Поли Рай
Где горизонт сменяет небо океаном

Глава 1

– Что это вообще за чувство, когда скучаешь до сильной боли в груди?

– Это когда кто-то уходит и не возвращается никогда…

Это история о тех, кто изменил цвет неба, нырнув в океан своей мечты, дополняя жизни друг друга.

Огромный океан, который описывал мне отец, показывая картинку из журнала, не казался голубым или солёным. Звук пролетающих над голубой гладью чаек сравним с тишиной, что окутывала коридоры этого места. Я не почувствую запаха настоящего океана и никогда не попробую его на вкус. Просто знать о нём – кажется таким недостаточным, будто что-то мешает поступать кислороду в кровь, диктуя время вдохов и выдохов.

Все, что я вижу, слышу или чувству - в пределах этого места. Все, что я знаю – лишь моё скудное воображение, не выходящее за рамки металлических ворот, за которыми меня ждёт приговор. Но однажды все изменилось, когда я нашла потайной ход, и имя ему – Клара.

Я всегда хотела попробовать быть той, кто живёт без сожалений, пользуясь шансами и мигами, которыми одаривает нас жизнь. Испробовать всю еду мира, забраться на вершину горы и остаться без сил, прыгнуть с парашютом, крича, что есть мочи, сложить самую огромную мозаику в мире – всё это часть мечты, которая медленно исчезала, расшатывая моё представление о жизни и её шансах, как нечто прекрасное и судьбоносное.

Я перестала жить так, как хотела, потому что не могла. Или же я просто постепенно лишалась желания жить? Оставалось лишь ждать до тех пор, пока моя вера в жизнь уйдёт так же быстро, как и сама жизнь. Это ожидание мучило сильнее и сильнее, приближая то, что называют «концом пути». И как же печально, когда «конец» приходит так быстро, отдаляя тебя от «начала», которое ещё не успел ощутить в полной мере.

Клара стала моим началом, моим светом и другом. Я встретила её в парке детского хосписа, где лежала с вечно непроходимой простудой, как называли её мои родители. Но я уже знала, что со мной не так. Здесь множество детей таких же, как и я. К ним каждый день приходят мамы и папы, бабушки и дедушки, сёстры и братья. И каждый раз, когда они покидают стены этого здания, я будто слышу тихие всхлипы, заполняющие тишину за оградой.

Клара выделялась среди остальных детей. Она ни с кем не играла, ходила вечно одна, но всегда весёлая и улыбающаяся, словно весь мир был загадкой, от разгадки которой жить в полной мере не составляло проблемы. Пряди рыжей копны волос вечно выбивались из пучка и создавали весёлый хаос на голове. В кристально-голубых глазах отражался океан с множеством рыбок в виде блеска. Худенькую фигуру подчеркивало необычное платье со звёздами у самого подола, словно само небо расстилалось на ткани, а в ушах красовались серёжки-киты, от колыханий которых казалось, будто они плыли.

В тот самый день я сбежала из палаты. Живя в четырёх бетонных стенах, начинаешь невольно задыхаться, ощущая себя рыбой на берегу океана, не способной доползти к единственному источнику спасения. Место, где не видны высокие стены и металлические ворота- это парк в северной части хосписа, который я втайне ото всех посещаю как лечебный кабинет. Устраиваться под кронами огромных деревьев, читая книгу или рисуя в альбоме – своего рода терапия, помогающая не думать о суете вокруг.

Мы встретились с Кларой в пасмурный день, когда тучи на небе перестали казаться скоплением мягкой, белой, сахарной ваты, больше походя на грязные разводы. Она сидела на огромной ветке, которая под весом маленького тельца готова была сломаться, что неестественно для сильного и могучего дерева с широким стволом.

– Эй! Осторожно! Ты же упадёшь! – не успела я до конца окликнуть её, как ветка треснула и полетела вниз вместе с обладательницей рыжих кудрей. Но вместо воплей и слёз я услышала звонкий смех, раздававшийся на всю округу.

– А-ха-ха. Здорово! Я так ещё никогда не падала, – не могла понять, была ли она в порядке, раз после такого падения улыбалась и радовалась.

– Ты точно в порядке? – протянула я ей руку.

– В полнейшем. Я в таком порядке никогда в жизни не была! – она восторженно опрокинулась назад и упала на траву, поднимая к небу альбом для рисования, держащий в руках. Он чем-то напоминал мой, который потрепался и износился слегка. – Небо сегодня просто чудесное, как бездонный океан, в который хочется нырнуть с головой, погружаясь на глубину и созерцая всю его красоту. Ты так не считаешь?

Я посмотрела на небо. Уже очень давно оно было простой пеленой, что в моём понимании возвышалось над всем миром. А ведь когда- то я мечтала улететь так далеко, чтобы небо перестало быть этим куполом над головой.

– Небо как небо. Ничего необычного. Лишь нагоняет тоску.

И я была полностью права. Тоска одолевала меня сегодня больше обычного, придавая тревожности.

– Ты и вправду не видишь, насколько оно волшебно и безгранично?

Она резко вскочила и прильнула своим носом к моему, отчего мне стало неловко, произнося снова свой вопрос:

– Правда не видишь?

Меня отшатнуло.

– В этом месте небо для всех одинаковое. Разве оно может быть каким-то другим? Небо для меня давно уже не голубое, а его безграничность сошла на нет.

Я засунула руки в карманы.

– Конечно может! – девочка вытянула руку над головой, словно пытаясь схватить кусочек неба. – Там, где горизонт сменяет небо океаном, возможно всё. Поверив в это, твои желания исполнятся, а мир преобразится.

Её глаза горели этими словами, будто ничего правдивее она в жизни не говорила.

– Какой же это бред.

Я не хотела верить в нечто несбыточное. Это своего рода уже заранее прогоревший шанс.

– Ты правда так думаешь? – в глазах проснулся азарт.

– Я это знаю, – ответила я, настаивая на своём.

– Как тебя зовут?

– Анна.

– А меня Клара. Будем друзьями?

Она протянула руку для рукопожатия. Я сделала то же самое. Стоит отдать должное, её энергия лилась через край. Мне бы её задорность и живость.

Не успели мы соприкоснуться, как в груди всё сжалось от сильной боли. Такое часто случается, а в последнее время боли усилились.

– Всё хорошо, Анна? – глаза Клары забегали в разные стороны.

– Всё замечательно, – снова вру сама себе.

Я выпрямилась и все же пожала руку. От внезапного сильного ветра заколыхались деревья и трава, а с неба тысяча тонких игл устремились к земле, наполняя воздух той влагой, которой не хватало уже несколько дней.

– Ура! Дождь! – я схватила руку Клары и оттащила ближе к стволу дерева.

– Чему ты радуешься? Это же просто дождь. Мы сейчас промокнем до нитки и нам влетит от смотрителя.

– Это не просто дождь. Это внезапный дождь! Сейчас мы можем пройти туда без труда, – Клара указала пальцем в небо.

– Куда?

И тут действия Клары заставили усомниться во всем, что я когда-либо читала или слышала, растворяя все привычные стереотипы. Она схватила меня за руку и рванула в пелену из дождя. Откуда ни возьмись в воздухе появились полупрозрачные ступеньки, что переливались в свете солнечных лучей, прорывающихся сквозь облака. Мы запрыгнули на них без труда, стремясь вверх. В голове тысяча и одна мысль и все о происходящем. Стоило опустить глаза вниз, и Земля превратилась в крошечную черепашку, медленно проползающую мимо ног.

– Что происходит!?

Небо становилось к нам ближе, а его размеры поражали. Сейчас казалось, будто мы летим вниз к океану, преодолевая ступеньку за ступенькой, отдаляясь от неба под названием «Земля».

Улыбка на лице Клары не исчезала, а рука всё ещё крепко сжимала мою, утягивая в неизвестное. На секунду я заметила за спиной этой хрупкой на вид девочки крылья, которые вмиг растворились среди тёплого дождя.

Мы поднялись к небу на расстоянии вытянутой руки. Или же это был океан? Я не могла понять и смотрела то на полупрозрачную гладь, то на Клару. Хотелось узнать, что же за ней, но так страшно.

– Ну же, протяни руку! – выдала Клара очень громко, отчего голубая пелена заколыхалась как вода в стакане.

Я протягиваю руку вперёд осторожно, с опаской, но с большим желанием узнать, что же там такое? Как если бы маленький ребёнок, только что начавший узнавать этот мир, стал пробовать все на вкус и ощупь. Для меня это было ново, необычно, и, кажется, нереально.

Вдруг, откуда ни возьмись перед лицом возникает мордочка не то рыбы, не то зверька, издавая тихий писк. Не успела я сделать вдох, как меня захлестнуло волной в мир, где неизведанное и интригующее забиралось в каждый уголок тела. Может быть теперь, что-то изменится?

Глава 2

Я никогда не видела ничего подобного, разве что в своём скромном воображении. Над головой до самого горизонта и даже дальше простиралась земля. Необычайной формы и цвета дома колыхались вместе с травой и деревьями, до которых, мне кажется, дотянуться рукой не составляло труда. Под ногами огромный, сияющий в лучах послеполуденного солнца, океан. Его шум не сравнится с шумом того океана, который я видела по телевизору, а запах и вовсе мне не знаком. Такой приятно- солёный, заполняющий всё тело при глубоком вдохе.

– Клара, где мы?

Она стояла ко мне спиной.

– Как удивительно! Анна, это так удивительно! Я и не знала, что ты создала нечто подобное.

Клара обернулась ко мне. Лицо расплывалось в улыбке, а глаза блестели ярче драгоценных камней.

– Я?

– Да! Ты! Это же твой мир! Все, что здесь есть- это твоё воображение.

Я не совсем понимала, о чем она говорит, но её слова имели смысл. В них не было лжи, лишь чистая искренность. В такое хочется поверить. Присмотревшись получше, я заметила пару деталей, от которых захватило дух. Под ногами, в глубине океана, двигаясь в вихре, сверкало множество камней. Я присела на корточки, погружая руку в воду, чтобы ухватиться за один. Он переливался в лучах, создавая интересный рисунок по всей своей форме.

– Ого, что это?

Клара протянула палец и погладила камешек. Вдруг внезапно он зашевелился, издавая слабенький писк.

Я преподнесла камень к лицу. Его на вид прочная поверхность дала трещинку, из которой пробилась мордочка, смотря огромными глазами прямо на меня.

– Интересно, что это за рыба? – Клара пыталась перебрать в голове всех обладателей плавников и найти нужное создание, но было бесполезно.

– Это не рыба, – я смотрела на собственное творение, – это черепаха.

– Черепахи выглядят не так.

Клара склонила голову на бок.

– Когда мне было шесть, – воспоминание само всплыло в голове, – я нарисовала что-то похожее мелом на асфальте у ворот своего дома, в котором раньше жила.

– Аааа…так вот почему она здесь. Это твоя фантазия из детства. Довольно интересное и причудливое животное.

– Тогда я и не знала, как выглядят черепахи, но очень хотела завести себе одну, – Анна погладила зверушку.

– И как, завела?

– Нет, но родители купили мне книгу по зоологии, там я и нашла всё о черепахах.

Стоило нам осмотреться, восхищённо ища что-то, что было не на столько удивительное, как вдруг всё вокруг задрожало.

– Землетрясение? Это тоже часть твоей фантазии, Анна?

Клара указала на огромные потоки воды за моей спиной, что взбунтовали всё вокруг. Океан покрылся волнами, принося не только лёгкую морось с Севера, но и странные звуки. Я уронила черепашку в воду, где она снова заблестела и приобрела форму камня. Мы огляделись по сторонам и увидели, как огромные ляпистые скалы возникли из воды.

– Анна! – Клара от восторга запрыгала на месте. – Это же киты! Киты! Но, – она перевела взгляд на меня, – почему они такого цвета?

Мне бы и самой хотелось знать, почему я представляла эти создания именно так? Не совсем пропорциональное тело усыпано фиолетово-розовыми пятнами.

– Я не видела их вживую, но всегда думала, что такой цвет для них куда веселее.

На лице показалась улыбка. Наверное, моя первая улыбка за последние два месяца.

– Я рада, что ты улыбнулась, Анна.

Странно, но стало хорошо от её слов. Кто- то и вправду может быть рад, что я улыбаюсь.

– Пошли! Мы просто обязаны на них покататься. Всегда мечтала это сделать.

– Что??? Клара, нет. Это опасно! – она снова схватила меня за руку.

– В твоих мечтах нет ничего опасного, Анна. Твои мечты – это прекрасно!

Тело начало заполнятся тем теплом, которого раньше не хватало. Словно что-то давно утраченное проснулось и теперь готово жить.

Клара аккуратно взяла мою руку, уводя в сторону китов, которых, похоже, очень любила. Сейчас я снова захотела попробовать жить. А все потому, что появился человек, идущий рядом со мной.

Сейчас мне кажется, что небо и вправду прекрасное, как говорила Клара. Похоже, ракурс изменился после встречи с ней. Спасибо за это.

Глава 3

Вблизи киты казались огромнее, чем десятиэтажный дом. Кожа напоминала скалистую поверхность, но весьма специфического цвета, усыпанная цветными камнями, ракушками и кораллами. Никогда не думала, что увижу их так близко и даже смогу потрогать.

Я не имела ни малейшего понятия, как Клара собиралась подняться наверх. Но похоже, проблема решилась сама по себе. Над нами возникла внезапная тень, и что-то уткнулось прямо в макушку моей головы.

– Человеки, садиться не собираетесь? – на нас метров с десяти смотрело странное существо с кучей островков по всему тело. Руки, ноги и голову будто обвивали лианы с множеством мелких цветков, что распустились и издавали приятный ванильный запах.

– Анна, кто это?

Клара ходила вокруг него, разглядывая и трогая все, что только можно.

– Это же Руд! – невольно выкрикнула я от удивления.

– Кто?

– Руд! Средство передвижения во время дождя. Его я придумала в прошлом году, когда весь день, не переставая, за окнами хосписа лил сильный дождь. Тогда мне казалось, что сделать его ходячим деревом, довольно неплохая идея. – Мне отчего-то стало немного смешно. – А-ха-ха… Стоило уделить больше внимания его внешнему виду, смотрится как- то грозно.

– А-ха-ха…И вправду. А эти башмаки, ты только посмотри на них, – Клара постучала по твёрдой поверхности башмака, – они же просто огромные. Явно, не мой размерчик.

Клара подняла правую ногу и указала на свою обувь, что была в сотни раз меньше.

– Человеки, садиться не собираетесь? – глаза Руда периодически моргали, а лицо казалось каменным, не изображая никаких эмоций.

Клара схватилась за выступающую часть на ноге Руда и ловко запрыгнула на островок, немного испачкав своё платье. Я никогда особо не отличалась хорошей физической подготовкой и такой пируэт, как подруга, навряд ли проверну.

– Ну же, Анна, – она протянула мне руку. – Я помогу. Хватайся!

Я схватилась за руку и, благодаря резкому рывку, оказалась на островке. Как только мои ноги оторвались от земли, Руд сдвинулся с места, устремившись на спину кита, хватаясь за любые выступы на коже. Все то время, пока мы ждали нашей остановки, Клара разглядывала с большим энтузиазмом виды вокруг, реагируя на них весьма эмоционально, будто ничего подобного никогда не представляла.

– Анна! Анна! – подозвала она к себе. – Что это такое? – она указала на пролетающую мимо нас штуковину, которую я бы назвала птицей, но не стану.

– Дай-ка подумать.

Я попыталась напрячь клетки своего мозга и всё же вспомнить, в каких порывах было придумано это чудо с крыльями.

– Кажется, это было недавно. Кто- то из работников хосписа рассказывал историю о птице, что имела несколько голов и хвост как у змеи. Она могла смотреть сразу во все стороны. Наверное, я представила её себе именно так, как считала нужным.

– Интересно, однако, это: смотреть сразу во все стороны. Если бы у меня было столько голов, то шея бы жутко болела. – Клара почесала затылок.

– С этим я, пожалуй, соглашусь.

Подруга схватилась руками за подобие перил и, немного перевесившись за них, крикнула что было мочи:

– У меня теперь есть такая замечательная подруга! Анна, не переставай мечтать! Никогда! Слышишь?

В груди что-то сжалось. Нет, это не та боль, которая приходит ко мне каждый день, забирая по капле остатки моей жизни. Это что-то невообразимо новое, то, что даёт надежду стараться жить дальше. Это друг. Мой первый, настоящий друг…

Глава 4

– Почему Кит не плывёт?

Клара металась из стороны в сторону, топча мелкую травку и ракушки под ногами.

– Наверное потому, что уже начинает темнеть. Возможно, они засыпают ночью точно так же, как и мы?

Я осмотрелась в поисках места, где мы могли бы переждать ночь, но похоже, здесь любое напоминающее ночлег сооружение отсутствовало.

– Хмм… Я думала, что Киты никогда не спят, а вечно бороздят океаны.

Клара плюхнулась на землю, подгибая коленки под себя. Со стороны могло показаться, что она похожа на ребёнка, но в этом детском личике я словно увидела вторую себя, ту, что вечно боится быть сильной.

– Им тоже нужен отдых.

– А отчего они устают?

Я присела рядом ближе к ней, ведь к вечеру уже холодало. Рядом как- никак теплее.

– Ну как же. Они живут, а жизнь не так проста и легка.

– Мне кажется, что их жизнь полна свободы. Ведь когда ты свободен, право выбирать в каком направлении идти, остаётся за тобой. Разве это не так, Анна? – Клара посмотрела на собеседницу.

– Ты права, но жизнь заставляет нас задумываться о том, что мы делаем и чего сделать не можем. Поэтому не всегда путь, который мы выбираем, приводит нас к нужной цели. Но в этом есть и свои плюсы.

– Какие?

– Идя по выбранному пути, судьба преподносит нам сюрпризы и помогает встретить нужных людей.

Я словно начала высказывать всё, что накопилось внутри за долгие годы. Всё то, что я хотела сказать миру, но не решалась, я говорю Кларе. Ведь сейчас она тот самый мир.

– Нужных людей? В смысле добрых людей?

– Нет, именно нужных. Это не обязательно добрые люди, – я слегка улыбнулась. – Нужные люди помогают нам делать выбор, а зачастую и влияют на него. Это те, кто поддержат тебя в трудную минуту, сказав слова, которых ты ждешь. Или же это могут быть те, кто отвернётся от тебя, ни сказав ни слова, тем самым ты сможешь понять и увидеть то, чего раньше не замечала.

– А родители? Это нужные люди?

– Конечно! Самые нужные. Они ведь, – голос сошёл на еле слышный шёпот, – любят тебя.

– Анна, а твои родители тебя любят?

Я часто думала об этом сидя в палате, читая книгу, съедая свой завтрак и даже когда засыпала, поджимая коленки к груди. Мне не хватало смелости сказать себе, что меня кто- то любит. Но я никогда не чувствовала обратное. Всегда, даже когда их глаза были пустыми, они смотрели на меня с любовью. Так мне казалось.

– Да. Думаю, да. Правда, я и не помню уже, когда последний раз видела на их лицах счастливые улыбки. Те настоящие улыбки, которыми заражаешься и от которых хочется подойти и обнять. А ведь и вправду, когда они улыбались мне? – лицо подруги заметно изменилось. – Они не улыбались мне с тех самых пор, как…– я замолчала.

– Не только улыбка может говорить о любви. Разве, когда они плачут от счастья- это не любовь? А когда злятся или грустят из- за тебя- это не говорит о любви? Все чувства, которые они испытывают к тебе, имеют причину. И эта причина- любовь.

Я смотрела на Клару с лёгким удивлением. Почему эта девочка смогла так просто объяснить то, чего я не могла понять самостоятельно?

– Мне бы хотелось повернуть время вспять и сказать им столько хорошего. Ведь я не идеальная дочь. Моё безразличное поведение было беспочвенным. Я всегда считала, что близкие безнадёжного теряют надежду раньше, чем сам безнадёжный. Но похоже, я ошибалась.

– Страх- опасная штука. Порой, даже когда ты готов ко всему, найдётся что- то, что обязательно загонит тебя в угол.

Я прекрасно понимала, что такое случилось и со мной. В страхе надежда ушла вместе с их верой на лучшее, утаскивая и меня за собой.

– Ты намного сильнее, чем кажешься, Анна, – Клара взяла мои руку в свои.

– Я думаю, родители тебя очень любят. Не стоит винить кого- то за то, что страх потерять близкого человека, делает их слабыми.

Я боялась, что в этом мире от меня останутся лишь воспоминания, которые исчезнут вместе с людьми, которые так любили и заботились. Но благодаря Кларе я поняла, что нужно жить настоящим и делать всё для того, чтобы не жалеть ни о чём в будущем. Не важно, сколько людей будет помнить обо мне потом, главное, сколько людей помнит обо мне сейчас. Какие моменты мы переживём вместе, сколько воспоминаний нас будет связывать. Я хочу жить сейчас. Это такая простая истина, которую я знала, но о которой забыла.

Всё вокруг нас замолчало, словно дало время на то, чтобы принять и так очевидные вещи. Сколько бы ни думала, никогда раньше не могла уйти дальше мысли, что во всём виновата именно я. А оказалось, что виноватых и вовсе нет. Все барьеры мы строим сами.

– Я готова отдать все, чтобы только на миг снова увидеть счастливые лица мамы и папы. Хочу почувствовать прикосновения губ на своём лбу и услышать: «Доброй ночи, милая. Мы тебя очень любим». – Глаза заблестели. – Я просто хочу быть уверенной, что они смогут жить счастливо даже после того, как я уйду.

Глаза наполнились той болью, которую я видела часто со стороны. По щекам скатывались слёзы вместе с постепенно- всплывавшими воспоминаниями из не далёкого прошлого, когда я ещё была в самом начале пути.

– Поплачь, поплачь, Анна, – тихий голос Клары успокаивал, но в то же время был сигналом для выхода всех эмоций наружу. Она подсела ближе, поглаживая по спине и что-то тихо напевая, будто забирая часть моей боли себе.

Иногда человеку достаточно слов, которые его утешат, а иногда молчание-лучше любого слова. Лишь чуточку внимания и любви может хватить для настоящего чуда.

Солнце почти село за горизонт, оставляя в воздухе остатки тепла. Небо стало напоминать нечто большее, чем просто полосу цветного градиента. Теперь оно для меня не казалось обычным. Теперь оно было тем, что называют воспоминанием. И оно останется со мной до конца.

Глава 5

Что-то мягкое и тёплое согревало тело. Я услышала очень приятный запах, что так пробуждал от сна. Никогда раньше в хосписе не готовили нечто настолько вкусное, от чего запах доходил аж до самых палат. Видно сегодня какой-то особенный день.

Глаза медленно раскрылись в надежде увидеть знакомую, бетонную стену с развешенными на ней плакатами, гирляндами и фото, что сопровождали меня каждое утро. Но ничего из перечисленного я не увидела, лишь слегка просвечивающееся розовое полотно, пропускающее лучи тёплого солнца.

Я резко вскочила, охватывая взглядом все, что происходило вокруг. Нас что-то окутывало со всех сторон, издавая лёгкий, цветочный аромат. Я было хотела потянутся к розовой стене, но что-то сжимало мою руку. Это была рука Клары, которая, свернувшись калачиком, подёргивалась во сне.

– Клара, Клара, – потрясла я подругу за плечо. – Клара, вставай.

– Ещё немного, ещё пять минуточек.

Она поцмокала во сне, свернувшись ещё больше.

Обычно раньше в таких ситуациях, когда я не могла встать с кровати, мама стягивала одеяло и щекотала мои пятки, и весь дом заполнялся смехом. Но если это не помогало, то в ход шла тяжелая артиллерия. Спросите какая? Все очень просто. Вкуснейший завтрак в постель заставлял остатки сна уходить на задний план.

Запах еды всё более чёткий и приятный. С каждой минутой воздух вокруг приобретал способность становиться съедобным, как бы глупо это не звучало. Клару хватило всего на пару минуты, прежде чем она вскочила и схватилась за свой живот, издающий звуки воющего зверя.

– Какой же чудесный запах! – и без того вечно хаотично-торчащие волосы впадали в хаос на голове подруги. – Анна, это снова твоя фантазия? Она могла быть чуточку не такая вкусная? – мне захотелось даже извиниться за то, что мои маленькие, съедобные фантазии настолько привлекают её внимание.

– А-ха-ха! Прости. Я мечтала перепробовать все кухни мира, поэтому часто воображала вкус еды, которой никогда не пробовала.

– Правда, что ли?

– А почему бы и нет? Ведь в мире так много разных стран и у каждой своя необычная кухня и традиции.

От разговоров о еде захотелось кушать ещё сильнее.

– Анна, я есть хочу.

– И я.

Стоило нам об этом подумать, как кокон медленно задвигался. Не прошло и десяти секунд, и солнечный свет ворвался в нашу маленькую комнатушку, пригревая своим теплом.

– Напомни-ка мне, Анна, как мы оказались внутри мега большущего цветка?

Я смотрела на медленно раскрывающиеся лепестки огромного, розового бутона.

– Даже и не знаю. Вчера его здесь не было.

– Ну, чтобы не произошло, мы спали в тепле и уюте. – Она встала и потянулась. – Пошли скорей искать источник запаха, а то у меня уже слюнки текут.

Ничего не изменилось со вчерашнего дня. Я все по-прежнему нахожусь здесь. Это не сон или галлюцинация. Я и правду оказалась в таком замечательном месте.

Мы шли через небольшое поле из гигантских цветов, подобных тому, в котором проснулись. Чем дальше шли, тем спина кита казалась менее похожей на неё. Постепенно цветов становилось меньше, они сменялись на разноцветную траву, переливающуюся при малейшем колыхании, и каменистую поверхность, будто тропинка, ведущая к заданной цели.

– Клара, тебе не кажется, что вчера здесь ничего не было кроме ракушек и травы?

Вокруг нас появилось множество цветных, полупрозрачных лент. Их было столько много, что с лёгкостью можно было запутаться.

– Это нормально, что твои желания меняются, а вместе с ними и этот мир.

Клара протянула руку к ленте, медленно проплывающую мимо её лица, и, схватившись за неё, резко отпустила, поднося пальцы к губам.

– Что такое? – подруга стояла не двигаясь, после чего засмеялась во весь голос.

– А-ха-ха! Анна, Анна, здорово! – она сдвинулась с места, хватаясь за другую ленту. – А это клубничное, – ленту за лентой Клара дёргала и выпускала, – а это банановое и миндальное! – я не могла понять в чём дело, и что её так приводило в восторг. Сделав то же самое, дёрнув за ярко-фиолетовую ленту, я преподнесла пальцы к губам.

– А? На вкус как черничное мороженое. – Я взялась за другую ленту, чтобы проверить свои догадки. – Неужели ленты передают вкус еды?

– Похоже на то! В этом мире все реально! Это так здорово, когда запах той или иной еды можно видеть, а не только чувствовать.

– И вправду удивительно!

Я схватилась за белую ленту с оранжево-зелёным отливом.

– Это вкус риса с овощами. Как же вкусно пахнет! – дёрнув за ленту сильнее, она порвалась, а остатки растворились.

– Нам стоит идти по этим лентам. Может мы придём туда, где готовят эту замечательную еду?

Я кивнула и последовала за Кларой. Мне начинало нравиться следовать за ней туда, где я никогда не бывала.

Глава 6

Откуда в моей голове взялось это? Посреди поля, окружённого со всех сторон разноцветными лентами, парило нечто, что человек, даже с весьма необычным мышлением, не назвал бы домом или самолётом. Непропорциональные формы стен, кривые окна, причудливая отделка фасадов, куча труб и винты у самого основания, заставляющие это судно держаться в воздухе.

– Что это, Анна? – Клара смотрела то на меня, то на летающее судно.

– Похоже это то, что мы искали. Разве не оттуда идут запахи?

И то верно. Запахи буквально окутывали всё в радиусе ста метров.

– Тогда нам стоит поторопиться, иначе я останусь без сил.

Подойдя ближе, в надежде на то, что перед нами откроется дверь и мы сможет наконец-таки поесть, я разглядывала каждый винтик и дощечку летающего дома. Каким бы странным не казался дом, у него всегда есть дверь, в которую можно постучаться и войти. Но проблема оказалась намного глубже.

– Где же здесь вход?

Мы обошли со всех сторон, но дверь так и не нашли.

– Это что-то новенькое. Дом без дверей, но с окнами и стенами. Разве такое бывает?

– Даже когда есть дверь, не факт, что её можно открыть, – я развела руками.

Я уже чувствовала, как Клара начинает тяжело вздыхать каждый раз, когда поиски входа заканчивались провалом.

– Давай осмотримся ещё раз? Может мы что-то упустили.

Мы снова обошли вокруг парящего дома, тщательно проверяя стены, но безуспешно. Вдруг откуда ни возьмись послышались голоса, сопровождающиеся мелодичностью и звяканьем, будто кто-то тихонько стучал хрустальными палочками. Не совсем чёткие, но довольно реальные. Из-за угла показалось два…человека? Нет, это были не люди. Звери? Тоже нет. Так кто же это? Причудливые наряды с узорами весьма неплохо вписывались в атмосферу парящего дома. Один из них поднял руки над головой, прохлопывая три раза, одновременно скручивая губы трубочкой и дуя вперёд. И всё бы ничего, как послышался звук колокольчика, а перед глазами, как по волшебству, появилась метёлка. Ну знаете, такая как у ведьм, на которых они летают. Не успели мы понять, что произошло, как метла с пассажирами взмыла в небо, отдаляясь от нас на невероятной скорости, оставляя след лёгкой мелодии.

– Обалдеть! Анна, ты это видела?! – лицо Клары весьма преобразилось.

– Похоже вход не там, где мы искали.

Мы подошли к тому месту, где только что произошёл взлёт.

– Вроде бы они сделали так. – Клара твёрдо стала в стойку солдатика, поднимая руки над головой и хлопая, что есть силы, но ничего не происходило. – Почему у меня не вышло?

Я сделала то же самое, но ко всему этому сложила губы трубочкой и подула вперёд, будто сдувала пыль с чего-то. Так мне показалось. Звон колокольчика снова раздался вокруг. Сейчас будто кто-то дёрнул за край простыни, что покрывала старинную мебель, защищающую от пыли многолетнее дерево, украшенное вставками из перламутра и драгоценных камней. Но перед нами появилась всего лишь метёлка.

– Ого, здорово!

– Теперь стоит разобраться, как мы сможем взлететь на этой штуке.

– Ох, сейчас мы полетаем! – Клара схватилась за метёлку, перекидывая одну ногу. Я сделала тоже самое. – Это так волнительно. Я летала только с ветки дерева, но никак не на метле. – Клара улыбнулась очень широко, заражая и меня своей улыбкой.

– И что теперь? – мы все так же оставались на земле. – Может нужно сказать какое-то волше…ээээ……

Не успела я что-либо произнести, как метёлка резко рванула вперёд. Я едва не свалилась. Смех Клары заглушал все сильные порывы ветра, что развивал волосы и одежду.

– А-ха-ха…Классно! Как же здорово!

Мы поднимались всё выше и выше по спирали, облетая странный дом, что всё больше и больше начинал мне нравится.

Мимо нас проскальзывали заколоченные окна с балконами, заставленные всяким барахлом, витиеватые трубы разных размеров, из которых доносилось чьё- то пение, разнообразная зелень в горшках, будто вросшая в стены. Это казалось таким интересным, что было желание остановиться и рассмотреть поближе мелочи, в которых и была вся прелесть.

Метёлка подлетела к самому входу, слегка сбрасывая нас с себя на деревянное перекрытие. Не успели мы и шагу ступить, как она скрылась за облаками, оставляя после себя след из сверкающей пыли.

– Это было немного грубовато с её стороны. – Клара поднялась, поправляя платье. – Наконец-то мы покушаем.

От ветра над входом покачивалась вывеска, вырисовывая на доске надпись: «Трактир тётушки Луны». Дверь трактира открылась, впуская нас в тёплое помещение, наполненное различными запахами, песнями и существами, которых нет ни в одной детской книжке. Стоило сделать шаг, как всё внимание обратилось на нас. Музыка затихла, сменяясь на перешёптывания окружающих.

– Эхе-хе! Доброе утречко! – лицо Клары все по-прежнему светилось улыбкой. Лишь мы вошли, как с порога на нас обрушилась она.

– Неужели новые гости? – спросила девушка чуть выше меня ростом.

Аккуратные золотые локоны удерживала милая повязка. Её яркий наряд казался мне необычным. За спиной развивались словно хвосты, а поднос в руке, с чайничком голубого чая, парил в воздухе.

– Добро пожаловать в мой трактир! – она широко нам улыбнулась. – Для новых гостей у нас есть особое меню, сочетающее в себе новейшее волшебство, удачу, уверенность и…, – она приблизилась вплотную к нашим лицам, прошептав еле слышно, – любовь.

– Любовь? – не совсем поняла я.

– Ага. После этого блюда, любовь к вам, со стороны окружающих, возрастёт в разы. При заказе блюда «Радость- коктейль «Любовь» в подарок.

– Нам бы обычной еды. – Клара уже прожигала взглядом всех тех, кто за обе щеки уплетал содержимое на тарелках.

– Ну, обычной так обычной, – владелица трактира указала нам на свободные места сразу.

Мы приземлились на деревянные лавочки, устланные мягкими, с вышитыми узорами по краям, подушками. Трактир оживился быстрее, чем мы увидели меню. Кто- то из гостей напевал песни с весёлыми мотивами. От столика к столику перемещались официанты, но чудные в своём роде, похожие на маленьких осьминогов. Множество щупалец держали подносы, жонглируя едой, словно шариками. И один такой огромный поднос на голове этого существа с лёгкостью приземлился к нам на стол.

– Приятного аппетита, дамы, – он улыбнулся и слегка поклонившись нам, скрылся с пустым подносом за прилавком.

– Лучшее, что приготовил наш повар, – Луна одарила девушек лучезарной улыбкой.

– Какой аромат! Что это? – я увидела до боли знакомое блюдо. Его в детстве часто готовила моя бабушка.

– Обычное блюдо подано! Прямо с пылу с жару, – владелица странно заулыбалась.

– Как по мне, оно ничуть необычное, – я смотрела на то, чего не пробовала уже очень давно. – Прямо как в те времена.

– В те времена? – Клара положила салфетку на колени и взялась за ложку, которая только что прилетела.

– Да. Каждый раз, когда мне было тяжело находиться в городе из-за слабого здоровья, родители отправляли меня в деревню к бабушке. Там мне становилось легче. Чистый воздух успокаивал не только тело, но и душу. Были моменты, когда я считала, что у бабушки есть волшебные существа, помогающие ей по хозяйству, так как к тому времени, как я просыпалась, все дела по дому были сделаны: печка затоплена, еда приготовлена, домашний скот покормлен. И лишь спустя какое-то время я поняла, что бабушке, чтобы сделать всё это, приходилось вставать в пять утра. Это действительно меня поражало.

– Рагу с мясом и овощами по рецепту тётушки Луны, – произнесла владелица таверны.

– Выглядит очень аппетитно.

Кусочек мяса отправился в рот, тая на языке, как первый зимний снег на ладони.

– Вкус точно такой же. Он напоминает зимние вечера в деревне, где я валялась на печке, читая книги и заедая всё это бабушкиной божественной едой. Как же давно это было! Уже почти и забыла, какова на вкус еда, приготовленная с любовью.

Кусочек за кусочком отправлялись ко мне в рот. На лице выступил румянец, улыбка стала всё больше походить на гримасу, а глаза заблестели, давая выйти чувствам наружу. Как я могла забыть нечто настолько драгоценное?

Клара смотрела на медленно исчезающую еду с моей тарелки, а глаза понимали, насколько я сейчас была счастлива.

– Не нужно никакого волшебства, чтобы помнить нечто настолько драгоценное.

Она улыбнулась, словно понимала меня без слов. Ведь воспоминания творят не чудеса, а люди.

Глава 7

И что вы думаете произошло дальше? Нет, не конец истории. Нас заставили платить за съеденную еду. Спросите, как? Нет, снова не угадали. Денег в этом мире нет.

– Клара, но я не умею! – подруга вытаскивала меня за руку из-за стола.

– Никто не умеет, но научиться никогда не поздно.

Где-то под куполом среди кучи вещей, подвешенных на нитях, разбросанных по стенам и полу, заиграла весёлая музыка. Ну знаете такая, когда все счастливы и готовы без тормозов войти в кураж чувств.

Кто-то за столами начал стучать приборами в такт музыки, а кто-то хлопать в ладоши ловя ритм. Клара вытащила меня на середину зала широко улыбаясь, словно сделала что-то невообразимое. Но если подумать, так на самом деле и есть. Не помню, когда я последний раз танцевала и танцевала ли вообще?

– Ну же девчонки, эта ваша плата! – хозяйка таверны, держа в руках огромный поднос с едой, резво смеялась и даже пристукивала ногами в такт мелодии.

Меня даже слегка кинуло в дрожь. Как? Как это сделать? Как начать? Клара будто прочитала мысли в моей голове.

– Просто, проникнись атмосферой и дай волю чувствам.

Взяв мою руку, она отскочила в бок. Я, не зная, как это вышло, сделала то же самое, только в другую сторону. А ведь не так уж и сложно! Я улыбнулась, наверное, слишком очевидно и легко, ведь мне это нравилось.

– Ну вот! А говорила, что не умеешь.

Мы сделали парочку совместных движений, после чего подруга отпустила руки и дала волю моим собственным чувствам. Все было так, как если бы я танцевала раньше. Будто уже делала такое радостное лицо от простых плясок.

Стоило войти во вкус, как атмосферу подхватили и другие посетители, срываясь в гущу чувств, парящих в воздухе трактира. Всё вокруг словно зацвело. Перед глазами всплыл рождественский вечер, мой последний рождественский вечер, когда я была дома со всей семьёй, мой последний рождественский вечер перед тем, как попала в хоспис. Огромные папины руки держали меня за талию, кружа в центре гостиной. Мамина песня, заполняющая весь дом, была такой радостной и тёплой, будто она пела ее только для нас с папой. Свет от цветных гирлянд на ёлке отражался в наших сердцах как тёплое и глубокое воспоминание, которое никогда не будет забыто.

На душе стало больно. Ведь я и не помню, когда они последний раз улыбались или смеялись при разговоре со мной. Так долго, очень долго я слышу лишь тихие всхлипы за дверью. Этот их взгляд, всегда один и тот же, будто они прощаются, напоминая о том, что скоро меня не станет.

Звуки музыки стали тише, заглушая звон в ушах. Улыбки потускнели. В груди сжалось. Я знала, что мой уход -лишь вопрос времени. Но я ведь так много не успела сделать. Я столько всего вспомнила и теперь радость от воспоминаний заставляет меня о много жалеть. Почему я не улыбалась им сама? Почему пыталась сбежать от всего этого? Почему забыла, что значит «жизнь»?

– Анна! – я упала на пол. Ноги онемели, руки дрожали, а сердце бешено билось. – Анна, держись! Только держись!

– Ей нужно к целительнице! – хозяйка таверны стукнула ногой по полу, свистя что было мочи. На зов появилась та самая метёлка. – Она отвезёт вас к ней.

– Но Анна больна в реальном мире! Плод её же воображения не сможет её вылечить! – на лице Клары читался страх. Тот самый страх, который заставляю людей сомневаться.

– Сейчас единственная, кто может ей помочь – это целительница.

Поспешите! – взобравшись на метлу мы умчались на встречу с той, что была последней надеждой. Мы так думали, мы надеялись.

Глава 8

1

Что это за место? Зачем меня сюда привели? Когда я смогу отсюда уйти? Тут не пахнет маминым имбирным печеньем и не слышен звук граммофона, исходящий из кабинета папы каждый вечер.

– Здравствуй, Анна, – женщина в белом халате взяла меня за руку. – Это твой новый дом. Теперь ты будешь жить здесь.

Мимика её лица говорила сама за себя. Она будто шептала о моей безнадёжности. Или мне так показалось?

2

– Сколько Анна ещё будет здесь находиться? Неужели ей нельзя домой? – женщина в чёрном прижалась к груди мужчины напротив. – Я больше не могу. Не могу просто ждать, пока она уйдёт.

Руки мужчины были тёплые. Он обхватил женщину напротив, словно пытаясь забрать всю боль, что вот-вот перельётся через край, не давая сосуду лопнуть под напором.

– Так надо, дорогая. Мы должны быть сильными. Мы должны справиться. Ради Анны.

Тихие всхлипы заполнили тишину комнаты оставляя наедине отчаяние и шаткое желание бороться дальше.

3

-Анна! Сколько ты ещё раз будешь сбегать? – женщина в белом халате не похожа на ту, что волновалась обо мне. Скорее наоборот, её волнение оправдано личной выгодой.

– Тебе нельзя уходить без разрешения и присмотра куда вздумается. Неужели ты не понимаешь?

– Неужели я похожа на глупого ребёнка? Неужели вы думаете, что я ничего не знаю?

4

– Почему мне нельзя домой? – я сидела на полу в игровой, периодически поглядывая на разбросанные цветные карандаши и альбом, что подарили когда-то на мой седьмой день рождения.

– Анна, пока ты не можешь поехать домой, – руки женщины в белом халате немного потели.

– Вылечим твою простуду милая, и все вместе поедем домой. Я, папа и ты.

– Ложь! – в глазах девочки читалось некое разочарование.

Я ждала, я правда ждала, пока родители перестанут считать меня ребёнком, сказав всю правду. Мне хотелось, чтобы их слова на вкус были не такими горькими.

Глаза женщины не блестели, как раньше, а улыбка не была настолько жизнерадостной. Силуэт за её спиной был куда более спокоен. Он отличался сдержанностью и рассудительностью, но старался просто молчать.

Я бы хотела сказать им, что всё в порядке, но тогда я тоже солгу. Так что же мне нужно сделать? Что я должна сказать, чтобы они перестали так на меня смотреть? Должна ли я сделать первый шаг вперёд?

5

Иногда это место кажется совсем пустым. Словно все, кто здесь был, исчезли в один миг. Я постоянно смотрю в окно и вижу лишь своё полупрозрачное отражение, в то время как другие люди видят намного больше. Мир, что кипит за окном хосписа, мне не знаком. И похоже, познать его я так и не успею.

6

– Я не уверен, что она продержится до зимы, – мужчина напротив тяжело вздохнул. – Мне очень жаль… – на лице застыла безнадёжность.

– Но вы же сказали, что у нас есть ещё год! – голос женщины разнёсся по всему коридору. – Вы обещали, что сделаете всё возможное! Вы говорили, что… – край рукава от платья вдруг кто-то дёрнул.

– Прекрати, – на лице выступила боль. – Мама, просто прекрати. Прошу тебя, – еле сдерживая слёзы, я говорила сквозь то отчаяние, которое поселилось в моей душе. Мне хотелось сказать, что всё в порядке, что мы справимся, но я не смогла.

– Анна, ты всё не так поняла. Мы просто…

– Хватит! – сейчас мне и вправду хотелось умереть, ведь именно я сейчас причиняю боль. Духу не хватает просто подойти и обнять их, вместо этого из рта вылетают плохие слова, будто вовсе и не я их говорю. – Просто смирись уже с этим, прошу! Мне не станет легче! – ноги сами по себе развернулись, унося туда, где никто не сможет увидеть мой страх. Ведь я очень боюсь.

7

– Прошу, кто-нибудь сломайте эту дверь. Она так глуха и холодна.

8

– Вы знаете ту девочку? – я указала пальцем на рыжеволосую, что, широко улыбаясь, стояла рядом с лавочкой, собирая кубик Рубика.

– Ты о ком, Анна? – рядом стоящие соседи с моей палаты искали глазами ту, что привлекла моё внимание.

– Ну та, рыжеволосая. Она новенькая? – я снова повернула голову в сторону незнакомки, но никого уже не было.

– Странная ты, Анна. Там же никого нет, – они посмеялись. – Пойдем обратно, пока нас не начали искать.

– Я точно её видела. Я знаю.

9

Сегодня прохладно, даже несмотря на то что всего лишь первый месяц осени. Но такая погода всегда мне нравилась. Листья ещё не успели опасть, держась из последних сил на ветках, а трава лишь слегка приобретала желтый оттенок.

С моим-то опытом, аж в два года, мне не составляло труда уйти незамеченной из палаты. Я прогуливалась по дальнему парку, в надежде наткнуться на что-то интересное, что смогла бы нарисовать. И никак не ожидала снова встретить её. Эти огненно- рыжие волосы были ярче всего остального вокруг. Я видела её несколько раз, но ни разу не подошла и не заговорила первой.

Девочка стояла под деревом, смотря на вечернее небо и что-то нашептывала под нос. Не набравшись смелости просто подойти, я достала из сумки альбом, сделав то, что любила больше всего- запечатлела миг, ставший началом нашего первого знакомства. Её голова повернулась, устремляя взгляд на меня, и в этот миг всё словно остановилось. Я будто почувствовала, что знаю её.

– Анна! Ты снова ушла без разрешения? – стоило отвлечься на миг, как она исчезла. И больше я её не видела. Пока не наступил тот внезапный, дождливый день.

Глава 9

– Держись, Анна, мы почти прилетели!

Я держалась из последних сил, чувствуя, будто исчезну, если не смогу быть сильной. Мы пролетали над местами, которые не были мне знакомы, но которые я бы обязательно хотела посетить. Похоже, они так и останутся неизведанными. Всё вокруг постепенно становилось не таким, как раньше. Красочность этого внутреннего мира стала тускнеть, словно его существование обречено на стирание вместе со мной.

– А я хотела, чтобы этот мир существовал и после моего ухода, – я уже знала, что будет дальше, – но похоже, он исчезнет вместе со мной.

Лицо уже еле излучало ту привычную радость, что появилась с приходом в мир моих грёз.

– Я правда была счастлива здесь, пусть и ненадолго.

– Не надо, Анна. – Клара сжала основание метлы сильнее. – Не говори такие вещи. Тебе станет лучше. Ты будешь жить и обязательно побываешь в этом мире снова! – как же реалистично это звучало, я даже почти поверила.

– Я так рада, что встретила тебя, Клара.

Я прижалась сильнее к спине подруги, словно это в последний раз. Она такая тёплая и мягкая.

– Клара, ты показала мне тот мир, о котором я мечтала, – веки медленно наполнялись тяжестью. – Ты подарила мне то, чего у меня никогда не было, – руки онемели. – Ты стала моим другом, – в груди что- то сжалось сильнее, словно ещё миг, и я растворюсь. – Я много чего поняла, познакомившись с тобой. И мне очень жаль, что мы встретились так поздно.

– Анна, – на лице Клары страх перерос в боль, стал комом, который мешал говорить, – Анна, прошу…

– Спасибо тебе, Клара.

– …Не уходи, – за спиной стало холодно, словно что-то вечно греющее, внезапно исчезло без следа. Чистое небо отражалось в океане, создавая прекрасную и безграничную гладь.

Порой чтобы сказать что-то очень важное, мы пытаемся найти подходящий момент и нужные слова. Чувствовать нерешительность в самый решительный момент- может оказаться ошибкой нашего последнего шанса. Но после каждой ошибки мы продолжаем пытаться. И эти попытки называются «началом».

Глава 10

В коридоре хосписа оживлённее чем обычно. Лучи зимнего солнца проникают в глубь широких коридоров, играя с красками праздничного настроения, зарождающегося в каждом углу. На дверях палат разноцветные наклейки, ленты и венки из еловых веток, украшенных бусинами и искусственным снегом с блёстками, задавали настроение. Где-то еле слышная рождественская музыка, успокаивающая суету вокруг, перекликалась со смехом детей. Разноцветные стены расписаны интересными и весёлыми рисунками, что не были завершены. В центре коридора, у самого огромного окна, стояла пушистая ель, ветки которой, колыхались каждый раз, как только кто-то проходил мимо.

Дверь распахнулась внезапно, впуская в помещение морозный воздух. Колокольчик над дверью зазвенел, давая понять, что кто-то пришёл.

– Это снова вы? – девушка в белом халате с красным рождественским колпаком на голове широко улыбнулась.

– Простите, но мы ещё не закончили.

Мужчина в пальто слегка улыбнулся, отчего у глаз появились еле видные морщинки. Он держал в руках несколько баночек с красками.

– Ну что вы. Мы так рады, что вы приходите и делаете это для детей. Им очень нравятся рисунки, – девушка снова улыбнулась, после чего помогла, забрав несколько банок из рук мужчины.

Из-за угла, цокая каблуками, вышла женщина в пальто, держа в руках слегка потёртый альбом для рисования. Лицо её излучало спокойствие, но в то же время оно томилось в ожидании чего-то.

– Моя жена всё ещё не верит, что хоспис дал разрешение на роспись стен, – женщина подошла вплотную к стойке регистрации, широко улыбаясь.

– Мы закончим всё к следующей неделе. Осталось лишь два рисунка. Думаю, до Рождества управимся, – она положила альбом на стойку.

– Такие поразительные рисунки. Их же ваша дочь нарисовала? – мужчина с женщиной переглянулись.

– Да, Анна, чудесно рисовала. Её альбом словно целая история, – медсестра переворачивала страницу за страницей в альбоме. – Такие красочные и подробные моменты, словно она пережила их сама.

Мужчина подошёл сзади, обнимая обладательницу очаровательной улыбки.

– Наша дочь видела мир не так, как мы. Не удивительно, что её работы заставляют сердце биться чаще, – лицо женщины на миг застыло от удивления, но тут же сделалось радостным.

– Что такое, дорогая?

Женщина улыбнулась.

– Кажется, она толкнула меня ножкой, – рука мужчины легла на её живот.

– Вы уже выбрали имя для малышки? – медсестра в ожидании смотрела на пару.

Они переглянулись, держась за руки.

– Да, мы назовём её Кларой!

Где горизонт сменяет небо океаном,

Пройдёт осенний тёплый дождь.

И в солнечных лучах всё засияет

И ты протянешь руку к небу и поймёшь,

Что яркий свет пройдёт сквозь пальцы мимолётно,

Душа твоя наполнится теплом,

И, улыбаясь миру беззаботно,

Почувствуешь, что ты сейчас живёшь.

Ты улыбнись всему, что часто видишь лишь секунду,

И помаши рукой кому-то вслед,

Подумай о мечтах всего минутку,

Оставив на Земле свой добрый след.

Мы можем чувствовать всё то, что происходит рядом,

Смотреть на тех, кто дорог нам сейчас,

И нам для счастья большего не надо,

Ведь в этом мире мы живём всего лишь раз

Конец