А человек, умеющий собой владеть способен покончить с печалью также легко, как и найти новую радость.

…

Мне кажется, что нет ничего лучше на свете чем осознать, что ты сделал правильный выбор. Это может быть, например, работа, новые отношения или переезд в другой город. Осознание того, что ты счастлив, и тебе больше ничего не нужно. Когда просто сияешь изнутри.

1 глава

Я вернулась домой, но на этот раз со всеми своими воспоминаниями. Было сложно покидать людей, которые за столь короткий час стали мне дороги. Но так будет лучше для них и для меня. Но дело не только в моем стремлении жить по-человечески, но и еще из-за одной маленькой, но столь важной вещи, как выбор.

В жизни каждого настает период, когда нужно делать выбор решающий твое дальнейшее будущее. У некоторых это выбор профессии, у некоторых это выбор жениха. У всех он индивидуален. Я также сделала свой выбор, отправиться с Питером. Постепенно возникла еще одна проблема, которая требовала решения. Я влюбилась. Но не в одного человека, а в двоих. Друзей. Долгое время я отрицала чувства и к одному и ко второму. Но от чувств не убежишь, и я осознала, что они оба дороги мне.

Все случилось настолько быстро, что я просто не сообразила, что делать. Поэтому единственным выходом в моем отчаяние, я видела лишь побег. Я избежала этого выбора и до сих пор чувствую вину за это. Но, как ни крути, это было верным решением. Я поступила разумно, не выбрав ни Нэйта, ни Дилана. В любом случае я бы чувствовала досаду, горечь и вину. Я бы обидела одного из них и разрушила бы их дружбу. Может я и эгоистка, но я не хотела быть виновной в их ссоре. К тому же Нэйт, скорое всего, и не догадывался о наших отношениях с Диланом.

Я сделала свой выбор, не делать его. Пусть я буду мучатся, как и они, страдать из-за разлуки, но это менее болезненно, чем делать выбор между ними. А я ведь могу больше никогда их не увидеть. В любом случае, я буду помнить их на протяжении всей моей жизни, и вспоминать в самых ярких воспоминаниях.

Ну, хватит о прошлом. Оно осталось в прошлом, нужно жить дальше. Я вернулась, как и хотела к нормальной обычной жизни. Закончила колледж весьма хорошо и уже подала заявки на собеседования в различные журналы и газеты. Через неделю подтвердились множество заявок. Но ничто не сделало меня такой счастливой как приглашение на собеседование в самый популярный и дорогой глянцевый журнал «Феникс». Этот журнал читают все от пятилетних детей до старых бабушек и дедушек. Политика, новости культуры и спорта, мода, знаменитости, психология, путешествия. Абсолютно все. 100 страниц информации за 2 месяца. Но была одна, нет, даже две проблемы. Большие проблемы.

Первая: туда работать могут попасть только либо очень талантливые, либо богатые и влиятельные люди. И вторая: офис и редакция журнала находиться в Нью-Йорке. А я живу в Норфолке. Но эти две проблемы перестали для меня значить, ведь это моя мечта. И я ее осуществлю. Я буду работать в «Фениксе», неважно как я этого добьюсь, но я добьюсь.

Джон с мамой прекрасно поживают в своем доме. Так что я приняла решение продать наш дом. Я все ровно уеду, а так я получу неплохие деньги и смогу на первое время обеспечить себя в Нью-Йорке.

Ох, Нью-Йорк – еще одна моя мечта. Не знаю почему, но меня всегда тянула именно к этому городу. Каждый город особенный по-своему и этот не исключение. Город, который никогда не спит, город ярких огней и бешеного ритма жизни. Если ты ленив и пассивен, но тебе нечего делать в этом городе, тебе не успеть за его быстрым течением. Успею ли я? В испытании судьбы я – мастер. Новый город, новая работа. Это также экстремально, как похищение вампиров и выживание среди них. Может даже хуже, потому что тогда я в большей степени зависела от вампиров от их решений, но теперь все в моих руках и только в моих. Все зависит от моих способностей. Главное не обложатся.

Прощание с домом оказалось намного сложнее, чем я думала. Хотела, чтобы все было легко и гладко, но видеть слезы мамы, просто не выносимо. Я стояла на зеленой свежей лужайке моего уже бывшего дома. Помню, как в детстве бегала с мячом здесь, обожала ложиться на землю и чувствовать щекотные прикосновения молодой травки. Поэтому, боль обжигала мое сердце, когда я поняла, что больше никогда не смогу снова беззаботно сесть на траву и просто послушать шум ветра, машин, как делала это ранее, чтобы успокоиться.

Я попросила маму подождать и направилась к дальнему углу, чтобы уединиться. Выйдя за дом, я села на землю, не заботясь о своем новом костюме, и вдохнула свежий и влажный воздух Норфолка. Что меня ждет? Без понятия. Эта мысль обжигает и возбуждает одновременно. В последнее время я очень часто не знаю, что будет.

Так, хватит! Если и дальше буду здесь сидеть, то передумаю и никуда не уеду, а этого допустить нельзя. Я быстро встала и уверенно направилась к машине.

– Как только будут новости, сообщи мне! – твердо сказала я маме. Она не хотела продавать дом, поэтому долго замалчивала про последних покупателей, которые были уверенны в своих намеренья на покупку. Я допустила ошибку, когда разрешила заняться всеми делами по продаже дома маме.

– Не переживай! Как только я получу деньги, сразу отправлю тебе – с улыбкой ответила мама, зная, что я ее ругаю за сентиментальность.

– Ты помнишь номер счета? – тревожно спросила я.

– Да. Когда ты успела вырасти? – теплая улыбка озарила лицо мамы.

Черт, я сейчас расплачусь. Пришло время прощания. Я долго обнимала маму и Джона. С большими усилиями заставила себя сесть в загруженное авто и в последний раз бросить взгляд на счастливую семью, которою я покидаю.

– Удачи тебе! – бросила мне со слезами на глазах мама. Я махнула им рукой и, заведя мотор, отправилась в путь. Открыла окна в машине, чтобы освежить свою голову прохладным воздухом Норфолка. Кто знает, может, я еще вернусь в скором времени?

…

Нью-Йорк! Мечта человека, который, хочет чего-то добиться. Притяжение этого мегаполиса прямо летало в воздухе. Мое авто стояло в бесконечном потоке машин. Многоэтажки и высоченные небоскребы окружали меня вокруг. Манхэттенская молодежь группами прогуливалась по городу, вероятно ища более уединенного места. Но я сомневаюсь, что они его найдут. Это же Нью-Йорк!

Глядя на влюбленные парочки, я невольно заскучала по людям, которых я оставила. Это не только семья и друзья, но и Нэйт, Дилан. Хотя уже и прошло три года после нашей последней встречи, но я все никак не могу позабыть их. И вряд ли смогу. Они оставили слишком большой след в моей жизни и в моем сердце.

Медлительно, я проехала дальше и оказалась в Бруклине. С помощью GPS я быстро нашла нужный мне дом, в котором я долго выбирала съёмочную квартиру. Сначала я хотела на время поселиться в мотеле, но потом всё-таки выбрала квартиру. Я достаточно долго искала нужные мне апартаменты и когда нашла, ко мне на встречу вышла пожилая женщина лет так 50. Она мило улыбнулась мне и пригласила войти. Ух, знала бы, что владелица будет такой болтливой, выбрала бы другую квартиру. Но эти малые апартаменты были по весьма хорошей цене и находились в прекрасном состоянии. Женщина целый час рассказывала мне, почему она решила сдать квартиру, а потом еще час обсуждала пункты договора. В общем, когда она наконец вручила мне ключи и вышла за дверь, на меня нахлынула волна облегчения и радости. Пора обустраиваться.

За два часа грузчики привезли и перенесли все мои вещи в мою новую квартиру. Я осталась в одиночестве вместе с котом и еще 30 картонными коробками, которые мне надо разобрать в ближайшее время.

Том (так звали моего кота) прогуливался по новой территории, все обнюхивая и обтирая. Я села на стул и начала свою кропотливую работу. Никогда бы не подумала, что у меня там много ненужных вещей. Но все они составляли маленькие частицы моей души.

Я вытянула с пятой коробки книгу, которая напомнила мне сложный, но невероятно яркий период моей жизни. «Скорбь сатаны». На книге было указано авторство Брэма Стокера, однако потом оказалось, что это было ошибкой издательства, а на самом деле автором книги является Мария Корелли. Я взяла книгу в библиотеке Нэйта. Как же я была зла тогда на него, ведь именно он стал причиной перемен в моей жизни. Теперь я очень сожалею о неприятностях, которых я ему приносила. Он показал мне другую сторону мира, и я ему благодарна за это. Улыбка невольно озарила мое лицо, которая через время стало грустным. Я попыталась откинуть мысли в дальний уголок моего разума и продолжить разбирать свои вещи.

Я взглянула на часы и ужаснулась. Черт! Уже полночь. Я подскочила, браня себя за свою невнимательность, бросилась к холодильнику за йогуртом и, покончив с ним, отправилась в постель. Завтра важный день. Собеседование.

…

Сегодня ночью, как и в другие, я мучилась от непонятной жажды прикосновений. Я знала от чего это, но даже за три года не смогла унять это желание.

…

Будильник звенел очень громко. Ненавижу его! Том клубочком лежал на краю кровати и, услышав меня, тут же подскочил и бросился на кухню. Я проверила сотовый и нашла пару сообщений от мамы и друзей с поздравлениями о новой жизни. Ну что ж пора двигаться дальше!

Я ехала по Бродвею к Вулворт-билдинг, где находился главный офис журнала «Феникс». Проводить собеседование будет сам владелец журнала, и именно он показался мне странным. Красивый мультимиллионер, который в возрасте 26 лет смог построить целую корпорацию без чьей-либо помощи, самостоятельно проводит собеседования по набору персонала! Ему что больше делать нечего, как слушать самоуверенных, молоденьких бывших студентов. Я читала в газете его интервью, где он произнес такие слова: «Я всегда все делаю сам еще с самых юных дней. Контроль – мой главный козырь. Я ненавижу хаос и нарушение правил. Поэтому, что бы с самого начала не позволить зародиться и прорости проблеме, предпочитаю самостоятельно набирать работников. Ведь результат зависит от качества труда персонала». Слишком уверенный и серьезный, и это было бы нормально, если бы он был 45 летним мужчиной, который трудился всю свою жизнь, а не молодым и ужасно сексуальным парнем в деловом костюме на обложке.

Я сначала даже не поверила, что парниша на фото и есть владелец «Феникса», но поискав еще больше информации в Интернете, поняла, что это не ошибка. Также мое удивление было бы не настолько большим, если бы он родился в очень богатой семье и был наследником, но он был ребенком с детдома. Он поступил в Гарвард и, принявшись за работу, добился колоссальных успехов, тем самым заслужив доверие и поддержу бывшего владельца журнала, который и передал «Феникс» молодому парню. Так Николас Конан стал самым успешным бизнесменом и еще самым завидным холостяком. Последнее меня еще больше удивило. Как такой красивый и богатый мужчина смог избежать толпу симпатичных и «золотых» дамочек?

Я как раз приглянула место на парковке и уже начала выворачивать руль, когда черный тонированный мерседес молниеносно влетел на мое место, чуть не врезавшись в мой капот. Не успела я подумать, как мое тело выпрыгнуло с машины и начало громко орать на водителя:

– Какого черта? Ты вообще думаешь куда едешь, идиот? Кто тебе блин права выдавал?

Водитель испуганно смотрел на меня, пока я сжигала его взглядом и еще огромным потоком «хороших» слов.

– Может, хватит орать на моего подчинённого? Такое право имею только я – произнес холодный голос мужчины, который вышел из машины.

Я резко обернулась на него, готовя выплеснуть на этого мерзавца весь свой словарный запас ненормативной лексики, но увидев, кто это был, быстро закрыла рот и пожелала провалиться сквозь землю. Черт, это был мой уже не будущий начальник.

2 глава

Я все еще хотела провалиться сквозь землю или просто раствориться в воздухе. Его холодный и серьезный взгляд сверлил меня. Через минуту жуткого молчания, я судорожно сделала вывод из ситуации.

– Видимо, я все-таки не получу эту роботу.

Его брови взлетели вверх и, на лице появилась ухмылка.

– Если бы я выбирал людей на работу лишь по своей симпатии к ним, то в моем издании никого бы не осталось. Я обращаю внимание на факты, а не на чувства.

Голос Николаса был таким же холодным и ровным как он сам. Не попрощавшись с водителем, он устремился к зданию. Я осталась стоять на парковке, раздумывая как поступить. Но он снова заговорил:

– Но было бы не плохо, если бы вы принесли свои извинения мне и моему водителю.

Что? Мой язык снова меня подвел.

– Просить прощения? За что? За то, что ваш водитель чуть не врезался в мою машину. Ну уж простите, что ваш персонал не умеет водить автомобиль – сначала я пожалела о сказанном, но потом поняла, что права. Если он миллионер, то это еще не значит, что он может разбивать чужие машины.

Мужчина секунду переварил мои слова и сказал:

– Вы правы – перевел взгляд на водителя и бросил – Дэйв, вы уволены.

Мои глаза были еще шире, чем у самого водителя. Вот так просто он вышвыривает людей. Но через минуту Дэйв вышел из машины и отдал ключи Николасу. Ничего не сказав, он удалился. Мой шеф или не шеф направился к зданию бросив мне через плечо:

– Вы все еще хотите эту роботу, Мисс Клэр?

Я все еще была в шоке от увольнения и теперь еще стала раздраженной. Он назвал меня по фамилии. Как он узнал? А хотя он наверняка читал мое досье. Мне не нравилась моя фамилия, потому что это напоминает мне о папе. Раньше я хотела взять фамилию Джона, но мама меня отговорила. Все знали мою неприязнь к фамилии, поэтому всегда называли просто Сарой. Но теперь это уже не школа и не колледж, а полноценная взрослая жизнь и пора привыкать к официальности.

Я быстро хлопала ресницами, пока следовала за своим возможным шефом. Когда мы вошли в здание, к Николасу подбежала маленькая блондинка с вопросами «не желаете ли вы чего-то?». Николас обернулся и задал мне тот же вопрос. Я покачала головой в знак отказа, и мы направились дальше. Все разбегались в сторону, чтобы, не дай Бог, не столкнуться с Николасом Конаном. Внутри здание было в стиле минимализма. Минимум мебели, минимум аксессуаров для интерьера. Все четко и ровно. Я уверена, что Николас сам занимался дизайном здания.

Мы направились в лифт, где как ни странно никого не было. Почему его все так бояться? Почему я дрожу как листок на ветру? От волнения перед собеседованием или из-за Николаса?

Находится с Николасом в маленьком закрытом пространстве просто невыносимо. Его энергия витала в воздухе. Серьезный, подозрительный и закрытый 29-летний парень. Но назвать его парнем у меня бы не повернулся язык. Он совсем не похож на свой возраст. Я пялилась на его широкую спину и даже в костюме могла видеть мускулистый рельеф его тела. Мы вышли из лифта на самом верхнем этаже и, пройдя через блондинистую секретаршу, направились в его кабинет. Первое, что я заметила, была безупречная чистота. Как он это делает? Я, конечно, тоже пытаюсь придерживаться порядка, но на следующей же день после уборки снова царствует бардак. На столе ничего лишнего только компьютер, ручка и какие-то печатные записи. На подоконнике один вазон, а рядом полка с папками, которые выставлены по алфавиту (это шокирует). Стены увешаны странными (может, я совершенно не смыслю в искусстве) картинами, на которых были просто черно-бело-серые полосы. Кожаное кресло за его столом. Стеклянный прямолинейный журнальный столик и такой же кожаный дорогой диванчик.

–Итак, с чего начнем? – произнес Николас, который уже сидел в кресле. Я перестала осматривать кабинет и села на диван. Он начал искать что-то в своем столе и быстро вытянул одну из папок. Его лоб нахмурился, когда он начал читать. Я смотрела на него, пытаясь изучить черты. Он был невероятно красив. Короткие темные волосы, которые он наверняка по – утрам тщательно расчесывает и улаживает гелем, делая разрез ровно по левому полушарию головы. Темно-изумрудные глаза, бегло читающие страницы моего резюме. Бледный оттенок кожи, похожий на мой. Тонкая линия рта беззвучно произносила какие-то слова. Тут он резко поднял взгляд, прерывая мое изучение.

– Неплохие рекомендации – произнес он с пристальным и скептическим взглядом. Я глупо улыбнулась, не зная, что говорить.

– Почему вы захотели работать именно в этом издании?

– А кто бы ни захотел? Это самый популярный журнал всей Америки – вскрикнула я. Зачем задавать глупые вопросы? Николас еще секунду пристально смотрел на меня, а потом вернулся к своему чтиву. Он задавал еще много вопросов, на которые я моментально отвечала, потому что заучила все ответы на память. Но его последний вопрос совершенно сбил меня с толку.

– Как вы относитесь к боли? – его голос казался тише, чем был. Я прищурила глаза, думая, что он шутит, но потом поняла, что такие как он шутят очень редко. Подождав минуту, надеясь, что он просто оговорился (а это вряд ли, ведь он сказал целое предложение), я медленно начала отвечать на вопрос.

– Я считаю, что лучше терпеть физическую боль, чем эмоциональную. Но конечно не хотелось бы терпеть ни одну из них.

Он все еще смотрел на меня так же как раньше, как будто это был стандартный вопрос.

– Хорошо. Наше время заканчивается, я сообщу вам о своем решении завтра – после паузы он продолжил – хорошего вам дня.

– Спасибо за внимание. До свидания – быстро ответила я, желая, как можно быстрее выбраться из этого здания. Он также предложил проводить меня, но я сразу отказалась. Мне не хотелось продлевать свое времяпрепровождение с ним. Он пугал меня, хотя я сама не знаю почему. Он слишком серьезный и строгий. Я чувствую себя с такими людьми некомфортно. Ему бы немного расслабиться в его то 29 лет. Неожиданно для себя, я молниеносно выскочила из здания и сразу же выдохнула. Как можно работать в таком напряжении? Оно будто витало в воздухе всего строения.

Мой телефон завибрировал, предупреждая меня об еще одном мероприятии. Черт, еще одно собеседование. Сейчас только час дня, а я уже так морально измотана, как будто уже час ночи, а я все еще не спала.

…

Вечером я вернулась домой, буквально падая с ног. Это был один из самых тяжелых дней в моей жизни. Три важных собеседования, которые зависели от моего поведения. Целый день вести себя скованно и улыбаться всем подряд – о, это ужасно. Мне просто нужно было смыть с себя все это напряжение, поэтому я первым делом направилась в ванную.

После часа расслабления, мне позвонили Пэйдж и Крис, которые вместе жили в Новом Орлеане (там жила больная бабушка Кристин, поэтому, чтобы приглядывать за ней, Крис уехала туда жить вместе с Пэйдж, у которой как раз была проблема с местом жительства). Поболтав с ними, я отправилась в кровать. Но заснуть мне не как не дала тревога за работу. Я очень хотела попасть именно в «Феникс», но зная, какой там босс, думаю, меня вряд ли туда возьмут.

Рядом с собой я специально положила телефон, чтобы, не дай бог, не пропустить звонок. Всю свою жизнь я стремилась к независимости и самостоятельности, а робота мне это даст. Иначе мне придется вернуться обратно в Норфолк и жить там за счет мамы. Это было бы ужасно. Поэтому моя дальнейшая жизнь зависит буквально от решения нескольких человек. Я пролежала буквально 5 минут и встала попить водички.

Ох, терпение не входило в список моих качеств. Никогда не любила ждать. Немного поразмыслив, я пришла к выводу, что ни один нормальных работник не станет звонить мне ночью. Поэтому с тревожной душой я отправилась снова спать.

Но мой сон продлился не долго. Ведь Мистер Конан не был нормальным в любых отношениях. И его совершенно это не волновало. Также его не волновало то, что обычные люди в 4 утра еще спят. Звонок показался невыносимо громким. Спросонья, я уже хотела послать куда подальше умного человека, который потревожил мой сон, но вспомнив что это могут быть из каково-та издательства, прикусила язык. Я взяла трубку и промямлила что-то, но грубый голос перебил меня потоком непонятной официальной речи. Единственное, что я поняла своим непроснувшимся мозгом так это «Поздравляю, управление журнала «Феникс» хочет официально зачислить вас в список работников. Если вы тоже этого желаете, приходите в редакцию в час дня. Я жду вашего решения».

Я даже не успела сказать спасибо, как он тут же положил трубку. Я вскочила с кровати и начала глупо орать и танцевать от радости. Мое заветное желание исполнилось. Но вдруг я остановилась. Сам Николас Конан позвонил мне. Почему? Он ведь мог поручить это секретарю днем. Владельцы такими мелкими делами не занимаются и уж тем более не в 4 часа утра.

Больше я не смогла заснуть, как бы не пыталась. Я написала сообщение маме о роботе, чтобы ни будить ее звонком. А ведь так хотелось позвонить или даже приехать, чтобы лично сообщить эту прекрасную новость. Мне не хватало ее поддержки. Не вериться, что думаю об этом, но у меня также было желание сообщить Нэйту и Дилану о своей удаче. Я уже давно начала жалеть, что так быстро оборвала наше общение. Можно было остаться просто друзьями, обменяться телефонами и просто общаться. Но сердце подсказывает, что ничего бы не вышло. Ведь старые чувства рано или поздно бы ожили и накрыли меня.

Нет, я правильно поступила. Теперь у нас всех своя жизнь. У них вампирская, а у меня человеческая. Черт, даже через 3 года я все еще чувствую что-то к ним обоим. Посмотрев на часы, я поняла, что не так уж и много времени осталось, и я начал собираться.

…

Я подъезжала к Вулворт-билдинг в полпервого. На важные встречи я всегда предпочитала приходить раньше, чтобы не опоздать. Я вошла в главный холл, где за огромным столом сидела та самая блондинка, что я видела вчера. Я подошла к ней, и она сразу же узнала меня.

– Мисс Клэр, мистер Конан просил, чтобы вы зашли к нему лично в кабинет, он решил самостоятельно заняться вашими делами.

Мои брови взлетели вверх, а рот чуть ли не доставал до пола. «Что я ему сделала, что он так вцепился в меня зубами?» Это действительно странно, и видимо, блондинка тоже это заметила, так как начала пристально меня разглядывать. Она набрала рабочий номер Николаса и спросила, может ли он сейчас меня принять. Услышав ответ, я направилась к лифту.

Сегодня в лифте я была не одна. Со мной ехал забавный молодой человек. Он носил большие круглые оранжевые очки и того же цвета галстук. Вкусом он все же обладал, так как дополнил свой образ черной рубашкой и светлыми штанами. У него были светлые русые волосы и много незаметных веснушек. При виде его я улыбнулась, сама не знаю почему. Он повернулся как раз тогда, когда я на него смотрела.

– Новенькая? – спросил он дружелюбным голосом, в отличие от других работников, у которых не было и следа дружелюбности и улыбки.

– Да, вот направляюсь в офис мистера Конана – ответила я, с приятной улыбкой. Он сочувственно улыбнулся меня.

– О, да. Теперь я понимаю твое напряжение. Он действительно устрашающий – мы оба засмеялись, хотя это скорее было печально, чем смешно.

– Сара Клэр – протянула я руку.

– Трэвис Морган – ответил он и пожал мою руку – я журналист. Пишу колонку кулинарии.

Еще одно удивление. Этот парень очень чудно выглядит, да еще и готовит. Прикольно.

– А я пока только пришла на второе собеседование.

Лифт открылся, и он вышел, бросив мне с улыбкой еще пару слов:

– Удачи тебе.

Двери закрылись, и я осталась одна со своим страхом. Да, жить в мире сверхъестественных существ намного легче. Там все решают за тебя, а здесь все наоборот зависит от тебя. Я вышла, и меня сразу же встретила милая шатенка с янтарными глазами.

– Здравствуйте, мисс Клэр, мистер Конан примет вас через 5 минут – она ласково улыбнулась мне и провела меня к миниатюрным кожаным диванчикам.

– Меня зовут Мелисса Мэй. Не хотите чаю или кофе? – она была так любезна, что меня это аж удивило. Давно не встречала действительно добрых людей.

– Нет, спасибо. Я, кстати, Сара Клэр – ответила я с улыбкой.

– Я знаю кто вы. Работа такая – она хихикнула и направилась к своему огромному столу. Дверь распахнулась, и с кабинета вышел Николас.

– Вы рано – бросил он и зашел обратно. И что же я ему сделала? Я вошла за ним и поздоровалась. Сегодня он был в сером костюме с красным галстукам. Он стоял возле окна, любуясь обширным видом Нью-Йорка с чашкой кофе. Николас был высок и статен, мог бы посоревноваться с Нэйтом.

– Вы обдумали мое предложение? – спросил он ровным тоном, оборачиваясь.

– Предложение о работе? – переспросила я – Раз я здесь значит, эта работа для меня важна.

Он сверлил меня ледяным взглядом, и когда его глаза опустились на мою грудь, он отвернулся. Черт, ведь это не такое уж и глубокое декольте… по моим меркам. Я выбрала черную блузку с неглубоким вырезом и обтягивающую юбку, средней длены. Очень даже по-деловому. Но я все ровно немного засмущалась.

– Вы не дослушали – резко ответил он – Пока я не даю вам должность свободной журналистки.

Я нахмурилась. О какой роботе он говорит?

– Я не знаю, как вы работаете, так что вместо так называемой практики, я предлагаю вам должность моего ассистента – он сделал паузу и продолжил – а потом, если меня удовлетворит ваш метод роботы, ну и качество, конечно, я вас повышу в должности.

– Ассистента? Но ведь у вас уже есть секретарь – промямлила я, ведь это далеко не то, чего я ожидала.

– Вы ведь знаете, что я сам пишу главную статью, плюс веду все финансовые дела журнала и еще много другой работы. Ну, мне бы не помешала лишняя голова и руки. Так что думайте, либо так, либо никак – отрезал он, попивая свой кофе.

Я опустилась на диван, пытаясь обдумать все быстро. Я хочу работать здесь, и я знаю, что будет нелегко. Это шанс на миллион.

– Я согласна – уверенно произнесла я, прекрасно понимая, что соглашаясь работать на этого человека, иду на самый сложный экзамен в моей жизни. Он просто так от меня не отстанет.

3 глава

Это был мой первый рабочий день, и он был ужасен. По расписанию он должен был начаться в 9 утра, но, благодаря моему любимому шефу, он начался в 6. А объяснил он такой ранний звонок тем, что ему не спиться, и он решил поработать. Так при чем здесь я?! Мало того, что я приперлась на работу на 2 часа раньше, при этом чуть не сбив пешехода, так он еще возмущался, что я опоздала. Но это было не самое ужасное.

Мистер Конан заставил меня в 7 утра бегать по всем булочным и искать его любимые заварное пирожное с клубникой и подтопленным маслом. В такое время конечно уже открывались некоторые кондитерские, но этого чертового пирожного нигде не было. Я предлагала ему другие сладости, но он желал именно этих. Мне пришлось ташиться аж на самую окраину города, чтобы достать эту хрень!

Я уже подъезжаю к офису, как он звонит и заказывает еще двойной американо с сахаром и обезжиренными сливками. А раньше мне сказать этого нельзя было? Нет, нужно мне было уже быть на месте, чтобы возвращаться обратно за долбаным кофе! Я что ему служба доставки?!

Но спорить и возмущаться я не могла, хотя очень очень этого хотела. Это первый день работы, я не могла облажаться. Хотя какой день только утро! Я все же достала ему кофе и в 9 утра с ноющими ногами вручила ему весь заказ. Зачем я сегодня одевала каблуки?

– Хуже службы доставки я не видал – произнес шеф с кислой миной.

Я бы вылила этот горячий кофе на его хорошо уложенные гелем волосы, если бы он не был моим начальником. После этих слов он вручил мне огромную стопку бумаг и приказал разложить все проекты по алфавиту и прономеровать их. Я села на диванчик (потому что отдельный уголок он мне не выделил, говоря, что я постоянно должна быть рядом с ним) и постепенно начала разлаживать бумаги, припевая себе под нос знакомую песню.

– Ты могла бы не петь? Мешает сосредоточиться – кинул Николас мне раздраженно.

– Конечно – ответила я с притворной улыбкой.

В общем после двух часов скучной работы я все же закончила, радуясь, что может теперь он наградит меня более интересным поручением. Но мои мечты разрушились, когда он предложил мне написать и отправить приглашения на вечеринку в честь 10-летия существования журнала. Но самое страшное, что он сказал, что приглашения должны быть написаны от руки, так как печатать их будет слишком обычно и не оригинально.

Я пыталась отговорить босса от этой идеи, утверждая что у меня отвратительный почерк (ведь это правда), и что этим должны заниматься организаторы мероприятия, но на мои аргументы он отрезал с ядовитой улыбкой:

– У них и так много работы в такие короткие сроки. Ты будешь контролировать их. У меня нет времени, чтобы заниматься еще и контролированием организации вечеринки. Ничего страшного, будешь стараться.

Этот человек просто издевается надо мной! Но проигнорировав жуткое желание послать его куда подальше, я села и начала сочинять приглашение, уточнив время и место проведения вечеринки. Показав ему свою работу, он улыбнулся, сделал пару заметок и отдал мне.

– Ну, а что на счет списка гостей? Кому их отправлять? – спросила я.

Он посмотрел на меня из-под длинных ресниц, словно я прерываю его от жизненно важных переговоров, хотя он всего лишь заказывал китайскую еду.

– Минуту, мисс Клэр – бросил он мне, развернувшись к стенке и продолжая перечислять названия блюд. Я стояла, сложив руки на груди, ожидая пока он закончит. Мистер Конан обернулся и, положив трубку, попросил меня взять одну из папок на полке. Я достала ее и протянула ему. Но он ее не принял.

– Сделайте это сама. Вот вам номер группы, которая помогает мне устроить мероприятие. Позвоните им и работайте вместе – он написал номера на бумажке и продолжил – У меня нет на это времени, сейчас ведь обед. Там есть имена – он указал на папку – а напротив них должности. Выберете и распределите их по важности для журнала. Потом покажите мне – он поднялся и уже хотел покидать офис, как обернулся и с насмешливой улыбкой сказал мне:

– Вам следовало бы поторопиться, приглашения должны быть разосланы завтра вечером, а вечеринка будет уже через 5 дней. И кстати, не доставайте меня с вопросами, мисс Клэр, сделайте все сами, на ваш вкус. Это будет ваш экзамен. Так что, сделайте эту вечеринку так, чтобы весь город говорил о ней.

Не успела я отрыть рот, как он уже скрылся за дверью. Нужно создать список, написать приглашения и успеть их разослать и это все к завтрашнему вечеру. Потом еще устроить саму вечеринку. Но как? Он даже не рассказал мне о своих желаниях и предпочтениях на счет вечера. Я училась на журналиста, а не на организатора различных мероприятий!

Сделав глубокий вдох, я открыла папку на последней странице. Мои глаза округлились и стали размером в теннисный мяч. Я должна просмотреть 700 имен! Кто они все такие? Я взглянула на второй столбик с должностями. Курьеры, журналисты, рекламодатели и спонсоры. Все они были сотрудниками «Феникса». Если столько людей работает на мистера Конана, то какой же должна быть вечеринка! Ох, чувствую, неделька будет у меня веселая.

Я начала работать немедленно, проклиная всех и вся. Об обеде пришлось забыть. Быстро проглядывая страницы и выписывая выбранные имена, я пыталась также придумать, как же мне улучшить свой почерк. Через 2 часа 3 листа бумаги были заполнены именами. Мистер Конан сидел в кресле и временами поглядывал на меня. Я протянула ему списки, и он за 10 минут их оценил.

– Всего 200 гостей? – спросил он удивленно.

Всего? Это что мало?

– Я думаю это много – тихо ответила я.

– Для такой корпорации – это мало. Но ладно, пусть будет 200. Попроси Мелиссу дать тебе адреса всех этих людей – сказал он, отдавая мне листы. Я с радостью вышла из этого проклятого кабинета и помахала Мелиссе, которая что-то записывала в блокноте. Она широко улыбнулась мне, и я подошла ближе.

– Мисс Клэр, здравствуйте! Мистеру Конану что-то нужно? – обратилась она ко мне.

– Привет. И прошу, зови меня просто Сарой, а то чувствую себя старой. Мистеру Конану ничего не надо, зато мне бы не помешала помощь – я рассказала ей про свое невероятное поручение, и она искренне мне посочувствовала.

– Я могу вам помочь. Написать 200 приглашений непросто, так что я могу взять 100 листовок на себя – она мило улыбнулась, а я в ответ хотела ее расцеловать.

– Вы можете попросить сбегать Тони за листовками, пока будете писать содержание приглашения – добавила она.

– Кто он?

– Курьер. Он часто выполняет такую роботу, так что ему не привыкать. Я его позову.

– Спасибо – вскрикнула я счастливо. Ох, ну хоть немного помощи.

…

Я вернулась домой и хотела лишь одного – в душ и спать. Но, увы, этому не суждено было случиться, мне нужно было написать еще 100 приглашений. Тони был хорошим молодым парнем. Он быстро сбегал и закупил все листовки, а еще согласился написать 50 приглашений. Но скорее всего, его желание было не с добрых побуждений мне помочь, а просто чтобы побыть с Мелиссой. Эта парочка была такой милой, что я невольно вспомнила о своих отношениях, и они, к моему сожалению, были совсем не просты и уж точно не милые.

Я вынула из холодильника бутылку непонятного вина, которое купила по пути домой, зная, что оно мне пригодиться сегодня. Отправилась в спальню и вместе с достаточно неплохим на вкус вином начала писать.

…

Этим утром я проснулась с помощью будильника, а не Николаса. Перекусив вчерашней булочкой, отправилась на роботу с мыслью, что нужно написать еще 50 листовок.

– Вы сегодня поздно – пробормотал недовольно мой любимый босс в темно-зеленом костюме и чашкой кофе в руках.

– Мой рабочий день начинается в 9, а сейчас 8.40 так, что я пришла раньше – заметила я, располагая приглашения на журнальном столике.

Мистер Конан окинул меня прищуренным взглядом и продолжил:

– Вы уже звонили Джеки Вонку?

– Кому? – переспросила я. В первый раз слышу это имя.

– Это организатор вечеринки. Я дал вам его телефон. Вы должны ему позвонить и встретиться, что бы все обсудить – ответил он холодно и недовольно. Он хотел, чтобы я еще вчера занялась вопросом организации. Но я же не метеор.

– Я позвоню ему, как только закончу с приглашениями – ответила я, чтобы успокоить босса. Он смерил меня пронзительным взглядом и вышел, будто я ему перечила. Видимо, он не очень любит непослушных людей.

Я закончила писать и сразу попросила Тони развести листовки. Позвонив по номеру, который мне дал Николас, я услышала мягкий голос мужчины.

– Здравствуйте! Это Джек Вонк, если вы мне звоните, значит знаете, кто я – проговорил приятный голос.

– Привет. Я Сара Клэр, помощница Николаса Конана. Я звоню на счет вечеринки.

– Ах, да. Сара. Николас говорил, что тебя надо хорошенько потягать – весело ответил Джек. Хотя мне было совсем не весело. Значит, вот какие замыслы Конана. Он просто хочет поиздеваться надо мной. Что же я ему сделала?

– Мы можем встретиться сегодня? – быстро выпалила я, что бы он не услышал моего раздражения.

– Конечно, дорогая. В пять в кафешке недалеко от Вулворт-билдинг. Знаешь такую?

– Да, я там кофе покупала – «для моего любимого шефа, который заставил пиреться за ним в 7 утра» добавила я про себя.

– Договорились – бросил он и положил трубку.

До пяти вечера мне еще пришлось искать соленые крекеры и овощной суп по всему городу для Мистера Конана и напечатать себе все деловые планы моего босса, что бы я была в курсе всего. Как же я хотела смыться с этого здания!

…

Джеки Вонк был невероятно пунктуален или везуч, так как пришел ровно в пять. Я уже успела заказать себе капучино, когда он буквально упал на соседний стул.

– Привет, дорогая. Я сразу тебя узнал. Ты в его вкусе – последнее предложение он прошептал.

– Привет – озадаченно поздоровалась я.

Джек был тридцатилетним подростком. Веселый блеск темно янтарных глаз, длинные каштановые волосы, собранные в небрежный хвост, худощавое, но высокое сложение тела, азартная улыбка до ушей. Но еще больше о его легкомысленном и подростковом характере говорила одежда. Потрепанные джинсы, обтягивающая рубашка с принтом, шарф и кеды. На руках много браслетов и колец различных форм. А также сережка в ухе. Единственное, что выдавало его возраст легкие морщинки у глаз.

– Ты уже заказывала что-то? Знаешь, здесь готовят отличные пончики – он был в хорошем расположении духа, или он просто был всегда таким веселым. Он еще долго рассказывал о его любимом кофе, которое здесь тоже отлично готовят. Жаль, что у меня совершенно не было настроения беззаботно болтать с ним о кофе, поэтому я грубо прервала его, намекая, что пора подумать о работе.

– У нас не так уж много времени, поэтому давай тратить его с пользой.

– Ох, я вижу, ты не любишь болтаться без дела – не обижаясь, ответил Джек.

– Да есть такое. Итак, вечеринка. Ты ведь долго работаешь с Мистером Конаном, поэтому уже знаешь, что ему нравиться. У тебя есть идеи?

– Я не просто работаю с Николасом, я с ним дружу. У нас тесные отношения еще с детского дома – он говорил с неким оттенком горечи в голосе.

Теперь я понимаю его стремление казаться беспечным подростком, он просто хочет наверстать упущенное. Ведь в детдоме вряд ли у него была возможность легкомысленно буянить и флиртовать с девчонками как остальные дети его возраста. Так что все-таки между Джеком и Николасом есть что-то общее. Николас вырос замкнутым осторожным и недоверчивым мужчиной, чтобы скрыть свои переживания, а Джек стал легким на подъем и задорным по той же причине. Видимо Вонк заметил мои размышление и перевел тему.

– Ник просил не подавать тебе идеи. Он хочет посмотреть, как ты справишься с задачей.

Ну, я так и думала. Он не станет упрощать мне задачу.

– Хорошо, но про его предпочтения ты можешь рассказать? – с надеждой хоть на какую-то помощь спросила я.

Мужчина снисходительно улыбнулся мне и сказал то, что я и так поняла:

– Единственное, что я могу сказать так это то, что он не любит сюрпризы.

…

Был вечер, когда я выходила с офиса. Ужин с Джеком особо мне не помог. Мы договорились, что завтра я заеду к нему в студию (на приличное помещение для работы группы у него не хватало денег, поэтому он снимает студию в Бруклине) и я буду обсуждать все с группой, а Вонк будет только за мной наблюдать и давать советы. То есть, можно сказать, я буду выполнять его работу. Супер.

Я медленно шла к машине с подавленным настроением. Я прекрасно понимаю, что выполнить такое поручение будет нелегко, ведь я не дизайнер интерьера и не профессионал в вопросах стиля. Всю жизнь я полагалась не на моду, а только на свой вкус, покупала вещи, которые нравились мне, а не остальным. Вечеринку же мне надо устроить исходя не из своего мнения, а из мнения остальных людей. Никогда не любила делать что-то, чтобы просто понравиться остальным. У меня всегда была своя собственная точка зрения, и на мнение окружающих я не обращала особого внимания. Здесь же нужно сделать все наоборот.

Я открывала двери машины, когда кто-то окрикнул меня. Я повернулась и встретилась лицом с серыми глазами и ободряющей белоснежной улыбкой.

– Трэвис, привет – ответила я с улыбкой. И почему, когда я вижу этого парня, хочу улыбаться?

– Привет. Ты замученная – с сочувствующей улыбкой произнес парень.

– Да, Мистер Конан решил меня хорошенько потягать – так же сочувственно ответила я.

– А вот у меня сейчас как раз есть свободное время. Может, тебе нужна помощь? Я слышал, ты будешь устраивать вечеринку, а у меня как раз хорошее чувство стиля – предложил Трэвис.

Да, вкус у этого парня точно есть. В свете уличных фонарей я различила темные джинсы, осенние синие ботинки, в полоску сине-белая рубашка и синий шарф. Единственное, что нарушало цветовую гамму, были оранжевые очки.

– Помощь мне бы не помешала. Никогда не устраивала вечеринки, кроме как ужин для друзей в честь дня рождения.

– Хорошо. Тебе бы сейчас не помешало расслабиться. Не откажешь, если я предложу выпить бокальчик вина? – с по-доброму хитрой улыбкой намекнул парень.

– Я бы с удовольствием, но мне нужно домой. Мой кот наверняка уже стоит под дверью и ждет, пока я ему насыплю корма. В придачу мне нужно проверить поступили ли деньги на мой счет от продажи дома, а я сегодня увы забыла ноутбук дома – честно говоря, все эти причины были не совсем важными, но я была настолько подавлена, что пить вино сейчас в компании было бы для меня еще большим напряжением. Но увидев лицо Трэвиса, мне стало его жалко, так что я предложила поехать ко мне домой. Парень лучезарно улыбнулся, и это чем-то напомнило мне Дилана. Хотя они совершенно не похожи, … но где-то внутри все ровно что-то сжалось от тоски.

Мы прихватили по пути бутылочку красного вина и отправились прямиком в Бруклин.

– Ты давно в Нью-Йорке? – спросил Трэвис.

– Нет, буквально на днях переехала. А ты?

Я взглянула на него, и в его глазах промелькнула печаль. Он отвернулся к стеклу и разглядывал ночной вид города. Сияющие огни фонарей и зданий, все тот же шум улиц, гуляющая молодежь, яркие витрины. Мегаполис переливался красками и светом, и был заполнен людьми, как и днем, только солнце сменилось на луну.

– Я здесь с 16 лет. Семья переехала из Техаса. Но думаю, лучше бы мы остались там – ответил он тихо. Прежней задорности и след простыл.

– Почему? – спросила я, удивленная его сменой настроения.

– Мои родители погибли здесь, точнее их убили при ограблении. Если бы не брат, я бы уехал сразу же, но был несовершеннолетним и остался с ним, так как он стал моим опекуном.

Мне стало жаль, что я подняла эту тему.

– Но почему же потом не уехал?

– Я уезжал, но вернулся, так как моему брату нельзя быть одному. Он обязательно что-то натворит. Его нужно контролировать как маленького ребенка, после смерти родителей он сам не свой – тон юноши был спокойным, но при напоминании о его брате звучали нотки раздражения. Наверное, не сладко ему приходилось жить с ним раньше.

Он предпочел поменять тему и начал расспрашивать меня. Так что в квартиру мы вошли в хорошем расположении духа.

– Ого, какой пухленький кот! – вскрикнул Трэвис, когда увидел Тома, лежащего на диване. Парень сел на перила, так как диван был небольшим, а кот так разлегся, что занял все пространство. Но видимо, моего питомца не очень смутило появление гостя, поскольку он даже не пошевелился, дабы подвинуться. Я ухмыльнулась и отправилась на кухню, чтобы открыть бутылку.

– Он либо безумно наглый, либо безумно ленивый – прокомментировал Трэвис поведение моего кота.

– И то и другое – ответила я, неся бокалы.

Мы разговорились, и я обрадовалась, что он заглянул ко мне. Трэвис оказался большим любителем кухни и моды, поэтому он пообещал помочь мне с подготовкой к вечеринке. Он также дал мне 3 номера своих знакомых поваров. «Они лучшие в своем деле. Если ты не пробовала их блюда, значит, не ела по-настоящему вкусной еды» – отозвался Трэвис о своих друзьях. Я доверилась его вкусу, поэтому решила нанять их на вечеринку. Парень также поделился со мной идеями как украсить интерьер вечера.

– Я уже бывал у мистера Конана, на прошлогодней вечеринке – рассказывал Трэвис, он хотел продолжать, но я его прервала, так как только узнала, где именно будет вечеринка. Я предположила, что это загородный дом где-то недалеко от Нью-Йорка но…

– Стоп. У Конана? Я знаю адрес, но не знала, что это его дом – удивилась я.

– Он купил дом, как только приобрел «Феникс». Он устроил там самую яркую вечеринку в честь новой истории журнала. Я был на многих мероприятиях, но лучше этого я не видал. С тех пор это потрясающая, ежегодная традиция. Ты разве не знала? – ответил парень с подозрением.

Я сидела в буквальном смысле с раскрытым ртом. Теперь все стало еще сложнее. На протяжении нескольких лет Николас устраивал грандиозные вечеринки, а теперь я должна сделать это. Если я облажаюсь я испорчу традицию. Ох, черт. На мне навис не только свой собственный груз, но еще и ответственность за сам журнал. А я ведь училась на простого журналиста.

– Хей – обратился ко мне парень, замечая мое отчаянье – все будет в порядке, главное выложиться на 100%.

– Ты меня не успокоил – буркнула я в попытках унять беспокойство.

– Так, давай не унывай. Я помогу – оживленно ответил парень, начиная рыться в своем рюкзаке. Он достал блокнот и ручку.

– Итак, для начала составим план.

Трэвис мне действительно помог. Он написал мне план действий, то есть очередность планирования вечеринки. Завтра мы вместе встретимся с группой Джеки Вонка и обсудим само мероприятие. Я провела хороший вечер и была рада, что согласилась на это.

…

– Ты сегодня очень взволнована – говорил Мистер Конан в час дня, как раз перед тем как мне нужно было идти на встречу к Вонку.

– Вы стали этому причиной – буркнула я себе под нос и, не попрощавшись, отправилась к Джеку.

…

Студия была ярко освещена и прекрасно смоделирована. Стены выкрашены в апельсиновый цвет, пол покрыт новым желтым линолеумом. Она была не похожа на место работы, а скорее на место жительства художника. Жуткий беспорядок. Два небольших мягких диванчика по цвет стен, пять удобных дорогих кресел стояли по всех углах комнаты. Один маленький стол рядом с одним диваном был завален бумагами и карандашами. Возле второго дивана вся стена была увешана картинками интерьеров с надписями стилей. На второй стене висела большая сенсорная белая доска с проектором. Посредине комнаты стоял огромный стеклянный стол. На нем ноутбук и еще целая куча картинок, листов, ручек, карандашей и разной мелочи. Рядом со столом было масштабное мусорное ведро, в котором, и возле которого нагромоздилось, наверное, 5 килограмм макулатуры. В общем, ребятам не помешала бы убраться.

– Дорогая, ты привела друга – выкрикнул Джек, выходя из другой маленькой комнаты. Он был в серых обтягивающих штанах и в розовой футболке с рисунком спящего кота. Волосы все также растрепаны, но уложены в хвост. У этого парня очень странный вкус.

– Трэвис Морган – отозвался юноша, слегка озадаченный поведением и внешностью Джека. Они оба долго друг друга рассматривали, но Джек первый начал говорить.

– Сара, ребята сейчас придут, так что располагайся и изучай, ведь ты здесь будешь проводить много времени – с насмешливой улыбкой кинул парень.

Мы прошли дальше, и Трэвис уселся на ближайшее кресло.

– Руководить всем будешь ты, так что придётся включить режим злого начальника. Не бойся раздавать команды – поучал меня Джек, уткнувшись в компьютер.

Мы подождали еще несколько минут и в помещение зашли 5 человек. 3 девушки и 2 парня. Одна высокая и худощавая с каштановыми волосами и ровной челкой. Вторая среднего роста и пухленького телосложения с короткой стрижкой и маленьким круглым личиком. Третья тоже среднего роста, но спортивного телосложения с распущенными длинными темными волосами с оттенком темно-фиолетового. Один парень был такой же пухленький, как и вторая девушка, только с очками. А второй имел неплохие пропорции только лысый. Одна черта, которая объединяла их, был стиль. У всех имелись разные вкусы в одежде, но везде преобладала какая-та изюминка. Вот, например, третья девушка имела пирсинг на бровях и пару татуировок, первая девушка видимо обожала аксессуары, так как на ней было куча разных безделушек. Но главное, что всего было в меру.

Мы познакомились и начали работать. Высокую девушку звали Сиси, пышечку – Энджи, а с пирсингом Ракель. Первого парня Стивен, а второго Джордж. После 3 часов обсуждений вечеринки, я пришла к выводу, что ребята действительно разные, так как у каждого имелись свои идеи и мнения. Они отстаивали свою точку зрения и приводили важные доводы, и я очень часто просто не знала, что и отвечать. Столько идей и вариантов, что я и выбрать не могла, так как каждый предлагал свое. Но благодаря Трэвису я все же откинула пару вариантов на счет интерьера. Я выбрала самый оригинальный вариант, который предложила Ракель. Эта девушка всегда предлагала что-то необычное. Мы решили обвешать дом Конана обложками журнала (так как вечеринка то в честь «Феникса») и сделать весь интерьер похожим на домик из журнала. То есть все, что можно заклеить, то заклеим страницами журнала. Изначально эта идея казалась немного странноватой, но после просмотра фотографий с прошлых вечеринок, то я решила, что чего-то ненормального и не хватает. Да, план рисковый, и не все это поймут и оценят, это вообще может не понравиться, но кто не рискует, тот не пьет шампанского. Я развернулась к Джеку, который все время обсуждения стоял позади меня и молчал как рыба.

– Что скажешь? Не перебор со стилем? – спросила я, пристально вглядываясь в его лицо, чтобы поймать хоть какой-то намек на его чувства. Но его выражение лица ничего не выражало. Он подумал и нехотя ответил:

– Ты решаешь.

Этот ответ меня не удовлетворил.

– Но каково твое мнение? – нажимала я.

Он смотрел мне прямо в глаза, и было видно, что отвечать он не хотел, но замечая мой напор, все же сдался.

– Оригинальность никогда не помешает, но рискованно. Это больше похоже на молодежную вечеринку в честь выпускного, чем на солидное мероприятие. Все люди, которые сотрудничают с журналом элитные и высокопоставленные люди. Они могут посчитать это простой дуростью.

– Да, но все прошлые вечеринки придерживались одного стиля. Как будто это красная дорожка на вручении Греми. Все такое красивое и богатое, как и все остальные мероприятия элитного общества. Не хватает чего-то нового, молодежного и дикого, того чего больше нигде не было.

Ракель также выступила на мою сторону. Джек пожал плечами и ответил:

– Начальник здесь ты. Тебе решать, я просто предупредил – на этих словах он удалился.

– И куда он свалил? – возмутилась Ракель. Я покачала головой и продолжила думать над вечеринкой. Вонк прав, это опасно, моя будущая жизнь зависит от этой вечеринки. И если я сделаю, как задумаю, то либо это будет огромным триумфом, либо полным провалом. Все что я делаю, все на 100%. Наполовину я не могу.

Через два часа мы разошлись. Завтра будем договариваться с обслуживающим персоналом и доставкой, а также я с Ракель, Джеком и Джорджем отправимся в дом Конана. Трэвис ушел по своим делам, и я не стала ему возражать. Мои мысли заняты были только поиском решений. К черту все, будет, как будет. Все, что от меня зависит, я сделаю, а остальное отдам на растерзание людям, которые будут оценивать мою работу.

…

– Мистер Конан, могу я у вас спросить кое-что касаемо интерьера вечеринку, то есть изменения вида вашего дома? – я пыталась говорить мягко и не напористо. Мне нужно, что бы он разрешил мне делать некоторые изменения в его собственности. Без его согласия ничего не получиться, как ни как это его особняк.

Он оторвался от бумажной роботы и взглянул на меня из-под длинных черных ресниц. Будь я в другом положении, то таяла б от каждого его взгляда. Он с нахмуренным видом начал искать, что-то в своем портмоне. Он достал пропуск с его именем.

– Покажешь это при въезде на мою территорию, я позвоню в охрану и предупрежу ее. Делай все что тебе нужно, только постарайся не сровнять мой дом с землей – он говорил в одном холодном тоне, но последние слова были с нотками сарказма.

Ох, как бы я хотела его убить. Но я не выдала ему своих истинных намерений и поблагодарила его с притворной улыбкой.

…

Собственность Мистера Конана была неподалеку от Нью-Йорка в тихом и отдаленном от города и остальных домов месте. Шоссе ввело только к его особняку, так что мы без проблем нашли будки охраны. Территория не была ограничена забором или хотя бы изгородями, поэтому я точно не могла сказать, где заканчиваются его владения. Но думаю, территория Николаса могла бы соперничать с площадью Центрального Парка. Вокруг был лишь бесконечный луг и высокие берега маленькой речки.

Была ранняя осень, поэтому луг и зелень не утратили свои краски и это завораживало. Но когда мы проехали дальше, то нам открылась невероятная картина. Громадный, величественных, двухэтажный особняк с красной крышей и стенами из мелких белых камней, вокруг которого чистый зеленый газон с клумбами цветов вдоль дороги и тропинок. Я ведь даже не знала, что в конце лета цветет так много растений.

Почему-то эта картина заставила меня прослезиться, ведь этот участок так напоминал мне дом Натаниэля. Сердце сжалось от воспоминаний и тоски, будто за прошлой жизнью. Я вытерла слезы, чтобы Джек, Ракель и Джордж не увидели, как я плачу. Двери в дом нам открыл милый старик лет под 65. Когда мы вошли, то будто очутились во дворце. Светлый паркет, стены выкрашены узорами цветов в цвет слоновой кости. Потолки были очень высокие, что могли вмещать в себя еще один домик. Золотистые (или вообще золотые) люстры с светильниками в виде свечей, при стене стояли два громоздких дивана в светлой деревянной оправе. Рядом с диванами полукругом расположились кресла под их стиль. По другую сторону стояли длинные столы (видимо для фуршета), покрытые, вытканными, будто из золотых нитей скатертями. Между столами был один большой промежуток, где висел огромный плазменный телевизор, внизу которого стояли громоздкие колонки, также сделанные их светлого дерева. Этим и ограничивалась вся мебель зала, поэтому он казался пустынным. Да, все выглядело дорого, но я бы не смогла здесь жить. Нет уюта.

– Этот зал предназначен специально для мероприятий, дальше кухня и туалет, а вот второй этаж жилой – будто прочитав мои мысли, бросил Джек.

– Но все ровно здесь вряд ли поместиться 200 человек! – прокомментировала я с негодованием.

– Да, но кто сказал, что вечеринка будет только в доме? – с хитрой улыбкой ответил Джеки. Парень повел нас вглубь дома. Мы прошли большую арку, которая вела в небольшой коридор. В конце коридора была винтовая деревянная лестница, а по бокам в изысканных горшках росли растения. Мы прошли через громоздкую деревянную дверь и оказались в кухне. Теперь мы из дворца попали в сверхновый центр. Вся кухня оборудована по современному вкусу и требованию. Черно-белая плитка и стены, стеклянные столы, удобные для готовки кухонные тумбы (их было очень много, наверное, 10-15 штук) плита на 8 конфорок. Здесь свободно могут готовить 5 поваров. Мы вернулись обратно, и Джек предложил приумножить территорию для вечеринки. Дополнительная территория будет еще и на улице. То есть вместе мы будем обустраивать зал, коридор и улицу. Ух, работать придется немало.

Когда мы вышли на задний двор, нас ждал сюрприз. На темно-зеленой лужайке в белых лаковых туфлях и сером костюме стоял Николас. Его темно-каштановые волосы были немного взъерошены к моему огромному удивлению, ведь он всегда их аккуратно улаживал. Может именно из-за волос сегодня он выглядел на свой возраст, а не старше.

– Я немного опоздал с приветствием. Видимо, из меня плохой хозяин дома – ровно, без эмоций сказал Николас. Он быстро окинул взглядом всю команду и чуть больше остановился на мне.

– Мы уже осмотрели первый этаж – с теплой улыбкой ответил Джек. Николас впервые посмотрел на него, и я увидела проблеск теплоты и приязни в его темно-зеленых глазах. Николас увел Джека и оставил нас продумывать план как обустроить эту немаленькую территорию.

– Стремный тип – пробормотала Ракель себе под нос. И я была согласна с ней. Его холод просто замораживал в буквальном смысле.

Я окинула взглядом лужайку. На ней не было цветов как на передней части дома. Росло несколько одиноких деревьев, а дальше за газоном начиналась желтая поляна и речка. Я предложила поставить большой открытый шатер и сделать тропу из фонарей. После обсуждений мы вошли обратно в дом, где в зале нашли сидящих на диване Николаса и Джека. Они свободно и весело общались, и я впервые за все знакомство со своим боссом я увидела его искреннюю улыбку.

…

Было уже 5 часов вечера, поэтому я предложила собираться уезжать. Тогда в разговор встрял Николас.

– Вы можете остаться здесь. Так вы можете быстрее закончить работу – его голос был далеко не гостеприимным, так что никому не хотелось здесь оставаться. Но он был прав, роботы много, а времени мало.

– Джордж отправляйся в город и сообщи о моих словах остальным. Ты со Стивеном займитесь заказом дополнительной мебели и украшений, которые мы обсуждали. Сиси поработает над планом вечера. А Энджи будет искать подходящий персонал для вечеринки. Мы с Ракель и Джеком останемся здесь и еще раз все детально обсудим, а завтра днем или к вечеру все вы вместе с заказанной мебелью и украшениями должны быть здесь. Будут проблемы, звоните. Не забудьте про распечатку обложек, формат решите сами – Джордж меня перебил.

– Но, мы не успеем все заказать. Нужно выбрать и договориться с доставкой – а я перебила его.

– Времени в обрез. Осталось только два дня. Займитесь этим сегодня и сделайте заказ. Меня не волнует, как вы это сделаете, но завтра вечером мы должны уже украшать территорию. Объясни ситуацию всем – я говорила кратко и властно. Времени на поблажки и отдых просто нет. Поэтому пусть обидятся на меня, но быстро работают. Своим взглядом я дала понять Джорджу, что лучше со мной не спорить. Он быстро удалился и уехал.

– Молодец – с довольной улыбкой похвалил меня Николас, но мне было совсем не весело. Напряжение во мне росло с каждым часом, ибо я осознала, что, если провалюсь с этой чертовой вечеринкой, могу потерять работу и помахать ручкой Нью-Йорку.

Вспомнив про своего любимого, но наглого кота, я позвонила владелице квартире и попросила ее покормить Тома.

…

Второй этаж был более уютным, чем первый. Когда мы взошли по лестнице, то оказалась в большой гостиной в готическом стиле. Черно-красный кафель, на котором стояли мягкий диван в обивке красного метала и похожие 2 кресла. Металлический черный столик, на котором красовалась красная орхидея, рядом на стене висели такие же книжные полки из метала. По боках комнаты было по две двери. Вместо картин стены были украшены мозаикой, где были изображены сцены из жизни древних людей. Войны, празднования, казни и дела из повседневной жизни, как ужин, прогулка и работа. Также в комнате не было окон, зато был один огромный витраж, на котором была обнажённая молодая девушка. Ее темные волосы обвивали ее тело будто одеяние. Она протянула вперед руки, словно просила чего-то, а ее губы были изогнуты в незаметной улыбке. Комната была красивой и пугающей одновременно. Жестокость и кровь в картинах войны, веселье и счастье в сценах праздников. Будто летопись перемен жизни. Все помещение было в черно-красных тонах, что придавало еще большей загадочности.

Я взглянула на Ракель, которая увлеченно всматривалась в мозаику. Ей видимо очень нравиться здесь. Николас указал нам с Ракель на первую левую дверь и предложил располагаться в ней. После нескольких минут уговоров я все же завела девушку в предлагаемую нам комнату. Мы попали в тропики. Обои с изображениями высоких зеленых деревьев, ярких растений и папоротников. На полу мягкий зеленый ковер, угловой диван с рисунками тропических цветов, кровать с зеленым балдахином и постельным бельем в узор травы. Но то, что привлекло мое, и особенно внимание Ракель была плетенная из лозы высокая качель в виде большого гамака. Девушка пригнула на нее и словно ребенок начала раскачиваться.

– В этом доме есть хоть что-то нормальное? – восхищенно спросила она.

– Когда столько денег, то не знаешь, куда их девать – пробормотала я себе под нос.

– Я сплю здесь – сообщила Ракель, располагая большие салатовые подушки на качели.

– Почему? Кровать большая, мы вместимся – удивилась я.

– Здесь водяной матрас. Я предпочитаю твердую поверхность – девушка легла, растянувшись во весь рост. Качель как раз подходила для нее.

Я направилась к кровати и села. Действительно, матрас расплылся подо мной, а потом заставил подпрыгнуть. Никогда не спала на водяном матрасе.

Я подошла к другой двери и очутилась в ванной. Нежно синяя плитка и такой же кафель, который обрывался на высоте полу метра. Далее по стене шел рисунок глади моря. Я подняла взгляд и увидела небо. Конечно, не настоящее, но очень правдоподобное. Голубые небеса с белыми и розоватыми пушистыми облаками. Синяя ванна, такой же туалет и раковина. Большое зеркало в причудливой раме с химерными морскими существами. Здесь уж точно нет ничего обычного.

4 глава

Спать на водяном матрасе было очень … забавно. Ракель мирно посапывала на качели, когда я, быстро натянувши на себя кофту и мои любимые красные штаны, вышла разведать соседнюю комнату. Может, это не совсем прилично заглядывать в комнаты в чужом доме, но я ночью измучила себя мыслями, что еще необычного есть в этом особняке.

Соседняя комната оказалась светлым спортзалом. Пол был покрыт светлой древесиной, как и стены. Пару горшком с растениями стояли рядом с окнами. Остальной мебелью в комнате были тренажеры и музыкальная аудиосистема. Поняв, что здесь больше ничего не увижу, я вышла.

Как и вчера меня ждал сюрприз только более неожиданный. Из первой двери с правой стороны вышел мокрый Джек абсолютно голый. Жаль, только его волосы не настолько длинные как у девушки с витража. Я вскрикнула, а он даже виду не подал, будто это в порядке вещей. Я быстро развернулась и уставилаcь в стену не в силах что-то сказать.

– Я думал, вы еще спите – начал оправдываться безразличным тоном парень. Из соседней двери выглянул Николас, а из нашей комнаты выскочила Ракель, разбуженная моим вскрикиванием.

– Черт, Джек – возмутился Николас, также отворачиваясь как я.

– Ты же сам сказал, чувствовать себя как дома – разводя руками, ответил Джек. Ракель рассмеялась и по ее реакции она не была удивлена. Девушка поприветствовала всех и ушла вниз.

– Я не это имел в виду – буркнул мой шеф и скрылся за дверью. Я быстро поплелась следом за девушкой, чтобы не стать свидетелем еще такого же поступка Джека.

…

– Я видела и похуже, так что привыкла – говорила девушка, готовя завтрак из яиц и бекона. Я нашла кофеварку и делала себе кофе, слушая Ракель.

– Как-то я забыла телефон в студии. Я вернулась и застала Джека, который занимался сексом на диване с каким-то блондином.

Я выплюнула кофе в раковину, чтобы не поперхнуться. Мои брови поползли вверх от сказанного.

– Прости – извинилась с улыбкой девушка.

– Так Джек – гей?

– Да, а ты что не заметила? – девушка была тоже удивлена.

– Следовало бы догадаться по его одежде – буркнула я в ответ.

– Обсуждаете мою интимную жизнь? – это был Джек, к счастью, уже одет в кожаные штаны и фиолетовую футболку с надписью «руками не трогать и слюни не пускать». Да, такое одеть мог только гей. Хотя не факт, все в жизни бывает.

– Между прочим, того блондина звали Калеб, и он был очень неплох в постели – с ухмылкой продолжил парень. Я моментально опустила чашку с недопитым кофе и крикнула, поднимаясь по лестнице.

– Пойду, возьму мобильный.

Конечно, он мне был не нужен, но оставаться и выслушивать рассказы о сексуальной жизни Джека я не собиралась. Весело день начинается.

Я поднялась и увидела Николаса, сидящем на диване, и разглядывающего витраж. Его задумчивый взгляд разглядывал девушку, будто он впервые ее видит. Я попыталась незаметно прокрасться в нашу комнату, но мой шеф меня заметил.

– Ты хорошо справляешься – раздался бесчувственный голос, хотя и не такой холодный, как всегда.

– Может, несмотря на то, что еще ничего не готово – ответила я немного напряженным тоном.

Николас позвал меня рукой к себе. Я подошла к нему и села рядом.

– Ты же понимаешь, что второго шанса не будет. Если вечеринка потерпит крах, то конец твоей роботе – он говорил холодно, но я все же услышала нотку разочарования.

– Сотни молодых людей каждый день стремятся попасть именно в мой журнал, но я дал такую возможность именно тебе – продолжил он более низким тембром.

– Почему? – вдруг спросила я.

Он молчал, но потом все же ответил.

– В тебе что-то есть. Ты не так проста, как кажешься – он оторвался от витража и посмотрел на меня. В утренних лучах, которые пробиваются сквозь витраж, он выглядел на свой возраст, хотя обычно он напоминал 35 летнего серьезного бизнесмена. Немного взъерошенный и сонный. Как парень, что только что вернулся с шумной вечеринки. Но я понимала, он, вряд ли, знал, что такое студенческие вечеринки, так как был занят учебой и достижения своей цели. Да, это важно, но иногда следует просто расслабиться и насладиться юной жизнью, ведь время и молодость ждать не будут.

– Загадочность. Словно, ты видела и пережила, то чего никто не знает – он изучал меня своими изумрудными глазами, которые казались стали светлее. Этот взгляд был не скептическим, как в первый раз нашего знакомства, нет, он был задумчивым и любопытным, будто хотел что-то во мне разглядеть.

– Вы тоже не такой, каким хотите казаться – ответила я, также глядя прямо на него. Он был невероятно красив, что я не могла оторвать взгляд. На секунду, я подумала, что он вампир, ведь только они обладают такими идеальными чертами. Но когда встречаешь вампира, то замечаешь необычность его взгляда, будто он видит все насквозь. Его манера, походка спокойна и плавна, ведь им некуда спешить. В глазах не горит огонь любопытства, ибо они уже многое повидали, и им со временем становиться просто скучно. Николас не был вампиром, он был живой, пусть и прятался за огромный кусок льда, но его глаза горели, тем пламенем, что есть только у смертного человека, у того, кому есть что терять, свою жизнь.

Он резко отвернулся. Я задела те струны души, которые он скрывал и не хотел, кому-то открывать.

– Не пытайтесь понять мою сдержанность и мой холод. Вы не поймете, ведь у вас была другая жизнь, в которой, может быть, было меньше боли и страданий – в первый раз за наше знакомство его голос дрогнул.

Он немедленно встал и зашел в свою комнату, в единственную комнату, где я не была, в которою я не заглядывала через открытую дверь, в комнату, которая так похожа на душу Николаса. Закрытая и неизведанная.

…

Дополнительную мебель и украшения привезли только в 6 вечера. Все нервно располагали мебель, а я пыталась контролировать процесс. Джордж и Стивен расставляли тяжелую мебель, когда девушки занимались расположением аксессуаров. Николас уехал еще утром, что я даже не успела с ним попрощаться. Все были напряжены, а я так вообще была на пределе нервного срыва. Я пыталась держать себя в руках, но у меня это плохо получалось, особенно когда Джек путался под ногами и везде кидал язвительные комментарии.

– Ух, нельзя было найти фотографии получше, здесь я плохо выгляжу, проблема в падении света.

– Почему вы выбрали фиолетовое освящение? В нем я кажусь синим.

И еще 10 таких же ненужных замечаний. Если бы он еще хоть как-то помогал, его поведение было бы простительным, но он только ехидничал, развалившись в кресле. Ребята спорили с ним, но потом все же сдавались. После двух часов вот таких пререканий, моя нервная система не выдержала.

– Джек! Я здесь выполняю, между прочим, ТВОЮ роботу, потому что ты организатор, а я начинающая журналистка, и моя будущая судьба зависит от этой проклятой вечеринки, так что либо помогай нам, либо заткнись! – я громко и настойчиво высказала свои мысли и, по реакции остальных, поняла, что они такого же мнения. Джек сразу же выровнялся и выглядел весьма удивленным моей смелостью и наглостью. Пусть я сказала это грубо, но вины я не испытывала, так как была права. Он резко встал и вышел из парадной двери с обиженным видом. Все уставились на меня, в ожидании, что я побегу за ним просить прощения.

– У нас всего один день, ребята. Нет времени на извинения. От него все ровно не было пользы – грубо отрезала я. По их выражениям лиц было ясно, что я их удивила и немного даже испугала. Я отвернулась и начала делать презентацию о работе журнала за последний год, которую будут показывать на вечеринке, пытаясь отгородиться от их осуждающих взглядов.

…

Зал, заполненный людьми, оркестр, играющий медленную музыку и Нэйт в золотом костюме, который будто светился. Я прильнула к нему в своем тяжелом и неудобном платье. Это был тот самый вечер, когда я впервые его увидела. Маска скрывающая его прекрасное лицо с немного довольной улыбкой от того, что он владеет мной. Первые впечатления о нем были не из лучших, хотя он тоже приложил усилия для их создания. Вел себя как засранец.

Мы медленно кружились в танце, не замечая никого вокруг, ни говоря ни слова. Я чувствовала его тепло и поняла, как же мне все это время его не хватало. У нас было мало спокойных моментов счастья, все были короткими и обрывистыми. Но я рада, что они все же были. Я подняла голову, но увидела не Нэйта, а Дилана. Его большие карие глаза поглощали мой образ, в то время как я пыталась запомнить все его черты. Музыка стала быстрее, и парень стал кружить меня в пылком танце. Мы не отрывали взгляд друг от друга и тепло, исходящее с наших тел, превращалось в искры, которые в свою очередь становились огнем. Он наклонил голову ко мне, я потянулась к его губам и …

Быстро вскочив со своего водяного матраса, я огляделась. Это был просто сон, но мое тело горело будто костер. Мне уже давно не снились сны. 2 года так точно. Я думала, что остыла к воспоминаниям, но я ошиблась. Я помнила каждое мгновение с Диланом и Нэйтом, и мое сердце отказывалось забывать их. Уже многие годы я жила как нормальный обычный человек, который не подозревает о занавесе, которая скрывает тайный мир вампиров, оборотней и ведьм. Но в груди все ровно живет какой-то неопределённой страх перед более сильными существами, чем человек, и каждый раз я откидываю это чувство в самые далекие уголки сознания, но не могу полностью его побороть.

Ракель опять мирно посапывала на качели. Вчера был напряжённый день, Джек так и не вернулся, и я начала чувствовать вину за то, что так строго с ним говорила. Ведь, в конце концов, не он решает, а Николас. Это он придумал этот идиотский экзамен.

…

Все работали в странной атмосфере задумчивости до полуночи и были очень рады, когда я наконец их отпустила. Зал и улица были украшены. Я же целый день только вызванивала рабочих и обговаривала с ними ход вечера. Все проходило нормально, пока я не дозвонилась до обслуживающего нас ресторана.

– То есть как это 3 официанта заболели, их всего то 10? Нам нужно обслуживать 200 человек! – мой голос становился громче и, если этот мужик еще один раз произнесет слово «заболели», я перейду на крик.

– Мы понимаем, но заболели 2 официанта, так как они братья, и будет отсутствовать один повар, у которого сегодня умер дедушка. Что на счет блюд, готовы больше половины, остальные мы можем сделать в городе, но вряд ли успеем довести до места назначения вовремя.

Мужчина не договорил, так как я его оборвала на полуслове:

– Это нельзя было сообщить вчера, когда у нас еще было время найти замену! – крикнула я с желанием выбросить телефон в окно, но переборола желание, так как телефон был не моим.

Я перевела дыхание и продолжила:

– Готовить будете уже здесь, а еще 3 человека я найду. Все, что сейчас от вас зависит, так это собраться и приехать вовремя, как и договаривались. И прошу, постарайтесь не заболеть и оставить в живых ваших родственников, иначе будете иметь дело не со мной, а с разъярённым мистером Конаном, а он, уверяю вас, еще хуже собеседник, чем я! – я положила трубку, ибо не хотела слышать писклявые оправдания.

– Теперь видишь, как ужасно зависеть от других людей. А особенно отвечать за них.

Джек стоял возле лестницы, облокотившись об стену в темно-зеленых брюках и оранжевой рубашке с сигаретой в руках. На лице играла улыбка, а глаза были подведены темным карандашом. Он злорадствовал над моей бедой. Теперь чувство вины перед ним сменилось чувством злости.

– Злорадствуй, сколько влезет! – я развернулась на пятках и вышла из комнаты. Ракель как раз выходила вниз, когда я с ней столкнулась.

– Оу, почему такие злые?

– Лучше скажи мне, все ли выполнили свою роботу, нет никаких изменений? – задала ответный вопрос я.

– Все в порядке. Вечер пройдет как по маслу – заверила меня девушка.

– Зная свою удачу, все пойдет как раз наоборот.

…

Людей я все-таки нашла, Энджи и Сиси будут разносить подносы с напитками, а Джордж будет помогать поварам. Ракель станет ведущей на вечер, и вместе со мной будет развлекать гостей до приезда заказанной звезды. Я никогда не слышала имени певицы, но все в один голос твердили, что она очень популярна, поэтому пришлось послушать голос аудитории, ведь заказать рок группу на светскую вечеринку, как я хотела, было бы как-то не по-элитному.

…

Я надевала черное короткое платье с золотым замком впереди, которое слишком обтягивало меня, а я чувствовала себя неуютно в таком мини-платье. Это была вещь Ракель, что она мне одолжила, так как из-за всей этой суматохи на счет организации вечеринки я совсем забыла про свой наряд.

– Ты выглядишь сногсшибательно – заявила Ракель, входя в комнату.

– Вот только чувствую себя совсем не так – ответила я, делая вторую стрелку.

–Держи, бежевая помада подойдет – протянула мне девушка в фиолетовом кружевном платье с короткой юбкой впереди и длинным шлейфом сзади.

– Ты тоже ничего – усмехнулась я.

– Думаю, пора встречать гостей? Ты готова к своему дебюту в светском обществе? – на ее лице играла улыбка, но глаза выражали серьезность. Она понимала, что это важно для меня, если я собираюсь продолжать работать в журнале.

– Я всегда готова, как и к победе, так и к провалу – ответила я с грустной улыбкой, осознавая всю трагичность ситуации. Провалиться вечеринка, паду на дно и я.

…

Я стояла на входе, приветствуя гостей, когда через задний двор зашел Николас вместе с Джеком и привлекательной блондинкой. Джек был в фиолетовом пиджаке, белой рубашке и в джинсах. На шее висел медальон синего цвета, а на ногах белые ботинки. Его вид, уж точно, привлекал внимание людей, так как никто не мог понять, он либо просто безвкусный идиот, либо гений моды.

Но Джек перестал меня волновать, так как мой взгляд перешел на моего сексуального шефа. Темно-коричневый костюм с золотыми запонками и лакированными кожаными туфлями Николаса прекрасно сочетался с неряшливо взъерошенными волосами. Он мило улыбался, стоящей рядом блондинке. Я раньше ее не видела. У нее были белокурые волосы, которые кучерявыми локонами обрамляли ее бледное лицо с высокими скулами. Стройную фигуру подчеркивало красное атласное платье в пол с длинным шлейфом. Она была такого же роста, как и я, с весьма ярко-выраженными фиалковыми глазами. Но то, что действительно меня удивило так это то, что Николас никогда не разговаривал с другими людьми с такой искренней и открытой улыбкой. Кто она, черт возьми?

Николас оглядывал интерьер, видимо оценивал нашу роботу. Я и сама не успела ее разглядеть.

Вместо обыкновенного света, Ракель заказала двигающееся, неоновые светильники фиолетового цвета. Они большими шарами висели на потолке, бросая тусклый свет в тень, поэтому комната была слабо освещена, и все было в полутени, что придавало более интимной и непринужденной обстановки. На стенах висели громадные плакаты страниц журнала, а также фотографии, которые были в светящихся рамках, что бы можно было разглядеть коллажи плакатов. По всему залу были разбросаны маленькие кресла и стулья со столиками, но так что бы хватало место и для стоящих, и для танцующих. Мы также приобрели барную стойку, что бы все желающие могли сами выбрать и заказать напитки. Каждые пять минут официанты разносили сытные закуски, компенсируя отсутствие ужина.

Я переживала, что всем не хватит места, но все компактно и свободно уместились. Посредине к стене стоял высокий подиум для выступлений. Обычно там стояла Ракель, развлекая разговорами и играми гостей (половина с этих игр были сымпровизированы на ходу). Я также не ожидала, что элитное общество будет с азартом соревноваться в каких-то играх, но все же успех был. Большинство из накрашенных дам в длинных платьях на шпильке были увлечены состязанием, как и в спортивном (не представляю, как им удаётся в платьях и на каблуках прыгать и бегать в погоне за официантом с подносом, видимо такими были правила игры), так и в интеллектуальном смысле.

Также на протяжении вечера каждый должен выйти на сцену и высказать свое мнение о «Фениксе», что-то пожелать, а может и осудить. Ну, а в общем всем вокруг вроде бы было весело, тогда, когда я дрожала от одной только мысли о неправильном порядке песен. Все должно было быть идеально, но, увы, оптимист из меня никакой. Я чувствовала, что что-то должно пойти не так. Совершенства же нет. И, как обычно, мое восьмое чувство оказалось правдивым. Случилась настоящая катастрофа, из-за которой все чуть ли не покатилось к чертям, но хорошо, что я все-таки слушаю хорошую музыку.

…

– Где эта певичка? – металась я от Ракель до Сиси.

– Она не отвечает на звонки последние 4 часа. Она должна была быть здесь еще час назад – оправдывалась Сиси, видя мой нарастающий гнев. Ей следовало бы беспокоиться, ведь именно она занималась развлекательной программой вечера.

– Что, если она не придёт? – предположила спокойно Ракель.

– Может, отменим выступление?

– Нет, людям объявляли про музыкальный сюрприз. Нужно что-то придумать – говорила я, меряя шагами кухню – единственное тихое и не людное место.

– Что придумать? Я объявила еще 15 минут назад. Люди ждут – слегка взволнованным тоном ответила Ракель. Она резко встала и также, как и я, начала шагать. Ее длинный подол кружился возле ее ног, что напомнило мне танец. И тут в моей идиотской башке зародилась идея.

–Кто умеет петь? – резко спросила я.

– Нет, не смотри на меня. Единственное направление музыки, которое я знаю, это металлика и рок – отмахнулась Ракель.

– У меня ужасный голос – пискнула Сиси, когда в комнату ворвался Джек.

– Что, черт возьми, происходит? Где выступление? – взорвался весь красный парень. Видимо он тоже переживает.

– Певица не приехала – бросила ему я, ища другой план действий в моей голове.

– Значит, нужна замена – среагировал Джек.

– Никто петь не умеет.

– Ну, большинству артистам это не мешает. Живо на сцену – приказал Джек, выпихивая меня их кухни.

– Что? Я не буду петь – брыкалась я. Джек пропихнул меня уже к середине зала, хотя я толкалась и брыкалась. Наконец парень выпихнул меня на сцену.

Сотня лиц были устремлены в моем направлении. Одним из них был Николас Конан, по выражению которого было видно ожидание и… разочарование. Во мне.

Нет, я не для этого убивала свои нервные клетки на протяжении недели. Я резко развернулась на каблуках и направилась к ди-джею. Я назвала первую группу и песню, которая была на уме. По крайней мере, облажаюсь под крутую музыку.

Заиграли первые аккорды гитары Bon Jovi – Ugly. Я обожала эту группу и знала почти все их песни наизусть. Жаль, что именно она станет жертвой моего голоса. Мои ноги дрожали, и я не была уверена, что они меня выдержат. Никогда не любила выступать на сцене. Все эти взгляды полные ожидания приводят к ответственности.

Это полный провал. Сначала я пела неуверенно и немного забывала слова, но потом, вслушиваясь в музыку, не смогла себя сдерживать. Под другую группу я бы чувствовала себя некомфортно, но эта музыка просто поглощала меня, как всегда. На протяжении всей оставшейся песни я забыла, где я, и просто пела, как будто в душе для себя, для души. Мое тело двигалось в такт не по моей воле, и я заметила, что не одна я такая.

Весь зал тоже медленно покачивался, подняв руки вверх. А я ведь думала, что богачи не такие. Слишком напыщенные и самодовольные, но иногда в таких простых моментах как эти, они становились совершенно простыми, скидывая свои маски. Все были ровней.

Жаль, что все вернулось на круги своя через несколько минут. Я в ступоре стояла на сцене, не зная, что делать дальше уходить или что-то сказать. Но я наткнулась взглядом на ехидную улыбку Джека, и моя злость вернулась. Я попросила ди-джея включить You give the love a bad name и быстро сошла с подиума. Ну, теперь настало время мести. Я моментально нашла Джека и, прихватив его за локоть, грубо вывела на задний двор.

– Какого черта? Зачем было выпихивать меня на сцену? – я кричала на моего виновника, который сильно забавлялся происходящим. Рядом с ним оказался Николас, и они вместе стали хохотать как ненормальные. Что здесь смешного? Я чуть ли не опозорилась на вечеринке, от которой зависела моя будущая жизнь.

– Теперь я знаю, зачем ты хотела в мой журнал. Что бы устроить карьеру певицы – говорил мой бос в перерыве между смехом.

– Вы поручили устроить идеальную вечеринку, иначе я буду уволена. А теперь после почти огромного провала, вы смеётесь. Да я из-за вас чуть не посидела – возмущалась я в не себя. Эгоистичные подонки. Внезапно кусты зашевелились, и из них вышла пьяная маленькая блондиночка.

– Ну, и где мне выступать? – спросила она тоненьким голоском. Я узнала ее, так как видела пару раз по телевизору.

– Насколько я понимаю, это ты – та самая певица, которая должна была сегодня выступать, но это пришлось делать мне? – спросила я, еле сдерживая свой гнев. Я должна отдуваться из-за накрашенной пьяной тупой блондинки, которая не выполняет свои обязанности.

– Ой, а я что опоздала? – с тупым удивлением спросила она. Ну, все. Я взорвалась.

– Лучше беги – прошипела я и накинулась на нее. Как животное, которого только что выпустили из клетки, я начала рвать ее крашеные волосы. Она резко перевернула меня и, взлетев на перекосившиеся ноги, побежала, вопя «помогите». Я рванула за ней, но мои шпильки не приспособлены для бега.

– Быстрая сучка. Была бы я не на каблуках, тоже бы так скакала – проворчала я громко, возвращаясь обратно к этим придуркам.

Они удивленно смотрели на мое теперь зеленоватое из-за травы платье. Затем парни одновременно похлопали с важным видом и снова начали смеяться. Этот дебильный смех начал меня раздражать. Я злобно взглянула на Джека, так как на Николаса не осмелилась, ведь каким бы он идиотом не был, он все еще мой босс.

– Знаешь, приятель, думаю тебе надо валить, а то она тебя то точно догонит, зная твои спортивные способности – прокомментировал Конан, толкая своего дружка на выход. Тот все еще с дебильной улыбкой зашел в дом.

– Ну, признаю, пела ты неплохо, несмотря на, то, что я не фанат Bon Jovi.

Я сжала свои кулаки, так как ненавидела, когда критикуют мою любимою группу.

– Если бы вы не заставили меня устраивать эту … вечеринку, мне бы не пришлось вообще петь – язвительно ответила я.

– Все отлично, не считая того факта, что ты чуть не убила знаменитую певицу, которая, кстати, может подать на нас в суд.

– Она была настолько пьяна, что вряд ли сможет вспомнить это событие.

Настала тишина, так как Николас ничего не говорил, а я была слишком напряжена. Большой шатер, поставленный посредине полянки, будто светился в окружающей темноте. Там стояли маленькие столики с едой и напитками. Дорожкой, проложенной фонарями, я направилась к алкоголю. Это то, что мне сейчас нужно.

– Я надеюсь, я не уволена? – неуверенно и тихо спросила я, делая глоток.

– Нет. Вы хорошо справились, мисс Клэр. Хотя петь было необязательно – его прежнего холодного и безжизненного тона и след простыл. Теперь он говорил с теплом.

– Здесь красиво, не правда ли? Я выбрал это место, так как часто устаю от бешеного и шумного ритма Нью-Йорка. Иногда просто хочется побыть в тишине, наедине с самим собой.

Тишина с особым шармом в этом месте. Я взглянула на Николаса. Его тело было расслабленным, будто он снял свою оборону. Он повернулся ко мне и также посмотрел на меня. Я готова поклясться, что что-то загорелось в его глазах, но увы так и не разглядела, так как нас перебили.

– Ах, вот вы где! Прекрасное шоу вы устроили, мисс Клэр – это была та самая блондинка в красном платье, что пришла вместе с Николасом.

–Спасибо – ответила я с милой улыбкой.

– Ник, а ты от меня скрылся – поругала моего шефа девушка.

Она назвала его Ником. Значит, они достаточно близки, чтобы не разговаривать официально. И почему у меня к ней какая-то неприязнь?

– Я Элизабет Кларк, главный редактор «Феникса» – она протянула мне руку с серебреным браслетом в камнях, как я догадалась, бриллиантах, а я в ответ пожала ее.

– Сара Клэр.

– Ох, я знаю. Ник тебя расхваливал – сказала девушка, заставляя моего шефа покраснеть. Еще никогда я не видела красного Мистера Конана. Эта девушка еще та штучка.

Я смущенно улыбнулась, так как подходящий слов не нашла.

– Я восхищен твоей работой, Сара. Теперь тебе осталось только прибраться так, как это, в конце концов, мой дом – он снова закрылся в себе, и я вспомнила того строгого шефа, которым он всегда был. Они оба зашли внутрь, оставив меня с мучительными догадками, как пережить оставшейся вечер и не убить кого-нибудь. Теперь мне придётся поработать Золушкой.

…

Когда я, мило улыбаясь, выпроваживала пьяных гостей, я еле сдерживала себя, чтобы не упасть посредине зала, так как мои ноги и голова жутко болели.

– Дело сделано! – гордо вскрикнула Ракель, бросаясь мне в объятья.

– Да, наконец-то. Без вас, ребята, я бы не справилась – обратилась я к остальным.

– Нам пора – коротко улыбнувшись, ответил Джек.

– Будешь в городе, позвони – бросила мне девушка с порога.

Я попрощалась со всеми и с облегчением хотела идти ложиться спать.

– Черт. А убирать я одна буду? – я быстро выбежала из дома и кричала это им вслед.

–СТОЙТЕ! Что за черт?

Ответом мне был только смех и быстрые махи руками из окна машины.

Я вернулась в дом, проклиная всех и вся. Эта работа превратилась из мечты в сущие пытки ада.

…

Вчерашний день был не из легких, утро было еще хуже, но, не смотря на головную боль, я все-таки убрала этот огромный дом и с облегчением ехала обратно в Нью-Йорк. Я записалась на занятие по самообороне, как давно хотела. Надоело быть слабой и беззащитной девочкой. Сегодня я полностью свободна от моего надоедливого босса, поэтому сегодняшний день посвящу симпатичному тренеру.

…

– Тело немного прогибай вперед, а потом резко бей правой рукой, – уже пол часа Пит (мой весьма красивый тренер) рассказывает мне, как уйти из крепкого захвата. Мне бы было намного легче сосредоточиться на его словах, если бы его сильные и мускулистые руки не сжимали мои руки и талию. Прекрасное тело и русые короткие волосы в сочетании со светло карими глазами возмещали его невысокий рост.

– Не устала?

– Нет, мне нравиться – улыбнулась я и, резко развернувшись, ударила его в торс.

–Эй, это нечестно – крикнул он, отступая.

– Неожиданность – самый лучший способ дать отпор.

Он только улыбнулся. Мы позанимались еще час, и я собралась домой. На выходе меня поймал Пит.

– Не хочешь поужинать? Я могу рассказать про правильное питание.

Почему бы и нет, все ровно у меня завтра выходной. Тем более Пит казался очень милым парнем.

–Конечно.

Он улыбнулся и открыл передо мной двери.

– Я покажу тебе одно место, там отличная кухня – Пит проводил меня к своей машине, и я согласилась.

– Первый раз сажусь в машину парня, которого знаю буквально час.

Парень только загадочно улыбнулся и открыл двери своей машины. В его глазах играли чертики, и мне показалось, это странным и даже немного пугающим. Моя интуиция была права. Как только я села в машину, что-то кольнуло мне в шею, и я потеряла сознание.

5 глава

Еще не успев открыть глаза, я сообразила, что, что-то не так. Я резко встала и почувствовала в руках острую боль. Я была в наручниках.

– Что за хрень? – пробормотала я сама себе.

Я подергала их, надеясь, что они спадут каким-то волшебным образом, но, увы, чуда не произошло. Оглядев комнату, я поняла, что здесь нет ничего острого или хотя бы с острыми краями. Как будто бы комната в псих больнице. И в этот момент я просто начала смеяться.

Сколько можно черт возьми меня похищать? Просто ирония моей гребанной судьбы. Который раз я попадаю в одну и ту же ситуацию. Когда же от меня отстанут? Я начала в истерике колотить наручники понимая, что это уже просто абсурд какой-то. Я что медом намазана, что все считают своим долгом меня похитить?

– Проснулась? – я не заметила, как в комнату зашел Пит.

– Сними с меня чертовы наручники! – потребовала я, но ответом была лишь улыбка. Она действительно пугала, потому что эта улыбка напоминала смех психически больного человека.

– Мне нравятся твои бедра – продолжил он, не обращая внимания на мои попытки вытянуть руку с наручников.

Он подошел ближе и сел на кровать рядом со мной. Я отодвинулась настолько, насколько могла. Он положил руку на мои бедра, но я ударила его ногой по плечу. На его лице отразилась злость, и он сделал выпад. Пит накинулся на меня, обхватывая ноги и снимая с меня штаны. Я начал кричать и вырываться, но его это не волновало. Я сумела вытащить из его хватки ногу и ударила его в лицо. Только тогда он отстранился и встал. В нем кипела злость, но он ничего не предпринял. Через несколько секунд раздумий он ушел и запер за собой дверь.

– И почему мне везет на таких больных? – спросила я сама себя с легкой иронией, хотя страх начал уже подползать ко мне. Меня не раз похищали разные сверхъестественные существа, но не люди. Как бы абсурдно это не звучало, но я боялась людей больше, чем вампиров и оборотней. По крайней мере, я хотя бы знала причину и намерение похищения, а сейчас я понятия не имею, что он собирается со мной делать.

Я долго сидела в одиночестве, пытаясь придумать, как выбраться из наручников. Потом в комнату вошел Пит с каким-то парнем. Он был низким, но мускулистым с темными волосами и серыми глазами. Они изучали меня вдоль и поперек.

– Эта лучше, чем предыдущая – только сказал он.

Как это – предыдущая? То есть были еще девушки?

– Да. Неплохая, правда с характером – ответил Пит с улыбкой. Другой парень подошел ближе, чтобы лучше разглядеть. Я молча сидела, ведь разговаривать с ними бесполезно.

– Мне нравиться усмирять непослушных девочек.

Его улыбка была пугающей, потому что в глазах горел огонь чего-то опасного и безумного. Пит молча удалился, оставив меня одну с этим непонятным парнем.

– Я Дерек. Это, что бы ты кричала мое имя, когда будет больно – он подошел еще ближе и сел на кровать. Я отодвинулась дальше. Он наклонился вперед и сделал то, чего я точно не ожидала. Снял с меня наручники. Почувствовав свободу, я выполнила уже давно знакомый мне трюк. Схватила светильник и ударила Дерека по голове. Не теряя времени, я вскочила и выбежала из комнаты. Я оказалась в коридоре, и в конце увидела Пита с загадочной улыбкой. Ненавижу, когда они улыбаются. Он направился ко мне, но я быстро забежала в первую же дверь.

Эта была маленькая комната, завешанная фотографиями. У меня перехватило дыхание толи от удивления толи от страха. Там были фотки женщин из их жизни, и рядом висели фотографии также ихние, только они уже были мертвы. Окровавленные тела в порезах, с синяками и ожогами. Также высели вырезки из газет и журналов, где говориться о исчезновениях женщин. И такой была вся комната. Я смогла насчитать почти 15 различных личностей – 15 жертв этих больных маньяков. Я бы насчитала еще больше, если бы в дверь не постучали.

– Сара, выходи и тогда обещаю, я буду играть мягче – это был голос Дэрэка.

Голова шла кругом, а сердце бешено колотилось в груди. Что мне делать? Если я останусь здесь, я буду следующей в их списке жертв. Черт, меня похищали несколько раз, угрожали и пытались убить, но такого страха я никогда не чувствовала. Эти два парня были маньяками, психически нездоровыми людьми, и именно это было самым страшным. Логику больных людей никогда не сможет понять здоровый человек.

Я подбежала к окнам, когда мужчина начал колотить двери. Эта дверь долго не продержится, поэтому нужно действовать быстрее. Это был 6 или 7 этаж и, если выпрыгну, то, может, я себя не убью, но точно сильно покалечу, что не смогу пошевелиться. Деревья росли достаточно далеко, что бы я не смогла за них ухватиться или хотя бы упасть на них. Черт, даже кустов не было для мягкой посадки. Я вспомнила мультик, как девочка связала простыни и шторы и спустилась с окна, но, к сожалению, шторы были слишком короткими для этого.

– Ты начинаешь меня злить – кричал Дэрэк, все сильнее ударяя двери.

Выбраться с этой комнаты, не столкнувшись с ними, у меня не получиться. Я начала искать хоть какие-то острые предметы, которые бы послужили оружием. Когда-то я убила вампира простой палкой, а теперь не могу даже противостоять двум людям. Но все, что я нашла это ручки и настольную лампу.

Резко дверь поддаётся, и в комнату врываются разъярённые Дэрэк и Пит. Ранее серые глаза Дерека потемнели до темно темно серого, что придавало ему пугающего образа.

– Почему вы постоянно бьете меня светильником? – его голос был злым, но он все ровно сдерживал свою ярость. Значит, умеет себя контролировать, это уже хорошо.

– Что вам от меня нужно? – спросила я обоих, но главным, по-видимому, был Дэрэк. Но он только загадочно улыбнулся. Именно его улыбка заставила меня сделать мой любимый трюк. Я резко схватила лампу и со всей силой бросила в него. Но пока он уворачивался, Пит подбежал и грубо схватил меня, лишая любой возможности двигаться. Это тот захват, который он мне показывал на занятии.

«Когда твое тело полностью зажато, единственное, что у тебя остается, это твоя голова. В прямом смысле» – тогда он говорил эти слова. Глупо было сначала меня тренировать, как оборонять себя, а потом похищать. Я резко подала голову назад и сильно ударила его по носу. Он ослабил хватку, и я смогла увернуться. Пока Дэрэк был занят изучением ущерба своему телу, я побежала в конец коридора. Я вбежала в кухню, и первой моей мыслью было найти нож. Я подбежала к тумбочкам и начала рыться в них, но нож я так и не нашла.

– Это ищешь? – подал голос Пит, показывая несколько ножей в руках. Я развернулась и смотрела на них, а руками щупала вилки. Они тоже подойдут. Сзади Пита стоял Дэрэк с большой царапиной на руке. Кровь сильно не текла, но я все ровно была рада, что смогла причинить ему вред. Он начал делать мелкие шаги ко мне, постепенно пересекая комнату.

– Мое терпение кончается, Сара Клэр – он резко рванул с места и набросился на меня. Я успела вытянуть вперед вилку, но парень ловко схватил мое запястье и прижал меня к стенке. Его глаза были на уровне с моими и, хотя он не отводил взгляд, он все ровно сумел выбить вилку из моей руки сильной хваткой. Его горячее тело прижималось ко мне, давя тяжестью. Его сильные руки сжимали мои локти, а его тело держало мое прижатым к стенке. Я еле могла дышать.

Дэрэк стал придвигать свое лицо еще ближе к моему. Неожиданно для меня, он медленно начал покрывать мою шею поцелуями. Но, что еще больше меня удивило, что его губы были нежны, а движение ненастойчивыми.

– Ты хорошо пахнешь – прошептал мне на ухо парень, проводя языком по моей шее.

Мое тело окинула дрожь отвращения. Теперь я все больше начала понимать, зачем я им нужна. От картинок, приходящих мне в голову, меня чуть не стошнило, и я начала предпринимать тщетные попытки отпихнуть его от себя подальше.

– Мне нравиться, когда девушки сопротивляться. Но им от этого еще хуже – он сделал паузу и потом обратился к Питу – Помоги мне отвести ее в комнату и привязать.

Паника снова оказаться в оковах захватила меня полностью, и я потеряла контроль. Крик сам вырывался из моего горла, а тело начало сильно брыкаться.

–Тебя никто не услышит. Здесь толстые стены – ответил Дэрэк с улыбкой.

Он начал зажимать ладонью мой рот, тем самым освободив мою руку. Я начала быть его, но это не оказывало никакого воздействия. В глазах парня загорелась искра и, одним движением руки он ударил мою голову об тумбочку.

…

Пробуждение было болезненным. Голова болела так, будто сейчас расколется. Я снова оказалась в наручниках.

–Черт – выругалась я громко, дергая железки.

– Проснулась… Прости за голову, но мне нужно было тебя успокоить – Дэрэк сидел на стуле, который он видимо сам и принес, так как его раньше не было.

– Не нужно было меня похищать, тогда бы и не брыкалась. Если хотел секса, можно было просто познакомиться как-то вечерком в баре – съязвила я, почувствовав прилив сил. От бывшей потери самоконтроля не осталось и следа. Нельзя впадать в панику. Она все ровно не поможет.

– Дело не в сексе, а в игре. Поэтому я тебя вчера и выпустил, потому что знал, что ты убежишь – он все еще игриво улыбался.

– Этого тоже можно добиться, элементарно поговорив и рассказав о своих желания партнеру. Почитай «50 Оттенков Серого». Только вот Кристиан никого не убивал.

Он встал и начал подходить ближе.

– Твоя болтовня начинает доставать – он подошел еще ближе и начал снимать наручники. Я посмотрела на дверь и поняла, что она заперта, так что бежать смысла нет. Он сел на кровать и стал ждать моей реакции. Я же просто лежала, и в свою очередь ждала его действий.

– Почему не пытаешься бежать? Или, может, хочешь в 3 раз ударить меня светильником?

–Шутник – я ехидно улыбнулась, но веселья совсем не было. Я была в чертовой ловушке, с психами. Я начала пялиться в окно, ожидая, что что-то все таки измениться в моей ситуации.

Через минуту я почувствовала руку, лежащую на моем бедре. Вот чего я ждала. Он стал нежно бродить по моим ногам. Вверх и вниз, будто бы изучал территорию. Он забрался на кровать и навис надо мной.

– Почему ты не сопротивляешься? – спросил Дэрэк, с ожиданием. Я посмотрела прямо в серые глаза и с вызовом в голосе ответила:

– А есть смысл? Все ровно ты сильнее меня, если я и сумею выбраться с твоей хватки, то я все ровно буду в ловушке.

Его лицо ничего не выказывало. Потом он потянулся к своему карману и вытащил оттуда нож. В моих глазах, видно, появился страх, так как он подал улыбку. Он приложил нож к моей оголенной ноге и стал нажимать на кожу. Боль стала накаляться, так как он жал все сильнее. И я не выдержала.

Раньше не хотела приносить ему удовольствия, играя по его правилам, но это уже не шутки. Я толкнула его в живот, и он скорчился от боли. Но гримаса быстро сменилась улыбкой. Он хотел, чтобы я сопротивлялась. Я стала отползать на другую часть кровати, а он с лукавой улыбкой на лице полз за мной. Я поднялась, и он сделал тоже самое. Парень резко поддался на меня, и я побежала к двери. Он быстро прижал меня к ней лицом и ткнул нож в мою ногу. Я почувствовала холодную сталь просекающую мою кожу, и почувствовала струйки крови, бегущие из небольшой ранки.

– Чувствуешь? И ты будешь это терпеть? – прошептал он мне на ухо. Его тело было настолько близко, что я буквально прижалась к двери только, чтобы оказаться подальше от него. Он стал нажимать еще сильнее, глубже погружая нож в мою кожу. Я сдерживала свой стон боли, прикусывая губы со всей силы. Я не хочу, чтобы он получал удовольствия, слыша мои стоны. Но заглушить их я так и не смогла.

Тогда он медленно вынул нож из моей ноги и оттолкнул меня к кровати. Я пыталась найти способ как избежать дальнейших событий, но не успела, так как он оказался на мне. Он стал целовать мою шею, а руки стали быстро срывать с меня одежду.

Я хотела вырваться хотела сбежать отсюда подальше, но не могла. Я была абсолютно беспомощна перед ним. Я чувствовала подходящие слезы, но не хотела давать им волю. Нет, я не могу сдаться. Не могу позволить ему победить.

Его сильные пальцы снимали мои джинсы, когда в моей голове зародилась идея. Ясно, что он не отпустит меня, если я буду отбиваться, так может, если я сделаю вид, что он сломал меня, может тогда он даст мне шанс улизнуть. Я отбросила попытки сопротивляться и легла без движений.

Он заметил мое равнодушие, но свою животную жажду не смог остановить. Когда он окинул взглядом мое обнажённое тело, он стал судорожно стягивать с себя джинсы и боксерки, не отводя глаз от меня. Тогда он опустился на меня и, схватив ладонью мой подбородок, посмотрел мне прямо в глаза.

– Не думал, что так быстро сдашься – и в этот момент он впился в мои губы.

…

Я лежала на кровати, уткнувшись в белый потолок. Мне нужен план. Как выжить в этой ситуации и остаться человеком. Он три раза за ночь имел меня как никто другой. То жестко и быстро, то медленно и нежно. Я чувствовала себя безжизненной массой, которой управляют, как хотят. Каждый его толчок внутри меня вызывал тошноту и отвращение. Но через некоторое время на меня нахлынуло равнодушие. Я не чувствовала свое тело, не чувствовала его прикосновения. Ничего. Я просто лежала и пустыми глазами пялилась в потолок, как и сейчас.

Утром он отвел меня в душ. Но и там я не смогла остаться одна. Дэрэк прижал меня к стенке душа так, что я буквально впивалась лицом в плитку, и вошел в меня под холодной водой. Только потом он оставил мое тело в покое.

Все мое тело противилось моему сознанию. Но я знала, что рано или поздно я ему надоем, и он просто убьет меня. Поэтому мне придётся поменять тактику и выиграть время. Подождать подходящего момента, что бы я смогла либо нанести удар, либо сбежать. Точного плана действий я не имела, но и смириться с судьбой я тоже не намерена. Мне нужно обмануть его любой ценой. Он должен мне поверить.

…

Я все также лежала на кровати, когда Дэрэк вошел в мою комнату. У него в руках была свечка, и спички, и у меня сразу появилось плохое предчувствие. Когда я увидела его улыбку, оно еще больше усилилось.

– Сейчас я тебя воспламеню, а то ты какая-то грустная – проговорил он, зажигая свечку.

Мое дыхание участилось, в то время как он подносил тусклый огонек к моей коже на ноге. Но я не стала отстраняться. Мне нужно было играть свою роль, мне нужно его зацепить. Но как соблазнить долбаного психа? Если мне удастся его заинтересовать, может он ослабит бдительность, и я смогу хоть что-то предпринять.

Раскалённый воск капнул на мое колено. Немного кольнуло, но боль быстро ушла и осталась только маленькая капля застывшего воска. Я посмотрела на парня и ужаснулась еще больше. Ему нравиться причинять боль. И огоньки в его глазах это подтверждали.

Тогда он поднес огонь еще ближе, и я почувствовала сильный жар от прикосновения пламени к моей коже. Он не отводил свечку от моей ноги и ждал того момента, когда я больше не смогу терпеть. Дэрэк пристально смотрел на мою реакцию, а я в свою очередь впивалась глазами в него, давая понять, что я не так хрупка, как кажусь. Я много через что прошла, и этот псих не станет моей погибелью. Нет, я еще не готова умирать.

Но боль все увеличивалась с каждой секундой. Все! Я резко двинула его ногой так, что он упустил свою свечку, а я ее поймала. Это было неожиданно для него, и я повалила его на кровать, пристраиваясь сверху. Я подвела свечку к его лицу, но остановилась. Мне хотелось его смерти, но за дверью еще был один ненормальный, так что еще рано.

Странно, но он не шевелился, а просто ждал моих действий. Я наклонилась к его лицу и медленно начала водить пламенем возле его щеки.

– Любишь боль? Тогда тебе должно быть приятно – на этом я потушила свечку об его руку.

Он поморщился от боли, но не вскрикнул. Когда он открыл глаза, я осознала, что сделала ошибку, не убив его. Я могла ослепить его, потушив свечу об глаз, пусть это его бы не убило, зато сильно затормозило бы.

Он схватил меня и перевернул, занимая позицию сверху. Он долго всматривался в мои глаза, видимо, пытаясь отыскать там страх, но его не было. Легкая неуверенность, да, может быть трепет, но не страх.

Его серые глаза проникали в меня, и именно в этот момент я решилась. Я подняла голову и впилась в его губы. Вчера они были как яд, который обжигал меня острой болью, но сейчас они были мягкими и даже приятными. Он углубил поцелуй, поглощая мои губы. Его дыхание сбилось, а руки стали бродить по талии, пока они не наткнулись на мои. Я сжала его руки и повела вниз. Дэрэк перешел с моего рта на шею, а я подала тихий стон, что заставил его руки смело проникнуть в мою плоть.

Он запустил в меня сначала один палец, потом добавил второй и уже хотел проникнуть третьим, когда я нащупала его ширинку. Это могло его отпугнуть, но он только возбудился. Парень чуть сбавил обороты, начиная снимать мою рубашку, в то время как я избавлялась от его штанов.

…

Через 10 минут мы лежали совсем обнажённые со сбивчивым дыханием, но самое странное, он крепко обнимал меня.

– Ты не сопротивлялась – сказал он, ломая тишину.

Я пыталась привести мое дыхание в порядок, но в последнее несколько минут мое тело мне не подчинялось. Я получила оргазм вместе с ним, и это было омерзительно … чудесно.

У меня так давно не было секса. Нормального классного секса, где я не пьяна и меня не насилуют. Ведь после расставания с Нэйтом и Диланом, я занималась сексом только несколько раз и то с незнакомцами, которые не особо то и понимали, как принести удовольствие кому-то кроме себя.

Я чувствовала угрызения совести за то, что по своей воле переспала с человеком, который вчера меня насиловал, а завтра может задушить.

– А ты не был бешеным животным – ответила я.

– Ты кончила?

Я не хотела отвечать и тянула, пока он исследовал мое лицо своими серимы глазами.

– Да.

Он нахмурился и резко встал. Через 30 секунд его уже не было в комнате. Он ушел в раздумьях, оставив меня с полным беспорядком в моей голове.

6 глава

Он долгое время не возвращался. День так точно. И когда он, наконец, вошел в мою дверь его настроение было не улучшено.

– В чем дело? – спросил Дэрэк, стоя у двери. Его тон был серьезен, а поза непоколебимая. Может он догадался?

– То есть? – задала я ответный вопрос.

Он резко подошел ко мне и, схватив за ворот рубашки, поднял меня на ноги. Его руки все еще сжимали воротник рубашки, когда он говорил:

– Почему вчера ты сдалась? Я не верю, что так быстро тебя сломал. Ты не производишь впечатления слабой девочки.

Я пыталась придумать, чтобы соврать, но выбрала версию похожую на правду.

– А я и не сдаюсь. Я просто пытаюсь найти в этой ситуации выгоду. Если буду сопротивляться, толку от этого не будет. Пусть все идет своим чередом, а я посмотрю, что с этим можно сделать.

Он немного расслабился, но свой пристальный взгляд не опускал. Я выпрямилась, поправляя на себе рубашку, которую он вчера оставил.

– Это, кстати, твоя, ты не против? – я указала на рубашку.

Похоже это его завело, так как в следующую секунду он повалил меня на кровать. Он одним движением содрал с меня одежду и остановился, окидывая меня взглядом.

– И что же ты теперь собираешься делать? – тихо прошептал он, прокладывая дорожки поцелуев от моей шеи до груди. Он обхватил мой сосок губами и слабо потянул его. Я застонала, когда он направился к другому. Пальцами он водил круги, нажимая на клитор. То набирая, то сбивая обороты. Но когда я уже была рядом с кульминацией, он остановился. Он повалился на спину и лег.

– Что? – спросила я, подавливая разочарование в своём голосе.

Он улыбнулся и ответил:

– Хочешь, чтобы я доставил тебе удовольствие, плати той же монетой.

Я поняла его намек и направилась к его боксеркам.

…

Целых три дня мы не отрывались друг от друга. Он уходил на пол дня, а потом приходил, и мы опять занимались безудержным сексом. Но главная проблема в том, что тогда моя голова не была забита планами побегов. Я вообще не думала. Мои мысли моментально уносились, когда он заходил в комнату. Мое тело не хотело слушать мою голову, которая все вторила и вторила: «Не чувствуй наслаждение. Тебе это не нравиться!». Но как бы ужасно это не звучало, мне все нравилось. Он был не так уж плох в постели, даже нет, он был умелым любовником. Каждый раз он делал что-то новое, учил меня чему-то новому. И с каждым разом мои ощущение все усиливались и усиливались. Но после того, как он уходил, я буквально ненавидела себя за то, что мое тело изнывало по нему.

Правда были и хорошие новости. Он никогда не спешил уходить.

Мы лежали молча на кровати, пока он не стал задавать банальных вопросов вроде, где я работаю и живу. Я не желала отвечать, но он ожидал ответа. У нас впервые завязался разговор. Нормальный разговор, как у обычных людей. И мне стало страшно.

…

Прошло уже около пяти дней, с тех пор как я здесь оказалась. И я уже начала сходить с ума то ли со скуки, то ли от того, что меня окружали одни психи. Пит заходил не часто, только что бы принесть еду, и не разговаривал со мной. Дэрэк был единственным собеседником и, хотя мне не было так уж ужасно плохо, я понимала, что пора заканчивать этот неожиданный отпуск. Они не отпустят меня. А оставаться у них в заключении всю жизнь или быть убитой я не хотела.

…

Дэрэк лежал со мной на кровати, прикрывшись лишь одним одеялом.

– Никогда не думал, что заниматься сексом по обоюдному желанию будет намного приятней чем насилие – прошептал он, вдыхая мой запах. Я улыбнулась в ответ, не зная, что и ответить кроме парочки острых фраз.

Я старалась вести себя как можно послушней, чтобы не раздражать его, и у меня это получалось. Пару раз он даже забыл закрыть дверь, за собой давая, мне возможность уйти, но я решила немного подождать. Это могла быть проверка. Мне нужно было дождаться подходящего момента, когда Пит уйдет на работу.

Так терпение за эту неделю стало моим верным товарищем. После того, как мы еще раз занялись сексом по моему желанию, он уснул от усталости. Время пришло. Я слышала, как мой бывший тренер покинул квартиру, после чего я стала буквально насиловать Дэрэка, чтобы утомить его. Он не был против, поэтому я быстро достигла цели.

Я встала на корточки и пошагала тихо, но уверено на кухню. Мне нужно было найти телефон, и я неожиданно быстро его нашла. Я уже набирала номер полиции, как услышала кашель за дверьми квартиры. Какого черта он так рано вернулся?

Я метнулась в ванную с телефоном, по ходу звоня в участок. Я забежала в комнату, и как можно беззвучно закрыла за собой дверь на замок.

Наконец я услышала голос на другом конце провода и быстро ввела в курс дела молодую девушку.

– По какому вы адресу мисс?

– Понятия не имею. Я была без сознания, когда меня сюда везли.

– Мы сейчас же попробуем найти вас по сигналу, пожалуйста, не отключайтесь.

И тут, когда проблеск надежды показался из-за угла, голос Пита все разрушил.

– Эй, я купил поесть. Заканчивай давай с ней.

Мои руки задрожали. Дэрэк проснется и поймет, что меня нет в комнате, и скоро они найдут меня. Почему я не перерезала ему горло, когда он спал?

Я мгновенно встала и начала задвигать тумбочку к двери как можно тише.

– Где она? – начал кричать Дэрэк. Они стали бегать по комнатах в поисках меня, в то время, когда девушка в телефоне отослала отряд милиции ко мне.

Я вздохнула с облегчением. Теперь осталось только ждать.

Ручка двери стала дергаться.

– Сара, я знаю ты здесь. Выйди и я обещаю, что не наврежу тебе… сильно – Дэрэк пытался скрыть злобу в своем голосе, но у него это плохо получалось. Я полностью задвинула тумбу.

– Советую тебе бежать. Милиция будет здесь с минуты на минуту – я соврала. Она будет как минимум через минут 15, а это целая вечность в моей ситуации.

– У нее телефон, Дэрэк, нужно проваливать пока не поздно – это был голос Пита. Дверь затряслась от удара.

– Иди, а я с ней разберусь – прошипел Дэрэк. И в этот момент он стал колотить дверь.

С каждым ударом дверь все шаталась и шаталась, угрожая сорваться с петель. Его вряд ли она остановит. И вот содрогаясь под шквалом сильных ударов, дверь не выдержала. Разъярённый Дэрэк ворвался в комнату. Он одним движением отодвинул тумбочку со своей дороги. Долю секунды я готова была поклясться, что он не человек. Слишком сильный и слишком злой для обычного смертного.

– Зря ты такая непослушная. Я ведь был готов оставить тебя в живых – проревел он сквозь зубы и кинулся на меня.

Я не успела увернуться, и он схватил меня за шкирки и бросил со всей силой на твердый пол в дальний угол. Я влетела в раковину, хватая стеклянную вазочку с щетками. Когда он стал подходить, я замахнулась и ударила его этой вазой. Осколки посыпались дождем, а он, как ни в чем не бывало, просто вынул осколок с плеча, будто сметает пылинку.

– Ты вообще человек? – спросила я озадаченно. Но он только улыбнулся, и в этой улыбке было что-то до ужаса пугающее.

Его глаза потемнели, и он опять накинулся на меня, повалив в душевую кабину. Дэрэк ударил меня в живот, и стекло затрещало за моей спиной. В следующую минуту я лежала на стеклянных осколках от стенки душевой. Его руки обвивались вокруг моей шее и начали душить меня, лишая воздуха. Я цеплялась за его руки, но все его мышцы были настолько сильны, что с каждой секундой я думала, что он просто оторвёт мою голову. В поисках помощи моя рука стала бродить по полу и нашла длинный осколок стекла. Я, не раздумываясь, воткнула его в шею Дэрэка, перерезая его сонную артерию.

Кровь полилась фонтаном, заливая его, меня и вообще всю комнату. Когда его руки перестали душить меня, я начала задыхаться от крови, которая градом лилась на меня. Он повалился на меня, и мне снова стало не хватать воздуха.

Я опять убила. В который раз. Неважно, что он мне сделал, но я отняла его жизнь и чувствовала себя паршиво.

…

Я уже, наверное, целых два часа торчу в участке. Меня допросили уже два раза. Первый – местный коп, а второй весьма симпатичный детектив ФБР.

Оказывается, меня вывезли за пределы Нью- Йорка, поэтому я потратила еще час, чтобы добраться в город. Но домой я так и не попала. Филип Рэндон, тот самый детектив, допрашивал меня уже битый час. Наконец мое терпение лопнуло.

– Я сказала вам все, что знаю. Теперь я могу быть свободна, или вы собираетесь посадить меня за убийство маньяка?

Он строго посмотрел на меня из-под своих темных ресниц.

– Мисс Клэр, я понимаю, что вам сейчас тяжело, но я веду дело убийств девушек уже почти целый год. И сейчас хочу окончательно его закрыть, поэтому должен быть уверен во всех ваших показаниях.

Я выпустила разочарованный вздох. Он не видел на моих глазах слез и боли, что должна была чувствовать нормальная девушка, побывавшая на моем месте, поэтому решил меня еще немного помучать.

– Я бы хотел поговорить с вашим доверенным лицом. Так как при вас нет никаких документов, было бы хорошо, если бы кто-то подтвердил вашу личность – добавил он через минуту после изучения фотографий убитых девушек.

– Да, я могла бы позвонить своему шефу, он бы все подтвердил по телефону – ответила я, торопясь. Мне не хотелось торчать здесь еще пару часов.

Мне дали телефон, и я набрала номер Мистера Конана, который знала наизусть, так как была почти его секретаршей.

– Где ты, черт подери? У тебя был выходной всего один день, а не целая неделя! – возмущенный голос Николаса доносился из трубки. Я спокойно объяснила ему все происходящее без всяких эмоций.

– Я хочу поскорее убраться отсюда, поэтому не могли бы вы уверить Мистера Рэндона, что я действительно та, за кого себя выдаю – я передала телефон агенту, и через 15 минут я уже была вне участка.

Николас Конан спешил по тротуару в моем направлении.

– Вы в порядке? – спросил он официально, хотя в его голосе слышалась тревога.

– Да, теперь все намного лучше, чем было. Спасибо, что помогли мне выбраться оттуда.

– Ничего, все лишь воспользовался связями.

Между нами повисла неловкость. Николас мялся на месте, и в первый раз я видела его с таким беспомощным видом. Все его лицо выдавало тревогу, когда он смотрел на меня. Видимо, ему было меня жаль, но он не знал, как мне помочь. Я уже хотела заверить его, что я в порядке, когда увидела знакомую личность, переходящую дорогу и идущую прямо на меня.

Это был Джим со своим отцом. Его карие глаза сразу же узнали меня, и он немного притормозил, видимо в шоке.

– Сара? – заговорил он, подходя ближе.

– Привет – я тоже не ожидала его увидеть.

Мы не виделись уже многие годы, с тех пор как они с отцом похитили меня, а позже угрожали убить Дилана. Тогда он уехал из Норфолка, и больше я его не видела. Конечно, я бы могла навести справки, куда он отправился, но мне не хотелось знать. Может, я его не простила до конца за свое похищение, но зла я на него не держала.

Его отец поприветствовал меня коротким кивком, все еще держа дистанцию.

Я посмотрела на него раздумывая над тем, чтобы убежать, но страха перед ним я не чувствовала, поэтому осталась на месте.

– Что ты здесь делаешь? – быстро спросила я, переходя сразу к интересующей меня теме.

– Из-за моего кузена. Нам сообщили, что он был замешан во многих преступлениях, и его недавно убили – ответил Джим немного в замешательстве от нашего столкновения.

– Как его звали? – я почувствовала, что что-то связывало мою ситуацию с Джимом.

– Дэрэк. А что?

Я подала смешок. Ну конечно, вот почему он был так силен. Дэрэк был оборотнем. Да еще и родственником Джима. Видимо вся его семейка привыкла доставлять мне кучу неприятностей. Его глаза сузились, не понимая моего смеха.

– Это я его убила – коротко ответила я, все еще с ироничной улыбкой на губах. Но Джима это не забавляло как меня. Он стоял и тупо смотрел на меня, не веря моим словам.

– Он держал меня взаперти почти целую неделю, насиловал, мучал, и убил бы, наверное, если бы я не сделала это первой – разъяснила я ему с легкостью в голосе.

Мой тон встревожил и Джима и Николаса. Кто бы говорил о таких ужасных вещах с улыбкой на лице? Но я могла. Вместо слез и рыданий я всегда выбирала юмор.

– Ирония судьбы, не правда ли? – намекнула я, глядя на Джима и его отца. Парень сразу же покраснел и отпрянул.

– Сара, я думаю нам следует встретиться как-нибудь и поговорить обо всем – начал он, запинаясь.

– Поговорить о чем? – спросила я, пристально в него вглядываясь.

Ему было неприятно вспоминать о нашей прошлой встрече. Он и тогда чувствовал себя виноватым и до сих пор так считает. Но мне приносило огромное удовольствие смотреть на его лицо, на котором так явно отражались боль и чувство вины.

Он не знал, что ответить, переглядываясь, то на меня, то на Николаса. Я все время улыбалась, но теперь мне это надоело.

– Хорошо, мой номер не поменялся, так что напишешь. А сейчас мне бы хотелось вернуться в свою квартиру и посмотреть, не сдох ли с голоду мой кот!

Я резко развернулась и зашагала к машине Николаса. Может, это и было нагло с моей стороны, но я без разрешения уселась на заднее сидение его мерседеса. Мне было плевать на нормы приличия, я просто хотела домой.

…

Мой кот был жив и накормлен. Хозяйка квартиры после пары пропущенных звонков пришла посмотреть, в порядке ли я. Она всегда звонила мне каждых три дня с расспросами о состоянии своей квартиры. Но на самом деле, ей просто хотелось с кем- то поболтать. Теперь я была счастлива, что она такая назойливая.

После часа разъяснений, что же со мной случилось, я все таки выпроводила ее домой, после чего позвонила маме. Она уже была готова ехать в Нью- Йорк и сообщать о моей пропаже, но я вовремя ей позвонила. Наконец, после еще одного часа рыданий в трубку я отделалась и от мамы.

Я была настолько истощена морально, что мне просто хотелось одиночества и спокойствия. Николас стоял в углу комнаты все это время. Он наблюдал за мной, но не лез ко мне с расспросами о том, как я себя чувствую, в порядке ли я. Он просто стоял и просто был рядом.

– Спасибо вам за вашу помощь – сказала я тихо. Легкая улыбка еле коснулась его губ.

– Пожалуй, теперь вам нужно побыть одной, так что я пойду. Приходите на работу, когда сможете – он хотел еще что- то добавить, но я его перебила.

– Нет, хватит с меня отпуска. Завтра я приступлю к работе.

– Сара, – сказал он более заботливо – вам нужно время. Если не пойдете к психологу, то сходите хотя бы к врачу. Вам нужно выздороветь во всех смыслах – и на этих словах он покинул меня в одиночестве.

Мне действительно нужно провериться здорова ли я. В физическом плане хотя бы, потому что внутри у меня твориться черти что.

…

Я записалась к доктору утром, после того как меня стошнило. Меня никогда раньше не тошнило без причины, по крайней мере. Это насторожило. Хоть я и хорошо спала, но бодрости не чувствовала, поэтому зарядившись двумя чашками кофе, я пошла на прием.

– Вы должны быть в полном порядке, но анализы лучше сдать – говорил старый доктор после полного осмотра. Я согласилась и сделала все, что он мне сказал.

Как только я вышла из больницы, в сумке зазвенел телефон. На дисплее высветилось имя – Джим.

– Привет. Мы можем сейчас встретиться? – его голос был немного смущённым.

И уже через полчаса я сидела в кафешке в двух кварталах от больницы. Джим направлялся к моему столику быстрым шагом, окидывая по пути всех пристальным взглядом.

– Ты что не могла выбрать место с меньшим количеством людей? – возмутился парень, садясь напротив.

– Эй, это Нью-Йорк. Здесь повсюду люди – прокомментировала я. Он немного расслабился и улыбнулся мне.

– Я хотел извиниться за похищение – продолжил Джим с меньшей улыбкой.

Я вздохнула со словами, что не нужно ворошить прошлое. Он согласился и перевел тему. Мы долгое время болтали не о чем, но потом он вскользь упомянул Натаниэля.

– Как твой принц? Вы разве не вместе?

Я заерзала на стуле от неловкости. Уже долгое время я пытаюсь забыть его и Дилана, но вычеркнуть их из своей памяти и сердца я так и не смогла.

– Мы разошлись уже давно. Я уже не при делах – тихо ответила я, не желая продолжать эту тему, но видимо парень не понял намека.

– Так ты не знаешь последние новости? – его брови поползли вверх.

– Какие новости? Я не подписана на блог «Новости сверхъестественного мира» – заинтересовалась я.

– Раз уж ты отошла от этого и начала жить нормальной жизнью, я не хочу расстраивать тебя на счет твоего бывшего – промямлил Джим неловко.

– Что случилось? – тревога стала возрастать во мне.

– У Натаниэля проблемы. После того, как вампиры узнали, что он отпустил тебя со свежей памятью, они затревожились. Раньше тоже были мелкие восстания против власти, но узнав про его слабость на счет тебя, ситуация стала накаляться. Коста Донати стал проявлять еще большую агрессию против монархии, и теперь он возглавляет оппозицию. Пока дела ограничиваться только несколькими взбучками, но скоро начнется настоящее восстание.

– Но что плохого сделал Нэйт? И кто такой этот Коста Донати?

– Коста – древний вампир, который занимается бизнесом по всему земному шару. Каждый день он прокручивает миллионы долларов, но так и не может дорваться до власти, так как у него нет родословной. Он простой обращенный вампир, который своими силами заработал свой капитал и авторитет. Теперь он хочет свергнуть власть монархов и устроить демократию. В общем, это революция в вампирском мире. Мало чем отличается от человеческой истории, не так ли? – когда Джим говорил о Косте, в его голосе чувствовались нотки симпатии. Но я не могла объективно рассуждать о Косте, зная, что он угрожает Нэйту.

Увидев выражение моего лица, Джим прервался.

– Джим, что ему грозит? – прошептала я, боясь ответа. Хоть прошло уже пару лет, но мое сердце все еще будет останавливаться, если я буду знать, что Нэйту и Дилану угрожает опасность.

– Кроме того, что он может лишиться власти, есть все шансы, что ему также угрожает смерть – на этих словах я застыла.

Паника – вот как можно описать мое состояние. Натаниелю что-то угрожает, а я понятия не имею, как ему помочь.

– Коста безжалостен к своим врагам – продолжает с издевательством Джим.

Я рукой дала понять парню, что бы он замолчал. Есть реальная угроза вампиру, который управляет целым народом. И что я могу сделать, чтобы помочь ему? Ничего.

Я перевожу дыхание, осознавая, что задержала его. Я не смогу помочь, но самое страшное это то, что я понятия не имела обо всем этом. Натаниеля и Дилана могли убить, а я даже не узнала бы об этом. В первый раз чувствую себя глупой за то, что вот так взяла и оборвала нашу с ними связь.

Мою внутреннюю панику прерывает звонок от доктора.

– Мисс Клэр, я поздравляю вас. Вы беременны!

7 глава

Если бы я сидела за соседним столиком и увидела себя со стороны, я бы посмеялась. Меня шатнуло, будто от удара молнии, что я чуть со стула не упала. Я буквально чувствовала, как моя нижняя челюсть опустилась от шока.

– Простите? – спросила я для уверенности, что мне ничего не послышалось.

– Анализы показали, что вы беременны – ответил доктор, совершенно не смутившись.

– Спасибо, что преждевременно мне сообщили – ответила я и бросила трубку. Я с силой сжала свой телефон и бросила его на стол.

– Сара, ты в порядке? – спросил встревоженный Джим, наклоняясь ближе ко мне.

Я часто заморгала и даже уже хотела ущипнуть себя, чтобы удостовериться, что все это не сон, но, к сожалению, все происходящее – это реальность.

– Я беременна – прошептала я, осознавая, что я только что сказала.

– Что? – пораженно вскрикнул парень.

– Я беременна от твоего кузена Дэрэка – повторила я, пребывая уже в меньшем шоке.

Это можно было предвидеть, мы ведь не предохранялись.

Наступила тишина. Я сидела на стуле, уткнувшись в одну точку пытаясь, что-то сообразить, но ни одна здравая мысль не лезла в мою голову. Внезапно я пошатнулась от своей же мысли.

Аборт! Я немедленно сделаю аборт. Во мне не будет расти плод моих унижений и страданий. Я держала все в себе, не давая волю эмоциям. Но сейчас чувства нахлынули на меня и накрыли с головой.

Надо мной издевались, меня насиловали и пытались убить. И все произошедшее со мной за эту неделю нельзя просто взять и стереть из памяти. Воспоминания останутся со мной навечно с едким вкусом стыда и порочности.

Если я оставлю этого ребенка, каждый день он будет напоминать мне о тех днях, которые я с уверенностью могу назвать худшими. Конечно, меня похищали и пытались убить уже много раз, но никогда раньше я не чувствовала такого отвращения. Отвращения не к Дэрэку – виновнику всех моих бед этих дней. Нет, отвращения к самой себе за то, что я позволяла ему это делать и даже испытывала удовольствие.

Я резко встала.

– Мне нужно идти – бросила я Джиму и направилась прямо к больнице.

– Сара, подожди – поспешил перегородить мне дорогу парень.

– Отойди и не мешай – процедила я, смотря ему в глаза. Я видела страх в его глазах. Он чувствовал, что я виню его, а точнее его бешеную семейку, из-за которой у меня было и есть столько бед.

Мне хотелось порвать его на мелкие кусочки от того, что когда-то я была в него влюблена, а теперь он стал мне ненавистен. Может, моя злость к нему была неоправданна, но мне плевать. Сейчас мне нужно решать проблему. Я должна убить этого ребенка!

Как только я села в машину, слезы потекли градом. Я больше не могла себя сдерживать и начала рыдать в одиночестве. Я уже хотела нажать на газ, когда мрачное осознание моих планов пришло ко мне.

Я хотела убить кого-то. Убить свое же дитя. Кем же я буду, если снова лишу кого-то жизни. Разве мало крови на моих руках? По моей вине уже погибло достаточно, от моей руки или из-за меня. Нет, я не стану убивать маленькую жизнь, которая ничем не виновна в том, что ее отец был подонком.

Но что тогда мне делать, если я не собираюсь избавляться от зародыша? Оставить его и жить с грузом всю оставшуюся жизнь? Смотреть на дитя и видеть отражение Дэрэка? Нет, этого я тоже не хочу. Не то, чтобы не хочу, я не смогу. Я не смогу разрушить свою жизнь, ради которой я так много работала и жертвовала. Я не смогу растить ребенка и защищать его в одиночку. Я еще не готова к такой ответственности.

Мои всхлипы продолжались с новой силой. Где же выход? Выносить ребенка, а потом отдать в детский дом? Жить с малышом все девять месяцев? Но тогда разве я смогу отпустить его, если проведу с ним столько времени? Я полюблю его и не отдам его, пусть и буду мучатся потом, когда он станет задавать вопрос о его отце. Как же быть? Как поступить, что бы и малыш был в безопасности, и я могла продолжать жить прежней жизнью?

Я стала метаться в своей голове в поисках ответа. И тогда совершенно неожиданно странная догадка забрела в мой мозг. Дэрэк – оборотень. Представитель сверхъестественного мира. Значит и малыш будет с геном оборотня. Дитя будет родственником Джима. Я смогу отдать ребенка ему. Малыш будет расти в семье, семье оборотней таких же, как и сам ребенок.

Но вопрос остается открытым, как же ускорить беременность так, чтобы я не носила ребенка целых 9 месяцев? И ответ последовал незамедлительно. Магия! В списке моих подруг есть ведьма, которая сможет помочь мне с моей проблемой. Если, конечно, это в ее силах.

Я рванулась за телефоном и начала набирать номер Анастасии, с каждой минутой осознавая бредовость моей идеи.

…

– Ты сошла с ума! – кричала Анастасия, входя в мою квартиру. Она подозрительно быстро приехала в Нью-Йорк из Нового Орлеана, где она находилась в гостях у своей родственницы, пока я не вытащила ее своим телефонным звонком.

Прежде чем ответить ей, я кинулась ей в объятья. Мы не виделись пару лет, и как обычно, беда снова свела нас. Моя беда. Осознавая, что она постоянно помогала мне с моими проблемами, я почувствовала вину за то, что я не в силах помочь ей чем-то. Я ведь просто человек.

– Я рада тебя видеть – произнесла я ей на ухо. Девушка обняла меня в ответ. Ее черные волосы были коротко подстрижены под каре, что заставило меня удивиться.

– Так, давай приветствия оставим на потом. Теперь объясни мне все подробно – ее темные глаза метали молнии вокруг, что сразу же заставило меня выложить ей всю свою историю.

С каждым моим словом лицо девушки менялось, и она медленно оседала на диван. Под конец она выдала только жалкое «О Господи!».

– Он мне не поможет, только ты – ответила я ей – сможешь ли ты сделать какое-то заклинание, чтобы ускорить мою беременность?

Ее глаза снова поменяли цвет, на этот раз они были серимы и огромными.

– Я не знаю. Никогда не слышала о таком заклинании – тихо сказала девушка, сверля взглядом пол. Я поднялась и подошла к ней, сев на корточки и схватив ее запястья.

– Анастасия, мне нужна твоя помощь. Пойми, я не вижу другого выхода. Я не хочу менять свою жизнь, я еще не готова к таким переменам. Этот ребенок будет гибелью для меня. Если я выношу его целых 9 месяцев, я полюблю его и не смогу отпустить, тем самым я погублю себя – девушка недоуменно смотрела на меня. Она не понимала к чему я веду.

– Каждый раз, когда я буду смотреть на ребенка, я буду вспоминать те дни. Вспоминать то, что делал его отец, какие мерзости он причинял людям. А потом я буду вспоминать то, как я убивала его. Убивала отца этого ребенка. Я не хочу, чтобы это дитя знало о поступках своих родителей. А оставшись с ним, я не смогу скрывать эту тайну. Пусть он будет расти в счастливом неведенье, потому что я не могу дать ему того, в чем он нуждается. Я не смогу любить его, не уничтожив себя при этом. Если ты мне поможешь, счастливы будем и я и малыш.

В конце моей речи я хватала воздух ртом. Во мне бушевали эмоции. Как же я эгоистична. Я не могу пожертвовать свои собственным счастьем ради своего ребенка, и эта неспособность убивает меня изнутри.

То, что разбудил во мне Дэрэк было неправильным. Мне нравилось то, как он вел себя со мной. Я получала удовольствие от прикосновения его рук, которые в другое время сжимали чьи-то шеи, лишая людей жизни. Он был подонком, но я чувствую себя еще более извращенной, чем он. Мне тошно от самой себя, и, если я оставлю малыша, эта ненависть останется со мной навечно. И рано или поздно она меня сожрет.

Поэтому единственный выход – это зажить обычной жизни и попытаться забыть то, что со мной случилось. Но ребенка Дэрэка не должно быть в моей жизни, как и я в его.

– Я попробую что-то разузнать – на этих словах девушка вытащила свой телефон и вышла.

…

Эти несколько минут ожиданий превратились в столетия мук для меня. Если Анастасия не поможет мне, то я не знаю, кто сможет. Внезапно дверь моей спальни распахнулась, и оттуда вышла Анастасия.

– Существует заклинание ускорения, так что это возможно. Но есть одно «но», – девушка помедлила с явным видом борьбы на своем лице – нет никаких гарантий, что ты и ребенок выживете.

Эти слова ударили меня словно пощечина. Я или ребенок можем не выжить. Если умрет малыш, я себе этого не прощу. Не прощу своего эгоизма, который убьет еще не нарождённое дитя.

– Шансы невелики. Чаще всего умирали мамы, так как их организм не мог выдержать столько нагрузки за такой короткий срок. Сара, за три дня ты почувствуешь столько невыносимой боли от того, что твой организм будет рваться от растущего плода внутри тебя. Ребенок сможет выжить, но ты…у тебя шансов намного меньше – закончила брюнетка с явным унынием.

Я глубоко вздохнула. Никогда не думала, что моя смерть так быстро придет за мной. Но моя решительность была непоколебима. Если я стану вынашивать ребенка весь срок, то для меня это равносильно самоубийству. Так что лучше я убью себя быстро, чем буду умирать на протяжении своей жизни.

– Если малыш выживет, то я согласна. Давай сделаем это.

Анастасия уже хотела начинать спорить, но почувствовав мою убийственную решительность, промолчала.

– Если есть хоть малейший шанс, что все получиться, и мы оба будем живи, то я готова – закрыла я разговор.

Девушка кивнула мне и набрала номер своей бабушки, чтобы узнать все подробности заклинания.

…

После того как Анастасия обложила меня какими-то травами и камнями, она стала разговаривать на неизвестном мне языке, скорее всего на латыни. Девушка стала ходить вокруг меня, а потом остановилась и положила свою руку мне на живот. Когда она прикоснулась ко мне я почувствовала сильный толчок внутри, а потом резкую боль. Так как я лежала на полу, я стала качаться в разные стороны, чтобы избежать этой невыносимой боли, которая огнем обжигала мои внутренности.

Анастасия отдернула руку и посмотрела на меня:

– Все! Заклинание начинает свое действие – прошептала она с испугом на своем лице.

После ее слов я снова почувствовала боль, но она была скорее ноющей, чем резкой. Я встала, не смотря на боль в моем животе. Будто что-то внутри разрывало меня медленно, но верно, и через несколько дней я просто разорвусь на части.

– Сара готовься к худшим дням в своей жизни – проговорила мне девушка с неким осуждением и направилась на кухню.

…

Она не ошиблась. Это действительно было ужасно. Целых три дня ребенок внутри меня рос с небывалой скоростью, а мой живот увеличивался. Я чувствовала, что меня что-то рвет на части буквально каждую секунду. Каждый вздох приносил томную боль. Я не могла есть, не могла спать. Поэтому на третий день моя голова гудела, тело ослабело, а живот вырос так будто я на 9 месяце беременности.

– Скоро все закончиться – уверяла меня Анастасия. Все время она была рядом со мной, не отходя от меня ни на минуту. Я смотрела в ее карие глаза и понимала, что это девушка делает для меня. В такие моменты я бросалась ей на шею и благодарила за ее помощь.

Но потом чувства заглушала боль. Снова и снова я не могла думать ни о чем, кроме ноющем чувстве в моем животе. Я глядела в отражения в зеркале, и сомнения колебали мою уверенность. Кожа бледная с каким-то смертным оттенком, глаза опухшие и лихорадочные, щеки впали, заостряя скули на моем лице.

Я была одной ногой в могиле, я это чувствовала. Я могу умереть всего через несколько часов. Я не только выглядела как ходячий мертвец, но и чувствовала себя также. Все потеряло интерес и единственное, что меня беспокоило, это ощущения в моем теле. Только боль не давала мне забыть, что я все еще жива.

И потом, снова отгоняя страшные мысли из своей головы, я вставала на ноги и впихивала в себя куски пищи без аппетита и эмоций.

И наконец, мои страдания подошли к концу и начались новые. Схватки.

– Анастасия! – закричала я, когда в моей спальне у меня отошли воды. Девушка вывела меня в гостиную и уложила на стол.

Внезапно дверь раскрывается и вбегает Габриэлла.

– Привет, Сара – девушка моментально начинает помогать подруге, пока я с открытым ртом наблюдала за ней. Что она здесь делает?

– Ты что думала, я позволю тебе рожать без компании? – ухмыльнулась девушка, раздвигая мои ноги.

– Спасибо – прошептала я, чувствуя ее поддержку.

Последние три дня были просто раем по сравнению с 5 часовыми родами. Анастасия пыталась уменьшить боль с помощью заклинаний, но особой разницы я не чувствовала, так как боль была жуткая. Внутри будто все загорелось адским огнем и начало плавиться.

Я пыталась выдавить из себя этого ребенка, но он упрямо не хотел вылезать.

Я хотела упасть в обморок, хотела потерять сознание, но не могла, поэтому я прочувствовала всю боль до последней капли. И когда, наконец, ребенок был рожден на свет, и первые его крики разразились по квартире, я смогла с облегчением заснуть.

После тех страданий, которые я пережила за свою странную беременность, я удивляюсь, как я вообще проснулась и осталась в живых.

…

– Джим, ты должен взять этого ребенка – повторила я уже во второй раз. Он все еще не мог поверить в то, что я сижу перед ним с его мелким родственником на руках.

– Он твоя семья. Нужно, чтобы кто-то рассказал ему о гене оборотня и о своей семье – продолжила я убеждать его.

– Но он же твое дитя! – возмутился Джим, не отрывая взгляд от ребенка.

– Я знаю, поэтому и хочу, чтобы он был в кругу своей семьи и в безопасности. Но я не могу быть с ним. Не после того, что случилось с Дэрэком. Ты понятия не имеешь, что делал твой кузен, и что делала я. Я смогу оправиться через некоторое время, отгораживаясь от воспоминаний, но с ребенком я не смогу убежать от своего прошлого, так как он будет живим напоминанием.

– Ты оставишь своего ребенка без матери только из -за того, что ты ненавидишь его отца? – парень старался скрыть свое осуждение в голосе, но я все ровно услышала его.

– Ты понятия не имеешь, через что я прошла. Это моя жизнь, и я не позволю призраку Дэрэка сломить меня. Но это касается не только Дэрэка, но и меня. Я была в такой безысходности, что приняла отчаянные меры, и за это я себя презираю. И я не хочу, чтобы этот ребенок также ненавидел своих родителей, как и я. Лучше ему не знать о нас. Так он не будет нести груз своей семьи. Он не будет знать, что его отец был насильником и убийцей, а мать жалкой эгоисткой, которая делала плохие вещи, чтобы выжить. Я хочу, чтобы у моего сына был хороший предмет для подражания. И я для этого не гожусь – я встала и подошла к Джиму и протянула ему маленький свёрточек ткани, в котором был укутан младенец.

– Джим, если ты хочешь искупить свою вину передо мной, возьми ребенка и вырасти его в своей семье, потому что он и твоя семья тоже.

Парень смотрел на меня округлёнными глазами, а потом перевел взгляд на ребенка. Его выражение лица стало более мягким, и он взял дитя на руки. На его устах расплылась блаженная улыбка.

– Я позабочусь о твоем сыне, а ты сможешь приезжать иногда к нам – проговорил парень нежным голосом.

– Нет, Джим. Я не стану приезжать. Если я отпускаю его, то я отпускаю. Я ничего не должна знать о нем, а он ничего не должен знать обо мне. Мы совершенно чужие люди, так как я не могу испытывать к нему материнской любви из-за того, что мне пришлось пережить столько боли, которая непосредственно связана с ним.

Парень смотрит на меня уже с меньшим презрением, но мне плевать. Сейчас в моей голове такая каша, в моем теле столько усталости, а в душе столько страданий, что абсолютно ничего не может ранить меня больше.

Я отступила от ребенка, чтобы больше не смотреть на это маленькое сморщенное личико, чтобы не чувствовать его теплое дыхание. У меня не хватало сил отпускать его без слез. Эти слезы символизировали мои страдания, что я пережила с Дэрэком, они означали мою боль, что я пережила при беременности, и они значили то, что несмотря на все мои старания отгородиться от этого ребенка, к которому я испытывала некую долю отвращения, я не могла остаться к нему равнодушной. В нем текла моя кровь, он вырос во мне, и я его мать, а он мой сын, так что эти слезы обозначали мою маленькую любовь, которую я убиваю.

– Удачи вам обоим – тихо произнесла я и побежала в спальню, чтобы там разразиться рыданиями, которые я так долго сдерживала.

8 глава

Я, Анастасия и Габриэлла сидели на диване, попивая чай. Я еще не полностью отошла от утра, когда я отдала своего сына моей первой любви.

Девушки пытались развлечь меня всеми возможными способами, но моя голова до сих пор гудела, а глаза оставались такими же распухшими и красными. Раздался стук в дверь и Габриэлла, подскочив, побежала открывать двери. На пороге стоял высокий черноволосый мужчина с тремя букетами цветов. Я узнала его, так как видела его несколько лет назад.

– Майкл, проходи – как только мужчина переступил порог, девушка кинулась ему на шею. Он быстро положил букеты на стол и раскрыл свои объятья навстречу девушке.

– Я скучал – проговорил тихо Майкл, целуя макушку Габриэллы. Сцена была бы смешной, учитывая их разницу в росте, но их сияющие лица принесли только умиление.

– Здравствуйте девушки! – произнес торжественно он, раздавая нам букеты.

Последний достался мне. Он состоял из 10 темно бардовых роз и одной черной посередине. Там лежало 2 записки. Майкл хитро улыбнулся мне, когда я увидела бумажки в цветах. Я раскрыла одну записку с золотым гербом и почувствовала, как струйки слез полились из моих век.

Как давно я не видела его почерка.

Дорогая, Сара.

Мне очень жаль, что мы так скоро расстались. Я надеюсь, ты нашла, что искала и не жалеешь о принятом решении.

Несмотря на то, что мы не виделись уже долгое время, я все еще не забыл тебя. Я понимаю, что напоминать о себе очень подло с моей стороны, но я не мог не написать тебе, когда предвиделась такая возможность.

Наверняка, ты слышала о нависшей надо мной проблеме. Хочу предупредить тебя, что бы ты не изводила себя заботами. Я в полном порядке. Ничего страшного со мной случиться не может, поэтому не переживай понапрасну. Я решу любые проблемы и, когда понадобиться помощь, у меня всегда есть Дилан. Ты же его знаешь, его самоотверженность иногда поражает.

Единственное, что меня беспокоит так это то, что я не могу обезопасить тебя. Ты ушла со своей памятью, поэтому сейчас ты можешь быть легкой мишенью для всех обитателей сверхъестественного мира. Я бы хотел тебе помочь с этой ситуацией, но я же прекрасно знаю, что ты никогда не согласишься на мою помощь. Ты слишком упряма в своих желаниях. Но прошу, будь осторожна!

Не стану тебя обременять своими мыслями и буду заканчивать. Сара, за всю свою долгую жизнь я ни разу не встречал девушки сильнее тебя духом. Ты настоящий боец, поэтому сейчас, когда на меня обрушилось столько невзгод, я вспоминаю тебя, твою непоколебимость и твою вечную надежду на победу. Именно благодаря тебе я все еще не опускаю руки и продолжаю бороться со всеми трудностями на моем пути. Спасибо тебе за то, что ты не только принесла в мою жизнь любовь, но также ты подарила мне надежду. И сейчас эта надежда помогает мне верить в то, что мы все-таки когда -то встретимся.

Навечно твой,

Натаниэль

Я погладила листок бумаги и почувствовала тепло исходящее от него. Он прикасался к нему и все слова, написанные в письме, удвоились в своей эмоциональности.

Я почувствовала слезы на своих щеках и даже немного чувства вины за то, что так быстро оборвала нашу с ним связь. Но горечь постепенно ушла от меня, когда пришло осознание. Я не могла окончить свою человеческую жизнь в 18 лет, так и не прожив ее. Я бы не простила себя за упущенные возможности именно моей жизни. Я бы не окончила университет, не нашла работу, не познакомилась бы с мистером Конаном и всеми остальными. Я бы просто погрузла в рутине вампирского мира и во всем бы зависела от короля вампиров -Натаниэля.

Пусть он и дорог мне, но свобода важнее. Эта моя жизнь, мои взлеты и падения, и все здесь зависит от меня, а не от моих возлюбленных. И я не жалею, пусть и пережила много бед, но все же я сейчас жива, а значит я выиграла. Я снова победила бой со смерть, и мне это чертовски нравиться.

– Ты не рассказал им о случившемся? – спросила я Майкла, явно намекая на мою беременность.

– Нет, просто сказал, что еду за Габриэллой и мог бы передать тебе что-то. Не думаю, что тебе сейчас нужна их жалость к тебе.

– Ты прав. Спасибо – улыбнулась я ему.

Я потянулась к другой записке на этот раз с печатью в виде щита. Знак стражей. Я узнала его, так как видела пару раз его на булавке Дилана. Я не ошиблась. Это действительно был он. Еще один дорогой мне человек.

Привет,

Я не очень хорош в письмах, но уверен при встрече я бы смог сказать тебе больше, чем эта писанина на дурацкой бумажке.

Надеюсь, ты можешь разобрать мой отличный почерк, а то было бы весьма печально, если бы все мои старания были напрасны.

Во-первых, Сара, я жутко соскучился. Без тебя в особняке стало как-то пустынно. Нэйт постоянно работает, либо топит свои горечи в бутылке хорошего виски, либо в объятьях Селены. Но мне -то тоже не просто. Мало того, что я потерял тебя, так я потерял и друга. Своего единственного и лучшего друга, который есть в моей никчемной жизни. Мне даже поговорить не с кем. Так что бы по душам, понимаешь? Поэтому я и пишу тебе. Что бы хоть как-то выместить свои переживания в надежде, что мне станет лучше.

Но с каждым днем все хуже и хуже. Ситуация накаляется, люди встревожены и в замешательстве. Они не знают кому верить, монархии, которая всегда использовала народ в своих личных целях или выскочке, который хочет произвести глобальный переворот. Я каждый день нахожусь среди народа и чувствую их страх. Страх перед неизвестностью. Они не знают, что будет дальше. Простое восстание или настоящая война? И кто тогда выиграет? Думаю, никто. В каждой битве есть жертвы, и мы с Нэйтом, как никто другие, это понимаем, но к сожалению, ничего поделать нельзя. Либо сдаться и умереть, либо бороться и убивать. Третьего не дано.

Понятия не имею, что произойдет дальше. Может, мы подавим восстание и вернемся к прежней жизни, а может мы умрем в битве за власть, но могу сказать тебе точно, я буду защищать Нэйта до последнего своего вздоха.

И также хочу тебе сказать то, что не говорил, когда была такая возможность, но говорю сейчас, так как боюсь, другого шанса, может и не настать. Я не могу забыть тебя, Сара. Пытаюсь отпустить тебя, но все тщетно. Каждый раз, когда меня подстерегает опасность, я думаю о тебе, каждый раз, когда я ложусь спать, я думаю о тебе. И так продолжается уже много лет с тех пор, как мы встретились. И боюсь, даже тогда, когда мое сердце перестанет биться (хотя фактически оно уже давно перестало бить удары), оно все ровно будет любить тебя.

Безнадежно твой,

Дилан Кэйдж

– Ох уж эти вампиры старомодны, как всегда. Даже письма от руки пишут – пробормотала рядом со мной Габриэлла, но потом умолкла, увидев подпись Дилана в конце письма.

Я отложила письмо и закрыла глаза, сдерживая рыдания, которые назревали внутри меня. Я скучаю за ним. Скучаю за ними обоими. Несмотря на то, что я считаю, свое решение верным, я все ровно хочу увидеть их.

Прочитав письмо Нэйта, я успокоилась за их положение, но теперь, перечитывая записку Дилана, я понимаю, что Нэйт скрывает правду, и все далеко не так хорошо, как он пишет. Всегда он скрывает что-то, играет со мной в эти игры. А Дилан как обычно обескураживающе честен и благороден. Насколько они разные, но оба играют большую роль в моей жизни. И я бы также хотела сыграть свою роль в их жизни, помочь им с проблемой восстания. Но что я могу сделать?

Майкл с Габриэллой, видимо, заметили мое замешательство и решили как-то меня развлечь.

– Не изводи себя милая. Они разберутся, как всегда. Поверь мне, если они вместе, они непобедимы – стал успокаивать меня Майкл.

– Почему ты так думаешь? – спросила я, подавляя комок в моем горле.

Мужчина лукаво улыбнулся.

– Позволь я поведаю тебе одну историю. Она о двух сильных мужчинах, которые спасли друг друга.

…

Густой туман покрывал весь Вашингтон. Люди спешили куда-то, встревоженные последними событиями. Назревала настоящая война между Севером и Югом, и абсолютно каждый житель Америки был обеспокоен тем, как разборки в стране могут повлиять на них самих. Люди спорили, каждый отстаивая свою точку зрения, одни поддерживали нововведённые статьи о правах чернокожих, а другие боялись за свои личные интересы.

– Как это они будут нам равны! Они же негры! – такие оклики слышались очень часто по всей стране, поэтому такие слова уже никого не удивляли и не задевали.

Кроме одного человека на улице, который шел неспешным шагом к себе в квартиру, чтобы выслать деньги своей семье, которая осталась на далеком Юге. Там, где он не смог найти себе места, где его презирали из-за его нечистого происхождения, а точнее из-за его матери, которая была чернокожей.

Она была обычной рабыней с прекрасными кудрями и большими карими глазами, может, именно из-за этого ее и полюбил богатый владелец хлопковых плантаций. Так и появился на свет мальчик с маленькими черными кудрями, шоколадными глазами и смуглой кожей.

Он рос на плантации своего отца, часто помогая своей матери с работой на поле. Несмотря на любовь владельца плантации его мать так и не смогла стать свободной из-за общественного мнения, что негры не заслуживают каких-либо прав. А так как отец мальчика не обладал особым мнением, то он подстраивался под окружающих и так и оставил мать своего ребенка рабыней. Зато мальчику он помог. Благодаря связям и деньгам парень стал полноправным гражданином США со всеми привилегиями богатого отца. Но статус и свобода не оградили его от насмешек и презрения остальных людей. Черты африканской матери ярко выражались на красивом лице парня, когда от отца он обрел всего лишь более светлый оттенок кожи.

После смерти отца, ситуация усугубилась. Имущество не могло перейти к парню так, как он не достиг полнолетия. Парень, не имея связей и уважения в обществе, потерял наследство. Дальние родственники старика отобрали плантацию по закону, принадлежащую единственному сыну.

Так и началась его трудная жизнь, которая состояла из презрения, тяжкого труда и разбитых желаний. После нескольких лет работы на хлопковых полях, помогая своей матери. После нескольких лет изгнаний из свободного общества, парень, наконец, достигши своего полнолетия, решил закончить свои мучения.

В его душе все долгие годы после смерти своего отца жили амбиции. У него была свобода, и у него были свои права, так почему же он ломает свою жизнь здесь. На Юге, где имея темный оттенок кожи, ты превращаешься из человека в товар. Поэтому, как только до него дошел слух, что на Севере страны положение чернокожих меняется, он сразу же отправился туда, захватив только маленькую торбу своих вещей и документов о своей личности. Документы, которые подтверждают, что Эрнест Дилан Кейдорн является свободным человеком.

…

Дверь в особняке громко хлопнула, и парень направился на улицу.

– Мы еще не договорили – уловил вампирский слух последние слова отца.

Но молодой человек проигнорировал эти слова и быстрым шагом направился к кучеру. Сегодня он не будет ночевать в своем доме. Парню надоели постоянные упреки своего отца о его безалаберности и безответственности. Но нежный женский голос заставил его остановиться.

– Натаниэль, не злись на него. Он просто хочет помочь тебе – парень обернулся и увидел свою мать, стоявшую на пороге особняка, укутавшись в плед.

– Я больше не могу это слышать. Мне не нужен престол, я просто хочу нормально жить, не думая о этой власти, короне и правлении.

– Но ты не простой смертный, Нэйт. Ты будущий король, и тебе пора принять это – голос матери резал его как нож.

Он понимал, что все, что она говорит, правда. Ему никогда не видать крепкой дружбы, так как каждый из его знакомых общается с ним только ради связей, он никогда не получит подлинной любви, так как все любят только его статус и деньги. Натаниэлю Стэмфлару суждено владеть всем миром, но не суждено быть счастливым. И ему пора это принять.

Он резко развернулся и направился пешком в город. Сегодня он не хочет думать о своей судьбе. Нэйт хочет отдохнуть от своих мыслей и почувствовать себя обычным, а уже завтра он придет к своему отцу и согласиться на его предложение. Натаниэль будет ставить свою кандидатуру на пост короля всей нации вампиров.

Парень быстро шагал по каменной дороге, жадно вдыхая мокрый воздух Вашингтона. До него донеслись возмущённые восклицания горожан. Он тихо улыбнулся. Перемены происходят везде и в человеческом мире, и в вампирском. Люди выбирают президента, а вампиры – короля. Как же все-таки похожи эти две расы.

Громкие голоса затихли, а потом снова вернулись с новой силой.

– Эй, ты чернокожий!

– Он не черный Стив.

– Да какая разница, все они одинаковые.

Из переулка вышел молодой человек среднего роста с кучерявыми волосами, которые выбивались из-под, туго надетой, шапки-котелка. За ним последовали еще два рослых мужчин.

Они нагоняли идущего впереди парня и толкали его в спину. Тот же, не поддаваясь провокациям, шел дальше, и только по напряжённой спине было видно, что парень начинает злиться. Когда один из мужчин сбивает с головы котелок, молодой человек останавливается.

На него посыпались удары кулаков другого мужчины, но парень умело увернулся от них. Его движения были быстрые и ловкие, будто драка для него привычное дело. Наконец, осознав, что один мужчина с ним не справиться, на парня набросился второй. Но тот снова отбил атаку двоих мужчин. Он ударил локтем сначала первого мужчину, а потом, развернувшись, обрушил сильный удар коленом в другого.

Драка могла бы закончиться победой парня, если бы из переулка не вышел третий мужчина. Он был выше первых и намного больше их. Он замахнулся своим огромным кулаком на парня, и тот не смог увернуться. За ним последовал еще один удар в ребра, и парень стал шататься на своих ногах. Мужчины оклемались и, повалив парня, стали колотить его ногами в живот.

Все это время Натаниэль спокойно стоял и наблюдал за человеческой жестокостью. Сколько раз ему приходилось сталкиваться с людьми, столько же раз он сталкивался с их пороками. Когда он был молод, то долго не мог смириться с кровожадностью вампиров, но встретив людей, которые совсем не нуждались в кровопролитии, но тем не менее всегда проливавших ее, он понял, что в некотором смысле люди еще хуже вампиров. Вампиры жизненно нуждаться в крови, а люди нет. Людям совсем не нужно убивать для того, чтобы выжить, но с самого начала человечества, они то и делают, что воюют друг с другом, убивая при этом и чужих, и своих.

Годы шли, а Нэйт все больше убеждался в мелочности людей. Конечно, он встречал также умных, образованных и главное добрых людей, но на 2 хороших всегда выпадало 4 плохих. Повзрослев, Нэйт совсем бросил любые попытки зажить человеческой жизнью, теперь ему хотелось всего лишь нормальной, обычной вампирской жизни. Но вера в человечество до сих пор не угасала в нем и каждый раз, когда случалась новая беда, он не мог стоять в стороне. Он всегда лез в гущу событий.

Стоны уже стали слетать с уст парня, которого нещадно били трое крупных мужчин. Но криков парень так и не издал. Он свернулся калачиком и гордо терпел шквал ударов, которые набросились на него.

– Прекратите! – Нэйт подошел ближе к людям и впился в них взглядом из- под-лобья.

– Отстань, иначе тебе тоже достанется – прорычал один из мужчин.

На это Нэйт всего лишь пожал плечами. Через секунду один из мужчин летел в ближайшую стену здания, а второй уже лежал прибитым к земле. Третий испугано обернулся и уже начал замахиваться на Нэйта, когда тот, протянув свои тонкие пальцы, ухватил мужчину вдвое больше его за шею и поднял в воздух. На лице Натаниэля не отразилось никакого напряжения, будто он поднял пушинку. Потом его пальцы еще сильнее сомкнулись на шее мужчины, и послышался хруст. Мужчина обмяк в руках Нэйта. Вампир отбросил его, словно мусор, и наклонился к парню на земле.

Тот тяжело дышал и не мог пошевелиться, но его глаза пристально наблюдали за всем. Когда Нэйт заглянул в карие глаза парня, то увидел там боль, удивление, но не страх. Брови сошлись на переносице, губы сомкнулись, но ни единая частичка тела парня не выдавала испуга.

Нэйт протянул руку и с улыбкой произнес:

– Натаниэль Стэмфлар, приятно познакомиться.

…

– Давай, выпей еще. Я же не зря заказывал тебе эту рюмку скотча – Натаниэль придвинул еще одну рюмку с крепким напитком своему соседу, который сгорбившись от боли в желудке сидел на стуле, разглядывая своего спутника.

Парень все не мог понять, почему этот странный молодой человек спасает его, а теперь составляет ему компанию как старый знакомый. Эрнест воспитал в себе подозрительность, и теперь она возрастала с каждым словом этого мужчины.

Натаниэль сразу же отвел парня в бар, даже не пытаясь оказать ему медицинскую помощь. Он видел в глазах парня тот непоколебимый огонь терпения и гордости, который не позволит ему унижаться перед посторонним человеком.

– Зачем ты помог мне? – впервые за всю встречу подал голос Эрнест. Натаниэль улыбнулся, радуясь, что хотя бы парень начал говорить.

– Ну, я решил, что тебе нужна помощь и оказал ее. В этом есть что-то постыдное?

– Кто ты? – продолжал настаивать парень.

– Я же говорил тебе свое имя. А ты свое так и не назвал – Нэйт не собирался поддаваться ему. Что-то в борьбе парня завлекло его, и он решил развлечь себя.

Эрнест нахмурился, как он всегда делал, когда размышлял о чем -то. Его никогда нельзя было назвать весельчаком, потому что он постоянно думал о чем-то. Вся его жизнь прошла в постоянной борьбе за выживание и, приехав в Вашингтон, ничего не изменилось. Только теперь у него было больше шансов на победу. А приз заключался в свободе от ограничений своей крови.

– Так ты скажешь свое имя? – снова повторил Нэйт.

Эрнест взглянул на своего соседа. Этот парень спас ему жизнь, и он обязан ему хотя бы назвать свое имя. Но доверять ему, он не хочет. Что-то опасное скрывалось в этом молодом красивом лице, и Эрнест хотел узнать, что именно. Парень сглотнул и решил хоть как-то отблагодарить своего спасителя и также узнать о его супер силе, которую он применил всего пару минут назад, разбросав тех мужчин. Но называть своего настоящего имени Эрнест так и не посмел. Несмотря на спасение, Натаниэль не заслужил доверия Эрнеста. Пока еще.

– Меня зовут Дилан. Дилан Кэйдж.

– Будем знакомы, Дилан – хитро улыбнулся Натаниэль, обнажая свои клыки. Эрнест отшатнулся, но не испугался.

Внезапно в бар забежал молодой мальчик лет 13.

– Господин Стэмфлар! Беда! Поместье горит!

Мальчик запыхался от бега, но все его слова были четкими и понятными. Нэйт быстро откинул свое прежнее веселье и, резко встав, направился к выходу. Мальчик побежал за ним. Нэйт вылетел из бара, оставив Эрнеста одного.

Парень после минуты колебания осушил свой скотч и направился к выходу, следуя за своим спасителем. Этот загадочный парень спас жизнь Эрнеста, и теперь он собирался уплатить свой долг.

…

Когда через несколько минут бешеной поездки на лошадях, Натаниэль и Эрнест достигли дома, особняк уже успел полностью воспламениться. Люди вокруг шумели, но никто ничего не мог поделать, жилье Стэмфларов было уже не спасти.

Натаниэль бросился к толпе, ища своих родных, но видел только незнакомцев. Он всю дорогу убеждал себя, что ничего серьезного быть не может, но сейчас, когда он стоял перед горящим домом своей семьи, он осознал, что все намного более масштабней, чем он думал.

Жар от огня обжигал его кожу, но он не чувствовал боли, ведь внутри у него бушевал настоящий бунт. Он бросился внутрь, перебежав стену огня перед входом, и исчез в горящем особняке. Нэйт не дышал и просто бежал в кабинет своего отца, надеясь встретить там и свою мать, которая, наверняка, пошла успокаивать своего супруга после очередной ссоры между отцом и сыном.

– Мам! Пап! – на Нэйта упали куски потолка, и он едва смог увернуться.

Он перескочил через пылающий стол и врезался в дверь кабинета. Он распахнул ее, и еще одна волна дыма и огня накинулись на него.

Но во всем этом хаосе он смог разобрать очертания двух, лежащих на полу, тел. Это были его родные. Мать лежала рядом с отцом, крепко сжимая его руку. Ее стеклянные глаза смотрели прямо на мужа в то время как, мужчина также смотрел на свою жену. Их любовь не потеряла своей силы даже спустя тысячи лет, и тот факт, что они умерли вместе, держась за руки, немного успокаивал Нэйта.

Но потом он заметил колья, торчащие из их груди, и волна гнева и злости перемешалась с печалью и горечью. Пожар был подстроен. Его родителей убили, и он бы также был рядом с ними, если бы не поругался с отцом и не ушел в последний момент.

Парень склонился над телами, пытаясь поглотить их образы в последний раз. Становилось все жарче, и Натаниель, собрав все силы в кулак, поднял тела родителей. Мать он закинул на плечо, а отца взял на руки. Оставлять их в горящем доме он не собирался. Он должен похоронить их.

Парень вынес тела во двор и заметил, что пожарные уже прибыли.

…

Натаниэль сидел за письменным дубовым столом в гостинице. Это было его временное жилище, пока не отреставрируют его дом.

Похороны прошли быстро и без особых сложностей, и теперь молодой член семьи Стемфларов готовиться к выдвижению своей кандидатуры на престол. Этого хотел бы его отец. Он не может упустить свое наследие. Теперь это – его прямой долг, и он принимает его, но мысли о смерти его родителей не давали Натаниэлю покоя.

Их убили из-за этой чертовой короны, которую он собирается надеть, если его конечно выберут. Убийца, наверняка, будет один из кандидатов на престол, и теперь осталось только узнать, кто же именно. Этот жестокий план борьбы за корону только пришел в действие, но Нэйт не позволит ему успешно завершиться. Смерть его родителей не будет напрасной, она не будет нести триумф их убийце. Это пообещал себе Натаниэль.

Вот только есть одна немаленькая проблема. Голосование. Из предложенных кандидатур вампирский народ будет выбирать себе короля, а у Натаниэля не лучшая репутация. Он был молод и творил постоянно много глупостей. Вся его жизнь была покрыта следами от его различных экспериментов. Он часто рисковал выдать свою сущность человечеству, участвуя в человеческих войнах, революциях и остальных массовых сборищах.

Вампиров мало волновали человеческие проблемы, поэтому такое поведение молодого принца всех весьма удивляло и даже вызывало возмущение у некоторых официальных лиц. Но никто не имел на парня влияния. Его действительно волновало положение вещей в человеческом мире, пусть в последнее время эта постоянная перемена событий в коротких жизнях людей и начала его утомлять.

Вампиры всегда были равнодушны к людям, особенно родовые вампиры, которые не знали вкуса человеческой жизни, а так как вся элита состояла из родовых, то вся верхушка власти презирала Натаниэля.

Раньше ему было плевать на их мнение, но теперь, когда их голоса имеют большое влияние на исход событий, ему стоит подумать, как бы привлечь их на свою сторону. И при этом искать убийцу.

Перед Натаниэлем стояла нелегкая задача. Выбрать между двумя дорогами, которые помогут завладеть властью. Первая дорога заставит Натаниэля отбросить все свои принципы и тупо покориться старым рамкам и мнениям, этим самым точно заручившись поддержкой родовых вампиров, но есть и вторая дорога. Отстаивать до конца свои взгляды, перевернуть сознание вампиров, произвести целую революцию и заставить всех поверить в то, что именно такая перемена нужна вампирскому народу.

Первый план был стабилен и мог, с уверенностью, привести к желанному результату, но принесет ли это хоть какую-то радость самому королю. В чем же смысл править целой нацией, если при этом не будешь делать, то что велит тебе сердце? Натаниэль хочет достигнуть чего-то в своем правлении, он хочет оставить след в истории.

Парень долго размышлял над своими будущими действиями и решил рискнуть. Он попытается стать достойным королем, который принесет благо не только своему народу, но и людям, ведь если хорошо людям, то будет хорошо и вампирам. Как бы не отрицали родовые вампиры тот факт, что вампиры зависимы от людей, но он несет истину.

Судьбы и жизни людей и вампиров тесно связаны, и все должны с этим считаться. Натаниэль будет всеми силами пытаться убедить вампиров, что с людьми стоит вести дела, что пусть и не все человечество, но точно некая часть должна знать о существовании вампиров, чтобы вести совместный бизнес. Он будет стараться донести до остальных мысль, что людям нужно помогать, ведь вампиры связаны с людьми также сильно, как и с другими представителями нежити. Со всеми нужно установить мир и тесное взаимодействие, чтобы достигнуть большего. Совместный труд может принести в этот мир столько блага и эффективных результатов, он сможет решить столько глобальных проблем, которые касаются абсолютно всех рас, что ради этой цели стоит переступить через свою гордость и, главное, через устаревшие каноны. Такой позиции будет держаться кандидат на престол от семьи Стемфларов.

…

Эрнест Дилан Кейдорн удалился с места происшествия пожара, так и не сумев отплатить загадочному спасителю. Он понимал, как сейчас важно оставить Натаниэля в одиночестве и покое и дать ему время для траура. Здесь Эрнест не может ему чем-то помочь, но что-то ему подсказывало, что они непременно еще встретятся, и он еще успеет отдать долг.

Но сейчас парень должен подумать о том, как помочь самому себе. Он отдал последние заработанные на мелком деле деньги своей матери, и теперь ему нужно найти постоянную работу. К его великому удивлению, он нашёл работу достаточно быстро. Открывается завод недалеко от Вашингтона, и владелец предлагает немалую суму за честный труд. Эрнест незамедлительно отправился устраиваться на работу.

…

Он быстро нашёл новое здание, пусть оно и было отдалённое от всех населённых пунктов и было расположено прямо посреди леса. Он снова взглянул на газету с объявлением и перепроверил адрес.

Все верно, но тогда почему здесь так пустынно. Если это завод, то здесь, наверняка, должно быть полно рабочих, но единственное живое существо, что он встретил по пути и, подходя ближе к зданию, – это одинокая кошка. Она поглядела на парня своими разноцветными глазами и убежала прочь.

Но не успела загореться искра сомнения в душе Эрнеста, как большие двери отворились, и оттуда вышел невысокий человек, чуть полноватого телосложения с мексиканской внешностью и весьма приятной улыбкой.

– Здравствуй, мой друг. Ты, видимо, по объявления пришёл. Я владелец этого здания – Коста Донати. Прошу, проходи, я все тебе докладно объясню о твоей будущей роботе.

Его улыбка увеличилась, и он помахал ему, приглашая войти. Эрнест засомневался, стоит ли доверять этому мужчине, ведь парень чувствовал, что за этой приятной улыбкой скрывается что-то далеко не приятное. И он был прав, вот только было уже слишком поздно.

…

– У меня есть для Вас новости. С каких начинать? – не очень уверенно говорила верная ассистентка Натаниэля.

Пусть он только вступил в роль политика, но проблемы с бумагами у него были уже давно, так что пару лет назад молодой монарх обзавёлся личной ассистенткой, и с тех пор она верно ему служила.

– Пожалуй начинай с хороших, Карин.

– Это поможет Вам с продвижением к трону, если вы поступите разумно и эффективно решите проблему.

– И какую же проблему мне нужно решить? – Натаниэль сразу же приободрился, ведь он уже долгое время ждал тот шаг, с которого начнётся его долгая и утомительная борьба.

– В округе пропадают люди и есть предположения, что в этих исчезновениях виновны вампиры.

Натаниэль вскочил с кресла. Вот оно. То дело, где пересекаются люди и вампиры. Если выбрать правильное решение, то можно будет объединить эти две расы, как того и планировал амбициозный юноша.

…

Парень проснулся связанный. После нескольких совершенно бесполезных попыток Эрнест бросил затею порвать веревки. В здании было темно и сыро настолько, что парня окотил озноб. Но что еще больше испугало парня так это то, что в зале он был не один. Парень слышал шорохи и тяжелые вздохи, и после нескольких минут он осознал, что эти люди связаны как и он.

– Хей, кто-нибудь знает, что происходит? – Эрнест говорил достаточно громко, чтобы все в комнате могли расслышать, но при этом не потревожить тех, кто за пределами этого зала.

Рядом кто-то сильно дернулся, и парень услышал голос.

– Мы сами в таком же положении, как и ты. Единственное, что мы знаем так это то, что кто-то выкачает нашу кровь, а иногда вовсе забирает людей – это была девушка. Молодая, если судить по голосу.

Парню хотелось бы посмотреть на обладательницу этого очаровательного голоса, если бы не обстоятельства.

– Подробности?

– Каждый час люди заходят сюда и уводят по одному человеку. Они ведут нас в какой-то кабинет с медицинским оборудованием и там берут у нас кровь. Чаще всего нас возвращают обратно, но бывает, что нет. Я сама тут не долго так, что тоже многого не знаю.

Дрожь прошлась по телу от этих слов.

– А кто здесь дольше всего? – Эрнест не хотел знать точные цифры. Не хотел осознавать, что кто-то мог находиться здесь долгое время.

– Я – отозвался грубый мужской голос из другого конца комнаты.

– И сколько ты здесь? – слегка неуверенно спросил парень.

– Где-то 12 дней, точно не знаю. Здесь сложно проследить за временем.

Парень пытался разглядеть собеседника, но везде была кромешная тьма.

– Ты больше ничего не знаешь?

– Нет, только то, что уже не вернулись обратно три девушки.

– А сколько вас вообще здесь? – Эрнест не мог заставить себя перестать задавать вопросы, ведь каждый ответ пугал его все больше. А он не любил испытывать страх.

– Много – с болью в голосе ответил мужчина.

…

– Карин, до выборов осталось несколько дней, прошу, организуй все на высшем уровне, а обо мне не беспокойся. Я все решу.

Когда Натаниэль начал искать, что же объединяет пропавших людей, то выяснил, что все они были одиноки. Мало кто искал их, что делало их исчезновение не таким уж проблемным.

После нескольких дней поисков Натаниэль все же нашел след пропавших людей. Он очень удивился узнав, что в этом списке есть его новый друг, которого он удачно спас в день пожара. Из-за этого факта его желание найти тех людей возросло.

…

Дорога к подозрительному амбару заняла не долго времени. Натаниэль взял на подмогу не много людей, но зато самых лучших, ведь никто не знал, что будет ждать их в том амбаре. Все следы вели в него.

Скорее всего всех людей держали здесь. Теперь надо их освободить, узнать всю историю, а потом показать их всей знати вампиров, тем самым доказывая, что с людьми надо сотрудничать, а не использовать. Вампиры с королевских семей пусть и жестоки, но у них всех есть определенное чувство долга. Они все считают себя слишком благородными и с высокими нравами, что бы совершать что-то такое грязное с людьми. Они считают, что они слишком сильны, чтобы как-то унижать людей, ведь они уже по сути и так унижены, тем что они смертны.

Так что Натаниэль собирается сыграть на этом чувстве на выборах. Он покажет им необходимость контракта с людьми, а потом и с остальными существами. Он сыграет на том, что вампиры теперь в долгу перед людьми, и их нужно защищать. Натаниэль не только заработает этим поступком репутацию спасителя людей, но и выполнит свою мечту- объединить вампиров и людей в единый союз.

Подходя к амбару, Нэйт чувствовал торжество. Вот скоро он получит все, что так давно хотел.

Двери отворились, и перед будущим королем возникла ужасная картина. Полумертвые люди лежали возле стен, делая последние вздохи. Но самое страшное это то, что тот парень с ночной улицы был среди этих людей. Нэйт подбежал к нему и сразу проверил пульс. Он еще жив, но почти вся кровь была из него выжата. Натаниэль быстро принял решение не дать ему умереть и заставил парня выпить его кровь.

– Так давай просыпайся! – кричал Нэйт и трусил Эрнеста.

– Натаниэль, ты опять меня спасаешь – слабо прохрипел Эрнест, уже приходя в себя. Его силы снова возвращались к нему со странной скоростью.

– Да, теперь ты должен мне до конца жизни, но она, надеюсь, закончиться не скоро.

Нэйт поднял парня на ноги и приказал своим людям найти виновника этих бед. Но вскоре виновник сам появился у дверей.

Мексиканец средних лет поджидал молодого наследника в своем логове. Приезд Нэйта действительно застал врасплох Косту Донати, но он прожил уже много лет, поэтому он всегда знал, что делать дальше. Конечно, планы его не были столь жестоки, но теперь ему все-таки придётся убить всю семью Стемфларов.

Наемники Косты уже начали убирать людей Нэйта, ему оставалось только ждать падения последнего из ненавистного ему рода.

…

– Нас слишком мало, нужно отступать! – кричал старший телохранитель Натаниэля.

– Нет, мы должны спасти этих людей, другого шанса уже не будет.

Нэйт также вступил в бой, и снова этот бой был ради людей. В который раз он рискует всем ради человеческого рода. Убрав своего противника, он бросился к Дилану, помогать освобождать последних заложников. Но ему помешал его злейший враг.

Косту Донати он узнал сразу же. Этого занощивого вампира он знал уже давно. Коста был из превращенных вампиров, поэтому родовых он презирал. Благодаря своему возрасту и власти, он даже вступил в парламент, где заседают в основном только родовые вампиры, и не многим превращенным удаётся попасть туда. Но ему удалось. И по странному стечению обстоятельств именно на будущие выборы следующего монарха Коста выдвинул свою кандидатуру.

Это вызвало неслыханную ярость у всех родовых вампиров, но перечить ему никто не стал кроме отца Нэйта. Все его боялись потому, что он владел большими деньгами и связями в мире людей и нечисти, но Стемфлар старший был слишком горд и все же высказал свое недовольство.

В эту секунду Нэйт все понял. Коста Донати убил его отца и мать. Он занимался торговлей людьми и кровью и именно на этом сколотил свое состояние. Теперь в его планах захватить престол.

В жилах Нэйта закипела ярость.

Коста стоял на выходе из амбара и улыбался Нэйту. Он все же не смог устоять перед соблазном своими руками уничтожить последнего из рода Стемфларов. Натаниэль бросился на него. Сбив врага с ног, Нэйт навалился на Косту и стал бить кулаками, но Коста был не самым худшим бойцом. Он откинул Нэйта и быстро встал на ноги. Нэйт также поднялся, но уже с трофеем, деревянной палкой, которую он хочет всадить Косте прямо в сердце. Юный принц кинулся снова, но Коста был старше и знал, что делать дальше.

Он выбил палку из рук и откинул Натаниэля к дереву, и через секунду уже держал его за шею. Он хотел немного насладиться моментом перед тем, как свернуть шею молодому монарху, но его наслаждение перервал Дилан.

Наблюдая за дракой Эрнест подкрадывался все ближе к Косте. И пока тот был занят Нэйтом, подошел к противнику и всадил ему в спину деревянный кол. Но в сердце он не попал. Отбросив Нэйта, Коста развернулся, вынул кол из спины и рынулся к Дилану. У парня не было шансов против вампира, и вскоре он уже сидел на земле с колом в животе.

– Оставь его, лучше вернись ко мне – кричал Нэйт, поднимаясь на ноги.

Пока борьба вампиров продолжалась жизнь Эрнеста вытекала из него вместе с его кровью. Он чувствовал, что смерть вот вот его настигнет. Но на последок он должен был вернуть долг этому блондину.

Коста повалил Нэйта на землю и душил его.

– Ты отправишься к своим родителям – шипел Коста, упиваясь своей победой.

Пока Коста гордился собой, Эрнест вынул из себя кол и бросил его Нэйту. Парень дотянулся до кола и вонзил его в грудь Косте. Тот скорчился в судорогах, и Нэйт быстро его скинул.

Но теперь его ярость была притуплена чувством жалости к Дилану. Парень умирал от потери крови, думая, что больше никогда не проснётся.

– Все будет в порядке – говорил Нэйт Дилану, но тот не верил.

– Не нужно меня утешать. Эта жизнь была слишком жалкой, и мне не страшно ее покидать.

На это вампир лишь улыбнулся. Он держал руку Дилана до последнего его вздоха и все также держал ее, когда он очнулся. Дилан ожил, но уже не человеком. Он стал вампиром.

….

После услышанного в моем сердце зародилась надежда. Они прошли через многое за столько лет и не утратили свою человечность, а я пережив всего лишь пару бед, уже начинаю сходить с ума. Но я человек, и вся боль, что сковывает мое сердце не пройдет так быстро. Я не могу отказаться от нее. Нужно принять ее и идти дальше.

Нэйт и Дилан справлялись и раньше, и сейчас тоже справятся, поэтому переживать за них мне смысла нет. Тем более я как уже несколько лет пытаюсь отвыкнуть от сверхъестественных проблем, но, видимо, они не хотят отвыкать от меня.

Я глубоко вздохнула и поднялась с дивана.

– Я очень рада, что вы здесь. И я также безумно благодарна за то, что вы для меня сделали, не знаю, чем я это заслужила. Но теперь я в порядке и больше не нуждаюсь в вашей заботе. Я возвращаюсь к обычной жизни – с улыбкой и торжественно произнесла я, хотя переступить через события последних дней было очень непросто. Я до сих пор не могу отойти от них, хотя все уже прошло и решено.

Девочки подбежали ко мне и стали обнимать с неистовой силою. Понятия не имею, почему они ко мне так привязались, но теперь я уж точно никогда не смогу назвать их просто знакомыми. Теперь они мои друзья, и, может, одни из самых близких людей. Пытаясь, скрыть свои слезы, я стала заговаривать их, прося, чтобы они что-то поручили мне сделать для них. Я у них в долгу до самого гроба за всю помощь, которую они мне предоставили.

– Расслабься, мы всегда рады помочь – успокаивала меня Анастасия.

– Да, у нас слабость к таким несчастным как ты – продолжила Габриэлла.

– Теперь что бы вас не беспокоило, вы обязаны прийти ко мне, и я вам помогу. Со всем – я твердо стояла на своем потому что, только так я буду чувствовать себя менее виноватой.

– Ты уже можешь кое-что для нас сделать – хитро пробормотала Габриэлла – устрой нам путешествие. Мы поедим на берег моря и будем отжигать на танц-полах до самого утра. Как вам такая идея?

Анастасия подпрыгнула и начала рассказывать о том, какие прекрасные пейзажи она напишет на островах.

– Да, мы отлично проведем время, Сара. Организуй все, и мы двинемся в путь – воодушевленно сказала Габриэлла и похлопала в ладоши.

– Девушки, вы даже не представляете, как я хочу куда-то уехать и забыться, но у меня есть работа и, к сожалению, я на испытательном сроке. Но я обязательно организую вам самую отличную поездку, вот только без меня.

Девушки начали перечить, но я стояла на своем. Мое финансовое положение было таким же разрушенным, как и моральное. Нужно восстановить хоть одно.

В попытках прекратить их споры, я отправилась в кухню позвонила Крис и попросила найти самый лучший тур. Она как раз работала в тур агентстве, и проблем для нее это поручение не составляло. Через несколько часов я уже рассказывала девушкам о их будущей поездке.

– Путевка горящая, поэтому самолет будет уже завтра. Все документы я вышлю вам по почте, и вы поедите на Гавайи – увидев, что они собираться возразить, я продолжила:

– Я буду в порядке и буду звонить вам каждый день, но я действительно не могу поехать с вами. Сейчас мне меньше всего нужен отдых. Я хочу вернуться к работе.

После несколько часов пререканий я все-таки выпихнула их из дому и пожелала хорошего пути. Все, что мне сейчас было нужно, так это сон и одиночество. А завтра я поеду в офис и начну работать. Теперь ни одно задание Мистера Конана не сможет выбить меня из колеи.

9 глава

Работа помогла отвлечься от реальности. Вот уже прошел целый месяц после того происшествия, и я почти оправилась от всего. Мое самочувствие стало намного лучше, поэтому я кидалась за каждую новую работу, что поручал мне Мистер Конан.

Мой босс еще долгое время не хотел давать мне серьезных поручений, но я его убедила, что все-таки стоит начать нагружать меня по нормальному. И вот, наконец, он поручил мне настоящее задание. Написать статью. Тему должна выбрать я сама, он дал мне полную свободу. Единственное, что от меня требовалось так это консультироваться с главным редактором, а именно с Элизабет Кларк. Эта та женщина с вечеринки, которая так любезно общалась с Мистером Конаном.

Я отправилась к ней нехотя, но что поделать. Написание статьи важный шаг для меня, и я сделаю все, что мне понадобиться.

– Здравствуйте, не помешала? – я заглянула в кабинет шикарной блондинки, которая мило болтала по телефону в рабочее время.

– Ах нет, Мисс Клэр. Проходите – она быстро кинула трубку и начала лучезарно улыбаться.

– Мистер Конан отправил меня к вам за консультацией.

– Я знаю, сама вызвалась. У него ведь так много работы, и совершенно нет времени на консультирование неопытных работниц – эта фраза была сказана очень мило, но я услышала подтекст. К сожалению, мне нельзя ей грубить, поэтому я просто улыбнулась и кивнула.

Ее нападки не сработают. Не знаю, чего она пытается добиться, но у нее ничего не выйдет. Ни один смертный человек больше не сможет вывести меня из-под контроля.

– Так я могу выбрать тему сама? – спросила я, проглатывая свое недовольство.

Она все еще мне улыбалась. Да хватит, черт возьми, мне лыбиться!

– Да, но я бы советовала тебе написать что-то о похищениях.

Меня отшатнуло. Она сразу заметила, как изменилось мое лицо, но не подала виду. Эта стерва знала, что я недавно пережила, и специально пытается меня задеть. Зачем?

Я быстро взяла себя в руки и спросила.

– Почему именно эта тема?

Ни один миллиметр на ее идеальном лице не пошелохнулся.

– Ну ты как никто другой сможешь все детально описать.

Сука! Все, что я могла сказать о ней с нашего недолгого знакомства. Какая она сука!

– Да. Но я бы не хотела поднимать эту тему – отрезала я и ясно дала понять, что не хочу говорить об этом. Я хотела уходить, потому что мои нервы уже начали сдавать.

– Может, это тяжело, но у тебя такая работа. Можешь, написать про Стокгольмский синдром, например. Интересно ведь, правда? Тем более сейчас в Нью-Йорке похищения участились.

Я сжала кулаки. К чему она вообще ведет? Почему она вспомнила про Стокгольмский синдром? Я почти смогла забыть о своем прошлом, и тут эта сука просто берет и вырывает эти моменты из моей памяти. Как будто бы она знала о том, что было, когда меня похитили. Будто бы она знала мою сокровенную тайну. Тайна о том, что в итоге я прониклась к своему захватчику и спала с ним по доброй воле. Какого вообще хрена?

Все, что я хотела это кинуться на нее и выбить из нее правду. Какую игру она ведет? Что она знает? Почему все мое нутро подсказывает мне, что эта стерва не так проста и знает намного больше, чем положено обычной смертной?

Ее взгляд сверлил меня. Он был силен. Он был самым сильным из всех, которых я видела. Но я не отвела свой взгляд от ее. Она не знает, с кем связалась, и будь она хоть оборотнем хоть вампиром, мне все ровно. Я не отступлю.

– Хорошо – только сказала я и уже повернулась, чтобы уходить, как она меня окликнула.

– Сара, возьми, будет тебе материалом – она кинула мне газету. Как только я прочитала заголовок, я все поняла. Она гребанный вампир.

А заголовок местной газеты вещал:

«В округе Нью-Йорка участились случаи похищений. Три дня назад была похищена британка, и специальный агент с Великой Братании специально приехал с Туманного Альбиона, чтобы заняться этим делом со своим напарником».

На первой странице было еще два фото. На первом было фото похищенной девушки, и нею, волею судьбы, была именно Анастасия. А на соседнем фото красовались два британских спец агента и это были Натаниэль и Дилан.

– Блять – все что я могла сказать.

– Как ты узнала? – я швырнула газету в нее и ждала ее реакции. Она была незамедлительной.

В долю секунды она подлетела ко мне, схватила меня за шею и прибила к ближайшей стене. На ее лице все так же красовалась улыбка.

– А, легко. Твое прекрасное личико я видела еще давно на балу у Натаниэля. А про то, что ты трахалась с Дэрэком с огромным желанием, я знаю потому, что он был моим другом. И он многое о тебе рассказывал. И, кстати, это я подослала Пита тебя похитить, чтобы избавиться от тебя. Но ты, черт, живучая.

Она настолько сжала мое горло, что я не могла говорить, а мне было что сказать. Если эта стерва хочет моей смерти, то пусть убьет меня сама, а не подсылает других это сделать.

– Ты раздражала меня уже давно, даже до нашего знакомства. Я слышала про твои выходки у Натаниэля. Как наш король вообще терпел тебя? – она сжала мое горло еще сильнее.

– Но, когда я услышала от Ника про некую Сару, которая покорила его с первого дня, я поняла, что это именно ты, и от тебя снова стоит ждать проблем. Слишком многих мужчин ты очаровала, хотя не пойму чем. Он все твердил о тебе, говорил, что ты сильно ему помогаешь. Я никогда не слышала от него такой похвалы. Как, черт возьми, тебе удаётся покорять таких властных и сильных мужчин?

Мне стало ужасно не хватать воздуха, а она все продолжала болтать.

– Я все ждала, когда ты облажаешься, и он уволит тебя. Но та вечеринка, что ты устроила. Это был твой триумф. Ты слишком хорошо справилась, Ник был в восторге. Всю дорогу в Нью-Йорк, он восхвалял тебя. Это и было последней каплей. Тогда-то я и решила связаться с Дэрэком, чтобы избавиться от тебя. Пит быстро убрал твоего настоящего тренера по самообороне и сыграл свою роль отлично. Ты купилась! Села в его чертову машину! Боги, как ты глупа?! Не пойму, как ты смогла справиться с оборотнем? Но видимо, тебе всегда везет. Но не в этот раз. Не со мной.

Элизабет сжала мое горло еще сильнее, и я осознала, что это мои последние секунду, еще чуть чуть и она сломает мне шею.

Но меня спас стук в дверь. Она быстро поставила меня на место, и когда Мистер Конан зашел в кабинет, он ничего не понял. Мы обе стояли и улыбались ему.

– О, вы уже получше познакомились – он тоже нам улыбнулся.

– О, да – ответила я, поправляя блузку – мы уже все обсудили, пора взяться за работу.

Я быстро вылетела из кабинета, бросив взгляд на вампиршу. Опасно ее оставлять с Мистером Конаном, но раз они долго знакомы, значит для него нет угрозы. А вот для меня есть.

Я выбежала на улицу, чтобы подышать свежим воздухом. Слишком много информации на меня свалилось за последнее время.

Пытаясь придумать план действий, я не заметила, как врезалась в мужчину. И, как на зло, это был именно тот мужчина, о котором я мечтала последние годы. Передо мной во всей красе стоял Дилан, улыбаясь своей шикарной улыбкой.

– Чего такая бледная? Перетрудилась? – его голос был все так же приятен, а внешность все так же красива. Ничего не изменилось с нашей последней встречи.

– Да так, всего лишь снова пытались убить – я пыталась улыбаться непринуждённо, но чувствовала, как мои коленки подкашиваться под его шоколадным взглядом.

– И кто же на этот раз вляпался в неприятности?

– Она – я указала на Элизабет, которая выходила из здания, видимо в поисках меня.

Дилан обернулся и встретился с ней взглядом. Ее лицо сразу изменилось. Весь напущенный пафос и надменность с улыбкой тут же исчезли. Она стала по стройке смирно и будто бы ждала приказа.

– Чего тебе от нее надо? – шутливый тон Дилана сразу переменился на серьезный и грубый. Он говорил с ней так, как будто бы она его подчиненная.

– Я думала, она больше не важна для вас – она что-то слабо промямлила эти слова.

– Твоя задача не думать, а молча исполнять приказы. Приказ убить ее не поступал.

– Поняла, сэр – она подняла на него взгляд и сразу опустила его вниз. Я ясно заметила, как ее руки дрожат. Дилан приблизился к ней очень близко, широко расправив плечи и не повышая голос, он тихо произнес:

– Если хоть волос с ее головы упадет по твоей вине, то ты сама знаешь, куда отправишься. Я лично тебя туда доставлю. Тебе ясно?

Она побледнела. Она и так всегда бледна, но сейчас ее кожа стала буквально серой. Что же ее так сильно испугало?

– Да, сэр – она сказала это четко, но настолько жалобно, что мне стало ее жалко. Дилан кивнул ей, и она убежала прочь.

– Больше она тебе не доставит неприятностей. Можешь не благодарить.

Вот так иногда проблемы решаются сами собой.

Я стояла, не зная, что и говорить. Он все так же ослеплял меня своей красотой. А я то думала, что все мои чувства ушли, но это, видимо, не так. Стоит им снова заявиться в мою жизнь, как эмоции берут верх над мозгом.

– Ты повзрослела – он глядел на меня, и как мне показалась, его чувства тоже ни капли не остыли.

– Да, много лет прошло. Вот ты только не изменился.

– Я – вампир, уже более ста лет 28-летний молодой мужчина.

Я улыбнулась, и он улыбнулся в ответ. Черт, как мне не хватало его улыбки.

– Ты приехал искать Анастасию, верно? – я задала этот вопрос с надеждой, что он скажет, что все в порядке, и они уже ее нашли.

– Да.

Его короткий ответ мне не понравился.

– И вы что-нибудь узнали? Кто ее похитил? Где она? Хоть что-то?

Он отвел взгляд, и я поняла, что все плохо.

– Черт, скажи хоть что-нибудь. Она моя подруга, которая не раз спасала мне жизнь- он перебил меня.

– Я знаю, но ты здесь не поможешь. Единственное, что мы знаем это то, что скорее всего ее похитил вампир, именно поэтому ее разыскиваем мы. Ведьмы всполошились и теперь не доверяют вампирам. Так что мне и Натаниэлю пришлось взять все в свои руки. Также мы имеем подозрение, что это сделал наш давний враг, но вот с какой целью неизвестно.

– Кто?

– Коста Донати.

– Я думала, он мертв. Майкл рассказал мне историю вашей встречи с Нэйтом.

– Нет, он сбежал после последней нашей встречи. Смог выиграть вампирский верховный суд и вышел сухим из воды после тех похищений. Все эти годы он что-то замышлял, а теперь перед очередными выборами, он решил поставить свою кандидатуру, и как раз сейчас и пропала Анастасия – одна из лучших ведьм в мире. Совпадение это или нет, нам еще предстоит узнать.

Мою подругу похитил старый и хитрый вампир. Меня это сильно забеспокоило. Просто похищение еще ладно, но похитил старый враг Нэйта и Дилана, и раз они сами взялись за это дело, а не послали других, то ситуация тяжелая.

Я заволновалась. Анастасия спасала мне жизнь много раз, а я не могу отплатить ей тем же. Я просто человек. Не вампир, не оборотень, не ведьма. Просто долбаный слабый человек. Себя тут еле спасаю, что уж говорить о спасении ког- то еще и от вампиров.

– Не переживай. Мы с Нэйтом все решим. У тебя наверняка много дел: работа, спасение себя от очередного похищения… Габриэлла коротко рассказала о тебе – Дилан пытался перевести все в шутку, но меня это не позабавило, как и его. Все слишком серьезно.

– Я не прощу себя, если ничего не сделаю. Дилан, чем я могу помочь?

На его лице заиграла улыбка.

– Значит, ты в деле? Будет весело, ведь я соскучился. Нам нужно для начала найти Косту, он должен быть здесь, в городе, мои люди уже ищут его неделю.

Я тоже улыбнулась. Есть у меня идея, кого бы заставить поднять каждый камень в Нью-Йорке, но найти Косту Донати. Элизабет Кларк. Пусть работает на меня, если не хочет, чтобы Дилан убил ее, узнав, что именно она послала людей насиловать меня, держать в заточении и убить.

Я ворвалась к ней в кабинет с нахальной улыбкой.

– Ну что? Давай дружить, иначе расскажу Дилану, как плохо ты себя вела.

– Ты не посмеешь, я тебя убью.

– Уже пыталась, и что вышло? Вот жива, здорова, так что прекращай свое баловство. Надо заняться делом. Нужно найти Косту Донати. Уверенна, ты быстро узнаешь, где он. Даю тебе 24 часа. Если не получу ответ, то через 25 часов повешу твою голову себе на стену.

Не дав ей проронить ни слова, я вышла и направилась к Мистеру Конану.

Она все сделает, я была уверенна. Она слишком боится Дилана, это было видно по ее перепуганному взгляду.

– Мистер Конан, помните вы говорили про отпуск. Я осознала, что еще не отошла от той трагедии, и поэтому прошу дать мне несколько выходных. Обещаю, я все отработаю.

Мой босс был явно шокирован.

– Я думал, ты оправилась. Ты же сама захотела выйти на работу.

– Да, но сейчас я осознала, что ошиблась. Мне нужно больше времени.

Думаю, он понял, что я вру. Он видел, что я почти забыла о прошлом, заметил, что я отлично выполняла свою работу, и тут он дал мне важное задание, а я сразу иду в отпуск.

– А как же статья?

– Я ее напишу, дайте мне срок и все будет готово. Я просто хочу побыть дома, подумать, но статью я напишу.

– Ее нужно написать к следующему выпуску. А это через месяц.

– Хорошо, через 20 дней статья будет лежать у вас на столе. Я прошу лишь, чтобы я писала дома и могла не посещать офис.

– Все 20 дней?

– Я не знаю, сколько времени мне понадобиться. Но дней 5 так точно.

– Будет сложно без моей лучшей секретарши.

Я улыбнулась, он впервые похвалил меня так.

– Спасибо, обещаю, долго это не продлиться. Я вернусь с новыми силами.

Он помолчал пару минут. Я знала, что он отпустит меня, но все-таки было немного опасно, так быстро просить отпуск.

– Хорошо, даю тебе 10 дней. Ты многое пережила, и я не хочу себе больную на голову секретаршу на работу.

Я засмеялась. Ох, ты понятия не имеешь, насколько у тебя больная секретарша.

– Спасибо большое, все будет в норме. Я вернусь новым и полным сил человеком.

К сожалению, эти слова стали пророческими.

…

Я ждала хоть каких-то новостей от Элизабет, но 24 часа еще не прошли. Я пыталась сама найти хоть что-то, но у меня ничего не вышло. Никакой информации о Косте Донати нет.

Раздался звонок в дверь. Я поспешила открыть, потому что знала, что за дверью стоит Дилан.

– Неплохая квартирка. Впустишь? – он стоял на пороге в синих джинсах, черной футболке и байкерской куртке. Хорошо, что я быстро закрыла рот от изумления его красотой. Уже забыла, как он красив. Смуглая кожа, кудрявые короткие волосы, острые черты лица.

– Проходи – сказала я, отворачиваясь, чтобы не любоваться им.

– Чувствуй себя как дома.

Мой кот сразу подбежал к Дилану и начал шипеть. Видимо коты не любят вампиров.

– Успокойся, Том. Это наш гость – я быстро прогнала его.

– Через 13 часов Элизабет должна сказать, где Коста, так что надо ждать.

Он все еще разглядывал квартиру. Смотрел фотографии на стенах.

– Его не так просто найти. Нэйт кинул на это своих лучших людей, а ты говоришь, что Элизабет найдет его за 1 день – он уселся на мой диван, проверяя его на мягкость.

– Не стоит ее недооценивать, она превосходный журналист. Она найдет любую информацию – ответила я, наливая нам бокалы вина.

– А ты я вижу старые привычки не позабывала – он хитро улыбнулся, – все также много пьешь!

Я засмеялась и кивнула в знак согласия.

– Когда вокруг столько дерьма, что еще делать? – я протянула ему бокал и села рядом.

Его веселое настроение быстро переменилось на задумчивое.

– Габриэлла рассказала мне о твоем похищении, но без подробностей. Я хотел сразу же приехать, но она настояла на том, что тебе не нужна жалость и излишняя опека. Но раз уж я здесь, то все же спрошу. Как ты?

Я сделала большой глоток вина и почувствовала, как теплая жидкость согревает мое сердце.

– Все было плохо, но сейчас я в порядке. Что именно она тебе рассказала? – я не хотела, чтобы кто-то еще знал про ребенка.

– Ничего особенного, только что тебя похитили на несколько дней, но достаточно быстро нашли. Сказала, что так хотели выбить из твоих родных деньги за выкуп.

Я с облегчением вздохнула. Значит, он не знает всей правды. Это и к лучшему. Лучше ему не знать, что было на самом деле. Лучше ему не знать о моем позоре.

– Да, но все обошлось. Меня не трогали, просто хотели денег – быстро солгала я.

– Ты точно в порядке? – Дилан быстро взглянул на меня, взглядом проникая прямо в душу. Я сглотнула. Было сложно врать ему прямо в глаза, но я все же нашла в себе силы.

– Да, все хорошо – я улыбнулась ему и попыталась перевести тему.

– Думаю, с утра будут какие-то новости. Осталось подождать немного – я встала и направилась снова наполнять свой бокал.

Дилан также встал, но направился в мою спальню. Я последовала за ним и наблюдала, как он исследует мою комнату. Он остановился на фотографии с моего выпускного с университета.

– Ох, а ты горяча в этой выпускной форме – он схватил фотку и плюхнулся в кровать.

– Ты издеваешься? Это же мантия, я в ней была как слон! – возмутилась я и полезла в кровать, пытаясь его спихнуть.

– Убирайся с моей кровати! – мои попытки сдвинуть его с места не увенчались успехом.

Он улыбнулся снова своей дьявольской улыбкой и в тот же миг оказался надо мной. Он слишком близко опустился к моему лицу.

– Я соскучился – прошептал он рядом с моим ухом. Я еле сдерживала себя, чтобы не впиться ему в губы. У нас так и не было секса, хотя всегда было влечение. Безумное влечение друг к другу.

– Теперь я доступна для тебя, верно? Ни с Нейтом, ни с кем-то еще. Я свободна.

Его губы были так близки к моим.

– Да. И ты понятия не имеешь, как я хотел тебя все это время.

– Да к черту все – я психанула и закрыла ему рот своим. Я перевернула его, заткнула свой мозг и оседлала, как я давно мечтала сделать.

Его сильные руки быстро стянули мою рубашку, а я также ловко потом сняла его футболку. Он исследовал мой зад, пока я любовалась его оголенным торсом. Как давно я хотела к нему прикоснуться.

– Как же давно я хотел сделать это.

Я засмеялась. Он прочел мои мысли. Нет, он просто хотел меня так же как и я его. Столько времени мы желали друг друга. Столько времени сдерживали себя. Сейчас просто уже не осталось отговорок и сил на сопротивление.

Он одним махом перевернул меня и снял мои джинсы. Потом встал. Обвел все мое тело пылким взглядом карих глаз. Снял с себя свои джинсы и боксерки.

Я тоже встала. Сняла свой лифчик и трусики. Мы оба стояли полностью обнаженные перед друг другом. Боялись нарушить этот момент словами или лишними прикосновениями.

Но он не выдержал первым. Просто схватил меня, повалил на кровать и тут же вошел. Боль, смешанная с удовольствием, накрыла меня. Крики и стоны вырывались из моего рта, но его это не останавливало. Он двигался во мне как голодный зверь, который наконец поймал свою жертву. А жертва была очень даже не против быть пойманной.

10 Глава

Нас разбудил звонок моего телефона. Было раннее утро. Я проснулась довольной.

Наконец я переспала с Диланом и сняла стресс, который так давно меня преследовал. Ну и конечно, уже скоро мы освободим Анастасию, Нейт предотвратит восстание, а я вернусь к своей жизни. Именно так я представляла свое недалекое будущее. Моя уверенность в том, что Коста Донати не станет большой проблемой только подтвердилась, потому что звонила Элизабет.

– Я нашла его. Но признаюсь это было нелегко.

– Прекрасно. Говори, где он.

Она тяжело вздохнула.

– В Аппалачах.

– Он в горах? Почему тогда Дилан ищет его здесь?

– Потому что здесь он похитил твою подругу, но его резиденция в горах. Она засекречена. Даже королевский двор не знает о ней. Но к счастью, один из прислужников Косты мой должник, и он рассказал где скрывается ваш вампир. Там скорее всего и твоя подруга.

Я была безумно рада слышать это. Мы спасем Анастасию. Нужно ехать.

– Отправь мне координаты.

– Хорошо, но я еду с вами. Это мой долг – на этом она бросила трубку.

– Аппалачи – изумлено произнес Дилан, медленно просыпаясь. Он был такой сонный и милый. Его мелкие кудряшки запутались во сне, и конечно же я помогла им с этим, потому что всю ночь жадно впивалась в них.

– Вставай, надо выдвигаться.

Он все пристально смотрел на меня пока не ответил.

– Ты никуда не едешь. Я позвоню Нейту.

Он резко встал и начал одеваться, пока я стояла в шоке.

– Как это, я никуда не еду? Я должна быть там – во мне начала пылать ярость. Конечно, я понимала, что в бою от меня толку нет, но я хочу помочь. Тем более я хочу первой встретить Анастасию и увезти ее. Ей нужна будет моя поддержка.

– Это не обговаривается – он даже не взглянул на меня, а просто начал искать телефон.

– Ты помогла. Теперь все сделаем мы – он бросил на меня взгляд, сразу отвел его потому, что знал, что если посмотрит в мои глаза, то увидит, как сильно я хочу убить его. Он подошел, взял мою голову в ладони и поцеловал в лоб. В лоб, черт возьми.

Я отпихнула его, вырвала с его брюк пистолет и направила на него.

– Я еду. И это не обсуждается.

На его лице расползлась наглая улыбка.

– Ты не выстрелишь, хватит дурить – он начал идти ко мне и никак не ожидал, что я выстрелю ему в колено.

Он упал. Это была деревянная пуля. По его лицу можно было сказать, что пусть он и бессмертен, но вред ему причинить можно, как и сильную боль. Мне стало его жалко, но я знала, что не должна давать слабину. Я подошла ближе и направила пистолет в другое колено.

– Я еду. Дай мне оружие, и я смогу за себя постоять – на моем лице не выразилось ни жалость ни что-либо еще.

Он смотрел на меня недоуменно. Просто не верил, что я выстрелила. Девочку, что он знал ранее больше нет.

– Я выстрелю еще раз. Буду стрелять, пока ты не согласишься.

– Ты поражаешь меня, Сара – процедил он сквозь зубы, все еще сидя возле кровати, пытаясь вытащить пулю из ноги.

– Да, я больше не та. Ты давно перестал меня защищать, и вот жива еще. Так что давай не будем спорить. Я не стану лезть в бой. Я пойду прямо за вами и освобожу Анастасию, а потом мы сразу же уедим. А вы деритесь сколько влезет.

– Хорошо, только хватит стрелять – его округленные глаза метались между мной, стволом и его раной на ноге.

Я опустила оружие с радостью, что не придётся стрелять еще.

– Дать тебе кровь для исцеления? – спросила я уже более виноватым голосом. Мне не хотелось причинять ему боль, но надо было как-то его убедить.

– Нет, я справлюсь – зло ответил он, вынимая пулю из колена и поднимаясь на ноги.

Он говорил грубо, и это меня задело. Неужели он обиделся? Да, не стоило стрелять в него, но он же вампир, ничего с ним страшного не случилось.

– Только не обижайся, ладно? Мне надо было как-то тебя убедить, что я смогу постоять за себя. Дай мне оружие, и все будет в порядке. Я не полезу в неприятности.

– Ты что не понимаешь? Там будут другие вампиры, которые не дадут тебе форы. Если ты встретишься хоть с одним из них, ты будешь мертва. Никакое оружие тебе не поможет. У тебя просто элементарно не хватит скорости даже, чтобы достать пистолет.

– Я знаю. Поэтому вы пойдете первые. Я не буду лезть в драку, я просто заберу Анастасию, и мы уйдем. Меня не заметят.

Это было бредом. Дилан прекрасно это понимал. Как только я приближусь к зданию, все поймут, что я человек. Если на меня нападут, то я скорее всего умру, просто потому что со мной никто не будет церемониться. Но я должна быть там.

– Ты защитишь меня. Я заберу Анастасию, мы уедем, а вы будете дальше разбираться с Костой. От меня не будет проблем. Я обещаю. Я просто должна быть там. Ради Анастасии.

Чувства любви и долга играли во мне. Она столько раз спасала меня, пора и мне хоть раз спасти ее.

Он посмотрел на меня с глазами полными грустью.

– Проблемы будут. Ты будешь отвлекать меня и Нэйта. Мы не сможем победить Косту, если будем переживать о тебе. Ты такая эгоистка. Тебе плевать что будет с нами, главное, чего хочешь ты. Так было всегда! – он сказал это со злостью и обидой.

Его слова резали меня. Но я знала, что это правда. Все всегда должно быть так, как я хочу. Все всегда должно вертеться вокруг меня. Я знаю, что это плохо. Но по-другому я не умею.

– Да. Ты прав. Но я не смогу по-другому. К сожалению, я такая какая есть. И мне это нравиться. Мне жаль, что вы влюбились в меня. Жаль, что вы оба все еще любите меня. Я тоже вас люблю, и всегда любила, но себя я люблю больше!

Я развернулась и тоже начала одеваться. Как только мы спасем Анастасию все закончиться, они уйдут из моей жизни, и я больше не буду чувствовать ту вину, что пожирает меня сейчас. Вину за то, что заставляю их страдать. Скоро мы встретимся с Нэйтом, и он тоже разочаруется во мне. Тоже будет страдать из-за меня. Они оба будут испытывать боль, рисковать жизнью. Все из-за того, что любят такую эгоистку как я. Я не хочу делать им больно. Не хочу, чтобы все было так. Но я не могу ничего с собой поделать. Так было всегда, и как бы я не старалась поступать правильно, всё постоянно идет не так.

Я почувствовала, как слезы подступают, но я не могу сейчас заплакать. Потом позволю себе чувства, не сейчас.

…

Мы ехали в машине окруженные гробовой тишиной. Говорить не было смысла. Я его не видела. Дилан включил музыку, чтобы хоть как-то развеять это неловкое и дурацкое молчание. А что говорить то? Все было сказано мной ранее.

Я не знала, что говорить кроме извинений и оправданий. Но они никому не нужны. Мы договорились, что встретимся с командой захвата и Натаниэлем в нескольких километрах от резиденции Косты. Как оказалась, его дом находить практически на вершине скалы, и попасть туда можно только по одной тропе, так что вряд ли мы сможем пройти незамеченными.

– Натаниэль уже там? – попыталась я как-то начать разговор.

Дилан просто кивнул головой. Я опять посмотрела в окно и начала любоваться лесом в ожидании, когда он перестанет дуться на меня.

– Дилан, извини. Я не хотела причинять тебе боль.

Он засмеялся.

– Но причинила. Ты также не хотела отношений между нами, но ты взяла и затащила меня в постель. Странные у тебя действия.

– Я никого не тащила в постель! Ты тоже этого хотел, и это же просто секс.

Он ударил рукой по рулю. Я видела злость на его лице. Я опять его зацепила.

– Просто секс. Как же у тебя все легко. Иногда кажется, что это ты бессмертный вампир, у которого сердце больше не бьётся, а не мы с Нейтом.

– И как же вы меня тогда полюбили?

– Мы любили другую Сару, явно не тебя.

Теперь он задел меня. Да, я изменилась, но не настолько, чтобы не заслуживать любви.

– Тогда нам легче будет разойтись снова. Надеюсь, в этот раз навсегда – эти слова я еле выдавила из себя без слез. Видимо, я не настолько бессердечная, как он думал.

– Останови машину, пожалуйста – попросила я жалобно.

Мне нужно было подышать свежим воздухом вдали от него. Успокоиться. Я понимала всем своим сердцем, что люблю его, люблю Нейта до сих пор. Но я сделала свой выбор уже давно. Мне нужно их забыть. У нас нет с ними будущего, ни с одним из них. Дилан больше не сможет полюбить меня такой, Натаниэль тоже не узнает меня сейчас.

У них дружба длинной в столетие, которая продлиться еще больше, а я умру через пару десятков лет. А даже если и стану вампиром, то вряд ли я смогу вернуть себя прежнюю, нет, я стану еще более эгоистичной. Я стану еще более жестокой. А им такая Сара не нужна. Им нужна та девушка, которая хотела спасти всех, которая боролась за свою жизнь, и которая искренне любила. Им нужна та 17 летняя девушка, которую они встретили впервые. Которая была чиста и наивна. А теперь чистой и наивной меня уж точно не назвать. На моих руках кровь, которую не смыть. В моей голове мысли только о себе, а не о других. Им нужна та, которая требует защиты, а я уж точно больше не нуждаюсь в чье-либо защите!

А кто виноват в этом? Кто виноват в том, что жизнь превратила меня в жестокую и эгоистичную женщину, которая готова переступить через любого, чтобы добиться своего?

Они виноваты в этом. Они сделали меня такой. И теперь ему не нравиться новая я. Видите ли, не такая белая и пушистая как раньше. Да, конечно, ведь до встречи с ними единственной моей проблемой было поступление в университет, работа, идиотские отношения. Никаких вам вампиров, оборотней, ведьм и охотников, которые хотят тебя убить. Ну уж извините, что вы похитили мою нормальную жизнь, что растоптали всю человечность. Извините, что я не выдержала и сломалась. Что не сохранила эту чистоту в мире полного опасностей и убийств. Вы похитили меня, забрали мой мир и всунули в свой ужасный, жестокий мирок, где быть человеком это опасно, а быть добрым человеком это вообще недопустимо.

Дилан проигнорировал мою просьбу.

– Останови долбанную машину немедленно! – крикнула я и толкнула его с такой яростью, что он был в шоке. Он свернул на обочину и остановился.

Я вылезла из авто пулей и пошла в лес, куда глаза глядят. Я жутко зла. Я хотела убить его прямо на месте, и чтобы не воткнуть кол ему в сердце, мне пришлось убежать. Но он в ту же секунду оказался рядом со мной.

– Что такое? – он был тоже зол. Но уверенна, его злость с моей не сравниться.

– Уйди, иначе я убью тебя. Просто исчезни!

Он засмеялся. Его смех, который ранее мне так нравился, его наглая улыбка, которая так меня возбуждала, сейчас просто выводить меня из себя. Я толкнула его, и он отошёл назад, но улыбка все так же играла на его лице. И я поняла, что хочу стереть ее к чертовой матери.

– Тебе смешно? Тебе смешно, что я стала такой долбанутой на всю голову? Ох, спасибо вам с Натаниэлем за такой мне подарок. Вы больше не сможете полюбить меня такую, потому что я испортилась. А кто, черт возьми, это со мной сделал. Вы! Вы! И только вы, черт побери! Так что уж извините меня за боль, но этой боли вы мне сделали намного больше. Вы разрушили мою жизнь, вы разрушили меня в конце концов.

И тут я ему врезала, да так что он аж отшатнулся назад. Он был в шоке. В шоке от моих слов, удара, да и вообще от меня. Его круглые карие глаза просто смотрели на меня с такой мировой печалью, что мне захотелось зарыдать. Я опустила руки.

– Я знаю. Извини. Мы виноваты в этом, и мы хотели исправить все, стерев тебе память. Но ты же все разрушила сама. Твое любопытство и твое упорство не давало нам защитить тебя. Ты могла бы остаться с нами, в безопасности. С тобой бы все было хорошо, но ты сама встреваешь в проблемы, ты сама отказалась и уехала.

– Остаться с вами, метаться между тобой и Нейтом? Потерять семью и любую перспективу реализовать себя? Потерять все, чтобы удовлетворить ваше долбанное самолюбие. Извини, но жить одной любовью на вас двоих я не могу.

– Да, это нечестно. Прости. Мы правда любили тебя, и думали, что так будет лучше для тебя. Видимо, это только все ухудшило.

– Я тоже вас любила. Но любовь – это не уничтожение друг друга. А именно этим мы с вами и занимаемся. Мы начали убивать друг друга с самого начала. Вы похитили меня, убили Питера, подвергли меня опасности, раскрыли правду про вампиров и прочих существ, стерли мне память, из-за вас меня пытались убить несколько раз, черт возьми. А я полюбила Нейта и тебя, двух лучших друзей и своим выбором могла разрушить все, что между вами. Убив вашу дружбу, я бы убила вас. Это не любовь – это долбанное уничтожение.

Я почувствовала слезы на щеках, и он подошел ко мне. Такой сильный, с такими полными любовью глазами. Этот горячий шоколад, в котором я хотела утонуть. Он обнял меня с такой силой, что я думала, что задохнусь.

– Любовь – это всегда трудности. Это как путь с тысячами препятствиями, которые никогда не закончатся, пока не закончиться любовь.

Я вдохнула его запах, и мне стало легче. Он посмотрел на меня, поднял мою голову и поцеловал. Но это был не поцелуй страсти как вчера, это был поцелуй трагической любви, которая никогда не сможет найти продолжение. Он целовал меня как в последний раз, томно, печально и с таким желанием, что я просто забыла всю ярость и обиду, что держала в себе. Я не хотела, чтобы этот поцелуй заканчивался, но он должен быть окончен, как и наша с ним любовь.

…

Когда мы приехали к пункту встречи все уже были взборе. Мы опоздали. Я сразу же разглядела светловолосого высокого мужчину в толпе вооруженных солдат. Нэйт, будто почувствовал мой взгляд, сразу посмотрел на меня. Я пыталась собраться с духом, чтобы выйти с машины и пойти к нему. Чувства опять взяли вверх, да так что я не могла дышать. Мне казалось, что ноги просто подкоситься и не выдержат меня. Но я взяла себя в руки и вышла из машины. Он пошел мне навстречу, я рванула к нему и обняла с той силой, с которой скучала по нему все это время.

– Я скучала – прошептала я ему в волосы.

– Я тоже. А ты все также не выросла – я чувствовала его улыбку в голосе. Он прижимал меня так же сильно.

Я начала отходить первая. У меня было столько всего, чего бы я хотела ему рассказать, но в голове ни осталось ни одного слова. Я просто улыбалась, и ему было этого достаточно.

– Ты как всегда прекрасен, Натаниэль – я обводила его взглядом полностью и не могла не заметить, как он чуть исхудал, но даже это ему шло.

Он был в таком же обмундировании, что и все солдаты, но на его форме были другие значки, также на груди у него красовалась булавка в виде золотой розы. Знак королевской особы.

Я поклонилась ему с ехидной улыбкой. Он же все-таки король. На что он тоже заулыбался и поклонился мне в ответ.

– Ты могла бы быть моей королевой.

Я засмеялась.

– Какая из меня королева, Нейт… Как Селена? – вопрос с сарказмом. На самом деле мне плевать на нее. Но то, что она теперь решила меня заменить Нейту, меня чуть раздражает. Когда я впервые услышала об этом из письма Дилана, я не особо обратила на это внимание, так как эмоции, да и проблемы, меня переполняли. Но сейчас, увидев его снова, я почувствовала укол ревности.

Мой вопрос обескуражил его. Он метнул злой взгляд на Дилана, понимая, что это он мне рассказал.

– Та ладно тебе, все в порядке. Мы же с тобой больше не пара, и ты можешь быть с кем захочешь. Но почему ты выбрал ее, я так и не поняла – спокойно сказала я, чтобы дать ему понять, что я не зла на него.

– Между нами ничего серьезного. Ей некуда пойти, вот она и осталась у нас.

– Поэтому вы решили время от времени трахаться. Действительно, ничего серьезного – я улыбалась, а Нейт не мог понять, что со мной.

– Я совсем не против отношений, ты свободен, но мог бы найти кого-то получше чем ее – продолжила я.

– Мне казалось, ты с ней в хороших отношениях.

– Да, мы расстались хорошо, но это не значит, что я забыла все, что она сделала.

Нейт уже хотел ответить что-то, но Дилан вмешался. Видимо, его достал этот разговор.

– Вы еще поболтаете или, может, уже приступим к операции?

– Да, Сара, потом поговорим – с серьезным видом ответил Нейт, хотя я видела, что он в замешательстве.

Я сделала свое дело. Посеяла в его душу зерно сомнения в Селене, и надеюсь, он вскоре ее бросит. И правильно, он достоин лучшего. Я хочу, чтобы рядом с ним была хорошая девушка, а не змея, пусть Селена изменилась, но я ей все ровно не доверяю.

– Конечно.

Мы двинулись в путь, оставив и запрятав наши машины в лесу. Нам идти долго, но так как вампиры обладают скоростью, то мы весь наш путь одолели за пару минут. Лично я была на спине Нейта. Пусть Дилан и предлагал, что бы я залезла на него, но я это делала с ним буквально прошлой ночью, так что я с ухмылкой запрыгнула на Нейта. Надо же какое-то разнообразие.

Когда мы оказались у горы, то удивились как там все охраняется. Единственный путь к зданию на горе охранялся стражами. И их было много. Но мы не хотели привлекать внимания, поэтому просто пошли опять через лес. Гора была достаточно крутой, так что быстро переместиться сложно было даже вампирам. Но мы справились и с этим.

– Мы не успели просканировать местность, да и вообще не было времени должным образом подготовится к операции, так что идем мы вслепую – будто сам себе говорил Дилан, явно обеспокоенный этим фактом.

– Еще и Сара, от которой человеком пахнет на мили! – выругался он снова.

Нейт нервно глянул на него и решил мне помочь хоть как-то. Он дал мне свою куртку, что бы от меня не так сильно пахло человеком.

Наконец взобравшись на гору, мы своим небольшим отрядом подобрались к огромному зданию, которое и являлось убежищем Косты. Массивные окна, стены из серого камня. Будто средневековый замок на горе, который не требовал никаких заборов и внешней защиты. Гора и само здание уже будто крепость.

Однако один из вампиров взломал окно, и мы залезли внутрь. Никакой сигнализации не было. Видимо, Коста до сих пор живет в Средневековье.

Здание было 3 этажным, но я сразу предложила пойти сначала в подвал, уверенна, что Анастасия там. Обычно там держат заложников.

Но не все дальше шло так гладко. Нас заметили на одном из коридоров. На нас напало пару стражей, меня сразу затолкали назад, но через пять секунд стражи лежали мертвые. Далее при спуске в подвал напали еще вампиров пять, но люди Нейта прекрасно справились бы и с ними. Если бы не один инцидент.

Один из вампиров почуял меня. Он обошел всех, чтобы добраться до меня. Я выстрелила пистолетом с глушителем, но попала в плечо, и его это только замедлило. Дилан уже собрался меня спасать, но на него напали, и он стал отбиваться. Внезапно прибежало еще больше стражей, и поэтому больше некому было спасать меня. Да я и не особо испугалась, сама виновата, что напросилась, ведь не в парк аттракционов я шла. Хотя чуть коленки дрожали, но винить в этом можно было только мою глупость и упорность. Сквозь легкий страх я все же выхватила деревянный кол из своего кармана, навела пушку прямо на идущего ко мне вампира и выстрелила снова, медленно отходя назад и переводя дыхание. Опять не в сердце, но уже рядом. Мне следовало пойти на курсы стрельбы.

– Сара – прокричал Натаниэль, увидев, что на меня нападают, я отвлеклась, чтобы посмотреть на Нейта. Его глаза были полны ужаса, он легко скручивал шеи стражам, пробираясь ко мне.

Чертов Нейт, если бы он не был так красив, то я бы так долго на него не пялилась и заметила бы, что вампир уже рядом. Он накинулся на меня как молния, и если бы не кол в моей руке, он бы с легкостью откусил мне пол шеи. Но мой кол подоспел быстрее.

Я почувствовала, как проткнула ему грудную клетку, но поняла, что сердца я не пронзила. Вампир был в ступоре от боли, и я воспользовалась этим. Я оттолкнула его, вынула кол из его груди, и вонзила снова, но уже в цель. Он умер практически моментально. Опять кожа становиться серой, опять тухнет взгляд. Всё как всегда.

Я уже даже удивилась, слишком уж часто я убиваю кого-то. И уж больно все было просто. Я с улыбкой развернулась, чтобы помочь Нейту, но на меня напали сзади, и на этот раз я этого не ожидала.

Он вонзился мне в шею своими клыками, и я почувствовала, как теряю сознание. Но я не могла себе этого позволить. Он должен был сразу сломать мне шею, но хотел сначала меня сожрать, в этом была его ошибка. Я снова вонзила тот же кол в живот. Он отошёл и с яростью вынул его из себя, явно забавляясь тем, что не я не сумела его убить. В итоге его самоуверенность сыграла с ним злую шутку. Времени мне хватило, чтобы приставить пистолет к его голове и выстрелить. Он упал замертво. Я упала вслед за ним.

11 глава

– Сара, пожалуйста очнись! – Натаниэль склонился надо мной, заставляя пить свою кровь. Он нежно держал мою голову, так что бы я не упустила ни одной капли его вампирской крови. Я чувствовала соленную, холодную жидкость на своих губах, на своем языке и в своем горле. Это не было приятным чувством, но что-то было в этом. Что-то интимное, что-то связывающее меня и Нейта.

Я почувствовала прилив энергии в теле. Все словно ожило во мне.

– Все хорошо – проговорила я, ощущая, как голос становиться тверже, и сила возвращается ко мне.

– Я думал, что потерял тебя – прошептал Натаниэль, склоняясь ближе ко мне.

– Нет, со мной все в порядке. Не так быстро можно от меня избавится – я поцеловала его в щеку и прошептала «Спасибо».

Мы поднялись, я уже твердо стояла на ногах, пусть Натаниэль все еще поддерживал меня, как и всегда.

– Скорее, Анастасия все еще где –то там, в опасности – бодро сказала я, будто выспалась, отдохнула и готова снова в бой.

Нейт еще чуть постоял в шоке, что я так быстро пришла в себя, но медлить времени не было.

Мы поспешили вперед к темницам, в одной из которых и должны были держать Анастасию. Но когда мы прибыли туда, ее там не оказалось.

Я обсмотрела все темницы, все уголки подземелья и нашла лишь несколько старых вампиров, которые были врагами Косты.

Натаниэль освободил всех и обратился ко мне:

– Тебе нужно пойти с ними к машинам, показать им путь. Тут мы уже сами.

Конечно же, я начала протестовать.

– Нет, здесь нет Анастасии. Я должна найти ее. Без нее я никуда не пойду.

Я говорила достаточно уверенно, чтобы он не стал мне перечить. Но стал Дилан.

– Ты чуть не погибла несколько минут назад. Уходи, мы найдем ее сами. Хватит уже потакать твоим прихотям! – он подошел ко мне настолько близко, чтобы я почувствовала напряжение, исходящее от его тела. Он был в ярости в то время, когда Натаниэль держал все свои эмоции под контролем.

– Я никуда не пойду без нее – я оттолкнула его и направилась вперед, но Дилан схватил меня за руку и оттащил назад так, будто собрался оторвать мне ее.

– Ты возвращаешься обратно! – процедил сквозь зубы Дилан.

– Дилан, убери руки! Я пойду с вами, и хватит мне указывать! – я прокричала последнее слово и уже хотела ему врезать по его симпатичной мордашке, но вступился Нэйт.

– Прекратите оба! – он сказал это так, что все замолкли. Сразу понятно, что говорит лидер, сильный лидер. Он не крикнул, даже голос особо не повысил, но сила в нем кричала за него.

Он посмотрел на Дилана так, что тот моментально убрал руки. Но в его взгляде я разглядела не только силу и раздражение от нашей перепалки, но и еще что-то. Разочарование и боль. Он моментально понял, что между мной и Диланом что-то есть. Но Нэйт настолько быстро взял себя в руки, что я и не поняла, осознал ли он, что у нас с Диланом тоже близкие отношения, как и с ним. Я пыталась разглядеть в его выражении лица хоть что-то, но он сразу же отстранился и продолжил идти вперед, к выходу из подвала. Его хмурые брови точно дали понять, что лучше его не трогать сейчас. Он переваривает, то что он увидел. Только вот разглядел ли он нашу с Диланом связь. Скорее всего, да. Не то что бы я скрывала это специально, но хотелось бы обсудить это все в другой обстановке.

Я молча пошла за Нэйтом. Пусть он и не подавал виду, но он был зол. Поэтому наш с ним разговор я перенесу на потом.

…

Идя долго по коридору, поднимаясь по лестнице, я заметила, что нас окружала полная тишина. Что-то в этой тишине меня настораживало.

– Что-то не так – прошептала я.

– Да, скорее всего, они знают, что мы здесь. Они готовят для нас сюрприз – ответил Нэйт и многозначительно взглянул на меня.

Сюрприз я уже ему преподнесла вместе с Диланом.

Мой страх возрастал с каждой минутой. Несколько стражей ушли, сопровождая заключенных к машинам, поэтому нас осталось только 20. А сколько здесь врагов, мы точно не знали. Но точно намного больше.

Мы проходили темные коридоры, оббитые камнем. Поднимались по громадным каменным лестницам. И мы никого не выдели.

Но все изменилось, когда мы поднялись по очередной лестнице и открыли дверь в огромный зал, там нас и ждал сюрприз. А именно целая куча наемников Косты Донати, сам Коста и Анастасия. Ее вид говорил за нее. Все плохо. Опухшие глаза, тело в синяках, грязные волосы. Она была истощена. Но самое страшное, это то, что ее руки были в крови. Перед ней стоял громадный каменный стол, на котором были разные глубокие тарелки. Одна была самая большая, та что посередине, и именно она была полностью наполнена кровью. Анастасия вместе с Костой стояли прямо перед ней. Девушка опустила руки в тарелку, и ее глаза наполнились слезами. Через секунду она достала что-то из тарелки… Это было сердце.

– Узнаешь, чье это сердце? – произнес с огромной улыбкой Коста.

Натаниэль дрогнул, его лицо побледнело еще больше.

– Это сердце твоего отца – сказал Коста.

– Этого не может быть – еле произнес Нэйт. Его глаза округлились, а губы пересохли. Он явно был в ужасе.

– Может, это же я поджег ваш дом. Но перед этим, я успел забрать у твоего отца кое-что для своей коллекции. И мне это пригодилось. Я знал, что, убив его, мне нужно будет победить тебя. Но, к сожалению, ритуал, что я готовил много лет назад, не сработал. Кровь людей не подействовала. Оказалось, что нужна кровь вампиров, вот и пригодились мои враги среди парламента. Еще нужна была более сильная ведьма, которая бы знала тебя. Мне понадобилось много времени, чтобы спланировать все это. Много лет ожидания. Но это стоило того – на его лице опять воцарилась улыбка. Улыбка убийцы и насильника. Но он не остановился.

– Столько лет я терпел унижения от вас, родовых вампиров, которые все получили при рождении, а не добивались своим трудом. Твой отец не заслуживал такой любви нашего народа, ты не заслуживал его короны, а вот я сделал все, что в моих силах, чтобы получить трон. Я заслуживаю власти, потому что я достоин ее. Я – истинный король, а ты просто родился уже с короной на голове, не сделав ничего, чтобы заслужить ее. Но ничего, я дождался мести, теперь ты у меня в руках!

Анастасия всхлипнула.

– Теперь я здесь. Что ты теперь будешь делать? – Натаниэль взял себя в руки, и голос его не дрогнул. Но его ладони, сжатые в кулак, выражали его гнев.

– Теперь ты умрешь. Только тебе выбирать умрут ли все эти люди за твоей спиной вместе с тобой, или же ты сдашься, и все они будут живи.

– Сегодня умрешь только ты! – крикнул Дилан и бросился на первого наемника. За ним последовали все остальные. Но Коста не дернулся с места. Его улыбка так и не покинула его лица. Он стоял рядом с Анастасией и шептал ей что-то.

Она держала сердце в руках, слезы текли по лицу. Она смотрела на меня полными боли и страданиями глазами. Она будто бы молила меня о чем-то.

Вокруг воцарился хаос и жуткий бой. Дилан крикнул мне, что бы я убегала. Но я не могла. Анастасия смотрела прямо на меня, и что-то держало меня на месте. Я хотела бежать, в бою с меня толку мало, я с легкостью могла стать трупом. Но Анастасия держала меня. Взглядом. Ее глаза почернели, и в моей голове прозвучал ее голос.

«Сердце! Сердце – ключ к ритуалу. Коста хочет заставить Нэйта страдать. Его людей намного больше, поэтому он точно знает, что скоро все люди Нэйта погибнут. Коста хочет заставить Нэйта смотреть на смерть своих товарищей. Сначала он убьет всех, потом Дилана, потом тебя. А в конце он заставит меня убить Нэйта. Ведь он знает, что он намного слабее Натаниэля, поэтому в честном бою ему не выиграть. Но с помощью этого ритуала, пронзив сердце отца Нэйта, он убьет его. Сара, тебе нужно забрать сердце. Я не могу его остановить, он угрожал убить мою семью и Брэда. Но ты можешь, ты можешь его остановить. Он не воспримет тебя всерьез. Он подпустит тебя ближе всех. У него слабая грудь, под сердцем большой шрам еще с того времени, как он сражался с Нэйтом. Именно там его слабое место, стоит его сильно ударить в грудь, и он ослабнет, так что ты сможешь его добить. Также он очень любит себя и гордиться своим милосердием. Надави на жалость. Восхвали его, и попроси спасения, и он поведётся. Он считает себя освободителем, считает, что свергнув Нэйта, он спасет мир вампиров. А еще у него слабость к молодым и хорошеньким девушкам. Так что у тебя есть все шансы. Ты можешь спасти Нэйта и Дилана, или же ты можешь спасти себя. Милая, решать тебе, но любой твой выбор я поддержу, знай это.»

Ее глаза снова стали карими. Она закончила свое послание. Мои ноги хотели бежать отсюда, как можно дальше. Мой страх кричал во мне, что бы я убиралась прочь. Мой холодный разум понимал, что если я попытаюсь спасти их, то скорее всего погибну. Ведь кто я против вампира, которому уже куча лет. А я молодая и слабая девка, которую угораздило влюбиться в двух проблемных вампиров. Я могла оставить их, они бы простили меня, они бы поняли и хотели бы, что бы я жила. Я бы простила себя в итоге, что бросила их. Это было бы сложно, но я знала, что я бы это пережила. Я бы продолжила жить дальше. Мой эгоизм видимо не знал границ. И я уже почти убедила себя бежать, но ноги не поддавались. Я вспомнила все, что они сделали для меня, хотя все мои опасности в жизни именно из-за них. Я могла бы спихнуть все на то, что это они стали виновниками всех моих бед, и вполне логично, что они спасали меня. Я могла привести сотни аргументов против них. Я уже переубедила свой мозг, но одно я не могла контролировать. Свое сердце. Ему явно было плевать на все.

Я рванула в сторону Анастасии и Косты.

– Прошу, только не убивай меня! – я бежала в его сторону и стала на колени прямо перед ним. Я удивилась, как я так быстро приблизилась к нему, что никто меня не остановил.

– Я знаю, что не смогу сбежать живой отсюда. Поэтому прошу, помилуй меня. Я сама не знаю, как вляпалась во всю эту историю с вампирами. Меня здесь быть не должно. Прошу! – я подняла голову и взглянула на Косту, который возвышался надо мной. Он явно был рад это видеть.

– Эх, милая, конечно, ты не виновата. Весь этот бал, в который тебя затянули, это просто бред. Ты просто стала пешкой в игре Натаниэля. Ты для него игрушка. А я прекрасно знаю, как это – быть слабым человеком среди вампиров. Сам был человеком много лет назад – он улыбнулся такой ангельской улыбкой, что я чуть ему не поверила.

– Да, я осознала это, и именно поэтому сбежала от них. Я здесь только, потому что они втянули меня в эти поиски Анастасии. Я хотела помочь ей, на них мне плевать. Я буду только рада, если ты избавишь меня от них.

Его улыбка разрослась еще больше. Это была музыка для его ушей. Он смотрел на Натаниэля. Он хотел увидеть эту боль в его глазах. Боль от того, что его любимая девушка бросает его. Что она только рада от него избавиться ради своего спасения.

Я не смотрела на Натаниэля, чтобы не выдать себя. Все должны поверить мне. Что я никогда не любила его.

Коста жестом показал мне встать. Я услышала, как всё сзади затихло, видимо, Натаниэль начал сдаваться.

– Сара, что ты делаешь? – крикнул мне Дилан. Он наверняка не ожидал такого.

– Я знаю, что ты ненавидишь нас за все, во что мы тебя втянули. Но не настолько же, что бы желать нам смерти – кричал дальше Дилан с болью в голосе.

– Сара, остановись – промолвил только Нэйт. Он не верил, что я сдаюсь. Старая Сара так бы не поступила.

– Видимо, теперь ты такая – сказал Дилан с таким разочарованием в голосе, что мое сердце защемило. Они поверили мне. Они действительно поверили, что я так просто их брошу. От этого мое сердце разрывалось еще больше.

Я встала рядом с Костой и Анастасией. Коста приобнял меня сзади и начал шептать:

– Ты сделала правильный выбор.

– Да, это точно.

Я посмотрела на Анастасию, чуть опустила голову и мысленно попросила ее предупредить Натаниэля о сердце. Он должен словить его. Она немного кивнула в знак согласия, и чуть развернулась в мою сторону, что бы я могла удобно его схватить.

Коста начал длинную речь, о том, как он рад, что покончит с Натаниэлем, забирая не только его жизнь, но и его девушку. Гордость и самолюбие губят много мужчин, и Коста не исключение. Если бы он просто взял и убил Натаниэля с самого начала этой бойни, а не разглагольствовал, он бы выиграл. Видимо, годы ничему его не научили.

И в эту секунду я развернулась к Анастасии, быстро выхватила сердце из ее рук и бросила его Натаниэлю с криком «Лови». Натаниэль ловко словил его, а я словила удар от Косты.

Причем этот удар в живот был таким сильным, что я пролетела почти несколько метров и выбила дверь на террасу. Я бы восхитилась красотой пейзажа, которая открывается с террасы, но боль в животе от удара в живот, и боль в голове от мягкого приземления об каменную стену затмили мой восторг этой красотой.

Я видела звезды в небе, и они кружились надо мной. Я попыталась встать, но голова болела так, что я не могла твердо стоять на ногах. Но кто-то меня все-таки поднял. Это был Коста, и он был в ярости.

– Ты грязная девка. Я хотел помиловать тебя, но, видимо, не судьба.

– Не судьба тебе заткнуться – на этом я собрала все свои силы в кулак, вытянула кол с кармана и направила его в грудь Косты. Он все еще сжимая меня, попытался отмахнуться от кола и переклонился за террасу. Я вонзила ему кол под сердце и начала давить вверх, чтобы дотянуться до сердца. Он все больше переклонялся через перегородку террасы, и я понимала, что вот еще чуть чуть, и он просто вывалиться.

Посмотрев вниз я поняла, что балкон находиться прямо на уступе скалы. Высота более 200 метров. Я испугалась, ослабила хватку, и он это почувствовал. Он притянул меня ближе к себе и впился в шею. Как только он вонзился своими клыками в мою кожу, я осознала, что именно этого сокращения расстояния, мне не хватало, чтобы добить его. Я поддалась и навалилась всем телом на Косту, пробивая грудную клетку, добираясь до сердца.

Я успела услышать крик Натаниэля перед тем, как Коста почти перевалился через балкон. Я попыталась отстраниться от него, но он каменной хваткой вцепился в меня и потянул меня за собой. Я чувствовала, что он умирает, я все-таки добралась до его сердца. Он тоже это чувствовал. Последнее, что я видела это была его улыбка. Злорадная жестокая улыбка. Улыбка победителя. Он с последних сил оттолкнулся от пола и специально перевалился за балкон, крепко сжимая меня в руках. Мои руки были зажаты, поэтому я не могла ухватиться ни за что. Я просто полетела вместе с ним. Я летела вниз, в темноту, к своей смерти.

12 Глава

Натаниэль услышал голос в своей голове.

«Лови сердце и не отпускай его. Если он пронзит его, ты умрешь. Лови сердце»

Он не мог понять, кто говорит это. И что вообще происходит. Его сердце было переполнено эмоциями. Сначала узнает, что Сара все это время была влюблена в Дилана, теперь она вообще предает его. Она просто спасает свою жизнь. В ее глазах было полное безразличие к нему.

Теперь этот странный голос. Он перевел взгляд на Анастасию и понял, что это была она. Он вопросительно посмотрел на нее. И в этот момент, Сара резко выбивает сердце из рук ведьмы и кидает ему.

Перед ним кинулся наемник, но он быстро отпихнул его и словил сердце своего отца. На него накинулся еще один наемник, но даже с одной рукой он ловко увернулся от него и сломал ему шею. Краем глаза он увидел, как зол был Коста, и как жестоко он ударил Сару. Она вылетела на террасу и Коста рванул за ней, в ярости за то, что она его обманула. Натаниэль уже хотел бежать за ней, но ему преградили путь наемники Косты.

Он выворачивался от ударов, сокрушал одного за другим, но шли секунды, и он отчетливо видел, как Сара из последних сил борется с вампиром. У нее не было шанса. Нэйт понимал это. В его мыслях было только одно. Спасти ее.

– Дилан, держи сердце! –крикнул он и бросил сердце в сторону друга. Ему было плевать, словить ли он его или нет. Он думал только, что ему нужно попасть на балкон. Он вырвал сердце одному наемнику и через секунду покончил с другим. И вот он был уже на балконе, когда Коста перевалился за балкон. Он держал ее слишком крепко, она не могла ухватиться. Нэйт рванул к ней, но не успел. Как только он сделал шаг, она уже летела вниз. Он уже хотела прыгать за ней, попытаться спасти ее, но Дилан схватил его за плечо.

– Стой! Ты разобьешься!

Нэйт стоял возле перил балкона где-то минут 10, пытаясь осознать, что произошло. В его голове были протесты. Она не может погибнуть. Не может. Но все вокруг прекрасно понимали, что Сара не пережила бы этого падения. Даже вампир бы вряд ли выжил после такого, а человек тем более.

…

Дилан стоял за своим другом и твердо держал его за плечо. Пусть эмоции и переполняли его. Он хотел кричать от боли из-за того, что не сберег ее, но он все еще должен оберегать Нэйта. Он бы спрыгнул с этого балкона за ней, если бы Дилан его не остановил. Дилан сам хотел пригнуть туда. Но разве это что-то изменит. Она мертва. От этой мысли его сердце содрогалось. Дилан еле сдерживал слезы. За сотню лет он плакал всего один раз. Когда умерла его мать. После этого он ни пустил ни одну слезу. Ему даже не хотелось плакать, хотя он провожал из жизни многих своих товарищей. Но сейчас он понимал, что если простоит на этом балконе еще хоть минуту, то точно не сможет сдержать себя.

Он быстро вышел обратно в зал. Прошел мимо ошарашенной Анастасии. Прошел мимо тел своих товарищей, которые пали в бою. Они выиграли бой, выиграли войну. Косты больше нет. Но чего стоил этот бой?

Он и Нэйт потеряли ее однажды. Но они знали, что она жива и здорова. Они знали, что она счастлива. Но теперь ее просто нет. И от этой мысли Дилану хотелось разнести весь этот особняк. Ему хотелось спалить весь мир дотла, лишь бы вернуть ее.

Он побежал в лес. Искать ее. Искать то, что от нее осталось.

…

Почти всю ночь они обыскивали лес. Нигде не было и следа от Сары или Косты. Но такого просто не могло быть, где-то же лежат их тела.

– Натаниэль, тебе нужно возвращаться домой. Парламент будет ждать твоего отчета – сказал Дилан во время того, как они обыскивали очередной квадратный метр леса.

Натаниэль был сдержан как всегда, но Дилан научился читать его эмоции за столько лет. Он был раздавлен, как и сам Дилан. Они оба не проронили ни слова за всю ночь, они просто молча искали ее. Искали, чтобы попрощаться. Вот только прощаться было не с кем.

– Дилан, я никуда не уеду, пока не найду ее. Я должен сделать хотя бы что-то.

Дилан знал, что он хотел добавить. Нэйт так же, как и Дилан мучал себя мыслью, что он должен был спасти ее. Сберечь ее. Но в итоге всех спасла она. Вот только себя сберечь, ей не удалось.

13 Глава

Я проснулась через несколько часов после падения. Потому что, когда я открыла глаза, я заметила, что начало светать. Все мое тело болело, а еще я чувствовала жуткую вонь. Я приподнялась и поняла, что я лежу на теле Косты. Пусть признаков гниения я не увидела, но вот мой нюх что-то учуял. Я быстро скатилась с него и повалилась на землю.

Я жива. Как это возможно? Я потрогала свою голову, которая жутко гудела и не нащупала ни одного шрама, зато крови вокруг было достаточно. Попыталась оглядеться вокруг, и как бы удивительно это не было, я смогла сфокусировать свой взгляд. Я видела деревья, кусты, кровь. Хотя все еще было темно, и раньше я бы не смогла все это разглядеть. Раньше мое зрение оставляло желать лучшего. А сейчас я вижу все просто прекрасно. Но не только это изменилось. Мой нюх уловил живность, а слух уловил движение. Оно было еле заметное. Но я услышала.

Я все больше начала осознавать, что со мной произошло. Мое падение смягчило дерево и тело Косты, но я бы все ровно не выжила. Я точно не могу вспомнить как я умирала, потому что это было мгновенно. Я просто разбилась.

И тут я почувствовала это. Голод, жажда, я не знаю, как лучше это назвать. И на этом все стало на свои места. Перед тем, как мы зашли в тот зал, где и был Коста, меня чуть не убил вампир, и Нэйт дал мне своей крови, чтобы я выжила. Кровь Нэйта все еще была во мне, когда я упала. И как удачно, что я не расшибла себе голову и не напоролась сердцем на ветку. Благодаря Косте, я смогла смягчить удар и не превратиться в пятно на земле. Я умерла, но смогла обратиться. Я стала вампиром.

– Блядь – произнесла я сама себе, валяясь на земле и наблюдая за тем, как небо становиться светлее. Рассвет уже близко, а я все еще посреди леса, где негде укрыться.

Раз я не умерла от падения с высоты в 200 метров, то и сгорать от солнца я не собираюсь. Я быстро встала на ноги и поняла, что теперь я намного тверже стою на земле чем раньше. Я сконцентрировала все свои силы на то, чтобы найти что-то живое. Еду.

Долго ждать не пришлось, я почуяла что-то. И направилась к ней, точнее я побежала, очень быстро.

Буквально за секунду я уже была у цели. Лисица. Ее рыжий мех ярко выделялся в темноте. Она будто пульсировала ярким пятном в лесу. Она манила. Манила своей кровью, биением сердца, которое я слышала. Каждый удар все больше соблазнял меня. Мой человеческий мозг кричал, что это живодерство. Что я собираюсь убыть живое существо. Но мой голод был сильнее.

Я накинулась на лису так молниеносно, что она не успела даже сделать шаг. Я не дала ни единого шанса на спасение и сразу же сжала ее тонкую шею, и впилась в нее зубами. Даже не почувствовала, как клыки разрезают мою десну. Зато я чувствовала, как горячая кровь течет по моей глотке.

После 5 минут моя еда окончательно опустошалась. Я держала мягкое пушистое тельце лисы в своих руках. Теперь на моих руках еще и кровь лисы. Только этого мне не хватало.

Вкус крови все еще был на моих губах, но с каждой минутой этот вкус становился противней. Я начала осознавать все, и мне хотелось вырвать все, что было в моем желудке. Головой я это понимала, но вот мое тело похоже к этому привыкло. Оно не подавало никаких знаков того, что я заживо съела лису.

Я опустила труп на землю и поднялась. Чувствовала я себя ужасно и прекрасно одновременно. Я вроде хотела плакать от того, что я сделала, и что мне предстоит еще сделать, но в то же время я была удовлетворена. Чувство голода притупилось, но не исчезло.

И тут я услышала звук. Кто-то приближался, и их было много.

– Пожалуйста, пусть это будут не люди – прошептала я самой себе, пытаясь заглушить мысль о том, что я бы убила всех людей, которых увидела бы сейчас. Всех без исключения.

– Сара! – крикнул знакомый голос.

– Нэйт!

Я рванула с места к нему. Через секунду я уже была в его объятьях.

– Ты жива! – прошептал он мне на ухо, зарываясь в мои волосы.

– Не совсем – ответила я.

Потом я отстранилась и обняла Дилана, который был в шоке от моего спасения.

– Во мне была кровь Нэйта, когда я упала – объяснила я им.

– Да, и ты уже подкрепилась. Быстро, однако – сказал Дилан, заметив кровь на мне.

– Ладно, потом поговорим, а сейчас нам нужно срочно в машину, пока солнце не взошло. Анастасия сделает тебе кольцо – быстро добавил Дилан, боясь моего долгого воссоединения с Нэйтом.

…

Как только мы подбежали к машинам, я заметила Анастасию в одной из них. Я залетела туда пулей и сразу же прильнула к ней в объятье.

– Черт, ты жива! Немыслимо – произнесла шокированная Анастасия.

– Да, я сама потрясена!

Мы еще долго сидели на заднем сидении черного джипа и не могли поверить, что все закончилось. Относительно хорошо. Относительно, ведь я все же не выжила. Я умерла и стала вампиром. Этот факт все еще не укладывался в моей голове.

– Я сделаю тебе защитное кольцо. От солнца. Как только мы доберемся к Нэйту. Но прошу меня простить, если я сразу же уеду. Я хочу наконец увидеть мою семью – счастливо сказала Анастасия.

– Конечно! Черт, тебя же долго держали в плену! Если бы мы могли, мы бы спасли тебя раньше – вскрикнула я.

– Все нормально. Коста схватил меня всего неделю назад где-то. И он достаточно хорошо со мной обходился. Могло быть и хуже, ты ведь знаешь – последнюю фразу девушка сказала тихо и многозначительно взглянула на меня.

– Да, я то уж знаю – с понимаем намека ответила я.

Наступило молчание. Мы не хотели обсуждать тему похищения. Ни она, ни я. Но Анастасия быстро нарушила тишину.

– Прости, что подставила тебя. Я ведь могла сама кинуть сердце Нэйту, но я была слишком напугана, чтобы хоть что-то сделать. Он угрожал убить всю мою семью, если ослушаюсь его. Я боялась, что если ничего не выйдет, и мы не сумеем его одолеть, то он не просто перебьет нас всех, но и убьет мою семью. А так, он бы не смог обвинить меня, что я предела его. Надеюсь, ты понимаешь, почему я поставила под угрозу. Мне очень жаль, что все так произошло. Что я не смогла быть такой же смелой как ты – глаза девушки наполнились слезами, и она начала рыдать.

– Нет, Анастасия, не смей себя винить в чем-либо. Ты сделала все, что могла, я сделала все, что могла. Я не виню тебя. Ты защищала свою семью, все бы поступили так же. Ты ни в чем не виновата – я приобняла подругу и стала успокаивать ее, поглаживая по голове.

– Все хорошо, теперь все хорошо – методично повторяла я, пытаясь успокоить не только ее, но и себя.

Она спасала своих любимых, я тоже спасала своих любимых. Каждый делает свой выбор. Хорошо, что каждый из нас, все сделал правильно. Я не жалею, что пыталась остановить Косту, я не жалею, что убила его. Даже если это стоило мне жизни.

14 Глава

Мы приехали в особняк Натаниэля. Он не изменился с того времени, как я была там. Все тот же роскошный газон, те же белые колоны перед парадным входом и большая деревянная дверь. От этого вида я даже начала ностальгировать.

Однако, когда мы зашли в дом я все-таки заметила перемены.

Паркеты покрыли коврами, старые картины сняли и повесили новые. Поменяли стиль самого дома. Раньше он был как старинный особняк, с разными дорогими и антикварными вещами, сейчас все стало слишком новым и современным. Не могу сказать, что такое обновление мне было по душе.

– Нэйт, ты решил сделать ремонт? Обновить все? – спросила я под впечатлением.

Этот дом больше не напоминал мне о прошлом, и было как-то грустно от этого. Старый стиль дома мне нравился намного больше. В нем была какая-то душа, а сейчас здесь только метал и стекло.

– Это не моя идея – только ответил Нэйт, явно смущаясь.

Я услышала звук, открывающейся двери, на втором этаже и потом увидела Селену. Она плавно начала спускаться с лестницы в коротком сером платье.

– Это была моя идея! – с улыбкой сказала она и подбежала к Натаниэлю. Она нежно обняла его и поцеловала в губы.

– Я волновалась, ты так долго отсутствовал. Хоть бы позвонил – с наигранной обидой произнесла блондинка. О Боги, она совсем не изменилась за эти годы!

– Все нормально, теперь я дома – он чуть отстранился от нее, увидев, что я смотрю на них.

Селена обернулась ко мне и тоже меня обняла. Сказать, что я была рада этому, я не могу. Я все еще помню, что из-за нее умер Питер.

Точнее из-за них всех.

– Сара, и ты здесь. Рада тебя видеть – она пыталась выдавить искреннею улыбку, но у нее это плохо получалось. Я видела, как на самом деле она рада меня видеть.

– Да. Я хотела бы сказать то же самое, но не могу.

– Разве мы не забыли наши прошлые обиды? Мы живем дальше – мудро заявила она.

– Да, некоторые живут, а некоторые нет – жестко ответила я, намекая на Питера.

В моей душе началось затишье перед бурей. Эмоции, что я так долго сдерживала, начали выходить наружу. Будто плотина, которая вот вот просто даст трещину, и тонна воды хлынет и затопит нас всех.

Я вспомнила, как Селена вела себя тогда, как она подставила меня в тюрьме, когда я пыталась спасти Питера. Вспомнила, все ее ехидные подколы в мою сторону, шутки и прочее. Конечно, я понимала, что не она убила Питера, его казнил Нэйт, но он никогда не скрывал этого, не пытался показаться хорошим. Она же залезла мне под кожу, узнала все мои слабости и гнусно подставила меня. Она подарила мне надежду на спасение Питера и отняла ее. Вот это чувство я хорошо помнила. А вот то, что она просто пыталась выжить и отомстить мне за убийство ее любовника, я не помнила.

Но она права, прошлое должно быть в прошлом.

Но как извините, мне забыть то, что только что произошло перед моими глазами. Они с Натаниэлем были парой. Все эти годы она была рядом с ним. Волна ревности чуть не накрыла меня. Я очень хотела просто впиться ей в шею и осушить до смерти. Но я держала себя в руках, отгоняя мысли о том, что все эти годы она каждую ночь ложилась в постель к Нэйту, каждую ночь она целовала его и делила с ним ложе до самого утра! Она была с ним, а не я.

Почему же я была зла на ее?! Я же сама отказалась от него, сама ушла. Я не имею право на ревность, не имею права злится на нее, ведь я виновата сама. Да, она заменила меня ему. Да, я знала это уже давно. Но увидеть их вместе, их поцелуй… Это меня разбило. И как бы я не хотела убить ее прямо сейчас, я должна была это проглотить. Я выдохнула, взяла себя в руки и просто улыбнулась. Мой самоконтроль – это мое оружие. Это единственное, что будет делать меня человеком.

Нэйт говорил, новообращённым тяжело себя контролировать, что эмоции зашкаливают. Это правда, вот только все возможно. Я сама себе это доказала, не убив Селену в первую минуту, как она открыла свой рот.

Нэйт вовремя разрешил ситуацию, так как ему явно надоело смотреть на эти пререкания, и просто предложил нам удалится.

– Пойдем, Сара, я покажу тебе, где ты можешь отдохнуть. Тебе нужно сходить в душ и поспать. Обращение сложная вещь.

– Обращение? – переспросила Селена.

– Да, я теперь вампир, так что советую тебе близко не подходить – ответила я ей и показала клыки.

Ох, я была довольна ее лицом. Микс шока, зависти и страха. Пусть я и простила ее за то время, когда она вела себя как сука, но забыть то что она сделала с Питером я не могу. Я смотрю на нее и вспоминаю его смерть. Опять. Хотя прошло столько времени. Поэтому позлить ее – для меня удовольствие.

Еще и то что она теперь с Нэйтом вообще меня убивает. Почему именно она? Селена ему не пара. И нет, это не ревность, это огорчение. Он заслуживает женщину получше.

Так что видеть ее поражение для меня только в радость. Она всегда хотела быть с Нэйтом, но он всегда любил меня. Поэтому, когда я опять появилась на горизонте, она вряд ли этому обрадовалась. А о вампиризме она мечтала уже давно. Но Натаниэль так и не обратил ее. Вот и вся любовь.

Мы поднялись по лестнице и Нэйт повел меня не туда, где я когда-то жила.

– А с моей старой комнатой что? – спросила я, поглядывая на коридор, где я когда-то бродила.

– Там теперь комната Селены. Надеюсь, ты не против? – просто ответил Нэйт, будто это ситуация уже начала его забавлять. Изначально он стыдился своих отношений с Селеной, но теперь, видя, как две красивые девушки уничтожают друг друга взглядом из-за него, его это явно повеселило. Мы хорошенько потешили его эго, хотя он же король, его эго всегда на высоте.

А вот поведение Селены меня посмешило. Конечно, она решила полностью искоренить любое упоминание обо мне и заменить меня собой. Как же это унизительно…

Мы шли по узкому длинному коридору. Когда-то я любила ночью здесь бродить, когда мне не спалось. Я помню, как здесь стояли старые деревянные тумбочки, на которых красовались фарфоровые куклы и прочие красивые аксессуары дома. Я всегда восхищалась утонченной резьбой по дереву на этих тумбах, на рамах картин и зеркал, всегда удивлялась красоте линий и изгибов на фарфоровых статуэтках. А сейчас всего этого нет, только пара квадратных горшков с непонятными кустами. Обои поменяли на просто белые стены, хотя раньше здесь были старинные обои с деревянными вставками.

– Как ты мог позволить Селене переделать тебе весь дом? – спросила я с возмущением.

Он обернулся и улыбнулся мне своей хитрой и милой улыбкой.

– Не ревнуй – только сказал он довольным голосом, на что я фыркнула.

Он привел меня в очень светлую комнату. Я уже не боялась солнца, так как Анастасия сделала мне кольцо еще в машине. Сама подруга уехала домой абсолютно здоровой и целой.

Комната была вся в пастельных тонах, простая и в стиле минимализма. Одна большая кровать с балдахином, деревянное кресло в углу и небольшой комод возле двери. Я подошла к большому окну и восхитилась видом из него. Под окнами раскинулся сад, я села на большой белый подоконник и любовалась видом.

– Ты в порядке? – тихо спросил Нэйт, подойдя ближе.

Я развернулась к нему и обняла за талию.

– Как ни странно, но я хорошо себя чувствую. Будто нашла покой.

И это было правдой. С моей смертью умерли и все мои тревоги, переживания. Я наконец отпустила ту боль, что терзала меня после моей короткой беременности. Я наконец перестала бояться за свою жизнь. Я стала сильней, и я чувствовала это всем своим телом. И эта сила давала мне умиротворение. Теперь не нужно переживать, что меня опять похитят и захотят убить, не нужно беспокоиться, что я что-то не успею, ведь у меня в запасе бесконечное количество лет.

– Я не могу представить, как тебе сейчас, ведь я родился таким. Тебе стоит поговорить об этом с Диланом – как только он произнес его имя, я почувствовала дрожь по его телу, и он быстро отстранился от меня. Я взглянула на него и осознала, что ему невероятно больно за то, что мы скрывали от него все.

– Как долго? – только спросил он. Я знала, о чем он.

– Все началось еще с самого начала. Но осознали мы это только после того, как меня похитили те охотники на вампиров. Помнишь? – мне было сложно говорить об этом, а ему еще сложнее слушать это.

– Да. Это я виноват. Вот почему ты отказалась быть со мной. Ты не хотела выбирать.

– Ты не виновен ни в чем. Нэйт, дело было даже не в вас. Я хотела жить своей жизнью, которую вы у меня украли.

– Я виновен в том, что еще с самого начала попросил его приглядывать за тобой. Я отправлял его тебе на помощь, и в итоге он был рядом с тобой всегда. Не я. Он всегда был твоим героем, пока я занимался другими делами. Не я. Почему я еще с самого начала не догадался, что между вами? Все это время я и понятия не имел о вас. Я не понимал, что он так же скучал за тобой, как и я все это время. Теперь все стало на свои места – он развернулся ко мне спиной и уже начал уходить, я схватила его за руку.

– Прости. Я не хотела ничего портить, особенно вашу дружбу. Никто из нас не виноват в том, что у нас есть чувства друг к другу. Я не хочу стоять между вами и никогда не хотела – мое сердце ныло. Я буквально ощущала его боль, но моя была раз в сто сильнее.

Он развернулся, взял меня за плечи.

– Тебе не за что извиняться. Я отправил его к тебе. В том, что у нас ничего не вышло, виновен только я. Я разрушил твою прежнюю жизнь, я разрушил наши отношения, и я же постоянно подвергал тебя опасности.

Я схватила его лицо в надежде, что может мои прикосновения переубедят его.

– Пойми, Нэйт, у нас ничего не вышло бы даже, если бы все было в порядке. Я была человеком, ты вампиром. Я хотела жить своей жизнью, а ты бы никогда не смог мне этого дать, потому что ты король. Ты бы не мог быть со мной, а я с тобой. Мы слишком разные, и у нас разные дороги. Я бы не смогла сидеть здесь как Селена и ждать тебя. А ты бы не смог позволить мне работать и жить в другом городе. Тогда бы мы вообще не виделись. Я люблю тебя, но даже и без Дилана, мы бы не продержались вместе, не потеряв самих себя. А я терять себя не была намеренна тогда и не намеренна сейчас.

– Сара, но ведь теперь ты можешь быть с нами. Ты вампир. Ты можешь выбрать. Я не хочу, чтобы мы все втроем были несчастны только потому, что я и Дилан не хотим портить дружбу. Я буду любить и тебя и его, даже если ты будешь с ним. Я слишком стар, чтобы держать обиду на кого-то.

– Нэйт, услышь меня. То, что я стала вампиром это всего лишь минус одна проблема в наших отношениях. И дело даже не в том, что я не хочу выбирать и рушить ваши с ним отношения. Нет, пойми же. Дело во мне и только во мне. Я не смогу жить здесь. Или быть с кем-то из вас. Потому что ты прикован к престолу, а Дилан прикован к тебе. И ваша связь намного сильнее нашей любви. У вас долг друг перед другом. Ты обязан выполнять свою работу, а он свою. Если я буду с кем-то из вас, то своей жизни у меня не будет, потому что мне всегда придётся думать о вас. Думать о том, как вам помочь, как решить ваши проблемы. Я не смогу просто взять и отстраниться от ваших проблем, занимаясь своими. Я так не смогу. Мне нужно будет, что бы я была рядом во всех невзгодах. А проблемы у вас будут всегда. Ты же король вампиров. Куча врагов, море крови, постоянные конфликты и проблемы всегда будут преследовать вас. Потому что это ваша жизнь. Я не хочу такой жизни. И я не вправе просить вас о том, чтобы вы меняли свою жизнь. Ни ты, ни Дилан не откажитесь от своего долга. А я не та женщина, которая пожертвует своей жизнью ради мужчины. Никто из вас не может дать мне того, чего я желаю, а я в свою очередь не могу дать вам того, что вам нужно.

Я замолчала. Я все сказала. Но самое главное упустила.

«Я слишком люблю вас обоих, что бы выбирать кого-то из вас. Я не могу выбрать. И никогда не могла. А если бы и могла, я бы никогда не простила себе, что встала между вами. Вы нужны друг другу, вы как братья. А кто я такая? Я уж точно не ваша семья. Я не смогу быть рядом с кем-то из вас, без постоянных сомнений, что сделала неправильный выбор. С кем бы я не осталась, я всегда буду жалеть. Жалеть, что выбрала не того парся, что разрушила вашу дружбу. Я не смогу быть счастливой. И заберу счастье у вас. Поэтому лучше нам быть порознь. Мне лучше уйти.»

Он ушел, оставив меня наедине с собой. Они оба надеяться, что я останусь, но я с самого начала знала, что мне нужно уйти. Причем как можно скорее. Иначе я могу передумать, а менять свое решение я не должна. Всем будет лучше, если я уйду.

…

Я быстро заскочила в душ. Обмылась. Кровь той лисицы стекала с меня красными потоками. Это было мерзко и приятно одновременно. Я смотрела на красную воду у моих ног и поняла, что опять голодна. Хотя буквально недавно в машине Дилан дал мне пакет крови.

Я выбежала из душа, быстро натянула на себя какую-то рубашку и трусы и рванула на кухню. В первый раз я была жутко не рада тому, что этот чертов дом так велик. Я слетела с лестницы и побежала в подвал. В холодильном помещении хранились пакеты с кровью. Я знала куда идти, но мой нюх опережал меня. Я пробежала кухню, где что-то готовили слуги Нэйта, и направлялась к самому дальнему закоулку нижнего этажа. За большой стальной дверью хранились мои сокровища. Я распахнула дверь и ворвалась в холодную, но безумно приятную для глаз и моего нюха комнату. На десятках полках на ледяных подушках лежали пакеты с кровью. Я подошла ближе и рассмотрела, какой группы был ближайший пакет. Первая группа.

– Ну сейчас продегустируем. Нужно бы ее подогреть, но и так сойдет!

Я схватила первую группу и быстро разорвала пакет так, чтобы долго не пить через трубочку. Через пару секунд пакет был пуст, а я была все так же голодна. Ощущение, что я не ела пять лет, а тот пакет был маленьким кусочком хлеба. Я схватила вторую группу, потом третью, потом сразу стала дегустировать самую редкую четвертую группу крови. Они все были прекрасны, но из моей головы не выходили ощущения той горячей и свежей лисьей крови, которая из ее вен стекала в мои. Я хотела что-то живое. Мне было мало даже всех пакетов в этом помещении.

Я осмотрела в поисках чего-то поинтересней и в дальнем углу нашла то, что было нужно. Кровь оборотней, ведьм и даже вампиров. Мне стало интересно. Я попробовала кровь оборотней, и она была мягко говоря не очень. Горькая и слишком соленная. Кровь ведьм была намного вкуснее, сладкая и с нотками фруктов. Как такое возможно? Кровь вампиров была самой странной. Железный привкус, терпкое послевкусие. Она была хуже всех. Поэтому я вернулась к крови ведьм. Она была прекрасна. Черт. Я не могу остановиться. Я пила один пакет за другим и, наверное, никогда бы не остановилась если бы в камеру не ворвались.

– Сара, какого черта? – Дилан подлетел ко мне и выпихнул меня из комнаты.

– Ты так все запасы сожрешь.

– Ой, да ничего, вон у вас живые пакеты с кровью ходят – крикнула я в ответ. Проходящий мимо меня официант дернулся и побежал в кухню.

– Что ты творишь? Ты же сказала, что все контролируешь!

– Я голодна. Слишком голодна – ответила я только.

– Сара, тебе придётся к этому привыкнуть. Мы всегда голодны, просто со временем голод становиться легче терпеть.

Он подошел ко мне ближе и обнял.

– Я знаю тебе тяжело, но я помогу тебе с этим справиться.

Я обняла его в ответ и не хотела отпускать. Но мысли начали проясняться, и я поняла, что пора завязывать.

– Нет – я отстранилась и отошла.

– Со мной все будет в порядке. Но не здесь. Я не смогу остаться. Я знаю, Дилан, что ты хотел бы мне помочь, поверь я тоже не хочу уходить, но ты же знаешь. У нас ничего не выйдет. Чем больше времени я проведу здесь, тем тяжелее нам всем будет. Вы должны меня отпустить.

После минуты молчания, с тоской в голосе он все же ответил.

– Ты права. Тебе здесь не место. А нам не место с тобой. Я знал, что ты не останешься. Но сейчас слишком опасно оставлять тебя одну. Ты можешь кого –то убить, ведь ты только обратилась.

– Дилан, я была очень голодна, но тем не менее я побежала в холодильник, а не напала на персонал кухни. Я справлюсь. Но находиться здесь мне нельзя. Я не могу остаться иначе начну сомневаться в своем решении. А оно правильное, и лучше оборвать все сейчас.

15 Глава

Но уехать сразу же я не смогла. Я вернулась в комнату, хотела начать собирать свои вещи, но потом поняла, что вещей-то у меня и нет здесь. Какие вещи? Я ничего не брала с собой.

А я так хотела начать собирать чемодан, подумать, и оттянуть тот момент, когда я действительно свалю отсюда.

Складывание чемодана всегда меня успокаивало, будто, я не чемодан складываю, а расставляю по полочкам все в своей голове.

А сейчас в моей голове явно не порядок. Там каша! Вроде я и хочу сейчас же уехать и вернутся домой, но понимаю, что опасно сейчас возвращаться в Нью-Йорк, где толпы людей. Я ведь только что обратилась, еще рано ехать домой. Но и тут я не могла находится.

Я решила попросить помощи у Нэйта. Может он сможет посоветовать мне уединенное место, где я могла бы переждать этот период.

Я быстро нашла его в библиотеке. Мы часто встречались с ним именно здесь, говорили часа о чем-то. Было приятно вспомнить об этом.

– Нэйт, не отвлекаю?

Нэйт сидел за столом и что-то писал. Видимо политические дела.

– Нет. Просто пишу отчет парламенту и думаю тут о всяком. О тебе в частности, о твоих словах – он задумчиво взглянул на меня, отрываясь от своих бумаг.

– И что же ты надумал? – спросила я, присаживаясь к нему за стол.

– Ничего – быстро оборвал он и продолжил – ты что-то хотела?

– Да. Я думаю, мне еще рано возвращаться домой, но и тут оставаться нельзя. У тебя случайно нет никакого места, уединенного, что бы я сама побыла там, пока не привыкну к новому состоянию?

– Да, думаю, я что-то найду. Но сейчас у меня куча дел. Ты ведь можешь пока подождать?

– Ну, если мне бы поскорее уехать… – я уже хотела продолжить, но Нэйт меня перебил. Причем грубо, видимо, его настроение явно ухудшилось за этот час, что мы не виделись.

– Сара, сейчас я занят. Уверен, что ты можешь подождать немного. Завтра попробую все организовать, но не сегодня. Так что тебе придется потерпеть наше общество еще немного – коротко и сухо ответил он и демонстративно стал читать свои бумаги. Я поняла намек. Сейчас его лучше не трогать, и мне следует уйти.

Я встала, как можно тише, чтобы не раздражать его еще больше. Узнавать, что произошло, я не стала, боясь еще больше его разозлить. Я начала идти к двери, чтобы уйти, но он окликнул меня.

– Сара, жду тебя на ужин в восемь часов.

– Но я… – и он снова меня перебил, даже не глядя на меня.

– Отказ не принимаю – резко ответил он, все еще поглощённый своими документами.

Я была немного ошарашена таким его поведением, но не стала ему перечить. Он говорил ну слишком властно, чтобы хоть что-то ему ответить. Поэтому я просто ушла.

Я буквально бежала по коридору. Не знаю, почему, но что-то меня насторожила в поведении Нэйта. То он спокойно принял тот факт, что у нас с Диланом что-то было, а теперь он будто весь на иголках. Он явно зол, может, на меня, может на что-то другое, но за этот час, что я была в душе и обедала в холодильнике, его явно начало что-то беспокоить.

Я не стала гадать, что же случилась, а просто отправилась в комнату, не свою, а временную. Нужно подождать ужина, а там я все узнаю.

…

Просидев у себя в комнате, борясь со своим голодом, я все ждала ужина. Наконец нужный час пробил, и я быстро полетела вниз в большой зал, где обычно накрывают стол. Я даже не удосужилась переодеться, или как-то привести себя в порядок. Мне слишком хотелось есть и увидеть снова Нэйта, чтобы узнать, что его так разозлило.

В итоге я пришла первая. Стол был уже накрыт, но повсюду была только человеческая еда, мясо, салаты. Взглянув на них, я надеялась, что только этим все не ограничится. Мне хотелось крови. Я больше не особо хотела ждать. Вскоре пришел Дилан. Он скованно мне улыбнулся и сел подальше от меня.

Да что ж это такое? Почему у них за секунду меняется настроение? То все было в порядке, теперь же они оба явно на меня обижены. Моя злость медленно но верно увеличивалась. А голод только все усугублял.

– Когда придет Нэйт? – нервно спросила я у ковыряющего салат Дилана.

– Теперь тебя интересует Нэйт – тихо ответил он.

– Что? – я то все расслышала, но только вот смысла не могла понять.

– Ничего. Он скоро будет – отрезал парень и стал жадно поедать свой стейк.

Ясно. Эти оба явно настроились против меня! Какого черта?! Их чувство обиды и ревности включилось только сейчас. Почему?

Мои чувства начали накалятся, но я все еще держала себя в руках. Хотя очень хотела перевернуть к черту этот блядский стол и сожрать всех людей в этом доме!

Мои мысли прервало появление прекрасной пары. Нэйт и Селена вошли вместе в зал и сели рядом друг с другом. В итоге я сидела в центре стола, дальше всех, а они как кучка единомышленников сели за другу часть стола, подальше от меня. Нэйт также в главе стола, как и я, только с другого конца, Дилан с правой стороны от Нэйта, а Селена с левой стороны от Нэйт.

Такое расположение с самого начала вечера дало понять, что я в этой компании явный изгой, еще и враг, наверное. Я сразу же напряглась в ожидании чего-то плохого. Удивительно, но я все еще держала себя в руках.

Они молча начали налаживать себе в тарелки еду, пока я сидела с пустой тарелкой и просто ждала, когда подадут кровь. Молчание прервала как не странно Селена.

– Сара, могла бы и приодеться к ужину – сделала она колкое замечание.

– Здесь нет моих вещей. Только ты можешь носить чужие вещи уже несколько лет – ответила я ей с безразличием.

Она хихикнула и, странно, ничего не ответила.

– Сара, может хватит винить ее во всех грехах. Она сделала выбор остаться здесь, ты решила уехать. Смирись и успокойся. Я не намерен портить себе ужин вашими бабскими перепалками – такую пламенную и жесткую речь начал Нэйт. Он даже не взглянул на меня при этом.

Я немного была в шоке, а вот Селене это явно польстило. Он ее защитил. Защитил от меня. То есть, он явно встал на ее сторону. Да, видимо, они стали близки за это время.

На этом я налила себе вина и решила не начинать разговор. Я просто боялась, к чему он может привести.

Я сидела пила вино, надеясь, что мою жажду успокоит хотя бы алкоголь, однако голод не унимался. А они все продолжали жрать свои долбанные салаты. Прошло несколько минут в полном молчании, но для меня они были часами. Я будто сидела в какой-то камере пыток, где против меня обернулись все, кого я любила. И сидела я еще и голодная. Ну все! Хватит с меня.

– Когда мы сможем нормально поесть?! – заявила я, глядя прямо на Нэйта. Говорить, что-то Дилану не было смысла. Здесь главный Нэйт.

Нэйт спокойно поднял на меня свой холодный серо-голубой взгляд и с удивлением спросил:

– Разве мы уже не едим?

Честно, я не знаю, как я не бросила в него в тот момент бутылку вина. Видимо, вино было мне дороже бесполезной агрессии.

– Я имею в виду кровь, Нэйт – ответила я, стараясь не повышать голос. Сцены мне не к чему, это только бы потешило Селену.

Нэйт невозмутимо ответил.

– Ах, точно, ты же голодна, наверное. Прости, забыл. Мистер Купер, подайте Саре бокал теплой крови первой группы – Нэйт обратился к своему слуге.

– Ничего, что забыл. Спасибо – с улыбкой ответила я, рада хоть тому, что я поем.

– Ну да, ты то постоянно что-то забываешь. То одно, то другое. Как и верность свою ты где-то явно забыла – спокойно ответил Нэйт.

Я поперхнулась своим вином. Что он, черт возьми, сейчас сказал? Верность?!

– Вот мы как заговорили – медленно проговорила я. Эмоции не просто кипели во мне, они вулканом взрывались во мне. Но я все ровно не давала себе слабину.

– Да, знаешь, я слишком мягко принял тот факт, что ты мне изменила. Точнее, что изменяла мне с моим лучшим другом еще с самого начала – ровно но сухо проговорил Нэйт, уже глядя прямо на меня.

Он сжал в кулак вилку так сильно, что костяшки его рук побледнели еще больше. Я кинула взгляд на Дилана. Он просто ковырялся в своем гребанном салате, даже не кидая взгляда на меня. Значит, он рассказал ему все. И про наш секс тоже. Ладно, я и не хотела скрывать, но черт, посмотри ты мне в глаза хотя бы! Нет, Дилан не поднимал своих глаз и просто угрюмо молчал, пока ситуация только накалялась.

– Я не изменяла тебе, Нэйт. Измена – это когда ты хотя бы состоишь в отношениях. Мы же никогда не были в них! – мой тон начала повышаться.

– То есть, то что было между нами, даже отношениями ты не можешь назвать? – с горьким удивлением ответил Нэйт.

– О Господи! Ты издеваешься? Это были моменты, моменты любви, страсти, моменты страха и ненависти, но да, у нас никогда не было отношений. Нэйт, ты не приглашал меня на свидания, мы не ходили в кино, я не знакомила тебя с моей мамой и котом. Отношения – это когда ты стабильно строишь что-то, а не наши американские гонки. Мы постоянно спасали друг друга, ставили друг друга под удар и снова спасали. У нас не было стабильности, спокойствия и простых человеческих взаимоотношений! Не было ни с кем из вас – я выдохнула, закончив свою тираду.

– Да, ты права, может у нас и не было стандартных отношений. Но черт, целоваться с моим лучшим другом, спать с ним, когда ты фактически находилась здесь в роли моей избранницы. Сара, как можно было так поступить с обоими нами? О чем ты думала вообще?

На этом Дилан уже поднял свой взгляд. В его глазах я увидела то же, что и у Нэйта. Боль и разочарование. Во мне.

Я осуждаю себя каждый день за это. За то, что влюбилась в них обоих. Влюбилась неожиданно и бесповоротно. Но как можно осуждать чувства?

– Я не думала. Я просто чувствовала. Нэйт, когда я попала сюда, Дилан был первым, с кем я здесь познакомилась. Он был рядом после смерти Питера. Он был рядом всегда. А ты вообще был ненавистен мне изначально. Потом я начала узнавать тебя, узнавать его. И все. Это произошло случайно, я сама этого не хотела, но черт! Я не могу контролировать, что я чувствую. Прости за это. Мне жаль, что так произошло – мои слова давались мне нелегко, но я должна была донести до них это.

На этот раз вмешался Дилан.

– Я просил тебя остановится, я сам отстранялся. Но ты все наступала и наступала. Ты сломала меня. Зачем?

– Черт, ощущение, что я заставляла тебя целовать меня, насиловала тебя бедного. Дилан, не прибедняйся, ты тоже хотел этого. Мы все хотели этого – меня вывели из себя его слова, его тоска в голосе. Бедного и сломанного. Что-то не был он таким сломанным у меня в спальне.

– Сара, до того, как ты полюбила нас, ты могла остановится. Не играть нами обоими, не соблазнять нас. Но ты решила поступить иначе. Что это говорит о тебе? – Нэйт стал первым говорить до того, как Дилан сообразил, что сказать.

– Это говорит о том, что она – шлюха! – с улыбкой вставила Селена, которая до этого молчала все время, наблюдая за этой сценой.

– Я – шлюха, потому что позволяю себе любить кого хочу, спать с кем хочу и получать удовольствие от этого. Или может я шлюха, что хочу вас обоих? Нет, я не шлюха, я просто свободна. Свободна любить и выбирать, свободна жить, черт возьми – эти слова я не адресовала Селене, эти слова я говорила им всем.

Мне надоело отчитываться, надоело оправдывать себя. За что? За то, что полюбила их? Ну извините, я это не контролирую. Да, мне не стоило начинать что-то с ними обоими одновременно, но я хотела, и я не могла себя остановить. Я просто получала удовольствие. И мне не стыдно за это. Мне не жаль, что все так произошло.

Но Селена не унималась. Она начала спрашивать о том, как быстро я стала заводить отношения после них. Она как-то даже узнала про Николаса Конана.

– Сара, ты даже на работе не унимаешься, хочешь трахнуть своего шефа!

– Как ты, черт возьми, узнала про Николаса?! – возмутилась я таким поворотом. Откуда она знала его имя, что я работаю на него, откуда она знала, что у меня глубокая симпатия к нему.

Элизабет! Черт тебя возьми! Эти блондинистые стервы заодно!

– Так вы с Элизабет были заодно с самого начала?! Ты наверняка знала про мое похищение, про Дэрэка, и все что было? Ты могла сказать Нэйту об этом, он мог бы мне помочь, но ты молчала. Вы обе хотели моей смерти?! – пазл в моей голове начал складываться. Они познакомились на балу, нашли общий язык и так как Селена была всегда при дворе, то поддерживала связь с Элизабет. И когда они узнали, где я работаю, то сразу придумали план, как избавится от меня. Так Селена бы навсегда получила Нэйта, а Элизабет бы не переживала за Николаса. И снова все ради мужчин!

Молчание Селены говорило само за себя, она злобно смотрела на меня, испепеляя глазами. Теперь я хотела убить ее еще больше! Эта сука виновна в том, что Дэрэк сделал со мной, что я сделала со своим ребенком!

Нэйт не понял, о чем идет речь и стал задавать вопросы, но Селена быстро перевела тему на более горячую.

– Да как вы до сих пор её уважаете и любите? Почему вы до сих пор беспокоитесь о ней? Эта шлюха спала с Питером, а потом быстро забыла о нем и переключилась на вас двоих, но потом также легко позабыла и вас, а теперь она сидит и думает, что имеет вас обоих. Да ещё и своего шефа хочет! Как тебе это удаётся, шлюха? – яд буквально выплескивался из ее рта.

– Ох ты уж прости, что я не оплакиваю мёртвых и не сижу годами как монашка в ожидании настоящей любви. Я свободна хотеть, кого хочу. Раньше я стыдилась себя, но сейчас став вампиром, я поняла, что нет смысла отрицать того, что хочешь. Намного лучше взять это. Так что мне плевать, Селена, что ты думаешь обо мне! Мне надоело стыдится себя и быть хорошей девочкой. Хорошим девочкам мало что достаётся, вон взгляни на себя. У тебя есть король, но ты не королева! А мне и королевство не нужно, я сама свое построю. И ни тебе, ни твоей подруге Элизабет меня не остановить. Передай ей, что, когда я вернусь, ее в Нью-Йорке не будет. Я избавлюсь от нее, даже не прилагая усилий. А тебе Селена, за все что ты сделала со мной хочу сказать «спасибо». Я бы не стала сильней без того, что ты мне наделала. Без твоей подлости я бы не справилась. Я бы хотела тебя отблагодарить, но вижу, ты сама справляешься. Ты можешь залезть к нему в постель хоть сотню раз, но он тебя не полюбит, и ты не получишь от него того, чего хочешь. Мне тебя искренне жаль, тут даже мстить тебе не нужно – я перевела дыхание и взгляд на парней, которые в шоке сидели от моей тирады.

– Ещё одна причина, парни, почему я не могу остаться с вами. Я не хочу выбирать между вами, я хочу вас обоих, и я также не хочу быть в вашей тени, потому что я сильна в одиночестве и хочу добиться всего сама, а вы мне и так подарите весь мир. Простите, но я хочу все или ничего, среднего не бывает – я замолчала и выпила залпом бокал вина. Мне стало легче, от того, что я все высказала. Что я сказала все вслух им и себе самой. Я наконец поняла, что не злюсь на себя, что не осуждаю себя и свои поступки.

Нэйт был шокирован такой нахальностью с мой стороны, он не ожидал услышать такие речи.

– Дааа, Сара, ты изменилась.

– Да, ты прав. И мне это нравится. Впервые мы встретились, когда я была подростком, слабым и наивным, я требовала защиты, но сейчас она мне не нужна. Спасибо вам за все, но вы не сможете дать мне того, что я хочу. По крайней мере не сейчас. Я не готова к вам, и вы не готовы ко мне, но может время придёт, и мы сможем быть вместе. Потом как-нибудь но не сейчас. Ни вы не готовы, ни я.

На этом я взяла недопитую бутылку вина, откланялась ошарашенным парням и гордо направилась в свою комнату.

Я не устраивала истерик, не кричала и не убила Селену. Я была довольна собой. Все эмоции, которые бушевали во мне вначале, испарились. Я сказала все, что хотела. Думаю, им больше нечего сказать мне. Так что закончим на этом.

16 Глава

Я проснулась рано пусть и пила почти целую ночь. Однако усталости я не чувствовала, конечно, ведь я теперь вампир, и мне отдых уже не нужен.

Я бодро открыла глаза и увидела яркий букет с маленькой запиской.

«Прости за вчерашнее, я был зол и наговорил лишнего. Я не знал, через что тебе пришлось пройти, не знал, что ты чувствуешь. Если будешь готова поговорить по душам, то приходи в библиотеку. Буду ждать тебя.

Натаниэль»

Я была рада, что он уже не злился. Конечно, я не была уверенна, что он меня понял до конца, но было приятно, что он осознал, что наговорил лишнего. Он имел все права злится, однако не стоило забывать, что мои чувства к ним также сильны, как их ко мне.

Я с бодрой улыбкой после душа отправилась сразу же к нему. Я не хотела больше ссорится, я хотела мирно поговорить и чуть чуть побыть вместе только вдвоем.

Я зашла в большую библиотеку и встретила Нэйта в белоснежной рубашке. Его волосы были еще чуть влажными после утреннего душа. Он широко улыбнулся мне, и я поняла, что вчерашнее настроение ушло.

– С добрым утром! – звонко сказал парень, протягивая мне чашку кофе. Я села рядом с ним и приняла напиток.

– Извини, что было вчера. Это был срыв… – Нэйт хотел что-то продолжить, но я быстро остановила его.

– Все хорошо, ты не понял меня, и поэтому вышло недоразумение. Не нужно объяснятся.

– Хорошо, но у меня все ровно есть несколько вопросов. Я не мог заснуть ночью из-за всего. Слишком многое обрушилось на меня, понимаешь? – Нэйт взглянул на меня, и в этот раз его глаза были добрыми и любящими, как и всегда.

– Я понимаю, я готова поговорить искренне и без истерик – честно ответила я с улыбкой. Как я могу лгать таким глазам?

– То, что ты говорила вчера Селене – это правда? Что тебе не нужен король, не нужен я? – с легкой обидой спросил он.

– Нет, это не то, что я хотела сказать. Мне не нужен именно король, мне нужен ты, а не твоя корона или статус. А ей нужно именно это.

– Ты думаешь, я не знаю этого. Я не дурак Сара – слегка возмущенно заявил Нэйт.

– Да. Я просто не хочу, чтобы ты ошибся. И я не могу быть с тобой также, потому что ты как раз и есть король, у которого есть все. Я не буду уважать себя, пока не попытаюсь получить что-то свое, добиться своего и тоже обрести успех. Что бы мы были равны, понимаешь?

– Понимаю. А что тогда с Диланом? Ты и вправду любишь его так же, как и меня? Как это возможно? Любить обоих одновременно!

– Я не знаю, Нэйт, это просто так вышло. Я люблю вас обоих и не могу выбрать. Да, это неправильно, это нечестно, но это так, и я по-другому не хочу и не могу.

– Разве тебе не хватало моей любви?

– Нет, Нэйт, дело не в этом, мне хватает каждого из вас, но зачем ограничивать себя, если мы любим друг друга, если и он и ты любите меня, а я люблю вас. И что с того, что это не вписывается в формы морали? К черту их, если мы будем счастливы. Но я знаю, что вы не готовы к этому, пока не готовы. Да и я тоже, поэтому и ухожу. Нам всем нужно пространство. Но я буду надеяться, что судьба соединит нас всех когда-нибудь, и мы сможем быть вместе.

Он улыбнулся на мой ответ. Это было дерзко и непонятно для него. Я предлагала ему отношения втроем. У него явно не складывалось это в голове. Я поняла, что он был чуть обескуражен, но я была рада, что он хотя бы попытался понять меня. Пусть у него это не особо вышло.

Нэйт уже хотел задать новый вопрос, но я не видела в этом смысла. Этот разговор ни к чему не приведёт. Сейчас он не поймет меня, сейчас явно не время. Поэтому что бы как-то облегчить его терзания внутри, я решилась на опасный шаг. Ну как решилась. Я сама хотела этого. Хотела еще с того момента, как увидела его снова спустя столько лет.

Я прильнула к нему и примкнула свои губы к его. Мы слились в сладком поцелуе практически сразу. Он не был против – это точно!

Но потом он чуть отстранился с удивлением в глазах.

– Может, нам не стоит? – проговорил он, глядя на мои губы.

– Почему? Нам разве что-то мешает? Ты этого хочешь, я этого хочу…зачем себя ограничивать… – уверенно и томно заявила я и набросилась на него.

Он уже тоже не стал себя сдерживать и просто поднял меня и усадил на большой стол. Мы долго изучали языками друг друга, пока он медленно снимал с меня футболку и шорты. Я также подстраивалась под его темп и раздевала его.

Как я давно хотела его. Столько лет я мечтала снова почувствовать его внутри, и вот это свершилось. Его твердое естество ворвалось в жаждущее лоно, и мы слились в этом сладком прощальном сексе.

…

Я быстро выбегала из его библиотеки, довольная и счастливая. Ему нужно было готовится к встрече с парламентом, поэтому я решила не мешать ему больше. Наша встреча с ним и так затянулась аж на пол часа.

Я быстро шла по коридору, поправляя свою одежду, пока не осознала, что стою возле своей комнаты. Ноги сами донесли меня сюда, вот только я, видимо, забыла, что комната то больше не моя.

Дверь была приоткрыта, и мое любопытство не давало мне покоя. Что же Селена сделала с моей комнатой? Так что, не боясь, что хозяйка комнаты может быть там, я уверенно распахнула дверь и зашла без приглашения.

Комната была вся перекрашена в светлые голубые тона. Мебель заменили на новую дизайнерскую, а мое любимое кресло, где так любил сидеть Дилан, заменили на кушетку. Это больше не было той комнатой, что я помню.

Я подошла к окну и заметила несколько рамок с фотографиями. Я взяла одну, чтобы посмотреть поближе, и мое настроение быстро ухудшилось.

На фотографии были два счастливых человека. Девушка нежно обнимает высокого парня на фоне Парижа. Эйфелева башня красуется на заднем плане, а парочка с большими улыбками машет в камеру. И я бы очень умилилась этой фотографии, если бы этой парочкой не была Селена и Нэйт. Он также обнимает талию Селены одной рукой, и его улыбка была вполне искренней.

Он был счастлив. Они вдвоем были счастливы. Такую эмоцию не подделаешь даже фотошопом.

Мои размышления прервала Селена, которая вышла из душа. Я оглянулась на нее, пока она поспешна забирала фотографию с моих рук.

– Ты что здесь делаешь? – воскликнула она, вытирая свои длинные белокурые волосы полотенцем.

Я чуть замялась, но быстро взяла себя в руки. Видимо, эта фотография выбила меня из колеи.

– Просто зашла посмотреть на мою старую комнату. Но от моей комнаты здесь уже ничего не осталось – немного с грустью ответила я.

– Да, прошло столько лет, чего ты ожидала? Что Нэйт покорно будет ждать тебя? – заявила она, садясь на кровать.

Я промолчала. Ведь действительно. Чего я ожидала? Все меняется, я меняюсь, и Селена с Нэйтом тоже изменились.

Селена снова прервала мои мысли.

– Сара, а сейчас без оскорблений и сарказма. Когда ты уедешь?

Селена сидела ровно на кровати, расчесывая свои пряди и с серьезным видом глядела на меня.

Я уже хотела что-то пошутить, вроде что она от меня так быстро не избавится. Но я решила смолчать.

– Скоро. Так что можешь не подсылать снова своих убийц за мной. На этот раз я точно уйду. Можешь не переживать, что я попытаюсь увести его.

Девушка сразу поняла намек. Про Дэрэка.

– На счет похищения, прости. Я не хотела тебя убивать, Элизабет обещала, что он лишь причинит тебе боль. Я лишь хотела, чтобы ты почувствовала то, через что проходил Нэйт после твоего ухода.

Она больше не говорила надменным голосом, скорее грустным.

– Что? – удивилась я таким поворотом. Ее желание убить меня я понимаю, я конкурентка. Но месть за Нэйта? Это что-то новенькое.

– Нэйт был не в себе долгое время. Он никак не мог оправится после тебя. Но вскоре я помогла ему. Долго, но упорно я возвращала ему жизнь, восстанавливала его сердце, что ты разбила. Но внезапно Элизабет сообщила, что ты работаешь в ее журнале. Ты снова напомнила ему о себе, и он снова ушел в себя. Хотя я столько лет собирала его по кусочкам. Я была в ярости. Даже на расстоянии, даже спустя столько лет, ты снова его ранишь. Тогда Элизабет предложила отомстить тебе, она заверила меня, что ты не умрешь, но что точно получишь по заслугах и скорее всего навсегда покинешь Нью-Йорк. Так я бы избавилась от твоего призрака еще на какое-то время. Но она не говорила, что тот парень маньяк и психопат, который не оставляет в живых. Я не убийца, Сара, я бы не пошла на такое. Но я все ровно глубоко ненавижу тебя за то, что ты сделала с ним – ее голубые глаза были как льдина, она говорила серьезно и отчетливо. Она не врала. Я видела это в ее глазах.

– Я тоже ненавижу себя за это – тихо ответила я, садясь на кушетку.

– Тогда почему ты снова причиняешь ему боль, снова разрушаешь его? – возмутилась она.

– Мне жаль! Я не хочу этого, поверь, но я не знаю, что делать. Но обещаю, я сделаю все, что в моих силах, чтобы прекратить это все.

– Сара, чтобы прекратить это все, тебе просто надо уйти. Просто проваливай отсюда и не возвращайся. Отпусти его!

Я улыбнулась на ее последнюю фразу. Не от веселья, а от грусти.

– Я пытаюсь, я пыталась сделать это много раз, но все на так просто как на словах.

Селена покачала головой в негодовании. Она хотела услышать, что я уеду сегодня же, но я еще больше настораживаю ее.

Я встала, чтобы уйти, но снова обернулась к девушке.

– Селена, спасибо что приглядывала за ним – сказала я искренне.

– Я делала это не ради тебя.

– Я знаю. Но все ровно спасибо… – я снова развернулась, чтобы наконец покинуть эту комнату, но я не могла уйти, не задав главный вопрос.

– Ты любишь его?

Этот вопрос явно ее обескуражил. Она начала сомневаться, стоит ли отвечать искренне, но все же решила сказать правду.

– Сначала нет, я всего то хотела хоть какой-то жизни, ведь кроме Эрика у меня никого и ничего не было. Потом Нэйт был единственным, кто хоть как-то обо мне заботился. После бала мне некуда было идти, поэтому я и осталась, пытаясь его соблазнить. С твоим уходом все стало легче. Ему было плохо, его нужно было утешать. Потом он снова поехал к тебе, и снова ты разбила его сердце, и мне снова, черт возьми, пришлось собирать его по кусочкам. Пока я заботилась о нем, он думал о тебе. Но несмотря на это, я влюбилась в него, но он все ещё любил тебя. Но, знаешь, мне многого не нужно. Мне было достаточно того, что он рядом. Что он со мной. Жизнь вампира длинна, и я надеялась, что он забудет тебя, обратит меня и выберет своей королевой, но он так и не сделал этого. Я ждала столько лет, но а теперь снова ты. И я снова должна уходить на второе место. Я заботилась о нем все это время, я была рядом. А теперь ты снова ворвалась в его жизнь, да еще и стала вампиром. Теперь ты понимаешь мою неприязнь к тебе?

– Да – только ответила я.

– Ты недостойна его, может, я тоже. Но я люблю его. Я готова пожертвовать своей личной жизнью ради него, ты же на такое не способна. Нэйту нужна та, которая откажется от всего ради него. Ему нужна та, которая будет поддерживать его, помогать ему в политических делах. Он король, он должен заботится о других, а не все свое внимание уделять женщине, вроде тебя, которая постоянно будет влипать в неприятности. На нем огромная ответственность, огромный груз и ноша. И эту ношу он не может вечно нести одному, ему нужен тот, кто разделит с ним эту тяжкую работу. Тот, кто отдастся ему полностью. И этот человек явно не ты. Ты слишком эгоистична, ты слишком амбициозна для этого. Ты никогда не станешь посвящать свою жизнь кому-то кроме себя. Ты ему не подходишь, Сара. Так что хватит пудрить ему мозги, хватит держать его. Иди своей дорогой, а он пусть будет счастлив на своей. Я позабочусь об этом.

Глаза Селены наполнились силой и надеждой. Я увидела в ее глазах, их с Нэйтом будущее. Оно было лучше, чем мое будущее с ним.

У меня не было слов. Она была права, права во всем. Мне больше нечего было ей говорить, поэтому я просто кивнула ей, и молча ушла.

Ушла, чтобы разрыдаться у себя в комнате. Да, рыдание не помогут мне, но надеюсь, станет легче принять истину. Мы с Нэйтом никогда не сможем и не смогли бы быть вместе.

17 Глава

Просидев весь день в своей комнате, горюя о своих несбыточных отношениях, я все же решила, что мне нужно как можно быстрее убираться отсюда. Каждый час в этом доме только угнетает меня. Все здесь заставляет меня вспоминать как нам хорошо было с Нэйтом, с Диланом. Все уголки дома напоминают о моей любви к ним.

Я лежала в своей новой комнате в надежде хоть немного отвлечься от мыслей. Но ничего кроме грусти и жажды крови я не почувствовала.

Но даже с жаждой легче жить чем с этим чувством вины, что я готова променять отношения на свои личные амбиции и принципы. Что я готова пожертвовать любовью ради себя самой.

Но, увы, по-другому я не смогу. Как по мне, лучше потерять любовь твоей жизни, чем потерять себя. Должны же быть где-то отношения, где оба партнера счастливы что в отношениях, что вне их. Они обязаны существовать, иначе все, во что я верю, не имеет смысла. Надеюсь, я найду такие отношения.

Но сомнения и грусть пожирают меня изнутри не хуже голода. Поэтому нужно поторопить ребят, что бы я уехала отсюда пораньше.

Я встала с постели и побежала на поиски Нэйта. Надеясь найти его в библиотеке, я сразу же направилась туда, но нашла лишь пустой стол.

Потом я пошла на кухню. Раз уж я пока не нашла Нэйта, то хотя бы поем. Чего-то кровавого.

Закончив с пакетов крови, из окна кухни я увидела Дилана в саду. Он сидел на скамье в одной из веранд, покрытых розами и лианами.

Может, он скажет, где Нэйт. Да и вообще может, он тоже сможет побыстрее организовать мой отъезд.

Я вышла из особняка и направилась прямо к нему.

– Дилан, где Нэйт? – спросила я, присаживаясь на скамье рядом с ним.

– Привет, я думал, ты еще злишься на меня – угрюмо, но с приятным удивлением ответил парень.

– Нет, все в порядке. Я понимаю вашу злость и недоумение.

– Мне жаль, что пришлось рассказать обо всем Натаниэлю. Я думал, что смогу это как-то утаить, но не смог. Я не хотел его расстраивать и уж тем более не хотел, чтобы он устраивал сцену прямо во время ужина – Дилан замолчал и снова уставился в пол. Почему всегда, когда речь заходит о Нэйте, он становится таким нюней? Ведь в любой другой ситуации он невероятно самоуверенный и сильный мужчина. Но рядом с Нэйтом он превращается в непонятно что.

Меня это всегда удивляло, но я старалась замалчивать это. Ну, а сейчас меня просто начало это бесить.

– Ой, Дилан, успокойся, он не маленький мальчик. Он сам постоянно посылал тебя ко мне, и он знал, что между нами что-то ещё с самого начала. Еще с тех пор как ты пустил меня в ту тюрьму к Питеру. Он догадывался, но боялся признаться. Он знал, но не мог поверить, что король может уступать в чем-то стражу. Я знаю, о чем он думает, Дилан. И еще я знаю, что ты всегда будешь защищать его и оберегать. Но пора бы уже перестать везде его оправдывать и ставить его интересны выше своих. Да, он твой друг и король, но все-таки его синяя кровь говорит за него. Он спрашивал меня о тебе и удивился, что его любви мне недостаточно, он удивился, что я люблю тебя так же как и его. Ты же знал обо мне всё время, ты знал всё о наших с ним отношениях, но ты ни разу не позволил себе усомниться в моих чувствах к нему. Ты ни разу не проявил неуважения к нашей с ним любви, и ты ни разу не просил выбрать тебя вместо него. Ты поступал достойно всегда, так что не смей себя винить ни в чем.

– Да как же себя не винить-то! Я недостоин тебя, а он да. Он твоя судьба. Он искал тебя столько лет, устроил весь этот дурацкий бал ради тебя. А я взял и все испортил. Теперь вы оба не сможете быть вместе из-за наших с тобой глупых чувств.

– Дилан, что ты несешь! Хватит уже принижать себя и свои чувства по сравнению с ним. Ты самый достойный из всех, Дилан. Ты ничем не хуже его. И ты не виноват ни в чем. Я также полюбила тебя, как и его, и раз уж на то пошло, это я виновата, что у нас с вами ничего не вышло. Но моя судьба – это моё решение. Я буду с тем, с кем захочу, а не с тем, кого пошлёт мне вселенная. Я достаточно смела для того, чтобы все решать самостоятельно, пора бы и тебе взять свою жизнь в свои руки. Ты слишком предан ему, ты всегда будешь под ним. Я не говорю тебе бросать его, нет, вы отличные друзья, и вы должны всегда быть вместе, но разве ты сам не хочешь выйти из тени своего короля. Он как друг твой должен отпустить тебя и поддержать тебя, что бы ты нашёл себя.

– Но я уже нашёл себя. Я с ним уже почти 200 лет.

– Да, это то, к чему ты привык, но разве ты не хочешь выйти за свои пределы. Дилан, ты способен на большее. И в конце концов, разве ты не хочешь пожить для себя?

– Но Нэйт. Я не могу бросить его.

– Ты его и не бросаешь, милый, ты будешь рядом, когда он будет в тебе нуждаться, но и он будет рядом с тобой, когда ты будешь нуждаться в нем. Ты выплатил свой долг за спасение. Ты служил ему верно много лет, но он король, он уже получил все, что хотел. А что на счёт тебя? Не пора бы и тебе получить то, что ты желаешь.

– Да, думаю, ты права – брови Дилана чуть нахмурились, и я обрадовалась, что смогла достучатся до него.

– Тогда, Дилан, вперёд. Добудь то, что ты хочешь, завоюй это, построй. А потом, когда мы все исполним свои желания и обуздаем свои амбиции, когда мы будем самодостаточными и успешными по одиночке, когда мы будем счастливы наедине с собой, тогда мы, может, встретимся вновь, и именно тогда мы сможем быть по истине счастливы все вместе.

На этом я нежно поцеловала Дилана в щеку и оставила его с его раздумьями.

…

На следующее утро меня ждал приятный сюрприз. Нэйт оставил для меня подарок в виде красивого легкого белого платья и букет белых роз. Записка лежала рядом с букетом, в которой говорилась, что он ждет меня на завтрак возле бассейна.

Ох, я знала этот жест. Красивое платье, розы. Нэйт явно что-то задумал.

Я одела платье и поглядела в зеркало. Оно было очень нежным и красивым, тонкое кружево и нежная ткань под ним. Оно было прекрасным, но не моим.

Оно совершенно мне не шло. Я поняла, что Нэйт хотел видеть во мне чистую деву в кружевном белом платье, а я скорее похожа в нем на демона, что прячется под мантией монахини.

Я быстро стянула платье, потому что не хотела давать парню надежду, что та семнадцатилетняя девушка, которую он впервые встретил, еще жива.

Я направилась к бассейну, где уже ожидал меня Натаниэль. Он накрыл небольшой столик, где красовались свежие тосты и такая же свежая кровь. Крови я была рада, а вот тостам не очень.

– С добрым утром, принцесса – обратился ко мне Нэйт с широкой улыбкой и нежно поцеловал меня в щеку.

– С добрым. Жаль, что принцессу свою ты где-то потерял – быстро ответила я и присела за стол, сразу же начиная опустошать стакан с кровью.

Нэйт решил не реагировать на последнюю мою фразу и был прав, но кое-что он все таки не смог не заметить.

– Платье? Почему ты его не надела? – с удивлением заявил парень.

– Оно очень красивое, спасибо, но оно мне не подходит.

– Ты как-то не сильно рада моему подарку. Раньше ты была более благодарна.

– Да, мне было тогда 17 лет, я вообще впервые получала такие дорогие подарки. Но мне уже не 17. Такое платье мне не подходит, да и вообще зачем было делать этот подарок? – я строго глянула на него, и он чуть опешил.

– Я хотел сделать тебе приятно, как парень делает приятные подарки своей девушке.

– Спасибо, но мы не пара. И ты знаешь, что я хочу уехать как можно скорее.

– Почему тебе нужно уезжать прямо сейчас? Я думал, что после вчерашнего секса…

– Что ты думал? Что я останусь с тобой?

– Да! Я надеялся, что ты задержишься хотя бы на месяц или больше. Сара, я не хочу отпускать тебя, особенно после того, что было вчера.

– Нет, Боги, Нэйт. Ты совсем меня не слушал. Смысл был в том, что я хочу найти себя. А с тобой и здесь у мня это сделать не выйдет.

– Так у тебя было почти пять лет на это. Ты разве еще не нашла себя?

– Черт, Нэйт. Сколько тебе лет? 100, 150, 200? И ты нашел себя, Нэйт?

– Да, я нашел себя и свое предназначение.

– Ну конечно, у тебя на это были целые века! А у меня долбанных несколько лет! Так что нет, Нэйт, я не успела еще найти себя, учитывая, что чаще всего меня отвлекали от этого! То вы меня похитили, то стерли память, то снова похищения. Потом я думала об учебе, потом проблемы на работе, снова долбанное похищение, чертова беременность, и вот снова вы!

– Какая еще беременность?

– Черт, никакая – я быстро заткнулась, понимая, что болтнула лишнего. Они с Диланом не знали и половины всего, что со мной было.

– Сара, что за черт? Ты что была беременна?!

– Да Нэйт, я была беременна – решила признаться я.

– Значит вот что? Ты просто нашла себе кого-то, поэтому больше не хочешь быть со мной.

– О Боги, нет! Поверь, это была не та ситуация, где я случайно залетела.

– Тогда как еще назвать эту ситуацию?! Ты просто гуляла на все стороны, а теперь заливаешь мне про любовь и поиск себя?!

– Да именно так! Гуляла и случайно наткнулась на долбанного оборотня, который похитил меня, насиловал и заделал долбанного ребенка!

– Какой оборотень? Кто тебя насиловал?

– Нэйт, меня похитили!

– Да, я знаю, но я думал…

– Ты думал, что они требовали деньги, но прости, все было чуточку не так!

– Черт, я не знал. Где он сейчас?! Я убью его – глаза Нэйта переполнились злобой и удивлением.

– Уже не нужно, я справилась с этим сама. Как и со странной трехдневной беременностью. Хорошо, что волшебным образом тот оборотень был родственником Джима, да того самого Джима, которого ты уже встречал. Ему я и отдала ребенка на воспитание.

– Черт, это ужасно. Мне жаль – Нэйт нахмурился и сделал глоток красной жидкости.

– Да, мне тоже.

– Почему ты отдала ребенка? Он же твой!

– Да, и был зачат в насилии и ненависти. А потом его мамаша грохнула его папашу, не семья – а сплошная идиллия – я прервала свою речь, надеясь, что разговор закончен, но Нэйт слишком жалобно и удивленно на меня смотрел. Конечно, он был потрясен такой новостью, он переживает за меня. Поэтому я решила добавить.

– В общем суть в том, что я в порядке. Жива и здорова. Я пережила все это, и вот теперь я вампир. Но это не значит, что я нашла себя. Это лишь значит, что я на верном пути. Ведь правильный путь легким не бывает. И прости, что я разозлилась на тебя. Эмоции сейчас на пределе, я хочу кричать, метать и плакать одновременно.

– Это сначала так. Обращение нелегкое дело.

– Да, я вижу. У тебя нет ничего покрепче чем сок? – я глянула на кувшин с соком и чуть скривилась. Думаю, выпить сейчас не помешает нам обоим. Утро задалось трудным.

– Да, идем на кухню.

Мы отправились на нашу маленькую кухню и достали там бутылку старого виски. Пусть я и не фанат этого напитка, но после воспоминаний о моем похищении, я готова пить что угодно. Нэйт налил мне стакан и сказал:

– Помню, на первой нашей встречи ты вообще пить отказывалась, а потом как начала заливать в себя вино – парень засмеялся вспоминая, сколько курьезных ситуаций было у меня с виной. Да в этом доме вино было моим лучшим другом.

– Даа, но это ты виноват в моем женском алкоголизме. Хотя я и сама всегда находила поводы выпить. Ну а теперь я вообще не вижу поводов прекращать. Я ведь вампир, цирроз печени мне уже не светит, так что понеслась душа в рай! – со смехом вскрикнула я и опустошила первый стакан.

Виски разрядило нашу атмосферу, и мы гуляли до самого вечера. Мы говорили обо всем на свете, ночью любовались звездами и наслаждались последними моментами вдвоем.

– Завтра утром машина будет ждать тебя вместе с ключами от моего загородного домика в лесу… – медленно проговорил Нэйт, обнимая меня на прощание возле дверей в мою комнату.

Я поблагодарила его и поцеловала на ночь.

Завтра будет новый день. Полностью новый день в моей жизни. С этими мыслями и со слезами на глазах я отправилась спать.

Эпилог

После теплого душа и расставления в моей голове все по полочкам, я уже была готова.

Я вышла к парковке, где меня ждал автомобиль, наполненный всякой всячиной. Также там лежал ключ от домика в лесу. Там, я смогу перетерпеть первые дни моего обращения, точно зная, что никому не наврежу. Как только я буду готова, я вернусь в Нью-Йорк и снова начну работать. А потом уже будет как будет. Мистер Конан наверняка уже заждался меня.

Возле машины меня ждал Дилан и Нэйт. Мои старые друзья и любовники.

– Хочу, чтобы вы знали, что я никак на вас не сержусь, за то, что вы стали причиной очень многих моих страданий. Это было прекрасно. Все эти приключения, все эти препятствия были прекрасны. Вы изменили мою жизнь, вы изменили меня. И я благодарна вам за это, пусть вы этого сейчас и не понимаете. А еще я благодарна вам за любовь. Так как я люблю вас, наверное, никто никого не любит. К сожалению, эта любовь не может стать явью. Но она всегда будет жить во мне. Я никогда вас не забуду и всегда буду вас вспоминать только в лучших воспоминаниях. Но нам пора жить дальше. У меня начинается новая жизнь, и я собираюсь прожить ее на своих правилах. Поэтому прошу не вторгаться в нее. Так будет лучше для нас всех. И последнее. Мальчики, не ссорьтесь. Ваша связь намного сильнее всего, что есть на этом свете. Не потеряйте ее.

Слезы уже начали подступать к моим глазам, но Дилан вовремя меня обнял.

– Не плачь, крошка. Ты теперь уж точно в силах все сделать сама. Прости, что недавно накричал на тебя, что ты изменилась. Ты и вправду изменилась, но это только сделало тебя сильней. А сила в сочетании с таким умом и с таким большим сердцем как у тебя – это прекрасно. Не потеряй эту силу, эту прекрасную голову и свое доброе сердце. И я обещаю, что не потеряю Натаниэля. Люблю тебя и всегда буду любить, Сара. – он уже хотел отпускать меня, но в последний момент прильнул к моему уху и тихо прошептал: «Секс был прекрасен, надеюсь, как-нибудь, через пару десятков лет повторим».

Я засмеялась, поцеловала его быстрым, но безумно чувственным поцелуем. Этот гад прекрасно знал, что он не будет последним. Наша жизнь слишком долгая, а мир слишком мал, так что мы точно где-то пересечёмся.

Я подошла к Натаниэлю. Его светлые волосы были в таком беспорядке, что я хотела уложить их рукой, но я не могла. А хотя нет. Почему же? Могу, конечно. Я рукой провела по его волосам и направила их на одну сторону.

– Вот так лучше – улыбнулась я.

– Не уходи – только сказал он, с полными грустью глазами.

– Ты же все прекрасно знаешь, я не могу остаться. Если я останусь хоть на немного, мы начнем привыкать, и потом я точно не уеду. Ты будешь переживать, я буду, Дилан будет. Мы будем вроде вместе, а вроде и нет. Это будет бредом. Я не хочу все портить. У нас все прекрасно. Я люблю тебя, но я хочу свою жизнь обратно. Я хотела этого всегда. Не могу я быть птицей в золотой клетке. А тебе именно такая нужна.

Он кивнул, знал, что я говорю правду.

– Я люблю тебя Натаниэль, всегда любила и буду любить. Но я пока не готова.

Он быстро взглянул на меня с легким изумлением от слова «пока».

Я подмигнула ему с легкой улыбкой.

– Теперь у нас целая вечность, чтобы разобраться в себе и добиться всех целей. А за вечность многое может произойти.

Я притянула его к себе, сладко поцеловала и отпустила. Это было сложно сделать, но я это сделала.

Я их отпустила.

Открывая машину, я раз взглянула на них. Я села за руль, открыла стекло, снова посмотрела на своих мальчиков и с улыбкой сказала:

– Не смейте грустить. Может, мы еще встретимся. Так что не прощайте, а до свидания, мальчики. Не умрите до нашей следующей встречи, пожалуйста, а то знаю я вас.

Я улыбнулась им самой искренней улыбкой и нажала на газ. Я выехала с участка и поехала по прямой автостраде.

Как же это прекрасно быть свободной! Ехать к жизни, которую так давно желала.

Почему-то я не чувствовала грусти или тоски. Я чувствовала радость перед новым этапом моей жизни. Я знала, что быть вампиром не просто, но зато как же черт возьми интересно. И мне было ни чуть не грустно от расставания с ними. С двумя половинками одной прекрасной и сильной любви. Я знала, что никогда не полюблю так сильно больше никого. И как бы я не убеждала себя, что нам надо быть раздельно, что нам не суждено быть вместе, что мы больше никогда не увидимся, в глубине души я чувствовала – это не конец нашей истории.

За такое короткое время наша жизнь сводила нас слишком много раз. Каждый раз мы встречались, бежали друг от друга, а потом судьба снова соединяла нас воедино. Видимо, нам суждено быть вместе, как бы сложно все не было. Но сейчас у нас еще один козырь в рукаве. Мы вампиры, впереди у нас целый мир и целая вечность, так что какой к черту конец.