Название книги:

Если бы она знала

Автор:
Блейк Пирс
Если бы она знала

ОтложитьЧитал

Шрифт:
-100%+

Глава шестая

После встречи с шефом полиции Баддом Кейт позвонила бывшим начальникам, чтобы сообщить, что проинформирована об их просьбе встретиться. По телефону ей не дали никакой информации, и ей даже не удалось поговорить с начальством лично. Это заставило Кейт оставить несколько довольно грубых сообщений у двух несчастных секретарш – так она смогла избавиться от доли накопившегося стресса.

Она выехала из Ричмонда в восемь часов на следующее утро. Ей было любопытно, чем всё закончится, и она была взволнована даже больше, чем встревожена. Кейт решила, что её визит в Вашингтон напоминал возвращение в родной университет вскоре после окончания. Она ужасно скучала по Бюро весь последний год и с нетерпением ждала момента, когда сможет вернуться в его стены,… пусть даже для выговора.

В дороге она пыталась отвлечь себя прослушиванием непонятного подкаста на основе фильма – сделать это посоветовала дочь. Уже через пять минут после начала подкаста, Кейт приглушила звук и придалась воспоминаниям о последних нескольких годах своей жизни. По большому счёту она не была сентиментальной, но по непонятной для себя причине в дороге всегда любила повспоминать прошлое и поностальгировать.

Вместо прослушивания подкаста Кейт думала о дочери – беременной дочери, которая должна была родить через пять недель. Они ждали девочку по имени Мишель. Отец ребёнка был в принципе хорошим человеком, но, по мнению Кейт, недостаточно хорошим для Мелиссы Уайз. Мелисса, которую Кейт звала Лисса ещё с пелёнок, жила в Честерфилде, который фактически был частью Ричмонда, но люди, живущие в нём, считали, что это не так. Кейт никогда не признавалась Мелиссе, но вернулась в Ричмонд именно из-за неё. Ни при чём было время, проведённое здесь в колледже, она приехала сюда, потому что здесь жила её семья – здесь будет жить её первая внучка.

«Внучка, – часто думала Кейт. – Когда Мелисса  успела вырасти? Чёрт, в таком случае, когда я успела так состариться?»

Думая о Мелиссе и нерождённой Мишель, Кейт обычно начинала думать о покойном муже. Его убили шесть лет назад  выстрелом в затылок, когда он ночью выгуливал собаку. У него украли бумажник и телефон, поэтому меньше чем через два часа после того, как он ушёл гулять с собакой, Кейт вызвали на опознание.

Боль утраты была ещё сильна, но она умело её скрывала. Уходя на пенсию, Кейт решила покинуть Бюро почти на восемь месяцев раньше наступления пенсионного возраста. Она была не в состоянии посвятить всё время и внимание работе после того, как рассеяла прах Майкла над старой разрушенной бейсбольной площадкой неподалёку от его дома в Фоллс-Чёрч.

Возможно, именно поэтому весь последний год она так скучала по работе. Она покинула её несколькими месяцами раньше положенного срока. Что бы могли дать ей эти месяцы? Что бы она могла сделать со своей карьерой?

Эти вопросы часто мучали её, но никогда не вызывали сожаления. Майкл заслужил хотя бы несколько месяцев её безраздельного внимания. На самом деле он заслуживал намного больше, но она понимала, что даже после смерти он бы не стал ожидать, что она надолго оставит работу. Он бы понимал, что ей пришлось приложить усилия, чтобы в должной мере придаться горю, и что для неё работа означала работу на Бюро столько, сколько она могла эмоционально выдержать после его смерти.

Кейт с облегчением отметила, что, приближаясь к Вашингтону, не чувствовала, будто предаёт Майкла. Она лично верила, что смерть не была концом; она не знала, существует ли Рай, возможна ли реинкарнация, и в целом незнание её вполне устраивало. Но при этом она знала, что где бы ни находился Майкл, он был счастлив, что она возвращается в Вашингтон – даже для того, чтобы получить серьёзную выволочку.

Более того, сейчас он, наверное, смеялся над ней.

Кейт не смогла скрыть улыбку. Она выключила подкаст и сконцентрировалась на дороге, собственных мыслях и том, что даже если она наломала дров, жизнь по своей природе всё равно имела цикличный характер.

***

Она не испытала бурю эмоций, войдя в двери и зайдя в просторное лобби штаб-квартиры ФБР. Более того, она отлично понимала, что ей здесь уже не место: как если бы взрослая женщина пришла в школу, чтобы понять, что в школьных коридорах вместо воспоминаний её захлёстывает грусть.

Кейт помог тот факт, что она хорошо знала это здание. Да, она чувствовала себя не к месту, но также чувствовала, что отсутствовала здесь совсем недолго. Она прошла через лобби, зарегистрировалась и прошла к лифтам, словно была здесь последний раз какую-то неделю назад. Даже узкое пространство лифта вселяло в неё уверенность, пока она поднималась в кабинет замдиректора Дьюрана.

Выйдя из лифта и пройдя в приёмную Дьюрана, Кейт встретила ту же секретаршу, что видела здесь чуть больше года назад. Они никогда не были хорошими знакомыми, но секретарша поднялась со своего места и бросилась её обнимать.

«Кейт, я так рада вас видеть!»

К счастью, Кейт успела вовремя вспомнить имя секретаря. «А я тебя, Дана», – сказала она.

«Я так и знала, что вам не понравится на пенсии», – пошутила Дана.

«Да, там скукота смертная».

«Ну, не стесняйтесь, проходите, – добавила Дана. – Он вас ожидает».

Кейт постучала в закрытую дверь кабинета и обнаружила, что даже неприветливый отклик по ту сторону двери помог ей расслабиться.

«Открыто», – произнёс голос замдиректора Дьюрана.

Кейт открыла дверь и вошла внутрь. Она морально готовилась встретиться с Дьюраном, но никак не ожидала увидеть в кабинете своего бывшего напарника. Логан Нэш сразу заулыбался при её появлении и поднялся со стула, который стоял напротив стола Дьюрана.

Дьюран на секунду отвёл взгляд, словно не хотел мешать их встрече. Кейт и Логан Нэш встретились у стула для посетителей и по-дружески обнялись. Последние восемь лет до пенсии Кейт работала с Логаном. Он был на десять лет младше неё, и это позволило ему сделать отличную карьеру после её ухода.

«Рад тебя видеть, Кейт», – весело прошептал он ей на ухо, обнимая.

«Я тоже», – ответила она. Сердце билось чаще, и медленно, почти нехотя, она поняла, что как бы ни старалась убедить себя в обратном, последний год она действительно сильно скучала по работе.

После объятий оба слегка смутились и расселись по своим местам перед Дьюраном. Во время совместной работы они множество раз сидели на этих самых стульях, но ни разу, чтобы получить выговор.

Винс Дьюран глубоко вдохнул и выдохнул. Кейт не могла понять, насколько он был зол.

«Давайте не будем ходить вокруг да около, – сказал Дьюран. – Кейт, ты знаешь, почему ты здесь. Я обещал начальнику Бадду, что разберусь с этой ситуацией должным образом. Он согласился, и я почти уверен, что о твоей выходке со сбрасыванием подозреваемого с крыльца скоро все забудут. Я бы, в свою очередь, хотел знать, как ты вообще оказалась у дома этого человека?»

Кейт сразу поняла, что сурового разговора, на который она настроилась, не будет. Дьюран был монстром во плоти – почти сто десять килограмм массы, и всё это – одни мышцы. Когда ему было чуть за двадцать, он отслужил в Афганистане, и хотя Кейт не знала, чем он там занимался, слухи ходили интересные. Он видел и делал ужасные вещи, и этот опыт отразился в морщинах на его лице. Но сегодня он был в хорошем настроении. Кейт гадала, было ли это связано с тем, что он говорил с ней, не как со своей подчинённой. Казалось, что она просто общалась со старым другом.

Таким образом, ей было легко рассказать ему об убийстве Джули Хикс, дочери подруги Деб Мид. Она рассказала и о разговоре с родителями во время визита домой, и об убеждённости Мидов в своих подозрениях. Потом она в подробностях вспомнила встречу на крыльце Нейлболта, объяснив, что всё началось с самозащиты, а потом призналась, что, возможно, зашла в своих действиях слишком далеко.

Несколько раз Кейт слышала тихое хихиканье Логана. Дьюран же слушал её практически без эмоций. Когда Кейт закончила рассказ, то стала ждать его реакции и была удивлена, когда всё, что он сделал, это просто пожал плечами.

«Послушай,… как по мне, – сказал начальник, – так тут никакой проблемы нет. Ты действительно влезла куда не следует, но тот парень не имел права нападать на тебя, особенно после того, как ты сказала, что раньше служила в ФБР. Это было глупо с его стороны. Единственное, что мне не нравится, так это то, что ты надела на него наручники».

«Я же сказала,… что немного переборщила».

«Ты? – в притворном удивлении сказал Логан. – Не может быть!»

«Что ты знаешь об этом деле?» – спросил Дьюран.

«Только то, что её убили в доме, пока муж был в отъезде. Бывший ухажёр был единственной реальной зацепкой, но полицейские быстро сняли с него все подозрения. Позже я узнала, что у него было железное алиби».

«И всё?» – спросил Дьюран.

«Больше мне ничего не рассказывали».

Дьюран кивнул и выдавил из себя искреннюю улыбку: «Кроме скидывания людей вниз по ступеням, чем ещё занимаешься на пенсии?»

«Ужасно провожу время, – призналась Кейт. – Первые несколько недель мне всё нравилось, но отдых надоел уже очень скоро. Я скучаю по работе. Я уже прочла целую тучу детективов, основанных на реальных событиях, и просмотрела больше чем надо детективных шоу на Биографи Ченнел».

«Не поверишь, как часто мы слышим то же самое от агентов в первые полгода-год после выхода в отставку. Некоторые из них звонят, умоляя нас дать им хоть какую-нибудь работу. Хоть что-нибудь. Согласны даже записывать глупые разговоры прослушки».

Кейт ничего не сказала, но кивнула, давая понять, что понимает тех людей.

«Но ты не звонила, – сказал Дьюран. – Честно сказать, я ждал, что ты позвонишь. Я не думал, что ты так легко привыкнешь к отдыху. И данный маленький инцидент доказывает мою правоту».

«Со всем уважением, – сказала Кейт, – но должна спросить. Вы вызвали меня сюда, чтобы отчитывать за мой проступок или шутить над моей неспособностью забыть работу?»

 

«Ни то, ни другое, – сказал Дьюран. – Вчера, когда я просматривал твоё дело, мне позвонили из Ричмонда. Я заметил, что ты выступаешь свидетелем на слушаниях по досрочному освобождению. Это так?»

«Да. Дело Мюллеров. Двойное убийство».

«Это первый раз после выхода на пенсию, когда с тобой связались бывшие коллеги?»

«Нет, – ответила Кейт, уверенная в том, что Дьюран и сам знал ответ на свой вопрос. – Помощник одного из агентов звонил мне через два месяца после выхода на пенсию, чтобы задать пару вопросов по нераскрытому делу, над которым я работала в 2005 году. Ребята из архива также связывались со мной несколько раз, чтобы узнать подробности моей работы над некоторыми из старых дел».

Дьюран кивнул и откинулся на спинку кресла: «Ты также должна знать, что наши инструкторы в Академии используют твои старые дела в своих занятиях. Ты много сделала для Бюро, агент Уайз. И честно сказать, я надеялся, что ты, как другие агенты, тоже начнёшь звонить, чтобы узнать, есть ли для тебя работа на пенсии».

«Хотите сказать, что были бы не прочь видеть, как я помогаю с расследованиями?» – спросила Кейт. Она изо всех сил старалась, чтобы в голосе не слышалась надежда.

«Всё не так стандартно. Мы думали о том, чтобы привлечь одного-двух агентов с первоклассной репутацией к расследованию незавершённых дел. Прошу отметить, что я не говорю о долгосрочном сотрудничестве или полной занятости. Когда мы обсуждали этот вопрос, все сразу вспомнили тебя. А сейчас, пока ты не начала радоваться раньше времени, хочу, чтобы ты понимала, что решение ещё не принято. Мы хотим, чтобы ты отдохнула. Расслабилась. На самом деле расслабилась».

«Это я могу, – ответила Кейт. – Спасибо».

«Ещё рано благодарить, – сказал Дьюран. – Возможно, мы начнём только через несколько месяцев. И я боюсь, мне придётся отозвать своё предложение, если, вернувшись домой, ты продолжишь избивать молодых людей у их же порогов».

«Думаю, я смогу сдержаться», – сказала Кейт.

И снова Логан не выдержал и тихо усмехнулся с соседнего стула.

Дьюран тоже был в приподнятом настроении, когда поднялся со своего места:

«А теперь,… если ты собираешься нам помогать, пора приступить к скучной части работы».

Предполагая, что он говорит о бумажной волоките, Кейт вздохнула: «Формы? Документы?»

«О нет, ничего такого, – сказал Дьюран. – Я назначил совещание. Решил, что так все участники расследования будут в курсе событий».

«Ненавижу совещания».

«Я знаю, – сказал Дьюран. – Я помню,… но подумай,… разве это не лучший способ отпраздновать твоё возвращение?»

Логан снова усмехнулся, они поднялись со своих мест и пошли прочь из кабинета вслед за Дьюраном. Для Кейт это было, как дежа-вю.

***

Совещание прошло на редкость удачно. В небольшом зале для заседаний в конце коридора их ждали всего три человека. Двое были агентам – один мужчина, вторая женщина. Кейт видела их впервые. Третьим был мужчина, который казался знакомым; она была почти уверена, что его фамилия была Данн. Когда Дьюран закрыл дверь в конференц-зал, один из агентов поднялся и сразу протянул руку для рукопожатия.

«Агент Уайз, я так рад с вами познакомиться», – сказал он.

Кейт неловко пожала руку. Агент, видимо, понял, как глупо он сейчас выглядит.

«Простите», – еле дыша, произнёс он и вернулся на своё место.

«Всё в порядке, агент Роуз, – сказал Дьюран, усаживаясь во главе стола. – Вы не первый, кто теряется в присутствии практически живой легенды агента Кейт Уайз». Он произнёс это с лёгким сарказмом и слегка улыбнулся в сторону Кейт.

Мужчина, которого, как ей казалось, звали Данн, отличался от двух других, более молодых агентов. Он был похож на начальника; это было видно и по его стоическому выражению лица, и по хорошо отутюженному костюму.

«Агент Уайз, – сказал Дьюран, – это агенты Роуз и Демарко. Они работают в паре почти семь месяцев, но только потому, что я и замдиректора Данн не смогли найти для них лучших напарников. Они не лишены талантов. Если ты в конечном итоге возьмёшься за это дело в Ричмонде, одного из них назначат тебе в помощники».

Агент Роуз всё ещё выглядел смущённым, но сконцентрированным. Кейт уже и не помнила, когда её появление производило на людей такое впечатление. Последний раз это было года за два до пенсии, когда кто-то из Куантико целый день работал с ней в лаборатории. Такое отношение тешило самолюбие, но и немного смущало.

«Следует добавить, – сказал замдиректора Данн, – что именно мы с замдиректора Дьюраном настаивали на внедрении программы по привлечению к расследованиям вышедших на пенсию агентов. Не знаю, говорил он вам уже или нет, но вы были первой, кого мы решили пригласить».

«Да, – согласился Дьюран. – Не стоит и говорить, что мы были бы очень благодарны, если бы пока всё осталось между нами. Ну и, конечно, покажите всё, на что вы способны».

«Сделаю, что смогу», – сказала Кейт. Она начала понимать, что ей придётся находиться под некоторым давлением. Не то, чтобы она была против. Она всегда справлялась с работой лучше, если ставки были высоки.

«Отлично, – сказал Дьюран. – А пока хочешь поделиться своими мыслями по этому делу?»

Кейт кивнула и сразу почувствовала себя снова полноценным агентом. Казалось, после последнего задания не прошло не то, что года, а даже дня. Пока она рассказывала коллегам о том, что случилось в Ричмонде, и как она оказалась вовлечённой в это расследование, агенты Роуз и Демарко не сводили с неё глаз, возможно, продумывая, смогут они с ней работать бок о бок или нет.

Кейт не дала себе возможности отвлечься. Делясь подробностями расследования, ей казалось, что она вернулась в прошлое.

А оно было намного важнее её настоящего.

Глава седьмая

Три часа спустя Кейт и Логан сидели на крытой террасе уютного итальянского ресторанчика. Логан ел мясной сэндвич, а Кейт – салат с пастой, который она дополнила бокалом белого вина. Она пила нечасто и никогда до пяти часов вечера, но сегодня был особый случай. Даже сама идея реальной возможности вернуться в Бюро в роли активного агента была, по её мнению, поводом для праздника.

«Над какими делами сейчас работаешь?» – спросила Кейт.

«Тебе бы они показались неинтересными», – ответил Логан. Кейт знала, что он поделится подробностями; он сделает это потому, что любит работу так же, как она.

«Сейчас пытаюсь поймать мошенников, занимающихся по большей части банкоматами. Ещё работаю в команде с несколькими другими агентами над выявлением небольшой сети проституток в Джорджтауне, и на этом всё».

«Мда».

«Я же говорил. Скукотища».

«Даже не сравнить с нераскрытыми делами, о которых говорил Дьюран. Что ты знаешь об этой программе? Как давно её готовили?»

«Думаю, некоторое время. Меня ввели в курс дела всего пару недель назад. Дьюран и другие фебеэровские шишки расспрашивали о делах, над которыми мы работали, но так и не раскрыли. Они не интересовались методологией нашей работы и тому подобным, а просто спрашивали подробности старых висяков».

«И не сказали зачем?»

«Нет. И… Постой, я слышу подозрительные нотки. Я думал, ты сразу схватишься за эту возможность».

«Так и планирую сделать. Просто думаю, каким именно незавершённым делом они больше всего интересуются. Что-то же должно было вызвать такой интерес к висякам. Сомневаюсь, чтобы Дьюран просто искал повод вернуть меня к работе».

«Даже не знаю, – сказал Логан. – Но ты удивишься, когда узнаешь, как по тебе все скучали. Некоторые молодые агенты до сих пор говорят о тебе, как о мифическом герое».

Кейт не обратила внимания на комплимент, думая о своём: «К тому же, зачем он вызвал меня сюда, чтобы сразу же отправить назад со словами о том, что хотел бы, чтобы я ещё немного отдохнула, прежде чем взяться за работу? Это наводит меня на мысль, что настоящая причина всей этой затеи нам пока не известна».

«Знаешь, – сказал Логан, – если судить по тому, как много ты об этом думаешь, возможно, он и прав. Расслабься, Кейт. Как сказал Дьюран,… многие агенты на пенсии готовы умереть за такую возможность. Давай-ка, возвращайся домой. Отдохни. Займись ничегонеделанием».

«Ты меня достаточно хорошо знаешь, чтобы понимать, что это не про меня», – сказала Кейт. Она сделала глоток из бокала и подумала, что, возможно, Логан был прав. Возможно, ей следует насладиться радостью возвращения к работе,… каким бы оно ни было.

«Пенсия ничего не изменила?» – спросил Логан.

«Нет. Я бы даже сказала, что стало ещё хуже. Я не могу сидеть на месте. Ненавижу ничего не делать. Решение кроссвордов и вязание меня не спасают. Может, в душе Дьюран знал, что я слишком молода, чтобы уходить на покой».

Логан улыбнулся и покачал головой: «Но этот покой такой манящий».

«Ага, и повсюду покойники».

Логан вздохнул и засунул в рот последний кусок сэндвича. «Ладно, – сказал он, – кое-кому нужно возвращаться к работе».

«Удар под дых», – ответила Кейт, допивая вино.

«Что будешь делать? – спросил он. – Вернёшься домой?»

Кейт не знала точного ответа. С одной стороны, ей хотелось задержаться в Вашингтоне просто, чтобы побыть здесь какое-то время. Может, она пройдётся по магазинам или сядет на любимую скамейку на Национальной аллее и будет сидеть и вспомнить былое. День для этого был отличный.

Но с другой стороны, она хотела вернуться домой. Она знала, что Брайан Нейлболт не причастен, но факт оставался фактом – кто-то убил Джули Мид. И, судя по всему, полиция была в тупике.

«Пока не знаю, – ответила она. – Может, задержусь ненадолго в городе, но, думаю, вернусь домой уже сегодня».

«Позвони, если передумаешь. Был очень рад видеть тебя, Кейт».

Они оплатили счёт и, обняв друг друга, вышли из кафе. Не успела Кейт уйти, как в голове её появилась одна мысль, возникшая из ниоткуда:

«Джули убили в собственном доме, когда муж был в командировке. Если был взлом, то никто мне об этом не сказал. О нём не упомянули ни в полиции, пока меня отчитывали, ни Дебби с Джимом. Если бы взлом был, кто-нибудь бы точно о нём вспомнил».

И она задумалась… Убийца вошёл в дом по приглашению? Или, возможно, он как минимум знал, где находится запасной ключ?

Вопросы не давали ей покоя. Она вернётся в Ричмонд, как только выветрится алкоголь после бокала вина. Она обещала заместителю директора Дьюрану, что больше не будет никого избивать.

Но ни слова не сказала о том, что бросит расследование.

Конечно, сначала нужно сходить на похороны. Завтра она отдаст дань уважения усопшей и как может поддержит Деб в трудную минуту, а потом вернётся к привычной роли, возможно, с большим рвением, чем ожидала.

Глава восьмая

На следующий день Кейт стояла в последнем ряду ближайших друзей и родственников, которых чета Мид пригласила на похороны. Рядом стояли подруги по встречам за кофе – Кларисса и Джейн, все в чёрном, искренне убитые горем. Они пришли рано утром, чтобы выразить свою поддержку Дебби. Сегодня Дебби выглядела и чувствовала себя уже лучше, чем в тот день, когда она попросила Кейт заняться расследованием убийства дочери. Она рыдала, не переставая, и однажды даже выдавила из груди одинокий крик боли и отчаяния, но она отлично понимала, где находится, и что происходит. Джим, в свою очередь, выглядел полностью разбитым. Он выглядел так, словно готов был вернуться домой, сесть и думать о том, как иногда жизнь была, мать её, совсем несправедливой.

Кейт не могла не думать о собственной дочери. Она решила, что позвонит Мелиссе, когда похороны закончатся. Она почти не знала Джули Мид лично, но, исходя из разговора с Дебби, решила, что та должна была быть примерно одного возраста с Мелиссой, плюс-минус несколько лет.

Кейт слушала, как священник читает знакомые цитаты из Библии. Мыслями она, конечно же, была с Дебби, но при этом не могла не думать о том, почему всё так случилось. После возвращения из Вашингтона, она не стала напрямую спрашивать о взломе в доме Джули, но на всякий случай держала ухо востро. Она заметила, что ни Кларисса, ни Джейн, в свою очередь, тоже не упоминали о взломе. И это было странно, потому что благодаря своей любви к сплетням Кларисса всегда знала всё и обо всех.

Кейт посмотрела на Дебби и Джима, заметив стоящего за ним высокого мужчину. Он был относительно молод и красив так, как могут быть красивы мужчины с резкими чертами лица. Кейт слегка подтолкнула Джейн локтем и спросила: «Высокий парень рядом с Джимом. Это муж Джули?»

«Да. Его зовут Тайлер. Они были женаты всего ничего. По-моему, меньше года».

Кейт вдруг пришло в голову, что, пусть они регулярно пили кофе вместе, её подруги мало знали о жизни друг друга. Конечно, они знали о том, кем кто раньше работал, знали любимые кофейные напитки друг друга, а также были в курсе желаний и мечтаний каждой относительно пенсии. Но они никогда не копали глубже. И так было решено с тихого согласия каждой. Они редко говорили о семье, сконцентрировавшись на весёлом и лёгком поверхностном общении.

 

В этом совершенно точно не было ничего плохого, но теперь Кейт мало что знала о семье Мид. Она знала лишь то, что Джули была их единственной дочерью,… как и Мелисса для неё. И пусть сейчас они с Мелиссой были уже не так близки, как раньше, она и подумать не могла, как чувствовала бы себя, потеряй дочь.

Когда служба закончилась, и толпа начала расходиться после многочисленных объятий и неловких рукопожатий, Кейт и её подруги по кофе-клубу последовали примеру остальных. Кейт всё же задержалась, встав рядом с теми, кто решил устроить небольшой перекур. Сама Кейт не курила (и находила эту привычку отвратительной), но ей хотелось какое-то время побыть одной. Она просмотрела людей в толпе и нашла высокую фигуру Тайлера Хикса. Он разговаривал с парой в возрасте – и мужчина, и женщина рыдали без стеснения. Тайлер же как мог старался сохранять спокойствие.

Когда пожилая пара ушла, Кейт направилась в его сторону. Тайлер шёл к женщине средних лет, стоявшей с двумя детьми, но Кейт решила, что настигнет его первой.

«Простите, – преграждая ему путь, сказала она. – Вы ведь Тайлер, верно?»

«Это я, – ответил он. Когда он повернулся в её сторону, Кейт увидела глубокую печаль на его лице. Он был измотан, разбит и полностью опустошён. – Мы знакомы?»

«Честно говоря, нет, – сказала она. – Я подруга матери Джули. Меня зовут Кейт Уайз».

Его глаза на секунду оживились – он её узнал. Вместе с глазами на секунду изменилось и выражение лица: «Я слышал, как Дебби говорила о вас. Вы агент ФБР, верно?»

«Недавно вышла на пенсию, но да, в целом вы правы».

«Простите, что она попросила вас разобраться в том, что случилось с Джули. Могу представить, как вам было неловко».

«Не стоит извиняться, – сказала Кейт. – Я даже подумать не могу, через что она прошла. Послушайте… Я буду краткой, потому что не хочу отнимать у вас много времени. Дебби хотела, чтобы я узнала о бывшем ухажёре Джули. У меня не было шанса поговорить с ней об этом лично, но он не причастен».

«Миссис Уайз, вы не обязаны это делать».

«Знаю, – ответила Кейт. – Я подумала, может, вы могли бы ответить на пару коротких вопросов?»

Секунду Тайлер выглядел оскорблённым, но потом успокоился. В глазах читались любопытство и печаль: «Вы думаете, в вопросах есть смысл?»

«Возможно».

«Тогда я на них отвечу. Если можно, побыстрее».

«Конечно. Мне интересно, когда вы вернулись домой, вы не заметили ничего странного или необычного около дома? Может, вы заметили что-то на первый взгляд незначительное по сравнению с тем, что случилось с Джули. Может, это было что-то, что вы решили, что изучите подробнее потом, когда немного придёте в себя».

Он медленно покачал головой, взглянув туда, где уже через час тело его жены опустят в землю: «Ничего не припомню».

«А следы взлома. Вы их видели?»

Он снова посмотрел на Кейт и на этот раз выглядел немного испуганным. «Знаете, я и сам начал об этом думать, – сказал Тайлер. – Когда я на следующий день вернулся домой, все двери были заперты. Я позвонил в дверной звонок, потому что мой ключ был где-то в одной из сумок, и я не хотел копаться и искать. Джули не открыла дверь. Я вспомнил это только вчера, когда ложился спать. Кто-то легко вошёл в дом, не взламывая замки, а потом запер за собой дверь. Значит, убийца знал, как войти внутрь. Бессмыслица какая-то».

«Почему?»

«Потому что код от системы охранной сигнализации знают только Джули, я и наша уборщица. Мы меняем его каждые два месяца».

«У вас есть какие-то подозрения относительно уборщицы или членов её семьи?»

«Ей почти шестьдесят, а об её семье нам ничего не известно. Полиция проверяла эту версию, но ничего не нашла».

«А вы? – спросила Кейт. – Вы не знаете никого, кто бы мог чисто теоритически пойти на такое?»

Тайлер без раздумий покачал головой: «Всё время с того момента, как я вошёл в дом и нашёл её тело, я думал о том, кто бы мог хотеть её убить, или хотя бы был зол на неё. Никто не приходит на ум, – Тайлер сделал паузу и подозрительно посмотрел на Кейт. – Вы сказали, что на пенсии. Почему тогда вы так интересуетесь этим делом?»

Кейт озвучила единственный допустимый в данном случае ответ: «Я хочу сделать всё возможное, чтобы помочь Дебби».

Это была не вся правда, и она это знала. У Кейт были и свои личные причины:

«Участие в расследование – это самое значимое, что произошло со мной за год на пенсии».

«В любом случае, я ценю вашу помощь, – сказал Тайлер. – Если я могу ещё как-то помочь, дайте знать».

«Непременно», – сказала Кейт, неловко похлопала его по плечу в знак поддержки и оставила наедине со своим горем. По правде говоря, она сомневалась, что его помощь ей ещё понадобится. Она слишком долго была агентом, чтобы безошибочно определять невиновных и убитых горем мужчин. Она могла спорить на что угодно, что Тайлер Хикс не убивал свою жену. Ей уже стало стыдно за то, что она приставала к нему с вопросами на похоронах жены. С этой секунды она ни на шаг не приблизится к Тайлеру; если он ещё что-то вспомнит, пусть с этим разбирается полиция.

Кейт вернулась в машину и присоединилась к ленивой череде авто, выезжающих с кладбища. Она молча ехала домой, постоянно возвращаясь мыслями к Мелиссе и внучке, которая скоро появится на свет.

Зазвонил телефон, прервав ход мыслей. На экране вместо имени высветился просто номер. Кейт настороженно ответила на звонок, до сих пор не до конца придя в себя после похорон и того факта, что они постоянно возвращали её к мыслям о дочери.

«Это Кейт Уайз?» – спросил мужской голос на другом конце линии.

«Да, это Кейт», – ответила она.

«Это Рэндалл Бадд. Как вы поживаете?»

«Печально», – честно сказала она, немного разозлившись на судьбу за то, что в такой момент ей приходилось общаться с шефом полиции.

«Вы будете сегодня на похоронах?» – спросил он.

Кейт немало удивилась тому, что Бадд знал дату похорон. Может, в конце концов, он заслуживал некоторого уважения. «Да, – сказала она. – Уехала оттуда пятнадцать минут назад».

«Вот в чём дело. Я звоню вам, чтобы сказать, что около восьми часов утра сегодня нам поступил анонимный донос. Мы произвели арест, касающийся дела Джули Хикс. Подозреваемый ещё у нас. Это мужчина, который несколько недель назад чинил им интернет. Он очень хорошо знает семью и имеет приводы. Знаете за что? За сексуальные домогательства. Мы изучаем его дело и подробности жизни, и нам кажется, это он».

«Как его зовут?»

Бадд вздохнул, и от вздоха в телефоне раздалось электрическое шипение: «Мисс Уайз, вы же понимаете, что я не могу вам сообщить эту информацию».

«Конечно, можете. Если я как-то её использую, то только для помощи вам».

«Да, но со всем уважением хочу заметить, что не просил вашей помощи».

«Можете тогда сказать, знал ли подозреваемый жертву лично?»

Секунды три в трубке было тихо, потом послышался тяжёлый вздох, и голос Бадда сказал: «Нет».

Кейт хотела спросить ещё кое-что, но не стала. Если у неё возникнут вопросы, нужно будет всего лишь набрать номер Логана. Конечно, это не совсем этично, но, по крайней мере, у неё был какой-то выбор.

«И всё указывает на то, что это он?»

«Есть вероятность, – сказал Бадд. – Когда мы соберём достаточно улик, чтобы его прижать, то сообщим Дебби и Джиму Мидам, поэтому прошу пока держать язык за зубами. Я решил сообщить вам эту новость,… чтобы вы снова не бросились вершить самосуд».

«Благодарю за это, – сказала Кейт. – Хорошего дня, шеф».

Кейт с облегчением закончила разговор. Дело закрыто. Это отличная новость. Теперь, зная, что всё закончилось, Дебби и Джим могут наконец придаться горю.

Потом она вспомнила слова Тайлера об охранной сигнализации и то, что он не сказал – убийца знал, как войти в дом незамеченным. Он знал семью достаточно хорошо, чтобы пробраться в дом в темноте, преодолеть систему охраны и запертые двери.

Когда Кейт добралась до своего дома в Каритауне, от облегчения не осталось и следа. Его место заняла уверенность.


Издательство:
Lukeman Literary Management Ltd
Книги этой серии:
Поделиться: