bannerbannerbanner
Название книги:

Кто сказал, что в мафии только мальчики? 11

Автор:
Елена Роговая
Кто сказал, что в мафии только мальчики? 11

000

ОтложитьЧитал

Шрифт:
-100%+

Привет, мои дорогие читатели!!!  В этой части мы в основном будем идти по личным отношениям героев между собой. Будет где-то легко, где-то сложно и непонятно, почему герои ведут себя так, но для любых поступков всегда есть причина, а обдуманна она или безрассудна, это уже другой вопрос. Предательство, любовь, ревность, страхи, непонимание и не только будут основой. И всё же дам искру и зажгу спичку в последних главах. Очень надеюсь, что все будут ждать продолжения и подгонять меня комментариями, тем самым вдохновляя ; ) Всем спасибо ОГРОМЕННОЕ, кто со мной на протяжении всего цикла романа. 

ВОЛКОВ

Выбравшись тогда из леса, мы сразу поехали в больницу. Вадим, наверное, следил за нами, не выключая телефона, и как только мы добрались до машин он начал названивать. Все, кто был в курсе, испереживались, но, услышав хорошие новости, аж выдохнули. Я не выпускал Соню из объятий. У неё ссадины на лице и разбита губа, но в целом она не пострадала. Больше, конечно, досталось Максу. Видно было, что он не был готов к такому мероприятию. В какой-нибудь стычке с пьяными мордами в баре он может быть и имел бы успех, но здесь его бы просто забили. Ему действительно нужно потренироваться и основательно. Вольский же с задачей справился. Но вопрос, какого хрена они там очутились, остался открытым и выяснение я решил оставить на потом. Троих ребят сразу увезли к Фролову, словили осколки, не заметив растяжек, но Черкасов пострадал больше всех. На шее у него был небольшой порез, но Фролов не стал накладывать шов. Пулю извлекли и плечо подлатали. Он потерял много крови, поэтому пришёл в себя только сутки спустя. Соня переживала и плакала, и мы по очереди с ней находились в палате. Плакала она не по нынешней ситуации, а из-за того, что могло произойти. У меня самого всё опустилось, когда я его увидел в таком состоянии и чуть сердце не остановилось, когда к его горлу приставили нож, поэтому я максимально старался принять удар на себя, а дело доделали Соня и Аслан. Они почти одновременно выстрелили и поэтому в пыльном чердаке того гада было две дырки, но, кто стрелял в Минаева младшего так и осталось загадкой. Никаких следов вообще не было обнаружено. Территорию зачистили с рассветом. Мин оказалось совсем мало, на всю поляну всего семь штук, больше было гранат и Аслан с Магой и несколькими ребятами Егора, пока вывозили тела, сняли все растяжки, а мины пришлось взрывать. Вернулись они тогда под вечер, но зато спасли жизни ни одному грибнику.

––

ВОЛЬСКИЙ

Когда всё закончилось и мы вышли с поляны, Соня обнимала всех по очереди, радуясь, что все живы и опасность миновала, а я чувствовал себя лишним на этом празднике радости. Макс это заметил и мы покинули это место, даже не попрощавшись ни с кем. Возвращаясь в город, Макс молчал всю дорогу, что было удивительно. Сказал лишь одно, что хотел бы начать опять тренировки. Я ещё несколько лет назад сказал, что зря он бросает бокс, но он сделал свой выбор и по итогу данной ситуации он теперь жалеет, а на следующий день он вплотную занялся поиском подходящего зала. Мне и самому не помешает продолжить заниматься, потому как не исключено, что в следующий раз противников будет не два, а больше.

––

АСЛАН

Вернувшись домой, я привёл себя в порядок и сразу лёг спать, потому как с рассветом нужно вернуться для зачистки. Ближе к полуночи начала названивать Софи, а до этого закидывала меня смс. Она беспокоится и ей нужно ответить. Я рассказал ей всё, чтоб она успокоилась. Как бы между делом спросила о Черкасове, но я не стал ей рассказывать, задумавшись при этом, а когда попрощались, она сказала, чтоб я быстрее прилетал в Дагестан, потому как для меня приготовили сюрприз, но какой именно она не рассказала, утверждая, что не знает, хоть я и допытывался. Закончив зачистку, мы с Магой вернулись в город. Я заехал домой принять душ и переодеться, собрал вещи и документы, и со всем этим делом поехал в больницу проведать Черкасова, а потом сразу ехать в аэропорт. В палате была Соня. Черкасов уже пришёл в себя. Его взгляд изменился, он уже не смотрит на меня со злостью и недоверием, а даже поблагодарил за спасение и в его словах слышна была искренность. Он спрашивал о Софи и после этого я ещё больше задумался, а Соня при этом улыбалась. Мы переговорили, попрощались и, добравшись до аэропорта, я улетел в Дагестан.

––

ВАДИМ

Через три дня мы прилетели домой. Соня к нам так и не вернулась и, как оказалось, её родители были в курсе, что она улетит и для чего тоже. Можно сказать, что она первый раз сказала им правду. Наверное, поэтому её отец и не стал препятствовать, хотя без сомнений они переживали оба и я это не сразу заметил. Соня специально оставила маячки, чтобы я не сразу чухнул и Стефан не использовал свои связи, чтобы остановить её, но это уже былое. И, что по итогу. Соколов сдох, стрелок и его отец тоже там же, и все счастливы. Мы выдохнули спокойно и занялись привычными делами без напряга уже, не озираясь по сторонам.

––

ЧЕРКАСОВ

От заботы близких людей мне становилось лучше и я старался не думать, что накануне мог расстаться с жизнью, не окончив важные для меня дела. Соня с Волковым постоянно находились рядом. Сергей приезжал тоже в перерыве между делами. Один раз, когда Соня осталась со мной наедине, она спросила о Ланской. Софи ни разу не позвонила и делаю вывод, что просто ей не сообщил Аслан, хотя я был бы очень рад даже её смс. Я не мог скрыть своих переживаний по этому поводу и это конечно не укрылось от Сони. Она одновременно радуется и также переживает за меня и скорее всего предпримет какие-то действия, чтобы мне помочь, но я попросил её этого не делать. Если у человека есть желание, то он без всякого толчка будет бороться, но у Ланской похоже оно отсутствует. Я открыл своё сердце и оно уже начало наполняться, но похоже придётся опять его запереть на ключ. Судьба, значит, у меня такая, страдать от неразделённой любви, только надолго ли меня хватит я не знаю. Соня говорила, что у Ланской чувства ко мне, но похоже она ошиблась.

––

ВЛАД

В Греции я всё своё время посвящал ребёнку, а, когда я ему не был нужен и он играл с детьми я мыслями возвращался в Россию. Ника упорно игнорирует меня и я уже начинаю сомневаться стоит ли проявлять настойчивость, когда её не хотят. Даже, когда девочки созванивались с ней и я просил с ней поговорить, она придумывала различные отговорки, чтобы не иметь со мной никакого контакта. Девочки уже поглядывали на меня с сочувствием, так как начали догадываться в чём дело, но я не хочу, чтобы меня жалели. Чувствую себя слабаком. Сделаю ещё одну попытку по приезду, найду способ встретиться с ней, а, если нет, то больше не буду надоедать.

––

НИКА

Каждый раз, когда не отвечала на звонок Влада, я плакала в подушку, если она была рядом. Ну, почему я такая идиотка? Боже, в кого я такая? Человек пытается объяснить, тянется ко мне и в его взгляде нежные чувства, но как вспомню его на той лахудре сверху в клубе на столе, сразу всё отшибает. Смотрит на меня нежно и одновременно укладывает другую под себя, как так-то? Я завалила себя работой, стараясь меньше думать об этом. Решительно настроена оправдать надежды Паши и всерьёз заняться делом. Уже веду переговоры с продавцами оборудования, начала закупать всё по мелочи и собирать документы. Работы очень много, не переедать словами сколько и, надеюсь, эти дела вытеснят полностью разные мысли из головы,  не касающихся работы, и я наконец-то вздохну свободно. Меня не будут давить переживания, погружусь в работу и всё будет прекрасно. Буду жить тем, чему дам новую жизнь и всё отброшу на задний план. Наверное.

––

СЕРГЕЙ

Всё закончилось. Можно вздохнуть полной грудью, но у меня почему-то не получается. По сути основные проблемы закончились, но появилась другая, которая не даёт мне покоя. Кто стрелял? Я даже не могу перебрать варианты, кто это, потому как не имею представления. Он выстрелил в нашего врага, решив тем самым нашу проблему, но друг ли он нам? Очень хочется верить, что не враг. Очень. Ещё и предположение Насти, замеченное в Греции, заставляет задуматься, но буду пока хранить это в тайне и собирать картину воедино. Настя привела, конечно, аргументов немного, но нужно разобраться. Это не плёвое дело, а очень серьёзное, итог которого удивит всех вероятно.

И, что у нас по факту. Неделю спустя Черкасов идёт на поправку и через пару дней его уже выпишут. Аслан ещё не вернулся из Дагестана и Ланская похоже тоже не спешит, а может её просто не выпускают, так как она противится замужеству. Халид тоже в Дагестане, но намерен уже возвращаться. Я, как обычно, мотаюсь по делам вместе с Соней. Перебрали тоже вместе накопившуюся кучу документов и отчётов и нам ещё помогал Вадим. Гипс снимут не раньше, чем через пару недель и он решил занять себя хоть каким, но делом. Волков уехал на три дня в район. Егор возобновил тренировки и чётко придерживается графика. Андрей и Влад встали в график в клубе. И помимо этих дел все ещё решают кучу других. В общем, всё, как прежде. Соня больше не говорила о Соколове и проблема сама сошла на нет видимо после подтверждения его смерти, но так я думал только в начале. Она искусно пытается меня убедить, что всё прошло, но это не так. Может это не мучает её так, как неделю назад, но отголоски остались и поэтому ненавязчиво хочу предложить ей сходить к специалисту, но даже это "не навязчиво" будет встречено в штыки, я думаю. Я пытался её разговорить, но не получил результата, которого хотел. Впервые. Она начинает закрываться от меня. Впервые. Это ранит и я очень не хочу этого.

– Сонь. – посмотрел я на неё в упор, а она сидела в кресле за столом и, подперев голову, читала документ

– Да.

– Ты доверяешь мне?

Она подняла голову и с неимоверным удивлением посмотрела мне в глаза.

– Что за вопрос? Не спрашивай у меня больше такого никогда. Слышишь?

 

– Ты не ответила.

Она сильно нахмурилась.

– В чём дело?

– Я задал простой вопрос.

– Да. "Доверяю" даже не то слово. Это большее и ты это прекрасно знаешь.

– Тогда почему ты закрываешься от меня?

– Не поняла.

– Раньше я тебя читал, как открытую книгу. Почему сейчас сопротивляешься?

– Ты намекаешь....

– Именно.

Она встала из-за стола и села рядом на диван.

– Я не закрываюсь, Серёж. Я просто пытаюсь затереть одну страницу, которую я не могу вырвать.

– Какую страницу?

– Ты знаешь....Честно скажу, я не избавилась до конца от образа Соколова. Я стараюсь…

– Но выходит не очень.

– Я молчу и делаю вид, что всё прекрасно, потому что не хочу, чтобы вы продолжали думать, будто я всё же выжила из ума. Вот и весь секрет, Серёж.

– Никто так не думал. Тебе въелся образ из-за пережитого, но это не значит, что ты сошла с ума. – я привлёк её к себе, а она пододвинулась ближе и положила мне голову на грудь, обняв при этом. – Я прошу тебя не скрывай хотя бы от меня ничего. Мне будет очень плохо, если ты закроешься. Рассказывай всё. Бредом считаешь или нет, но не молчи. Всё меняется. Время и с ним мы тоже, но я не хочу менять то, что есть у нас с тобой и что было. Наша связь, это что-то искреннее и чистое и я не хочу лишиться этого. Пожалуйста, не обрывай эту нить.

– Никогда…Ты навсегда останешься моим братом, который понимал мои мысли, лишь взглянув в мои глаза, но сейчас ты в них не смотришь, поэтому я скажу тебе кое-что. Только не говори остальным. Может ты посчитаешь это бредом, конечно, и будешь прав, но это моё мнение пусть и не подтверждённое.

– Ты о чём?

Она поднялась и посмотрела мне в глаза, чтобы чётко прочитать там моё мнение.

– Я считаю, что Соколов жив.

СЕРГЕЙ

После услышанного я даже не знал, что ответить и сильно нахмурился. Если я сейчас начну опровергать и настаивать на посещении психолога, она никогда мне ничего не расскажет больше. Закроется и я её потеряю. Нить оборвётся, какой бы крепкой она не была.

– Ты уверена? Ты его видела ещё раз?

– Нет. Не видела, Серёж. – наклонила она голову. – Я умоляю тебя, не изображай заинтересованность. Я вижу, что ты считаешь это идиотизмом и я тебя понимаю. Результаты вскрытия и моё слово. Понятно, чему верить. Я тебя не осуждаю. – встала она и пошла за стол, уткнулась в папку и начала её листать

– Сонь, почему ты так решила?

– Давай закроем тему. Я всё поняла.

Резко встаю и, подойдя к ней, нагло разворачиваю кресло и ставлю руки на подлокотники.

– Сейчас не важно, что я думаю об этом. Важно, почему ты так решила. Скажи мне.

Она швырнула ручку на стол и выдохнула.

– Ты хочешь, чтобы я сходила к психологу? Я сделаю так, как ты хочешь. Могу прям сегодня.

– Ты не хочешь отвечать или земля взорвётся, если скажешь?

– Я чувствую, Серёж. Чувствую. – постучала она по груди и хотела повернуться к столу, но я не дал, а потом протянул ей руку

– Пойдём.

– Куда?

– Вставай.

Она поднялась и мы, взяв телефоны, пошли к лифту.

– Куда ты меня ведёшь?

– Тебе нужны положительные эмоции.

– Мы не сделали работу.

– Не убежит работа. Поверь.

Не выпуская её руки, веду к машине, усаживаю и мы едем в парк, и на парковке она уже спросила.

– Только не говори, что мы будем кататься.

– А почему нет. – посмотрел я на неё и она улыбнулась

Мы пошли по аллее и, купив мороженое, дальше к аттракциону "колесо". Обошли все качели помимо экстремальных, а, когда накатались взяли хлеб уткам, вату сладкую, плед из багажника и пошли к пруду. На аллее я заметил знакомое лицо, но толпа подростков скрыла обзор и он будто растворился. Я даже усмехнулся, по тому как встал на место Сони. Проблема засела в голове и возможно он мне тоже мерещится.

– Серёж, всё хорошо?

– Да-да. Пойдём ещё возьмём мороженое и на пруд.

– Мы ещё вату не доели.

– Так ешь быстрее.

Она улыбнулась и взяла меня за руку. Уже у пруда я расстелил плед на поляне и мы пошли кормить уток.

– Мои утки нам этого не простят. – засмеялась она

– Мы им не скажем.

– Хочешь попробовать? – протянула она свой рожок с мороженым

– Хочу.

Она поднесла его к моему лицу и только хотела мазнуть мне по носу, но я перехватил её руку и мазнул ей.

– Вот ты хитрый какой. – сказала она, вытирая нос, и опять начала тыкать в меня мороженым, а я не стал больше сопротивляться

Вернулись мы домой под вечер, не заезжая больше в офис. Я отлично провёл время, как и Соня впрочем тоже, и я больше не стал забивать голову проблемами, освободив её до завтрашнего дня.

––

ВОЛЬСКИЙ

Я находился в городе и, проезжая мимо офиса Волковой, решил припарковаться недалеко. Машина её и Филатова, значит они здесь. Всю неделю мы не пересекались и даже не созванивались, и мне захотелось хоть краем глаза на неё посмотреть. Я ждал часа два не меньше. Они вышли вдвоём, держась за руки. Он усадил её в машину, улыбаясь ей искренне, трогаются с места и я, недолго думая, сел им на хвост. В парке я ходил за ними по пятам. Они счастливые и радостные оставили все проблемы на потом и, улыбаясь друг другу, проводят это время без забот. Как брат и сестра. Тогда я специально сказала ему, что он не брат ей. Хотел зацепить его, но теперь я понимаю, что был не прав. Он действительно ей самый настоящий брат и я рад, что он рядом с ней.

В один момент мы встретились с Филатовым взглядом, но я не метался, куда бы спрятаться, а смотрел ему прям в глаза несколько секунд пока молодёжь не перекрыла обзор. Я не стал больше теребить своё сердце и, посмотрев ещё раз на счастливое лицо Сони, пошёл к машине и вернулся в ресторан. Макс был в кабинете и о чём-то думал.

– Где был? – спросил он, глядя в одну точку

– В парке гулял.

– И что в парке?

– Людям хорошо там. Отдыхают.

– А ты отдохнул?

– Я не устал.

– Ууу. – протянул он без особых эмоций

– Что с тобой? Ты странный с того самого дня. У тебя всё хорошо? Не заболел?

– Всё нормально. – пошевелился он наконец

– Ты определился с залом или на выборе процесс и закончился?

– Я сделал вывод, что лучше Егора тренера нет.

– Какого Егора? – взял я письма и начал просматривать

– Того самого. Из команды Волковой.

Я удивлённо посмотрел на него.

– С чего ты взял?

– Да ты сам видел…Здесь секции для детей в основном, а бокс,…что бокс? Ты видел, как они там все работали в рукопашном. Смешанные. Я хочу на смешанные и Егор в этом профи. Ему можно не только своих тренировать, а иметь секцию для таких дрыщей, как я.

– Кто сказал, что ты дрыщ?

– Да мне и говорить не надо. Я и так вижу.

– Ты нормальный. Тебе только раскачаться нужно. Столько лет прошло.

– Да он всё равно меня не возьмёт.

– Ты уже разговаривал?

– Нет.

– А с чего такой вывод?

– А тут думать, что ли, надо "почему"? Мы им не друзья. Забыл? Или ещё аргументы нужны. И, Дэн,....мне кажется, уже пора заканчивать эту историю. Дальше в лес больше дров.

– Я знаю. Думаю, может на днях уже действовать.

– Завтра вернусь в район. Поищу там что-нибудь для себя.

– Что, даже не попытаешься поговорить с Егором?

– Я знаю уже ответ. – встал он с дивана

– Ты куда сейчас?

– Не знаю. Покатаюсь. – и он ушёл

События недельной давности дали толчок, чтобы усомниться ему в себе. Он грызёт себя, называя по-всякому, потому что не справился, от этого и хмурый ходит с того самого момента. Я не привык видеть его таким. За столько лет нашей дружбы я не видел его ни разу опустившим руки. Он никогда не сидел на месте, находил повод радоваться даже мелочам,…даже в проблемах он искал положительные стороны, но этот момент его сильно задел и я просто обязан ему помочь.

Я вышел из ресторана. Его машины на стоянке уже не было и я, сев в свою, поехал к их залу. Машин было очень много, но решительно захожу внутрь. Все были заняты делом, кто-то боролся парами на матах, кто-то занимался на тренажёрах. Приглушённо где-то что-то хлопало, наверное тренировались в тире. Я приблизился к матам и все, как один, оставили свои дела и повставали с мест, глядя на меня.

– Продолжаем. – крикнул Егор и подошёл ко мне. – Что за дело? – спросил он

Я протянул руку без надежды, что он её пожмёт, но он, даже не глядя, сжал её.

– Надо поговорить.

– Пошли.

Мы зашли в раздевалку.

– Слушаю.

– Я хотел поговорить по поводу Макса.

– А я здесь причём?

– Он хотел бы заниматься у тебя.

– У меня не секция. Я тренирую только наших людей.

– Я знаю, но в этом районе кроме тебя лучше никто не тренирует. И техника у тебя ни одного вида.

– Пусть идёт на бокс. Пономарёв отличный тренер. Сократит годы до месяцев.

– Он занимался раньше боксом, но много лет назад бросил. Ты по смешанным и он хочет именно к тебе.

– А почему он сам не приехал?

– Уверен, что ты его не возьмёшь.

– Слушай, Дэн, там на поляне, если бы не Саша на твоём друге станцевали бы. Здесь нужно уметь многое. Здесь вам не Москва. Он утратил навык, мышцы дряблые, деревянные. Работать ему нужно много. Ни один пот сойдёт прежде, чем он займётся борьбой.

Открылась дверь и я обернулся.

– Пап, я закончил. – сказал белокурый парень

– Разогрелся, давай на маты. И Марка возьми в пару.

– Хорошо.

Парень скрылся и я спросил.

– Сын идёт по стопам отца?

– Детям нужно координировать направление. По всем стопам за мной не надо ходить.

– Так ты возьмёшь Макса?

– Твой друг был правильно уверен.

– Это потому что нет определённости враги мы или друзья? Или Соня должна дать разрешение?

– Соня в такие дела не вмешивается. А насчёт врагов,....вы пока гнилушного нам ничего не делали, но и друзьями нас назвать трудно.

– Макс теперь единственный близкий человек мне и в следующий раз я не хочу его потерять.

– Простой совет. Не имея равных сил, не лезьте в проблемы. Особенно чужие.

– Я понял. Извини за беспокойство. – я пожал ему руку и вышел из раздевалки

Проходя мимо матов, я глянул на ребят. Три пары боролись и среди них был сын Егора и ещё один парень. Совсем молодые и я вспомнил нас с Максом в эти годы. Его сын подкачен и техника у него почти идеальная. Жаль Макс пролетел, а так бы стал бойцом лучше меня даже.

В ресторан я не вернулся, а поехал домой. Макс прав. Нужно возвращаться в район. Нечего здесь без дела обтирать косяки и надеяться на чудо, хотя имеется одно дело. Хочу купить дом, но подобрать его можно и у себя. Раньше был повод позвонить Соне, но сейчас такого не имеется и только остаётся тайно из-за угла наблюдать за ней.

Не успел я зайти в квартиру, у меня пиликнул телефон. Смс от неизвестного номера, но я сразу понял от кого.

"Завтра в 9:00, чтобы твой друг был, как штык в зале, с формой".

––

АСЛАН

Когда я вернулся в Дагестан и поехал к дому родителей, меня встретила Софи первая. Она бежала от двери до ворот с улыбкой и радостью, запрыгивая и чуть не сшибая меня с ног. Сердце таяло от нежности и я был счастлив. Конечно, мама была тоже рада, плакала и обнимала, а отец....отец, как всегда был сдержан и ограничился хлопком по плечу. Он дал мне передохнуть до вечера, а во время ужина решил выдать новость. Софи ни о чём не знала, её также держали в неведении и в процессе я подумал, что она вилку согнёт от ожидания приговора, но, когда отец выдал всё с весьма жесткой позиции без права апелляции, я чуть тарелку не расколол, воткнув в неё вилку, а Софи думал головой крышу пробьёт, прыгая от радости, что не её выдают, а женят меня. Но радовалась она недолго. Минут десять пока ругались со мной. Очередь дошла и до неё, только в её случае за дело взялась бабушка Софико, а это даже не Султан. Там попробуй только рот открыть. И вот мы на пару с Софи уже больше недели живём в домике в горах в качестве протеста, но при этом тормозить никто не собирался. Остальные готовятся, будто так и надо и ещё без стеснения подгоняют с выбором. Мне дали тогда за ужином две фотографии и сказали выбрать одну. В срок не определюсь, выберут за меня, но я не буду выбирать. Пусть, что хотят делают, но я не собираюсь принимать в этом участие. Вот только у Софи всё сложнее.

– Ну, что делать? – подошла она и села рядом на ступеньку крыльца

– Ты уже неделю задаёшь этот вопрос.

– Потому что ответа не слышу.

– По-моему и так всё ясно. Я не собираюсь нести ответственность не за своё решение.

– Предлагаю по-тихому свалить.

– Без документов?

– Когда нас останавливали ограничительные меры....Двадцать первый век на дворе. Почему нас заставляют?

– Меня понятно почему, а ты, похоже, прицепом пошла. Они хотят для нас блага.

 

– Сдалось нам это благо. Я не намерена сидеть и ждать. Я уеду. Вернусь обратно. Документы фигня.

– Страшнее гнев бабушки Софико.

– Вот зачем ты мне это сказал сейчас.

Я пил коньяк и предложил ей, молча поднеся стакан. Она посмотрела на янтарную жидкость и сморщилась.

– Не хочу.

– Ты меня уже неделю удивляешь своим отказом.

– Предпочитаю продумывать план побега нежели бухать от безысходности.

– И, как план? – поставил я стакан

– В зародыше. – сказала она задумчиво, подперев голову рукой и я усмехнулся

За бугром поднялась пыль на дороге и через минуту подъехала машина. Водитель вышел и, улыбаясь, подошёл к нам.

– Всё протестуете и страдаете? – спросил Халид и пожал мне руку

– Я нет. Я уеду. – сказала Софи. – Ты привёз?

– Привёз. – достал он из внутреннего кармана пиджака паспорта

– Ты просила его сделать документы? – спросил я

– Конечно. А ты думал я буду сидеть и ждать радостного для остальных дня? – она открыла паспорт. – Сакинат? – удивилась она

– Что смущает? Отличное имя. Специально для тебя выбирал. Означает "спокойная". Может придуманное мной имя, хоть как-то положительно подействует на твой скверный характер.

– Хрен с ним. – махнула она. – Виза готова?

– Да.

– Спасибо за свободу....Ты чего не радуешься? – обратилась она ко мне

– Я радуюсь.

– Халид, ты когда улетаешь? – спросила Софи

– Через пару дней.

– С тобой полетим. Как, кстати, твоя невеста поживает?

Я усмехнулся и сделал глоток.

– Нет у меня невесты. – нервно ответил он

– Понимаю. Тебе повезло больше нашего однозначно.

– Вы только пьёте или иногда едите что-нибудь? – перевёл он тему

– Есть хочу. Хотела в магазин сгонять.

– Не надо. Я всё привёз. – Халид пошёл к машине и Софи с интересом за ним

Они достали пакеты и блюда с готовой едой завёрнутые в фольгу.

– Шашлык? – спросила радостно Софи, учуяв запах

– Разумеется.

– Боже! Я тебя обожаю.

– Меня или Всевышнего?

– Обоих, хоть и не понимаю второго иногда за то, что подкидывает обстоятельства вообще не в тему.

– Жизнь без сложностей это рай, а мы его явно не заслуживаем. – сказал Халид, выдохнув

– Пошли есть, иначе я вас обоих съем сейчас. Заодно покажешь свою невесту. Прям раздирает любопытство.

– Нет у меня никакой невесты. – хлопнул он сильно дверью

– Я бы на твоём месте подумала хорошенько.

– На своём лучше подумай.

– Я-то ещё молода. Время есть.

Халид молча всплеснул рукой в возмущении, а Софи рванула в дом с блюдом шашлыка.

– Как ты её не прибил ещё. Я бы с ума сошёл за неделю. – сказал Халид

– Рука иногда чешется, но не поднимается. Тешу себя надеждой, что в одном доме я с ней не навсегда. Хотя она немного спокойнее стала,…каким-то волшебным образом.

– Ты просто адаптировался уже....или абстрагировался. – улыбнулся он

Мы поужинали. Софи достала Халида и он наконец показал ей фото женщины, которую ему сватает Мурад. Он рассекретил информацию и рассказал о ней немного. Самостоятельная, самодостаточная, по мнению Софи симпатичная и по её же мнению, что надо брать, но это только по мнению такой же женщины. Если руководствоваться её советом, то с лёгкостью можно обзавестись конкретной головной болью, поэтому Халид не спешит, вспоминая эту же боль, когда Жасмин жила с ним под одной крышей, а если вписать ещё и Софи, то, мне кажется, у него желание отсутствует вовсе.

Чуть позже Халид уехал и я пошёл тренироваться к мишеням. Софи за компанию тоже попыхтела немного и пошла в дом, а когда я вернулся, увидел её сидящую на диване и смотрящую в телефон. Подошёл ближе и посмотрел, что она смотрит, но там был чёрный экран.

– Ты спишь с открытыми глазами, что ли? – спросил я

– Нет.

– Что с тобой?

– Ничего. – бросила она телефон на диван

– Кому-то звонила?

– Нет.

– Хотела позвонить?

– Нет.

– Софи я хотел спросить у тебя, если нет секретов между нами.

– Расскажу тебе всё, как на духу.

– В кого ты влюблена?

Она ответила не сразу.

– Ни в кого.

– Ты сейчас два раза соврала.

– С чего ты вообще взял, что я влюблена?

– Черкасов сказал.

Она аж выровнялась, сидя.

– Паша? А что он ещё сказал?

– Что ты не один раз говорила об этом человеке....

Было видно, что ей прям полегчало после этого и она расслабленно облокотилась о спинку.

–....Или есть ещё что-то? – спросил я

– Нет. Ничего.

– Ну, так кто он?

– Просто парень. Хороший, галантный, представительный, но он меня не любит, может и ненавидит. Так что закроем тему.

– Я его знаю?

У неё забегали глаза и чувствую, что сейчас соврёт.

– Нет.

– А где познакомились?

– В Лондоне.

– Англичанин?

– Почти.

– Почти?

– Боже! Какой же ты любопытный. Никогда не замечала в тебе такой черты.

– Я не любопытный. Ты просто врёшь мне в наглую. Хотел проверить до какого уровня враньё дойдёт.

– Вот любопытный и есть.

– Ты мне не доверяешь или боишься признаться?

– Да какая разница, кто он. Чувств там нет и не будет, и в этом я сама же и постаралась. Так что долой из головы, переворачиваем страницу.

– Забыла упомянуть сердце.

– Что сердце?

– Не вычеркнешь из сердца, не вычеркнешь из головы.

– Ты явно знаешь, о чём говоришь.

– Представь себе.

– Я пытаюсь. И можешь припомнить мне, что обещал.

– Что, настолько глубоко всё засело?

– Я скучаю по нему до такой степени, что еле сдерживаю себя, чтобы не названивать, одновременно зная, что я ему не нужна. Представляешь?

– Это ещё не любовь.

– А когда ты обожаешь его запах,…это любовь? – задумалась она

Я сел рядом и обнял её.

– Любовь-любовь. Теперь ты меня понимаешь?

Она закивала, обняв меня за талию.

– Ты сказала, что "может ненавидит". Почему?

– Я вела себя с ним, как стерва последняя, а к такому нежные чувства явно не возникнут.

– Значит он хороший, галантный и представительный. И как Черкасов с такими качествами может ненавидеть тебя?

– Мне так кажется. Да я даже уверена в этом. – она соображала пару секунд, а потом как вскочит резко, и глазами на меня зырк

Я только засмеялся.

– Значит, это всё же Черкасов. – сказал я

– Нет.

– И мне кажется, ты ошибаешься. Если бы он тебя ненавидел, то не спал бы с тобой в одной кровати.

Её лицо залило краской и даже испугом.

– Откуда ты знаешь?

– Когда я приезжал ночью увидеть тебя и разговаривал с ним насчёт этого. Скрывать не буду. Я сказал ему, чтоб не давал тебе ложные надежды, если серьёзного нет ничего. Ты выходишь замуж и тебе это ни к чему. Он пообещал этого не делать и надеюсь он не нарушил слово.

Она стыдливо отвела глаза и я нахмурился.

– В чём дело? – спросил я

– Ни в чём.

– Посмотри на меня. – но она не слушается. – Посмотри на меня. – подвигаюсь ближе и хватаю её за подбородок, чтобы посмотреть прямо в глаза. – У вас что-то было? – молчит. – Между вами что-то было?

Она поджимает губы и стыд сменяется мольбой.

– Я сама его об этом попросила.

– Что?

– Да. Я люблю его и сама попросила.

– Ушам не верю. – вскочил я

– Я взрослая и сама решаю.

– В этом ты наивная. Как можно было предлагать себя человеку? – закричал я

– Я люблю его и хотела узнать, как это бывает с любимым человеком.

– Он воспользовался твоим доверием и после даже весточку не дал…Хорошо, что Халид скоро вылетает. Хотя лучше вылететь раньше. – сказал я нервно

– Ты о чём?

– Я поговорю с Черкасовым.

– Не смей, слышишь?

– Посмею и пусть он теперь объясняет.

– Нет. Ты ничего ему не сделаешь или клянусь, это наша последняя встреча.

Я смотрю в её глаза и там полная решимость к действию. Она сделает, что обещает и это не пустой звон. Я немного успокоился, чтобы не давать ей большего повода к ещё обещаниям и, подойдя взял её лицо в ладони.

– Ты защищаешь человека, который воспользовался тобой.

– Он не такой. Это же Паша. И он подарил мне то, чего я больше не познаю никогда. Понимаешь?

В глубине её глаз горит огонёк любви, но что будет, если он потухнет. Он дал ей надежду вопреки своему слову и одновременно снял с себя ответственность, обрекая её на уныние и страдание.

– Пообещай, что ты не будешь чинить с ним разборки.

– Убивать не буду. Не переживай.

Услышав обещание, она сразу остыла.

– Не злись на меня, прошу.

Я обнял её крепко-крепко.

– Какая же ты глупенькая....моя Софико.

Я что угодно ей пообещаю сейчас, но он не уйдёт от ответа. Пусть не сейчас и не завтра, но разговор состоится однозначно, а может и не только.

СОНЯ

Я вернулась домой в прекрасном настроении. Мы отдохнули, повеселились, подурачились. В общем, провели беззаботно время. Решила больше сегодня не возвращаться к делам и погулять с детьми. Зайдя, я пошла на кухню попить воды, налила, сделала глоток, одновременно ощущая присутствие рядом.


Издательство:
Автор