Ольга Прусс
Цель – Криптон

Глава 1. Ночной гость.

Алексей тихонько вышел из спальни и притворил за собой дверь.

Стараясь ступать бесшумно, прокрался на кухню в надежде спокойно выпить чашечку крепкого кофе. Малыш всю ночь куролесил, мучаясь с коликами, и они с Алисой по очереди пытались укачать его на руках. И вот, к счастью утомленных бессонницей родителей, когда до рассвета оставалась всего пара часов, Дениска, наконец, уснул. Оставив жену отдыхать, Алексей, которому скоро уже нужно было собираться на космодром, решил, что для него лучше этой ночью совсем не ложиться, чем потом ходить весь день с тяжелой головой после короткого двухчасового сна.

Потерев лицо руками, он щелкнул выключателем, машинально зажмурившись от вспыхнувшего яркого света.

– Погаси, нечего электричество жечь.

От внезапно раздавшегося знакомого голоса, пилот чуть было не подскочил на месте, оторопело уставившись на незваного гостя.

– ВЫ что здесь делаете?

За круглым кухонным столом, невозмутимо попивая чай, восседал начальник космодрома Зед Террел собственной персоной, и, казалось, был ничуть не озабочен тем, что своим появлением посреди ночи мог доставить хозяевам неудобства. Полусонного Алексея возмутил даже не столько сам факт присутствия в своем доме этого человека, сколько то, что в руках нежданный начальник держал его любимую кружку, которую Алиса подарила на их первую годовщину знакомства.

У окна, с непробиваемо спокойным лицом, стоял полуодетый Евгений, которого, видно, недавно выдернули из постели, выжидающе скрестив руки на груди. Разговор, послуживший причиной для столь позднего, или скорее раннего визита, по всей видимости, еще не состоялся, и Горский, бурча про себя все, что он думает о таких вот незапланированных встречах, демонстративно пересек кухню, направляясь к холодильнику, всем своим видом игнорируя посетителя. Открыв дверцу и намеренно долго в нем покопавшись, начал делать себе бутерброд, неспешно намазывая масло на хлеб.

– Кушай кушай, Лёша, не стесняйся, я подожду. Тем более, что, может статься, это твой последний разрешенный сэндвич на ближайшие грядущие недели.

– Это еще почему? – нагло спросил космонавт, демонстративно откусывая большой кусок и начиная размеренно пережевывать.

Евгений, не сдержавшись, весело хмыкнул, но голос Террела, как и взгляд его глубоко посаженных пронзительных глаз, был абсолютно серьезен:

– Хочу продать тебя в рабство.

От этой фразы космонавт чуть было не поперхнулся, а вернее от нетерпящего шуток тона, которым она была произнесена.

– Не понял?

– Евгений, я что-то сложно произносимое сказал? – уточнил Зед у механика, не отворачивая от Алексея головы.

– Да нет, всё предельно просто… В каком-то смысле, мы и так уже много лет находимся у вас в рабстве, так как ни премий, ни льгот ни за одну успешно завершенную операцию не дождались. Всё только спасаем планеты, то одну, то другую, служа на благо родимой Федерации. Даже обещанную квартиру Вы мне до сих пор так и не выделили. Дочке конечно спасибо, не выгоняет нас с моей оравой, но сами знаете, сколько могут три хозяйки уживаться на одной кухне? Да и мне уже перед Лешей неудобно.  За внеочередной скачок через звание, конечно, спасибо.  Но если термином «рабство» Вы характеризуете новое задание, то хотелось бы услышать конкретику. Почему «продать» и почему Лёшу?

– Потому что ты, полковник, на роль раба не проходишь по возрасту. Плюс твое ранение…

Старик вскользь бросил взгляд на свою руку, которая после недавней схватки с жуками плохо работала. Тварь своими челюстями нанесла ему серьезные повреждения, и, несмотря на все пройденные непростые и весьма дорогостоящие лечения, процесс восстановления сильно затянулся.

– Ну давай давай, не стесняйся. Пошевели пальчиками, покрути кистью… Я понимаю, Власов, что ты сейчас начнешь меня уверять, будто твоя физическая проблема – пустяк, и рука почти зажила, что ты прекрасно стреляешь и сражаешься даже одной левой. И зная твои умения, я тебе поверю.  НО: думаю, ты и сам понимаешь, что в нашем деле все эти слова – пустой звук. По-человечески – я тебе очень сочувствую. Но как начальник предстоящей операции вынужден резюмировать, что на передовую тебе в этот раз нельзя. Однако свою небольшую роль ты всё же получишь.

– И какую, позвольте поинтересоваться? – угрюмо спросил Старик.

– Выступишь продавцом этого прекрасного юноши, – Террел сделал широкий жест в сторону хмурого Алексея, стоявшего, облокотившись о барную стойку. –  Вот только над цветущим внешним видом нашего друга придется слегка поработать. Добавить пару-тройку синяков на мужественной мордашке, он же у нас вон какой накачанный, видно же, что просто так в плен не сдастся. Тем более после того, как матка Скарлатов впрыснула ему во время кормежки свой яд, и способности к ранозаживлению он потерял. А вот татуировки на месте шрамов наколоть, Лёша, ты поторопился.

– Я, конечно, дико извиняюсь, сэр, но мое мнение в данной ситуации вообще учитывается? – нахмурился пилот.

– Если честно, Горский – не особо. Нет, ты, конечно, можешь и отказаться, никто насильно тебя в это дело не потянет. Но должен предупредить, прямо таки обязан, что приказы в данном случае отдаю вам даже не я, а некто, стоящий выше. Гораздо выше.  И прежде чем дать отказ – подумай, насколько высока важность этой операции, если меня послали к вам в качестве переговорщика.

– Уговорщика, вы хотели сказать?

– Можно и так выразиться, если это слово тебе более по душе. Еще раз повторюсь: ты можешь отказаться. Но вряд ли отрицательный ответ примут наверху.

– А в чем цель операции? И за что Лёша должен страдать? – вопросительно поднял бровь Старик.

– Ну, доведет ли он свое положение до страданий – будет целиком и полностью зависеть от него. Если действовать рассудительно, и особо не зарываться – должно обойтись малой кровью.

Алексей хмыкнул, но промолчал.

– Цель операции – спасти одну великосветскую особу, попавшую в затруднительное положение. А вот детали я раскрою только в случае получения вашего согласия. Сами понимаете – секретность. И когда я начну рассказывать – пути назад уже не будет. Но если все пройдет успешно, Лёша, ты сможешь действительно требовать всё, что угодно.  Федерация своих героев не забывает.

– Из ваших уст звучи так, будто бы медаль посмертно обещаете…

– Заткнись, Горский. Когда, ребята, вы успели стать такими пессимистами?

– Да как-то жизнь помотала…

– Скажите пожалуйста! Жизнь их помотала! Да вы посмотрите на себя: стоят тут двое с кислыми рожами, будто бузины объелись! Путь, выбранный вами – служение Федерации – подразумевает периодическое окунание головой в… сами знаете, во что. Но в данном конкретном случае цель оправдывает средства… Поверьте, ситуация очень серьезна. Будь это иначе – я не сидел бы сейчас перед вами, тратя время на уговоры. Может, вы удивитесь, но только ваша парочка для руководства настолько ценна, что я пришел сюда ПРОСИТЬ, а не отдавать прямой приказ, хотя будь на то моя воля – оба бы уже паковали чемоданы. А впрочем, нет, паковался бы только Власов. Тебе, Горский, вещи там, куда ты отправишься, будут не нужны. Только твой светлый ум и крепкие мышцы… Ну, так как? – командир обвел всех серьезным взглядом. – Я могу на вас рассчитывать, или будете и дальше нюни распускать?

– А как же остальные члены команды?

– В случае вашего согласия, в курс операции я введу только вас двоих. Улетите под каким-нибудь благовидным предлогом, для семей легенду мы состряпаем. При этом Евгений вернется достаточно быстро, ну а ты, Лёша, как справишься. Ну? Что скажете, парни? Могу я на вас рассчитывать?

Мужчины молча переглянулись. Увидев в глазах друга решимость, Алексей, вздохнув, кивнул.

– Ладно, в конце концов где-где, а в рабстве я еще не был. Моя биография всего лишь ограничивается побегом из пиратского плена, смертью от пущенной в грудь пули, пытками в лаборатории, а напоследок я успел выступить в роли закуски для жуткой инопланетной твари, что уж мне какое-то рабство? Подумаешь!… Интересно просто, сколько там голова моя стоит?… Ты смотри, Старик, будешь торговаться – не продешеви!

– Ну, голова твоя, Горский, играет роль хоть и не последнюю, но в данном случае далеко не главную. Потенциальные хозяева смотреть будут в первую очередь на выносливость, умение драться, и на тело.

– То есть?

– То есть после инструктажа – марш в спортзал, и чтоб вломил там  до седьмого пота! Власов – проследишь.

– Я и так каждый день тренируюсь..

– Значит, увеличишь нагрузку втрое! К концу недели должен быть как Апполон. Это же касается и всего остального: маникюр, педикюр, эпиляция…

– Вы сейчас серьезно, или издеваетесь? – усмехнулся Алексей, но ничего похожего на насмешку в глазах начальника не увидел, и всю минутную веселость с него как ветром сдуло. – Я прошу прощения, конечно, сэр, но эпиляция… ЧЕГО?

– ВСЕГО, Горский! Или тебе расписать подробно?

– Не стоит, – буркнул космонавт. Вся эта история не нравилась ему всё больше и больше. – Мне только одно непонятно: если красоте тела уделяется такое особое внимание, то к чему нужен фингал?

– Для точности легенды. По задумке руководства – ты у нас бывший спортсмен, а ныне – портовый разнорабочий, любитель подхалтурить там и сям, пару раз засветился в журналах (кстати сказать, парочку номеров с твоими фото будут распространены в сети с соответствующей рекламной кампанией), стилист и фотограф подъедут чуть позже. А чтобы у твоих родных не возникало вопросов – происходить данная фотосессия будет в головном офисе космодрома.

У Алексея от этой информации буквально отвисла челюсть.

– То есть вы заранее всё решили? Будучи уверены, что я соглашусь?

– Пока что ты не давал поводов в тебе сомневаться.

– Я, конечно, польщен, но..

– Давайте оставим эти ненужные разговоры, времени на подготовку к операции у нас не так много, и я хотел бы все же перейти к сути предстоящего задания. Через десять дней вы должны отбыть на Криптон. А сейчас, если позволите, я вкратце опишу текущую ситуацию. Итак….

Глава 2. Задание.

Несколько месяцев назад была похищена Мария Ростовцева, дочь одного из владельцев концерна по производству ракетного топлива, снабжающего Федерацию.

– То есть папа девочки – богатый спонсор?

– Спонсор, кормилец – называйте как угодно. Смысл в том, что одной поставкой топлива его бизнес не ограничивается. Но перечислять все, чем он занимается – до вечера нам времени не хватит. А посему предлагаю сократить информацию о его личности до формулировки «очень влиятельный человек». Так вот, его единственная наследница, отправившись в отпуск с подружками исключительно девичьим составом, беспечно развлекалась на яхте, когда мимо них проходил небольшой прогулочный катер с пятерыми молодыми людьми на борту. Завязался безобидный диалог, девушки оказались не прочь познакомиться, дабы приятно провести время в компании мускулистых красавцев со всеми вытекающими из этого последствиями. А вот с утра пробудившиеся с тяжелыми головами подружки Машеньку не обнаружили. Более того, никто из них не помнил ни как они оказались на острове, на котором очнулись в совершеннейшем одиночестве, ни как звали молодых людей, ни даже о чем они вели разговор и что делали.

– Таинственные кавалеры что-нибудь подлили девушкам в вино?

– Скорее всего да, потому как химическое воздействие на девчонок было оказано явное.

– А с чего они взяли, что их подругу именно похитили?

– Девочки лишь выдвинули гипотезу. А уже сам Ростовцев старший начал дергать за ниточки. Как вы догадываетесь – на ноги были подняты все. В ходе разведывательной операции выяснилось, что Марию действительно увезли насильно. И не с целью выкупа, а в качестве будущей жены Криптонского принца.

– О как! – Старик хмуро сдвинул брови. – Значит, наша цель украсть невесту из-под венца?

– Не ваша, Евгений, а Горского.

– Простите великодушно, я все забываю, что с недавних пор дефектен, и в деле участвую лишь косвенно.

– Не ворчи, полковник.

– А вы уверены, сэр, что для выполнения этой задачи роль «раба» была выбрана объективно? – усмехнулся Алексей.

– Более чем, майор. Только таким образом мы можем внедрить тебя во дворец. Ну а там уже сориентируешься.

– Импровизировать разрешаете?

– Всё, что ты будешь делать на месте – заранее санкционировано и одобрено, главное не забывай о цели.

– Забудешь тут… Ну а пути отхода?

– А вот в этом как раз и заключается главная сложность. В связи с тем, что на разработку плана было отпущено слишком мало времени, я пока не могу ответить тебе на этот вопрос. Но не переживай, несколько дней в запасе у нас еще есть, что-нибудь да придумаем. Ну, вот вкратце как-то так. Еще вопросы есть?

– Полно! – буркнули хором Алексей с Евгением.

– Вопросов нет, – ухмыльнулся Террел, поднимаясь с кресла. – А раз вопросов нет – на сборы пять минут. Буду ждать вас в машине.

Мужчины молча проводили начальника угрюмыми взглядами.

– И почему же у меня такое чувство, будто я только что согласился на очередную смертельно опасную авантюру? – задумчиво протянул Алексей с тяжелым вздохом.

– Анекдот хочешь? На злобу дня?

– Ну?

– Тёща копошится у велосипеда перед домом. Зять кричит из окна: «Мам, куда это вы собрались?» «Так на кладбище, сынок!» «А велосипед кто назад привезет?»

– Смешно, – буркнул космонавт, мрачно хмурясь. – Ну что ж… Собираться так собираться…

***

– Леша, может тебе наркоз? – Евгений усиленно старался сдерживать улыбку.

– Да идите вы все знаете куда! – сквозь зубы прошипел пилот, стараясь сдержать стон, когда с его тела содрали очередной пласт волосяного покрова.

– Ну что ж вы, Алексей, женщины терпят – а вам сам бог велел! – глядя на морщившегося от неприятной процедуры космонавта, Зед откровенно веселился.

– Знаете, шеф, я одного упорно не могу понять… Ай! Твою ж!… Человечество освоило космос, но почему… да чтоб вас!! – никто не придумал, как сделать эту адскую процедуру менее болезненной?!

– Наш мир – несовершенен…. – философски изрек Старик, выпуская в потолок облачко сигаретного дыма.

– Власов! Что я вижу! Ты же всегда был ярым противником вредных привычек? – удивленно вздернул брови Террел.

– А вот после «танцев» с жучками закурил.

– Что ж, судить тебя, пожалуй, права не имею, – покачал головой Зед, задумавшись.

Их диалог был прерван пронзительной матерной тирадой пилота. Мастер постепенно подбирался к интимным участкам его тела.

– О, а вот сейчас, полковник, думаю, потребуется наша помощь. Давай-ка, ты за руки, я за ноги!

Кивком головы командир указал Евгению на Алексея, который, поняв, что сейчас предстоит вытерпеть, вмиг побледнел как мел.

– Да вы что, гады, озверели?! – вскрикнул он, когда мужчины схватили его за конечности и крепко придавили к креслу.

– Может, ему еще рот залепить, как думаешь? – игнорируя слова пилота спросил Зед.

– Он же нас потом покусает, – усмехнувшись, резюмировал полковник.

– Уж не сомневайтесь! – рыкнул Алексей, и вперил в мастера, примеряющегося к его паху заготовленной лентой, обмазанной липкой субстанцией, злобный взгляд. – Дотронешься – убью.

Специалист, половину лица которого скрывала медицинская маска, вопросительно посмотрел на Террела.

– Работайте, молодой человек, работайте. Не обращайте на этого истерика внимания. Стыдно, майор! Знаешь, сколько денег женщины готовы добровольно отдавать за подобную процедуру? Для тебя же сегодня салон красоты работает совершенно бесплатно!

– Я вас всех ненавижу! – процедил пилот, крепко зажмурившись.

– Я знал, что ты справишься, Лёша, – командир кивнул мастеру. – Можно продолжать!

… Спустя долгие сорок минут, показавшиеся Алексею вечностью, на негнущихся ногах он медленно закрыл за собой дверь процедурного кабинета, и повернулся к друзьям.

– Первый, кто скажет хоть слово, выйдет отсюда через окно.

Мужчины жестом изобразили закрывающиеся на молнию рты, и встали по разные стороны коридора, стыдливо склонив головы и отдав честь.

– Клоуны… – прошипел Алексей сквозь зубы, и с мрачным видом проследовал мимо них в кабинет начальника, пылая от злости и от стыда одновременно. Он много мучений перенес в своей жизни. Но ТАКОЕ – пришлось пережить впервые.

Никогда больше! НИ-КО-ГДА!… 

Глава 3. Последние штрихи.

– Прекрасно! Просто великолепно!… Оооо, а вот этот снимок, пожалуй, и вовсе выше всяких похвал! Давайте, ребята, его на обложку и разместим!

Террел с блаженной улыбкой довольного жизнью человека разглядывал фотографии Алексея после только завершившейся фотосессии.

– Горский, должен выразить тебе своё восхищение! Да ты, оказывается, еще и невероятно харизматичный юноша. Пожалуй, если по какой-либо причине ты решишь завязать со службой, точно сможешь стать звездой глянца для женщин!

– За последние часы у меня этих причин сотни набралось! – буркнул Алексей, с лица которого всё еще не сошел стыдливый румянец. – Сделали из меня не пойми кого. Одна надежда, что моя жена никогда не увидит этого позорища.

– Ты смотри, какой стеснительный! Да у тебя в пору автографы брать, вон какой красавчик… – Зед вновь повернулся к монитору, и перелистнул страницу с очередным смелым фото. – Ух ты!… Нууууу, вот этот снимочек, пожалуй, и правда оставь для жены, это слишком откровенно даже для раскрепощенных криптонцев… Хотяяяя…

– Долго вы еще будете издеваться?!! – не выдержал космонавт, грохнув кулаком по столу. – Если б я знал изначально, что это будет настолько мерзко…

– Ну, тише, тише майор! Раскричался! Ну-ка отставить эмоции. Всё лишь для пользы дела… Полковник!

– А? – отозвался из угла Евгений, предусмотрительно усевшийся подальше от Алексея, который, будучи облачен в один лишь махровый халат, выглядел чернее тучи.

– Вот теперь пришло время для последних штрихов. Ночью у вас вылет, а значит, марафет нашему майору нужно наводить сейчас.

– Может, подождем, когда он немного успокоится?

– Боишься сдачи получить? – усмехнулся Террел.

Алексей при этом отстраненном обсуждении своей персоны, глухо зарычал.

– Согласен, выглядит наш друг немного устрашающе… – Командир, вздохнув, поднялся с кресла, и не спеша направился к пилоту, мгновенно напрягшемуся как струна. – Горский, я, конечно, понимаю, что всё происходящее не по тебе. Ты привык сидеть за штурвалом космолета, и бегать с оружием, спасая планеты. Ну, кто ж виноват, что в данном конкретном случае нам пришлось сделать тебя чуточку…

Не договорив предложение, командир резко выкинул вперед руку, со всего размаху врезаясь кулаком в скулу пилота, не ожидавшего внезапной атаки. Рухнув с кресла, слегка оглушенный Алексей тихо охнул, стиснув от отчаяния зубы, понимая, что сопротивляться нельзя. Оттолкнувшись ладонями от пола, он медленно распрямился, и поднял на Террела смиренный взгляд. На лице его потихоньку наливался синяк.

– Молодец, майор, уже лучше, – удовлетворенно кивнул Зед, потирая руку и отходя назад. – Власов, он твой.

Евгений, нахмурившись, поднялся, и обреченно встал напротив пилота. Горский не шевелился, лишь чуть поджался, приготовившись получить удар.

– Ну что застыл, как статуя, полковник? Рука на лучшего друга не поднимается?.. Может обиды какие-нибудь есть затаенные? Так вот самое время их вспомнить, – сказал командир.

– Нет у меня обид, напротив, одни благодарности, – проговорил Власов, глядя в глаза космонавта.

– Женя, не тяни, – тихо попросил Алексей. – Давай поскорее с этим покончим…

– Черт возьми, – покачал головой полковник, задумчиво прищурившись. – Куда ж тебя лучше…

– Стоп! –  внезапно скомандовал Террел. – Значит так. Глаза – бережем. В бровь не целься, слишком много крови. Зубы тоже все должны наличествовать… Тэкс… А давай-ка…

Полковник, не дослушав, вдруг врезал без предупреждения, нанеся три сильных последовательных удара: ребра, нос, подбородок, разбивая лицо друга в кровь.

Горский, согнувшись от боли, некоторое время стоял, одной рукой облокотившись о стену, а другой держась за бок. Евгений, спешно порывшись в карманах, протянул было ему платок, но командир жестом велел его убрать.

– Пускай он сам. Всё должно выглядеть натурально.

В комнате воцарилась напряженная тишина. Алексей, медленно выпрямившись, тыльной стороной ладони промокнул разбитую в уголке рта губу, и громко шмыгнул носом, не обращая внимания на то, как кровь, брызнувшая при этом веером, попала прямо на дорогостоящий белоснежный командирский ковер. Террел стойко выдержал это зрелище, не без труда удержавшись от рвущихся наружу комментариев.

– Лёша, ты как? – участливо поинтересовался Евгений.

– В норме, – коротко проговорил пилот, опускаясь обратно в кресло, чуть при этом поморщившись от боли. – Зря вы, сэр, на Женину руку наговариваете. Как была тяжелой, так и осталась.

– Уж прости, друг, – усмехнулся полковник, – я, как говорит начальник, бил исключительно для пользы дела. Без обид?

– Да иди ты, – беззлобно отмахнулся Алексей. – На этом прелюдия, надеюсь, наконец, закончена?

– Не совсем, – сказал Террел, и тут же саркастически хихикнул при виде того, как пилот в ужасе вытаращил глаза. – Да не дергайся, майор. Больше никаких экзекуций. По крайней мере, на Земле. Так, парочка небольших штрихов… – Он потянулся к кнопке переговорного устройства, встроенного в стол, и нажав ее, распорядился: – Катенька, ввезите гардероб!

Оба подчиненных недоуменно уставились на командира.

– Что вы на меня так смотрите? Сейчас, Евгений, будем из вас лепить рабовладельца! Ну а из тебя, Лёша, соответственно – товар.

Повернувшись на звук открывшейся двери, мужчины недоуменно переглянулись. В кабинет в сопровождении суетливого замерщика шустро влетела красивая черноволосая девушка модельной внешности, вслед за собой вкатывая в дверной проем длиннющую стойку, полностью завешанную расшитой золотыми нитями дорогого вида одеждой.

– Добрый вечер, Зед! – пропорхнув через зал и лучезарно улыбаясь, она быстро чмокнула Террела в щеку и замерла в ожидании указаний. – И над кем мы работаем в этот раз? Инопланетные монстры, паразиты, военные, а может быть, любовники?

– Нет, дорогая! Всего лишь раб, и его продавец.

– Агаааа…. – задумчиво протянула девушка, и в глазах ее появился азарт. – И это всё для планеты -…?

– Криптон.

– Ваааау! Эт-то будет интересссно! – радостно хлопнув в ладоши, «Катенька» повернулась к друзьям, разглядывающим ее с удивленно застывшими лицами. – А кто из них кто?… Хотя стоп, не говорите! – Девушка сделала ручкой протестующий жест, останавливая саму себя. – Думаю, вот этим красавчиком тебе и предстоит торговать, верно? – с непосредственностью перейдя на «ты», Катя хитро подмигнула полковнику.

Тот машинально кивнул, чувствуя смятение от такого потока женской энергии. Девушка между тем продолжала лепетать:

– Что-то они у тебя какие-то неразговорчивые, Зед! Хотя, молчаливый клиент – лучше спорящего клиента… Ну, что замерли, мальчики? Разоблачайтесь!… Полностью, полностью! И не надо так на меня смотреть, чего я там еще такого не видела?… Террел, ну скажи им!

– Выполнять! – рявкнул командир так, что стены сотряслись, а Катерина при этом испуганно ойкнула.

Молча переглянувшись с пилотом и окончательно смирившись с происходящим, Евгений, пряча смущенный взгляд, стал расстегивать брючный ремень. Алексей же, сохраняя равнодушный вид, поднялся с кресла, и невозмутимо скинул с себя халат. Разведя руки в стороны и расставив ноги, глядя поверх голов присутствующих, недовольно буркнул:

– Давайте только поскорее, а то холодно.

– Вот это я понимаю – выдержка! – командир восхищенно хлопнул ладонью по столу. – Ну что, дорогие, клиента слышали? Работаем, родимые, работаем!

Глава 4. Операция началась.

– Ну как, не жмёт? – спросил Террел, застегивая на горле Алексея тонкий электронный ободок, снабженный встроенным электрошокером. – Хотя я и так отрегулировал его по максимуму, свободнее все равно не получится.

– Нормально… – Горский осторожно повертел головой и попробовал сглотнуть, с неприязнью ощущая, как ошейник при этом легонько стянул горло. – Это обязательный атрибут?

– А ты бы лучше что предпочел? Розги? – ухмыльнулся Зед.

– Да нет, пожалуй.

– Вот и славно.

Командир, отойдя от подчиненных на пару шагов, окинул мужчин придирчивым взглядом, и, судя по удовлетворенной улыбке, остался доволен их внешним видом.

– Что ж, должен резюмировать, Катенька поработала на совесть!

Алексей скептически оглядел свой черный комбинезон, надетый на голове тело. Плотная ткань плохо пропускала воздух, и, несмотря на прохладу, которая царила в кабинете начальника, чувствовал, как потихоньку начинает потеть. Повернувшись к Старику, пилот, не сдержавшись, хихикнул, и хотя смешок вышел нервным, Евгений от реакции друга на свой образ еще больше насупился.

– Не вижу ничего смешного.

– Да я вообще молчу, месье барон!

В отличие от Горского, одежду которого украшала лишь вышитая во всю спину витиеватая буква «Р», означающая «раб», полковник, выйдя из примерочной, предстал перед ними во всей красе. Роскошная шелковая рубашка изумрудного цвета с золотыми запонками на манжетах, расстегнутая практически до пояса, открывающая вид на украшающий грудь тяжелый медальон из благородного металла, инкрустированный драгоценными камнями. Черные бархатные брюки с расшитыми золотом задними карманами, не менее дорогой жилет без пуговиц, но перехваченный цепочкой в петлицах. Образ дополняли лаковые остроносые туфли с широкими блестящими пряжками. Волосы и аккуратно подстриженную бороду стилист выкрасила в темно-каштановый цвет, омолодивший Евгения лет на десять, и сделавший его практически не узнаваемым. Завершали картину очки в тонкой оправе со слегка затемненными стеклами, служащие лишь для подчеркивания солидности делового человека, занимающегося не совсем законным бизнесом.

В который раз взглянув на себя в зеркало, Власов брезгливо поморщился, ограничившись лишь одним определением: «Петух».

– Дааа, Евгений, глядя на тебя, я начинаю волноваться, не перестаралась ли волшебница Катерина, а то, не дай бог, криптонцы еще и тебя захотят выкупить.

– Так может быстренько махнемся ролями, Женька? Я не прочь потерпеть такой наряд, «для пользы дела»! – процитировал командира космонавт, не переставая откровенно веселиться.

– Еще одно слово, Лёша, и я ошейник твой активирую, надо же проверить как он работает! – рыкнул Власов, угрожающие потянувшись к встроенной в наручные часы кнопке.

– Молчу молчу! – картинно вскинул руки Алексей, стараясь убрать с лица улыбку.

– Так, ладно, красавцы, шутки в сторону. – веско произнес Террел, и оба вмиг посерьезнели, машинально вытянувшись по струнке. – У вас осталось пол часа до вылета, а значит времени на юмор больше нет. Горский!

– Да, сэр!

– Кольцо.

– Что?

– Мне нужно дважды повторить? Снимай. – Протянув руку, командир выжидающе смотрел на пилота.

Алексей, покривившись, с горьким чувством раздражения стал стягивать с безымянного пальца обручальное кольцо, с которым сроднился уже настолько, что сейчас, ощущая легкий холодок от охватившей кожу пустоты, вместе с символом супружеской верности словно оторвал частицу себя. Чуть помявшись, нехотя отдал кольцо Террелу. Тот удовлетворенно кивнул:

– Не волнуйся, вернется к тебе в целости и сохранности. А теперь – о самом главном:

На Криптон вы полетите на частном космолете, принадлежащем Ростовцеву старшему, а ныне – тебе, Евгений. Ты у нас – человек достаточно обеспеченный, чтобы владеть подобным транспортом, официально – ты обычный финансист. Но большую часть дохода тебе дает нелегальный приработок, а именно твое увлечение работорговлей.

Ты – человек, которого прозвали «Ловцом», за умение отлично выслеживать и отлавливать только самые лучшие экземпляры, за которых криптонцы готовы выкладывать солидные суммы. А вот вопрос доставки товара на планету выполняют наемники, ты их лишь сопровождаешь до места, где и договариваешься с потенциальными покупателями о цене. Вот только для чистоты легенды нам пришлось обратиться к реальным перевозчикам, а значит, с момента встречи с ними вы начинаете отыгрывать свои роли.

Мои люди отвезут вас на квартиру, в которой временно остановился господин Юджин, он же Ловец. Там, Горский, тебе сделают небольшой укол, который вырубит тебя минут на 40, достаточные для того, чтобы тебя смогли беспрепятственно погрузить в космолет. Что ждет вас обоих с этой минуты – мы не знаем, можем лишь строить предположения. Поэтому, ребята, вам дается полностью зеленый свет на импровизацию. Власов: выполняешь свою задачу и быстренько сваливаешь. Управлять космолетом будет наш пилот, на его счет можешь быть совершенно спокоен. Он вас доставит на планету, он же увезет тебя обратно.

– Вы так и не сказали про МОИ пути отхода, сэр. – Алексей вопросительно выгнул бровь.

– Как ты понимаешь, официальная делегация вас встречать не будет. На месте разберешься, план до конца не разработан, пока могу сказать тебе одно: мы вас обязательно вытащим. Для тебя главное попасть во дворец. А теперь двигайте.

– Но как же…

– Время, майор!.. Машина ждет.

Поняв, что от командира больше ничего не добиться, Алексей мрачно кивнул, и, развернувшись, тяжелым шагом направился к двери, ощущая во рту противную горечь. За годы общения с Террелом он успел хорошо усвоить для себя одну вещь: если командир что-то не договаривает – жди проблем…

***

Квартира, куда их доставил водитель, не представляла собой ничего особенного. Самое обыкновенное жилье, снятое на время, и судя по обстановке, отнюдь не для целей долгого в ней проживания.

Молча пройдясь по пустующим комнатам, друзья, не сговариваясь, присели на старый продавленный диван, разместившись с двух его концов. У них в запасе оставалось еще двадцать минут, и Алексей поймал себя на мысли, что как загипнотизированный смотрит на медленно вращающуюся часовую стрелку, отсчитывая каждый очередной круг.

– Ну как, дружище, есть мандражик? – нарушил тишину Евгений.

Алексей задумался, прислушиваясь к ощущениям.

– Ты знаешь, нет. За спиной уже пройдено столько.. У меня сейчас скорее отторжение какое-то происходящего.

– Вот это зря. А как же боевой настрой?

– Да какой настрой, Женька? Лучший друг собирается продать меня в рабство на планету к извращенцам! Тебя бы эти мысли вдохновляли? – усмехнулся пилот.

– Навряд ли, хотя звучит всё это конечно весело. На старости лет податься в работорговцы: какой полковник об этом не мечтает?

Оба нервно хихикнули, понимая, что как бы они ни старались изображать из себя избитых службой героев, а жизнь у них по-прежнему одна. И никакой бравадой показательной друг друга не обманешь.

– Десять минут… – тихо произнес Алексей, не отводя взгляда от циферблата.

Евгений, с горечью вздохнув, вытащил из кармана шприц. Неспешно сняв колпачок, в задумчивости повертел его в руках, и вдруг решительно отложил на стол. Ухмыльнувшись каким-то своим хитрым мыслям, повернулся к другу.

– Власов, ты чего?

– Знаешь, Леша, я тут подумал.. Не очень у меня легенда наша складывается. Такой ли уж я крутой, что так вот запросто тебя, бычка накачанного, завалил?

– Ну, так на то у меня и ссадины. Без боя не сдавался.

– Боя в один кулак? Я б на такое не повелся.

– Ты что же, хочешь….

– А ты нет?

Алексей с прищуром посмотрел на Старика, пытаясь прочитать в его глазах усмешку. Но нет, полковник выглядел более чем решительно.

– Псих ненормальный. Но не могу не признать, что ты прав, – хмыкнул Горский, в мгновение вскакивая с дивана и сшибая Власова с ног. Влепив Евгению несколько хорошо рассчитанных по силе ударов, он с удовлетворением откатился в сторону.

– Черт… Леша… Кажется для этого я уже староват, – прохрипел полковник, переворачиваясь на спину, и ощущая, как под глазом у него потихоньку наливается аккуратный фингал.

– Сам напросился, – ухмыльнулся Алексей, растянувшись рядом на ковре и подложив руки под голову. – В этом ведь не было необходимости, верно?

– Конечно не было. Но тебе ведь полегчало? – улыбнулся полковник, с тихим стоном поднимаясь на ноги.

– Значительно, Женька! Прости. И спасибо.

– Квиты, Лёш.

Евгений, взяв со стола шприц, приподнял его на уровне глаз и, внимательно прищурившись, выпустил из иглы лишний воздух. – Ну что, пациент, снимай штаны.

– Да щас тебе! В плечо коли.

– Ты б хоть поднялся, что ли?

– Чтоб потом опять упасть? Нет уж, хватит. Если в скором времени меня ждет рабство – дай хоть последние минутки полежать спокойно, как белый человек.

– Ладно, лежи, «белый человек». Тогда напоследок я перед тобой еще и на колени встану. Наслаждайся!

Алексей тихо рассмеялся, и прикрыл глаза.

Снотворное подействовало сразу. Укола в предплечье он практически не почувствовал, а раздавшийся вскоре стук в дверь не услышал вовсе.

Операция началась.

Глава 5. Товар на витрине.

– Значит, ты и есть тот самый Ловец? Мне говорили, что товар, который ты собираешься предложить, самой высшей пробы.

– Что ж, первый образец перед вами. И если он вас не разочарует, я надеюсь, наше дальнейшее сотрудничество будет столь же плодотворно.

Голоса доносились словно издалека. Ощущая телом неприятный холод ребристого металла, Алексей медленно приходил в сознание. Он лежал на боку, видно брошенный по прибытии на решетчатый пол, причем по его быстрым прикидкам, лежал уже давно, так как мышцы успели ощутимо затечь. Особый дискомфорт доставляли скованные за спиной руки, из-за чего вес тела приходился на правое плечо, все еще зудевшее в месте укола. Он попробовал осторожно пошевелить ногами, тихо брякнула цепь, от натяга чуть коснувшись его голого берда. Наверно, одежду сняли, пока он был без сознания… Хотят рассмотреть товар во всей красе? Что ж, наслаждайтесь, черти…

Горский осторожно открыл глаза, но не увидел ничего, кроме темноты. Со лба медленно скатилась капелька пота. Было очень душно. Что это, мешок? Ну да, конечно… Плотная черная ткань, надетая на голову, не пропускала абсолютно никакого света. В горле пилота резко пересохло. Алексею захотелось глубоко вдохнуть, но он не смог открыть рот. Залепили, сволочи… Космонавту стало не по себе.

– Должны признать, что слухи о тебе не врут. Пожалуй, это лучший экземпляр, что попадался нам за последнее время.

А этот голос уже женский… Кто же покупатель? И какая у него цель?…

С трудом подавив в себе внезапно накатившую панику, Алексей затих, вжавшись в пол, всем своим существом обратившись в слух.

– Поверьте, я дорожу своей репутацией, и всегда представляю только тот товар, в котором полностью уверен.

Старик… Актер, твою мать.

– Что ж, в таком случае, не помешало бы осмотреть его целиком. Тем более, похоже, действие снотворного уже закончилось, хотя пойманный и пытается старательно изображать спящего.

Черт!

– И правда! – голос Евгения прозвучал слегка насмешливо. – Быть может, вы хотите проверить сами? В знак моего глубочайшего доверия. А заодно убедитесь в чрезвычайной выносливости представленного экземпляра.

Власов, ты что задумал, сво…?!

Но тут же Алексею стало не до вопросов. В мгновенье его горло словно пронзило сотнями микроскопических игл, и обдало тело огнем, пропуская через него волны боли. Шею охватила удушливая судорога, перекрывая доступ кислорода, из глаз брызнули слезы. Если бы не заклеенный рот, наверно, он бы закричал. Но сейчас у пилота вырвался только сдавленный стон, сравнимый с рыком раненного зверя… Так вот как он работает, чудо-ошейник… Действенное средство укрощения, ничего не скажешь…

Агония продлилась несколько секунд, и отпустила. Алексей обмяк, изо всех сил пытаясь отдышаться через нос, чувствуя, что если не сможет сейчас взять дыхание под контроль, рискует задохнуться. Мысленно он стал считать секунды, попеременно делая по два частых вдоха и выдоха, потихоньку уменьшая их резкость и частоту, а вместе с ними успокаивая сердцебиение, и довольно скоро почувствовал, как постепенно приходит в норму.

Зрители молчали.

 Гады, скоты, ненавижу!…

– Я в восхищении, Ловец! Про выдержку ты не соврал. Мало кто приходит в себя настолько быстро. – И снова этот женский голос. – Давайте же посмотрим на него поближе.

Рядом с пилотом послышались приближающиеся шаги, и чьи-то сильные руки, подхватив его за предплечья, резко потянули верх, заставив подняться на ноги.

С головы сдернули удушливый мешок, в глаза ударил свет, заставив Горского зажмуриться. Рот при этом у него оставался заклеен. Медленно разлепив веки, Алексей проморгался и смог, наконец, осмотреться.

Он стоял на небольшой прямоугольной металлической платформе, которая возвышалась в центре зала. Со всех четырех сторон постамент подсвечивался направленными на «объект» светильниками, что очень напомнило космонавту витрину в музее, только сейчас в роли «экспоната» приходилось выступать ему самому. Внутри клокотала лавина эмоций, находиться в подобной роли ему еще не приходилось. Конечно, соглашаясь на эту операцию, он примерно представлял, на что шел, но быть выставленным на смотрины в обнаженном виде казалось  унизительным. И еще тяжелее становилось от осознания того, что ни при каких обстоятельствах сейчас нельзя выходить из рамок отведенной ему роли. Майор военно-космического флота Алексей Горский остался на Земле. А на холодной решетке, со скованными за спиной руками и залепленным ртом, перед лицом троих криптонских покупателей стоял, согласно легенде, простой, не избалованный жизнью парень по имени Алекс, который в один из прекрасных солнечных дней оказался схвачен коварным охотником за головами, и насильственным путем доставлен на вражескую планету. На его месте, Алексей бы сейчас всей душой ненавидел своего похитителя, и потому, секунду поразмыслив, вперил яростный взгляд в человека, захватившего его в плен. По выражению глаз Старика, вмиг уловившего этот зрительный сигнал «вступления Горского в игру», он тоже приготовился лицедействовать до конца.

Усмехнувшись, полковник демонстративно приподнял бокал, наполненный чем-то похожим на вино, и, отпив из него большой глоток, промокнул губы расшитым золотыми нитями шелковым платком.

Старичок, да в тебе талант пропадает…

Не спеша поднявшись и сделав несколько шагов к платформе, мельком посмотрев на Горского как на грязь под ногтями, Власов повернулся к покупателям.

– Как вы уже успели убедиться, господа – представленный вам образец – довольно редкий и ценный экземпляр. Наряду с крепким телом и выносливостью, которую он только что продемонстрировал, Алекс обладает и другими весьма незаурядными талантами. Соизвольте ознакомиться!

Ловким движением выудив из-за пазухи три номера глянцевого журнала, он раздал каждому криптонцу по одному, и выдержал почтительную паузу, дав возможность покупателям ознакомиться с рекламой. Узнав свое фото на обложке, Алексей мысленно поморщился.

Все трое неспешно листали страницы, вглядываясь и оценивая, изредка переводя взгляд на сам «образец», и вновь пряча глаза в фотоснимках. Власов терпеливо ждал, небрежно облокотившись рукой о спинку стула. И лишь один пилот мог заметить, как его улыбающийся друг, излучая равнодушие, на деле был напряжен изнутри как струна.

Чувствуя усталость во всем теле от долгого ожидания в неудобной позе, от нечего делать Горский стал разглядывать криптонцев.

Внешне они ничем не отличались от людей. Лишь необычный светло-оливковый оттенок кожи указывал на то, что эти существа не земного происхождения.

Видно почувствовав его пристальный взгляд, на Алексея поднялись три пары глаз, но лишь женщина смотрела на него с поистине неподдельным интересом, который носил, похоже, самый незамысловатый характер.

– Так что скажете, господа? – не выдержал Власов, стараясь сохранять безмятежное выражение лица.

Мужчина, сидящий по центру, молча переглянувшись со своими партнерами, задумчиво сощурился:

– Этот экземпляр, который ты нам представил, безусловно, вызывает интерес. Но прежде, чем заплатить за него назначенное тобой немалое вознаграждение, нам бы хотелось проверить его в «яме».

– Жалко портить такой торс на работах в рудниках, – игриво хихикнула женщина, облизнув губы. Алексей мысленно брезгливо поморщился. – Нельзя не дать этому красавчику шанс. Ну а после, думаю, мы сможем договориться. Если ты, конечно, согласишься снизить цену.

Интересно, о какой это «яме» идет речь? – в груди Алексея засел неприятный холодок. А напрягшаяся спина Евгения и вовсе заставила начать волноваться всерьез.

– А если, напротив, подниму? – сухо спросил Власов деревянным голосом, и Алексей молча сглотнул подступивший к горлу комок.

– Что ж, исход поединка покажет, достоин ли товар таких денег. – откинувшись на спинку кресла произнес главный, и слегка щелкнул пальцами.

К Горскому с двух сторон тотчас же подлетели два охранника, и впились своими ручищами ему в предплечья.

Евгений, все это время стоявший к другу спиной, разворачивался как в замедленной съемке. А повернувшись, всем своим видом олицетворял алчного до денег, чуть раздраженного продавца, который по воле случая вынужден ждать исхода затянувшейся сделки, но дабы не ссориться с покупателями, дисциплинированно держать себя в руках.

– Подготовьте его, – коротко отдал приказ полковник, и, прежде чем Алексей успел понять, что происходит, на голову ему снова натянули мешок.

Глава 6. Перед боем.

Он лежал, растянувшись на столе, а огромный криптонский массажист трудился над ним в полную силу.

То, что Горского на полном серьезе готовили к бою с неведомым противником, стало ясно, как только его ввели в местный "подготовительный" банный комплекс. К удивлению пилота, внутри него всё было оборудовано в точности, как  у людей. Видно криптонцы неплохо успели изучить нашу культуру…  Трое сопровождающих его конвоиров, заставив вначале хорошенько пропариться в сауне (тоже вполне себе земной!), сопроводили Алексея в массажный кабинет, где вот уже битый час его мышцы приводили в тонус, что, говоря откровенно, после всех перенесенных мучений оказалось как нельзя кстати. Ненавистный кляп со рта, наконец, убрали, но голос по-прежнему подавать было запрещено, иначе криптонцы грозились вновь активировать ошейник, и майор благоразумно решил на время обойтись без ненужных вопросов, тем более, что производимые с ним манипуляции шли сейчас организму только на пользу, и никаких возражений у космонавта не вызывали.

Предстоящего боя Алексей не боялся, драться он умел, хотя здоровые опасения, конечно, присутствовали. Его задачей было любыми способами попасть во дворец, правда пока оставалось не ясным, верное ли направление действий задал для него Старик, который из кожи вон лез, чтобы уважаемые покупатели разглядели в «товаре» хоть что-то, не позволяющее отправить свеженького, пышущего силой раба на раскопки, где он точно долго не протянет.

О том, что из себя представляют пресловутые «рудники» и как там погибают люди Алексей узнал из болтовни конвоиров, которые между собой обсуждали процесс вывоза трупов рабов как нечто, являющееся каждодневным мелким неудобством, от чего пилот еще больше утвердился в желании во что бы то ни стало выиграть приближающийся поединок. Если б еще знать заранее хоть что-нибудь о слабых сторонах противника – возможно, это повысило бы шансы на победу. Может Старик успеет что-то подсказать… А вот, собственно и он.

– Оставьте нас. – Тоном, не терпящим возражений, с ходу провозгласил вошедший в кабинет Власов, обращаясь к массажисту и охранникам, находящимся рядом с Алексеем. – Мне долго надо ждать? – рявкнул он, и криптонцы, как по мановению волшебной палочки, мгновенно рассосались.

Евгений, сохраняя невозмутимое лицо, присел перед вытянувшимся на столе космонавтом на корточки и тихо произнес:

– Не дергайся и не делай лишних движений, здесь повсюду камеры, так что нас с тобой сейчас видят. А вот слышать не могут, поэтому лежи спокойно и внимательно слушай.

– Дружище, ты же видишь, что я пристегнут, о каких движениях может идти речь? – сквозь зубы проговорил Горский, слегка тряхнув наручниками, соединявшими его кисти с кушеткой.

– Молодец, понял меня правильно, можешь еще подергаться и поорать, лишь бы для  наших зрителей это выглядело правдоподобно.

В ответ Алексей, задрав голову, от души выдал длинную матерную тираду. Старик, изобразив садистскую усмешку, продолжил:

– Как ты уже понял – тебя готовят к бою. Яма – это местная арена, замкнутое пространство, оборудованное камерами, действие на которой зрителям транслируется на экранах. Твоя задача – выиграть любыми мыслимыми и немыслимыми способами. Сдашься – и отправишься на рудники, откуда нам тебя будет уже не вытащить. Чтобы сделка состоялась, и ты смог попасть во дворец, Леша, необходимо не просто выиграть бой, но и зрительно поразить криптонцев настолько, чтобы жюри присвоило тебе «зеленый статус». Я тут успел немного узнать о том, как все происходит. Бой делится на три этапа, с постепенным усложнением условий, и за каждый присуждаются баллы. Наберешь наивысший – и будешь в "шоколаде", то есть из «раба» сразу перескочишь в категорию «слуг», а это уже совсем другой уровень, что существенно должно облегчить тебе задачу. Главное – не оказаться в «красной» категории. Этим ты автоматически приобретаешь себе билет на раскопки, и соответственно, операцию можно считать проваленной. Нам с тобой нужна только победа.

– Ну, к этим выводам я и сам уже пришел, капитан очевидность… – проговорил Алексей, изобразив зверское выражение лица и на всякий случай сжав кулаки.

– Но есть одна проблема, – усмехнулся Евгений, внешне не выходя из роли. Глаза его при этом оставались серьезными. – Ты у нас парень физически подготовленный, но и противник, говорят, тебе достался не завидный. А потому придется очень постараться, чтобы его положить.

– И почему я в этом не сомневался? – саркастически закатил глаза пилот.

– Я просто хочу еще раз повторить тебе, Лёша: расслабляться нельзя, или, выражаясь точнее – облажаться ты не имеешь права. Задача ясна?

– Более чем, – процедил сквозь зубы пилот, почти что и не изображая злость. Одни и те же повторяющиеся напутствия полковника начинали его ощутимо раздражать.

– Пора заканчивать. Вопросы еще есть? – спросил Евгений, пристально глядя на друга.

На секунду задумавшись, Алексей, собрав во рту слюну, от души плюнул Евгению в лицо. Попал. Сердце на секунду противно ёкнуло, но через силу он медленно расплылся в довольной улыбке.

Полковник вынес это стоически, одним лишь крепким нецензурным словом выразив определение, подходящее по его мнению к пленнику. Вытащив из кармана шелковый платок, тщательно им обтерся, и, скомкав, бросил  на пол. Гордо распрямившись, повернулся к двери.

В тот же миг в комнату влетели охранники, по всей видимости следившие за происходящим с помощью камер видеонаблюдения, и молча выстроились у стола с лежавшим на нем Горским.

– Заканчивайте тут, – коротко приказал Старик, направляясь к выходу, но, сделав несколько шагов, все же обернулся к пилоту. Всем своим видом излучая с трудом сдерживаемое негодование, сухо произнес: – Если проиграешь бой – лучше тебе сдохнуть в яме…

***

Дверь за его спиной с громким стуком захлопнулась.

С плевком-то я, наверно, перемудрил… – подумал Алексей с горькой усмешкой. – Обиделся, похоже… Может теперь еще и снова током долбанут, в воспитательных целях?

Но мучить пленника в этот раз никто не стал, напротив. Браслеты, которыми Горский был прикован к кушетке, отстегнули,  и он смог, наконец-то, подняться, растирая натертые запястья.

– Одевайся, – коротко скомандовал один из охранников, в ожидании скрестив руки на груди.

Увидев предложенную ему одежду, Алексею стало по-настоящему смешно.

Поймав на лету небрежно брошенную ему цветастую тряпочку, пилот скептически скривился, недоуменно уставившись на криптонцев.

– Набедренная повязка? Вы серьезно?!

Конвоир угрожающе насупился:

– Нарываешься, землянин? Надевай.

– Да было б, что тут надевать-то…

Со вздохом Алексей повязал кусок ткани на пояс, ощущая себя жалкой пародией на Тарзана, и обернулся вокруг своей оси, показывая, что готов.

– Ну как, удовлетворены, извращенцы?

Свое недовольство пилот показывал криптонцам не без умысла. Пусть считают, что ему неудобно, стыдно и холодно в таком минималистском наряде. На деле же в подобном «обмундировании» не было ничего плохого, наоборот: в бою повязка давала полную свободу движений, не сковывала, и не мешала, а уж эстетическая сторона вопроса  волновала пилота меньше всего.

– Давай двигай. Зрители ждут.

Получив тычок в спину, Горский молча опустил голову, и сопровождаемый конвоем, мрачно пошел к выходу.

Воображение издевательски нарисовало в уме картину древнеримских сражений на широкой круглой арене с колесницами и дикими животными. Интересно, по исходу поединка он дождется поднятых вверх пальцев, или же не сможет одолеть противника и получит тот страшный «красный статус», который, так или иначе, загонит его в могилу?…

Что ж… Скоро узнаем.

Глава 7. «Оратор».

Команда «Стой!» прозвучала за спиной внезапно, и Алексей в недоумении замер посреди коридора. Двери в стене напротив разъехались в стороны, открывая взору небольшой зал со скругленными углами, по периметру оборудованный встроенными от пола до потолка экранами, в данный момент пока еще ничего не транслирующими, но по всей видимости предназначенными для того, чтобы показывать зрителям бой, создавая эффект присутствия.

Криптонцы, удобно устроившись в мягких креслах, возбужденно болтали между собой на родном языке, из которого Горский знал лишь пару слов, да и то нецензурных. При появлении пилота головы присутствующих с интересом повернулись в его сторону. В предвкушении, гуманоиды? Будет вам зрелище, обещаю… С правого боку в небольшой выделенной ложе на несколько мест, сидела уже известная Алексею троица возможных покупателей, а также Евгений, внешний вид которого космонавту решительно не понравился. Вроде бы на первый взгляд все было как обычно: Власов, улыбаясь, продолжал играть на публику, но на этот раз не стал снимать очки с затемненными стеклами, и выражения его глаз Горский не видел. Зато бледный цвет лица, напряженные мышцы выпрямленной струной спины мгновенно привлекли внимание пилота и заставили его начать волноваться. Чем же ты так обеспокоен, Старина? Не предстоящим же боем… Тогда что?…

Резким тычком в спину Алексея вытолкнули в центр зала. Еще ранее он заприметил нанесенный на пол черной краской круг с ярким светящимся контуром, оказавшись на котором он встал, распрямившись и держа руки свободно по швам, стараясь казаться максимально расслабленным. Бегло обведя глазами зал, Горский пришел к выводу, что публика, в целом, настроена достаточно благожелательно, хотя сегодняшний бой проводится наверняка вне графика, если он у криптонцев вообще существует…

Алексей перевел взгляд на Власова. Женщина, сидящая рядом, нагнувшись, что-то быстро нашептывала ему на ухо, пальцами при этом весьма недвусмысленно теребя воротник его рубашки. И то, что она говорила, полковнику, несмотря на его хитрую улыбку, явно не нравилось. Уж я-то знаю тебя, как облупленного, Женька, не обманешь. Что же тебя гложет?… Словно прочитав мысли друга, Евгений, кивнув криптонке и галантно приложившись губами к ее руке, поднявшись, одернул на себе жилетку и, эффектным жестом снял очки. Ораторствовать будет?.. Ну, точно… Повернувшись к Алексею и окинув его быстрым взглядом, пронзившим пилота насквозь, Власов трижды хлопнул в ладони, призывая публику к тишине. Горский мгновенно подобрался, приготовившись к тому, что должно произойти. А что-то явно назревало.

Дождавшись, когда голоса смолкнут, Евгений торжественно произнес:

– Уважаемые дамы и господа! Имею честь представиться: Ловец. Быть может, кто-то обо мне уже наслышан, и я искренне надеюсь, что это так, – он позволил себе небольшой смешок, дружно подхваченный залом.

А он им нравится…

Хитро усмехнувшись, Евгений продолжил:

– Родители меня учили никогда не появляться в чужом доме без подарка. В память о них я всегда следую этому правилу, и стараюсь быть щедрым. За последний год, на благо дорогих друзей, я сумел преподнести им достаточно ценных и интересных экземпляров, но с ЭТИМ  расстаться просто так, по правде говоря, мне не позволяет совесть. – Картинным жестом он вытянул руку, и указал в сторону пилота. – С гордостью рад представить вашему вниманию: АЛЕКС! Этот землянин поистине находка, способная поразить воображение. И прежде, чем шоу начнется, прошу взглянуть на экран.

 И снова эти злосчастные фото! Увидев себя, представленного во всей красе, под восхищенные вздохи публики (нет, ну извращенцы, ей богу!) Алексей вспыхнул, чувствуя, как медленно наливается краской. Так же неотвратимо внутри него росло четко осязаемое чувство ненависти: к этой расе ненормальных, главным развлечением для которых являлись различные эротические извращения и кровавые гладиаторские бои; к Террелу, отправившему его на это задание, предварительно превратив в некий секс-символ; к службе, не оставляющей выбора, и к самому себе, заставлявшему думать именно так.

Отведя от пленника насмешливый взгляд, Евгений щелкнул пальцами, и экраны погасли.

– Сейчас мы с вами станем свидетелями поистине захватывающего зрелища! Наши уважаемые господа: ЕЕ величество,… ЕГО величество… и Главенствующий принц светлейшего королевства, его светлость Измар, – после каждого титула Власов выдерживал почтительную паузу и кланялся криптонцам  чуть ли не в пояс –  (и когда только успел нахвататься знаний о местных обычаях?) по исходу боя изволят сделать выбор, который свершит судьбу раба: отправится ли он на рудники, где до последней капли пота будет работать на благо процветания народа Криптона, или же… – вновь многозначительная пауза… – ему будет дозволено право первой предбрачной ночи с нетронутой доселе невестой самого принца!

Оп-па… Так вот оно что… Лишение будущей принцессы чести тоже является своеобразным ритуалом, который должен проводить новоявленный избранный слуга?… Еще бы Старик не напрягся, узнав ТАКОЕ! Учитывая, что данная «почетная миссия» возможно (и стоит подчеркнуть последнее слово) выпадет мужу его дочери…

С одной стороны Алексей, услышав перспективу, внутренне взбрыкнул, так как свято хранил жене верность, и нарушать данные любимой женщине клятвы не собирался ни при каких обстоятельствах. С другой – победа в предстоящем поединке приводила его напрямую к цели, подступы к которой до текущей минуты оставались для него главной проблемой. И если взвесить на чаше весов верную гибель или успешный исход операции – конечно, стоит выбрать последнее. В конце концов, именно за этим он здесь. А уж что касается самого «процесса»… Будем решать проблемы по мере их наступления.

Глядя на друга самым что ни на есть невинным и открытым взглядом, Горский всем своим существом постарался мысленно передать Евгению, что в случае подобного интимно обязывающего исхода он обязательно что-нибудь придумает, всеми мыслимыми и не мыслимыми способами избежит предательства. По глазам друга увидел: ПОНЯЛ. А также в глазах полковника промелькнуло и еще кое-что, от чего по спине пилота пробежал холодок. Ну неужели, Женька, ты обо мне такого мнения? Вот уж не ожидал… Ох, чувствуется, разговора по душам потом не избежать… Ну а пока эмоции подождут.

Дело близилось к главному.

Евгений, выждав достаточную паузу для того, чтобы возбужденные предстоящим боем зрители успокоились, подняв обе руки над головой, провозгласил:

– Мне выпала великая честь открыть сегодняшний вечер!… – голоса в зале смолкли. – Да начнется битва! – почти выкрикнул он. – И пусть победит сильнейший!

Сердце Алексея на мгновенье замерло, и в ту же секунду пол под ним разверзся.

***

Падая в резко раскрывшийся люк, Горский сильно ударился плечом, от неожиданности не успев сгруппироваться. Вокруг царила полнейшая тьма, не было слышно ни единого звука. Издав невольный стон от пронзившей тело боли, Алексей, с трудом нащупав опору, которой послужила слегка шероховатая стена, поднялся. Выпрямился, прислушиваясь… Шорох… Справа? Нет. Сзади. И вновь справа. Пилот почувствовал, как в предвкушении атаки каждый мускул его тела, окаменев, напрягся. Сделав шаг назад, и ощутив спиной неровную прохладную поверхность, он вжался в стену, обратившись в слух.

Внезапно вспыхнул свет, на секунду ослепив космонавта, и тут же последовал сильнейший удар в корпус, заставивший пилота рухнуть на пол, судорожно глотая ртом воздух. Сжав зубы в попытке игнорировать боль, Алексей постарался откатиться в сторону, но тут же получил пинок под ребра, вслед за которым на его спину обрушилась тяжелая нога, прижимая к полу.

Горский попытался дернуться, столкнуть с себя невидимого противника, но раздавшийся над головой до боли знакомый голос заставил похолодеть, замерев на месте.

– Не дергайся, майор. Будешь меня слушаться – выйдешь отсюда живым. Знай только главное: поддаваться я не намерен.

ГЕРМАН???

– Ты здесь каким боком?!! – прошипел Алексей сквозь зубы, выворачивая голову в желании удостовериться, что ему не послышалось, и спарринг партнером оказался действительно адмирал.

Но ответа не последовало. Почувствовав, как давление на спину ослабло, пилот сжался, приготовившись сделать прием, который должен был опрокинуть противника, но в ту же секунду в голове словно что-то взорвалось, вмиг лишив тело силы, заволакивая сознание тьмой.

Уплывая в тягучую бездну, пилот из сотен роившихся в голове мыслей, сумел выцепить лишь одну: первый бой я проиграл….

Глава 8. «И пусть победит сильнейший»

– Поднимайся, майор! Или хватку потерял?

В висках противно стучало. Пытаясь разогнать заволокший сознание туман, Алексей, приподнявшись на локтях, тряхнул головой, и тут же об этом пожалел: резко подкатившая к горлу тошнота заставила его закашляться.

– Распустил ты себя, Горский.  Ох, распустил! И куда только Власов смотрит?

Да он издевается…

Скрипя зубами, Алексей медленно поднялся, стараясь справиться с головокружением. По голове ему адмирал заехал неслабо.

Приняв более-менее вертикальную стойку, космонавт посмотрел на Германа:

– Я не успел расслышать… Так почему ТЫ?

Адмирал, неспешно двигаясь полукругом перед противником, делая периодически ленивые выпады, заставляющие пилота то и дело отклоняться, защищаясь, оскалился:

– А сам что думаешь? Как-никак, шеф у нас с тобой общий.

Удар… Увернулся, повезло…

– И все же?… (пригнулся… успел…) Ты же должен быть в отпуске?

Опять удар… По касательной, но больно, ч-черт….

– Да вот призвали, знаешь ли… Насвистели, что мальчику нашему золотому бой предстоит, который тот непременно должен выиграть, иначе звиздец… Н-на!… Ах ты ж, вертлявый, майор, исправляешься!… Ты, наверно, не в курсе, но за такие поединки криптонцы отваливают победителю большущее вознаграждение, грех было не воспользоваться!

– А кроме шуток? – чудом увернувшись от нацеленного прямого удара ногой, спросил Горский.

– А кроме шуток, Лёша, Террел привык подстраховываться всегда и везде… М-мать!

Ага, достал тебя! Так и мы не лыком шиты, получай еще!

Крутанувшись на месте, Алексей поднырнул под выкинутую вперед руку, уходя от атаки, и в развороте попал-таки Герману в корпус, но тут же прилетела ответочка, прямиком в лицо, рассекая нижнюю губу. Пожалуй, про поправку на возраст можно забыть. Адмирал, в свои 52 года, был не просто опытным бойцом, но и оказался смертельно опасным противником.

Сложности добавляло еще и то, что бой двух прошедших одну школу агентов априори не может быть зрелищным! Оба знали достаточно техник, позволяющих всего за несколько приемов отправить соперника на тот свет. Здесь же им приходилось больше играть на публику, изображая пока что незамысловатую драку, в желании протянуть время, а также решить друг для друга давние затаенные обиды, а их было немало, да только, что называется, руки никак не доходили… И вот, волею случая, ДОРВАЛИСЬ.

Приготовившись провести серию зрелищных, но не сильно травматичных ударов, Алексей сгруппировался, но вдруг непроизвольно ахнул, когда со всех сторон на них брызнула ледяная вода, вырывающаяся не только из потолка и стен, но даже из пола. А вот плавки бы сейчас не помешали… Ну, криптонцы… Тонкие струи били нещадно, полосуя голые спины дерущихся словно хлыстами. Тут уже обоим стало не до шуток. Разом нахмурившись, они ринулись друг на друга, молотя кулаками не столько в попытке дать зрителям желанную «кровавую картинку», сколько с помощью быстрых движений хоть как-то облегчить воздействие хлестких струй на тела, от направленного напора мгновенно покрывшиеся красными полосами. Теперь им уже было не до разговоров, тем более, что температура воды сменилась с ледяной на обжигающе горячую, заполнив и без того маленькое помещение удушливо влажным паром.

Алексей чувствовал, что начинает задыхаться, и, встретившись взглядом с Германом, понял, что и тому сейчас не легче.

– Ну что, майор, начнем повышать твои шансы на победу? – срывающимся голосом прохрипел адмирал.

– У тебя есть какие-то предложения? – вновь чудом увернулся от удара пилот.

– Ну, вообще-то….

Дальнейшие его слова потонули в нечеловеческом гуле, поглотившим комнату. Вода, вмиг отключившись, сменилась на дикий ультразвуковой визг, заставивший мужчин, зажмурившись, зажать руками уши, защищая грозящиеся лопнуть перепонки. Рухнув на колени, оба, согнувшись, до боли сжимали зубы, открывали рты, стараясь хоть как-то отразить эту зверскую звуковую атаку, которая смолкла так же внезапно, как и началась. А вместе с ней погас и свет. Навалилась оглушающая тишина.

Наступил конец второго раунда.

Алексей с Германом дружно повалились на пол, пытаясь отдышаться, хоть немного придти в себя в данном им коротком перерыве. Горский чувствовал пульсацию в каждой клеточке измученного организма, лицо его было разбито в кровь, тело ныло от количества полученных синяков и ссадин… Лежать бы так, и лежать…

Да не тут-то было.

Откуда-то из угла раздалось тихое шипение, и комната стала наполняться дымом, одновременно с этим озаряясь слабым голубоватым сиянием. Поняв, что отдыху пришел конец, соперники, дружно матернувшись, поднялись на ноги, уже практически не видя друг друга от заволокшего помещение тумана. Ко всему прочему, обоих вдруг внезапно повело, очевидно, что дымок был не простой, а с примесью какого-то хитрого газа, от которого хотелось и смеяться и плакать одновременно. Что ж это за химия такая?

 Герман, смахнув непрошено навернувшуюся слезу, вдруг процедил сквозь зубы:

– Все-таки сволочь ты, Горский!

 Алексея же, наоборот, пробрало необъяснимое веселье:

– Это почему еще?

– Такую женщину у меня увел… Никогда не прощу!

Ага, значит вот она, где собака зарыта…

– Я ж ее с детства, считай, знаю. Если бы не я, хрен бы твой Женька с ней справился! Я ж им, мать его так, жизни тогда спас, на Азилуме!! И что??… – Каждую невольно вырывавшуюся изнутри фразу, Герман сопровождал неслабыми ударами, от которых Горскому с трудом удавалось уворачиваться. – Выросла девочка-красавица, расцвела, повзрослела! Но вот что-то я упорно ей не нравился, что бы я ни делал, воротила от меня нос!… И когда чуть-чуть лед, наконец-то тронулся, с какого-то черта приперся ты! И всё, девчонка поплыла! Супермена в тебе увидела…. Получааай, гад!

Жестокой подсечкой Герман повалил Горского на пол, вышибив из легких пилота, казалось, весь воздух.

Что ж ты делаешь, скотина? Начал играть всерьез?? Ну, тогда лови!

Ловко извернувшись, Алексей вырвался из-под соперника, и оказался сверху, вцепившись в него руками, стараясь не дать ухватить себя за горло.

Герман же, вдруг ухмыльнувшись, незаметно подмигнул. Так играет он все-таки или нет??

– Что, завелся, майор? Бей, не стесняйся. У нас не так уж много времени осталось, а тебе нужна победа, или ты уже забыл?

– Какого черта ты тут распинался? – прорычал пилот сквозь зубы, чуть не пропустив выпад прямой ладонью в нос.

– А знаешь, что самое смешное? – выпалил Герман и расхохотался. Смех его звучал безумно, так, что на секунду Горскому даже стало не по себе. – Я до сих пор, с кем бы ни спал, представляю у себя в постели именно ее, Алису! Ненаглядную твою женушку! Ох, как бы мне хотелось ее на самом деле…

Далее он выдал в отношении девушки все свои потаенные фантазии, выраженные самой нецензурной лексикой. И этим добился своего.

Алексея проняло окончательно. Не соображая, что делает, он со всей дури стал лупить адмирала, не чувствуя боли в разбитых кулаках, не обращая внимания на то, как лицо Германа превращается в кровавое месиво, с каждым следующим ударом вымещая на своем враге и друге одновременно всю накопившуюся внутри за последние годы злость.

Остановил разошедшегося пилота только внезапно сработавший ошейник, заставив его, отпустив свою жертву, упасть на пол, забившись в конвульсиях… Откатившись с потерявшего сознание соперника, когда волны тока перестали судорогами стискивать горло, Алексей, не в силах сдерживать непроизвольно хлынувшие из глаз слезы, понял вдруг, что плачет искренне, горько и всерьез, и совсем не по вине реакции организма на активацию коварно бьющей током электроники…

Над головой раздалось шипение открывшегося люка, впустившего в «яму» воздух и звуки аплодисментов восхищенных зрителей.  Отдаленно прозвучавший сверху голос Евгения вещал что-то насчет «победы пленника и выпавшей на его долю великой чести», но все эти слова не успевали укладываться в уплывающее сознание пилота.

Ощущая резко навалившуюся невероятную тяжесть во вмиг одеревеневших конечностях, Алексей позволил себе, наконец, отключиться.

И да пропади оно все пропадом….

Глава 9. После боя.

Все происходило как в тумане.

На голову ему лилась вода, теперь уже не кипяток, но и не ледяная. Обычная вода комфортной температуры, смывающая с тела кровь и пот, смешанные с грязью.

Алексей стоял под душем, опершись руками о стену, потихоньку начиная приходить в себя.

Он добился своего, выиграл чертову битву, но какой ценой?…

Только сейчас к нему пришло осознание того, что Герман стал его спасительным билетом, подставился, отдав себя на растерзанье, хотя со своей военной подготовкой и серьезным боевым прошлым при желании мог бы положить пилота еще в первом раунде, что он, собственно, и сделал, но лишь для того, чтоб раззадорить зрителей. И все его слова, вырвавшиеся в яме, хоть и несли в себе долю правды, были выпалены, чтоб ввести соперника в состояние аффекта, завести, заставить выиграть! Попадись Алексею любой другой, незнакомый ему противник – и исход боя был бы не определен, да и «зрелище» бы вряд ли получилось. А публике нужны были эмоции, и чем неподдельнее они выглядели, тем сильнее впечатление производили, с каждым разом все больше повышая шансы Алексея на победу… Герману теперь по жизни Горский будет должен… Террел, чертов ты стратег!…

Напор струи стал ослабевать, и постепенно стих совсем. Проведя рукой по мокрым волосам, стряхивая с них последние капли, Алексей безвольно прислонился к стене. Настроение было хреновее некуда. Он вновь оказался разыгранной картой, пешкой в неведомой большой игре, в которой была сыграна еще лишь только первая партия. И как бы ни было противно, приходилось послушно двигаться дальше.

Дверь в душевую резко распахнулась, впуская внутрь двух молоденьких полуодетых девушек, нагруженных полотенцами, какими-то флакончиками, баночками и множеством косметических мелочей, в которых Горский ничего не понимал. А вот свежей для него одежды у них в руках, увы, он не увидел.

Машинально смущенно прикрывшись, чем вызвал у служанок (или наложниц, кем они там были?) веселый смех, Алексей скромно отступил назад, ожидая, что сейчас девушки разложат все принесенное, и снова оставят его одного. Но не тут-то было. Бросая на пилота хитрые взгляды и пересмеиваясь, они, без церемоний взяв его за руки (не без труда, стоит заметить, отодрав их от того, чему они служили защитой), провели майора в смежную с душевой комнату, и жестами велели лечь на кушетку.

Осторожно растянувшись на застеленной сверху прохладной простыне, Алексей, ожидая уже чего угодно, закрыл глаза, смирившись с безысходностью. Однако самые его худшие опасения не подтвердились, по крайней мере, никакого эротического подтекста в действиях служанок (все-таки служанок, такое определение показалось Горскому более безобидным) он не заметил. Попеременно раскрывая все бутылочки подряд, девушки в четыре руки стали обрабатывать его ссадины и ушибы, и надо заметить, делали это мастерски. Через некоторое время пилот не без уважения к криптонцам вынужден был признать, что их медицинские средства по сравнению с известными ему земными, ушли далеко вперед. Боль в израненных конечностях не просто притупилась, а практически исчезла полностью, сменившись на приятную расслабленность. Да что там говорить, после процедур, по окончании которых Алексей почувствовал себя новым человеком, ему было в чем-то даже жаль, что чудодейственные манипуляции над ним закончились.

Поговорить с девушками и выудить из них хоть какую-то информацию, космонавту не удалось. Либо они не владели общепринятым галактическим языком, либо им просто даны были указания не разговаривать с пленником и не отвечать на его вопросы. Сделав свое дело, служанки, одарив его напоследок самыми недвусмысленными взглядами, удалились так же тихо и быстро, как и появились.

Вздохнув, Алексей поднялся, и, схватив первое попавшееся под руки полотенце, спешно обернулся им вокруг талии, сразу почувствовав себя увереннее. Что-что, а разгуливать среди любопытного криптонского народа голышом, он не собирался. Хотя если так пойдет и дальше, от природного стыда скоро не останется ни капли, когда тебя то и дело заставляют обнажаться и трогают все подряд.

Интересно, что же его ждет теперь? Заставят сразу приступить к «обязанностям» победителя, или же дадут время на то, чтоб можно было придти в себя?

В ожидании, что сейчас за ним вновь кто-нибудь придет, Алексей мерил шагами комнату, но это занятие ему быстро наскучило. Опустившись в единственное стоявшее в ней кресло и вытянув ноги, он прикрыл глаза, приготовившись ждать. И сам не заметил, как уснул.

***

Власов, вытянувшись по струнке, стоял в тесной рубке космолета перед устроившимся в капитанском кресле Террелом.

После победы привезенного им пленника, криптонцы расплатились сразу, и даже глазом не моргнули, когда, сохраняя легенду, Ловец вдвое завысил цену.

С выставлением в противники Горскому адмирала, Зед не прогадал. Каким образом ему удалось продвинуть на эту роль своего человека – для Евгения оставалось загадкой, но по большому счету сейчас этот нюанс волновал его меньше всего.

Террел заговорил первым:

– Как наш друг Герман?

– На пути в госпиталь. – отрапортовал полковник.

– Травмы?

– Сломана переносица,  вывих нижней челюсти, перелом двух ребер, сотрясение мозга, множественные ушибы…

– Эко майор разошелся!.. Ну а сам он как?

– Без существенных увечий, так, больше все поверхностно, получил ранения, которые смотрятся эффектно, но заживают быстро.

– Вот что значит «опыт» против «молодости»!

Власов про себя вспыхнул.

– Вы забываете, сэр, что Горский – не агент. Он – пилот военно-космического флота, и подсовывая ему на поединок Германа, который Лёшу терпеть не может, причем это взаимно, вы шли на огромный риск!

– Риск – дело благородное, полковник. Физподготовку наши парни проходили единую, другое дело научиться пользоваться ей с умом, а вот это уже требует определенного опыта… Ну да ладно, подучим, подрихтуем… А пока что мы добились главного. Зрители довольны?

– В полном восторге.

Террел удовлетворенно кивнул, и усмехнулся:

– Ну а ты теперь у нас богач, верно? Не забудь эти денежки перевести в клинику, в конце концов, Герман – сторона пострадавшая, ему они будут не лишние.

– Уже, – коротко ответил Евгений.

– Вот и чудно!

Власов, помявшись, все же решился на вопрос:

– Вы хоть знаете, сэр, в КАКОЕ ИМЕННО рабство попал Горский?

– Майор оказался там, где нам и было нужно. Что до предстоящих ему эротических забав – это не самая неприятная ситуация, в которую можно попасть на задании, не невинный уже мальчик. А вас что-то смущает, полковник?

– Всё!

Террел, вздохнув, поднялся с кресла и подошел к Евгению вплотную, не сводя с него пронзительного взгляда:

– Значит, слушай сюда, Власов, и запоминай на всю жизнь: это ЗДЕСЬ вы – верные супруги своим женам и любимые папочки маленьким и будущим деткам. А ТАМ, – он многозначительно поднял палец вверх, – вы бесчувственные боевые единицы, давшие подписку о неразглашении! Поэтому, если для достижения цели Горскому придется на время стать чьей-то сексуальной игрушкой…, что ж…, он это переживет. Как и ты, покинув стены капитанской рубки, об этом тот час забудешь. Всё ясно?!

– Предельно, – процедил полковник сквозь зубы.

– А теперь пошел вон отсюда!

Молча повернувшись, Евгений быстрым шагом ретировался, только что дверью не хлопнул, благо нет на кораблях такой возможности.

Проводив его задумчивым взглядом, Террел, не сдержавшись, выдохнул:

– Моралист хренов…

Глава 10. Криптонская игрушка.

За Горским пришли лишь спустя три часа, так что, несмотря на неудобную позу, в которой тот задремал сидя в кресле, ему даже удалось более-менее выспаться.

Мрачный конвоир, окинув пленника презрительным взглядом, пробасил:

– Поднимайся, пора работать.

– Что, вот прям так сразу? Даже не покормите, не напоите  измученного воина? А вам не приходило в голову, что может человек устал? – Алексей, не двинувшись с места, скрестил руки на груди. – И кстати, я не заметил, чтобы где-то здесь нашлась для меня одежда, а без нее я никуда не пойду.

В глазах криптонца вспыхнула угроза:

– Рабы не спорят, они подчиняются.

– Может быть и так. Но к твоему великому разочарованию, некоторое время назад мой статус изменился. Поэтому, «оливка», если ты ничего мне не принес, я пожалуй посижу пока здесь и подожду кого-нибудь более сообразительного.

– Я могу заставить тебя встать насильно.

– Попробуй, – усмехнулся пилот, нагло прищурившись.

Пожалуй, самое время позволить себе и права покачать, не все ж безвольничать, в конце концов, навязанному начальством образу надо соответствовать… Черт, а ведь сейчас шандарахнет… - подумал Алексей, напрягшись, когда криптонец  плавным и выразительным движением вытащил из кармана электронный пульт и завел палец на кнопку.

Но звук открывшейся двери и вошедшая в комнату женщина здоровяка смутили, и активировать устройство он не успел.  В доли секунды прибор растворился в недрах форменного костюма, будто его и не было. Опустившись на одно колено, охранник почтительно склонил голову.

Подумав, что сидеть при даме, да еще титулованной, как-то невежливо, Алексей не спеша поднялся, с интересом уставившись на гостью. Он узнал ее: королева собственной персоной! Какая честь, однако!

– Тосо, оставь нас, – обратилась она к конвоиру, и тот, поклонившись, поспешил ретироваться.

Горский проводил могучего криптонца молчаливым взглядом. Образина. Даже кличка у него собачья.

– А ты славно дрался, – улыбнулась королева, приближаясь. В глазах ее плясали черти. Красивая и озабоченная, страшная смесь… – Будь моя воля, я бы выкупила тебя сама. Но… – медленно двигаясь вокруг Алексея, она внимательно осматривала его с головы до ног, – …в моей семье не принято нарушать уговоры.

– И какой же уговор вы имеете в виду? – ощущая за своей спиной горячее дыхание приблизившейся вплотную женщины, спросил космонавт.

Положив холодные влажные ладони Горскому на плечи, королева прошептала, коснувшись губами мочки его уха:

– Вначале победитель получает свой приз, а уж затем – все делят победителя.

Алексей внутренне содрогнулся. Вот уж угораздило! Нет, отсюда точно надо сматываться, и чем скорее, тем лучше. Желательно, пока дележка «трофея» не началась.

– Волнующая перспектива, – таким же утрированно томным шепотом ответил он, не оборачиваясь. – А вы там случаем не передеретесь, девочки?

– Наивный мальчик… – кончиком указательного пальца королева медленно провела линию вдоль его позвоночника, начиная от шеи, сгоняя невольно выступившую капельку пота вниз к пояснице. – Тебя ПРОДАЛИ, Алекс, и за большие деньги… Докажи, что ты этого стоишь. – Внезапно ее ладонь стремительно переместились в ту самую область мужского телосложения, до которой кроме жены пилот никого не допускал.

Черт же тебя подери!

Отскочив в сторону и потихоньку отступая спиной к стене, Горский торопливо заговорил:

– Послушайте, дамочка… А как же ваш не нарушаемый «семейный кодекс», о котором вы только что упомянули? Уговор, он ведь дороже денег, по крайней мере так выражаются у нас на Земле, не знаю, насколько эта поговорка актуальна для Вас, криптонцев… Да и боюсь, я не совсем успел придти в форму для эротических игрищ. Тело, знаете ли, после ямы все еще болит, и принца подводить как-то не хочется… Подумайте сами, обрадуется ли он, если оплаченный им победитель на деле окажется ни на что не годным?

Королева, посмотрев ему в глаза, вдруг весело рассмеялась.

– А ты забавный!

Алексей, не ожидая от нее такой реакции, смутился.

– Рад, что сумел вас развлечь.

– Пойдем, я провожу тебя в покои будущей принцессы.

Как ни в чем не бывало, Королева подошла к пилоту и, схватив под локоть, потащила к выходу:

– Успешное исполнение прямых обязанностей является залогом благополучной службы. Вот как говорят у нас, и я советую тебе запомнить это правило. Будешь ему следовать, и, быть может, жизнь на Криптоне не покажется уже такой тяжелой. В конце концов, ничего сверхсложного тебе делать не потребуется, лишь доставлять и получать одно сплошное удовольствие!

Да что ты говоришь! А я-то, дурак, беспокоился!

– Ну, что замолчал? Обдумываешь линию своего будущего поведения?

– Да вроде как… – пробормотал Алексей, и впрямь задумавшись, но только над совершенно другими вопросами, ключевым из которых было спасение будущей принцессы, в самое ближайшее время ожидающей своей участи. Интересно, обрадуется ли она подобному «привету от папы» в его лице?

Идя рядом с королевой, вцепившейся в его локоть мертвой хваткой, пилот старался на всякий случай запоминать каждый поворот, но сам не понял, в какой момент обычная череда общегородских крытых коридоров, которые можно было бы даже назвать улицами, плавно обрела дворцовый шик.

Переход в царские владения произошел столь быстро и незаметно, и таким разительным оказался контраст между оформлением окружающего убранства королевских дворов и городским кварталом, что Алексей даже несколько опешил. Почему-то дворец в его воображении представлялся неким отдельным хорошо охраняемым строением, попасть внутрь которого казалось непростой задачей. Космонавт полагал, что его ожидает как минимум длительная дорога, за время пути в которой он сможет собраться с мыслями и прикинуть свои дальнейшие действия.  Да, с Террелом они прорабатывали разные версии возможных решений судьбы Горского после выкупа, но, как оказалось, все до единой никоим образом не вливались в окружающую действительность. По уже сложившейся печальной традиции – продуманный план операции полетел к чертям.  События вопреки ожиданиям развивались слишком быстро, и для того, чтобы придумать что-то новое, пилоту просто катастрофически не хватало времени.

Алексей чувствовал, как внутри него потихоньку начинает зарождаться мерзкое чувство нарастающей тревоги, и чтоб хоть как-то отвлечься от тяжелых мыслей, заговорил, стараясь держаться максимально естественно:

– Ваше Величество!

– Да, Алекс?

– Позвольте спросить? Вы ведете меня, не самого хилого пленника – одна, по пустующим улицам, без сопровождения, и я что-то пока не увидел на нашем пути ни одного поста охраны. Как вы можете быть уверены в своей безопасности? А вдруг я решу бежать? Или убить вас?

Королева, усмехнувшись, слегка замедлила шаг:

– Не будь таким наивным, мальчик. За тобой следят повсюду неотступно множество пар глаз. Не обязательно ты их должен видеть. А вот забывать об этом не стоит. Иначе…

– Что?

– Рискуешь стать проф. непригодным. А в этом случае для нас ты перестанешь представлять какую-либо ценность, и отправишься на рудники.  Хотя, говорят, для вас землян потеря полового органа может оказаться смертельной травмой?… – буднично объяснила она, подходя к крыльцу с высокой дверью, плотно оплетенной какой-то зеленью, и остановилась, улыбаясь во весь рот. – Ну, вот мы и пришли! Добро пожаловать в священную обитель будущей принцессы Марии!

Повернувшись к пилоту и увидев напряженное выражение его лица, королева нахмурилась:

– Твой цвет кожи стал на тон бледнее, все в порядке?

Из последних сил стараясь выглядеть невозмутимо, Алексей кивнул.

Твари, чертовы садисты… Что ж у вас здесь за защита такая опасная расставлена?…

Дела становились хуже некуда.  К перечню уже существующих проблем добавилась теперь еще и эта!

Сглотнув горький комок, Горский, повинуясь недвусмысленному жесту королевы, стал подниматься по крыльцу, у нижней ступени которого она остановилась, не собираясь следовать дальше.

– Алекс!

Молча обернувшись, космонавт замер у входной двери.

Лучше бы не оборачивался… – пронеслась в голове леденящая разум мысль. От представшей на первый взгляд мирной картины ему резко стало жутковато.

Королева улыбалась. Такая похожая на человека, и так красива внешне, она излучала собой смерть. Глаза ее горели завистью и жаждой предвкушения, так, что желудок пилота сжался в комок, а вместе с ним непроизвольно съежилось и все остальное.

– Приятной ночи, – прошептала она.

Алексей не нашелся, что ответить. Слишком странно и страшно сейчас выглядела эта неземная женщина, плывущей походкой удаляющаяся в глубину дворов.  Завернув за угол, она, казалось,  растворилась в пространстве. Или же разыгравшееся в сгущающихся сумерках воображение вновь сыграло с пилотом злую шутку?

Встряхнув головой, стараясь отогнать от себя кошмарный дурман, Горский решительно взялся за дверную ручку.

Пришло время действовать. 

Глава 11. Интим не предлагать.

«Обитель», как королева окрестила помещение, в котором проживала будущая принцесса, вряд ли можно было назвать таковой. Темница? Пожалуй, такой термин больше подходил для названия, и отсутствие окон это лишь подтверждало. А войдя в комнату и осмотревшись, Горский окончательно утвердился во мнении, что девушка здесь вовсе не гостила – ее удерживали насильно.

Меблировка оказалась скудной. Кроме одной единственной кровати, поставленной по центру, никаких предметов интерьера больше не присутствовало. Правда «ложе» гигантских размеров само по себе выглядело шикарным, здесь уж криптонцы не поскупились. Хотя вряд ли от них можно ожидать что-нибудь иное.

Дочь мецената Ростовцева сидела на краю постели, обхватив руками колени и безвольно глядя в стену, никак не среагировав на появление Горского. Одета она была лишь в один узенький красный купальник, видать, в чем отдыхала, в том и взяли. Алексей с интересом присмотрелся: брюнетка, телосложение спортивное, плечи чуть широковаты для ее фигуры, любительница моря и мороженого… По крайней мере именно так прозвучало краткое описание девушки из уст Зеда Террела. Спортсменка, комсомолка, да и красавица, тут не поспоришь. А вот пойдет ли на контакт…

Стоять столбом и дальше было глупо, тем более что предупреждение королевы о неустанной слежке прозвучало достаточно убедительно для того, чтобы, если не начать действовать моментально, то хотя бы попытаться имитировать эту деятельность.

– Ты, наверно, Маша, да? – осторожно задал вопрос Алексей, сделав пару шагов к ней навстречу.

Девушка вздрогнула, но не ответила, продолжив молча смотреть в стену.

Приблизившись к кровати, пилот в связи с отсутствием в комнате стульев, не долго думая, опустился прямо на пол, стараясь всем своим видом излучать добродушие. На секунду встретившись с ним взглядом, Мария испуганно отвернулась.

– Послушай меня, пожалуйста, и поверь: я не причиню тебе вреда. Хочешь – отодвинусь подальше, чтобы ты меньше волновалась?… – Расстояние между ними слегка увеличилось. – Так лучше?

Вновь никакой реакции.

Вобрав в грудь побольше воздуха, Горский на одном дыхании выпалил:

– Ты такая красивая, Машенька, как русалка!

 Фраза, переданная отцом Марии, была повторена им слово в слово. Именно эти слова по уверению Ростовцева старшего должны дать понять дочке, что сидящий перед ней мужчина послан им для ее спасения.

Подействовало!

На секунду замерев от услышанного, девушка резко скинула ноги с постели и нервно вцепилась ладонями в покрывало. Обратив на Горского взгляд больших бездонных синих глаз, шепотом произнесла:

– Кто ты?

От сердца космонавта отлегло. Лед тронулся, теперь можно работать.

– Прежде чем отвечу, скажи: нас слышат? Или только видят?

– Звука у криптонцев нигде нет. Только чертовы камеры… – пробормотала Мария, мотнув головой.

Значит можно говорить свободно! А вот за картинкой придется следить…

– Маша! – Алексей обаятельно улыбнулся, но слова его при этом совершенно не совпадали с мимикой. – Твой отец тебя очень любит, и я здесь для того, чтобы ты вернулась домой. Но, девочка, поскольку за нами сейчас следят, придется немного побыть актрисой. На мой счет можешь не волноваться, я тебя не обижу, а вот ОНИ – могут. – Пилот многозначительно подмигнул. – Постарайся мне довериться, и подыграй. Обещаю: мы отсюда выберемся.

– Но как??

– С твоей помощью, Машуль. Главное не бойся. Ради твоего спасения целую армию подняли, все будет хорошо, только верь мне.

Успокаивая девушку, Горский сильно кривил душой. На самом же деле вся «армия» ограничивалась лишь узким кругом посвященных лиц, из которых в тылу врага на данный момент находился только он один. Да и соображений по поводу предстоящего побега у пилота пока что не было никаких. В глубине души Алексей боялся сам себе признаться, что впервые на задании испытывает горькое чувство беспомощности, осознавая всю безвыходность их плачевного положения. Однако, привыкнув импровизировать на ходу, все же надеялся, что нужное решение придет, когда наступит время. Глядя на сидевшую перед ним до смерти напуганную молоденькую девушку, майора все больше охватывала решимость вытащить ее отсюда.  Он просто обязан что-нибудь придумать, не имеет права проиграть!

– Они хотят выдать меня замуж… Церемония будет завтра вечером…

– Значит, у нас в запасе целые сутки. Это очень хорошо!

– Я ни за что этого не переживу, я… – на глаза ее навернулись слезы.

– Ну, тише, тише… – Алексей поднялся и осторожно присел рядом с ней на кровать, все же  сохраняя пока еще дистанцию.

Начавшийся было тихий плач, вдруг резко прекратился. Мария, словно пронзенная внезапной мыслью, в ужасе повернулась к нему:

– Я знаю, для чего ты здесь!… – прошептала она, со страхом отползая к изголовью кровати, и врезавшись в него спиной, от неожиданности вздрогнула.

Да что же это такое!

Понимая, что время поджимает, и следящие за ними криптонцы ждут от него активных действий, Алексей, чертыхнувшись, схватил девушку за голую лодыжку, и рывком притянул к себе. Не ожидавшая этого Маша, упав на спину и растянувшись на кровати, собралась закричать, но майор ее опередил, навалившись сверху и ладонью зажав ей рот. Мария, забившись в попытке вырваться, залепила ему звонкую пощечину, попав по разбитой губе, которая только начала заживать.

Прижав руки девушки к кровати, Горский, ненавидя себя за дешевое актерство, противно ухмыльнулся, и слизнул выступившую в уголке рта кровь.

– Ну что же ты, дурочка, делаешь? – заговорил он шепотом, склоняясь к ее уху. – Я же просил тебя мне довериться! На моем месте сейчас мог оказаться любой, но мое руководство во главе с твоим отцом решило, что этим кем-то должен стать человек, который тебя и пальцем не тронет! И веришь или нет, но я женат, и очень счастлив в браке. Недавно у меня родился маленький сын, и ты не представляешь, насколько они мне дороги! Пожалуйста, посмотри мне в глаза, и скажи, видишь ли ты в них хоть тень желания пойти на предательство?… Ну?!

Мария, дрожа всем телом, вперила в него полный боли и ужаса взгляд. Алексей открыто смотрел на нее, и казалось, даже перестал моргать. Оба замерли, невольно задержав дыхание. Закрывая своим телом девушку, космонавт чувствовал под собой, как сильно стучит в ее груди сердце, кожей ощущал ее страх.

И тут в Маше что-то сломалось. Перестав сопротивляться, девушка вмиг обмякла и, окончательно затихнув, чуть заметно кивнула.

Горский облегченно выдохнул. Ну слава богу!

Осторожно убрав руку с ее рта, Алексей примирительно улыбнулся.

– Вот и умничка… – прошептал он одними губами, не сводя с нее глаз. – Повторяю тебе еще раз: я тебя не трону. Но если мы не введем криптонцев в заблуждение, нам обоим придется не сладко.

Мария снова чуть напряглась.

– Что ты собираешься делать?

– Показать этим тварям спектакль. Можешь отвернуться, и закрыть глаза. Главное, чтобы они поверили в происходящее.

Подмигнув девушке, Алексей, отпустив, наконец, ее руки, потянул на себя одеяло, накрывая их с Машей с головой.

– Учитывая, что криптонцы нас не слышат, если хочешь, можем пока поболтать. Расскажи мне о себе.

– Я, пожалуй, лучше помолчу… – крепко зажмурившись, ответила Мария.

– Как знаешь… Просто за разговорами время проходит быстрее. Если ты не в настроении травить истории, тогда, прости, тебе придется слушать мою болтовню, потому что молча разыгрывать этот фарс я не смогу.

– Говори что захочешь, лишь бы это всё поскорее закончилось! – Маша, отвернувшись, прикусила губу.

Алексей усмехнулся:

– Ты не представляешь, как Я этого хочу!

Секунду подумав, он быстро содрал с себя полотенце, и вытащив руку из-под одеяла, картинным жестом бросил его на пол.

– Так будет естественнее, – пояснил он смущенно краснея, когда у на миг обернувшейся Маши глаза полезли на лоб.

– О господи… – протянула девушка, и закрыла лицо руками.

– Что ж, покажем гуманоидам кино… Ну а ты пока что слушай, у меня припасено много интересных историй, один говорящий кот чего стоит! Хочешь узнать, как мы с ним познакомились? Так вот слушай:….....

…..Безостановочно болтая, чтобы отключить рассудок, майор военно-космического флота Алексей Горский, обливаясь потом под плотным душным одеялом, изо всех сил старательно имитировал самый древний и естественный в мире процесс, молясь про себя лишь о том, чтобы его нехитрую актерскую игру криптонцы приняли за чистую монету.

Глава 12. Утро, полное сюрпризов.

Как Алексей ни старался бороться со сном, после всего пережитого накануне, надорванный организм все же сдался. Чудодейственные масла, которыми девушки-служанки щедро обмазали его с головы до ног после боя, похоже, имели непродолжительное время действия, и Горский по окончании показательных физических упражнений под одеялом, начал остро ощущать каждый свой синяк.

Маша, пролежавшая все это время с закрытыми глазами, под его непрерывные рассказы и монотонные действия постепенно задремала. А вскоре, решив, что прошло достаточно времени для того, чтоб криптонцы поверили в происходящие под одеялом бурные ласки, сдался и Алексей, в бессилии растянувшись рядом и пытаясь отдышаться. В какой-то момент Горского пробрал безудержный нервный смех, настолько нелепым показалось все происходящее. Мария, тихо застонав во сне, перевернулась на живот и закинула руку ему на грудь, продолжая при этом мирно сопеть.

Этот машинальный естественный жест со стороны девушки, как ни странно, привел космонавта в чувство. Перестав глупо хихикать, он смог, наконец, успокоиться и немного собраться с мыслями. Предстоящее утро пугало неизвестностью, но так или иначе, приходилось ждать дальнейшего развития событий, и в зависимости от того, как поведут себя криптонцы, выстраивать свои действия. Тревожить пару посреди ночи, похоже, никто не собирался, может королева ждала продолжения эротического спектакля, или же будить спящих любовников было не в ее принципах, ответы на эти вопросы Алексея мало интересовали.  Он лишь раскрыл немного одеяло, представляя вниманию тайных зрителей милую картину обнимавшей его во сне Маши, пусть посмотрят да порадуются, сводники чертовы…

Изобразив на лице счастливую улыбку удовлетворенного самца, Горский прикрыл глаза в надежде на то, что их парочка выглядит сейчас максимально правдоподобно, и незаметно для себя мгновенно уснул.

***

Несмотря на раннее время, утро оказалось полным сюрпризов.

Алексей проснулся от звука открывающейся двери, но показывать это криптонцам пока не спешил. Лишь чуть приоткрыл веки, достаточно для того, чтобы увидеть происходящее в комнате, но со стороны ничем себя не выдав.

Вошедший внутрь широкоплечий здоровяк, уже знакомый Горскому охранник по имени Тосо, катил перед собой телегу, заставленную едой и напитками, источающими такие ароматы, что желудок пилота, который не ел и не пил уже сутки, мгновенно свело, а к горлу подкатила голодная тошнота.

Как по команде, в помещении вспыхнули лампы, и тут же резко заворочалась рядом Маша, пытаясь отвернуться от слепящего глаза света. Алексей, рассудив, что опасность пока не грозит и скрываться далее нет смысла, открыл глаза, сощурившись, потихоньку привыкая к яркому освещению. Похоже, что функция Тосо на этот раз заключалась лишь в доставке еды. Молча оставив столик с яствами у изголовья кровати, криптонец, церемонно поклонившись, тут же удалился.

Мария, наконец, полностью очнувшись от сна, удивленно распахнула глаза.

– Как-то это все странно… – проговорила она, не спеша прикасаться к еде.

– Что именно тебя смущает? – спросил Горский, который, в отличие от девушки поститься вовсе не собирался. Свесив ноги с кровати и подхватив с пола полотенце, он спешно повязал его вокруг талии, и схватил с тарелки кусок сочного запеченного мяса. Столовые приборы им видимо не полагались, но Алексей испытывал такое чувство голода, что готов был вгрызться в аппетитную вырезку зубами, не стесняясь того, как пряный сок стекает с подбородка, и пачкает жиром руки. Уже начав воплощать свои гастрономические желания в жизнь, под Машиным осуждающим его варварское поведение взглядом, пилот все же взял кусок хлеба, и, сделав себе бутерброд, стал его размеренно жевать, стараясь не откусывать куски больше, чем он смог бы проглотить. Налив себе из небольшого кофейника дымящегося чуть горьковатого напитка, и сделав большой глоток, не удержавшись, с аппетитом причмокнул.

Мария скептически смотрела на него.

– Ты хоть знаешь, из чего они делают пригодную для нас пищу?

– Если честно, даже вникать не хочу.

Дожевав бутерброд, Алексей потянулся за добавкой.

– Вот, например, это мясо, – продолжила Маша. – По-твоему криптонцы специально для пленников стали бы закупать земную говядину или свинину? Что, как тебе кажется, ты сейчас ешь?

– Из чего бы эта еда ни состояла, она утоляет голод. Хоть и представляю, что тут что-то искусственно синтезированное, для претворения плана побега в действие нам с тобой потребуются силы. Поэтому, милая, не морщи свой очаровательный носик, а хорошенько позавтракай, так как следующий прием пищи у нас с тобой может быть еще не скоро. Чем-то же ты питалась до этого?

– Они приносили мне только кашу дважды в день… И что-то похожее на чай, только очень странного вкуса, его я не пила, хотя они пытались заставлять. Иногда мне на ночь оставляли воду, вот и весь скудный ассортимент.

– М-да, не густо… – протянул Алексей, нахмурившись. В честь чего же тогда сегодня такой пир? Уж не ради него криптонцы расстарались за выполненные ночные обязательства. Или свадьбу у них принято начинать праздновать с утра?

Додумать пилоту не дал раздавшийся робкий стук в дверь. Космонавт озадаченно посмотрел на Марию, но та лишь покачала головой и испуганно подобравшись, вцепилась ему в руку. Им не послышалось, стук был именно «робким». Хозяева никогда не станут вести себя так нерешительно, слуга, возможно? Но Тосо утром разрешения войти не спрашивал…  Хотя чего гадать, если можно это выяснить?

– Войдите! – крикнул Горский, отставляя чашку на стол, и внутренне приготовившись встретить кого угодно. Но увидеть на пороге после такого скромного шороха Королеву – он ожидал меньше всего.

Проигнорировав вопросительный взгляд пилота, Ее Величество, скромно потупив взор, подошла к Марии и опустилась перед ней на колени, почтительно склонив голову.

– Как вы спали, моя повелительница? – спросила она, выдержав нужную паузу для того, чтобы первый шок у девушки прошел.

До этого утра королева общалась с ней как с пленницей, но сегодняшняя ночь изменила всё.

– Простите, как вы меня назвали?… – пролепетала Маша, удивленно хлопая ресницами и еще крепче сжимая ладонь Алексея, так, что он даже слегка поморщился, но руку убирать не стал. Тем более что он внимания королевы этот жест не укрылся, а подобное подтверждение их якобы состоявшихся отношений для криптонцев будет не лишним.

Правительница между тем продолжала:

– Надеюсь, этот землянин не разочаровал вас, госпожа? Ловец, доставивший его нам, отзывался об интимных умениях Алекса самым наилучшим образом! По крайней мере, именно такие слухи ходили о нем на вашей родной планете.

Ну, спасибо тебе, Старик, и это ты прорекламировать не забыл…

– Если же слуга чем-то вас обидел, только скажите, и он немедленно будет наказан! Но если у вас нет более на него никаких планов или желаний, разрешите моим людям увести землянина для дальнейшего выполнения им его работы.

Представив эту «работу» Алексей мысленно вздрогнул, и теперь уже сам слегка сжал руку Марии. Кажется, девушка поняла.

Сбросив с себя, наконец, оцепенение, Маша капризно надула губки:

– Во-первых, этот человек никуда не пойдет. Некоторое время назад вы мне говорили, что после предсвадебной ночи, как будущая принцесса я вправе выбрать себе слугу и телохранителя, так вот: я сделала свой выбор. Этим человеком будет Алекс. И да, он меня полностью сегодня удовлетворил.

Горский бросил на Марию мимолетный взгляд, и в душе ею восхитился: умница девочка, а как держится! Плечи, осанка, взгляд… Похоже, в жизни ты привыкла отдавать команды, дочка богатого отца, и сейчас внезапно почувствовав себя в своей тарелке, стала гораздо увереннее.

– Как вам будет угодно, моя госпожа, – смиренно поклонилась ей королева, хотя по напряженной спине женщины было видно, что этот расклад ей совершенно не нравится.

Что, уже небось распланировала, как вы меня будете пользовать всем своим табором? А вот хрен тебе, выкуси!… 

– Будут ли у вас еще какие-либо пожелания?

Алексей, решив, что сейчас самое время ему вставить свои пять копеек, нагнувшись к Марии, быстро прошептал ей на ухо парочку предложений. Выслушав, она кивнула.

– Разумеется, – отпустив руку Горского, девушка встала. – Я требую принести мне одежду. Женские брюки, футболку, рубашку. Также мне понадобится обувь, у нас на Земле она называется «кроссовки».

– Это всё, госпожа?

– Нет, – упрямо продолжила Маша. – Алексу я прошу предоставить всё то же самое, только мужского фасона.

Как бы ни старалась королева держать себя в руках, но все же от наглости запросов будущей принцессы, щеки ее вспыхнули.

– Но слугам не позволительно….

– Я здесь решаю, что ему позволительно, а что нет! Этот землянин – моей расы, и он будет находиться подле меня в том, в чем ему привычно и удобно двигаться, особенно при опасности нападения или в любом другом случае, где потребуется моя защита.

Отлично выкрутилась, Машуль, только не перестарайся…

Вдохнув поглубже, девушка продолжила:

– И последнее: после того, как нам будет предоставлена одежда, я прошу дать мне возможность прогуляться по территории наших с принцем владений. Под охраной, разумеется.

Подчеркнув последние слова, она бросила на Алексея быстрый тревожный взгляд, по которому он понял, что пора сворачиваться.

Положив ногу на ногу и скрестив руки на груди, Горский нагло ухмыльнулся:

– Ну что, ваше величество, планы, похоже, изменились? Вот уж не знал, что на Криптоне принцессы, пусть и будущие, едва став женщиной получают право голоса важнее первой леди государства!

Ох, и перекосило же тебя, дорогуша, но каково самообладание! Не перегнуть бы только палку…

– Я передам ваши распоряжения Принцу. – Поклонившись, королева встала. – Одежду скоро принесут. А пока наслаждайтесь кушаньями, надеюсь, этот праздничный завтрак пришелся вам по вкусу.

Послав напоследок Горскому взгляд, от которого у него невольно кольнуло под ложечкой, женщина неспешно удалилась, тихо прикрыв за собой дверь. ПРИКРЫВ! Не заблокировав! Это значит, свобода?

С трудом подавив в себе желание тут же кинуться на улицу, пилот повернулся к Маше, и вовремя: словно спущенный шарик, девушка вся как-то мгновенно поникла, и рухнула обратно на кровать, закрыв лицо руками.

Нет нет нет, а вот так вести себя не нужно!

Алексей мгновенно поспешил на помощь. Нагнувшись над Марией и заслоняя ее от камер своей спиной, Горский проговорил как можно увереннее:

– Молодец, Машуля, отлично сыграла! Но не забывай, что за нами продолжают следить, и если уж ты начала изображать из себя капризную принцессу, придерживайся этой роли и дальше, даже когда мы с тобой остаемся наедине! Поймут, что наше поведение фарс – и всё окажется напрасным.

Девушка под ним судорожно вздохнула, стараясь сдержать плач.

– Давай, дорогая, соберись! Ну же… – продолжал он уговаривать ее тихим голосом. – Ты уже добилась многого, выторговала одежду и свободу, а нам сейчас главное вырваться.  На прогулке ведь гораздо больше шансов затеряться на улицах города, чем сидя взаперти, согласись?

Перестав всхлипывать, но не отнимая рук от лица, Маша кивнула. У Алексея от сердца чуть отлегло.

– А теперь, милая, будь умницей, и ничего не бойся. Ты обязательно справишься. МЫ – справимся.

– Мне страшно, Алекс… – прошептала она. – Обними меня, пожалуйста…

Бросив тоскливый взгляд на приоткрытую дверь, из щели которой в комнату пробивался свежий прохладный воздух, Горский, мысленно вздохнув и устроившись поудобнее, крепко прижал к себе девушку, понимая, что дать ей сейчас физически почувствовать его защиту будет в сто раз действеннее, чем тысячу раз повторять одни и те же слова успокоения. Тем  более, если сама дама просит…

Уткнувшись Алексею в грудь, Маша притихла, и лежала практически не дыша, словно весь мир со всеми его опасностями сейчас для нее перестал существовать, оставив реальными лишь эти сильные объятия. Майор же боялся пошевелиться, испортить момент тишины и покоя…  В голове его меж тем потихоньку начал выстраиваться план побега.

К тому времени, как Тосо им принес одежду, и Маша, наконец, взяв себя в руки, вошла в прежнюю роль, Горский уже знал, как действовать дальше.

Шанс на побег будет всего один.

Хотя когда их у нас было больше?

Глава 13. Женские капризы и первая спасительная соломинка.

– Мда. Они явно делают это специально,– мрачно констатировал Горский, с трудом натягивая на себя футболку на два размера меньше.

– А по-моему выглядит весьма неплохо! – хихикнула Мария, успевшая одеться раньше него. В отличие от Алексея, чья одежда облепила его тело словно вторая кожа, девушке пришлось все точно по размеру. Сидя на кровати и по-детски болтая ногами, она добралась, наконец, до завтрака и сейчас с аппетитом поедала виноград, с усмешкой наблюдая за действиями раздраженного пилота.

– Ты точно уверена, что мы с тобой не перепутали комплекты? – буркнул майор, зашнуровывая кроссовки. Ну, хоть с обувью криптонцы не прогадали, и на том спасибо!

– Неужели узкие брюки оказались настолько неудобнее спадающего с бедер полотенца? – девушка притворно вздернула бровь. – А то смотри, еще скучать по нему станешь.

– Солнышко, следующий, кто попробует меня раздеть – будет зло и жестко наказан, уж в этом не сомневайся. Больше никаких полотенец! – усмехнулся Алексей,  затягивая на шнурках узел и распрямляясь.

– Вот как? – в глазах Марии появился хитрый огонек. – Твоей жене сложно будет к этому привыкнуть.

Ты смотри, заигрывать стала!

– Я погляжу, настроение у тебя после пополнения гардероба заметно повысилось! А как у нас с боевым духом? К замужеству готова?

Девушка резко посмурнела.

– Издеваешься, да?

– Никак нет, ваше будущее высочество. Придется тебе все же пойти с принцем под венец.

 Прислонившись спиной к дверному косяку и небрежно сунув руки в карманы, Алексей с ухмылкой следил за реакцией Маши, которая, зажав в кулачке крупную виноградину, похоже, раздумывала, съесть ее или запустить в лицо пилота.

– Ты… шутишь, – с расстановкой проговорила она, медленно заливаясь краской. – Ты же обещал моему отцу нас вытащить! Я думала, мы сбежим еще до свадьбы! – девушка начала закипать.

– До свадьбы, дорогая, не получится. И сейчас, и на прогулке тоже, мы с тобой находимся под пристальным наблюдением. А вот свадебное торжество – совсем другое дело. Украсть невесту с праздничного застолья – что может быть веселее?

– С ума сошел?? Там же наверняка будет тьма этих криптонцев!

– На то и расчет! Гораздо проще иметь дело с видимым противником, чем с предполагаемым, численность которого неизвестна.  Но тебе об этом думать не стоит. Как обвести гуманоидов вокруг пальца – целиком и полностью моя забота. От тебя же, Машенька, нужно главное: что бы ни случилось, постарайся держать меня при себе.

– Да уж теперь только попробуй куда-нибудь деться! – язвительно фыркнула девушка, отворачиваясь. От перспективы скорой свадьбы, проснувшийся было аппетит у нее резко пропал.

– Маш… – примирительно улыбнулся Горский. – Если б только был другой выход из сложившейся ситуации, мы бы его использовали, поверь, но такового я не вижу.

– Хватит вести себя со мной как с маленькой! – Ростовцева резко вскочила с кровати.

Горский удивленно выгнул бровь:

– Я вовсе не….

– Да конечно! – иронично прервала майора Маша. – Супермен, значит, выискался?! Спаситель маленькой дурочки, которому ее папа дал указание доченьку не трогать! А хоть раз бы меня спросил кто-нибудь, чего Я хочу!

Да что на нее нашло?!

Продолжая пылать от гнева, девушка приблизилась к нему вплотную, и гордо вздернула подбородок, посмотрев на пилота совсем не детским взглядом, в котором сейчас не было и тени невинности.

– Как же вы все мне надоели с вашим бесконечным сюсюканьем! – выпалила она скороговоркой и вдруг, приподнявшись на цыпочки, прильнула к Алексею губами, впиваясь в него жадным поцелуем, на который оторопевший майор, от шока столбом застыв на месте, ответить не смог.

Поняв, что играет в одни ворота, Мария резко оторвалась, и сделала шаг назад, глядя на него полными обиды и разочарования глазами.

– А ты действительно сильно любишь свою жену… – прошептала она, отворачиваясь.

– Маша.. – начал было майор, чтоб хоть что-то сказать, но не нашел нужных слов.

Стыдливо прикусив губу, Ростовцева-младшая повернулась к нему, и через силу улыбнулась.

– Ладно, прости… Нервы сдают… Похищение, плен, запугивания криптонцев, потом появляешься ты, весь такой из себя крутой и сильный, и я просто… Ай, в общем, не бери в голову! – досадливо махнула она рукой и дернула плечами, показывая, что сама не знает, что на нее нашло. – Ты, кажется, хотел прогуляться?… Так чего же мы ждем? Пошли!

Протиснувшись мимо озадаченного Машиным поведением Алексея, машинально распахнувшего перед ней дверь, девушка бодро вышла на улицу.

Ну, и как всё это понимать? 

Покачав головой, чтоб стряхнуть с себя оцепенение, и мысленно издав тяжелый вздох, Горский двинулся следом.

***

Вопреки ожиданиям майора, никаких фокусов Мария больше не выкидывала, и вскоре он с облегчением смог констатировать, что девушка, хоть и не полностью, но пришла в норму. Видимо ей просто нужно было выплеснуть эмоции, пусть и таким своеобразным образом. Да и положа руку на сердце, Алексей и сам уже с трудом справлялся с засевшими глубоко внутри физическим и эмоциональным напряжением, и с удовольствием сбросил бы с себя этот груз, да только не время сейчас, и не место. Спутница, вцепившаяся ему в локоть, несмотря на все свое юное очарование и кошачью грацию, как бы ни старалась изображать из себя искушенную женщину, виделась ему избалованным и капризным ребенком. А та, которой он раз и навсегда отдал свое сердце, ждала его дома…

Думать об оставленной им семье было мучительно. Никогда еще в разлуке Алексей не чувствовал себя так тоскливо, но причину этого состояния ему, привыкшему к длительным и тяжелым командировкам, никак не удавалось уловить. То ли дело в том, что все его предыдущие операции носили исключительно боевой характер, не оставлявший времени для грусти, то ли потому, что он впервые остался на задании совсем один, и груз ответственности, лежавший на его плечах, от этого давил особо сильно, или же просто так на психику действовал Криптон с его пропитанной феромонами атмосферой…  И какой бы серьезный внутренний блок не поставил себе Горский, с легким чувством возрастающей тревоги он был вынужден признать, что если Маша будет и дальше продолжать действовать с таким напором, ситуация для них обоих может осложниться самым неприятным образом.

Краем глаза он бросил быстрый взгляд на гордо шагавшую рядом с ним девушку, и в очередной раз мысленно вздохнул. Похоже, слухи о ее невинности оказались сильно преувеличены, но «папам о таких вещах знать строго не положено». Судя по Машиной величавой осанке и до безобразия раскованной походке, она явно знала себе цену, и всем своим видом пыталась донести это до сознания окружающих, а в первую очередь – до отвергшего ее пилота. На лице 17-летней юной особы, неизвестно что у себя в голове возомнившей о том, каков должен быть сценарий спасения пленницы «крутым суперменом», не осталось и следа того испуга и затравленности, которые бросились Алексею в глаза при их знакомстве.

Ох, и обманчивым же бывает это первое впечатление!

– Так и будешь теперь со мной не разговаривать? – подала голос Маша, не сбавляя темпа ходьбы.

– Что? – переспросил пилот, выплывая из своих мыслей. – А, да, извини. Я просто задумался.

– И о чем же? – она бросила на него игривый взгляд.

Ну вот, опять!… Игнорируй, Горский, только игнорируй… 

– Пытаюсь понять, как у них тут организовано внешнее слежение. Но ничего странного пока в глаза не бросилось. Обычные улицы, обычные дома, обычная брусчатка… Стоп!!

Резко остановившись и высвободившись из рук удивленно застывшей на месте Маши, Алексей присел, делая вид что поправляет шнурки, на самом деле внимательно присматриваясь к выложенной круглыми камнями дороге. И как же я сразу не допер?!

Вживую он еще не сталкивался с подобными системами наблюдения, хотя не раз о таких слышал. Конструкции камер, замаскированных под простые булыжники, были сделаны настолько искусно, что, не зная о подобных технологиях, на глаз ни за что не определишь, откуда ведется слежение. Даже сейчас, в упор глядя на землю, пилот не сразу распознал, какие камни натуральные, а какие нет. В том, что камер в округе понатыкано много, сомневаться не приходилось. Понятно теперь о чем говорила королева, ссылаясь на то, что слежка на улицах города не обязательно должна быть явной. «За тобой неотрывно следят множество пар глаз…»

Прекрасное изобретение, ничего не скажешь! Вот только у этих булыжничков есть один очень весомый недостаток: наземные камеры «слепнут» во время дождя!

Зацепившись за эту мысль, как за спасительную, Алексей, выпрямившись, бросил взгляд на небо.  На по-летнему розовом криптонском небосводе ярко сияли три солнца, не оставляя никаких надежд на то, что погода может испортиться. Лишь одна маленькая тучка, скромно приютившись в уголке, обещала подумать над его молчаливой мольбой…

Еще ведь не вечер, правда?… А вдруг?…

Глава 14. Планы резко меняются.

Краем уха слушая Машину беззаботную болтовню «ни о чем, и обо всем на свете», погруженный в свои мысли, Алексей периодически поддакивал, чтобы не нарушать беседу. Сам майор при этом никак не мог сосредоточиться на бесконечно задаваемых ему вопросах, и отвечал «ага» и «угу» на чистом автомате, чем немало нервировал собеседницу.

Периодически Алексей замедлял шаг, вертел головой по сторонам и оборачивался вокруг своей оси, с интересом разглядывая окружавшие их с девушкой пейзажи. Совершая эти нехитрые действия, он уже давно заметил прилепившегося к ним Тосо, безмолвной тенью следовавшего на некотором расстоянии позади, соблюдая обозначенную им самим дистанцию.  Присутствие криптонца не могло расцениваться как слежка, скорее сопровождающий был приставлен наблюдать за ними, потому что…

Потому что, что?… Космонавт никак не мог сформулировать засевшую в голове, словно занозу, мысль, и от досады пнул мелкий камушек, попавшийся случайно под носок его ботинка. Неоформленная в слова мысль тут же резко материализовалась: вот оно! Дорога из брусчатки закончилась, сменившись на песчаную тропу. Значит ли это, что и камеры теперь на их пути отсутствуют?

Быстро прокрутив в голове пройденный маршрут и сопоставив его с временем появления за спиной охранника, Алексей не без радости для себя отметил, что Тосо возник на горизонте именно в тот момент, когда они свернули на аллею.

Ага, а вот, похоже, и еще один подтянулся… – отметил космонавт, чуть замедляя шаг. – А нет, теперь их двое!

Появившиеся из-за угла криптонцы резко перекрыли им дорогу.

– Дальше следовать нельзя, – пробасил тот, что выглядел постарше.

Маша испуганно застыла на месте, с силой вцепившись в локоть Алексея. Как мог миролюбиво, майор улыбнулся, и развел руками в стороны:

– Ребята, будущей принцессе необходима прогулка, а выделенного ей на это времени даже и половины еще не прошло.

– Королева приносит ее высочеству свои извинения, и просит вернуться в покои для подготовки к свадебному торжеству.

– Я никуда не пойду! – выпалила Мария, и тут же тихо ойкнула, прикусив губу, когда Алексей якобы случайно наступил ей на ногу.

– Принцесса хотела сказать, что для того, чтобы прекрасно выглядеть на вечерней церемонии, ей требуется дольше побыть на свежем воздухе, а потому я думаю не произойдет ничего страшного, если ее величество подождет еще немного.

– Это исключено. – охранник был непреклонен.

– Ну послушайте, – Алексей вытянул шею, пытаясь разглядеть скрытый могучими спинами криптонцев далекий пейзаж. Сквозь буйную растительность пышного леса впереди чуть видно проглядывала полоска воды,  или же космонавту это показалось? – Мы только прогуляемся до моря и обратно, – ляпнул он наугад, и попал в самую точку.

– Пляж является закрытой территорией другого королевства. Вам туда нельзя.

Вот оно!!!

В голове Горского бешено закрутились варианты возможных дальнейших действий.

Вода… закрытая территория… порт? Наверняка. А порт – это шанс… Зона должно быть  охраняется, но это всё потом, главное добежать, разберемся на месте! А сейчас… сейчас мы имеем двоих впереди и одного сзади, если вырубить того, что справа, то может получиться… Но вначале надо убрать с дороги Машу, а потом…

Картинка сложилась, изменив планы в голове пилота самым кардинальным образом. Но кто не рискует…

Безразлично пожав плечами и показывая криптонцам свое смирение фактом «нельзя – так нельзя», Алексей повернулся к Марии, небрежным жестом при этом аккуратно высвобождая свою руку. Девушка непонимающе захлопала глазами.

– Ну что, дорогая, а пожалуй, ты была права! Нам совершенно ни к чему ждать вечера! – проговорил он, сигнализируя ей взглядом: «приготовься!». Ну, давай же, дурочка, соображай!

Нежно приобняв девушку за плечи, Горский развернулся так, чтоб оказаться к охранникам боком, краем глаза оценивая обстановку со всех сторон и просчитывая траектории своих будущих действий. Тосо, уставший от ожидания, быстрым шагом направлялся к ним. Будет рядом через пять… четыре… три… Мария, черт бы тебя побрал, думай! Вспомни, что сама мне утром говорила! … два… один…

На плечо майора легла тяжелая рука подошедшего из-за спины криптонца, и тут Маша сообразив, что происходит, вдруг истошно закричала, заставив троих охранников, повернув головы, удивленно воззриться на нее.

Умничка!

Этой секунды Горскому оказалось достаточно, чтобы схватив Тосо за запястье, резко рвануть его со спины на себя, и поднырнув криптонцу под локоть, сильным пинком направить здоровяка прямиком на не успевших ничего сообразить «коллег».

– Беги!! – заорал Алексей на продолжавшую визжать Марию, и та, резко замолчав, со всех ног припустила по направлению к пляжу.

Главное не дать им активировать ошейник…

К неприятному удивлению майора, неповоротливые с виду криптонцы оказались довольно резвыми и сильными соперниками. В первые секунды Алексею удалось обезвредить одного, но двое других сдаваться не намеревались. Быстрого боя, на который рассчитывал пилот, не получилось. Оба старались нападать с двух сторон одновременно, и случайно пропущенный чувствительный удар в бедро, на время выведший ногу из строя, чуть было не стал для Алексея роковым. Рухнув на одно колено, он лишь чудом смог увернуться от нацеленного ему в голову тяжелого ботинка, который лишь вскользь прошелся по щеке, рассекая скулу. Не дожидаясь, когда нога нападающего вернется в исходное положение, Горский, захватив ее в тиски, с силой рванул в сторону, опрокидывая на себя противника, и подставляя его спину под удар Тосо, который, замахнувшись, по инерции обрушил кулаки на шею сослуживца, не успев среагировать на смену мишени.

Алексей напрягся, пытаясь скинуть с себя давящую сверху тяжеленную тушу, но лишь на миллиметр приподнял неподъемный груз, как тут же горло его сдавило тисками, выворачивая тело уже знакомыми судорогами. Успел нажать на кнопку активации заряда, гад…

Вцепившись руками в сработавший ошейник, Горский от боли и досады зарычал, понимая, что ничего сейчас сделать не в силах, но внезапно электрические удары прекратились, обрывая мучения пилота.  Задыхаясь и изворачиваясь, как гусеница, он с трудом все же выполз из-под тела обмякшего криптонца, и судорожно хватая ртом воздух, уперся взглядом прямо в Машины стройные ноги.

Приподнявшись на четвереньки и держась за саднящее горло, Алексей быстро огляделся по сторонам, зрительно зафиксировав факт того, что двое вырубленных им охранников безвольно лежат в отключке. Тосо же, скорчившись на земле и держась за причинное место, утробно воет от боли.

Ну, дает девчонка!…  – восхитился про себя пилот и, наконец, продышавшись, прохрипел:

– Я же приказал тебе бежать…

Маша, присев рядом с ним на корточки и встревожено всматриваясь в его лицо, упрямо сдвинула брови:

– Ну, приказам я ничьим не подчиняюсь, да и потом они тебя тут так мутузили, что я решила, моя помощь пригодится.

– Так уж прям «мутузили»… – передразнил ее пилот, кряхтя поднимаясь на ноги, и стиснул зубы от резкой боли в ушибленном бедре.

– Со стороны все выглядело довольно страшно… Хотя ты и здорово размахивал кулаками! – улыбнулась Маша, и тут же вновь нахмурилась, потянувшись к его щеке: – Ой, да у тебя тут кровь!…

– Потом, – отмахнулся Горский, хромая приблизившись к извивающемуся Тосо, и от души пнул криптонца в висок, отправляя охранника в долгую отключку.

Отвернувшись от раскинувшегося на земле тела, Алексей серьезно посмотрел на девушку:

– Машуль, я тебе очень признателен за помощь, и возможно ты спасла мне жизнь. Но сейчас нам необходимо бежать, и как можно скорее, пока собратья этих не очухались и не пустились в погоню. Считай это твоим первым боевым марш-броском! Пока наша цель – добраться до воды, ну а там сориентируемся. И главное, теперь что бы ни случилось – не останавливайся! Поняла?

Девушка все еще выглядела напуганной, но ее согласный кивок вышел достаточно уверенным, что ободрило Алексея.

– Тогда погнали! – скомандовал он, приготовившись.

Задав Маше для разгона хороший шлепок и услышав в свой адрес нелицеприятный комментарий, Горский, усмехнувшись, стартовал следом.

Глава 14. Планы резко меняются.

Краем уха слушая Машину беззаботную болтовню «ни о чем, и обо всем на свете», погруженный в свои мысли, Алексей периодически поддакивал, чтобы не нарушать беседу. Сам майор при этом никак не мог сосредоточиться на бесконечно задаваемых ему вопросах, и отвечал «ага» и «угу» на чистом автомате, чем немало нервировал собеседницу.

Периодически Алексей замедлял шаг, вертел головой по сторонам и оборачивался вокруг своей оси, с интересом разглядывая окружавшие их с девушкой пейзажи. Совершая эти нехитрые действия, он уже давно заметил прилепившегося к ним Тосо, безмолвной тенью следовавшего на некотором расстоянии позади, соблюдая обозначенную им самим дистанцию.  Присутствие криптонца не могло расцениваться как слежка, скорее сопровождающий был приставлен наблюдать за ними, потому что…

Потому что, что?… Космонавт никак не мог сформулировать засевшую в голове, словно занозу, мысль, и от досады пнул мелкий камушек, попавшийся случайно под носок его ботинка. Неоформленная в слова мысль тут же резко материализовалась: вот оно! Дорога из брусчатки закончилась, сменившись на песчаную тропу. Значит ли это, что и камеры теперь на их пути отсутствуют?

Быстро прокрутив в голове пройденный маршрут и сопоставив его с временем появления за спиной охранника, Алексей не без радости для себя отметил, что Тосо возник на горизонте именно в тот момент, когда они свернули на аллею.

Ага, а вот, похоже, и еще один подтянулся… – отметил космонавт, чуть замедляя шаг. – А нет, теперь их двое!

Появившиеся из-за угла криптонцы резко перекрыли им дорогу.

– Дальше следовать нельзя, – пробасил тот, что выглядел постарше.

Маша испуганно застыла на месте, с силой вцепившись в локоть Алексея. Как мог миролюбиво, майор улыбнулся и развел руками в стороны:

– Ребята, будущей принцессе необходима прогулка, а выделенного ей на это времени даже и половины еще не прошло.

– Королева приносит ее высочеству свои извинения, и просит вернуться в покои для подготовки к свадебному торжеству.

– Я никуда не пойду! – выпалила Мария, и тут же тихо ойкнула, прикусив губу, когда Алексей якобы случайно наступил ей на ногу.

– Принцесса хотела сказать, что для того, чтобы прекрасно выглядеть на вечерней церемонии, ей требуется дольше побыть на свежем воздухе, а потому я думаю не произойдет ничего страшного, если ее величество подождет еще немного.

– Это исключено, – охранник был неприклонен.

– Ну, послушайте, – Алексей вытянул шею, пытаясь разглядеть скрытый могучими спинами криптонцев далекий пейзаж. Сквозь буйную растительность пышного леса впереди чуть видно проглядывала полоска воды,  или же космонавту это показалось? – Мы только прогуляемся до моря и обратно, – ляпнул он наугад, и попал в самую точку.

– Пляж является закрытой территорией другого королевства. Вам туда нельзя.

Вот оно!!!

В голове Горского бешено закрутились варианты возможных дальнейших действий.

Вода… закрытая территория… порт? Наверняка. А порт – это шанс… Зона должно быть  охраняется, но это всё потом, главное добежать, разберемся на месте! А сейчас… сейчас мы имеем двоих впереди и одного сзади, если вырубить того, что справа, то может получиться… Но вначале надо убрать с дороги Машу, а потом…

Картинка сложилась, изменив планы в голове пилота самым кардинальным образом. Но кто не рискует…

Безразлично пожав плечами и показывая криптонцам свое смирение фактом «нельзя – так нельзя», Алексей повернулся к Марии, небрежным жестом при этом аккуратно высвобождая свою руку. Девушка непонимающе захлопала глазами.

– Ну что, дорогая, а пожалуй, ты была права! Нам совершенно ни к чему ждать вечера! – проговорил он, сигнализируя ей взглядом: «приготовься!». Ну давай же, дурочка, соображай!

Нежно приобняв девушку за плечи, Горский развернулся так, чтоб оказаться к охранникам боком, краем глаза оценивая обстановку со всех сторон и просчитывая траектории своих будущих действий. Тосо, уставший от ожидания, быстрым шагом направлялся к ним. Будет рядом через пять… четыре… три… Мария, черт бы тебя побрал, думай! Вспомни, что сама мне утром говорила! … два… один…

На плечо майора легла тяжелая рука подошедшего из-за спины криптонца, и тут Маша сообразив, что происходит, вдруг истошно закричала, заставив троих охранников, повернув головы, удивленно воззриться на нее.

Умничка!

Этой секунды Горскому оказалось достаточно, чтобы схватив Тосо за запястье, резко рвануть его со спины на себя, и поднырнув криптонцу под локоть, сильным пинком направить здоровяка прямиком на не успевших ничего сообразить «коллег».

– Беги!! – заорал Алексей на продолжавшую визжать Марию, и та, резко замолчав, со всех ног припустила по направлению к пляжу.

Главное не дать им активировать ошейник…

К неприятному удивлению майора, неповоротливые с виду криптонцы оказались довольно резвыми и сильными соперниками. В первые секунды Алексею удалось обезвредить одного, но двое других сдаваться не намеревались. Быстрого боя, на который рассчитывал пилот, не получилось. Оба старались нападать с двух сторон одновременно, и случайно пропущенный чувствительный удар в бедро, на время выведший ногу из строя, чуть было не стал для Алексея роковым. Рухнув на одно колено, он лишь чудом смог увернуться от нацеленного ему в голову тяжелого ботинка, который лишь вскользь прошелся по щеке, рассекая скулу. Не дожидаясь, когда нога нападающего вернется в исходное положение, Горский, захватив ее в тиски, с силой рванул в сторону, опрокидывая на себя противника, и подставляя его спину под удар Тосо, который, замахнувшись, по инерции обрушил кулаки на шею сослуживца, не успев среагировать на смену мишени.

Алексей напрягся, пытаясь скинуть с себя давящую сверху тяжеленную тушу, но лишь на миллиметр приподнял неподъемный груз, как тут же горло его сдавило тисками, выворачивая тело уже знакомыми судорогами. Успел нажать на кнопку активации заряда, гад…

Вцепившись руками в сработавший ошейник, Горский от боли и досады зарычал, понимая, что ничего сейчас сделать не в силах, но внезапно электрические удары прекратились, обрывая мучения пилота.  Задыхаясь и изворачиваясь, как гусеница, он с трудом все же выполз из-под тела обмякшего криптонца, и судорожно хватая ртом воздух, уперся взглядом прямо в Машины стройные ноги.

Приподнявшись на четвереньки и держась за саднящее горло, Алексей быстро огляделся по сторонам, зрительно зафиксировав факт того, что двое вырубленных им охранников безвольно лежат в отключке. Тосо же, скорчившись на земле и держась за причинное место, утробно воет от боли.

Ну, дает девчонка!…  – восхитился про себя пилот и, наконец, продышавшись, прохрипел:

– Я же приказал тебе бежать…

Маша, присев рядом с ним на корточки и встревожено всматриваясь в его лицо, упрямо сдвинула брови:

– Ну, приказам я ничьим не подчиняюсь, да и потом они тебя тут так мутузили, что я решила, моя помощь пригодится.

– Так уж прям «мутузили»… – передразнил ее пилот, кряхтя поднимаясь на ноги, и стиснул зубы от резкой боли в ушибленном бедре.

– Со стороны все выглядело довольно страшно… Хотя ты и здорово размахивал кулаками! – улыбнулась Маша, и тут же вновь нахмурилась, потянувшись к его щеке: – Ой, да у тебя тут кровь!…

– Потом, – отмахнулся Горский, хромая приближаясь к извивающемуся Тосо, и от души пнул криптонца в висок, отправляя охранника в долгую отключку.

Отвернувшись от раскинувшегося на земле тела, Алексей серьезно посмотрел на девушку:

– Машуль, я тебе очень признателен за помощь, и возможно ты спасла мне жизнь.  Но сейчас нам необходимо бежать, и как можно скорее, пока собратья этих не очухались, и не пустились в погоню. Считай это твоим первым боевым марш-броском! Пока наша цель – добраться до воды, ну а там сориентируемся. И главное, теперь что бы ни случилось – не останавливайся! Поняла?

Девушка все еще выглядела напуганной, но ее согласный кивок вышел достаточно уверенным, что ободрило Алексея.

– Тогда погнали! – скомандовал он, приготовившись.

Задав Маше для разгона хороший шлепок и услышав в свой адрес нелицеприятный комментарий, Горский, усмехнувшись, стартовал следом.

Глава 15. И снова провал.

От неподвижного положения, в котором по прикидкам Алексея они находились вот уже более двух часов, мышцы начинали потихоньку затекать. Высокая трава противно щекотала ноздри, раздражая легкие терпкими незнакомыми запахами. Напитавшаяся жаркими солнечными лучами земля действовала словно грелка, заставив их и без того измученные изнурительным бегом тела покрыться испариной. Маша, пытавшаяся поначалу осыпать пилота вопросами, была им грубо одернута, и сейчас обиженно надув губы, хмуро лежала рядом, делая вид, что дремлет, хотя в текущей ситуации это вряд ли было возможным.

Пусть злится, сколько хочет, лишь бы не шумела. Сейчас главное сохранять тишину.

К величайшему удивлению пилота, им действительно удалось беспрепятственно добраться до пляжа, сумев не попасть на глаза охране, выставленной по периметру сетчатого забора, на манер военной базы обтянутого колючей проволокой.

Аккуратно раздвинув мешающие обзору ветки, Горский внимательно осматривался, запоминая точки наблюдательных постов и количество расположившихся на них охранников, считая секунды, за которые каждый из них по очереди совершал обход вокруг подведомственной ему территории.

Оставив ненадолго Машу одну и велев ей не шевелиться, Алексей, совершив ряд коротких и аккуратных перемещений, произвел разведку на местности, к своему сожалению убедившись в том, что проникнуть на базу, оставшись незамеченными, задача практически невыполнимая. Мария, начинающая с каждой минутой все больше нервничать, висела на его шее тяжелым грузом, и совершенный ими недавно марш-бросок, казалось, выжал из девушки все силы, а брать базу штурмом в одиночку, без оружия и отсутствия за плечами должной подготовки, было бы полнейшей глупостью. Будь сейчас рядом Старик с Германом, чьи боевые навыки превосходили умения пилота в десятки, а то и сотни раз, операция по проникновению на охраняемую военную территорию не представляла бы особой проблемы. Но кто ж виноват, что среди аксакалов он оказался самым молодым и, как выразился Террел, «привлекательным» для криптонцев, что начальству пришлось действовать вопреки здравому смыслу, прислушавшись к которому на данное задание стоило бы отправить именно эту парочку, а не пилота, волею судьбы пытавшемуся изображать из себя спецагента…

Обойти базу стороной не представлялось возможным, слишком долго и опасно, оптимально бы напрямик, к виднеющимся за ней у кромки моря кораблям. А там уж беспокоиться об отсутствии необходимых у космонавта умений точно не стоило, так как управление подобными «птичками» было той самой единственной специальностью, которой майор военно-космического флота Горский владел в совершенстве.

Опустив на секунду голову, чтобы снизить напряжение в затекшей шее, Алексей потянулся к ней рукой в надежде растереть ноющие мышцы, но не завершив начатое движение, замер не месте, почувствовав прикосновение к затылку холодного предмета, остро упершегося ему в темя.

– Не двигаться, красавчик, – прозвучал за спиной знакомый властный голос, не предвещавший ничего хорошего.

Горский послушно затих. Говоривший явно был криптонцем, и слышал его пилот всего лишь раз, но тем не менее запомнил по несвойственному этой расе странно высокому тембру голоса. Рядом испуганно вскрикнула Маша, попытавшаяся при виде незваных гостей отползти поглубже в кусты, будто бы терпкая зелень могла дать ей защиту. Но поняв, что бежать некуда, остановилась, и прижав руки ко рту, с ужасом смотрела на нападавших, а их, судя по шагам, слышимым за спиной, было как минимум порядка десяти. И как только можно было ТАК БЕЗДАРНО попасться!

– Не бойся, дорогая, этот похитивший тебя человек больше не сможет никому причинить вреда, ведь так, РАБ?! – сделав упор на последнем слове, проговорил криптонец, больно прижимая ствол к затылку пленника.

Да это же принц собственной персоной! Зашибись…. – признал врага Алексей, чувствуя, как последние капли оптимизма медленно испаряются, унося за собой надежду на спасение.

– Поднимайся, тварь! – крикнул принц, сделав шаг назад и с силой пнув пилота ботинком под ребра. – Руки сцепите ему, чтоб не вздумал дергаться!

Криптонцы, среди которых Горский заметил и недавно поверженного им Тосо, усердно сопя, выполнили приказание, заломив Алексею руки за спину и надежно скрепив их чем-то вроде наручников, но гораздо более неудобных для пленника. Хотя о каком удобстве может идти речь, когда твое тело находится в неестественно вывернутом положении, и трое громил по бокам до хруста в суставах стискивают и без того ноющие предплечья?

Мария, глаза которой оставались все ещё испуганными, к удивлению и радости пилота, смогла сориентироваться в новом неприятном положении, и взявшись за протянутую ей руку принца, грациозно поднялась, стараясь сохранять спокойствие.

– Я уж и не надеялась на столь скорое свое освобождение. Благодарю вас, ваше высочество! – изобразив нечто вроде реверанса, девушка почтительно поклонилась.

Алексей про себя ей зааплодировал. Это ж надо! Может ведь, когда захочет, включить голову. Молодец, девочка, вовремя сообразила, что раз криптонцы считают ее жертвой похищения, нельзя их в этом разубеждать.

Решив подкрепить положение Марии, чтоб окончательно уверить врагов в невиновности девушки, Горский нагло усмехнулся:

– Да вы, барышня, не промах! Попользовалась мной, значит, и адью? Кстати, сочувствую вам, уважаемый принц, – повернулся к властителю пилот, – любовница из вашей будущей благоверной весьма посредственная, самому все приходится делать, даже неинтересно.

Маша, вспыхнув от его слов вполне натурально, кошачьим прыжком подскочила вплотную, и залепила Горскому звонкую пощечину, оставив своими острыми коготками на его щеке саднящий след. Алексей вынес удар стоически, и не стирая улыбку с лица смело ей подмигнул, что в данный момент было допустимо, и выглядело вполне естественно. С долей облегчения по Машиным чуть расширившимся глазам он понял, что своей незатейливой мимикой смог донести до нее главное: "продолжай играть, ты справишься!" 

Принц же принял их спектакль за чистую монету, чего пилот и добивался. Зло сверкнув глазами, не предвещавшими пленнику ничего хорошего, он коротко щёлкнул пальцами, и Алексей, сраженный подлой подсечкой стоявшего за спиной охранника, в миг рухнул на колени. Приставив ему к голове оружие, властитель хищно оскалился.

Неужели перестарался? – пронеслась в голове отрешенная мысль, заставившая пилота в ожидании неизбежного выстрела непроизвольно задержать дыхание.

– Стойте! – резко крикнула Маша. – Для него это будет слишком простой конец! – девушка взволнованно вцепилась ладошками в руку будущего криптонского мужа. – Не лучше ли его проучить, так, чтоб он молил о прощении за все свои действия?

Прекрасная идея, милая, только как бы они не поняли ее по-своему...

На секунду задумавшись, принц, кивнув, отступил, но оружие опускать не стал. Вместо этого он, замахнувшись, с силой обрушил его на голову Алексея, повергая пленника на землю.

Находясь на грани потери сознания, последним, что услышал пилот, было небрежно кинутое принцем на ходу:

– Бросьте землянина к тем смертникам, пусть объяснят ему, что упущенная возможность умереть сейчас для него была бы спасением. Ну а нам, дорогая, пора готовиться к свадьбе…

Слова принца космонавт еле расслышал, лениво подумав лишь о том, что теперь для него, похоже, точно все кончено. Бороться ни сил ни желания не было, и почувствовав, как две пары сильных рук грубо подхватили с земли его налившееся свинцом тело и потащили за собой, Алексей, перестав оказывать вялое сопротивление, закрыл глаза и позволил тьме захватить его в свои спасительные объятия.

Он снова всё провалил… 

Глава 16. Новые знакомства, новые сюрпризы.

– Смотри, Лёвка, этот, кажись, живой!

– Крепкий парниша, а ведь приложили его неслабо, вон крови сколько!

Это они про меня, что ли?…

– Да уж, походу со жмуриком в камере нам досиживать не грозит, эт слава богу!

– Сплюнь, Степаныч…

Не дождетесь, парни… И не через такое проходили…

– Странно, что в бордель его не забрали, рожей вроде удался.

– Много ты, Михась, в красоте мужской понимаешь! Или засиделся тут в застенках, кой что в голову ударило?

Ну ты шутник, брат, обхохочешься…

– Да иди ж ты!

Весело вам там? Ну, смейтесь, смейтесь.. Нам бы встать…

– Гляди, зашевелился!… Эй, пацан. ты как? Да подождиии, не елозь, еще вырвет, а нам тут блевотина в камере не нужна! Сейчас тебе поможем! Мужики, а ну-ка подсобите!

Алексей, с трудом борясь с рвотными позывами, почувствовал, как несколько пар рук аккуратно приподняв за плечи, привалили его к стене, придав телу более-менее сидячее положение. Голова тут же отозвалась взрывом адской боли. Невольно застонав, он протянул руку, ощупывая лоб и волосы, слипшиеся от крови. Принц ударил его от души, тут не поспоришь… Но спасибо, что не насмерть. И наручники сняли, еще раз спасибо. Какой я вдруг вежливый стал, аж противно. Ну, точно, сотрясение…

Ощущая на лице чужое несвежее дыхание, Горский медленно открыл веки, но увидел перед собой лишь мельтешащие расплывчатые пятна. Его тут же снова резко замутило, и глаза пришлось закрыть, на время отдавшись на волю борьбе ощущений. Очень хотелось вернуться в небытие, где не было ни боли, ни криптонцев, ни…

Маша!

Возникший в голове образ девушки немного привел Алексея в чувство, заставив вспомнить, зачем он здесь. Пилот, справляясь с головокружением, с силой зажмурился и заставил себя проморгаться, восстанавливая зрение. Помогло, и он смог рассмотреть склонившихся над ним людей.

Их было шестеро. Все мужчины, в возрасте от 30 до 45 лет, крепкого телосложения, но выглядели они крайне изможденно, видно не один день провели в этой каменной темнице. Помещение, не обремененное удобствами, было душным и тесным для такого количества народа. Полностью выложенная камнем камера, с низким потолком и холодным полом, в отсутствие окон освещалась парой тусклых светильников, расположенных над дверью, отбрасывающих на стены зловещие тени. Оглядеть помещение подробнее мешали неумытые лица, загораживающие обзор.

– Ну что, пацан, очухался? – спросил тот, кого товарищи называли Лёвчик, как определил его по голосу Горский.

– Жить буду… – проговорил Алексей, с трудом поборов очередной приступ тошноты. – Кто у вас тут старший?

Вопрос вызвал у сокамерников приступ хохота.

– Это ты, парень, что-то попутал. Мы хоть и в тюрьме, да не в той. Здесь все в одинаковом положении. – отсмеявшись, ответил Лёвчик. – Добро пожаловать в камеру смертников.

– И отчего же такое название? Всем заключённым грозит казнь?

– Оооо, да он, глядишь, не в курсе! – махнул рукой мужчина. – Михась, просвяти гостя, куда он попал.

– Да, Михась, будь любезен…– попросил пилот, вяло улыбнувшись. – А то я и правда со здешними порядками ознакомиться не успел…

– Зато по башке успел заработать! – прогоготал третий, но был резко одернут товарищами.

Слегка полноватый и заросший щетиной Михась, присев перед Горским на корточки, шмыгнул, и утерев нос рукавом грязной рубахи, ухмыльнулся:

– Завтра всех здесь присутствующих отправят на рудники. Хуже это или лучше смерти сам решай, только оттуда пока ещё никто живым не возвращался, разве что в саване. Вот и называется эта камера "смертной", ясно же, что здешние застенки – последние удобства, в которых нас содержат перед отправкой в долгий путь.

– И как давно вы здесь?

– Дней семь, плюс минус.. Довольно сложно следить за временем, не имея ни часов, ни возможности взглянуть в окно.

– Бежать из под стражи не пробовали?

– Да, точно крепко тебя приложили… Видать умом тронулся, раз такие вопросы задаешь! – прошипел Лёвчик, сверкнув глазами. – Хочешь ещё пожить, советую не заикаться о таких вещах.

Что-то ты темнииишь, дружище! Вот ведь как напрягся!

– Я наверно лезу не в свое дело, но…

– Вот именно, пацан! – рявкнул на пилота заключённый, и сжав кулаки, резко отвернулся.

Горский перевел удивленный взгляд на Михася, вопросительно качнув головой в сторону Лёвчика. Тот в ответ со вздохом повел плечами.

– Его брата криптонцы убили во время побега, устроив над ним показательную расправу, чтоб другим было неповадно.

– Вот оно что… Прости, друг, не хотел задеть тебя за живое.

С трудом поднявшись и придерживаясь за стену, чтоб не упасть, Алексей примирительно протянул мужчине руку.

– Ладно… – Лёвчик стиснул его ладонь. – Ты ж не знал…

Так, первый контакт налажен.

– Тебя, пацан, как звать-то? – спросил мужчина.

– Алекс, – представился пилот присвоенным именем, не торопясь раскрывать перед новыми знакомыми карты.

– Ну что же, Алекс, как говорится, располагайся, чувствуй себя как дома, но особо не привыкай, – усмехнулся Лёвчик. – Мне представляться уже не надо, по профессии я бывший военный. Михася, нашего рабочего литейного цеха, думаю, ты тоже уже запомнил. Вон тот угрюмый усач – Степаныч – химик, Виктор – мужчина кивнул в сторону самого молодого – врач, Андрей и Иван Егорович – боксеры, в одной секции боролись.

Ничего себе наборчик, но ведь какой!

– Как же вас, мужики, угораздило к криптонцам-то попасть? – спросил Алексей, с интересом разглядывая сокамерников.

– Да как всех, неудачников. Оказались не в том месте, не в то время.

– Ты прости, что вновь затрагиваю эту тему, но вы ведь все не хилые ребята, неужели после смерти брата не было желания совершить ещё одну попытку, если все здесь всё равно обречены?

Лёвчик, подойдя к пилоту вплотную, прямо посмотрел ему в глаза:

– Думаешь, я не пытался ничего придумать? С Криптона убежать нельзя, если только улететь, угнав корабль. Возможно, если б брата не убили, у нас всех мог быть шанс, потому что Коля был пилотом. Ну а без него…

Договорить мужчина не успел. Дверь камеры со скрипом отворилась, и в освещённом проёме возник Тосо в компании троих вооруженных охранников. Небрежно кивнув Горскому и сделав приглашающий жест рукой, он скомандовал:

– На выход, Алекс.

– На прогулку приглашаешь? – усмехнулся Горский, не двигаясь с места.

– Поболтать хочу. Разговор тебе понравится, обещаю.

– Неужели? А мне, ты знаешь, и здесь хорошо. Отказы принимаешь?

– Нет, – криптонец угрожающе оскалился. – Увести! – кивнул он помощникам, и те, грубо оттеснив заключённых, живо заломили Алексею руки за спину, бесцеремонно вытолкнув из камеры.

– Да что ж за день-то сегодня такой! Только отдохнуть надеялся, а тут снова ты, "Оливка"! – проворчал пилот сквозь зубы, морщась от боли в вывернутых конечностях. – Приятно было познакомиться, ребята! – крикнул Горский сокамерникам. – Будут ужин подавать, мою порцию отложите! Лёвчик, проследи! – выкрутив голову, подмигнул ему Алексей.

Тут же получив удар под дых, и чувствительный пинок для ускорения, пилот споткнулся, но сумел удержаться на ногах, глотая ртом воздух. Желания шутить больше не было.

Захлопнув дверь камеры, охранники быстро стянули за спиной пилота запястья, и обступив со всех сторон, велели "двигать вперёд".

Следуя за Тосо по мрачным каменным коридорам, Алексей отчаянно пытался придумать выход из своего незавидного положения, понимая, что ничем хорошим предстоящий "разговор" ему не грозит. Вот только ни одна разумная мысль в голову не лезла, а прощаться с жизнью ещё ох, как не хотелось!

– Остановись, пришли. – пробасил Тосо, замедляя шаг и доставая из кармана ключи.

Погремев связкой и справившись с увесистым замком, он распахнул дверь в небольшую комнату, с привинченным по центру к полу стулом. – Проходи, присаживайся.

– Как же ты сегодня вежлив… – пробормотал Алексей, окинув конвоира ироничным взглядом, и показательно тяжело вздохнув, вошёл внутрь.

Как в дурацких дешёвых фильмах, ещё только пыточного стола с инструментами не хватает, да и это мы уже проходили… Скучно…

– Дальше я сам, – сказал Тосо конвоирам, и, оставив их сторожить снаружи, закрыл дверь.

– Что, решил не делить ни с кем удовольствие? – хмыкнул Горский, исподлобья глядя на криптонца.

Но услышал в ответ совсем не то, что ожидал.

Прислонившись к стене и скрестив на груди руки, Тосо тихим голосом устало произнес:

– Садись, Алексей. У нас есть всего час, и за это время я должен многое тебе объяснить, а ты – запомнить, усёк?

Вот это сюрприз…

Горский, ощутив внезапную слабость в ногах, в бессилии рухнул на стул.

Глядя, как стоящий перед ним плечистый громила достает платок и стирает с лица оливкового цвета грим, медленно обретая черты человека, космонавт обескураженно покачал головой:

– Кто ты такой, мать твою?....

Глава 17. Маски долой.

– Для начала я бы хотел представиться. Мое имя Тревор Ортега, специальный отдел. Капитан.

– Специальный отдел ЧЕГО? Какого ведомства?

– Это тебе знать не обязательно. Ограничимся тем, что я уже сказал.

Горский с трудом переваривал услышанное.

– Значит, Тосо – это….

– Аббревиатура. Не было времени выдумывать что-либо оригинальное, а для криптонцев это сокращение вполне сошло за имя.

– Почему ты раньше себя не обозначил?

– Не видел подходящего момента. Либо кто-то находился рядом, либо помещение прослушивалось.

– А эта камера?

– Чиста. Кому интересны звуки криков и побоев?

– Действительно… – кисло улыбнулся пилот. – Может, руки мне развяжешь?

– Прости, не могу. Когда ты выйдешь отсюда, все должно выглядеть натурально.

– Натурально насколько?

– Не мне тебя учить, майор! Не покалечу. Остальное стерпишь.

– Опять двадцать пять! – Горский выругался.

– Хочешь выбраться отсюда живым, придется играть по правилам. Еще пара синяков на лице тебя не сильно испорят. Хватит и того, что Герман по твоей вине сейчас в больнице.

Алексей вспыхнул:

– Как он?

– Жить будет. Но полежать какое-то время придется.

– Откуда ты знаешь Германа?

– Мы вместе работаем.

– Так вот оно что!… Адмирал, значит, тоже в «отделе»? Но как вам удалось…

– Достаточно вопросов, Горский. Времени мало, а мне необходимо провести инструктаж, тем более, что скоро сюда придут. А нам с тобой еще нужно до этого времени успеть нанести грим.

– Ага, особенно мне! – язвительно заметил пилот.

– Ага, особенно тебе! – передразнил Ортега. Но тут же лицо его резко посерьезнело, и Алексей понял, что пришло время заткнуться.

– А теперь молчи и слушай, парень, – продолжил капитан. – Значит, план таков: бежать будете ночью:…………….

***

В принципе, все сказанное Тревором не прозвучало сложно выполнимым, но полагаться во многом приходилось на удачу, с которой в последнее время Алексей находился в контрах. Не сказать, что она его совсем покинула, но как-то обходила стороной, и это сильно напрягало. Хотя парочка последних ударов Тосо, сделанных в завершение их разговора для «наведения Горскому грима» на короткое время вышибли из головы майора все посторонние мысли.

К моменту, когда за пилотом пришли охранники, чтобы сопроводить обратно в камеру, он вполне натурально корчился от боли, лежа на полу, даже не пришлось ничего отыгрывать. И хотя им было выдвинуто Ортеге робкое предложение имитировать побои, капитан остался неприклонен, слишком старательно исполнив обещанное, даже кулаки разбил себе в кровь. Но хотя бы сделал это, двинув в стену, а не Горскому по голове, и на том спасибо. В целом обошлись рассеченной бровью и разбитым носом. Красочно, но терпимо. А вот под ребра удар был сделан уже для видимости, когда пришла охрана. Рухнув со стула, Алексей внутренне приготовился к продолжению, но к его счастью, этого не последовало.

Подхватив пленника под руки, криптонцы выволокли его в коридор, и практически волоком протащили до камеры, куда и отправили, сдобрив посыл хорошим пинком.

Не удержавшись на ногах, Горский чуть было не сшиб одного из сокамерников-боксеров, но тот успел его вовремя подхватить.

– Ох ты ж черт, как его, а… Эй! Алекс! Ты как, живой?

– Нормально… – проговорил пилот, опускаясь на пол и устало прислоняясь к стене. Увидев над собой встревоженные лица, улыбнулся: – Выглядит это хуже, чем ощущается, поверьте.

– Да уж поверишь тут! – хмыкнул Лёвчик, протягивая Горскому замусоленного вида тряпку. – На вот, возьми. Это чтоб кровь остановить.

– Спасибо. – Зажав разбитую бровь, Алексей обвел окружающих взглядом: – Ну что, друзья, так как насчет побега?

– Тебя, никак, опять там головой приложили? – проворчал Михась.

– А что, по нему не видно что ли? – буркнул Лёвчик.

– Мужики, я не шучу. И с головой моей все в порядке. Более того, я знаю, как нам выбраться отсюда, но потребуется ваша помощь. Шансы на побег реальны!

– Как ты себе это представляешь, Алекс?

– Я сейчас все объясню, но пообещайте не перебивать меня и выслушать. Вечером криптонский принц играет свадьбу. Вся охрана будет стянута на торжество, и в тюрьме практически никого из сторожей не останется. Празднество продлится до утра, и этим можно воспользоваться.

Вопреки ожиданиям пилота, предложение побега заключенных развеселило.

– Нет, парень, все-таки с головой у тебя явно что-то не так.

– Охранники, небось, его башкой в футбол играли!

– То-то и морда у него так разукрашена, от былой красоты ничего не осталось!

– Мужики, вы б помолчали, дайте объясниться парнишке! Вон он как занервничал.

– Да послушайте же вы! – Прикрикнул на них Горский, потихоньку начиная терять терпение.

Лёвчик, перекрывая общий гомон, задал вопрос:

– Ну хорошо, резвый ты наш. Прежде чем строить планы, для начала ответь, как ты планируешь выбраться из камеры?

– Вот именно, Алекс! – присоединился к нему Михась. – Ты что, умеешь проходить сквозь стены?

Хитро усмехнувшись, Алексей вытащил из кармана ключи, которые успел сунуть ему Тосо, и помахал ими у мужчин перед носом!

– Кое-кто здесь на нашей стороне.

Сокамерники, насупившись, хмуро замолчали, недоверчиво глядя на космонавта.

– Алекс, я всё понять не могу. – тихо процедил Лёвчик. – Откуда ты такой здесь взялся? Тебя вытащили на допрос, и вернули избитого, но при этом с ключами от камеры! Потрудись объяснить: что все это значит?

Посмотрев на напряженные лица заключенных, Горский, взвесив все за и против понял, что темнить дальше нельзя. Шаг влево, шаг вправо, и он рискует вместо единомышленников заработать врагов, что совершенно не входило в его интересы.

– Ок, давайте говорить начистоту. – Отняв тряпку от лица и слегка при этом поморщившись, пилот поднялся и, отряхнувшись, заново представился:

– Алексей Горский, майор военно-космического флота Северного округа. Межгалактический отдел.

Лёвчик, хмыкнув, удовлетворенно кивнул.

– Вот это уже похоже на правду. Так и знал, что ты из наших.

– И что же меня выдало?

– Выправка у тебя военная… Ну и в манере держаться кое-что, так на словах не объяснишь. Другим может быть и незаметно, а мне в глаза сразу бросилось. Но решил пока понаблюдать за тобой, а уже потом задавать вопросы.

– А ты глазастый! – усмехнулся Алексей.

– Ну, так что, майор? Чует мое сердце, на Криптон попал ты не случайно.

– Я здесь на задании. И боюсь без вашей помощи, в одиночку с ним не справлюсь.

– Ты говоришь, у тебя есть план побега.

– Да, я смогу вывести вас отсюда. Всех. Но есть еще один человек, который должен бежать вместе с нами. Без нее ничего не выйдет.

– Значит, речь идет о женщине? Что-то мне это нравится всё меньше и меньше… Дама сердца?

– Нет. Девушка, которую пленили так же, как и нас, чтоб выдать замуж за криптонского принца. И я прошу вас помочь мне выкрасть ее со свадьбы.

Сокамерники возмущенно загалдели. Лёвчик, звучно выругавшись, поднял вверх руку, призывая к тишине.

Алексей молчал, в ожидании решения.

– Ну, хорошо, допустим… – заговорил мужчина, когда голоса в камере стихли. – Допустим, мы сможем выбраться из камеры и спасти девчонку. Как мы сможем улететь?

– Угоним космолет. Я видел их на берегу, но не успел придумать, как прорваться через ограждение. Собственно, там нас с ней и повязали. Гуманоидов удалось убедить в том, что девочка на их стороне, и возможно это спасло жизнь нам обоим. Но долго притворяться она вряд ли сможет. Всё должно решиться этой ночью.

Лёвчик недоверчиво нахмурился:

– Даже если мы и доберемся до лайнеров, никто из нас не умеет ими управлять.

– Поэтому вам нужен я.

– Майор! – в выражении лица сокамерника стало проявляться понимание. – Напомни-ка, кто ты по профессии?

Широко улыбнувшись, Горский скромно повел плечами:

– Дружище, ты не поверишь!…

Глава 18. Погнали!

По примерному ощущению времени до начала операции по освобождению Марии оставалось около трех часов.

В который раз проговорив с сокамерниками план действий, Алексей смог, наконец, ощутить удовлетворение от того, что новые товарищи согласились участвовать в этой, по сути, авантюре, и четко распределили между собой свои роли. Нельзя сказать, чтобы пилот стал чувствовать себя спокойнее, но по крайней мере за спиной теперь была поддержка, и сражаться ввосьмером (если учитывать еще и Ортегу) – это вам не бегать от криптонцев в одиночку. И хотя Горскому еще ни разу не приходилось возглавлять боевую группу, в душе почему-то теплилось ощущение того, что в этот раз у него точно всё получится.

Решив, что на данный момент обсуждать больше нечего, Алексей дал людям отмашку на отдых, который сейчас требовался всем, но больше всего ему самому. Голова после удара принца продолжала противно гудеть, и пилот тешил себя надеждой, что немного тишины и хотя бы часик сна помогут унять неприятные ощущения, и придадут бодрости его измученному организму. Устроившись прямо на каменном полу и подложив руки под голову, Горский успел лишь только прикрыть глаза, как за дверью камеры послышались тяжелые звуки шагов.

Пилот резко сел. Накатившую секунду назад сонливость как рукой сняло. Повинуясь его безмолвному жесту, Андрей-боксер тихо замер у дверного проема, будучи готовым вырубить вошедшего в камеру, если это потребуется.

Лязгнул ржавый замок, в скважине торопливо заскрежетал ключ, и дверь с противным скрипом приоткрылась.

– Майор, свои. – раздался шепот Тосо.

– Андрей, отбой! – тут же махнул парню рукой Алексей и, выдохнув, поднялся.

Ортега, озираясь по сторонам, быстро впихнул в камеру объемный мешок и вошел сам, прикрыв за спиной дверь:

– Разбирайте, это вам понадобится! – кивнул он, высовывая наружу голову и краем глаза следя за тем, не видно ли кого снаружи. – Дежурного я всего на несколько минут отправил…

– Что там, Тревор? – спросил Горский, подходя поближе.

Без лишних слов капитан, перевернув большой тюк вверх ногами, вывалил его содержимое на пол. Там оказались четыре комплекта одежды охранников, и два незнакомых еще Алексею наряда, описания которым он не мог подобрать.

– Форма официантов, – пояснил Ортега.

Пилот радостно присвистнул:

– Тосо, да тебе цены нет!

– С прейскурантом потом определимся, не волнуйся! – усмехнулся капитан, доставая из карманов баночки с гримом. – Больше я раздобыть не смог, но вашим грязным телам хватит и одного тонкого слоя. Следите, чтобы покрытыми оказались все видимые участки тела, особенно руки. На лица не обязательно могут обратить внимание, а руки, особенно у официантов, всегда на виду.

– Ты уверен, что мы сойдем за криптонцев? – спросил Алексей, принимая из рук капитана краску и раздавая ее сокамерникам.

Тревор придирчиво оглядел команду, и остановил кислый взгляд на Горском:

– Вот с тобой точно могут возникнуть проблемы, но особого выбора у вас нет. От провала сам, понимаешь, никто не застрахован, тем более что торжество уже началось.

Алексей удивленно замер:

– Либо мои внутренние часы дали сбой, либо принц слишком торопится жениться.

– Со вторым, майор, ты угадал. И вам тоже лучше поспешить, свадебный лайнер улетает через час.

– Свадебный лайнер?! Ты о чем сейчас, черт побери?

Тосо нервно дернул плечами:

– Честно говоря, я сам не понимаю, почему церемония идет в таком ускоренном темпе! Одно только торжество обычно занимает несколько часов, затем оно плавно перетекает в праздничное застолье, после чего новобрачные отправляются в свои покои, где происходит зачатие будущего наследника престола. По всей видимости, у принца на твою Марию совершенно другие планы.

– Час от часу не легче! – буркнул Горский, отбирая из кучи вещей одежду официанта и начиная спешно переодеваться. На секунду прервавшись, он повернулся к сокамерникам: – Что застыли, ребята? Слышали, времени нет! Облачаемся, живо!… Лёвчик… Бутылки открывать умеешь?

– Обижаешь, командир! – усмехнулся бывший военный.

– Тогда ты – со мной на застолье. Остальные – охрана.

Напряженно глядя за общей суетой и видя, что команда поняла поставленную задачу, Ортега, кивнув Алексею, отвел его в сторонку:

– Когда будете на позициях, я вырублю освещение, вместе с ним отключатся камеры, тогда и действуйте…. Ты зачем платок на шею намотал?

Горский, молча отодвинув ткань, продемонстрировал ошейник.

– Черт, точно… Совсем забыл. Ладно, оставь, правда официанты так не ходят, это может привлечь внимание.

– Боюсь, мы и с гримом будем слишком выделяться, но, надеюсь, этим маскарадом сможем выиграть хоть какое-то время. Главное добраться до невесты, дальше будем действовать по обстоятельствам.

– Хорошо. Я буду ждать вас на выходе…. – Тосо вновь высунулся за дверь, и коротко выругался. – Черт, дежурный возвращается! Мне пора.

– Тревор! – Горский протянул капитану руку. – Спасибо.

– Для благодарностей еще слишком рано… Удачи вам, парни… Десять минут до начала.

Ответив на рукопожатие, Ортега выскользнул за дверь, защелкивая замок.

Вздохнув, Алексей повернулся к сокамерникам, не без гордости для себя отметив, что пока его приказы выполняются беспрекословно. Покрытые гримом и полностью облаченные в новую одежду, мужчины выглядели практически натуральными криптонцами. Горский аж присвистнул, и с трудом удержался от того, чтоб не захлопать. С уважением показав парням поднятый кверху большой палец, открыл металлическую баночку, и сам занялся нанесением краски, которая в местах ссадин сразу же начала противно щипать. Но после всего, что ему пришлось терпеть, этот дискомфорт можно было пережить.

Закончив туалет и получив одобрение коллектива, Алексей завершил про себя мысленный обратный отсчет. Вытащив из кармана ключ от камеры, ободряюще посмотрел на команду:

– Ну что, ребята, стараемся не отходить от плана. Если у кого возникнут накладки – разрешаю действовать по обстоятельствам, но все же не пытайтесь слишком проявлять инициативу. Главная задача первого этапа – вытащить невесту. Это ясно?

– Яснее некуда. А какова задача второго? – спросил Лёвчик.

– Убраться отсюда к чертовой матери, и чем скорее – тем лучше!… Ну что? Все готовы? Вопросов больше нет?

Увидев дружные кивки, и чувствуя, как в крови начинает закипать адреналин, Горский удовлетворенно усмехнулся:

– Тогда погнали!…

Глава 19. «Ах, эта свадьба, свадьба....»

– Андрюха, давай! На счет три! – шепотом скомандовал пилот, аккуратно вставляя ключ в замочную скважину, и дождавшись, когда боксер встанет у выхода из камеры, быстро повернул.

Переглянувшись и кивнув друг другу, они замерли на позициях.

Резко дернув дверь на себя, Алексей отскочил в сторону, освобождая боксеру место для маневра. Андрей, практически слившись со стеной, напрягся словно пружина, приготовившись нанести удар, но к удивлению заключенных, проверять внезапно открывшуюся камеру никто не спешил. В коридоре стояла полная тишина.

Приложив палец ко рту, и уже собираясь отдать команду на выход, Горский поднял было руку, но лишь успел сделать условный жест, как, скривившись от резко пронзившего его электрического разряда, рухнул на колени, хватаясь за горло.

Вместо ожидаемого появления в дверях охраны, у него сработал ошейник.

Перестраховаться решил, гад?!

Согнувшись пополам от боли и хватая ртом воздух, Алексей отчаянно пытался стерпеть судороги, как-то перебороть их, сдержать себя, но сопротивляться этим разрывающим гортань спазмам был не в силах.

К счастью космонавта, накатившая волной агония в этот раз длилась совсем недолго.

Пробившиеся в сознание звуки происходящей в коридоре борьбы, оборвавшиеся практически мгновенно после ее начала, возвестили о том, что Андрюха-боксер все же сделал свое дело, и поверженный им охранник перестал нажимать на кнопку активации электрического устройства на шее майора.

Подскочивший к Горскому Лёвчик, наклонившись и закинув его руку себе на плечо, помог пилоту подняться. С трудом прокашлявшись и сделав, наконец, глубокий вдох, Алексей благодарно кивнул.

Военный хмуро покосился на его ожоги:

– А скажи-ка мне, командир, неужели ты прибор свой деактивировать не пробовал? Оказывается, на раз-два делается. Вон Степаныч у нас специалист, как только дернуло его пару раз, быстро в этой штуке разобрался, заодно и остальным помог. Хочешь, и тебе сейчас организуем?

Горский отрицательно покачал головой:

– Нельзя.. В моем, в отличие от ваших – пеленгующее устройство. Заденем контакт – и хана, нас не смогут засечь, а без поддержки моих с воздуха улететь отсюда можно даже не пытаться.

– Ну как скажешь, командир. Но ежели надумаешь…

– Все в норме, друг. Спасибо за помощь.

Быстро пожав ему руку, Алексей потер саднящее горло и, поправив на шее сбившийся платок, осторожно выглянул в коридор.

Кроме двоих поверженных охранников, которых по команде майора Степаныч с Лёвчиком спешно втащили в камеру, снаружи никого не оказалось.

Разорвав свою старую рубашку на полосы, Горский крепко связал новоявленных пленников, не забыв заткнуть кляпом их рты. Забрав их оружие, один пистолет он отдал Лёвчику, другой, недолго думая, сунул себе за пояс, благо полы форменного пиджака были для этого достаточно свободными.

Глядя на то, как мужчины, мыча, начинают приходить в себя, пилот, скептически прищурившись, обернулся к боксеру:

– Андрюха, ну что за халтура?

– Вас понял, шеф, ща исправим! – усмехнулся парень, двумя быстрыми и точными ударами отправляя конвоиров обратно в глубокий сон. – Теперь пол часика отдохнут, устроит?

– Красава. Только в следующий раз чтоб с первого удара так сработал, ок?

– Есть! – вытянулся Андрей, подстраиваясь под командный голос майора.

Показав парню большой палец, Алексей повернулся к остальным:

– Ну что, все готовы? – настороженно спросил он заключенных, начиная испытывать неприятный легкий мандраж.

Ответом ему были дружные кивки.

– Хорошо. Значит так, мужики: сейчас мы с вами разбегаемся, ваша задача – прикрытие отхода. Как только Ортега обесточит дворец – быстро сматываем удочки. Только постарайтесь обойтись без случайных жертв, оружие использовать лишь в самом крайнем случае. Главное – обеспечить безопасность Марии. Необходимо также выяснить, где находится свадебный лайнер, если разминемся – встречаемся возле него… Степаныч, что ты глаза закатываешь? Что-то неясно? Ок, повторяю еще раз: внедряемся, находим транспорт, спасаем невесту, сваливаем отсюда к чертовой матери! Расклад понятен? …

Снова безмолвные кивки, кто-то нервно хохотнул, но под непробиваемой серьезностью взгляда Алексея тут же затих…

– Хорошо, – выдохнул майор. – Лёвчик, ты со мной! Удачи, парни!

***

Найти зал, где проходило торжество, труда не составило. Отголоски бурного празднества звонким эхом разносились по этажам, и Алексею с Лёвчиком вскоре удалось, не привлекая к себе особого внимания, смешаться с толпой снующих по коридорам официантов.  Проследив за траекториями их передвижений, парни быстро определили место расположения кухни и, поглубже надвинув кепки на глаза, поспешили смешаться с обслуживающим персоналом. На счастье не знающих местного языка друзей, на разговоры у криптонцев времени не было, а значение раздающихся периодически выкриков и команд в переводе и вовсе не нуждалось: руководство лишь требовало от подчиненных скорейшего исполнения заказов. Все носились с подносами, словно заведенные, и потому, недолго думая, Горский, а следом за ним и Лёвчик, подхватив каждый по графину с вином и влившись в шеренгу официантов, не сбавляя бодрого шага, направились обслуживать праздник.

Как выяснилось, банкет проходил прямо на улице.

Покинув наполненное разнообразием ароматов помещение, Алексей на короткий миг потерял дар речи. И не сама обстановка заставила его сердце биться чаще, а то, что прямо по центру огромного по своим масштабам, украшенного цветами внутреннего двора, сиял ослепительной белизной пассажирский космолет, вокруг которого были расставлены накрытые разноцветными скатертями столики.

О таком неожиданном подарке судьбы Горский и мечтать не мог! Транспортное средство, которое должно было стать их спасительным билетом с Криптона, возвышалось сейчас прямо перед ним.

С трудом оторвавшись от созерцания начищенного до блеска лайнера, Алексей зашарил глазами по залу в поисках молодоженов, но ни принца, ни Марии не увидел. Незаметно переглянувшись с Лёвчиком, они медленно двинулись в разные стороны, не забывая по пути подливать вино в бокалы разгулявшихся криптонцев.

Вскоре Горский, заприметив за корпусом корабля главный праздничный стол, вздохнул было с облегчением, но невесту узнал не сразу, а когда пригляделся к неподвижно сидящей за ним полуобнаженной девушке, со злостью стиснул зубы.

Чертовы извращенцы, значит, в ТАКИХ свадебных платьях ваши женщины должны выходить замуж?

Тонкие прозрачные лоскутки ткани, надетые на Машу, лишь сильнее подчеркивали ее наготу, на которую подвыпившие гости бросали завистливые взгляды. Горделиво расправивший плечи принц, казалось, напротив, ничего не замечал, и лишь изредка подталкивал пылающую от стыда и стеснения невесту в бок, заставляя ее улыбаться всеобщему веселью. По напряженной спине девушки и ее затравленным глазам Горскому сразу стало ясно: держится она из последних сил.

Потерпи, Машуль, еще чуть-чуть… Скоро мы тебя отсюда вытащим…

Молодоженов обслуживала отдельная парочка официантов, порхавших вокруг их столика, словно пчелки, то что-то наливая в бокалы, то подкладывая в тарелки, то меняя разнообразие блюд, только что слюни принцу не подтирали.

Глядя на жениха, Горский брезгливо скривился, и начал потихоньку продвигаться вперед. На ходу обведя глазами зал и увидев Лёвчика, он дал ему незаметный сигнал. Мгновенно ухватив суть задачи, мужчина резко сменил траекторию, выдвинувшись параллельным курсом за Алексеем.

Внезапно грянувшие звуки музыки заставили пилота от неожиданности вздрогнуть, а разразившиеся вслед аплодисменты гостей подтвердили его догадку: принц приглашал принцессу на первый свадебный танец.

Сделав над собой видимое усилие, Мария грациозно поднялась со своего места, и под руку с мужем проследовала в центр танцпола.

Музыканты, надрывая струны незнакомых Алексею инструментов, краснея и отдуваясь исполняли какую-то занудную мелодию, под которую принц, неуклюже передвигая ноги и прижимая к себе Машу, мерзко лапал ее обеими руками. Едва сдерживая слезы и поджав губы, девушка терпела, понимая, что с этой подводной лодки выхода для нее нет.

На секунду оказавшись лицом к Алексею, она поймала его взгляд, и тут же равнодушно отвела, не распознав в странноватом официанте своего недавнего спасителя. Но в следующий миг Мария снова обернулась, уже намеренно, и, всмотревшись в пилота, безмолвно ахнула! Брови ее поползли вверх, плечи мелко задрожали, и Горский, приложив палец к губам и надвинув кепку на самые глаза, быстро развернулся, поспешив догнать Лёвчика, который уже почти приблизился к столу молодоженов.

Узнала ведь, несмотря на грим и опухшую от недавних побоев физиономию! Вот глазастая девчонка…

Официанты, пользуясь минутной передышкой, обессилено застыли по обе стороны от столика жениха и невесты.

Горский с Лёвчиком быстро оценили обстановку. Момент для подмены был более чем удобный: все гости заворожено смотрели на танец молодых, столик которых располагался у обвитой цветами стены дома и в отличие от других стоял  на небольшой платформе, справа и слева от которой были выставлены длинные стойки с угощениями и напитками, укрытые расшитыми золотом тканями, волнами спадающими до самого пола.

Поняв друг друга без слов, друзья действовали мгновенно. Тихо подкравшись к официантам со стороны спины, одним резким и незаметным для окружающих движением они отправили работников банкетного сервиса «отдыхать», быстро затащив их под стойки, каждый со своей стороны, и тут же заняли их места у стола молодоженов. Алексей, вытянувшись в струнку возле кресла невесты, пытался унять зашкаливший от выплеска адреналина пульс. Обведя взглядом зал, он с облегчением для себя отметил, что ни один криптонец не заметил этой подмены. Головы гостей по-прежнему были повернуты в сторону танцующей пары, и казалось, зрители даже перестали дышать.

Ну хорошо, допустим, этим до персонала нет никакого дела, заметят его отсутствие только когда бокалы опустеют. А как же охрана? Уж те не должны обращать внимания ни на что, кроме соблюдения порядка, и хотя их с Левчиком действия заняли лишь пару секунд, наметанный глаз это все же должен был засечь.

Следя из-под козырька кепки за залом, Алексей вскоре получил ответ на свое «почему», и притихший было пульс снова участился, только в этот раз – от чувства гордости и удовлетворения за слаженные действия своих людей! Лишь только на первый взгляд могло показаться, что в сравнении с моментом их появления в зале ничего не изменилось. Однако численность выставленных по периметру охранников по подсчетам Горского сильно поредела, а среди оставшихся он не без радости разглядел бывших сокамерников. Все пятеро, в целости и невредимости, были на местах. Отлично сработали, парни!

Пока всё идет гладко… Только бы теперь не налажать!…

Глава 20. Побег.

Музыканты, выжав из инструментов последние аккорды, поклонились публике. Под бурные овации гостей молодожены под руку проследовали к своему столу. Алексей, по-прежнему пряча глаза, галантно выдвинул для Марии стул, и когда девушка со сдержанным вздохом облегчения от того, что танец, наконец, закончился, опустилась на свое место, наклонился, чтобы долить ей вина, и быстро проговорил шепотом:

– Будь умницей, Машуль, и сохраняй спокойствие. Скоро мы выберемся отсюда.

Мария, на секунду застыв на месте, судорожно сжала бокал покрасневшей от холода рукой, и едва заметно кивнула. Только сейчас Алексей подумал о том, что девушка в своем тончайшем наряде должно быть очень замерзла. Даже он, облаченный в форменный костюм, ощущал неприятную  ночную прохладу местного климата, но теплокровных криптонцев неудобство, испытываемое принцессой, похоже, не сильно волновало.

Чтобы не стоять, как истукан, Горский стал накладывать Маше на тарелку еду, краем глаза следя за тем, как справляется Лёвчик, так как принц вел себя весьма неспокойно, постоянно что-то требуя от официанта. Говорил он при этом на своем языке, который тот совсем не понимал, но усиленно делая вид, что всё нормально, действовал явно невпопад пожеланиям жениха, отчего тот уже начинал закипать.

Алексей подобрался, будучи готовый атаковать.

Еще пара минут, и скандала, похоже, будет не избежать. Черт тебя дери, Ортега, что ж ты медлишь со светом?

Шум и гомон голосов развеселившихся гостей внезапно стих. Королева, поднявшись из-за своего стола и держа высоко над головой бокал, звонко постучала по нему столовым прибором, призывая к вниманию. Дождавшись полной тишины, обольстительно улыбнулась:

– Господа! Дорогие гости! – заговорила она на галактическом, по всей видимости для того, чтобы произносимый ей тост был понятен принцессе. Алексей внутренне выдохнул, заметив, что принц перестал возмущенно что-то втолковывать непонятливому официанту, отвлекшись на голос матери. – Сегодня мы с вами стали свидетелями поистине ярчайшего и, безусловно, наиважнейшего события в истории нашего королевства: свадьбы его высочества принца Измара и ее высочества – принцессы Марии!… Я не стану лукавить и говорить, что выбор моего сына взять в жены землянку, стал для меня неожиданностью, так  как он всегда не ровно дышал к земным женщинам, считая их природную красоту лучше, чем у представительниц всех других рас. Пожалуй, я должна заметить, что он  оказался прав! Вы только посмотрите на наших молодоженов, ну разве не восхитительная вышла пара? – слова королевы были поддержаны бурными аплодисментами. При этом Маша, поджав губы, с такой силой сдавила в руках стакан, что Алексей забеспокоился, как бы хрупкое стекло не треснуло. – А теперь я хотела бы перейти к главной изюминке сегодняшнего вечера, ведь самое большое желание каждой матери – обрести внуков! Что ж, мои дорогие, я благословляю вас на этот ответственный шаг, и предлагаю всем нам проводить молодых в их свадебный лайнер, на борту которого принц, наконец, овладеет своей возлюбленной, и подарит ей свое семя! Да будет счастливым этот младенец, будущий наследник престола, и да святится принц Измар!!

Последние слова королевы потонули в воплях ликующих гостей, которые, вскакивая со своих мест дружно стали скандировать имя принца.

Все дальнейшее по ощущениям Горского происходило словно в замедленной съемке.

Каждую секунду ожидая отключения света, Алексей от досады сжал кулаки, решив, что Тосо не справился со своей задачей. Но в тот же миг заметил его в конце зала, и, получив от Ортеги условный сигнал, наклонился к девушке, чтобы дать ей команду приготовиться. 

– Машуль, сейчас… 

Договорить он не успел. 

Нежный хрусталь в руках Марии лопнул, не выдержав ее давления, и девушка в ужасе уставилась на свои окровавленные от порезов ладони.

Принц, обернувшись на ее крик, встретился взглядом со склонившимся к столику Горским, и, всмотревшись, мгновенно его узнал.

Лёвчик, увидев, как брови Измара поползли вверх, а лицо стало наливаться краской, потянулся за пистолетом.

И в этот момент погас свет.

Чувствуя себя ослепшим и ориентируясь лишь на отпечатанный в памяти план зала, Алексей, схватив Марию за руку, потащил ее за собой. Позади послышались выстрелы, крики гостей резали уши. Пригнув девушке голову и выдернув из-за пояса пистолет, Горский буквально пробивал им дорогу к космолету, локтями, кулаками, и корпусом расталкивая всех, кто попадался на пути, не пытаясь даже разобраться, мужчины это или женщины. За спиной прогремел очередной хлопок, в руку выше локтя что-то ударило, обжигая предплечье. Налетев с размаху на чей-то стол, и не удержавшись на ногах, Алексей, кубарем перекатившись через голову и больно ушибив колено, на секунду выпустил Машину руку. Девушка испуганно вскрикнула, и  Горский, чертыхнувшись, вскочил, пытаясь нащупать ее в темноте, но в то же мгновение вспыхнули фонари, заставив пилота резко зажмуриться.

– Всем бросить оружие! – разнесся по залу низкий властный голос. – Сдавайтесь, вы окружены!

Алексей замер на месте, и сощурившись, привыкая к свету, одним быстрым взглядом оценил обстановку.

Зажав скрученного Лёвчика с двух сторон, охранники держали его на прицеле. Пятеро остальных заключенных, переодетых в военную форму, пока оставались не раскрытыми, что вселяло надежду. Но враги все же превосходили их своим числом. Майор успел насчитать восьмерых незнакомых членов охраны, и, наконец, отыскал глазами Машу, которая, не сдерживая слезы, темными дорожками стекающие по ее по щекам, сидела на стуле, с потерянным лицом озираясь по сторонам. За спиной девушки стоял охранник, далеко не нежно давя руками ей  на плечи, пытаясь удержать на месте.

Выругавшись про себя, Горский опустил пистолет на землю, и под тяжелым взглядом криптонцев ногой отбросил его в сторону.

Принц, отобрав у своего телохранителя оружие, с пылающим от гнева лицом надвигался на Алексея.

– Как же ты меня достал, землянин! – прошипел Измар, приблизившись вплотную, и уперев пистолет пилоту в лоб.

А ведь ручонка-то дрожит… Как бы палец не соскользнул…

– Кто ты такой, Алекс, что так упорно пытаешься выкрасть мою невесту, и, кстати говоря, уже жену?! Отвечай! – Глаза криптонца стали почти безумны. Не дождавшись ответа на свой вопрос, он, замахнувшись, с силой ударил Горского в челюсть.

От души, скотина…

Сплюнув на пол кровь, Алексей, покачав головой, усмехнулся.

– Думаешь, похищение молоденькой девушки сойдет тебе с рук, Измар?

– Я задал вопрос, землянин! Или ты заговоришь сам, или из тебя силой вытрясут информацию, и поверь, я буду очень рад при этом присутствовать!

– Прости, я бы не прочь доставить тебе такое удовольствие, но сейчас мы с друзьями спешим, так что нашу премилую беседу, боюсь, придется отложить.

– Слушай, землянин, ты что, умом тронулся?! – заорал принц, вновь упирая ствол в пилота. – Про каких еще друзей ты говоришь? Вон про того, что ли? – Измар стал поворачивать голову в сторону Лёвчика, и этого момента Алексей как раз и ждал.

Резким движением вывернув из рук принца пистолет, пилот молниеносно поднырнул ему под локоть, и захватив заложника за шею, приставил оружие ему к виску.

– Стоять всем, или я его пристрелю!! – крикнул Горский, прикрываясь спиной Измара, словно щитом. – А ну скажи им бросить пушки, живо!!! – сжав горло принца, приказал ему Алексей.

– Вып… выполняйте… – прохрипел пленник, обеими руками вцепившись в локоть Горского, который, поморщившись от боли, пронзившей плечо, только сейчас заметил, что пуля его все-таки задела. Рукав белоснежного форменного пиджака уже успел пропитаться кровью.

Только этого для полного счастья нам и не хватало…

– Вы не сможете выбраться отсюда! – произнесла королева с застывшим лицом, медленно поднимаясь со своего места. – Все выходы перекрыты!

– А мне и не нужны выходы, – усмехнулся пилот. – Парни, соберите оружие! Маша – ко мне!

Криптонцы оторопело смотрели на то, как пятеро охранников, на ходу стирая с лиц руками свой оливковый «загар», сорвав с одного из столов скатерть, спешно скидывают туда поднятые с пола автоматы.

Мария, всхлипнув, вскочила с места и подбежала к Алексею, испуганно вцепившись в полы его пиджака.

– Поднимайся в лайнер, живо! – скомандовал ей Горский, и девушка, кивнув, кинулась к трапу, затопав каблуками по ступеням.

Убедившись, что она в безопасности, Алексей обвел зал устрашающим взглядом:

– Значит так, дорогие мои! Слушайте меня внимательно, повторять я не буду: сейчас все собираются кучкой вон у той стены, и дружно, я сказал ДРУЖНО!!, укладываются на пол…. Ты тоже! – прикрикнул он на королеву, которая собралась было что-то возразить. – Считаю до трех!… Раз… два… Не испытывайте мое терпение, поверьте, злить меня опасно, а я уже очень сильно на вас всех обижен… Три!

Последнюю цифру Горский произнес для порядка, так как его команда «лежать» уже была выполнена.

Сокамерники, завязав собранное оружие в большой тюк, подтащили его к дальней стене и оставили там. Переть это всё с собой не имело никакого смысла, в космосе палить из автоматов никто не будет, а на то, чтобы разобрать этот наглухо завязанный мешок криптонцам потребуется время.

Держа замерших на земле гостей на прицеле, заключённые медленно отступали к борту космолета. Алексей, пятясь задом и по-прежнему крепко удерживая принца за горло, нащупал ногой нижнюю ступень трапа, и уже хотел подниматься, как вдруг сверху истошно закричала Маша:

– Алекс!!!!

Обернувшись на крик, Горский от досады стиснул зубы, ругая себя последними словами. Прокручивая в голове бесчисленное количество вариантов побега, он умудрился совершенно не подумать о пилоте, которого просто не могло не быть! Все это время криптонец ожидал на борту, будучи готовым к отлету, и когда началась паника, решил не высовываться до нужного момента. Сейчас же он стоял в дверях, завернув Маше руки за спину, и держа ее на прицеле.

– Отпусти принца, землянин! – прокричал сверху пилот, дико вращая глазами.

– Только после того, как ты отпустишь девушку! – ответил Алексей, не торопясь ослаблять хватку на шее вырывающегося Измара.

– Пристрели девку! – хрипло выкрикнул вдруг принц. – Ты хочешь забрать ее, землянин? Подавись!!! – Измар безумно захихикал.

– Стойте! – крикнул Горский, дернувшись от раздавшегося оглушительного выстрела, боясь сделать вдох.

Перестав хихикать, принц выпучил глаза, не в силах поверить в то, что видит.

Пилот, с аккуратной дыркой во лбу, качнувшись вперед, лицом вниз повалился на ступеньки, и сполз по трапу, замерев у его основания.

Мария, целая и невредимая, поняв, что последняя опасность позади, отчаянно разрыдалась.

Кто же это, черт возьми, такой меткий?!

Горский, резко обернувшись, встретился глазами с Тосо, со вздохом облегчения опускающим пистолет.

С такого расстояния сделать точный выстрел задача не из легких, – уважительно подумал Алексей. – Правда, в «отделе» непрофессионалов и не держат.

– Ортега! – крикнул ему пилот, кивком головы указывая на космолет. – Внутрь, живо!… Парни, по коням.

Упрашивать никого не пришлось.

Припугнув напоследок криптонцев расправой над принцем в случае, если хоть одна голова поднимется с пола, Алексей последним поднялся на борт, втащив за собой отчаявшегося Измара, которого тут же перехватил у него Тревор. Видя, как ловко капитан привязывает наследника престола к креслу, первым делом заткнув ему кляпом рот, Горский, удовлетворенно усмехнувшись, заблокировал дверь.

– Ну что, все живы? … – ответом ему были кивки. – Маша? Ты цела?

Девушка, размазывая тушь по щекам, бросилась ему на шею. Смутившись, Алексей содрал с себя пиджак и накинул ей на плечи, прикрывая обрезки платья, которое и одеждой-то назвать было нельзя.

– Успокойся, малыш, всё уже закончилось… Скоро будешь дома… А сейчас мне нужно, чтобы ты села в кресло и хорошенько пристегнулась, поняла?

– Да… – прошептала Мария, и начала лепетать что-то еще, но Горский ее уже не слушал. Кивнув Лёвчику, чтобы помог девушке устроиться, он побежал в кабину.

Заняв привычное место за штурвалом, Алексей на несколько секунд прикрыл глаза, сосредотачиваясь и вспоминая нюансы управления таким малогабаритным кораблем класса-люкс. По сравнению с лайнерами, на которых он летал раньше, пилотировать такую крутую «птичку» Горскому еще не доводилось.

Чувствуя, что сознание его от потери крови начинает потихоньку уплывать, майор резко выпрямился, прогоняя дурноту. Закрывать глаза в его состоянии было явной ошибкой.

Всмотревшись в приборы и определив, что и как тут должно работать, он уверенно нажал на кнопку громкой связи с салоном пассажиров:

– Уважаемые господа! Вас приветствует капитан корабля Алексей Горский. Я благодарю вас за выбор нашей космической компании, и желаю приятного полета! Пожалуйста, пристегните ремни…. Мы летим домой.

Эпилог.

Только покинув пределы воздушного пространства Криптона, Алексей позволил себе немного расслабиться.

Виктор, врач-терапевт по образованию, на ходу обработал его раны, насколько это было возможно в тесном пространстве кабины лайнера. Разорвав на рубашке пилота рукав и недовольно скривившись, он констатировал:

– Боюсь, Леша, без операции тут не обойдется. Хоть кость и не повреждена, пуля застряла глубоко в мягких тканях. Я, конечно, могу ее вытащить, но подходящих инструментов на борту нет, а если начну орудовать армейским ножом, тебе это вряд ли понравится. Опять же, о стерильности в этом случае говорить не приходится. Ты как сам, до Земли-то дотянешь?

– А у меня есть альтернатива? – кисло усмехнулся Горский.

– К сожалению, нет. Кроме тебя управлять этой летающей штуковиной никто не умеет.

– Значит, потерплю… Что там Маша?

– Спит, бедняга. Руки я ей перебинтовал, но там ерунда, быстро затянется. А вот тебе, друг, надо бы в больницу.

– Сам знаю… Спасибо за помощь. Всем вам.

– О чем речь, парень? Если б ты не появился, нам бы уже была крышка. Держись!

Хлопнув Горского по здоровому плечу, Виктор отправился обратно в салон, осматривать остальных. Все были очень уставшие и измождённые, синяки, порезы и ссадины наличествовали у каждого второго, поэтому работы сейчас доктору хватало.

Сверившись с приборами и решив, что удалился от вражеской планеты на достаточное расстояние, Алексей набрал на панели код связи с Землёй.

Через секунду ему ответил Террел, который, казалось, только и ждал его сигнала.

– Земля-1, прием, Горский на связи.

– Лёша! – практически заорал из динамиков голос командира. – Мы уже сканируем твой сигнал! Как ты, что с Машей???

– Задание выполнено, сэр. Мария жива и здорова, в данный момент девочка спит.

Послышался шумный вздох облегчения, на заднем плане раздались бурные овации.

Много же вас там, однако! 

– Молодец, майор! Горжусь! Как прошло, без осложнений?

– Да как вам сказать, – хмыкнул Горский, подумав о пленнике, привязанном к креслу в салоне. – Есть ряд проблем, которые нужно будет решить… Вы уже видите нас на радаре?

– Так, подожди… Космолет класса.... Черт возьми, Лёша, как ты умудрился раздобыть люксовый лайнер???

– Это длинная история, – усмехнулся пилот.

– Ясно, изложишь потом всё подробно. Отправляю вам навстречу военный звездолёт, подберет вас примерно часа через два.

– Лучше б сразу медицинский, если можно… И полиция тоже не помешает.

– Что такое, Горский? Кто-то ранен??

– Я, сэр. Не сильно, но кровопотеря была большой, да и пулю надо вытащить. Кроме всего прочего, мы с Марией не одни. С нами ещё семь  человек и… один пленный.

– Алексей, ты что, сдурел?! Какой, к чертовой матери, пленный?!! Что еще за люди с вами?

– Просто так получилось…

– Получилось у него… – проворчал Террел, но тут же смягчил тон. – Хорошо, будут тебе медики и военные. Сам-то как, дотянешь?

– Я должен дотянуть, сэр.

– Ты уж продержись там, сынок. Помощь на подходе. Отбой.

В бессилии откинувшись на спинку кресла, Горский слотнул подступивший к горлу ком. Как только ни обращался к нему командир, но так по-отечески – впервые.

друга?

В оформлении обложки использована фотография с https://pixabay.com/ по лицензии CC0.