Ульяна Романова
Я заберу тебя себе

Глава 1

Я сидела на детской площадке, зябко ежась на холодном ветру. Середина апреля, а снег все еще не торопился таять. Немного спасал от холода старый теплый шарф, который несколько лет назад связала мне мама. 4- летний Ванька носился от одной качели к другой и заливисто смеялся, он у меня в любую погоду гулял с удовольствием.

Я судорожно соображала где же в этот раз найти деньги. Скоро нужно платить за съемную квартиру, Ванька моментально вырастает из новой одежды, не говоря уже про обувь, да и мне новые ботинки бы не помешали. Те единственные которые у меня есть уже настолько стоптанные, что идя по тротуару я каждый камешек чувствую. Сашка же, как назло, никак не мог заработать, хотя сутками где-то пропадал.

Мы переехали в этот город полгода назад, уезжали в поисках лучшей жизни, для сына в первую очередь. Жили в крохотном шахтерском городке, единственным местом работы был завод, на который еще попробуй устройся. Несколько школ и техникум для будущих работников комбината и университет, где тоже учили только техническим специальностям. Вот Сашка и решил в один прекрасный день – уезжаем. Были кое-какие накопления, хотели продать нашу квартиру и оформить ипотеку, договорились с риелторами, но воз и ныне там. Ни одного покупателя пока так и не нашлось. Сашка первый уехал, снял маленькую квартирку на окраине, сказал, что нашел работу и забрал нас с сыном.

Первые пару месяцев, пока накопления еще оставались, мы жили нормально. Правда Ваньку никак не хотели брать в государственный сад, а платный мы позволить себе не могли. Но Сашка сказал что у него на работе все хорошо, скоро устроим сына в частный сад и я тоже смогу выйти на работу. Но тут что-то расклеилось. Денег домой муж не приносил. Совсем. Прибегал домой поздно ночью, а уходил рано утром. Последний месяц мы даже не разговаривали толком. Но обещаниями муж кормил меня каждый день. А что толку от обещаний? Ребенок есть хочет, за квартиру нужно чем-то платить. Пришлось потихоньку продавать технику. Первый ушел ноутбук, который мы купили прямо перед отъездом, потом мой смартфон. Вместо него я купила себе самый простой телефон.

Потом меня хозяйка нашего продуктового магазина пожалела, предложила по утрам полы у них мыть. Я с радостью согласилась и, пока Ванька играл на детской площадке, бегала на работу. Но этого катастрофически не хватало. Еще и Сашка злился что его жена поломойкой стала. Я тогда тоже разозлилась и высказала мужу все что накипело, а он просто собрался и ушел. Уже вторые сутки от него ни слуху ни духу. Хотела позвонить, но деньги на счету закончились.

– Вань, пошли домой, я замерзла! – позвала сына. Руки уже просто онемели от холода. Несмотря на это я искренне улыбнулась сыну, видя его довольную мордашку. Подойдя к подъезду я услышала что меня окликнул Сашка. Ну слава Богу, явился!

– Алиска, привет! – муж явно был навеселе.

– Привет, – я нахмурилась и покрепче сжала ладонь сына. Ванька, кстати, тоже не побежал Сашку встречать, не любит он у нас пьяных.

– Давай домой. И пожрать что-нибудь сообрази! – махнул рукой муж в сторону подъезда.

– Что например? У нас есть… ничего, еще ничего и совсем ничего! – думала успокоилась, ан нет.

На мой разъяренный взгляд, Сашка с видом победителя достал из кармана внушительную пачку денег. Я даже не поверила сначала своим глазам. Но нет, это были деньги и на вид довольно много.

– Сходи в магазин, купи что-нибудь, – отдавая мне все велел Сашка. Я дрожащей рукой забрала деньги, а муж, отправился домой.

Мы с Ванькой отправились в ближайший супермаркет, где набрали несколько крупных пакетов продуктов. Я брала только самое необходимое, страх остаться опять без денег прочно въелся мне в мозг, но и необходимого было предостаточно, что даже Ваньке пришлось один пакет вручить. Но довольный сын бежал впереди меня, на всю улицу расхваливая себя как помощника.

Кое как дойдя до дома, я попросила Ваньку открыть дверь моим ключом. А когда сын открыл дверь то обомлела. В коридоре стоял незнакомый мне мужчина и в упор смотрел на нас. Я бросила пакеты на пол и задвинула сына себе за спину, но незваный гость не торопился ничего предпринимать. Он был высок, навскидку под метр девяносто, короткие волосы, темные глаза, прямой нос и слегка пухлые губы. Его можно было назвать симпатичным, если бы не глаза. Взгляд мужчины просто ужасал. Сразу захотелось стать меньше ростом, а лучше невидимой. Ну или провалиться сквозь землю и оказаться на другом материке, чтобы он больше так не смотрел. Я одной рукой схватилась за сердце, а другой задвинула Ваньку подальше за спину. Но тут из комнаты вышел муж:

– Что случилось? – обеспокоенно спросил он, глядя на мужчину. Тот только усмехнулся и указал на меня рукой. Вопреки моим опасениям Сашка был просто немного навеселе, хотя на улице мне показалось что он в стельку пьян.

– Лиска, ты чего? – муж ринулся собирать с пола пакеты, – испугалась?

– Просто не ожидала никого постороннего в доме увидеть, – смогла я взять себя в руки. Сашка в это время заносил покупки в кухню, а незваный гость принялся снимать верхнюю одежду. Несмотря на начало весны, снег еще даже не начал таять, незнакомец был одет довольно легко. Обычная черная куртка, серый свитер без рисунка, голубые джинсы и кроссовки. Движения у него были какие-то слишком резкие. А у меня холод прошелся по позвоночнику от одной мысли что этот мужчина в ближайшее время уходить не собирается. Закрыв за собой дверь, я начала раздеваться сама и помогать раздеваться сыну. Сашка убежал в ванну мыть руки, а я так и стояла в ботинках, смотря в пол, боясь поднять глаза на незнакомца, а тот, не стесняясь разглядывал меня.

– Знакомься, Лисенок, это мой коллега, Кай! – довольный муж показался из кухни. Я удивленно подняла брови? Кай? Который с Гердой? Несмотря на явную комичность ситуации смеяться мне не хотелось. – А это моя жена, Алиса, – Сашка просто лучился самодовольством.

– Очень приятно, – вежливо произнес Кай. Голос был низкий, с хрипотцой и звучал немного приглушенно, а у меня сердце в горле забилось от страха и в ушах зашумело. Почему этот тип навевает на меня просто животный страх?

Я, наконец, прошла в кухню, где уже деловито возился Ванька, пытаясь разложить продукты по полочкам. Сашка с Каем ушли в гостиную, где что-то негромко обсуждали. Мы с сыном быстро приготовили ужин. Сначала поели сами, а потом я позвала за стол мужчин. Не хотелось мне сидеть за одним столом с Каем.

Они просидели на кухне весь день. Уже вечером, искупав сына и уложив его спать, я вышла в кухню поинтересоваться, когда они наконец разойдутся. Но мужчины что-то смотрели на экране ноутбука, принесенного видимо Каем. Так и не решившись задать свой вопрос я тоже пошла в комнату спать.

Глава 2

Проснувшись утром я обнаружила только грязную посуду на кухне, ни мужа, ни гостя не было. Я разбудила сына и мы, позавтракав, вместе вышли из дома, я на подработку, сын на детскую площадку.

Кстати, сумму муж принес действительно внушительную. Хватит заплатить за квартиру на пару месяцев вперед и Ваньке новые ботинки купить и куртку, старые уже малы стали. А на самые необходимые продукты я в магазине заработаю.

Немного успокоив себя такими мыслями, я даже улыбнулась. Было бы здорово начать хоть что-то откладывать, я бы отучилась на кого-нибудь в сфере красоты, парикмахера к примеру, или бровиста. Так можно и дома в первое время работать.

Муж в этот день пришел на удивление рано, в шесть вечера. Был нежен и ласков, обещал что такую зарплату теперь каждый месяц получать будет, можно мне в магазине больше не работать. Я только улыбалась, видя его радость, но увольняться решила не спешить. А Сашка с Ванькой играть сел, соскучились оба.

Я от великой радости в ванну пошла. Не душ по-быстрому, как это обычно бывало, а набрала ванну с пеной и целый час наслаждалась теплой водой и отдыхом. Уже помывшись встала в полный рост перед зеркалом. Ну, неплохо для моих 30. Невысокого роста, правда очень похудела за последние полгода, ребра торчат и живот впал, но это поправимо. Главное что нижние и верхние девяносто еще очень даже ничего. Грудь после родов тоже не обвисла, хотя я кормила сына почти до 2 лет. Длинные волосы, чуть нижу лопаток. Я перестала их красить еще пару лет назад, свой цвет захотела. Они у меня темно-каштановые, а на солнце рыжие становятся. На лице, правда усталость отразилась, под глазами залегли темные круги, да и коже питание бы не помешало, но сейчас не до покупки кремов. Улыбнувшись самой себе, я завернулась в полотенце и поняла, что в эйфории забыла взять с собой в ванную чистую одежду. В принципе полотенце прикрывало стратегически важные места, поэтому я решила не просить Сашку, а выйти самой и быстро добежать до комнаты.

Закрыв за собой дверь, я повернулась к включателю, потянула руку и застыла, повернувшись. На пороге кухни стоял Кай, сложив руки в карманы джинсов. Одет был только в тонкую футболку. И опять этот взгляд, от которого холодный пот пробивает. Я обалдело хлопала глазами, пытаясь взять себя в руки, когда сообразила, что на мне собственно надето только короткое полотенце, охнула и быстро закрылась опять в ванной, забыв включить свет. Мужчина, видя мои телодвижения только хмыкнул, а проходя мимо выключателя щелкнул свет.

– Лиска, что случилось? – услышала голос мужа за дверью.

– Сань, принеси мне одежду, – с облегчением попросила я мужа, – я все забыла.

Через пару минут муж протягивал мне домашний костюм, а я втянула его в комнату и яростным шепотом поинтересовалась, что собственно опять забыл у нас этот тип.

– Малыш, он у нас поживет пару дней, – явно чувствуя себя не в своей тарелке сообщил Санька.

– Поживет? У нас вообще то не гостиница!

– Прости милая, но так нужно, – муж был непреклонен.

– Саша, я требую объяснений! Ты мне ничего не говоришь, где ты работаешь, с кем? Кто этот парень? У него что, своего дома нет? – меня начало колотить от избытка эмоций.

– Я уже все сказал, он мой коллега. И приятель. У него трудная семейная ситуация, я обещал помочь, – игнорируя мои вопрос про работу, стал оправдываться муж.

– Прелестно! – я всплеснула руками, – Может ему денег на гостиницу дать? – предложила я, пытаясь найти любой вариант, только бы не ночевать под одной крышей с этим мужчиной.

– Алиса, разговор окончен, – отрезал муж и быстро ушел. Мне осталось только беспомощно сжимать кулаки.

Каю пришлось стелить на диване в гостиной. Его образ явно не вписывался в нашу крохотную двушку со стареньким ремонтом, да и диван явно был маловат для него. Но незваный гость не роптал, спокойно улегся, подтянув колени к животу и пожелал нам спокойной ночи. Не знаю как у него, а моя ночь была очень нервная. Сашка наотрез отказывался со мной разговаривать, мотивируя тем, что он устал и ему рано на работу. Хорошо что Ванька сразу же уснул, а я лежала в полутьме и разглядывала обстановку, не в силах уснуть.

В нашей спальне стояла большая двуспальная кровать с маленькими тумбочками по бокам, Около одной стены уместился шкаф, а у другой стояла небольшая подростковая кровать, в которой и спал наш сын.

А я все думала, как мы до такого докатились. С Сашкой мы вместе с института, он старше меня всего на два года. Познакомились на какой-то студенческой вечеринке и больше не расставались. Сашка учился на инженера, а я поступила в экономический. Мы поженились как только муж закончил университет, купили квартиру в ипотеку, которую довольно быстро выплатили, квартиры в нашем городке стоили не дорого. Сашка всегда был очень внимательным, любящим мужем. Всегда дарил мне подарки и поддерживал все мои начинания. Мы и не ругались почти, просто жили тихо и мирно. Когда родился сын, муж был вне себя от счастья. Он сам часто вставал по ночам к плачущему ребенку, мог часами возиться с ним, играя в только им понятные игры. Муж всегда мне все рассказывал, приходя с работы. Мы вместе готовили ужин, делились новостями за день. Что говорить, я даже никогда не ревновала его, на сто процентов уверенная что мой Сашка с работы точно пойдет домой. Да и он никогда ревнивцем не был. Полное и безоговорочное доверие. Со временем чувства, конечно, остыли, но осталось уважение и привязанность друг к другу.

Сашка очень изменился после нашего переезда. Стал молчаливым, замкнутым. Я множество раз пыталась начать серьезный разговор, но муж всегда находил повод увильнуть. Меня это очень беспокоило, но приходилось только бессильно сжимать кулаки и надеяться что муж одумается. Так, с грустными мыслями, я и провалилась в тревожный сон.

Глава 3

Мы, наконец, смогли устроить сына в садик, правда в частный. Ванька был в восторге от своей группы и с удовольствием вставал каждое утро. Он у нас жаворонок, всегда легко встает по утрам и рано ложиться спать. Идеальный ребенок. А еще я нашла работу.

Как то, придя на очередную смену в магазин, мне пришлось некоторое время заменять продавца. Пришла Вика, хозяйка, долго смотрела на меня, а потом подошла и предложила работу у ее подруги. Из дома, онлайн! Викина подруга открыла интернет-магазин и искала менеджеров по продажам. Нужно было отвечать на письма, комментарии и принимать заказы. Я съездила на личную встречу и меня сразу взяли. Пришлось покупать дешевый смартфон, но работа была найдена, а я на седьмом небе от счастья.

Сашка стал пропадать все дольше и дольше, пару дней сменялись неделей. Он не отвечал на мои звонки, не читал сообщения. А приходя домой просто ложился спать, ничего не говоря. Мне оставалось только глотать злые слезы.

Деньги снова закончились, а муж не торопился приносить зарплату, приходилось растягивать то что есть, молясь, чтобы день моей зарплаты наступил как можно скорее. Умереть с голоду нам с сыном не позволили мои подработки в магазине. Кстати, с Викой мы постепенно подружились, даже в гости стали друг к другу заглядывать на чашку чая. Вика моя ровесница, эффектная брюнетка, голубые глаза и модно подстриженные под каре волосы. Пару лет назад развелась, правда детей они с мужем не имели. Взяла в аренду маленький продуктовый магазин и крутится как может. Жила девушка в доме напротив.

– Может у него кто-то появился? – предположила как-то Вика. Мы сидели на детской площадке. Я гуляла с Ванькой, а подруга решила составить мне компанию.

– Я думала об этом, – вздохнув, призналась я, – только не верится что мой Сашка на такое способен.

– Он у тебя не мужик что ли? – иронично усмехнулась подруга, – где-то же он неделями ночует.

Она была права. И каждое слово как ножом по сердцу. ДРУГАЯ. Наверное она молода и красива, не замучена бытом, вечным недосыпом и постоянным страхом безденежья. Она носит красивое белье и пользуется дорогим парфюмом, а еще красит губы в алый цвет… Им не приходится сдерживаться во время секса, боясь, что проснется ребенок. Наверное…

– Знать бы где, – я тяжело вздохнула, – он даже мои сообщения не читает, поставил ограничение в месенжере, я даже не вижу когда он в последний раз там был.

– Может проследить за ним? Поймаешь на горяченьком, – азартно предложила Вика.

– Нет. Знаешь, если не видеть измену своими глазами, можно представить, что ее вообще нет.

– Вот дура баба! Да зачем тебе мужик, который по бабам гуляет?

– Ну узнаю я, подам на развод и что? Обратно, в родной город?

– Чего это? Можно подумать он тебе сейчас сильно помогает! Все на себе тянешь, крутишься как белка в колесе. Алиса, ты уже почти прозрачная, а твоими синяками под глазами можно улицу освещать!

Я только криво усмехнулась. Я люблю своего мужа, у нас все будет хорошо. Будет же, правда? Я не позволяла себе выплескивать свои эмоции, держа все глубоко внутри. У меня Ванька, я не имею право при нем «расклеиваться».

Только ночью, убедившись что сын крепко спит, я уходила в ванну, громко включая воду и плакала. Рыдала от обиды и бессилия, сжимая кулаки так сильно, что на ладонях проступала кровь и раны весь день саднили. Нам бы сесть и поговорить, как раньше. Я даже себе не хотела признаваться, что как раньше уже не будет. А утром выдавливала последние капли тонального крема, в надежде замазать синяки под глазами.

Утром я отвела Ваньку в сад, сбегала в магазин на подработку, взяв самые необходимые продукты, чтобы сварить суп. До зарплаты осталось всего пару дней, продержимся как-нибудь с сыном.

Зайдя домой, быстро скинула обувь и тонкую куртку, уйдя с головой в свои мысли, даже не сразу заметила в прихожей Сашкину одежду. Явился наконец то!

Муж сидел в гостиной, как только я вошла, выключил телевизор и подскочил с дивана. Взял со стола огромный букет роз и с виноватым видом протянул мне. Я предпочла его проигнорировать, уйдя в кухню. Муж уныло поплелся за мной, букет так и остался у него в руках. Я все так же молча выгружала из пакета овощи.

– Лисенок, прости! – виновато сказал он, – обещаю, я исправлюсь. Для нас же стараюсь.

– Стараешься? – вспылила я, от злости швырнув пакет с картошкой. Пакет порвался и несколько картофелин весело поскакали по полу. – Очень хорошо ты стараешься, Саша! Ты так старательно избегаешь разговоров со мной, стараешься побольше не ночевать дома и стараешься не думать о том, что нам есть почти нечего!

– Я больше не буду пропадать, честно, – заглядывая мне в глаза, почти шептал муж.

– Ты это уже обещал, но старательно об этом забыл! – я уже почти кричала, – где ты пропадал все это время? Где ночевал? Скажи, у тебя кто-то появился? Ты нашел другую? – муж возмущенно вскинул брови.

– Нет! Лиска, нет у меня никого! Я тебя люблю! И сына люблю. Лисенок, поверь, так было нужно. Просто поверь, – делая шаг ко мне говорил Сашка.

– Не верю! Не могу больше верить! Или говори где ты был и где работаешь или уходи, – выставила я условие. Сашка испугался моих слов, вздрогнул, будто я его ударила и уставился на меня огромными от шока глазами.

– Хорошо, Лис, скажу. Я водителем устроился к бизнесмену одному, возить его должен куда скажет. Вот и приходится в машине сидеть, пока он домой не отпустит. И ночую часто в машине или он мне номер в гостинице снимает, когда сам развлекается. – затараторил муж.

– А на звонки мои почему не отвечаешь? На сообщения? Да ты меня заблокировал везде! – я распалялась все больше и больше.

– Я свой телефон разбил, вот смори, – Сашка достал из кармана брюк свой разбитый телефон, экран был в мелкую сеточку, – я тебе сейчас номер своего рабочего телефона дам.

– А сам почему мне не позвонил?

– Ты же номер сменила, я не успел его наизусть выучить! – тут же нашел оправдание муж. – Котенок, возьми цветы, у меня уже руки устали, – взмолился.

Я глубоко вздохнула, пытаясь унять внутреннюю дрожь. Цветы взяла, поставила в трехлитровую банку, вазы у нас дома не было. Отнесла букет в комнату, решив, что он будет неплохо смотреться на тумбочке.

Пока разглядывала цветы, почувствовала руки мужа на своей талии. Он нежно обнял меня со спины, убрал волосы назад и поцеловал в шею.

– Я так скучал, родная, – прошептал он мне в ухо. А мне вдруг стало противно. Что-то внутри меня не давало поверить, принять его. Я убрала руки мужа со своей талии, увернувшись от очередного поцелуя. – Что не так? – Сашка разозлился.

– Все так, Саша, все так! Просто я сейчас не хочу, – я нервно передернула плечами.

– Почему? – продолжал допытываться супруг.

– Потому что не хочу и все! – я разозлилась. Неужели он не понимает, что я так не могу? Мне нужно успокоиться, все хорошенько обдумать. И решить для себя, верить ему или нет! Да и доверять мужу я не спешила, с него станется опять на недельку пропасть без вести.

Сашка обиделся, громко засопел и ушел в ванную – курить. Почувствовав запах табачного дыма, я постучалась к нему со словами:

– Саша, мы же бросили!

– Опять начали, – огрызнулся муж. Как он умудряется сделать виноватой меня? Сам в косяках как свинья в апельсинах, а я, жадина такая, посмела отказать! Решив, что я тоже обиделась, ушла в кухню – готовить ужин для сына.

Краем уха я слышала что Саша говорит с кем-то по мобильному, но слов было не разобрать. Готовила борщ и параллельно отвечала на рабочие сообщения. Почему-то мне не хотелось сообщать мужу о наличии у меня работы. В тот момент, когда я закидывала картошку в кипящую воду, в комнату вошел Сашка. Сел на стул, пристально глядя на меня и спросил:

– Лис, у тебя деньги есть?

– Не, а у тебя? – я сама себе напоминала кипящий чайник. Вот-вот снесет крышечку и грянет взрыв.

– У меня зарплата только через два дня, – покаянно признался муж, а у меня просто не было слов, поэтому я как рыба открывала рот и выпучив глаза, пыталась хотя бы вдохнуть. Получалось плохо.

– А куда ты дел свою зарплату за прошлый месяц? – сузив глаза, наконец смогла выдавить я из себя, хотя больше всего хотелось орать, громко, долго и матом! У мужа забегали глаза, он опустил голову и сжал руки в кулаки, громко сопя.

Его спас только стук в дверь. Сашка резко подскочил и побежал открывать, а я повернулась к мойке и принялась мыть посуду, пытаясь дышать ровно. Голоса в прихожей стали громче, и я поняла, что к нам опять явился Кай! Появилось почти непреодолимое желание спрятаться под мойку и сидеть там пока мужчина не уйдет. Представляю, как глупо я буду выглядеть, когда мужчины меня там обнаружат.

Мужчины прошли в кухню, о чем-то разговаривая, а я, от накатившей на меня паники не слышала слов. Да что ж такое? Почему только звук его голоса действует на меня как удав на кролика? Это же не нормально, настолько бояться мужчину?

– Лисенок, сообрази нам что-нибудь поесть, – робко попросил Сашка. Я даже не слышала как они вошли. Просто почти до блеска натерла одну тарелку, боясь повернуться и встретиться взглядом с Каем. Я кожей этот взгляд чувствовала, он во мне дыру прожигал. Руки затряслись, а я покрепче вцепилась в уже скрипящую от чистоты тарелку.

– Привет, – услышала я голос Кая, только звучал он как сквозь вату, потому что уши заложило и кровь в голову бросилась, колени тут же подкосились. Мне срочно нужно куда-то сесть!

– Привет, – глубоко вздохнув, я наконец смогла взять себя в руки, обернувшись. Кай смотрел на меня не моргая, глаза казались абсолютно черными, словно бездна. Он был одет в белую футболку и голубые джинсы. Руки спрятал в задних карманах. Мужчина просто излучал уверенность в себе. Таких называют хищники. Страшные, опасные. Уверена, женщины его обожают. Те, кто не боится. Самки всегда выбирали сильнейших, коим без сомнения и является Кай. Его мужская энергия просто сбивала с ног, заставляя сердце биться чаще. Но видимо я слишком слабая и неправильная, потому что больше всего в жизни мне хотелось оказаться от него как-можно дальше.

Кай не стесняясь меня разглядывал, улыбаясь уголком губ. Я покосилась на свои ноги, одетые в простые джинсы. Так разозлилась на Сашку, что даже не переоделась с улицы.

– О, знаете, вы как раз попали на акцию, покорми себя сам, называется, – зло сказала я и опять отвернулась к мойке. Муж виновато посмотрел на Кая, но комментировать мое поведение не стал. Сам налил им чай. В две кружки, даже не спросив у меня, хочу ли я. Злится.

В дверь снова постучали, а я вопросительно глянула на мужа. Тот растерянно пожал плечами, показывая что никого не ждет, но идти открывать не торопился. Пришлось топать самой. Нежданный гость меня приятно удивил, пришла Вика.

– Я без приглашения, но с пирогом, только что испекла, – с улыбкой протянула мне искомый. Я приняла подарок дрожащими руками, искренне улыбаясь подруге. Я была рада ее видеть. – Что случилось? – озабоченно спросила Вика, заметив мое состояние.

– Сашка пришел, с гостем, – Вика сразу поняла какого гостя я имею ввиду, про Кая я ей рассказывала.

– Да ну? Денег принес? – шепотом спросила Вика, поближе наклоняясь ко мне.

– Нет, последние потратил на веник!

– Красивый хоть веник?

– Иди сама посмотри! – я махнула рукой в сторону гостиной, приглашая подругу.

– Ты мне лучше гостя покажи, – со смешком попросила Вика.

– О, это туда, – я указала пальцем в сторону кухни. Вика тут же прошла в указанном направлении.

– Всем привет, – пропела она, опираясь плечом о косяк двери.

Я встала у нее за спиной, наблюдая за реакцией мужчин. Муж смотрел удивленно, а Кай… Тот самый взгляд, которого я так боялась. Вика тоже вздрогнула, видимо и ее проняло.

– Познакомишь нас? – любезно спросил муж, отодвигая стул для гостьи.

– Это моя подруга, Вика. Мой муж Саша и его… – я пыталась подобрать нужное слово. Друг? Приятель? Но Кай сам пришел мне на помощь, просто протянул руку и сказал:

– Кай. – а я опять вздрогнула и разозлилась на себя! Веду себя как дура! Ну чего я так пугаюсь, он ведь ничего плохого мне не сделал. Мы даже не разговаривали ни разу, так, общие фразы. Ни на одного мужчину я так остро не реагировала, так чем этот от всех отличается? Он хищник, сам собой пришел ответ, а ты жертва. Вот и все.

Я поставила пирог на стол, налила чай себе и подруге, не забыв выключить плиту с уже готовым супом. Разговор за столом не клеился, все сидели молча, смотря перед собой.

– Пойдем выйдем, – предложила мне Вика, поднимаясь. Я молча встала. – Где у вас тут покурить можно?

– Пошли в ванную, там Сашка уже надымил, – вздохнула я.

– Слушай, ну парень конечно огонь, – закуривая сигарету произнесла Вика, – только взгляд у него, бррр аж до костей пробирает. Будешь? – она протянула мне открытую пачку. Я вытащила из нее тонкую сигарету и чиркнула зажигалкой с наслаждением вдыхая горький дым. Бросила ведь год назад, вместе с Сашкой бросали, решив вести здоровый образ жизни. Да и дорого нынче курить. Но последние события начисто выбили меня из колеи!

– Не то слово, – задумчиво выдыхая, ответила я, – я его боюсь до одури.

– А я тебе сначала не поверила, – призналась Вика, – думала сочиняешь. – Я только кивнула.

Открылась дверь, впуская обоих мужчин в ванную. Кай неодобрительно посмотрел на нас, а потом молча забрал у обеих сигареты и выкинул в унитаз.

– Нечего тащить в рот всякую гадость, – неодобрительно покачал он головой, глядя на меня. Стоящий рядом Сашка согласно кивнул. Что примечательно, мы с викой не посмели даже пикнуть, морально придавленные бешеной энергетикой Кая, который не стесняясь сам закурил.

Мы поспешили покинуть и без того тесную комнату. Вика засобиралась домой, а я пошла ее проводить, заодно Ваньку с садика заберу.

Глава 4

Домой мы с сыном вернулись, когда уже смеркалось. Неспешно прогулялись от садика до детской площадки, весело болтая. Сын рассказывал как провел день в саду, а я слушала, улыбаясь. Потом мы долго играли на детской площадке. Катая сына на качели, я остро ощущала чей-то взгляд. Огляделась и никого не увидела, но ощущение что на меня кто-то пристально смотрит не проходило и это злило, а еще пугало.

В последнее время я слишком сильно всего боюсь. Страх стал прочно въедаться в мысли, мозг, тело. Даже движения у меня стали резкие, рваные. Смотря на себя в зеркало стала замечать изменения и во взгляде, он стал затравленный. Я никогда такой не была, раньше я много и часто улыбалась, много говорила и в целом была довольна жизнью. А все этот переезд! Мне все чаще хотелось вернуться домой. В нашу старую квартиру с новым ремонтом, а не смотреть каждый день на отклеенные уголки обоев, хотелось сходить в гости к маме и просто поболтать с ней на кухне, увидеться с подружками в нашем любимом кафе. Я медленно скатывалась в депрессию, веселье и легкость сменились страхом и глухой тоской. Еще Сашка… Что с ним происходит? Может Вика права и у него любовница появилась? А я просто дура раз терплю.

– Мамочка, пошли домой, – услышала я тихий голос сына. – я голоден.

– Конечно милый, пойдем, – стряхивая с себя груз последних размышлений, я взяла сына за руку и повела домой, молясь, чтобы Кай уже ушел.

В этот день Боги были благосклонны к моим желаниям, гость действительно покинул нашу жилплощадь. Сашка смотрел телевизор, развалившись на диване, но увидев сына тут же пошел с ним ужинать. За ужином Ванька, до безумия счастливый что папа дома, трещал без умолку, рассказывая отцу про сад, новых друзей, про какие-то занятия. Я слушала в пол уха, слишком устала.

Вечером муж с сыном долго играли, Сашка уложил Ваньку спать, пока я ходила в душ.

– Лис, ну не злись на меня, – попросил муж, когда я, стоя в гостиной, вытирала мокрые волосы полотенцем.

– Не могу не злиться, – я вздохнула, – мне очень тяжело, Саш. Я одна в чужом городе, ты постоянно где-то пропадаешь. Еще эти финансовые проблемы… Я устала!

– Почему одна? У тебя вроде подружка появилась, очень милая, кстати, – очень медленно шагая в мою сторону произнес Сашка.

– Да, она хорошая, – не могла не согласиться я.

Муж подошел совсем близко, стянул с меня полотенце, под которым ничего не было, обнял за талию и потащил на диван, целуя в губы. На мои вялые попытки его оттолкнуть не реагировал. Просто облокотил руками о спинку дивана, смочил слюной мою промежность и сразу вошел. Он двигался очень быстро и, уже через пару минут конвульсивно дернувшись, кончил. Повернул мое лицо к себе, быстро поцеловал в губы и убежал в ванную. А я расплакалась от унижения и обиды. Как с резиновой куклой, просто удовлетворил базовые потребности…

Помывшись, Сашка пошел в кухню, щелкнул чайником. Ни слова мне не сказал больше. Я тоже сбегала помыться, быстро оделась и ушла спать. Мне больше не хотелось с ним разговаривать, наоборот, я хотела чтобы он опять ушел. На неделю.

Конечно сон ко мне не шел. Я лежала с закрытыми глазами, стараясь дышать ровно. Пусть думает что я сплю. Сашка лег спать ближе к утру, смотрел свой футбол. Улегся рядом, обнял меня и тут же уснул.

Утром я молча проводила Сашку на работу, отвела Ваньку в сад и быстро отработала смену в магазине. Придя домой, вплотную занялась работой, заявок было много, я до самого обеда ни на что не отвлекаясь, отвечала на письма.

Часа в три раздался звонок в дверь. На пороге стоял Кай, одетый как вчера. А я опять испугалась.

– Саша на работе, – стараясь сохранить самообладание сообщила я.

– Я в курсе, – кивнул Кай, проходя в квартиру и закрывая за собой дверь. – Он просил передать, – мужчина протянул мне обычный белый конверт. Я открыла его и взглянула на содержимое, деньги. Так обрадовалась, что даже про незваного гостя забыла.

Вот только гость стоял ко мне слишком близко. Так близко, что я чувствовала тепло его дыхания, его запах. От него пахло цитрусом и свежестью. Приятный запах. Я неосознанно вдохнула еще раз, не сразу заметив, что Кай не отрываясь смотрит на мои губы. Его глаза потемнели, кадык нервно дернулся, мужчина громко сглотнул. Я как завороженная смотрела ему в глаза, правда для этого пришлось сильно запрокинуть голову, Кай был на голову выше меня.

А потом он стал медленно наклоняться, правая рука потянулась к моей шее, а я испугалась, отшатнулась и машинально сделала шаг назад. Споткнулась о стоящий Сашкин кроссовок и тут же потеряла равновесие, заваливаясь в бок. Реакция у Кая был отменная, он быстро поймал меня за талию. Его руки обжигали. Там, где он меня держал горело огнем. Я выставила свои руки между нами, отодвигая мужчину от себя на максимально дальнее расстояние.

– Не надо, – попросила тихо, почти шепотом и опустила глаза. Кай только усмехнулся, но мою талию отпустил и молча вышел из квартиры, прикрыв за собой дверь. Только услышав щелчок замка, я поняла что все это время не дышала. Прошли какие-то секунды, а мне казалось что мы стояли несколько часов. Глубоко вздохнув, я зажмурила глаза.

Сознание возвращалось медленно, а потом как обухом по голове «Он пытался меня поцеловать?». В свои ощущения верилось плохо. Такого просто не может быть, мне показалось. Тигры не целуют мышей, они увлечены тигрицами. А я мышка, серая.

С такими мыслями я вернулась к работе.

Забрав сына из сада, мы зашли в магазин, накупили Ваньке игрушек, зашли в отдел детской одежды, где купили Ваньке кроссовки, легкую ветровку и несколько футболок, прогулялись по супермаркету, взяв на неделю продуктов.

Погода была прекрасная, конец мая, практически лето. Сын выпросил мороженое и со счастливой мордашкой его ел, пока мы шли домой.

Сашка, на удивление, был дома. Увидев меня с горой пакетов, только удивленно поднял брови, но ничего не сказал. Ванька хвастался отцу обновками, пока тот выгружал провизию. Закончив раскладывать продукты, муж сообщил что скоро к нам придут гости. Прекрасно! Обрадовал называется! Гости, во множественном числе? Я лихорадочно готовила закуски на стол, хотя Саня не уточнил кто именно придет. Но интуиция подсказывала что Кай непременно будет у нас вечером, отчего желудок отзывался спазмами страха.

Наскоро накрыв на стол, я переоделась в легкий сарафан. Красный, в белый крупный горох, с запа́хом на груди. Он смотрелся на мне просто идеально. Собрала волосы в высокий хвост и тоскливо посмотрела в свою косметичку. Даже синяки под глазами замазать нечем. И тушь уже высохла. С упадническими мыслями я и встретила гостей. А их было всего двое – Кай с незнакомой мне девушкой. Высокая, выше меня, но ниже самого Кая, красивая блондинка с голубыми глазами. Длинные стройные ноги затянуты в модные джинсы, голубая блузка с коротким рукавом, туфли на каблуках. Волосы уложены в крупные локоны, которые небрежно спадают ей на плечи. Взгляд уверенной в себе женщины, правда улыбалась она как-то смущенно.

– Знакомьтесь, это Наташа, моя жена, – представил блондинку Кай, нежно обнимая ее за талию. А я навыдумывала что он меня поцеловать хочет, дурочка! Стало смешно, а на сердце отлегло. Слава Богу, показалось!

Сашка гостеприимно позвал гостей за стол, Кай галантно отодвинул жене стул, а та с достоинством села, пока я крутилась около плиты, подогревая горячее. Кай с Наташей принесли с собой бутылку красного вина, которое я разливала по фужерам. Наташа очень внимательно смотрела на меня, но мне казалось что она очень скованна, будто не в своей тарелке. Она мне нравилась, приятная, без пафоса, с тонким чувством юмора. Они с Каем хорошо смотрелись вместе. А я даже смогла расслабиться в его компании.

Наташа рассказывала что-то о своем последнем походе в ночной клуб, когда я, не сдержавшись мечтательно произнесла:

– Я бы сейчас тоже с удовольствием потанцевала где-нибудь. – и вопросительно глянула на Сашку.

– Ты же дома постоянно танцуешь, зачем тебе клуб? Включай музыку и наслаждайся, – ответил муж, а я отвела глаза в сторону, чтобы гости не увидели той горечи и обиды, которую я испытала. Незачем устраивать сцен при свидетелях.

– Я так и делаю, – кивнула я, старательно пряча глаза.

Наташа тактично сменила тему.

Ушли они от нас от нас ближе к полуночи, оставив встречное приглашение к прийти в гости к ним. Мы заверили что обязательно придем.

Завтра будет суббота, а значит Ваньке не нужно в сад, поэтому я разрешила ему поиграть подольше, тем более что сын не выпускал из рук новый пистолет. Как же давно я не баловала ребенка подарками… Смотря на сына я радостно улыбалась, ведь ему для счастья нужна только новая игрушка.

Выходные мы провели втроем. Сашка наконец-то получил несколько дней отдыха. Мы долго гуляли по городу, зашли в парк покататься на аттракционах, накупили Ваньке воздушных шаров, которые он пускал в небо, счастливо смеясь. Жизнь потихоньку налаживалась, муж был ко мне очень внимателен, мы даже гуляли держась за руки, чего уже давно себе не позволяли. Да я с трудом припоминаю нашу последнюю прогулку до этих выходных. Только одно не давало мне покоя – давящее ощущение чужого взгляда жгло кожу. Я часто озиралась по сторонам, но так и не смогла понять кто и откуда на меня смотрит. В конце концов я убедила себя в том, что мне все показалось.

Глава 5

Следующие две недели прошли относительно спокойно. Не то чтобы мы с мужем не ругались, но пытались разговаривать. Он уходил утром на работу, но точно возвращался вечером. Отвечал на все звонки и вручил мне пластиковую карту, на которую ему перечислялась зарплата.

Кай заходил еще пару раз, а я старалась уходить с Ванькой в другую комнату, его присутствие меня угнетало. Но я неизменно передавала приветы его жене, отчего мужчина только криво усмехался. Мы с ним не разговаривали ни разу, только общие фразы.

И да, меня продолжал преследовать чей-то тяжелый взгляд, который сковывал холодом итак постоянно напряженное тело. Я старалась как можно меньше находиться на улице, уже начиная серьезно беспокоиться за свое моральное состояние.

Понедельник день тяжелый. Утром я проснулась с высокой температурой, ознобом и страшной болью в горле. Сашка ушел на работу вчера вечером, предупредив меня заранее что до вечера понедельника точно не вернется. Кое-как поборов слабость, я отвела сына в сад, на трясущихся ногах отработала в магазине и, наконец, попала домой. Отвечать на письма, лежа на диване с чаем я была в состоянии.

Ближе к одиннадцати утра раздался стук в дверь. Стучали нагло и громко, мне даже показалось что сейчас дверь просто вылетит от напора незваного гостя. А дальше начался кошмар…

К нам в дом нагрянула полиция с ордером на обыск! Немолодой пузаты тип с залысинами и одутловатым лицом, бегая маленькими глазенками по обстановке, сообщил что мой муж задержан по подозрению в продаже наркотиков. Я не поверила своим ушам и потребовала доказательств, что это именно мой муж, молясь всем богам, чтобы полицейские ошиблись адресом. Но нет, Филатов Александр Игоревич, ксерокопия паспорта прилагалась.

Мне не разрешали звонить, смотреть и даже говорить. Изъяли пластиковую карту, которую совсем недавно дал мне муж. Забрали мой старый телефон, но тут мне просто повезло, новый смартфон надежно спрятался в огромных карманах спортивных штанов.

Пока мужчины, как последние вандалы, раскидывали вещи, разбирали мебель и даже отклеивали плинтуса, я тихонько сидела на колченогом стуле в углу, спрятав лицо в ладонях. Плакать не было сил, мое состояние, помноженное на шок, просто ввели меня в состояние ступора. Этого не может быть, не может! Сашка и наркотики даже в одном предложении ставить нельзя, какая продажа? Ни мерзкий толстяк, который назвался капитаном Приходько, ни другие вандалы ничего больше мне не объясняли.

Наконец мужчины покинули мою жилплощадь, ничего не найдя. У меня не было сил даже закрыть за ними входную дверь, я просто сидела и смотрела на тот хаос, который они оставили, когда пришла Вика.

– Матушка честная, что у тебя здесь происходит, – переступая через мусор и одежду, одновременно оглядываясь по сторонам, охнула подруга, – только не говори, что это вы так эмоционально отношения с мужем выясняли.

Я подняла на нее красные, опухшие глаза и, наконец, заплакала. А потом рассказала все что произошло. Вика слушала не перебивая, а потом задумчиво изрекла:

– Мда… Уж лучше б любовница. Ладно, хватит сырость разводить, адвоката нужно искать.

– Адвокат денег стоит, а у нас все изъяли, – размазывая слезы, проныла я.

– Украли они все у вас, а не изъяли. – зло выплюнула Вика. – У вас же квартира есть, не продали еще? – Я с трясущимися руками стала набирать номер нашего риелтора, думала снизить цену до минимума, только бы продать и выручить от нее хоть что-то. Но тут меня ждал второй удар.

– Алиса Сергеевна, а вы что, не в курсе? – очень удивилась риелтор моему звонку, – мы же три месяца назад ее продали, деньги перечислили на карту вашего мужа. Он что, ничего вам не сказал?

Я просто молча сбросила вызов. Вика, которая слышала весь наш разговор, хмуро кусала губы.

– Я не могу в это поверить, – опуская руки, пробормотала я.

– Ладно, завтра разберемся. Пошли, у меня переночуешь. Нечего ребенка пугать вашим новым ремонтом, – Решительно протянула мне руку Вика. – Твою ж дивизию, да ты горишь вся, – дотронувшись до моего лба, всплеснула она руками.

В сад за Ванькой подруга пошла сама, заставив меня позвонить и предупредить воспитательницу. Мы прихватили из моей квартиры несколько любимых игрушек сына, так что ему было чем заняться.

Вика жила в двухкомнатной квартире, почти как наша, только с более современным ремонтом. Меня она уложила на диване, укрыв теплым одеялом и заставив выпить какие-то лекарства, несмотря на июньскую жару, меня страшно морозило. Вика же и уложила Ваньку рядом со мной, я просто отключилась, измученная стрессом. Утром в сад сына повела тоже она.

Днем, почувствовав себя намного лучше, я решила пойти домой. Нужно было навести порядок и придумать что-то с плинтусами, квартира то съемная. Уныло бредя до своего дома, я не заметила, что при моем приближении с лавочки подскочили три парня, не обратила внимание, что в подъезд они вошли за мной и только когда доставала ключи, почувствовала, что меня кто-то больно схватил на запястье.

Резко обернулась и впечаталась в грудь неизвестному мужчине, который зло смотрел на меня сверху вниз. Еще двое стояли по бокам, взяв меня в кольцо. Я дёрнула рукой, пытаясь вырваться, но мужчина держал крепко. Меня колотило, тело прошиб холодный пот, а сердце стучало как сумасшедшее где-то в горле.

– Кто вы? Что вам нужно? Немедленно отпустите меня, – Гневно прокричала я, хотя голос дрожал. Тот, кто держал меня за руку глумливо усмехнулся, остальные не стесняясь заржали.

– Слушай сюда, сучка, – больно схватив меня за волосы и повернув мою голову так, чтобы наши лбы соприкасались, сказал мужчина, глядя мне в глаза. Они у него были бледно голубые, почти прозрачные, как у рыбы, а сам взгляд не обещал мне ничего хорошего. – Твой муж кое-кому очень сильно задолжал. Ты знаешь что долги нужно отдавать? – опять развернул мою голову и почти шептал мне на ухо ублюдок.

– Хотя можно и отработать, – подал голос парень справа. Невысокий шатен с короткой стрижкой и безобразным шрамом во всю щеку.

– А что, она ничего такая, – это третий. Худой как щепка блондин.

– Можем и попользоваться, баксов двести скинем муженьку, – предложил козел со шрамом, забирая ключи от квартиры у меня из рук. Я задёргалась в руках у рыбоглазого, изо всех сил пытаясь вырваться, но сделала себе только хуже. Он резко повернул меня спиной к себе, схватил обе руки за запястья и крепко прижал к себе, пока его подельник открывал входную дверь. А я громко закричала. Блондин тут же схватил меня за волосы и с силой натянул их, так, что у меня слезы на глазах выступили от боли.

– Заткнись, иначе будет очень больно, – мерзко улыбаясь прошептал он.

Тем временем брюнет со шрамом открыл дверь, шутливо пропуская нас вперед. Я тяжело дышала, пытаясь ногами затормозить, громко кричала, но никто из соседей мне на помощь не пришел. Меня затопила паника, когда я услышала совсем рядом до боли знакомый голос:

– Девчонку отпустите, – повернула голову и встретилась взглядом с Каем. Он стоял на последней ступеньке в своей излюбленной позе – руки в карманы. Взгляд не обещал ничего хорошего, а я кожей почувствовала что мужчина в ярости.

– Кай, не лезь, – предупредил его блондин, за что был молниеносно отправлен в нокаут одним ударом. Рыбоглазый откинул меня в сторону, я не удержалась и упала на порог, быстро встала на четвереньки и уползла вглубь квартиры.

– Ты совсем страх потерял? Лютый за такое знаешь что с тобой сделает? – доставая из кармана складной нож, зло спросил Шрам.

– Лютый насильников терпеть не может, – усмехнулся Кай, выразительно глядя на ублюдков. Он стоял обманчиво расслабленно и зло смотрел на своих оппонентов.

Шрам кинулся на Кая, целясь ножом куда то в область живота, но тот одним легким движением схватил Шрама за руку, вывернул ее, сильно, я услышала хруст костей, и держа шрама одной рукой, резко выбросил вперед вторую. И вот рыбоглазый уже матерится от боли. Его Кай приложил головой о дверной косяк. У рыбоглазого потекла кровь, заливая ему глаза. А Кай, не теряя времени, добил Шрама ногой в живот и отобрал у того нож.

– Свалили отсюда пока не убил, – зло сплюнув, приказал он. Насильники, вздыхая от боли и матерясь, стали спускаться по лестнице, пока Шрам не обернулся к Каю, предупредив:

– Еще встретимся.

– Обязательно, – серьезно подтвердил Кай.

Глава 6

Я сидела на полу, сжавшись в комок, до конца не веря, что все закончилось, мысленно все-еще переживая нападение. Страх намертво сковал все внутренности, а представлять, что бы эта троица со мной сделала если бы Кай так вовремя не появился, совсем не хотелось.

– Как ты? – мужчина вошел в квартиру, закрыл за собой дверь и присел рядом со мной на корточки, с беспокойством глядя на меня. Я могла только затравленно на него посмотреть, зубы отбивали свой собственный ритм.

Кай взял мои ладони в свои руки и внимательно осмотрел запястья.

– Синяки будут, – озабоченно сообщил он. А потом шепотом сквозь зубы процедил, – Убью. – Нежно погладил мои запястья большими пальцами, – встать можешь?

Я отрицательно покачала головой. Тогда Кай обнял меня за талию и аккуратно поставил на ноги. Ноги подогнулись, но упасть не дал, крепко обнял и прижал к себе, а я уткнулась носом ему в шею и обняла руками за плечи. Мне срочно нужно было почувствовать кого-то сильного рядом с собой. Того, кто может защитить.

– Все, маленькая, успокойся, все закончилось, – очень нежно, почти невесомо, мужчина гладил меня по голове, успокаивая. Я запрокинула голову, смотря ему в глаза, а Кай медленно наклонился, и, словно боясь, легко прикоснулся губами к моим. А когда я легко приоткрыла рот, отвечая на поцелуй, глухо застонал и поцеловал уже по-настоящему. Нежно, но с напором, прижимая меня к себе все сильнее. Его язык исследовал мой рот, сплетался с моим, даря мне незабываемые ощущения. Одной рукой продолжая обнимать меня за талию, а другой гладя спину, зарываясь мне в волосы, поглаживая саднящий затылок. Его дыхание сбилось, он тяжело и рвано дышал, но сам не отстранялся и мне не позволял. Я опустила одну руку ему на грудь, туда, где сердце. Оно колотилось с огромной скоростью, нас обоих трясло, но уже от возбуждения.

Кай сделал шаг в сторону, так что я оказалась спиной прижата к стене, руку с моей талии переместил на грудь, требовательно сжал и снова застонал, а я выгнулась, принимая ласку. Опять запрокинула руки ему на плечи, прижимаясь к нему всем телом, отвечая на поцелуй со всей страстью, на которую была способна. Возбуждение накрыло меня словно цунами, не было других мыслей, кроме его рук, губ. Я плавилась в его объятиях как воск. И захотелось бо́льшего, мне уже было мало просто поцелуев. Я просунула ладонь под его футболку, гладя пальцами напряженную спину, прошлась ими вверх по позвоночнику, снова вниз, чувствуя каждую мышцу. В этот момент Кай с видимым трудом прервал поцелуй, все еще держа меня в объятиях, со смесью грусти и возбуждения осматривая мое лицо.

– Не так. И не здесь, – прошептал он мне на ухо. Я удивленно воззрилась на него, вопросительно подняв брови, – через час ты об этом пожалеешь, – Объяснил Кай. – Я не так хочу.

А меня затопил стыд. Он женат, так нельзя! Нельзя хотеть чужого мужчину, даже если он желает тебя не меньше. Я опустила глаза в пол, щеки залил густой румянец. Осторожно высвободилась из его объятий.

– Прости, – еле слышно пробормотала, – и спасибо. Если бы не ты, страшно представить, что могло бы случиться. – Кай сильно сжал кулаки, хотя внешне был абсолютно невозмутим.

Он помог мне пройти в комнату, усадил на диван и сел напротив. Взял мои ладони в свои и заговорил:

– Собирайся. Вам нельзя здесь оставаться. Бери только самое необходимое.

– Куда мы поедем?

– Не теряй времени. Давай, делай что говорят, – приказал Кай.

Я нашла большую спортивную сумку, быстро покидала в нее свои вещи и одежду сына, кое-какие его игрушки, смела в ванной с полки баночки с шампунями, документы сложила в свою сумку и вопросительно глянула на мужчину. Он внимательно следил за моими действиями. Увидев, что я готова, кивнул головой и повел на улицу.

Кай ездил на черном Митцубиси Паджеро. В уютном салоне пахло кожей и парфюмом, которым пользовался Кай. Он завел мотор и мы поехали в сад за Ванькой. По дороге я позвонила Вике и предупредила что мы уезжаем на неопределенный срок, умолчав с кем. Кай сразу предупредил чтоб молчала. Подруга удивилась, предложила пожить у нее. Я поблагодарила, но отказалась, обещав звонить.

Мы забрали Ваньку из садика, сын сильно удивился, что мы с Каем куда-то уезжаем, всю дорогу спрашивая где папа. Что я могла ответить? В тюрьме? Объяснила сыну что папа уехал в командировку, а мы просто поживем в другой квартире. Кай всю дорогу молчал, но наш разговор внимательно слушал.

Мы ехали минут 30. Подъехали к жилому комплексу из пяти многоэтажек, стоящих полукругом. Явно новостройки. Кай припарковался у одного из домов и помог нам выйти из машины, достал мою спортивную сумку из багажника и первым вошел в подъезд.

Лифт поднял нас на четвертый этаж. На площадке было всего две квартиры, Кай открыл ту, что справа, галантно пропуская нас вперед. Я робко переступила порог и огляделась. Просторный квадратный коридор, справа встроенный шкаф, слева полка для обуви, над ней висит большое зеркало. Белая дверь, скорее всего в ванную комнату. В квартире пахло свежим ремонтом, смесь стройматериалов и древесины.

– Располагайтесь, я скоро, – предупредил Кай и быстро ушел, закрыв нас снаружи. Мы отправились мыть руки, а потом пошли осматривать наше временное жилище.

Из прихожей мы попали в большую гостиную, соединенную с кухней. Серые обои на стенах, ламинат. В центре комнаты стоял, даже на вид мягкий серый диван, на несколько тонов светлее обоев, напротив висел плоский телевизор. Справа была кухня, абсолютно новый гарнитур радовал глаз. Стола не было, стоял небольшой остров и 4 стула по бокам от него. Прямо и направо располагались еще две комнаты, я заглянула в каждую – две спальни с почти одинаковой обстановкой. Большая кровать, тумбочки и шкаф. Вот и вся обстановка. Квартира явно была не жилая, все шкафы и тумбочки были пусты.

Кай вернулся только через час, Ванька в это время смотрел мультики, а я инспектировала кухню. Посуды было мало, а в холодильнике сиротливо стояла банка с просроченным майонезом. Мужчина занес несколько больших пакетов с продуктами и передал мне. Я молча занялась распаковкой провизии. Кай не утруждал себя выбором, набрал много мяса, сыра, колбас, масла и несколько видов круп. В другом пакете нашлись овощи и фрукты. Молоко и несколько видов соков.

– Сколько я тебе должна? – повернулась я к мужчине, убирая последнюю банку сока в холодильник. Кай так на меня посмотрел… своим фирменным, от которого волосы зашевелились, а я поперхнулась.

– Приготовь что-нибудь, – попросил он и ушел в ванную.

Я достала кусок мяса и овощи, решив просто потушить их вместе.

Руки тряслись, а собственные мысли не радовали, нужно было срочно поговорить с Каем. Сашку нужно вытаскивать, решить вопрос с хозяйкой квартиры, ведь полиция там такой хаос навела.

Ванька поел первым, пока Кай плескался в ванной и разговаривал там с кем-то по телефону, а потом пошел распаковывать новую парковку, которую ему купил Кай. Об этом тоже нужно поговорить, он не обязан покупать игрушки моему ребенку.

Кай появился в кухне, когда я пыталась разобраться с шайтан-машиной, ошибочно кем-то названной кофеваркой. Встал рядом со мной, обняв за талию и тоже наклонился к кофе-машине. Я дернулась, сбрасывая его руку и поворачиваясь. Он пах гелем для душа, мокрые волосы зачесал назад. Я неосознанно вдохнула приятный аромат, Кай заметил и хищно улыбнулся, но ничего предпринимать не стал. Объяснил мне принцип работы кофе-машины и сел ужинать. Я устроилась напротив, внимательно глядя на него. Сейчас Кай был похож на довольного и сытого тигра. Он надел белую футболку, которая выгодно оттеняла смуглый оттенок кожи, и легкие спортивные штаны.

– Ты почему не ешь? – строго глядя на меня, поинтересовался мужчина.

– Аппетита нет, – вяло отозвалась я, – Я лучше кофе выпью. – Он резко поднялся, достал плоскую тарелку и от души плюхнул мне в нее порцию рагу. Поставил тарелку передо мной, рядом положил вилку и предупредил:

– Из-за стола не выйдешь пока все не съешь. – Я возмущенно засопела, – Ешь, тебе силы нужны.

Пришлось вяло ковыряться в тарелке.

– Какую комнату нам можно занять? – решила я внести ясность.

– Любую. Какая нравится.

– Кай, кто эти люди? Что натворил Сашка? – наконец решилась я задать мучивший меня вопрос. Кай только скривился. – Ответь, пожалуйста.

– Сашка твой влез туда, куда не следовало. И ты совершенно зря пытаешься ему помочь! – огорошил меня Кай.

– Он мой муж. Я не могу просто так сидеть и ничего не делать!

– Он мог вас оставить одних и без средств к существованию, а ты, благородная, не можешь? – зло сузив глаза спросил Кай, я вздрогнула, а он резко поднялся, сбегал в прихожую и принес маленькую коробочку. – Это твой новый номер, старый спрячь и не включай, пока я не разрешу, – протянул мне коробку. – Из дома не выходи ни при каких обстоятельствах. Вообще! Никуда! Если что-то срочно нужно, пиши мне, я привезу. И не открывай никому.

– Ты уйдешь? – спросила я совсем не то, что хотела.

– Да! Мне нужно на работу, приеду как смогу, – ответил Кай, одновременно с этим меняя сим-карту в моем телефоне, а потом сохраняя на нем свой номер.

– А как твоя жена относится к тому, что мы с Ванькой будем здесь жить?

– Нормально, – он широко улыбнулся и засобирался.

– Подожди, а как же хозяйка квартиры? Она же завтра за оплатой придет, – вспомнила я, идя за ним в прихожую.

– Я все решу, обещаю, – обувая кроссовки, пообещал Кай. Подхватил ключи, легко поцеловал меня в висок, за что удостоился хмурого взгляда и уехал.

А я пошла разбирать вещи.

Мы с Ванькой заняли одну спальню, сын боялся спать один в незнакомой квартире. Вечером я искупала сына, приготовила ему кашу на завтрак и вымыла посуду. Ваня рано уснул, а ко мне сон не шел. Было страшно. Если разобраться, что я знаю о Кае? Ничего, только имя. Глупо с моей стороны полностью доверить ему свою жизнь, а еще глупее жизнь сына. Может его к маме отвезти? А самой вернуться и постараться решить проблему. К Сашке меня не пускали, мерзкий Приходько сразу предупредил чтобы даже не пыталась. Ясно одно, нужно обезопасить ребенка. И в идеале себя конечно, до сих пор в дрожь бросает от воспоминаний о сегодняшнем нападении. Кай был прав, на запястьях проступили синяки, а затылок сильно болел. А ведь Кай знаком с нападавшими. Значит такой же бандит. Могу ли я так рисковать сыном, оставаясь в этом доме?

Ближе к утру я провалилась в спасительное забытье, но долго поспать мне не удалось. Ванька рано проснулся, потребовал свой завтрак. Да и работать нужно было.

Глава 7

Кай пришел только через два дня. К тому времени я была близка к панике, накрутив себя самыми страшными догадками. Я не могла толком спать ночами, днем развлекала сына и параллельно работала. Ванька каждый день просился на улицу, приходилось постоянно придумывать отговорки.

Мы играли с сыном в шашки, сидя на диване. Я старательно поддавалась, а ребенок радовался своим победам, когда входная дверь открылась и пришел Кай. Выглядел он устало. Одет был все в ту же белую футболку и серые джинсы.

– У нас еда есть? – не здороваясь, спросил мужчина. Я кивнула и ушла разогревать обед. – Как вы тут? – усаживаясь на стул, спросил Кай.

– Нормально, – я пожала плечами.

– Вам что-нибудь нужно?

– Да! Поговорить, – решительно произнесла я.

– Говори, – хохотнул Кай.

– Почему ты нам помогаешь? – я села напротив.

– Еще вопросы есть? – Приятный собеседник, не правда ли?

– Есть! Ты бандит?

– Давай следующий, – мужчина явно веселился, а я начинала злиться.

– Когда нам можно будет уехать? – я решила не сдаваться.

– Куда? – Он нахмурился.

– Я хочу отвезти сына в безопасное место.

– А сама полезешь мужа спасать, да? – теперь уже злился Кай. – Так вот, запомни раз и навсегда, самое безопасное место для вас с сыном здесь, рядом со мной!

– И почему я должна тебе верить? Я ничего о тебе не знаю, на мои вопросы ты предпочитаешь не отвечать. А если это ты Сашку втянул во все это? – я замахала рукой в воздухе. Кай поперхнулся супом.

– Приятно из меня злодея делать? Я плохой, а твой Сашка белый и пушистый, да? Кретин он безмозглый, вот что я тебе расскажу! – он грохнул ложкой о столешницу, – Что ты еще напридумывала? Ну давай, тренируй фантазию! Я кто? Бандит? Убийца? Насильник и продавец детских органов? – Он говорил тихо, сквозь зубы, но от этого было еще страшнее. Мужчина был в ярости и не пытался это скрыть.

– Тогда зачем мы тебе? – еле слышно спросила я, пытаясь не расплакаться.

– Если я скажу, ты не поверишь, – моментально успокаиваясь, грустно ответил Кай. – Не плачь, я не хотел тебя пугать. – поднялся с места и вплотную подошел ко мне. Взял за подбородок, заставляя посмотреть ему в лицо, – Я не злодей, поверь. И правда хочу вам помочь. Постарайся мне поверить, – погладил большим пальцем щеку. Его зрачки расширились, отчего глаза стали абсолютно черные, бездна. Самая настоящая бездна. Они затягивали в себя словно в омут, заставляя сердце биться чаще, выбивая кислород из легких, вызывая дрожь во всем теле. Я первая отвела взгляд, посмотрев на сына. А тот удивленно смотрел на нас.

– Вань, чай будешь? – обратилась я к ребенку. Кай снова вернулся на свой стул.

– Нет. – махнул головой сын, – И есть я тоже не буду, – резко развернулся и пошел к новой парковке, которую установил у противоположной стены. Нужно взять себя в руки, Ванька не должен видеть подобных сцен.

– Меня не будет ближайшую неделю, – сообщил мне Кай, отодвигая от себя пустую тарелку, – возможно больше, – я кивнула. Он вообще не обязан нас навещать, у него семья и работа. – Ты можешь выходить с сыном на площадку и в магазин на первом этаже. – Послабление режима, может все не так уж и плохо?

– Вике можно звонить?

– Пока не стоит, – кивнул головой Кай, достал бумажник и вытащил несколько крупных купюр, – это вам на самое необходимое.

– На самое необходимое у меня есть, – отказалась я.

– Запомни одно правило, если я что-то даю, ты молча берешь. Если говорю делать – ты без вопросов делаешь, – перешел на угрожающий тон мужчина. – И прекращай уже меня бояться! Бесит, – он со злостью швырнул деньги на кухонную тумбочку.

– Я не могу это контролировать, – призналась я, пряча лицо в ладонях.

– Надо с этим что-то делать, – неодобрительно покачал головой Кай. – Сегодня с вами останусь, – подумав, принял он решение.

Я взялась мыть посуду, приготовила ужин, потом Кай предложил побыть с Ванькой, чтобы я смогла спокойно принять ванну. Я с удовольствием согласилась, но расслабиться не смогла, вышла минут через 10.

Надела на себя легкий домашний костюм – шорты и футболка, скромно и не жарко. Мокрые волосы замотала полотенцем. В гостиной Кай играл с Ванькой в войнушку, носились по комнате, используя естественные укрытия и стреляли друг в друга из игрушечных автоматов. Сын громко смеялся, перепрыгивая через спинку дивана. А Кай… В этот момент он сам стал мальчишкой. С шальной улыбкой этот мужчина, который навевал на меня ужас и панику, заставлял пробудиться во мне что-то первобытное, прятался за кухонным островком, изредка выглядывая и крича «бах-бах».

Я застыла на пороге, завороженная им. Тигр, самый настоящий. Сильный, ловкий, хищный… В этот момент он посмотрел на меня, и, словно прочитав мои мысли, широко улыбнулся. Его взгляд прошелся по моим ногам, остановился на груди… Я видела, что мужчина гулко сглотнул, взгляд стал голодным. На меня никто так не смотрел. Его глаза раздевали, ласкали, давили, обнажая каждый нерв, чувствуя его каждой клеточкой тела. Внизу живота стала закручиваться тугая спираль возбуждения, от воспоминания о его поцелуях стало жарко, воздуха не хватало. Соски напряглись, проступили под тонкой футболкой.

– Мама, мы играем, не мешай, – вернул меня с небес на землю сын. Я тряхнула головой, сбрасывая с себя наваждение. Он женат! Я должна помнить, что у него есть жена. А у меня муж!

Ужинали мы втроем, причем Ванька с явным интересом болтал с Каем. Тот искренне улыбался моему сыну, шутил, задавал вопросы. Потом я ушла укладывать сына спать, а когда вышла… Кай спал, развалившись на диване. Ему не мешал ни свет, ни включенный телевизор. Он расслабленно лежал на спине, подложив под голову правую руку. Левая лежала на животе. А я затаила дыхание, рассматривая его. Обычно хмурое лицо выглядело спокойным, я бы даже сказала умиротворенным, разгладилась складка между бровей. Я сбегала в свободную спальню, стянула покрывало с кровати и, стараясь не разбудить, укрыла Кая. Выключила свет и телевизор, убрала со стола и тоже пошла спать.

На удивление, эту ночь я спала крепко и спокойно.

Глава 8

Утром Кая дома не оказалось, а я вдруг подумала, как ничтожно мало он спит. Его не было несколько дней, но он пришел в той же одежде, что и уходил. Получается, у него нет возможности даже переодеться? Твою мать, я должна взять себя в руки и хоть что-то сделать. Узнать что вокруг меня происходит! Изоляция действовала на меня угнетающе, ненавижу просто сидеть и ждать! Как известно, хочешь решить проблему – действуй сам. А спасение утопающего дело рук самого утопающего.

После завтрака сын уговорил меня выйти погулять. Детская площадка во дворе была выше всяких похвал. Абсолютно новая, с множеством качелей и каруселей. Ванька тут явно надолго задержится.

Жара набирала обороты, поэтому я устроилась на лавочке в тени. Достала телефон и принялась за работу. Меня отвлек знакомый голос за спиной. Обернувшись я увидела Наташу, выходящую из соседнего с нашим подъезда. Она держала за руку мальчишку, примерно ровесника Ваньки и громко смеялась. А у меня сердце сделало головокружительный кульбит, ушло в пятки и забилось где-то в горле. Но дальнейшие события меня удивили не меньше. Следом за ними вышел мужчина, тоже довольно улыбаясь. Кай, сначала подумала я, но пригляделась и поняла что это не он. Мужчина был поразительно похож на Кая, высокий, темноволосый, со смуглой кожей. Только черты лица более мягкие и взгляд не пугающий. В отличие от Кая, этот мужчина не отталкивал от себя. Он подошел к Наташе, нежно обнял ее, крепко поцеловал в губы, потрепал мальчишку по волосам и побежал в сторону парковки. Наташа, счастливо улыбаясь, смотрела мужчине вслед.

А я никак не могла прийти в себя. Ну и что это было? Кто из нас кого перепутал? Да и про ребенка ни Наташа, ни Кай ни разу не обмолвились. Тогда к чему был этот спектакль с женой?

Тут Наташа повернула голову и увидела меня. Улыбка тут же сошла с ее лица, она что-то сказала мальчику и тот побежал играть на детскую площадку, а Наташа, явно сомневаясь в своем решении, подошла ко мне.

– Привет, – явно смущаясь, сказала она, присаживаясь рядом со мной.

– Здравствуй. – хмуро ответила я.

– Он не сказал, да?

– Не сказал что?

– Что я жена его брата. Ты его только что видела, – она указала рукой в ту сторону, куда ушел ее… муж.

– У меня только один вопрос. Зачем вы устроили тот спектакль? – я даже не пыталась скрыть раздражение.

– Спроси у Кая. – Ответила Наташа, но наткнулась на мой яростный взгляд и добавила, – Я не знаю, правда. Он пришел и сказал что мы идем в гости и я должна побыть один вечер его женой. Герман, конечно был против, но раз Кай сказал…

– Герман это твой муж и его брат? – решила уточнить я.

– Да. Младший брат. У них всего два года разница.

– Прелестно! Чувствую себя последней идиоткой.

– Он зовет тебя Потеряшка, – загадочно улыбаясь огорошила меня Наташа. Что еще за Потеряшка?

– А вы всегда делаете то, что Кай сказал? – сузила я глаза.

– Да. Его решения не обсуждаются, также как и Германа, – поймав мой удивленный взгляд, Наташа хихикнула, – если расслабиться и довериться то даже кайфовать от этого начинаешь.

– Знаешь, я привыкла сама принимать решения.

– Это ты просто еще совсем мало знакома с Каем, – совсем развеселилась Наташа. Я отвернулась. Стало тошно. В какие игры они здесь играют и меня втягивают?

– Ладно, извини, нам пора, – я резко поднялась, – рада была увидеться.

– Если ты не возражаешь, я бы хотела зайти к тебе вечером в гости, – потупив глаза, попросила Наташа. Я, подумав, кивнула. Возможно мне удастся что-то у нее узнать.

Завести сына домой оказалось еще сложнее, чем я думала. Он ни в какую не хотел слазить с полюбившейся ему качели, пришлось сделать строгое внушение и пообещать, что выйдем погулять после обеда.

Дома ребенок пообедал и, видимо утомившись, заснул. А я решила позвонить Каю. Не очень приятно понимать, что из тебя дуру делают! Он ответил после первого же гудка:

– Что случилось? – голос обеспокоенный и встревоженный.

– Ты не женат! – с укором сказала я, решив сразу перейти к делу. Пауза на несколько секунд, а потом тихий смех в трубку.

– Наташка приходила?

– Встретились на улице, случайно. – у меня от злости все внутри клокотало. Удивительно как злость может заменить собой страх. В этот момент во мне не было и капли той паники, которую обычно вызывал Кай. – К чему был этот спектакль? Приятно меня дурой делать?!

– Давай ты сейчас успокоишься, а я приеду и мы поговорим, – тяжел вздохнул Кай.

– Когда ты приедешь?

– Когда закончу работу. Маленькая, мужчины иногда много работают, знаешь?

– Да пошел ты! – зло крикнула я и бросила трубку. Он перезвонил, я сбросила вызов. Нервы совсем ни к черту. Если продолжим разговор, обязательно разругаемся. Я еще минут 15 просто стояла на одном месте, стараясь успокоиться. Телефон больше не звонил.

В этот момент я услышала как открывается входная дверь. На пороге стояла смущенная Наташа с сыном. У мальчика в руках была большая коробка с новенькими автоматами.

– Извини что так рано, но Тимоша захотел сделать Ване подарок, – да уж. Скорее всего Кай попросил прийти. Она же делает все что он скажет. Да уж, Алиса, теперь ты еще и на Наташу злишься, хотя девушка здесь абсолютно не при чем.

Ванька вышел из комнаты, немного сонный. Увидел новых гостей и сразу побежал знакомиться. Они с Тимом убежали в комнату, инспектировать новые игрушки. Как же просто в детстве заводить новых друзей…

– Чаю? – решила я проявить гостеприимство.

– С удовольствием, – Наташа села на один из стульев в кухне. Мы обе молчали, пока я наливала чай и раскладывала печенье в вазочку. Я подвинула к Наташе ее кружку и села напротив, совершенно не зная о чем говорить. Мы так и пили чай в неловком молчании, когда снова открылась входная дверь и в кухню влетел взбешённый Кай. Оглядев нас яростным взглядом, он молча схватил меня за руку и потащил в ванную. Закрыл дверь изнутри, схватил меня за талию и посадил на стиральную машинку. Встал напротив меня, облокотившись руками по обе стороны от меня. Его лицо оказалось слишком близко и мужчина яростно прошипел:

– Правило номер два, когда я звоню, ты всегда берешь трубку. Всегда!

– Знаешь, у меня тоже есть одно правило, – смотря ему прямо в глаза, заявила я. Кай удивленно поднял брови, – ты всегда отвечаешь на мои вопросы. Всегда! Подробно!

– А то что? – хищно улыбнулся Кай. А я задумалась. И растерялась. Правда ведь, что я могу ему противопоставить? – Уйдешь? Иди! Только в вашей съемной квартире уже другие люди живут, хозяйка была в ярости! К подружке своей подашься? Вперед! Там как-раз пару ребят Лютого дежурят. Тут же и окажешься в знакомой компании, – зло шипел Кай. – Или ты по ребятам соскучилась? – глумливо спросил он, а мне захотелось его ударить. – Соскучилась, отвечай! – Потребовал Кай. Я отрицательно покачала головой. – Поэтому ты сидишь здесь и делаешь то, что я скажу.

– А то что? – Я сама не заметила как сжала кулаки и прищурила глаза. – Закроешь меня здесь?

– Будешь глупости делать – закрою!

– А как же Сашка?

– Да забудь ты уже своего Сашку, – почти простонал Кай.

– Он вообще-то мой муж, если ты не забыл!

– Не забыл! Ты без конца мне об этом напоминаешь! – Он резко поднял руку, обхватил мой затылок и поцеловал. Это не был поцелуй нежности, мужчина наказывал, поглощал, ломал волю. Удовольствие на грани боли. Его губы подчиняли, язык проник мне в рот, сплетаясь с моим, снова назад и опять яростно врывается. Всасывает мою нижнюю губу, сминая, почти кусая.

Вторая рука опускается мне на поясницу, мужчина подтянул меня к себе так, что я уперлась промежностью в каменный орган. Кай недвусмысленно давал понять, что хочет меня. А я с удивлением осознала что трусики уже насквозь промокли. Меня возбуждал его напор, та страсть, с которой он ласкал меня. Его рука сжала грудь, большой палец погладил, ставший острым, сосок. Я застонала, а мужчина довольно рыкнул. Обняла его за плечи, притянула затылок еще ближе, хотя, казалось, ближе некуда. Он уперся возбужденным органом мне в промежность, слегка двинув бедрами, а меня будто током прошибло. Кай разорвал поцелуй и тут же его губы оказались на моей шее, язык прошелся от ключицы до чувствительного местечка за ухом, втянул в себя мочку уха, нежно посасывая, он с благоговением шептал мое имя, а его руки оказались под тонкой футболкой, погладил спину, сильно сжал полушарие груди, сам застонал. Задвигал бедрами интенсивнее, потираясь членом о мой клитор.

– Хочу тебя, с ума схожу как хочу, – бормотал он. И в тот момент я была совершенно не против. Он сметал все мои границы, и вот я уже не жена и мать, а заведенная до предела самка, которая готова отдаться в ванной почти незнакомому мужчине.

Нас прервал звонок его мобильного. Кай грязно выругался, немного отодвинулся, одной рукой отвечая на звонок, а другой продолжая прижимать меня к себе.

– Да, – отрывисто бросил он в трубку, пристально глядя на мои губы. Моя грудь высоко вздымалась, я все еще была возбуждена. Судя по виду мужчины, он тоже. – Еду, – выслушав собеседника, коротко бросил он и отключился, – Прости Потеряшка, дела, – выдохнул он мне в губы, а я вздрогнула.

– Потеряшка? – иронично подняла я бровь. Бесило меня такое обращение. Кай не стал отвечать, снова притянул меня к себе для поцелуя. Нежного, почти невесомого, от которого сердце защемило.

– Блядь, не хочу уходить, – хохотнул он, – Но надо. – Это он сам себя уговаривает?

Я резко спрыгнула со стиральной машины, быстро поправила съехавший лифчик, стараясь не смотреть Каю в глаза. Щеки просто горели.

– Посмотри на меня, – потребовал мужчина, сжал мой подбородок, заставив поднять голову. – Не смей жалеть! И чувство вины свое засунь поглубже. Поняла? – Я молчала, – Поняла я спрашиваю? – С нажимом спросил Кай. Я молча кивнула, – Умница, – быстро поцеловал и покинул ванную.

Я выходить не торопилась, долго умывалась холодной водой, стараясь привести мысли в порядок. Когда вышла, Кая уже не было, а Наташа расслабленно наблюдала за детской игрой.

– Все нормально? – улыбнулась она.

– Спасибо что присмотрела за детьми, – я решила не отвечать. Нормально? Нет, нихрена все не нормально. «Не смей жалеть!», если бы только от одного приказа чувство вины ушло… Но оно только крепло, прорастая корнями в самые потаенные частички души. Мой муж в тюрьме, мы с сыном на птичьих правах живем в квартире мужчины, который вызывает во мне то панику, то дикое возбуждение. Да я только что готова была ему отдаться прямо на стиральной машине, а через стенку сидит Наташа и мой сын! И самое хреновое, я не знаю что мне делать! Мама живет за много километров от нас, просто так съездить и оставить ей Ваньку не выйдет. Вызвать ее сюда? Куда сюда, к Каю? Он конечно будет просто счастлив. Остается только один выход – набрать побольше работы и насобирать денег на съемную квартиру. И на адвоката! Оставлять Сашку в заключении я была не намерена. В конце концов он отец Ваньки, а мой сын не заслужил отца-сидельца.

– Да не за что! Обращайся если что-то будет нужно.

– Это тебе тоже Кай приказал?

– Нет, это я от души. – Наташа обиделась.

– Извини, – мне стало стыдно, – столько всего навалилось, я просто не в состоянии сдерживать эмоции.

– Все в порядке. Просто мне скучно, Герман часто уезжает в командировки, а я здесь почти никого не знаю.

– Вы недавно переехали?

– Год назад, но я очень тяжело схожусь с людьми, – Наташа опустила глаза.

– Мы тоже не очень давно сюда приехали. Правда одна подруга у меня появилась, – я улыбнулась, вспомнив Вику. Нужно будет ей позвонить. – как-нибудь я вас познакомлю.

Мы еще немного поболтали, и Наташа засобиралась домой.

Глава 9

На следующий день мы с Каем подъехали к серому, унылому зданию. Даже в летний и солнечный день оно казалось угрюмым и навевало звериную точку. Полицейский участок. Вчера позвонил Кай и сообщил что сегодня мы должны подъехать для дачи показаний. Сам договорился с Наташей, она забрала к себе Ваньку.

Выйдя из машины поправила сарафан и намертво вцепилась в ремешок сумки. Кай подошел сзади, приобнял за талию и легонько подтолкнул вперед. Я гулко сглотнула, в горле пересохло от жары и волнения.

На крыльце нас уже ждал какой-то мужчина, немолодой брюнет, по случаю жары одетый в белую рубашку с коротким рукавом и льняные брюки. В руках держал кожаный портфель. Глаза под очками смотрели пристально и внимательно. Они с Каем обменялись рукопожатиями, затем пришел мой черед, мужчина протянул мне руку, представляясь:

– Кирилл Павлович, адвокат вашего супруга, – Я удивленно обернулась к Каю, тот пожал плечами и загадочно улыбнулся.

– Алиса, – наконец ответила адвокату.

– Я знаю. – Кирилл Павлович снисходительно улыбнулся, – Слушайте меня внимательно, вы ничего им не говорите, на вопросы не отвечаете, подписываете бумаги только с моего разрешения. Все ясно? – Я только кивнула.

Кай с нами не пошел, остался ждать в машине. Адвокат повел меня на второй этаж. Длинный коридор со множеством дверей. Зеленые, облупившиеся стены и суровые лица работников оптимизма не добавляли. Нужная нам дверь оказалась почти в конце коридора, Кирилл Павлович небрежно постучал костяшками пальцев, и, услышав небрежное «входите» пропустил меня вперед.

Обстановка в кабинете была спартанская, стол, за которым сидел уже знакомый мне Приходько, два стула напротив и большой шкаф, полки которого ломились от огромного количества папок.

Приходько хмуро посмотрел на меня, совсем скис, когда увидел адвоката, но протянул руку, приглашая сесть.

– Гражданка Филатова, я должен задать вам несколько вопросов, – злобно глядя на Кирилла Павловича, пробубнил Приходько, когда мы расположились на шатающихся стульях. – Вы знали, что ваш муж торгует наркотиками?

– Нет, – я покачала головой, так и не выпустив из рук злосчастный ремешок.

Беседа продолжалась два часа. Приходько из меня всю душу вынул, несмотря на мощную поддержку Кирилла Петровича. Без конца задавал одни и те же вопросы, буравя меня взглядом. Но один плюс в нашем разговоре все же был. Я выяснила, что Сашка стал соучредителем кампании по грузоперевозкам. Номинально они возили фрукты и овощи, а фактически наркотики. Вот и ответ на вопрос, кстати, куда Сашка дел деньги с продажи квартиры. Соучредитель, мать вашу! Знал ли он куда именно ввязывается я не знаю. Вряд ли, но я уже ничему не удивляюсь. Как же я была на него зла! Сам в дерьме по самые уши, еще и нас с сыном опасности подверг!

В этот момент я четко поняла для себя одну вещь, мы больше никогда не будем вместе! Никогда я к нему не вернусь, не смогу доверять! Помочь ему выбраться из тюрьмы я обязана, но на этом все!

Напоследок Приходько предупредил, что из города мне выезжать нельзя до конца следствия и заставил подписать несколько документов.

Наконец мы покинули негостеприимное здание. Выйдя на солнце я жадно вдохнула горячий воздух. Как же сильно давят эти стены! Кай ждал нас в машине. Увидев, что мы стоим на крыльце, тут же вышел из машины и протянул мне бутылку с водой. Я с благодарностью ее приняла, в горле будто песком посыпали.

Мужчины перекинулись парой фраз, договорившись созвониться, и мы с Каем поехали домой.

Глава 10

Немного отъехав от полицейского участка, Кай остановился возле небольшого кафе, предложив пообедать. Я молча вышла из машины. Говорить не хотелось совсем, встреча с Приходько выжала из меня все соки.

Мы устроились за столиком у панорамного окна, друг напротив друга. Услужливый официант тут же принес нам меню, уточнив, что именно мы будем пить. Я попросила просто воды, Кай – чай с лимоном.

– Что тебе заказать? – смотря на меня поверх меню, спросил мужчина.

– Ничего. Аппетита нет, – я вяло махнула рукой.

– Мы уже говорили о твоем питании, – строго напомнил Кай. Я только закатила глаза. В итоге он сам сделал выбор, заказав себе стейк с овощами, а мне рис с морепродуктами. Я даже не возражала, рис так рис.

Готовили в заведении очень даже вкусно, я сама не ожидала как съела почти всю порцию под одобрительные взгляды Кая. Собственные мысли не радовали, Сашка оставил нас без средств к существованию, без жилья и с кучей проблем.

– Давно ты нанял адвоката? – делая глоток воды, спросила я.

– Сразу, как только забрал вас, – я поперхнулась. Этот мужчина вообще не считает нужным мне что-то говорить?

– Спасибо что сообщил, – я любезно оскалилась. Кай пожал плечами. Я резко поднялась.

– Куда ты? – Мужчина встрепенулся.

– В дамскую комнату. – огрызнулась я и направилась к выходу. Закрылась в кабинке, когда услышала, что в комнату кто-то вошел. Судя по голосам две девушки.

– Видела с кем Кай сюда заявился? – подала одна голос. Я напряглась, услышав знакомое имя.

– Да где он это ископаемое нашел? – вторила ей другая, – ни кожи, ни рожи, она вообще знает что существует косметика? В ее возрасте уже ботокс пора колоть.

– А одета как? Сарафан явно на барахолке купила, колхозница – пошутила первая и обе засмеялись.

– Не переживай, дорогая, она тебе точно не конкурентка.

Я прислонилась спиной к стенке кабинки, боясь дышать. Ископаемое? Ботокс? Прелестно, Алиса, тебя уже малолетки обсуждают. Интересно, у Кая с ней серьезно? В душе что-то болезненно кольнуло. Мне всего 30, а выгляжу и правда как бабушка. Волосы заплетены в простую косу, сарафан до колена с почти наглухо закрытым воротом. Косметика? А она у меня есть? Очень захотелось забиться в угол и хорошенько поплакать. Когда в последний раз я ходила в салон? Еще там, в своем городе, у меня подруга парикмахером работает, там же и маникюр делала.

Вышла из кабинки и подошла к зеркалу. Бледная, уставшая, болезненно худая. Отвела глаза, быстро моргая, смахивая непрошеные слезы. Умылась холодной водой, глубоко вздохнула. Нужно выходить.

В обеденном зале Кай сидел в компании двух девиц. Одна сидела ко мне боком, другая на стуле по соседству с моим. Да уж, я им точно не конкурентка. Обеим максимум лет по 20, одна блондинка с длинными волосами, которые она заплела в конский хвост, черная майка на бретелях со впечатляющим декольте. Вторая имела ярко-красные волосы, одета в легкую синюю блузку. Обе с аккуратным макияжем, яркими ногтями и, готова биться о заклад, на каблуках.

Мне захотелось срочно покинуть заведение, а девушки, явно не собираясь покидать наш столик, подозвали официанта и сделали заказ. Кай сидел ко мне спиной и не мог видеть моего приближения, зато девицы меня заметили. Рыжая протянула к Каю руку, кокетливо гладя его по плечу, сказала что-то подруге и обе громко засмеялись, исподтишка глядя на меня. Кай обернулся, заметил, что я стою истуканом на пороге и приглашающе махнул рукой, пристально глядя на меня. Пришлось на негнущихся ногах идти.

– Ты поел? – Садиться за один стол с девицами мне не хотелось. Кай кивнул. – Поехали, я за Ваньку переживаю. – старалась говорить твердо и смотреть прямо на него. Кай пружинисто поднялся, бросил на стол несколько купюр.

– Кай, ну посиди еще с нами, – кокетливо вертя красную прядь, надула губы рыжая.

– Как-нибудь в следующий раз, – пообещал он и, взяв меня за локоть, повел в машину. Открыл передо мной пассажирскую дверь, помогая устроиться на сидении. Сам сел за руль и обеспокоенно посмотрел на меня. Я отвернулась к окну, делая вид, что с интересом разглядываю пейзаж.

– Что с тобой случилось в туалете? – требовательно поинтересовался Кай, выруливая на дорогу. Я вздрогнула.

– Ничего, – поспешно ответила, не поворачивая головы. Кай резко вывернул руль, паркуясь около парфюмерного магазина, заглушил мотор и заблокировал дверь.

– Еще раз спрашиваю, что там с тобой случилось? – он повернулся ко мне, схватил за подбородок и заставил повернуться к нему.

– Еще раз отвечаю – ничего! Поехали.

– Я не сдвинусь с места, пока ты не ответишь. – я удивленно уставилась на него. – Кого ты там встретила?

– Бабайку! – не выдержала я, а про себя подумала «даже двух», но не вслух же говорить, что я себя неполноценной чувствую.

– Ты забыло первое правило, милая, делать то, что я говорю. Отвечай! – сильнее сжимая мой подбородок настаивал Кай. Я зажмурила глаза и промолчала. – Ладно, мы никуда не торопимся. – И отвернулся к окну, одну руку положив на руль, другую на колено. Я потрясенно смотрела на его действия. Он что, серьезно собрался стоять здесь?

– Может все-таки поедем? – минут через 10 робко спросила я.

– Ты хочешь поехать?

– Хочу. Мне к Ваньке нужно, – жалобно проговорила я. Кай взглянул на часы и сообщил:

– Ванька сейчас в аквапарке с Наташей, Тимом и Германом.

– У вас что, все по графику? – я, мягко говоря, удивилась.

– Само собой, – мужчина широко улыбнулся.

– Я не хочу говорить, понятно? – я насупилась, – Ты можешь просто не спрашивать?

– Милая, я итак исполняю все твои желания как гребаный джин, – у меня брови сами собой взлетели, – ты хотела вытащить мужа из тюрьмы – я нанял адвоката, – стал загибать он пальцы, – ты хотела чтобы твой сын был в безопасности, и это я исполнил. Будь осторожнее в своих хотелках, джины тоже не резиновые, – язвительно заметил Кай, а я задохнулась от негодования.

– ВСЕ мои желания? – мой тон просто сочился ядом, – Я просила тебя сказать мне правду, ты отказал. Хотела уехать с Ванькой, но и тут облом. Что там насчет «все»?

– ВСЕ умные желания, а те, что ты перечислила глупые.

– Скажи прямо, ты исполняешь только то, что выгодно тебе?

– Возможно, – не стал он спорить, а мне страшно захотелось его поколотить! Как с ним вообще можно разговаривать, если каждое слово провоцирует. Я решила обидеться, сложила руки на груди и повернулась к окну, слыша как Кай хохотнул. Не можем же мы вечно сидеть в машине? Ему разве на работу не нужно?

Прошел час, а мы не сдвинулись с места. Терпению этого невозможного мужчины можно было только позавидовать. Я ерзала на сидении, недовольно сопела, бросала на него гневные взгляды, которые в любом другом человеке обязаны были прожечь дыру, но Кай продолжал сидеть абсолютно невозмутимо! Он даже музыку в салоне выключил, чтобы не отвлекалась! Хорошо хоть кондиционер оставил.

Я просила есть, на что Кай выразительно глянул на часы, намекая что мы только что плотно пообедали, и заявил, что меня легче убить, чем прокормить, воды – достал бутылку из-под сиденья. Интересно, если я попрошусь в туалет, он горшок достанет?

Чувствовала я себя кипящим чайником. Кай же, кажется даже получал удовольствие, спокойно разглядывая многочисленных прохожих. Достал сигарету, прикурил. Я тоже потянулась, получила по рукам и услышала:

– Я что про сигареты говорил? – и с удовольствием затянулся, нагло глядя мне в глаза. Ну не гад ли?

– Может сразу огласишь весь список своих дурацких правил? – я шипела как разъяренная кошка, вот-вот вздыблю шерсть и расцарапаю ему все лицо!

– Правило только одно – делать то что я говорю, – снова затяжка, с удовольствием выдыхает ароматный дым. Его сигареты пахли шоколадом, а у меня зубы свело от желания закурить.

– А не взять ли тебе свои правила, свернуть в трубочку и засунуть себе в задницу? – с любезной улыбкой предложила я. Кай резко повернулся, обхватил мой затылок, притянул к себе и прошептал в ухо:

– Отрастила зубки? Умница! – Затушил сигарету и поцеловал меня. Страстно, глубоко, сплетая свой язык с моим, выпивая мое дыхание, заставляя кровь быстрее течь по венам. Я попробовала его оттолкнуть, но мужчина оторвался от моих губ, схватил меня за запястья и завел руки мне за спину, обхватив их ладонью. Другая тут же вернулась на затылок, а поцелуй стал жестче, требовательнее. Он придвинул меня ближе к себе, насколько это позволяло пространство между сиденьями, гладя мою щеку, проводя пальцами по шее. Никогда не думала что я настолько чувствительна! Каждое прикосновение как высоковольтный разряд. Я замычала, пытаясь повернуть голову, злость все еще кипела во мне, но Кай не позволил, покрепче сжав волосы на затылке. И вот я, подогреваемая злостью и адреналином, уже сама целую его, тяжело дыша, стараясь придвинуться еще ближе. Кай отпустил мои руки, а я тут же закинула их ему на плечи, запустила руку в его волосы, пропустив их между пальцами. Жеские, но такие приятные на ощупь. Кай провел рукой по внутренней стороне моего бедра, почти касаясь клитора, обратно, погладил колено, а я застонала. Между ног сочилась влага, я хотела чтобы он взял меня. Прямо здесь, в машине в центре города. Плевать где, только бы почувствовать его в себе.

Но тут Кай оторвался от моих губ, прислонился лбом к моему, стараясь отдышаться:

– Ну что, скажешь кто тебя расстроил в дамской комнате? – Еще никогда в жизни я никого не хотела убить настолько сильно! Теперь я понимаю, почему он достиг успеха в бизнесе! Он просто всех берет измором!

– Знаешь, тебе лучше не приглашать меня в те заведения, которые посещают твои любовницы! – С вызовом прорычала я, – некоторые могут пустить слух что ты обедаешь с колхозницей! Боюсь твоя репутация этого не переживет!

– Твою ж… – выдохнул Кай сквозь зубы. – Ладно, поехали.

И как с ним вести диалог? Мог бы хоть ради приличия сказать, что так не думает! Или думает? Да что там про него говорить, если даже я себя колхозницей считаю. А уж настолько избалованный женским вниманием мужчина и подавно. Настроение снова ушло в минус, а на смену злости и возбуждению пришла апатия.

– Знаешь, я заметил одну интересную деталь, – отвлек меня Кай, а я вздрогнула. Вернулась серая мышка, которая боится большого тигра. Как же она мне самой надоела! – Ты перестаешь меня бояться когда злишься и когда возбуждена.

– Поэтому ты меня злишь и возбуждаешь?

– Ты сама не замечешь как меняешься, сразу загораются глаза, ты выпячиваешь грудь и, кажется, готова расцарапать мне физиономию, – казалось его приводила в восторг идея ходить с расцарапанной мной физиономией.

– Если бы ты знал, как трудно сдерживаться, – елейным голосом сообщила я.

– Так в чем проблема? Отпусти себя, позволь делать то, что хочется тебе, – и вот зря он это сказал.

– Тогда тем более забудь о своих дурацких правилах, – я протянула руку к пачке сигарет, пристально глядя на реакцию Кая, – потому что мне очень хочется нарушить каждое, – достаю сигарету, чиркаю зажигалкой и медленно, со смаком, делаю первую затяжку. Кай нахмурился, но промолчал, а я закашлялась. Сигареты он курил крепкие, со вкусом и запахом шоколада. На губах тут же стало приторно сладко.

– Не умеешь, не берись, – подколол меня Кай, а мне захотелось повести себя по-детски и показать ему язык. Опять ведь злит, специально.

Глава 11

Кай поднялся домой вместе со мной. Открыл дверь своим ключом, пропуская меня вперед. Я уже нацелилась принять душ, но мужчина не позволил. Мы только вошли в гостиную, как я оказалась прижата к крепкому мужскому телу.

– Как долго я ждал, – прошептал Кай, целуя мою шею, руками забираясь под подол сарафана.

– Зачем я тебе? Решил пополнить коллекцию колхозницей? – пытаясь оттолкнуть, прошептала я. Он тяжело посмотрел на меня из-под бровей, потом сказал:

– Какая коллекция, Потеряшка? У меня на тебя совершенно другие планы.

– Поделишься? – не слишком надеясь на ответ, все же поинтересовалась я.

– Обязательно. Но не сейчас. Ты не колхозница, а она дура, поняла? И хочу я тебя, а не ее.

– Ну да, ее ты уже трахнул, – я отвернулась.

– У тебя постоянно в башке такая херня творится? – серьезно глядя на меня, спросил Кай.

– Нет, только по пятницам, – съязвила я.

– Я тогда завтра зайду, – пошутил Кай, разворачиваясь к двери, однако руки с моей талии не убрал. Тут же развернулся, схватил за шею и поцеловал.

Не теряя времени, стянул с меня сарафан, оставив в одном белье, которое, впрочем, тоже на мне долго не задержалось. Отнес в свободную спальню, уложив на кровать, сам устроился сверху. Снял футболку, отбросив ее куда подальше. Боже, как он на меня смотрел! Будто я самое ценное сокровище в его руках. Я никогда не могла даже подумать, что этот мужчина может быть настолько нежен.

Его руки были везде, заставляя меня гореть от невероятных ощущений. Поцелуи то нежные, то неистово страстные, от которых я выгибалась дугой, в надежде продлить удовольствие. Казалось, он знал мое тело куда лучше меня! Когда его язык коснулся груди, обдувая кожу горячим дыханием, когда он сильно втянул сосок в рот, лаская другой большим пальцем, я громко вскрикнула, от пронзившего меня спазма удовольствия. Когда его пальцы потирали клитор, я вцепилась пальцами в его плечи, задыхаясь, двигая бедрами ему навстречу, умоляя не останавливаться. Я смотрела в его черные глаза, а видела там себя.

А когда он наконец вошел, чуть с ума не сошла. А он шептал мне на ухо «Потеряшка», «моя девочка, как давно я тебя хочу…», двигаясь все быстрее и быстрее, целуя в губы, шею, лаская руками грудь, живот, проводя пальцами по спине, сильно сжимая ягодицы…

И я взорвалась сладкими спазмами, пытаясь вдохнуть хоть каплю воздуха, вонзаясь ногтями в его спину, в тот момент мне казалось что нет меня и его, есть МЫ, единое целое, которое разлетается на мелкие кусочки в феерическом оргазме.

Он лег на спину, притянув меня к себе и заставив положить голову ему на плечо. Мы оба тяжело дышали, тела покрылись бисеринками пота. Я провела рукой по его груди, покрытой порослью волос, погладила живот, отчего Кай дернулся и прижал к себе еще сильнее.

– Теперь никуда не денешься, – шепотом пообещал он.

– Мне нужно в душ, – потупила я глаза.

– Душ? Потеряшка, мы не закончили, – хищно склоняясь надо мной, сообщил Кай.

И снова поцелуи, ласки, объятия. Только в этот раз я сама его целовала, ласкала, изучала его тело, с удовольствием наблюдая как он закатывает глаза, рычит от удовольствия, иногда впиваясь пальцами в простыни. И получая от этого почти физическое удовольствие. Это был настолько чувственно и эмоционально, что сердце щемило от невыразимой нежности. После второго оргазма, острого, разрывающего все внутри, вызывающего не только физическое, но и эмоциональное удовлетворение я просто отключилась у него на плече.

Проснулась я, когда за окном было уже темно. Схватила свой телефон, время было 11 вечера. «Ванька», испугалась я, подскакивая. Как я могла так долго проспать? Быстро подскочила с кровати и увидела свежее белье и свой домашний костюм, висящие на тумбочке. «Кай позаботился», от этой мысли в сердце зажегся огонек.

Натянув на себя одежду, я выскочила из спальни, где Кай сидел на диване в компании Ваньки и читал ему сказку. Я тормознулась на пороге, сонно моргая и не до конца веря своим глазам, пока Кай не поднял голову, сверкнул глазами и сказал Ваньке:

– Вот видишь, маме просто нужно было выспаться, у нее был слишком насыщенный день.

– Мамочка, тебе лучше? – заботливо осведомился сын.

– Намного, – я села рядом с сыном, обнимая его и целуя в макушку, – а ты чего не спишь?

– Я поспал днем. – признался сын, – два раза. Мама, мы были в аквапарке, плавали с дельфинами, кушали пиццу и катались на аттракционах! А потом поехали еще в зоопарк, – захлебываясь эмоциями, рассказывал Ванька. Неудивительно что с такой насыщенной программой сына сморил второй дневной сон.

Я быстро сбегала в душ, потом мы все вместе поужинали легким салатом. Ночью я спала с сыном, он все еще боялся оставаться один.

Глава 12

Утром Кай еще был дома, когда мы проснулись. Завтракать, правда, отказался, выпил чай и, крепко поцеловав меня, ускакал на работу. Сегодня была суббота, у меня был выходной и я решила весь день провести с Ванькой, но позвонила Наташа, сказала что они скоро придут.

Пришли и не одни. С Наташей и Тимофеем пришла приятная женщина, лет сорока на вид. Няня. На мой удивленный возглас, а нафига нам, собственно, няня, Наташа достала из сумки сертификат в салон красоты на двоих и предложила сходить вместе. Я уже было заподозрила что Кай заставил ее пойти со мной, зная, что деньги на прическу я у него не возьму. Но сертификат был датирован несколькими днями ранее, а Наташа очень просила пойти с ней. Да мне и самой очень хотелось привести себя в порядок. Вчерашняя встреча с девицами даром не прошла, чувство неполноценности во мне росло и крепло. Я по сопротивлялась для вида и согласилась. Наташа уверила меня что няня отличная, а дети прекрасно ладят.

Салон был очень уютным, пахло эфирными маслами, ароматическими свечами и шампунями. Мы посетили маникюр, педикюр и сделали несколько процедур у косметолога. Эпиляция мне была не нужна, еще в своем городе я сделала электрическую, навсегда избавившись от необходимости посещать неприятную процедуру. Наташа, глядя на меня тоже записалась, но уже на лазерную.

А вот когда пришла очередь парикмахера, я задумалась. Менять что-то кардинально я не хотела. После недолгих переговоров, мастер принялась за дело, а через несколько часов я себя не узнала. Она немного подстригла кончики и сделала объем, а волосы чуть осветлила у лица. Уложила, сообщив, что с такой стрижкой проблем с укладкой дома не будет.

Когда мы закончили, я себя не узнала. Кожа сияла, новая прическа делала меня моложе и ярче, а ярко-красные ногти было видно издалека. Я как завороженная смотрела на свое отражение. Да я уже забыла что могу так выглядеть! Забыла, что я вообще-то молодая и красивая женщина, а не забитая жизнью домохозяйка. И за все это я должна благодарить Кая. Возможно, не будь его, и меня бы сейчас в живых не было. Вспомнила трех отморозков и озноб по телу прошелся.

У Наташи после посещения салона тоже глаза горели. Мы обе улыбались во все 32, когда садились в ее машину. А потом решили зайти еще и в магазин косметики, где тоже разошлись не на шутку. Я потратила половину месячной зарплаты на баночки и тюбики, решив, что со следующей пойду в магазин одежды. Я снова хочу быть красивой!

Набрав еще и игрушек, мы наконец вернулись домой. Довольные дети убежали осваивать новые игрушки, мы отпустили няню и сели пить чай. А я, наконец, поинтересовалась у Наташи кем работает Кай. Как я и ожидала, у них с Германом был свой бизнес – охранное агентство. Фамилия Кая была Леднев и он был на три года старше меня.

Честно говоря, задавать такие вопросы было стыдно. Живу с мужчиной уже несколько недель, занимаюсь сексом, а фамилию и возраст спросить не удосужилась!

После ухода Наташи с сыном я позвонила маме. К своему стыду я не созванивалась с ней с тех пор, как посадили Сашку. Просто не могла об этом сказать маме, а свекрови тем более. Но время шло, а меня съедали стыд и чувство вины, мама наверняка переживает!

Так и вышло. Я получила выволочку от родительницы, мама уже собиралась в розыск подавать, ни я, ни Сашка трубку не брали. Свекровь «оборвала» телефон мамы. А я матери соврала, сказала то же самое что и Ваньке, Сашка в длительной командировке, связи там нет. Врать было стыдно, но и сказать правду духу не хватило. И про Кая говорить тоже не хотелось!

Мама предложила забрать Ваньку на месяц, она с ним уже два года ездит к своей сестре в деревню. Ваньке там очень нравится, много братьев и сестер, да еще и хозяйство у тетки впечатляющее. Ванька идее обрадовался, а я пообещала завтра маме его привезти, ехать, правда 6 часов на поезде, ну да ладно.

Я звонила Каю, хотела предупредить что уеду на сутки, но он не брал трубку. Ни ночью, ни утром, когда мы с сыном собирались на вокзал. Мы быстро купили билеты на проходящий поезд, в дороге связи не было, а по приезду телефон разрядился, мамино зарядное устройство мне не подошло.

На следующий день я посадила маму с Ванькой в один поезд, сама села в другой, возвращаясь.

Приехала в квартиру Кая я только поздно вечером, открыла дверь своим ключом, бросила на пороге спортивную сумку, а когда обернулась, захотелось бежать обратно, до маминого дома, не останавливаясь.

На пороге прихожей стоял Кай и был он в ярости. Нет, ОН БЫЛ В ЯРОСТИ! Сжимал челюсти так, что я слышала скрип зубов, глаза просто горели огнем, а руки он сжимал в кулаки. Меня начала бить мелкая дрожь, одной рукой я уже схватилась за ручку двери, готовя пути к отступлению.

– Где ты была? – прорычал он, мгновенно оказываясь рядом со мной, отодвинул меня от двери и встал так, чтобы в эту самую дверь я не сбежала. – Где Ванька?

– У мамы. Он с мамой в деревню поехал, – запинаясь ответила, прижимая к груди уже ледяные руки.

– Ты уезжала из города?? А предупредить меня ты могла? – он орал, сильно выпучив глаза. И это было действительно страшно, я неосознанно прижалась к стенке.

– Я звонила, но ты трубку не брал, – пыталась я оправдаться, – меня не было всего сутки, мы вчера утром уехали.

– ВСЕГО сутки? – он подошел вплотную и навис надо мной, как коршун. – Блядь, тебя все мои люди ищут, я кого мог на уши поднял, думая, что тебя Лютый нашел, а ты ВСЕГО СУТКИ?? Включи свою башку наконец, ты не в мире розовых пони живешь! Я из кожи вон лезу чтобы тебе помочь, а ты всего сутки??? Сообщение ты могла отправить? Записку оставить? Самостоятельная, да? – зловеще шипел он мне на ухо. Я сжалась в комок, понимая что он прав. Дура, потому что про записку даже не подумала, а сообщение решила написать из поезда, Ванька всю дорогу меня отвлекал. – Закончилась твоя самостоятельность! – схватил меня за локоть и повел в нашу с Ванькой спальню. Вытащил всю одежду, что там была и выкинул в окно, я даже пискнуть не успела, – Больше ты из этого дома не выйдешь! – Смотреть на него было невыносимо, глаза мужчины стали красные, а руки тряслись. Стянул с меня сарафан и тоже выкинул в окно. Я прикрыла грудь руками, жалобно глядя на Кая, уже не сдерживая слез. Обхватила себя за плечи и забилась в угол кровати.

– Кай, пожалуйста, позволь объяснить, – робко попросила я.

– Заткнись! Просто закрой рот, иначе я не сдержусь, – предупредил он, а я замолчала. – Сиди тихо, поняла? – он направился в прихожую, что-то разбил по дороге, а потом входная дверь захлопнулась. Кай ушел! А я расплакалась уже навзрыд.

Подтянула колени к животу, накрывшись покрывалом и еще долго ревела. Он прав, я совершила ошибку и не отправила сообщение, но я почти сутки пыталась до него дозвониться! Почему он не брал трубку? Чем был так занят? Перед глазами всплыл образ красноволосой девицы и его обещание «как-нибудь в следующий раз».

На душе было муторно, такое чувство, что туда просочилась стая черных кошек, которые скребли по сердцу и нервам и не переставая орали! Я поднялась с постели и, пошатываясь, пошла в прихожую. Моих ключей и сумки там не было, а дверь Кай закрыл снаружи, изнутри не открыть. Я долго просто стояла, думая чем же мне выльется моя поездка. Сбежать сейчас не получится, это факт.

Заглянула в ванную, долго умывалась, пытаясь успокоиться. В комоде нашла футболку Кая, натянула на себя, мне было некомфортно ходить в одном белье.

Заснула только под утро, измученная мыслями и переживаниями…

Глава 13

Я проснулась в полдень с дикой головной болью. Вышла на кухню, чтобы выпить кофе, с тоской глянула на осколки стеклянной вазы, которую вчера разбил Кай. На смену апатии пришла ярость. Я не его собственность, тогда какого хрена он позволяет себе так со мной обращаться? Теперь, когда Ванька был в безопасности и мне не приходилось за него беспокоиться, появилось время все хорошенько обдумать. И мои умозаключения совсем не радовали.

В прихожей на полу нашла свой «мертвый» телефон. Как хорошо что Кай вчера не заметил как я его выронила, когда он тащил меня в спальню. И его бы отобрал. Воткнув шнур питания, немного подождала и включила телефон. Позвонила маме, чтобы убедиться что они с Ванькой доехали. Мама отчиталась что все хорошо, поговорила с сыном и со спокойной душой сделала второй звонок – Вике. Удобно устроилась на кухонном стуле с чашкой кофе и набрала ее номер.

– Алиса, твою мать, где ты? – заорала она, как только поняла кто звонит.

– У Кая.

– Рассказывай, – тоном, не терпящим возражений, потребовала Вика. И я рассказала. Абсолютно все, ничего не скрывая. Подруга слушала не перебивая, иногда уточняя детали, а потом огорошила меня, – В воскресенье Сашку под подписку выпустили.

У меня пересохло в горле.

– Точно знаешь?

– Он был у меня, нервничал, вас искал. Я сказала что на тебя напали и ты спряталась в безопасном месте, где именно мне не сообщила.

– Жесть. Вика, а ведь Кай мне даже не сказал, куда дел наши вещи, – озарило меня. Прав Кай, я дура. Так увлеклась собственными страхами и переживаниями, что ничего вокруг не видела!

– Вот что я думаю, дорогая моя, – со свойственной подруге прямолинейностью, заявила она, – а не от того ли твой Кай так рассвирепел, что ты пропала именно в тот день, когда мужа твоего выпустили? – у меня сердце пропустило удар от такого предположения.

– Знаешь, теперь я совсем перестала понимать происходящее.

– Что тут понимать? Давай по пунктам: имея свою шикарную жилплощадь в центре, этот мужик зачем-то ночевал у вас, это раз. Спектакль с женой был явно рассчитан на одного зрителя и это точно не Сашка или Ванька, это два. Очень вовремя он появился в роли спасителя. Минута в минуту, это три. Лишил тебя связи, запугал, а теперь вообще закрыл дома. Какие мысли у тебя возникают? – мысли были, но настолько абсурдные, что я не решилась их озвучить. В отличии от подруги:

– Тебе не кажется, что это четко спланированная акция твоего похищения у мужа?

– Для похищения нужен мотив. – возразила я, но тут в голову пришла новая догадка. А ведь чужой взгляд я перестала чувствовать в тот день, когда Кай привез нас с Ванькой сюда. Сердце забилось чаще, а руки затряслись. – Не маньяк же он, – робко добавила.

– Не похож, конечно. Но покажи мне маньяка, который похож на маньяка.

– Вика, ты меня пугаешь, – вздохнула я. – Но он ведь Сашке адвоката нанял. Да и мне за все это время ничего плохого не сделал, наоборот, даже с Ванькой успел подружиться.

– Может он в тебя влюбился?

– Вот это точно бред, я видела себя в зеркале. Привидения выглядели лучше, чем я тогда. А вот то, что он Сашку мог подставить, я не исключаю.

– А вы ему тогда зачем? Подставил бы и жил со спокойной душой. – Ничего конкретного мы так и не выяснили, разговор пошел по второму кругу, а меня уже просто потряхивало.

– Нужно Сашке позвонить.

– Звони мне, ладно. Я волнуюсь за тебя, – на прощание попросила Вика.

Я несколько раз глубоко вздохнула, прежде чем звонить мужу. Чувствовала себя предательницей. Я никогда не изменяла Сашке, даже мысли такой себе не позволяла. На душе было гадко и муторно, но узнать где он было необходимо. Сашке я звонила со своей сим-карты.

– Лиса, девочка моя, – взволнованно ответил муж, – где ты? С вами все в порядке? Где Ванька? – вопросы сыпались из мужа как из рога изобилия, – Я хочу к вам приехать. Я все объясню, Лиса, где вы?

– Объясняй! Прямо сейчас, а потом я решу, хочу ли я тебя видеть, – сухо ответила я.

– Лиса, это не телефонный разговор, – в его голосе обреченность. Знает, что виноват.

– Ты слишком долго меня обманывал, Саша, слишком! Ты подверг опасности нас с Ванькой! Ты оставил нас без крыши над головой! Как ты посмел продать квартиру и спустить эти деньги на свой… бизнес, – последнее слово я проговорила язвительно, зло. Имея ввиду его гребаное соучредительство. – Ты знаешь, что меня пытались изнасиловать, потому что ты кому-то должен? Да это чудо, что со мной в тот момент Ваньки не было! – я сорвалась на крик.

– Я вообще-то для нас старался, – обиженно заявил Сашка.

– Стараются, Саша, честно заработать, а не обкрадывать собственных жену и сына!

– Я хотел как лучше! Хотел, чтобы вы ни в чем не нуждались!

– Мы теперь нуждаемся во всем, – я говорила зло, била по его больным точкам. Очень хотелось сделать ему больно, так, чтобы понял что пережили мы. И нет, мне было его не жалко! В тот момент я поняла, что Сашка прекрасно знал куда ввязывается и делал это осознанно.

– Лиса, где вы? Как Ванька? Прошу, дай ему трубку? – чуть не плача просил муж.

– У Ваньки все в порядке. Остальное не твое дело! – я поднялась и стала рыться в ящиках, в надежде найти сигареты. Может Кай случайно забыл? Зубы сводило от желания закурить.

– Я имею право видеться с сыном, – визгливо заорал Сашка.

– Имеешь. Как только решишь свои проблемы с законом и жильем, сразу увидишься. – Я тихо выругалась, ни одной сигареты…

– СВОИ проблемы? А как же интересно ты решила СВОИ? – зло, сквозь зубы. А меня стала беспокоить такая резкая смена его тона и настроения. Раньше он был спокойным и рассудительным, очень редко вообще повышал голос. А тут такая гамма эмоций…

– Тебя это уже не касается, – безэмоционально сказала, – мы разводимся.

– Вот значит как ты заговорила. Быстро ты мне замену нашла. И с кем ты трахаешься?

– И это тебя тоже не касается. Пока! – я сбросила вызов. Было больно, очень. Несмотря на злость и обиду чувства к мужу у меня остались. Не могли 10 лет совместной жизни пройти бесследно. Душу разъедала обида, подобно серной кислоте. Страшно захотелось выпить. Я видела у Кая несколько бутылок на верхней полке. Достала первую попавшуюся – виски. Подойдет. Нашла подходящий стакан и от души налила янтарной жидкости, сделала несколько глотков. Горло обожгло, а я закашлялась. По телу стало разливаться приятное тепло, согревая желудок и внутренности. Как же мне, оказывается, было холодно. Будто меня в крио камере держали все это время.

Виски на голодный желудок было не лучшей идеей. Меня тут же повело, в глазах потемнело. Схватившись за угол стола, я восстановила равновесие, а потом плюнула на все, закинула стакан в мойку и пила уже прямо из бутылки, медленно бредя в сторону дивана. Хотелось напиться до беспамятства, перестать вспоминать свой брак, смотря со стороны на его руины. Да, я изменила мужу, но разрушил все он! Я слишком долго терпела и закрывала на все глаза думая, что наш сын не сможет без отца. Что я не смогу без Сашки. Но, как оказалось, очень даже можем. И мы прекрасно справляемся с ним вдвоем. Оказывается из любой ситуации есть выход, а любой человек заменим.

Включила телевизор, создавая искусственное ощущение чужого присутствия, одиночество тяготило. Сделала еще один большой глоток, закашлялась. Зато внутренняя дрожь стала проходить.

В моей пьяной голове родилась гениальная идея. На тот момент я действительно так считала. Я позвонила Каю. Трубку он взял после первого гудка, голосом можно было лед морозить.

– Я слушаю.

– Слушай, – пьяно икнула я, – Козел ты, Леднев.

– Что-то еще? – нейтрально поинтересовался он.

– Я хочу уехать! – делаю новый глоток виски.

– Куда? – с живым любопытством спросил Кай.

– Не твое дело. Немедленно приедь и выпусти меня отсюда! Или я тебе всю мебель расхерачу!

– Ты пьяная? – голос удивленный, а на заднем фоне послышался звук заведённого мотора.

– Удивлен?

– Очень. Поставь бутылку где взяла и марш в холодный душ, – в голосе послышалась угроза. Но пьяному все нипочем, а мне, после такой дозы, было даже море по колено.

– Да пошел ты!

– Второй раз, – прорычал он, – ты послала меня второй раз, Потеряшка!

– Я могу и в третий! Хочешь? – ковыряя указательным пальцем обивку дивана, нарывалась я.

– Двух вполне достаточно! Все равно последствия тебе не понравятся, – пригрозил он и отключился. Козел!

Несмотря на угрозы, я продолжала методично напиваться. Стало очень весело, захотелось танцевать. Я нашла музыкальный канал и включила звук на полную. Играла какая-то попсовая мелодия. Не выпуская бутылку из рук, я закрыла глаза и начала танцевать, развратно вертя бедрами, отчего футболка задиралась, обнажая попу.

Не знаю сколько времени я танцевала, слишком увлеклась. А очнулась оттого, что кто-то подошел сзади, обнял меня одной рукой за талию, а второй схватив за задницу, больно сжав. Вдохнула знакомый аромат ментола и цитруса, только сейчас он смешивался еще с шоколадом. «Курил» промелькнула мысль. Кай сильно вдавил меня в себя, потерся бедрами о мой зад, показывая силу своего возбуждения. Быстро стянул с меня футболку и сжал обеими руками груди. Я попыталась вырваться, но Кай только еще сильнее прижался ко мне, мешая сделать вдох. Схватил за горло, несильно сжал, просто чтобы показать кто здесь главный. Бутылка выпала у меня из рук, янтарная жидкость разлилась по новенькому ламинату. Я вцепилась ногтями в его ладони, пытаясь вырваться.

– Не стоит, – шепот на ухо. – расслабься. – Обжег дыханием шею.

– Отпусти, не хочу, – шепнула, все еще пытаясь оттолкнуть.

– Уверена? – опустил руку и просунул мне в трусики. – Мокрая, – удовлетворенный шепот.

Повернул меня к себе, заставляя поднять голову и посмотреть ему в глаза, в которых спряталась тоска.

– Вспомни меня, Потеряшка, пожалуйста, – шепот прямо в губы, а потом поцелуй, нежный, страстный и такой горячий. Я запуталась в своих мыслях и ощущениях. В голове раз за разом крутилось «вспомни меня… вспомни». Что он имел ввиду?

А потом не осталось ни одной мысли, только первобытное желание принадлежать ему. Кай отнес меня в спальню, очень аккуратно положил на кровать, снял тусики, а сам встал в изножье. Я смотрела на него замутненными от страсти глазами, не понимая почему он медлит.

– Раздвинь ноги, – прошептал и громко сглотнул. Глаза почернели, а тело напряглось, но мужчина не двинулся с места. Просто стоял и трахал меня глазами. И я подчинилась, заводясь еще больше от его слов, от того, как он смотрит на меня… Развела широко ноги, согнутые в коленях и приподнялась на локтях, не моргая глядя ему в глаза. Грудь высоко вздымалась, я истекала влагой возбуждения.

Кай продолжал стоять на месте, а у меня уже крышу сносило. Встала на колени и приблизилась к нему. Стянула с него футболку и взялась за ремень джинсов. В этот момент Кай отмер, схватил меня за запястья, опрокинул обратно на постель. Сам стянул джинсы и боксеры, лег, нависая надо мной.

И началась моя персональная пытка. Он мастерски доводил меня почти до самой грани, не давая возможности пересечь черту. Ласкал так страстно и горячо, что я сорвала голос, ругаясь как портовый грузчик, когда он в очередной раз отстранился, не давая мне кончить. Расцарапала ему спину и шею, требуя немедленного завершения. А потом просто обессиленно стонала, сминая простыни.

Это продолжалось долго, очень. А когда, наконец, ему надоело меня истязать и он довел меня до пика, меня буквально подбросило в воздухе от остроты ощущений. Кай сильно прижал меня к себе, продлевая удовольствие.

Наконец я обессиленно свалилась на подушки. Я все еще подрагивала от невероятных ощущений, а веки, казалось, налились свинцом. Тело казалось ватным, я была просто не в силах пошевелиться и, в конечном итоге, провалилась в глубокий сон.

Глава 14

Утро было не самым добрым. Болела голова. «Это становится нормой-просыпаться с головной болью», промелькнула мысль. Огляделась вокруг, нашла свои трусики, натянула футболку Кая, в которой он вчера пришел. Тут же в нос ударил запах его парфюма, а я вспомнила некоторые события прошлой ночи и густо покраснела.

Осторожно выглянула из спальни, Кай стоял у плиты в одних боксерах и что-то жарил. Судя по запаху – яйца с колбасой. Тут же потекли слюнки, а желудок требовательно заурчал, напоминая, что из еды последние сутки он получил только убойную дозу алкоголя.

Кай не обращал на меня внимания, полностью сосредоточившись на готовке, а я с удовольствием разглядывала его спину, на которой красовались следы моих ногтей. На шее тоже была кровавая полоса. Почувствовав мой взгляд, мужчина обернулся и посмотрел на меня, широко улыбнулся, а в глазах вместо привычной бездны я увидела улыбку. Он просто светился. Я против воли начала улыбаться в ответ.

– Марш в душ, потом завтракать, – сказал он.

Я только кивнула. Прошмыгнула в ванную, приняла душ. Стало немного легче, в голове перестали стучать отбойные молотки.

Вернулась обратно в кухню, устроилась на стуле напротив Кая, получила большую порцию яичницы и кружку кофе. Как я люблю, с молоком и сахаром.

– Спасибо, – улыбаясь, поблагодарила мужчину. Тот пожал плечами. – Поговорим? – робко попросила. Слишком много вопросов накопилось.

– Тебе все-время нужно говорить? – почти с тоской спросил Кай.

– Нет, во сне я молчу.

– Кто тебе сказал? – с хитринкой в глазах поинтересовался. Я решила эту тему не продолжать.

– Что я должна вспомнить? – задала я вопрос, который в данный момент интересовал меня больше всего. Сколько бы я не напрягала память, вспомнить его я не могла. Где мы могли пересечься? В школе? Возможно, но он на три года старше меня, а я даже одноклассников с трудом в лицо вспоминаю, не то что имена и фамилии. Университет? Вряд ли. Тогда бы Сашка не стал нас знакомить как чужих, сказал бы что учились вместе. Да и не тот Кай человек, которого легко забудешь. Скорее наоборот, забыть его будет трудновато.

– Давай сыграем в игру, – весело предложил Кай, размахивая вилкой в воздухе. – Называется правда или действие. Ты задаешь вопрос, я на него отвечаю, а ты взамен кое-чего делаешь для меня.

– В эту игру не так играют, – хмуро заметила я, просто пятой точкой чувствуя что это очередной подвох.

– Наша игра – наши правила. Ну так что? Сыграем? – Подобно Змею Искусителю завлекал в свою игру. Или как кот с мышью играл.

– Хорошо. – любопытство победило, – Вчера ты просил тебя вспомнить. Я не вспомнила и хочу, чтобы ты рассказал, что имел ввиду.

– Почему ты перестала петь? – огорошил меня Кай. Я выронила вилку из рук и широко распахнула глаза, быстро моргая. Откуда он знает? Пристально вгляделась мужчине в лицо, но узнавания по-прежнему не произошло.

– Вопросы задаю я, – откашлявшись заявила я. Я хорошо успела изучить Кая, если он не желает отвечать, то мастерски меняет тему или увиливает. Видимо и сейчас решил.

Я всегда мечтала петь. Еще в детском саду воспитательница заметила что у меня есть к этому способности. Я солировала на каждом утреннике, в школе выступала на всех вокальных конкурсах, у мамы целая папка моих грамот сохранилась. В 16 лет я собрала собственную группу, назвала ее «SunShine». Мы выступали в клубах, на городских мероприятиях. Потом нас стали приглашать на фестивали в другие города. Репертуар у нас был разнообразный, но больше всего мне нравилось петь «попсовый рок», так его называл наш гитарист – Толик. Нам пророчили блестящее будущее, а я представляла себя на большой сцене, выступающей для многотысячной толпы зрителей.

Все рухнуло в один день. Гнойная ангина дала осложнения – последствия необратимые, петь нельзя. В тот день я потеряла мечту и частичку себя. Наверное это была самая большая потеря в моей жизни. Далеко не последняя, но самая первая и болезненная. И именно в тот день, когда доктор произносил страшные слова – я закрылась. Спряталась как улитка в панцире, засунула глубоко эмоции и старалась игнорировать душевную боль, которая разрывала в клочья.

Я никогда не позволяла себе вспоминать свое музыкальное прошлое. Если о нем не говорить, то его вроде как и не было, значит и боли нет. Я даже Ваньке колыбельные не пела. Но рана была жива, всегда. А сейчас Кай одним вопросом вскрыл нарыв из которого потекла боль. Боль несбывшихся надежд и разбитой мечты.

– Откуда ты знаешь? – хрипло, в горле встал ком, который я никак не могла проглотить. Кай только грустно улыбнулся.

– В Питере ты назвала меня упырем, в Ярославле попугаем, а в Москве наступила на ногу и вылила кофе на мой костюм, – говорил он, а у меня в глаза все плыло. Не может быть! Не может!

– У тебя были зеленые волосы, и ты сказал, что я выскочка, – я горько улыбнулась, – ты меня на каждом фестивале доводил.

– Я не красил волосы. Это был баллончик. Я тогда проспорил, – со смешком заметил Кай, явно ностальгируя.

Воспоминания накрыли бешеной лавиной. Они были нашими главными конкурентами. Всегда выбирали победителей между двумя нашими группами. Тот парень… гитарист. Да, именно тот, потому что с нынешним образом Кая тот не вяжется абсолютно. Тот был наглым, нахальным. Пирсинг носил на губе и несколько сережек на правой брови. У него были кудрявые волосы до плеч, на голове всегда носил бандану и… всегда доставал меня. Просто до неистовства доводил своими колкостями. Называл выскочкой, Лисой-Алисой и говорил что петь я не умею. Я в долгу не оставалась, оскорбляя его в ответ. Он сказал только про кофе, хотя поливала я его всем, что в руке было. Водой, лимонадом, чаем, впрочем и он просто так не стоял. В итоге мы оба злые до чертиков расходились по своим гримеркам, переодеваться, мыть голову, наводить новый макияж. Я никогда не спрашивала его имя, мне это было не интересно. Звала просто Упырь.

Господи, как же он изменился! Хотя о чем говорить, прошло больше 10 лет. И я стала другая.

– Так почему ты перестала петь? – Кай не унимался. Ему обязательно нужно было проникнуть в мою душу, мои мысли и чувства.

– Ангина. Гнойная. – Два слова и мой приговор. Кай все понял, кивнул головой и отвел глаза. Но я успела заметить их выражение – жалость. Вот только жалость мне была нужна меньше всего.

Мы немного помолчали, переваривая информацию. Я все еще не могла прийти в себя. Этот мужчина каждый раз преподносит мне все новые и новые сюрпризы.

– Как вы познакомились с Сашкой? – мне настоятельно требовалось сменить тему.

– Э, нет, Потеряшка, мой ход – твое действие, – широко улыбнулся Кай. Я напряглась. Главное чтобы петь не просил.

Но Кай и тут меня удивил.

– Что я должна сделать? – прищурив глаза, поинтересовалась у него.

– Дай руку, – потребовал мужчина, я протянула ему правую руку, а он… снял с безымянного пальца обручальное кольцо и выкинул в мусорное ведро. Честно говоря, я за 10 лет настолько сроднилась с ним, что воспринимала кольцо частью пальца. Просто не обращала на него внимания все это время. Ношу и ношу.

– Ты что делаешь? – завопила я, – Зачем сразу в мусорку, вандал? Оно денег стоит!

– Я куплю тебе другое, – сразу закивал Кай головой, – Даже два, – добавил, подумав. Я тупо таращилась на него, не зная, облить кофе или просто сразу кинуться с кулаками. Время проведенное с ним смахивает на американские горки. Буквально пару минут назад я хотела плакать от обиды и жалости к себе и вот я уже разгневанная фурия, которая хочет выцарапать ему глаза.

– Ты… Ты… – я не могла подобрать слов.

– Я искал тебя. – тихо заговорил Кай, опять возвращаясь к прошлому, – Приехал в твой город, мне сказали, что вашей группы больше не существует. И ты вышла замуж.

– Зачем ты искал? – голос осип.

– Потеряшка, неужели ты думаешь что я цеплял тебя просто так? Хотел на свидание позвать, но ты всегда так высоко задирала нос, что я боялся порезаться о твою корону. – И это признание как ушат холодной воды. Я затаила дыхание.

А Кай встал со своего места, подошел ко мне, поднял со стула и посадил к себе на колени. Крепко обнял и ткнулся носом мне в шею.

– Давай следующий вопрос, – предложил он, не желая продолжать тему былых отношений.

– Ты имеешь отношение к тому, что Сашку посадили? К его фирме? Вообще к наркотикам? – Я с трудом заставила себя думать о настоящем.

– Нет. Ни к его аресту, ни к фирме, ни тем-более к наркотикам я отношения не имею, – Нежно поглаживая меня за талию, проговорил мужчина. Потом посмотрел мне в глаза и с озорством добавил, – Теперь действие. – Я только тяжело вздохнула. – Скоро кое-что привезут. Это подарок. И ты его примешь.

– Что еще за подарок? – я подозрительно нахмурилась.

– Ну вот привезут и увидишь. – Сказал с таким видом, что интересоваться подробностями расхотелось.

– Где ты познакомился с Сашкой? Ты знал что он мой муж? – продолжаем игру…

– Давай я расскажу тебе какое действие я потребую за ответ на этот вопрос, – прошептал Кай мне на ухо, отчего по коже пробежали мурашки. – Мы идем в суд, где ты подаешь заявление на развод. Продолжаем игру? – вроде бы спокойно спросил он, но я почувствовала, как его сердце забилось сильнее, а дыхание стало чаще.

– Продолжаем, – решительно кивнула я головой, глядя мужчине в глаза. Могу поклясться, что он обрадовался, в глазах зажглись огоньки.

– У Лютого. Да, знал. – Все. 4 слова. Знал! Теперь многое встало на свои места.

– Это ты послал тех троих? – с замиранием сердца спросила я.

– Нет! Не смей даже думать так, поняла? Я каждый день бога благодарю что тогда приехал, – Кай аж подскочил от моего вопроса. А я вздохнула с облегчением.

– Зачем ты приехал тогда? Какие у тебя дела с этим Лютым?

– Знаешь, я наигрался, – прижимая меня к себе все сильнее, вдруг заявил Кай, я страдальчески застонала. А, собственно, чего я от него ожидала? Этот мужчина сейчас в своем репертуаре, сказал только то, что выгодно ему!

В дверь позвонили. Приехал курьер с множеством пакетов и коробок. Кай молча забрал пакеты, абсолютно не смущаясь своего вида – одни боксеры. А вот меня шуганул, когда я попыталась выйти и посмотреть, что же привезли.

А привезли огромную кучу одежды для меня. Я даже растерялась сначала. Вещи были не брендовые, самые обычные, но дорогие я бы не приняла. И Кай это понимал. Я заглянула в каждый, пока Кай переносил пакеты в гостиную.

– Это и есть тот подарок, который я должна принять? – уточнила я. Кай кивнул. – Знаешь, ты зря потратил действие. Я бы его итак приняла. Ты всю мою одежду выкинул! – обвинительно ткнула в него пальцем.

– Еще раз уедешь без предупреждения – и эту выкину, – нейтрально сообщил он, будто о погоде говорил. Гад! Я принялась инспектировать пакеты. Несколько брючных костюмов, пару сарафанов, футболки, майки, шорты… В других пакетах были домашние костюмы и нижнее белье. Очень откровенное нижнее белье. Я возмущенно глянула на Кая, но тот как-всегда только широко улыбнулся.

Обувь тоже была в наличии. Сандалии, кроссовки и классические черные туфли на высоком каблуке.

– Я требую показ мод, – нагло заявил Кай, – платья можешь оставить, а вот белье я хочу рассмотреть подробно.

– Обойдешься, – с милой улыбкой отмахнулась я, продолжая рыться в пакетах.

Как и любая девочка я любила новые вещи. Просто очень давно ничего себе не покупала, а сейчас радовалась как ребенок, перебирая, рассматривая. Кай сел рядом со мной на диван и со снисходительной улыбкой наблюдал за мной.

– А где наши вещи, которые я оставила в съемной квартире? – вспомнилось мне.

– На помойке. Вещи твоего почти бывшего мужа у меня в офисе. Что ты так смотришь? О разводе мы договорились, а взамен твоих я тебе новые купил, – оправдывался Кай. – Только не говори что там была твоя счастливая кофточка.

– Я знаю что Сашку выпустили, – призналась, облокачиваясь на спинку дивана и следя за реакцией Кая, – я с ним разговаривала.

– Когда? – цепко посмотрел на меня.

– Вчера вечером. Второе действие ты тоже зря потратил, я еще вчера сообщила Сашке что мы разводимся.

– Потеряшка, ты полна сюрпризов, – наконец отмер Кай, неодобрительно качая головой. – Сообщать нужно такие новости.

– Я тоже так думаю, – едко заметила я, – что нужно сообщать.

– Алиса, ты должна научиться мне доверять, – задушевно посоветовал Кай.

– Кай, понимаешь, доверие – вещь обоюдная. Чтобы я доверяла тебе – ты должен доверять мне.

– Принято, – Он хлопнул себя ладонью по ноге. – Собирайся, в суд едем, – Судя по его тону, возражений он не принимал.

Я надела свободные брюки горчичного цвета и белую футболку. С удовольствием подкрасила глаза, распустила волосы. Смотрела на себя в зеркало и мне нравилось мое отражение. «Наконец-то не колхозница», мелькнуло в голове. Надо же, как сильно меня задели слова красноволосой.

Кай по случаю жары выбрал легкие серые брюки и голубую футболку. Стоял в кухне, разговаривая с кем-то по телефону, засунув одну руку в карман. Увидев меня, быстро попрощался со своим собеседником.

– В тебе что-то изменилось, – подумав, сообщил он, – только не могу понять что. – Я искренне рассмеялась, но объяснять ему, что случилось «прощание с колхозницей» не стала. В конце концов в женщине должна быть хоть какая-то загадка.

К зданию суда доехали быстро и без пробок. Заявление у меня тоже приняли сразу, Кай отвел меня к своему знакомому. Сообщил что уже договорился с адвокатом, нужно просто сделать доверенность на его имя и в суд можно даже не ходить. Я согласно кивнула, в глубине души довольная таким решением. Что-то подсказывало что мирного развода не будет.

Глава 15

– Я хочу тебя кое-куда пригласить, – загадочно заявил Кай, когда мы сели в машину. Было уже семь вечера, мы несколько часов проторчали в суде, заполняя бумаги.

– Куда? – мне стало любопытно. – Переодеваться нужно?

– Нет, – широко улыбнулся мужчина, заводя мотор.

Стоит ли говорить что он не сообщил куда меня приглашает? Включил музыку и расслабленно вел машину одной рукой, другую удобно устроив на коробке передач. Я не стала настаивать, постепенно привыкая к его манерам, характеру, дурацкой привычке командовать и преподносить сюрпризы. И почти перестала его бояться.

Мне все еще не верилось что Упырь и Кай это один и тот же человек. За давностью лет его лицо, голос, все стерлось из памяти. Да и я так сильно старалась забыть все, что связано с пением.

Кай выводил на эмоции, провоцировал, виртуозно играл на моих желаниях и слабостях. Не давая ни секунды на рефлексию. Вскрыл больную рану, но не позволил себе проявить и каплю жалости, просто молча поддержал и тут же отвлек.

Я с удивлением отмечала, что все мои мысли последнее время были заняты исключительно его персоной. Я менялась, внешне и внутренне, стала появляться уверенность в себе, постепенно из тела уходили былые страхи, которых я в избытке натерпелась в последнее время. С ним жизнь заиграла новыми красками, а эмоций за последние месяцы я испытала больше, чем за всю жизнь с Сашкой.

Мы подъехали к двухэтажному зданию без окон. Вывеска гласила что это ночной клуб «Взгляд». Кай вышел из машины и помог выйти мне. Не удержался и сладко поцеловал, сильно прижав к себе.

– Привет голубкам, – услышала я голос позади себя. Отпрянула от Кая и резко обернулась. За моей спиной стояли Наташа с Германом. – Герман, – потянул мне руку мужчина. Да, мы не были официально знакомы. Я назвала свое имя, тепло поздоровалась с Наташей и мы вошли в здание.

Играла громкая музыка, в центре зала располагался танцпол, на котором танцевали две женщины и мужчина. Вообще зал был уютным. У стен стояли столики, накрытые белыми скатертями, барная стойка у дальней стены, где с индифферентным видом натирал стаканы бармен. Приятная музыка и улыбчивые официанты.

Мы заняли стол в центре. Мужчины заказали нам с Наташей мартини, а себе лимонад, оба были за рулем.

– Потанцуем? – протянул мне руку Кай, когда заиграла медленная мелодия. Я с радостью протянула руку. Двигался он превосходно. Крепко обняв меня за талию, мужчина закружил меня в танце, а я просто расслабилась и получала удовольствие.

– Спасибо, – шепнула я на ухо Каю.

– Я видел твои глаза тогда, – грустно признался он, имея ввиду тот вечер, когда он пришел с Наташей. – Так захотелось отвести тебя на танцы.

– Зачем ты меня обманул? – поинтересовалась, не сильно надеясь на ответ.

– Я напугал тебя тогда, в прихожей. Очень хотелось снова тебя увидеть. А еще, сделать так, чтобы ты перестала меня бояться, хоть на один вечер. Согласись, у меня получилось. Ты спокойно сказала мне целых два предложения, – Я широко улыбнулась, вспомнив тот день, а потом…

– Кай, а ведь это твои деньги были в конверте, – озарило меня. Он согласно кивнул. А мне стало стыдно за Сашку.

– Расслабься, – попросил Кай, – просто танцуй.

И мы танцевали. К нам присоединились Наташа с Германом, который двигался не хуже Кая. А я отпустила себя и просто наслаждалась жизнью, танцуя так, как требовала моя душа. Выплескивая все эмоции, полностью отдаваясь танцу. Мне не нужно было мартини, аромат Кая пьянил намного сильнее, когда он обнимал меня.

К полуночи я уже еле передвигала ногами. Кай, заметив мою усталость, тут же велел собираться домой. Я подчинилась, хотелось скорее лечь спать.

Уже дома, прямо в прихожей, даже не сняв обувь, я крепко обняла мужчину, молчаливо благодаря. Я была просто неприлично счастлива в тот момент и хотела поделиться этим счастьем с ним.

– Это был прекрасный вечер, – выдохнула ему прямо в губы.

– Он еще не закончен, – хрипло ответил Кай, утаскивая меня в спальню…

Глава 16

Кай занес меня в спальню на руках, не переставая при этом страстно целовать. Поставил на ноги, заглянул в глаза и попросил:

– Мне нужно чтобы ты мне доверилась.

Я мутными глазами смотрела на мужчину, силясь отгадать, что он задумал.

– Ну так что? Поиграем? – продолжал он настаивать, – Давай Лиса-Алиса, ты всегда была любопытная.

И это обращение, ТОГО парня помноженное на томный голос Кая сделали свое дело.

– Что ты собираешься делать? – кусая губы, поинтересовалась у мужчины.

– Тебе понравится, обещаю, – Хрипло пообещал Кай, снимая с меня футболку. – Просто кивни головой.

И я кивнула. Кай открыл ящик и достал черную тряпицу, которой завязал мне глаза. Я прерывисто вздохнула, чувствуя, что мужчина расстёгивает лифчик, как обнажает грудь, но не трогает.

– Стой спокойно, – ведя ладонью по обнаженной спине, попросил Кай. Я услышала удаляющиеся шаги. Стоять полуголой с закрытыми глазами было, мягко говоря, не комфортно. Я зябко поежилась, пытаясь уловить хоть какой-то звук со стороны комнаты, но там было тихо.

Через пару минут, когда терпению почти пришел конец и хотелось сбросить маску, Кай вернулся. Услышала шорох одежды, снял футболку, расстегнул ширинку, снял брюки.

– Умница, – зашептал в ухо, стягивая с меня брюки, затем трусики.

Я кожей чувствовала его хищный взгляд. Вот он смотрит на мою грудь, скользит взглядом по напряженному животу, опускается ниже, к уже влажной промежности. Слышала как он тяжело сглотнул, с силой выдохнув воздух.

Чувства обострились до предела, я услышала как Кай подходит ближе, встает на колени, чувствуя горячее дыхание на животе. Он провел языком, оставляя мокрую дорожку от пупка к груди, а я вскрикнула, потеряла равновесие и попыталась ухватиться руками за Кая. Тот сплел свои пальцы с моими, удерживая, не давая упасть. Целовал живот, втянул в рот сосок, обводя языком ореолу, отчего по телу прошлись электрические разряды. Внизу живота нарастало напряжение, я немного откинула голову назад, сильнее сжимая его пальцы своими, застонала.

Кай подхватил меня на руки, понес в ванную, я слышала шум воды. Забрался в ванну сам и усадил меня перед собой, между своих ног, так и не сняв тряпицу с глаз. Поясницей я упиралась в каменный член, а спиной распласталась на широкой груди. Вода была приятно теплой, расслабляла усталые мышцы, успокаивала. Кай скользил ладонями по моей груди, сжимая и легонько выкручивая соски. Я чуть повернулась к нему, рукой гладя его плечи, грудь. Это было так интимно, близко, страстно.

Мужчина аккуратно подтолкнул меня вперед, заставляя сесть ровно. Я почувствовала его губы на шее. Он аккуратно убрал волосы на одну сторону, нежно провел ладонью по шее, отчего по коже побежали мурашки.

Убрал руки, взял что-то с полки. Характерный щелчок крышки и тихий шепот:

– Встань.

Но тут же сам обхватил меня за талию, помогая подняться. Заскользил руками по плечам, спине, груди, намыливая. Сильно прижимаясь ко мне каменным членом, неосознанно двигая бедрами. Руки прошлись по животу, пальцы задели клитор, однако, долго на нем не задерживаясь. Прошлись по ногам, а потом тем же маршрутом обратно.

– Повернись, – новый приказ. Я аккуратно переставляя ногами подчинилась. Кай налил мне на руку гель для душа, недвусмысленно намекая что пришла моя очередь. Сам взял мою ладонь и положил себе на грудь, дернулся.

Теперь уже мои руки скользили по его телу. Я чувствовала как под моими пальцами напрягаются его мышцы и ловила нереальный кайф от его реакции.

Спустила ладони ниже, обхватила ладонью каменный член, намыливая, проводя большим пальцем по головке, водя рукой вверх-вниз, слушая как сбилось его дыхание. Совсем осмелела, сильно обхватила его уже двумя руками, продолжая водить ими по всей внушительной длине. Кай не выдержал, убрал мои руки.

Включил душ, смывая с обоих пену. Мне стало жарко. Тело горело огнем, желая его прикосновений, а пальцы покалывало от желания прикоснуться самой.

Кай повернул меня спиной к себе, заставив упереться руками о кафельную стену и резко вошел. Сразу, во всю длину. У меня задрожали колени, а с губ сорвался громкий стон удовольствия, когда мужчина задвигался. Сначала медленно, а потом все быстрее. Одной рукой он ласкал мою грудь, а другой поливал из душа, направляя струи то на грудь, то на воспаленный клитор, выбивая из меня стоны удовольствия. Я потерялась в водовороте чувств, все мои рамки и барьеры рухнули подобно карточному домику, осталось только животное желание принадлежать. И как итог – слепящие фейерверки дичайшего оргазма, который выворачивает наизнанку тело и душу. Я билась в бешеных конвульсиях, громко крича от пронзавшего тело удовольствия, чувствуя что и Кай достиг пика наслаждения.

Он сильно прижал меня к себе, все еще дрожа.

– Моя девочка, – довольно прошептал на ухо, заставив улыбнуться.

Аккуратно вышел из меня, заставив вздрогнуть и усадил обратно в воду. Мы некоторое время лежали молча, стараясь успокоиться и выровнять дыхание.

– Повязку уже можно снимать? – поинтересовалась у Кая.

– Нет, – улыбнулся, – Мы еще не закончили, – А потом с предвкушением, – Мы только начали…

Боже, неужели он совсем не устает? Я напоминала себе кисель, от усталости и удовольствия просто растеклась по его телу, чувствуя, что его член снова наливается кровью.

Кажется в его квартире просто не осталось места где он бы не брал меня. В один прекрасный момент я просто перестала соображать в какой мы комнате и на каком предмете мебели. Все слилось в бесконечный водоворот удовольствия. Он шептал что-то бесконечно нежное, что заставляло трепетать неведомые доселе струнки в душе.

В конечном итоге я просто отключилась в крепких объятиях.

Глава 17

Кай

Он был почти счастлив. Сон не шел, Кай разглядывал спящую рядом Алису. Она спала очень тихо, прижавшись обнаженным телом к его, только иногда вздрагивая и постанывая. Сегодня он дал волю своему внутреннему демону делать с ней все, что тому заблагорассудится. Он просто не мог остановиться, перестать ласкать ее, слушать хриплые, надсадные стоны. Смотреть в ее глаза и видеть там ничем не разбавленную похоть. Она – его. Больше он ее никому не отдаст.

Кая приводили в бешенство даже отголоски мыслей о ее муже. Никчемный слабак! Во что он ее превратил?

Кай помнил ту Алису, яркую, дерзкую, которая не боялась, казалось, абсолютно ничего. Шла к своей цели с высоко поднятой головой. Которая хамила ему просто на автомате, абсолютно не следя за своим языком. А что сейчас?

Кай помнил их первую встречу. Он всеми правдами и неправдами втирался в доверие к ее мужу, горя диким желанием ее увидеть. А когда они, наконец, встретились, увидел испуганную, забитую девчонку. А еще она его не узнала! Но больше всего он бесился от неприкрытого ужаса в ее глазах при виде себя.

Во что этот мудак ее превратил? От прежней Алисы осталась только внешняя оболочка, и та будто выцветшая на солнце. Кай был зол, захотелось тут же ее забрать, привести в чувство, напомнить о том, кто она. Сын его не смущал, в конце концов он часть Алисы, значит и его он примет. Он сам не понимал своих собственнических чувств. Просто опять посмотрев в ее глаза, уловив еле заметный запах, он понял, что зря тогда ее отпустил, нужно было всеми правдами и неправдами завоевать, увести. Он искренне считал что петь ей запретил Сашка и от этого бесился еще сильнее. Играть в дружбу с ним становилось все сложнее, а желание обладать этой женщиной стало почти невыносимым.

Спал в соседней комнате, чутко прислушиваясь к происходящему за стеной, как долбаный мазохист. От одной мысли что ее муж может трогать ее, обнимать, заниматься с ней сексом, у Кая в глазах темнело от ярости.

Следил за ней. Бросал все дела и сидел в машине, наблюдая. Видел что она озирается, чувствуя его взгляд, пугаясь еще сильнее, но не мог уехать, его как магнитом к ней тянуло. И по хер что замужем, что мужа любит. На все похер, он заберет, починит душу и оставит себе.

Он обманул Алису, говоря что возле ее дома дежурят ребята Лютого. Он в тот же день тому «встречу» устроил и объяснил, что его женщину лучше не трогать, а также не смотреть, и даже не дышать в ее сторону. Та троица до сих пор в больничке отлеживается, сращивая сломанные кости. Убить бы их, но не хотелось тратить время на разборки с полицией. Он лучше проведет его с Алисой.

Каю доставляло удовольствие смотреть как она раскрывается, уходит скованность. Специально выводил ее на эмоции. Любые. И наблюдал, как возвращается та яркая девчонка с острым язычком.

Те сутки, которые он пытался ее найти, Кай запомнит навсегда. Думал найдет и убьет! Вышел муженек из тюрьмы, а она сразу к нему полетела. Отправил ребят проследить за Сашкой, но Алисы поблизости не было. И тогда он реально испугался, судорожно рассчитывая, где ее искать. А она, блядь, у мамы была. Он тогда не слабо погорячился. Ночью трубку не брал? У клиента склад обнесли, который его ребята охраняли, клиент претензии большие имел, не мог он взять трубку, тупо звонок отключил чтоб никто не мешал.

Она с ним, здесь. Отдается каждый раз как в последний. Кай видел что ей кайфово, сам чуть не кончал только от ее стонов. Но ему нужно было не только тело. Он хотел душу. Всю! Заполнить все ее мысли и желания собой. Так, чтобы и мыслей об уходе не было, потому что он уже не отпустит. И все ее сопротивление похерит.

Сегодня она с блеском прошла тест на доверие. Полностью отдалась ему, а он взлетел от счастья. Его девочка, его Лиса-Алиса стала возвращаться. Он знал, что она у него ничего не примет, слишком гордая, изгалялся как мог. Одежду специально выкинул, стилиста какого-то нанял, чтобы ей новое шмотье подобрали. Наташку заставил ее в салон сводить. Он как увидел глаза своей Потеряшки тогда в кафе, когда понял, что это Геля с Риткой ее так расстроили, чуть не убил обеих. Хотелось вернуться и забыть, что он мужик и женщин не бьет. Ему было в общем то похер, в чем она одета. Он от ее запаха дурел, а из одежды на ней хотел видеть только одно – ничего!

Кай покрепче прижал к себе Алису, наслаждаясь близостью. У него были женщины. Много разных, на одной он даже жениться хотел, но не сложилось. Не цепляли они его так, как эта, которая тихонько сопит ему в шею.

Не отдаст! Не отпустит! Убьет, если нужно, Сашку ее или посадит лет на 15 если тот сунется, но Потеряшку уже из рук не выпустит. Он и адвоката нанял только чтоб она успокоилась.

Еще раз с нежностью взглянув на свою Потеряшку, Кай понял что все-равно сегодня не уснет. Тихонько встал, не отказав себе в удовольствии от души рассмотреть голую спящую женщину в своей постели. И потопал готовить для нее завтрак…

Глава 18

Вся следующая неделя прошла спокойно. Кай утром убегал на работу, я принималась за свою, вечером он возвращался, и мы проводили вместе волшебные вечера и не менее волшебные ночи. Учились доверять друг-другу, много разговаривали. Он оказался очень интересным собеседником, если не учитывать постоянные подколы и провокации.

Немного омрачил ситуацию звонок мамы. Она интересовалась «Кто такой Кай, у которого вы жили, пока ваш папа был в командировке?». Ванька доложил. Пришлось выложить родительнице все как на духу. Про арест, квартиру и соучредительство Сашки. Умолчала я только о нападении, ни к чему маме такие подробности, итак переживает. Мама была в шоке, но предпочла не вмешиваться в мою личную жизнь, за что я была ей очень признательна.

В один день Кай взял меня с собой на работу, заставив сесть за руль, якобы он устал ночью и хочет отдохнуть по дороге. Только отдыхом это никак было не назвать, он пристально следил за каждым моим движением на дороге, мягко исправляя, если это было нужно. А я вспомнила как меня учил водить Сашка. Я на отлично отучилась на права и упросила его покататься со мной по городу. Сдалась через 10 минут, Сашка орал и брызгал слюной так, что, казалось, заляпает все окна нашей старенькой Мазды. И смотрела я не туда и руль слишком резко поворачивала. И не приведи господи мне наехать на кочку… В итоге я психанула, сдалась и больше за руль не садилась, чему Сашка был несказанно рад.

А сейчас, сидя за рулем внедорожника, я чувствовала себя крайне неуютно. Но Кай только тактично подсказывал где и что я делаю не так, параллельно указывая мне дорогу до своего офиса. Когда мы приехали, я даже пожалела что тот находится так близко к дому. Кай пообещал что это не в последний раз, отчего я счастливо улыбнулась.

Офис братьев находился в огромном здании на 20 этажей. Мы поднялись на 14, оказалось их фирма занимает весь этаж. БОльшую часть занимали кабинеты, в которых сидели охранники. Множество техники и крошечные мониторчики, на которые выводились изображения с охраняемых объектов. Оказалось, они и тревожные кнопки устанавливали, несколько ребят всегда были наготове, чтобы выехать по первому зову.

Мы вошли в огромную, светлую приемную, где стоял огромный стол с новеньким компьютером, несколько стульев и кожаный диван у стены. Рядом с ним стоял маленький островок мини-кухни, на котором гордо возвышался электрический чайник. Секретаря на месте не было.

Слева и справа от входа были абсолютно одинаковые дубовые двери со сверкающими табличками. «Леднев Кай Аристархович», прочитала я на табличке слева.

– Бедная твоя секретарша, – притворно сочувственно покачала я головой, – ей каждый день приходится это выговаривать, – И показала пальцем на табличку.

– У меня секретарь, – широко улыбнулся Кай.

– Это не меняет того факта, что ты Кай Аристархович.

– Входи, – Кай открыл передо мной дверь своего кабинета. Я аккуратно вошла, озираясь по сторонам.

В центре большой стол, на котором кроме ноутбука ничего не было, напротив два удобных офисных стула, сам хозяин кабинета сидел в огромном офисном кресле, обитом черной кожей. У него в кабинете тоже нашелся маленький кожаный диван с приставленным к нему стеклянным столиком. Но больше всего мне понравилось огромное панорамное окно во всю стену, откуда открывался потрясающий вид на город.

– Располагайся, – Кай указал в сторону дивана, – Мне нужно немного поработать.

Я кивнула и удобно устроилась на мягком диване, доставая мобильный телефон. Кай уткнулся в ноутбук и принялся кому-то звонить по телефону. Заглянул секретарь, молодой мужчина, возможно мой ровесник, одетый в классические черные брюки и белую рубашку. Удивленно посмотрел на меня и поинтересовался не нужно ли нам что-то. Кай попросил себе любимый чай с лимоном, а мне кофе с молоком. Секретарь кивнул и уже через пару минут внес поднос с двумя кружками и тарелкой с пирожными. Я с удовольствием полакомилась сладостями, Кай же просто пил чай, сказав, что сладкое не любит.

– У меня сегодня день рождения, – вдруг сообщил Кай таким тоном будто говорил что сегодня прекрасная погода. Я подавилась пирожным и закашлялась. Кай легонько постучал мне по спине, а я возмущенно на него уставилась. – Сделаешь мне подарок?

– К-какой? – все еще покашливая, поинтересовалась.

– Съезди с Наташей кое-куда.

– Ты невозможный, – простонала я, – обязательно нужно из всего делать тайну?

– Конечно. Иначе тебе станет скучно, – и мальчишеская улыбка на лице, только во взгляде что-то промелькнуло… Я не успела понять.

– А так мне нервно. – пожаловалась я. В ответ получила страстный поцелуй. Когда Кай оторвался от моих губ, крепко обняла его за шею и прошептала, – С днем рождения. – Снова поцелуй, но уже с моей подачи. Мы знатно увлеклись, поэтому, когда в кабинет без стука ворвался Герман, тот застал нас в не совсем приличной позе – я с задранным подолом сижу у Кая на коленях. Увидев незваного гостя, я густо покраснела и хотела отпрянуть, но Кай не позволил, сильнее сжав мою талию, но прикрыл все стратегическое юбкой.

– Я не смотрю, – Герман прикрыл лицо ладонью, – Совсем-совсем не вижу что вы до сих пор обжимаетесь. Брат, отпусти девушку, я тоже хочу с тобой обняться и поздравить.

Кай аккуратно меня усадил рядом с собой и встал навстречу брату. Они крепко обнялись, хлопая друг друга по спине.

– Все готово, Ната тоже едет, – загадочно проговорил Герман, – я в своем кабинете. – И вышел за дверь.

– Собирайся, поедешь делать мне подарок, – широко улыбаясь велел Кай. – Тебя охранник отвезет, нам с Герой еще нужно поработать, – сообщил он, обнимая меня за талию и провожая к выходу.

Мы вместе вышли на улицу, где меня уже ждала машина с охранником. Суровый молодой парень в легкой футболке и спортивных штанах мощными челюстями жевал жвачку. Увидев Кая он весь подобрался и вопросительно посмотрел на начальство.

– Башкой отвечаешь, – серьезно предупредил Кай молодчика, указывая на меня.

– А что, такси заказать было нельзя? – мне не очень нравилась идея с охраной, в конце концов я не принцесса, чтобы ко мне телохранителя приставлять. Кай посмотрел своим фирменным и вопросы отпали.

Усадив меня в машину, напоследок крепко поцеловав, Кай скомандовал ехать. Парень кивнул и завел мотор.

Ехали мы молча, я стеснялась первая заговорить, а мой невольный охранник видимо просто был молчаливым парнем, хотя с любопытством смотрел на меня в зеркало заднего вида. Мне было любопытно, куда меня мог отправить Кай. Первой мыслью был отдел нижнего белья, но мне итак его много привезли вместе с одеждой, я еще даже половину не одевала. Было любопытно и немного волнительно. А еще я всю дорогу обдумывала свой собственный подарок Каю. В голову пришла идея, но хватит ли мне духа?

Меня привезли к небольшому магазинчику, расположенному вдоль дороги прямо в жилом доме. Одновременно с нами подъехала еще одна машина из которой вышла Наташа.

Кай отправил нас в магазин вечерних платьев! Для каждой из нас были готовы несколько вариантов, нужно было только примерить и выбрать понравившееся.

Наташа выбрала черное обтягивающее платье до колен с глубоким декольте. В сочетании с ее внешностью, оно просто идеально на ней смотрелось.

А я все никак не могла принять решение, с тоской рассматривая несколько вариантов, пока продавец, видя мою нерешительность, достала ярко-красное и протянула мне. И она не ошиблась. Платье в пол, на тонких бретелях с запа́хом. Юбка большим вырезом, который заметен только во время ходьбы. Оно смотрелось на мне просто потрясающе, сразу захотелось выпрямить спину, задрать высоко подбородок и красиво продефилировать по подиуму. Мне подобрали черные босоножки на высокой шпильке. Довольно удобные, кстати и маленькую сумочку.

Следующим на очереди был салон красоты, который находился за соседней дверью.

Закончили мы уже к закрытию, но обе выглядели как королевы и широко улыбались.

Глава 19

Нас привезли к зданию ресторана. Мы прошли в фойе, где курили несколько мужчин, что-то негромко обсуждая. Я повернулась к большому зеркалу, чтобы еще раз рассмотреть себя, с волнением предвкушая реакцию Кая, Наташа задержалась на пороге, ей кто-то позвонил.

Смотрела на свое отражение и не узнавала себя. Сейчас на меня смотрела уверенная в себе, холеная дама, которая выглядит гораздо моложе своих лет. Глаза горели и хотелось широко улыбаться этому миру.

– Интересно, он свою колхозницу с прицепом тоже пригласил? – за спиной послышался уже знакомы мне голос красноволосой. Она выходила с незнакомой мне брюнеткой из торжественного зала в сторону дамской комнаты. Я резко развернулась и нагло смотря ей в глаза, заявила:

– Пригласил, – И широко улыбнулась. Красноволосая некрасиво открыла рот и недоуменно уставилась на меня. Брюнетка тоже удивилась. А за их спинами уже показался Кай. Он выглядел как с обложки в классических брюках стального цвета и белой рубашке, с расстёгнутыми верхними пуговицами и закатанными до локтя рукавами.

Увидел меня и застыл, пожирая взглядом. Глаза почернели, а челюсти сильно сжались. Он со свистом выдохнул и в два шага приблизился ко мне, притягивая за талию.

– Ты великолепна, – прошептал прямо в губы. Я покосилась на красноволосую, она с ненавистью смотрела на меня, бессильно сжимая кулаки.

– Ты тоже, – шепнула Каю.

Он проводил нас с Наташей в общий зал. Людей было много, а я немного растерялась. Усадил нас за свой стол, протянув бокал шампанского. Меня немного потряхивало, от атмосферы, количества людей, но больше всего от взгляда мужчины. В нем было столько обожания, трепета и ЖЕЛАНИЯ, что у меня в горле пересохло и в этот момент я точно для себя решила, что сделаю это. Что спою. Для Него!

Кай принимал поздравления, с кем-то разговаривал, а я все это время пыталась взять себя в руки. Выступать было страшно. Я столько лет этого не делала. А вдруг ему не понравится? А вдруг у меня пропал голос? Или меня засмеют?

– Что с тобой? – обеспокоенно спросила Наташа, видя мои мытарства.

Поделилась с ней своими страхами.

– Поверь, это будет лучшим подарком, – заверила подруга, – расскажу тебе секрет, только не выдавай меня, ладно? – Я кивнула, – У него есть все записи твоих выступлений. Мы раньше их в машине слушали.

У меня защемило внутри. Слушал, помнил все это время, а я его забыла! Спряталась от своих чувств, закрыла эмоции и даже не узнала его у нас дома. Этот мужчина столько для меня делает, а я не могу спеть для него одну песню, сижу и трясусь как заяц в кустах.

Вечеринка была в самом разгаре, играла живая музыка и самые активные уже танцевали. Наташа вопросительно посмотрела на меня, а я кивнула, пора. Сжала кулаки, пытаясь согреть ледяные пальцы и решительно пошла вместе с Наташей к сцене. Сказала несколько слов пианисту.

– Я бы хотела поздравить именинника, – заговорила Наташа в микрофон, – С днем рождения, мой дорогой, ты знаешь как мы все тебя любим и ценим, – она говорила тепло, от души, мягко улыбаясь, Кай внимательно ее слушал, с беспокойством глядя на меня. А я была близка к панике, но Наташа ободряюще на меня посмотрела и взяла за руку, несильно сжав, молчаливо успокаивая. – А еще, у Алисы есть для тебя подарок, – сообщила она и передала мне микрофон. Кай дернулся в нашу сторону, но я отрицательно покачала головой. В зале погас свет. Заиграла медленная мелодия, я прочистила горло, закрыла глаза и запела:

Время сходит с ума, опять одна до дна
Одинокая постель смята, виновата
Что не рядом, так надо, это вряд ли
Я твоя, с тобой до последней капли
Вдыхаю дым несчастья, кричу от боли
Рвёт на части, в твоей власти
И только лишь тебе могу сдаться
Только твои губы вправе касаться моего пространства

Весь зал затих.

Вдыхай меня, не спеша
Нежно и осторожно
Везде с тобой я твоя
Тебе всё можно
Вдыхай меня по чуть-чуть
Доводи меня до дрожи
Ты знаешь то, что я хочу
Тебе всё можно

После припева я осмелилась открыть глаза и посмотреть в зал. Но увидела только ЕГО глаза, которые смотрели на меня с болью и восхищением. Казалось он не дышал. Перевела дыхание и продолжила:

Мой космос, моя планета
Я знаю, тебя по миллиметру
И каждой клеткой с тобою рядом
Я радуюсь дневному свету
Тону в глазах твоих как в океане
Нет ничего нежнее твоих касаний
И словно таю с каждой минутой
Просыпаясь с тобой каждое утро

Я спустилась со сцены, на негнущихся ногах подошла к Каю и взяла его за руку.

Вдыхай меня, не спеша
Нежно и осторожно
Везде с тобой я твоя
Тебе всё можно
Вдыхай меня по чуть-чуть
Доводи меня до дрожи
Ты знаешь то, что я хочу
Тебе всё можно[1]

Допела последний припев, смотря ему в глаза. Когда песня закончилась, добавила:

– С днем рождения. – Опустила микрофон. А Кай, обхватив мое лицо руками, нежно водя большими пальцами по щекам, просто смотрел. Мне показалось или его глаза заблестели? А потом он подхватил меня на руки и закружил, счастливо смеясь.

– Ты даже не представляешь какой подарок для меня сделала, – шепнул мне на ухо и еще крепче прижал к себе. Я не видела ничего вокруг, не слышала чужих аплодисментов, в голове с бешеной силой стучал пульс, от пережитого адреналина и восторга. Как же много я потеряла, перестав петь совсем. Ко мне будто вновь вернулась частичка меня.

Впервые за долгое время я чувствовала себя по-настоящему счастливой.

Глава 20

На следующее утро я проснулась с ужасным предчувствием. Как будто что-то страшное должно произойти. Оно разъедало меня изнутри, не давая свободно вздохнуть. Я первым делом позвонила маме, узнала, что у них все хорошо, поговорила с сыном, по которому дико скучала. Но предчувствие не проходило, наоборот нарастало как снежный ком. Позвонила Вике, немного поболтала с ней. Договорились встретиться в ближайшее время.

Тревога давила, вернулся страх, который, казалось, навсегда покинул мое тело.

– Все будет хорошо, – крепко обнимал меня Кай, но внутри я знала, что хорошо не будет. Что-то должно случиться.

Кай, чтобы меня отвлечь, пригласил дизайнера. Он решил переделать одну спальню в детскую.

– Вы живете со мной и точка, – Одно предложение как ответ на все вопросы. И я согласно кивнула, наконец признаваясь самой себе что влюбилась. Окончательно и бесповоротно влюбилась в этого мужчину. Он вернул мне меня сторицей, заботился как никто и никогда. И меня затянуло в этот бешеный ураган имя которому Кай Леднев.

С Сашкой мы больше не разговаривали ни разу, хотя и нужно было. Мы должны решить как взрослые люди все наши разногласия. Он отец моего сына, они должны видеться. Это я ухожу от мужа, но не сын от отца. Но было страшно и стыдно встречаться с ним лицом к лицу. Кай отмалчивался, разговоры о Сашке его злили и он мгновенно переводил тему. О ходе расследования, как и о разводе мне ничего не сообщали. Я сама нашла номер Сашкиного адвоката, но тот только туманно сообщил что все под контролем.

Моя нервозность превзошла все пределы. Я позвонила маме и потребовала привести Ваньку, мне нужно было быть с ним рядом. Мы договорились что они приедут в наш родной город, откуда я заберу ребенка и вернусь к Каю. К нам ехать мама категорически отказалась.

Кай был недоволен, но купил мне билеты на поезд, поехать со мной он не мог, а я пообещала вернуться на следующий день. Лучше бы я потребовала бросить все дела и поехать со мной! Лучше бы я поехала за сыном сразу же, как только почувствовала неладное! Тогда ничего бы не случилось…

Увидев сына, обняв его, я немного успокоилась. Мы с мамой болтали всю ночь, без конца подогревая чайник. Я рассказала ей все о Кае, о Сашке, о том, как мы жили на самом деле. Что удивительно, мама Кая помнила. Я даже ей о нем когда-то рассказывала. Удивительно насколько у человека избирательная память…

На следующий день мы с Ванькой поехали домой. Квартиру Кая я уже называла своим домом. Мы с дизайнером обсудили проект детской, она предложила внести еще кое-какие изменения в общий интерьер. Кай дал мне полную свободу действий во всем, что связано с ремонтом.

Самое сложное – объяснить Ваньке что мы с его папой больше вместе не живем. Я пока откладывала этот разговор, просто не могла подобрать нужных слов. Зашла издалека, спросив Ваньку нравится ли ему Кай, на что сын ответил утвердительно. Сказала что скоро для Ваньки будет готова его собственная комната в морском стиле, отчего сын громко заверещал от радости и кинулся меня обнимать. Он давно о такой мечтал, и чтоб кровать была в форме корабля со штурвалом…

Радость и эмоции сына немного отвлекли меня от собственных переживаний, но тревога все нарастала, а в поезде стала просто невыносимой. Я не могла даже сидеть спокойно, постоянно косясь на закрытую дверь нашего купе.

И не зря, как оказалось. Когда мы уже подъезжали к нашей станции дверь распахнулась и я увидела… Сашку! Муж стоял широко расставив ноги, хмуро сдвинув брови у переносицы и с ненавистью смотрел мне в глаза. Я вскрикнула от неожиданности, прижала руку к груди, где заходилось в страхе сердце, чувствуя что вот они, те самые неприятности, которых я так дико боялась и которые не давали мне спокойно спать несколько ночей.

– Папочка, – радостно воскликнул Ванька, запрыгивая Сашке на руки. Муж легко подхватил сына и поцеловал в висок. – Папочка, я так скучал. А мама уже рассказала мне про комнату, я ее так хочу, – лепетал сын, крепко обнимая отца за шею.

– Комнату значит, – обжигая меня взглядом, повторил Сашка. Я стыдливо опустила глаза. – Бери вещи, пошли. – Выплюнул с ненавистью, уходя с сыном к выходу, обернулся и протянул ладонь, – Телефон твой, быстро. – И я подчинилась, протянув смартфон, который Сашка шустро засунул в свой карман.

Мы вышли из купе, Сашка быстро шагал впереди, так что я еле поспевала за ним, озираясь по сторонам. Хоть бы Кай нас встретил, пожалуйста. Но его нигде не было, а мне пришлось почти бежать за Сашкой.

Он остановился у новенькой Приоры, на переднем сидении которой стояло детское кресло, быстро усадил в него сына и закрыл дверь. Я шустро прошмыгнула на заднее сидение, боясь что Сашка уедет без меня и увезет сына. Очередной полный ненависти взгляд на меня, но молчит, а я сжалась в комочек, боясь что выгонит, выкинет из машины, а у меня даже телефона нет чтобы позвонить Каю.

Но Сашка молча завел мотор и на огромной скорости помчался с вокзала.

– Саша, помедленнее, здесь же Ваня, – пыталась я воззвать к его совести, но муж только сильнее сжал зубы и еще больше увеличил скорость. Костяшки побелели, показывая, насколько сильно он сжимает руль.

Я была близка к панике. Никогда муж не позволял себе так себя вести, никогда не показывал настолько сильных эмоций. А чтобы даже теоретически причинить вред Ваньке… Я его не узнавала. Передо мной сидел абсолютно чужой и незнакомый мне мужчина. Я боялась Кая? Нет, оказывается то был не страх. Страх пришел именно сейчас, когда родной мне человек увозил меня с сыном в неизвестность, подвергая нашу жизнь опасности. Я тряслась как осиновый лист, силясь придумать выход из положения. И в тот момент была совсем не уверена, что он не причинит вреда мне или не дай бог, Ваньке. От страха за сына я сходила с ума! Пусть со мной делает что хочет, только бы Ваньку не тронул!

Мы въехали в серый двор, каких тысячи в этом городе. Облезлые пятиэтажки стоят друг напротив друга, на детской площадке несколько сломанных качелей. Сашка припарковался возле одного из подъездов, достал ключи из замка зажигания и повернулся ко мне:

– Приехали. Выходи. – Я вцепилась в ручку двери, круглыми глазами глядя на мужа.

– Только с Ванькой, – тихо пропищала. Голос сел.

Сашка только зло хмыкнул, вышел из машины и вытащил Ваньку. Я схватила свою сумку и поспешила за ними.

– Иди поиграй, – велел Сашка сыну, показывая на детскую площадку, – Мы с мамой поговорим.

Я вздрогнула как от удара. Говорить не хотелось, хотелось схватить сына и бежать изо всех сил. Ванька же побежал качаться на чудом уцелевшей качели.

– Ты думала что вечно сможешь от меня сына прятать? – хмуро спросил Сашка, смотря в сторону и поигрывая ключами от машины.

– Я не собиралась его прятать от тебя, – начала оправдываться я, – Мне было страшно. На меня напали, пытались изнасиловать…

– Пытались? Не ври мне! Я знаю что они с бабами делают, а ты цела и невредима!

– Было бы лучше если бы они меня убили? – хрипло спросила я, опустив плечи.

– Да! Признавайся, шлюха, сама с ними потрахалась чтоб тебя с Ванькой не прикончили? Куда они тебя потом отвезли? В свой дом для развлечений? – У меня челюсть отпала от такого предположения, – И ты там с Ванькой живешь?

– Саша, ты нормальный? – Я не выдержала, – У тебя в тюрьме последние мозги отшибло?

– Заткнись! – Он повернулся и больно схватил меня за горло, – Я с тобой ничего общего больше иметь не хочу, знал бы что ты шалава, никогда бы не притронулся, – У меня потемнело в глазах от недостатка кислорода, вцепилась ногтями в его руку, пытаясь ослабить хватку, но Сашка сжимал все сильнее.

– Как мило, – услышала я незнакомый голос. Сашка отпустил мою шею, тоже повернулся к говорившему. Я закашлялась.

– Чего вам? – тон изменился, стал просящим, – Я же сказал что все верну.

– Вернешь, куда ты денешься, – ответил тот же голос. Я посмотрела на мужчину. Обычный такой, ничем не примечательный блондин с носом-картошкой. Невысокого роста, смотрит на Сашку с живым любопытством. А вот за его спиной стояли четверо. И от этих четверых кровь в венах стыла.

– Если хотите, жену в счет долга забирайте, – Сашка толкнул меня вперед, а я задохнулась от возмущения.

– Заберем, ты не переживай, – обманчиво ласково сказал блондин, – И сына заберем, только этого все-равно не хватит.

– Я отдам, скоро, – Лепетал Сашка.

Я в панике оглядывалась по сторонам. Людей почти нет, даже на помощь некого позвать. Ванька слез с качели и испуганно смотрел на нас. Я пыталась взглядом ему показать чтобы не подходил, хотела крикнуть чтобы бежал как можно дальше.

А дальше события стали происходить слишком быстро. Блондин схватил меня за руку, толкая в сторону четверки. Один из них схватил меня за талию и привлек к себе, сильно сжимая. Двое других подошли к Сашке, один ударил его под дых, второй коленкой по лицу. Сашка вскрикнул, из носа пошла кровь.

И тут одновременно произошло два события. Ванька, с криком «папа» побежал в нашу сторону, схватил одного из нападавших за штаны, пытаясь оттолкнуть, я изо всех сил вырывалась из рук бандита, крича сыну чтобы не смел, не подходил. Тот ублюдок, которого мой сын схватил за штаны повернулся и сильно толкнул Ваньку. Тот отлетел и упал, ударившись головой. Я заорала еще сильнее, каким-то чудом вырвавшись из стальной хватки и подбегая к сыну, хватая его на руки. В этот момент во двор въехали два внедорожника из которых выскочили Кай, Герман и еще пятеро парней. Они мгновенно оказались возле нападавших, в мгновение ока уложив пятерых бандитов.

Только я этого уже не видела, пытаясь привести Ваньку в чувство. Сын смотрел на меня мутными глазами, тяжело дыша. Он не плакал и не пытался встать, даже не говорил. Я выла как раненая медведица, когда ко мне подскочил Кай, быстро забрал Ваньку к себе на руку и бегом понес к машине. Меня поднял Герман и тоже на руках отнес к сыну.

Герман усадил меня на заднее сидение, Кай положил Ванькину голову мне на колени, сел за руль и на огромной скорости помчался в больницу.

Глава 21

Мы доехали до ближайшей клиники за несколько минут, а мне казалось что прошло несколько часов. Ванька потихоньку стал приходить в себя, крови не было. Я с силой прижимала к себе голову сына, из глаз ручьем текли слезы. Кай молчал, с беспокойством глядя на нас.

Припарковался у входа, выскочил из машины, даже не закрыв дверь. Аккуратно вытащил Ваньку, вопросительно посмотрев на меня. Я кивнула, могу и сама дойти, главное-сын.

В приемном покое Ваньку сразу же окружили несколько медсестер, привезли каталку и куда-то повезли. Мы пошли следом. Кай все это время молчал, а я размазывала слезы по лицу и молилась всем существующим богам чтобы все обошлось.

Ваньку завезли в кабинет, врач, видя мое состояние, попросил нас не пугать ребенка еще больше и подождать в коридоре.

Кай крепко меня обнял и прижал к себе.

– Кай, с ним все будет хорошо? Скажи что будет, – вцепилась ему в ворот футболки.

– Будет, обещаю, все будет хорошо, – шептал он, прижимая меня к себе, а у самого голос дрожал.

Врач вышел минут через 20, я к тому времени чуть рассудка не лишилась от беспокойства.

– Мамочка, не волнуйтесь. С мальчиком все хорошо, у него просто ушиб, – доктор говорил, а у меня будто камень с души упал, – Но он очень напуган и меня это беспокоит.

– На нас напали, – хрипло бормотала я.

– Ну тогда все становится понятно. С вами все в порядке? Вам осмотр нужен? – заботливо спросил врач, пристально глядя на мою шею. Кай это тоже заметил и повернул меня так, чтобы ее видеть. Выругался сквозь зубы и задал только один вопрос:

– Кто? – я опустила глаза, а Кай понятливо кивнул. – Ей нужен осмотр, – твердо решил Кай, подталкивая меня к кабинету.

Доктор пропустил меня вперед, закрыв за собой дверь. Кай остался в коридоре. Ванька тут же подбежал ко мне, залез на руки и крепко обнял, доктору пришлось осматривать меня прямо так-с ребенком на руках.

– Все в порядке, будет синяк и возможно голос немного осипнет. Но я бы подстраховался и отправил вас на осмотр к лору, – подытожил доктор. Я только кивнула, сейчас не до лора. – Заявление будете подавать?

– Нет. – я замотала головой.

– Девушка, – перешел на заговорщицкий шепот доктор, – Если с вами это сделал тот мужчина, – он кивнул головой на дверь.

– Нет, этот мужчина нас спас. – доктор пристально осмотрел нас из-под очков, что-то прикинул в уме и кивнул.

– Я попросил медсестру подготовить для вас палату. Пару дней понаблюдаем. – Я согласна кивнула. Ваньке лучше побыть под присмотром.

Доктор о чем-то поговорил с Каем, нам выделили отдельную палату с двумя односпальными кроватями, стоящими друг напротив друга. Помимо этого на стене висел небольшой телевизор, стояли мини-холодильник и стол. На выкрашенных желтой краской стенах красовались большие фигурки животных, справа, у дальней стены был вход в ванную комнату. Я заглянула из любопытства – душевая кабинка, унитаз и мойка. Все чисто и цивильно.

Нас с сыном отправили сдавать анализ крови и делать снимки.

Кай съездил домой и привез нам сменные вещи и кое-какие продукты. Легкий домашний костюм, состоящий из белой футболки и серых брюк, для меня, пижаму и шорты с майкой для Ваньки.

– Как устроились? – усаживаясь прямо на одну из кроватей, поинтересовался Кай.

– Нормально, – кивнула я, обнимая Ваньку. Он все еще боялся и постоянно жался ко мне поближе.

– Ты нас спас, да? – Серьезно глядя на Кая, вдруг спросил сын. Тот немного смутился, но твердо глядя в глаза сыну просто сказал:

– Да.

– Ты теперь всегда нас спасать будешь? – продолжал допытываться сын, а я напряглась.

– Я бы хотел чтобы вы с мамой всегда были в безопасности и спасать вас было не нужно, – отвечал Ваньке, а смотрел прямо на меня. Я смогла только грустно улыбнуться.

В этот момент в палату вошел наш доктор, звали его, кстати, Роман Дмитриевич, внимательно осмотрел всех нас и сообщил:

– Результаты анализов будут у меня завтра с утра. Сегодня отдыхайте. Мальчику мы дадим успокоительное, ему нужно выспаться. Вам, Алиса, я бы тоже посоветовал их принять. – вместо меня ответил Кай:

– Ей тоже дайте. – врач покосился на меня, я согласно кивнула. После таких стрессов сама я точно не усну. Тем более что за окном было уже темно. Роман Дмитриевич кивнул и вышел давать распоряжение медсестре.

– На, это твое, – Кай протянул мне мой мобильник.

– Спасибо, – забрала телефон, посмотрела на дисплей, несколько пропущенных от мамы и один от Вики. Вошедшая медсестра сделала нам с сыном уколы успокоительного и Кай стал собираться домой.

Оставшись вдвоем с Ванькой, я уложила его в постель, легла рядом и дождалась пока он уснет. Тихонько вышла из палаты, в коридоре никого не было, дежурная медсестра отсутствовала, поэтому я спокойно забралась на подоконник и сделала несколько звонков. Маме, чтобы успокоить и Вике. Маме я ничего говорить не стала, а вот подруге рассказала все.

– Алиса, а он у тебя не наркоман часом? – подозрительно спросила Вика.

– Я думала об этом, – вздохнув, призналась, – вполне вероятно. Это бы все объяснило. И огромные долги, и перепады настроения. Он даже нас с Ванькой готов был им отдать, – С горечью, смахивая слезы с глаз, произнесла я.

– Козел! – припечатала Вика, – Зато какой у тебя спаситель. Прям Бетмен и Супермен в одном флаконе.

– Это да, – чуть улыбнулась я. Сил не было, успокоительное уже вовсю действовало, и я с трудом сдерживала зевоту.

– Ладно, диктуй адрес больницы и номер палаты. Завтра заеду, – я продиктовала и мы попрощались.

Сон свалил меня моментально.

Глава 22

Рано утром нас разбудил уже знакомый доктор, сказал что анализы готовы. У Ваньки просто ушиб, как он и предполагал, в остальном анализы хорошие. Пообещал выписать завтра, а потом попросил меня выйти с ним в коридор, где огорошил:

– Филатов Александр случайно не ваш супруг? – у меня пересохло в горле, кивнула. – третий этаж, 208 палата.

– Что с ним?

– Избит. Сломан нос, несколько ребер и правая рука. Повреждения внутренних органов. Не смертельные, но болезненные. Алиса Сергеевна, вам точно в полицию не нужно? – строго поинтересовался Роман Дмитриевич.

– Точно, – я уверенно кивнула. Только полиции мне не хватало. Доктор неодобрительно покачал головой, но настаивать не стал. Ушел к другим пациентам.

Я позвонила Вике и попросила приехать прямо сейчас, хотела поговорить с Сашкой. Но Кай меня туда не отпустит, мне остается только надеяться что ему не придет в голову прийти так рано.

Вика приехала через пол часа с пакетом фруктов и машинкой для Ваньки. Я тихонько поведала ей куда собираюсь и попросила посидеть с ребенком. Получив ее согласие направилась на третий этаж.

Сашкина палата была почти у самого выхода. Травматологическое отделение встретило запахом хлора и лекарств. Я немного потопталась у входа в палату, собираясь с мыслями. Вопрос кто его так сильно избил даже не поднимался, я точно знала ответ. Кай. Злилась ли я на него за это? Я сама не могла найти ответ, потому что с удовольствием прибила бы Сашку сама. Он сломал нашу жизнь, из-за него мой сын напуган до смерти. А то что мой муж пытался расплатиться мной со своими долгами вообще не поддается пониманию! Я просто хотела посмотреть ему в глаза и понять, насколько я права в своих домыслах про наркотики.

Глубоко вздохнув и сжав кулаки, я все же сделала несколько шагов в палату. Сашка лежал в ней не один, на соседних койках «отдыхали» еще два мужчины. Один со сломанной ногой, которая на грузах висела в воздухе, а другой с перебинтованной головой и огромными синяками под глазами, явно сотряс. Еще две койки были сиротливо пусты.

Сашка лежал в центре, правая рука по локоть в гипсе, нос опух и посинел, да и вообще муж выглядел не очень. Он тяжело дышал ртом, губы потрескались. А я получила какое-то садисткое удовольствие глядя на него. Тихо подошла и в упор посмотрела на него. Сашка вздрогнул и отвел глаза.

– Зачем пришла? – грубо спросил.

– В глаза тебе посмотреть. – огляделась по сторонам в поисках стула. Один стоял у дальней стены. Принесла и поставила его у Сашкиной кровати, села. Муж ни разу не взглянул на меня. – Скажи мне честно, ты наркоман? – в лоб спросила, решив не ходить вокруг да около.

– Я даже подумать не мог, что сам привел к себе домой твоего ебаря, – зло выплюнул Сашка, игнорируя мой вопрос. Вот еще один! Это воздушно-капельным передается?

– Этот ебарь не дал нам умереть с голоду, не дал трем ублюдкам некого Лютого меня изнасиловать и не позволил тебе, дорогой супруг, отдать меня своим новым друзьям в качестве трофея, – яда в моем голосе хватило бы на десяток самых ядовитых змей.

– Шлюха, – припечатал меня Сашка. Вот и поговорили!

– Тебе было мало сломаного носа, еще надо язык вырвать? – услышала я знакомый голос, в котором просто бурлила ярость. Мы с Сашкой синхронно вздрогнули. Муж весь съежился, а я боялась повернуть голову и встретиться взглядом с Каем. – Ты что здесь забыла? – вопрос явно предназначался мне. Отвечать не хотелось, хотелось телепорт чтобы раз – и в палату к Ваньке.

– Хотела поговорить, – смотря в пол, тихо ответила.

– Поговорила? Иди к сыну, – Приказал Кай. Я решилась поднять глаза и… лучше бы и дальше в пол смотрела. Потому что в его взгляде, помимо ярости было еще что-то такое, что очень сильно напоминало безумие. У меня перехватило дыхание, руки мелко задрожали и коленки затряслись. Глянула на Сашку, он, кажется, тоже не дышал. – Мне нужно дважды повторить? – сквозь зубы. Спрятал руки в карманы, а я видела что еле сдерживается, чтобы меня за волосы не потащить от Сашки подальше.

Молча поднялась и по дуге обошла Кая, выходя из палаты. Он проводил меня тяжелым взглядом исподлобья.

Вышла из палаты, сделала несколько шагов в сторону и вернулась. Встала под дверью, чутко прислушиваясь к происходящему.

– Напомни мне, почему ты еще жив? – услышала голос Кая. Стальной, злой, мужчина с трудом сдерживался.

– Потому что ты трахаешь мою жену и собираешься воспитывать моего сына? – огрызнулся Сашка.

– Запомни, я не дружу с наркоманами, а тех, кто торгует женщиной… Моей женщиной, – зарычал Кай. Потом что-то грохнуло. Не сдержался.

– Твоей? И давно она твоя?

– Еще раз я узнаю что ты с ней разговаривал, что подошел к ней ближе, чем на километр – ноги переломаю. И ты сядешь, Филатов, надолго сядешь. Я об этом позабочусь! – пообещал Кай, а потом быстро пошел к выходу. Я не успела смыться и чуть не получила дверью по носу.

Кай смотрел на меня сверху вниз, широко раздувая ноздри. Я неуверенно улыбнулась и пожала плечами. Кай схватил меня за локоть и потащил подальше от палаты. Шел быстро, я еле поспевала. Держал крепко, но не больно. На лестничном пролете остановился, прижал меня к стене и навис сверху.

– Все слышала? – я робко кивнула. – Молодец. Тебя это тоже касается! Приблизишься к нему, сломаю ноги!

– Мне? – пискнула я, округлив глаза.

– Сашке твоему! А тебя дома закрою, пока не поумнеешь! – И вот тут у меня в голове что-то щелкнуло, какой-то неведомый доселе тумблер, потому что я разозлилась, глаза застила красная пелена, а я со всей дури влепила Каю пощечину. Он дернул головой, обалдело глядя на меня, сжал кулаки, но не двинулся с места.

– Я не твоя кукла! Понятно? Я живой человек, у меня есть чувства, да, блядь, я заслуживаю знать правду! Я имею право делать то, что я считаю нужным! И куда мне ходить и с кем разговаривать я тоже буду решать сама! – меня колотило, прошиб холодный пот, но остановиться я уже не могла. – С какого хрена ты решил что можешь все решать за меня? – толкнула его ладонями в грудь. – Ты меня совсем дурой считаешь, которая не в состоянии принимать решения самостоятельно? – видя, что мужчина ничего не предпринимает, я распалялась все сильнее.

Он просто смотрел на меня, давая высказаться. Выплеснуть все эмоции, которых накопилось предостаточно. А когда я замолчала, просто развернулся и ушел. Молча. Ушел и не оглянулся ни разу. А я стояла на лестничной площадке и чувствовала себя круглой идиоткой.

Глава 23

Кай

Он ехал не разбирая дороги. Кого-то подрезал, нарушал правила, крутил руль на автомате, полностью погруженный в свои мысли. Чего, блядь, ей не хватает? Шаг вперед и два назад. Ему уже порядком надоели ее эмоциональные качели. Он не знал как с ними справляться. Чувствовал, что нужен ей, так какого хера опять? Подчиняться ей не нравится? Ну так он мужик, это нормально! Так и должно быть, он принимает решения, заботится, приносит домой гребаного мамонта, от нее нужно только полное доверие! К его решениям и поступкам. Все, больше он ничего не требовал. Но нет, ей и тут нужно наперекор сделать, самостоятельная она!

Возникла крамольная мысль, что может зря он с таким усердием возвращал ту Алису, теперь вот разгребать приходится. Забрал бы серую мышку и подстроил под себя. Но тут же сам осекся. Ему не нужна забитая и уставшая мышь, он хищник, а значит и женщина должна быть соответствующая.

В итоге сам же запутался. Хотел тигрицу, но такую чтоб хвост поджимала при виде его? Нет конечно! Что с ними не так? Может он слишком сильно на нее давит? Для нее непривычен такой формат отношений, ясно же как день.

Он вспомнил свой день рождения. Она его чуть до разрыва сердца не довела. Сначала платье это на ней… У него ноги к полу примерзли как ее возле зеркала увидел. И кадык дернулся, потому что хотел ее так, что в груди жгло. Долго не мог понять, почему она потерянная такая, в облаках витает. О чем думает? А когда она запела… Все, пиздец и аут, крыша уехала безвозвратно. Такого восторга и упоения он не чувствовал никогда. Решилась, запела, ДЛЯ НЕГО! У него грудная клетка чуть не взорвалась от недостатка кислорода, потому что вдохнуть забыл. Никого больше не видел, только Потеряшку свою и голос ее слушал. Он бы так вечно стоял, а она пела! Но много нельзя, связки слабые. Он ей в тот же вечер хотел предложение сделать. А лучше сразу в ЗАГС отвезти, заклеймить своим кольцом, чтоб все видели – она его. Его добыча, его любовь, его женщина. Сдержался.

Предчувствия эти ее… В следующий раз будет умнее, правду говорят, у женщин интуиция сильнее развита, а тут еще и материнский инстинкт сработал. Она отличная мать. И он допрет и до загса и ребенка ей сделает. А лучше двух! Чтобы на нее были похожи, но с его характером. Хотя его Алису характером природа тоже не обделила. Ебанутым правда!

Сашку хотелось убить! За один ее испуганный взгляд разодрать в клочья голыми руками. Опять сдержался! Что ни говори, эта женщина нехило тренирует его выдержку, которая скоро станет железобетонной. Не убил, потому что она расстроится, испугается, будет на него как на монстра смотреть. Да и мудак этот прав, он собирается его сына воспитывать, как ему в глаза смотреть и понимать что родного отца шлепнул?

Этот кретин нарушил запрет на выезд из города, к мамочке своей поехал, денег просить. К теще сходил наобум, почти не надеясь что сын там, но ему повезло. И жену и сына нашел. До вокзала за ними следил, купил билет на свободное место и ехал до нужной остановки рядом. Что в башке у мужика? Сам себе ответил, наркотики. Он не хотел Алисе об этом говорить, она бы стопудово себя винить начала. Но его девочка оказалась догадливой, сама доперла, а может подсказал кто.

Кай не смог сам их встретить, парня своего отправил. Ну уже бывшего своего, уволил без выходного пособия, но с премией в виде сломанной челюсти, за то что такое допустил. Позвонил Каю не сразу, что-то лепетал что Алиса испуганная и озиралась по сторонам. Сидел, сука, и ждал приезда начальства пока муж ее душил, потом эти мудилы приехали за долгами. Лютому не жить! Это его люди опять ее напугали, пацан в больнице оказался. Как хорошо что все обошлось, отделались испугом и легкими травмами.

Кай попросил Наташку им вещи в больницу собрать, сам на пределе был, нужно было срочно пар спустить. Пока Сашку пинал, надеялся отпустит. Ни хера! Он хотел убивать, а не сломать пару ребер. Потом сам же его в больницу и отвез, чтоб не окочурился где-нибудь. А сегодня, когда слова Алисы услышал, что муж ее за долги собрался отдать… Сашку спасла только она. Опять своими испуганными глазенками хлопала, не ожидала что он появится. А он Алису в коридоре видел и за ней пошел. Весь разговор слышал. Потом она подслушивала стояла, хорошо что лишнего не сболтнул!

А в итоге что? Она на него же и наорала! За что только? Для нее же старается, нечего ей делать рядом с ублюдком конченым, который по недоразумению ее мужем стал. Сама же и расстроилась, вот нахуя?

Может он слишком сильно на нее давит? Или ей разговоры по душам нужны с признаниями? Говорят женщины любят ушами. И она постоянно разговаривать хочет. Кай реально не понимал, неужели она не видит что он болеет ей? Что с ума сходит? Нуждается в ней?

Пиликнул телефон, оповещая что пришло сообщение. От нее.

«Прости!»

И сразу за ним следующее:

«Я люблю тебя!»

Глава 24

Вошла в палату сама не своя. Руки тряслись, а грудную клетку сдавили тиски, так что дышать стало трудно.

– Что случилось? – с беспокойством спросила Вика.

– Я только что совершила большую ошибку, – похоронным голосом ответила. И рассказала, все что наговорила Каю. – Знаешь, я ведь не на него злилась в тот момент. Просто он был последней каплей, вот и взорвалась. Ну почему всегда нужно командовать, приказывать? Неужели нельзя по-другому? – Ванька уснул, а мы с подругой тихонько шептались на соседней кровати.

– Я тебе только одно скажу: любишь-принимай, не любишь – мои двери всегда открыты, – Вика открыто улыбнулась, – приючу и обогрею.

– Люблю, Вик, так люблю что в груди больно. – опуская глаза вниз, призналась.

– Ну тогда все в твоих руках. Перестань с ним соперничать, перетягивать одеяло на себя. Прими как данность – он альфа-самец. Он командует не для того чтобы утвердиться, просто характер такой. – Вика говорила, а я понимала что она права. Во всем права.

Я только на секунду представила что больше его не увижу и внутри все оборвалось. Тошно стало, хоть вой. Меня надломило предательство мужа, последние новости выбили из колеи. Многие меня осудят, но Сашка мне не чужой, мы 10 лет прожили вместе, душа в душу. У нас общий сын, общие воспоминания, которые я должна отпустить. Ради себя. Хватит уже жить ради других. Ущемлять себя во всем в угоду Сашке, молчать, потому что свекрови не хотелось слушать мои «стенания», как она их называла, когда я пыталась ей пожаловаться. Я совсем забыла о себе и своих желаниях.

Вспомнила как смотрела в спину Каю когда он уходил. Хотела побежать следом, извиниться, но духу не хватило. А вдруг оттолкнет? Не захочет говорить? Ноги приросли к полу.

Вика засобиралась домой, у нее были важные дела. Поцеловав меня на прощание, подруга ушла.

Достала мобильный и написала короткое сообщение «Прости». А потом решилась, пан или пропал, «Я люблю тебя» и не раздумывая отправила. Потому что если начну анализировать, размышлять, тут же дам задний ход.

Гипнотизировала телефон, надеясь что Кай ответит, но ответа не было, хотя сообщение прочитал. Съежилась на кровати, костеря себя на чем свет стоит. Дура, самая настоящая дура. На душе было тошно и муторно, хотелось спрятаться с головой под одеяло. Страшно мучала совесть, было стыдно за мою несдержанность.

Проснулся Ванька, мы не спеша сходили на обед. Я не выпускала телефон из рук, но тот по-прежнему молчал.

Плотно пообедав вернулись обратно в палату, а я решила, наконец, объяснить кое-что Ваньке. Села рядом с ним, взяла его ручки в свои и постаралась говорить как можно более ровно и ласково.

– Сынок, я хочу поговорить о папе. – сердце колотилось как бешеное, грозя просто вылететь из груди.

– Папа тебя обидел? – Ванька преданно смотрел мне в глаза.

– Да, сынок. Папа очень плохо поступил.

– Это папа сделал, – проведя маленькой ладошкой по моей шее, на которой четко проступали синевой Сашкины пальцы, сказал сын. Он не спрашивал, просто констатировал факт. Во рту стало горько, за что моему сыну такие испытания?

– Он больше так не будет, – глотая ком в горле, пообещала я. – Просто папа попал в плохую компанию и нарушил закон, – старалась чтобы голос не дрожал.

– Его в тюрьму посадят? – округлил глаза мой ребенок.

– Скорее всего да. – и пристально следила за Ванькиной реакцией.

– А Кай? – неожиданно для меня вспомнил сын.

– Кай нас спас, он нам помогает.

– Ты в него влюбилась, да? – смешно сморщив нос, спросил Ванька, а у меня дар речи пропал. 4-летний ребенок, ну ладно, скоро 5, а разговаривает почти как взрослый, только в меру своего восприятия мира. Понимает ведь, что вокруг происходит, чувствует.

– Да, – я кивнула, решив не обманывать сына.

– А он? – Сын склонил голову набок.

– Надеюсь что и он, – я тяжело вздохнула. Ванька еще задавал вопросы. Про свою комнату, которую я ему обещала. Про Кая, будем ли мы теперь жить с ним. Спросил, сможет ли он видеть папу, но на этот вопрос я ответить не смогла. Сашка сядет в тюрьму, а навещать его мне совсем не хочется. Для себя я решила прекратить с ним все контакты. Мое терпение закончилось сегодня, когда после разговора с мужем, я сорвалась на ни в чем неповинного мужчину. Своего любимого мужчину.

В этот момент дверь открылась, на пороге стоял хмурый Кай, тяжело глядя на меня из-под бровей. В руках была огромная коробка с каким-то роботом. Посмотрел на Ваньку, присел на корточки и протянул ребенку подарок. Ванька запищал от счастья и тут же забыв обо всем начал его распаковывать, требуя Кая ему помочь. Они вдвоем с интересом изучали инструкцию. Робот ходил, разговаривал и даже выполнял некоторые голосовые команды. Ванька был на седьмом небе от счастья. На меня Кай ни разу не взглянул, а вот я наоборот, пристально наблюдала за ним, больно кусая губы.

Движения резкие, спина напряжена. Смотрит на Ваньку и улыбается, но в глазах тревога.

– Вань, поиграй с роботом, мы с мамой в коридоре поговорим, хорошо? – вдруг попросил Кай Ваньку. Сын счастливо кивнул, полностью сосредоточившись на новой игрушке.

На ватных ногах я брела за мужчиной, совершенно не понимая чего ожидать. Может зря я призналась?

Плотно закрыв дверь в палату, Кай резко развернулся ко мне, схватил за талию и усадил на подоконник. Сам встал напротив, засунув руки в карманы и посмотрел на меня абсолютно черными глазами. Сердце ухнуло в пятки, я забыла что нужно дышать, а в горле пересохло.

– Повтори глядя мне в глаза то, что ты написала, – потребовал Кай.

– Прости, – говорила тихо, опустив глаза.

– Дальше. – видя что я молчу, повторил, – что ты еще написала?

– Что люблю тебя, – голос осип, говорила еле слышно. Кай сделал шаг ко мне, приподнял мой подбородок, заставляя поднять голову и посмотреть на него. Взглянула в его лицо и замерла, завороженная. Он светился, исчезла хмурая складка между бровей. Глаза мужчины улыбались.

– Повтори, – не требовал, просил.

– Я люблю тебя, Кай, – намного увереннее произнесла я.

– Еще, – он широко по-мальчишески улыбнулся.

– Люблю тебя, – улыбнулась в ответ. В животе появилась стая неугомонных бабочек.

– А теперь повторяй за мной, слово в слово, – пытается говорить сурово, прячет улыбку, но я заметила, что уголки его губ предательски дрожат. – Я больше никогда не буду тебя бить. – я широко улыбнулась и послушно повторила. Никогда.

– А ты, Кай? – не сдержалась, мне нужно было это услышать, хотя ответ я уже знала, – Ты меня любишь?

– Ты даже не представляешь насколько, – выдохнул мужчина, прижимая меня к себе, стискивая в медвежьих объятиях. Зарылся пятерней мне в волосы, нежно поглаживая, вдыхая мой запах. Я сильнее прижалась к нему, обхватила обеими руками за плечи, дрожа всем телом. Напряжение прошедших часов отступало, уступая место счастью, которое лавиной накрыло. Ушел страх, сомнения, стыд и боль, вместо которых в душу ворвалось бесстыжему счастье, которое заставляло трепетать сердце, дрожать руки, а губы сами собой расползлись в широченную улыбку.

В его объятиях я чувствовала себя дома, на своем месте. Именно так правильно, я и он. Вместе. Больше не было сомнений в правильности своего выбора, я отдавала ему свою жизнь и жизнь своего сына, точно зная что этот мужчина сделает для нас все возможное, а может и невозможное.

На следующий день Кай забрал нас из больницы, предварительно потребовав чтобы меня осмотрел отоларинголог. По моему скромному мнению, врач мне был не нужен, но спорить на стала. Как я и думала, все в порядке, моим связкам ничего не угрожает, все худшее с ними уже произошло. Врач посоветовал теплое питье и несколько дней связки не перегружать.

Вышли на улицу и сели в машину, где Кай предусмотрительно установил детское кресло, которого два дня назад еще не было. Удостоверившись что мы удобно устроились, Кай завел мотор и поехал домой. Только приехали мы совсем в другой район. Подъехали к длинной многоэтажке, Кай припарковался во дворе и с улыбкой объявил:

– Приехали, – а я удивленно пялилась на него, – В нашей квартире ремонт. Переделывают комнату для Ваньки, там пыльно, грязно и чужие мужчины без рубашек. Поэтому мы немного поживем здесь, – Соизволил Кай объяснить.

– Правда? – У сына загорелись глаза, – Моя собственная комната?

– Правда, – улыбнулся ему Кай, – Твоя собственная комната. И кровать-корабль со штурвалом, я заказал уже.

Машину огласил счастливый детский визг, я зажмурилась, а Кай весело рассмеялся.

– Пошли, – кивнул он, выходя из машины и помогая выбраться Ваньке, который удобно устроился у Кая на руках, не желая идти самостоятельно. Впрочем мужчина не роптал, спокойно донес ребенка до подъезда, поднялись в лифте на седьмой этаж и, не выпуская моего сына из рук, открыл входную дверь.

Эта квартира была намного меньше предыдущей. Двухкомнатная, явно холостяцкая. Вот где жил Кай, вот почему та квартира показалась мне пустой и необжитой. И вещей мужчины там был самый минимум.

Прямоугольный коридор с обычной вешалкой переходил в гостиную, стены которой были выкрашены белым. Мягкий черный диван, напротив большая плазма на стене. На полу в углу аккуратно сложены Ванькины игрушки. На стенах полочки на которых в рамках стояли фотографии. Кай, Кай с Германом, свадьба Германа и Наташи.

– А где твои родители? – поинтересовалась я, – Здесь только вы с Германом и Наташа.

– Погибли 5 лет назад. В аварии, – быстро глянув на меня, ответил Кай. Я поняла что тема для него болезненная, лезть не стала.

Заглянула в спальню – почти спартанская обстановка, кровать, тумбочка, шкаф с открытой дверцей. Присмотрелась и обнаружила в нем свои вещи. Из спальни был выход на большую лоджию, где стояла сушилка для белья, на которой сиротливо висела мужская футболка. Я усмехнулась – мужчины.

Кухня радовала глаз кристальной чистотой. Видно что ей в этом доме не пользовались. Черный кухонный гарнитур, маленький столик с четырьмя стульями. Глаза у меня загорелись, когда обнаружила посудомоечную машину. Какая прелесть! Открыла холодильник, полный. Кай готовился к нашему приезду – накупил всякой всячины. Краем глаза отметила йогурты, фрукты и овощи. Заглянула в морозилку – себя Кай не обделил, полная мяса.

Закрыла холодильник и оказалась в крепких объятиях. Кай неслышно подошел сзади и прижал к себе, одну ладонь положа на живот, другой сжав грудь. Кожу под его руками закололо, а внизу живота стало жарко. Я покосилась на вход, Ваньки не было и судя по звукам, ребенок дорвался до мультиков.

Повернулась лицом к Каю, нежно провела пальцами по щеке, мягко улыбаясь. Он крепче прижал меня к себе, притянул за шею и впился в губы жадным поцелуем. Я с энтузиазмом ответила, обнимая мужчину за талию, просунула руку под футболку, водя пальцами по обнаженной спине. Поцелуй становился все глубже, чувственнее, но дать волю своим желаниям мы не могли. Я первая отстранилась, боясь что войдет сын. Кай понятливо кивнул, быстро поцеловал меня в висок, а потом сообщил:

– Я договорился насчет сада для Ваньки. Завтра покажу дорогу, потом будешь сама возить. Машина в твоем распоряжении.

– А ты на чем будешь ездить? – кусая губы, решила уточнить. Кай тяжело вздохнул. Ну да, он все продумал и все решил. Принимай, Алиса. Принимай и выдыхай, сама выбирала.

– Я боюсь ездить одна, – честно призналась, садясь на стул. Кай сел напротив, внимательно рассматривая мое лицо.

– Тебе водителя нанять?

– Нет, лучше инструктора.

– Будет, – кивнул Кай, – Приготовишь поесть, я голоден. – Я утвердительно кивнула, поднимаясь и доставая продукты.

Кай ушел в комнату к Ваньке, а я принялась за готовку. Почему-то подумалось что я не знаю предпочтений Кая. Вышла в гостиную и замерла. Кай обучал моего сына приемам самообороны, накидав на пол подушек с дивана. Ванька сосредоточенно хмурился, внимательно слушая своего наставника. Кай первый меня заметил и вопросительно поднял бровь.

– Что приготовить?

– Все-равно. Главное чтобы мясное, – Улыбнулся Кай и снова сосредоточился на Ваньке. Мясное так мясное, я пожала плечами и потопала готовить.

Мы дружно пообедали и Ванька пошел спать, Кай уехал по делам, а я села работать. Приехал мужчина уже поздно вечером, мы с Ванькой уже спали. Еще днем с Каем договорились что я и Ванька будем спать в спальне, нападение не прошло бесследно, и сын спал плохо, а Кай ляжет в гостиной.

Глава 25

Сад, который выбрал Кай произвел впечатление. Честно говоря, я сначала сомневалась что Ванька вытянет такую обширную программу. Помимо стандартных развивашек, детей учили плавать и кататься на лошадях, рисовать песком и по желанию, заниматься карате. Кай конечно записал Ваньку на все. Но ребенок радовался, ему нравилось. В каждой группе было всего по 10 человек, воспитательница и две нянечки. Обстановка тоже радовала, было светло и уютно. В первые пару дней мы возили Ваньку только на пол дня, а на третий сын сам решил что останется на полный. Мне оставалось только пожимать плечами и соглашаться. К слову, сад находился в пяти минутах езды от нашей квартиры, той, где сейчас ремонт.

Инструктора мне Кай нашел прекрасного, Денис всегда вежливо и спокойно направлял и объяснял, а я стала чувствовать себя намного увереннее за рулем.

В понедельник я отвезла сына в сад и приехала домой. Нужно было заняться домашними делами, приготовить ужин и ответить на несколько рабочих сообщений. Не успела я закрыть входную дверь, как оказалась в сильных руках, услышав шепот на ухо:

– Ты мне доверяешь? – тело пронзила дрожь, а я замерла в предвкушении. Кай стоял у меня за спиной, лица его я не видела, но точно слышала – он улыбается.

– Да, – томным шепотом ответила. Мы соскучились друг по другу, маленькая квартира и испуганный ребенок не подразумевают интимную близость.

На глаза тут же надели непроницаемую повязку, а Кай понес меня в спальню. Дыхание сбилось, между ног сразу же увлажнилось. Я облизала пересохшие губы, когда Кай поставил меня на ноги. Очень медленно и неторопливо снимал тонкий сарафан, едва касаясь пальцами кожи, а я вздрагивала от каждого касания. Вслед за сарафаном я лишилась и белья, стоя голой посреди комнаты рвано дышала, пытаясь понять что делает Кай. Тело покрылось мурашками, а в горле пересохло.

– Идеальная, – хрипло пробормотал Кай, разглядывая меня. Я снова чувствовала его взгляд, он на меня действовал как самый сильный афродизиак. Повела носом, вдыхая аромат мужчины, который стоял преступно близко, не дотрагиваясь до меня, просто смотрел.

Затем его рука сжала грудь, а другая нежно провела рукой по самому чувствительному местечку между ног. Я вздрогнула и вцепилась в плечи Кая. Почувствовала его губы на шее, губах. Целовал жадно, глубоко, сплетая свой язык с моим, даря небывалые ощущения, которые усиливала его рука, которая вовсю хозяйничала на влажных складках клитора, пока почти невесомо, медленно и тягуче.

Разорвал поцелуй, взял за руку и повел к кровати, аккуратно уложил и лег рядом.

– Точно доверяешь? – голос хриплый, он возбужден.

– Точно. – говорила тоже хрипло, все мысли и желания сосредоточились где-то внизу живота, вызывая томление.

Почувствовала как Кай взял мой руки, поднял над головой. Привязал…

– Кай? – я немного испугалась, не люблю быть настолько беспомощной. Кай остановился, погладил щеку.

– Тшшш, маленькая, расслабься и доверься. Я ни сделаю ничего что может тебе не понравиться, – голос ласковый, он обволакивал, словно патока, заставляя сердце биться чаще. Мне понадобилось пару мгновений чтобы принять решение, а потом расслабилась и кивнула – продолжай.

Кай довольно вздохнул, снова возвращаясь к своему занятию. Мягкой лентой перевязал мои запястья и закрепил другой конец в изголовье кровати.

Меня уже дико колотило, губы дрожали, а промежность истекала влагой. Но мужчина не торопился, провел ладонью по губам, шее… Почувствовала горячее дыхание на груди, втянул сосок в рот, легонько прикусил зубами, вызывая сладкий стон. Опустился ниже, нацеловывая живот, проводя языком дорожку от пупка к груди и обратно губами.

Сдвинулся, устраиваясь у меня в ногах, широко раздвигая, целовал внутреннюю сторону бедра. Двумя пальцами раскрыл влажные складки, обжег промежность дыханием, провел языком от входа до самой чувствительной вершинки, отчего я громко вскрикнула. Всосал в себя, водя языком вкруговую, отчего я выгнулась, но Кай положил правую руку мне на живот, придавливая, ни на секунду не прекращая движения языком.

Жар внизу живота стал почти нестерпимым, усиливался с каждой секундой. Я судорожно дергала руками, пытаясь освободиться, но ничего не вышло – привязали меня надежно. Искусала губы до рези, крепко зажмурилась и с громким стоном кончила, выгибаясь в конвульсиях, довольно обмякнув на постели.

Кай приподнялся, взял мои ноги под колени, широко развел в стороны и приподнял. Входил медленно, миллиметр за миллиметром, растягивая удовольствие. Вошел во всю длину, громко выдохнул, вышел полностью, а потом сразу во всю длину, резко, горячо. Вбивался яростно, заставляя кричать от удовольствия, поднимать бедра ему навстречу.

Затем он резко остановился, выходя из меня, перевернул на бок, согнув одну ногу в колене, сам лег сзади, одной рукой беря меня за волосы, а другой лаская чувствительный после первого оргазма клитор. Двигал членом и рукой в одном темпе, размазывая обильно сочащуюся влагу по клитору. И я кончила снова, бурно, обильно, так что дыхания не хватало и судороги по всему телу, почувствовав что и Кай достиг кульминации вместе со мной.

Он расслабленно лег рядом, обнимая меня за талию, а я не могла пошевелиться от пережитого удовольствия.

Переведя дыхание, Кай развязал мне руки, бережно растирая запястья, снял повязку с глаз, я зажмурилась от яркого света и прижалась лбом к его груди, все еще тяжело дыша.

– Ты очень сладкая, знаешь? – устраивая меня на своем плече, довольно улыбнулся Кай. Я смущенно зарылась носом ему в шею, обнимая рукой за талию. – Ты не должна меня стесняться, слышишь? – он повернулся так, чтобы смотреть мне в лицо.

– Слышу, – я довольно улыбнулась. – Не буду. – Перевернулась на спину и довольно потянулась, словно сытая кошка на солнце. Кай оглядел меня хищным взглядом, а потом спросил:

– Алиса, а чем ты предохраняешься?

– Спираль стоит. – Неуверенно пробормотала, не понимая к чему он ведет. Кай немного подумал, словно сомневался продолжать разговор или не стоит и продолжил:

– Ее нужно снять. – я подавилась воздухом.

– Зачем?

– Я хочу чтобы ты родила мне ребенка, – твердо глядя мне в глаза, заявил Кай. А я растерялась. Какого ребенка? Я совершенно не готова рожать ребенка! Мы вместе-то официально всего неделю, рановато как-то. Удивленно посмотрела на мужчину, не зная как ответить. – Кстати, со вчерашнего дня ты разведена. И меня совершенно не устраивает что ты до сих пор Филатова. – И вот тут я обалдела окончательно.

– Могу девичью вернуть, буду Шведова, – неуверенно предложила.

– Шведова меня тоже не устраивает. Леднева будет идеально, – самодовольно заявил этот… Невозможный он! Ну кто так предложение делает? Я конечно не ожидала лепестков роз и ужина при свечах, да что говорить, я вообще предложения от него не ожидала, но чтоб так, голый в постели просто ставит меня в известность что он хочет чтобы я носила его фамилию, это явный перебор.

Я недовольно засопела, нахмурив брови и недовольно глядя на Кая. Он понял мою реакцию и широко улыбнулся.

– Иди в душ, – почти приказ. Я, фыркнув, подскочила с постели и понеслась в ванную комнату, горя желанием его банально придушить подушкой. Ну, то что он мне вчера про развод не сказал уже почти привычно, но вот финт с фамилией меня дико разозлил.

Стояла под теплыми струями и старалась дышать ровно. Было дико обидно, вот до слез почти. Просто, дорогая Алиса, я тебя помечу своей фамилией, знай это. Твое мнение даже тут не учитывается! Опять он все решил, за себя и за меня. Ну, спасибо что хоть в ЗАГСе не сообщил! Постфактум. Вот ваш паспорт, гражданка Леднева… Что значит Филатова? Нет, нет, Леднева и это не обсуждается. Гад!

Замоталась полотенцем и, не придумав ничего лучше, засела за работу. Устроилась прямо на полу, прислонившись к стене и отвечала на рабочие сообщения. Выйти сейчас значит обязательно поскандалить, а мне не хотелось. Точнее очень хотелось. Поэтому и не высовывала нос из ванной комнаты.

Работой я увлеклась, спина уже затекла от неудобной позы. В дверь громко постучали.

– Алиса, тебе плохо? – вкрадчиво поинтересовался Кай.

– Нет, мне очень хорошо, – огрызнулась я.

– Может выйдешь?

– Может. Но не сейчас.

– Немедленно выходи, – прорычал Кай.

– Господин Леднев, не мешайте работать!

– Госпожа Леднева, освободите помещение!

– Что, уже Леднева? Быстро ты, – язвительно заметила, начиная закипать, – А, главное, зачем спрашивать мое мнение, если можно просто поставить в известность!

– Я спросил, – как-то подозрительно покладисто он отвечал…

– Ты сообщил, а не спросил, – я обвинительно ткнула пальцем в дверь, будто Кай мог меня видеть.

– Алиса, я предложил подумать. Ты просто неправильно меня поняла!

– Значит изъясняйся четче в следующий раз, чтобы я поняла правильно, – наставительно заметила я.

– Я тебе сейчас четко и ясно говорю, выходи! – саданул кулаком по двери, я вздрогнула от неожиданности.

– Повторяй за мной, слово в слово, – вспомнив его собственную фразу, потребовала, – Я всегда буду интересоваться твоим мнением, Алиса, – В дверь громко долбанули, Кай грязно выругался. А я весело рассмеялась.

Но веселье мое было не долгим, Кай просто очень сильно дернул ручку на себя и дверь открылась. Я так и застыла, сидя на полу и глядя на него снизу вверх.

– Пошли, – сурово сказал, протягивая мне руку. Тяжело вздохнула, но руку приняла.

Выдернула руку и гордо потопала в спальню – одеваться. Натягивала домашний костюм под хмурым взглядом, но даже бровью не повела. Я приняла его условия? Приняла! Пусть и он на мои соглашается! Вопрос о ребенке и смене фамилии обычно решается обоюдно, а не «Я решил». Неторопливо расчесала волосы, нанесла крем.

Обойдя Кая, который изображал суровую статую самому себе, прошла в кухню – захотелось кофе. Через пару минут мужчина тоже нарисовался в кухне, буравя меня взглядом. Я молчала. И злилась.

Достала кружку с полочки, не удержала и кружка упала на пол, расколовшись напополам. Смотрела на осколки и стало легче. Следующую взяла уже целенаправленно, кинула на пол и с удовольствием слушала звон разбитой посуды. И правда успокаивает, почему я раньше так не делала?

Достала тарелку, кинула, удовлетворенно кивнула. Кай смотрел на меня так, будто у меня рог вырос прямо на его глазах.

– Алиса, что ты делаешь? – вкрадчиво поинтересовался.

– Бью посуду. – закатила глаза.

– Зачем?

– Затем, что пообещала больше не бить тебя. Про посуду разговора не было, – присмотрелась к полке с тарелками, нашла ту, которая мне меньше всего нравилась и херакнула об под. Удовлетворенно кивнула и пошла за веником – убирать осколки. Скоро за Ванькой ехать.

Пройти Кай не дал, загородил проход собой.

– Пропусти пожалуйста, нужно убрать осколки, – говорила спокойно и уверенно.

– Лиса, я предложил подумать… – Опять старая песня…

– Хорошо, я обещаю подумать. Паспорт вернешь? – скрестила руки на груди, внимательно вглядываясь Каю в лицо.

– Обещаю подумать, – ехидно ответил, но подвинулся, давая возможность пройти.

Громко сопя и костеря его на чем свет стоит, подметала осколки. Еще и влажной тряпкой прошлась, чтобы точно не осталось даже самых маленьких, Ванька любит ходить босиком.

В сад Кай поехал вместе со мной. Села на пассажирское сидение, скрестив руки на груди и отвернувшись к окну. Некоторое время мы ехали молча, первым заговорил Кай:

– Лис, а твоя мама не хочет сюда переехать? Она же на пенсии? – Я удивленно покосилась на мужчину, – И тебе легче с Ванькой будет. Она может продать свою квартиру там и купить здесь. С выбором я помогу. – В принципе я думала об этом. Сама хотела маме предложить. Так всем будет лучше. Здесь я смогу ей помогать, да и по Ваньке она безумно скучает, звонит почти каждый вечер.

– Вечером поговорю с ней, – решительно кивнула.

Остаток вечера прошел спокойно. Ванька никому не давал скучать, с упоением рассказывая как дела у него в саду, мы вместе поужинали, а потом позвонил Герман. Присутствие Кая срочно требовалось на работе. Предупредив что ночевать не придет, быстро собрался и ушел.

Глава 26

Закончилось лето, уступив место золотой осени. Дел было невпроворот. Два переезда, наш и мамин. Кай помог найти квартиру рядом с нашей, чтобы маме было удобно добираться к нам или забирать ребенка из детского сада. Ремонт в нашей квартире тоже закончился, довольно быстро, но тут, я подозреваю строители просто побоялись долго тянуть, дабы не навлечь на свою голову гнев Кая.

Сашка… Суд над, уже бывшим мужем, вымотал мне все нервы. Кай потребовал нашего адвоката перестать защищать Сашку, а сосредоточиться только на моей защите. Пришлось писать доверенность от своего имени, но меня все-равно иногда приглашал следователь или требовалось мое присутствие в суде. Сашка смотрел волком, свекровь, которая примчалась защищать сына, на все здание суда со мной скандалила. Правда до прихода Кая, тому хватило одного взгляда, чтобы слова свекрови встали в горле.

Кирилл Павлович оказался чуть ли не самым лучшим адвокатом в городе, видимо поэтому Приходько все-время строил такое лицо, будто на завтрак обед и ужин у него по два лимона в меню. Но, я была под подозрением и это нервировало. В суд даже Вику приглашали для дачи показаний.

Свекровь наняла Сашке адвоката, но тот категорически не справлялся со своей работой, Сашку снова посадили до суда, официально, за то, что покинул город, находясь под подпиской. Ну, Кай обещал-Кай посадил. Сашка подсел на наркотики когда приехал сюда без нас, устраиваться. В каком-то баре познакомился с одним из подручных Лютого, разговорились, Сашка никак не мог устроиться на работу, хотя мне по телефону говорил обратное, вот ему и предложили непыльную работенку. Делов мало, а денег много. Ну и дали попробовать, первые два раза бесплатно. Ну а потом по накатанной. Сашка не смог противиться зависимости, оказался слишком слаб морально. Дальше еще интереснее, ему сделали крайне «выгодное» предложение, открыли фирму, записали ее на Сашку и еще одного такого же умника и возили свой «товар». Накрыли их быстро, настоящие преступники отделались легким испугом, а Сашка и второй соучредитель готовились сесть. Адвокат сразу предупредил, Сашке грозит реальный срок, а вот какой конкретно зависит от его защитника. На хорошего у свекрови не хватило денег…

Зимой состоялось финальное слушанье, Сашке дали 5 лет. Было тошно и страшно, но бывший сам принял решение и сам пожинает плоды. Жалко было только Ваньку, но и ребенок не виноват в прегрешениях своего отца. Когда-нибудь я расскажу Ваньке всю правду и он сам для себя решит, хочет ли общаться с родным отцом.

Новый Год мы отмечали в нашей большой отремонтированной квартире, мама, мы с Каем и Ванькой, Герман с семьей. Настоящий семейный праздник с подарками, мандаринами и хороводом вокруг елки. Потом был день рождения Ваньки, самый первый юбилей – 5 лет. Мы расстарались, пригласили почти всю группу детского сада в детский центр. Ванька был в восторге, да и я от души навеселилась. Кай только широко улыбался.

Вообще я редко стала замечать чтобы мужчина хмурился, да и фирменный взгляд мне больше не предназначался. О свадьбе и смене фамилии мы больше не говорили, просто жили, любили. Ругались конечно, как без этого? Но каждая ночь, когда Ванька оставался ночевать у мамы начиналась с фразы «Ты мне доверяешь?» и я плавилась от страсти в объятиях Кая, млея от счастья.

А вот весна… Время года, когда хочется проснуться от зимней спячки, скинуть сонную паутину холодов и любить, любить и петь, принесло мне только боль. В этот раз не было тревоги, никаких предчувствий, я вообще ничего не почувствовала. Не заметила что Кай стал задумчивым и немного отстраненным, стал часто задерживаться на работе. Много звонил по телефону, прячась от меня на балконе, а после этих разговоров часто уезжал. Не екнуло у меня ничего.

В тот день все было как обычно. Мы дружно позавтракали, Кай уехал на работу, я повезла Ваньку в сад и вернулась домой. Приготовила ужин на всех и засела за работу. Вечером забрала Ваньку из сада, надеясь что Кай уже дома. Но его не было. На мои звонки мужчина не отвечал. Кай не появился ни на следующий день, ни через два. Я с ума сходила от беспокойства, звонила Наташе и Герману, которые вообще были вне зоны доступа. Сходила к ним домой, но дверь мне не открыли. Я не могла спать, сидела в коридоре, чутко прислушиваясь к звукам подъезда, надеясь, что вот сейчас дверь откроется, придет Кай и все мне объяснит. Мама, видя мое состояние, на время забрала Ваньку себе, благо что теперь она рядом. Вика предлагала написать заявление в полицию, но у меня его не приняли. Я не законная жена. «Нагуляется-вернется» с гнусной ухмылкой отмахнулся от меня лейтенант. Я не верила, не могла поверить что он мне изменяет, что появилась другая, хотя образ Красноволосой все чаще представал перед глазами.

А на четвертый день с телефона Кая пришло сообщение «Мы расстаемся, ты мне больше не нужна! Квартира и деньги на карте – твои. Будь счастлива!». Я несколько раз перечитала, не в силах поверить, до конца не осознавая свою реальность. Сильно ущипнула себя за руку, надеясь проснуться от кошмара, остался синяк. В груди болело так, будто огромными раскаленными тисками давили, а слезы сами потекли из глаз. Звонила ему, но Кай не поднимал трубку.

Не верю! Не могу поверить! Схватила ключи и выскочила из квартиры. Доехала до офисного здания, где работал Кай, но очень вежливый охранник, краснея и запинаясь, сообщил что меня велено не пускать.

На негнущихся ногах я вышла на крыльцо, ноги не держали, села прямо на ступеньки и горько расплакалась, осознавая наконец что ничего мне не приснилось, он действительно меня бросил. Вот так, сообщением. Я не заслужила даже личного разговора.

В этот момент во мне что-то надломилось. Сломалось и не подлежит восстановлению. Он просто втоптал меня в грязь кирзовыми сапогами, наверное даже этого не заметив. Откупился квартирой и деньгами, четко озвучив мою цену. Ему просто стало скучно со мной, добился чего хотел и отправился покорять новые вершины.

Как доехала до подруги не помню, Вика, мягко говоря, обалдела, когда я, рыдая навзрыд, показывала ей сообщение, усевшись в грязном пальто прямо на полу в ее прихожей. Подруга крепко прижала меня к себе, давая проплакаться, потом помогла раздеться и проводила в комнату. В тот вечер мы напились, в первый раз с тех пор, как Кай закрыл меня дома после ссоры. Опять Кай… Как за такой недолгий срок в нашей с сыном жизни он стал настолько незаменим? Все события прямо или косвенно были связаны с ним.

Медленно приручал к себе, ловил как мышку в клетку, и, когда мышка смирилась и обжилась в своем новом жилище, просто выкинул в реку. Именно так я себя и чувствовала, тонущей мышью.

Я медленно подыхала, корчась в своей агонии. Боль и обида затмили все остальные чувства и эмоции. Не было радости, удивления, я даже не улыбнулась ни разу. Стала собственной оболочкой. И, когда мое тело делало привычные дела, душа разрывалась, металась, она хотела кричать, а я молчала.

Первые пару недель сохранялась надежда что Кай позвонит и мы поговорим, а потом и она погасла, вместе со мной. Внутренний огонек, который зажег Кай медленно потух.

Ради сына я старалась прийти в себя. Заставляла себя есть, ходить в душ, работать. На выходных пыталась развлекать сына, потому что Ванька все чаще спрашивал где Кай. И каждый его вопрос как лезвием по оголенным нервам. Где? Знать бы…

Я пробовала звонить Наташе, но она не брала трубку. Еще пару раз заходила к ним в гости, но дома никого не было. Часто днем я сидела возле окна, надеясь увидеть машину Наты или Германа, но все напрасно. Их не было! Может уехали отдыхать? Они давно собирались, но все никак.

Вика звонила и приезжала почти каждый день. От алкоголя я отказывалась, в моем случае он не спасал, а наоборот, усугублял эмоции. Становилось совсем невыносимо, а напиваться до умопомрачения я не умела.

– Боль проходит, Алиса, – говорила Вика, – Нужно время и она пройдет, обещаю. – Гладила меня по голове, словно маленького ребенка. И я кивала, делая вид что соглашаюсь, хотя точно знала, что именно эта боль уже стала частью меня. Впиталась в кожу, кости, внутренности, разливаясь ядовитой кислотой и заполняя собой все пространство.

Но человек ко всему привыкает, вот и я принимала боль как часть себя, уже не пытаясь с ней бороться просто жила.

Глава 27

Кай

Мерзкое пиканье его раздражало. Он с трудом разлепил глаза, пытаясь сфокусировать взгляд, получалось плохо. Голова раскалывалась, а тело не слушалось. Да еще и пить нереально хотелось, губы пересохли. Обвел мутным взглядом пространство вокруг себя, кафельные стены, белый потолок. Бесячее пиканье не прекращалось. Повернул голову, пикали какие-то медицинские аппараты. Он гулко сглотнул, память стала медленно возвращаться. Первая мысль была о его Потеряшке. Где она? Все ли у нее в порядке? Испугался.

Его достали люди Лютого. В самый неподходящий момент появились, суки. Он из ювелирного магазина выходил, Алисе кольцо купил, хотел предложение сделать. Прошло достаточно времени, она должна была согласиться. Кай кайфовал от нее каждый день, летел с работы домой, потому что она ждала. Всегда с мягкой улыбкой звала ужинать, с искренним интересом спрашивала как у него дела на работе…

А дела были хуевые. Вот прям совсем. Только не на работе. Саня ее, чтобы срок скостили, сдал всех своих подельников. Лютый зло затаил, Каю доложили что приказ дал Алису с Ванькой прикончить. Долго и мучительно, на камеру заснять и Сане в тюрьму отправить. А потом и ему хана бы пришла. У Кая везде свои люди были, вовремя доложили. У него тогда чуть пол башки седой не стала.

Алисе он конечно ничего не сказал, но охрану усилил по полной, лучше чем президента пасли. А он Лютому встречу назначил, поговорить цивильно. Но этот обдолбаный мудак руки распускать стал, ствол достал, пришлось принимать другие меры.

Война была, но по-тихому. Кай тогда все на Алису переписал, на всякий случай. Квартиру, машину, денег ей на счет перевел, что на всю жизнь останется и Германа предупредил на всякий случай, чтоб присматривал. Решил жениться по-быстрому и увезти ее, желательно за границу. Он бы тогда за ее безопасность не боялся и быстро все дела порешал.

Они сзади подошли, Кай успел среагировать, одному руку сломал, другому челюсть, пока третий ствол не достал. Это только в боевиках так, один всех побеждает и пофиг что пушки у каждого в руке. В жизни все по-другому. Два пулевых ранения и вот Кай в больничке отлеживается. Средь бела дня палили, придурки! Так не терпелось с ним покончить. Кай давно у Лютого как кость в горле, вот и пожертвовал самыми тупыми.

Кая затопила паника, Алисы поблизости не было, может и до нее добрались? Встать не получалось, тело слушалось плохо, а при каждой попытке двинуться в голове шумело. Так и не справившись с собой, мужчина отключился.

В следующий раз открыв глаза увидел у своей постели брата, тот сидел на стуле бледный, осунувшийся. Возле стены на табуретке сидела Наташа, облокотившись головой о кафель и прикрыв глаза. Алисы не было… Неужели его опасения правда? Не могла же она его бросить в таком состоянии? Или могла??

– Гера, – говорить было больно, скорее всего легкие задеты.

– Брат, мы чуть с ума не сошли, наконец-то, – Герман облегченно выдохнул.

– Где ОНА? – задал Кай самый важный вопрос. И нахмурился, потому что Герман побледнел и кажется даже стал ниже ростом. Что, мать вашу происходит? – Я жду! – покосился на Наташу, которая испуганно вжалась в стену, грозно глядя на мужа.

– Ну… В общем… – Герман мялся, прятал глаза.

– Она жива?

– Конечно, – Казалось брат удивился, – Жива и здорова. Я Лютого достал, брат! И всех его подельников. – Герман с удовольствием сменил тему. Новость хорошая, но вот только Кай задал другой вопрос и напряженно ждал ответа.

– Скажи ему, – едко сказала Наташа.

– Скажи что? – Кай почти рычал, даже боль перестал чувствовать.

– Ну… Я… В общем я с ней расстался, – огорошил Герман, у Кая глаза от удивления расширились. – От твоего имени. – Увидев в глазах Кая почти черную ярость, Герман зачастил, – Кай, нам врачи сказали что ты не жилец, тебе сутки остались, максимум двое. Мы прощались с тобой. А она? Ну зачем ей тебя хоронить? Пусть лучше ненавидит и… – Кай выпал в осадок! Он сейчас вообще серьезно говорит или шутит? Мужчина всерьез засомневался в умственных способностях брата, – Мне и Наташки плачущей за глаза было…

Если бы Кай мог, то поднялся бы и хорошенько надавал брату в морду. Но ему оставалось только яростно смотреть и стараться не так громко дышать, ибо больно.

– А я ему говорила, – вставила Ната, – но вы же сами решения принимаете! Она вообще-то моя подруга, как мне ей в глаза смотреть? Я в гостинице живу все это время, чтоб домой не ехать. Тимоху к маме отвезла, пока все не закончится. И не смотри на меня так, – гневно закончила она, глядя на Германа. – Она мне звонила, а мне трубку стыдно взять было. Теперь уже не звонит, – закончила она тихо, опустив глаза в пол.

У Кая внутри все перевернулось.

– Что ты ей написал? – он рычал, зло буравя глазами Германа. Тот озвучил свое сообщение слово в слово. – Герман, убейся сам. Потому что когда я встану, ты-не жилец, – клятвенно пообещал он. – Извиняться перед ней сам будешь!

Каю было страшно представить как Алиса все восприняла. Зная ее мнительность, да что там говорить, самооценка у его девочки пока хромает, на придумывала себе до черта гадостей. И как разгребать теперь? Звонить сейчас? Или Германа за ней отправить?

Кай был не в лучшей форме, но Потеряшку хотелось увидеть до ломоты в пальцах. Успокоить, сказать что любит.

– Сколько я в больнице? – хмуро уточнил Кай.

– Почти месяц, – Герман отвечал тихо, чувствовал что виноват.

Месяц? Целый месяц Алиса думает что он ее бросил? Что не нужна ему? Да ему проще руку отрубить тупым ножом, чем от нее отказаться.

– Едешь к ней, уговаривай как хочешь, но привези сюда, – Кай говорил сквозь зубы.

– Я уже у нее, – Герман пулей выскочил из палаты, Наташа довольно улыбнулась, а Кай опять отключился.

Проснулся, почувствовав чей-то взгляд. Открыл глаза, несколько раз поморгал, фокусируя зрение. На пороге палаты стояла Алиса, смотря на него испуганными глазенками и плакала. Он дернулся встать, нужно было срочно ее успокоить, но сил хватило только конвульсивно дернуться. Кай злился от собственного бессилия. Алиса осунулась, стала совсем прозрачная. А в глазах океан боли. Герману не жить!

– Я люблю тебя, – потом все остальное, нужно сказать главное. А она подбежала к нему, хаотично гладя то лицо, то плечи и разрыдалась в голос. – Не плачь, все хорошо, – Он говорил жестко, ему физически было плохо от ее слез.

– Ты меня бросил, – обвинительно сказала Алиса сквозь слезы.

Так, стоп! Она до сих пор думает что сообщение написал Кай? И все-равно приехала? Глянул на Германа, который виновато топтался на пороге, точно не сказал. Наташи поблизости не было.

– Скажи, – потребовал Кай у брата. Тот вздрогнул.

– В общем я это, сообщение написал. Алиса прости! Но лучше его ненавидеть чем хоронить. Твоего горя я бы не пережил, – частил Герман.

Потеряшка хлопала глазами, тыльной стороной ладони вытирая слезы. Смотрела то на одного брата, то на другого и что-то прикидывала в уме.

– Какого числа он попал в больницу? – прищурив глаза, спросила у Германа.

– Второго, – Она ненадолго задумалась, а потом глаза яростно загорелись. Ни слова не говоря, подошла к Герману и от всей души врезала тому по физиономии. Кулаком. Так, как Кай и сам хотел, только сил не было. Его девочка!

– Чтобы я тебя больше не видела, – предупредила она, прижав руку к животу. Ну кто так бьет? Только бы руку не сломала.

– Надо врачу тебя показать, – забеспокоился Герман, показывая глазами на Алисину руку.

– Тебя надо врачу показать, придурок, – зло выплюнула Потеряшка, – Психиатру. Я чуть с ума не сошла, ты понимаешь? – толкнула его ладонями в грудь, скривилась от боли в руке. – Ты даже не представляешь что я пережила! Ненавижу тебя! – У Алисы началась банальная истерика.

– Прости, оба простите, – нелепо извинялся бледный Герман.

Алиса вытолкала Германа за дверь и с силой ей хлопнула, подошла к кровати, все еще всхлипывая и вздрагивая всем телом. Забралась к Каю на кровать, аккуратно устроившись рядом, чтобы не задеть рану, и обняла за шею.

А, он с удовольствием вдохнув ее запах, отключился, точно зная что она его.

Эпилог

6 месяцев спустя.

Мы втроем выходили из здания ЗАГСа. Я, Кай и Ванька. Кай сделал мне предложение прямо в больнице, на следующий день после моего приезда.

Герман приехал ко мне ночью, открыл дверь своим ключом и велел срочно ехать с ним. Я не спала, на весь страшный месяц сон меня покинул. Ванька ночевал у мамы.

Мужчина ехал молча, а у меня не было сил спрашивать куда мы едем. Оказавшись возле больницы я насторожилась, подумала что с Наташей что-то случилось, а когда в палате увидела бледного Кая, опутанного трубками, с капельницей в вене, сначала не поверила своим глазам. Он выглядел настолько беспомощным, что сердце сжималось. И наплевать стало что бросил, все-равно бы ухаживала.

А когда Герман признался… Откуда только силы взялись? Руку не сломала, но ушибла сильно, пришлось накладывать тугую повязку. Кай, когда окреп, тоже младшего «приласкал» по-родственному. Герман долго радовал меня ярчайшей синевой под глазами. С Наташей мы сразу помирились, а вот с ее мужем я не разговаривала почти четыре месяца. Просто не могла. Вспоминала все свои чувства и замирала от страха. Вдруг Кай реально меня бросил, а я просто сплю и вижу счастливый сон где мы вместе.

Но мой мужчина каждый раз доказывал обратное. Сначала, когда не мог встать, просто нежно обнимал, гладил. Потом смог поцеловать. А когда окреп достаточно, мы самозабвенно занимались любовью прямо на больничной койке.

Ему пробили легкое и задели печень. Вселенское чудо что его вовремя привезли в больницу и врачи сотворили почти невозможное! Но первую неделю обнадежить ничем не могли, подготавливая родных к самому худшему сценарию. Но врачи просто плохо знали Кая, он всегда все делает по-своему!

Его выписали домой только через четыре месяца. Но мы сами виноваты, слишком нуждались друг в друге, чтобы сдерживаться. Врачи пытались нас образумить, но все попытки были тщетны. Я уходила домой только ночевать и то не всегда. Отводила сына в сад и бежала в больницу, чтобы уйти вечером за ребенком. А когда Ванька оставался у мамы, то и я ночевала в палате. Для меня даже принесли отдельную кровать, но спала я всегда только с Каем. Да, потом болели все мышцы, но я была настолько счастлива, что не обращала внимание. Что такое физическая боль после той душевной агонии, которую я испытала? И да, Кай очень просил меня снять спираль, «мы же в больнице, тут не далеко»!

Мы решили не делать пышное торжество, просто расписались. Кай очень хотел побыстрее сделать меня Ледневой, а я была на все согласна.

И нет, после пережитого он не стал менее властным, остался таким же гадом, как и прежде.

– Алиса, собирайся, мы едем подавать заявление, – Просто сообщил как-то утром.

И вот мы, счастливые молодожены, выходим из ЗАГСА, держась за руки. Я не могу удержать улыбку, радуясь как ребенок, смотря на счастливого тигра, который гордо шагает рядом со мной. Как же я его люблю…

* * *

В оформлении обложки использована фотография https://www.canva.com/design/DAD6j9xrvS0/j7vKN9g7I0FhT9KoI9oQkw/edit

Примечания

1

Artik pres. Asti – Тебе Всё Можно.

Вернуться