Название книги:

Дрянная девчонка в Академии

Автор:
Катерина Полянская
Дрянная девчонка в Академии

ОтложитьЧитал

Шрифт:
-100%+

Глава 1

Времена, когда на балах оркестр наигрывал нечто мелодичное и пары кружились по залу, сдержанно улыбаясь друг другу, канули в вечность со смертью старого короля. На престол взошла его единственная дочь, Алексия, и в первый же месяц безжалостно растоптала старомодные устои.

И уже почти год праздновала победу…

В огромном полутемном зале царило настоящее безумие. Грохотала музыка, томно прижимались друг к другу парочки, некоторые не стеснялись целоваться на виду у всех. Ее величество забралась на сцену и отплясывала нечто зажигательное, оба фаворита не отставали от нее.

Многие семьи предпочли покинуть столицу, по слухам, превратившуюся в клоаку. Но лично я, лишенная опеки бдительной родни, чувствовала себя при дворе как дома. Не сомневаюсь, другие девчонки тоже бы почувствовали, но кто им позволит?

– Мили, ты такая красивая, – тем временем мой кавалер становился все настойчивее.

Музыка гремела, впрыскивая в кровь адреналин, но мы топтались на месте, словно пытались танцевать медленный танец. И понемногу, шаг за шагом, продвигались к уютному темному алькову…

Прохладные пальцы погладили затылок и скользнули вниз по обнаженной спине, распространяя по телу волны приятной дрожи. На миг я зажмурилась от удовольствия, а потом тряхнула гривой черных волос и улыбнулась.

– Не сейчас, мой сладкий. Иначе получится, как в прошлый раз…

Сама я не против лишнего развлечения, но нежную психику будущего герцога надо бы поберечь. Это все мой дар! Смешанный. Некромантия, доставшаяся в наследство от отца, и сила света – по маминой линии. С такими данными трудновато не влипать в неприятности.

Мы целовались в саду моего городского дома. Была глубокая ночь, мерцали звезды, романтично журчал фонтан. В какой-то момент Реруну захотелось большего. Он потянул платье с моих плеч, а я… ладно, признаюсь, испугалась! И сработали треклятые способности.

К слову сказать, они всегда странно работали. А если я еще и не специально… В тот раз получилось страшно, но и забавно тоже. В нескольких шагах от нас земля засветилась белым, словно там луну закопали, задрожала, и из недр вылез Тиффи. В детстве он был моим любимым щенком, но как умертвие тоже смотрелся мило. Они у меня вообще всегда выходили аккуратные и ласковые, из-за магии света, наверное.

Первым делом звереныш побежал ласкаться. Но будущий герцог глянул на фосфоресцирующие в темноте глазницы – и как взвоет! А мои умертвия всегда преданные. Тиффи подумал, что меня обижают, и… в общем, Реруну было больно, мне – стыдно, а выскочившим на шум служанкам – еще две недели смешно.

До сих пор удивляюсь, как он не разорвал отношения после такого конфуза…

И вот теперь опять.

– Ты – моя невеста, Мили, – напомнил парень, влюбленными глазами вглядываясь в мое лицо.

– Еще не объявлено, – я ловко вывернулась из его рук. – Мой опекун вообще не в курсе. И с магией давно пора что-то решать. Давай не будем торопить события!

– Как скажешь, – его голос прозвучал немного напряженно.

– Пойду проверю, как там фейерверк, – я нашла повод для отлучки и, протискиваясь через толпу танцующих, устремилась к выходу.

Нет, Рерун веселый и по статусу мне соответствует. Не ханжа. Но невеста!.. Брр.

Рановато.

Я вышла на крыльцо и на минуту привалилась спиной к закрывшейся двери. Холодный осенний воздух ударил в разгоряченное лицо. Пожалуй, стоит поговорить с Реруном о том, что даже после свадьбы я не собираюсь отказываться от светской жизни. Вообще ни в чем себе не собираюсь отказывать!

По аллее прогрохотала карета и замерла перед входом.

Минуту спустя к дворцу направился мужчина в строгом черном костюме. Я внутренне скривилась: старомодный, здесь такие давно не носят.

– Извини, красавчик, но это закрытая вечеринка! – я спустилась на две ступеньки и встала в эффектную позу. – Брысь! Приедешь завтра.

Охрана и парковый сторож заинтересованно поглядывали на нас. Впрочем, больше пялились на меня, чем следили за наклевывающимся скандалом. А зря. Потому что я и оглянуться не успела, как события приняли совершенно неожиданный оборот.

– Милиан?! – ошарашенно произнес поздний гость.

Я подалась чуть вперед, отогнала с сознания приятную дымку, вызванную шампанским, и… чуть не скатилась с высокого крыльца.

– Лорд Пресинваль?! – удивление было взаимным.

Демоны потустороннего мира! Откуда здесь мой отчим?!

Тем временем мужчина медленно, но верно свирепел.

– В каком ты виде? Что на тебе за тряпка? Накрашена вызывающе! Да что ты вообще здесь делаешь в три часа ночи, желал бы я знать?!

– Отрываюсь! – немного нервно сообщила я ему, просто не зная, что еще можно сказать.

Это было наше кодовое слово. Ну, забыла, с кем не бывает! Но сторож-то не забыл! Он раздавил в руке хрупкий амулет, в воздухе разлилось шипение, а миг спустя небо над нашими головами взорвалось огнем. Если присмотреться, можно было различить полуобнаженную женскую фигуру в провокационной позе. И надпись: «Лекси, сделай их всех!»

Опекун побледнел и сжал челюсти так, что зубы заскрипели.

– Сегодня у королевы двадцатилетие, – на всякий случай пояснила я. – А завтра прибывает посольство из Виверии, будут договариваться о браке с одним из их принцев. Она, конечно, откажет!

Но местная жизнь этого зануду совершенно не интересовала.

– Твоя выходка? – мрачно уточнил он, указывая на пылающее небо.

– Сюрприз!

– Надеюсь, тебя за него не казнят?

– Что ты, мы с Лекси лучшие подруги!

– Живо домой! – прорычал лорд Пресинваль.

Жесткие пальцы схватили меня за локоть и поволокли к карете.

Демоны его убей, а ведь был идеальным опекуном! Он был на тринадцать лет младше моей мамы, и когда она умерла, спокойно уехал за границу. Вообще не интересовался моей жизнью! И вот, на тебе, привалило счастье…

Из-за внепланового фейерверка народ прильнул к окнам и сейчас наблюдал не только действо в небе, но и мой позор. Я – самостоятельная! Взрослая! Ну, по крайней мере, привыкла считать себя таковой. И все привыкли. Но тут появляется этот лорд… и мой мир пошел трещинами.

Пока меня стаскивали с крыльца и волокли к унылой карете, как раз успела проникнуться к опекуну искренней неприязнью.

Дальше произошло неизбежное.

– Эй, руки от нее убрал! – пронеслось по подъездной аллее недовольное.

Сейчас что-то будет… Зря сопротивлялась, надо было бежать к карете, так бы хоть скандала избежала.

На огни в небе больше никто не смотрел.

Отпустить меня не отпустили, но хватку ослабили. Мы с лордом Пресинвалем в едином заинтересованном порыве повернулись к крыльцу.

– Прошу прощения? – опекун высокомерно вздернул бровь.

Я совсем сникла. Рерун, конечно, прелесть и герцогский наследник, но сейчас он больше напоминал отлынивающего от работы официанта: камзол не носил, рубашка была расстегнута на груди, и его шатало. Еще он раздобыл где-то клинок.

Что-то мне так стыдно стало…

– Не просите! – герцогский сын тоже попытался изобразить высокомерие. Получилось неважно. – Эта девушка – моя! Оставьте ее в покое.

Стою. Помалкиваю. И тихо мечтаю, чтобы дар хоть раз сослужил мне добрую службу и помог провалиться сквозь землю. Ну хотя бы унестись куда-нибудь подальше! Да, видно, не судьба…

– Ваша? – лорд по-прежнему оставался холодно спокоен.

– Моя! – и клинком ощетинился.

Ну же, магия! Ты где?

– Позвольте представиться, – как он мог притворяться равнодушным, я же знаю, по глазам вижу, что он в бешенстве?! – Лорд Маркус Пресинваль, младший консул ее величества в Айле и единственный опекун этой милой леди. Впрочем, сегодня она не похожа ни на милую, ни тем более на леди.

Румянец был такой горячий, что щекам стало почти больно.

Обязательно при всех?!

– А… – слов Рерун так сразу не нашел, но зачем-то спрятал клинок за спину.

– И как ее единственный опекун, – тем временем невозмутимо продолжал лорд Пресинваль, – могу заверить, что вашей она никогда не будет. Ни вашей, ни кого-либо из тех, кто хотя бы раз был замечен в подобном сборище.

Сказав это, он отвесил галантный поклон окну, в котором стояла изумленная Лекси, и скомандовал уже мне:

– В карету. Бегом!

– А ты говорила, он не будет против, – проныл нам в спины мой… ну, уже, наверное, не жених.

И тут магия, к которой я отчаянно взывала несколько последних минут, все же сработала.

Третий день я маялась под домашним арестом. Но и это не самое страшное! Кто бы мог подумать, что светлый дар – это так больно?! Для окружающих. Если бы лорд Пресинваль не выставил щиты, одна из стен замка лежала бы в руинах. А так еще ничего: сильное энергетическое истощение у нас с опекуном и сломанный нос у Реруна.

Вот только все видели, как лорд распекал меня, словно сопливую девчонку! И как тащил к карете. И остальное, с магией… Неудивительно, что теперь прохожие как-то странно косятся на наш дом.

Я тоскливо вздохнула и плотнее завернулась в плед. За окном смеркалось. Скоро дворец зажжется сотнями огней, начнется новая вечеринка… без меня. Можно было как-то пережить унижение, если бы мне оставили свободу. Но какие планы у опекуна, я не представляла.

В дверь раздался осторожный стук и, не дождавшись ответа, в комнату проскользнула старая нянюшка. Понятия не имею, как ей удается передвигаться почти бесшумно при довольно громоздкой фигуре и высоком росте, но факт остается фактом.

– Не спишь, деточка? – ласково спросила меня Эли.

Ответом ей стала неприятная звенящая тишина.

– Выпей молока с печеньем, тебе нужно восстанавливать силы, – и на столик рядом с креслом, где устроилась я, она поставила поднос.

Хорошо, не кашу липкую принесла. Ненавижу ее.

– Уходи, – холодно скомандовала я, даже не глядя в сторону угощения. – Не хочу тебя видеть. И разговаривать! И вообще ничего не хочу!

 

Над ухом удрученно вздохнули.

– Ох, деточка…

– Предательница! Вот зачем ты написала лорду Пресинвалю про меня, а?

– Откуда мне было знать, что все так получится? – и искренне так ресничками хлоп.

Я возмущенно застонала и тут же задышала часто, пытаясь унять головокружение.

– А как еще могла получиться? – спросила зло. – Чего вообще можно было ожидать от человека, чья фамилия звучит почти как прессинг?!

– Ты несправедлива к нему, дорогая, – теплая, почти материнская ладонь заскользила по моим волосам, ласково убрала выбившиеся из косы прядки за уши. – Лорд Маркус – хороший человек.

– Был, – бурчу. – Пока меня не трогал.

Правда же! Отца я плохо помню, только как он сажал меня к себе на шею – тогда это казалось так высоко. И еще штуки две смазанные сцены. Он все время пропадал на каких-то тайных заданиях, некроманты редко ведут тихую, размеренную жизнь. Одна из таких вылазок стала для него последней. А через год в нашем доме появился лорд Пресинваль.

Это не был королевский указ, мама сама вышла за него замуж. Новый муж был прилично моложе ее, не слишком знатен, не так чтобы богат. Но, кажется, они были счастливы, и мне было хорошо в новой семье. Днем мама занималась благотворительностью, вечерами пропадала на балах. Маленькой дочке доставалось не слишком много ее внимания, но Маркус всегда находил пару минут, чтобы сказать несколько добрых слов, почитать сказку или тайком от строгой няни притащить из кухни мое любимое печенье. Еще он учился, напряженно работал, чтобы соответствовать избалованной жене, и вообще был почти идеальным.

Мамина карета столкнулась с другой, когда она возвращалась с очередного бала, на который отправилась без вечно занятого мужа. Она погибла. И те двое, из второй кареты, тоже.

С тех пор лорд Пресинваль возненавидел балы.

А я, глядя на него в те дни, пообещала себе, что никогда не выйду замуж по любви.

Через несколько недель опекун получил назначение младшим консулом в далекую Айлу, и до недавнего времени мы больше не встречались. Даже письма о моем здесь существовании писала Эли. Он отвечал, подписывал счета, но никогда не вмешивался.

И тут на тебе, собственной персоной явился!

Пока я ела и окуналась мыслями в прошлое, недавнее и совсем далекое, Эли безмолвно сидела рядом. Своей вины за появление в нашем доме того, кого тут не ждали и не желали видеть, она не чувствовала, и это злило неимоверно, но поделать я ничего не могла. Он уже здесь. И выдворить его я смогу не раньше чем через два с половиной месяца.

Чувствую, они окажутся кошмарными!

Но не поинтересоваться все же не смогла:

– Как он там?

– Очнулся. Я накормила его супом. Но пока не вставал, – тут же доложила нянюшка.

Ну наконец-то! Не то чтобы я беспокоилась, просто лишние проблемы мне не нужны. Из-за меня же все получилось.

Дальше ела молча. Я все еще была слишком зла на весь мир.

Как только печенье закончилось, я отдала поднос Эли, и та ушла. У нее ведь и другой работы полно, помимо заботы обо мне. С тех пор, как мной занялись квалифицированные воспитатели и учителя, Эли была кем-то вроде экономки. Весь дом держался на ней. Доверие, опять же. В будущем я не собиралась ничего менять.

Слабость постепенно уходила.

Взгляд бездумно скользил по комнате и остановился, когда наткнулся на зеркало. Я обозрела собственное отражение и поморщилась. Из толстой черной косы выбивалась единственная белоснежная прядка. И лицо было ей в тон, бледное. Серые глаза казались почти черными, а губы неестественно яркими. Еще сорочка длинная белая. Если ночью вздумаю побродить по дому, кто-нибудь из слуг точно испугается!

Хм. А может, в виде такого вот несимпатичного привидения к опекуну наведаться?

Мол: «Ты пошто воспитанницу обижаешь?! У-у-у-у!»

Идея была симпатичная, и настроение соответствовало, но воплощению плана помешал осторожный стук в окно.

Кто там еще? Может, от Лекси весточка?

Предчувствуя неладное, но отчаянно надеясь на лучшее, я высунулась на улицу.

– А-а! Умертвие!

Шмяк в кусты роз!

И уже оттуда:

– Ой! Тут колючки!

– Какая неожиданность! – прошипела я, без одобрения глядя, как Рерун неловко взбирается обратно и то и дело украдкой потирает ушибленное место. – И вообще! Сам ты умертвие!

Этот умник на целую минуту завис на водосточной трубе, видимо, обдумывая мои слова.

Ну… зато в такого точно не влюбишься. Он смазливый: высокий, широкоплечий, русые волосы вьются мелкими колечками, глаза карие с поволокой. Но не очень умный и даже не обаятельный. Зато послушный. И я ему нравлюсь, не просто же так заявился сюда!

Уговорила себя и не стала захлопывать окно перед носом незваного гостя, дождалась, пока долезет.

– Как с опекуном? – не ходя вокруг да около, спросил Рерун.

– Пока не знаю… Но вряд ли хорошо, он очень разозлился.

Парень посмотрел на меня как-то странно и выдал неожиданное предложение:

– А давай сбежим! Прямо сейчас!

– Э-э-э… ну…

– Мили, решайся! – он взял меня за плечи и слегка встряхнул. – Моя мать примет нас, пересидим у нее пару месяцев. А потом ты будешь уже совершеннолетняя, получишь свое наследство и пошлешь лесом этого опекуна. А то ишь какой гусь, «никогда она твоей на станет»!

Я с сомнением посмотрела на кривляющегося Реруна и решила согласиться. Выберусь отсюда, а потом попрошу поддержки у Лекси, она не откажет. В конце концов, это мой дом, мое состояние… и понятия не имею, что там еще у меня есть. А освобожусь от опеки Пресинваля, серьезно подумаю, стоит ли связываться с Реруном.

Но сбежать и пересидеть где-то несколько дней мне надо.

Наследник герцогского титула вернулся под окно и попытался слиться с деревом, а я тем временем оделась и собрала необходимое. Немного денег, кое-что из драгоценностей и удостоверяющие личность бумаги. Для решения проблем этого должно хватить.

Закрепила мешочек с ценностями на поясе и снова открыла окно. Забралась на подоконник. И тут же ощутила приступ головокружения – это дала о себе знать слабость, которая лучше всяких замков последние три дня удерживала меня в комнате. Но на кону стояли избавление от деспота-опекуна и счастливая, свободная жизнь, так что я перетерпела и ухватилась за водосточную трубу.

Примерно в тот же момент чьи-то руки ухватились за мою попу.

Э-э?

Я все же попыталась перекинуть себя через подоконник. Вредные руки потянули обратно. Я рванулась, они тоже дернули. Какой тут побег? В результате я шмякнулась на пол, отбив себе то самое, на что обычно находят неприятности, мешочек развязался, и золотые монеты покатились в разные стороны. И так обидно стало… Нет, с Реруном надолго связываться нельзя, невезучий он какой-то.

– Вон отсюда, пока я не вызвал королевский патруль! – рявкнул лорд Пресинваль в окно и, не дожидаясь, пока команду исполнят, закрыл его. Еще и магией опечатал.

Я тоскливо вздохнула. Что за невезуха?

– Через полчаса жду в кабинете, есть серьезный разговор, – сообщил отчим и, клокоча от гнева, удалился.

Поначалу я не собиралась идти. Так и сидела на полу, подбирала монеты и обдумывала, как бы поставить нахала на место.

Мой дом, мое наследство… моя клетка.

Еще целых два месяца. Пф-ф-ф…

Когда же стрелки часов подобрались к нужной отметке, душу начали слегка покусывать сомнения. Если бы Пресинваль хотел орать, сделал бы это прямо здесь. И домашний арест мог продлить, не сходя с места. Так чего ему надо? Не узнаю, если не пойду…

Отложив в ящик комода то, что хотела взять с собой, я хмуро глянула на свое отражение в зеркале, которое одарило меня точно таким же взглядом из-под черных росчерков бровей, и направилась к двери. Пойду, хоть обстановку разведаю. Но буду гнуть свою линию!

Лорд Пресинваль уже сидел за столом. На хозяйском месте.

– Итак? – я заняла место напротив без лишних церемоний, осмотрелась, потом перегнулась через стол и взяла с тарелки печенье.

При нем хотелось вести себя нагло.

Унылое помещение с тяжелыми шторами и мебелью темного дерева никогда не являлось одним из моих любимых мест в доме. Я забредала сюда редко. Очень редко. Только когда нужны были письменные принадлежности или бумага, а свои закончились.

– Упряма, нагловата, своевольна… – медленно бормотал опекун.

Да нет, не просто бормотал, он это зачем-то записывал!

– И что? – происходящее мне почему-то не понравилось даже больше, чем домашний арест.

Отчим посмотрел на меня через стол, прямо и недовольно.

– Тебе скоро восемнадцать, Милиан! Ты – взрослая девушка.

– Взрослая? – с коварной улыбкой протянула я, подловив его на слове. – Правда?

– Именно, – подтвердил ничего не подозревающий мужчина.

Какая наивность! А со мной надо следить за словами…

Склонившись над столом, я подпустила еще немного коварства.

– Так может, отдадите мне мое наследство на пару месяцев раньше? – и невинно взмахнула ресницами.

Почему бы и нет? Вполне разумное предложение, раз уж я взрослая и почти совершеннолетняя.

Опекун восхищенно крякнул и продолжил писать. Мне пришлось сильно напрячь зрение, чтобы разобрать слова. Сообразительная, хваткая…

– Не отдам, – заявил он, оторвавшись от своего занятия. – Ты его и через два месяца не получишь.

– А там есть варианты? – я не то чтобы испугалась, но насторожилась.

Маркус пошуршал бумагами, после чего протянул мне лист с подсвеченными магией некоторыми строчками. Если опустить юридические обороты и прочую воду, смысл был такой: если попечитель сочтет поведение наследницы недостойным, в целях сохранения фамильных богатств он имеет право отложить передачу состояния в мои руки на несколько лет. Я четыре раза перечитала, прежде чем смогла осознать всю степень катастрофы.

Мамочка, за что?!

– Так и знал, что ты умненькая, – с довольным видом кивнул Пресинваль, обозревая мое посеревшее лицо. – Сама разобралась или есть какие-то вопросы?

– Ты не сделаешь этого! – простонала я.

– Уже сделал.

В поединке взглядов победа осталась за врагом.

И ведь имеет право!

Долгое время тишину нарушали только царапанье пера по бумаге и тиканье часов. Я спрятала заледеневшие руки под стол и лихорадочно пыталась придумать какой-то выход, но в мыслях царил ступор. Вообще ничего!

– Что это вы там пишите? – я спросила, просто чтобы прервать эту жуткую тишину.

– Характеристику для Академии. Мы же собираемся что-нибудь сделать с твоей магией? – и он внимательно посмотрел на меня.

Раньше считалось, что это не срочно, но после представления, что я устроила у дворца…

– Наверное.

– Вот и умница, – отчим выдохнул с облегчением. – Иди собери вещи.

Вот тут я опять почуяла неладное.

– Вещи? Зачем? До столичной Академии двадцать минут в карете, я могла бы жить дома!

– А еще в этом славном учебном заведении учатся многие твои друзья, – понимающе улыбнулся опекун. – Нет, Мили. Я хочу, чтобы ты пересмотрела свое поведение, а для этого нужна подходящая обстановка.

– И? – уловить его мысль по-прежнему не получалось.

– Северо-Западный округ, Академия имени Шаяны Шагрисской.

Сглотнуть получилось с трудом.

– Я даже не слышала о такой…

– На месте осмотришься. Собирайся, Мили!

В один миг прострация сменилась взрывом гнева.

– Тебя не было десять лет! – я нависла над столом, опершись ладонями о столешницу, и бешено полыхала глазами на опекуна. – Думаешь, можно так вдруг заявиться и разыгрывать строгого воспитателя? А меня спросили, нужно ли мне это все?! Я еще могу стерпеть, что ты выставил меня дурой перед знакомыми и пытаешься захапать мое наследство, но сослать меня в какую-то дыру не позволю!

Поток слов иссяк, и над кабинетом тяжелым пологом повисла тишина.

Маркус выждал пару минут, прежде чем нарушил ее.

– Все сказала? – уточнил он меланхолично. – Через два часа прибудет карета из Академии. А теперь выбирай: ты пойдешь к себе и соберешь все необходимое или я отправлю тебя в Академию без вещей. Форму выдадут на месте.


Издательство:
Издательство АСТ
Книги этой серии:
Поделится: