Александр Ротермель
Не годен. Как получить военник не нарушая закон

Предисловие

Вот у вас в руках эта, казалось бы, простая на вид книга. Почему вы ее держите? Скорее всего, ответ на этот вопрос вам и без лишних предисловий известен.

Осмелюсь предположить, что в ваших жилах не течет воинственная кровь древнего племени, вы не мастер восточных боевых искусств, не можете подтянуться на турнике больше пяти раз и, даже если бы могли, наверняка предпочли бы этому занятию любое другое. Наверняка вы еще и болеете с самого детства, а ваша матушка собирает тонны врачебной макулатуры и падает в легкий обморок при словах «Армия России». Ну а возможно, вы просто пацифист, талантливый скрипач, программист, писатель или же художник. И скорее всего, вам есть чем заняться, на гражданке.

Причин может быть уйма, но все они теряют свою значимость. Ведь, какие бы разные мы ни были, всех нас объединяет один и тот же вопрос: «Почему я должен служить?» Или еще абсурдней: «А почему я должен хотеть служить?» И поверьте мне на слово, если адресовать этот вопрос людям, что так яростно гонят молодых россиян на плацдарм, ответить вразумительно или хотя бы логично они навряд ли сумеют. Так что не мучай себя, мой дорогой призывник, этими риторическими измышлениями, не трать время попусту и лучше послушай мою историю. Возможно (я надеюсь), эта книга поможет тебе хотя бы чуть-чуть. А если не поможет или, ты и вовсе отслужил, то повеселит, ибо мои скитания по бюрократическому аду, довольно точно и реалистично отображают Россию образца 2019 года.

Александр Ротермель, не годен

Об авторе

В первую очередь, мой дорогой друг, наверняка у тебя возник вполне логичный вопрос: «А сам-то ты, автор этой книжонки, военник имеешь?» Имею, вот он, родимый, лежит под кружкой горячего чая на моем столе. В нем вся ключевая информация. Рядовой, не служил, рост, вес, размер несуществующей военной формы и, разумеется, самое главное – годы призыва: шесть с лишним лет. Да, ты не ослышался, мой дорогой читатель, мои мытарства длились довольно долго.

И надо сказать, с переменным успехом. Битва за битвой я отвоевывал свое право на категорию В (в них мы с тобой будем разбираться чуть позднее), на которую имею полное право по состоянию здоровья. Что мне все-таки и удалось доказать. Тем не менее от моего военкомата я натерпелся… Четыре раза только ездил на сборный пункт, на окружную комиссию (КМО). Жил в больницах, сдавал психологические тесты и даже отлежал пять раз в психушке. Но в итоге я оказался упорнее. И поверь, тебе тоже военный билет полагается, просто придется проявить стойкость и немалую выдержку. Так что всё по порядку.

На берегу

Давай-ка определимся сразу. Эта книга не волшебный манускрипт, который избавит тебя от службы в армии. Эта – лично моя история, своего рода дневник призывника, прочитав который ты, дорогой мой, сможешь сделать определенные выводы и избежать ошибок, совершенных МНОЙ на первых порах. И поверь, их было слишком много. Воспринимай это чтиво как теоретическое пособие, как свой катехизис, но не как подробную инструкцию. Ведь, если честно, все зависит от тебя, твоего ума, упорства и желания.

Скажем так, если ты мастер спорта по боксу, только закончил школу и не знаешь, куда пойти и чем заняться ближайший год, или, например, подумываешь связать свою жизнь с профессией, требующей военного звания, закрой эту книгу, она тебе не пригодится. Сходи в армию, черт с ним, один год не так много (20 лет назад служили два), ведь на «откос» от армии ты потратишь больше ресурсов и времени, ну уж как минимум два годика точно. Если же ты человек больной, то мой тебе совет: иди до конца. Скажем так, армия хоть и модернизируется каждый год и становится лайтовее (но это не точно), она все же не оздоровительный курорт. И оттуда, увы, чаще возвращаются с вновь приобретенными болезнями, нежели вылечивают старые. Ну а если имеешь болячку на гражданке и умолчишь об этом на призывной комиссии, думая: «Ай, и с грыжей в спине прослужу!», то и вовсе может выйти пренеприятная история. Так, один мой знакомый сорвал спину при первом удобном случае. Попал в лазарет и был комиссован домой, но это ему еще повезло. Некоторым парням хронические заболевания могут ой как усложнить жизнь в армии, вплоть до получения инвалидности, так что подводных камней в этом нелегком деле много. Подумай хорошенько и реши, стоит ли оно того. Если да, то добро пожаловать в удивительный мир юридических прав призывников (да, оказывается, они у нас есть)!

Глава 1. С чего начинается драма

Первый день свободы

«Я проснулся раньше обычного. Встал с кровати, оглянулся вокруг. Казалось бы, еще одно суровое утро в сибирском городе. Но что-то в нем было особенное, легкое и нетривиальное, и это „что-то“ я смаковал всем своим нутром, каждой клеточкой, каждой частичкой тела. Это была свобода, впервые за 6 лет я ее почувствовал. Всё, подумал я, теперь ты хозяин своей судьбы».

Сей высокопарный отрывок взят из моего личного дневника, и вы, наверное, поняли, что это был первый день после получения военного билета. Не знаю, какие будут чувства у вас, но у меня они были именно такие.

Ну не каждый же день становишься свободным. Конечно, в контексте нашей действительности громко сказано, но не будем о грустном и столь глобальном.

Армия… С самого раннего детства, когда у мальчика понемногу пробиваются первые усики, слово это все чаще вертится на языке. То на семейных застольях проскочит, то с дрожащих материнских уст где-нибудь случайно слетит, ну а фраза: «Ой, да в армию пойдешь, там тебя научат… есть каши, мыть полы, уважать власть (нужное подчеркнуть)» – и вовсе классика эпистолярного жанра. Да только вот в те юные и легкие годы как-то особо не задумываешься об этом неотвратимом событии, оно кажется чем-то далеким, чем-то и не про меня вовсе, а про сына маминой подруги. Да и по телевизору постоянно военную службу вроде как отменить обещают (к слову, около 10 раз, начиная с 2002 года), так что все образуется. Годы летят, призывник не парится, не собирает документы, не наблюдается у своих врачей по своим же хроническим заболеваниям, а потом раз – и по достижении 18 лет случайно уходит с астмой в армию. Как так вышло? Одному военкому известно.

Готовься к армии смолоду

В моей семье на этот счет иллюзий никто не испытывал. Матушка моя, очень подобострастная женщина, никаким военкомам свою кровинушку отдавать так просто не хотела. Поэтому начала производить метанализ (как могла, конечно) всего армейского, когда мне еще и десяти не было. И из просто больного ипохондрического ребенка я превратился еще и в ребенка, который с 10 лет «косит» от призыва. Об этом, конечно, врачи в открытую не говорили, но все прекрасно понимали. И некоторые, надо отдать им должное, даже давали моей столь впечатлительной матери советы, как лучше поступить, куда лечь и что проверить.

Эх, а ведь и не знала моя бедная старушка тогда, что детскую больничную карточку на призывной комиссии даже никто и открывать всерьез не собирается. А ведь столько лет собирали этот трехсотстраничный талмуд, и всё зря.

Когда я впервые попал на призывную комиссию, внезапно выяснилось, что все вот эти хронические болячки – это, конечно, очень важно, но вот только уже неактуально! Дескать, за восемь лет межпозвоночные грыжи распадутся сами и ВСТАНЕТ ЛАЗАРЬ ДА САМ ПОЙДЕТ!

Совет № 1. Актуальными (в военкомате) врачебными записями являются справки и документы НЕ СТАРШЕ полугода.

Гласный этот закон или нет, я не знаю. Но у меня было так. Принесешь справочку о гастрите, сделанную год назад, – посмотрят как на дурака. Все ваши болячки и обследования должны быть свежими и новыми, как влюбленные на первом свидании, желательно сделанными за три месяца до самого призыва. И плевать, что вы всю жизнь страдали от плоскостопия или у вас нет руки с пяти лет. Россия – страна бумажек. А военкомат – это ее бюрократическое чистилище. Если у вас нет руки, то это только с виду, а ее условное отсутствие нужно будет доказывать каждый призыв. Вдруг отрастет…

Так что на врачей не забиваем, обследуемся каждый год (для здоровья как-никак полезно). Но без особого фанатизма. Не совершайте моих ошибок: военкомату по большому счету плевать на ваше сотрясение, полученное 10 лет назад.

И мы плавно переходим к тому, что взять на первый призыв.

Каждый раз как в первый

Название этого подраздела, к моему великому сожалению, почти полностью описывает всю ситуацию с врачами в военном комиссариате. Они там все как золотые рыбки, у которых памяти хватает всего на один призыв. Так что каждый раз все придется доказывать по новой. Лично у меня все мои комиссии, которые я даже подсчитывать не осмеливаюсь, вызывают лишь чувство дежавю, одно большое чувство дежавю. И тут дело даже не в том, что срок годности у медицинских справок, как мы выяснили ранее, – как у пачки натурального йогурта. Дело в самом отношении к призывникам. Вы почувствуете абьюз с первой и до самой последней секунды. Начиная от секретаря на входе и заканчивая заседанием призывной комиссии. Не хочется так говорить, но молодые люди для сотрудников учреждения – это мешки с картофелем. Где вы либо послушный «нормальный» мешок, либо злостный мешок-уклонист. И неважно, насколько вы реально больны, – если призывник не хочет идти в армию, значит, он априори коварный тунеядец. Умри, но сходи.

Так что, если вам сейчас нет 18 лет и вас всем классом в школе еще не сводили на первую призывную комиссию, не волнуйтесь. Первая или десятая, она будет одинакова. Поверьте, вы это почувствуете…

Многие по ошибке полагают, что самый первый поход в военкомат определяющий. На самом деле это миф. Редко даже очень больному призывнику удается доказать свои реальные болезни хотя бы со второго раза. Прецеденты, конечно, были, и мне о них известно, но их процент настолько жалкий, что его даже рассматривать не имеет смысла. Так вот, если вам только предстоит погрузиться в этот удивительный призывной мир, запомните следующее.

1. Готовимся к призыву заранее. Прикиньте навскидку, какие болячки мучают вас особенно сильно. У каждого человека они есть, нужно лишь их определить. Записываемся к терапевту, жалуемся на свои недуги и берем направления к узким специалистам.

2. Можете, конечно, взять детскую карту, так, на всякий случай. Для успокоения души. Но сильно на нее не надейтесь. Несмотря на толщину, действительно ценных бумаг там не так уж и много. Кстати:

3. Изучаем свои карты заранее и ставим в них закладки. Если бы мне кто-то тогда, шесть лет назад, дал этот замечательный совет, может быть, мое дело не затянулось бы на столь длительный срок. Не ленитесь, серьезно. Это же ваша больничная карта. Научитесь разбирать каракули врачей и поставьте закладки в нужных местах. Поверьте, врачам в военкомате лень перелистывать ваш талмуд, чтобы найти нужную справку. И если уж вам не хочется разбираться в этой бездне простуд и ангин, то уж, поверьте, им и подавно. Врачам намного проще влепить вам: «ЗДОРОВ», чем читать всю вашу жизнь.

4. На призывной комиссии не молчим. Есть болезни – говорим. Есть жалобы – говорим. Не стесняйтесь, заставьте врачей делать свою работу. Просят доказать свою болячку – а вы им за секунду находите нужный раздел, ведь у вас там закладка. Они не привыкли к такому подходу и захотят избавиться от вас как можно скорее.

5. Не быдлим и соблюдаем субординацию, но и в обиду себя не даем. Не бойтесь, они всего лишь такие же гражданские, как и вы.

6. Возьмите тапочки. Ну серьезно. Скорее всего, на призыве вас ждет сотня таких же парней в маленькой грязной комнатушке.

7. Призыв займет у вас больше шести часов, возьмите воды и даже перекус. Угостите кого-нибудь – найдете товарищей по несчастью.

8. Можете немного опоздать. Это лично мой лайфхак. Несмотря на то что военкомат – это военная структура, особой пунктуальностью они вас не порадуют. В вашей повестке будет указано одно время, например 9 утра, но из-за слишком большого количества человек и полнейшего хаоса на саму комиссию вы попадете с опозданием часа на полтора. Плюс в нашем городе у военкомата была странная система распределения: те парни, что приходили первыми, уходили последними, и наоборот. Лично я перестал ради этого вставать с петухами, чтобы просидеть лишних два часа в очереди и пройти последним. К сожалению, осознание пришло не сразу, примерно на третьем-четвертом призыве. Поняв схему, я начал приходить часам к десяти-одиннадцати, мое дело и дела других таких же опоздунов небрежно бросали поверх дел прилежных ребят, которые пришли раньше меня, и мы проходили либо одновременно, либо и вовсе раньше. Законы логики тут не работают.

9. Кстати, личное дело – ваш основной документ. Это папка, в которой хранятся все данные со всех ваших призывов. Все документы, что вы принесете и оставите в военкомате. Например, ваша больничная карта. Попав на комиссию, призывник двигается от врача к врачу строго за своим делом. У нас в городе, да, скорее всего, и у вас тоже, дела из одного кабинета в другой носит специальный человек. Вы должны очень внимательно следить за распределением и движением призывников. Если заметили, что те, кто был с вами у первых врачей, уже прошли, а вы всё сидите, значит, ваше дело завалили бумагами и о вас забыли. Зайдите в последний кабинет и поищите его там.

10. Кстати, в ваше дело лучше добавлять сканы и копии реальных документов, так как в военкомате существует практика, о которой вы наверняка и так слышали: потерять оригинал вашей медкарты или другого важного документа – для сотрудников этой бюрократической машины как пить дать. А потом иди докажи, что у тебя были снимки позвоночника и справка от хирурга. Не будьте наивными. Делаем копии и сканы, оригиналы даем только подержать, ничего не оставляем в военкомате. К слову, еще один важный совет: запросить свое дело можно в любой другой день. Это можете сделать лично вы либо ваше доверенное лицо, например адвокат.

11. После того как пройдете все круги медицинского освидетельствования, отправляйтесь на заседание призывной комиссии. Там вы увидите воочию вашего военкома при свите. Если вы сработали хорошо, получите направления на дополнительное обследование у узких специалистов либо, скорее всего, повестку на отправку, но, если с вами произошло последнее, это еще не значит, что битва проиграна и нужно бежать бриться под ноль. Разумеется, нет: они выиграли лишь битву, но не войну. Смело берите повестку, можете им даже улыбнуться, пожелать хорошего дня и скорой встречи. Автору этой книги давали повестку на отправку больше восьми раз, но, как видите, воз и ныне там.

Далее мы будем подробно и с послевкусием разбирать, что делать в той или иной ситуации, включая последнюю.

Почему мы не хотим служить?

А ведь действительно, когда я только встал на скользкий юридический путь, то не единожды задавал себе этот вопрос. Полагаю, его же задаете себе и вы. Но имеет ли смысл пересказывать в этой книге жестокие видео с ютуба? Все мы их и без того лицезрели, хотя бы раз в жизни. Да и к тому же личных историй друзей и знакомых будет вполне достаточно.

Вот, к примеру, один парень из нашего города уходил молодым и здоровым, а вернулся с грыжей и выбитым коленом. Другой молодой человек по возвращении поведал о чудесных умениях, приобретенных за год службы в армии. По его словам, он научился воровать, в его части это делали почти все, а самого понятия «воровство» и вовсе не было. В армии это называется «прошляпил» (автор книги намеренно заменил термин на более литературный). Как рассказывал юноша, существуют целые интернет-магазины в социальных сетях по перепродаже краденного в армии, своего рода супердешевая барахолка. Ну а если у тебя что-то стянули в части твои более ловкие товарищи, считается, что ты сам виноват и «прошляпил» имущество. Но самое интересное, что, какие бы разные истории вы ни услышали от солдат-срочников, у них у всех есть одна маленькая, но очень важная общая деталь: никто из них военного дела за год службы так и не познал (не считая элитных войск). Парни занимаются выживанием, уборкой, стиркой, ремонтом, чисткой снега – в общем, чем угодно, только не военной подготовкой. Многие признаются, что за целый год держали винтовку один раз и сделали 12 выстрелов. Можно подумать, что с такой подготовкой в случае войны наши вновь мобилизованные срочники будут забрасывать противников стираными носками, а вражеские танки будут ехать вдоль окопов из идеально ровных кантиков[1].

Почему так происходит? Опять же одному военкому известно, но я более чем уверен: похожая притча есть в каждой семье нашей страны. Острые языки давно называют военный призыв в России налогом на бедность, ибо по каким-то неведомым для меня причинам золотые отпрыски чиновников, бизнесменов и прочих в российских войсках замечены не были… Сей факт, к слову, для россиянина далеко не новость. Так что служить Родине у нас в стране идут в основном дети из среднего класса и ниже. Насколько это справедливая система, автор рассуждать воздерживается.

Самое ужасное, что, пока в России юноши от 18 до 27 заняты кантиками и бегством от призыва, в других странах, кроме тоталитарных и некоторых европейских, этот процесс давно оптимизирован. Конечно, я говорю о добровольной и контрактной службе. У нас же отменить воинскую повинность тоже обещают, лет двадцать как… Но раз эта книга существует и лежит на полке, значит, увы и ах, все это так и осталось популизмом. Остается лишь радоваться мелочам – например, тому, что мы не в Северной Корее, где в сухопутных войсках нужно служить 12 лет, а в России-матушке образца 2019 года, где не пойти в армию на законных основаниях все еще можно, но сложно.

«Я могу уйти в любой момент»

Несмотря на то что в законе о воинском призыве существует целый ряд лазеек, зная которые можно, так сказать, «косить» аж до 27 лет, есть некоторые официальные возможности призывников, которыми очень непросто воспользоваться. Речь, разумеется, об альтернативной службе в армии. Многие ребята воспринимают ее как план Б, что вот «если уж совсем прижмет, воспользуюсь этой карточкой из „Монополии“ и уйду на альтернативную». Как и многие юноши, автор этой книги тоже попался на удочку, так как не знал, что есть целый ряд условий и барьеров, мешающих призывнику воспользоваться этой панацеей. Чаще всего парни не знают, что ПОДАТЬ ЗАЯВЛЕНИЕ НА АЛЬТЕРНАТИВНУЮ СЛУЖБУ НУЖНО ЗА ПОЛГОДА (!) ДО НАЧАЛА ПРИЗЫВА.

То есть не когда вы уже прошли призывную комиссию и получили билет на отправку, а заранее. Так и получается: понадеялся мальчик, не знал всех тонкостей и ушел в итоге с горя служить.

Но подать заявление заранее мало. Основная проблема даже не в двойном сроке альтернативной службы и не в низкооплачиваемой работе, которую предоставят призывнику. Рассчитывать на милость могут лишь ребята, доказавшие призывной комиссии – внимание! – «факт того, что вероисповедание призывника запрещает ему иметь дело с военной службой». Выглядит этот так: собираются в кабинете дяди в погонах, приглашенные чиновники и медперсонал поглазеть на шоу, как призывник будет свою веру доказывать. Как он должен это делать? Как в принципе можно физически доказать свою религиозность – закон умалчивает. Прецеденты, конечно, есть, но чаще всего это очень проблематично. Например, один блогер не растерялся и заснял весь процесс такой комиссии. За 20 минут парню даже не дали вставить и слова, не то что зачитать свое заготовленное эссе на тему пацифизма. Так что альтернативная служба в армии – это скорее лотерея, где все зависит от случая и упорства призывника. Впрочем, как и во всем, что связано с призывными процедурами.

Мои права – мои помощники

Подвести итог первой главы я бы хотел с помощью прав призывников. На самом деле их не так уж и много, но тех, что есть, вполне достаточно (на момент 2019 года).

Начну с личного примера. Первые четыре года я смог продержаться на голом энтузиазме. Не зная прав и законов, я наивно полагал, что моих болезней хватит для предоставления нужной категории. Но я ошибался. Хоть я имел и межпозвоночные грыжи, и гипертонию, и гастрит, и другие болячки, в первые годы мне не удалось доказать ровным счетом ничего. Тщетно я метался по врачам, которые видели во мне лишь уклониста. На четвертый год закончилась и моя студенческая отсрочка, так что я получил письмо на отправку и уже думал, что придется уходить на плацдарм больным. Но, благо, судьба послала мне знакомого юриста, который объяснил, что, оказывается, вы не поверите…

Призывник имеет право оспорить решение военкомата через суд. Этот момент очень важен, и я хотел бы его подчеркнуть. Какое бы решение ни приняла призывная комиссия, вы имеете полное право подать в суд на военкомат. С того самого момента, как ваше заявление попадает на стол судебного аппарата, все ПРИЗЫВНЫЕ МЕРЫ В ОТНОШЕНИИ ПРИЗЫВНИКА ПРИОСТАНАВЛИВАЮТСЯ.

Происходит это примерно так.

Восемнадцатилетний Василий Откосилов имеет плоскостопие (вставить степень) и плохое зрение (вставить степень). Получает школьный диплом, но из-за низких баллов на ЕГЭ в местный вуз, к сожалению/счастью, не проходит. Военкомату об этом, разумеется, уже сообщили, он кладет повестку в почтовый ящик (недействительную бумажку), а Вася, не зная, что ПОВЕСТКУ ОБЯЗАНЫ ВРУЧИТЬ ЛИЧНО В РУКИ ПРИЗЫВНИКУ ПОД РОСПИСЬ, отправляется в военкомат. Где ему, разумеется, дают нормальную повестку. Наспех проходит призывную комиссию, оказывается, как обычно, суперздоровым и получает билет на отправку и неделю на сборы.

СОВЕТ. Запомните раз и навсегда: нельзя забрать человека в армию на следующий день после призывной комиссии. Если это происходит, звоните в милицию, это похищение. Призывнику положена минимум неделя, минимум! (Исключение, Руслан Шаведдинов)

Так вот, что же будет с нашим Васей дальше? После того как военкомат выбрал своего срочника и дал ему повестку на отправку, это еще не все барьеры, которые закон предполагает для проверки нашего Васи Откосилова на вшивость. Ему предстоит сдать анализы на ВИЧ, СПИД и, что забавно, прослушать лекцию о защищенном сексе (оказывается, в армии он есть?), а также пройти психологические тесты в самом военкомате. К последнему мы еще вернемся в следующих главах. А пока решим, что же делать Васе. Итак, попав в аналогичную ситуацию в первый раз, я по глупости совершил ряд ошибок, которых тебе, мой дорогой друг, лучше избежать. Во-первых, не думай, что запороть психологический тест – это хорошая идея. У меня это случилось непроизвольно, так как, вопросы в нем лишены всякой нормальной логики. И преследуют абсолютно иные цели… К тому же я поддался страху и слишком сильно поспешил при выборе своего юриста защитника.

Итак, Вася поступил точно так же: свои положенные на сборы 10 дней он потратил на анализы и лекции о защищенном сексе в армии… Затем, за два дня до указанной даты отправки, Вася грамотно составил обращение в суд, ЗАПЛАТИЛ ГОСПОШЛИНУ (рублей 300) и не ушел в армию. В государственном суде против государственной структуры он, конечно, не выиграл, но вот пока длилось рассмотрение дела и слушания, прошло около месяца, весенний призыв кончился, и наш Вася, а также другие юридически подкованные призывники автоматом перешли в следующий призыв. И так до бесконечности…

В нашем городе ходят легенды об одном парне, который делал так до 27 лет. Даже не представляю, насколько он терпеливый и фанатичный, ведь эта бюрократическая волокита два раза в год ужасно выматывает.

При этом вы не освобождаетесь от прохождения комиссии и других процедур, связанных с призывом. Сам же судебный процесс обычно заканчивается примирением сторон и по большому счету вас ни к чему не обязывает. Честно сказать, мне даже кажется, что он существует лишь на бумаге, ибо обычно обе стороны на слушания не являются. Для меня до сих пор загадка, что происходит на таких заседаниях, ибо за два года я там ни разу не был.

Единственная проблема тут в потере времени. Если его у вас в достатке, то почему бы и нет. Но вот, имея постоянную работу, призывники испытывают огромные трудности с регулярными отгулами. Плюс составлять иски и вести юридическую переписку с военкоматом довольно муторно, так что многие просто нанимают опытного юриста. Сейчас для этого существуют целые фирмы, те, что обычно покупают таргетинговую рекламу на сайтах. Я и сам был клиентом такой, рекламировать лишний раз их не буду, просто скажу, что там работают очень матерые профи, специализирующиеся именно на призывном деле. И эти акулы уж точно своего призывника не упустят, да и в военкомате их хорошо знают и побаиваются.

Так что выбор за вами, но, поверьте, когда Военная Машина вдруг обнаружит, что вы уже третий призыв не уходите в армию, она обрушит на вас всю свою мощь, весь админресурс, и лучше бы в этот момент за вами стояла надежная стена из юристов и адвокатов. Впрочем, если вы по образованию и сам юрист, для вас не составит особого труда строчить запросы военкому и тем, кто стоит над ним. Но это уже совсем другая история.

Глава 2. Семь кругов армии

Бежать или не бежать?

Однажды один мой знакомый собрал чемодан, уволился с работы, свернул свое дело, оставил семью, друзей, все вещи, банковскую карту, документы, сменил номер телефона, отрастил бороду с усами, сменил имидж, надел шапку и фальшивые очки (нет, я не знаком с Уолтером Уайтом), вызвал БЛАБЛАКАР, так как не мог купить билет на поезд, и уехал куда глаза глядят. Он неплохо устроился, начал новую жизнь, работает на неофициальной работе, живет фрилансом, не пользуется всем вышеперечисленным и до сих пор носит шапку и усы с фальшивыми очками. Я уважаю его выбор. Единственная проблема в том, что я свой военник уже получил, а вот ему еще предстоит жить в шпионском стиле пару-тройку лет.

Самое забавное, что вся эта история не единична и происходит довольно часто. Начинается она так: один раз Вася Откосилов забывает, что подлежит призыву. Ну вот что поделать, слишком интересная у него жизнь, не до военной службы. Я не осуждаю, конечно, а вот военкомат – да. По истечении призывного срока на Васю составляется протокол об уклонении от военной службы и, вы не поверите, его объявляют в самый настоящий розыск. На прошлую работу Васи приходят полицейские, а попутно заскакивают еще и в универ. Так и продолжается эта бондиана, пока беднягу либо случайно не стопанут в каком-нибудь аэропорту, либо не вытащат прямо из собственной постели по месту прописки.

ЗА УКЛОНЕНИЕ ОТ ВОЕННОЙ СЛУЖБЫ ПРЕДУСМОТРЕНА УГОЛОВНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.

В первый раз вы, скорее всего, отделаетесь небольшим штрафом (менее 10 тысяч рублей), но вот уже во второй можно даже получить что-то и посерьезнее. В этой ситуации у Васи есть три варианта.

Во-первых, осознав, что бежать некуда, прийти в военкомат, покаяться и получить повестку на следующий призыв (этот вариант работает не более трех раз, у военкомата терпение не резиновое). У меня, к слову, так и было: забыл, пришел, а оказывается, уже в розыске как несколько месяцев.

Второй вариант – это жизнь в стиле моего друга. Но тут нужно четко осознавать, что одна ошибка может повлечь целую лавину последствий.

И третий вариант – самый законный. Все дело в том, что обвинить вас в уклонительстве военкомат, конечно, может и, возможно, даже очень хочет, но, чтобы провернуть такое, ему необходимо соблюсти три условия. Во-первых, факт неявки гражданина. Это самое простое: в журнале посещений вас нет, комиссию не проходили.

Второе уже сложнее: они должны доказать умысел и отсутствие весомых причин. А в данном случае оными являются болезни родственников, несчастные случаи и, конечно же, ваши болезни. Ну, скажем, сломали вы ногу, до военкомата не добраться – вот и не пришел. Приносите справку от терапевта как доказательство сломанной ноги и живете себе спокойненько. Ну и мое любимое третье условие: нужно доказать факт вручения призывнику повестки. Что обычно делается исподволь. Эх, на какие хитрости несчастные военкомы только не идут, чтобы отдать этот заветный клочок дешевой бумаги!..

Не бери повестки у незнакомцев

Вот серьезно, как мне только не отдавали повестку. И в почтовый ящик бросали, и в универ звонили, и на работу, и даже на сотовый с личных номеров… Все это прямо-таки классика жанра. И сейчас будет краткий ликбез на тему.

Сначала, давайте решим, зачем, собственно, повестки не брать. Мы же не скрываемся. Так что, если вам не принципиально, можете брать повестку в любом виде. Но!

Бывают случаи, когда повестка не к месту. Ну вот, например, до призыва еще три месяца, а вам уже звонят на сотовый с неизвестного номера и требуют явиться за повесткой. А вы на работе, да и некогда вам ехать в военкомат сейчас. Можете не идти – ЭТО ПОЛНОСТЬЮ ВАШЕ ПРАВО. Ведь вы помните правило:

ПОВЕСТКУ ВРУЧАЮТ ЛИЧНО В РУКИ ПОД ВАШУ РОСПИСЬ.

Одна часть листка идет военкомату, вторая – вам. И нет здесь никаких исключений из правил. Нет никаких повесток вашей маме, сестре, отцу или по почте. Не расписался – значит, не получил. Это правило можете применять всегда. Не вручили вам повестку до призыва? Не ваши проблемы, ваш призыв по большому счету начинается с момента вручения повестки и времени, обозначенного в ней же. Ни раньше, ни позже. Все остальное – нарушение ваших прав.

Однажды про одного моего друга откровенно забыл военкомат. Ну вот случается у них путаница, призывников много, так что одним больше, одним меньше… Не вручили вовремя повестку, как положено, и, видимо, ждали, что призывник сам придет. Кто же прав в такой ситуации? С одной стороны, закон гласит, что, если повестка не получена, ПОДЛЕЖАЩИЙ ПРИЗЫВУ обязан сам явиться на призывной пункт, с другой же – существует вышеописанное противоречие, согласно которому, пока повестка не получена, призывник – не призывник. И тут вступает в силу поговорка про гору и Магомеда. Мой же друг спокойно отгулял почти полтора года, прежде чем решил переехать в другой город, и, дабы проблем не возникло, сам явился зарегистрироваться по новому месту жительства. Жаль, конечно, интересный был эксперимент… А мы ведь уже начали даже делать ставки, вспомнит ли военкомат о нем до 27 лет или нет. Кстати…

Заветные 27

Каждый молодой россиянин хотя бы раз в жизни да задумывался об этих магических заветных числах. Дескать, вот стукнет мне 27, тогда и начнется настоящая свободная жизнь. Но так ли это на самом деле? Давайте разбираться.

Согласно закону, по истечении 27-летнего возраста юноша снимается с воинского учета. Но, как обычно, и тут есть некоторые оговорки. Например, если вы сейчас ушли в лес, уехали в другую страну, спрятались в бункере под землей – одним словом, не стоите в одних трусах на призывной комиссии и думаете, что, как только вам стукнет 27, вы сразу после дня рождения пойдете за военным билетом, тут я буду вынужден развеять ваши влажные фантазии. Вместо заветной красной книжечки вы получите совершенно иной документ, конечно не такой помпезный, как белый билет из дурки, но тоже очень интересный, – билет уклониста от армии.

В военкомате очень любят им пугать, но по большому счету он не так уж и страшен. Согласно федеральному закону 2017 года, люди с такой бумажкой не могут состоять на госслужбе в течение 10 лет, в остальном же так называемая справка уклониста ничем ему, уклонисту, жить не мешает. Он по-прежнему может выезжать за границу, работать, получить водительские права, и, вы не поверите, уклонист даже может стать военным летчиком или моряком, а в случае внезапной мобилизации стать солдатом и получить военный билет опять.

Автор книги, конечно, не призывает вас прятаться в лесу до 27 лет, и даже не потому, что подобные призывы караются законом. Просто лично я не вижу в этом смысла. Потерять столько личного времени на бессмысленное уклонение, живя затворником, во-первых, нерентабельно, а во-вторых, довольно сложно. Военкомат может, конечно, забыть о вас, как это произошло с моим другом, не слать повестки и даже не искать вас с помощью полицейских, но такие случаи, хоть и не редкость, все же являются исключением из правил.

Кстати говоря, ЕСЛИ ВОЕНКОМАТ О ВАС ЗАБЫЛ, ПОСЛЕ 27 ВАМ, СКОРЕЕ ВСЕГО, ВСЕ РАВНО ДАДУТ СПРАВКУ УКЛОНИСТА. Даже несмотря на свое очевидное бездействие. Ведь принимать решение, давать такому потерянному юноше военный билет или справку, будет не кто иной, как призывная комиссия. Принципиальной разницы, конечно, нет, но, если вы, скажем, всю жизнь мечтали работать офисным клерком в какой-нибудь госструктуре, у меня для вас плохие новости.

О том, как косили раньше, или Как не уйти в армию на уровне hard

А ты знаешь, мой дорогой читатель, что раньше служили не один год, как сейчас, а два, а в лучшие времена СССР – три года в обычных войсках и четыре на флоте? Ну а в дореволюционные годы и вовсе долг Родине отдавали добрых 25 лет. В общем, нетрудно догадаться, что как в те далекие времена, так и сейчас многих юношей занимал один и тот же сокровенный вопрос.

Косили от армии по-разному. И что характерно, довольно странными и жесткими способами…

Например, тогда очень многие молодые люди отмазывались от военной обязанности с помощью простейшего энуреза.

Энурез – недержание мочи.

Как известно, в армии СССР, впрочем как и в нынешней, «ссыкуны» не нужны (простите за каламбур – каюсь, не удержался). В те годы, опять же как и сейчас, достаточно было у терапевта заявить о своих «ночных приключениях», чтобы тот направил на дополнительное обследование. Как разоблачали таких хитреньких ссыкунов? Очень просто. Отправляли на стационарное наблюдение, и вот если там призывник за неделю, так сказать, ни разу не испортил новый больничный пододеяльник, парня разоблачали и отправляли на плацдарм. И хотя доказать наличие энуреза очень легко, сами знаете каким способом, ребят, что им пользуются, я, разумеется, не осуждаю. Единственное, сам я не пробовал, чтобы точно сказать, работает ли сей незамысловатый способ до сих пор, но раз слухи ходят, значит, в этом что-то есть.

Кстати, о слухах: в нашем городе их ходило великое множество. Например, как гласит легенда, один призывник, который уже отъехал на сбор, решил, так сказать, свою проблему гениально. Взял барбариску, поместил в нее обыкновенную иголку и проглотил. Что было с ним дальше, догадаться нетрудно. Этот ужасный миф опровергать или испытывать автор данной книги категорически не советует. Как гласит легенда, тот парень получил разрыв желудка, когда леденец растворился в кислоте. Он, разумеется, был комиссован, но, на мой взгляд, цена слишком велика. Получить дырку в желудке и всю жизнь питаться кашкой через трубочку – стоит ли оно одного года в армии? Не думаю.

Видимо, не знал парнишка, что по закону достаточно просто иметь высокую температуру, находясь на сборном пункте. Я лично был свидетелем подобного. Однажды так вышло, что я поехал на окружную призывную комиссию, так называемое КМО (что это за птица, мы очень подробно будем разбирать в четвертой главе). Скажу лишь вкратце, в моем регионе – это такое место, куда едут призывники доказывать свои болячки на более высоком юридическом уровне. А также там находится сборный пункт для тех, кто доказать ничего не смог и перешел из статуса гражданского в статус солдата. Так вот, один такой счастливчик всю дорогу, которая от нашего города занимает добрых восемь часов, был бледен как смерть. Оно и понятно: стресс и осознание предстоящего «туристического похода» кому угодно настроение испортят. Что уж греха таить, с такими бледными лицами обычно едут все ребята. Но этот парень был как-то особенно бледен. Когда его раздели и начали гонять по врачам, оказалось, что призывник-то болен! К всеобщему великому удивлению, парня буквально вернули из призывного царства Аида простым градусником, который показал высокую температуру. В тот день другие солдаты ушли отдавать свой долг Родине, с завистью глядя, как один из них, счастливый и явно посвежевший призывник, возвращается домой.

Я думаю, что рано или поздно он все же ушел в армию. Но не в тот день и, возможно, даже не в тот месяц. Ибо в таких случаях призывнику следует открыть больничный и до момента его закрытия ВСЕ ПРИЗЫВНЫЕ МЕРЫ В ЕГО ОТНОШЕНИИ ПРИОСТАНАВЛИВАЮТСЯ.

Запомните, пожалуйста, этот пункт хорошенько. И ни в коем случае не уходите в армию больным, ибо кто его знает, какие вам там в лазарете врачи попадутся. Может быть, они будут мастерами своего дела, а может, как поется в песне, будут лечить вас зеленкой и ватой. Тут чистая лотерея.

К этому же пункту можно отнести другое безумно популярное решение, бытующее в народе. Как-то раз я проводил уличный опрос на заданную тему, и вы не поверите, но самым популярным ответом оказался «сломать руку или ногу». С этим ничего не поделать, таков он, наш категоричный менталитет. Но справедливости ради замечу, что кости срастаются примерно за месяц-два. Этого, конечно, хватит, чтобы закончился, скажем, осенний призыв, но а дальше-то что? На мой взгляд, такое спонтанное решение, во-первых, опасное и попахивает деструктивностью, а во-вторых, одноразовое. Разве что вы мазохист и решили ломать себе кости до 27 лет. Опять же не осуждаю…

Есть еще один странный способ, о котором мне поведал анонимный юрист: «терять» паспорт. Вы удивитесь, но без него вас забрать тоже не смогут. Правда, вот тут я должен предупредить, что умышленное уничтожение документов влечет за собой штраф, а также юридическую ответственность, скажем, при повторных утерях перед призывом, так что опять же не советую. К тому же ходят слухи, что военкомат умеет каким-то противоестественным образом ускорять процесс выдачи документа. Магия, да и только.

Полагаю, на этом стоит закончить наше погружение в эти безумные способы так называемого откоса на уровне hard. Все они плохи по-своему и имеют ряд существенных минусов. Правда, вот находчивый читатель заметит, что мы не упомянули самый неоднозначный, но тем не менее всенародно любимый способ – откос с помощью психушки. Но это не потому, что автор избегает этой скользкой темы. Напротив, я выделю ей почти целую главу, ибо и сам волей-неволей прошел через ЭТО и очень хочу поделиться с читателем своими впечатлениями и, конечно же, советами.

Я мзды не даю, мне за державу обидно…

Стоит заметить, что все вышеописанные способы находятся на тонкой грани закона и морали. Но, несмотря на это, утеря, скажем, паспорта серьезным юридическим правонарушением не является, а умышленность этого деяния и вовсе доказать нелегко. И скорее всего, я сейчас не сделаю открытия, если скажу, что существуют и другие, более грязные способы не пойти в армию, пользоваться которыми я крайне не рекомендую. Подчеркиваю: крайне!

К таким грязным приемам относится, например, абсолютно безрассудная идея дать взятку военкому/врачу на призывной комиссии. Не знаю уж, откуда в нашей стране витает миф о том, что дать на лапу – значит решить все проблемы, но давайте начистоту.

А. Это нарушение закона. Причем серьезное, с уголовной ответственностью и всеми вытекающими. И как показывает юридическая практика, в нашей стране, увы, чаще по этой статье садятся за 20 тысяч рублей, а не за 20 миллионов. Я, конечно, не являюсь ярым поборником действующего законодательства. Просто помните, что давать взятки – очень опасная затея.

Б. У вас нет никаких гарантий. Ну серьезно, вот, скажем, поскребли вы по сусекам, собрали дань со всех родственников, набрали нужную сумму, в темном переулке сунули ее под китель вашему условному военкому, а он взял и ровным счетом ничего для вас не сделал. И что теперь? Какие ваши действия? Пойдете искать книгу жалоб или обратитесь в полицию с чистосердечным признанием? На мой взгляд, такие риски нерентабельны, и, если уж на то пошло, эти же деньги лучше потратить на услуги юриста. И опять же не на фрилансера, друга вашей двоюродной сестры, а нормального, который заключит с вами договор, заплатит налоги в конце концов. Не бойтесь, они не кусаются.

В. «А вот чиновники/депутаты/бизнесмены откупают своих детей!» Не спорю, правда вот не стоит упускать из виду один важный факт. У них и деньги другие, и связи, недаром же в нашей стране службу в армии кулуарно называют налогом на бедность. Поверьте, в этом есть смысл. Оцените свои силы и возможности объективно и не испытывайте ложных иллюзий. Пусть себе откупают, хоть золотыми слитками, – вам это не поможет.

Г. Они только этого и ждут. Будем честны, львиная доля проблем с призывом (и не только) в нашей стране именно из-за коррупции. Об этом знают в каждом городе, в каждой семье, но ничего сделать не могут. Не открывая Америку, скажу так: они только этого и ждут. Я не буду сейчас заниматься сбором доказательств и тому подобным, просто скажу одну простую вещь. Все эти ребята, от нечестных военкомов до нечестных врачей, ОБОЙДУТСЯ.

Вот серьезно. Когда вы даете взятки, вы подпитываете гнилую систему, которая порождает у них чувство безнаказанности и жажду наживы. Именно из жадности они вставляют палки в колеса призывникам, ожидая, что те будут откупаться, будут собирать нужные суммы, влезать в долги. Они забирают больных парней, плюют на диагнозы, нарушают конституционные права – в общем, работают только в свою кассу. И жутко бесятся, когда деньги несут мимо них, например в юридические фирмы. Поэтому я призываю вас разорвать этот порочный круг и получить военный билет на полных законных основаниях. Хоть это в нынешней системе сделать, увы, намного сложнее. Но все же правильнее.

Д. Кстати, чуть не забыл. Подделка документов влечет уголовную ответственность. Будь то липовая медицинская справка или такой же липовый военник, собранный за взятку. Отвечать за его наличие будете именно вы.

Я свои права знаю!

Даже в России свои права знать надо. Особенно в нашем непростом деле. И равно как существуют абсолютно незаконные способы в армию не уйти, есть и, напротив, законные, о которых, правда, в военкомате не особо распространяются, так что слушайте во все уши.

Во-первых, отсрочки. Отсрочек с каждым годом становится все меньше, так что за актуальностью тех или иных прав нужно постоянно следить. Например, ходят легенды, что в нашей стране раньше были университеты с так называемой военной кафедрой. Лично я слышал эту приятную сказку еще в детстве от своей мамы: дескать, поступишь в такой вуз – и сразу служить меньше, да еще и старшим по званию. На данный момент, во-первых, список таких вузов сократился до сорока на всю страну, а во-вторых, само понятие «военная кафедра» с 2019 года ушло в небытие. И сейчас это скорее милитаризованные учебные заведения, призванные готовить контрактников и высококвалифицированных военных сотрудников. И это было бы настоящим благом, если бы в таком виде служба в армии в России только и осталась, но, увы и ах…

Универ тебя предаст

Помимо этого, призывникам не стоит расслабляться, поступив и в обычный университет. Сейчас объясню почему. Многие парни ошибочно полагают, что, пройдя на бюджет, они смогут забыть о призывных комиссиях и армии в целом на добрых четыре года (получив отсрочку на время обучения). Но не тут-то было. В наше время на несчастный деканат возложили ряд не вполне понятных негласных обязанностей. Во-первых, бывают случаи когда их почему-то обязуют бегать за студентами-уклонистами, во-вторых, раздавать повестки (непонятно, на каких опять же законных основаниях). А мы ведь помним, что получить повестку нужно лично из рук сотрудников военкомата под роспись. И поверьте, преподавателям будет плевать, знаете вы эти нюансы или нет. Вы, конечно, можете не брать их принципиально, но тогда давление уже начнется со стороны университета.

К тому же, что самое неприятное, студентам все равно приходится ходить каждый призыв на комиссию, то бишь два раза в год на протяжении четырех лет. Зачем – не совсем понятно. Но это очень утомляет. Вот представьте: во время сессии вам еще нужно сбегать в военкомат, пройти все семь кругов ада ради того, чтобы вам в итоге на призывной комиссии вновь поставили штамп – мол, продолжает учится. Но самое смешное, что, если даже ваше здоровье за время обучения кардинально ухудшится, никто все равно военный билет на основании болезни давать не захочет. Они так и будут бессмысленно переписывать бумагу и ждать, пока кончится ваша отсрочка. И лишь по ее окончании начнут анализировать и что-то менять.

И как будто этого было мало, существуют и другие неприятные подводные камни, связанные с получением высшего образования. Например, нередки случаи, когда сроки подачи документов не стыкуются с началом очередного призыва. И получается неприятная ситуация: студент вроде бы уже не студент, но все еще может подать документы на поступление, а военкомат в этот момент уже хитро потирает руки.

Происходит это так. Насколько вы знаете, отсрочка полагается юноше, который поступил на бакалавриат в первый раз. Если вы, предположим, отучились два года на айтишника, а потом вас отчислили, во-первых, вас могут забрать, а во-вторых, ваша отсрочка сгорела. Вы не сможете поступить на бухгалтера в другой или этот же вуз и продолжить жить по отсрочке. Это же касается и повышения квалификации. У меня было так: я защитил бакалавриат и подал документы в этот же вуз на магистратуру, но не смог поступить и потерял отсрочку.

Но если бы прошел, по закону мне бы полагались еще два года на время магистратуры. Учитывайте это, когда меняете вузы. Ваша отсрочка не сгорит до момента поступления. Даже если вы решили ради магистратуры сменить вуз и город, вы все еще имеете право на отсрочку.

Внимательно следите за сроками, нередки случаи, когда призывника успевают скоропостижно забрать в период вступительных экзаменов. Если вы сейчас именно в такой ситуации – не беда, вы можете, как я уже описывал это ранее, оспорить решение призывной комиссии в суде, тем самым приостановив все призывные мероприятия. Этого времени с лихвой хватит, чтобы благополучно поступить в вуз. Как говорится, знание – сила!

Служить нельзя, помиловать

Помимо абсолютно законной студенческой отсрочки, тебе, мой юный друг, полагаются и другие привилегии, таковыми их, конечно, можно назвать с большой натяжкой, но упомянуть справедливости ради все же стоит. К примеру, коренным и малочисленным народам очень легко получить альтернативную службу. А наличие детей или больных родственников на иждивении – одним словом, опекунство дает неплохие отсрочки. Но это все, разумеется, очень ситуативно.

По-настоящему ящиком Пандоры в этом непростом вопросе является не призывная категория. «Мощный» медицинский диагноз – это по большому счету и есть тот тайный «грааль», ведущий прямиком к свободной жизни. Но, как и положено, «косить» от армии – целое искусство, и, надо сказать, читатели этой книги от армии не «косят» – они лишь доказывают свою правоту и становятся юридически подкованными.

Так что следующую главу я бы хотел полностью посвятить всеобъемлющей теме медицины – так сказать, врачебному блоку, с которым предстоит столкнуться и тебе, мой дорогой читатель, и всякому другому призывнику.

Глава 3. Медицинский круг

О клятве Гиппократа

Бывают люди честные и не очень. Они существуют почти в любой среде, даже врачебной. И к моему величайшему сожалению, со вторыми за последние шесть лет мне довелось сталкиваться намного чаще. Увы. Не знаю, как так выходит. Но, пообщавшись с друзьями из других регионов и городов, сделал вывод, что подобное явление вполне себе норма в стенах любого военкомата. Будь то военкомат Москвы или же Новокузнецка, везде одна и та же история. Безразличное отношение, как к мешкам. Что же, такова реальность, от которой пока никуда не денешься.

Ситуация, чтобы вы понимали, следующая. Вот есть, скажем, у нашего старого знакомого Васи Откосилова реальные проблемы со здоровьем. Предположим, грыжа в спине. Он идет к своему терапевту, жалуется на жизнь, тот его жалеет и говорит: «Ай-яй-яй, в таком-то возрасте такое искривление позвоночника, ой, еще и грыжи на снимках». Отправляет его к ортопеду, а тот, посмотрев на Васины снимки, и вовсе начинает его хоронить: «Ой, Васек, ну ты даешь, конечно, тебе ведь еще жить да жить! Не вздумай поднимать больше трех килограммов, а то инвалидом останешься». Доктор прописывает лечебную физкультуру нашему Васе, пишет рецепты, дает советы. В общем, честно выполняет свою работу.

Проходит полгода. Вася проходит медицинскую комиссию в военкомате, ему дают бланк на дополнительные обследования. К все тем же узким специалистам. Приходит наш теперь уже призывник в ту же самую больницу, протягивает специальный военкомовский бланк тем же самым врачам, и – о чудо – оказывается, что Вася здоров как бык! Годен, вторят они призывнику. «Ну ты, конечно, Вася, больной, но ничего, в армию все равно сходить нужно, ты, главное, не перенапрягайся там», – утешают они. А как он должен это сделать? Уже не их проблемы.

Но это ведь нечестно, заметите вы. Да, нечестно, и я, клянусь, не понимаю, почему так у нас заведено. Доказать собственные болячки в российской больнице, имея на лбу клеймо «ПРИЗЫВНИК», что, вероятно, в глазах некоторых врачей тождественно слову «УКЛОНИСТ», – почти нереальная задача. Почти. Я научу, как это сделать. Но для начала нам необходимо погрузиться в некоторые очень важные аспекты.

Болезни есть у всех

Эту догму человеку 21-го века нужно написать у себя на правой ладони. Ведь благодаря плохой экологии (вернее, наплевательскому к ней отношению), ненатуральной пище, а также другим радостям современной жизни найти болячку, сделав парочку анализов, можно почти у любого призывника, просто не все они об этом осведомлены и достаточно настойчивы, чтобы тратить свое драгоценное время на такие пустяки. Но этот выпад не касается тебя, мой дорогой читатель, ведь ты зашел так далеко (аж до третьей главы) и, следовательно, заинтересован в вопросе больше остальных. Так вот, существует великое множество болезней, имея которые среднестатистический призывник может не пойти в армию.

Но всегда есть это проклятое но. Во-первых, наличия болезни мало – она должна быть определенной степени.

У ВСЕХ БОЛЕЗНЕЙ ЕСТЬ СТЕПЕНИ. Узнать свою вы можете (какая неожиданность), просто заглянув в медицинскую карточку. К примеру, у вас гастрит 3-й степени, а нужен 1-й и т. д. Но тут вы мне скажете: «Что же делать, если у меня третьей, а нужно аж первой?» Отвечу. К сожалению, человеческое тело бренно и так уж заведено природой, что ваши болячки чаще всего лишь ухудшаются. Ну, скажем, Вася Откосилов проходил комиссию в 18 лет и на тот момент имел зрение минус три, потом он поступил в универ, получил отсрочку, защитил диплом, и вот он снова стоит в чем мать родила перед окулистом, проходит тест, и оказывается, что за четыре года зрение его упало до минус 6. Вот так оно и происходит. Все, что нужно Васе теперь, – это зафиксировать свое нынешнее плачевное состояние и получить нужную категорию (непризывную). И так с любыми болезнями. Что уж поделать, люди – хрупкие создания. Сейчас вы здоровы, а через пару призывов – бац, и нашли у себя астму. Все бывает.

К слову, список допустимых болезней все время (какая неожиданность) сокращается. На дворе 2019-й, люди уже служат с плоскостопием… Тем не менее перечень внушительный, и, если его запихнуть в эту книгу, она будет размером с Ветхий Завет. Так что перед очередным походом предлагаю проштудировать первую же ссылку в гугле.

Тем не менее на момент написания пособия есть базовый список болячек, если уж на то пошло:

а) болезни опорно-двигательной системы (все, что мешает нормально двигаться);

б) желудочно-кишечные (включая ротовую полость): гепатит, гастрит, язва, а также пародонтоз;

в) любые заболевания сердца (но тут все понятно);

г) неврологические заболевания (паралич, склероз, менингит и другие);

д) мочеполовые (любые, мешающие нормально писать и не только);

е) инфекционные (от ВИЧ до туберкулеза);

ж) патологии (ожирение 3–4-й степени, диабет, подагра, недостаток веса);

з) проблемы со зрением (любые, и даже разные зрачки);

и) психические расстройства (от алкоголизма до гомосексуальности, но об этом чуть позже);

к) аллергия (дерматиты, крапивница и другие);

л) болезни крови и новообразования (но тут все понятно).

Как видите, список достаточно велик и включает в себя множество болезней, если рассматривать его более детально. И как говорят юристы, у 90 % призывников, что к ним обращаются, есть что-то из этого ужасного букета. Ну а я бы пополнил этот перечень личными наблюдениями. Не стоит забывать и о родимых пятнах и родинках. У солдат они не должны быть на местах, подверженных трению: на шее возле воротника, в подмышках и тому подобных. Я лично видел, как домой вернулся парень с огромным родимым пятном на ухе.

Одного моего знакомого, к примеру, не взяли в армию из-за плохих зубов (да, бывает и так). Он просто с детства не слушал маму и из положенных 36 имел чуть больше половины, и то не особо качественных. Еще один знакомый не пошел из-за разных зрачков: как выяснилось, эта особенность не только красивая и привлекательная для противоположного пола, но еще и довольно опасная болезнь. Ну а мой лучший друг, который страдал патологическим невезением, не пошел в армию из-за вентилятора, свалившегося ему на голову, когда тот хотел тайком покурить на балконе. Как оказалось, два и более сотрясения – это веская причина получить непризывную категорию (привет всем спортсменам, боксерам, борцам и экстремалам). Как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло.

Категории и все, что нужно знать о них

Разбирая медицинскую тему воинской повинности, преступлением будет обойти стороной категории, о которых вы, возможно, так часто слышали, но не вникали в суть.

Что же это за загадочные буквы, которыми нас клеймят в военкомате? Объясняю.

Как и в любой многослойной системе, существует оценочная подсистема, сродни прожарке хорошего стейка или оценкам в школе, если хотите. Ежегодно призывную комиссию проходят миллионы людей, всех их нужно рассортировать и раскидать по частям. Здоровых и послушных мальчиков – в так называемые элитные войска: десантники, контрактники, моряки. Тех, кто похуже, – в обычные строевые батальоны… кантики делать. Ну а больных и косых – тоже туда, ибо в армии все сгодятся. Но надо сказать, эта книга не о том, где лучше Родине долг отдавать. Так что первые две существующие категории, А и Б, нас не особо интересуют. Получив одну из них, вы в любом случае уходите в армию. Нужно лишь уточнить, что категорию Б (годен, но с ограничениями) чаще всего дают всем больным, и, скорее всего, от нее вы и будете стартовать. Категорию ниже сразу получают лишь совсем очевидные калеки.

Все категории имеют четыре группы – с 1-й по 4-ю. Ну, к примеру, Б3 – это водители, а вот Б4 – инженерные, дорожные войска и охрана. Но это абсолютно не значит, что с такой категорией вас ждет оздоровительный курорт. Увы, нет. Как показывает практика, больные ребята как раз таки и попадают в условия, в которые им попадать не следует, и тут-то и начинаются проблемы со здоровьем. В моем арсенале таких историй полно…

Но не будем о грустном. Заветная категория любого больного призывника – это, разумеется, В. Вот наша финальная точка, наш Олимп, нелегкий подъем, на который мы уже начали, открыв эту книгу. Итак, категория В юридически звучит страшно: «ограниченно годен к военной службе». Не путать с категорией Б, их формулировки до безобразия тавтологичны, что постоянно сбивает с толку призывников. Но по факту они абсолютные противоположности, ведь, имея категорию В, вы автоматически зачисляетесь в запас и в мирное время не призываетесь. Вы точно так же получаете военник, где ваша гражданская специальность приравнивается к военно-учетной.

Помимо заветной вэшки, есть и другие категории. Например, коварная Г. Именно ее дают студентам на время обучения и именно ее приходится постоянно продлевать, так как максимальный срок этой временной категории – всего шесть месяцев. Но тем не менее категория Г имеет свои плюсы. Так как ее, например, дают в связи с расстройством здоровья (подразумевающего выздоровление). Ну, к примеру, у вас ожирение, военком надеется, что вы запишетесь в спортзал, перейдете на спортивное питание и возьмете себя в руки, в конце концов, и ставит вам Г. А вы, в место этого, спустя полгода возвращаетесь с плюс 20 кг, и тут наступает переломный момент. Согласно правилам, после нескольких таких гэшек ставится заветная категория В, у многих моих знакомых так было, например, с гипертонией. Так что, если вы получили Г, не расстраивайтесь: это хороший знак и неплохой тайм-аут для вас.

Также существует абсолют негодности – категория Д. Негоден ни к чему и никогда. Тут, собственно, и объяснять нечего. Если вы владелец такой категории, то, скорее всего, у вас серьезные проблемы со здоровьем, обратитесь к врачу.

В принципе, большего вам знать и не нужно. Для тех же, кто хочет попасть в определенные воинские части, очень советую ознакомиться с первыми двумя. Для нас же, больных призывников, остается важным лишь В и иногда Г.

Ну а тебе, мой дорогой «уклонист», еще предстоит познакомиться с этой парадоксальной врачебной системой и не раз получить свою ненавистную Б4, имея на руках непризывные диагнозы. Почему так происходит, даже задумываться не хочу. Но, основываясь на моем эмпирическом опыте, могу сказать, что переход из одной категории в другую – это очень непростой путь. Даже, к примеру, когда солдат хочет служить, но по каким-то причинам застревает на Б1, а хочет в А. Так уж устроена вертикаль этой бюрократической власти.

Если честно, врачи на призывных комиссиях очень не любят брать на себя слишком много ответственности. Вот, скажем, стоит у вас абстрактная ВСД.

Вегетососудистая дистония (ВСД) – болезнь, которую врачи ставят гипертоникам, когда не знают причин ее возникновения и способов лечения.

С ней в армию берут, но если ваша болезнь по всем показателям давно переросла в очевидную гипертонию – ни один врач не захочет просто так вам повышать, так сказать, уровень заболевания. Им проще повторить предыдущие врачебные диагнозы и отпустить вас служить с давлением, как у 60-летнего пенсионера, чем брать на себя такую ответственность. И поверьте, это светило науки будет и дальше спокойно спать по ночам, а вы в это время будете обивать больничные пороги, вновь и вновь доказывая «врачам», что давление 60-летнего старика – это не нормально.

К слову, так было и у меня. Что с этим делать, спросите вы? Да ничего, увы. Быть настойчивым, грамотным и брать измором. А главное – помнить, что ВЫ ИМЕЕТЕ ПРАВО ПРИВЕСТИ НА ПРИЕМ К ВРАЧУ КОГО УГОДНО, хоть папу римского, хоть своего адвоката, хоть маму.

Из личного опыта скажу, что некоторые врачи старой закалки будут этому противиться, говорить вам, что так у них не принято и другие бессвязные и не имеющие к реальности никакого отношения вещи. Никого не слушайте, берите хоть целое стадо юристов с собой. Поверьте, наличие оного сильно меняет отношение к вам. Врачи сразу начинают вести себя подобающе, соблюдать субординацию и тому подобное.

А также не забывайте, что вы имеете полное право ознакомиться с актом и всеми записями, которые они вам сделают в медицинской карточке. И не просто ознакомиться, а СКОПИРОВАТЬ, СФОТОГРАФИРОВАТЬ, а лучше ОТСКАНИРОВАТЬ.

И еще совет: при любом несоблюдении ваших прав пишите апелляции и кладите их на стол главврачу. Dura lex sed lex.

Что не нужно говорить психиатру

Вот мы и добрались до моей самой любимой темы для разговоров. Белый билет. Или в простонародье «откос по психушке». Рано или поздно у каждого призывника появляется соблазн сказать что-нибудь этакое психиатру на призывной комиссии и, как многие по ошибке считают, обмануть систему. Но не тут-то было. Ведь система только и ждала, чтобы слить вас по такой неблагозвучной статье. И либо сделать из нормального человека психа, либо сломить и забрать его в армию.

К сожалению, 50 лет назад лечебницы использовались для политических репрессий, туда сажали неугодных писателей, поэтов, музыкантов. Типичнейший пример описан в булгаковском «Мастере и Маргарите». Я ни в коем случае не обвиняю психиатров, работающих в таких заведениях, чаще всего они добропорядочные и компетентные специалисты, просто качественно выполняющие свою работу с материалом, который им поставляют, например, военкоматы.

А вы знали, что каждый третий призывник лежал в психоневрологическом диспансере (ПНД)? Я лично прошел через это добрых пять раз. А начинается все обычно с глупой откровенности. Сидит 18-летний юноша и болтает с врачом, все, казалось бы, хорошо, а потом – бац, направление: полежите-ка недельку в стационаре. И дело тут не в сложных вопросах, как принято думать, и даже не в том, что вы расскажете или нет. Здесь у вас настоящая пээндэшная лотерея. Может быть, вы покажетесь врачу слишком разговорчивым, а может быть, напротив, замкнутым – все зависит от его настроения, от вкуса кофе, который он пил с утра, и других субъективных факторов.

Каких-то универсальных кейсов на тему «как общаться с психиатром на призывной комиссии» нет и быть не может. Единственное, не стоит забывать, что он не ваш друг, как бы он вам ни улыбался, и ему абсолютно не стоит знать о том, что однажды вы на первом курсе попробовали травку, о том, что вы как-то раз так сильно поругались со своей девушкой, что думали о плохих деструктивных вещах, и тому подобном. Ибо что для вас единичный случай, для врача далеко нет. И скорее всего, он подумает, что вы систематический наркоман, да еще и суицидник.

Ведите себя скромно, отвечайте на вопросы и не перегибайте палку. Многие ребята думают, что откосить таким образом – это хорошая мысль, но тут двоякая ситуация. Во-первых, это касается тех, кто сообщил врачу об алкоголизме, депрессии, наркомании и, мое любимое, гомосексуальности. Ничего не подумайте, просто последний способ мне кажется наиболее смешным, так как юридически гомосексуализм не является непризывным диагнозом и вообще основанием для того, чтобы в армию не идти. Но тем не менее в армию гомосексуалистов не берут. Чаще всего их либо склоняют к альтернативной службе, либо пытаются признать сумасшедшими. Но так как по закону гомосексуализм не является медицинским диагнозом, парням, заявившим о таком, шьют какое-нибудь расстройство личности. Я, конечно, не осуждаю, будь вы реальным геем или фейковым, по большому счету мне плевать, просто знайте, что ни откровенное платье, ни шикарный мейкап вам тут не помогут. Да и игра не стоит свеч. Это же касается алкоголиков и людей с зависимостями: полежать в ПНД придется, и не раз. А в итоге вы получите белый билет.

Многие меня спрашивают, так ли он плох. С одной стороны, у меня есть знакомые, которые имеют подобное на руках и вполне себе самореализовались, с другой же стороны, тут все зависит от диагноза, что вам поставят в итоге. Есть, скажем, диагнозы, сильно ограничивающие ваши возможности. Так, например, можно лишиться водительских прав или даже способности распоряжаться своей жизнью, если вас признают недееспособным и назначат вам опекуна. О работе на госслужбе тоже можно забыть, имея некоторые диагнозы. Ну и, разумеется, если вас признают опасным для общества, во-первых, придется наблюдаться у специалистов, а во-вторых, время от времени лежать в ПНД, но это уже совсем страшные байки. В большинстве же своем белый билет не так страшен, как вам кажется, а получить его не так-то и просто. Ибо психиатры тоже не дураки и свое дело знают. Они умеют раскалывать самых искусных лжецов, запутывать самых умных прохвостов и подлавливать самых дерзких косильщиков. Так что не надейтесь их провести.

Что нужно говорить психиатру

Еще один интересный момент в призывной психиатрии – это татуировки и другие нестандартные украшательства. Потому что, видите ли, в армии не хотят людей с татухами на видных местах – руках, пальцах, шее и лице. Оказывается, внешний вид должен быть по уставу, и, если военной формой рисунок не закрыть, у призывника начинаются «приключения». Лично ко мне на КМО подошел солдатик с фотоаппаратом, щелкнул мой партак на руке и заставил написать, вы не поверите, объяснительную. Парень не знал, что я еще юридически являюсь гражданским лицом, он перепутал меня с так называемой «командой».

«Команда» – парни, которых точно забирают и привезли на подготовку.

Я ему об этом, разумеется, не сказал, так как у меня в этот момент родился чисто журналистский интерес. Так вот, всех татуированных солдат заставляют писать объяснительные. Я серьезно. Выглядит это так.

Объяснительная. Я такой-то такой-то. Имею татуировку, потому что (вставить бессмысленную причину), она обозначает (вставить бессмысленное значение), размер, местонахождение, подпись.

Почему в армии занимаются таким бюрократическим маразмом, я не знаю. Но устава ли ради, призывников с татуировками, скажем, на лице видеть в своих рядах не хотят. Но, не имея на то законного основания, начинают придумывать разные способы, как бы такого неудобного раскрашенного солдата слить, и чаще всего прибегают к помощи как раз психиатров. Вот вы, наверное, сейчас смеетесь, но почти каждый призывник, имеющий татуировки, лежал в ПНД. Я не знаю, почему так происходит, это моя личная статистика. Но на любой комиссии о своем тату психиатру придется рассказывать. И скорее всего, он вас положит в психушку.

Говорить можно что угодно, придумайте безобидное значение своей татуировки заранее. Но лично я не советую упоминать любые деструктивные темы, суициды, мистику и любую эзотерику. Если у вас имплантаты, шрамирование, пирсинг и другие прикольные штуки, перед походом в военкомат и ПНД советую снять все, что снимается, ибо в нашей стране, к сожалению, еще не вымерли различные глупые стереотипы. И получить клеймо психа можно из-за любой мелочи.

Еще один важный аспект этой довольно обширной темы – психологические тестирования. Если бы автору этой книги давали по 100 рублей за каждый тест, что он прошел благодаря военкомату, он бы уже, наверное, купил себе квартиру в Москве. Серьезно. Что-что, а тестировать призывников и заставить их заполнять различные никому не нужные бумажки там любят.

Начинают собирать досье из макулатуры еще в школе, когда ваш физрук и обэжешник отведут всех совершеннолетних одноклассников на первый призыв. Там ребятам проведут первый (но не в последний раз) инструктаж на тему «Родине служить – Родину любить», а дальше выдадут тест с личными данными. И тут у многих возникает вопрос: писать о своих личных уникальных умениях или нет? На него, я считаю, вы ответите сами. Лично мне кажется, что к этому моменту пора бы уже решить для себя точно, идти служить или нет. Если служить идете, то указать свои спортивные достижения, наличие водительских прав, музыкального образования и других великолепных навыков все же стоит. Возможно, даже попадете в лучшую часть, музыкальный военный оркестр, водителем и т. д. Если же вы знаете, что служить не пойдете, можете скрыть такие личные данные, закон не обязывает вас их раскрывать. Но, разумеется, не обманывайте себя ложной надеждой. Армии всяк сгодится: и на все руки мастер, и не очень. В любом случае работать лопатой может почти каждый.

Так вот, после анкетирования призывникам дадут тест на сто вопросов, причем его вам дадут и до, и после, и еще пару раз, когда получите билет на отправку. Вопросы там несложные и чаще всего чисто риторические: «Люблю ли я Родину? Хочу ли я служить?» Сам тест проверяет лояльность призывника к государству и, так сказать, прощупывает почву. Что отвечать на эти вопросы? Да что хотите. Лично я всегда отвечал, что служить не хочу. Тут фишка в том, что им неважно, хотите вы или нет. Ваше мнение хоть и спрашивают, но уж точно к нему не прислушаются.

Вообще бытует миф: мол, если говоришь, что служить хочешь, тебя начинают проверять качественнее, чем если бы сказал, что не хочешь. Что как бы военкомат базируется на реверсивной психологии. Честно вам скажу, у меня полно таких примеров. Один мой друг расстался с девушкой, напился, психанул и решил уйти служить. Пришел в военкомат, сказал: «Хочу служить». Ну, в общем, его там так начали проверять, что он с первого же раза получил категорию В. И я уверен, в вашем личном пространстве тоже есть такие истории. Почему так происходит, для меня опять же неразгаданная тайна. Обманывать военкомат в этом вопросе, конечно, можно, но имеет ли смысл? Если вы будете говорить, что служить хотите, а потом будете носить им справки от врачей, то они и сами сделают соответствующие выводы.

Другой вид тестов имеет более фатальное значение. Тесты психологические. Раз в год мы читаем очередную новость о том, как солдат не выдержал дедовщины и расстрелял обидчиков или повесился. Такие случаи, увы, более чем красноречиво описывают ситуацию с армией РФ. Для многих людей экстремальные условия становятся отправной точкой, так что большое количество психологических тестов перед армией кажется вполне логичной деталью. Но, да простит меня военком, какие же иногда бессмысленные там попадаются вопросы! Как сейчас помню шедевр с очень забавной формулировкой: «Я осуждаю людей, которые покончили с собой» – и нужно оценить утверждение по шкале от одного до десяти. И как должен ответить человек на такое? Если он осуждает суициды, то, значит, он нормальный? Или, наоборот, если не осуждает, значит, и сам такой же суицидник? Извращенная логика таких вопросников иногда просто поражает воображение. Ко всему прочему, почти все вопросы повторяются, это такие ловушки для патологических лжецов. Одна и та же загадка, но в разных вариациях и формулировках, настоящая классика жанра. К тому же не стоит забывать и о других моментах. К примеру, один мой друг научил меня простой истине:

НИКОГДА НЕ ЗАПОЛНЯЙТЕ ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ТЕСТЫ КАРАНДАШОМ.

На первый взгляд эта аксиома кажется странной, но когда я попросил в военкомате ручку, то понял суть этого совета. Дело в том, что, скорее всего, вам ее либо не дадут, под разными глупейшими предлогами, либо, так уж и быть, выдадут с боем и перебранкой. Дело в том, что карандаш можно стирать. Ну, скажем, ответил Вася Откосилов перед отправкой, что у него якобы депрессия и все такое. А тетечки в военкомате взяли и стерли его ответы и переписали тест, как будто Вася хороший здоровый солдат. А ведь по регламенту такого Васю обязаны отправить на дообследование. Работает этот принцип и в другую сторону: Вася ответил нормально, а его сделали дураком. Так и выходит, что из-за подобной недобросовестности в армию иногда попадают люди неуравновешенные и даже психически больные. Почему так? Ну лично я ответ дать не могу. Возможно, лень, возможно, умысел – все это не моего ума дело. Так что любой документ в военкомате ЗАПОЛНЯЕМ ТОЛЬКО РУЧКОЙ И СТАВИМ ПОДПИСЬ. Более подробно к теме правильной работы с документами мы подойдем в заключительной, четвертой главе.

Мой первый день в психбольнице

«Меня раздели догола, предложили помыть, но я отказался. Выдали больничную робу из жесткого дешевого материала, забрали все вещи и повели по узкому коридору в сопровождении крепких молодчиков. Я машинально начал рыскать глазами в поисках выходов и входов – ни тех ни других не обнаружив, мой мозг начал генерировать совсем безумные планы побега. На дверях – суровые, тяжелые петли и электронные замки. Окон либо нет, либо с решетками. Выход всего один, с медсестрами на ресепшене. В тот момент я вспомнил сцену побега Сары Коннор из психушки. Дверь отделения с шумом открылась, и моему взору предстала самая хаотичная картина, которая только может открыться 18-летнему человеку без жизненного опыта. Повсюду взад и вперед ходили замученные люди с очень грустными лицами, они смотрели на меня своими уставшими глазами, оценивая уровень моего психического здоровья. На полу возле входа сидел мужчина средних лет и громко посмеивался, а возле стола медсестры, пританцовывая, странный дедушка клянчил сигареты у своего приятеля с огромным шрамом на всю шею. Усевшись вдоль стен, две женщины сладострастно решали, что будет на обед. Возле телевизора трясущаяся дама спорила с другими постояльцами о судьбе пульта от телевизора. Всё в этом странном мире, от его запахов до слишком яркого, мерзкого света, пропиталось бесконечной энтропией и безнадегой…»

Наверное, вы уже поняли, что я вновь позволил себе вставить отрывок из личного дневника. Тогда, будучи еще юным мальчишкой, я и представить не мог, что вернусь в это место еще несколько раз. Если быть точным – пять. Обычно военкомату достаточно двух путевок, но, видимо, на мне свет клином сошелся. Так что, честно отлежав свою первую «ходку» еще будучи школьником, я благополучно забыл об этом приключении на добрых четыре года, пока не кончилась моя студенческая отсрочка. И стоило часам пробить двенадцать, как военкомат с радостью на первой же призывной комиссии выдал мне новый билет в психоневрологический диспансер, а потом, спустя некоторое время, еще и еще. К слову, между третьим и четвертым моим залетом в психушку интервал был чуть больше недели, так как в военкомате были крайне не удовлетворены моей положительной характеристикой от психиатров и, видимо, решили попытать удачу вновь. С того самого момента я для себя окончательно осознал всю силу этого абсурдного зазеркалья. Где абсолютно здоровый человек вынужден вновь и вновь отпрашиваться с работы, брать отгулы и отпуска ради того, чтобы провести волшебный уик-энд с больными людьми по прихоти армии.

Нужно сказать, что и четвертая моя «отсидка», увы, не была последней. Военкомат решил использовать старый добрый трюк – так называемую потерю последней характеристики. И из-за этой бумажки умудрился отправить меня аж в окружной ПНД, за 800 км от родного города. Но, как и во всех случаях, все характеристики психиатров вновь показывали мое абсолютное психическое здоровье. Тогда наш военкомат наконец успокоился, смирился и решил все же заняться своими непосредственными обязанностями, а именно моими реальными болезнями.

За эти пять недель, проведенных в психбольнице, я понял одну простую вещь: ПНД – ЭТО ИНСТРУМЕНТ ДЛЯ СЛИВАНИЯ НЕУДОБНЫХ ПРИЗЫВНИКОВ. Ведь куда проще отправить человека в психушку, чем оформлять ему категорию В, давать военник и т. д.

Посему, как говорится в народе, от сумы и от тюрьмы не зарекайся, а в нашем случае – от психбольницы.

Как выжить в ПНД

Что же все-таки делать, если вам дали направление в ПНД? Меня часто об этом спрашивают, и в данном разделе я постараюсь максимально подробно расписать все нюансы, которые вам пригодятся.

И для начала давайте ответим на другой очень популярный вопрос: а можно ли не ложиться в психушку? Теоретически, конечно, можно, но, как сказал мой юрист, не рационально. Понимаете ли, официальное направление от военкомата проигнорировать невозможно, и у вас два варианта: долго и муторно оспаривать его в суде, где, скорее всего, победите не вы, либо отлежать эту неделю, так сказать, сразу отстрелявшись. Ведь, поверьте мне на слово, военкомат от вас так просто не отстанет, и, если даже каким-то чудом вам удастся увильнуть и перескочить на следующий призыв, на первой же комиссии вам дадут то же самое направление. И даже если вы спустя эти три месяца придете на призывную комиссию без правой руки, от вас все равно потребуют сначала отлежать в ПНД и уж только потом примутся за вашу культю. Так было и у меня. С реальным диагнозом на руках мне все-таки пришлось снова лечь, исполняя эту формальность.

Мое первое попадание в лечебные стены произошло очень по-юношески глупо и абсурдно. Татуировка на руке и излишняя детская болтливость с психиатром сделали свое дело. И скорее всего, впервые вы попадете туда примерно так же.

Когда психиатр выписывает вам билет на стационарное наблюдение, в нем указано не особо много деталей. Кроме места и времени, когда и во сколько необходимо явиться, в этой бессмысленной бумаге не описано ровным счетом ничего. Ни прав призывника, ни что ему взять с собой, ни сколько он будет лежать и т. д. Так что если у вас сейчас на руках именно такой документ, а это именно документ, не расстраивайтесь и не бойтесь: по большому счету в ПНД нет ничего страшного, это просто больница, но немного с другим режимом.

Я лежал в нескольких, и все они отличались друг от друга так или иначе. Скорее всего, ваша больница будет иметь свои правила, и, судя по рассказам моих товарищей по несчастью из других городов, лежать в Москве куда комфортнее, чем в остальной России. Но это не точно.

Итак, начнем по порядку.

По закону вы обязаны лечь в психушку на одну неделю, этот срок может варьироваться, если, к примеру, вам не повезло и вы легли во время общероссийских праздников, которые не являются рабочими днями. Вы будете лежать в ПНД, но вот врачи вас обследовать не будут, и, следовательно, ваш срок пребывания увеличится на количество выходных. Знаю, это очень несправедливо, но такова реальность. Формально у вас как бы тоже выходной, только в психушке…

ВРАЧИ МОГУТ ПРОДЛИТЬ ОБСЛЕДОВАНИЕ ПО НАДОБНОСТИ МАКСИМУМ НА МЕСЯЦ. МАКСИМУМ. А вот этот пункт попрошу усвоить как «Отче наш»: если по каким-то причинам вас оставили на дообследование (например, посчитали, что вы слишком странный), срок не может превысить один месяц. Если это произошло, бейте тревогу, вызывайте родственников и выписывайтесь.

Из этого же правила вытекает другое: ВЫ МОЖЕТЕ ВЫПИСАТЬСЯ В ЛЮБОЙ МОМЕНТ. Об этом не любят говорить, но это самое главное, что вам нужно знать. Дело в том, что по закону все лечение и обследования являются как бы добровольной инициативой, вас заставят подписать соответствующую бумагу, перед тем как положить. Формулировка там такая: «Прошу положить меня в ПНД». То есть все это приключение как бы ваше желание и вы в любую секунду можете как вписались, так и выписаться. Ну бывает так: сломались, устали, неудачные соседи, разные ситуации. Идите прямиком к медсестре и требуйте бланк на выписку – это ваше право.

Единственная проблема тут заключается в том, что, если вы экстренно катапультировались, те дни, что вы отлежали, сгорают, они как бы не идут в счет. То есть, согласно процедуре, по истечении недели собирается врачебный консилиум, на котором решают вашу судьбу и пишут характеристику в военкомат – огромный талмуд, описывающий всю вашу жизнь. И если он не написан, военкомат снова отправит вас в ПНД в следующем же призыве. Так что лучше этим планом пользоваться лишь в самых экстренных случаях, так как отлежать по-честному неделю все равно придется, рано или поздно.

Что взять с собой в ПНД

На первый взгляд может показаться, что данный вопрос не слишком-то и важен, ну, учитывая, в какие условия вам предстоит погрузиться, но это заблуждение тех, кто в них никогда не попадал. Как и на любом другом объекте с особым режимом, в каждом психоневрологическом диспансере есть ряд ограничений, я бы даже сказал, огромный перечень того, что можно, а что нельзя. Но опять же они могут отличаться друг от друга. Например, смартфон. В моем городе им пользоваться нельзя, и у вас его попросту изымут вместе с остальными вещами. В окружном диспансере телефонами пользоваться можно было один час перед сном, а мой друг из Санкт-Петербурга и вовсе лежал в ПНД, пользуясь им совершенно свободно. Так что, где бы вы ни жили, лучше заранее уточните в своей больнице.

В общем, давайте лучше списком.

Можно и нужно взять:

1. Предметы личной гигиены. Мыло, полотенце, зубная щетка, паста.

2. Книгу, и желательно не одну, так как заниматься в ПНД абсолютно нечем, а из представленной библиотеки вы сможете найти лишь бульварные романы и Дарью Донцову, и то не факт.

3. Сменное белье, тапочки и, простите за откровенность, туалетную бумагу, в этом заведении она как золото.

4. Что-то наподобие домашней одежды либо пижамы. Но это уже как повезет – может, вам и не разрешат ее носить и выдадут местную форму, которая довольно грубая и натирает.

5. Сладости и минеральную воду. Вода должна быть закрытой, можно сок, его вам отдадут сразу же в палату. Сладости подпишут и спрячут в общий холодильник, а выдадут лишь на вечерний полдник перед сном. Так что слишком много еды не берите, в ПНД прекрасно кормят (лучше, чем в больницах).

6. Сигареты (если вы курящий), несколько пачек. Их вам будут выдавать каждый раз после еды. То есть в общем за день вы сможете скурить около шести сигарет. Привыкайте. Если вы некурящий, можете взять парочку пачек «хороших сигарет», если так, конечно, можно выразиться. Угостите местных – заведите друзей. Они не откажутся, так как большинству приходится довольствоваться дешевыми марками.

В принципе это все, что можно пронести с собой в ПНД, хотя, если вы придете сдаваться, как папуас, в одной набедренной повязке, не беда. Государство вас всем обеспечит, не всегда качественно, но обеспечит.

Что нельзя брать с собой в ПНД:

1. Электроприборы. Вы не обнаружите там ни одной розетки, но, если все же найдете, дайте мне знать.

2. Вейп, айкос и другие. Навряд ли вы сможете объяснить кому-то, что это такое.

3. Алкоголь и другие стимуляторы. Ну тут все понятно.

4. Бритву и пену для бритья. Формально вам могут ее выдавать один раз в неделю, но вот в личное пользование по понятным причинам не вернут.

5. Зажигалка. «А как же сигареты?» – взмолитесь вы. Сигареты можно, а вот зажигалки нет. Вам будут подкуривать прямо в курилке.

6. Ручки и карандаши. Лично меня эта проблема мучила больше остальных, в итоге мне удалось стащить карандаш со стола медсестры. Прошло уже больше четырех лет, а мне до сих пор за это стыдно. Простите… Но если серьезно, в некоторых режимах писать можно, но под контролем. Так как нередки случаи умышленного травмирования самого себя ручкой, сам я видел такое дважды.

7. Ножи и вилки. Только ложки, всё как на зоне.

8. Любые средства связи с внешним миром, а также фото- и видеотехника. По понятным причинам этот пункт можно описать как врачебную тайну.

К слову, в лечебницах также существуют ВИП-палаты, где за отдельную плату можно и ноутбук, и все остальное, но, сами понимаете, удовольствие это не для бедных.

Порядок поступления

Перед тем как лечь в ПНД, было бы неплохо уточнить еще несколько важных моментов.

Для начала вам нужно настроиться. Понимаете ли, мое первое попадание в застенки этого чудесного заведения оставило свой след на всю жизнь. Это, конечно, не тюрьма, но тоже со своим уникальным порядком. Я бы даже сказал, это отдельная вселенная. Со своими правилами, законами и общественными нормами. Наилучшей иллюстрацией вышеописанного служат замечательные фильмы, которые прекрасно отражают суть лечебниц. Например: «Пролетая над гнездом кукушки», «Прерванная жизнь» и даже второй сезон «Американской истории ужасов». Советую ознакомиться, если не видели, чтобы все предстоящее не было для вас как снег на голову. Ну а теперь – к более прагматичным вещам.

ПОСТУПАТЬ В ПНД СЛЕДУЕТ ТРЕЗВЫМ И ЧИСТЫМ ВО ВСЕХ СМЫСЛАХ ЭТОГО СЛОВА. Если вы наркоман (надеюсь, что нет), в вашей крови не должно быть запрещенных веществ при поступлении, это же касается алкоголя. К своему стыду, однажды я перебрал перед ПНД и приехал сдаваться с ужасным перегаром. И врачи долго решали, куда меня направить – в обычное отделение или наркологию, куда попадают пьяницы и другие. И хотя алкоголиком я не был, наличие спиртного в крови могло стать веской причиной провести недельку совершенно в ином режиме.

Второй момент касается личных вещей. Как я уже говорил ранее, брать походный вещмешок с собой не нужно. Запомните, это не кемпинг и не красная дорожка. Ваши ролексы в ПНД вряд ли пригодятся. И я, конечно, не сомневаюсь в честности людей, что там работают, но все же не испытывайте судьбу. Кстати, ВСЕ ВЕЩИ, ЧТО У ВАС С СОБОЙ, ОТ МЕЛОЧИ ДО МУСОРА ИЗ КАРМАНОВ, ПОДЛЕЖАТ ПОЛНОЙ ОПИСИ И ОТПРАВЛЯЮТСЯ НА ХРАНЕНИЕ. Принимающая медсестра обязана описать все, что у вас есть, и не забудьте в конце подписать специальный бланк. И когда я говорю «всё», я имею в виду абсолютно ВСЁ. К примеру, однажды медсестрам пришлось описывать нунчаки, которые я случайно забыл выложить. Они так и не смогли правильно записать название этого предмета, но, разумеется, вернули через неделю.

При поступлении вам также могут предложить помыться, побриться и т. д. ВЫ ИМЕЕТЕ ПРАВО ОТКАЗАТЬСЯ. ПОЛНОЕ. Например, могут возникнуть ситуации, когда вам даже очень настойчиво предложат сделать стрижку (налысо под машинку), сбрить вашу шикарную бороду и т. д. ВСЕ ЭТИ ПРЕДЛОЖЕНИЯ ИМЕЮТ ЛИШЬ РЕКОМЕНДАТЕЛЬНЫЙ ХАРАКТЕР, НЕ ЗАБЫВАЙТЕ.

Также при поступлении вам нужно будет заполнить ряд бумаг, в частности дать разрешение на обследование. Кстати, там же укажите необходимость в приеме своих лекарств, если подобные имеются.

Ну и, наверное, самое главное: в ПНД очень, ОЧЕНЬ скучно. Поверьте на слово, основной бич этого места – безделье, в котором находятся все его обитатели. Именно в бездействии вы будете вариться, как в собственном соку, целую неделю, и именно оно и будет гложить вас большую часть времени. Книжка, которую вы возьмете, кончится через один-два дня. А дальше наступает момент бессмысленного хождения взад и вперед. Чтобы предотвратить это, лично я советую заранее придумать себе интересный и полезный досуг. Что это будет? Решайте сами: станьте мастером оригами, начните медитировать, выучите «Фауста» наизусть – что угодно лучше, чем сидеть уставившись в пустую стену.

О режимах и отделениях

Почти любая психушка (кстати, это очень плохое слово, в стенах психушки от его употребления лучше воздержаться) имеет несколько отделений и режимов. Чаще всего их три.

Острое отделение, там содержатся тяжелобольные и часто буйные пациенты. Отделение «покоя» или просто не имеющее названия, туда обычно и отправляют призывников на наблюдение. Оно самое лайтовое, имеет часы посещений для родственников и ряд других привилегий.

И третье – это наркология. Там люди проходят реабилитацию, чаще всего с помощью капельниц. При этом призывники, как и другие больные, могут мигрировать из одного отделения в другое. В зависимости от своего поведения. Например, я видел, как одного парня, что был слишком шумным, отправили в острое, где даже из палат не всегда можно выходить. А другого призывника сначала положили в наркологию, так как он был доставлен пьяным. И лишь через пару дней добавили к остальным.

Призывников часто расселяют в одну палату, так как общая беда быстро порождает крепкий дружественный коллектив. И надо сказать, достаточно шумный. Так что в последние годы существует альтернативная практика, когда их раскидывают по палатам. Но не волнуйтесь, вы друг друга и без этого быстро обнаружите. Ибо отделения из-за отсутствия дверей похожи на опенспейс: всем все видно. Это, конечно, поначалу раздражает, но со временем начинаешь привыкать.

Любой ПНД – это очень четкий механизм, работающий сугубо по расписанию дня.

Примерное расписание:

Подъем в 6 утра. (не удивляйтесь, это связано с приемом лекарств).

Завтрак.

Курилка.

Обед.

Курилка.

Сон-час.

Два часа приема посетителей (везде по-разному).

Ужин.

Курилка.

Полдник.

Курилка.

Отбой в 9 вечера.

Чуть не забыл. Свидания разрешены только с законными женами и родственниками. Друзья тоже могут прийти, но только вместе с вашими родными. На входе у них будут спрашивать паспорта. Для посещений существует один специальный зал. Либо, если ваша мама принесла своих фирменных котлет, вы сможете пойти в столовую и съесть их под зорким надзором медсестер. Также родственники могут принести все вышеописанное, от сладостей на полдник до сигарет. Разумеется, все передачки досматриваются, так что даже не мечтайте протащить заточку в хлебе (если что, это была шутка).

О контингенте

Безусловно, самое интересное, с чем предстоит столкнуться призывнику в ПНД, – постояльцы. С кем автору книги только не довелось лежать за все эти годы! Наверное, даже описывать всех моих соседей будет не совсем этично. Я лишь отмечу, что вы должны четко осознавать один факт: какие бы странные вам ни попались люди, помните – они больны. У многих пациентов серьезные проблемы со здоровьем, и им нужен отдых и покой. В основном же за все пять раз я не встретил людей, которые относились бы ко мне с неприязнью. Мне попадались добрые, отзывчивые пациенты, хоть и со странностями. У них свой распорядок, отличающийся от вашего, они храпят (сильно) по ночам, рано ложатся спать и любят играть в шашки.

Вообще, к призывникам в ПНД относятся как ко временному явлению, все, от врачей до медсестер и постоянных пациентов, знают, что вы лишь на неделю, а они, возможно, на годы. Поэтому сильно к вам не привязываются. К слову, больше это, конечно, касается врачей. Для них вы лишь необходимая формальность, от которой хочется избавиться как можно скорее. Это, безусловно, связано с дефицитом мест. Ну а для больных вы скорее уникальное развлечение, связь с внешним миром, свежие уши, так что на первых порах к вам будет особый интерес. Ведь вы можете рассказать, что происходит в мире (если, к примеру, в отделении нет телевизора или радио).

Будьте с ними дружелюбны, но не сильно податливы. Иначе рискуете стать свободными ушами на целую неделю для человека, рассказывающего по кругу одну и ту же историю. Также вы можете попасть в компанию сидевших или тех, кто, наоборот, избежал таким образом заключения (нет). У меня так было в последний раз, но, поверьте, в этом нет ничего страшного.

Да, и чуть не забыл: ни в коем случае не пытайтесь погружаться в болезни других пациентов и уж тем более «лечить» их. Помните, что как раз сейчас у них и так проходит лечение с реальным врачом и ваше Фрейдистское вмешательство может все усугубить.

Правила поведения

Многие призывники, проходящие стационарное наблюдение, ошибочно полагают, что их анализируют лишь врачи. Но это не совсем так. В каждом отделении есть дежурная медсестра, и даже когда вы просто ходите по отделению взад и вперед, от скуки лежите на кровати, плюете в потолок или общаетесь с другими больными, она ставит себе пометки в особом журнале. В ваших же интересах, чтобы ее отчет показывал ваше полное психическое здоровье. Не нужно забиваться в ужасе в угол – пройдитесь по отделению, посмотрите телевизор с остальными, займитесь чем-нибудь. Ни в коем случае не нужно спать 20 часов в сутки: во-первых, это вредно, а во-вторых, вас могут счесть ненормальным и оставить на дополнительный месяц.

Что же касается общения с психиатрами и другими врачами, это я уже довольно подробно описывал. Не стоит слишком откровенничать, но и не зажимайтесь, будьте спокойны, нейтральны и вежливы. И запомните: на вопрос, почему вас положили в ПНД, лично вы ответа знать не можете. Ибо откуда вам знать? Вы просто призывник, а что там в голове у призывной комиссии, вам неизвестно. По большому счету видеться с врачами вы будете не чаще одного раза в день, у них и без вас хлопот хватает, реальных пациентов например.

Выписка

Долгожданная выписка происходит один раз в неделю. Ровно в тот же день недели, что и вписка. То бишь если вас положили в четверг, то и выпустят лишь в следующий четверг. Перед этим в понедельник вас будет ждать один врачебный обход. Но он по большому счету лишь формальность, и то не для вас, а для больных. Выписать призывника могут лишь после того, как им будут пройдены все врачи и сданы все анализы. Если по каким-то причинам (например, из-за праздника) вы не успеете, то, увы, из-за какого-нибудь дурацкого анализа все может затянуться еще на одну неделю. Но так бывает нечасто.

Финальный рывок – это врачебный консилиум, на который под бой ритуальных барабанов призывников вызывают по одному. В кабинете у завотделения или главврача вас ждет встреча со всеми специалистами, у которых вы проходили обследования. Это чем-то напоминает лобное место.

Вам начнут задавать наводящие вопросы из цикла: «Вам у нас понравилось?» И все в этом духе. Скажите, что очень хорошо отдохнули от работы/семьи/жены, похвалите кухню, да что угодно. Не стоит держать на врачей зла и быть пассивно агрессивным, по большому счету они просто выполняли свою работу, и уж тем более это не их вина, что вы провели уик-энд в психбольнице. Скорее всего, вас выпишут с нормальной характеристикой, как было и у меня, целых пять раз между прочим. Примерно на четвертый, когда меня запомнили врачи, они начали недоумевать, почему же автора книги вновь и вновь отправляют на обследования, если мне вновь и вновь пишут одну и ту же положительную характеристику. Но, разумеется, они задавали этот вопрос не совсем по адресу…

После того как все документы будут написаны, вам вернут одежду, вещи и самоуважение. После этого спустя неделю документы отправят в военкомат, после чего вам, скорее всего, позвонят на личный телефон и попросят прийти для дальнейших мучений. Ну а вы после ПНД еще месяц будете есть, спать, курить табак по расписанию, а потом забудете это как страшный сон, ну либо напишете об этом книгу…

Глава 4. Финишная прямая

Ментальные войны

Чем дальше я закапывался в материалы и собственные воспоминания, тем больше ко мне приходило понимание данного труда. Общаясь с друзьями и знакомыми, я все чаще начал замечать некий абьюз (очень модное слово на момент 2018 года) в сторону меня и моей книги. Из уст абсолютно разных людей я постоянно слышал заблуждения по типу: «Ты помогаешь косить от армии, нарушать закон, делаешь неправильное дело» и т. д. И сейчас, на финишной прямой, я бы вновь хотел развеять все мифы о книге в ваших руках.

Итак, я не помогаю косить от армии. Во-первых, это невозможно (если вы не сын …*вставьте имя*). Но если вы все-таки чей-то сын, то зачем тогда вам эта книга? У вас и так все, как говорится, на мази. В данном писании мы по большому счету изучаем действующее законодательство и юридические права российского призывника. Я не учу в этой книге, как подделывать документы, давать взятки и тому подобному, и даже больше скажу, я категорически против как первого греха, так и второго. Уж если и получать военник, то совершенно законно.

Помимо этого, я скептически отношусь к уклонизму. Я не осуждаю, но и уж точно не советую, как лучше прятаться от армии до 27 лет. На мой взгляд, это нерациональная трата молодости и бессмысленная жизнь в бегах, которой и врагу не пожелаешь.

Ну и последний пункт, пожалуй самый абсурдный. Для многих россиян служба в армии – это «правильно». Я опять же не осуждаю, это их дело/выбор/желание. Но и спорить на эту тему тоже не собираюсь. На мой взгляд, нынешняя военная обязанность устарела, ужасно устарела и требует реформ, впрочем как и многие другие аспекты нашей страны.

«Не служил – не мужЫк!» – этот приговор вам вынесут сорокалетние женщины, учителя и преподаватели в школе и университете, врачи в поликлиниках, очередях и военкомате, ваши ортодоксальные родственники, сосед-алкоголик, супербольной откосивший сокурсник, бабушки на лавочке, знакомые вашей мамы или кто-либо еще. Но все их высокоинтеллектуальные заявления не должны влиять на ваш выбор, служить или нет. И я настаиваю, что этот выбор должен быть у каждого, даже если законодательство свидетельствует об обратном.

Как вести себя в военкомате

И тут один вопрос вытекает из другого. Как только в военкомате обнаружат, что вот уже пятый призыв пошел, а вы никак не «забираетесь», они, испробовав все свои хитренькие уловки, попросту начнут на вас давить. Начиная от офисных клерков, в чьих обязанностях – тупо выдавать повестки, и заканчивая призывной комиссией – все они считают своим святым правом вступать с вами в разного рода философскую полемику. Начинается все так: «Ой, да сходил бы ты уже, Вася Откосилов, в армию, там бы из тебя мужика сделали», или «Ничё, все равно уйдешь, там научишься приказы выполнять», или вот мое любимое «Ой, да какие там у тебя болезни». Многие из этих, видимо, не состоявшихся «по жизни» людей, чаще всего почему-то женщины бальзаковского возраста, не отдают себе отчета, что вы еще не являетесь солдатом и не обязаны терпеть приказы и унижения. Кулуарно вам будут хамить именно офисные работницы военкомата, в народе это называется синдромом гардеробщицы (точнее и не скажешь).

Как быть в такой ситуации?

Ну вот представьте, что вам нахамила продавщица в магазине или работница паспортного стола. Я не призываю вас ругаться и реагировать на каждый выпад (поберегите нервы, поверьте, они только этого и ждут), но не бойтесь с ними спорить и ставить этих зазнавшихся, абсолютно ни на что не влияющих бухгалтерш на место. Так они будут даже больше вас уважать, ибо понимают лишь язык хамства. В данном мире «подставь вторую щеку» – уж точно плохая тактика, нужно уметь постоять за себя, вновь и вновь доказывая свою правоту с хладнокровием и уверенностью. Только так.

Четкий план действий

А теперь давайте подытожим все три предыдущие главы и составим четкий план действий. И даже разберем некоторые кейсы.

Итак, первое, что нужно сделать, – это четко решить заранее, идем мы в армию или нет. Сделать это необходимо (не желательно, а необходимо) заблаговременно, до наступления призывных восемнадцати и до покупки этой книги. Объясню, почему стоит начать немного раньше. У всех людей абсолютно разное состояние здоровья и разные степени уже имеющихся болезней. И если вы думаете, что заскочить в горящий поезд отечественной медицины – это просто, поверьте, вы живете иллюзиями. Лично я советую начать анализировать свои болячки лет с семнадцати, не как ваш покорный слуга – с десяти, когда организм постоянно претерпевает вполне естественные метаморфозы, а чуть позже.

Приведу личный пример. Автор этой книги страстно любит кошек. Я живу с кошками с самого детства, я рисовал кошек, восхищался ими, боготворил. И никогда, поверьте, никогда я и представить не мог, что у меня на них аллергия. А все потому, что проявляться симптомы начали лишь к 18 годам, но тогда я не придавал этому особого значения. Но сейчас подобный случай отлично иллюстрирует то, с чем предстоит работать призывнику. Скрытые болезни, еще не проявившиеся, о которых вы даже и не знаете, они там таятся в глубине вашего организма и ждут своего часа.

Поэтому к 17 годам внимательные к собственному бренному телу люди имеют, как минимум, примерное представление о стадиях своих заболеваний. А если нет, вот вам и будет чем заняться ближайший год. Лично я советую сделать полное обследование всего на свете. И выбрать одну самую тяжелую вашу проказу. Вашу, так скажем, ахиллесову пяту.

ВЫБИРАЕМ ОДНУ БОЛЕЗНЬ, А НЕ ВСЕ СРАЗУ.

Я это уже немного объяснял, но все же позволю себе повториться. Военкомату не нужны ваши пять почти непризывных болезней – ему достаточно только одной. Многие призывники думают (да и я раньше тоже), что если у них, скажем, средней паршивости зрение, не очень хороший желудок, небольшая гипертония и другие недоболезни, то вкупе они и станут вашим военным билетом, но, увы, нет. По большому счету, если они недостаточной (плохой) степени, скорее всего, военкомат будет выдавать вам лишь билет на отправку.

Я знаю, что это несправедливо, как и понимаю, что на деле служить с кучкой недоболезней вам будет несладко, а то и хуже. Но таковы реалии. По закону, и тут у меня даже претензий нет к военкомату, получить категорию В можно, лишь имея одну непризывную степень. Так что выбирайте свою ахиллесову пяту и козыряйте на призывной комиссии именно ею. Наблюдайте за своей болячкой, ходите с ней по врачам, анализируйте ее, хольте и лелейте, как говорится.

Но все это не значит, что на остальные четыре болезни нужно забить. Ни в коем случае. Нередки ситуации, когда вдруг внезапно одна из оставшихся болезней вырывается вперед фаворита, регрессирует быстрее и даже может дойти до нужной степени. Тут по большому счету мы имеем забег ваших недугов. Самую большую ставку делаем на лидера, а на остальных ставки чуть меньше и надеемся на авось. Так что раз в год можно делать общий анализ всего, дабы владеть самой актуальной информацией.

Но тут, возможно, у тебя, дорогой призывник, возник вполне справедливый вопрос: а почему бы не следить за всеми болезнями одновременно? Отвечаю.

В нынешней системе бесплатной медицины это попросту нереально. Вы и без меня это знаете. В больнице, где на одного врача 10 бабушек, попасть к узкому специалисту – целая история. Нужно сначала записаться к своему терапевту (что уже целый квест), отпроситься с работы, высидеть жуткую очередь, выпросить у терапевта талончик к узкому специалисту, которых попросту иногда нет, ну либо они в отпуске или просто немногочисленны. Сами же интервалы между талонами иногда просто огромны. Скажем, 1 сентября вы кое-как попали к терапевту и получили от него талон к эндокринологу лишь на 28 сентября, и вам еще повезло.

И это не учитывая анализы, которые необходимо будет сдать. А теперь представьте, что у вас не один эндокринолог, а все пять специалистов и по каждому нужно будет проворачивать это каждый призыв. Звучит как медицинский ад, верно?

В такой ситуации можно смело увольняться с любой работы, разбивать палаточный лагерь возле поликлиники и жить там вплоть до получения военника. И я сейчас не шучу. Так что, думаю, этот вопрос у вас и сам отпал. В данном случае лучше всего послушать советы буддистов и сфокусироваться на чем-то одном. Ведь, как гласит наша русская пословица, за двумя диагнозами погонишься – ни одного не докажешь.

Итак, подводя итог этого раздела, предлагаю составить тебе, призывник, небольшой план действий, который будет служить нам путеводной звездой на протяжении всей призывной кампании.

1. Делаем полный анализ организма.

2. Выявляем слабые места и болезни.

3. Выбираем одну.

4. Смотрим перечень непризывных болезней в интернете.

5. Сравниваем категорию нашей болезни с необходимой категорией.

6. Наблюдаемся на протяжении полугода у нужных специалистов.

7. Собираем справки, обращения, анализы и врачебные диагнозы.

8. ДЕЛАЕМ КОПИИ ВСЕХ ДОКУМЕНТОВ.

9. Проходим призывную комиссию.

10. Жалуемся нужным специалистам (доказывая слова документами).

11. Получаем военный билет.

12. Если не получаем, то получаем направления на дополнительные обследования.

13. Проходим врачей уже по направлениям военкомата.

14. Подтверждаем диагноз либо получаем категорию Б.

15. В этом случае остается две-три недели до конца призыва. Если вас забирают в армию, подаем в суд на военкомат.

16. Колесо сансары делает оборот.

17. И так, пока не попадаете в одиннадцатый пункт…

Наша схема выглядит довольно незамысловато, на самом деле так и есть. Она универсальна, абсолютно законна, и вы имеете полное право на любой из описанных пунктов.

Когда вы проживете несколько призывов таким циклом, у вас напрочь исчезнет страх того, что вас заберут в армию. Вы почти перестанете чувствовать над собой этот дамоклов меч, почти. Останется лишь четкое ощущение фрустрации, и все призывы станут похожи на один, как бесконечный день сурка. Это очень бесит, и многие призывники ломаются именно на этой схеме. Кому-то не хватает терпения, кому-то надоедает ходить на призывные комиссии и по врачам. У всех разные причины. В любом случае это выбор каждого. У меня же его, к сожалению, не было. Призывной вопрос для меня всегда был скорее вопросом выживания. Оценив свои физические показатели и болезни, я не испытывал по поводу армии никаких иллюзий и всегда знал, что с моими болячками там делать нечего. Что и пытался доказать нашему государству на протяжении многих лет. И в итоге – доказал.

Куда отправляют в последний путь

Есть в нашем идеальном плане еще одна очень важная деталь, о которой я обещал рассказать максимально подробно и расскажу. Существует в России такое место, куда призывников отправляют в последний путь, и имя ему Сборный Пункт. Именно там с мальчишек снимают многолетний шлейф мирной гражданской жизни, а также одежду, индивидуальность и волосы. Именно на сборном пункте отбирают в воинские части, читают присягу и все такое. В принципе нас это мало интересует, ведь у нас книга не о том, как лучше отслужить. Наша цель – так называемое КМО.

КМО – контрольное медицинское освидетельствование.

Дело в том, что попавшим на сборный пункт призывникам приходится вновь проходить точно такую же медицинскую комиссию, как и ту, что они проходили за две недели до этого. И обычно штаб, где оно, КМО, находится, стоит во главе целого округа и принимает парней со всех местных военкоматов. «Ну а нам-то какой профит?» – спросите вы. Отвечу.

ПОЧТИ ВСЕ РЕШЕНИЯ, СВЯЗАННЫЕ С ПРИСУЖДЕНИЕМ КАТЕГОРИЙ, ПРИНИМАЮТСЯ ИМЕННО НА ОКРУЖНЫХ КОМИССИЯХ. По большому счету это означает, что ваш родной городской военкомат, по сути, ничего не решает. Вот, скажем, сомневаются местные врачи, дать вам категорию Г или уже пора В. Они либо отправляют вас на КМО либо посла доброй воли с вашим делом. Так что все спорные моменты касательно медицины решаются именно там. Но это, к сожалению, далеко не панацея.

По одной простой причине. Отношение врачей к призывникам везде одинаково плохое. Так что сильно не рассчитывайте на барскую милость. И все же из тех ребят, что получали со мной военники, примерно 60 % зарабатывали их именно на КМО. Статистика, согласитесь, неплохая.

Так вот, как попасть на КМО. Перейдем к кейсу.

Вот это да!!! Нашему старому знакомому Васе Откосилову неслыханно повезло! Его наследственная гипертония в этом году начала стремительно прогрессировать. Вася зафиксировал давление с помощью аппарата суточного мониторинга, а также чуть не умер на медицинском велосипеде. Его анализы просто неутешительны. Врачи в городской поликлинике ставят ему гипертонию аж 3-й степени! Это настоящая победа. Счастливый Василий Откосилов отправляется на весенний призыв, но врачи местного военкомата жутко сомневаются, ставить ли ему категорию В, ведь, согласно статистике, именно к этой болезни в военкомате относятся наиболее скептически. Недолго думая, местные врачи решают поосторожничать и ставят Васе Б4, как и в предыдущем призыве.

На этом этапе у Василия есть, по сути, три возможных решения. Первый и наиболее простой – затянуть призыв апелляциями и перейти в следующий, в надежде через полгода повторить попытку. Это не самый плохой вариант, в таком случае за полгода ваше здоровье может значительно ухудшиться и, как следствие, диагноз тоже. Если же ухудшаться дальше некуда, Вася может попробовать оспорить решение местной комиссии в суде, предоставив неоспоримые доказательства своего недуга. Вариант логичный, если бы не статистика по таким делам. Не забывайте, мы в России, а как известно, казино всегда в выигрыше. И, не рассчитывая на Фемиду, мы переходим к третьему возможному решению – КМО.

ВЫ ИМЕЕТЕ ПОЛНОЕ ПРАВО НА КМО, ОНО ОСУЩЕСТВЛЯЕТСЯ ПО ЗАЯВЛЕНИЮ ПРИЗЫВНИКА. Заявление это очень простое, и для него не нужно заканчивать юридический:

Я, Василий Откосилов, прошу направить меня на КМО… Дата, подпись.

Соответственно, как и в случае с судом, призывные меры в отношении юноши автоматически замораживаются. Вам дают повестку на ближайшую отправку в сборный пункт. Доехать можно и на своей машине, но тут уж смотрите сами.

К сожалению, насколько бы далеко ни находился сборный пункт от вашего города, он будет считаться закрытым военным объектом, так что ни юриста, ни маму родную туда не возьмешь. Их, конечно, пустят за шлагбаум, но не на саму комиссию. Впрочем, эти условия игры действуют и в местных военкоматах.

Как я уже отмечал ранее, всех призывников делят на две составляющие – тех, кто уже, считай, ушел в армию (команда), и вас, кривых и косых (бегунки или срочники). И тут главное – не перепутаться. Я, конечно, не знаю, какой бардак должен произойти, но мой юрист советует иметь при себе следующие вещи: мобильник, пополненный счет мобильника, повербанк и номер юриста, который в случае путаницы примчится вас вызволять. Не знаю, были ли прецеденты, но проверять не хотелось. В любом случае главное – помнить золотое правило:

НИЧЕГО НЕ ПОДПИСЫВАТЬ.

Ведь, как справедливо заметил один мой служивый друг,

пока ты не подписал присягу, ты все еще человек с правами ©

Ах да, и не забудьте взять с собой еды и, главное, воды (бизнес-ланч подавать не будут). Ведь из-за того, что «команду» пропускают в первую очередь, а срочников – в самую последнюю, обследование может затянуться на целый день.

В финале же вас ждет точно такое же заседание призывной комиссии, где вам огласят категорию годности. Скорее всего, такую же, как и была. Но бывают исключения. В народе, например, бытует мнение, что на КМО проверяют более тщательно, нежели на местном уровне, так как боятся пропустить бракованных солдат. Но опять же это как повезет. Некоторые врачи даже не открывают вашей больничной карты и работают с предубеждением, что служить должны абсолютно все. Другие же, напротив, могут продержать одного призывника добрых 15 минут, тут все зависит от человека, настроения, утреннего душа, сообщения от его любимой девушки и других абсолютно субъективных параметров. Лично на мне КМО не сработало, даже с третьей попытки. Но это не значит, что так же будет и у вас.

Готов к суду и обороне

Как я уже говорил ранее, судиться с военкоматом почти бесполезно. И неинтересно ни одной из сторон. Честно говоря, все юридические проволочки носят сугубо номинальный характер. Документы мигрируют из одного кабинета в другой, бесконечно переписываясь, как под копирку, так что вести любые переписки с вашим оппонентом не составит особого труда. Другое дело – время, которое вам придется постоянно тратить на всевозможные проволочки, письма и жалобы, это уже совсем другой разговор. Особенно если вы человек занятой, работаете, получаете второе образование и т. д.

Я очень советую завести своего представителя. Делается это несложно – нужно лишь оформить доверенность у любого юриста. Такой представитель имеет право писать от вашего лица прошения, делать запросы документов или, наоборот, приносить новые. Он даже, по идее, может забрать за вас повестку, если этого требуют обстоятельства. А они, поверьте, бывают.

Скажем, вас сбила машина и вы в больнице. А призыв начался. Но эта ситуация уж слишком абстрактная. Намного больше пользы от такого сотрудничества – на этапе судебного разбирательства. Если ваш представитель по совместительству юрист, он за вас и на формальный суд сходит, и отнесет туда материалы дела, и решение обратно в военкомат отправит. Конечно же, можно заниматься этим единолично, но это лишь в том случае, если у вас уйма свободного времени, стальное терпение и нет лишних денег на оплату услуг юриста.

Отдельного упоминания требует переписка с военкомом. Это вообще какой-то авангардный эпистолярный жанр. Военкомовские письма написаны настолько официозным языком, что иногда даже диву даешься. Например, все ответы, что я когда-либо держал в руках, были, по сути, переписанным моим же запросом. Почти дословно.

Выглядит это так.

Вы: Я, такой-то такой-то, такого-то числа после прохождения призывной комиссии получил категорию Б4, с чем не согласен…

Военком: Такой-то такой-то такого-то числа во время прохождения призывной комиссии получил категорию Б4, с чем не согласен. Подпись, дата.

И это не шутка. Подобная бессмысленная писанина – это примерно 80 % документации. И на любое прошение местного разлива у них уже заготовлены формуляры и речевые модули для ответов. «Тогда на кой писать эти письма?» – справедливо спросите вы. Писать нужно.

Есть запросы, которые необходимо строчить, чтобы реализовать свое право.

Например, заявление оспаривающее результаты комиссии или запрос на отправку до ближайшего КМО. По сути, любой конфликт с местным военкоматом, потеря/исчезновение документов, нарушение порядка призыва и другие решаются именно в таком формате. И за любой запрос местному военкомату придется оправдываться перед окружным. Это своего рода отчет о проделанной работе перед вышестоящим начальством. Так что на ваше заявление ВАМ ОБЯЗАНЫ ДАТЬ ОФИЦИАЛЬНЫЙ ОТВЕТ, КОТОРЫЙ МОЖЕТ И БУДЕТ ИСПОЛЬЗОВАН КАК ВЕЩДОК НА СУДЕ.

Так что копируем и обязательно сохраняем все полученные бумажки, даже, казалось бы, самые, на первый взгляд, бесполезные.

Уловки военкомата

Как и в любой государственной конторе, у военкомата есть свои секретики и хитрости. Многие из них я уже описывал – к примеру, фокус с карандашом на тестах и т. д. Но, разумеется, есть и еще. И о многих даже за шесть лет наблюдений мне так и не удалось узнать.

Начать стоит с очевидного. У военкомата есть свои тайные «черные метки», об этом многие сотрудники говорят почти в открытую, так что, наверное, они не обидятся, если я расскажу, как именно вас помечают. Но не конкретно вас, а ваше дело.

ДЕЛО ПРИЗЫВНИКА – САМЫЙ ВАЖНЫЙ ЕГО ДОКУМЕНТ (2).

Однажды мой товарищ заметил странные две буквы, нацарапанные карандашом прямо на его деле: «ДС». Он долго пытался расшифровать загадочную аббревиатуру, подобрал с десяток вариантов по типу «Добрый Самаритянин», «Доблестный Солдат» и другие. Пока однажды не увидел точно такие же буквы у другого призывника. А потом еще у одного. По его мнению, ДС можно перевести как «ДОЛЖЕН СЛУЖИТЬ». Оказалось, что пометки стояли лишь на делах так называемых проблемных призывников – ребят с юристами и больных, не желающих уходить. Как он признался позднее, мой друг решил протащить ластик и стереть черную метку. Насколько это сработало, доселе неизвестно, но справедливости ради стоит заметить, что свой военник он-таки получил.

На мой взгляд, пометки карандашом вполне имеют место, так как похожая практика с секретными закорючками есть во многих бюрократических структурах. Не факт, что в вашем регионе это будет именно ДС, – может быть, у вашего военкомата своя фишка, ЗУ, например (Злостный Уклонист), или НСНМ (Не Служил – Не Мужик).

В нашем же городе у работников была еще одна интересная фича – красные ленты. Так как у нас маленький город, то и служба помощи призывникам всего одна, следовательно, и юрист, специализирующийся на военкомате, тоже один. Так что у нас всех клиентов данного адвоката пометили красной позорной лентой. Уж не знаю, ради каких целей, но в городе вроде нашего подобные детали не скроешь. Но это всё вещи, не особо влияющие на процесс призыва. Скажем, обнаружили вы на себе метку, ну и что? Доказать вы ничего не сможете, да и имеет ли это смысл? Военкомат и так про вас все знает, да и пусть знает.

Тем не менее существуют не совсем честные способы, которыми иногда даже эта, казалось бы, государственная система не брезгует пользоваться. Речь, разумеется, о так называемой случайной утере документов. Лично мне из-за подобного пришлось лишний раз отлежать в психушке, так как бумажка попросту потерялась в таинственных дебрях моего военкомата. Мне бы очень не хотелось думать, что этим грязным приемом пользуются для давления. И я, конечно же, могу предположить, что документы в такой хаотичной структуре, где в архивах хранятся тонны бессмысленно переработанных деревьев, действительно могут потеряться. Но это уже, как говорится, не ваша проблема. Задача призывника, зафиксировать этот момент. Итак, лайфхак:

САМЫЕ ВАЖНЫЕ ДОКУМЕНТЫ СЛЕДУЕТ ОТДАВАТЬ С СОПРОВОДИТЕЛЬНЫМ ПИСЬМОМ.

Что это значит. Скажем, вы прошли дообследование. У вас на руках серьезные доказательства вашей болезни – снимки, справки. Вы или ваш юрист должен отнести их в военкомат, дабы их приняли во внимание. Естественно, как мы уже ранее обсуждали, вы делаете ксерокопии всего. И чтобы ничего ненароком не потерялось, составляете сопроводительное письмо, где подробно описываете каждый документ, который прикладываете. Выглядит это как список покупок: «Майонез, десяток яиц, справка от кардиолога, две буханки хлеба…»

При этом очень важно поставить дату отправки документов, а тетечка в приемной должна расписаться и поставить печать о том, что приняла именно это количество документов, не больше и не меньше. Разумеется, в итоге должно быть два экземпляра, один вам, а второй военкомату в назидание.

Зачем такие сложности?

Ситуация. Скажем, вы хорошо подготовились к осеннему призыву. Прошли необходимых врачей, потратили на анализы все лето. Заранее отнесли все документы в военкомат, дабы их, как говорится, приобщили к делу. И вот проходите вы спокойненько комиссию, врач вас спрашивает: «Чем болеем?»

А вы ему: «Одно, второе, третье…»

Врач недоверчиво: «Что-то в вашем деле я таких записей не наблюдаю».

«Да как же так!» – начинаете вы. Смотрите в дело, а там записи четырехлетней давности. И вот очередной призыв у вас Б4.

Ну а если бы подстраховались и имели на руках «список покупок», то дело бы имело совершенно другой оборот. Ведь, согласно закону, военкомат – последняя инстанция, которая приняла ваши документы.

А ПОТЕРЯ И ПОРЧА ВАШИХ ДОКУМЕНТОВ – ЭТО СЕРЬЕЗНОЕ НАРУШЕНИЕ.

В данном случае вы ставите военкомат в непростую и, я бы даже сказал, безвыходную ситуацию. Ему предстоит либо каким-то магическим способом «найти» утраченное, либо воссоздать с нуля. Какой из способов они выберут, поверьте, не ваша забота. Но по своему опыту скажу, что в такой ситуации бумаги находятся в течение одного дня. Настоящая юридическая магия.

Получение военного билета

Получение военного билета – это, безусловно, самый важный и приятный момент во всей этой мутной истории. Но, несмотря на значимость события, даже тут у призывника могут возникнуть некоторые трудности. В основном они связаны с затягиванием сроков, которыми так часто грешит наш любимый военкомат, причем делает это почти так же часто, как выписывает повестки. Лично у меня была очень интересная ситуация.

Я уже традиционно проходил свой очередной весенний призыв (даже не могу сказать, какой по счету) и, несмотря на довольно оптимистичный настрой моего юриста, особых надежд не испытывал. Так бывает, когда застреваешь во временной петле, из которой нет выхода. Делаешь все машинально. На автомате проходишь комиссию, на инерции и без нервов ждешь оглашения вердикта. Попутно созерцая, как волнуются первоходцы. Так вот, в один из таких серых и ничем не примечательных дней мне и объявили радостную весть. Звучало это скорее как: «Мы от тебя устали, оставь уже нас в покое». Так и случилось. Прямо на призывной мне сообщили, что мое дело отправляется на КМО, где, если все согласятся, мне выставят категорию В. И тут начинается самое интересное. Согласно закону,

ВЫДАТЬ ВОЕННЫЙ БИЛЕТ ВАМ ОБЯЗАНЫ В ТЕЧЕНИЕ 10 РАБОЧИХ ДНЕЙ.

Но к сожалению, как показывает практика, это может занять намного больше, от двух месяцев. При этом вам еще несколько раз придется отпроситься с работы, чтобы принести документы (которые, к слову, у них и так были), а также сообщить суперважные данные: размер одежды, рост, вес (которые, к слову, у них и так были).

При этом сроки могут все время срываться без объяснения причин. У меня получить военник получилось аж со второго раза. После волшебной жалобы, которую пришлось написать на имя военкома (кстати, забирать военник позвали на следующий день). Но по большому счету даже эти мелкие неудобства не смогут омрачить вам тот прекрасный день, когда вы покинете стены военкомата навсегда.

Послевкусие

Самое ужасное, что описанные в данном произведении бюрократические мытарства – это лишь верхушка целого айсберга. Ведь мои приключения ограничены лишь стенами военкоматовских приемных, и они даже в сравнение не идут с историями, что мы слышим от тех, кто все же ушел в армию. Перед написанием книги я долго опрашивал людей. Спрашивал тех, кто ушел до сокращения срока службы и реформ и после. Менялись времена, режимы, поколения – неизменным оставался лишь безысходный русский экзистенциализм, которым пропитана служба в этой стране. Честно говоря, я не знаю, почему так. И не понимаю зачем? Во времена, где любая битва длится лишь четыре минуты, от точки соприкосновения ядерного снаряда с соседним континентом, в России тратятся миллиарды на то, чтобы одеть, обуть и целый год содержать миллионы срочников, при этом обучая их лишь тому, как строить кантики и мыть полы. На мой скромный взгляд, вся эта отталкивающая система, где больных и здоровых, пацифистов и милитаристов смешивают и пытаются заставить служить, мягко говоря, устарела, а если говорить честно – обнаглела. И это мы еще даже не говорим о коррупции, на которой в принципе зиждиться вся военная отрасль. В нынешней армии не воруют разве что гвозди из пола, и то, если они хорошо прибиты.

61 миллиард долларов в 2019 году Россия потратила на оборону.

Лично я вижу будущее этой отрасли как высокооплачиваемую профессию. Сейчас, оглядываясь на другие страны, это уже становится очевидностью. Возьмите эти 60 миллиардов, постройте военные институты, выпускайте опытных высококвалифицированных военных. Людей, которые действительно хотят связать свою жизнь с этим уважаемым ремеслом.

Уберите срочников и их содержание – и вы получите баснословные деньги на то, чтобы создать льготы и особые общественные условия для контрактников. Но вместо этого мы вновь и вновь видим анекдотичного военкома, бегающего с повесткой за больными и не очень призывниками, видим халтурную работу, видим бессмысленность происходящего и армию, что подобна чемодану без ручки: деть ее некуда, но выбросить все равно жалко.

Что же касается вашего покорного слуги, то все-таки армия (хоть я в ней и не был) кое-чему меня научила. А именно – тупому упрямству. И я надеюсь, что книга, которую вы только что прочитали, приблизит время, когда ее можно будет отправить в утиль. И поверьте, когда сей чудный миг наступит, я буду первым, кто это сделает.

Александр Ротермель

2019

Примечания

1

Кантик – квадратный снег, земля или любая другая масса. «Любимое» развлечение солдат-срочников.

Вернуться