Святослав Шевченко
Потерянный узник

За закатом следует рассвет.

Манящий и новый,

Уносящий мусор ночи…

Одинокий парк тонул в свете уходящего солнца, приобретая романтическую и мрачную атмосферу. Лучи заката подчёркивали власть старых ёлок и серость тротуарной плитки, сквозь которую пробивалась зелёная маленькая жизнь. Она просила света и, как бы невзначай, украшала человеческую глупость.

Пустые лавочки покрылись росой от грусти прожитого дня безделья. Высоко в небе шумел порывистый ветер и нагонял облака сильной грозы.

Грозы, которая будет длиться вечно.

Босые ступни маленького мужчины неуверенно и слабо ступали на серую плитку. Узник бродил по человеческой глупости, затаптывая зелёные рвения жизни. Он не имел лица, на нём были серые штаны и рваная рубашка на истощённом и истерзанном ранами теле. Гремя тяжёлыми цепями по каменным дорожкам, Узник бродил по лабиринту парка днями напролёт в поиске ответа, без малейшего права на отдых.

Буря всё ближе и ближе настигала парк. Её громкие крики издалека пугали мощью и разрушительной силой.

Времени мало. Узник продолжал искать. Неспешные шаги превратились в растерянный бег. Забылась мучительная боль в ногах. Последние силы с каждым движением растворялись в тени старых ёлок, подпитывая их словно вода. Узник, тяжело дыша, убегал в глубь парка, без разбора выбирая тропинки.

Солнце скрылось за горизонтом, уступая власть непроглядной тьме. Парк медленно покрывался тёмным пледом стихии, с каждой минутой превращаясь в чёрное пятно. Крики бури становились страшнее и громче.

Обессиленный узник пал на колени. Утопая в муках, его глаза залились горячими слезами. Лишь на миг маленькая надежда дала каплю сил, чтобы встать.

Но было поздно.

Буря раскрыла огромную чёрную пасть, готовясь в момент проглотить парк одним махом и навсегда утопить его в непроглядной тьме и проливном дожде…

Вдруг прозвучали чьи-то пронзительные слова:

– Так, стоп, стоп, стоп!

Время остановилось, а может и вовсе исчезло, будто бы и не было его никогда. Буря замерла, зависнув в небе. Всё вокруг стало неподвижным, неживым. Слёзы на щеках Узника превратились в хрупкие камешки стекла. Слёзы падали на дорожку и со звоном разбивались на тысячу осколков.

Узник поднял голову и растерянно осмотрелся вокруг, не понимая, что происходит.

– Почему тут так темно? Свет! – вновь послышался строгий голос.

Справа от дорожки появился высокий фонарь и отогнал от Узника обездвиженный мрак. Узник не успел моргнуть, как перед ним появился незнакомец в оранжевом фартуке поверх шерстяного белого свитера, в клетчатых штанах и серых валенках. На голове у него был козырек, а в руках длинная облезлая метла.

– Ты чего на коленях, хозяин? – с упрёком спросил незнакомец, – Вставай! Вставай, вставай! – поднимая Узника, успокаивающе говорил он, – Присядем?

Одиночество фонаря разбавила грустная лавка, появившаяся не пойми откуда.

Смахнув рукой стеклянные слезы с несчастной, незнакомец осторожно посадил Узника на скамейку и сел напротив.

– Ох, батюшки! Что ты с собою делаешь? – беспокоясь, заговорил незнакомец, смотря на обессиленного Узника. – Так нельзя! На, выпей. Полегчает. – незнакомец достал из большого кармана фартука стеклянную бутылочку и протянул страдальцу.

Узник начал жадно пить. С каждым глотком он чувствовал прилив сил. Боль угасает, а тело наполняется жизнью.

– Из липы отвар! Сам собирал. – улыбаясь, сказал незнакомец.

– Кто ты, добрый человек? – выпив весь отвар, спросил Узник.

– Дворник. Ты думал, что парк сам себя убирает? –усмехнулся Дворник.

– От чего? – Узник непонимающе посмотрел на собеседника.

– Как это от чего? От мусора, который оставляют гости твоего парка, хозяин. Проходят твои владения по этим дорожкам насквозь, идя кто куда, по своим делам, и обязательно что-нибудь да выкинут, а мне потом ходи и убирай! Ты бы хоть ворота поставил, да сторожа нанял! – прервавшись на секунду, продолжил Дворник, – Расскажи, хозяин, что случилось? Зачем буря? Погубит же всё!

Узник оторвал взгляд от Дворника и посмотрел на старые ёлки, которые прятались в темноте по ту сторону дорожки. Задумался на миг и ответил:

– Я брожу по лабиринту каждый день в поиске ответа на вопрос, который терзает меня годами. С каждым походом появляются новые раны на моём теле… – Узник задумался о чём-то, увидев среди ёлок застывшее воспоминание. Сумев оторвать взгляд, он продолжил говорить, посмотрев вверх на чёрные тучи. – Эта буря могла бы на веки погрузить парк во мрак и бесконечный дождь, если бы не ты. Спасибо тебе!

– Повторяешься, хозяин. Повторяешься… – со вздохом начал Дворник, – Эта моя работа. Я остановил бурю, но это не надолго, сам понимаешь. Ты её создал, тебе её и развеивать.

– Как? – с искрой надежды спросил Узник.

– Найди ответ. – положив руку на плечо страдальцу, ответил Дворник.

– Почему прошлое меня не отпускает? – спросил Узник.

– Эх, откуда мне знать, хозяин? – вставая со скамейки, произнёс Дворник. – Я могу дать тебе совет.

– Мне любая помощь не помешает. Я не знаю, с чего начать поиски.

Дворник улыбнулся и сказал:

– Ответ на твой вопрос придёт через мгновение. Вот скажи, зачем смотреть на старые ёлки? Зимой и летом одним цветом, хе-хе! Они никуда не денутся. Твой взгляд подпитывает их. От этого они становятся ещё больше и их тени затмевают всё вокруг. От тьмы тебе становится страшно. Формируются грозовые облака… Почему бы, хозяин, не посмотреть на молодые и цветущие липы? Дать им расцвести! Почувствовать их запах! Их свежесть и свет! Любоваться их красотой… Будь здоров, хозяин. Работа зовёт. – закончил Дворник и медленным шагом начал уходить в темноту, пока и вовсе растворился в ней.

Фонарь пропал и появился возле маленького саженца липы, направив лучи на тоненький голый ствол деревца. Узник подошёл к липе и окинул её взглядом с макушки до земли…

Долгожданные лучи рассвета показались на горизонте, неся за собой новые порывы. Острые лезвия лучей пронзали тёмный плед бури, с каждым новым ударом превращая её ткани в стаи бабочек и птиц.

Облака растянулись по всему небу. Тень старых ёлок мгновенно превратилась в пепел. Стройные липы зацвели и засияли…

Тяжёлые цепи размякли и превратились в песок. Раны Узника затянулись.

– Не обманул дворник. – с облегчением и небывалым спокойствием произнёс Свободный странник.