет гордо представляться всем – «Инспектор Карел»!

От этих мыслей Ян даже немного заволновался. До отлёта оставалось не многим более трёх часов, а еще столько дел! Ян попытался собраться, и ему даже удалось напечатать несколько утонченных предложений на языке бюрократической юриспруденции, но его отвлекли. В кабинет вошёл доктор Новак.

– А, доктор! Спасибо за отчёт, он… уникален в своём многообразии не произносимых терминов.

– Там есть сноски.

– Да, я видел. Вы что-то хотели?

– Выразить вам свою благодарность. Те пару часов, пока мы с вами бок о бок проводили расследование, искали ответы, разбавили мою серую будничность.

– И вам спасибо, док. Ваши опыт и знания пришлись как нельзя кстати.

– Вы улетаете?

– Да.

– С докладом?

– Верно.

– Это официально. А как же те координаты?

– Тсс! – Ян подскочил из-за стола и замахал руками.

– Я понял, – доктор Новак провёл пальцем по губам и, зачем-то повысил голос, произнес. – Капитан, возможно, вам понадобится ассистент на докладе. Я бы хотел поехать с вами с целью помочь в разъяснении медицинских деталей.

– В отчете есть сноски, вы сами сказали, – Ян вскинул брови, удивленно и одновременно с любопытством разглядывая лицо доктора.

– Терминология весьма специфична, а я бы мог объяснить все более простым языком. Я настаиваю на необходимости моего присутствия на докладе.

Ян утвердительно кивнул и вернулся за стол.

– Иными словами, вы хотите убраться отсюда?

– Я здесь уже пять лет. Это становится невыносимым, – громко вздохнув, ответил хирург.

Тёмные глаза на бледном осунувшемся лице доктора горели мольбой и надеждой.

– Только никому ни слова! – сказал Ян, для убедительности коснувшись указательным пальцем своих губ.

Доктор Новак повторил этот сакральный жест за ним, благодарственно кивнул головой и поспешил уйти, пока капитан не передумал.

Ян вернулся к написанию отчёта, но не прошло и пяти минут, как его потревожили вновь.

Инга мяла свои пухлые ручки, стоя в дверях. Она глядела проникновенным взглядом своих разноцветных глаз и Ян понял, что возьмёт её с собой, даже если она того не попросит.

– Вы давно у нас на станции? – спросил Ян первым, чтобы подбодрить смутившуюся прелестницу.

– Две недели, – ответила Инга и заулыбалась. Мягкий румянец коснулся её щек.

– Что же подвигло вас на работу в подобном месте?

– Я прохожу практику, – Инга твердым шагом подошла к столу и посмотрела на капитана сверху вниз.

Ян вздрогнул и заулыбался. Комната вдруг поплыла. Исчезло всё. Станция, звезды, Вселенная. Существовали только эти глубокие глаза, одни ярко-голубой, а другой темно-карий. Магически манящие, обжигающие и леденящие, они увлекали за собой.

– Вы студентка? Это очень хорошо. Я любил учиться! Что вы изучаете? Медицину?

Инга кивнула. Её взгляд упал на ультрофон, покоившийся на столе.

– Это одна из тех новинок, капитан? Можно посмотреть? – Инга потянулась к ультрофону, но Ян успел перехватить его и закинуть в ящик стола.

– При других обстоятельствах я даже подарил бы его вам. Но это улика в моем расследовании.

– Ах, да! Я все понимаю, – Инга отступила на шаг назад и отвела руки за спину, как ребенок, которого отругали за проступок.

Это было настолько очаровательно и трогательно, что Яну захотелось подойти к ней и обнять, чтобы только она не расстраивалась.

– Инга, а хотите полететь со мной? – зачем-то спросил он, и в ту же секунду пожалел, но было уже поздно.

– А что, можно? Я с удовольствием! Да! – ответила девушка и широко улыбнулась.

– Жду вас через два часа на посадочной платформе южных ворот. Не опаздывайте! – пригрозил Ян пальцем, надеясь, что девушка всё же опоздает.

– Я приду! – Инга широко улыбнулась и скрылась за дверью.

Ян упал в кресло и растерянно оглянулся. Зачем? Звезды дорогие, скажите, зачем он это сделал? Брать с собой юную девушку, почти ребенка, очень опрометчиво!! Кто знает, что может случиться?

Я представил себе картину, как вместе они достигают планеты, где сталкиваются в неравной схватке со злодеем Волом Гришиным. Но Ян одолеет его и они вместе с Ингой отпразднуют победу и восстановление звания.

Ян мотнул головой. Он потащит бедняжку на край Вселенной, чтобы в момент его великого подвига на него смотрела пара восхищенных глаз. Только и всего. Обязательно нужно отказать ей в поездке.

Юнифон вздрогнул и выплюнул голограмму, несущую в себе срочную новость.

– Танкер "Дюна", – говорила симпатичная ведущая, – корпорации «ГришинИнвестмент» подходил к Червоточине Эйнштейна-23, направляясь в Солнечную систему, когда Связь с капитаном внезапно оборвалась. Танкер не отвечал на вызов. Один из сотрудников пересадочной станции близ червоточины увидел в иллюминаторе вспышку. Патруль, который выехал на место происшествия, доложил, что танкер "Дюна" взорвался. Выживших нет. Расследование произошедшего уже начато экспертной группой Земли. По предварительным данным, на танкере возникли неполадки в двигателе. Причины пока неизвестны…

Крайне неожиданный поворот. Как и всегда это бывает, подобный случай не оставляет никого равнодушным. Утром ещё все были здоровы и полны гордости за свою работу, а после обеда корабль вместе со своей командой становиться космической пылью, становясь частью истории.

И все же Яна больше интересовало не то, что люди погибли и следует почтить их память, а то почему это произошло на таком новом грузовом танкере, как "Дюна"?

Разве пустые корабли взрываются? Он мог потерпеть крушение на подходе к его станции. Гружённый сухой нафтой и рудой и ещё черт знает чем, что легко воспламеняется, танкер вспыхнул бы как сверхнова, взрывной волной зацепив и восточные доки.

Но пустой и  исправный?

"Очевидно здесь что-то не так…" подумал Ян.

Закончив с отчетом, он отослал его в дирекцию, а сам отправился паковать вещи.

Глава 6

– И куда мы полетим? – спросила Инга, пристегиваясь в кресле небольшого пассажирского судна.

– Мы направляемся в Солнечную систему.  На Гиперионе нас примут с докладом.

– Я слышала, что это самое скучное место.

– Верно. Развлечений там нет. Гиперион ещё называют «станцией чиновников».

– Потому что там условия, наиболее благоприятные для их разведения? – съязвил доктор Новак.

– Да, больше нигде они не смогли прижиться.  Их оградили от соблазнов и возможности брать взятки, так что можно не сомневаться в их неподкупности. А за хорошее поведение им позволяют окончить службу раньше срока и поселиться на любой планете. Бывшим чиновникам предоставляют самые лучшие дома и возможность никогда не работать. Но эти люди за 12 лет службы настолько привыкают к условиям жизни на Гиперионе, что остаются там навсегда. Это что-то вроде аскетизма в двадцать шестом веке.

– Мне даже немножечко их жаль, – сочувственно произнесла Инга.

– Не стоит, – ответил хирург. – Именно их комитет определил нас с капитаном на станцию «Нарвек» в заточение.

– Заточение? – спросила Инга и обвела мужчина удивленным взглядом. – А мне здесь нравилось.

– Да, и именно поэтому ты сейчас летишь с нами, черт знает куда! – ответил хирург с сарказмом.

Капитан судна скомандовал готовность на взлёт. Корабль замер, пассажиры затаили  дыхание, и через мгновение судно отшвартовалось и унеслось в бездну.

Четыре дня пути привели Яна и его попутчиков на Гиперион. Лайнер, словно большая и неповоротливая рыба, медленно пришвартовался на большой посадочной платформе пассажирского космопорта. Нетерпеливые пассажиры ринулись прочь, спеша попасть на следующий корабль, отправляющийся на Землю, Луну, Марс, Энцелад, или на Венеру.

Совершенно унылая планета с её серым каменистым пейзажем, усыпанная солнечными панелями и несколькими группами гигантских куполов, наполненных однотипными примитивными строениями. Серость разбавлял небольшой садик в одном из центральных куполов.

Однако, было на Гиперионе одно захватывающее зрелище. В порту, куда совершали посадку все лайнеры, была обширная смотровая площадка. С неё открывался вид на сердце этой маленькой системы – Сатурн. Его гигантский шар нависал над Гиперионом в зимний период вращения. Газовые облака расстилались над поверхностью планеты разноцветными изящными мазками. Сила ветров, бушевавших на Сатурне, создавала невероятную, одновременно восхитительную и в то же время ужасающую симфонию. Эти звуки транслировались в динамики на смотровой площадке, и зрители, затаив дыхание и не мигая, взирали на тело древнего гиганта. На площадке всегда царила тишина, лишь шум ветра с поверхности Сатурна.

Инга сжала ладонь Яна. Он заметил, как сначала на её прекрасных глазах проступила влага, а затем слезинки, одна за другой, скатились по щекам. Яна тронуло это зрелище, и сердце с большей силой заныло в груди.

– Это ужасно, – вздохнул доктор Новак, когда они спустились с площадки, и музыка планеты осталась далеко позади. – Ничего более пугающего я ещё не видел.

– Это прекрасно! – пыталась переубедить хирурга Инга. – Я читала о Сатурне… Я подписана на еженедельную рассылку "Уголки нашей Вселенной". Но я представить себе не могла, что в реальности.... это совершенно нельзя описать словами! Общество охраны природы и Вселенной, а так же ЮНЕСКО добились запрета на заселение или расхищение Сатурна. Планету решили оставить в первозданном виде. Только беспилотники исследовательских миссий посещают Сатурн, собирая сведенья о его жизни.

– На Сатурне нет жизни. Это было доказано два столетия назад, – возражал хирург.

– Это не мешает планете жить, – парировала Инга.

– Наделение неодушевленных предметов жизнью признак религиозности и шизофрении, – доктор Новак надменно взглянул на девушку. – Это пережитки 21 века, которые развитому и научному обществу удалось подавить.

– Давайте вы оба замолчите! – вмешался Ян.

Они продолжили путь молча. Инга обиженно надула губки и держалась в стороне от мужчин. И если доктору было все равно, то Ян испытал чувство вины, поскольку ему стало казаться, будто девушка ждала от него поддержки. Словно он ей что-то обещал.

Путешественники забрали свой багаж и направились к выходу на посадку.

– Куда мы идём? – любопытство заставило Ингу нарушить молчание первой.

Она шла за Яном и оглядывалась по сторонам, как ребенок, тараща свои большие и прекрасные глаза.

– Нас ждёт крейсер до Энцелада

– А там что?

– Невкусный ужин и гостиница, если придется задержаться.

– Что значит, если придется? А когда ты будешь делать доклад?

– Уже. Отправил перед вылетом сюда.

– Как это?

– Слишком много вопросов.

Замёрзший Энцелад медленно совершает долгий оборот вокруг своего гиганта. Сатурн отбрасывает на спутник тень, которая не выпустит Энцелад из своего плена ещё по меньшей мере девять земных месяцев. На орбите спутника зависла пересадочная станция Энцелад-2 с новеньким грузовым коспомортом, гостиницами и парой ресторанчиков. Она так же была лишена лучей солнца и даже покрылась инеем.

Все посетители администрации Гипериона останавливались здесь. Сюда же прилетали дальнобои на своих малых кораблях, пересекающие Солнечную систему, космические патрули, следящие за порядком и, конечно же, пираты.

Пассажирский крейсер быстро доставил Яна и его попутчиков в порт Энцелада-2. Ян отправил Ингу и доктора Новака в зал ожидания, а сам направился в местный ресторанчик под названием неоригинальным названием «Гиперия». Фирменным блюдом этого заведения была заявлена "Гиперия под домашним соусом с гарниром из батата". На деле это оказалась самая обычная курица из Земных консерв.

В полумраке заведения посетители вели негромкие беседы. Ян сидел за стойкой бара, доедая остывшую курицу. Он заказал глинтвейн с ромом и, получив свой горячий и пряный напиток, стал слушать болтовню.

Дальнобои сокрушались о тяготах и лишениях, которые встречаются на пути малых грузовых кораблей.

– Наше дело вымирает, – говорил один, заталкивая в рот клецки, коих в тарелке у него было не меряно. – Корпорации освоили перевозку. Их теперь даже не смущает пункт назначения. Они согласны делать кучу остановок по пути, лишь бы отнять у нас заработок.

–Их услуги очень дорогие, – отвечал другой, прихлебывая  какой-то странный лиловый коктейль. – Не всякий обратится к ним.

– Бросьте мочить носы! – крикнул третий, сидевший за соседним столиком. – Если кому-то из вас не досталась работёнки, никто кроме вас самих в этом не виноват.

– Ты ещё скажи, что я сам себе антирекламу делаю, – возмутился тот, что поедал клёцки.

– А то нет! – воскликнула брутальная дамочка, сидевшая за стойкой, неподалеку от Яна. – Кто доверит работу капитану, сосуды которого буквально могут взорваться от переизбытка холестерина?

Градус беседы возрастал. Собеседники стали говорить громче и почти одновременно.

– Нам надо создать свою коалицию! – кричал один.

– Вам нужно заткнуть рты и делать свою работу хорошо! – кричали другие в ответ.

Во всем этом шуме Ян заметил одного худенького пирата, тихо доедавшего свой ужин. Ян взял два бокала свежего глинтвейна и подсел к нему.

– Я не пью, – ответил мужчина.

– Я не собирался предлагать. Это все мне.

– Вот и пей.

– А вы сейчас свободны? – спросил Ян, отпив пол бокала горячего вина с ромом.

Мужчина посмотрел на Яна, с подозрением прищурив глаза.

– Я ничего не нарушил, офицер.

Ян удивился. Неужели до сих пор он производит впечатление служащего в управлении?

– Я не на службе, – ответил он.

– Значит, выперли? И что ты натворил?

– Хотел арестовать преступника.

– Не поймал?

– Проблема в том, что кроме меня никто не считал его преступником.

– Ага… – понимающе кивнул пират. – И кто он? Кто-то из правления? Большая шишка?

– Корпоративный магнат, меценат и просто душка! – язвительно отшутился Ян. – Мне нужен небольшой крейсер. И пилот, конечно же.

– А мне то что?

– Чувство удовлетворения и гордости за самого себя, за то, что помог нуждавшемуся.

Пират перегнулся через стол и, ещё больше сузив глаза, заглянул Яну в лицо.

– Ты в бегах?

– Нет. Но никто не должен знать, что я покинул систему Сатурна. Легенда должна остаться не раскрытой.

– И куда тебе нужно?

– У меня есть карта.

– Мне стоит поаплодировать тебе?

– Я не могу показывать ее здесь.

Пират откинулся на спинку кресла и оценивающе разглядывал Яна. Предложение интриговало и сулило хорошую выгоду. Но и беспокойство не уступало любопытству бывалого космонавта. Чего можно ожидать от это сомнительного приключения? Ничего. Хорошего.

– Ладно. Давай поднимемся на мой корабль.

Пират резво поднялся из-за стола, расплатился по счёту и вышел из ресторана. Ян немного помедлил, но затем, испугавшись, что потеряет свою находку, поспешно покинул заведение. Беседа дальнобоев все не затихала.  Спорщики собрались у одного стола и, попеременно опрокидывая рюмки "звездной пыли" – острая и крепкая настойка, от которой похмелье страшнее Большого Взрыва, – рассказывали ужасы из личного опыта.

Глава 7

Мрачный, множество раз битый и такое же количество раз латанный крейсер "Эос" внутри оказался логовом холостяка. Брутального стиля рулевая рубка, укомплектованная новеньким пультом и компьютерами, ярко демонстрировала страсть перемежавшуюся с глубокими и нежными чувствами, которые хозяин питал к своему крейсеру.

– У этой крошки движок не хуже, чем на "Дюне", – гордо заявил пират. – Только мы уж точно не взорвемся!

– Ты слышал о "Дюне"?

– Все слышали.

– И что думаешь?

– Я еще не видел, чтоб такие корабли взрывались. Но сдаётся мне, кто-то из команды ополоумел и воспользовался кнопкой самоуничтожения.

– С чего ты взял?

– Я видел, как взрываются реакторы. Все разлетается в пыль. Что и произошло с «Дюной».

– Это интересная версия, – Ян задумался над словами пирата. Было в этом-то правдивое.

– Что ж, показывай свою карту.

– Если ты не против, я покажу тебе её после отправления.

Пират недоверчиво покосился на Яна.

– Или сейчас, или иди к черту, – пират надвинулся на Яна, словно пытаясь протолкнуть капитана к выходу.

– Как только мы отправимся, я оплачу первую часть пути. И накину сверху, если ты не будешь задавать лишних вопросов. И подбавлю за молчание.

Пират задумался. Он смотрел на Яна недоверчиво, но в глазах его уже зажглась жажда легкой прибыли.

– Ладно. По рукам.

– Договорились. Подождем кое-кого и можно отправляться.

– Что за черт? Ты не один?

– Мы полетим с парочкой пассажиров. За это я тебе тоже накину.

Пират молчал, вопросительно глядя на Яна.

Тогда капитан вынул из кармана карту и включил голограмму. Красивые объемные цифры, пропечатанные готическим шрифтом, отразили сумму сберегательного счета. Мягкий теплый свет озарил лицо пирата, с удивлением и умилением уставившегося на голограмму многозначного числа. Он вынул свою карту и приготовился получить первую выплату.

Ян набрал комбинацию, и сумма счета заметно уменьшилась.

– Давай их сюда, – воодушевился пират. – Скоро закроется окно для вылетов.

Инга и хирург поднялись на борт, и Эос устремился прочь из Солнечной системы в глубину холодного, опасного, но невыносимо прекрасного космоса.

Первый полет человека за край Млечного пути совершила команда смельчаков в двадцать третьем столетии. Их исследовательское судно «Обзервер» развивало скорость в десятки раз меньшую от скоростей, на которых разгуливают по Вселенной современные люди. Отправившись от станции на Фобосе, «Обзерверу» потребовалось почти два года, чтобы пересечь солнечную систему, поле астероидов, газовое облако и добраться до внешнего рукава нашей галактики. Снимки Млечного Пути, сделанные телескопом «Обзервера", стали достоянием культуры и науки человечества. К сожалению, команда ученых не застала собственный триумф. На пути домой,  их судно столкнулось с астероидным дождём, вызванным взрывной волной от вспышки сверхновы, когда они пересекали рукав галактики.

Имена и фотографии отважных героев залили в фундаменты обсерваторий на Земле, Фобосе, Энцеладе и Ганимеде.

Новые исследовательские кампании установили небольшой спутник, который, дрейфуя в пространстве, ведёт непрерывное фото наблюдение и транслирует запись на все действующие обсерватории. Фотографии бесконечно прекрасной галактики есть в общем доступе в сети. И Ян сотни раз уже видел  эти снимки. Но с замиранием в сердце ждал того мига, когда оглянувшись в иллюминатор, он сможет увидеть  Млечный путь собственными глазами, в реальном времени, на расстоянии, как Земляне глядят на свое Солнце.

Лайнер «Ипсилон-2» сделал это торжественное великолепие родной галактики достоянием путешествия. Ян очень хорошо помнит этот полет. Всех призвали ко вниманию. В зале погасли огни. Нежный голосок Майки Аттики ласкал слух, пробуждая от суматохи и пустоты, переживаемых изо дня в день. И медленное вращение Млечного Пути гипнотизировало, увлекая за собой в бесконечность.

Какое приятное, теплое и родное воспоминание!

Ян прижался к иллюминатору, провожая взглядом спираль из пыли, газа и миллиона разноцветных звезд. Она все так же прекрасна, бессмертна, опасна, неуловима. Галактика стала колыбелью для человека и продолжает хранить в себе средоточие жизни.

Есть множество похожих спиральных галактик. Но Млечный Путь – самая прекрасная… Как Майка Аттика. Можно отыскать во Вселенной девушку с невероятными глазами, но она никогда не заменит Майку…

– Кэп, – позвал пират Яна, – они спрашивают пункт назначения. Станция Эйнштейна. – Пояснил он, когда Ян посмотрел на него вопросительно.

– Укажите пересадочную станцию Розен-3, – ответил Ян.

– Я бы и указал. Но на мой корабль действует запрет. Я не имею права останавливаться там.

Они поднялись в рубку. Пират занял свое место пилота, Ян сел в соседнее кресло.

– Что ты натворил? – спросил Ян.

– Кое-что, что не понравилось местному капитану. Теперь я под санкциями и не могу останавливаться на Розене-3.

– Это жестоко, – жалостливо произнесла Инга.

– Он пират, – пояснил доктор. – С ними только так и надо…

Хирург замолчал, ощутив на себе тяжелый взгляд хозяина крейсера.

– Меня хотели арестовать и казнить, – усмехаясь, ответил пират Инге. – Изгнание я как-нибудь переживу. Мы теряем время, кэп. Если нас не зарегистрируют вовремя, нам придётся разворачиваться, ждать и затем нагонять скорость. Мы потеряем время и топливо.

– Скажи, что мы направляемся на Альгораб.

– Это звезда. Они могут придраться. Назови планету или станцию.

– Пока что придираешься только ты.

– Назови планету, – повторил пират.

– Не могу.

– Почему? Она не существует?

– Никто не должен знать, что к этой планете кто-то направляется.

– Почему?

– Я ещё не знаю. Но… это может быть опасно

– Черт бы тебя побрал, – тихо выругался пират.

Его лицо окаменело и налилось злостью. Он вынул пистолет и прижал дуло к виску Яна.

– Я вытряхну тебя с твоей компашкой в пустой космос сейчас же, если ты не скажешь, во что ты меня втянул? Мне твои проблемы не нужны!

– Не стреляйте, сэр, прошу вас! – взмолилась Инга, отстегивая ремни и намереваясь кинуться на защиту капитана. Новак схватил ее за руку и притянул на место.

– Не глупи! – прошипел он девушке в ухо, с силой сжимая плечо.

– Я буду делать что захочу, – ответил пират, глядя на Ингу. – А хочу я сейчас целиться в голову твоего сладенького, пока он не расскажет о своей затее.

– А если расскажет? – спросила Инга.

– Я подумаю, принять участие или все же вышвырнуть вас в вакуум.

– Кажется мы в тупике, – констатировал Ян.

– Не зли его, кэп!! – крикнул Новак.

– И в мыслях не было, – ответил Ян, сложив руки на груди. – Я так же серьёзен, как и этот пистолет, готовый проделать дыру в моей голове. Нам надо лететь. Ты получил часть своего вознаграждения. После перехода на ту сторону я выплачу тебе ещё одну часть. Но ты не будешь спрашивать, куда мы летим, пока сигнал этого корыта не исчезнет с экранов радаров всех ближайших участков и станций.

Пират ругнулся, но о чем-то задумался. Он выругался ещё раз и спрятал пистолет за пояс.

– Но заплатишь мне сейчас и после перехода.

– Скажи, что мы направляемся к Альгорабу, и я пополню твой счет.

– У Альгораба несколько планет и множество станций. Это промзона. Никто не станет проверять, кто туда летит. Зачем ты всё усложняешь? – бухтел пират, отправляя ответ на запрос станции Эйнштейна.

Вопреки опасениям пирата со станции пришло разрешение на прыжок. Ян был доволен и с трудом сдерживал себя, чтобы не посмеяться над капитаном судна и его чрезмерной осторожностью.

Ян заплатил пирату, и Эос, набрав скорость, подошел к червоточине вплотную, после чего исчез в её полупрозрачной мембране.

Глава 8

– Мы уже шесть суток куда-то летим. Приключение становится слишком однообразным, – жаловался доктор Новак, сидя за скудным ужином. – Я бы сейчас закончил смену, отправился бы в бар. Там подают сушеных малюсков. Я не знаю, как они выглядят живыми, но на вкус  – что надо! Я любил эти посиделки в баре. Зачем я напросился с вами, капитан?

– Вы бежали от тоски и однообразия. Вам так казалось. Теперь свои тоску и однообразие вы распространяете и здесь. Дело не в месте, док. Дело в вас, – заключила Инга.

– Девчонка тебя сделала, нытик, – раскатисто засмеялся пират.

Динамики Эоса заскрежетали, заливисто исполняя сигнал тревоги. Озадаченный пират вскочил и помчался к пульту.

Ян прибежал за ним.

– Что случилось?

– Автоматическое оповещение. Включается, когда любое судно достигнет определенной границы.

– И что это за граница?

– Альгораб – закрытая система. Корабли должны иметь пропуск. Через пару часов, если мы не отправим номер своего разрешения, к нам на встречу вылетят вооруженные крейсеры.

– И что они сделают с нами? – спросила Инга, поднявшись в рубку следом за Яном.

– Попросят удалиться. Или расстреляют Эос. Может, конечно, нас арестуют. Но это будет ещё хуже. Нас будут судить.

– Что же в этом плохого? – удивилась девушка.

– За промышленный шпионаж полагается смертная казнь. А со смертниками особо не церемонятся.

– А мы можем как-то обойти систему? – спросил Ян.

– Не знаю. Можем? – Переспросил его пират, и протянул вперёд руку с картой.

Ян стиснул зубы, преодолевая приступ ярости. Проклятый пират в очередной раз разводил его на деньги. Совершенно неизвестно, прибудут ли вооружённые крейсеры на самом деле? Осуждают ли на смертную казнь за промышленный шпионаж? И не была ли эта сирена  подстроена самим пиратом? Чертов прохвост!

– Делай! – скомандовал Ян. – А уж потом я с тобой рассчитаюсь.

– Я могу вас высадить прямо здесь и отправиться восвояси. Я не пожалею для вас даже вак-сюитов. Я ж не монстр какой! – пират засмеялся, но глаза его оставались жестокими и хитрыми.

Снова зазвучала сирена. Компьютерный женский голос заговорил на непонятном Яну языке.

– Что она говорит? – спросил он.

– Вы не знаете космических языков? – усмехаясь, спросил Пират. Он сложил руки на груди и откинулся в своём кресле.

– Я знаю три разновидности общепринятого межгалактического языка. Это не один из них. Что она говорит?

– Это немецкий. Конечно, уже не такой чистый, каким он был когда-то, на Земле. Однако, в последнее время социологи прогнозируют восстановление могущественности Германской Империи, так что уже можно начинать изучать их язык.

– Что она говорит? – закричал Ян.

Капитан старался держать себя в руках, но терпение его лопнуло. Он выхватил из-под куртки пистолет, который прятал все это время, и приставил к голове пирата.

– Что она говорит? – повторил Ян тихим голосом, отделяя слова долгими паузами.

– Ладно-ладно! – пират выглядел спокойным. Он неохотно поднял руки. – Я могу? – спросил он, показывая взглядом на клавиатуру.

Ян кивнул, и пират что-то очень быстро отпечатал.

– Фильтр-переводчик. Только и всего, – усмехнулся пират.

Компьютер заговорил на понятном языке.

– Вы совершили не санкционированное проникновение. Идентифицируйте себя, иначе вы будете уничтожены. Вы совершили не…

Женский голос повторял одно и то же по кругу, пока пират не выключил динамик.

– Отправь им какой-нибудь код, – сказал Ян. – Пусть нас примут за пассажирский транспорт. Сюда же возят пассажиров?

– Думаю, проще будет прикинуться астероидом. Правда, специальные пушки расстреливают космический мусор крупных габаритов, чтобы те не разрушали лаборатории и фабрики. Но и их можно обойти.

– Вот и реши эту задачу. Твоё дело – доставить нас на Росси. Живыми. И желательно не замеченными.

Пират хотел обмолвиться о платеже за свои услуги, но Ян не многословно и убедительно разъяснил ему, что платить больше не станет. Наиболее убедительной во всей стремительной речи была та часть, где Ян приставил к голове пирата пистолет с ледяными пулями, который у него же и стащил.

Будь у Яна средства, он бы, не задумываясь, заплатил пирату, сколько бы тот не затребовал. Но дело в том, что карта, тайком украденная со станции, уже как двое суток заблокирована. По всей видимости, на Нарвеке обнаружили её пропажу, и связали с ней исчезновение капитана Карела. Так что пирату больше нечем платить и теперь придется как-то изворачиваться.

Экран радара засверкал несколькими точками. Пират спохватился и полностью заглушил двигатели. Эос вздрогнул, пропустил сквозь себя инерционные вибрации двигателей и замер Ян ощутил как невесомость, просочившись сквозь стены крейсера, подхватила его и приподняла над полом. Удивительная легкость!

– Что происходит? – спросил он у пирата, подплыв к пульту управления.

– Видишь? – пират ткнул пальцев в верхнюю часть экран. – Это охрана Альгораба. Они выдвинулись проверить кто мы такие.

– Это плохо?

– О да. Но вот это, – пират указал на точку в нижней части экрана, – чей-то грузовой корабль. И это очень хорошо.

– Почему?

– Мы дождёмся, когда он поравняется с нами и "прилипнем" к нему.

– У нас получиться?

– Это просто, как строение черной дыры.

– Что ж, замечательно, – с облегчением произнес Ян, после чего, вновь забеспокоившись, спросил, – А не получится так, что охрана прибудет раньше корабля?

– Подождём и узнаем! – пират, ехидно улыбаясь, погасил питание, оставив красное аварийное свечение на пульте.

Во мраке иллюминатора виднелась небольшая двойная звезда Альгораб. Древнейшие Земляне назвали её крылом ворона. Так им виделось это созвездие с их планеты.

Альгораб был прекрасной умирающей звездой. Создать новую жизнь  в его лучах, лишенных инфракрасного излучения, нельзя. Но это не отнимает у звезды эстетики. Дважды за оборот вокруг звезды, её  планеты подпадают под двойное сияние: нежно-голубое почти белое, как свет  от Солнца, и фиолетовое, излучаемое спутницей Альгораба. Две звезды ведут свой танец более трех миллиардов лет. Верные друг другу, они столкнуться, когда энергия их ядер иссякнет окончательно, породив своим взрывном нечто совершенно новое.

А пока звезда доживает отведенное ей время. На двух из четырех её спутниках расположились полностью автономные фабрики и заботы. Семь станций размещается на орбитах планет, две из которых зависли на дальней орбите, вращаясь вокруг самого Альгораба.

Всё здесь прекрасно! Машины порождают машины. Новейший корабль "Дюна" был создан в лучах Альгораба. И множество таких же мощных тяжелогрузных танкеров ежечасно выходит с конвейера на просторы Вселенной.

Безымянное грузовое судно на всём ходу мчалось в направление Эоса. Пират немигающим взором следил за показателями на экране. Какие-то цифры бежали, словно удирая от погони, стремясь к нулю.

Включилась система оповещения. Женский голос, представившись капитаном Мирандой Ла Гуардой, требовал Эос выйти на связь. Пират молчал.

– Они же могут подумать, что мы просто астероид? – спросила Инга дрогнувшим голоском.

Пухленькие ручки обвили Яна за плечо. Мужчина крепко обнял дрожащее от страха тельце и поцеловал девушку в макушку.

– Даже если и так, они все равно выпустят залп по нам, – ответил пират.

– Что же нам делать? – звенящим шёпотом спросила девушка.

– Думаю, нам лучше пристегнуться.

Пират включил двигатели и вывел Эос на максимальную скорость в считанные секунды. Пассажиры вжались в сиденья, раздавленные перегрузкой.

Эос пронёсся по траектории полёта грузового корабля, и поравнялся с ним, зайдя в его тень.

– У нас получилось? – спросил Ян, когда гравитационное поле на Эосе выровнялось.

Пират не отвечал. Ян подошёл к нему и коснулся плеча.

Мужчина был без сознания.

Ян взглянул на мониторы. Крейсер капитана Миранды Ла Гуарды остался далеко позади.

Глава 9

Доктор стащил пирата с кресла и стал его растирать, пытаясь привести в чувство.  Инга принесла набор неотложки и включила дефибриллятор.

– Ты его убить хочешь? – заорал док на девушку.

– Надо завести сердце! – ответила Инга, напуганная резкой реакцией Новака.

– А ты ему пульс проверила? Может сердце в порядке? Чему вас теперь учат на медфаке? Малолетние убийцы!

Док оттолкнул Ингу и продолжил свои действия по реанимации пирата. Девушка встала возле Яна и обиженно прошептала:

– Ничему меня не учили… Всего-то помочь хотела…

Яну показалось её слова странными, но его внимание занимали показатели на приборной панели, а потому он попросту проигнорировал услышанное.

Доктор успешно провел реанимацию, вернув пирата в сознание. Тот очнулся, громко захрипев. Вероятно, пирату почудилось, что Новак обчищает его карманы, и потому, быстро сгруппировавшись, он уложил доктора лицом в пол, заломив обе руки.

– Кэп! Кэп! Помоги! – простонал Новак.

Инга и Ян оттащили пирата и усадили назад в кресло. Ян приставил пистолет к голове пирата.

– Продолжаем полет! – произнес он твердо.

Грузовой корабль, как гигантская рыба, безмолвно плыл в пространстве. Эос сохранял свою позицию незаметной рыбы-прилипалы. Они достигли плавучей станции  на орбите между планетами Росси и Гефест и совершили посадку на безлюдной платформе. Разгрузочные машины обхватили корабль, проникли в её недра и занялись разгрузкой.

– И что мы будем делать? – спросил доктор Новак.

– Моя крошка может многое, но незаметно сесть на эту вашу планету я не в силах. А потому вам придётся самим добираться.

Пират засмеялся и повел их на нижний уровень Эоса. В узком помещении, у одной из стен, в ряд стояло несколько костюмов.

– Они из какого столетия? – спросил Новак, влезая в неудобную конструкцию.

– Не слишком-то вы благодарны за помощь, – пират скорчил недовольную мину и взглянул на Яна.

– Док, надевай, что дают.

– А кислород-то есть? – не унимался Новак.

– Баллоны заправлены. Связь исправна. Они только выглядят так, поношено, – ответил пират.

Ян отдал хирургу приказ заткнуться и надевать что дают, помог Инге влезть в её вак-сюит, после чего упаковался сам.

– Встанете у дальнего люка, – объяснял пират. – Загорится красная лампочка, компьютер откачает весь воздух из шлюза, чтобы выровнять давление. Мы находимся над одним из шлюзов этой громадины. До него примерно метров пятьдесят. Пока вы будете подлетать к нему, я взломаю их код и впущу вас. Найдите груз, который отправляют на Росси, и летите с ним.

– Зачем ты все это рассказываешь? – спросил Ян, удивленный пиратской заботой.

– Для неё, – пират указал пальцем на Ингу, перепуганную до слёз предстоящей прогулкой.

– Жди нас в тени Гефеста. Я пошлю тебе сигнал. Прилетишь и заберёшь нас.

Пират рассмеялся.

– И не подумаю! – ответил тот.

– Как это? – спросил доктор. – Что это значит? Кэп? – Новак теребил Яна за рукав вак-сюита.

– Значит, что я не буду никого ждать! – сжалившись, пояснил пират. – Во-первых, это бессмысленно. Радиационный фон создает помехи и я никак не получу ваш сигнал. А во-вторых, это планета-вулкан. Её не стабильное ядро то и дело прорывается наружу. Моя крошка сгорит. А на безопасном расстоянии я буду слишком заметен. Так что, ребятки, вы уж как-нибудь сами решите вопрос обратного пути.

Пират громко засмеялся, хлопнул доктора Новака по плечу и ушел.

Загорелась красная лампа, и шумный насос стал откачивать воздух из шлюза. Инга взяла Яна за руку и крепко сжала.

– Он не будет нас ждать, да? – снова спросил Новак.

– Посмотрим. Сейчас не время думать об этом, – меланхолично ответил Ян.

– Черт! Черт! – кричал хирург. – Должно будет случиться чудо. Иначе мы уже отсюда не выберемся!

Вакуум проник в люфтовую камеру и аккуратно, будто невзначай, приподнял путешественников. Инга вздрогнула и плотнее прижалась к капитану.

Прозвучал громкий и мерзкий сигнал, после чего лепестки люка начали медленно раскрываться.

Гигантский танкер виднелся в ледяной мгле. Его входной шлюз был меньше чем в пятидесяти метрах. Но отчего-то казалось, что достаточно протянуть руку и окажешься рядом с безмолвной гигантской машиной.

Но это был все лишь обман зрения.

Путешественники сделали шаг в пустоту, и невесомость Вселенной приняла космонавтов в свои нежные безжалостные объятья. Движимые инерцией  от спуска сжатого воздуха, они парили, медленно приближаясь к грузовому судну.

Услужливый Эос остался позади. Позади остался и заносчивый наглый пират.

В безмятежной безмолвной пустоте все события и люди перестали иметь значение. Всё, что было и есть, обернулось в ничто, растворилось на фоне необъятного мрачного космоса, исколотого тонким свечением далёких звезд.

Ян больше не обращал внимания на неуютный вак-сюит старого образца, который сдавливал лодыжки. Не слышал шуршащего дыхания в динамиках. Не видел своих попутчиков. Была только Вселенная вокруг и сгусток энергии, воплощавший в себе сияние чистого сознания, именуемого Яном. Не существовало прошлого или будущего. Да и настоящего не было. Только космос, невесомость, пустота и холодный мрак. Это было сейчас, в эту секунду, застывшую и растянувшуюся на целую вечность. И было так хорошо! Уютное равнодушие и безграничное спокойствие разлились по сердце капитана, навеяв собой ностальгические воспоминания.

Во время службы в марсианской космической пехоте Яну часто приходилось совершать тренировочные вылазки в открытый космос. Он обожал эти погружения в незыблемую мглу сплошного ничто. О как быстротечны были эти милые сердцу мгновения! Яну всегда не хватало времени побыть наедине с космосом. Отчего-то хотелось окунуться в него целиком и не возвращаться на платформу, станцию или планету.

Многие люди до сих пор бояться космоса и предпочитают жить на планетах. Но планеты угнетают Яна. Это их надменное притяжение, которое нужно преодолевать с каждым движением, неуправляемая, почти диктаторская, смена дня и ночи, непредсказуемые погоды, уничтожающие всё живое. Вот чего стоит опасаться! Но люди привыкли к планетарным законам, и бояться космоса. Его враждебности, безразличия, того, каким он может быть безжалостным в отношении человека и того, что совсем не понимают его.

У Яна всё было ровно наоборот. Он ощущал себя частью Вселенной, сгустком космической пыли, объединившейся на время в цельный организм, как совсем крошечная звезда с теплым ядром внутри. Когда-нибудь настанет миг, и Ян останется здесь, в этой мрачной пустоте, навсегда; раствориться, рассыплется на крошечные песчинки и воссоединится безграничной Вселенной. Когда-нибудь…

Может, это заблуждение, может, кислородное голодание, может, наркотическая привязанность, но ничто во всей Вселенной не сравниться с этой бархатной невесомостью и тем щекочущим нервы ощущением, которое возникает от осознания своей причастности к этому большому и пугающему творению.

– Кэп, а что мы будем делать, если шлюз не откроется? – разнесся голос доктора, искаженный динамиком в шлеме. – Что если пират соврал?

– Он сказал, что поможет, – неохотно ответил Ян.

– Может, он просто так это пообещал, лишь бы избавиться от нас?

Ян ничего не ответил. Расстояние до танкера заметно сократилось.

Новак продолжал что-то шипеть в динамиках, но Ян его не слушал. Ему не хотелось думать заранее о том, что ещё не произошло. Если этого нет, есть шанс, что никогда не произойдет. Приятный бонус от непредсказуемого будущего. Случиться может всё, что угодно!

Когда космонавты оказались у шлюза на расстоянии вытянутой руки, лепестки его плавно разошлись в стороны и приняли парящих людей в своё лоно.

Люк закрылся, и шлюз наполнилась кислородом.

– Ладно, пират сдержал слово и на этом ему спасибо, – заметил Новак. – Но он крайне не приятный тип.

– А нам не надо, чтоб он был приятным. Пусть дело делает, – ответил Ян.

– И что, он теперь улетит и бросит нас здесь? – спросила Инга.

Она стояла у иллюминатора и смотрела в след исчезающей точке крейсера.

Ян взял девушку за руку и потянул за собой.

– Не думай об этом сейчас.

Они прошли через весь танкер и вышли на просторную разгрузочную платформу станции. Здесь машины группировали грузы для отправки на планеты и около планетарные станции.

Ян отыскал док, в котором загружалось небольшое судно, следовавшее на Росси. К нему вёл погрузной траволатор, на котором, пересекая платформу, ехало несколько контейнеров. Авантюристы вскарабкались на ленту и, прокатившись с "ветерком", оказались в трюме судна.

– Останемся здесь? – спросил доктор.

– Нам нужно экономить кислород. Так что пойдём искать местечко с комфортом.

Узкие угловатые переходы вели из трюма в жилые отсеки судна.

– А это не опасно? – спросил хирург. – Ходить здесь?

– Опасно. Поэтому надо делать это в тишине! – прошипел Ян в ответ.

– Нам нужно было найти свое судно, без всяких пиратов. Так получилось бы лучше. И дешевле, – продолжал болтать Новак.

– И кто бы сел за штурвал? – спросила его Инга. – Может быть ты?

– У меня нет летных прав.

– И у меня.

– Кэп наверняка водит. Всех военных обучают пилотированию.

– Всех пилотов обучают. А я не пилот. Перестаньте болтать! – Ян прикрикнул на своих спутников, что оказало влияние лишь на несколько секунд.

Путешественники дошли до кают экипажа, оказавшихся пустыми.

– А где все? – шёпотом спросила Инга.

– А шлем уже можно снять? – задал свой вопрос доктор.

– Где нам спрятаться? – не унималась Инга.

– А если нас поймают? Что станем делать? Кэп, ты взял с собой пистолет?

– Хватит! – вспылил Ян и затолкал своих сопровождающих в первую попавшуюся пустую каюту. – Сидите здесь! Я все узнаю и приду.

«Одному, наверное, было бы проще…» – пронеслась мысль в голове капитана.

Он вздохнул и продолжил исследовать судно. Корабль был пуст и только за пультом Ян увидел одного человека. Пилот крейсера докладывал в ЦУП о готовности к отлету.

Капитан быстро вернулся в каюту, где запер своих попутчиков.

– Мы отправляемся.

Судно плавно оторвалось от станции и, набрав скорость, направилось к Росси.

– Очень хорошо летит! – нарушил молчание Новак. – Просто, как по маслу.

– Да! Я тоже заметила! – присоединилась Инга.

– Это корабли нового поколения? – спросил хирург.

– По всей видимости. Кажется, их производит «ТрансГэлэкси», – ответила девушка

– Да, точно! Это одно из направлений в котором работает «Гришин Инвестмент». Кстати, кэп, а вы знали, что наша станция, откуда мы с вами сбежали…

– Управляется «Стардаст Корпорейтед». Знаю.

– Нет. То есть да, это так. Но «Стардаст» это дочка «ТрансГэлэкси» и принадлежит Гришину.

– Нет-нет! Ты что-то путаешь. Это ведь правительственные базы…

– Только на сорок девять процентов. У правительства нет столько денег, чтобы содержать пересадочные станции. Но деньги есть у Гришина. Правительство заключило с ним бессрочный контракт. Так что, кэп, мы с тобой  работаем на Вола Гришина! – с гордостью подытожил хирург. – Или лучше сказать, работали.

Новак громко рассмеялся и хлопнул Яна по плечу.

Глава 10

До появления на Росси людей, планета выглядела изуродованным камнем, испещренным воронками от столкновений с астероидами. Она молчаливо вращалась в бездне вокруг двойной звезды Альгораб, созерцая необычные закаты и рассветы.

После появления здесь экспансистов, звезда и планеты больше не были одиноки. Их однообразный мелодичный танец дополнился звуками стартующих двигателей, взлетающими шатлами и пришвартовывающимися танкерами.

Большая, каменистая и совершенно безжизненная планета Росси скрывает в своих недрах огромный город. В её кратерах, оставленных метеоритами, стелятся плантации солнечных батарей, собирающих энергию холодного Альгораба. А на равнинах размещается несколько погрузочно-разгрузочных доков.

Крейсер замелил ход. Двигатели выключились и он на холостом ходу доплыл к посадочному доку. Магниты ухватили судно и пришвартовали к разгрузочному модулю. Машины резво принялись опустошать трюм.

Ян и его попутчики, уцепившись за один из грузов, транспортировались в глубину планеты. Траволатор вывез их на бескрайний склад, где до самого горизонта расстилались высокие стеллажи с гигантскими блестящими ящиками. Ян растерянно оглядывался по сторонам, но не нигде не видел выхода.

– И как узнать, куда нам идти? – спросил нежный голосок Инги в динамиках.

– А что здесь хранят? – раздался голос любопытного хирурга. – Что это вообще за планета, кэп? Я раньше не слышал о ней.

Ян моргнул, и в одну секунду будто перенесся в прошлое. Пьяненькая подружка Майки Аттики, размахивая рукой с бокалом, из которого коктейль проливается ей на колени, вдохновенно повествует о мерзавце, обещавшем ей безбедное существование и ещё много чего, чем вовсе не владел. Кити, как малолетняя дурочка с удовольствием повелась на роскошную сказку и только в каюте своего обидчика поняла, что все лишь обман. С её ярко очерченных уст слетает название планеты «Росси», которому Ян не придает значение. Прошло несколько лет, и Ян, влекомый прекрасной неизвестностью и желанием добиться собственной справедливости, оказывается на этой неизвестной и таинственной планете. Пожалуй, всё идет именно так, как должно!

– Я думаю, – вдохновенно произнёс Ян, – сегодня мы все узнаем!

Он в предвкушении оглянулся на бескрайнее пространство. Где-то здесь есть ответ на многие вопросы, а главное, есть зацепка, при помощи которой ему, наконец, удастся схватить Вола Гришина.

Совершенно неожиданно включилась сирена, резкая и пронзающая слух. На всём складе погас свет.

– Или не узнаем, – констатировала Инга.

– Кажется, нам пора бежать, – Ян включил фонарь, ища путь, по которому еще можно сбежать.

– А зачем выключили свет? – спросила озадаченная Инга.

– Потому что у охраны, по всей видимости, есть тепловизоры, – ответил Ян.

– А у нас?

– У нас есть фонарь. Бежим, пока ещё есть время.

Ян схватил Ингу за руку и побежал настолько быстро, насколько это вообще было возможно. Ему казалось, что он быстр как марсианский ветер, что он несётся, обгоняя звезды…

На самом деле нет.

Все трое еле передвигались и очень быстро выдохлись. Планетарная гравитация сильнее любой искусственно созданной, даже на такой мощной и современной станции, как Нарвек. Беглецы слишком много времени провели в космосе.

– Ладно, – выдохнул Ян свистящим шёпотом.

Он остановился и пытался отдышаться. Легкие обжигало кислородом, ноги закипали и тяжелели от загустевшей крови. Его попутчики выглядели не лучшим образом. Доктор упал на колени и громко кашлял и отхаркивал собравшуюся мокроту в микрофон. Он что-то хотел сказать, но ему никак это не удавалось.

– Надо спрятаться, – сказал  Ян. – Мы на открытой местности и это становится не безопасным.

– А что это там? – вглядываясь во мрак, спросила Инга.

Её шумное дыхание заполняло шлем вак-сюита, игриво щекоча слух и приводя Яна в неуместный восторг. Капитан тряхнул головой и сделал несколько шагов в сторону от девушки, словно это могло помочь не слышать её горячего дыхания и не представлять её без громоздкого и уродливого костюма.

Темноту склада рассекали несколько лампочек, будто габаритные огоньки. Алые, они плыли совершенно бесшумно в несколько рядов на разной высоте.

– Это не люди, – сказала Инга. – Люди так не ходят.

– Военные могут. Особые войска, например. На магнитной подушке, – гадал доктор. Его дыхание все ещё было свистящим и звенящим, но он уже чувствовал себя лучше.

– Может, и на магнитной подушке, но это точно не люди, – уверенно произнесла Инга.

– Скажи ещё, что это роботы, – Новак подбоченился и уже готов был вступить в привычный для них двоих спор.

– Невозможно! – Ян решительно прервал надвигавшуюся перепалку. – Робототехника была запрещена пятой поправкой ещё в двадцать четвертом веке. Их запрещено производить и применять, тем более против людей.

Тем временем огоньки приблизились, и с их стороны стал доноситься металлический скрежет, чём-то напоминавший речь.

– … проникли.... вы будете.... это частная....

– Что они говорят? – спросила Инга.

Девушка была напугана и сделала пару шагов назад, спрятавшись за спины мужчин.

– Не думаю, что нужно ждать их. Ничего хорошего они нам не скажут. Может, уже пойдём? – взмолился доктор и, взяв Ингу за руку, пошел прочь.

Ян остался стоять один, как завороженный, глядя на плывущие огоньки.

– Это частная собственность, – раздался металлический голос совсем близко. –Вы проникли не санкционировано.

– Это ясно. И что ты будешь делать? – спросил Ян у огоньков.

– Вы будете уничтожены, – ответил голос.

Огоньки приблизились ещё, и луч фонаря выхватил из темноты. Гигантские параллелепипеды, – на вид, совершенно литые, только габаритные огоньки сияли по углам, – парили, будто в невесомости, устрашая своей броней.

Ян не сдвинулся с места. Параллелепипеды остановились в двух метрах от него. Флагман молчаливого шествия подплыл ближе к Яну, будто всматриваясь в его бесстрашные глаза своим бесшовным ледяным металлом, и произнес:

– Это частная собственность.  Вы проникли не санкционировано. Вы будете уничтожены.

– Ладно. И что ты будешь делать? Раздавишь меня? – съязвил Ян и громко рассмеялся.

Параллелепипед зажужжал и в одно мгновение раскрылся, как цветок. Очень необычный цветок. Его передняя панель разделилась на четыре части, каждая из которой оказалась оружием и сейчас была направлена на Яна.

– Приготовьтесь к уничтожению, – огласил параллелепипед.

– Вот черт! – воскликнул Ян, не ожидая такого поворота.

Он развернулся и помчался прочь изо всех сил. Ян успел завернуть за угол длинного стеллажа, когда первый залп, пронёсшийся над ухом, взорвал дальний край склада.

– Бежать бесполезно, – произнесла машина. И хотя это не возможно, Яну почудились нотки надменности и усмешки в этом предложении. – Вы будете обнаружены и уничтожены.

Ян бежал изо всех сил. Боль пронизывала грудь и не давала дышать. Слюна во рту вдруг стала густой и отдавала привкусом крови. Горло совсем пересохло. Очень хотелось пить. А ещё хотелось лечь. Притяжение было безжалостно и непреклонно. Яну чудилось, будто даже его сердце в груди сместилось ниже, под влиянием планетарной гравитации. Одним усилием воли он переставлял окаменевшие, налившиеся кровью ноги, и благодарил судьбу и Вола Гришина, что свои секретные заводы тот построил не на Земле. Местная гравитация прижала бы Яна к полу, не дав возможности пошевелить хотя бы мизинцем.

Завернув за очередной угол, Ян увидел вдалеке сияние, почти призрачное, будто мираж. Сенсорная панель светилась манящими синими огоньками. Ян вынул из рюкзака ультрофон и поднес его к замку. Закодированная панель, вспыхнув, задалась вопросом, подумала несколько секунд, после чего подобрала шифр и открыла шлюз.

Двери закрылись за Яном, и люфтовая камера наполнилась воздухом. Ян снял шлем и вздохнул с облегчением. Эти чертовы коробки не достанут его!

Ультрофон оказался ключом ко всем дверям. Ян совершенно не понимал, как работало это устройство, но гаджет имел доступ ко всей станции на Росси. Кроме этого, когда Ян покинул люфт, ультрофон подключился к внутренней сети и теперь отображал на своем гибком экране карту станции и даже указывал свое местоположение. Это было очень удобно, хотя Яну и казалось, будто эта зловещая штуковина ведет его прямиком в ловушку.

Длинные и пустые коридоры станции угнетали своей однообразностью. По началу, Ян с опаской оглядывался по сторонам, но, так и не встретив нигде ни солдат, ни каких либо иных людей, успокоился и даже погрузился в собственные мысли.

Как-то сам собой всплыл в памяти образ прекрасной певицы.

Майка Аттика.

Ян видел её в последний раз перед прыжком сквозь червоточину. После пробуждения на станции Розена, куда прибыл «Ипсилон-2», они так не встретились. Капитан Старобогатов арестовал Яна и ссадил с лайнера. А прекрасная Майка Аттика отправилась дальше.

О, это было примитивное увлечение роскошной красотой! Только и всего. Конечно, Майка обладала незаурядным умом. Ян в этом не сомневался и с особыми удовольствием и трепетом вспоминал о минутах их общения.

Но это было лишь увлечение! Молодой инспектор проникся антуражем долгого перелета и, как любой другой в условиях всеобщей расслабленности, позволил себе впасть в состояние безмятежной влюбленности. У этой пары не могло быть будущего. Да и пары никакой не было.

События на «Ипсилоне-2» в один миг перевернули жизнь Яна. Загубленный отпуск, ложное обвинение, позорная потеря звания инспектора… Обидно было оказаться козлом отпущения этого незаурядного и хитрого преступника. Однако двухлетняя ссылка на пересадочной станции своим однообразием почти обесцветила воспоминания. Все померкло, стало таким не значительным.

Но вот сейчас, будто вспышка молнии, воспоминания обрушились на Яна стремительной волной эмоций.

Адреналин в крови. Неизвестность. Опасность. Жажда победы. Роскошная Майка Аттика…

Яну стало любопытно, что каждый из них стал бы делать, случись им встретиться теперь? Она, должно быть, изменилась. Знаменитая певица вряд ли захотела бы возобновить общение. С чего бы? Вся Вселенная у её ног. Зачем ей этот недотепа-инспектор, лишенный звания, работы и будущего?!

– Кто вы такой? Что вы здесь делаете?

Высокая фигура в белом халате удивленно смотрела на Яна сверху вниз. Человек возник настолько неожиданно, что Ян не успел что-либо предпринять, а просто встал и таращился ему в лицо.

– Кто вы такой? – ещё раз осведомился человек.

Ян увидел за спиной лаборанта распахнутые двери, из которых, по всей видимости, тот и вышел. Ян сделал шаг назад.

– Я здесь с инспекцией. Вас разве не предупредили?

– С какой ещё инспекцией? Кто вы такой, я спрашиваю?! – мужчина был удивлен встречей не меньше Яна.

Справившись со своими эмоциями, лаборант вынул юнифон из кармана и набрал какую-то комбинацию. Тут же включилась сирена. Сквозь её истошный вой до Яна донесся знакомый скрежет. Он обернулся и увидел паривший по воздухе гигантский параллелепипед.

– Ваше нахождение здесь не законно, – верещала бездушная машина-убийца. Вы будете уничтожены. Пожалуйста, приготовьтесь к смерти.

Мужчина в халате исчез, вероятно, посчитав, что дело решено, раз появился робот. А Ян побежал прочь по коридору, надеясь избежать скорой кончины.

Сил оставалось всё меньше, бежать уже надоело, и вообще хотелось лечь, и чтобы никто не трогал. На одну долю секунды в голове Яна пронеслась мысль, с гулкой болью отразившаяся в сердце. Ян с сожалением вспомнил то время на Нарвеке, где ему не приходилось бегать, бояться, искать что-то неизвестное и стремиться к чему-то неясному и далекому. Было спокойно и безмятежно. Однообразно, но безопасно.

Ян замахал руками, отгоняя не зримые, но очень существенные мысли. Машина нагоняла. За спиной всё время слышалось мерзкая металлическая насмешка: «Бежать бесполезно!».

Капитан пробегал мимо какой-то двери, показавшейся ему особенно привлекательной. На самом деле, остановиться возле именно этой двери его заставила мысль, что бежать больше невозможно, а за стеной может оказаться какая-нибудь спокойная комнатушка, где Ян сможет просто лечь и не двигаться. Никогда-никогда!… Нет, это уже слишком. Просто полежать и отдышаться было бы не плохо. Ян коснулся ультрофоном сенсорной панели, дверь послушно открылась и впустила капитана. Он наскоро запер её и обернулся изучить помещение, в которое так бесцеремонно ворвался.

К счастью, здесь было пусто. В тусклом свете голубых ламп виднелись какие-то стеллажи, заполненные небольшими ящиками с логотипом компании «ТрансГэлксиАрм».

– Это не планета, а сплошной склад! – хриплым голосом произнес Ян, тяжело дыша.

Он дошел до дальнего угла хранилища, откуда исходил свет. Это горел экран компьютера, гордо отражая тот же логотип. Ян удивленно разглядывал его, когда затылка что-то коснулось, щелкнув затвором, а за ухом кто-то угрожающе прошептал:

– Ни с места.

Глава 11

– Спокойно, – продолжал голос. – Без резких движений.

– Я случайно здесь оказался, – Ян зачем-то начал оправдываться, будто это могло помочь.

– Заткнись и топай вперёд.

Они двинулись к выходу.

– Это какая-то ошибка, – болтал Ян. – Меня не должно быть здесь.

– Твоя правда, приятель, – ответил голос за спиной.

– Я должен был полететь на Альтаир, – Ян стал выдумывать на ходу, надеясь, что пустая болтовня смутит и дестабилизирует человека с пистолетом. – У меня там дела. Ну, могут быть, если все выгорит! Знаете, малый бизнес сейчас в упадке. Корпорации изничтожили простых предпринимателей. Но на Альтаире сейчас самый расцвет! Все туда едут!

– Заткнись! – прошипел голос, стервенея.

Расчеты Яна оказались верны. Вооруженный человек терял самообладание.

– Я сделал пересадку на Гиперионе. Занял свою каюту. Заснул. И тут меня будят, мол, приехали. Я высаживаюсь, и что вижу? Это же не Альтаир?! Никто ничего не говорит, машины эти страшные…

– Заткнешься ты или нет? – голос рассвирепел окончательно.

Человек дернул Яна за плечо, развернул к себе и занёс руку для удара, но замер, в изумлении глядя Яну в глаза.

Ян, в свою очередь, остолбенел, совершенно сбитый с толку. Удивлённо хлопая глазами, на него глядело лицо покойного Романа де Сант Эдаля.

Впрочем, этот Роман де Сант Эталь с внешностью времён погони на Ипсилоне был очень даже живой. Ян потер глаза. Нет, ничего не изменилось. Роман стоял перед ним, держа на прицеле.

– Инспектор? Ты как здесь? – спросил Роман, оправившись от шока.

Ян сглотнул пересохшим горлом.

– Хочу спросить тебя о том же.

– Смотришь, будто призрака увидел! – произнёс Роман, усмехнувшись, и спрятал пистолет за пояс летной униформы.

– Несколько дней назад я опознал твоё тело. Или не тело. Личность. В морге на Нарвеке.

– Нарвек? Что это?

– Пересадочная станция в созвездии Киля, возле Конопуса.

– Далековато. А тут ты что делаешь? Это ты переполошил всю станцию?

Ян виновато кивнул головой.

– А ты? – спросил он. – Ты здесь работаешь? Гришин тебя понизил? – язвительным тоном спросил Ян, заметив нашивку младшего пилота на плече летного костюма.

– Лучше! Гришин меня убил, – ответил Роман и улыбнулся своей холодной насмешкой.

Ян подумал о том, что кислородное голодание очень часто ведёт к галлюцинациям. А возможно, что снаряд жуткого квадро-робота подстрелил его ещё там, на складе. И если это так, то все произошедшее после лишь образы умирающего мозга. Наверное, осталось совсем немного и все закончится. Мрак поглотит остатки разума, и такая энергетическая субстанция, как Ян Карел, сбежавший капитан станции Нарвек, перестанет существовать…

Роман с силой ударил Яна по плечу.

– Инспектор, не отключайся! На задании что ли? – спросил Роман.

– Я больше не инспектор, – ответил Ян, вглядываясь в собеседника. На вид он казался вполне реалистичным.

– Вот оно что… пират? – предположил оживший покойник.

– Меня понизили из-за вас с Гришиным. Хотели судить… в общем, обошлись заточением на станции. И тут прилетает Дюна.

– Это танкер, который  взорвался недавно?

– Он самый. Разгрузка идёт как обычно, пока в дальнем отсеке трюма не находят тело. Экипаж опознает его как Рема, попутчика, который, по их предположению, сошел с танкера ещё на Осирисе.  Мой хирург, что проводил вскрытие, заключил, что внешность человека менялась много раз. Я узнал его предыдущее воплощение. Это был ты!

– Так приятно, что ты помнишь, – съязвил Роман.

– Не ёрничай! Однако, если ты жив, то кто это был?

Роман посмотрел на Яна, улыбаясь своей тонкой ехидной улыбкой.

– Пластика лица творит чудеса, – произнес он. – Гришин давно задумал меня убить. Я не терял времени и подготовился.  Создал себе двойника. Жаль парня, полезный был человек.

– Что случилось? Я думал, у вас общие дела.

– Дела закончились. А Гришин не из тех, кто оставляет в живых отработанный материал. К тому же я собрал занятную коллекцию компромата на него. Стоит мне обнародовать данные и его посадят пожизненно. Или сошлют на Плутон. Что, общем-то, одно и то же.  Такие дела! А ты как здесь оказался?

– Я же говорю, опознал твоё тело. Твоего двойника. Он оставил много подсказок. Ультрафон и карта на затылке. И вот я здесь.

Роман удивленно вскинул брови. В его взгляде читалось уважение и некоторое восхищение перед талантом ищейки.

– А ты хорош! Зря тебя понизили. Канцелярские крысы ничего не смыслят. Так он у тебя?

– А ты думаешь, как я через все эти двери прошёл?

– Давай его сюда! Я тут как слепой котёнок наугад брожу.

Ян послушно отдал гаджет Роману. Мужчина взял свой такой же ультрофон и поднёс к дублеру. Устройства плотно соединились и синхронизировались.

Карта, по которой Ян шёл до этого, дополнилась указателями и сигнальными точками.

– Теперь мы знаем, куда надо идти.

– А куда нам надо?

Роман не ответил, а лишь повел Яна за собой сквозь станцию. Они прокрались по пустым коридорам, спустились на несколько уровней ниже и оказались на очередном складе. Помещение было заставлено стопками металлических ящичков, показавшихся Яну знакомыми. Он пригляделся и узнал его. Точно такой же ящик, хранивший в себе уникальный компьютер, погрузили на Дюну.

– Что это такое? Кроме того, что это новейший супер-компьютер.

– Это новейший супер-компьютер, – смеясь, ответил Роман. Он взял один из ящиков и открыл его лёгким прикосновением ультрафона. – Заменяет шестерых пилотов, выполняет множество задач и et cetera… А где ты его видел?

– На Дюне. Покойный капитан танкера Смирнов нахваливал его, не стесняясь в эпитетах. Он установил компьютер прямо перед отправкой с моей станции.

– И после этого он взорвался, – заключил де Сант Эдаль.

– Из-за компьютера? Не думаю. Но, в общем, да, последовательность верная.

Роман включил компьютер. Операционная система загрузилась, вспыхнул логотип компании "Транс Гэлэкси Арм".

– Вот мне интересно, – начал Ян, – это другая компания с похожим названием или…

– Или. Но я понял, что ты хочешь спросить. «Транс Гэлэкси» строит корабли. А "Транс Гэлэкси Арм" занимается разработкой военной техники и оружия.

– И этих роботов?

– Разумеется.

– Всё ещё хуже, чем я думал, – вздохнул Ян.

На его лице отразились испуг и смятение.

– Ты думаешь, как тебе одному удастся одолеть такого сложного и почти неуловимого злодея? – съязвил Роман.

Ян вскинул голову и смерил де Сант Эдаля оскорбленным взглядом. Ничего такого он не думал!

– Так что же особенного в этом компьютере? – спросил Ян, напоминая тему их беседы.

– О! Это шедевр! – сладостно вздохнул Роман. – С виду, конечно, это обычная система пилотирования. Но в компьютерах записан особый вирус, который полностью перехватывает управление кораблем. Сначала он отключает связь, затем изолирует экипаж, после чего запускает самоуничтожение.

Роман подключил к компьютеру ультрофон, и началась выгрузка данных. Гаджет жадно поглощал все установочные и рабочие файлы системы.

– Вот он! – воскликнул де Сант Эдаль, показывая пальцем на неприметную иконку на экране. – Это он и есть. Файл с вирусом.

– То есть, танкер «Дюна» взорвался не сам по себе, а потому что вирусная программа взломала файерволл?

– И «Дюна», и «Таврида», и «Аврора», и ещё парочка пассажирских лайнеров. Расследование крушений ни к чему не приведет, а лаборатория Гришина предоставит отчет о повышенной взрывоопасности используемого топлива. И тут же расскажет об успешных испытаниях своего уникального топлива, Серпенсий-8. Правительство клюнет, потому что это единственное решение сохранить работу и уважение электората. Взрывы прекратятся и все подумают, что выбор был сделан верно.

– Это всё ради прибыли? Столько человеческих жизней… Ради денег? Он больной придурок!

Ян ощутил острое желание поскорее добраться до Гришина во что бы то ни стало. Но тут же увидел себя сокрушенным и поверженным. Кто он в сравнении с великим и недостижимым Волом Гришиным?

– Я был слишком наивен, – сказал Ян, больше обращаясь к собственным размышлениям, нежели к де Сант Эдалю. – Чёрт, я притащил нас сюда совершенно бес толку!

Роман, поджал губы, с подозрением посмотрел на капитана. Преступник незаметно занес руку за спину и положил ладонь на рукоять пистолета.

– Кого – нас? – спросил де Сант Эдаль. – Кого ты притащил?

Ян ощутил как хрупкое доверие между врагами, временно заключившими перемирие, стало натягиваться, готовясь лопнуть уже в следующую секунду.

– Просто беглецы, – пояснил капитан. – Увязались за мной со станции. Ничего такого.

Роман смерил бывшего инспектора взглядом и убрал руку с пистолета.

– Хорошо, – продолжил Ян, – Гришин намеренно производит эти компьютеры. Но мы ещё можем ему помешать. Мы предоставим совету безопасности доказательства, что суда взрываются не из-за несчастного случая или из-за опасного топлива.

– Правительство обязывает все транспортные компании устанавливать квантовые компьютеры на все грузовые и пассажирские лайнеры. В целях безопасности, как ты понимаешь.

– Они просто не знают всей правды. Правительство участвует в массовом убийстве и не догадывается об этом!

– Возможно. А может, им всё известно. Работа действующего правительства финансируется из бюджета «Гришин Инвестмент». Те, кто мог что-то заподозрить, или узнать правду и попытаться все прекратить, уже уволены. Теперь, ни правительство, ни СовБез не могут противостоять Гришину. Для Вола это способ монополизировать своё производство. Он хочет добиться, чтобы его топливо признали самым безопасным, а компанию «Транс Гэлэкси» самой лучшей. Чтобы все открытия совершались только в «Мун Ривер», и чтобы со всех экспансированных краев Вселенной люди с придыханием произносили его имя, превознося и восхваляя. – Роман поднял руку, держа в ладони ультрофон. – Здесь есть всё и обо всём. Записи, доклады. Все махинации прописанные детально. Переписки с политиками и чиновниками. Всего это хватит, чтобы осудить каждого, кто причастен к происходящему. Но мы бессильны. Нам некому это показать.

– Погоди! Какие чиновники? Они все на Гиперионе. Никто из них не стал бы рисковать своей работой и жизнью!

– Так мило, что ты, инспектор, веришь в это! – Роман коротко хохотнул. – На Гиперионе уже собралась тайная коалиции, которая пытается продвигать свой корыстный интерес. За счет него Гришин успешно манипулирует чиновниками, получая все, чего пожелает. Твоё понижение в должности, вероятно, его рук дело.

– Что же он им пообещал? Свободу действий? Больше никакой изоляции?

– Соображаешь, инспектор.

– Чиновники и правительственный аппарат держали человечество под своим контролем более четырех столетий. Это если не углубляться в средневековье и совсем древние временя и не считать королей, императоров, царей и прочих властолюбцев. Не нужно быть умником, чтобы понять, что и теперь чиновники могут хотеть вернуть себе всю ту власть, которой были лишены, чтоб распоряжаться человечеством по своему усмотрению. Но теперь, когда люди познали свободу, перехват власти просто невозможен.

– Однако, процесс уже запущен.

– Что же нас ждет? Если у этой коалиции всё получиться, то прощай свободная цивилизация, которую мы знали.

– А ты очень хорош! – усмехнулся Роман. – Я ещё на Ипсилоне это понял, когда ты припер меня к стенке. Не было повода похвалить.

– Да, вы так поспешно ретировались с лайнера, что все решили, будто вы плод моего воображения.

– Нашёл браслеты?

– Да. Они стали последней каплей. Следствие заключило, что я намеренно их подбросил.

–Мне было нужно стереть своё пребывание на корабле. Чтоб всё выглядело так, будто мы с Волом никогда не были знакомы. А он просто приставил мне пушку к виску и сбежал вместе со мной. Скажи, Инспектор, а зачем ты вообще полетел сюда, если ничего не знаешь?

– Сюда указывала карта. Думал, на месте во всем разберусь. А тут одни склады и эти… Коробочки с огненной начинкой. Что это за штуки? – спросил Ян.

– Вероятно, ты уже повстречался с роботами? – уточнил Роман и продолжил, расплывшись в блаженной улыбке, когда Ян утвердительно покачал головой. – О! Это особое произведение искусства производства Транс Гэлэкси Арм! Непобедимый в бою, без перезарядки обходится до трёх суток, летает. Или, скорее, парит. Но при этом развивает высокую свободную скорость. Подходит для использования и на планете, и на орбите, и в качестве компаньона для больших военных судов. Мечта любой армии. Универсальный солдат. Или просто Смарт.

– Он роскошен, я не спорю. Но конституция запрещает…

– Гришину это все равно, – усмехнулся Роман.

Выгрузка информации завершилась, и он отключил ультрофон от компьютера.

Ян в замешательстве теребил пальцами пояс вак-сюита. Перед его мысленным взором хитрый бизнесмен Вол Гришин превращался в коварного монстра, диктатора жадного до власти,  уродливого голлема, который хочет получить весь мир, поглотить Вселенную целиком.

И никто, совершенно никто во всем мире не подозревает об этом. Во всех уголках космоса, куда добралась человеческая цивилизация, Гришина чествуют за его щедрость и вклад в развитие технологического прогресса. Никто не подозревает, что скрывается под личиной вселенской добродетели.

– Он хочет подчинить себе весь мир? – спросил Ян.

– О да Ещё как хочет. После того как он освободит чиновников Гипериона, их коалиция будет ходатайствовать о его выдвижении на пост генерального министра содружества наций. Если он вступит в должность, то изменит несколько пунктов конституции в свою пользу. Человечество начнет скатываться в бездну жестокой диктатуры и культа личности.

– Никто этого не допустят!

– Начнем с того, что он не станет спрашивать. И к тому же, как его можно остановить? Любые попытки со стороны населения будут пресекаться. Он подготовит армию солдат и смартов. Любое недовольство будет зачищаться. Власть перейдёт полиции и чиновникам, и цивилизация падет.

– Но зачем? Зачем ему так поступать?

– Потому что он может. Не ищи, инспектор, высшего замысла. Для Гришина это все игра. Он испытывает себя и весь мир. Как далеко сможет он зайти, как много ему позволят. Он напирает, и мир прогибается. Все знают его как талантливого инвестора. Все проекты, куда были вложены его деньги, получили применение. А его благотворительный фонд спасает жизни детей, стариков и животных. Люди любят Гришина. Боготворят. Слышал, может, об остатках культа христиан? Горстка людей верующая в воскрешение. В их представлении Вселенная это субстанция Высшего Разума, так называемого Создателя земли, неба и человека.

– "Всевышний смотрит за тобой", – мрачным голосом протянул Ян, на манер песнопений, который слышал когда-то в детстве. – Я как-то встречал их, ещё на Марсе.

– На Марсе есть христиане?

– Только те, что добрались с Земли в попытках донести свою идею до «неверных». Помниться, никто не стал их слушать. А почему ты вспомнил о них?

– Потому что Гришин спонсирует строительство их храмов по всей Земле. И знаешь, чем это чревато? – Ян покачал головой в ответ, после чего Роман продолжил. – Христианство это тот самый культ, сторонники которого почти две тысячи лет верили, что Земля, это плоский круг, а Солнце вращается вокруг него по небесной тверди. Они думали, что Земное небо имеет твёрдую структуру. Видимо, как потолки в их пещерах.

– Это я знаю. Но что с того, что Гришин строит церкви?

– Он не просто строит архитектурные изваяния специфического назначения. Гришин вкладывает деньги в культуру, которая по своему развитию сравнима с пятилетним ребенком. Возрождение религиозного культа вернет человечеству необоснованные предрассудки и слепое покорное верование. Это отбросит развитие человечества в прошлое. А что нужно для хорошо слаженной диктатуры и идеального тоталитарного строя?

– Диктатор и слепой народ.

– Именно. Критическое мышление заставляет задавать вопросы. А если начать взращивать поколение готовое лишь верить, то очень скоро прогресс изменит вектор своего движения. Средневековье возродиться, и над всем этим будет горделиво возвышаться властолюбец с маниакальной тягой к достижению своих идей и целей, во что бы то ни стало.

Тишину комнаты прорезал радиосигнал с приёмника вак-сюита. Браслет на рукаве Яна мягко завибрировал и воспроизвёл текст сообщения. Тоненький напуганный голосок Инги молил о помощи.

Глава 12

В холодных глазах де Санд Эдаля зажглась неудержимая ярость. Он схватил Яна за руку и с силой сжал предплечье.

– Это ещё что? – спросил Роман.

– Это просто Инга и док. Мои попутчики, сбежавшие с Нарвека. Я уже говорил.

– Кто такая Инга?

– Девушка. Очень хорошенькая. Она вообще не знает, что происходит. Увязалась за мной. А я не смог отказать, – Ян высвободил руку и отступил на безопасное расстояние.

– Это всё твое тщеславия. В случае успеха твоей затеи, она была бы живым зрителем. И в последствие могла бы всем рассказать «как это было». Но а если бы ты провалился, она, скорее всего, умерла бы, и никто никогда не узнал о твоей неудаче.

– У тебя неверное представление обо мне. Послушай, я отвечаю за этих балбесов. Но я понятия не имею, где они сейчас могут быть. Их нужно отыскать!

– А это просто. Ваши костюмы связаны одним файерволлом. Снимай браслет, мне нужен твой датчик слежения.

Роман поднёс к браслету свой ультрофон. Экран вспыхнул красным цветом. Длинными изящными пальцами де Сант Эдаль набирал на сенсорной клавиатуре какие-то коды. Через пару минут он вернул Яну браслет и показал ему карту на своём ультрофоне, где пульсировали две зелёные точки.

– Вроде, идти не далеко. Надо их вытаскивать. Ты поможешь мне? – спросил Ян, взглянув на Романа, стараясь не показать своей надежды на помощь.

– Твоя наивность, инспектор, меня веселит, – Роман громко расхохотался. – Зачем это мне?

– Я не прошу многого. Просто помоги им добраться сюда.

Повисла долгая пауза. Роман, играя на чувствах капитана, специально затягивал с ответом, наблюдая, как глаза Яна все больше округляются в тщетной мольбе и бесплотной надежде.

– Это бессмысленно, – наконец ответил Роман. – Они окружены смартами, мимо которых незамеченными нам не пробраться.

– А если отвлечь роботов?

– Как? Кинуть им кость?

– Ты взломаешь их персональную сеть. Смартами ведь  как-то управляют. Остается только найти компьютер, с которого это делают.

Роман ничего не ответил. Он погрузился в сердитую задумчивость, что-то серьезно обдумывая. Его бесчувственное лицо исказилось сосредоточенным напряжением и своей мрачностью напомнило Яну грозовой горизонт на Марсе, когда собирается песчаная буря.

В следующее мгновение лицо Романа просияло, словно он придумал нечто невероятное. Мужчина задал поиск на своём ультрофоне, и система быстро определила местонахождения главного сервера всех действующих смартов.

– Соображаешь, инспектор! – Роман хлопнул Яна по плечу.

Они покинули свое убежище и отправились в путь. Роман провел их по безмолвным перегонам станции, которые показались Яну очень знакомыми. Очередная дверь, подмигивая голубыми огоньками, распахнулась и впустила в просторную пусковую комнату. Яну в глаза бросилось огромное смотровое окно. За его толстым стеклом виднелись бессчетные ряды стеллажей с металлическими коробками. Это был тот самый склад, куда траволатор выгрузил Яна и его попутчиков. Весь этот склад был заполнен спящими роботами-убийцами.

По спине Яна пробежала неприятная дрожь. Он отошел от окна и сел рядом с Романом.

Де Сант Эдаль расположился за большим столом, представлявшим из себя пульт управления бездушными машинами-убийцами. Он поднёс ультрофон к сенсорной панели блокировки, гаджет настроился на волну и взломал блок. Над столом вспыхнула яркая голограмма с логотипом компании «ТрансГэлэксиАрм». Роман коснулся голографической клавиатуры, провел рукой по возникшим виртуальным кнопкам, покрутил в руках схему станции, после чего отшвырнул ненужное изображение в сторону. Мужчина терпеливо подбирал коды, обходил защиту и искал доступ к управлению роботами.

Ян наблюдал за оперативной работой с некоторым восхищением, которое ему было совершенно противно. Он не хотел, чтобы многоликий Роман де Сант Эдаль нравился ему. Прежде всего, этот человек – преступник! Он подставил его уже однажды. И даже несмотря на то, что сейчас де Сант Эдаль работает против Гришина, с которым некогда имел тесное сотрудничество, то в дальнейшем, когда их с Яном пути разойдутся, Роман, снова может подставить его, что скорее всего так и будет. Это человек без принципов, лицемерный эгоист, достигающий своих целей. Он никогда не измениться. Притворство – его натура.

Однако очень подкупает искренность Романа. Даже его серые глаза наполнились невообразимым теплом, когда он рассказывал об открывшихся ему тайнах. Ян готов был безоговорочно поверить во все, что Роман скажет, потому что эта искренность слишком реалистичная.

Но как узнать, это искусное притворство профессионального лжеца и преступника, или настоящее желание понравится? А может, де Сант Эдаль открылся Яну, потому что ему требуется помощь?

Все же надо отдать ему должное. Если бы не Роман, Ян сейчас… Действительно, а что бы сейчас делал Ян? Совершал очередной обход на станции Нарвек? Или разбирался с шабутными пассажирами? Или скорее просто сидел в своем кабинете, разглядывая далёкие звезды сквозь толстое стекло иллюминатора, сожалея о своей никчемной жизни.

Ян не жаждал благодарить преступника за его высокомерную помощь, но, вероятно, только с его помощью, капитан получит второй шанс на поимку Гришина. Роман проделал огромную работу, и стоит отдать ему должное.

– Для чего Гришину понадобилось красть яйцо? – спросил Ян.

Роман обернулся и с удивлением взглянул на капитана. Он будто забыл, что кроме него в комнате находится ещё кто-то.

– Предположительно, – обернувшись назад к монитору, произнес мужчина, –окаменелости, найденные на поверхности Ониса, могли быть когда-то яйцами, отложенными неизвестными человеку рептилиями. На вид это обычный булыжник. Возможно, эволюционировавший, а может, просто облученный радиацией местной звезды. Я ни за что не поверю, что на Онисе, или где бы то ни было ещё, летали драконы. – Роман рассмеялся.

– Это не предмет веры. Просто предположение. Так зачем вы с Гришиным их украли у института?

– Лаборатории «Мун Ривер» смогли получить формулу газа, что источают окаменелости.

– Серпенсий-8, ты уже упоминал о нём.

– Верно. Пока в малых количествах, но ученые искусственно воспроизводят этот газ. Он горючий, но самое главное, цикличный. Выхлопы при сгорании проходят через нитритный фильтр, происходит реакция, и продукт сгорания снова превращается в газ. Серпенсий дает до 8 чистых циклов. После этого он уже не восстанавливается. Предполагается, что корабль, даже такой как Дюна, сможет совершать масштабные перелеты без дозаправки.

– Это здорово! – воскликнул Ян, но вдруг призадумался. – Это будет невыгодно. Пусть топливо хорошее, но оно не будет стоить дешево.

– Верно. Однако каждый будет готов заплатить высокую цену ради сохранения своей жизни. А остаться лидером на рынке топлива Гришин сможет…

– Благодаря компьютерам-суицидникам.

– Да, – согласно кивнул Роман. – Пусть дорого, но это оправдано. Рекламный слоган точно будет пропагандировать безопасность. Ну а конкуренты в скором времени начнут разоряться.

– Это манипуляция. Искусственное завышение стоимости и ценности производимого товара. В конце концов, это монополия. Никто не допустит этого! Так нельзя!

Роман усмехнулся и продолжил.

– Прекратиться добыча природных источников энергии. Недра планет будут спасены от безжалостных рук человечества. Тут «зеленые» начнут носить Гришина на руках. Всеобщая любовь ему гарантирована. А значит, никто не сможет осудить его решения и действия.

– Зачем ему это нужно?

– Как зачем? Это бизнес. И, в конце концов, Гришин гений. А его талант – зарабатывать деньги и получать желаемое. Правда, при этом он абсолютный психопат, зацикленный на единовластии. Я так и не смог его понять до конца.

– Это прозвучало излишне самокритично, – подметил Ян, оценив желание Романа понравиться. – Значит, если никто не помешает Гришину, наше общество вернется к тому, от чего мы избавились всего пару столетий назад?

– Ты имеешь в виду, принижение мнения большинства, запугивание, труднодоступность средств к существованию, насаждение новых идеалов, религиозных заблуждений и фантазий о лучшей, загробной жизни? Да, думаю, если никто не остановит эту лавину, то так всё и будет. Человечество окажется в 16 веке, не заметив это. Они будут молиться стихиям и восхвалять своего царя. Возможно, исчезнет связь между планетами. Начнется полный регресс.

– А царем, значит, станет Вол Гришин?! – уточнил Ян, недоверчиво глядя на собеседника. – Это слишком идеальная сказка, чтобы быть правдой.

Было странно думать, что история, оставленная давно позади, может повториться. Однажды человечество сделало самое трудное – преодолело себя: свои страхи, опасения, сомнения и предрассудки. Человек ворвался в бездну, породившую его когда-то, с чистым и обновленным разумом. Люди за каких-то четыре столетия расселились по Вселенной, как крохотные парашютики отцветшего одуванчика, подхваченные ветром.

Это был упорный труд сотен миллионов людей; подвиг, совершенный самыми смелыми и отчаянными из них. Зачем кому-то желать уничтожить все, что было создано?

– Замысл Гришина мне понятен, – продолжил Ян. – В общих чертах. Но ведь это все медленные процессы. Гришин, даже при условиях современной медицины и разницы во времени между планетами, не доживет до триумфа своей идеи. Ради чего ему все это?

– Я только говорю о том, что мне удалось выяснить. Я не знаю как, может он собирается жить вечно. Есть же люди, которые себя оцифровывают и продолжают жить в компьютере. Правда ещё никто из них не продержался и целого года. Цифровые депрессия и самоубийство все ещё актуальные проблемы в среде цифрового бессмертия.

– Вот здорово! – с иронией в голосе воскликнул Ян. – Потемневшей от слепого следования ничем необоснованным канонам и общей необразованности цивилизацией будет править супер-компьютер с амбициями Гришина.

– Не обязательно. Он лишь расшатает лодку. Всегда найдутся люди, которые сохранят начатые преобразования и приумножат их.

Работа была завершена. Ультрофон, полностью подключившись к системе главного смарт-компютера, отобразил на своем экране всех роботов и подсветил красным пульсаром тех, что были активны.

– Теперь их коллективным сознанием можно управлять с карманного гаджета! – гордо произнес Роман. – Можно их просто отключить, и тогда твои друзья смогут спастись.

– Нельзя выключать всех. Мы так дискредитируем себя. Отключи только тех, что окружили Ингу и Новака и тех, что будут у них на пути. И отправь им карту, чтоб они знали, куда идти.

Роман кивнул и принялся исполнять.

Глава 13

Извилистый путь привёл Ингу и Новака в хранилище квантовых компьютеров. Роман и Ян, покинув пусковую, вернулись в хранилище следом. Не успел де Сант Эдаль войти, как Инга бросилась к нему в объятия. Роман не растерялся. Он сам был как будто рад встрече. Со словами "Альфа, ты в порядке?" мужчина крепко прижал девушку к себе, и они застыли в долгом приветственном поцелуе, означающем нечто большее, чем просто радость встречи.

Ян с недоумением глядел на страстные объятия воссоединившейся пары. Откуда эти двое знают друг друга? И что это за имя – Альфа?

Новак подошёл к Яну и, посмеиваясь, шлепнул того по плечу.

– Тебе, кэп, она не так рада, да?!

Ян оттолкнул доктора и ушел в глубину помещения, где принялся с важным видом разглядывать квантовые компьютеры.

На самом деле капитан боролся с нахлынувшими ревностью, разочарованием и чувством, что его предали. Он никак не мог взять в толк, что могло означать такое пылкое приветствие двух, казалось бы, незнакомых людей? Может, Инга устала и в сумраке просто не разглядела, что обнимаем совсем не того?

Но тогда девушку должно было остановить хотя бы то, что её назвали чужим именем.

Сердце Яна вздрогнуло, и по груди разлилась тупая боль. Какой же он болван! Ну конечно! Эта девчонка просто использовала его! Ей было нужно попасть к Роману. Значит, они знакомы! Решение полететь с Яном у Инги возникло в ту же минуту, как она увидела мертвое тело. Девчонка испугалась не покойника. Её ошарашило то, что покойником был её знакомый. Возможно, она ждала его на Нарвеке. Встреча не состоялась. И ультрофон!

Ян вспомнил, как Инга глядела на ультрофон, который лежал на столе в его кабинете. Её взгляд не излучал наивного любопытства. Он был полон решимости заполучить назад вещь, принадлежавшую их маленькому тайному сообществу.

О, как коварно женское сердце!

«Глупец! – говорил себе Ян, неслышно шевеля губами. – Ян Карел, не быть тебе инспектором! Глупец! Наивный никчемный глупец! Повелся на пустой девичий флирт и красивые глаза! Тебя обвели вокруг пальца! Девчонка!»

Сердце Яна колотилось в груди, обливаясь горечью осознания собственных ошибок. Правильно совет лишил его звания инспектора! Ян не заслуживает носить его.

О, как он сейчас зол! Ян просто в бешенстве! Хочется всё разрушить. Да! Разрушить! Но сначала выяснить, какого черта они задумали?

Ян услышал грохот передвигаемых ящиков и обернулся. За его спиной Роман распаковывал компьютеры и синхронизировал со своим ультрофоном.

– Что ты задумал? – спросил его Ян.

– То, зачем я сюда прилетел.

– А зачем ты сюда прилетел?

– Уничтожить станцию. Сначала я не был уверен, что у меня всё получится. Но благодаря тебе, инспектор, мне в голову пришло идеальное решение.

– Ты хочешь здесь всё взорвать?

– Я это и сказал. Взрыв разнесёт планету и возможно нанесет какой-то ущерб системе Альгораба, но зато остановит Гришина.

– А если смарты включаться? У них наверняка есть экстренная команда активации для подобных случаев.

– Может и есть, но именно они и нанесут особый урон планете. Вирус уже внутри них.

– Вирус? – Ян озадаченно глядел на Романа. – Ты это сделал, пока мы отключали смартов?

– И только благодаря тебе, инспектор. Без тебя я не додумался бы использовать смартов против них самих. Проникнуть в их файерволл было самым лучшим, что ты говорил сегодня!

– Не благодари. А зачем тебе столько компьютеров?

– Чтобы удержать рамку. Компьютеры как самостоятельные единицы выполняют ограниченный набор функций. Пилотирование и внедрение в систему безопасности. Но вместе они превращаются в орудие управления. Я их подключу друг к другу и введу специальный код, блокирующий вход в систему без нового пароля. А пароль знаю только я! – Роман широко улыбнулся. Он явно испытывал гордость.

– Эта рамка, – продолжал разъяснения де Сант Эдаль, – защитит смартов от стороннего вмешательства, а так же, в нужный момент, получит сигнал от моего ультрофона и запустит детонацию. Так что мы сможем удрать отсюда прежде, чем планета распадется на атомы. Всё это я придумал, когда мы отправились спасать Альфу и этого твоего доктора. Кстати, зачем он вообще тебе нужен? То есть, зачем ты потащил с собой Альфу я понимаю. Но этот… Зачем?

– Он просто увязался за мной. Хотел сбежать с Нарвека. Почему ты называешь её Альфой?

– Так её зовут. Она моя жена.

– Жена? – Ян сделал шаг назад, представляя, как Роман расправится с ним, узнав, что Ян делал с его женой.

– Она застряла на твоей станции, ожидая приезда двойника. Мы ещё не знали, что он мертв.

– На Нарвеке, – вмешалась в разговор Инга-Альфа, – Рем должен был передать мне свой сегмент устройства. После этого его роль в игре завершалась, а я прилетала на Росси.

– Но, как ты знаешь, инспектор, двойник умер, а ультрофон оказался у тебя.

– Хочу заметить, что если бы не я, ультрофон взорвался бы вместе с Дюной, и ваша затея осталась не выполненной.

– Это правда! – сказала Альфа и подошла ближе к Яну. – Когда я увидела Рема, его тело, я ужасно перепугалась. Что мне было делать? Где искать ультрофон? Никаких подсказок. Но потом я увидела, его у тебя. Это означало только одно.

Девушка заглянула Яну в глаза. Разноцветные радужки обдали капитана прежним ласкающим теплом.

– Да, неловко вышло, кэп, – заметил Новак, стоя в стороне. – Тебя использовали.

– А ты? – Ян в одну секунду пересек помещение и подошел к доктору вплотную. – Ты чей шпион? – процедил он сквозь зубы, испепеляя Новака яростным взором.

– Нет, я сам по себе, – хирург отшагнул назад, но уперся спиной в стену.

– Может, он работает на Гришина? – Спросил Роман со своей обычной усмешкой в голосе, подзуживая Яна. – Вол мог отправить его следить за тобой. И вот он здесь. Возможно, он уже доложил Гришину о том, что мы затеяли, а главное, что я жив. А значит, все пропало. И наша попытка не увенчается успехом.

Ян рассвирепел и набросился на доктора. Новак брыкался и пытался высвободиться, кричал что-то о безумии и о том, что Ян не имеет права так поступать.

Капитан обыскал Новака, но не обнаружил никаких передатчиков, маячков или иных гаджетов слежения. Даже юнифон у доктора был самой старой модели.

– Оставь его, – вмешался Роман, оттащив капитана от хирурга. – Всё готово. Можно уходить.

– У тебя есть корабль? – спросила Альфа у мужа.

– Лучше! Это новенький крейсер «Галаксия».

Вчетвером они прошли по станции незамеченными и поднялись на палубу крейсера. Роман по-хозяйски пригласил своих попутчиков размещаться в пассажирских креслах, а сам сел за пульт.

«Галаксия» уже была готова отправиться в путь, но включилась громкая сирена. На Росси подняли тревогу. Магниты, удерживающие судно на стоянке, заклинило. Отправление стало невозможным.

– Они активировали протокол безопасности, – пояснила Альфа.

– Что это? – Спросил перепуганный доктор.

– Планета запечатана. Нам не улететь, – ответил де Сант Эдаль. – Уже заметили, что роботы не выполняют команды.

– Иными словами, – резюмировал Ян, – все знают, что на станции посторонние.

– И что теперь делать? – спросил хирург.

– У нас ещё есть возможность. Нужно вызвать пирата, – предложил доктор.

– Не думаю, что он ждал нас. Возможно, что он уже за пределами системы, – ответила Альфа.

Ян подошёл к пульту и на закрытой радиоволне отправил пирату позывной.

– Мы просто будем сидеть и ждать? – спросил Роман.

– Пират где-то рядом, он скоро нас заберет! – уверенно ответил Ян, продолжая отправлять сигнал SOS в бездну космоса.

– По протоколу безопасности система запускает проверку всех ключей, проверяет каждую живую форму, находящуюся на планете и каждое судно, припарковавшееся здесь за последние сутки. Наш крейсер скоро найдут. Придёт подмога с орбитальных станций,  и наше существование аннулируют мгновенно.

– И что ты предлагаешь?

– У меня есть полимерная взрывчатка. Нужно разместить её на магнитных захватах и подорвать установку. Так мы освободимся.

– А если взрыв нарушит обшивку? – спросил Ян, отчаявшись получить ответ от Эоса. – Или повредит герметичность? Мы же умрем.

– Мы умрем, если не начнём действовать.

– Смотрите! – Альфа стояла у иллюминатора и испуганным взглядом всматривалась в черную пустоту.

Ян подошел к девушке. Он ужаснулся той картине, что раскинулась за толстым слоем плексигласа.

На фоне роскошного и величественного Альгораба маячил рой крошечных поблескивающих точек. Умные параллелепипеды, почти не заметные на таком расстоянии, парили в невесомости, подмигивая лампочками и отражая свет звезды.

Дети войны – они были прекрасны! Бесстрашные, всегда готовые, их ни чем не напугать и не сломать.

– Это подмога со станций, – тихо сказал Роман, за спиной Яна. – Надо идти.

Ян обернулся. Ледяные серые глаза смотрели на него открытым и честным взглядом. Ни подвоха, ни лжи. Ян ещё питал недоверие к Роману, но похоже, что сейчас они правда на одной стороне. Общий враг, конечно, объединяет, но вовсе не обязательно, чтобы у каждого и мотивы были одни.

Ян и Роман надели вак-сюиты и, прихватив с собой взрывчатку, отправились в открытый космос.

Невесомость подхватила их тела, и они поплыли к магнитным установкам.

– Надо все сделать быстро, инспектор. Эти чертовы роботы совсем близко, – прошелестел голос Романа в динамике.

– Ребята, у вас около пяти минут, – сказала Альфа. – Включилась система оповещения. Через пять минут они начнут атаку.

Цепляясь руками за выступы на обшивке крейсера и, поминутно подтягивая страховочный канат, Ян подплыл к одному из двух магнитов. Он отыскал слабый элемент подвижного механизма и попытался обложить его полимером. Плавкое вещество отказывалось крепиться, и все время норовило уплыть в пустоту. Кроме того в безвоздушной среде и из-за низкой температуры полимер начал сворачиваться.

–У меня все готово, – отозвался голос Романа в динамиках шлема.

– У меня нет, – буркнул в ответ капитан.

– Ребята, прошу вас, быстрее! – озвучила Альфы.

Ян запаниковал. Он заталкивал рассыпающуюся взрывчатку в швы механизма, но это не давало никакого результата.

Он остановился и огляделся по сторонам. Казалось, что уже ничего не сделать и нужно возвращаться на борт. Но Ян постарался взять себя в руки. Всегда есть выход. Нужно только его хорошенько поискать.

Капитан постарался вспомнить из курса по химии о свойствах полимера.

"Его успешно применяют в открытом космосе уже более ста лет". Это радует!

"Полимер относиться к классу легко воспламеняемых веществ и при контакте с кислородом взрывается".

Это не поможет сейчас.

"Утраченную пластичность можно вернуть".

Без сомненья, отличная новость!

"Тепло человеческих рук".

Очаровательно! Учебник писал закоренелый романтик. Жаль, это не поможет.

"Трение вызывает нагрев…"

А вот это пойдёт!

Ян собрал леденеющий полимер и стал  разминать его  в руках.

– Что ты там возишься? – спросил раздражённый голос Романа.

– Я решаю проблему, – ответил Ян.

Полимер начал поддаваться, его эластичность вернулась.  Капитан облепил подвижный механизм магнита, установил детонатор и поспешил к люку. Роман ждал его там.

– Мы зашли, – отрапортовал де Сант Эдаль в рубку, когда дверь люфтовой камеры закрылась за ними.

Девушка завела двигатели. Крейсер вздрогнул и приготовился к старту. Роман сосчитал до трёх и нажал на кнопку. Вакуум поглотил звук взрыва, но в шлюзе, где находились Ян и Роман, ощутилась вибрация от взрывной волны. Крейсер оторвался от стыковочного дока и резко набрал скорость. Перегрузка вдавила Яна в пол и мешала нормально дышать, несмотря на то, что он все ещё был в костюме.

– Не самое приятное, да? – спросил его Роман.

Ян не ответил, лишь едва заметно кивнул головой.

– Тебе будет легче, если ты увеличишь подачу  кислорода в вак-сюит. Он заполнит пустоты и окажет сопротивление перегрузке.

Ян послушал совета и увеличил приток кислорода. Дышать стало легче.

– Действительно, так лучше.

Крейсер вылетел на орбиту планеты. Преодолев притяжение, судно вышло в нейтральную среду и давление перегрузки исчезло. Ян вздохнул со сладостным облегчением.

– Я соскучился по невесомости.

– Безмятежность космоса умиротворяет, – протянул Роман.

Он поднялся и поглядел в крошечное смотровое окошко.

– Кажется, мы в безопасности.

Тишина космоса разверзлась огненным взрывом. Крейсер вздрогнул, и включилось аварийное оповещение.

– Это волна от взрыва? Нас задело? – спросил Ян, бросившись к иллюминатору.

Росси по-прежнему выглядела равнодушным камнем.

– Какой ещё взрыв? Смарты не активированы, – Роман сбросил перчатки и судорожно искал ответы в своём ультрофоне.

– Чертовы роботы! Они преследуют нас! – кричала Альфа в микрофон. – Кажется, повреждена обшивка правого борта. Навигация в порядке, но я не могу набрать скорость.

Роман и Ян со всех ног бросились в рубку, где Альфа и док, держась за штурвал, пытались вылавировать между смартами, зависшими вокруг крейсера.

– Они будто удерживают нас! – крикнул Новак.

– Силовое поле, да. Они это могут, – утвердительно кивнул Роман.

Он снял шлем и, с неописуемым наслаждением вдыхая разбавленный кислород,  углубился в свой ультрофон. Бледно-голубое сияние экрана освещало его суровое сосредоточенное лицо с бесчувственными чертами. Мужчина был напряжен, но холоден, напуган, но решителен. Пожалуй, эта внешность де Сант Эдаля лучшая из всех, что Ян успел увидеть в операционной Нарвека. Альфу не за что судить. Будь капитан женщиной, он бы точно потерял голову от этих острых скул и проникновенных глаз.

Ян удивился своим неуместным мыслям и встряхнул головой, отгоняя их.

– От пирата не было ответа? – спросил он у Новака.

Хирург помотал головой.

Ян решил не сдаваться и снова воспользовался зашифрованной волной для передачи сообщений пирату. Ведь он не мог их кинуть!

То есть, нет, разумеется, мог. Но не посмел бы! Если ему, конечно, не всё равно. Но он пират, и для него имеет значение только личная выгода. Всё, что мог, пират получил с этой авантюры. И какой тогда ему резон оставаться у всех на виду и рисковать собственной безопасностью?

Конечно, пират улетел! Но что было ещё делать? Когда есть даже самая слабая надежда, человек обязательно ухватится за нее. Потому, хотя Ян и чувствовал себя беспомощным, он продолжал отправлять сообщения пирату.

Крейсер затрясло ещё сильнее. Мелкие снаряды умных роботов пробивали обшивку судна, влетая в прочный металл, как нож в масло.

– Ничего, это только наружный слой. Им не пробить внутреннюю броню, – сказал Роман, чем всех успокоил. – Этот крейсер – продукт «ТрансГэлэксиАрм». Возрадуйтесь, друзья, Гришин всё делает по высшему разряду!

– Я обязательно поклонюсь ему в ноги, как только мы до него доберёмся, – громко прокричала разгневанная Альфа.

Она изо всех сил потянула за рычаг ускорителя, и неожиданно крейсер её послушался. Судно, покачнувшись, прибавило скорость, оставив позади извергавшие пламя смарты.

– Получилось! Получилось! – ликовала девушка. – Мы оторвались!

– Не за что, – лаконично ответил Роман с самодовольной ухмылкой на лице. – Я просто отключил их силовое поле.

– А на этом корыте есть какой-нибудь арсенал? – спросил Новак. – Мы могли бы обороняться…

– Ты сидишь за пультом второго пилота! – Роман, опешив, смотрел на доктора большими удивленными глазами. – И если б ты был сообразительней, то присмотрелся бы к окружающим тебя приборами?

Роман спрятал ультрофон в карман вак-сюита и решительным шагом подошёл к доктору, спихнув того с кресла.

– Пристегнитесь ребята! – скомандовал де Сант Эдаль.

Его глаза сверкнули чистой яростью и бескрайним самодовольством. Роман развернул судно и включил обратную тягу, так что крейсер стал пятиться задом.

Альфа взвизгнула от экстатического удовольствия, наблюдая, а скорее даже любуясь тем, как её супруг управляется с панелями и рычагами. Ян увидел её сиявшее лицо, и сердце его стянуло завистью и ревностью. Он отвернулся, уставившись в монитор, транслировавший видеообзор с наружных камер наблюдения.

Раскрылись пушечные порты, обнажив стволы орудий, и из-под брюха крейсера стали вылетать очереди снарядов. Ракеты, сверкнув алыми хвостами, понеслись прочь, обогнули смартов и исчезли во мгле космоса.

– Ты вообще целишься? – язвительно спросил Ян.

Роман лишь сверкнул глазами, но ничего не ответил. На разговоры и препирания нет времени.

– Может, пора запустить взрыв? – спросил Ян. – Мы уже достаточно отлетели.

– Ещё рано, – буркнул Роман и сосредоточился на цели поражения.

Залп самонаводящихся торпед, выскользнувших из чрева крейсера яркими пятнами, устремился в атаку. Несколько смартов попали под удар, но остальные вновь отклонили траекторию полета снарядов.

Лицо Романа перекосило от ярости. Он сжал зубы с такой силой, что на скулах заиграли желваки.

– Не плохо. Но в следующий раз попробуй целиться по ним, – снова не удержавшись, съязвил Ян.

Роман стойко проигнорировал слова капитана и продолжил пристреливаться одиночными выстрелами по блестящим мишеням. Он думал о том, что было бы удобно, сумей он чудесным образом раздвоиться, чтобы отстреливать смартов и в то же время проникнуть в систему управления роботами, чтобы отключить их. Центр управления этими машинами наверняка расположен неподалеку, на одной из орбитальных станций. Если получиться, можно будет направить силовое поле роботов в обратную сторону. Тогда они взорвутся от собственных выстрелов.

«Чёрт! – пронеслось в его мыслях. – Как же трудно все делать самому!»

Количество роботов не убывало. Яну даже показалось, что эти адские машины, словно существа из древней легенды, где вместо одной отрубленной головы вырастало новых две и так до бесконечности. Роман методично отстреливал роботов, но те продолжали прибывать с дальних станций.

– Разворачивайся! – настойчиво произнесла Альфа. – Нам не отбиться.

– Надо убегать! – впервые согласившись с девушкой, сказал доктор.

Ян подошёл к Роману и настойчиво и громко произнес тому прямо в ухо:

– Надо выйти за границу действия этих смартов. Так мы окажемся на безопасном расстоянии, и ты сможешь активировать свою смарт-бомбу. Отстреливать их поодиночке нет смысла.

Де Сант Эдаль не стал спорить, лишь обреченно кивнул головой.

– Наденьте костюмы и пристегнитесь, – скомандовал он.

Бравый и отчаянный экипаж послушно выполнил приказ. Когда все заняли кресла, Роман крутанул штурвал и крейсер снова развернулся. Двигатели взревели на полную мощность.

– Нам надо оторваться от них. Я откачаю кислород и выключу гравитацию. Это добавит нам мощности.

Команда послушно надела шлемы, подключившись к автономной подаче кислорода. Система оповещения зажглась желтым предупредительным светом. Раздался острый для слуха сигнал, и подача кислорода выключилась. Желтый свет погас, и его заменил синий. Небольшие таблички  по всему судну пульсировали  надписью, услужливо напоминающей не снимать шлемы.

Роман потянул за рычаги управления, крейсер послушно прибавил скорости. Отсутствие свободного кислорода на борту добавило ему маневренности. Судно успешно лавировало среди смертельных снарядов, выпущенных группой смартов, упорно преследовавших угнанный крейсер.

– Кажется, у нас неплохо получается! – заметил Новак.

– Они отступают, – заметила Альфа, глядя на экран монитор.

– Мы почти преодолели зону их действия, – подтвердил Роман.

Экипаж вздохнул с облегчением. Роман уже собирался привести в действие нагнетатели воздуха, как вдруг оглушительный взрыв раздался где-то совсем близко. Крейсер подбросило, тряхнуло, и он закружился в свободном падении.

Глава 14

Лампочки на пульте мигали и, если бы у них была возможность говорить, они бы орали.

Оглушенный взрывом, Ян ощущал подкатывающую тошноту и невыносимую тяжесть. Он пытался пошевелиться, но перегрузка от набиравшей силу центробежной силы, придавила его к креслу. Сквозь общий шум в динамиках слышался испуганный голосок Альфы. Слов было не разобрать, и Ян крикнул наугад:

– Держись! Я сейчас!

– … Поврежден… я теряю… осталось на пару минут… – шептала Альфа.

Ян отстегнул ремни и хотел включить магниты на ботинках, но не успел, и его отбросило к противоположной стене, с силой придавив к ней. Яну почудилось, что он услышал треск собственных ребер. Дышать было больно. Голова начинала кружиться. Ян вспомнил совет де Сант Эдаля и попытался дотянуться до управления подачи кислорода на нагрудной панели вак-сюита, но не смог пошевелить даже рукой.

Это вращение, запущенное взрывом, может тянуться вечно. В невесомости космоса почти нет сил, которые могли бы замедлить или вовсе прекратить свободное вращение тел.

Они могут упасть на планету. Или столкнуться с другим кораблем. В обоих случаях все будет кончено. Но эта безумная перегрузка убьет экипаж раньше, чем произойдет что-либо более катастрофичное.

На каждое действие можно найти противодействие. Можно, даже, замедлить это безудержное и тошнотворное вращение… Ян вдохнул по больше воздуха и закричал в микрофон со всей силы:

– Роман! Запусти ракеты! Роман!

Мужчина неподвижно лежал в своем кресле. Видимо, Роман потерял сознание в момент удара. Ян ему немного даже позавидовал. В бессознательном состоянии легче переноситься перегрузка. А может, он уже мертв?

– Роман! – продолжал кричать Ян.

Голова начала кружиться. Толи из-за бесконечного вращения подбитого крейсера, толи тут не обошлось без сотрясения. Вдобавок, желудок свело острым приступом тошноты. Ян вздрогнул от ужаса, представив, как содержимое желудка растекается внутри шлема. Впрочем, Яну совершенно нечем блевать. Своё последний ужин он съел на крейсере пирата, и по внутренним ощущениям, это было тысячу лет назад.

Снова послышался голос Альфы, но слов по-прежнему было не разобрать. Ян даже не видел её. И не мог повернуть голову, чтобы взглянуть. Вдруг она ранена? И ей нужна помощь?

Капитан ощутил себя бесполезной массой, не способной противостоять законам физики. Миллионы лет эволюции впустую…

В конечном итоге, человек и есть биомасса, удачное скопление атомов, средоточие миллионов живых клеток, вместе делающих общую работу. Организм человека существует по законам физики, он им подчиняется. И если физика решит раздавить свое уникальное создание, она это сделает без зазрения совести.

«Неужели всё так и кончится?» – пробежала обжигающая мысль.

К горлу подкатил очередной приступ тошноты.

«Ах, нет! Не всё так просто!» – Ян ответил сам себе.

Сначала фонтан переваренной консервы вперемешку с желудочным соком зальет ветровое стекло шлема. Потом Яна стошнит ещё раз от запаха собственной блевотины. И ему повезет, если в один из приступов он сумеет захлебнуться рвотой. И вот тогда всё и закончиться.

«А можно открыть шлем?!» – подумал Ян и насторожился.

Несколько вдохов, и сердце остановиться. Правда, говорят, это очень больно. Это агония – оказаться в вакууме без защиты.

Краем глаза Ян заметил какое-то движение. Это был Новак. Он отстегнулся от кресла, и ему удалось удержаться. Ян пристально следил за хирургом, тихонечко подбадривая его. Новак, хватаясь за все подряд, чтоб его не размазало по стене, дотянулся до пульта, нажал какие-то кнопки, потянул за рычаг, и «Галаксия» выпустила все оставшиеся ракеты. Обратная сила залпа частично стабилизировала судно. Частота оборотов постепенно замедлялась. Перестала ощущаться перегрузка. Ласковая невесомость проникла на борт крейсера, обняла Яна и отлепила от стены. Капитан включил магниты на ботинках и с удовольствие сделал несколько шагов. Тело приятно ныло, ощущая привычную легкость. Ничто не может сравниться с этим сладостным чувством свободы!

– Черт! Черт! – закричал Ян, обернувшись назад.

Он стоял лицом к хвосту крейсера, вглядываясь в мрачную пустоту, пронизанную точками холодного света далеких звёзд.

– Что, черт возьми, это значит? – спросил в динамиках голос Новака. – Нам типа повезло? Черт! Нас же.... о черт… нас сейчас просто могло....

Новак громко захрипел в микрофон и упал на колени. Доктор бился в панике, задыхаясь, бледнея и, будто, собираясь умереть.

Ян подбежал к нему и, что было силы, дёрнул за плечо.

– Немедленно прекрати! – закричал Ян.

– Инспектор прав, – услышал Ян в динамиках.

Он обернулся на Романа. Мужчина встал из-за пульта, разминая руки и ноги.

– Чего разводить сопли? – спросил де Сант Эдаль. – Мы выжили! Сейчас надо думать о том, как нам не умереть.

Ян усадил доктора в кресло за пультом и пристегнул его.

– Не забывай дышать, – сказал он.

– Только экономь кислород. Его недостаток фатален для человека, а нам тут ещё крутиться и крутиться! – произнёс Роман с нескрываемой иронией в голосе.

– Это не смешно! – обиженно прошипел Новак.

Ян оставил их двоих и подошёл к Альфе. Девушка тяжело дышала и держалась рукой за правый бок.

– Кажется, я ранена, – извиняясь, прошептала она.

Альфа посмотрела на Яна и тут же стыдливо отвела глаза. Капитан поспешил осмотреть её костюм.

– Я уже заклеила его. Утечки кислорода нет. Правда, его не так много осталось.

– Что произошло? – спросил Ян. Он опустился перед Альфой на колени и держал её за руку.

– Я даже не поняла. Все случилось так быстро. Сначала я заметила прокол на костюме. Было страшно и тяжело, но я дотянулась до кармана и установила заплатку. Я почувствовала это позже.

– Что?

– Она такая горячая… – Альфа загадочно улыбнулась. Она посмотрела на Яна улыбчивыми разноцветными глазами. – Они делают очень хорошие костюмы. Смотри, ни единого следа!

Ян в недоумении молчал несколько секунд, разглядывая вак-сюит Альфы, пока не понял, о чем она говорила.

– Надо остановить кровь! – сказал он и прижал рукой место в экипировке, где Альфа наложила заплатку.

– Сейчас это не главное, – смиренно прошептала девушка. – Я должна извиниться перед тобой.

– Не стоит! – Ян жестом попытался прекратить ненужный диалог.

– Должна! – воскликнула Альфа и закашлялась. – Я увидела у тебя ультрофон и поняла, что с твоей помощью доберусь до своей цели. Если бы я сразу тебе все рассказала, ты бы не взял меня с собой. Может, ты даже арестовал бы меня.

– Это сейчас не имеет никакого значения. Позволь помочь тебе. Док! – позвал Ян Новака. – Я всё придумал! Наденем ей индивидуальную маску, и вскроем костюм. Рана заледенеет, и, хотя будет очень больно, кровотечение будет остановлено. Потом мы заштопаем костюм, и все будет в порядке. Надо действовать очень быстро! Верно, я говорю, док?

Новак и Роман замерли за спиной Альфы, озадаченно и напугано глядя на девушку, будто что-то видя, чего не видел Ян, зная то, что ему было недоступно.

– Что вы стоите? – взбесившись, закричал Ян. – Ты же доктор! – Ян подскочил к Новаку и, схватив за плечи, затряс, что было сил.  – Сделай что-нибудь!

На пульте зажглась лампочка, вибрируя неуверенным светом. Включилось радио, разнося неясное шуршание по кабине крейсера.

Экипаж озадачено вглядывался в дрожащее свечение. В пустоте и тишине космоса, уже привычного, но все так же опасного, самовольное шипение радиоприемника ощущалось чём-то потусторонним и пугающим.

– Это снова эти роботы? – прошептал доктор.

Ян поглядел на Романа, а тот в свою очередь вопросительно вглядывался в глаза Яну.

Само по себе радио работать не стало бы.  Старинное и примитивное устройство, которым оснащают почти все корабли, предназначено для связи с ближайшими объектами, в случае если электроника отказала и иные способы связи не возможны.

Радио. Родом из 20 века. Шуршит и будто ругается на троих замерших в ужасе космонавтов.

Ян решительно подошёл к пульту и повернул ручку радиоприемника. Шипение усилилось, появился какой-то гул. Ян продолжал поворачивать ручку, пока все вдруг не стихло.

– Ты пропустил волну, – зарычал Роман. – Давай в обратную сторону.

– Ничего я не пропустил! – закричал в ответ Ян. – Там ничего нет!

– Оно приняло сигнал, инспектор. Кто-то послал его. Дай сюда, я всё сделаю!

Роман отпихнул Яна и принялся вращать ручку радио по своему усмотрению.

– … Есть? – вдруг рявкнуло радио и снова зашипело.

Мужчины вздрогнули.

– Черт! – взвизгнул Новак.

Мужчины окружили приёмник, вплотную став плечом к плечу. Роман медленно поворачивал ручку настройки.

– Живой кто есть? – рявкнуло радио.

– Это наш пират, – прошептала Альфа. – Он вернулся!

Ян включил передатчик и отрапортовал. Ответа ждали очень долго, затаив дыхание и, не моргая, глядя на лампочку приемника. Наконец она вспыхнула, и из динамика послышался шуршащий голос пирата.

– Удивлён, если честно… Да ещё и после такого взрыва. Вас относит в открытый космос. Я преследую вас, но мне никак не подобраться поближе.

– Что нам делать? – спросил Ян.

Радио снова замолчало. Тишина казалась слишком гнетущей, довлеющей. Яну показалось, что заложило уши, и он несколько раз с усилием зевнул.

– Тебе что, скучно тут с нами? – толкнул его Роман.

Ян отмахнулся и зевнул ещё раз, уже по-настоящему.

Радио всё еще молчало. Доктор Новак не выдержал напряжения, отпихнул Романа от микрофона и громко с расстановкой отчеканил слова:

– Инга ранена! Дело-дрянь, надо штопать. Нужно срочно попасть к тебе!

– Спрыгивайте, – пришел скорый ответ. – Отключайте магнитное поле и спрыгивайте. Я подберусь к вам поближе и открою люк. Иначе никак.

Мужчины переглянулись. Делать было нечего.

Глава 15

– Что это было? – спросил Ян де Сант Эдаля.

Они сидели в скудной каюте, заменявшей пирату кухню. За стеклом иллюминатора молчаливые звёзды умирали и рождались в своих галактиках. В  каюте за стеной доктор почти голыми руками пытался провести хирургическую операцию, чтобы спасти Альфу.

Ян очень переживал за девушку, и эти волнения вздрагивали в его груди болезненными волнами. Он вглядывался в ледяные равнодушные глаза Романа, ища в них те же чувства. Яну хотелось видеть, что Инга, точнее Альфа, не напрасно вышла замуж за этого… этого....

– Тебе что, все равно? – не выдержал Ян.

Роман вопросительно поглядел на капитана.

– Она борется за жизнь там, а ты сидишь будто.... будто бездушный камень!!! Между прочим, её ранило из-за тебя!

Роман с силой ударил кулаком по столу.

– Чего ты добиваешься, инспектор? – звенящим шёпотом спросил Роман.

Ян промолчал.

– Ты позволил ей лететь с тобой, хотя ты даже понятия не имел куда направляешься и что тебя ждёт. Ты бросил её на Росси среди смартов. И если б не я, она уже давно была мертва. И кстати, инспектор, я вынужден напомнить тебе, что ты, – Роман сделал паузу, после чего произнёс каждое слово, отделяя его, продолжительным молчанием. – Спал. С моей. Женой.

Ян стушевался, и вся его агрессия как-то вмиг улетучилась. Откуда де Сант Эдаль догадался?

«Ах! Наверное Инга… то есть Альфа, всё ему рассказала, – подумал Ян. –Конечно! У супругов нет секретов друг от друга. А девчонка, конечно, хороша! Она знала о своем замужестве и смолчала! Позволила воспользоваться своей доверчивостью, наивностью, красотой… Чтобы затем воспользоваться мной!»

Ян сжал кулаки. Чертовски обидно это осознавать. Из-за своей мании величия, из-за тщеславия, Ян оказался втянут в чужие распри. Что, разве его касаются отношения Гришина и де Сант Эдаля?

Нет!

Разве его должно волновать, кто убил несчастного Рема и зачем?

Нет!

Ян разве просил девушку втянуть его в треклятый любовный треугольник, чтобы потом сидеть лицом к лицу с ревнивым (или нет?) мужем и гадать, собирается ли последний его предать забвению?

Нет, нет! Конечно же, нет!

Ян несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, пытаясь снизить частоту сердцебиения. Это немного помогло, и он сумел успокоиться.

Разумеется, Ян поступил некрасиво. Спать с девушкой, с которой только что познакомился. Как это не предусмотрительно! Он даже не расспросил её не о чем. Откуда она, чем занимается, почему приехала на Нарвек? Спроси у неё Ян о чем угодно, вероятно, Альфа соврала бы. Она же соврала об имени. Но он даже не попытался…

С другой стороны, Ян мог быть сообразительнее и хотя бы попытаться отказать ей, не брать с собой. Красивым девушкам не место в подобных местах. Они могут пораниться…

И именно это и произошло!

Ян ощутил как чистый, праведный гнев охватывает его сердце. Верно! Он и только он один виновен в том, что произошло с Ингой… то есть с Альфой! С ними со всеми!

– Какой глупец?!! – воскликнул в сердцах Ян и ударил кулаком в стену.

Девушка при смерти, эскулап пытается зашить её раны дедовским способом, и в этот повинен только Ян.

– У смартов есть один хитрый режим, – тихим голосом сказал Роман.

– Что?

– Ты спрашивал, что это было? У смартов есть один хитрый режим. Если цель по какой-то причине не достижима, робот включает свой резервный ядерный двигатель. По сути, он превращается в один цельный снаряд.

– Это и произошло? Чертова ядерная боеголовка разорвала крейсер пополам!

– Да. Это основная задача Смарта. Преследовать цель и уничтожить её любой ценой.

Ян внимательно следил взглядом за Романом. Серые глаза преступника на мгновение задрожали, будто поддавшись эмоциям, внутренней панике.

– Это что, стыд? – спросил Ян. – В твоих глазах. Тебе сейчас стыдно?

– Иногда, инспектор, твоя дедукция заводит тебя впросак, – Роман отмахнулся от Яна, его глаза снова заледенели.

– Если это стыд, то это очень хорошо. Нормальному человеку должно быть стыдно за содеянное. Ты нормальный человек? – спросил Ян, заглядывая в серые глаза и ища там отголоски совести. – Я не думаю, что ошибся. Ты так хорошо знаком с программированием. Ты хитер, умён. Возможно, ты отличный инженер. Настолько отличный, что во времена правления "Росами", дочкой "Мун Ривер", ты лично проектировал этих проклятых смартов. Черт тебя дери, да ты, наверное, всю станцию на Росси построил!

Роман поднялся и попытался покинуть каюту. Тогда Ян вынул из-за пояса пистолет и направил на преступника. Тот обернулся и взглянул в темные глаза капитана, переполненного решимостью добиться правды, даже ценой собственной жизни и жизней окружающих.

Де Сант Даль глубоко вздохнул.

– «Росы» были проданы. Точнее сказать, компания была разобрана на части. Всё, что представляло интерес, досталось этим шизофреникам в «ТрансГэлэксиАрм». Они теперь и занимаются разработкой и усовершенствованием смартов.

– Почему Гришин так поступил с тобой?

– Я был больше ему не нужен. Он получил то, чего хотел.

– Ты сделал для него смартов. Но почему именно ты? Что, больше нет чокнутых изобретателей?

Роман неоднозначно качнул головой и отвернулся к иллюминатору.

– Я догадывался, что рано или поздно он меня спишет в итоге. Но не хотел в это верить. Ведь я был нужен! Почти впервые в жизни, – Роман на одну секунду допустил горькую ухмылку, но быстро вернул себе прежнюю бесчувственность.

– Что ты делал на Росси?

– Ты знаешь.

– Нет. Лишь то, что ты мне рассказал. А это может быть ложью. Зачем тебе взрывать планету?

– Чтобы остановить Гришина.

– Ты мстишь ему. Это ясно. Ты рассказал мне ужасную историю о планах этого мерзавца. Я даже почти поверил тебе. Но, думаю, ты врал. Как и всегда.

– Гришин создал смартов, чтобы подчинить себе все планеты. Создал топливо, которое поработит цивилизацию. Какие тебе ещё нужны доказательства? Он убил меня, потому что я пытался его остановить.

– Технически это был двойник.

– Да, но теперь Гришин думает, что я мертв, и это даёт мне фору.

– Вот именно! Ты можешь сбежать на край Вселенной, и никто тебя не найдёт.  К чему эта борьба?

Роман не отвечал.

– Значит, опять соврал, – вздохнул Ян. – Гришин определённо что-то готовит. Но снять парламент он не сможет. Распустить чиновников с Гипериона – слишком это… неправдоподобно! Слишком убедительная ложь!

– Я тебе открыл все карты, а ты отказываешься.

– Вероятно, ты и сам знаешь немного. Ты только говоришь, что знаешь всё о планах Гришина. Какие-то секретные доказательства в этом твоем ультрофоне…

– Ты сомневаешься, инспектор?

– Я рассуждаю, не мешай! На том складе ты не ожидал увидеть меня…

– Помниться, это было взаимно.

– …Но ты хотел меня заинтересовать. Сбить с толку. Перетянуть на свою сторону. Ты боялся, что я арестую тебя.

– Когда мы виделись в последний раз, ты именно это и делал.

– Но я больше не инспектор. Технически, я уже даже не капитан своей станции. Возможно, меня уже объявили в розыск. Я украл немного денег, чтобы заплатить за полет до Росси…

– Сорви-голова!

– Ты наплел мне истории, которые просто не могут быть правдой. Я поверил тебе. Понятия не имею, почему… – продолжал Ян свои размышления. – Ты, наверное, тоже не ожидал, что я поведусь. Теперь ты считаешь меня болваном.

– Это твои слова, – отмахнулся Роман. – Мы очень мило беседуем, возможно, впервые так душевно. Может, ты перестанешь целиться в меня?

– Я бы мог тебя арестовать и доставить в ближайший комиссариат. Званием мне, скорее всего, не вернут. Но твоя поимка положительно скажется на моем резюме.

– Имей в виду, инспектор, без меня к Гришину ты не подберешься.

– Тут, пожалуй, ты не врешь.

Ян испытующим прищуром заглянул Роману в его бесчувственное лицо. и вдруг прыснул от смеха.

– Культ христианских паломников! – воскликнул капитан, утирая слезы.

– Что тут смешного? – спросил Роман, тоже посмеиваясь, при этом с опаской поглядывая на пистолет в дрожащих руках Яна.

Ян отсмеялся и убрал пистолет за пояс. Как только он мог поверить во все эти россказни? Вероятно, сказался элемент неожиданности. Капитан вернулся за стол и потерянным взором посмотрел в иллюминатор. Столько сказано слов! И ни одной правды так и не прозвучало. К чему всё это тогда? Вечное искание справедливости??

Роман разлил подогретый кофе по кружкам и поставил на стол перед Яном.

– Что будет после того, как ты взорвешь Росси? – спросил Ян.

– Смарты есть только в этой системе. Наверняка у Гришина сохранились чертежи, но уничтожение всех действующих моделей остановит его планы. По крайней мере, я это задумал. Сначала взорвется планета. Взрывная волна разрушит ближайшие орбитальные станции. Все смарты в системе должны начать взрываться по цепной реакции. Лаборатория «Мун Ривер» тоже попадет под удар. Опять же, я надеюсь на это. Я уничтожу все, что Гришин здесь построил.

– А что будет дальше?

– Дальше? – Роман удивленно посмотрел на капитана. – Я даже как-то не думал. Возможно, у тебя, инспектор, появиться шанс посадить Гришина. Но этим уж ты сам займешься.

– Конечно, сразу после того, как посажу тебя за незаконный взрыв целой планеты и уничтожение планетарной системы! – рассмеялся Ян. – Интересно, есть такая статья в кодексе?

Роман недоверчиво поглядел на капитана.

– То, что мы здесь сделаем, остановит твоего врага, инспектор. И это как раз то, чего ты хочешь. То, зачем ты полетел на Росси.

– Ошибаешься. Когда я летел на Росси, я понятие не имел, что здесь будет.

– Ты – ищейка. И помчался сюда интуитивно, предчувствуя выгоду.

Ян промолчал, обдумывая слова Романа.

Так ли это было? Разве он руководствовался интуицией, когда сбегал с Нарвека? И что это вообще такое, интуиция?

Определённо, Ян испытывал некое жгучее ощущение где-то в животе, когда невольно задумывался о том, что путь, на который он ступил начав следствие от безымянного трупа, вернёт ему звание инспектора. Затем эта жажда восстановления в должности сменилась сладостным предчувствие того, что вероятно именно ему, бывшему инспектору Яну Карелу, удастся упрятать неуловимого преступника за решётку.

А что же сейчас?

– Я полетел сюда, – ответил Ян, – чтобы не быть на станции. Я обманывался, решив, что смогу  раскрыть   преступления Гришина.

– Ты все ещё можешь.

– Нет. Если ты взорвешь Росси, у нас не будет доказательств.

– Тебе важнее все сделать по закону?

– Только так можно выиграть дело в суде.

– О да! Справедливый суд. Этот же суд разжаловал тебя в звании и отправил отбывать повинность на пересадочной станции.

– Это не так. Я сам выбрал станцию. Чтобы не быть на Марсе.

– Твой справедливый суд дал тебе иллюзию выбора. Это так гуманно!

– А что делаешь ты? Просто мстишь?

Роман промолчал, поджав тонкие губы.

Это мгновение, доля секунды, которая породила у Яна необузданное волнение. Это было предчувствие. Интуиция. Инстинкт.

– Ты хочешь убрать следы своей работы, – тихо и уверенно произнёс Ян.

Роман улыбнулся, но ничего не ответил, кинув на капитана загадочный взгляд.

– Я думаю, все это ложь. Всё, что ты наговорил. У Гришина нет планов, захватить всю Вселенную. Тебе нужно было отвлечь меня, чтоб я не мешался и не задавал лишних вопросов. Ты сделал своё и дело и даже помог мне сбежать с Росси. Но ты все равно знаешь правду. Для чего же Гришин на самом деле строил роботов?

Роман заглянул Яну в глаза. Он ощутил восхищение и ненависть к бывшему инспектору. Ищейка он и есть. Будь Ян хоть простым регулировщиком или даже сборщиком урожаев кукурузы в каком-нибудь захолустном городке на Земле, он всегда раскусит замыслы Романа.

– Инспектор… – вздохнул де Сант Эдаль. – Ты всегда будешь ловить меня.

– Ты убил своего двойника? – твердо спросил Ян.

– Но как?… – опешил Роман, но потом махнул рукой. – А какая разница. Да, я. Это было нужно, чтобы Гришин на время перестал искать меня.

– Он объявил тебя в розыск? Хотел сдать властям? Хотел убить? Ты сбежал, а Гришин, не теряя ни минуты, присвоил твою идею себе и даже наладил производство.

Де Сант Эдаль усмехнулся натянутой улыбкой. Он оперся локтями на стол, перегнувшись через него, и приблизился лицом к лицу Яна.

– Тебе уж точно известно это чувство, когда ты совершенно беспомощный   оказываешься под колёсами поезда под названием Вол Гришин.

– Да, знакомо, – согласился Ян, откинувшись на спинку кресла.

– Я полгода планировал проникнуть на Росси. Альфа помогала мне.

– И двойник тоже. Пока не понял, что ты собираешься его прикончить. Он спрятал ультрофон от тебя и Альфы, успев отомстить вам обоим  перед смертью.

– Черт! Они зря тебя выкинули со службы. Ты чертов гений! – искренне восхитился Роман. – Ты полетел сюда, потому что мертвец подсказал тебе направление. Кто бы мог догадаться совместить световую татуировку и ультрофон? Ты даже сумел мертвеца связать с Гришиным и помчался по картам в надежде схватить своего преступника. Ещё и пирата какого-то выискал! Я честно говорю тебе, ты молодец!

– Да… – задумчиво протянул Ян. – А теперь представь мое разочарование, когда я обнаружил здесь тебя.

– Ты как будто не рад?!

– Просто скажи мне правду.

– Зачем? Чтобы сэкономить тебе время? Рано или поздно, инспектор, ты все поймёшь. Не хочу лишать тебя этого удовольствия! – Роман ехидно улыбнулся и посмотрел на Яна сверху вниз с некоторым злорадством.

Распахнулись двери, и в каюту зашел Новак. Доктор вытирал лицо рукавом, испачканным в крови.

– Зайдите к ней, – мрачно произнес он. – Она хочет попрощаться.

Альфа лежала на столе, полуприкрыв глаза. Бледное лицо покрылось испариной. Роман и Ян встали по обе стороны от девушки. Де Сант Эдаль с жадностью схватил обе ладони девушки, сжав их своими сильными изящными руках. Альфа открыла свои прекрасные глаза, все ещё хранящие в себе загадку, искорку, неутомимую жажду жизни. На осунувшемся, уставшем и побледневшем лице глаза казались еще больше прежнего, и сияли ярче обычного.

Ян с силой подавил всколыхнувшееся в груди волнение. Как же она прекрасна!

– Я тебя подвела… – прошептала девушка.

– Глупости. Ты со всем справилась, – решительно ответил Роман.

– Я говорила ему, – Альфа чуть повернула голову и взглянула на Яна. – Ты верил мне, просто так. А я обманула.

– Это ничего, – ответил Ян. – Я на тебя совсем не сержусь.

– Да, теперь уж ничего не исправить, – Альфа закрыла глаза и долго молчала.

– Она потеряла много крови, – виновато прошептал доктор Новак, стоя в дверях. – Мне удалось зашить артерию. Но у нас нет ничего, чтобы сделать переливание. Она слабнет.

Девушка зашевелилась. Она высвободила ладонь и медленными движениями потянулась к нагрудному карману. Вынула из него ультрофон и протянула мужу.

– Тебе это ещё пригодиться. Вам нужно…

Альфа поморщилась. На мгновение щеки её порозовели, но румянец быстро прошел.

– Очень больно…

– Тебе нужно отдохнуть, – шептал Роман, склонившись к её уху. – Просто отдохнуть и всё будет в порядке.

В его звенящем шепоте слышались слезы. Ледяное лицо свело неуёмной сердечной болью.

Ян отошел от них, оставив наедине.

Почему-то было нестерпимо больно осознавать, что эта девушка умирает. Больно видеть прощание с мужем. Больно ощущать свою бесполезность, свою вину.

Кто она была? И откуда появилась на Нарвеке? Она ждала там мужа? Или хотела от него сбежать? Нет, конечно, нет…

У Яна было столько времени, чтобы узнать девушку ближе. Но он ничего не видел за своим эго. Поймать преступника! Это всё, о чем он думал. А Инга, или Альфа… Она была просто попутчиком. Они просто проводили вместе время. Просто…

Супруги шептались о чем-то. От этого тоже было больно, и Ян отвернулся от них. В одно мгновение, прелестная и очаровательная девушка, верной глупышкой следовавшая за Яном, оказалась женой врага. Или Роман уже не враг?..

Всё так запуталось…

А ведь было мгновение, когда Ян с тоской вспоминал давно ушедшие в прошлое часы проведенные вместе с Майкой Аттикой. Он держал Альфу за руку, – пусть и думал, что её зовут Инга, – и мечтал увидеться с той, что затмила его сердце и разум однажды. Но вот сейчас Альфа умирает в объятиях избранного мужа, и всё чего хочется Яну, это забрать девушку с собой, улететь куда подальше и провести оставшееся время наедине. Будто она, и только она, всегда была той единственной…

Человеку никогда не хватает того, что он имеет. И обязательно нужно вернуть то, что уже утрачено…

«Миллионы лет эволюции в пустую» – подумалось Яну.

Он обернулся на девушку. Альфа смотрела на него. Эти большие, чудесные, разноцветные глаза ласкали его лицо. Они полыхали жизнью… Или это был отблеск от ламп? Что-то было странное теперь в этом блеске.

Прошло несколько секунд, пока Ян понял, что девушка умерла. Она не смотрела на него. В этом теле и в этих красивых глазах больше не было ни Инги, ни Альфы. Ничего. Просто тело. Сгусток материи. Осколки большого взрыва, на одно мгновение слившиеся в живую биомассу.

Роман накрыл тело девушки покрывалом и ещё долго стоял подле него.

Тягучее безмолвие нарушил пират.

– Мы на месте, – объявил он.

Глава 16

Роман вдумчиво разглядывал сквозь иллюминатор далекую точку, условно принятую называть, Росси. Строго говоря, на таком расстоянии эта точка была мыслимой. Даже величественный Альгораб сейчас был размером не больше ногтя.

Ян подошел и встал за его спиной.

– Не делай этого, – произнёс он. – Мы знаем об этом месте и можем отправить сюда инспекцию. Власти узнают о незаконной деятельности Гришина.

– Возможно, – неспешно произнёс Роман, – в эту самую минуту Гришину докладывают о проникновении на Росси. Ему потребуется время, чтобы узнать, кто вторгся в его владения. Но я точно знаю, какой он отдаст приказ.

– Сменить дислокацию.

– Соображаешь, – уголки рта вздрогнули, пытаясь улыбнуться, но голос Роман остался холодным, опустошённым. – А потому, самым верным решением будет завершить начатое.

– Но там же люди?!

– Сопутствующий урон. И к тому же, они работают на Гришина. Они виноваты не меньше его.

Ян не нашёл что возразить. Учёные и инженеры работали над созданием смертоносных роботов, и никто из них не посчитал нужным сообщить о противозаконном деянии. Может, и правда, они заслужили?

– Неужели ты не сделал никаких снимков производства? – Спросил Ян.

– Штука в том, что я не нашёл конвейера. Только склады, хранилища и боевые роботы. Это все что я обнаружил на Росси.

– А соседние планеты? Предатор и Гефест?

– У Предатора много орбитальных станций. Но там производство лайнеров и грузовых танкеров. На самой планете производство невозможно. Это планета с большой массой и высокой гравитацией. Ни человек, ни машины, построенные человеком, не могут находить на поверхности этого камня. У Гефеста нестабильная земная кора, очень тонкая. Вулканические извержения происходят как минимум раз в сутки. С орбиты можно увидеть эти невероятные фонтаны лавы. Очень красиво! На станциях вокруг Гефеста строятся крейсеры вроде «Галаксии». Их особенность в том, что двигатели работает уже на Серпенсии-8.

– Да, они мощные, я заметил это. Но в системе четыре планеты.

– Четвёртая всегда на противоположной стороне от прочих. Она пуста, не имеет гравитации и находиться слишком близко к звезде. Практически над её поверхностью. Планета зависла на одном расстоянии от Альгораба и вращается вокруг него за счёт противодействующих сил. А подлететь к Инфас невозможно из-за сильного излучения Альгораба. Ничто живое не может жить в его лучах.

– Как это у Инфанс нет собственного притяжения?

– Ты не понимаешь феномен Инфанс?

Ян мотнул головой.

– Это писали везде лет десять назад!

Ян пожал плечами. Десять лет назад он был солдатом, проходившим обучение на станции Деймоса. Внешний мир не существовал для него. Только служба.

– Инспектор, ты меня удивляешь,– Роман вскинул брови, глядя на отражение Яна в иллюминаторе. – Аномалия Инфанс в том, что у неё отсутствует центробежная сила и магнитное поле. Это кусок камня, зависший в невесомости без единого движения. Планета не падает на звезду, и не сталкивается с другими. Когда Росси и другие планеты, совершая оборот, оказывают на Инфанс своё притяжение, она как бы пытается плыть к ним. Но притяжение Альгораба сильнее. Оно тянет планету обратно. Противодействие гравитационных волн лишает  Инфанс собственной гравитации. Всякий раз, как Росси и её спутницы заворачивают за Альгораб, Инфанс проворачивается, оказываясь на противоположной стороне. Звезда будто прячет её от хищника и его приспешников.

– Это какая-то легенда?

– Очень красивая легенда северных народов Титана. В одном королевстве жил был король. Тиран, каких ещё не видывала Вселенная. У него родилось три сына. Росси, был очень умный и способный. Он был старшим. Среднего сына прозвали Гефест, за его умение овладевать огнём. Когда мальчики  уже совсем выросли, королева родила последнего сына. Невинное дитя, Инфанс. Взгляд очей его был так чист и ясен, что ему пророчили свершить переворот в королевстве. Появление Инфанса на свет дало жителям надежду на то, что тирания бессердечного короля будет свергнута. Королю не понравилось это. Как все тираны и диктаторы, он испугался. И приказал убить сына. Тогда Королева, как любая мать,  ревностно защищающая своё потомство,  нашла самого верного рыцаря, имя которого унесла с собой в могилу, и приказала ему увести сына прочь и охранять его ценой собственной жизни. Король разозлился неповиновением супруги. Он приказал казнить Королеву, а сыновьям наказал отыскать Инфанса, пообещав свой трон тому, кто первым справится с делом. Сыновья отправились на поиски младшего брата, пропитанные ненавистью и эгоистичной жаждой всевластия, которые были заботливо воспитанны в них отцом. Но король был хитер, и кроме того, солгал сыновьям. Он не собирался делиться властью. На службе у короля числился великий по тем временам полководец. Его называли Предатор. Ещё ни один враг, встретившийся Предатору на пути, не оставался в живых. Король пообещал полководцу награду, если тот первым найдёт Инфанса. Так и началась эта бесконечная погоня.

– Альгораб, значит, и есть безымянный рыцарь?

– В версии легенды, применимой к этой планетарной системе.

– А что было в оригинале?

– Северные народы умеют удивлять! – восхитился Роман. – Прошло много лет, прежде чем Предатор и сыновья Короля добрались до Инфанс. Ребёнок вырос. И охотников ждало разочарование, но вместе с тем и приятное открытие. Оказалось, что третий ребёнок короля, Инфанс – это прекрасная принцесса, с красотой которой не сравниться ни одна галактика, ни одна звезда. Предатор, Росси и Гефест полюбили Инфанс так крепко, что из их сердец навсегда ушли вся ненависть, алчность и властолюбие. И последней жестокостью, которую они совершили, стало свержение короля и заточение его в темнице за всё зло, что он совершил.

Роман с загадочной улыбкой глядел на точку Альгораба, вокруг которого в бесконечные догонялки играли бессмертные планеты, по существу не имеющие ничего общего с легендой. Но это было красиво! Прекрасная звезда, сохраняющая от гибели мертвую планету, как что-то очень ценное, дорогое, любимое.

Возможно, это последний миг жизни целой системы. А может, уничтожение одной планеты не окажет никакого влияния на жизнь других планет?!

Роман вздохнул и нажал на сенсорную кнопку пуска на своём ультрофоне.

– Образ прекрасной Инфанс до сих пор прослеживается у народов Титана, –продолжил мужчина. – Это их богиня Мира. Богиня всего светлого, на что способно сердце человека, к чему должен стремится каждый.

– Инфанс.... – задумчиво протянул Ян, вглядываясь в темноту. – Когда я был маленький, на Марс прилетали экспедиции. И одна из них имела на логотипе это имя.

– Это волонтеры. Благодетели имени Инфанс. В её честь жители Титаны готовы пойти на многие жертвы. Пожалуй, это единственная обожествленная легенда, которая на самом деле приносит только пользу.

В бесконечном мраке космоса, в безвоздушной пустоте, молчаливый хоровод планет был растревожен громогласным обжигающим взрывом. Из недр Росси поднялась волна пламени, снося все на своём пути. Каждый смертоносный робот, что находился на планете, разрывался на куски, создавая волну невиданной мощи. Синхронизировавшись в последний раз, смарты разнесли планету в клочья.

Ян всматривался в бесцветную пустоту космоса, как вдруг алая вспышка разрезала вечную ночь. Это произошло. Он своими глазами увидел смерть планеты. А может, и целой системы… Капитан тяжело вздохнул и оставил Романа в одиночестве наслаждаться творением рук своих.

Волна от взрыва достигла крейсера спустя несколько минут. Замерший в невесомости Эос несколько раз покачнулся и замер в тишине и пустоте.

Продолжение следует…

Автор иллюстрации Аделия Розенблюм

В создании иллюстрации для обложки было использовано изображение художника Дмитрия Боголюбова, любезно предоставленное автором (https://vk.com/hodiau)