Название книги:

Женитьба Болотлена. Том 2

Автор:
Любовь Пивник
Женитьба Болотлена. Том 2

ОтложитьЧитал

Шрифт:
-100%+

© Л. Пивник, 2020

© Интернациональный Союз писателей, 2020

* * *

Любовь Пивник – детская писательница, поэтесса, проживает в Атланте, США.

Родилась в Хмельницкой области, в большой дружной семье, где царили любовь и доброта.

С раннего детства у неё была глубокая страсть к музыке, природе и литературе которые обогащали и формировали её ум и душу.

Обладая феноменальным искусством воображения, она с лёгкостью превращает вымышленный мир волшебных персонажей в правдопо добный и уводит читателя к таким ослепительным фантазиям, что он забывает об окружающем мире.

Её произведения ненавязчиво объясняют читателям важные вещи, которые сделают их жизнь прекрасней.

Глава 1. Царь Болотлен принимает решение жениться на царевне Теклюм

 
С небесной утреней зарёй
Проснулось солнце над землёй.
Зевнув сладенько, прикольно,
Улыбнулось ей довольно.
 
 
Сразу занялось делами:
Побежало к ней лучами.
Проходило везде смело,
Теплом нежно её грело.
 
 
Но, как только гор коснулось,
Задрожало, встрепенулось,
Светить ярко перестало
И лучи с земли убрало.
 
 
Среди зелёных морских гор,
Где рос густой сосновый бор,
Где гадюк было немало, –
Болотлена увидало.
 
 
Натворив беды на свете,
В золотой своей карете
С болотленцами своими
Царь дорогами лесными
Возвращался в дом-пещеру,
Что была большой не в меру.
 
 
Прибыв к дому дорогому,
К богатейшему, родному,
Впервые в жизни загрустил:
Стал белый свет ему не мил.
 
 
Напролёт ночами, днями
О Теклюне мысли сами
Лезли в голову нежданно –
Царь влюбился, как ни странно,
Терзался сердцем и страдал,
От любви бешеной сгорал.
 
 
Узнал: царевна есть она
И дочь Пореева одна.
Бьют ей люди все поклоны –
Для царя годится в жёны.
 
 
Будет славною женою,
Красотою неземною
Сверкать будет на болоте
В серебре и позолоте.
 
 
Считал, что влюбится она,
Всё потому, что он сполна
Имел разного богатства –
В нём тонуло его царство.
 
 
Купить, он думал, может всех
И что женитьба без помех
Состоится очень скоро,
Без скандала и разбора,
Когда расскажет о своём
Богатстве чудном, неземном.
 
 
Когда решил жениться он,
Ему стал сниться странный сон:
Теклюм ветром уносило,
Улыбалась она мило,
Вдаль смотрела на кого-то:
Видно, нравился ей кто-то.
 
 
Ревнивым стал вдруг Болотлен,
И на второй воскресный день
Приступил он тут же к делу –
Приказал свою пещеру
Болотленцам перестроить.
Под жильё благоустроить
Верхний ярус за неделю.
Было главной его целью
Апартаменты для жены,
Что так значительно важны,
На верхнем ярусе разбить,
Лучами солнца осветить.
 
 
Терзался, дольше ждать не мог,
От нетерпенья сбился с ног,
Всем указания давал.
И главным было сделать зал:
В нем отдыхать будет с женой,
Гостей встречать весной, зимой.
 
 
Не закончилась суббота –
Кипеть начала работа:
Убирали переходы
И ненужные проходы.
 
 
Мышей летучих, комаров,
Что жили там спокон веков,
Выгоняли на болото –
Болотлену для отчёта
Писали в списке, сколько их
В пещере было колдовских.
Убирали паутину,
Клали всю её в корзину.
 
 
Изгнали чёрных пауков
И, чистя снизу до верхов,
Полировали стены все,
Чтобы во всей своей красе
Их прожилки золотые
Ярко вспыхнули впервые
И также все из серебра
Сияли с раннего утра.
 
 
В больших залах, малых сенях
Пробивали окна в стенах,
Чтоб сталактиты с потолков,
Как солнце из-под облаков,
Свет из окон отражали
И по залам разливали.
 
 
Как только яркой чистотой
И обстановкой дорогой
Заблестела вся пещера,
Рыком страшным, как у зверя,
Болотлен раздал приказы:
Прятать золото, алмазы,
 
 
Собираться понемногу,
Отправляться в путь-дорогу,
Бочки грязною водою
Наполнять и брать с собою.
 

Глава 2. Ведьма Джига узнаёт о решении Болотлена жениться на царевне Теклюм и летит в замок Порея, чтобы погубить её

 
Медведей ведьма, своих слуг,
Подушкой била – летел пух,
После скучного скандала
Она дома тосковала.
 
 
Полетела к Болотлену,
Вдруг учуяла измену,
Закричала во всю силу:
«Скоро я сойду в могилу!
Дома слуги донимают –
Тут друзья с метлой встречают.
 
 
Куда же, милый ты царёк,
Собрался ехать? Мол, зверёк,
Сопишь, ходишь всё кругами,
Словно стали мы врагами.
Глаза не пялишь на меня!
В мозгах твоих что за дурня?»
 
 
Не сдержался царь болотный,
Лоб рукою вытер потный,
Признался ей в своей любви:
«Ты, ведьма, тут себе живи,
А я еду за царевной,
Что здесь станет королевной.
 
 
Горю я по ней часами,
Не сплю днями и ночами.
Случись какая тут беда,
Но привезу её сюда,
Помешать никто не сможет.
Кто нагадит – кости сложит!»
 
 
От признаний Болотлена
Рядом каменная стена
Зашаталась в глазах Джиги:
Не ждала такой интриги.
 
 
Залилась в душе слезами
И за голову руками
Взялась обеими быстрей,
Чтоб разорваться не дать ей.
 
 
Новость ведьму подкосила,
Её бросила вся сила:
Любила век она царя,
Ждала, когда придёт пора
И он признается в любви…
А что теперь? Шиши лови!
 
 
И тут в одно мгновенье
Ведьмы Джиги потрясенье
На злость сменилось лютую:
С губой она надутою
Свирепо глянула кругом,
Никому даже в сне ночном
Зло не виделось такое –
Вопиющее, большое.
То, что вселилось в сердце ей,
Туч грозовых было мрачней.
 
 
Злость взяла на Болотлена,
Что почёсывал колена
И предлагал зайти ей в дом,
Посидеть вместе за чайком.
 
 
И на царевну вдруг она
Накопила зла сполна,
И в чувствах яростных своих
Сгубить хотела её вмиг.
 
 
Для неё то малость дела,
Но сдержать себя сумела.
Чтобы не выдать свою злость,
Сунула в рот лягушек горсть,
Чтобы не начать рвать, метать –
Так научила её мать, –
Свирепо глянула вокруг
И улетать собралась вдруг.
 
 
Уселась быстро на крыло,
Чтоб её в небо понесло.
Взлететь хотела к облакам –
Там волю дать своим слезам,
 
 
Тоску развеять высотой,
Что страшной силою большой
Давила тяжко её грудь,
В глаза пускала слёзы, муть.
 
 
А Болотлен понять не мог:
Ну почему же со всех ног
Убегает ведьма Джига?
Он же царь, не забулдыга!
Не чтит его она совсем
И не считается ни с чем.
 
 
Спросил её он удивленно:
«Или пахну я зловонно,
Что улетаешь от меня?
Ведёшь себя ты как свинья!
 
 
Не разделяешь чувств моих,
Ведь эта радость для двоих.
Ведь за тебя я буду рад,
Если полюбит царя брат».
 
 
И рассмеялся Болотлен,
Спустил руки до колен,
Бил по ним он кулаками,
Кричал: «Нужно со сватами
К Порею ехать и тебе,
Взять его в мужья себе!»
Над ней глупо издевался,
Задеть за душу старался.
 
 
Промолчала ведьма, снова
Не сказав ему ни слова,
И, побежать не дав слезам,
Поднялась быстро к небесам.
 
 
Любовалась их краями
С колдовскими муравьями,
Что к ней залезли на крыло
И меж собой ругались зло.
 
 
Унимала своё горе,
Слёз пролилось её море,
Но вскрылось небо темнотой –
И собралась лететь домой.
 
 
Под небом дала большой круг,
Но путь сменила она вдруг.
В том сыграла любви сила:
Мысль её вдруг осенила
Залететь в замок на чуть-чуть
И на соперницу взглянуть.
 
 
По крылу стуча ногами,
Под ночными небесами
Летела к замку Порея,
В тихие, мирные края.
 
 
Шептала тихо муравью:
«Сгублю соперницу свою».
Тринадцать воронов несло
К царю Порею это зло.
 
 
В его пышный чудный замок
Прилетела спозаранок.
Укрыла череп под мостом
И притаилась под крыльцом
В ожидании рассвета
И лучей дневного света.
 

Глава 3. Ведьма Джига, увидев красоту царевны Теклюм, решает захватить её прекрасное тело: переселить колдовством душу царевны в своё тело, а свою душу поселить в теле царевны

 
Как только ранняя заря
Сверкнула в замке Порея,
Дочь-царевна выбегает,
На крыльцо легко ступает
С надеждой радужной в глазах,
Что этим утром в воротах
Она увидит дорогого
Назаревича родного.
 
 
Так показалось во сне ей:
Что он на лошади своей
Живо к замку подъезжает
И охрана открывает
Ему большие ворота,
Но вновь была та же беда:
Ворота не открывались,
И сны Теклюм не сбывались.
 
 
Ведьма Джига побледнела,
Душой вся оледенела,
Когда царевны красоту
Всю увидала на свету.
 
 
Задохнулась от печали,
Слёзы на душу упали.
Теперь точно она знала:
Болотлена потеряла.
 
 
Жила на свете сотни лет
И вылетала часто в свет,
Но красоты нигде такой,
Неоколдованной, людской
И знать не знала все лета.
И ей царевны красота
Ненавистной сразу стала,
От которой милый, знала,
И ум, и разум потерял
И от любви по ней сгорал.
 
 
И как представила она,
Что в вековом лесу одна
Будет жить теперь, годами
Заливать глаза слезами,
Лицом вся перекосилась,
Злостью чуть не подавилась.
И вдруг решила ведьма тут
Взять Болотлена обмануть –
Царевны тело захватить,
Душу в него свою вселить.
 
 
А в своё сухое тело,
Что пять тысяч лет имело,
Царевны душу поселить,
Её отправить слёзы лить
В своё Дом-Древо, в тёмный лес.
Самой – царевной в замке здесь
Славной жизнью наслаждаться,
Болотлена дожидаться.
 
 
И всем телом задрожала,
Еле слышно прошептала:
«Я всё, что в жизни захочу,
Всегда себе заполучу.
Красоту, как ту проказу,
По волшебному указу,
Что мне по жизни не нужна,
А Болотлену так важна,
Вмиг подцеплю себе сейчас.
Я колдовать начну». И враз
Траву сонную достала
И зло шёпотом сказала:
 
 
«Травинкой всех я угощу.
В глаза туману напущу,
Тёмно-серой пеленою
Весь туманом двор покрою,
Чтобы никто не увидал
И в деле мне не помешал,
Когда я буду колдовать,
Души из тел переселять».
 
 
И здесь, на царском-то дворе,
При самом батюшке-царе
Напустила она яду
Всему царскому отряду,
Что приказ на день получал,
Рядами стройными стоял.
 
 
Весь ветер в сторону их дул,
К ним ядовитый дым тянул.
И одурманился отряд,
И повалился спать весь в ряд.
 
 
А царевна молодая,
Ничего не понимая,
Как, почему туманом вдруг
Покрылся двор с утра вокруг,
 
 
В туман вглядываться стала
И глаза всё протирала,
Но в нём увидеть ничего
Была не в силах, оттого
Душа стала неспокойной.
И с тревогою огромной
Кричать собралась, в дом бежать,
Отцу Порею рассказать.
 
 
Но вдруг голос услыхала.
Её ведьма к себе звала:
«Спустись ко мне, красавица,
И горюшка убавится!
Весть я важную имею,
Но взобраться не сумею
По трём ступенькам на крыльцо,
Чтоб передать вот письмецо».
 
 
Её Теклюм увидала
И в ней ведьму не признала.
К ней вниз спустилась побыстрей,
Чтоб узнать, что из новостей
С зарёй старуха принесла,
К ней слишком близко подошла.
 
 
По царевичу скучала
Она, думала, гадала,
Что он письмо ей написал
И со старухой передал.
 
 
Ведьма мешкать тут не стала,
Взглядом чуть околдовала
И, прекратив своё враньё,
Схватила за руку её.
 
 
Ей под ноги набросала
Травы красной, что таскала
За толстым поясом с собой,
Что помогает той порой,
Когда колдует средь людей,
И всё под силу тогда ей.
 
 
Теклюм ту траву вдохнула
И тихонько кашлянула,
Головою покачала,
Словно мысли отгоняла.
 
 
Взглянула странно на крыльцо.
И её милое лицо
Вдруг в улыбке засияло,
Безразличным тут же стало
 
 
Она память потеряла,
Бедолажная, не знала
И где всю жизнь свою жила,
И что царевною была.
 
 
А ведьма знала, что она
Никак не справится одна
С переселением их душ,
Потерять может большой куш.
 
 
Это сделать очень сложно –
С её силой невозможно
Свершить переселение,
И ведьма на везение
Здесь положиться не могла –
И мать на помощь позвала.
 
 
Теклюм за руки схватила
И к колодцу потащила,
Что от крыльца недалеко –
Стоял, прорытый глубоко.
И стан царевны молодой
Обвила весь своей рукой,
У колодца близко стала,
В него мать свою позвала:
 
 
«Приди, мать-ведьмочка, ко мне
И помоги своей родне.
Я здесь с царевной во дворе
В Порея замке на горе.
Стан её я обнимаю
И царевной стать желаю»
 
 
А в это время ведьма-мать
Была готова идти спать.
Век под землёй она жила
И в дружбе с дьяволом была.
 
 
В сырых пещерах под землёй
В жестокой жизни вековой
Лишь раз она в пять тысяч лет
Ведьм выпускала в белый свет.
 
 
Рожала дьяволу детей,
К несчастью ей, лишь дочерей,
Большущих ведьм, исчадий зла.
И всех их миссия была –
Зло творить на белом свете.
И за них была в ответе
Перед злым дьяволом она.
Её наказывал сполна,
Если кто-то из них в пору
Не проделывал зла гору.
 
 
Все под землёй они росли
И через триста лет могли,
Набравшись силы колдовской,
Злой, несусветной, неземной,
На землю в люди выходить,
Несчастье злое приносить.
 
 
И, не жалея своих сил,
Учила их, что свет не мил,
Как зло народу приносить,
Одного дьявола любить.
 
 
Чуть услыхала Джиги зов,
К лицу вмиг хлынула ей кровь,
За ней долго наблюдала,
О делишках её знала.
И разозлилась ведьма-мать,
Урок решила преподать.
 
 
И с силой страшной она, злой
В путь с места ринулась стрелой,
Стремилась к ней по руслу рек,
Вслух проклиная её век,
И своей скоростью большой
Смерч сотворила водяной.
 
 
И у колодца резко вдруг
Весь закружился мир вокруг.
Всё вихрем чёрным поднялось
И в небо к тучам понеслось.
Утра зорька им закрылась,
Темнотою всё покрылось.
 
 
В колодце ветер вдруг задул,
Из него грянул страшный гул.
С минутой каждой нарастал
И звуки все соединял.
 
 
Завывало и свистело,
Клекотало и гудело.
Всё вокруг им наполнялось.
Концом света всё казалось.
Старуха-ведьма, Джиги мать,
Сумела страх такой нагнать.
 
 
В колодце грохот нарастал,
И смерч всё силу набирал.
Вскоре вырвался наружу,
И, пуская летом стужу,
Он водяным столбом лихим
Жутко возвысился над ним.
 
 
И, от злобы вся сгорая,
Свою Джигу проклиная,
В нём появилась ведьма-мать
И сразу стала колдовать.
 
 
С большой, ужасной силой вдруг
Сверкнули молнии вокруг.
И по данному указу
Вмиг ударили все сразу
В столб водяной разрядами,
Как мощными снарядами.
 
 
Огнём начал он светиться.
И вмиг стала разноситься
Пыль водяная по двору,
Падая в каждую дыру.
 
 
После всего не мог никто
Поведать никому про то,
Что сотворилось во дворе,
В Порея замке на горе.
 
 
Глазам было смотреть больно.
Видеть было невозможно
Хотя бы что-то во дворе
На ранней утренней заре.
 
 
Столб всё больше расширялся,
Над колодцем поднимался
И в себя с огромной силой
Втянул Теклюм с ведьмой Джигой.
 
 
Теклюм страшно испугалась,
Смотреть даже опасалась
На ведьмы Джиги ведьму-мать,
Что была дьяволу под стать.
 
 
Была огромной и худой.
Живот ужаснейший, большой
Вперёд на метры выпирал,
До подбородка доставал.
 
 
На дочь зло она кричала:
«За тобой я наблюдала,
Сюда примчала во дворец,
Чтоб положить всему конец.
 
 
С болотным грязным существом,
Умом ты сдвинувшись на нём,
Любовь, шашни закрутила,
Дура глупая, забыла,
Зачем на свет ты родилась,
Давно за дело не бралась.
 
 
Ты о себе должна забыть,
Полезной дьяволу лишь быть.
И день и ночь должна пахать,
Делами злыми приближать
Денёк победы над врагом –
Господом Богом – и при нём
 
 
Лишь злым делом заниматься,
А не падать, окунаться
В потехи страстно с головой,
Теряя облик ведьмы свой.
Ему должна ты помогать
И его власти в мире ждать.
 
 
Если узнает он о том,
Что согласилась я тайком,
Во дворец к тебе примчала,
Помогла, не наказала,
 
 
Несдобровать обеим нам
И моим милым дочерям:
Не видеть жизни на земле,
Придётся жить в пещерной мгле.
Ну да ладно, пусть так будет!
Меня черти не осудят.
Сегодня дьяволу солгу
И в твоей просьбе помогу.
 
 
Тебе чуточек повезло:
Знаю, как делать это зло.
Души могу переселять,
Но и тебя как наказать,
Тоже, Джигочка, я знаю.
Тебя, дуру, я лишаю
Волшебных сил на триста лет.
И тут вопросов больше нет!
 
 
Попробуй жить среди людей
Без дальней помощи моей.
И, если выживешь одна,
Жизнью насытившись сполна,
Тогда мы встретимся с тобой».
И, зло взмахнув одной рукой,
Вмиг столб, смерчи всколыхнула,
На царевну зло взглянула.
 
 
Её за руку схватила,
К себе ближе подтащила
И Джигу за руку взяла,
Царевны руку ей дала.
 
 
Проговорила громко, вслух:
«Явись ко мне, чертовский дух,
И души их пересели,
Сегодня дочь повесели».
Изрекла, захохотала,
Нос подтёрла и пропала.
 
 
Теклюм с ведьмою стояли
И за смерчем наблюдали,
Что весь в колодце исчезал,
С собой шум, грохот забирал.
Волшебства все совершились:
Души их переселились.
 
 
Ведьма злая вековая,
На вид страшная, худая,
Царевной стала молодой,
Сверкала яркой красотой.
С улыбкой радостной в глазах
Серьгу поправила в ушах,
Себя нежно осмотрела,
Веру сильную имела,
 
 
Что в тело старое своё,
Хоть на неё наставь ружьё,
Не возвратится никогда:
Царевной жить будет всегда.
 
 
И душа её запела,
Что в царевны тело села,
Но осталась злой, коварной,
Хладнокровной, беспощадной.
 
 
Царевна Теклюм во дворе,
В отцовском замке на горе
Стояла в облике чужом,
В костлявом теле ведьмовском.
 
 
От родного она тела,
Что с рождения имела,
Хоть уже его забыла,
По нему душой не ныла,
Грустных глаз не отрывала,
Будто что-то вспоминала.
 
 
Но хоть и тело ведьмы злой
Давно покрыто чернотой,
Её душеньке досталось –
Она ангельской осталась.
 
 
Была чуткой, кроткой, нежной,
Добротой светилась прежней,
Не поддалась измененьям,
Взгляд её был отраженьем.
 
 
Она тоскливо и любя,
Руками платье теребя,
Своим телом любовалась
И на время с ним прощалась.
 
 
Но вдруг ведьма закричала,
Вихрей дьявола позвала,
Скрипучим голосом сухим
Приказала им двоим:
 
 
«Позабавьте-ка старуху,
Подарите оплеуху,
Под зад ветром больно дайте
И за шиворот хватайте.
 
 
В Древо старое лесное,
В место страшное, глухое
Затарабаньте без следа,
Одну оставьте навсегда».
 
 
Но, царевну взяв в объятья,
Вихри, будто её братья,
Легко, нежно подхватили,
Несли, в Древе поселили,
Где медведи проживали,
Добро ведьме наживали.
 
Бесплатный фрагмент закончился. Хотите читать дальше?

Издательство:
ИП Березина Г.Н.
Поделиться: