За основу взяты мотивы реальных событий…

       Предисловие.

– Знаешь, я думаю, никаких других нас не существует, это все равно были бы мы. Сколько жизней бы мы не прожили, сколько ее вариантов, я все равно бы в каждой из вселенной искал бы тебя. Мы могли бы сейчас говорить о разных вариациях, что могло бы быть с нами, встретились бы мы с тобою гораздо раньше. Но, хоть я и не сторонник веры в судьбу, и всегда пытался принимать решение сам, я думаю, все должно было случиться у нас с тобою именно так. Та встреча, когда я впервые только увидел тебя, я понял, что мы созданы друг для друга. Я не боролся тогда за тебя, не добивался твоего расположения, я просто забрал то, что по праву изначально было моим. Я понял, почему раньше у меня не получалось ни с кем, я думал дело во мне, но после встречи с тобою, я осознал, что все дороги вели меня к тебе. Что когда-то я не зря оказался именно в тех стенах, где мне посчастливилось впервые увидеть тебя. Возможно, в другой вселенной все могло бы быть иначе. Возможно где-то и сейчас, у нас с тобою совершено другая жизнь. Где-то мы счастливы, где-то задыхаемся от боли. Но это все равно мы…

Глава 1.

Моя жизнь никогда не была той историей, которую хочется рассказать. Обычный монотонный день, я как всегда проклинал навязчивый будильник, что так усердно пытался пробудить меня ото сна.

Заварив себе крепкий кофе, я сделал несколько глотков, после чего, вышел на холодный балкон, где достал долгожданную первую сигарету. Дым сразу одурманил меня, ведь именно так я хотел заполнить им, всю свою душевную пустоту…

Накинув на себя куртку, я вышел на свежий воздух, ледяной ветер сразу пробрал меня изнутри.

Заходя в «пустой» автобус, я направился на работу. Как же мне там все надоело. Глупые коллеги, импульсивное начальство, и нескончаемая работа…

Чтобы хоть как-то развеяться, я включил музыку в наушниках на самый максимум и попытался раствориться в ней. Закурив очередную сигарету, я все оттягивал момент, чтобы заходить в то место, от которого мне так тошно. Но, вдруг повернув голову, я увидел ее… Неизвестную мне раннее девушку, которую я не видел в этих «холодных» стенах…

Она прошла достойно, не окинув меня даже взглядом. Но именно в ту секунду меня что-то сразу потянуло к ней, словно магнит. И я не мог оторвать от нее своих глаз.

Докурив сигарету, я бросил ее на белоснежный покров снега, и, продолжая, находиться в своих мыслях я зашел в то место, в котором мне суждено было провести остаток своего дня.

Настроиться на работу в тот день, у меня так и не получилось. Хоть я и отвлекался, пытался забыться. Но, все больше и больше я искал эту девушку глазами. Я не знал ее должность, не знал даже ее имени. Но, уже тогда я твердо решил – она станет моей…

       ***

Монотонно проходил день, разрушая меня изнутри. Вокруг этой девушки вызвался огромный резонанс, я только и слышал от парней, как они говорили о ней.

«Николь».

Так я узнал ее необычное имя. У меня было уже хоть что-то. Со временем я узнал, что она занималась элитной кондитерской. Я смотрел на ее работы издалека, и восхищался этим. Всегда ценил людей за талант. Наверно потому, что мой талант никогда не был оценен…

Все больше и больше, я слышал от людей об этой девушке. Парни сразу стали уделять ей внимание, но я понимал одно – мне никто здесь не конкурент. Абсолютно никто. И не потому, что я самовлюбленный кретин, просто когда-то мне пришлось поверить в себя настолько сильно, всем на зло, что усомниться в себе я просто больше не мог себе позволить.

К тому же, низкая самооценка это не скромность, это саморазрушение…

Наши рабочие места с ней находились рядом, но я практически ее не видел. Заходя с проверкой на свой отдел, мне неважно было, как работали мои подчинённые, мне было важно увидеть ее. Именно это было моей целью навещать торговый зал все больше и больше.

Но ее не было. Нигде. А я искал. Я ждал. Ждал, не зная чего…

Время шло, она лишь изредка мелькала перед моими глазами. Где-то издалека я восхищался ею, не находя повод, просто подойти к ней. Да и что бы я ей сказал в тот момент?

– Томас, – окликнул меня женский голос, развеяв мои больные мысли. Непроизвольно повернувшись, я увидел девушку Крис, которая также являлась одним из сотрудников данной компании. – Привет.

Кивнув ей ради приличия, я, молча, отвернулся и стал отходить от нее.

– Подожди Томас, – остановила она меня, взяв за запястье руки. Откинув ее ладонь, я злобно посмотрел в ее глаза.

– Я просил тебя, больше никогда не прикасаться ко мне.

– Ты же сам хотел встречи, в чем я перед тобою сейчас виновата? – проговорила навязчиво Крис.

– Расслабься, – ответил ей я, и, улыбнувшись краем рта, добавил. – Я просто хотел тебя трахнуть, ничего большего.

Я видел, как изменилось выражение ее лица в считанные секунды, но мне было нужно, чтобы она возненавидела меня и отстала как можно скорее.

Ведь так было бы лучше, по крайне мере для нее.

– Ты, – она запнулась. – Я думала после той встречи, между нами, что-то возникло.

– Я ни с кем не встречаюсь, – отрезал я, после моих последних отношений прошло уже полгода.

Во мне словно что-то умерло, я стал черствым и больше не чувствовал чувств.

Покинув Крис, я не испытывал к ней жалости, зная, что наговорил много лишнего. Но, я не мог ответить ей взаимностью, и я сотни раз уже пожалел, что когда-то вообще решился прогуляться с ней в бездушном парке.

Настроение покинуло меня мгновенно, желание работать исчезло, зайдя на отдел, я несколько раз сорвался на своих подчиненных.

Все словно стало не так, пока я снова не увидел ее…

И вдруг меня посетила мысль, глядя на Николь, я подумал, что именно с этой девушкой, у меня могло бы что-то получиться.

Она непроизвольно окинула меня взглядом, но, а затем сразу повернулась, словно не обратила никакого внимания.

Я сделал неуверенный шаг к ней на встречу, затем последовал другой. Что-то словно тянуло меня к ней, но когда оставалась лишь дотронуться до нее, я просто прошел мимо…

             ***

Ее подруга Сара, работала также у нас. Я знал, что она может предоставить мне всю информацию, которую я только пожелаю. Потому, что я был ей небезразличен, поэтому манипулируя ее чувствами, я мог бы добиться то, что хотел знать о Николь. Но я не стал этого делать, боясь, наверное, признаться самому себе, что начинаю все больше и больше думать об этой девушке.

– Не привыкай к ней, – проговорила неожиданно Сара, когда я проходил мимо нее.

– Ты о чем? – спросил хрипло я.

– Я же вижу, как вы с ней смотрите друг на друга.

– Тебе кажется, – попытался уйти от разговора я.

– Вокруг полно свободных девушек Томас, – она явно имела в виду себя. – Чьи жизни не так искалечены как ее.

– С чего ты взяла, что она мне интересна? – грубо произнес я, продолжая, наверное, уверять себя в этом.

– Это видно, как увидев ее, ты становишься живым. Твоя улыбка покорит многих, вероятно даже такую, как она.

– Бред, – лишь только ответил я, хоть я и желал уйти, покончив с этим разговором, я все же продолжил стоять. – Ты ведь знаешь, я не с кем не встречаюсь.

– Ты говоришь сейчас так, лишь только потому, что ее нет рядом.

В какой-то степени она была права. Возможно, я сказал бы совсем по-другому, если рядом бы стояла девушка, в которой я был бы уверен больше чем в самом себе.

Что это мое и без этого я больше не смогу прожить и дня.

Я промолчал на ее слова, ожидая, услышать от нее, что она скажет дальше.

– Ты сломаешь себе жизнь с ней, – шепотом проговорила Сара.

– Что ты несешь? – прокричал я.

– Она не такая идеальная, как тебе кажется.

– Ты ведь ее подруга, зачем ты настраиваешь меня, против нее?

– Чтобы тебя уберечь, – искренне сказала она, словно тем самым, она открыла свои чувства.

– Спасибо за заботу, – с сарказмом прошептал я, после чего направился дальше, но она словно знала, как остановить меня в тот момент.

– Она значительно старше тебя…

Я остановился, но промолчал, понимая, что это еще не самое худшее, что я вынужден, буду услышать.

– И у нее… У нее есть дети.

– Что еще я должен знать? – словно в тумане промолвил я.

– И она до сих пор замужем…

Я видел, как рушится цепь иллюзий, которую я успел выстроить в своей голове. Практически одной фразой она разбила образ той девушки, что я хотел видеть в Николь. В своих мыслях я вправду ожидал от нее чего-то другого.

Все напоминало мне замок из песка, который в считанные секунды просто рассыпался от суровых реалий.

– Надеюсь теперь, когда ты знаешь всю правду, она станет тебе не столь интересна, – добавила Сара.

Но, все что она говорила после, я просто уже не слышал.

       Глава 2.

      Вернулся домой я ближе к полуночи, налив себе в стакан виски, я сделал несколько порывистых глотков. Включив ноутбук, я открыл свою книгу, которую так и не мог дописать.

«В объятиях пустоты», врезалось в мои глаза название этой истории, в которой я сам создавал свой мир.

Перед тем как продолжить писать, я решил перечитать несколько последних глав, как вдруг я заметил, что внешность моего персонажа словно списана с той незнакомой девушки по имени Николь.

Смуглый цвет кожи, на фоне темно зеленных глаз. Волосы чуть длиннее, чем каре, миловидная улыбка в сочетание идеального контура лица.

Я думал, что у моих персонажей не было прототипов, но только сейчас я понял, что все это время я описывал просто ее… Писал о ней…

И хоть усталость давала о себе знать, я продолжал создавать главы, в которых все больше и больше я искал тебя. Допив виски, и скурив несколько сигарет, я уснул на полуслове, так и не закончив первую часть.

***

И снова навязчивый звон будильника, раздался эхом в моей пустой комнате. Спать по три часа в сутки, стало для меня нормальным явлением.

Ведь я стал просто роботом, который жил по инерции. Отправившись на работу, я не знал, чего я жду от сегодняшнего дня. Хочу ли я увидеть ее снова, или наоборот желаю, чтобы наши дороги за весь день так и не пересеклись.

Аппетита не было совсем, поэтому взяв себе энергетик и пачку сигарет, я вышел на улицу. Погода была ужасная, тучи полностью затянули небо, к тому же с неба капал то ли дождь, то ли шел влажный снег.

Взяв в руки телефон, я наткнулся на свою бывшую девушку в социальной сети. Та, после которой в моей жизни не стало больше отношений на протяжении более полугода.

Я думал, все прошло, но на самом деле, как оказалось, нет.

«Я устала от тебя Томас, каждый раз, когда ты говорил, что я тебе нужна, я не чувствовала, что ты был рядом. Ты говорил, что принимаешь меня такой, какая я есть, но ты не знал меня настоящую. Ты помнишь, как все закончилось между нами? Когда ты приехал ко мне, на нашу годовщину. Я открыла дверь, и мы просто посмотрели друг на друга. И в тот момент, в наших глазах была пустота, мы осознали, что это конец. Ты ведь почувствовал это, так же как и я? В тот день, ты так и не зашел ко мне в дом, а я, больше тебе не позвонила. Наверно так и должно было закончиться все между нами, без слов и скандалов, без измен и предательств. Мы просто в один момент, стали чужими. Еще ночью мы были вместе, а на утро нас с тобою уже не стало».

Я прочел ее последнее сообщение уже сотню раз, но даже сейчас, я снова его перечитываю. Хоть и знаю каждое слово уже наизусть.

Я помню ту ночь, когда мы общались с ней о нас. Мы строили планы, и ничего не предвещало беды. Но, а на утро, мы расстались без слов, и я до сих пор не могу понять, что же случилось за одну ночь, что мы так легко отпустили друг друга?

Больше я не видел ее, не предпринимал попыток вернуть все обратно. Слышал от знакомых, что она довольно быстро нашла себе молодого человека.

Но, а для меня все это обесценилось, ведь однажды лежа с ней на кровати, я говорил ей: «Я тебя люблю», и как теперь, лежа совсем с другой девушкой, я могу сказать ей то же самое?

Потушив сигарету, я не стал допивать энергетик, выкинул его в урну и направился обратно внутрь, поняв, что время обеденного перерыва окончено.

На пороге я пересекся с Крис, которая снова не смогла оставить меня без внимания.

– Томас, – ее голос казался мне таким навязчивым.

– Что еще? – спросил я, так и не сбавив свой шаг.

– Помнишь в тот день, – она не успела договорить, как я перешел на крик, перебивая ее.

– Не было никакого дня, просто забудь обо всем. Мне было скучно, и я решил развлечься. Все что я там нес, была ложь, – Немного сбавив обороты, я уже более спокойно наклонился к ней и проговорил ей на ухо. – Я миллион раз уже пожалел, о том дне, уверен, что ты тоже…

Скинув промокшую куртку, я вышел в торговый зал, и чтобы хоть как-то отвлечься я решил помочь своим подчиненным.

Не обращая внимания на прохожих мимо людей, я вдруг услышал незнакомый голос, который показался мне таким родным.

– Ты все работаешь? – такой банальный вопрос задала она, но который значил тогда для обоих очень много.

– Создаю иллюзию, – попытался пошутить я, хоть у меня не особо это вышло.

– Меня зовут Николь, – проговорила она, в качестве знакомства.

– Я знаю, – лишь ответил я, посмотрев на нее разбитым взглядом. Почувствовав холод, она стала делать неуверенные шаги назад. Но, я не мог отпустить ее, не спросив самого главного. – То, что сказала Сара, это правда?

Николь спрятала свой взгляд, боясь поднимать на меня свои красивые глаза.

– Значит правда, – ответил удручающе я, чувствуя, как внутри все сжалось, что это подтвердилось.

Она посмотрела на мой бейдж, после чего сказала:

– Томас, я бы хотела…

– У тебя есть дети, ты старше меня, тем более ты замужем, скажи, зачем ты сейчас подошла?

– Разве мы не можем просто познакомиться? Причем здесь мое прошлое и моя жизнь?

– При том, что я не смогу это принять, – проговорил холодно я. Ведь я чувствовал тогда, что она нравиться мне. Но смериться с этим списком, я не был готов.

– А я и не просила, принимать меня, – обидчиво сказала она.

– Тогда зачем привыкать, к тому чего нет?

Ее словно ранили мои слова, она окинула меня печальным взглядом, улыбнувшись до боли грустной улыбкой.

– Было ошибкой подходить к тебе, – добавила она.

– Ты права, это была ошибка, – подтвердил я, после чего улыбнулся краем рта. – Которую я каждый день хотел допустить, после того, как увидел впервые ее…

Мы встретились глазами, словно что-то импульсом потянуло нас друг к другу, но оба понимали, что нужно держать дистанцию.

Я не помню, что говорил дальше ей в тот вечер, но я что-то нес, лишь бы только задержать ее как можно дольше.

И я видел главное – ей тоже не хотелось уходить…

             ***

Как бы это не звучало глупо, но после того как она ушла, эти стены показались мне такими пустыми.

Оставалось несколько часов до завершения рабочей смены, как вдруг в моем кармане зазвенел телефон. Взяв его в руки, я непроизвольно ответил.

– Слушаю.

– Как ты Томас? Готов к завтрашней вечеринке? – проговорил Саид.

Если честно, с таким ритмом жизни я совсем забыл о вечеринке, намеченной на эти выходные, хоть я сам и являлся инициатором этого мероприятия.

– Напомни, во сколько она и где? – проговорил я, до сих пор пытаясь понять, как я мог об этом позабыть.

– В семь вечера, адрес скину позже, – ответил он, ведь на каждое наше мероприятие, мы старались снимать разные квартиры.

– Буду ждать.

             ***

Вечеринка была в самом разгаре, но почему-то мне не было весело. Я старался поддерживать тупое общение с людьми, не смотря на то, что мне было тошно на душе.

Допив первую бутылку виски, Саид незамедлительно открыл вторую. Разлив по стаканам, мы все стукнулись нашей большой компанией. Кто-то умудрился сказать даже никчемный тост.

– Что-то «тухло» сидим, – сказала одна из девушек, у которой я, за все это время, даже не соизволил узнать имя. Ведь суть таких вечеринок, как правило, была одна – трахнуть кого-нибудь, а на утро даже не поздороваться. Она включила музыку в колонке, которая сразу раздалась по съемной квартире.

Все пошли танцевать, в то время как я вышел на кухню и решил покурить. Присев на стул, я стал доставать пачку сигарет.

Не успев сделать еще несколько затягов, я услышал голос Миланы, на фоне раздающейся музыки.

– Почему ты ушел от нас? – спросила она. Довольно сексуальная девушка, с которой каждый парень бы хотел провести ночь. Но, не я…

– Видишь, я занят, – холодно ответил я.

– И чем же?

– Курю.

Словно не обратив внимания на мои слова, она подошла и, раздвинув свои длинные ноги, села на меня.

– Почему ты всегда все портишь? – спросила она, и ладонями обхватила мое лицо. Не ответив ей ничего, я лишь просто выпустил дым ей в лицо. – На прошлой вечеринке ты был нежен со мной, а сегодня даже не смотришь в мою сторону.

– Я тебе разве что-то обещал?

– Хватит уже быть таким ублюдком, ты же не такой, каким хочешь казаться.

Она продолжала смотреть на меня пьяными глазами, которые были полностью черными от расширенного зрачка.

– Я хочу тебя Томас, – шепотом сказала она, начиная трогать мои волосы.

– Там полно других парней, которые мечтают трахнуть тебя с самого первого дня, когда ты появилась в нашей компании. Почему ты держишься так за меня?

– А ты разве не понимаешь?

Вместо ответа я лишь затянул в себя сигаретный дым.

Видя мой холод, она решается на самый ужасный поступок, она предлагает мне свое тело, осознавая, что большего не может мне дать.

Она сняла с себя в футболку, представив передо мной свою шикарную большую грудь в бюстгальтере.

– Красивый лифчик, – без эмоций сказал я.

После чего я пальцами провел по ее шеи, чувствуя как каждое мое касание, словно импульсом раздавалось по ее телу. Я спустился до лямки, и припустил ее.

– Неужели ты не хочешь этого? – спросила Милана. – В прошлый раз, нам ведь обоим было хорошо.

И в тот момент я понял, что сдерживает меня все это время, чтобы не снять с нее всю эту одежду и взять ее прямо на этом кухонном столе. Это были мысли о Николь…

– Мы ведь с тобою просто друзья, – хрипло прошептал я.

– Ты прав, мы друзья, – сказала она, после чего улыбнувшись, добавила. – Друзья, которые любят этим заниматься…

       Глава 3.

Музыка не прекращалась у нас до четырех утра, многие уже разбрелись по парам и стали занимать комнаты. Сев в полном одиночестве на холодный подоконник я взял бутылку виски, которую жадно пытался допить, добивая себя никотином.

Взглянув в окно, я увидел, как красиво хлопьями падал белоснежный снег. Середина ноября, а погода уже была «Рождественская».

Перед моими глазами всплывали образы Николь все больше и больше. На мгновенье я стал думать о том, что могло, было быть с нами, не будь она замужем.

Наверно, у нас была бы удивительная история, по мотивам которой можно было бы написать книгу.

Услышав звук скрипучего пола, я не произвольно повернул свою голову в сторону, и увидел полностью обнаженную Милану.

– Почему ты не спишь? – спросил ее я, в то время как она взяла сигарету и попыталась ее подкурить.

– Привыкла спать с тобою, – сказала она с такой наивностью, словно хотела выдать желаемое за действительное.

Взяв с кровати махровый плед, я накинул его на Милану, после чего приобнял ее за талию.

– Почему ты не можешь быть всегда таким милым? – спросила она, и уткнулась головой в мою грудь.

Что ответить ей в тот момент я не знал, поэтому ответил на ее вопрос молчанием.

– Ты смогла бы разрушить семью, чтобы построить свое счастье? – спросил я, задавая ей тот самый вопрос, который на протяжении всего дня крутился в моей голове.

– Знаешь, хоть и говорят, что на чужом горе свое счастье не построишь, но в какой-то степени, могу не согласиться с этим выражением, – сонно ответила Милана. – Ты ведь не знаешь, что в этой семье происходит на самом деле. Остались ли в этом доме чувства, или там все идет по инерции. Иногда, лучше стоит попробовать забрать свое, неважно каким путем. То, что будет после, обесценится, на фоне того, что может быть сейчас.

Я не думал, что ответ ее будет таким глубоким. Она словно прониклась моим вопросом, пытаясь разобрать лучшие его стороны. Я люблю ночные разговоры, в том числе по тому, что в них есть своя особенность. Они самые настоящие и мистически искренние…

– Поэтому я думаю, стоит просто попробовать, – она на миг сделала паузу. – Попробовать впустить кого-то в свою жизнь. Уйти ты всегда можешь.

– Уйти? А если будет поздно? Если я полюблю? Скажи, куда тогда мне можно будет уйти?

– Если было бы такое место, я бы давно уже была там, – после чего она подняла на меня свои глаза, словно тем самым призналась в своих безответных чувствах.

             ***

Выходные пролетели незаметно для меня. И снова монотонные рабочие будни.

После нашего последнего разговора с Николь прошло два дня, и как не странно я понял, что мне не хватает ее общения. Пройдя по торговому залу, я долго искал ее глазами, пока не почувствовал запах ее духов.

– Как прошли выходные? – спросила она, и в ту секунду я словно почувствовал перед нею вину, за то, что прикасался к другой женщине, на этой бессмысленной вечеринке.

– Мимо меня, – ответил я, решив просто не посвящать ее в подробности.

– Не хватало тебя, – вдруг неожиданно для меня говорит она, то, что уж явно я не думал услышать.

– Чем больше ты будешь обо мне узнавать, тем ближе мы будем с каждым днем становиться, а тебе это не нужно, – ответил я, продолжая держать дистанцию, хоть осознавал, что меня тянет к ней словно магнитом.

– Ты все слишком усложняешь, – сказала она, и удручающе улыбнулась.

– Дома тебя ждет муж, скажи, оно того стоит?

– Мы уже на протяжении полугода не живем вместе, – проговорила она, словно даря мне надежду. После чего она развернулась и с чувством собственного достоинства покинула меня, оставив наедине со своими мыслями.

             ***

Спустя четыре часа, Сара остановила меня посреди торгового зала.

– Николь просила передать тебе свой номер, – сказала ее подруга, и стала диктовать мне цифры. Машинально я записал их, добавляя в свои контакты, с мыслью, что на этот номер я никогда так и не позвоню.

Весь день мне не давал покоя телефон, я брал его в руки, заходил в WhatsApp, но, так и не решившись написать ей, я просто убирал его обратно.

Час, затем другой… Когда солнце зашло за горизонт, я просто не выдержав уже этого желания заговорить с нею, написал ей впервые. Обычное сообщение, даже банальное, но именно оно стало таким ценным.

Между нами не было словно никакой грани, мы переписывались с ней, словно знали друг друга, если не всю жизнь, то большую ее часть. Хотя, по сути, тогда нами говорить то не о чем было. Но мы писали… Мы продолжали… Ведь обоих уже тогда, что-то тянуло… А что именно, мы тогда не знали…

– Знаешь, ты заставляешь меня хотеть быть чьим-то, – написал ей я, ведь до нее я и вправду долгое время ни с кем не встречался.

– В разговорах ты был всегда груб, я и не думала, что тебе интересна.

– Я бываю жесток, лишь только потому, что я уже не знаю как иначе себя вести . Я был таким слишком долгое время.

– Зачем тебе нужно было выстраивать вокруг себя такую стену?

– Боялся наверно впускать кого-то в свою жизнь, потому что не хотел, возможно даже боялся потом потерять, – ведь последнее расставание я перенес слишком болезненно.

– Тогда зачем привыкать ко мне? – задала прямой вопрос Николь.

– Я не хочу больше быть таким, с тех пор как встретил тебя…

На несколько минут она пропала из социальной сети, перебрав множество вариантов ее ухода, я остановился на самом банальном – ей это просто не нужно.

Я снова занялся делами по работе, пытаясь убить время, чтобы не думать об этом всем.

Услышав звук сообщения, я сразу открыл наш чат.

– Прости, дочка раскапризничалась, укладывала ее спать.

Прочитав это сообщение, я словно с эйфории вернулся в реальность. У нее уже есть дети…

– Знаешь, после того, как мы перестали жить с бывшим мужем, я не думала, что когда-то начну с кем-то общаться.

– Не с бывшим, а с нынешним, – подправил я. Ведь про официальный развод, речи так и не было.

– У нас были сложные отношения, никогда не считала, что у нас были чувства друг к другу. Больше это было похоже на дружбу, взаимоуважение. После рождения дочери, я думала, она нас объединит, что между нами, что-то зародится. Но все было не так, как мне хотелось.

– Что было дальше?

– Он все больше и больше стал пропадать, затем я стала догадываться об изменах. Да он особо этого и не скрывал. А я как дура, все это время сидела дома, воспитывала дочек и ждала, пока он вернется.

– Мне жаль, – написал я, чувствуя, как в груди у меня все сжималось.

– Изо дня в день, я словно жила по инерции, никаких эмоций, просто робот. Но потом я пришла сюда и увидела тебя, стоящим на курилке, такого высокого парня с прекрасными голубыми глазами, которые манили меня словно притяжение. В тот момент, я и предположить не могла, что ты мне уже нравился.

– Солнце, – я впервые называю ее так. – Я не знаю, что происходит между нами, но я не могу не думать о тебе.

– Я знаю, что нам не стоит сближаться, пытаюсь держать эту грань, но не могу… Ты ведь в силах покорить любую девушку и она отдастся тебе.. Просто я боюсь, что вскоре и мне некуда будет отступать.

Я ощутил, как мое сердце снова начинает биться, словно я снова начинаю чувствовать что-то.

– Сара сказала мне, что ты ни с кем не встречаешься, – написала Николь, словно наш разговор больше не имеет смысла, так как он ни к чему не приведет.

– Если в тот момент, ты бы стояла рядом, я никогда бы не сказал такого.

– Может пока не поздно, нам не стоит начинать все это?

– Прости, – извинился я. – Но уже поздно…

       Глава 4.

На следующее холодное утро, я предложил встретить ее на остановке. Я помню, как долго стоял и ждал ее.

– Разреши мне тебя обнять? – написал ей я, продолжая докуривать сигарету на опустевшей остановке. И хоть раньше я никогда не спрашивал об этом у девушек, а просто брал то, что хотел. То к ней у меня изначально в первую очередь было уважение. И прикоснуться к ней, без ее разрешения я просто не мог себе позволить.

– Конечно…

Когда я увидел ее, мы так неосторожно обнялись с нею на пару секунд, но этого хватило, чтобы согреться мне… Я не знал, чем пахнет она, но теперь этот запах стал моим самым любимым…

– Я готов ко всему, если каждое утро будет начинаться с тебя, – проговорил я. И это были не просто красивые слова, ведь я далеко не романтик, и никогда не умел говорить таких слов. Эти слова значили для меня очень много. Ведь каждый день, я хотел встречать именно с ней… Только с ней…

Она мило улыбнулась на мои слова, и взяла меня за руку. Это было первое прикосновение. Я держал ее так нежно в то же время очень крепко, словно боялся отпустить хоть на секунду.

– Я так много всегда говорила о себе, что так и ни разу, не спросила какой ты, – проговорила робко она.

– Моя жизнь не та история, которую хочется рассказать, – ответил я, ведь кроме того, что я пишу книги, мне не чем больше похвастаться. – Я не мажор, не из богатой семьи. Моя жизнь это, наверное, больше трагедия.

– Возле тебя всегда много людей, особенно девушек, – словно ревниво проговорила она.

– Вообще я по жизни одиночка, очень одинокий человек, не знаю почему, с тобой я захотел этим поделиться.

В этот момент она крепче сжала мою ладонь, от чего мне стало немного легче.

– Мы разные с тобою, но мы так похожи, – сказала она, продолжая изредка поднимать на меня свои глаза. На мгновенье я остановился, и жадно посмотрел на ее манящие губы. Мне так захотелось к ним прикоснуться. Но я не стал торопить события, и лишь, поэтому просто как можно крепче ее обнял…

На протяжении всего оставшегося дня, мы с ней тайно переписывались, пока не видит начальство.

– И все же, я хочу знать о тебе. Что было до меня с тобою, – написала Николь.

– Разве это имеет значения, что было до, когда от встречи с тобой, осталось только после…

– Мне нравится, как ты пишешь, – сказала она.

– Не зря я стал писателем, – ответил я, впервые рассказав ей, о самом важном, в моей жизни.

– Прости, что?

– На протяжении уже многих лет, я пишу книги. Люблю создавать свои вселенные и решать исход историй персонажей, ведь только там, я могу хоть что-то изменить.

– Я восхищена этим, обещай, что ты дашь мне почитать свои труды?

– Обещаю.

– Жду как можно скорее, уверена, они восхитительны.

– Знаешь, я всегда писал, создавал героев, но после знакомства с тобою, я понял, все это время я писал о тебе. Для тебя. Про тебя.

В ответ она прислала мне смайл в виде красного сердца. И, пожалуй, это именно тот ответ, который я ожидал от нее больше всего в это мгновенье.

– Может, погуляем завтра после работы? – спросил я, желая хоть не много провести с ней время наедине, просто держа ее за руку.

– Если только не долго, а то мне дочек нужно будет забирать из сада.

Так мы приблизились с ней, к тому дню, который вскоре изменил наши с ней судьбы. Двадцать девятое ноября, я не думал, что эта дата станет такой важной для меня.

             ***

Проснулся я ближе к одиннадцати, наконец-то выспавшись после смен. Взяв в руки телефон, я сразу написал ей: «Доброе утро Солнце».

Заварив себе кружку кофе, я направился прямиком на балкон, закурив первую сигарету. Я как одержимый постоянно заходил в наш чат, и ждал от нее сообщения, но ее не было в сети с ночи, и тут я начал переживать.

Вдруг с ней, что-то случилось? Или она просто поняла, что это встреча не нужна обоим?

Прождав так до обеда, я не знал, есть ли смысл мне приезжать сегодня. Вдруг она просто не захочет ничего, и я как дурак, окажусь в нелепой ситуации.

Спустя час, на моем телефоне раздается звонок с неизвестного номера, я так надеялся, что это она, поэтому сразу поднял трубку и воодушевленно проговорил: «Алло».

– Привет Томас, – сказала Милана, которую я сразу узнал по голосу.

– Привет, – обреченно ответил ей я, ведь она была не той, с кем я сейчас хотел бы поговорить.

– Саид звонил уже тебе?

– Нет, что-то случилось?

– Мы решили сегодня снова закатить вечеринку. Накупили уже текилы, жду не дождусь провести с тобою еще одну ночь.

– Прости, но в этот раз без меня, – холодно ответил я, давая понять, что я не явлюсь на это мероприятие.

– Почему Томас? Ты ведь всегда любил, когда мы собирались.

– Ключевое слово здесь «любил».

– Я не пойму, что с тобою происходит в последнее время. Даже Саид заметил, как ты отрешился от нас. Помимо того, что ты постоянно пропадаешь на своей работе, так еще и в выходные ты не хочешь видеться с нами.

– У меня на сегодня другие планы, – проговорил ей я. – Хорошо провести вам время. А Саиду передай, что ни от кого я не отрешался, просто… Просто в моей жизни, я чувствую, что-то меняется…

На протяжении всего дня, я продолжал лишь курить и заходить в наш чат. Саид скинул мне адрес, попросив заехать к ним хотя бы на пару часов. Я тактично дал ему понять, что лучше не ждать меня сегодня.

Когда наступило четыре часа, я все равно решил поехать к Николь, хотя бы просто для того, чтобы спросить, почему она решила отказаться от всего.

Я приехал на полчаса раньше, увидев неподалеку цветочный магазин, я зашел и купил одну красивую красную розу, не став ее упаковывать.

Раньше я никогда не дарил девушкам цветы, но она… Она это другое.

Солнце как назло стало рано уходить за горизонт, и мгновенно я почувствовал, как холод стал окутывать меня. И как бы, это не было глупо, я хоть сам продрог, я продолжал греть дыханиям и ладонями розу, которую так нежно держал в ледяных руках.

Я простоял так больше часа, осознавая, что ее рабочий день уже был окончен. Но ее так нигде и не было. Я продолжал беспрерывно курить, чтобы хоть немного согреться…

Николь словно проигнорировала меня, и в душе от этого так становилось тоскливо. Помню, как момент обреченности полностью охватил меня, добивая меня тем, что я безумно сильно замерз.

Но вдруг среди прохожих, я увидел ее…

             ***

Так неуверенно мы обнялись с нею, но эти касания мгновенно согрели меня.

– Прости, я, как назло забыла телефон дома, – проговорила Николь. – Боялась, что ты не приедешь.

– Все хорошо, я ведь обещал тебе, – сказал я, и протянул ей розу. – Я пытался ее согреть.

– Спасибо, – ответила она, и, взявшись за руки мы направились вдоль по улице. – Куда пойдем?

– Не знаю, мир большой, я думаю, в нем найдется местечко для нас.

– Ты замерз, я вижу, – заботливо проговорила она.

– Это вовсе не важно, главное, что ты пришла, – ведь я так боялся, что мы с ней просто не увидимся. – Как прошел день?

– Я думала все это время, как связаться с тобой. Мне было важно, чтобы ты знал, что я приду.

– Я испугался, что ты передумала. Думал, что это все были лишь иллюзии, которые я выдумал у себя в голове.

Отпустив ее руку, я приобнял ее за плечи.

– Чувствую, как становиться теплее, – сразу промолвила она, и стала нюхать розу. – Расскажи мне о книге.

– Эту историю, я начал писать, когда мне было шестнадцать. Я не помню, почему и как я пришел к этому. Но, знаешь, до своего первого проекта «В объятиях пустоты», я не прочел ни одной книги.

– А как же школьная программа?

– Я никогда не любил читать, поэтому меня так никто и не смог заставить. Но будучи подростком, книги, словно сами пришли в мою жизнь. Иногда я думаю, что это не я захотел писать книги, а книги пожелали, чтобы я их писал.

– Сколько историй у тебя написано?

– Много, но это не те проекты, которые я бы хотел публиковать. По крайне мере, я работаю сейчас над одной утопией, благодаря которой, я надеюсь, у меня получится добиться всеобщего признания.

– Но, то, что ты делаешь уже сейчас, достойно высших похвал.

– В меня никто никогда не верил, над моими книгами близкие мне люди лишь подтрунивали. Но, никто никогда так и не решался взять и прочесть.

Я видел, как изменилось выражение лица Николь.

– Я не понимаю, как, то, что ты творишь, может быть таким обесцененным для твоих родных.

– Когда я издал свой первый труд, я помню, как ехал с издательство, на тот момент я был еще в отношениях. Я хотел поделиться со своей девушкой, показать ей то, что я смог. Что я прикоснулся к своей мечте. На что, она просто взяла книгу в свои руки, и сказала: «Ну чего ты так радуешься? Как будто что-то измениться с этого». Вот именно как-то так, проходили мои самые серьезные отношения.

– Значит, она не любила тебя, – предположила Николь.

– Ты права, ни разу не испытывал, что меня любят.

– Знаешь, и я тоже. Поэтому я тогда и сказала тебе, что мы похожи. Мы оба несчастливы.

– Сара говорила мне, что твоя жизнь искалечена.

– Так и есть, на протяжении семи лет я чувствовала себя живым трупом, но все изменилось, когда я впервые увидела тебя…

       Глава 5.

– Что-то потянуло меня к тебе, – продолжила Николь. – Но я думала, что между нами ничего не может быть. Даже дружбы.

– Парень с девушкой не могут быть друзьями, у одного из них все равно возникнут чувства.

Я вспомнил сразу о Милане, которая за время нашей дружбы, стала проникаться чувствами ко мне.

– А еще я думала ты бабник, – после этого она мило улыбнулась. – Вокруг тебя, всегда было полно девушек.

– Но не одна из них, не стоила тебя. Знаешь, после того, когда я впервые обнял тебя, я пожалел, что когда-то давал возможность прикасаться к себе другим.

– Не понимаю, как ты до сих пор все это время был один. Надеюсь, что ты просто ждал меня, – и хоть ее слова прозвучали самоуверенно, но именно этот ответ был самым правильным в тот момент. Это было то, что я сам чувствовал.

Температура на улице опускалась все ниже. Холод, который охватывал нас, был местами совсем невыносимым. Поэтому, чтобы избежать порывов ветра, нам суждено было зайти с ней в обычный двор, который вскоре объединил нас с нею, раз и навсегда.

– Иди ко мне, – проговорил я, опираясь о железные перила, холодными руками я заключил ее намертво в свои теплые объятия, и носом уткнулся в ее шею. – Люблю, как ты пахнешь…

Я нежно стал целовать ее шею, осторожно касаясь ее языком, и в ту секунду я увидел ступор, который овладел ею. Ее дыхание стало порывистым.

– Я не знаю, как я жил без тебя все эти годы, – говорю искренне я, понимая в тот момент, что все это время, я нуждался именно в ней.

Оставив ее шею, я стал нежно осыпать поцелуями ее щеку, не решаясь прикоснуться к самому главному – ее губам.

– Наверно, мне всегда будет тебя мало, – я понимал, что никак не могу насытиться ею. Как вдруг она хватается за мое лицо, своими холодными ладонями, и не в силах больше себя контролировать, она жадно вцепляться в мои губы поцелуем.

Страсть что вспыхнула между нами, согревала наши продрогшие тела. Я держал ее за талию, в то время как она обхватила меня руками за шею.

Я много описывал поцелуев в своих книгах, но никогда не писал о том, что он так сладок. У губ нет привкуса, как мне казалось. Но с ней, я понял, как ошибался все это время.

Я чувствовал нежный оттенок послевкусия, который не мог охарактеризовать и не мог ни с чем сравнить, из того, что я когда-либо пробовал.

Но этот вкус, однозначно мне нравился. Я чувствовал запах ее тела, мы были так близко друг к другу, хоть в то же время, мы были еще так далеко.

Мы не знали чем закончиться поцелуй, что он изменит и что будет дальше с нами.

Я не хотел отрываться от нее, также как и она не могла оторваться от моих губ. Я начал слышать ее порывистые дыхание, которые плавно перерастали в стон.

– Мне тебя мало… – вырвалось с ее уст.

Обоим нужно было продолжение, мы жаждали этого. Но, к сожалению, мы находились не в тех условиях.

Мы были едины, и это мгновенье казалось мне вечностью…

– Я так долго искал тебя, – я не решался признаться ей в чувствах, хоть и понимал, что я испытываю к ней больше чем симпатию.

– Между нами все так быстро произошло, еще недавно я тайно восхищалась тобой издали, а сейчас ты находишься в нескольких сантиметрах от меня.

– Потому, что мы созданы друг для друга…

После чего я снова вцепился жадно в ее губы, где наши языки нежно соприкасались.

– Я думаю, не стоит говорить, что отныне ты теперь моя? – спросил я, ведь предлагать ей встречаться, после того, что у нас было, казалось мне уже бессмысленным. – Давай будем вместе, пока нам хорошо, – своим прокуренным голосом добавил я. – Без обещаний…

Ведь в последних отношениях, я часто слышал обещания «вместе, навсегда», но, а что в итоге? Я остался совершено один.

Но, а затем, я так крепко обнял ее, словно хотел уберечь от всего этого гребанного мира эту женщину… Мою женщину…

             ***

Посадив ее на такси, я до последнего продолжал целовать ее губы. Я хотел, чтобы она как можно скорее согрелась, и добралась до садика, в котором ей нужно было забрать своих девочек.

Как только машина отъехала от меня, я достал трясущимися руками пачку сигарет. Вдохнув в себя дым, я быстрым шагом направился на остановку.

Включив громко в наушниках музыку, я все прокручивал мотивы сегодняшнего вечера, проведенного с нею.

Услышав звук входящего сообщения, я сразу взглянул на экран, увидев фразу, которая заставила меня улыбнуться.

– Я уже скучаю по тебе, – написала она, хоть мы и простились несколько минут назад. Докурив сигарету, я направился в полупустой автобус, и, рухнув на сиденье, я погрузился в музыку, закрывая свои глаза. Перед которыми, все это время стояла она…

             ***

Не успев еще дойти до дому, на мой телефон поступил входящий видео-звонок от Саида.

Ответив ему, по моим ушам сразу ударил громкий звук музыки, на фоне которого стоял он с бутылкой текилы. Возле Саида стояла особа женского пола, которая в полуобнаженном виде терлась об него.

– Томас, надеюсь, ты закончил свои дела? Давай подъезжай к нам.

– Вижу вам там и без меня хорошо, – сказал я, чтобы тактично дать понять, что я не хочу ехать в этот разврат.

В эту секунду Милана вырвала с рук Саида телефон, и направилась с ним ванну. Закрывшись там, она посмотрела на меня пьяными глазами.

– Знаешь, а я только сейчас поняла, что ты имел виду, когда спрашивал, смогла бы я разрушить семью, – проговорила она. – Нашел себе замужнюю? Молодец. Не удивлюсь, если у нее даже есть дети? Конечно, ты же ни с кем не встречаешься, ты только как падальщик подбираешь чужое.

– Заткнись, – грубо ответил ей, ведь ее слова задели меня.

– Ты думаешь, что ты и вправду ей нужен? Она лишь играет с тобой, чтобы вызвать ревность у мужа. А когда это произойдет, он вернется обратно в семью, а ты… – она взяла не большую паузу. – Ты будешь ей неинтересен.

Я знал, что большую часть за нее говорит выпитый алкоголь, ведь на трезвую голову, она никогда бы не решилась заговорить со мной в таком тоне.

– Почему именно она? – я видел ревность и отвращение в глазах Миланы.

– Я не знаю, – солгал я, наверно просто, потому что хотел убежать от ответа.

– Ты будешь для нее лишь в роли любовника, так будет всегда. Ты никогда не станешь отцом ее детей, ты никогда достойно не займешь место ее мужа.

– Я тебя услышал, – ответил лишь я, закурив очередную сигарету.

– И знай, когда она бросит тебя, – Милана истерически улыбнулась. – А она обязательно это сделает. Не приходи ко мне трахаться, тебе же нужно только одно.

После чего Милана делает поступок обреченной девушки, она выходит из ванны, и подходя к неизвестному мне ранее парню, без его ведома, вцепляется губами в него. Продолжая показывать мне все это по видео звонку.

Отключив телефон, я направился к дому. Скинув с себя вещи, я почему-то задумался над словами Миланы. Что единственное, кем я смогу быть для нее, так это любовником.

– Как ты добрался? – пришло входящее сообщение от Николь.

– Нормально, ты уже дома? – решил уточнить я.

– Да, деток покормила, теперь хочу принять горячую ванну, чтобы хоть немного согреться.

Видя некий холод в моем общении, она задает логичный вопрос.

– У тебя все хорошо?

– Я не знаю…

– Что-то случилось? – я чувствовал даже на расстояние, как она переживала.

– Ты понимаешь какого мне сейчас, я знаю что ты официально замужем, у тебя две прекрасные дочки… Если я начну с тобой сейчас что-то… Я ублюдок… Если просто уйду и брошу после всего обещанного, я тоже ублюдок… При любом раскладе я здесь ублюдок…

– Прости, что все так, – ответила лишь она. – Лишь поэтому, я и не хотела сближаться с тобою.

– Но держать грань, мы с тобою были не в силах, – ведь обоих притягивало словно магнитом.

– Я знаю, что нам будет тяжело, нас вечно будут осуждать. Но хочу, чтобы ты знал, сегодняшний день с тобой, он и вправду был незабываемым. Я ощутила, что и вправду кому-то нужна. Это прекрасное чувство любить…

– Любить? – спросил я, ведь мы еще не говорили о таких чувствах.

– Я просто не знаю, как описать все то, что происходит внутри меня, когда я думаю о тебе или вижу. В моменты, когда ты прикасался, я уверена, что была рождена именно ради этих мгновений.

Я улыбнулся от ее написанных слов, безумно приятно было прочесть такое.

– Возможно, все, что происходит между нами это утопия, – продолжила она. – У этой утопии нет будущего, но ты ведь сказал, что мы будем вместе, пока нам хорошо, – она сделала некоторую паузу, после чего дописала. – И мне хорошо с тобой, надеюсь, что тебе тоже.

– Тоже… – подтвердил я.

– Да нам будет трудно, нас вечно будут осуждать другие. Но неужели мы не заслуживаем хоть немного счастья. Я долго страдала, больше не хочется.

В это мгновенье, в моей груди что-то сжалось, я ощутил нестерпимую боль, которая комом встала в моем горле.

– Я знаю, что нам было бы легче, если в моей жизни не было бы прошлого. Но прости, что все сложилось именно так, – Николь чувствовала вину, за то, что когда-то вышла замуж.

– Прошу, не надо извиняться, – написал ей сразу я. – Нам не суждено убежать от прошлого, какое оно бы не было, я всегда приму его. Потому что это ты, иначе я просто не могу. Мне не важно, что было до меня, я лишь хочу, чтобы после встречи со мной, ты снова стала хоть немного счастливее.

– Я уже рада, что повстречала тебя.

– Я так долго ждал тебя, – написал я, ведь находясь без отношений длительное время, я так боялся кого-то впускать в свою жизнь. Я думал, что больше не смогу любить. Но, как оказалось, я ошибался все это время, до встречи с ней. – Знаешь, я раньше думал, что всегда шел без цели. Я просто шел, не думая, куда я иду. И только встретив тебя однажды, я понял, что все это время я шел именно к тебе. Я ждал тебя, искал и не находил… Мне всегда не хватало именно тебя…

       Глава 6.

Она довольно рано пошла, спать, так как девочки без нее не засыпали. Я с трудом отпустил ее, зная, как буду скучать. На протяжении всей ночи, я практически не спал. Я смотрел на ее фотографии, перечитывал наши с ней переписки. Вспоминал, с чего все начиналось.

Вдруг неожиданно для меня, пришло сообщение от Миланы.

– Томас, прости, что я несла всякий бред. Знай, что между мной и им ничего не было. Я просто хотела отомстить тебе, а теперь осознаю, что повела себя как полная дура.

– Ложись спать.

– Можно я приеду к тебе?

– Это лишнее, – отрезал я. – Прошу забудь этот номер, забудь меня. И больше никогда, не смей возвращаться в мою жизнь. Ты хорошая девушка, поэтому держись от меня подальше. Так будет лучше, для тебя.

– Думаешь, мне хочется жить без тебя. Думаешь, я смогу быть счастлива там, где тебя нет? Научиться жить в мире, среди людей, в котором тебя я так и не увижу?

– Я полюбил другую…

– Человек, который ни с кем не встречается, – написала она, словно моими словами.

В ту ночь, она сама удалилась из моих друзей в социальной сети. Я не почувствовал боли от потери, я так легко простился с нею, словно между нами никогда ничего и не было.

Наутро я первым делом включил телефон, в котором обнаружил сообщение от Николь.

– С добрым утром, как спалось?

Выйдя на балкон, я закурил, после чего ответил сразу ей.

– Доброе, я практически и не спал. Как прошла твоя ночь?

Ее ответ пришел через несколько минут, когда я уже докурил.

– Плохо, дочка всю ночь плакала, поэтому я совсем не выспалась.

– Можно я встречу тебя после работы? – написал я, ведь наши графики были разные. И в отличие от меня, она работала практически каждый день.

– Я сама хотела тебе это предложить, просто не знала как, – написала она, и я был рад, что наши мысли с ней схожи.

Остаток дня, я провел в ожидание очередной встречи. Не спеша я принял прохладный душ, приготовил себе завтрак. Ближе к 5 вечера, я уже стоял на том же месте, как и вчера.

В этот раз ожидание не было таким долгим и мучительным. Найдя друг друга глазами среди прохожих, мы сразу ринулись на встречу, и вцепились жадно губами, словно после длительной разлуки.

– Я скучала, – проговорила она вместо приветствия.

На ее слова, я лишь как можно крепче ее обнял, и продолжил целовать каждый сантиметр ее идеального лица.

Мы решили пройти по тому же самому маршруту, по которому шли и вчера.

Снег монотонно хлопьями падал на нас, красиво освещаясь на фоне фонарей. Мы продолжали держаться за руки, и практически каждые несколько метров, я останавливался, чтобы прикоснуться к ее губам.

– Ты мне снился, – проговорила она между слов.

– И что было во сне?

– Мы сидели в какой-то странной квартире, словно семья.

– Надеюсь, этот сон вещий, – не думая сказал я, то, что чувствую.

Как вдруг в ее кармане раздался звук входящего звонка, взяв телефон в свои руки, я увидел, что звонок был от Тремора.

Она сразу сбросила вызов, но, а затем отключила телефон.

– Кто это был? – спросил я, хоть и прекрасно понимал, видя, как она напряглась от имени, которое увидела.

– Тремор, это мой муж, – лишь выдавила она из себя, наверно то, что я и так осознавал.

– Вы же не живете с ним давно.

– Но это не значит, что мы не поддерживаем с ним связь. У нас общие дети, которым нужен отец.

Где-то в глубине души, я понимал, что так и будет.

– Зачем он позвонил сейчас? – спросил я, чувствуя, как ревность затмевает разум.

– Он хочет прийти сегодня ко мне, повидаться с девочками, – проговорила, виновна она, зная, как эти слова ударят по мне. – Он даже купил для них какие-то подарки.

И в эту секунду мое настроение падает моментально. Достав с кармана пачку сигарет, я сразу же закурил, чтобы хоть немного успокоиться и свыкнуться с этой мыслью. Он может прийти к ней в любой момент, под предлогом, словно соскучился по детям. Но я понимал, что это не так, ведь глядя на Николь, не один мужчина, не захочет потерять такую девушку.

– Томас, что произошло? – спросила она, видя, как я изменился в лице. Не услышав от меня ответа, она останавливает меня, и руками обхватывает мое лицо. – Том, мне от него ни куда не убежать. Он всегда будет в нашей жизни, у нас общие дети, которые нуждаются в нем. Я не могу не позволить ему видеться с ними. То, что мы перестали жить вместе, не значит, что дети должны из-за этого страдать.

– Я понимаю, но все равно мне не становиться от этого легче, – ведь я думал, что его вообще нет больше в ее жизни, и он никак не интересуется собственными детьми.

– Прошу Томас, не ревнуй меня к нему. Я никогда не допущу что-либо, даже касания его ко мне.

– Если у тебя нет чувств к нему, где гарантия, что у него их нет?

– Нас объединяют только дети, он сам так всегда мне говорил.

– Сказать можно все что угодно, не думаю, что он так просто бы взял и разлюбил тебя.

Не выдержав всего этого разговора, Николь чувствовала мою злость, и чтоб хоть как-то закрыть мне рот, она впивается страстно в мои губы.

Я начинаю руками сжимать ее за талию, приближая как можно ближе к себе. Она словно знала, как успокоить меня.

– Мне ни кто не нужен кроме тебя, когда ты уже это поймешь? – проговорила между поцелуями она.

– Я просто боюсь, боюсь тебя потерять.

– Этого не случится, пока мы оба на такое не решимся.

Я уткнулся лицом в ее шею, продолжая вдыхать ее запах.

– В тебя невозможно не влюбиться Томас, – проговорила робко она мне на ухо.

– А тебя, – я запнулся. – А тебя, невозможно не любить…

             ***

Проводив ее дома, я словно сам отпустил ее к другому. Я осознавал, что выбора в тот момент у меня не было. И лишь поэтому, на душе стало так тоскливо.

На время, пока он будет в ее доме, Николь попросила меня не звонить ей и не писать. И в этот момент, я вспомнил слова Милана: «Ты для нее всегда будешь любовником».

Она постоянно будет скрывать мое имя перед ним, перед семьей. Все, что у нас ней будет, так это виртуальное общение, и прогулки и то, в не людных местах.

Я дождался свой автобус, и словно на иголках провел оставшийся вечер. В голову лезли дурные мысли, которые я все пытался отогнать. Но у меня никак не получалось этого сделать.

Прошел час, затем другой, а она за все это время так и не вышла со мною на связь.

Чтобы отвлечься, я открыл свою книгу, и думал, что смогу написать хоть несколько страниц. Но находясь в тревожном состоянии, я понял, что лишь усугубляю свой проект.

И хоть мой проект и был утопией, и в нем должна была быть мрачность, все же я посчитал не нужным пока браться за него. Я включил громко музыку, пытаясь раствориться в ней, но это тоже не помогало мне. В тот вечер мне приходилось много курить, успокаивая себя никотином.

Спустя три часа ожидания, наконец-то раздался звонок от Николь.

– Прости, что так долго, – сказала она. – Я соскучилась…

Одна ее фраза, и я словно забыл эти мучительные часы ожидания. Чувствуя наконец-то, что теперь я спокоен.

– Как посидели? – задал глупый вопрос я.

– Тремор игрался с девочками в общей комнате, я все это время находилась на кухне.

Я спокойно выдохнул, ощутив, что и вправду он ей не интересен. И эти встречи с ним, лишь только для детей.

– Чем занимался все это время? – спросила она.

– Если быть честным, то не находил себе места.

– Прошу, верь мне. Я не дам тебе никогда повода усомниться во мне.

– Я знаю. Но я переживал.

– Я чувствовала это.

Чтобы сбавить хоть немного напряжение, Николь сразу решается сменить тему.

– А кто-то обещал мне скинуть свою книгу.

– Знаешь, я давно уже хотел это сделать. Но ты достойна, прочитать лучшее мое творение, поэтому я решил доработать немного его. Надеюсь, я уложусь в короткие сроки и не заставлю тебя долго ждать.

Ведь после нашей первой встречи, я был настолько вдохновлен, что в голове в ту секунду рождалась множество идей, продолжение моей истории.

– Просто дай мне немного времени, – добавил я.

– Я буду ждать столько, сколько понадобится.

Как неожиданно мы перешли на тему, которая гложила Николь все это время.

– Тяжело смотреть на детей, – проговорила устало она. – Когда Тремор покидал наш дом, они устроили истерику.

– Им нужен отец, какой бы он не был, что бы ты не испытывала к нему, дети ведь этого не понимают. Им просто хочется, чтобы он был рядом.

– Я знаю, но видеть каждый раз как они плачут, когда он уходит, это больно.

– Единственный выход, все изменить, это вернуть все как было.

– Это не выход, это безысходность… К тому же, я долго думала над этим, пожертвовать собою, чтобы счастливы были они. И я готова была простить Тремора за все. Пока… Пока не повстречала тебя.

– Неужели я стою всего этого?

– Ты стоишь гораздо больше, поэтому прошу, будь единственным, кто еще заставляет меня улыбаться.

И снова тяжелый разговор, который бил по мне.

– У меня, кстати, хорошие новости для тебя, – даже на расстояние, я почувствовал, как голос ее сразу преобразился. – На эти выходные, Тремор собирается забрать девочек к себе. Так, что у нас с тобою есть возможность провести эти дни вдвоем.

И тут я впервые улыбнулся искренне за весь сегодняшний вечер…

Глава 7.

Теперь каждое утро перед работой, я встречал ее, и мы вместе шли в те стены, в которых повстречали друг друга.

И хоть наше руководство всегда было против служебных романов, меня это ничуть не останавливало. Я приходил с ней, в любое свободное время находился возле нее. Старался как можно чаще дарить ей незначительные подарки.

И каждый раз, когда мы проходили мимо друг друга, я всегда неосторожно касался ее…

Работа в какой-то степени приобрела свой смысл, теперь нежелания идти туда у меня не было. Ведь я знал, что это еще один день, чтобы увидеть Николь.

Когда в пять вечера она уходила домой, мы продолжали наше общение в социальной сети. Не было ни минуты, когда мы разлучались, но, не смотря на такое количество проведенного времени, нам и этого было мало…

Доработав свою смену до двенадцати часов ночи, я вернулся домой, и что самое важное, Николь не ложилась спать, пока не дождется меня.

Как мне всегда хотелось поехать вместо дома, именно к ней. Принять душ, поесть приготовленный ею ужин. Даже если он будет приготовлен неудачно, я буду знать, что он сделан именно ею и с любовью. И просто услышать фразу: «Я так скучала» в момент, когда она будет встречать меня уставшего на пороге. Прижимая в своих нежных объятиях.

Пожелав доброй ночи, мы ложились спать с мыслями друг о друге. И на приятной ноте, засыпали. Я чувствовал ее, хоть мы находились с ней так далеко. А все потому, что я знал, что она думает обо мне.

             ***

Наутро я проснулся с тревогой, словно что-то произошло ужасное за ночь. Взяв в руки телефон, я зашел       в социальную сеть, в которой меня ждало сообщение от Николь.

«Доброе утро, что-то мне совсем плохо, ночью была высокая температура, практически не спала. Я походу сильно приболела…»

Я почувствовал себя беспомощным и жалким, что никак не могу помочь ей.

– Доброе, где ты сейчас? Чем я могу тебе помочь? Мне приехать?

Я не знал, вышла ли она на работу или осталась дома, но мне неважно было, куда держать маршрут. Главное, чтобы ей стало легче.

Ответ пришел как не странно моментально.

– Не переживай, я пока на работе, но чувствую, что меня отпустят. Тело все ломит, температура так и не спала.

– Хватит мучать себя, прошу, иди домой, – писал я, хоть и знал, что вряд ли она послушает меня. Николь была из тех девушек, которых переубедить было очень сложно. – Пожалуйста, уходи…

– Я выпила лекарства, сейчас подожду с полчаса, если не станет легче, то я уйду. Хорошо?

– Полчаса, и не больше.

Она продолжила работать, в то время как я изводил себя. Не думал, что когда-то я так проникнусь человеком, что его боль будет бить по мне.

Спустя двадцать семь минут я наконец-то дождался сообщение от Николь.

– Меня отпускают домой, сейчас переоденусь и сразу уйду.

В ту секунду, я так хотел написать ей, «приезжай ко мне», ведь квартира моя сегодня пустовала, и мы бы могли провести целый день вместе наедине.

Но, зная ее состояние, я не мог себе позволить, чтобы она, еще добиралась до меня. Поэтому я умолчал, хоть и желал сейчас ее…

      Но вдруг приходит следующее сообщение от нее:

– Можно я приеду к тебе?

Она словно прочитала мои мысли, а через несколько минут я уже шел на остановку, чтобы встретить ее.

                  ***

Я помню, какой разбитой она приехала ко мне. Николь при встрече улыбнулась, но я видел, как тяжело ей давалось это. Я сразу зашел с ней в ближайшую аптеку, накупив множество лекарств, чтобы ей полегчало.

К счастью погода была хорошей на улице, поэтому ко мне домой мы шли довольно медленно.

– Извини, что сама напросилась к тебе, – проговорила робко Николь.

– Не надо извиняться, когда я сам жаждал пригласить тебя сегодня ко мне. Но твое здоровье стало для меня важнее, моего желания, и лишь, поэтому я промолчал.

Она улыбнулась, от того, что осознала, что будет желанным гостем в моем доме. Мы поднялись на лифте довольно быстро, открыв дверь, я сразу помог ей снять пальто. После чего незамедлительно проводил Николь до своей комнаты.

Только сейчас я понял, что недавний мой дорогостоящий ремонт, который я закончил в комнате, был затеян наверно лишь только для этого момента. Чтобы я смог привести ее сюда.

Она идеально смотрелась на фоне фиолетового цвета обоев. Она элегантно присела на кожаный диван, после чего я сразу взял теплый плед и укрыл им ее.

Увидев книжную полку, которая висела у меня стене, она сразу проговорила:

– Надеюсь вскоре, я увижу там твои книги.

Я улыбнулся от того, что даже когда она была больна, она все равно была заинтересована в моих успехах.

Я заварил лекарство, после чего принес и присел с ней рядом. Сделав несколько порывистых глотков, она мило сморщилась.

– Гадость невкусная, – проговорила она.

– Я знаю, но от него станет легче, – ведь когда я болел, мне приходилось по несколько раз в день пить этот раствор.

Видя как ее морозит, я обнял ее аккуратно за плечи, боясь, лишний раз причинить ей боль.      Я уткнулся в ее шею, продолжая дышать ею.

– Я боюсь заразить тебя, – заботливо проговорила она, видя, что я нарушил дистанцию.

– Это меньшее, что должно беспокоить тебя сейчас.

Я видел ее сидящей на своем диване, и в эту секунду она показалась мне такой домашней. Родной.

– Я бы хотел, видеть тебя в этом доме постоянно, – сказал я, чувствуя какой уют она принесла в эти стены, одним свои появлением. – Может, поедим?

– Я не голодна, – ответила она, ведь температура так и не сбивалась, и аппетита у нее совсем не было.

Чтобы было более комфортно, мы легли с нею рядом. Она продолжала быть укутанной в махровый плед, я в тоже время обнял ее, ощущая, как мне не хватало ее все это время.

– Может, поспишь немного? Пока лекарство не начало действовать, – предложил я.

– Нет, я не хочу тратить время на сон, когда ты рядом.

– Может включить какой-нибудь фильм? – увидев свой ноутбук, добавил я.

– Я бы хотела просто послушать тебя, – после этого она прикрыла глаза, словно и вправду ожидая, что я начну что-то рассказывать.

– Я бы хотел сказать тебе спасибо, – хрипло сказал я, своим прокуренным голосом.

– За что? – вяло, проговорила она, продолжая лежать с закрытыми глазами.

– За твои чувства…

Я нежно стал гладить ее лицо, наслаждаясь идеальными чертами. В ней словно не было изъянов. И хоть я не особо верующий человек, в эту минуту в моей голове прозвучала фраза: «Господи, как же мне повезло».

– Спасибо что выбрала меня, – продолжил я.

– Знаешь, я думала между нами так и не будет коннекта. Ты младше меня, у тебя другие взгляды. Тем более, тебя постоянно окружали девушки достойнее меня. Поэтому я часто задавалась вопросом. Почему именно я? Что во мне такого ты нашел?

– Я не находил, я просто забрал свое… То, без чего я больше не смогу жить.

– Я боялась, что мое прошлое оттолкнет тебя.

– Если была бы другая, думаю, так оно и было бы. Но не с тобой. Я не могу не думать о тебе. Не могу держать дистанцию. Мне хочется касаться тебя. Всегда.

– Но этого «всегда», всегда будет мало…

Я видел, что понемногу озноб стал проходить, и она уже стала улыбаться.

– Лекарство начинает действовать, – радостно проговорил я.

– Нет, Томас, меня лечат твои прикосновения, – ведь все это время я продолжал гладить ее. – Ты словно мой морфий, с тобою я забываю обо всем. О боли, проблемах и о том, что меня гложет.

– Что беспокоит тебя?

– Чувство вины, что я делаю, что-то не так. Я боюсь, разрушить твою жизнь…

– Неважно, что будет после, пока ты рядом.

– У нас не будет будущего…

– Оно есть, оно всегда есть. Просто у нас, оно туманное.

– И от этого очень сложно. Но мне достаточно того, что ты сейчас обнимаешь меня, и у нас есть завтра.

Я ничего не ответил ей, а лишь робко поцеловал ее в щеку. Такой милый поцелуй, оказался таким важным. Она сразу раскрыла свои глаза, и, повернувшись ко мне, улыбнулась уже более окрепшей улыбкой.

– Я так хочу тебя поцеловать, – сказала она, до сих пор не решаясь это сделать, чтобы не заразить меня.

Положив нежно ладонь на ее щеку, я робко поцеловал ее губы, после чего начал жадно это делать. Словно не мог насладиться.

Мои пальцы скользнули по ее шеи, и я почувствовал, как изменилось ее дыхание. Словно импульсы раздавались по ее телу, от каждого моего прикосновения.

Я спустился рукой на ее плечи, приоткрывая их. В тот момент я хотел вцепиться в ее грудь губами, но чтобы не оголять ее и не раскрывать, мне пришлось отрешиться от этой идеи.

Я плавно провел рукой по ее спине, спускаясь все ниже.

Страсть стала затмевать все, машинально я стал припускать ее джинсы, чувствуя, возбуждение заполнило каждую клеточку моего тела.

Тяжело задышав, я с трудом смог оторваться от ее губ. Я смотрел в ее горящие глаза, зрачки расширились, я понимал, как и ей этого хотелось.

– Нам нужно поговорить, – остановил я, вставая с дивана. Я облокотился об подоконник, и, приоткрыв немного окно, я стал курить прямо в него.

– Что-то не так?

– Все не так, – запинаясь, проговорил я, продолжая не смотреть на нее. Чтобы не сорваться и не кинуться обратно в ее объятия.

Я чувствовал запах страсти, что витал в этом воздухе.

– То, что мы сейчас сделаем, разрушит все хорошее, что я испытываю к тебе, – на выдохе никотина сказал я. – Все должно произойти совсем не так…

Глава 8.

– Томас я тебя чем-то обидела, – проговорила Николь, вставая вслед за мной. Она подошла ко мне, и, взяв в руки первую сигарету в своей жизни, она так небрежно подкурила ее.

Я не стал ее останавливать, потому что знал, ей тоже нужно успокоиться от возбуждения, которое мы сейчас создали с нею.

Она сильно закашляла, но продолжила втягивать в себя едкий дым.

– Николь, я не желал ни одну девушку как сейчас хочу тебя… Я готов разорвать сейчас на тебе одежду, чтобы проникнуть в тебя как можно скорее.

– Тогда, что произошло? Я думала, дело во мне.

– Это не так. Ты самая желанная из всех, кого мне приходилось встречать. Даже когда я впервые увидел тебя, я уже тебя хотел. Каждый раз, когда ты рядом, я не могу себя сдерживать.

– Но сейчас ты же сдержался.

– Ты не представляешь, с каким трудом мне это далось.

Сделав последний затяг сигареты, я выбросил ее в окно. За все это время, я наконец-то повернулся к ней.

– Но я просто не могу этого сделать, – я взял ее за ладонь. – Пока ты официально замужем.

Николь сразу помрачнела в лице.

– Для меня ты идеал, та девушка, которую я создавал годами в своих главах. И я не хочу, чтобы ты падала в моих глазах. Ведь пока ты не развелась, это будет считаться изменой. А я не позволю, чтобы и ты стала такой, каких я презираю…

Николь крепко обняла меня, начиная нежно шептать мне на ухо.

– Спасибо, что все это понимаешь. Для меня это было важно. И хоть я не могу с тобою сдержаться, я благодарна, что ты нашел в себе силы.

– Хоть ты и сильнее меня, – сказал искреннее я, ведь в отличие от меня, она долгое время вначале старалась держать дистанцию, когда я все это время нарушал эту грань.

Я поцеловал ее в лоб, ощутив, что температура наконец-то спала.

– Чувствую, ты идешь на поправку, – сказал я.

– С таким доктором невозможно не вылечится, – после этой фразы мы с ней одновременно улыбнулись.

Ее состояние и вправду улучшилось на глазах, от чего мне становилось спокойнее и легче на душе.

             ***

Вечером я проводил ее до остановки. Вернувшись, домой, я почувствовал, как мне стало тоскливо в собственной комнате без нее.

Ее запах продолжал находиться в этих стенах, и я никак не мог им надышаться.

На столе раздался входящий звонок на моем телефоне, взяв не спеша его, я с трудом ответил.

– Слушаю.

– Томас, ты сейчас дома? – спросил Саид, и, судя по сильному гулу ветра, я понял, что он находиться на улице.

– Да, – сухо ответил я.

– Выходи, мы ждем тебя на твоем подъезде, – после этого я услышал рядом с ним женские голоса.

– Это важно? – спросил я, ведь желания видеться не было сейчас никакого.

– Поверь, да.

С трудом накинув на себя куртку, я вышел из дома, захватив пачку сигарет.

Спустившись вниз по лестнице, я вышел из подъезда, где меня ждали Саид, Милана и незнакомая девушка.

– Дождались, – радостно проговорил Саид, и мы сразу же обнялись. Милана отвернулась в другую сторону, словно всем своим видом давала понять, что обижается до сих пор на меня.

– Томас, можно задать тебе вопрос? – спросил Саид.

– Вы ведь только ради этого и пришли, – без эмоций ответил я.

– У тебя появились отношения?

– С чего ты взял?

– Только так я могу объяснить, что тебя нет с нами на вечеринках. Томас вспомни, это была ведь твоя идея организовать такое. А теперь ты просто ушел, не объясняя никому, что происходит.

– Почему, он сказал мне, – влезла в разговор Милана, которая, продолжала стоять ко мне спиной. – Он чувствует, что в его жизни, что-то меняться.

Я хотел им все рассказать, но как я им скажу, что я встречаюсь с девушкой, которая старше меня, у которой, двое детей, мало того, она еще и замужем. Я знал, что меня просто не поймут.

– Вы этого все равно не поймете, – проговорил я.

– Может, попытаешься, хотя бы объяснить?

– Это лишнее, – отрезал я, и направился в сторону двери, как вдруг ощутил резкий захват на своей руке. Повернувшись, я увидел, что Милана остановила меня. Но, а затем, она ударила меня по щеке ладонью.

– Довольна? – без эмоций проговорил я. – Теперь ты успокоилась?

– Ты просто пользовался мною, – злостно проговорила она, словно все это время, ненавидела меня.

– Я тебе что-то обещал?

– Просто скажи это правда, что ты написал мне той ночью? – она понизила свой голос, чтобы никто не смог этого услышать.

– Что именно?

– Что полюбил другую, – шепотом ответила Милана. – Или эта была месть, за то, что я поцеловала другого?

– Ты права, эта была месть, – соврал я, наверно чтобы ей стало легче.

После чего я захлопнул дверь, возвращаясь в дом, в котором мне стало безумно тоскливо…

       ***

– Хочу обрадовать тебя, – написала Николь поздно вечером. – Помнишь, я говорила тебе, что Тремор заберет детей на выходные, и я буду свободна.

– Помню.

– Сестра предложила мне свою квартиру, в которой мы можем остаться на ночь. Только представь, ты и я, а впереди у нас вся ночь.

– Главное сдержать свое обещание.

– Не нарушать грань?

– По крайне мере, мы должны хотя бы попытаться это сделать.

Я был безумно рад этой новости. Провести с ней ночь, в доме, где нас никто никогда не найдет. Мы отключим телефоны, и просто будем вдвоем, подальше от всего этого мира. Проблем и забот.

Спустя три дня.

Я доработал смену, после чего вызвал такси и в предвкушение ехал к Николь. Забрав ее с полными пакетами еды, мы направились в оставленную нам квартиру. И в эти секунды, я представил, какая могла бы быть у нас жизнь. Словно это наша квартира, и мы приезжаем оба уставшие с работы. Принимаем душ вместе, ну а затем присаживаемся за стол.

Такая жизнь с ней мне была бы по душе…

Николь накрыла шикарный стол, пока я находился в душе. Когда я вышел, она уже ждала меня, чтобы как можно скорее обнять.

– Пойдем скорее, я буду тебя кормить, – мило сказала она, зная, что я дико голоден после работы.

Зайдя на кухню, я увидел, что она расставила везде зажженные свечки. Это было романтично, находиться в таком полумраке.

– Спасибо, за весь сегодняшний вечер, – искренне проговорил я, видя, сколько усилий она приложила для всего этого.

Я взял в руки кусок пиццы, и первым же делом сначала преподнес ей, чтобы она укусила. Также делала она, мы в первую очередь кормили друг друга, только затем себя. Это стало для нас чем-то большим, поэтому я так полюбил с ней есть совместно.

– Сильно устал? – спросила Николь, зная, мою тяжелую работу.

– Все хорошо, – ответил я, чувствуя некий заряд, когда она была рядом.

– Я скачала кучу фильмов нам на ночь.

– Вряд ли мы досмотрим хоть один, – сказал я, ведь когда мы наедине, есть вещи гораздо интереснее и приятнее, чем мы можем заниматься.

После этого мы оба засмеялись. Открыв бутылку красного хорошего вина, я разлил нам по бокалам.

– За тебя, – сказал я.

– За тебя, – проговорила следом она. После того как раздался звон стекла, мы осушили полностью их.

И хоть вино не входило в список моих любимых алкогольных напитков, я пил его с удовольствием, потому что знал, что Николь оно нравится.

Как же прекрасно было находиться в абсолютной тишине, на фоне горящих свечей.

– Люблю с тобою молчать, – сказал я, ведь тишина никак не угнетала нас. А наоборот она словно нас сближала.

Я продолжал целовать каждый сантиметр ее идеального лица. Я прикасался с нежностью к ней, не переступая злополучную грань, которую мы обещали друг другу.

Но сама атмосфера, что витала в этом доме, шептала об обратном.

– Как спокойно с тобою, – шепотом проговорила Николь, словно боялась нарушить гармонию тишины.

– О чем ты сейчас думаешь?

– Мыслей как будто нет. Я просто счастлива и мне хорошо.

Я чувствовал ее теплое дыхание, видел, как блестели ее глаза. Она смотрела на меня, будто пытаясь запомнить каждую черту моего лица, словно я пропаду через несколько мгновений навсегда из ее жизни.

– Даже не верится, – начала говорить Николь. – Я думала, что навсегда останусь одна, после того как ушла от Тремора. Но теперь я сижу здесь с тобою, и просто понимаю, как все это время мне не хватало тебя.

– Главное, чтобы оно того стоило…

– О чем это ты?

– Уход от него, дележка детей, и вечные осуждения которые мы будем слышать с тобою ото всех.

– Мы ведь сами этого захотели. Мы не можем с тобою сейчас так просто взять и просто все разрушить, все то о чем мы оба мечтали.

Я лишь как можно крепче ее обнял.

– Ты спать не хочешь? – спросила Николь.

И именно в ту секунду я решаюсь произнести те слова, которые еще хотел сказать ей на нашем первом свидание.

– Разве можно спать, если я тебя люблю…

Глава 9.

Я видел, как по ее прекрасному лицу сразу расплылась особенно чудесная улыбка.

– То, что ты сказал, это правда? – робко спросила Николь.

– Это то, что я чувствую постоянно, после того как однажды увидел тебя.

Я видел, как ей хотелось повторить эти слова, но словно, что-то сдерживало ее.

– Я никогда не говорила этих слов никому, – призналась она. – Думала, что я не умею любить. Но с тобой, все меняется. Все становится по-другому. И мне это нравится.

Мы растворились с ней в поцелуе, после чего я взял ее на руки и понес на кровать. Положив ее аккуратно на свежие простыни, я склонился над ней, продолжая целовать самые желанные для меня губы.

Она вцепилась в мои волосы, продолжая стянуть за них, чтобы хоть немного сбавить напряжение, что создавалось между нами.

И мы оба осознавали, к чему приведет эта ночь…

– Я не хочу, чтобы ты пожалела об этом, – мое дыхание начало сбиваться.

– Лучше я пожалею о содеянном, чем о том, от чего сейчас откажусь.

Я думал, что смогу сдержать обещание, которое давал себе. Но, я был слишком слаб, когда она была рядом. И я проиграл ей…

Я начал нежно целовать ее шею, припуская ее топик, я перешел поцелуями на ее оголенное плечо.

– Я хочу тебя, – сквозь стон проговорила она.

Снимая полностью с нее верх, я вижу впервые ее в черном бюстгальтере. Я оценил ее миниатюрную грудь, и так захотел прикоснуться к ней своими губами.

Расстегнув ей лямку, я добрался до желаемого плода. Я сразу жадно вцепился в ее сосок, который был таким теплым.

Ее запах, снес окончательно мне крышу, и я понял, что на этот раз никотин не в силах будет сдержать меня.

Чтобы не произошло, этой ночью я возьму ее.

Николь продолжала стонать, от каждого моего прикосновения, и жаждала как можно скорее, насытиться мной полностью. Хоть прекрасно понимала, ей всегда будет меня мало…

Так же как и мне…

Запах страсти продолжал витать в этих стенах, который пожирал нас, заставляя сближаться, все больше и больше.

Температура в комнате накалялась, от нас словно шел пар в тот момент.

Так и не оторвавшись от ее груди, я стал расстегивать ей джинсы, после чего неосторожно засунул руки в ее трусики. Коснувшись самого сокровенного, я почувствовал обильную влагу между ее ног.

Николь стала издавать порывистые стоны, пока я продолжал дразнить ее своими пальцами.

Я сдерживал себя из последних сил, чтобы просто взять и не войти в нее.

Я припустил с нее оставшиеся вещи, полностью оголяя ее прекрасное тело. Бархатная смуглая кожа, без каких либо изъянов.

– Ты прекрасна, – вырвалось с моих уст. Я начал целовать ее живот, спускаясь все ниже и ниже. И в эту секунду, мне захотелось почувствовать какая она на вкус.

Я прикоснулся языком к самому сокровенному месту, заметив, как она вцепилась руками в простынь, чтобы просто не закричать от удовольствия, которое я сейчас доставлял ей.

Каждое мое касание, импульсом раздавалось по всему ее телу. Она словно при судороге стала непроизвольно трястись, и я понимал, что она на грани оргазма.

Потянув мое лицо, она страстно вцепилась в мои влажные губы поцелуем. Продолжая держать меня так крепко, словно боясь потерять.

Николь сняла с меня футболку, ногтями проводя по моей спине. Затем она спустилась к ремню и стала растегивать его, припуская мне джинсы.

Николь, набравшись смелости, решила тоже прикоснуться к моей интимной части. Сначала легкими движениями она словно нарочно касалась его, но, а затем уже целенаправленно вцепилась в него, начиная доставлять удовольствие мне.

Я был возбужден на максимуме, ощущая, как ее рука скользит по нему, я понимал, что долго так не протяну.

Положив ее на спину, я навис над нею, чтобы соединить наши тела воедино.

– Пока не поздно, ты можешь еще передумать, – последние остатки разума эхом отзывались в моей голове. Я боялся, что она пожалеет об этом.

– Просто войди уже в меня, – шепотом проговорила она, и я теряю контроль. Нежным проникновением я вошел в нее, довольно легко. Ведь влага между ее ног, продолжала сочиться. Она сжала скулы, чтобы не закричать от моего толчка. Руками Николь вцепилась в мою спину, пока я делал медленные движения, чтобы она привыкла ко мне. Но, через считанные секунды, я не мог себя больше контролировать, поэтому темп нарастал с каждым моим толчком.

Ее стоны раздавались эхом по пустой квартире, в которой мы растворялись с нею сейчас, будучи единым целым.

Чтобы хоть немного заглушить их, я вцепился в ее губы, продолжая доставлять нам обоим наслаждение.

Через несколько минут мы сменили позу, ведь я хотел насытиться ей со всех сторон. Она изящно прогнула спину, открывая передо мною, всю красоту своих прелестей.

Соединив наши тела, снова сделав их одним целым. Я вцепился руками в ее бедра, издавая хлопки от каждого толчка.

– Только не останавливайся, – промолвила она, почувствовав приближение оргазма. И сама словно пыталась насадиться на меня. Последние секунды проходили словно в тумане, пока мы одновременно не испытали пик наслаждения.

Я рухнул с ней рядом, и первые минуты мы просто лежали, молча, пытаясь отдышаться. Я чувствовал, как пот скатывался по моему обнаженному телу, и видел, какой мокрой стала она.

– Я никогда не забуду эту ночь, – проговорила робко Николь.

И хоть за свои годы, я переспал с множеством девушек, именно с ней, я ощутил, что такое истинное наслаждение.

– Мне ни с кем не было так хорошо, как с тобою, – ответил я.

– Вот скажи, как я могу о таком пожалеть, когда каждая моя часть тела, до сих пор хочет тебя.

             ***

Николь направилась в душ, в то время как я сидел и продолжал наслаждаться видом ее тела. Прохладная вода нежно скатывалась по ней, пока она сексуально наносила на себя гель.

Закрыв крышку унитаза, я присел на него, и закурил долгожданную сигарету. Облако дыма сразу поднялось надо мною, смешиваясь с паром воды.

Она проводила мягкой губкой по своей груди, спускаясь все ниже и ниже. В эти моменты я чувствовал, как распираются мои джинсы. И я понял, я хочу ее прямо в этом душе.

Выкинув недокуренную сигарету в унитаз, я скинул с себя вещи, которые пару минут назад натянул, и без ее разрешения я зашел к ней в кабинку.

Струя воды сразу охладила меня, но не мое желание войти в нее. Я повернул ее к себе, и вцепился в нее губами, продолжая руками водить по ее телу.

Обстановка располагала к сексу, ведь мы находились так близко друг к другу, такие мокрые и оголенные. Она провела рукой по моей возбужденной части тела, обхватив уверенно его ладонью, в то время как мои пальцы уже входили в нее.

– Мне тебя мало? – спросил я.

– Мне тебя мало…

Свободной рукой я сжимал ее грудь, которая сексуально смотрелась на фоне пены.

Повернув ее спиной к себе, я немного нагнул ее, настолько, на сколько позволяла душевая кабинка. И сразу проник в нее, под струями воды, которая продолжала скатываться по нам.

Я нежно схватил ее за шею, видя, как она изгибается от каждого моего движения. Стоны стали заполнять туалетную комнату, даже стекающая вода никак не могла заглушить их.

Повернув Николь к себе лицом, я приподнял одну ее ногу, и продолжил входить в нее. Облизывая ее шею, я руками сжимал нижнюю часть ее бедер.

Скорость росла с каждым толчком, хлопки от влаги словно били нам по слуху. Но мы продолжали не останавливаясь.

Через несколько минут, ощутив очередную волну оргазма, я излил все ей на живот…

Мы снова на протяжении нескольких мгновений просто стояли в обнимку, жадно вдыхая в себя воздух.

Но, а затем я взял в руки губку и гель, и стал проводить по ней.

– Это слишком эфемерно, чтобы быть правдой, – сказала Николь.

– Это реальность, которую мы создаем с тобой сами.

             ***

Я вышел первым, и ждал, пока она закончит смывать с себя гель. В руках я держал большое бархатное полотенце, чтобы сразу укутать Николь в него.

– Спасибо, – проговорила она, когда я вытирал остатки влаги с ее шикарного тела. – Можно я покурю с тобой?

И хоть она знала, что я ей все равно не запрещу, все же она решила спросить моего разрешения.

Она не стала брать целую сигарету, а лишь делала несколько затягов с моей.

– Теперь я понимаю, почему ты так много куришь, – проговорила она. – В этом и правда что-то есть.

– Только не вздумай привыкнуть.

– Только если к тебе…

– Я не знаю даже, что именно хуже.

– Даже если завтра нас с тобою не станет, я всегда буду знать, о том, что у нас было. Этого никто не сможет отнять.

– Воспоминая, они могут уничтожить.

– Они бывают болезненные, но, думаю, хуже, когда нечего вспомнить. Представь, что мы бы так и не встретились. И этого мгновения, когда мы счастливы, просто не было бы в нашей жизни. Поэтому я благодарна, что теперь у меня есть то, что я готова помнить всегда. Твои прикосновения, твои слова. Твои чувства…

Сделав сильный затяг никотина, Николь посмотрела на меня и произнесла то, во что я наконец-то поверил.

– Я люблю тебя Томас, Господи как же я тебя люблю…

             ***

Мы легли с ней на мокрую простынь, которая служила напоминанием произошедшей любовной бури, укрывшись мягким пледом. Взяв в руки бутылку вина, мы продолжили пить его прямо с горла. В то время как свечи продолжали догорать, обращая нас в полную темноту.

– Как же тихо, – проговорила она, чувствуя эти минуты спокойствия.

– Помнишь, мы говорили, что у нас нет будущего. Точнее оно туманно.

– Помню.

– Я предлагаю строить планы, чтобы мы знали, что у нас обязательно будет завтра. Чтобы мы просыпались с мыслями, что еще должны сделать с тобою.

Я замолчал на несколько секунд, пытаясь собраться с мыслями.

– Однажды я сказал тебе, давай будем вместе пока нам хорошо. В тот момент, я наверно не понимал всю серьезность этих слов. Ведь я не хочу быть вместе, пока нам только хорошо. Я хочу быть с тобою и в горе. Решать твои проблемы, заботиться о тебе. Переживать. Оберегать от всего этого гребанного мира.

– В горе и в радости, к этому и нужно стремиться. Ведь проблемы, скоро задушат нас. И нам от этого не убежать.

– Как бы мне не было сложно, чтобы мне не пришлось пережить, знай, я всегда буду с тобой, даже если меня не будем рядом.

После этого я поцеловал ее во влажный лоб.

– Мне нравится твоя идея, строить понемногу планы, – сонно сказала Николь. – С чего начнем?

– Я думаю, настало время, познакомиться с твоими дочками…

       Глава 10.

Уснули мы с Николь только под утро, после очередного жаркого секса. Я обнимал ее как можно крепче, приближая к себе. И проснувшись, она продолжала лежать в моих теплых объятиях.

– С добрым утром, – проговорила она, и я наконец-то понял, что утро и правда бывает добрым.

Вместо слов, я поцеловал ее сонные губы.

– Как спалось? – спросил я.

– С тобою прекрасно, – после этого она улыбнулась. – Я проснулась еще час назад, но боялась тебя будить, поэтому старалась лежать не подвижно. Хотя нет, я тебя еще целовала.

Я почувствовал, как некое тепло прошло внутри меня, от нежности ее слов.

– Ты разве не чувствовал? – спросила она, прищурив мило глаза.

– Я просто никогда не спал так крепко, как сейчас с тобой, – ответил я. – Еще в детстве у меня обнаружили сонный паралич, поэтому я никогда и не высыпался от кошмаров, которые поджидали меня каждую ночь. Но с тобою этого не было, я просто спал, как и раньше до болезни.

Не думал, что кто-то сможет это вылечить.

– Я и не знала, что ты страдаешь так каждую ночь.

– Поэтому мне приходиться спать днем, а ночь я оставляю, чтобы продолжать писать свою книгу.

– Как идут успехи? – спросила она, ведь я обещал дать ей почитать улучшенный вариант.

– Надеюсь, в канун рождества, максимум в новый год я смогу порадовать тебя, – проговорил я, хоть и оставалось чуть меньше месяца.

– Жду с нетерпением.

Мы приняли вместе душ, после чего позавтракав стали собираться по домам. Как же мне не хотелось расставаться с ней, но я понимал, что Тремор скоро привезет детей обратно, и ей просто необходимо быть дома.

             ***

Остаток выходного дня я провел за книгой, вдохновленный изменить свой проект к лучшему. И вправду за каждым великим мужчиной, стоит великая женщина. Ведь только она, смогла заставить меня поверить в свой собственный успех.

Тяжело было засыпать в своей квартире одному. Так не хватало ее объятий, и тихого сонного дыхания.

На следующий день, я поехал встречать как обычно ее после работы,       но я оказался там гораздо раньше. И именно это стало моментом, который привел к событиям, которые я наверно долго ждал.

Ведь я знал, что это не останется безнаказанным.

Докуривая сигарету на крыльце, я не сразу обратил внимание на подъезжающую ко мне машину. Через несколько секунд, с нее вышел мужчина, который окинул озлобленно меня взглядом. Он целенаправленно подошел ко мне, и задал единственный вопрос.

– Так ты и есть Томас?

– Мы знакомы? – спросил я, начиная осознавать, кто передо мной сейчас находился. Ответив ему так, я подтвердил свою личность, и лишь, поэтому через считанные секунды, я ощутил удар в печень.

От неожиданности я согнулся, пытаясь замахнуться в ответ, но он успел опередить меня, ударив по лицу с колена.

Я рухнул, ударившись о стену. Сплюнув кровь с разбитой губы, я с трудом улыбнулся краем рта, глядя на него.

– Так значит, ты и есть Тремор.

– Кто дал право тебе встречаться с Николь?

– Если она дорога так тебе, так почему ты оставил ее одну на полгода?

– Ты ведь ничего не понимаешь Томас. Это для тебя сейчас все романтично, прогуляться с ней, трахнуться, сказать, как ты скучал все это время. Но в семейной жизни, все по-другому. Со временем все это угасает, когда бытовые проблемы начинают сжирать вас обоих.

– Тебе было всегда плевать на нее, – я достал пачку сигарет, и попытался подкурить ее. – Тебя никогда не было рядом, когда ты был так ей нужен.

– Потому что я пропадал целыми днями на работе, чтобы ни она, ни наши с ней дети, ни в чем не нуждались. Мне пришлось пожертвовать временем, проведенным с семьей. Я хотел для них всегда лучшей жизни, чем мог дать. Поэтому мне нужно было тратить все свое время.

В какой-то степени я понимал, что он прав, хоть и не хотел это воспринимать.

– Перед каждым мужчиной когда-нибудь встанет этот выбор, – продолжил Тремор. – И от этого нам никуда не убежать. Поверь, это сейчас ей нужны твои красивые слова. Но завтра ей захочется кушать, нужно будет одевать детей. Скажи, ты потянешь эту ношу?

И хоть у меня была довольно таки хорошая зарплата, я осознавал, что этого мало, чтобы содержать семью. Не говоря уже о какой-то роскоши, которую я бы хотел дарить им.

– К сожалению, наши отношения, в последние годы угасли. Мы были вместе только ради детей, – я не понимал, почему он вдруг так открывается мне. – Но она все еще дорога мне. И я так просто не оставлю ее.

– Все равно она тебя не полюбит снова, разбитое собрать невозможно, – сказал я, начиная вставать на ноги.

Тремор сразу подошел ко мне и прижал к стене.

– Ты можешь сейчас меня хоть убить, – начал говорить я. – Можешь сделать все, что угодно. Но она все равно не полюбит тебя. Ты ей не нужен, по крайне мере, пока есть я…

Я видел, какая злость охватила Тремора, но все же он отпустил меня, и отошел немного назад.

– Томас, ты же нормальный парень, зачем тебе все это? – спросил уже более спокойно Тремор, осознавал, что хоть он и сильнее меня, здесь он бессилен. И Николь он никак не вернет обратно.

– Знаешь, я никогда бы не подошел к ней на пушечный выстрел, если бы знал, что она к тебе хоть что-то еще испытывает. Если бы знал, что ты ей нужен.

– Хоть мы переживаем сейчас не лучшие времена, – продолжил Тремор. – Она все равно нуждается во мне. И она хочет сохранить семью.

– С чего ты взял?

– Я видел, как она смотрела на меня, в последнюю встречу, когда я был в их доме.

– Не думаю.

– А ты нужен ей, только лишь для того, чтобы задеть меня. Вызвать во мне ревность, чтобы я забыл о гордости и предпринял попытки наладить наши отношения, которые мы так отчаянно пытались забыть.

– Думаешь, она просто использует меня, чтобы тем самым вернуть тебя обратно?

– А ты думал, она полюбила тебя? – после чего Тремор улыбнулся, и как не странно это было без издевки. А наоборот его улыбка была печальной, словно ему даже стало жалко меня. – Томас, мы с ней все равно наладим все. Мы сохраним семью, может не ради нас, но ради детей точно. А что будет потом с тобой? Ты ведь останешься совершено один, поэтому я советую тебе, не нужно так отчаянно привыкать к ней.

– А если я ее люблю? – проговорил я.

– Значит, тебе придется сложнее, чем я думал.

Как вдруг из-за поворота вышла Николь, увидев Тремора на нашем месте, она сразу напряглась.

Заметив мою разбитую губу, Николь сразу же подбежала ко мне, и пальцами стала касаться ссадины, чтобы остановить кровь.

– Зачем ты это сделал? – прокричала Николь, обращаясь именно к Тремору. – Ты ведь обещал, что не тронешь его.

– Николь, – я видел, как Тремор занервничал, словно не знал какие слова сейчас подобрать.

– Уходи, и пожалуйста, больше не смей приходить к нам в дом. Даже ради детей.

– Ты разрушаешь все, что было между нами, ради какого-то любовника?

Он подтвердил то, что мучило меня так давно.

– Он не просто любовник, – сказала Николь, продолжая стоять к нему спиной. – Он тот, кого я смогла по-настоящему полюбить…

Я не ожидал, что она скажет эти заветные слова, при нем, в открытую.

Тремор залез в свою машину, и сильно захлопнув дверь, нажал по газам. Оставив нас наедине.

– Как ты Томас? – проговорила виновно Николь, после чего прикоснулась поцелуем, к моим разбитым губам. Я не почувствовал боли, наоборот, ее влажные губы словно исцеляли меня.

– Все хорошо, – между поцелуями ответил я. Пытаясь улыбнуться.

Я как можно крепче обнял ее, ощутив, как ее тело сильно дрожало.

– Не бойся, все прошло, – сказал хрипло я.

– Я знала, что так будет, но не думала, что так скоро. Тремор не оставит нас в покое.

– Главное, чтобы это не коснулось тебя, – ответил я. – Плевать, сколько раз нам суждено будет увидеться с ним, пусть каждый раз я буду проигрывать. Главное, чтобы в сохранности оставалась ты.

– Теперь он расскажет об этом всем, – Николь стала переживать, о будущем которое ожидало нас. – Я не пойму, откуда он вообще о тебе узнал?

– Это уже не важно, рано или поздно, это бы обязательно произошло.

– Что будет с нами дальше?

– Нет ничего, что бы могло изменить мои чувства к тебе, я никогда не отвернусь от тебя, чтобы не произошло дальше, я всегда буду рядом.

Но в эту секунду с глаз Николь проливается слеза.

Небрежно вытерев ее ладонью, мне стало не по себе.

– Почему ты плачешь? – спросил сразу же я, ведь ее слезы, я не мог оставить без внимания.

– Из-за меня ты сегодня пострадал, – ответила Николь. – И так будет постоянно, тебе все время придется страдать, пока я буду рядом.

– Варианты? – прокричал я, чтобы услышать ответ, что она готова предложить, чтобы все это исправить.

– Разорвать нашу связь. Чтобы уберечь тебя.

– Это не вариант, это безысходность… – проговорил я ее же словами, которые однажды услышал, когда она рассказывала о своем прошлом.

– Он не даст нам жить, – обреченно добавила она.

Я отошел от нее на несколько шагов, после чего показал рукой, в сторону остановки.

– Садись в автобус, уезжай, всего тебе самого хорошего. Надеюсь, так тебе будет спокойнее. Спасибо тебе за все, – я чувствовал, как злость смешивалась с болью, говоря такие слова. – Пусть все было не так, как мы хотели. Но главное, что оно было.

После этого я повернулся к ней спиной, боясь увидеть, как она уходит. Закурив сигарету, я пытался заполнить ей, весь тот осадок, что сейчас образовался в моей душе.

Но через считанные секунды, я почувствовал, как она обняла меня со спины, прижимаясь в нее лицом. Через слезы, она все же хрипло выдавила:

– Главное, чтобы оно того стоило…

Часть

ВТОРАЯ

       Глава 11.

Спустя две недели…

В нашем городе шел беспрерывно снег, который полностью окутал землю своим белым бархатом.

Наши отношения с Николь немного остыли, словно в тот день все изменилось между нами.

Мы продолжали видеться на работе, но кроме обреченной улыбки, которой мы одаривали друг друга, мы так редко стали говорить с ней как раньше.

Все менялось, все происходило, не так как должно было бы быть, на мой взгляд. И в этот период, я стал сильно спиваться.

Взяв бутылку виски, я направился в пустошь между двумя разными районами, в которых меня ждал уже Саид. Мы распивали алкоголь, подавляя его горечь никотином.

– Я переживал за тебя, – сказал искренне он, ведь когда-то он был тем, с кем я делился всем. Но после встречи с Николь, я перестал даже поддерживать с ним связь.

– Вы так и продолжаете собирать вечеринки?

– Нет, без тебя они потеряли свой смысл, все стало по-другому, это почувствовали все.

Сделав жадный глоток виски, Саид зажмурился.

– Самое трудное, наверное, было Милане, – признался он. – Ты ей и вправду нравился.

Я промолчал.

– Томас, я знаю, ты не хочешь об этом говорить, но я должен знать, что с тобой происходит.

– Я вошел в отношения, – признался я, понимая, что вечно скрывать Николь у меня так и не получится. Моим близким обязательно нужны будут объяснения, моего странного поведения в последнее время.

– Я вроде рад за тебя, но чувствую, что здесь что-то не так.

– Все не так…

Я вырвал с его рук бутылку, и начал давиться едким виски.

– Расскажешь? – спросил Саид, боясь вызвать во мне агрессию.

– Ее зовут Николь, она гораздо старше меня.

Я видел, как Саид напрягся, зная, что это еще не самое страшное.

– У нее двое детей и она еще замужем, – без эмоций проговорил я. – Звучит как бред, не правда ли?

– Но, ты ведь не знал, всего этого, когда начинал, – попытался поддержать меня Саид.

– Вот именно, что знал, – подправил его я. – Я осознанно пошел на это.

– И теперь ты сожалеешь?

– Нет, я никогда не откажусь от слов, что говорил ей. Но, я чувствую, как это разрушает нас.

– Почему именно она? – спросил Саид, ведь он видел множество девушек, которые обращали на меня внимание на совместных вечеринках.

– Она другая, не такая как эти суки, которые окружали нас. Я не хотел просто трахнуть ее, как большинство девушек, что видел.

– Ты любишь ее?

– Иначе я бы так сейчас не страдал…

– Почему ты считаешь, что из этого ничего не выйдет? Ты не можешь принять ее детей? Или она не собирается разводиться?

– Я не знаю, что именно тревожит меня. Но, я чувствую себя тупо любовником. Любовником – который полюбил.

– Может пока не поздно, не углубляться в это дальше? – я знал, что Саид желает для меня только лучшего.

– Уже поздно. И от этого становится так тошно. Я не хочу терять ее. Но, также я знаю, что нам не стоит что-либо продолжать. Я просто запутался, как лучше мне поступить.

– Прости, конечно, – Саид стал серьезным в лице. – Проще было бы, вообще ничего не начинать с этой девушкой.

– Проще, – согласился я. – Но, не лучше…

– Если бы я тогда знал, что с тобою происходит. Если бы я почувствовал в тот период, когда ты не приехал к нам, что с тобою такое творится. Я бы попытался спасти тебя, – Саид погрустнел моментально. – Но, я почему-то не предал этому значения. Думал, ты не хотел видеть просто Милану. Запарился на работе. Да все, что угодно, но не это.

Я сделал последние глотки виски, выбрасывая пустую бутылку на белоснежный покров.

Мы скурили за несколько часов, целую пачку сигарет, полностью продрогшие мы все равно продолжали стоять.

– Все происходит так, как и должно быть, – вдруг неожиданно выдавил из себя Саид. – Ничего не бывает напрасно. Пусть этот период для тебя тяжелый, но, ведь ты сам выбрал ее. Потому, что знал, что без нее тебе будет сейчас гораздо хуже. Отдайся чувствам, и просто люби ее, пока у тебя есть еще такая возможность.

Я не ожидал, что Саид скажет именно то, что я наверно хотел услышать сейчас от него.

– Мы часто допускаем ошибки, но именно они и становятся теми факторами, которые являются ключевыми и значимыми для нас.

– Я боюсь, что будет со мной после нее.

– Не одни чувства не пройдут мимо, они обязательно ранят тебя. Но, знаешь, я вижу, что именно с ней, ты переживаешь самые искренние эмоции. Ты больше не тот парень, которого я знал. Ты за пару недель, стал мужчиной, у которого поменялись взгляды. И знаешь, я бы тоже хотел так полюбить.

Ведь Саид долгое время не был ни с кем в отношениях.

– Неважно, что окружает вас, главное то, что ты испытываешь к ней. Помнишь после твоих последних отношений, я сказал, что я рад, что это случилось. Я знал, как тебе было неприятно это слышать. Но, в тех отношениях, я не видел тебя. Она была, наверное, хорошей девушкой, но точно не твоей историей. Сейчас, хоть я и не знаю Николь, я могу сказать обратное.

– Они совершенно разные, – проговорил я, вспомнив образ своей бывшей девушки, с которой у нас все закончилось в одну секунду. – Но, знаешь, после расставания, я ведь был и с другими девушками, но я продолжал сравнивать каждую с ней. Я ждал от них, чтобы они говорили именно то, что говорила всегда она. Но когда я повстречал Николь, я окончательно разрушил имя бывшей в прах. Я забыл ее, – я замолчал на секунду. – Точнее отпустил. Оставил даже мысли о ней. Больше она не тревожила меня. Я простил ей все. Сказал спасибо, за то, что у нас ней было. И попрощался, наверное, окончательно внутри себя с ней.

– Значит Николь достойнее ее.

– Она лучшая…

– Тогда держись за нее, как бы это, не было сложно.

– Спасибо, что не отвернулся от меня, – поблагодарил Саида я, ведь я поступил, неправильно окунувшись в отношения, я забил на всех, кто мне был когда-то дорог.

– Я знаю, что наши пути никогда не разойдутся. Да, будут моменты, когда нам придется идти своим путем, но, каждая дорога, все равно сведет нас обратно.

             ***

Через полчаса зависимость от никотина дала о себе знать. Сказывался еще выпитый виски, которые сильно расширил сосуды.

Мы решили пройтись до ближайшего магазина, чтобы купить сигареты, но не смогли ограничиться только ими, поэтому взяли еще одну бутылку дорогого виски.

Мы вернулись обратно в пустошь, в то место, где никогда не было людей. Небольшая полянка на фоне разбитого старого здания. Именно это стало местом, где мы с Саидом виделись, когда нам нужно было поговорить о чем-то важном.

– Как там Милана? – спросил я, ведь каким бы я не был черствым, я переживал за ее судьбу. Потому что, наверное, сам допустил то, что она полюбила меня. В тот период мне не стоило давать ей никаких надежд, а тем более проводить с ней столько ночей, на наших совместных вечеринках.

– Она не показывает этого, но я знаю какого ей сейчас. Она ведь думала, что между вами что-то возникнет. Но, так случилось, что вспыхнуло только у нее.

– Мне жаль, что так вышло. Я не хотел ранить ее.

– Дай ей немного времени, я уверен, она скоро оклемается.

Наконец-то втянув в себя дым, я почувствовал, как мне стало легче, от зависимости которая сжимала мое горло.

Я открыл бутылку виски, и протянул Саиду, дав возможность сделать ему первые глотки.

– Я так понимаю, в честь нового года, смысла, что-то организовать, уже нет? – спросил печально Саид.

– Вы также можете продолжать вечеринки. Ничего не изменилось.

– Изменилось, больше там нет тебя. И в них словно все стало по-другому. Это сильно ощущалось в последний раз. Обстановка была хоть и веселая, но все же, какого-то элемента не хватало. Наверно я просто привык на протяжении стольких лет, быть вместе с тобой там.

Сделав несколько глотков с новой бутылки, я почувствовал, как алкоголь начинает дурманить мозг.

– Она кстати плакала в ту ночь, – неожиданно проговорил Саид, имея виду Милану.

– Она писала мне, – признался я. – Я хотел сделать так, как лучше было бы для нее.

– Ты не вправе был решать за вас двоих. Знаешь, мне было тяжело смотреть на ее истерику.

Саид опустил голову вниз, словно стал вспоминать все события, что случились после нашего с ней разговора.

– Мне даже стало ее жалко. Мы на протяжении нескольких часов потом говорили с ней, допивая текилу. И я понял, как наивно словно ребенок, она влюбилась в тебя. Ты ей дорог, и я думаю, вам стоит попытаться хотя бы дружить, как это было раньше, только не переходить больше грань.

– Я не хотел, чтобы ей было больно. Она мне нравится, но не более того…

Я снова закурил, выпуская дым в ледяной воздух. Как вдруг в моем кармане зазвонил телефон, взяв его в руки, я увидел, что звонок был от Николь. Не думая ни секунды, я сразу ответил ей, услышав то, что так сейчас хотел слышать.

– Я скучала по тебе…

       Глава 12.

      Вернулся домой я ближе к двум часам ночи. Забрав с собой недопитый нами виски, я лег на свою кровать. И открыв ноутбук, я наконец-то приступил к проекту, чтобы закончить. Ведь только сейчас, я знал, каким я хочу видеть его на самом деле.

Это была, наверное, самая страшная сторона для писателя и поэта. Многие кто читал мою книгу, всегда восхищались моим талантом. Но, на самом деле это было не так. У меня не было таланта – я лишь трудился над этим каждый гребанный день.

«Нет таланта – есть труд».

Никто никогда не знал, сколько времени и усилий я тратил на написание каждой главы. Я перекручивал множество слов, пытаясь написать как можно красивее. Создавал миллионы вселенных в своей голове, после чего, только описывал все это на белых листах. И самое главное, я не просто писал, я жил и живу этим. Каждую ночь, я прокручиваю в своих мыслях разные сюжетные линии.

С одной стороны это хорошо быть таким трудолюбивым и отдаваться так полностью в то, что ты творишь. Но, с другой стороны, это переходит в некую одержимость.

Но, самое ужасное стоит за всем этим. Каждый раз, когда я пишу, мне приходится дурманить свой разум, будь это алкоголь или никотин. Неважно, что именно, но это то, что губит меня. Господи, какое количество сигарет я скурил над этими пока ненужными никому главами, сколько я выпил алкоголя, чтобы создавать вселенные.

Раньше великие классики создавали свои шедевры, находясь под действием морфия. Мне приходится идти по их стопам, и дурманить свои мысли различными, вызывающими зависимость, средствами.

Автор не описывает книгу, он ее проживает. Во множество раз сильнее, чем читатель. И каждая написанная им история, ранит его до глубины души.

После написания моей первой книги, которая так и не ушла в массы, я не смог проститься с героями, которых создал сам. И лишь, поэтому я пообещал себе, что когда-нибудь я обязательно продолжу эту историю.

Но, я всегда боялся, быть автором одной книги. Поэтому мне приходилось создавать наброски абсолютно разных, совсем не похожих друг на друга проектов.

В ту ночь, я многое изменил в написанной истории, и понял, что я создал шедевр, который больше не будет изменяться. И что самое главное, именно в таком достойном виде, его прочтет Николь.

Я отправил ей книгу в электронном виде уже под утро, после чего сам, полностью уставший, вырубился, успев пожелать ей доброго утра заранее.

Проснулся я ближе к обеду, на моем телефоне уже было несколько сообщений от Николь.

«Вау, спасибо, я обязательно прочту ее вечером, как вернусь с работы».

«Надеюсь у нас получиться с тобой сегодня увидеться, ведь я так соскучилась по тебе».

Я знал, что наши отношения сейчас переживают не лучшее время, но я понял, что только мы сами можем все изменить. Неважно, что происходит вокруг, главное это то, что мы еще пока чувствуем друг к другу.

Я принял прохладный душ, после чего привел себя в порядок и сразу же направился к ней. Я словно решил начать нашу историю заново, и лишь, поэтому я снова зашел в цветочный магазин и как в прошлый раз, купил красивую красную розу. Ведь на языке цветов, это значило, что я восхищаюсь «твоей» красотой.

Не смотря на то, что вокруг было полно снега, и солнце уже зашло за горизонт, уступая место править луне, на улице, как ни странно было совсем не холодно.

Я ждал ее на том же самом месте, как и в первое наше свидание. Увидев меня, она все также упала в мои объятия, со словами:

– Как мне тебя не хватало.

Я жадно впился в ее губы, пытаясь насладиться ими за все, то время, пока мы не виделись.

– Спасибо, что приехал.

Я взял ее за руку, и мы направились по уже известному нам маршруту, по которому я провожал ее до дома.

– Я думала, если мы будем держать дистанцию, то так станет лучше и легче для всех, – произнесла Николь. – Но, я ошибалась. Все проблемы кажутся такими нелепыми.. Все кажется таким бессмысленным, когда тебя нет рядом. Ты был моим якорем, моим спасительным маяком… а теперь ничего – тьма.

– Я тосковал, – признался наконец-то я. – Тосковал по тебе…

После этого я как можно крепче обнял ее, ощущая, как между нами снова возникают чувства, которые мы хотели задушить еще так недавно.

– Давай больше никогда не будем отпускать друг друга, – попросила Николь. – С тобой может быть сложно, но без тебя еще сложнее. Я словно стала сама не своя. Часто срывалась на работе, поругалась с мамой. Все только потому, что между нами случилась пустота. Я теряю себя..

– Было сложно видеть тебя здесь каждый день и просто не подойти, и не поцеловать тебя. С каким трудом мне приходилось сдерживать себя.

– Я понимаю, ведь я испытывала тоже самое. Мне было больно видеть тебя грустным.

– Пусть это будет худшее, что случилось с нами.

– Да, – улыбнулась Николь своей прекрасной улыбкой. – Ведь впереди у нас знакомство с детьми. Я безумно боюсь! Для меня это самый ответственный момент в моей жизни, ведь мои девочки, это все, что у меня есть..

             ***

Эти слова тронули меня, но, признаться, мне тоже было страшно, волнительно, но в предвкушение, как пройдет наше знакомство с ними, с девочками, которых родила на свет моя любимая женщина… НО.. не от меня. Как они себя поведут со мной. Будут ли они презирать меня, опасаться или же наоборот примут за друга, в голове было смятение…

И смогут ли они принять меня в свой сложившийся мир…

Мы решили организовать эту встречу в новый год. Первого января. Словно начинаем новую страницу с чистого листа.

– До нового года, осталось меньше трех дней, как будем отмечать его? – спросил я.

И тут я увидел, как Николь опустила глаза.

– Прошу только не злись, – сказала она. – Тремор накупил много подарков девочкам, купил дорогой фейерверк. Он хочет сделать для них праздник, поэтому он напросился придти к нам, чтобы отпраздновать вместе.

– Даже так…

– Пойми, это не значит ничего.

– Я знаю, но все равно, мысль о том, что он будет рядом с тобой, душит меня.

– Прости, если бы не дети, я бы встретила с тобой эту ночь в любом месте, в котором ты бы только пожелал. Я мечтаю об этом каждую секунду. Но я не могу оставить детей. Никогда.

– Значит, так будет правильнее, – сказал я, хоть и злость поглощала меня, я пытался контролировать себя. Зная, как ей тяжело далось это решение. – Но наутро, вы полностью в моем распоряжение.

Она улыбнулась от этих слов, что я достойно принял неизбежное.

– Спасибо, – поблагодарила Николь, после чего мы снова растворились с ней в нежном поцелуе на фоне идущего монотонно хлопьями снега.

             ***

И хоть осадок от ее слов оставался во мне, я все равно ехал в хорошем настроении, потому что у нас, наконец-то все наладилось. Тогда я еще не знал, что ждет меня дома.

– Это правда? – спросила меня мама, как только увидела на пороге.

– Что именно? – задал встречный вопрос я, боясь, что сейчас начнется тот самый разговор, которого я так долго избегал. Ведь до сих пор, я так и не рассказал своим родным о том, что встречаюсь с Николь.

– Ты встречаешься с замужней, у которой к тому же еще дети?

Я не стал отрицать этого, хоть и знал, какая последует дальнейшая реакция. Ведь они явно не были к этому готовы. К тому же мама так отчаянно надеялась, что мы все же наладим отношения с моей бывшей девушкой.

– Ты осознаешь, что ты делаешь? Ты влез в семью, чтобы разрушить ее.

– Там давно уже не было семьи.

– Какая разница, у нее есть муж. Есть дети. Скажи, зачем ты там нужен?

– Я полюбил ее.

– Это не любовь. Это безумие.

– Возможно, ты права. Но, я не отступлюсь от своих слов, что сказал ей.

– Ты погубишь себя и ее, – мама знала, что переубедить меня было сложно. И лишь, поэтому она заплакала, боясь, что я ломаю себе жизнь.

Я не знал, как успокоить ее.

– Откуда вы узнали? – спросил я.

– К нам приходила Милана, и все рассказала, что с тобою происходит на самом деле.

В эту секунду меня берет дикая злость. Накинув на себя обратно куртку, я выбегаю из дома, начиная набирать ее номер. Гудок за гудком, но она словно специально не поднимала трубку. Лишь на пятую мою попытку, она все же ответила.

– Зачем ты это сделала? – прокричал я, на опустошенную улицу.

– Томми, – она часто называла меня так. – Все это было только ради тебя.

– Ради меня? Ты сейчас серьезно?

– Вполне.

– Ты себя слышишь? Ты только все испортила.

– Я знаю, – без эмоций сказала Милана. – Надеюсь, слезы твоей мамы вразумят тебя.

– Тебе Саид обо всем сказал?

– А кто еще? Не Николь же мне звонила.

– Не произноси ее имя, – ведь мне было неприятно, как она говорит о ней.

– Я не хотела подставлять тебя, – призналась Милана. – Я просто показала тебе, сколько страданий она принесет твоей семье, тебе.. Близким, которым ты еще не безразличен.

– Ты ведь не знаешь, что я испытываю к ней. Может, я ее люблю?

– И лишь, поэтому ты так долго скрываешь ее ото всех. Ты ведь осознаешь Томас, что так будет всегда. Никто из твоей семьи не примет ее никогда. Ваши отношения навечно останутся под грифом абсолютно секретно.

– Я лишь хотел подготовить их к этому, разве нужно было вмешиваться в то, что тебя не касалось.

– Касалось Томми.

– Тебе должно быть все равно на меня, – прокричал я.

– Ты прав, так и есть. Но «все равно» это тоже чувство.

– Ты ведь знаешь, что между нами ничего не будет, разве сложно просто взять и отпустить меня.

– Ты же не можешь расстаться с Николь, то же самое не могу сделать и я.

– Милана…

– Томми, – перебила она меня. – Однажды, когда все это закончится. Ты скажешь еще мне спасибо, что я пыталась оградить тебя, от ошибки, которая будет непоправимой.

– Ты не можешь знать, чем все это закончиться.

– Финал будет предсказуемый. Она вернется обратно к мужу, они снова начнут жить вместе. Поначалу она будет писать тебе, как сильно скучает. Но через пару месяцев ей станет все равно, подыхаешь ли ты там без нее или нет.

– А если у нас получится создать что-то?

– Невозможно создать то, чего просто нет…

       Глава 13.

Зашел домой я, спустя несколько часов. Все это время, я сидел на ледяной лавочке в полном одиночестве, продолжая беспрерывно курить.

Тяжело было заходить в квартиру, зная, что увижу слезы матери. К моему счастью, все уже спали, поэтому я просто зашел в свою комнату и закрылся в ней.

– Томас, – пришло сообщение от Николь. – Я закончила читать твою книгу, это просто лучшее, что мне посчастливилось прочесть. Я настолько углубилась в эту историю, словно пережила ее сама. Повороты сюжета настолько непредсказуемы, что сносили порой голову. И это было настолько круто. Жду не дождусь, продолжения. Оно просто обязано быть!

Я улыбнулся от такой рецензии, ведь мне было важно, чтобы именно ей понравилась эта книга.

– Спасибо Солнце, – написал я. – Рад, что понравилось.

– Все это время, в главных героях, я почему-то видела нас. Местами они даже говорили нашими словами.

– Еще до знакомства с тобой, я все это время, писал о тебе, – ведь я создавал идеал, и только встретив тебя, я понял, что я все-таки сумел это сделать.

– Ты ведь напишешь продолжение? – словно взывая, писала она.

– Знаешь, даже если эта книга не получит признания, я все равно напишу продолжение, потому что ты захотела этого, – и я понял какого вдохновения мне не хватало все это время. Ведь ради нее, я хочу творить.

– Спасибо, – искренне написала она. – Я не вправе просить тебя, но я бы хотела видеть хороший конец этой истории.

– В жизни, к сожалению так не бывает.

– Я знаю, но я думаю главный герой, достоин Майи, – написала она имена моих героев. – Пусть он эгоистичен и местами жесток, но он пытается быть другим. Мне нравилось наблюдать за ним, наверно потому, что я с первой уже главы поняла, что ты списывал его с себя.

Я не стал отрицать очевидное.

– Поэтому если это история схожа с нашей, я желаю увидеть хороший финал, неважно какой исход будет тем временем в реальности. Я всегда смогу прочесть твою книгу, зная, что они будут вместе.

– У меня только, что родилась идея, – написал я. – Я хочу создать проект о нас, по мотивам реальных событий.

– Было бы шикарно запечатлеть нашу историю на вечных белых листах. Какое название дадим ей?

– «Мне тебя мало?» – предложил я, ведь эту фразу мы говорим друг другу гораздо чаще, чем банальное: «я тебя люблю».

– Идеальное название.

– Я напишу книгу, в которой ты навечно будешь моя…

             ***

После этого я параллельно работал над тремя проектами одновременно, в свое свободное время. Которого, к сожалению, было очень мало, но я старался при любой свободной возможности садиться за книги. Ведь я знал главное: она ждет мои истории.

Также я старался как можно больше времени проводить с Николь, приближаясь с ней к нашей первой совместной встречи с детьми.

Сложно было описать мое состояние, волновался ли я или что-то меня тревожило. Но я явно этого хотел. Хоть и не знал, как поведут себя дети, увидев меня.

«Отец не тот, кто родил, а тот, кто воспитал», я часто слышал эту фразу, но только теперь я стал понимать ее смысл.

Я стал раздумывать над тем, а что если наши отношения с Николь продолжатся, и что у нас получится выдержать все это. Сможем ли мы сохранить наши чувства? И сможем ли мы из этого построить что-то фундаментальное, чтобы это «что-то» переросло в нашу новую семью.

Проснувшись рано утром, я увидел на календаре двадцать девятое число, и понял, что сегодня ровно месяц как Николь стала моей.

Долго думая, что подарить ей в честь такого вроде бы незначительного, но важного события, я остановился на красивом серебреном кольце.

Тем же вечером, я как и обычно ждал ее на нашем месте.

– С праздником, – проговорила она при встрече. – Даже не верится, что прошел уже месяц.

– Тем временем, сколько событий только произошло за эти тридцать дней.

– Такое чувство, – Николь обняла меня. – Словно мы прожили с тобою маленькую жизнь. Я как будто знаю тебя гораздо дольше, чем на самом деле. Настолько я прониклась к тебе.

Достав кольцо с кармана, я протянул его ей на своей ладони.

– Этот месяц был и вправду хорошим, я хочу продолжить быть с тобою дальше, как бы нам не было тяжело и сложно проходить этот тернистый путь. Знай, я всегда буду рядом.

Я словно делал ей предложение, но, к сожалению, это было не предложение руки и сердца.

Взяв в руки кольцо, Николь надела его на безымянный палец, словно помолвлена. От чего мне безумно стало приятно.

– Спасибо Томас, – и в качестве благодарности она вцепилась жадно в мои губы.

             ***

Я проклинал свою должность, ведь все предновогодние праздники мне пришлось провести на работе. Работая тридцать первого декабря до позднего вечера, я так и не смог увидеться с Николь, хотя бы на пару секунд еще в этом году.

Приехав домой вечером ближе к одиннадцати, я присел за праздничный стол. Посидев в приятной атмосфере, я плотно поел, продолжая все это время обмениваться сообщениями с Николь.

– Тремор придет с минуты на минуту, – написала она, давая понять, что потом не сможет мне отвечать.

– Ты правда этого хочешь? – спросил я, в надежде изменить еще все, и приехать к ней, чтобы встретить достойно наступающий год.

– У меня нет выхода, – ответила обреченно она. Ведь детки уже ждали его, подготовили стишки, чтобы получить как можно скорее долгожданные подарки. – Но знаешь, какое мое будет желание в этот новый год?

– Какое?

– Ты…

Я улыбнулся, сделав несколько глотков сока.

– Когда куранты пробьют двенадцать, я загадаю тебя, – дописала она.

Вскоре фейерверки стали раздаваться по всему городу. Звон хрустальных бокалов, налитых шампанским, обозначал что пора загадывать желание. И я тоже загадал ее…

Люблю эту ночь, лишь только потому, что можно построить какие-то планы, пообещать себе наконец-то заняться тем, что так долго и упорно откладывал на второй план.

И не смотря на все это, эта ночь она и вправду волшебна.

Я вышел на балкон, наслаждаясь как красиво сверкало небо, и я слабо улыбнулся, зная, что где-то далеко сейчас и она видит то же самое.

       ***

Утром первого января, я проснулся ближе к одиннадцати часам. Приняв душ и плотно позавтракав, я позвонил Николь.

– Доброе утро, – сонно проговорила она, мило продолжать зевать.

– Доброе, – ответил я. – Как прошла ночь?

– Как-то тоскливо, Тремор был с нами до трех часов, потом никак не могла уложить девочек. У самой состояние, как будто вообще этой ночи не было.

Немного выждав паузу, Николь продолжила.

– Радует, что сегодня мы полностью, в твоем распоряжении.

– Есть предложения? Куда пойдем?

– Я думала, почему то про кино.

– Почему бы и нет.

– Моя младшая дочь, просто ни разу не была там. Тремор все время только лишь обещал, что сводит их. Но у него всегда находились дела, куда важнее детей. Поэтому я хочу, чтобы она впервые увидела сказку на большом экране вместе с тобою.

Меня тронули ее слова.

– Это будет хороший повод сблизиться с ними. Ты смотрела, что там сейчас идет?

– Есть рождественский мультфильм, я думаю, он подойдет идеально.

– Значит договорились. Скоро я за вами заеду.

– Мы будем ждать, – добавила она на прощание.

             ***

Довольно долгой мне показалась дорога       до нее. Сонные люди продолжали зевать в полупустом автобусе. Водитель поставил на полную громкость радио, в которой продолжали играть праздничные песни.

Услышав звук входящего звонка, я незамедлительно достал телефон, ну а затем ответил:

– Привет, – неожиданно для меня, я услышал голос Миланы. – Хочу поздравить тебя с новым годом, и пожелать тебе достичь успехов в своих начинаниях. Начни этот год, с прекрасного чистого листа. Я знаю, что у тебя все получится.

– Спасибо Милана, – сухо проговорил я. – Взаимно.

– Как провел сегодняшнюю ночь?

– Дома, с семьей.

– А почему ни с ней? – с некой издевкой спросила она.

Я промолчал, не став объяснять ей причину почему в эту ночь я был один.

– Дай угадаю, она встретила этот год в кругу своего мужа, верно? – даже на таком расстояние, я почувствовал, как она улыбнулась.

– Какая тебе от этого разница? – грубо спросил я.

– Да по сути ни какой, – выждав паузу, Милана все-таки продолжила. – Просто с кем год встретишь, с тем его и проведешь.

– У тебя все?

– Я хочу увидеться с тобою, – проговорила она.

– Это лишнее, – ответил я. – А за поздравление спасибо, я оценил.

Сбросив трубку, я продолжил смотреть в заснеженное окно. Через несколько остановок я наконец-то добрался до ее района.

Она объясняла мне примерный маршрут к своему дому, по которому я сейчас продолжал уверенно идти.

Обойдя несколько высоток, я добрался до нужного мне подъезда. Открыв дверь, я стал поднимать практически на самый верхний этаж.

Нажав на звонок, я почувствовал некий страх, ведь я не знал как именно сейчас пройдет наше первое знакомства с детьми.

Будут ли они рады видеть меня, смогут ли принять. Множество вопросов крутилось в ту секунду в моей голове.

Пока не открылась дверь, и ко мне не вышла Николь.

– Мы ждали тебя, – проговорила она, встретив меня с распростертыми объятьями. От чего мне стало легче, зная, что она будет рядом.

       Глава 14.

По началу девочки сидели скромно, продолжая прятаться за Николь. Они изредка кидали на меня взгляд, продолжая смотреть мультфильм, что шел по телевизору.

– Рада с тобой познакомиться, – вдруг неожиданно проговорила мама Николь. – Николь много о тебе говорила.

– Надеюсь только хорошее, – попытался пошутить я, чтобы хоть немного сбавить напряжение.

– Ты принес в ее жизнь столько красок, я впервые вижу свою дочь, такой счастливой. Поэтому, даже не знаю, чем ты ее очаровал.

Я улыбнулся, после чего перевел свой взгляд на Николь, которая немного смутилась и покраснела.

– Я давно хотел сказать Вам, спасибо за такую прекрасную дочь, – поблагодарил я, ведь я так давно хотел сказать это.

– Сейчас я накрою стол, – любезно предложила ее мама.

– Спасибо конечно, но у нас время сеанса, – ведь до начала оставалось чуть меньше часа.

– Может, есть возможность перенести?

– К сожалению, нет, следующий сеанс будет гораздо позднее, я боюсь, что девочки просто уснут.

Николь тем временем продолжала одевать их.

– Я обещаю, что с ними ничего не случится, – проговорил я ее маме, перед тем как забрать их собою. – Поэтому не переживайте, мы просто сходим в кино. Но а затем я провожу их обратно, передавая полностью в ваше распоряжение.

– Ты хороший парень, это сразу видно. Поэтому я спокойна.

Мне стало приятно, что ее мама так тепло приняла меня. Это многое значило.

             ***

Первые шаги давались тяжело, не одна из девочек, так и не протянула мне руку, когда мы вышли с подъезда на свежий воздух.

Как же в тот момент мне захотелось закурить, но я не мог позволить себе этого сделать на глазах у деток.

– Именно о такой семье я мечтала, – проговорила она, когда мы стали идти в направление кинотеатра.

– У тебя ведь была такая семья.

– Нет, в ней все было совсем не так, как мне хотелось.

– Ты думаешь, – я запнулся. – Я справлюсь?

– Я думаю да. Ты развит не по годам, да и понятие семьи у тебя гораздо старше своих лет, у тебя другие ценности, чем у парней в твоем возрасте.

– Спасибо, – поблагодарил ее за поддержку. – Рад, что твоя мама так тепло встретила меня.

– Я ей много говорила про тебя. Какой ты замечательный.

– Но ведь это не так, – я улыбнулся, продолжая смотреть, как смешно шли детки в пышных зимних куртках.

– Для меня ты такой, а остальное все не важно.

– Мама, – проговорила младшая дочка. – Нам еще долго идти?

– Еще немного, – проговорила Николь, хотя на самом деле, идти оставалось достаточно.

– Я устала, – добавила она, продолжая, словно как пингвин медленно идти по сугробам белоснежного снега.

– Я бы мог понести тебя на руках, – предложил ей любезно я.

Она долго сопротивлялась этому, но буквально через несколько десятков метров, она просто остановилось, и, посмотрев на меня, протянула свои руки.

Я улыбнулся, ведь потихоньку они стали привыкать ко мне. Без особого труда, я взял ее на руки, и продолжил идти.

– Это странное чувство, – проговорил я Николь. – Чувствовать себя отцом.

– Тебе идет эта роль, – сказала она, продолжая восторженно смотреть на нас. Я видел, как Николь хотела именно этого.

Видя, как я нес Алису, старшая дочь Милиса, захотела тоже из детской ревности, пойти ко мне руки. Поэтому мне ничего не оставалось, как нести их обеих.

– Вот именно такую картину, я тайно мечтала увидеть все это время.

Милиса что-то восторженно рассказывала мне, находясь в предвкушение начала сеанса.

– А я никогда не смотрела кино, – сказала обидчиво Алиса.

– Тебе понравится, только представь, что твои любимые персонажи из красочных сказок, – начал говорить я. – Будут перед тобою на большом экране.

– Здорово, – прокричала радостно она, и стала хлопать в ладоши.

– А ты любишь нашу маму? – вдруг неожиданно для нас всех, Милиса задает этот вопрос.

Я перевел свой взгляд на Николь, которая сильно смутилась.

– Больше всего на свете, – искренне сказал я.

– Также как наш папа? – продолжила Милиса. Ее вопрос застал меня снова врасплох.

– Я думаю, что намного сильнее.

– Он наверно будет ругаться, если узнает, что мы ходили с тобою гулять, – и хоть Милисе было всего пять лет, она уже прекрасно понимала многие вещи. – Но я обещаю, я ничего ему не скажу.

Я видел разбитый взгляд Николь, и чтобы хоть как-то ее подбодрить, я улыбнулся ей краем рта.

– Мы практически пришли, – сказал я, увидев огромное, красивое здание в нескольких метрах от нас.

             ***

Я стал помогать Николь раздевать детей. И хоть у меня, как мне казалось, получалось неплохо, на самом деле это было очень неуклюже и неловко. Но это забавляло Николь, и лишь поэтому с улыбкой на лице, она подсказывала мне, как лучше снять ту или иную вещь.

Накупив напитков и попкорна, мы зашли в просторный зал, занимая свои места.

– Как же здесь красиво, – сказала Алиса, продолжая восторженно смотреть по сторонам.

Приятно было видеть детскую радость и восхищение.

– Когда уже начнется? – спросила Милиса, ожидая скорее увидеть рождественскую сказку.

– Уже скоро, – сказала Николь, после чего положила свою голову мне на плечо. – Это то, о чем я мечтала. Мы словно семья, и я понимаю, что именно такой она и должна быть. Спасибо.

– Спасибо за что? – спросил я, ведь я не понял к чему она благодарит меня.

– За то, что исполняешь мои желания.

Мгновенно в зале потухает свет, и на большом экране начинают транслировать мультфильм. Очень красочное произведение, на которое было приятно смотреть. И пусть сказка наивная, но она получилось очень доброй. Мы несколько раз, все дружно смеялись, и в эти секунды я понимал, чего все это время не хватало мне в жизни.

             ***

Когда мы вышли из кино, на улице уже стемнело. Алиса уснула на моих руках, поэтому я нес ее довольно аккуратно, боясь разбудить и пробудить ото сна.

Милиса всю дорогу рассказывала как ей понравилась сказка. Вспоминала забавные моменты, и продолжала смеяться детским и звонким голосом.

– Как тебе вечер? – спросил я Николь.

– Я так хочу, чтобы он не заканчивался.

– Надеюсь, мы когда-нибудь сможем повторить этот замечательный день, – ведь я сам был доволен проведенным временем с ее семьей.

Николь взяла на руки Милису, которая тоже мгновенно стала засыпать в ее объятиях.

– Я хочу, – проговорил хрипло я, настолько тихо, чтобы не разбудить деток. – Я хочу быть частью твоей семьи…

Николь расплылась в улыбке.

– Для меня это ценно. Это больше о чем даже мечтала.

– Мы были сегодня словно единым целым. Все происходило так, как должно и быть. Именно такая семья, я думаю, должна создаваться изначально.

– Знаешь, детки никогда никому так быстро не шли на руки. Да и вообще, они долго к кому-то привыкают. Но к тебе они пошли практически сразу. Я не знаю, что на них нашло, но они были счастливы с тобою.

– Мы все были сегодня счастливы. Спасибо вам за день, – проговорил я, когда мы стали подходить к ее подъезду.

– Ты разве не зайдешь? – я видел, как ее настроение упало мгновенно.

– Я обещал твоей маме, привести вас обратно. Я просто обязан сдержать слово, – и хоть я знал, что с ними уже ничего не случится, мой долг как мужчины был привести домой их в целости и сохранности.

Когда мы зашли, ее мама снова тепло нас встретила.

– Проходите, раздевайтесь, я накрыла на стол, – любезно проговорила она. – Ты же поужинаешь с нами Томас?

– С удовольствием, – ответил я, чувствуя сильный голод.

Мы раздели девочек, и уложили их спать, накрыв теплыми одеялами.

– Как прошло знакомство? – спросила ее мама.

– Мы провели прекрасный вечер, – сказал я. – Это было мило, когда Алиса уснула на моих руках.

– Она редко кому-то идет на руки. Значит ты и ей понравился, игриво смотря на Милису, сказала мама Николь.

– Я на это искренне надеюсь.

Ее мама накрыла шикарный стол, открыла бутылку дорого коньяка, и ждала нашего прихода.

Николь сидела со мной рядом, продолжая накладывать в мою тарелку весь ассортимент еды, что был на столе.

– Ты просто обязан попробовать здесь все, – сказала с улыбкой она, ведь ей было важно, чтобы я оценил ее старания.

– Все и вправду очень вкусно, – поблагодарил я. – Спасибо за такое гостеприимство.

Ее мама продолжала смотреть на меня, улыбаясь.

– Извини, если смущаю тебя, – проговорила она. – Я просто рада видеть вас такими счастливыми.

– Я боялся, что вы не примете нас.

– С Тремором моя дочь была разбита. Она жила лишь по инерции, и я видела, как он губит себя каждый день. Но с тобой, все изменилось. Моя дочь ожила, ее глаза снова заблестели. Ты спас ее. И я надеюсь, что у вас получится создать что-то.

– А как же наша разница…

– Возраст это всего лишь цифра, – мудро сказала она. – Но ты ментально гораздо старше, своих лет. Вы идеально дополняете друг друга.

– Спасибо, что приняли меня.

Николь все это время сидела молча, продолжая внимательно слушать наш разговор.

Тем временем я разлил спиртное нам, и решил произнести тост.

– Я хочу выпить, за вашу прекрасную семью, – и, посмотрев на Николь, я добавил. – И я надеюсь, что когда-нибудь я стану ее частью…

       Глава 15.

Ее мама покинула нас ближе к полуночи, оставив наедине. Николь сразу же зажгла свечи, создавая романтическую обстановку.

Я смотрел в ее глаза, в которых продолжал тонуть.

– Ты прекрасна, – вырвалось из моих уст.

Она мило улыбнулась, после чего положила свою руку мне на ладонь.

– Это было удивительное начало года, – проговорила Николь.

– Первая страница, она всегда самая важная, ведь с нее все только начинается, – проговорил я, проводя параллель со своими книгами. Ведь предисловие является основополагающим аспектом каждой истории.

– Я думаю, мы с тобою правильно ее написали, – продолжила говорить вслед за мной метафорами Николь.

– Лучше не придумаешь, – поддержал ее я. – Спасибо за этот замечательный день.

– Тебе спасибо, что принял меня такой, и захотел стать частью моей разбитой истории.

В эту секунду мне захотелось обнять ее как можно крепче, поэтому я сел к ней поближе и укутал ее в свои объятия.

Я уткнулся в ее волосы, ощущая родной запах.

– Ты вкусно пахнешь, – проговорил хрипловато я, начиная целовать ее. Она продолжали гладить мою голову, запуская свои пальцы в мои волосы.

– Я люблю тебя Томас, – сказала Николь.

– Я люблю тебя, – ответил я, продолжая облизывать языком ее шею.

Ее дыхание участилось. Не выдержав напряжение, она повалила меня на свой диван, повиснув надо мной.

– Мама еще не спит, – сказал я, зная, к чему все это приведет.

– Мы постараемся сделать это по-тихому, – улыбнулась она, снимая с себя кофту.

Я продолжал гладить ее идеальное тело. Касаясь грубо ее груди, я сжимал ее, пытаясь высвободить из-под этого красивого бюстгальтера.

Почувствовав тепло в своей ладони, я прикоснулся к этому плоду губами. Мне нравилось, как она сдерживала свой стон, пытаясь не закричать.

Она расстегнула уверенно ремень на моих джинсах, и припустила их немного. Достав то, чего она так желала в этот момент, она стала рукой проводить по уже твердой плоти.

Я закрыл глаза от удовольствия, сам засовывая свою руку к ней в трусики. И снова я почувствовал сильную влагу между ее ног, и ощутил желание, с которым она хочет меня.

– Люблю когда ты мокрая, – проговорил я, впиваясь в ее губы. Я жадно целовал ее, словно боялся, что ее отнимут у меня. Я никак не мог ей насладиться, мне было мало и мало ее…

Когда мы полностью скинули с себя вещи, она села на меня сверху, начиная сначала медленно двигаться.

Мои руки скользили с ее груди на талию, опускаясь все ниже, я сжимал ее упругие ягодицы, наслаждаясь, пока она была на мне.

Я почувствовал, как она затряслась от нахлынувшего оргазма, который она испытала за несколько минут.

Она слезла с меня, хотела отдышаться, но я не дал ей этой возможности, потому что я хотел ее. Она лежала ко мне спиной, поэтому не думая ни секунды, я вошел в нее в этой позе. Я продолжал облизывать ее шею, пальцами я начал дотрагиваться до ее клитора, доставляя ей как можно больше удовольствия.

Вторая волна оргазма долго не заставила себя ждать. Я почувствовал, как сильная влага образовалась внутри нее.

– Только прошу, не заканчивай это как можно дольше, – сказала она, чувствуя, что и я уже на грани пика.

Повернув ее к себе, я навис над ней, продолжая делать быстрые толчки в нее. Чтобы заглушить ее стоны, мне пришлось впиться в ее губы поцелуем, потому что я боялся, что она просто закричит.

Она снова ногтями начала царапать мне спину.

– Мне тебя мало, – проговорила она сквозь поцелуи.

             ***

Мы никак не могли отдышаться с ней, продолжая оба вспотевшие лежать на мокрой простыне.

– Это было чудесно, – проговорила с трудом она, неподвижно лежа рядом со мною.

– Не то слово, – подтвердил я, ощущая как импульс удовольствия, до сих пор раздается по моему телу.

– Может, останешься со мной на ночь?

– Больше всего я хочу остаться сейчас с тобой, крепко обнять тебя и уснуть вместе. Но мне будет не удобно перед твоей мамой.

– Я уверена она не будет против.

– Давай не будем торопить с тобой события.

И хоть я видел, как она расстроилась, все же она понимала, что так будет лучше.

– Я могу покурить у вас на балконе? – спросил разрешения я.

– Конечно, можно я с тобой?

– Нужно, – я поцеловал ее, помогая одеться ей. Накинув на себя помятую кофту, я натянул джинсы. Выйдя на ледяной воздух, мы жадно пытались насладиться им, видя, как от нас шел пар.

– Как бы мне хотелось жить с тобой вместе, – сказала она. – Только представь, что у нас каждый день мог быть таким.

– Это то, к чему мы будем идти, – я втянул в себя дым, после чего протянул сигарету ей. – Какую следующую цель ставим, чтобы у нас с тобою было «завтра»?

– Так с детками мы познакомились, – задумавшись, проговорила она, после чего она вдруг сразу помрачнела в лице.

– Что случилось?

– Я знаю, что твоя семья против меня, – начала разбито говорить она. – Но наше знакомство неизбежно. Следующую цель я хочу посвятить твоей маме, точнее увидеться с ней, чтобы она нас поняла.

– Это будет трудно, – сразу сказал я, но после чего улыбнулся. – Но не труднее, чем мне было сегодня становиться частью твоей семьи. Но я уверен, ты ей понравишься. Иначе быть не может, разве можно не любить тебя?

Она улыбнулась и взбодрилась.

– Мне тебя мало, – проговорила она наше кодовое слово. – Походу так будет всегда. Сколько бы времени мы не провели бы с тобою вместе, сколько бы мгновений нам не подарила судьба. Мне будет этого мало…

– Помню, ты сказала, чтобы не произошло, ты будешь рада, что все это у нас есть, – я сделал сильный затяг. – Но я не хочу, чтобы это стало лишь воспоминанием. Я не знаю, смогу ли без тебя.

– Ты стал для меня всем в этом чертовом мире, и без тебя я просто уже не умею.

Я выбросил сигарету в открытое окно, чувствуя, что мы уже охладились и начинаем понемногу мерзнуть.

– Как же не хочется заканчивать этот день, – проговорил я, начиная набирать номер такси.

Машина приехала, как на зло, слишком быстро, забирая меня с того места, в котором я бы хотел остаться до конца своих дней.

             ***

Я снова долго не мог уснуть, пролистывая наши с ней переписки. Как бы мне хотелось написать ей сейчас то, что я чувствую. Но я знал, что она уже глубоко и крепко спит, и нарушать ее сон, я был просто не вправе.

Именно в ту ночь я начал писать продолжение своей книги. Написав несколько увлекательных глав, я наконец-то полностью обессиленный вырубился.

Утром меня разбудил звук входящего звонка. Взяв вяло в руки телефон, я увидел имя Саид.

– Томас, с новым годом, – проговорил он пьяным голосом.

– Ты на время смотрел? – спросил я, видя на экране 09:27.

– Прости, если разбудил, просто все эти выходные я провел не дома. Даже поздравить тебя не смог.

– Судя по твоему состоянию, праздник удался?

– Не то слово, представляешь, кто вернулся в наш город? Сабрина, помнишь ее?

– Вы же с ней расстались несколько лет назад.

– Я помню, – проговорил недовольно он. – Но может быть наши отношения должны были быть забыты, чтобы сейчас у нас наконец-то смогло все получиться.

– Не знаю, как ты можешь ее простить. Она просто отвернулась, не сказав тебе тогда, что покидает наш город.

– У нее были свои причины, – словно оправдывал ее Саид.

– Ничего не может ее оправдать, она просто обязана была проститься с тобой. После всего, что ты для нее сделал.

– Я думал, ты просто порадуешься за меня, – Саид явно ожидал от меня чего-то другого.

– Я просто не хочу, чтоб ты снова страдал из-за нее. Она разрушила твою жизнь, и как только ты начал ее забывать. Подпускать к себе других, влюбляться в них. Она снова приходит.

– Походу так всегда будет у нас. Наверное, мы просто не можем друг без друга.

Я промолчал на его слова, чувствуя как злость, берет меня от мысли о Сабрине.

– Я бы хотел предложить посидеть где-нибудь в честь нового года. Вчетвером, – предложил он, имея в виду меня с Николь, и его с Сабриной.

– Не знаю, вряд ли у нас получится, – попытался более вежливо отказаться я.

– Почему ты так не хочешь видеть ее?

– Потому что я знаю, к чему все это приведет, – я знал, что Сабрина приехала не просто так. Она была не из той категории девушек, которые просто скучают.

Саид до последнего пытался защитить Сабрину в моих глазах, но чтобы он мне такого не сказал, у него все равно никак не получалось переубедить меня.

– Она изменилась Томас, – проговорил разбито он.

– Она лишь на время играет нужную роль, – после небольшой паузы, я добавил. – И самое ужасное, что и ты это осознаешь…

– Не стоило мне вообще звонить, – проговорил Саид, словно полностью разочаровался во мне. Но я не мог льстить ему, словно рад ее возвращению в наш туманный и сумрачный город. – Когда ты выбрал Николь, я тебя поддержал, хоть и не особо был этому рад.

– В отличие от Сабрины, она не разрушала мою жизнь.

– Это лишь вопрос времени.

– Чего ты добиваешься? – прокричал я, чувствуя как злость, окутывает меня.

– Ты думаешь, что нашел ту самую, – мне противно, с каким тоном он стал говорить это. – Она не тот идеал, каким ты хочешь ее видеть.

– Ты прав, – согласился я. – Она далека до совершенства. В ее жизни все было не так, как должно было быть в сказке. Она не принцесса, но я стараюсь подарить ей эту зимнюю сказку. Потому что она этого заслуживает, как никто другой.

– А что если в этой сказке, она окажется злодеем? – Я замолчал, не зная, что ответить ему на это, и лишь, поэтому он продолжил добивать меня. – Которая бросит тебя однажды, оставив подыхать от одиночества…

Глава 16.

Саид был вторым, кто стал говорить мне о том, что скоро Николь станет самым страшным кошмаров в моей жизни.

– Милана делает это тупо из ревности, – кричал я в трубку. – Я не могу понять, зачем тебе это?

– Один, один, – с некой ухмылкой проговорил он.

– О чем это ты?

– Ты всегда ненавидел Сабрину, – разбито проговорил Саид. – Хотел, чтобы она ушла из моей жизни. Говорил, что она разрушает. – И в эту секунду, он неожиданно стал кричать. – Но разрушил меня, именно ее уход, а не нее присутствие.

Между нами повисло молчание, которое нарушалась лишь нашими тяжелыми вздохами.

– Откуда тебе знать, какую боль причинило мне ее отсутствие? – продолжил Саид. – Я не показывал тебе слез, – он снова перешел на крик. – Я никому их не показывал. Потому что я знал, вам всем было все равно. Вы ведь привыкли, что Саид это веселый парень, душа компании на вечеринках, разве ему может быть больно?

– Ты ведь знаешь, я всегда тебя поддерживал и желал только лучшего, в чем ты хочешь сейчас меня обвинить?

– Ты вроде всегда присутствовал со мной, но тебя так и не было рядом.

В одну секунду он обесценил все, что я когда-то сделал для него.

– Я даже рад, что Милана все рассказала твоим близким, – после этого я услышал, что он улыбнулся. – Точнее она сделала это, по моей просьбе.

– О чем ты говоришь? – я прищурил глаза, пытаясь понять, в чем дело.

– Вспомни нашу встречу в пустоши, – после этого он выждал паузу. – Когда ты плакался мне, словно запутался и не знаешь, как поступить. В эту секунду ты был жалок. Ты столько много всего говорил, а по сути, ты не сказал ничего.

Мне стало обидно, ведь в то мгновенье я открылся ему, рассказал о самом лучшем, что есть в моей жизни. Я ждал, что он достойно примет это. А в итоге, он лишь посмеивался над всем этим все это время.

– Ты всегда считал свои чувства, выше других, – продолжил он, говоря вещи, как мне кажется, далекие от действительности. – Тебе всегда было плевать на меня и тем более на Милану. Так скажи, почему нам не может быть все равно, на то, что происходит с тобою сейчас?

– Ты все еще пьян, – проговорил я, не желая больше продолжать разговор, ведь иначе он приведет к непоправимым последствиям.

– Ты прав, я до сих пор продолжаю пить. Но кто кроме пьяного человека, тебе искренне скажет, все что думает.

– Иди проспись, – хрипло сказал я, пытаясь закончить разговор. После этого он продолжил нести какой-то бред, и лишь не желая больше все это слушать, я сбросил звонок.

             ***

Остаток дня я провел в полном погружение в свои мысли. Слова Саида задели меня, больше всего меня тревожило как он обесценил столько помощи, которую я оказывал ему.

Я переключался на книгу, попытался посмотреть фильм, но день явно был против меня. Все словно было в нем не так.

Мысль сорваться и поехать к Николь, не давала мне покоя, ведь я знал, что только она сможет меня сейчас успокоить. Но я помнил, какой сегодня у нее должен быть загруженный день, и что в нем нет просто место для меня.

Взяв в руки пачку сигарет, я вышел на балкон, думая, что никотин сейчас единственное, что может утешить меня. Делая небольшие затяги, я словно продлевал некое удовольствия, которое оно может дать.

В этот момент, мне захотелось выпить виски. Но я не мог себе позволить такого дома в присутствие родных, не хотел никогда огорчать маму.

Иди в бар не особо хотелось, ведь там слишком шумно. Поэтому я выбрал наверно единственный вариант, который был у меня.

Взяв в комоде довольно приличную сумму, я вышел из дома, и, зайдя в ближайший магазин, я купил себе бутылку виски и несколько пачек сигарет.

Затем я закрылся в каком-то неизвестном мне ранее подъезде, и сев на холодные ступеньки я просто начал пить в одного.

Достав с кармана телефон, я начал листать фото из галереи, и понял, что у нас с Николь до сих пор нет ни одной совместной фотографии.

– Хочу запечатлеть нас с тобою на совместном фото, – написал я Николь.

– Давно уже пора, чтобы мы всегда могли смотреть на то место, в котором мы еще были счастливы, – сразу же ответила она, и хоть мы находились на таком расстояние, она словно знала, что со мной происходит и по этому она и спросила. – У тебя все хорошо?

– Не знаю, можно ли назвать это так.

– Что случилось Томас?

– Я соскучился, – написал я, чтобы не говорить ей на самом деле, что происходит в моей душе сейчас.

– Прости, что нет возможности сегодня увидеться, но вечером я буду свободна, можем хотя бы поговорить по телефону.

– Конечно, буду ждать твоего звонка.

Я не стал больше ее тревожить. Закурив вторую сигарету подряд, я выпускал дым в потолок, чувствуя как запах табака уже окутал эти холодные стены.

Выпив практически половину бутылки, я вышел на улицу, на свежий воздух, пытаясь жадно насытиться им. Сквозь разбитые дома, я проходил по массивным сугробам, не имея конкретного маршрута. Я просто шел, и не хотел останавливаться. Когда мне одиноко, я люблю уходить туда, где я раньше не был. Просто двигаться, куда глаза глядят, без цели, смотреть на горизонт и медленно идти.

Спустя несколько часов, холод полностью взял верх, не помогал даже выпитый алкоголь в таком немалом количестве. Видя, что на улице постепенно стало темнеть, я решил направиться в дом, в котором я понимал, меня никто не ждет…

             ***

– Я скучала, – первое, что я услышал поздним вечером, когда позвонила Николь. – Как прошел твой день?

– В полном одиночестве, – ответил искренне я. – Как у тебя дела?

– Сестра только уехала, – ответила Николь. – Посидели за столом, покушали. Потом пришел Тремор, забрал детей гулять.

– Они не замерзнут?

– Я сказала ему, чтобы не долго. Но прошло уже больше часа, – после этого Николь сильно выдохнула. – После того, как я запретила ему появляться в нашем доме, дети стали редко видеть его. Но я знаю, как они скучают, поэтому и хотят провести с ним время, как можно дольше.

– Все страдают из-за этого, – вырвалось у меня.

– Но я чувствую, что вскоре все должно измениться.

– Как? – разбито спросил я.

– Ты станешь для них новым отцом, и тогда я перестану видеть слезы своих детей.

– А если я не смогу? Вдруг у меня не получится?

– Не получиться может только в одном случае, если ты этого не захочешь Томас, все остальное лишь вопрос времени.

– Хочется снова провести с вами время, все вместе, вчетвером.

– Надеюсь, скоро у нас будет такая возможность, – после небольшой паузы, Николь продолжила. – Я все думаю, как пройдет встреча с твоей мамой.

– Я знаю, как ей будет тяжело, – хрипло ответил я. – Но вскоре она обязательно примет тебя. Знаешь, я говорил недавно с ней, о том, что ты была замужем, ее не сильно тревожит. То, что есть дети, тоже. Главная причина, это возраст. Наверно просто она не уверена во мне, смогу ли я взять на себя такую ответственность. Поэтому у мамы нет какой-то определенной злобы на тебя, она лишь переживает, чем все это обернется для нас обоих.

– Наша встреча была предопределена судьбой, поэтому знакомство с твоей семьей, это неизбежность, которая ждет нас.

– Знаешь, я не верю в судьбу. Судьба – это лишь хорошее слово, чтобы не принимать решений. Я всегда полагался только на себя, и я считаю, что мы сами нашли друг друга. Все это время, какими бы не были повороты в нашей жизни, куда бы нас она не бросала, я всегда шел к тебе. А ты ко мне. И лишь поэтому, однажды, ранним утром, когда я стоял и курил, я увидел тебя. Ту, что всегда искал. Ту, без которой я не смогу больше прожить и дня.

– Ты многое для меня значишь Томас, – Николь тронули мои слова. – Если была бы такая возможность, вернуть время назад, или тогда еще, кто-нибудь сказал бы мне, что однажды я встречу тебя. Я никогда бы не выходила замуж, и ждала бы только тебя.

– Возможно без этих ошибок, мы бы не смогли найти друг друга.

– Так и есть, ведь я оказалась на нашей работе, лишь только благодаря Тремору. Это он узнал, что туда требуется кондитеры, и посоветовал мне, пойти на собеседование.

– Значит он сам того не зная тогда, допустил самую страшную ошибку в своей жизни.

– Какую? – немного не поняла меня Николь.

– Отдал тебя мне, – самоуверенно проговорил я.

Спустя немного времени, мы решили наконец-то сменить тему.

– Как успехи в продолжение истории? – спросил Николь.

– В голове много идей, я хочу сделать эту книгу, одним из моих важных проектов. Поэтому я вкладываю и оставляю в нем всего себя.

– Я говорила тебе, что хотела бы повернуть время вспять, и лишь поэтому, мне так сильно понравился твой главный герой в книге. Ведь у него была такая возможность.

– Но он так и не смог предотвратить гибель своей возлюбленной.

– Но он сражался за нее, каждый раз, он менял время, историю, лишь для того, чтобы она жила. И лишь поэтому, я прошу тебя, сделай финал своей саги, хорошим.

– Я не знаю, что выйдет в итоге. Поэтому не могу обещать тебе этого, чтобы не разочаровать.

– А если бы у тебя была бы такая возможность, чтобы ты изменил?

– Ничего, – ответил сразу же я. – Я просто бы каждый день перематывал время назад, чтобы снова и снова быть с тобою наедине…

– Как же я люблю тебя Томас, – я знал, что мои слова тронули ее до глубины души.

– Я сильнее, – отвечаю ей я, ощутив, как безумно я влюблен в эту прекрасную женщину. Ни к кому раньше я не испытывал таких чувств. Я говорил слово «люблю», лишь по инерции, чтобы просто не обидеть человека, который лежал со мной в одной кровати, и говорил мне три главных слова, чтобы выразить то, что испытывает ко мне.

– Пусть ты сильнее, – согласилась она, и потом добавила, начиная мило смеяться. – За то я больше…

Глава 17.

Мы долго еще смеялись, над тем, кто любит сильнее и больше, но в итоге, это было лишь заговариванием всех проблем. Мы старались смеяться, чтобы нас было легче. И хоть на время, мы смогли забыться.

      Когда Николь уснула, я долго еще сидел за открытым ноутбуком, пытаясь писать продолжение, которое я знал, как сильно она ждет.

И в эту секунду я стал видеть в своем созданном персонаже Николь. Я хотел ее там сохранить, так же, как в своем сердце.

«– Где бы, мы не оказались, неважно в каком временном пространстве мы будем, – проговорила шепотом Майя. – Будущее это или нет, прошлое или настоящее, я прошу, найди меня…

– Знаешь, будь у меня хоть тысячи жизней, я в каждой искал бы тебя…»

Наверное, в книге я стал говорить о том, что в жизни не мог сказать ей. И лишь поэтому, когда я писал, я думал, что читая эти строки, она поймет, что я писал все это именно для нее. Ведь будь у меня много жизней, я бы каждую из них посвятил ее поискам.

Так было бы всегда, и так, как мне казалось, будет постоянно.

Написав три довольно таки интересные главы, я тоже уснул, ощущая как кошмары снова стали мучать меня.

Проснувшись среди ночи в холодном поту, я взял в руки телефон, и долго листал новости, пытаясь прийти в себя. В итоге, я больше так и не смог заснуть…

             ***

– Как у вас дела с Николь? – спросила Сара, встретив меня в торговом зале. В ней словно, что-то изменилось, или она просто достойно приняла неизбежное. – Даже не верится, что у вас все-таки получилось, построить что-то. Как бы я не хотела принимать этого, но я правда рада за вас. Вы красивая пара, что редко встретишь.

– Спасибо Сара, – искренне поблагодарил ее я. – Ты лучше расскажи, как твои дела?

Ведь после того, как я вошел в серьезные отношения, я практически перестал контактировать с людьми, стал каким-то нелюдимым, я полностью отдался чувствам и ей – Той самой.

– Я написала заявление, дорабатываю сейчас последние дни, пока мне не найдут замену.

– И куда ты пойдешь? – я не стал отговаривать ее, ведь я знал, в каких тяжелых условиях нам всем приходится здесь работать. Если бы не деньги (более ли менее, позволяющие жить), многие бы давно уже свалили бы подальше с этого места.

– Друзья предложили новое место в клубе, – она улыбнулась, воодушевленно говоря обо все этом мне. – Буду наслаждаться пока там. Надеюсь, все получится. Кстати, могу поговорить за тебя.

– Спасибо, но не стоит, – повернув голову, я увидел Николь. – Но пока моя жизнь находится здесь. И что-то менять, я не хочу.

Как же мне хотелось подойти к Николь и крепко впиться поцелуем в ее сочные губы. Но зная, что мы находимся на работе, это сдерживало меня.

– Как ты тут? – спросила Николь, подходя ко мне максимально близко, настолько, что ее запах стал сносить мне крышу.

– Теперь гораздо лучше, – мои глаза блестели в тот момент, я всегда восхищенно смотрел на нее.

– Что? – спросила она, видя меня таким.

– Я просто любуюсь.

– Ты съешь сейчас меня взглядом, – проговорила смущенно она, на ее щеках появился румянец. – На нас уже смотрят другие.

– Мне все равно, – уверенно сказал я. – Просто каждый из них сейчас бы хотел оказаться на моем месте.

Она прошла достойно к своей витрине, изредка кидая на меня смущенные взгляды, пока я продолжал наблюдать за каждым ее движением.

Перебрав все пирожные, она сняла несколько из них, и сложила на тарелку.

– Я могу тебе помочь? – сразу предложил я, находя возможность пройтись с нею немного рядом.

– Она легкая, – ответила она.

– И все же, не хочу, чтобы тебе было тяжело, – я улыбнулся, настаивая на своем. Взяв в руки тарелку, я стал идти с ней по нашему торговому залу.

– Как же хочется тебя обнять, – проговорила она. Я старался легонько касаться ее, потому что иначе я не мог. Мне не хватало прикосновений.

– У меня появилась идея, – сказал я, и уверенно направился с ней на склад.

– Куда ты меня ведешь?

– Я знаю одно место, где нет камер, – поднявшись на второй этаж, я завел ее в тускло освещенную комнату, после чего прижав ее к стене, я жадно впился в ее губы. Откинув тарелку на стеллаж, я руками стал сжимать ее за твердые ягодицы, немного припуская ее штаны.

От такого наплыва у меня словно закружилась голова, продолжая целовать жадно ее губы, я запускаю ладонь в ее трусики, и начинаю делать плавные движение по ее клитору.

– Ты снова мокрая, – проговорил между поцелуев я, с улыбкой на лице.

– Что мы творим? – начиная тяжело дышать, прошептала она.

– Я просто хочу, чтобы тебе было хорошо.

Проводя пальцами по ее влажным половым губам, я начинаю вводить несколько пальцев в нее. Пытаясь дотянуться до заветной точки G.

– Ты сумасшедший, – на выдохе молвит она, пытаясь сдержать стон.

Свободной рукой я начинаю сжимать ее грудь, пока пальцы полностью находятся в ней. Я начинаю усиливать темп, слыша звуки, образующиеся из-за сильной влаги между ее ног. Практически доведя ее до оргазма, я резко останавливаюсь, слыша шаги в конце коридора.

Быстро убрав свою руку, я помогаю Николь привести свою форму в порядок, ну а затем беру в руки тарелку с пирожными.

– Вот эту тарелку тебе подать? – спрашиваю ее, начиная разыгрывать спектакль.

– Да, спасибо, – подыгрывает мне Николь. – Ее слишком высоко поставили, я не доставала.

К нам зашла женщина, которая даже не обратила нас ни какого внимания, поверив в то, что мы сейчас разыграли.

– Спасибо Томас, – поблагодарила напоследок Николь, когда я стал покидать тусклую комнату.

Я сразу прямиком направился на улицу, чтобы покурить и успокоить в себе это напряжение. Не успев сделать еще затяг, я услышал звук входящего сообщения. Которое было от Николь.

«Ты сумасшедший, – написала она. – Но это было незабываемо».

             ***

Когда настали очередные выходные, я попытался хоть немного отоспаться. Проснувшись ближе к обеду, я почувствовал ужасную головную боль.

На моем телефоне, было несколько пропущенных звонков с неизвестного номера. Выйдя на балкон, я закурил, начиная перезванивать.

– Томас, – раздался пожилой женский голос.

– Добрый день, мы знакомы? – спросил я, пытаясь понять, чей голос, я сейчас слышал.

– Это бабушка Саида, – пояснила она, от чего она застала меня врасплох. Ведь ее я не ожидал точно сейчас услышать.

– Я вас слушаю, – на выдохе ответил я, понимая, что что-то случилось Саидом, иначе она бы не позвонила бы просто так.

– Ты не знаешь, что происходит с Саидом?

– В последние дни, мы не особо ладили. Но я знаю, что приехала в наш город его бывшая девушка.

– Вчера он заявился с ней к нам в дом. Сказал, словно ей негде жить, и что она временно поживет у нас.

– Вы одобрили данное решение?

– Нет конечно, я не пустила ее даже на порог. После того, как она поступила с ним.

– Что было дальше?

– Он взял ее за руку, и ушел вместе с ней. Теперь даже не поднимает трубку, а мы не знаем где он и как.

– Я разберусь с этим, дайте мне немного времени, я все улажу, найду его и Вам обязательно сообщу.

– Томас, прошу, только ты единственный, кто сможет сейчас дать ему понять, что от нее лучше держаться подальше. Что она просто приехала, чтобы снова использовать его.

– Жаль, что только мы это понимаем.

– Он выбрал ее, тем самым отвернулся от семьи, – проговорила она. – Он опозорил нашу семью, таким поступком.

Ведь в мусульманских семьях это воспринимается иначе, нежели в других.

– У тебя есть идеи, где он может находиться Томас?

– Есть, – ответил я. – Но об этом я вам расскажу позже, как только пойму, что я не ошибся.

– Если вдруг он все-таки решит остаться с ней, передай Саиду, чтобы больше никогда, не возвращался в наш дом. Как бы нам не было бы тяжело, но если он переступил однажды через нас, значит так будет всегда.

– Я думаю, что он жалеет о содеянном, – почему-то я стал защищать Саида, хоть он не был достоин этого в данном поступке. – Уверен, вскоре все наладится. Будьте на связи, как что-нибудь прояснится, я сразу Вам позвоню.

– Спасибо тебе Томас.

             ***

Набрав несколько раз ему на сотовый, я ожидал предсказуемый исход, он просто стал скидывать мой вызов.

Зайдя в наш чат, я отправил ему голосовое сообщение.

– Мне плевать, почему ты решился на такое, – говорил я, пытаясь не перейти на крик. – Мне все равно где ты сейчас находишься. Трахаетесь вы или нет, но если я звоню тебе после того, что ты наговорил мне, будь добр ответить на мой звонок. Захотел любви? Теперь ты рад скажи? Мне звонила твоя бабушка, и она плакала. Она переживает за тебя, пока ты раздвигаешь ноги девушке, которая не стоит даже этого. Ты можешь покинуть город прямо сейчас с ней, и от этого мне станет даже лучше. Но твои родные все на взводе! Если ты не объявишься в течение нескольких часов, они больше не желают тебя видеть в собственном доме. Скажи, это все, что ты делаешь, стоит того?

Проговорив больше минуты, я снова закурил. Прослушав мое голосовое сообщение, он долго так и не отвечал мне, заходя периодически в сеть.

За это время я успел принять прохладный душ, налил себе горячего кофе, и приготовил омлет.

И хоть аппетита особого уже не было, я решил поесть, подсыпая постоянно соли. Ведь повар из меня был никудышный.

Спустя несколько часов, Саид соизволил наконец-то ответить.

– Томас, можешь прийти сейчас в пустошь?

– Через полчаса буду там, – ответил я, и, накинув на себя вещи, я стал идти на встречу, на которую так не хотел идти.

       Глава 18.

Дикий мороз сразу охватил меня. Продолжая перебираться через сугробы, я как можно скорее шел на встречу, чтобы как можно быстрее ее и закончить.

И именно в ту секунду, меня посетила мысль, о том, а что если моя семья выставит такой же ультиматум мне. Какое бы я решение принял, остался с ними, или бы пошел за Николь в неизвестность.

Я ждал, когда познакомлю Николь с мамой, надеясь, что этот день решит многое. И что мои родные, все-таки смогут принять мой выбор. Каким бы он ни был.

Дойдя до места, я встал и достал с кармана пачку сигарет. Трясущимися от мороза руками, я пытался подкурить себе. Как вдруг из поворота явился Саид.

Я рад, что он был один.

Увидев неподалеку старую гостиницу, я сразу понял, где все это время он пропадал.

При встрече я протянул ему руку, когда он в ответ охватил мою ладонь, то посмотрев на меня разбитым взглядом, он обнял меня, начиная плакать.

– Томас, я не знаю, что мне делать… Дома ждут родные, там ждет она. Я не могу не от кого из них отвернуться. Сабрина нуждается во мне, как никогда.

– С какой целью она приехала? – задал я прямой вопрос.

– У нее возникли проблемы с деньгами, ей нужно отдать банку крупную сумму.

– Теперь ты хоть осознаешь, цель ее визита в наш город?

– Осознаю, – признался Саид. – Но я обязан ей помочь, как ты не понимаешь, я не могу оставить ее одну.

– Завтра, когда ты найдешь ей эти деньги, поверь, она вполне хорошо будет чувствовать себя одна.

– Тебе правда звонила моя бабушка?

– Да, и поверь, как переживают они из-за твоего поступка, намного больнее переживают, чем твоя Сабрина со своей плаксивой историей. Если она заняла такую сумму, значит, должна была осознавать, что ей придется ее возвращать.

– Она ушла с работы, там были тяжелые условия, – проговорил он, в качестве ее защиты.

Я истерически улыбнулся в ответ.

– Ты себя слышишь? – повышая голос, сказал я. – Тяжелые условия? Какие бы они не были, она знала, что у нее ответственность весит за долг. Какой бы не была работа, она приносила бы ей доход, и в течение нескольких месяцев можно было решить эту проблему. Как бы, не было тяжело, можно было бы перетерпеть, ведь это не навсегда, это лишь сложный временный период. Но вместо этого она покидает свой город, находя свое спасение в тебе.

– Она знала, что я не отвернусь.

– Конечно, и ты найдешь эти деньги. Любой ценой, чего бы тебе этого не стоило.

– Ты ведь знаешь, у меня нет работы, – после этого он печально улыбнулся. – Я и никогда не работал.

– Ты привык, что тебя хорошо обеспечивали родные, и, отвернувшись от них, скажи, где ты собираешься брать такие суммы, чтобы решить ее проблему?

Он молчал, и почему-то мне не стало его жалко.

– У меня даже нет денег, чтобы продлить гостиницу хотя бы еще на пару дней, – обреченно проговорил он. – У нас совсем не осталось еды, я не знаю, что делать Томас.

– Вернуться домой, наладить отношения с родными.

– А что же будет с Сабриной?

– Плевать, – холодно ответил я. – Пусть возвращается обратно туда, где пропадала все это время, когда ты ей не был нужен.

Саид опустил голову вниз, затем попросил у меня сигарету, надеясь, что дым решит все его проблемы.

– Какие твои дальнейшие действия? – спросил я, надеясь, что у него есть план.

– Нужно искать деньги.

– Значит, домой ты не собираешься возвращаться?

– Пока не решу эту проблему, нет.

– И что воровать пойдешь?

– Если придется, то да, – ответил он.

– Ты вообще с ума сошел с ней, давай начинай еще убивать. Почему бы и нет?

– Не угнетай, мне и так сейчас тяжело.

– Я даю тебе два дня, чтобы наладить отношения с семьей, потом я позвоню твоей бабушке, и расскажу всю правду.

После этого я достал с кармана деньги и протянул ему их.

– Здесь хватит на еду, и на аренду гостиницы. Дальше сам решай, кто тебе важнее.

Я больше не хотел видеть его, по крайне мере в данный момент. Поэтому я развернулся и стал покидать его. Я услышал, как он крикнул мне в спину «спасибо», но я никак на это не отреагировал.

Я лишь всю дорогу шел и думал, что мне сказать его бабушке, когда мне все-таки придется набрать ее номер.

             ***

Я рассказал об этом Николь, ведь мне нужен был совет, как поступить в данной ситуации.

– Ты все правильно сделал, что не стал выдавать его. Семья все равно примет Саида, как бы они не обижались на него. Но ты бы мог потерять сегодня друга, хоть он сделал много ошибок, но ближе его, у тебя нет никого. И ты это знаешь.

– Я дал ему два дня, надеюсь, он примет правильное решение.

– А если и у нас будет такая ситуация? – спросила она, то что, я и так уже думал. – Как поступишь ты?

– Это то, чего я боюсь больше всего. Я никогда не пойду против семьи. Но также я не оставлю одну тебя. Поэтому я молю всех Богов, чтобы меня это не коснулось. Я не хочу выбирать между вами.

–Тогда, единственным выходом будет то, чтобы твоя семья приняла наши отношения.

– Мы будем стараться, чтобы именно так и было.

– Я кстати думала о дате, когда это должно произойти.

– И когда?

– Послезавтра, – ответила она. – Чем дольше я оттягиваю это, тем больше это угнетает. Я хочу решить уже все раз и навсегда. Я должна поговорить с твоей мамой, чтобы дать понять, как мы любим друг друга. Что это не просто роман, что ты тот, без которого моя жизнь обесцениться снова.

– Я подготовлю ее на послезавтра, – проговорил я, зная, какой ждет меня скандал впереди дома.

             ***

– Как у тебя дела мама? – спросил я, заходя в ее комнату, я присел на кровать, не зная даже как начать разговор.

– Хорошо, – сухо ответила она.

– Я знаю, что ты против, но разреши мне пригласить Николь к нам в дом.

– Зачем?

– Она давно хочет уже познакомиться с тобой, к тому же она так и не передала подарки, которые подготовила на новый год.

– Мне не нужно ничего, – продолжала обидчиво говорить мама.

– За то для нее это важно, послезавтра мы придем вместе под вечер, – я выждал паузу, боясь реакции которая последует, но к моему удивлению, мама ничего не сказала. – Мам, она тебе понравится.

– Главное, чтобы она нравилась тебе. Я не могу помешать вам, это ваша жизнь. Ваша история, которую вы пишите сами. Конечно я против всего этого, но я понимаю, что вы уже влюблены. И тебе тяжело постоянно делать выбор.

– Ты не представляешь как, – проговорил я, после чего улыбнулся, ведь я не ожидал такого поворота.

Не смотря как не было бы трудно переступить через это, мама все-таки достойно приняла мой выбор.

– Спасибо, – проговорил я, и приобнял маму за плечи.

Первым же делом, я обрадовал Николь хорошими новостями.

– Даже не верится, что она так легко разрешила, – написала Николь.

– Я сам не ожидал такого, но я рад этому, надеюсь, все пройдет хорошо.

– Я сделаю торт, не хочу приходить к вам с пустыми руками.

– Хорошая идея, – написал я, после чего направился на балкон, чтобы просто покурить.

             ***

Саид так и не выходил на связь. Я дал ему время, и сам ждал, когда пройдут двое суток, чтобы посмотреть какой выбор он сделает.

Когда раздался телефонный звонок, я сразу понял, что это была его бабушка.

– Томас, – сразу проговорила она. – Ты узнал, где Саид?

– С ним все в порядке, я не могу рассказать вам, что происходит, но уверяю, вам не стоит переживать. Через два дня, он вернется домой, и извинится перед вами, за свое поведение.

– С чего ты взял?

– У него просто не будет другого выхода. Поэтому прошу, переждите всего лишь два дня, и все вскоре станет, как и прежде.

– Спасибо тебе Томас, – проговорила искренне она. – С ним и вправду все в порядке? Он не голоден? Где он живет?

– Недалеко от нас, в гостинице. Я дал ему денег на еду, поэтому все хорошо.

– Ты настоящий друг Томас, я рада, что ты есть у него. Можно я позвоню тебе еще завтра, вдруг что-то проясниться?

– Конечно, вы можете звонить в любое время, я всегда вам отвечу.

Сбросив звонок, я докурил сигарету на холодном воздухе. Зайдя в свою комнату, я рухнул на диван, думая как пройдет встреча Николь с моими родными.

Через полчаса моих думок, приходит сообщение от Николь.

– Томас, у меня хорошие новости для тебя.

– Слушаю, – написал я.

– Я давно уже хотела это сделать, и я искала людей, которые этим занимаются, в итоге я нашла.

– Не томи уже меня.

Как вдруг через несколько секунд приходит фотографии обложки для моей книги. С моим именем и фамилией, С названием моего первого проекта.

– Вау, – вырвалось сразу у меня. – Это потрясающая работа.

– Я знала, что тебе понравиться. Теперь, когда у нас есть обложка, мы можем пойти с тобою в издательство и напечатать несколько книг, хотя бы для нас двоих.

Мне нравилось, когда она говорила такие фразы как «у нас».

– Спасибо тебе Солнце, – написал я, продолжая всматриваться в цифровую обложку. Она идеально характеризовала мою историю.

– Я долго описывала, что именно нам нужно. Что мы хотим видеть, и в итоге он прислал несколько работ. Но именно эао, была самая достойная.

– Знаешь, за все это время, ты сделала для моих книг гораздо больше, чем остальные.

– Ты ведь знаешь, я всегда буду поддерживать тебя, где бы мы не оказались дальше…

       Глава 19.

Дни пролетели очень быстро, приближая нас к самому главному знакомству с моей семьей. Я знал, что у нее тяжелые сумки, ведь она везла новогодние подарки, также в руках у нее был торт приготовленный ею.

Поэтому я поехал, чтобы встретить ее. Добравшись до моего района, я видел, как тело ее тряслось.

– Прошу, не волнуйся так, – проговорил я, ведь мне было тяжело видеть ее переживания.

– Не могу, – ответила она, взяв меня под локоть, чтобы не поскользнуться и не упасть. – Я не знаю, что нас ждет. Вдруг это станет началом, нашего с тобою разрыва. А я просто не умею уже без тебя.

– Я думаю, все пройдет хорошо, – надеялся я, ведь свой страх я просто не должен был показывать ей. – Мама приготовила нам ужин, значит, она ждет.

– Только будь со мной рядом, – проговорила она.

– Всегда…

Дойдя до подъезда, мы не уверенно вошли в него, после чего также зашли в лифт. Как на зло, он доехал слишком быстро.

– Как я выгляжу? – спросила она, словно сейчас именно это ее беспокоило.

– Как всегда, прекрасно, – ответил я, и чтобы затмить ее страх, я начинаю целовать ее губы. – Все пройдет хорошо.

Открыв дверь, я сразу увидел на пороге маму.

– Здравствуйте, – проговорила Николь.

– Я хочу вас познакомить, мама это моя девушка, про которую я вам говорил – Николь.

– Рада знакомству, – по-доброму сказала мама, после чего пригласила в наш дом. – Проходите, раздевайтесь.

Я помог снять Николь зимнюю шубу, после чего подправил ей прическу.

– Ты идеальна, – прошептал я, видя ее в синем нежном платье.

Я видел, как страх ее до сих пор не покидал. Но она старалась уверенно держать лицо. Взяв в руки торт, и подарки, она сама решила поднести их маме.

– Это вам за гостеприимство, что позволили мне посятить ваш дом, – проговорила Николь, ведь мы специально держали в тайне, что однажды она у нас уже была. – Также, я не успела подарить вам ничего на новый год, поэтому прошу, примете эти подарки.

– Спасибо огромное тебе Николь, – сказала мама. – Но не стоило так тратиться.

– Это мелочи, по-другому я просто не могла прийти к вам.

Мама не подвела, накрыла хороший стол, пригласила нас за него.

– Я не буду вам мешать, – проговорила она, начиная покидать нас.

– Разрешите отнять у вас несколько минут, я бы хотела поговорить с вами наедине, – решается Николь, ведь ее давно уже это мучило.

Поняв, что я там сейчас лишний, я направился на балкон, решив покурить, пока они не обсудят все между собою. Спустя минут десять, я решаюсь зайти, и вижу, как они мило обсуждают меня.

– Я не помешал? – спросил я.

– Нет, проходи Томас, – проговорила мама, после чего встала. – А теперь кушайте, пока ничего не остыло, я старалась.

– Спасибо вам большое за такой теплый прием, – поблагодарила Николь.

Как только мама покинула кухню, я сразу посмотрел на Николь, давая понять, что я жду от нее все в мельчайших подробностях.

– Все прошло замечательно, – радостно сказала она, находясь в некой эйфории обняла меня. – Мама сказала, что не будет мешать, мы сами уже взрослые и решим нужно ли это нам или нет. И вроде даже, я ей понравилась, – на ее лице засеяла улыбка.

– Я же говорил, что она полюбит тебя, иначе просто быть не может. Значит хороший вкус у меня в маму, – ответил я, пытаясь пошутить.

Я поцеловал Николь, после чего посмотрел на изысканный стол.

– Давай поедим, – предложил я.

– С удовольствием, – ответила она. – Когда страх наконец-то отпустил, моя женщина поняла, как на самом деле она голодна. Ведь я весь день ничего не ела, переживала.

Я сразу стал заполнять ее тарелку, несколькими видами салатов.

– Можно я покормлю тебя, – проговорил я, вспомнив, как мы делали это на квартире ее сестры.

Мы снова кормили друг друга, лишь только затем себя.

– С тобой я точно голодной не останусь, – пробормотала Николь, ведь я продолжал пичкать ее всем, что есть на столе. – Как же все вкусно.

И в эту секунду я испытал истинное счастье, что наконец-то я могу привести свою любимую девушку в наш дом, в котором я всегда хотел видеть ее.

После плотного ужина, мы заперлись в моей комнате.

– Не думала, что еще раз увижу эту комнату, – проговорила она, вспоминания минуты страсти, что происходили здесь между нами.

– Я хочу тебя, – признался я, наваливаясь на нее.

– Томас, вдруг кто-то войдет, – испуганно прошептала она, и хоть я знал, что в нашей семье это было не принято, я решил не искушать судьбу.

Мы просто накинули мягкий плед, и включили фильм, который давно уже хотели посмотреть.

Я обнимал ее, продолжая вдыхать ее запах. Целовал каждый сантиметр на ее идеальном лице. В итоге, я так и не понял, чем закончился фильм, ведь большую его часть, я смотрел на нее.

– Я так понимаю, мы с тобою не один фильм не досмотрим вместе, – проговорила Николь.

– Разве можно смотреть фильм, если я тебя люблю? – спросил я, и она расплылась в улыбке, крепко обнимая меня.

Время, к сожалению, пролетало очень быстро, спустя несколько часов, мама постучалась к нам в комнату.

– Я пойду, лягу спать, поэтому заранее хотела бы попрощаться с тобою Николь.

– Спасибо вам за то, что приняли меня. Для меня это важно. Я скоро уже уезжаю, поэтому доброй ночи вам.

– И тебе Николь.

Спустя несколько минут, Николь стала набирать номер такси, на что я сразу выхватил ее телефон, и отключил.

– Ты думаешь, я так просто тебя отпущу? – спросил я, начиная руками проводить по ее шеи.

– Вдруг…

– Больше никто не зайдет к нам, просто доверься мне. Ты ведь этого хочешь?

– Больше всего на свете…

Я улыбнулся, после чего начал снимать с нее роскошное платье. Губами я стал целовать ее груди, затем все ниже и ниже, пока не добрался до ее нежного клитора. Я провел по нему языком, ощущая вкус, который дурманил меня.

Чтобы не издать не единого стона, Николь приходилось сдерживать себя, вцепляясь руками в плед. Я понимал, что время у нас ограничено, поэтому полностью насладиться ею, я не мог позволить себе. Хоть и прекрасно понимал, что если даже у меня была бы такая возможность, мне все равно было бы ее мало.

Я навис над ней, видя расширенные зрачки ее красивых зеленых глаз.

– Ты лучший, – проговорил она, но, а затем впилась в мои губы, пока я соединял наши тела воедино.

Я медленно стал входить в нее, боясь причинить резкой боли. Я стал дожидаться, пока она не привыкнет ко мне, лишь только спустя время, я стал набирать обороты, чтобы доставить ей как можно больше удовольствия.

– Люблю когда ты во мне, – шепотом проговорила она, продолжая руками сжимать мои волосы.

Повернув ее к себе задом, я видел, как она изящно снова выгнулась. Войдя в нее, я продолжал получать приятные импульсы, что раздавались по всему моему телу.

И снова ее затрясло, от нахлынувшего пика удовольствия.

Не став больше мучить себя, я успеваю выйти из нее, прежде чем достигаю оргазма.

Мы снова оба мокрые рухнули на диван.

– Обожаю с тобою спонтанный секс, – проговорила она, продолжая лежать с закрытыми глазами.

В эту секунду я продолжал гладить ее половые губы своими пальцами. Сильная влага

продолжала сачиться с нее.

– Мне ни с кем не было так хорошо, – проговорил я, ведь перебрав множество девушек в постели, я понял, что раньше я просто трахался, а с ней я и вправду занимаюсь любовью.

И именно такой секс, когда в нем есть чувства, он и доставляет такое блаженство, которого хочется и хочется, которого всегда будет мало.

– Теперь я хочу, чтобы ты осталась со мной в эту ночь, – проговорил я, хоть и знал, что этого не будет. Ведь дома ее ждали девочки, и она просто обязана была появиться там.

– Я бы все отдала, чтобы остаться с тобой сейчас, – после небольшой паузы, она добавила. – Чтобы остаться с тобою навсегда.

– Как мы жили друг без друга все это время?

– А разве мы жили, а не просто существовали.

             ***

Выйдя на улицу, мы долго ждали такси. Видя, как красиво шел монотонно хлопьями снег, мы захотели прогуляться под ним. Выйдя на центральную аллею, мы стали идти под фонарями, которые отражались блеском на белоснежном покрове.

– Какой же замечательный был сегодня день, – проговорила Николь. После чего, она повернулась ко мне лицом, и, держа меня за руки, продолжила идти вперед спиной.

– Каждый день с тобою, он особенный. Каждый миг, каждое мгновенье, это лучшее, что было со мной за всю мою жизнь.

– Я люблю тебя Томас, – проговорила она, продолжая смотреть на меня, под хлопьями идущего снега.

Какой же теплой была ночь, не единого порыва ледяного ветра.

– Сильнее, – ответил я, продолжая идти за Николь, ведь она вела меня в неизвестность, в которую я с удовольствием шел за ней.

– Теперь снова нужно создавать «завтра», – проговорила она, ведь мы уже осуществили две цели, которые так усердно хотели преодолеть.

– Пока я еще не решил, что будет дальше.

– У меня есть одна идея, дай мне буквально пару дней, и я тебе о ней сообщу.

– Договорились, – ответил я, ведь строить наше «завтра» стало для нас чем-то важным. Ведь без этого, наше будущее продолжало быть туманным.

Довольно долго мы гуляли с ней так, держась за руки, и как бы это не прозвучало странно, это было самое милое свидание, за все мои годы.

Ведь в нем было столько эмоций, столько искренности и столько чувств.

Спустя четверть часа, прозвенел звонок, о том, что такси ждет нас, и вскоре он увез Николь далеко от меня, заканчивая тем самым один из неповторимых дней в нашей с ней истории.

       Глава 20.

Утром я проснулся со странным настроением, с одной стороны я вспоминал отрывками вчерашний день. Плед до сих пор пах Николью, от чего я продолжал вдыхать ее, словно она находилась рядом.

Но, с другой стороны, я знал, что прошли дни, которые я дал Саиду, на принятие решения. За это время, он так и ни разу не вышел на связь со мной.

Я искренне боялся, что он примет не правильное решение, хотя в данной ситуации, наверное, такого решения просто нет. Будут последствия, к которым он не будет готов.

Решив продлить ему время до вечера, я не стал названивать ему, потому что знал, он все равно сбросит каждый мой вызов.

Николь в переписках была довольно странная, какая-то скрытная.

– У нас все хорошо? – спросил я, не понимая, что происходит.

– Конечно Томас, – ответила она. – Вечером не переживай за меня, мне нужно будет увидеться с Тремором.

– Это и вправду так нужно? – ревность не давала мне покоя, не любил когда трогали мое.

– Поверь, это очень важно.

И хоть я был против этого, все же я одобрил ее поступок.

– Твои духи..,ими до сих пор пахнет плед, – написал я, чтобы сразу же сменить тему, и не узнавать, причину, почему она так жаждет увидеться сегодня с ним.

– А я вся пропитана тобою, – ответила Николь. – И этот запах, самый лучший, который я вдыхала.

Остаток дня, мы продолжили обмениваться сообщениями, несколько раз созванивались, обсуждая разные темы, но в которых постоянно говорили, как сильно уже соскучились друг по другу.

Чтобы не думать до вечера о Саиде, я писал книгу, осознавая, что получалось довольно таки не плохо. И хоть мне было далеко до великих писателей, все же у меня были достойные работы, которые пока просто никто не признал еще.

Но я верил в свою мечту, сделав ее целью, и поэтому я не позволял себе усомниться в своих трудах.

             ***

Вечером Николь пошла на встречу к Тремору, заранее уведомив об этом меня.

– Пожалуйста, будь осторожнее, – написал я. – И прошу, пусть это продлиться не долго, не заставляй меня переживать, хоть я и так не буду находить себе место, пока ты будешь там с ним.

– Томас, все будет хорошо, – успокаивала она меня. – Все что я делаю сегодня, это только ради нас.

Я не ожидал такого прочитать, я думал, они опять будут обсуждать что-то касаемо детей.

– Ты уверена в этом? – спросил я.

– Как никогда раньше, – ответила она. Я не стал больше допытывать ее, зная, что вскоре она сама все расскажет мне. Нужно лишь подождать немного.

Когда солнце ушло за горизонт и на улице начало смеркаться, мой телефон зазвенел.

– Томас, – проговорил Саид. – Я хочу встретиться с тобою.

– Через четверть часа, на нашем месте, – сказал я.

Сегодня нежелания идти на встречу, у меня не было, ведь мне было важно, какое решение он принял, и что собирается делать дальше.

Я смотрел постоянно в свой телефон, ожидая сообщения от Николь, как же я хотел, чтобы она уже оказалась дома. Да где угодно по сути, лишь бы подальше от Тремора.

В голову стали лезть бредовые мысли, которые я сразу пытался отогнать. Хоть у меня и не получалось этого сделать.

Дойдя до места встречи, я увидел стоящего Саида. Эта была редкость, когда он приходил раньше меня.

При встрече мы снова обнялись, наверно не смотря на все наши разногласия, мы все равно остаемся друзьями.

– Я так понимаю, ты уже решил что-то? – спросил я.

– Да Томас, Сабрина покинула наш город, я только приехал из аэропорта.

– Неожиданный исход, – ответил я.

– Наверное, единственно правильный в данный момент. Хоть я хотел ей помочь, я прекрасно осознавал, что данную сумму мне не под силу будет собрать в такие короткие сроки.

– И ты просто отправил ее одну? – спросил я, зная, что на него это совсем не похоже.

– По какой-то счастливой случайности, – ответил Саид. – Объявился ее родственник, довольно богатый. Он обещал помочь ей с деньгами, поэтому она поехала в его город.

Как не странно, проблема и вправду решилась довольно таки легко.

– Что ты теперь намерен делать? – спросил я.

– Теперь мне нужно вернуться домой, и я не знаю, как меня примут.

– Они ждут, – ответил я, зная, как сильно сейчас переживает его бабушка.

– Мне стыдно за то, что я причинил вам всем такие страдания, – начал извиняться Саид. – Просто когда я с ней, я словно теряю голову, начиная делать необдуманные поступки. Мною тупо управляют чувства.

– На какой ноте вы расстались? – спросил я, надеясь, что она больше никогда не явиться в наш город, и не станет снова портить жизнь Саиду.

– Она обещала вернуться, после того как все это закончится, – после этого Саид тяжело выдохнул. – Но мне кажется, она не вернется.

– Так будет лучше, – хоть я и знал, что не такой ответ он ожидал от меня услышать, все же я сказал именно это. Ведь так будет гораздо правильнее.

– Возможно, ты прав, – обреченно проговорил он, делая последний затяг сигареты. – Прости меня Томас, что я нес тогда какой-то бред. Я не хотел этого.

– Я знаю.

– Ты сделал для меня очень много, и я ценю это, – и в эту секунду с его глаз текут слезы.

Не став ничего ему отвечать, я лишь крепко обнял его, давая понять, что я не держу зла.

– Я рад, что у меня есть такой друг, – проговорил он.

– Я тоже, – ответил я.

Мы решили покурить по последней сигарете, Саид продолжал переживать, как примут его родные.

– Все будет нормально, – подбодрил его я. – Они ждут, как бы этого они не показали, они будут рады видеть тебя наконец-то дома.

             ***

По дороге домой, я снова пялился в телефон, надеясь, что Николь напишет с минуты на минуту, но сообщения так и не было. Посидев на одинокой лавочке, я продолжал ждать, ведь прошло уже несколько часов с того момента, когда она пошла к нему.

Что можно обсуждать так долго, с человеком, с которым тебе больше не по пути?

Когда холод стал совсем невыносимым, я заставил себя вернуться наконец-то домой. Приняв горячий душ, я накинул на себя махровый халат, и рухнул на диван.

– Как все прошло? – написал я Саиду.

– Бабушка с порога обняла меня, – написал он, и я искренне улыбнулся. – Я попросил прощение, за что она просто взяла с меня обещание, что такого больше не повториться.

– Она мудрая женщина, – добавил я.

– Я знаю, – после небольшой паузы, Саид возобновил нашу переписку. – За все это время я так и не спросил как у тебя дела с Николь.

– Все хорошо, – сухо ответил я, не желая обсуждать с ним ее. И хоть я не держал уже такого зла на него, но тема, что касалась о Николь, теперь навечно будет под табу с Саидом.

– Тебе Милана так и не звонила за все это время? – вдруг неожиданный вопрос задает Саид.

– Нет, а разве должна?

– Просто за все эти дни, она так и не разу не ответила на мой звонок, – скорее всего, он просто хотел занять у нее деньги для Сабрины, почему то подумал я в тот момент. – В социальную сеть она не заходила уже несколько дней. На нее это совсем не похоже.

– Может, нашла просто себе кого-то? – решил внести здравый смысл я.

– Я боюсь, что она ушла из дома…

– С чего ты решил, что она может решиться на такое?

– Помнишь, я говорил тебе, что той ночью на последней вечеринке, мы долго говорили с ней, когда она еще плакала.

– Помню.

– Она сказала, что ее часто посещают такие мысли, чтобы покинуть дом. Убежать одной куда-то подальше. Чтобы ее никто не мог найти, – через небольшую паузу он дописал дальше. – Точнее чтобы ее начали искать. Тем самым она хочет почувствовать, что нужна хотя бы кому-то.

– Зачем ей это?

– Наверное, просто понять, начал бы ты искать ее Томас, или нет…

Я только захотел ответить ему на это, как вдруг в телефоне раздается входящий звонок от Николь, не мешкая не секунды, я сразу отвечаю ей.

– Ты уже дома? – спросил я, чтобы окончательно успокоиться.

– Да, все хорошо Томас.

– Как все прошло?

– Как ни странно, довольно таки замечательно. Он наконец-то понял меня.

– Рад это слышать, – с некой злостью проговорил я.

– Не злись Томас, ведь все это было только ради нас.

– О чем это ты?

– Я решила подать на развод, – проговорила радостно Николь. И хоть я не просил ее об этом, все же я безумно ждал именно этого момента, когда официально станет только моею. – И это станет нашим следующим «завтра»…

       Часть

ТРЕТЬЯ

Глава 21.

Господи, как же я ее полюбил, наверное, только Ему одному это известно. Я не находил себе место, когда ее не было рядом. Ни на секунду, я не переставал думать о ней. Мне не хватало ее, как не хватает порой воздуха. Мне было больно даже думать, что когда-нибудь она покинет меня.

Чтобы ни сделала она дальше, я приму каждое ее решение, наверное, это и есть любовь, когда ты готов столкнуться с неизбежным.

Я люблю слушать ее голос, когда она в телефонной трубке говорит часами. Неважно, что исходит с ее уст, мне нравилось, когда она делилась со мною своим прошлым.

Она показывала мне жизнь до меня, я рассказывал жизнь до нас.

– Знаешь, так часто случается, что, то, что ты ищешь, ищет и тебя, – проговорила Николь уже полусонным голосом. – Значит, мы сделали правильный выбор, когда нашли друг друга.

– Я всегда искал тебя, – ответил хрипло я. – И единственное о чем я жалею, что так долго не мог найти.

Почему-то в этот момент я вспомнил слова Дубль Гана, и решил процитировать их ей.

– Порой мне кажется, что наши с тобой отношения – это какой-то гребаный эксперимент.

– Иногда, я тоже думаю так, – призналась она. – Словно двух разных людей, которые изначально были созданы друг для друга, жизнь раскидала на несколько лет. Вселенная делала все возможное, чтобы наши истории были написаны совсем по-другому. Чтобы наши дороги разошлись. Но все же мы вместе. И если это окажется экспериментом, я хочу знать, чем все это закончиться.

– У тебя есть мысли, что нас ждет дальше?

Николь замолчала, и я понял, что ответа просто нет.

– Мы создали наше «завтра», скоро будет развод, – обречено проговорила Николь. – Это все, что у нас есть сейчас.

Тремор, как ни странно довольно легко согласился разорвать их узы брака, по крайне мере, он всем своим поведением пытался показать это.

– Если однажды нас не станет, – я не успел договорить, как она сразу остановила меня.

– Прошу, не говори так… От этого становится так больно.

– Просто ты должна знать, что ты лучшее, что было со мной.

– Я делала много ошибок по жизни, каждый день практически не обходился без них, – я услышал, как она улыбнулась через трубку. – Но я рада, что тогда я допустила «ошибку», подойдя к тебе…

– Ошибку, которую мы хотели совершить с самого первого дня, когда увидели друг друга.

– Однажды это может обратиться против нас, – на выдохе проговорила она.

– «После» при любом раскладе обернется болью, которая задушит нас, и от этого нам не уйти.

– Мы словно сами создаем свою боль заранее, идя на все это.

– Так и есть, – обреченно подтвердил ее слова я. – Но однажды, когда в моей жизни не было ничего. Ни эмоций, ни чувств, ни какой радости, именно в тот момент, кто-то свыше, мне тебя пообещал. И вот теперь ты рядом, то, что я искал всю свою гребаную жизнь. Я должен был бы быть рад, но словно что-то не дает мне насладиться тобою полностью.

             ***

Милана так и не объявлялась за все эти дни. Дома она не ночевала уже третьи сутки. Родители обратились в полицию, но поиски так и не увенчались успехом, ее словно никогда и не было в этом мире.

Из всех социальных сетей она удалилась, не оставив ни одной зацепки, где ее искать.

– Ты ведь знаешь, что ее поступок, останется на твоей совести? – проговорил Саид, голосовым сообщением.

– В чем ты меня обвиняешь? Я не просил ее влюбляться. Не просил, испытывать чувств. Она сама пожелала этого, я не давал ей никаких шансов, – и хоть это звучало грубо, все же именно так я решил ответить ему. Я не испытывал никакого переживания.

– Ты ответственен за ее чувства. Чтобы ты ни говорил, ты сам все это время пробуждал любовь в ней.

– Это было неосознанно, – написал я, и откинул телефон в сторону. Но через считанные секунды, Саид позвонил мне по видеосвязи.

– Ты сейчас серьезно? – проговорил он, продолжая всматриваться в мои глаза. – Томас, те ночи, которые ты дарил ей на наших совместных вечеринках. Те, эмоции которые она переживала с тобою. Все слова, все прикосновения. Ты ведь знаешь, до Николь, ты часто нарушал грань с Миланой.

– Ты про то, что мы с ней спали? – спросил риторически я. – Она ведь тоже этого хотела.

– Или ты так только хочешь думать, чтобы оправдать себя. Она влюбленная девушка, которой больно. Конечно, она готова была отдаться тебе полностью, чтобы ты только был рядом.

– Она мне нравилась, но я никогда не испытывал к ней, чего-то большего.

– Было бы хорошо, если бы это было бы взаимно. И у нее, кроме симпатии не зародилось бы ничего большего.

– Я даже целовал ее по привычке, лишь потому-то многих целовал. И она это знала, что я ни с кем не встречаюсь, – я осекся, и решил себя подправить. – Точнее не встречался.

Я чувствовал некую вину перед Николь, за то, что сейчас обсуждал за ее спиной совершенно другую девушку.

– Ты звонил ей? – спросил наивно Саид, зная заранее ответ.

– Ты ведь знаешь, что нет.

– Она не отключала телефон, просто не отвечает ни на чьи звонки. Ни мой, ни родителей, ни подруг. Я думаю, ты единственный Томас, кого она сейчас бы хотела услышать.

– Бред, – проговорил я, чувствуя, как горлу стал подступать ком. Наверно я просто не хотел нести ответственность за нее…

– Она полюбила тебя, хоть ты и вел себя с ней как поддонок. Грубил, изменял, ты всегда подсмеивался над ее чувствами.

И в эту секунду, я наконец-то стал отвечать откровенно.

– Я хотел, чтобы она разочаровалась во всем этом…

– Разочаровалась? – переспросил Саид.

– Думал, это ее оттолкнет, если я буду вести себя как мудак. Я хамил не потому что хотел, а потому что так было бы лучше. По крайне мере для нее.

Мы всегда ответственны за чувства других – «Мы ответственны, за тех, кого приручили».

– Я хотел, чтобы она разочаровалось во мне, в чувствах, во всем, что было связанно со мной. Мне важно было, чтобы она смогла понять, что я не тот, кто достоин ее чувств.

– К сожалению, это единственное, что мы не можем контролировать. Мы не выбираем, кого любить. Это происходит неосознанно.

В этом момент я закурил, начиная медленно выпускать дым на свежий воздух.

– Я знаю, ты всегда хочешь казаться самовлюбленным эгоистом, точнее, так тебя видят большая часть людей. Но ты ведь совершенно не такой, если бы тебе было бы плевать на Милану, мы бы с тобой сейчас даже об этом не говорили.

– Что ты хочешь, чтобы я сделал?

– Позвони ей, найди ее, верни обратно домой.

– А если она не поднимет? – задал глупый вопрос я, наверно лишь только для того, чтобы оттянуть момент. – Не захочет говорить со мной? Чем я лучше тебя или остальных, кто каждый день так навязчиво звонит ей.

– Не лучше, – ответил на выдохе Саид. – Но весь ее побег и заключался в этом. Проверить, нужна ли она тебе.

– Я все равно не смогу дать ей того, чего она хочет.

– Для начала верни ее домой, а с остальным мы будем разбираться дальше.

В ответ я лишь кивнул ей головой, после чего сбросив видео звонок, я продолжил докуривать тлеющую сигарету.

             ***

Зайдя с холодного балкона, я зашел в свою комнату и лег на диван. Из головы никак не выходил вопрос; «как мне поступить?».

Каждый раз, когда я что-либо делал, я всегда надеялся, что это «правильно». Каждый мой поступок был оправдан, я думал, что делаю только лучше.

Но все было совершенно по-иному…

      Влюбляя кого-то в себя, ты несешь ответственность за чувства другого.

И хоть ты не обещаешь ничего, ты все равно становишься виновником переживаний другого. Это неизбежность, в которую ты тянешь кого-то, и поглощаешься сам.

Взяв в руки телефон, я набрал номер Николь. Через несколько гудков, она ответила.

– Я соскучился, – проговорил сразу же я, первое, что я испытывал сейчас.

– Сильнее, – ответила она, и словно почувствовала, что со мной, что-то не так. – У тебя все хорошо Томас?

– Вполне, – соврал я, не став скидывать этот груз на нее. – Можно я приеду к тебе?

– Конечно, – ответила она, хоть мы и не планировали встречаться сегодня, все равно каждая встреча была желанной. Даже если это происходила спонтанно.

Поговорив еще несколько минут, я накинул на себя теплые вещи, и выбежал из дома. Ждать автобус не было никакого желания, поэтому я набрал номер такси, а уже через несколько минут, машина увозила меня как можно дальше от самого себя…

       ***

– Я говорил тебе, что люблю тебя? – проговорил я, продолжая всматриваться в ее глаза, словно пытаюсь навечно запомнить их.

– Нет, – ответила она, и сразу же мило засмеялась. В предвкушение снова услышать от меня, три заветных слова.

– Я тебя люблю, – произнес я, впиваяясь жадно поцелуем в ее сочные губы.

– Спасибо, что приехал, мне так тебя не хватало, – она как можно крепче обняла меня.

– Как там девочки наши?

– Пока дома с мамой сидят.

– Тремор не стал их забирать на выходные?

– Нет, у него появились дела поважнее, – ответила она, и у нее сразу же пропало настроение.

– Тогда пойдем к тебе? – предложил я. – Будем играться с детками.

– Ты и вправду этого хочешь? – она мгновенно взбодрилась.

– Хочу? – переспросил я. – Я не могу без своей семьи, если быть точнее.

И хоть пока я не был официально частью того дома, в который мы так плавно стали направляться, все же, почему-то я привыкал к этой семье, и так безумно хотел быть отцом для них всех.

– Может, зайдем в магазин? – проговорил я. – С пустыми руками не правильно будет приходить. Девочки ждут наверно подарков.

– Ты идешь к ним, поверь, это лучший подарок, который может быть только…

       Глава 22.

Я удивился, когда при встрече ее мама обняла меня.

– Я так ждала тебя Томас, почему ты редко к нам приходишь? – любезно проговорила она.

– К сожалению очень много работы, – ответил я, ведь в последнее время, я и вправду проводил слишком много часов, в месте, от которого мне становилось так тошно.

– Переезжай к нам, живите с Николь и детьми вместе, так будет правильнее.

– Еще слишком рано, – ответил я, хоть и желал этого больше всего.

Она улыбнулась, глядя на меня. Как же мне было приятно, что она приняла меня в этот дом, и так тепло всегда встречала. Но самое главное, она всегда ждала меня, когда я приду.

– Проходи уже Томас, – добавила она. – Я пока накрою на стол.

– Горячего кофе будет вполне достаточно, – любезно сказал я, не желая утруждать ее. Но в тот момент, мне нужно было согреться, после сильного мороза.

Когда я зашел в общую комнату, девочки, как ни в чем не бывало, продолжали смотреть мультфильм по огромному телевизору, что весел на стене.

– Привет, – проговорил я, как можно сильнее смягчив свой голос.

– Я думала, это папа пришел, – проговорила Милиса, после чего обидчиво отвернулась в сторону.

Милисе приходилось, наверное, труднее всех. Она была постарше, и чувствовала вину, перед Тремором, когда я посещал их дом.

В то время, Алиса подошла ко мне, и, протянув свои руки, давала понять, что хочет в мои объятия. Без труда подняв ее, я так нежно обнял ее, после чего она сама поцеловала робко и по-детски меня в щеку.

– Привет Томас, – сказала она. – Тебя долго не было? Ты больше не любишь меня?

Я опешил на секунду от такого вопроса, от ребенка которому всего было три года.

– С чего ты это взяла? – спросил я, улыбнувшись ей краем рта. – Просто к сожалению во взрослой жизни, времени очень мало, чтобы проводить его как можно больше с теми людьми, которые тебе не безразличны.

После этого я увидел на столе, различные рисунки, и сразу решил перевести тему.

– Это ты нарисовала? – спросил я, начиная восхищаться детскими работами. – Разреши мне взглянуть на них?

После этого Алиса, спустилась с моих рук, и сама стала хвастаться, что нарисовала.

– Вот это мама, – проговорила она. – А вот я и Милиса. – Затем немного задумавшись, она добавила. – Я забыла…

Она и вправду сразу же погрустнела в лице.

– Что ты забыла? – спросил я, продолжая смотреть на нее.

– Нарисовать тебя, вместе с нами.

На душе словно расплылось тепло.

– Ты можешь сейчас дополнить свой рисунок, и нарисовать меня, пока я рядом.

Она сразу стала доставать все цветные карандаши со своего пинала.

В эту секунду, Милиса обидчиво подошла и забрала все свои рисунки со стола, чтобы я не смог их рассмотреть.

– А я рисовала папу, – сказала она, и ушла в другую комнату.

Николь, которая все это время наблюдала за нами в дверном проеме, сразу же помрачнела в лице.

– Ей гораздо сложнее, принимать меня, – шепотом проговорил я.

– Она старше и понимает, что происходит на самом деле, – ответила Николь. – К чему все это ведет.

– Она знает о разводе?

– Да, она слышала об этом, когда мы с мамой говорили. Она думает, что после этого развода, Тремора не станет с нами. Я пыталась ей объяснить, что ничего не изменится. Что папа будет приходить каждые выходные и забирать вас с собою. Но она убеждена в другом.

– Мне жаль, – ответил удручающе я, осознавая, что ломаю, по сути, детскую психику, врываясь в эту семью.

– Семьи не было давно, – Николь словно прочла мои мысли, ответив сразу на них. – Даже если бы тебя не было, все равно все шло к разводу. Ведь Тремор обязательно бы нашел себе другую и сам бы стал инициатором, чтобы разорвать наши узы брака.

Я подошел к ней, и как можно крепче обнял ее.

– Я нарисовала, – вдруг раздался возглас Алисы.

Мы сразу подошли к ней, чтобы посмотреть результат ее работы.

– Вполне похожи, – проговорил шуточно я, пытаясь из неких каракуль найти, что-то общее со мной.

– Одно лицо, – решила подыграть мне Николь. – Именно в такого тебя, я и влюбилась.

После этого мы все дружно засмеялись.

– Я дарю тебе этот рисунок, – проговорила Алиса, протягивая мне лист. – Чтобы ты всегда, когда будешь скучать, мог смотреть на него и вспоминать нас…

             ***

Это очень сильно тронуло меня, чтобы сдержать свои эмоции, я как можно крепче сжал в своей руке ладонь Николь.

– Спасибо тебе, – смог лишь выдавить из себя я, ведь к горлу подступил ком.

Алиса продолжила раскрашивать свои старые рисунки, в то время, как мы с Николь помрачнели в лице.

Ведь Алиса неосознанно сказала, именно то, чего мы так боимся. Что все это лишь временно, и когда-то и вправду, все, что у меня останется от этой истории, будет этот немного неуклюжий, но нарисованный с любовью портер семьи, которой так и не состоялась.

– Кофе готово, – проговорила Николь, решив немного оклематься от того, что произошло.

Мы вышли на кухню, и сели друг против друга.

И хоть стол был напичкан различной едой, мне совершено не хотел кушать. Я взял горячую кружку в свои руки, и стал делать медленные и порывистые глотки.

– Я не ожидал услышать от нее такого, – признался я.

– Увы, но я тоже, – Николь опустила свои глаза. – Как то стало грустно, от того, что все это когда-то закончится.

– Наверное, только сейчас мы поняли это.

– Но ведь еще ничего не кончено, – Николь пыталась взбодриться. – Мы ведь обещали, что будем рядом всегда, как бы нам не было сложно. У нас есть «завтра», и скоро будет «после», мы не можем так просто сдаться и проиграть.

– Это не игра, в которой главное выиграть.

– Тогда что это?

– Это то, что причиняет нам страдания, – я поднял на нее свои глаза, после чего положил свою руку на ее холодную ладонь. – Я не хочу, чтобы тебе было больно. Да, ты подала на развод, но дети переживают из-за этого. Значит, вскоре это начнет бить по тебе.

– Что ты предлагаешь?

– Все зашло слишком далеко…

Я встал и вышел в подъезд, закурив сигарету, я пытался подавить ее ком, что сжирал мое горло.

С кармана я достал рисунок Алисы, и улыбнулся до боли грустной и разбитой улыбкой. Услышав шаги сзади, я повернулся и увидел Николь, которая вышла вслед за мною.

Выбросив недокуренную сигарету на холодный бетон, я подошел к ней, и, обняв ее как можно крепче, я впился в ее губы.

– Прости, – сквозь поцелуи проговорил я. – Я просто хочу, чтобы тебе не было больно.

– Томас, с тобою может быть больно, но без тебя, мне будет больнее гораздо хуже.

– Пора бы уже выбросить эти мысли из головы, и просто наслаждаться тем, что у нас есть сейчас.

– Наконец-то, ты это понял, – сказала она, и улыбнулась. – Пойдем обратно, не хочу тратить время, которое нам дано, чтобы мы могли провести его вчетвером.

             ***

– А куда вы ходили? – спросила Алиса, как только мы зашли обратно в общую комнату.

– Нам нужно было поговорить, – ответила Николь. – Так, что ты нарисовала тут?

Николь стала внимательно рассматривать рисунки.

– Какая ты молодец, – проговорила она, видя, как ее ребенок развивается с каждым днем все сильнее.

– Чем будем заниматься? – Алиса почему-то задала этот вопрос мне.

– А чем бы ты хотела?

– Я хочу научиться танцевать, – ответила она.

– Значит, у нас будет дискотека, – проговорил я. В это мгновенье Николь включила на телевизоре музыку, и, отключив свет, мы взялись втроем за руки и стали кружиться в полумраке, начиная небрежно трясти руками.

– Вот теперь ты танцуешь, – проговорил я, после чего мы продолжился беситься, создавая вид, словно и вправду танцуем.

В эту секунду, в комнату зашла Милиса, и видя, чем мы занимаемся, она заревновала, что все веселье проходило без нее.

– Можно с вами? – робко проговорила она.

– Нужно, – ответил я, протягивая ей свою руку. И хоть она долго сомневалась, все же в итоге протянула свою ладонь. Мы встали в круг и продолжили дурачиться.

Алиса стала подпрыгивать, начиная сильно топать, но, не смотря на сильный шум, она стала наконец-то понимать такт музыки.

– У тебя хорошо получается, – поддержал ее я, после чего взял ее на свои руки и стал поднимать к потолку.

И вскоре Милиса, сама попросилась в мои объятия тоже.

Музыка играла довольно долго у нас, мы решили забыть о всех проблемах, и просто наслаждались мгновением бесконечности, что так сближало нас.

             ***

Через несколько часов, детки полностью обессиленные, легки на свои кровати.

Я подошел к Алисе, накрыв ее теплым одеялом, я поцеловал ее в щечку.

– Доброй ночи, – шепотом проговорил я.

– Ты еще придешь к нам? – спросила сонно она, продолжая лежать с закрытыми глазами.

– Обязательно, это был наш не последний танец.

– Мне понравилось танцевать, – призналась она.

– Это было замечательно.

– Только не пропадай, папа, – сказала она, после чего повернувшись лицом к стене, мгновенно заснула.

По телу пробежали мурашки, от ее слов. Она впервые назвала меня отцом, а это значило многое… Гораздо больше, чем я мог себе тогда представить.

       Глава 23.

Я стал покидать их комнату, боясь нарушить тишину, чтобы не пробудить их ото сна.

Как вдруг, Милиса, позвала меня:

–Томас, – она выждала паузу, перед тем, как произнести эти слова. – Я рада, что ты появился у мамы.

– Спасибо, – проговорил я, остановившись на пороге.

– Но я не хочу, чтобы мама перестала общаться с папой. Пусть они будут хотя бы друзьями.

– Так и будет, – после этого я ударил слабо кулаком об стену.

– Обещаешь? Что я буду видеть папу?

– Обещаю, – сказал я, видя, как она накрылась одеялом, давай понять, что это все, что она хотела сказать мне.

Я снова вышел подавленным из комнаты, и просто упал в объятия Николь.

– И так происходит каждый день, – проговорила она, жалея, что я увидел всю эту картину, которую ей приходиться переживать день изо дня.

– Это тяжело, как ты справляешься с этим? – хрипло выдавил из себя я.

– Ради тебя Томас, все только ради нас…

Я уткнулся в ее шею, начиная снова дышать ей. Словно ее запах содержал болеутоляющий газ, который заберет всю мою любовь.

Взяв меня за руку, она повела меня на кухню, но перед этим, она закрыла дверь в комнату, в которой сладко спали уже девочки.

Мы присели друг напротив друга, продолжая также держаться за руки.

Увидев свой недопитый кофе, я сделал несколько порывистых глотков, хоть он давно уже остыл, и потерял свой насыщенный вкус.

– Сегодня был замечательный день, – проговорила Николь. – Спасибо, что захотел прийти к нам в дом. Надеюсь, это не последняя наша дискотека, – после этого она мило улыбнулась, и снова заставила меня, в который раз влюбиться в нее.

– Я хочу тебя, – проговорил я, хоть и осознавал, что это сейчас невозможно. Но говоря, эти слова, я подразумевал наверно в них все: «я люблю тебя», «я скучаю», «ты мне нужна» и еще множество чувств, которые я испытывал постоянно к ней.

– Я говорила, что люблю тебя? – проговорила она моими словами, с которых я начал сегодняшний вечер.

– Вроде нет, – я не смог сказать это серьезно, поэтому сразу же улыбнулся. И хоть я слышал от нее множество раз эти слова, наверное, они никогда не надоедят мне сказанные именно с ее уст.

Ведь пока она говорит, что любит, я остаюсь быть счастливым. Чувствую, что я и вправду кому-то нужен. И что самое главное, я не чувствую, что больше одинок…

– Как у нас успехи с книгой? – спросила она, продолжая принимать участие в моем хобби, которое плавно перерастало во что-то большее. – Я нашла хорошее издательство, мы можем издать несколько экземпляров, хотя бы для нас двоих.

– Я был бы рад, подарить тебе такой подарок, написанный и самое главное принятый тобою.

– Тогда едем в издательство, делаем тебе авторское право, подписываем договор и издаем твои труды.

– Как же я хочу скорее дотронуться до своей мечты, – проговорил я, представив на секунду, как в руках держу изданную мною собственную книгу.

– И вскоре твой талант, оценят многие, я в этом уверена.

– У меня нет таланта, я просто слишком много работал над этим.

– Возможно, но ты одарен, пусть это будет талант или нет, неважно, но ты особенный Томас.

– Я бы отдал весь свой талант и все свои книги, лишь только за то, чтобы мы всегда могли с тобою сидеть так оба на кухне. Держаться за руки, и строить совместно наше с тобою «завтра».

Она сильнее сжала мою руку.

– Я готов отказаться от всемирного признания, хоть и жаждал этого все свои осознанные годы. Лишь бы ты, ждала меня всегда дома. Хотела бы засыпать со мной. Хотела и меня. Мне было бы важно, знать с какой любовью ты готовила бы мне ужин. Боясь пересолить, чтобы не испортить вкус, – я слабо улыбнулся, осознавая в каких простых вещах, оказывается, скрывается счастье. – И даже если бы это было бы настолько ужасно, я бы все равно все съел, и поблагодарил бы тебя за прекрасный ужин.

Николь засмеялась, продолжая держать мою руку.

– Я хочу быть гораздо лучше, чем я есть, – продолжил я. – Потому, что ты заслуживаешь лучшего. Я хочу расти в твоих глазах и становиться особенным, чтобы ты всегда могла бы мной гордиться. Мне важно, чтобы глядя на меня, ты всегда бы с восхищением смотрела в мои глаза. Чтобы никогда ты бы не смогла усомниться во мне, чтобы я не сделал, ты бы всегда знала, что все это только ради тебя.

С глаз Николь скатилась слеза, я сразу же тыльной стороной ладони вытер ее, после чего продолжил всматриваться в ее прекрасное лицо.

– Книга, это только начало, что я создаю для тебя. Я буду писать о тебе, про тебя, для тебя, чтобы ты всегда, в любой момент могла бы взять книгу, и в каждой главе, на каждой странице, в каждом абзаце и предложение, ты смогла бы прочитать между строк о том, как сильно я тебя любил…

             ***

Спустя час, я начал вызывать себе такси, так как утром Николь рано вставать на работу, и ей необходимо было выспаться перед началом трудовой рабочей недели.

Она вышла со мною в подъезд, решив проводить до лифта. Подходя к дверям, я знал, что таксист уже ждал меня, но я не мог уйти, не насытившись ею. Я резко повернулся, прижав ее к стене, я жадно впился в ее губы. Руками я стал сжимать ее грудь, просунув свои ладони под ее футболку. Чувствуя, какая она теплая, я не смог удержаться и стал облизывать ее сосок. Мне нравилось, когда она была без лифчика, в такой уютной домашней одежде. Она словно становилось настоящей.

– Не заводи меня на ночь, – шепотом промолвила она. Но я словно ее уже не слышал, я просунул ей руку в штаны и сжал сильно ее ягодицы, снова начиная целовать, такие родные и вкусные губы.

Я чувствовал, как мои джинсы стало распирать от нахлынувшего возбуждения, я хотел взять ее в этом подъезде и насладиться ею.

Свободной рукой, я тоже вошел в ее штаны, проводя медленно пальцами по выбритому лобку. Дотронувшись до клитора, я услышал сдержанный ее стон сквозь зубы.

– Зачем ты мучаешь меня? – спросила она, и снова застонала. Каждое мое прикосновение издавалось ее тяжелым дыханием.

Проведя пальцами по половым губам, я просунул в ее промежность один палец, ощутив какая сильная влага, стала выделяться мгновенно.

Я пытался довести ее до оргазма, продолжая мастурбировать ей своими длинными пальцами. И через несколько минут, волна удовольствия нахлынула, сопровождаясь сильными судорогами всего ее тела.

Она сильно выдохнула, после пика наслаждения.

– Доброй ночи, надеюсь теперь, ты сможешь уснуть хорошо, – проговорил я, улыбнувшись самодовольной улыбкой.

– Это было восхитительно, – так и не отдышавшись, сказала она. Затем, она, продолжая смотреть расширенными зрачками в мои глаза, она стала руками расстегивать мой ремень.

– Не надо, – проговорил я, ведь уже несколько раз автоответчик звонил, говоря, что меня ожидает машину внизу.

– Как ты себя успокоишь? – проговорила она, пальцами касаясь выпуклоности на моих джинсах.

Я театрально достал сигарету, и, прижав ее губами, дал понять, что никотин успокоит меня.

– Я хочу тебя нормально, войти в тебя, прочувствовать, а не просто снять напряжение. В эту секунду лифт снова приехал на наш этаж, я поцеловал ее в губы, я попрощался с ней, вздохнув запах страсти напоследок, что продолжал витать в этих подъездных стенах.

             ***

– Я могу покурить в машине? – спросил я, когда водитель продолжал гнать по опустошенной ночной дороге.

– Конечно, не угостишь? – проговорил он.

Я, молча сразу же достал две сигареты, а затем мы одновременно закурили, открывая немного окна.

– Все никак не могу избавиться от этой дурной привычки, – сказал водитель, делая жадные вздохи никотина в себя. – Чтобы не срываться, перестал покупать себе сигареты, но каждый раз срываюсь, когда вижу, кого-то кто курит.

      Я, с начала, делал вид, словно не слушаю его, терпеть не мог, когда водители навязчиво начали темы для разговора. Но через считанные секунды, я вдруг стал внимательно слушать его.

– Хоть курю я недолго, наверно даже года еще нет. С детства был спортсменом, всегда поддерживал свою форму. Ни алкоголя, ни никотина в моей жизни не было долго. Но именно они вошли в мою жизнь, когда не осталось больше никого.

Водитель словно вел монолог, и ему неважно было, слушаю я или нет. Он продолжал смотреть прямо на дорогу, хоть его взгляд блуждал где-то совершенно далеко.

– Что случилось с вами? – спросил я, выпуская дым в ледяной воздух.

– Сначала жена стала изменять мне на стороне, потом потребовала развод. Затем началось самое ужасное, дележка нашего семилетнего сына. Самое страшное, что это касается всегда детей. Ребенку всегда нужны родители, оба, какие бы они не были. Нельзя разрушать их детские мечты и взгляды на эту жизнь.

– Вы согласились на развод?

– У меня не было особого выбора, даже если бы я простил ей измену, я знал, что это будет продолжаться снова и снова.

– Вы часто видитесь с сыном?

– Раз в две недели, и он стал меня потихоньку забывать. Это страшно, когда ты приходишь к нему, а он называет тебя дядей.

На секунду мне показалось, что это поездка, не просто нелепое стечение обстоятельств. Словно этот мужик был послан мне свыше, чтобы показать разбитую судьбу, к которой я постепенно подталкиваю Тремора.

– Если была бы моя воля, я бы лично придушил каждого подонка, который разрушает чужие семьи. Особенно когда в этих семьях уже есть дети.

– Они хоть продолжают сожительствовать вместе?

– Конечно нет, ни один любовник никогда не станет частью другой семьи. Как бы он не пытался строить из себя отца, этого недостаточно, чтобы стать им по-настоящему.

– Мне жаль, что у вас случилось такое, – проговорил я, как только мы доехали наконец-то до моего адреса. Заплатив за поездку, я стал покидать машину, пока водитель не окликнул меня.

– Не угостишь еще одной сигаретой?

Взяв пачку в руки, я полностью отдал ему ее, и на прощание кивнул лишь головой.

Глава 24.

Проходя по аллее, я видел, как снег хлопьями падал на фоне светящих фонарей. Подойдя к одинокой лавочке, я стряхнул с нее белый покров, и присел на самый край.

Взяв в руки телефон, я удивился огромное количество сообщений. Открыв WhatsApp, я зашел в чат с Саидом.

«Томас, ты звонил ей? Прошли уже четвертые сутки, мы все на взводе. Прошу сделай это, разве это так сложно?»

Прочитав все остальные сообщения, в которых была одна и та же тематика «верни обратно Милану домой».

Зайдя в телефонную книгу, я долго не решался набрать ее номер, хоть и осознавал, что все зашло слишком далеко. Я думал, быть в стороне, никак не реагировать на ее поступки. Надеялся, что скоро она сама поймет, что все это бессмысленно. Но это затянулось, и скорее всего, продолжится. И тогда все будет только хуже.

Я набрал кнопку вызова, слыша затянутые бездушные гудки. Спустя несколько секунд, она все-таки ответила на звонок, но так ничего и не сказала мне в трубку.

– Привет, – проговорил я, в надежде, что она поприветствует меня, но она продолжила молчать. – Где ты сейчас находишься?

– Это неважно, – проговорила обидчиво она.

– Ты ошибаешься, это важно, дома родители не находят себе места, переживают за тебя.

– А ты?

– И я тоже, – проговорил я. – Иначе, я бы не набрал твой номер сейчас.

– Прошло уже четыре дня, а ты только вспомнил обо мне?

– Я никогда тебя и не забывал, – ответил я. – Мне было сложно позвонить.

– Ну, конечно, это ведь так трудно, набрать кнопку вызова, – иронично проговорила она. В то время как я решил оставить ее насмешку без внимания, ведь мои слова значили совершено другое.

– Мне было сложно, потому что я чувствовал перед тобой0 вину, и до сих пор чувствую. Я не знал с чего начать разговор, что говорить мне дальше.

– Одного звонка было бы достаточно, чтобы я поняла, что не безразлична тебе.

– Ты знаешь мое трепетное отношение к тебе.

– Тогда почему, ты не можешь хотя бы солгать мне, словно что-то чувствуешь?

– Так было бы не честно, мне бы приходилось всегда врать тебе. Ты бы выдавала желаемое за действительное, но это было бы совершено не так.

– Может, из этого мы смогли бы, что-то преумножить? – наивно спросила Милана.

– Невозможно создать то, чего просто нет…

– Неужели я тебе совершено не нравлюсь?

– Нравишься, ты безумно красивая девушка, которую хочется постоянно. Ты замечательный друг, что немало важно.

– Тогда почему с такой характеристикой я не могу стать для тебя любимой?

– Потому, что любимая у меня уже есть…

– Тебе и вправду так дорога она?

– Будь у меня хоть тысяча жизней, я в каждой искал бы ее…

Милана на миг замолчала, после чего тяжело выдохнула.

– Я рада, что с ней ты счастлив. Я слышу, как ты о ней говоришь, пожалуй, об этом мечтает каждая девушка. Но мы ведь можем остаться друзьями?

– В моей жизни, для тебя всегда будет место.

– Спасибо, – ответила робко она.

– Ты вернешься домой?

– Теперь да, – проговорила она. – Только сейчас я почувствовала себя полной дурой, что так поступила со своими родными. Ничто не может меня оправдать.

– Прости, – неожиданно проговорил я. – Что допустил, чтобы все это, зашло так далеко.

– Ты ни в чем невиноват Томас, – Милана немного взбодрилась в голосе. – Ты и вправду ни сделал ничего. Это я, наивно и бесповоротно влюбилась в тебя.

– Я могу приехать за тобой? – предложил я, чтобы сменить сразу тему.

– Спасибо, но не стоит. Утром я сама вернусь домой.

– Я могу чем-то помочь еще?

– Просто будь счастлив, и тогда и у меня все будет хорошо…

             ***

Я долго еще просидел на холодной лавочке, пытаясь прийти в себя от разговора. Я был безумно рад, что Милана достойно приняла мой выбор. И пусть она лгала, когда говорила это, все же, некий груз спал с моих плеч.

– Завтра утром она будет дома, – написал я сразу Саиду. – Предупреди ее родителей, чтобы не переживали больше. С ней все хорошо.

– Это правда? – сразу же ответил мне Саид. – Ты все-таки позвонил ей.

– Иначе я не мог…

Я встал с одинокой лавочки, продолжил идти домой, чтобы наконец-то согреться и просто закончить этот день.

Николь больше не заходила в социальные сети, и я был рад, что она уже давно и крепко спит. Я принял горячий душ, но затем сам погрузился в сон.

             ***

Пока Николь подправляла свою витрину с элитной кондитерской, я смотрел на нее со стороны, продолжая глазами ловить каждое ее движение.

– Я бы хотела, однажды встретить человека, который бы смотрел на меня так же, как ты смотришь на нее, – проговорила Крис, которая проходила мимо. – Она достойна тебя Томас, надеюсь, с ней ты счастлив.

Я промолчал, зная, что все это было сказано, лишь бы снова напомнить о себе.

– Она красивая, – добавила Крис, осознавая, что Николь совершеннее ее во всем.

– Самая лучшая, – лишь ответил я, и подошел к Николь. Я не осторожно взял ее за руку, после чего на ухо прошептал. – Я соскучился…

Она улыбнулась, стараясь, чтобы никто этого не заметил, ведь Николь была очень робкой и стеснительной.

– Хватит загонять уже меня в краску, – проговорила мило она.

– Что я сделал не так?

– Ты пристально наблюдаешь за каждым моим движением, мне становится неловко.

– Я не могу иначе, разве можно не смотреть на тебя?

– Вокруг полно народу.

– И что? – сказал я, ведь когда она была рядом со мной, все что происходило вне, становилось безразличным для меня. – Разреши мне тебя поцеловать?

– Ты с ума сошел? – сразу испугано проговорила она, оборачиваясь по сторонам.

– Я просто не могу сдерживать себя больше.

– Потерпи до вечера, – после этого она улыбнулась, и я видел, как она сама сдерживала себя все это время, что не прикоснуться к моим губам.

Желание работать не было абсолютно, поэтому я часто в этот день находился на курилке, продолжая лишь беспрерывно курить.

             ***

Прошло 3 недели.

Утром я как обычно первым же делом взял в руки телефон, чтобы пожелать Николь доброе утро.

– Доброе, – ответила мгновенно она.

– Как спалось Солнце? – спросил я, видя, что был уже одиннадцатый час.

– Я наконец-то выспалась, но это не самое важное. Сегодня я поеду забирать справки о разводе. Томас, наконец-то все это закончилась, теперь я официально только твоя.

Я улыбнулся, почувствовав, что утро и вправду бывает добрым.

– Ты даже представить себе не можешь, как я счастлив.

– Мы сделали наше «завтра», теперь самое время создавать новое.

– Заметила, чем больше мы осуществляем наше «завтра», тем больше, будущее становиться менее туманным.

– Именно, поэтому теперь мы должны что-то сделать для тебя.

– Какие есть предложения?

– Издать твою первую книгу, это будет хорошим началом твоего становления как личности.

– Спасибо, что сделала это целью.

– Мы должны издать ее, ведь твои труды не могут быть незамеченными.

После этого мы стали искать в интернете хорошие издательства, с которыми мы бы хотели начать работать. Перебрав множество из них, мы остановились на одном, которое было самым оптимальным и в качестве и в цене.

Записав адрес, мы договорились съездить вечером и отвезти весь написанный мною материал.

Перед тем как я все скинул на флешку, я еще раз восхитился обложкой, которую Николь заказала для меня.

Закрыв глаза, я все как можно скорее представлял момент, когда уже наконец-то смогу держать свою книгу в руках.

Мне пришлось написать еще свою автобиографию, чтобы получить авторское право на мое произведение.

Вечером мы поехали в издательство, перед этим мы встретились с ней в назначенном месте.

– Спасибо, что ты рядом в этот момент, – проговорил я, взяв ее крепко за руку.

Когда мы вошли в офис, нас вежливо встретила молодая девушка в строгом костюме.

– Добрый вечер, чем я могу вам помочь? – проговорила любезно она.

– Мы писали вам не электронную почту, хотели бы издать книгу, – ответил я.

– Вы же знаете, чтобы издательство начало с вами сотрудничать, вам придется дать на рассмотрение свое произведение, и в течение трех месяцев придется ожидать ответ. К тому же, с неизвестными авторами, наша компания редко сотрудничает.

– Я знаю, я бы хотел сделать все, за собственный счет.

– Это обойдется в приличную сумму.

– Ничего страшного, главное хоть на секунду дотронуться до своей мечты.

Она проводила нас в огромный кабинет, в котором сидела женщина средних лет. После того как я скинул им весь материал, мы долго заполняли кучу различных бумаг.

Очень много времени пришлось подписывать документы, на присвоение авторского права.

– Сначала ваша книга пройдет проверку на плагиат, только затем, мы сможем присвоить ему порядковый номер ISBN.

– Как долго будет проходить данная процедура?

– Рассмотрения длиться в течение десяти рабочих дней. После того, как вам присвоят авторское право, мы сразу приступим к напечатанию ваших книг, – после этого она еще раз внимательно просмотрела заполненный мною бланк. – Вы не указали тираж книг.

– Нам нужно всего лишь две, – я посмотрел на Николь. – Для начала этого хватит.

Она подсчитала формат книги, количества страниц, и в итоге предоставила чек.

Пройдя на кассу, я отдал довольно крупную сумму, но я не капли не сожалел, ведь это было началом моего становления.

       Глава 25.

Когда мы вышли, я ощутил дуновение счастья, свободы.

– Спасибо, что мотивируешь меня, – проговорил я, взяв за ладони Николь. – Спасибо, что веришь в мои труды, я надеюсь когда-нибудь, и ты полюбишь эту «вселенную» как полюбил ее я.

– Я и так погрузилась в нее, ведь там слишком много нас, – проговорила она, видя как улыбка, не уходила с моего лица, она сама непроизвольно улыбнулась, видя меня таким счастливым и радостным.

– Надеюсь когда-нибудь, мы также вместе придем сюда, чтобы издать наш совместный проект: «Мне тебя мало».

– Я буду всегда с тобою, даже если меня не будет рядом. Я буду чувствовать мгновения, когда ты искренне счастлив и реализуешь себя. Я всегда буду рада твоим победам.

– Без тебя, все будет совсем по-другому.

– Это не так, ты должен научиться верить в самого себя. Не нужно ждать чуда от меня или от других, пойми уже наконец-то, что ты есть – чудо.

В качестве благодарности за такие слова, я как можно крепче обнял ее.

– Теперь нужно подождать пару недель, надеюсь, ты справишься с ожиданием? – спросила шуточно она.

– Я так долго этого ждал, поэтому пару недель я как-нибудь смогу продержаться.

– Как проходят успехи в написание продолжение истории?

– Скорее всего, вторая книга не будет последней у этой саги. Я напишу трилогию, наверное, изначально, как и планировал.

– Главное не погружайся на одной вселенной, – проговорила Николь. – Я знаю, тебе будет сложно расставаться со своими героями, но ты должен создавать разные книги. Я хочу видеть тебя в разных жанрах, ведь я уверена, что в каждом из них, у тебя получиться найти свою линию.

– Я никогда не буду автором одной книги или одного жанра, но это сага просто для меня особенная. Она первая, это то, с чего я начал становиться личностью. Я словно сам рос с своими героями.

– Я рада слышать, как для тебя это важно.

– Это, наверное, просто все, что у меня есть.

                   ***

Мы зашли в небольшое кафе, и сели возле огромного окна. Мне безумно нравилось кушать в таких заведениях, наблюдая за суетой обычной жизни проходящих мимо людей и машин.

Мы заказали себе немного блюд и ждали, пока нам их приготовят. Официантка любезно принесла нам два горячих кофе, чтобы сократить немого наше ожидание.

– Спасибо, – проговорил я, взяв в руки две белые маленькие кружки.

– Хорошего вам вечера, – добавила она, после чего направилась обслуживать другие столы.

– Жаль, что мы редко выбираемся с тобой так, – проговорил я, продолжая пристально смотреть на нее. – Ты такая милая с такой прической, – я улыбнулся.

– Это все из-за шапки, – ответила она и недовольно стала расправлять свои локоны.

– Раньше у меня была мечта, просидеть так в уютном кафе до утра с любимым человеком, пить всю ночь кофе, и просто разговаривать обо всем. Даже просто молчать, это ведь так здорово, когда есть с кем, ты можешь просто находиться рядом, даже не говоря не слова.

– Мы можем осуществить твою мечту прямо сейчас, – предложил я, после чего спросил у рядом проходящего официанта. – До сколько работает ваше заведение?

– До трех часов ночи, – ответил он, продолжая нести поднос за соседний стол.

– Мы можем найти другое кафе, – не сдавался я, продолжая смотреть на Николь.

– Сейчас это сделать уже гораздо сложнее, ведь дома меня ждут девочки, я не могу делать такие поступки, хоть и сильно этого хочу.

Я расстроился, ведь я так хотел осуществить ее мечту, также как она помогла осуществить сегодня мою.

– Когда-нибудь у нас обязательно будет такая возможность, – проговорила она, чтобы не дать унынию охватить нас.

Через считанные минуты, нам наконец-то принесли заказ.

– Довольно вкусно, – проговорила Николь, начиная элегантно пробовать их кухню.

– Как ни странно да, – сказал я, почувствовав, как все это время был голоден.

– Так хочется снова кормить тебя, – проговорила она, вспомнив, как мы делали это на той квартире, когда были совершено одни.

– И что тебя сдерживает?

– Вокруг полно людей, они явно не поймут нас.

– Плевать, – после этого я подсел к ней на диванчик. – Я полностью в твоем распоряжении.

И хоть ей было неловко, все равно она стала кормить меня.

– Чувствую, нас скоро выгонят отсюда, – шуточно проговорила она.

– Тогда нужно быстрее все съедать, чтобы им ничего не досталось, – подыграл ей я, после чего как приобнял ее за плечи, и мы дружно засмеялись.

– Вроде я встретила тебя так недавно, но словно знаю, всю свою жизнь. Я быстро прониклась в тебя, наверное, поэтому так легко и отдалась тебе полностью.

– Знаешь, я понял, что нет никаких временных границ, неважно, сколько мы знаем друг друга, куда важнее, что мы испытываем. Ведь только так мы открываемся и впускаем кого-то в свою жизнь.

– Не зря ты писатель.

– О чем ты?

– Ты безумно красиво умеешь говорить, тебя всегда хочется слушать и слышать.

Я улыбнулся, ведь не одна девушка раньше не видела во мне столько плюсов, сколько видит во мне Николь.

– Ты заставляешь меня чувствовать себя чем-то большем, чем я есть, – проговорил я. – Для меня это впервые, испытывать, что я и вправду кому-то нужен.

– Я до сих пор не могу понять, как вообще возможно с тобою расстаться? Я бы хотела увидеть твои бывшие отношения, и просто спросить, что смогло оттолкнуть ее от тебя.

– Просто в один момент, все закончилось. Не было ни скандалов, ни ругани, ни измен. Наверное, именно так и должно было все закончиться у нас.

– Ты считаешь, что у вас была с ней любовь?

– Не знаю, – ответил искренне я. – Но это совершено разные эмоции, когда я был с ней всегда или когда впервые увидел тебя. Ты «взорвала» мою вселенную. После встречи с тобой, я понял, что не смогу ни дня прожить без тебя. С ней, у меня такого не было.

Я сделал несколько глотков кофе.

– Поэтому хоть и раньше я и говорил ей о своих чувствах, поистине я испытываю их только сейчас, и именно к тебе.

             ***

Вскоре нужно было заканчивать этот вечер, поэтому вызвав такси, я посадил ее, оплатив заранее поездку.

– Спасибо, за еще один прекрасный вечер, – поблагодарил ее я, но а затем, прикоснувшись к ее губам, я попрощался с ней до завтра.

На протяжении получаса я ждал автобус, ведь в вечернее время они ходили в нашем городе очень редко. Скурив несколько сигарет на одинокой остановке, я дождался нужный мне маршрут, и направился домой.

Включив музыку громко в наушниках, мое внимание привлекло входящее сообщение от Миланы.

– Как у тебя дела Томас?

Я долго не хотел ей отвечать, ведь когда я был в отношениях, я старался держать дистанцию ото всех девушек.

– Все хорошо, – в итоге отписался я, начиная сухо отвечать ей, давая понять, что этот разговор мне не интересен.

– Дома наконец-то простили меня, но мне пришлось пообещать им, что такого больше не повториться, – назойливо продолжила писать она.

– Надеюсь, ты и вправду не решишься больше на такое.

– Вроде я смирилась, что мы не будем с тобою никогда вместе, но что-то словно во мне не отпускает тебя.

Прочитав сообщение, я не стал отвечать на него, поэтому через несколько минут, она сама снова возобновила наш разговор.

– Дай мне немного времени, я научусь жить без тебя.

– С твоей внешностью, ты можешь очаровать любого парня, почему до сих пор я?

– Есть вещи, которые невозможно разлюбить, что бы, не произошло дальше, мои чувства, они обязательно когда-нибудь утихнут, но окончательно «вырвать» тебя из меня, не получиться ни у кого.

– Надеюсь, вскоре ты встретишь кого-нибудь, кто легко затмит меня, – ведь я осознавал, что моя внешность далеко была от идеальной и что есть множество парней гораздо привлекательнее меня.

К тому же, я всегда ненавидел свою внешность, и по сей день, не особо любил смотреть в зеркало.

– Просто после той ночи, – она вспомнила нашу первую совместную вечеринку. – Я думала, мы будем вместе. В душе до сих пор расплывается та магия, которая происходила между нами.

– Я был пьян, – грубо написал я, снова начиная хамить, чтобы она как можно скорее смогла разочароваться во мне. – То, что я говорил в ту ночь, я лгал.

– Я знаю, но ведь я говорила искренне, потому-то уже тогда, я полюбила тебя. И нарушал ты грань между нами, не потому, что был пьян, а потому, что и ты хотел этого.

– Ключевое слово здесь «хотел», – подправил ее я.

– Томас, ты ужасен, – после этого она отправила забавный смайлик.

Чтобы закончить этот разговор, я сразу же сменил тему.

– Вы не собираетесь с Саидом организовывать вечеринку?

– Я безумно бы этого хотела, но после моего поступка сейчас я под домашним арестом.

– Надолго ли?

– Пока родители не успокоятся. Надеюсь еще максимум неделю, они у меня быстро отходчивые.

– Ты так и не рассказала мне, где ты все это время была?

– Разве тебе это так важно?

– Иначе я бы не задавал тебе сейчас этот вопрос.

– Все это время, я была довольно близко к тебе, хотя в то же время так далеко от тебя. В месте, где Саид недавно пропадал с Сабриной.

За все это время, никому не пришло в голову проверить самое очевидное место, где она скрывалась.

– А если бы я не позвонил тебе, что было бы тогда? – спросил я.

– Но ты ведь все-таки набрал мой номер.

– Но все же…

– Я бы, наверно, продолжила бы ждать твоего звонка, столько, сколько бы понадобилось тебе времени, чтобы осознать, что все это затеяла я, только из-за тебя…

       Глава 26.

Покинув полупустой автобус, я достал долгожданную сигарету и закурил, выпуская густой дым в ледяной воздух. Я стал идти вдоль прекрасной аллеи, вспоминая, как еще недавно мы прогуливались здесь с Николь.

Как бы мне хотелось повторить такое хотя бы еще раз.

Всю ночь я решил посвятить второй части своей книги. Ведь я писал практически всегда, когда солнце уходило за горизонт. Это время спокойное, когда все дела, что ожидают, нас в буднях не имеет никакой своей силы.

      Полусонный город спит, и в этом есть своя прелесть, когда ты абсолютно никому не нужен, и ты полностью можешь погрузиться в свой проект.

К тому же ночью приходят правильные мысли, откровенные без каких либо масок. И это придавало особую честность строкам, которые я писал в этих бездушных главах.

Хоть души наверно в них было гораздо больше, чем я думал на самом деле. Ведь я вкладывал полностью себя, отдавал все, что было у меня. Лишь бы создавать миры, в которые однажды, кто-то наконец-то примет.

***

Наутро я сразу же первым делом стал набирать номер Николь, чтобы пожелать ей доброго утра.

Но мой звонок она сбросила.

Находясь в неком недоумение, я сразу начал переживать, что могло такого случиться, что она не смогла ответить мне.

Я сразу же написал ей сообщение, и стал ожидать от нее ответа, чтобы узнать, что происходит.

– Привет, – написала она, примерно через четверть часа.

– У тебя все хорошо? – я задал сразу ей вопрос, вместо приветствия.

– Томас, прошу, только не злись.

– Что происходит? – я чувствовал, как каждая моя клеточка напряглась.

– Тремор у нас, и сейчас мы собираемся все вместе с ходить на день рождения, наших общих знакомых.

– Почему ты раньше мне об этом не говорила?

– Томас, если честно я забыла об этом совсем. Но друзья не знают о разводе, мы должны явиться сегодня все вместе.

Злость не давала мне нормально вздохнуть воздуха. Я сильно сжал в руке телефон, чтобы не сорваться.

– Это так важно? – с трудом написал я, совсем не то, что думал.

– Развод ничего не изменил, Тремор все равно является отцом моих детей. Я знаю, с этим трудно смериться, но он всегда будет частью моей жизни.

Лучше бы она соврала, нежели говорит сейчас правду, от которой мне становилось тошно.

– Ты ведь знаешь, я терпеть не могу когда трогают мое? – написал я, боясь переходить на голосовые сообщение, чтобы с дуру не наговорить ничего лишнего.

– Я давала тебе повод усомниться в себе? Почему ты не доверяешь мне?

– Я не доверяю ему, – написал в ту же секунду я. – Он сделает все возможное, чтобы вернуть тебя обратно.

– Я думала, ты всегда считал, что тебе нет конкурентов.

– Так и было, но после встречи с тобою все изменилось.

– Что изменилось Томас?

– Я стал слабее, неувереннее, все лишь только потому, что я так боюсь тебя потерять.

Несколько минут между нами длилось довольно затяжное молчание.

– Это просто совместный поход ради детей, ничего большего. Прошу избавься от своих дурных мыслей.

Никогда…

Я не стал писать ей это слово, чтобы не нагнетать ситуацию. В тот момент, я долго себе не мог найти место в собственной квартире.

Надев на себя куртку, я даже не стал застегивать ее, и просто вышел на улицу, чтобы подышать воздухом. Как же это было глупо, идти куда-то в определенное место, чтобы просто надышаться…

Я стал бродить вдоль аллеи, не имея определенного маршрута, я словно просто шел не зная куда. По крайне мере все это время, я так настойчиво в это верил сам.

Пока не понял главное, все дороги меня вели к ней…

Неосознанно я сел в полупустой автобус, который плавно направлял меня по заснеженной дороге. Спустя несколько минут, я уже шел с сигаретой в зубах по белоснежным сугробам.

Несмотря что на улице было довольно холодно, я продолжал идти с расстегнутой курткой, так и не соизволив надеть на себя свою серую шапку.

Войдя в старый обшарпанный подъезд, я не стал дожидаться лифта, и решил подняться пешком по грязным лестницам.

Дойдя до нужного мне этажа, я подошел к железной двери, после чего нажал на звонок. Все что я чувствовал в тот момент, было наверное – опустошенность. И лишь только она, она привела меня сейчас сюда.

Через несколько секунд, когда дверь открылась, я увидел перед собою ее.

– Привет, – проговорил разбито я, видя ее растерянность.

– Что-то случилось Томас? – испугано спросила она, продолжая пристально смотреть на меня.

В ответ я так ничего ей не сказал, а лишь только подошел, и как можно крепче обнял Милану, заточив ее в своих объятиях от обреченности…

       Глава 27.

– Почему ты пришел Томас? – спросила меня Милана, когда мы вышли с ней вместе прогуляться на улицу.

– Я стал виновником твоего домашнего ареста, поэтому будет правильнее, если я хоть немного украшу твой день, – солгал ей я, боясь признаваться, что все дороги словно сами вели меня к ней.

Я не хотел ее целовать, не нуждался в ее объятиях, мне словно было важно, чтобы она просто шла сейчас со мною. Говорила, неважно о чем, просто рассказывала разные истории, чтобы мои собственные мысли не задушили меня.

И пусть это было эгоистично с моей стороны, но это было именно то, в чем я сейчас нуждался больше всего.

– Не ожидала увидеть тебя, – проговорила искренне она. – Не думала, что ты придешь. Но для меня это много значит.

– Только прошу, не нужно создавать иллюзий, это встреча, не изменит ничего.

– Я знаю, – ответила на выдохе она. – Но тешить себя иллюзиями, это все, что у меня есть.

– Почему все еще я?

– Этого не рассказать, – она рукой дотронулась до своей груди, указывая на место, где находилось сердце. – Это оно выбрало тебя.

Милана продолжала уверено смотреть в мои глаза.

– В своих мыслях я осознаю, что мы никогда не будем вместе, даже если в этом мире не было бы Николь. Но в отличие от сердца, мысли хоть можно контролировать.

Впервые за все это время, Милана показалось мне такой родной. Ее глаза продолжали блестеть на фоне белоснежного снега, что продолжал хлопьями окутывать нас.

– Знаешь, я поняла одно, – продолжила говорить Милана, и мне нравилась ее искренность. – Любовь это самый страшный вирус, который был создан однажды. Ведь он убивает медленно, разрушает тебя изнутри, оставляя за собою пустоту…

Она попыталась взять меня за руку, но мне грубо пришлось убрать свою ладонь.

– Прости, – проговорила она, осознавая, что снова переходит грань.

И в эту секунду, она поскальзывается на льду и начинает падать, за считанные секунды до ее падения, я успеваю ухватить ее за спину, и япо инерции прижимаю ее к себе.

Некоторое мгновение мы стоим с нею так, пытаясь прийти в себя от происходящего. В этот момент мы снова с нею были так близко друг к другу, но в тоже время так далеко.

Мое сердце забилось, мы смотрели друг на друга, и между нами словно образовывалось притяжение.

– И пусть любовь это вирус, – неожиданно стала говорить Милана, пытаясь надышаться ледяным воздухом. – Но я рада, что этим вирусом я заболела от тебя. И я счастлива, что не существует вакцины от этой болезни.

Милана словно каждым словом, признавалась в своих чувствах все сильнее.

Она закрыла свои глаза, в надежде, что я прикоснусь к ее сочным губам. Накрашенные вызывающим ярко красной помадой.

Но я не мог этого сделать, или просто не хотел. В итоге, чтобы не обидеть ее, я просто освободил ее из своих объятий, и взял за руку, чтобы она больше не падала.

– Люблю гулять под идущим снегом, – Милана пыталась перевести тему, чтобы избавиться от неловкого молчания, что образовалось между нами. – Сразу такое ощущение, что ты находишься в сказке. Вокруг так красиво.

– Однажды и ты дождешься, как и любая принцесса своей сказки. Но я не тот, кто сможет подарить или создать ее для тебя.

– Ты пришел, а это уже многое значит, по крайне мере для меня.

– Не надумывай ничего, прошу. Не тешь себя иллюзиями, – мне пришлось повториться, чтобы донести до нее, что эта встреча ничего не изменит.

В какой-то момент я уже пожалел, что пришел сейчас именно к ней. Мне не стоило поступать с ней так, давая очередную надежду. Саид был прав, я сам являюсь виновником ее чувств ко мне.

– Все хорошо Томас, я просто рада, что хоть немного мы прогулялись. Я дома была больше недели, запертая в четырех стенах. Я даже словно стала сходить потихоньку с ума, – после этих слов она улыбнулась. – А ты хоть немного развеял меня. Спасибо.

Я видел, как она стала сильно сжиматься от холода, и я понимал, что пора заканчивать этот вечер. Который и так подходил к своему логическому завершению. Ведь мы оказались в том месте, с чего все и начиналось – возле ее подъезда.

– Ты еще придешь? – наивно спросила она так робко, что внутри у меня, что-то сжалось.

– Приду, – смог выдавить из себя я.

– Обещаешь? – ее голос дрожал, словно это и вправду была наша последняя встреча.

В ответ я промолчал, я взял ее за руку и стал тереть ее ладонь, чтобы она не замерзла.

Увидев у нее шрам на безымянном пальце, я не мог спросить.

– Откуда он? – ведь раньше я никогда не обращал внимания на него, ведь когда мы оставались с ней наедине, мне гораздо было интереснее заниматься с ней другим, чем разглядывать изъяны на ее теле.

– Я уже не помню, но главное его всегда можно будет скрыть, – после этого она улыбнулась, и я понял, что речь шла об обручальном кольце.

Я не знал, что ответить ей.

– Но я буду хранить этот палец, для тебя, – она снова возвращалась раз за разом к разговору, у которого нет будущего. – Может быть однажды, когда все это закончиться, ты придешь ко мне, и протянешь кольцо. Неважно какое оно будет, плевать, что все будет не романтично. Главное, чтобы ты пришел однажды ко мне.

– Я не тот кто тебе нужен, – вырвалось с моих уст. – Не тот кто должен дарить тебе кольца, одаривать цветами.

– Но ты тот, от которого я жду это больше всего на свете.

– Разлюби меня, уничтожь меня в себе…

И в этот момент, я видел как слезы стали окутывать ее красивые глаза.

– Никогда, – на автомате ответила она, но ее взгляд изменился за считанное мгновение. Она словно стала смотреть на меня так, словно я ничего не стою для нее.

– «Никогда» это лишь временное слово, пока не найдется, что-то лучше чем то, без чего ты думаешь, не сможешь сейчас прожить и дня.

– Разве тебе станет от этого лучше, если я смогу, или хотя бы попытаюсь уничтожить тебя во мне?

– От этого станет легче тебе, – ответил я, зная. – А это гораздо важнее всего. Я хочу, чтобы ты была счастлива. Ведь ты как никто другой, заслуживаешь этого счастья.

– Когда-нибудь я сделаю это, – на выдохе ответила она, потеряв наверно окончательно надежду, что когда-нибудь, мы будем с нею вместе. – Но знай, Томас, никто и никогда больше не полюбит тебя так, как любила я…

Я замолчал, не зная, что сказать ей в тот момент.

– Я не хочу делать тебе больно, – продолжила Милана, она словно чувствовала, что это была наша последняя встреча, и ей хотелось сказать все, о чем она думала. Все недосказанные слова, оборванные предложение, не высказанные переживая и чувства. – Просто я должна знать, если в твоей жизни не станет человека, которому ты еще по крайне мере не безразличен, ты и вправду будешь этому рад? – Она замолчала, но через секунду продолжила уже повышенным голосом. – Ответь, ты и вправду будешь доволен?

– Я не хочу терять тебя как человека, ты ведь знаешь мое трепетное отношение к тебе, – лишь ответвил я, то, что чувствовал. Ведь я не хотел лишаться ее, и в моей жизни, всегда бы нашлось место для нее.

– Это самое и ужасное Томми, – практически прокричала она. – Ты не держишь меня, но и не отпускаешь.

Так оно и было…

– Неужели с таким вниманием, ты все продолжаешь утверждаться за счет меня? Не думая, что у меня и вправду к тебе, что-то есть? Знаешь, как бывает порой сложно, я не могу начать с кем-то отношения, потому что буду чувствовать вину перед тобою. Но в то же время, я знаю, что от тебя я никогда не дождусь отношений. Ты держишь меня на расстояние, в тоже время, ты часто нарушаешь грань. Я устала от это неопределенности. Между нами всегда было больше чем дружба. Но никогда я не чувствовала себя полностью твоей. Даже в те ночи, когда ты прикасался, целовал меня, был во мне, я знала, что где-то далеко в своих мыслях ты представлял другую.

– Это было не так, – солгал я.

Между нами потихоньку стало спадать напряжение, которое все это время отравляло воздух, что становилось на обоим тяжелее дышать.

– Если ты действительно хочешь этого, я сделаю все возможное, что уничтожить тебя в себе. Но тогда, у меня к тебе есть условие.

– Говори, – я знал, что именно она скажет, и лишь, поэтому на душе стало очень тоскливее, чем было, когда я пришел сегодня к ней.

– Когда это случиться, я прошу, – после этого она опустила глаза, словно задумалась. – Точнее умоляю тебя, больше не смей никогда появляться в моей жизни и разрушать ее вновь.

– Значит, мы не сможем быть с тобою друзьями? – она посчитала правильным закончить все разом, что было между нами. Или все или ничего.

И в какой-то степени она была права.

– Любовь не пятнают дружбой, – и хоть это были не ее слова, все же именно они идеально подошли для ее ответа.

Милана вытерла слезы, которые все это время копились в ее глазах.

– Возможно, для тебя это будет ужасным концом, – я знал, что в своих мыслях, она уже на что-то решилась, на что-то не обратимое. – Но для меня, как бы не звучало плохо, это станет хорошим началом жизни. – Она пристально стала смотреть на меня. – Жизни после тебя…

– На что бы ты не решилась, знай, я не вправе буду тебя осуждать, и я приму любой твой выбор.

– Знаешь, я только сейчас осознала, что любовь это не вирус, это лишь плод нашего больного воображения. Мы сами внушаем себе это, и пытаемся так насильно в это поверить.

Я знал, что она говорит это от какой-то обиды. После этого Милана снова рукой стала показывать на свое сердце. – А сердце не умеет любить, у него всего лишь одна функция, биться.

И хоть я не был с ней согласен, все же я решил не начинать спор, ведь я осознал, она пыталась сама поверить в то, что сейчас говорила.

– Не держи на меня зла, – сказал я, после чего пальцами дотронулся до ее лица. На секунду она закрыла глаза, словно пыталась запомнить это прикосновение навечно. Но а после она уверено раскрыла свои глаза, и без капли сожаления, проговорила мне:

– Прощай, – несколько секунд она еще смотрела на меня, но а после, развернувшись она стала достойно покидать меня, так и не обернувшись напоследок…

       Глава 28.

Я не испытывал боли от потери, но почему-то в тот момент мне стало очень грустно. Я подошел к лавочке, и скинув с нее слой снега, присел. Закурив сигарету, я старался не думать не о чем. Но в эту секунду, почему-то воспоминание связанные с Миланой стали окутывать мои мысли.

Наши совместные вечеринки, первые ночи, затяжные ночные разговоры без масок.

Ведь это было хорошее время…

Взяв в руки телефон, я увидел, что за все это время не одного сообщение или звонка так и не было от Николь.

Решив подождать еще немного времени, я пытался всеми силами не накручивать себя, хоть и дурные мысли так и продолжали лезть в мою неопределенную голову…

***

Домой я пришел спустя несколько часов, после прощального разговора с Миланой. Она не стала удалять меня из друзей или блокировать, чему я был сильно удивлен.

Скинув с себя все вещи, я решил принять горячий душ, чтобы просто смыть с себя этот день.

Время было уже ближе к одиннадцати часам ночи, а Николь так и не объявлялась. Поняв, что так больше не может продолжаться, я набираю ее номер, хоть она просила меня этого не делать.

Слыша несколько затяжных гудков, я ощущаю как мое сердце начинает биться все сильнее. Как вдруг я слышу в трубке голос ее мамы.

– Здравствуй Томас, – полусонно проговорила она.

– Простите, если побеспокоил вас, а где Николь? – я был сильно растерян, такому повороту событий.

– Она оставила его дома.

– Значит, они еще не вернулись с праздника?

И тут ее мама замолчала, и я понял, что что-то происходит.

– Пожалуйста, не молчите, – потребовал я, ведь в тот момент я чувствовал, как страх стал сковывать меня.

– Томас, они вернулись с праздника часа три еще назад, – она снова выдержала паузу. – Завели детей домой, а сами ушли, сказав, что им нужно о чем-то поговорить.

– И все это время, она с ним наедине? Почему так долго?

– Я не знаю Том, но я сама начинаю переживать, что у них сейчас происходит.

Я чувствовал как начинаю задыхаться, и не придумав ничего лучшего, я выбегаю на балкон и начинаю курить. Словно дым никотина, спасет сейчас меня. Я сильно сжимал свои кулаки, чтобы не сорваться и не разбить их вдребезги об бетонные стены.

– Как она объявиться дома, прошу, пусть сразу сообщит об этом мне, – попросил я ее маму.

– Конечно Томас, я дам ей знать.

На этом наш разговор прекратился, а все продолжал стоять полураздетым на холодном балконе, продолжая скуривать сигареты одну за другой, пока дым полностью не затмит мой разум, и мне не станет хоть немного от этого легче.

             ***

В мыслях я уже собирался вызывать такси, и ехать в ее район, чтобы среди ночи просто найти Николь. Я не знал где они сейчас могут быть, да мне было это и неважно, ведь в тот момент я осознавал, что я достал бы ее даже из под земли, главное, чтобы убедиться, что с ней все в порядке. И она не нуждается сейчас в моей помощи.

Каким же жалким я чувствовал себя от того, что не могу сейчас ничего по сути сделать. Она решилась с ним на разговор вдвоем, но почему она даже не соизволила предупредить меня об этом. Разве я не достоин?

И о чем можно общаться с человеком, с которым у вас все кончено так долго?

Время плавно перевалило уже за двенадцать, и за эти минуты так ничего и не изменилось.

Я практически не покидал балкон, ведь в нем было довольно таки холодно, от чего я пытался прийти в себя, к тому же, мне приходилось постоянно курить.

Меня всего трясло, я впервые испытывал такое сильное переживание. Не находя абсолютно себе место нигде.

Как вдруг на моем телефоне раздался звук входящего сообщения.

«Я дома».

Это все, что она написала в тот момент.

– Я могу позвонить?

– Дети уже спят, и я сильно устала, давай поговорим обо всем завтра перед работой.

В ту секунду я почувствовал себя конченым кретином, что так сильно переживал все это время, а человек этого просто не оценил.

            ***

Утром я как обычно стоял и ждал ее на остановке. Я ощущал страшную разбитость в своем теле, ведь всю оставшуюся ночь я практически не спал. Я впервые задумался даже принять успокоительные, чтобы хоть немного придти в себя.

Я простоял недолго на забитой людьми остановке, дожидаясь, когда приедет ее автобус, и доставит ее наконец-то ко мне.

Я не чувствовал злости, не испытывал обиды, по мне словно была одна сплошная пустота, которая продолжала поглощать меня, всасывая постоянно все мои эмоции.

Когда подъехал довольно таки старый автобус, Николь одна из первых покинула его и сразу же направилась ко мне, что впасть в мои объятия. Страстный поцелуй, не заставил себя долго ждать, поэтому через считанные секунды я уже прикасался к ее прекрасным губам.

– Прости за вчера, – сразу же поговорила она. – Я не хотела заставлять тебя переживать, просто так все вышло?

– Как так вышло? – проговорил я. – Ничего не может тебя сейчас оправдать.

– Я знаю.

– Неужели это было так сложно, хотя бы написать и сказать мне, что ты уходишь с ним. Чтобы я как дурак не сидел и не переживал, что с тобою происходит. Разве я заслуживаю к себе такого отношения? Разве я достоин такого?

– Эта была моя глупость, – призналась она. – Я не хотела заставлять тебя переживать и лишь поэтому ничего и не сказала тебе. Я не думала, что мы с ним пробудем так долго.

– Почему ты вообще пошла с ним на встречу? Разве это так было важно для тебя?

– После проведенного совместного дня, когда мы снова были семьей, я увидела главное, дети снова были счастливы, – проговорила разбито она. – Тремор тоже заметил это. Они впервые за долгое время, не плакали.

– И вы решили построить свою семью заново? – задал глупый вопрос я, но самый очевидный сказанный с ее слов.

– Он этого захотел, – призналась снова Николь, продолжая избегать меня взглядом. – Он вспоминал, как когда-то нам было хорошо. Мы долго пытались понять причину, почему у нас все-таки не вышло, построить хорошую семью.

– И в чем была проблема?

– Мы так и не нашли ответа на этот вопрос. Так же мы и не нашли причину, по которой все это разрушили.

– И что будет теперь? – ревниво спросил я, впервые почувствовав за это время, что теряю ее.

– Ничего не измениться Томас, в моей жизни есть место только для одного мужчины и это место твое, – она проговорила это искренне, по крайне мере я поверил ей, или просто захотел в это верить. – Но впервые после нашего разрыва, мы с ним нормально смогли поговорить. Тремор не плохой человек, и я знаю, что ради детей он сделает абсолютно все. С ним у меня будет уверенность.

Я чувствовал себя словно на качелях, от таких резких переходов моего собственного настроение от ее слов.

– Но с ним у меня никогда не будет того, что постоянно даришь ты мне, – добавила Николь, после чего положила свою голову на мою грудь.

И не смотря, что я не знал то, что испытывал сейчас в отношении нее, я все равно как можно крепче обнял Николь, ведь иначе я просто не мог.

– Жаль, что, то что мне нужно, находится совсем в двух разных мужчинах, – проговорила Николь, словно желая добить меня в тот момент окончательно. Но я знал, что ей было еще хуже, гораздо сильнее чем мне.

– Он не часть меня, и никогда не станет ею, – ревниво проговорил я.

– Я вас и не сравниваю, при любом раскладе, ты лучшее чтобы было со мною.

– Почему было? – спросил я, не понимая, почему она решилась говорить в прошедшем времени.

– Все меняется Томас…

– Что меняется? Тремор снова стал появляться в твоей жизни?

– Он и не уходил, но вчера он был искренен, он жалеет, что у нас все так закончилось.

– Жалеет, – повторил почему-то именно это слово я, но я затем перешел на крик. – Зачем ты все это говоришь мне?

– Чтобы ты знал, причину почему я решилась на такое…

В моем теле все сжалось, к горлу стал подступать ком, ведь я осознавал, к чему все это шло.

Но вдруг она посмотрела на наручные часы, после чего сказала совсем не то, что так отчаянно хотела.

– Пойдем, мы опаздываем уже.

И хоть при ней я старался не курить, все же в тот момент, я достал пачку сигарет с кармана и закурил, чтобы просто подавить ком, который продолжал разрывать мое горло.

– Том, у нас все хорошо? – спросила неожиданно для меня она.

– Я хотел бы спросить это у тебя, – выдохнув дым, ответил ей я.

Она долго молчала прежде чем ответить мне на этот вопрос.

– Я не знаю, просто, – она снова замолчала, пытаясь осмыслить все. Но через считанные секунды, печальным голосом добавила. – Я не знаю…

       Глава 29.

Заходить в эти «холодные» стены, не было никакого желания. Я тупо словно робот передвигал ноги, идя туда по инерции.

Зайдя в раздевалку, я подошел к своему железному шкафчику, в котором хранилась моя черная рабочая жилетка. Но вместо того, чтобы взять ее и надеть на себя, я почему остановился и приложил кулак к железной двери. Но а затем на всю опустошенную раздевалку раздался первый удар. Он эхом пронесся по моим ушам. Почувствовав сильную боль, я чтобы заглушить ее стал наносить несколько ударов подряд.

Как же в тот момент мне хотелось кричать. Кричать на себя, на нее, на все, что происходило. Но вместо этого, я лишь скатился на корточки и облокотившись об грязную стену присел, взявшись разбитыми руками за волосы.

И в тот момент я пожалел, что просто не умею плакать, ведь именно в тот период, мне наверно бы стало от этого легче.

Ведь я осознавал главное, впервые за все время проведенное с нею, я понял, что могу потерять ее. То, без чего я просто уже не умею…

В кармане раздался звук входящего сообщения, и хоть желание не было ни с кем сейчас общаться, все же я достал телефон. Разблокировав его, я сразу увидел смс от Николь.

«Прости Том, но сегодня я напишу заявление, я не могу больше здесь находиться. Я устала от всего, что происходит».

Я несколько раз прочитал ее сообщение, не ожидая вообще увидеть именно такое. Мы часто обсуждали работу, ведь здесь было не идеально, но здесь мы всегда могли быть вместе. Это единственное, что так радовало всегда меня…

А теперь она хочет разрушить и это.

Не думая больше не о чем, я стал писать ей ответ.

– Тогда мы уйдем вместе…

– Тебе не нужно решаться на это из-за меня.

– Без тебя, все равно здесь все станет по-другому…

             ***

Я и представить себе не мог, что мне придется менять, что-то в своей жизни в данный период. Но перемены сами все решили за меня. Я осознавал, что теперь мне придется привыкать к новому месту работы, обучаться тому, чего я еще не знал. И вроде бы это должно было быть здорово, искать себя в чем-то другом, но почему-то меня это совсем не радовало.

Но больше всего, я переживал, что будет дальше у нас с Николь. Ведь эти стены, были наши убежищем в каком-то смысле. Ведь, идя сюда, мы знали, что как бы нам не было тяжело, мы хотя бы увидим друг друга. А разве это уже не отличный повод, чтобы все стало у нас хорошо?

Николь практически весь день не выходила в торговый зал, и я знаю, она просто избегала встречи со мною. Так время плавно подходило к пяти часам вечера. К окончанию ее рабочего дня. Минут за десять я вышел на улицу, и стал ждать ее, чтобы перехватить, прежде чем она уйдет домой.

Скурив несколько сигарет подряд, я чувствовал некое напряжение от встречи, которая сейчас должна была произойти.

Как вдруг дверь открывается и из нее практически выбегает Николь. И хоть она видела меня, все же продолжила уверенно нестись куда-то в сторону дороги.

– Николь, – окликнул ее я, ринувшись за нею.

Чтобы хоть как-то остановить ее, мне пришлось схватить ее за руку. На что она сразу же выдернула свою ладонь, не желая прикасаться сейчас меня.

– Что происходит? – прокричал я, но а затем боковым зрением я увидел, что к нам стала подъезжать машина. Та, самая машина, которая была уже мне знакома…

Через считанные секунды из нее вышел Тремор…

Я отошел от нее сам назад, находясь в каком-то шоковом состоянии.

– Алису везут в больницу, я должна сейчас уехать, – лишь только сказала Николь, но, а затем сразу же села в машину к нему, и через считанные секунды он уже мчал с нею по трассе.

Но, а я остался совершено один, наедине с множествами вопросами, на которые мне никто сейчас не мог дать ответа.

             ***

И хоть прошло уже больше четырех часов, Николь так и не выходила со мною на связь. После того инцидента, я практически сразу написал ей сообщение: «Прошу, как только все наладиться, дай мне сразу знать». Ведь я переживал, что стряслось, к тому же, я так и не знал по какой причине, Алису забрали в госпиталь.

За это время, я отнес руководству заявление по собственному желанию. На их вопрос, «почему я решился на такое», я долго молчал, лишь только затем соизволил ответить: «просто мне все надоело».

Я соврал, не называя истиной причины, что я ухожу вслед за человеком, без которого я не могу представить себя самого больше.

Я был рад, что они не нуждались во мне как в сотруднике, и не стали больше досаждать меня лишними вопросами.

По крайне мере, я так думал. Пока время не подошло уже к завершению рабочего дня. Ко мне подошла администратор.

– Томас, я знаю о твоем заявление, – сразу же прямо проговорила она.

– Я все равно не заберу его уже.

– Я знаю, просто я как твой руководитель должна знать причину твоего поступка.

– Неужели это вам и вправду так нужно? Написал и написал, какая разница.

– Меня вызывали на вверх, никто не ожидал, что ты решишься на такое.

– Им было плевать, когда я сделал это, они даже не пытались меня отговорить.

– Они видели в твоих глазах уверенность в том, что ты делаешь. И лишь, поэтому продолжали молчать.

– Уверенность? – я улыбнулся до боли грустной улыбкой. – Когда эта была обреченность…

– Томас, что у тебя происходит?

– Все хорошо, – снова солгал ей я, но а после, чтобы не продолжать этот бессмысленный разговор, я покинул ее, желая как можно скорее оказаться дома.

             ***

Зашел в квартиру я как всегда в час ночи, приняв полу прохладный душ, я налил себе крепкого кофе, и взял в руки телефон. Отписавшись сразу же Николь, хоть и прекрасно понимал, что она скорее всего давно уже спит.

– Я дома, надеюсь с Алисой все в порядке…

Сделав несколько глотков, я вышел на балкон желая скурить очередную сигарету.

– Поговорим? – вдруг неожиданно для меня пришло от нее сообщение. Но а через считанные секунды, уже раздалась мелодия входящего звонка.

– Привет, – проговорил разбито я, ведь настроение не было совсем, к тому же сильная усталость давала о себе знать.

– Прости, что так все вышло, – извинилась Николь. – Прости, что покинула тебя, так и не попрощавшись.

– Как там Алиса? – задал встречный вопрос я, делая вид, что не услышал ее.

– Сейчас гораздо лучше.

– Что с нею случилось?

– Она почувствовала сильную боль в ухе, но, а затем она стала невыносимой. Моя мама позвонила мне, пока я была на работе, за это время Тремор успел приехать, чтобы как можно скорее забрать меня.

После чего она выдержала небольшую паузу.

– В больнице промыли ухо, вроде полегчало, пока отпустили домой, но если повториться рецидив, то скорее всего придется пройти полное обследование.

– Я могу чем-то помочь? – спросил я.

– Тремор обо всем уже позаботился. Завтра мы поедем вместе в клинику, чтобы разобраться, почему это произошло.

– Только дай мне, потом знать, как все прошло, – сказал я, докуривая сигарету и выбрасывая окурок в окно.

– Хорошо, – сказала она, но, а затем сонно зазевала. – Пойдем спать.

– Пойдем, – согласился с ней я, хоть и прекрасно понимал, что впереди меня ждет очередная бессонная ночь, которая как и всегда будет просто душить меня…

             ***

Я лег на кровать, и взял в руки телефон. Зайдя в социальную сеть, я стал пролистывать обыденные новости, чтобы хоть как отвлечь себя.

Вдруг Саид выкладывает фотографию на своей странице, где он приобнимает Милану, где-то на очередной съемной квартире.

Увидев меня онлайн, он сразу решил написать мне.

– Ты чего не спишь? – задал он самый очевидный вопрос, который только можно было задать.

– Пытаюсь, – просто написал я.

– А мы наконец-то решили организовать очередную вечеринку, в честь послабления домашнего ареста Миланы, – решил похвастаться он.

– Рад за вас, – сухо ответил я.

Но Саид был уже пьян, поэтому он начинает отправлять мне различные фотографии, давая понять, как им сейчас хорошо.

Я видел несколько пустых бутылок из под виски, местами на фото мелькала Милана, довольно в откровенном наряде. И больше всего я боялся, что сейчас она совершит глупость, чтобы просто доказать мне, что она тем самым уничтожает меня в себе.

– Проследи за Миланой, – написал я, видя неизвестных мне ранее парней, которые тоже периодически появлялись на фотографиях.

– Тебе ведь она безразлична? – написал он, и я прекрасно понял, что это было написано уже после того, как он показал мое сообщение Милане.

      – Этим ты ничего не добьешься, – уже через контакт Саида, я обращался к самой Милане. – Это ничего не изменит. Поверь.

– Так будет правильнее…

После этого, в наш чат пришло еще несколько фотографий, на которые я решил не реагировать никак, ведь на них Милана довольно интимно прикасалась к Саиду, в то время как он был этому рад. Ведь Саид мечтал об Милане, еще с самой первой встречи, как она оказалась в нашей компании.

Но мне так не хотелось, чтобы он просто воспользовался ее обреченностью и то, что она была пьяна.

Хоть все это время, я делал это сам. Только сейчас я понял, настолько это все было мерзко и противно.

В ближайший час, они больше не тревожили меня, в то время как я в наушниках продолжал слушать громко музыку.

Я действительно пытался заснуть, но только переживая, которые я пережил за этот день, никак не давали мне этого сделать.

Горло стало сжиматься, и чтобы избавиться от это      й боли, мне пришлось снова закурить на одиноком и холодном балконе, с которым у меня всегда связано, что-то плохое.

Я сделал лишь только несколько затягов дыма в себя, как мне пришло сообщение от Миланы в три часа ночи.

«Сегодня в 03:08 я разлюбила тебя. Прости, но я все-таки смогла это сделать…»      

       Глава 30.

Прошло 3 месяца…

Снег растаял в нашем городе, деревья распустили свои листья, вокруг проросла зеленая трава. Дни стали намного длиннее, солнце уходило за горизонт после девяти часов вечера. Наступила долгожданная весна, приближая меня к лету, но только вскоре я пойму, лучше бы оно никогда не наступало…

За это время, многое произошло…

После той вечеринки, в которой Саид переспал с Миланой, они продолжили свое общение. Ну а вскоре, они начали отношения, не знаю, было ли это назло мне или она и вправду что-то чувствовала к нему. Но Милана всем своим видом давала понять, как она счастлива.

Огромное количество совместных фотографий она публиковала на своих социальных страницах. И на каждой она искренне улыбалась, обнимая его.

После моего заявления, я отработал ровно месяц, как было положено в нашей компании. Довольно быстро, мне нашли замену, чему я был безумно рад, что мне не придется задерживаться там еще на неопределенный срок.

Николь решила сменить полностью род деятельности, и решила пройти обучение в салоне красоты. За месяц она получила сертификат, и уже приступила к своим прямым обязанностям. Я был рад, когда у нее получилось арендовать не большое помещение, для приема клиентов. К сожалению, в тот период времени, у меня практически не было денег, чтобы обеспечить ее всем нужным оборудованием.

Ведь после ухода со своего бывшего места работы, я долго странствовал по разным организациям в поисках, наверное, самого себя. Стажировки давались легко, но я понимал, что больше недели я здесь не задержусь. Я тратил напрасно время, пытаясь подобрать для себя комфортные условия труда, в итоге я остановился на небольшом офисе, которые занимались также продажами элитного алкоголя.

График у меня был свободный, отчего я почувствовал наконец-то свободу. Работа не отнимала у меня столько времени, как это было раньше.

Я просыпался, во сколько хотел, уходил и приходил тоже. Жизнь изменилась кардинально, но почему-то я не становился, от этого счастливее.

Услышав звук звонка, я поднимаю телефон и отвечаю Николь.

– Привет, – говорю я, продолжая сидеть на одинокой лавочке, держа в руках одну красную розу.

– Томас, я уже освободилась, скоро приду к тебе, – радостно проговорила она, чувствуя, как сильно тоскует по мне.

– Я жду тебя там, где обычно, – ответил я, ведь я часто после работы приезжал к ее офису, чтобы встретить и провести еще одно мгновение, которое нам было дано.

Я подправил солнцезащитные очки на своем лице, после чего продолжил лазить в телефоне, пытаясь скоротать время, пока снова увижу ее…

             ***

Спустя четверть часа, я увидел ее элегантно идущей по красивой аллее, в роскошном белом пиджаке. Ей шли строгие костюмы, они словно подчеркивали ее статность и женственность. К тому же в таком наряде она выглядела довольно сексуально.

Я медленно встал с одинокой лавки, после чего продолжая восхищаться ею, я подошел к ней и крепко обнял ее, как всегда уткнувшись в ее шею, чтобы снова вздохнуть в себя запах ее тела.

Я протянул ей розу, после чего жадно вцепился в ее губы. Господи, какие же влажные и вкусные они были…

Я взял ее за руки, затем мы стали прогуливаться вдоль ухоженных клумб, что были рассеяны по всей алее.

– Как прошел твой день? – спросила она, продолжая кидать на меня взгляды. – Тебе идет эта рубашка, – словно зачарованная продолжала любоваться Николь.

– В ожидание тебя, – ответил я, ведь эта работа не приносила мне пока колоссальный доход или удовольствие. Я работал, потому что так было нужно.

– Я тоже по тебе скучала, – после этого она сжала мою руку так сильно, насколько только могла.

За это время Тремор сильно активировался, он продолжал говорить ей, как хочет, снова воссоединись их семью, что сделает все возможное, чтобы они были счастливы. Что он готов, даже простить ей меня…

В то время как мои родные, все больше и больше стали говорить мне о том, что будет лучше, если мы с Николь расстанемся. Что у этих отношений нет будущего, и то, что сейчас происходит это лишь утопия, которая скоро задушит меня.

На почве этого, в моем доме постоянно были скандалы, ведь я пытался доказать обратное, что я люблю Николь, и готов взять на себя всю эту ношу. Как бы не было тяжело, я осознавал, что я как мужчина сделаю все, чтобы они ни в чем не нуждались. Я пытался доказывать это каждый день, но почему-то родные абсолютно не верили в меня.

За прошедшие три месяца, я смог написать две книги. Я закончил свою сагу, поставив наконец-то точку, и подводил уже сюжет к своему логическому завершению.

Николь была единственная, кто на тот момент прочла мои труды, и хоть, к сожалению, ее надежды не оправдались, ведь она так жаждала счастливого финала, все же она довольно высоко оценила мои проекты.

Мы стали выкладывать мои книги, на различные книжные платформы, к моему удивлению в первые дни, книги находились на вершине продаж, что не могло не радовать меня и не придавать некий стимул.

– Ты так еще и не начинал «мне тебя мало?» – спросила Николь, ведь это был мой самый ожидаемый проект, ведь он был о нас…

– Пока еще нет, – ответил ей на выдохе я, ведь мы оба не знали, какой финал нас ждет впереди. Я не хотел, что-либо додумывать, поэтому решил немного подождать. Но почему-то где-то в глубине души я понимал, хоть и боялся этого больше всего, что проект «Мне тебя мало», будет книга, которую я напишу уже после нее…

После всего, что между нами было. После всех этих мгновений, которые мне посчастливилось провести с ней. После тех бессонных ночей, когда я всматривался в ее лицо, пытаясь запомнить его навсегда. Ведь когда-то настанет жизнь после нее…

– Я напишу книгу, в которой ты ко мне вернешься, – проговорил лишь разбито я, и она поняла, почему я по сей день не начал историю нашей любви, ведь будет правильнее, если после того как нас не станет, я сохраню то, что между нами было, на этих бездушных белых листах. И она всегда сможет открыть книгу, прочесть ее и вспомнить, как когда-то я сильно ее любил…

             Глава 31.

– Я не забуду, как пахнет твой парфюм, – проговорила она, ведь когда-то Николь сама подарила мне этот флакон. Ведь она знала, какой я сумасшедший на запахи, и это был отличный подарок. – Я куплю себе такой же, и когда мне будет одиноко, я буду брызгать им свой дом, чтобы чувствовать, что ты рядом…

К горлу подступил ком, мы все чаще и чаще стали говорить о жизни после нас…

– Дай мне немного времени, я все улажу, – проговорил уверено я, пытаясь сам поверить в то, что сейчас говорил.

– Что ты уладишь Томас? Ты не понимаешь, что конец неизбежен? Мы все-таки проиграли…

Одновременно мы присели на лавочку, и я крепко обнял ее, чтобы избавиться от той боли, что разрывали мою и так искалеченную душу.

– Почему мы перестали бороться за то, что нам так дорого? – проговорил хрипло я.

– Потому, что оно уже не осталось сил…

Я достал сигарету, но она сразу выхватила ее из моих губ и сломала.

– Не порть момент, – сказала она, после чего прилегла на мою грудь.

– Почему мы не можем сохранить то, без чего не видим смысла жить дальше?

– Том, твои родные будут против меня, – проговорила Николь, избегая моего взгляда. – Как бы ты ни пытался все исправить, ты никогда не сможешь их переубедить. К тому же Тремор, не даст нам нормальной жизни, он все чаще и чаще будет появляется в нашей жизни, и я боюсь, что это навредит тебе.

– Плевать, – сказал хладнокровно я, ведь Тремор меня сейчас беспокоил меньше всего.

– Но это не самое главное, – она продолжала лежать на моей груди, лишь бы не смотреть на меня, ведь я уверен, она бы не смогла сдержать свои слезы. – Все эти проблемы, которые я перечислила, они никчемны, каждую из них мы сможем преодолеть. Но что больше всего меня беспокоит, так это дети…

– Им нужен Тремор, – в качестве констатации факта проговорил я, закончив ее мысль.

– Каждому ребенку нужен отец, – сказала она. – Знаешь, когда мои родители развелись, мне было сложно, – она впервые решила поделиться со мной этой историей. – Я помню, как часто плакала, самое ужасное, когда отец нашел себе другую женщину, и еще тогда я твердо решила для себя, что никогда не пожелаю такой же судьбы свои детям.

– Следовательно, поэтому ты и вправду решилась на такое? Потерять то, что мы так отчаянно пытались создать с тобой…

– Том, знай, весь этот выбор он был не между тобой и Тремором. Ты лучшее, что мне посчастливилось повстречать за все мои годы. Но я не могу строить свое счастье, зная, какие страдания это может принести моим детям.

– Ты ведь хотела, чтобы я стал для них отцом, – мой голос как назло задрожал, и лишь поэтому, я начал робко говорить эту фразу.

– Хотела, – на миг задумавшись, она добавила. – Хочу. Но они слишком сильно привязаны к Тремору. В последнее время, он стал идеальным отцом, тем, кого я всегда хотела видеть в нем. Он стал заботлив, все чаще и чаще стал проводить время с ними. Он встречает их из садика, гуляет с ними, дарит желанные подарки.

Ревность затмевала мои чувства. Я не находил себе места, и почему-то в тот момент я вспомнил слова Миланы.

«Ты думаешь, что ты и вправду ей нужен? Она лишь играет с тобой, чтобы вызвать ревность у мужа. А когда это произойдет, он вернется обратно в семью, а ты… Ты будешь ей неинтересен».

– Все это время, ты была со мной, чтобы вызвать ревность у него? – прямо спросил я, наверное, лишь только потому, что я хотел разочароваться во всем этом, чтобы хоть на секунду мне сейчас стало легче.

– Что за бред ты несешь? – повышая голос, проговорила она, после чего подняла голову с моей груди и обхватила мое лицо своими нежными руками.

– Просто скажи, надеюсь, я смогу понять.

– Все это время я была с тобою лишь только потому, – она опустила голову, словно стеснялась произнести это. – Потому, что я никого и никогда так сильно не любила, как тебя Томас…

       ***

И я снова верил ей, как верил всегда.

Продолжая держать мое лицо в своих ладонях, она приблизилась ко мне, и с такой жаждой впилась в мои губы.

– Если бы однажды мне сказали, что я когда-то повстречаю тебя, я никогда бы не вышла замуж за Тремора. Просто в тот момент, я хотела, как и все быть счастлива, родить детей, обычные стереотипы которые нам внушают с самого детства.

– Но он ведь никогда не любил тебя, почему именно он?

– Мы были друзьями долгое время, общая компания, одни взгляды на жизнь, – она удручающе улыбнулась. – По крайне мере, я так думала все это время. К тому же у нас с ним всегда было сильное уважение друг к другу. Я не скажу, что испытывала к нему когда-то сильные чувства. Наверное, это была уверенность, или моя ошибка, что я думала, что когда-то смогу пробудить в себе это. После рождения Милисы, я была счастлива, но, к сожалению, это продлилось недолго. Тремор стал меняться, ну или точнее, я стала наконец-то понимать, какой он был все это время.

И почему-то в тот момент, я решил рассказать ей о том моменте, когда в своих последних отношениях, я сам чуть не окрестил себя женитьбой.

– До тебя я встречался с девушкой, – разбито проговорил я, не думая, что когда-то начну этот разговор с нею. – Она мне нравилась, но я не был влюблен в нее. Она же наоборот, влюбилась так наивно и по-детски в меня. Однажды она предложила мне зарегистрировать наши отношения официально. Она хотела быть моей навсегда. И знаешь, мы уже даже поехали с ней. Но когда мы оказались так близко, я не смог перешагнуть порог. Словно что-то в тот момент, остановило меня. Спустя пол месяца, мы расстались…

– Почему это случилось?

– Это неважно.

– Она изменила тебе? – продолжила расспрашивать Николь.

– Не было ни измен, ни предательств, ни ругани, ни ссоры. Просто ничего, именно так должно было у нас все и закончиться.

– Неужели ты не пытался наладить все с ней? Ну, или хотя бы узнать причину, почему так вышло все между вами?

– Я никогда не возвращаюсь обратно, конец есть конец, не нужно пятнать то что было, напрасными переписками и встречами, которые не в силах изменить что-либо.

– Значит, если и мы разбежимся, ты никогда больше не позволишь мне появляться в твоей жизни?

– Для тебя всегда будет место в моем мире, – проговорил я, продолжая смотреть на нее влюбленными глазами. – Но все совсем станет по-другому…

             ***

Я чувствовал, как глаза пеленают слезы.

– Мне жаль, – робко произнесла она. – Я просто хочу, чтобы ты понял меня. Если бы ты только мог понять меня..

– Что я должен понять? – спросил я, пытаясь сдержать слезы. – Понять чувства, что их больше нет?

– Они есть, и они будут с нами всегда. Этого, – она дотронулась до своей груди, словно касалась души. – Не отнимет у нас ни кто, ни люди, ни события, ни даже время. Каждый раз, когда мы встретимся, даже спустя долгие годы, где-то, внутри меня, все будет разрываться только от одного твоего взгляда.

Я знал, что конец неизбежен, но, не думал, что он настанет так быстро и именно сегодня.

Я встал, после чего показав ей рукой в сторону остановки, проговорил то, что однажды уже говорил.

– Уезжай прямо сейчас, оставь меня в покое, живи, наслаждайся жизнью, забудь меня, если для тебя это единственный выход из ситуации.

Я увидел, как слезы моментально хлынули с ее глаз. В ту секунду, во мне словно что-то говорило: «обними ее, успокой, извинись». Но я следовал совсем по-другому сценарию, и лишь поэтому продолжая смотреть на нее, я стал отходить назад.

Я словно сам хотел убежать от всего этого…

– Том, – с трудом выдавила из себя она. – Я правда устала от всего, что происходит… Ты обещал все наладить, но все становиться только хуже. Боль она душит… Она желает чтобы ее чувствовали…

– Предложения? – прокричал я, чтобы услышать, что она может предложить такого, чтобы сейчас нам не было бы так больно. – Ты все еще любишь меня?

И в эту секунду она замолчала. Замолчала и отвела глаза, так и не взглянув на меня за эти долбанные секунды, которые казались мне вечностью.

И я стал думать, ну почему? Почему она так и не ответила мне на это вопрос, только лишь спустя мгновенье до меня дойдет, что она просто не желала произносить слово «нет».

– Почему ты ничего не сказала?? – произнес я, пытаясь вытянуть из нее хоть слово.

Все это время мне казалось, что она просто играла со мной.

– Ты думала, что после ухода от Тремора, – продолжил я. – Будешь одна, если вдруг не встретишь однажды достойного человека. Скажи, почему ты решила, что я достоин твоей любви? Достоин ли я твоих чувств? Влюбилась ли ты по-настоящему за все это время?

И она снова замолчала. В тот момент мне было до слез обидно, от того, что на такие простые вопросы, она так и не смогла дать мне ответа.

Поняв, что этот разговор ведет лишь к одному, к расставанию, я побоялся продолжить его, поэтому решил закончить этот вечер.

– Свидание окончено, – разбито сказал я, и повернулся, чтобы просто уйти, неважно куда, лишь бы подальше сейчас от нее.

Но в тот момент, я был рад, что она догнала меня и обняла со спины.

       ***

Мы продолжали стоять так с нею, молча не найдя слов, чтобы сказать сейчас их друг другу.

Я чувствовал, как она дрожала, я взял ее за руку, приложив к своей груди.

Как вдруг мы услышали сильный скрежет колес по асфальту, не произвольно повернувшись в сторону дороги, я увидел до боли знакомую мне машину. Через считанные секунды, из которой выбежал Тремор, и целенаправленно направлялся в нашу сторону.

Я чувствовал как Николь стало трясти еще сильнее, я продолжая стоять неподвижно, закрыл ее своей широкой спиной, чтобы она перестала бояться.

– Вот вы где, – проговорил Тремор, продолжая жадно вдыхать в себя воздух.

– Я все объясню, – пыталась оправдаться Николь, которая так и не отпускала мою руку.

– Я слушаю, – уверено проговорил он, продолжая игнорировать меня, словно в тот момент они были лишь одни на этой гребанной аллее. – Ты ведь говорила, что с Томасом покончено?

Я молча перевел свой взгляд на нее, желая услышать, что ответит она.

– Я не могу так просто взять и отпустить его, – наконец-то выдавила из себя Николь, продолжая избегать моего взгляда.

– Ты же сказала, что мы можем все наладить, что хотя бы попытаемся воссоздать семью ради наших детей.

– Я и не отказывалась от своих слов, – и в эту секунду я отпускаю ее руку, осознавая, почему все это время она вела себя так странно и скрытно. Они без меня все давно уже решили, как будет лучше им…

И почему в ту секунду перед моими глазами всплыл образ самодовольной улыбки Миланы, которая злорадно смеется сейчас надо мною.

– Тогда зачем ты продолжаешь сейчас все это? – прокричал Тремор, кидая взгляд на меня.

– Я все равно никогда не полюблю тебя так, как любила его.

Я чувствовал снова, что нахожусь на качелях от резких перепадов моего внутреннего состояния.

– Разве ты забыла ту ночь? Когда мы говорили, с тобою о нас? – спросил Тремор, и я сразу понял, о чем шла речь. Ведь после того как они пошли с детьми на совместный праздник, они после этого на несколько часов ушли вдвоем. И именно после той ночи, Николь словно изменилась окончательно…

– Я ничего не забыла, – лишь только ответила она, продолжая все также избегать моего взгляда.

– Я ведь пообещал тебе, что готов простить измену с ним, если такого больше не повториться, – он сильно сжал кулак, словно готов был разнести мне голову прямо сейчас. Но в тот момент я словно сам жаждал этого, чтобы хоть как-то подавить в себе всю злость от правды, что стала вскрываться прямо на моих глазах. После этого Тремор окинул осуждающе взглядом Николь. – Только сейчас я стал осознавать, что может и не стоит вообще прощать тебе что-либо связанное с ним? Ведь перспектива так себе, к тому же, ты меня особо никогда и не возбуждала.

Я знал, что Тремор говорит это все лишь из-за обиды.

– А здесь ты не прав, – проговорил наконец-то я, ведь его слова меня задевают. – Я не знаю, с какими ты шлюхами все это время спал, но поверь, есть с чем сравнивать, – я стал медленно подходить к нему. – В моей жизни было полно девушек, самых разных, но лучше ее в моей жизни не было никого. И эти полгода, которые мы провели вместе, это лучшие шесть месяцев в моей жизни. А если она тебя не возбуждала, то может это проблемы все это время были в тебе? Значит, ты ей не особо был нужен…

Я стоял практически рядом с Тремором, не зная, какой реакции сейчас можно от него ожидать. После моих слов, я думал, что он накинется на меня, но он продолжал молча стоять.

Напряжение между нами начало, как ни удивительно, начало спадать, но мы так пристально смотрели друг другу в глаза, пока он не сделал несколько шагов назад, и не добавил всего лишь одну фразу на прощание:

– Удачи вам…

После этого он запрыгнул в свою машину, и через считанные секунды раздался оглушительный звук мотора.

       Глава 32.

Николь прижалась в мою грудь и сильно зарыдала. Я как можно крепче пытался обнять ее, чтобы успокоить, но в тот момент я не знал, какие слова подобрать.

– Знаешь, иногда мне кажется, что я не достойна счастья, – всхлипывая, говорила она.

И ее слова словно ударили по мне. Мне стало так обидно за нее.

– Если бы мы встретились с тобою чуть раньше, – продолжила Николь, делая паузы практически после каждого слова. – Все могло бы быть у нас по-другому…

Я прикоснулся к ее нежному лицу, после чего тыльной стороной ладони стали вытирать ей слезы.

– Возможно, нам суждено быть с тобою вместе, только лишь в другой параллели вселенной, – продолжила говорить она. – Где моя жизнь еще не так искалечена. Хотя может быть, мы бы тогда и не встретились с тобою или просто прошли бы мимо, так и не обернувшись друг на друга.

– Знаешь, я думаю, никаких других нас не существует, это все равно были бы мы. Сколько жизней бы мы не прожили, сколько ее вариантов, я все равно бы в каждой из вселенной искал бы тебя, – я продолжал разбито смотреть на нее, вытирая слезы с ее глаз. – Мы могли бы сейчас говорить о разных вариантах, что могло бы быть с нами, встретились бы мы с тобой гораздо раньше. Но, хоть я и не сторонник речей о судьбе, всегда пытался принимать решение сам, я думаю, все должно было случиться у нас с тобою именно так. Та встреча, когда я впервые только увидел тебя, я понял, что мы созданы друг для друга. Я не боролся тогда за тебя, не добивался твоего расположения, я просто забрал то, что по праву изначально было мое. Я понял, почему раньше у меня не получалось ни с кем, я думал дело во мне, но после встречи с тобой, я осознал, что все дороги вели меня к тебе. Что когда-то я не зря оказался именно в тех стенах, где мне посчастливилось впервые увидеть тебя. Возможно, в другой вселенной все могло бы быть иначе. Возможно где-то и сейчас, у нас с тобою совершено другая жизнь. Где-то мы счастливы, где-то задыхаемся от боли. Но это все равно мы. Ведь не зря когда-то, в холодном и промозглом ноябрьском дне, кто-то подарил мне тебя, ту, которую всегда обещали…

Она замерла от моих слов, которые коснулись, самые неизведанные части глубины ее души. Ее слезы продолжали течь, на которые сейчас уже никто из нас даже не обращал уже внимания.

Я впился жадно в ее губы, ощущая, какими солеными они были. Я наслаждался магией, которая образовалась между нами, хоть и ком в горле не покидал меня, я словно через боль, наслаждался ее губами, чтобы запомнить их вкус навсегда.

Она руками вцепилась в мои волосы, в то время как я, как можно сильнее прижимал ее к себе, держа за талию.

      Я мечтал лишь об одном, чтобы это мгновенье продлилось как можно дольше. Я хотел остановить время и никогда не возвращать его обратно. Хотел уйти с ней вспять, уничтожить весь мир, лишь бы сейчас длилось вечно.

Мы стали задыхаться, нам не хватало воздуха, или все наши тяжелые вздохи были лишь вызваны возбуждением, которое мы сейчас испытывали.

Если бы мы сейчас находились с ней в другом месте, то обязательно бы разорвали друг друга от порыва такой страсти.

Но вдруг она закончила поцелуй, и сделала несколько шагов назад.

– Что произошло? – спросил я, чувствуя некое беспокойство на душе.

– Я хочу тебя Томас, – неожиданно для меня говорит она, с расширенными зрачками, в котором я словно даже стал видеть себя.

                   ***

И хоть раньше я никогда не был в подобных местах, но именно сейчас мы не нашли ничего лучшего как отправиться в отель. Это желание нахлынуло как буря, мы не в силах были это контролировать.

– Добрый вечер, – поприветствовала нас молодая девушка на ресепшене.

– Добрый, – проговорил я, продолжая закрывать Николь спиной, она явно чувствовала себя неловко, входя сюда. – Нам, пожалуйста, номер.

– Конечно, – любезно ответила она. – На сколько дней вы планируете заехать?

Я знал, что на несколько часов, которые нам нужны, они нам явно не предоставят номер, поэтому я оплатит сутки, осознавая, что мы не задержимся здесь так долго.

Я взял ключи, после чего сразу направился искать нужный нам номер, продолжая все это время держать за руку Николь.

Открыв наконец-то дверь, мы сразу накинулись с Николь друг на друга, начиная разбрасывать вещи по всей комнате.

– Мне нужно принять душ, – между поцелуев проговорила Николь, ведь этим она всегда и отличалась, для нее чистоплотность была всегда на первом месте. И она никогда не подпускала меня к себе, пока не примет ванну.

Я осознавал, что сдерживать себя еще несколько затяжных минут, мне будет не под силу, ведь я хотел войти в нее как можно скорее, насытиться ею.

– Тогда мы займемся этим прямо в душе, – сказал ей, ведь однажды у нас был у нее такой же секс, и осознавал, насколько и сейчас он окажется прекрасным.

Она противиться не стала, ведь когда она сняла передо мною свои трусики, я увидел, какая сильная влага была на них, и как все это время она желала, чтобы я вошел в нее.

Оголив себя полностью, я, включив воду в душе, которая изначально оказалась ледяной, но это было даже к лучшему, ведь хоть немного она стала приводить нас в себя, чтобы бы и вправду не разорвали друг друга.

Взяв с полки недорогой гель, я стал обмазывать им Николь, плавно касаясь ее груди. Спускаясь все ниже и ниже, я дотронулся до ее лобка, на котором было немного волос, ведь идя сегодня со мною на встречу, она явно не знала, чем у нас все это закончится.

Мыльными руками я стал дотрагиваться до ее клитора, по началу медленно массируя его, затем я стал делать это все сильнее и быстрее. Она держалась за мои плечи, продолжая стонать от каждого моего движения. Засунув ей два пальца по влагалище, я пытался дотронуться до запретной точки G. И видимо у меня это получилось, ведь через считанные секунды, я увидел, как все ее тело содрогнулось от пика оргазма. Она сильно подогнула колени, и ели стояла на ногах.

Вода продолжала струиться на нас, резкие переходы с кипятка на холод давали о себе знать, но мы словно даже не обращали на это никакого внимание.

– Так мы никогда не помоемся, – подметила она, и вцепилась рукой в мое достоинство, после чего продолжая находиться в полу согнутом состояние, она добавила. – За все это время, я так и не попробовала какой ты на вкус…

             ***

Я сдерживал себя, чтоб не закончить все это прямо сейчас, ведь я как можно сильнее хотел оттянуть момент долгожданного оргазма.

Когда мы вышли из душа, я вытер сразу же ее лежащим полотенцем, которое как ни странно хорошо пахло порошком.

Когда мы зашли внутрь комнаты, я удивился, что ни смотря, что это был дешевый отель, ремонт был довольно таки уютный, здесь и вправду можно проводить время с любимым человеком, жаль, что мы с Николь решились на такое практически перед самым финалом нашей с ней истории. Ведь это было бы идеальным убежищем от всех проблем, что окружают нас постоянно.

Ведь заняться сексом, для нас всегда было роскошью. К себе домой я не мог ее пригласить, так как мои родные, в последнее время были почему-то, категорически против Николь. Идти в ее дом, хоть я и был там желанным гостем, все ровно было неудобно. Ведь ее мама постоянно была дома, также как дочки.

Похоже, таким как мы, и вправду ничего не оставалось, как уединиться в обычном отеле, которых сотни по городу.

– Ведь не важно где, а важно с кем, – проговорил я, кидая ее на кровать. Господи, как же от нее пахло сексом, и хоть она не обладала идеальными формами, я все равно жаждал ее, как ни одну женщину в этом гребанном мире.

Упругая грудь манила меня, я не мог не дотронуться до нее языком, поэтому, нависая над ней, я впился в нее губами.

Рука сама непроизвольно потянулась к ее запретному плоду, и снова сильная влага, что сачилась с нее, не могла не возбуждать меня все сильнее.

Осознавая, что я не могу больше наслаждаться предварительными ласками, я грубо вхожу в нее, но она словно даже не ощущает боли, лишь только от толчка издает сильный стон.

Я вхожу в нее настолько глубоко насколько это возможно, пытаясь насладиться как можно больше ею. Стоны раздаются по всей акустике комнаты, но мы словно даже не стесняемся их, и не пытаемся как-то приглушить. Впервые за все это время, мы нормально можем заняться сексом, не боясь, что кто-то услышит нас за стенкой.

Я начинаю целовать ее ухо, стимулируя его языком, какой же вкусной она мне кажется. Или я просто настолько сильно брежу человеком, что все, что есть в ней, кажется мне таким идеальным.

– Еще, – на выдохе кричит она. – Прошу, еще…

Я снова уже на пределе, но пытаюсь сдерживать себя, чтобы продлить удовольствие Николь. Немного сбавив темп, я решаюсь сменить позу, чтобы заново начать входить в нее, уже с новыми силами. Она словно кошечка элегантно изгибает свою спину, продолжая демонстрировать мне все свои тайные прелести, в которые я продолжаю входить снова и снова.

Сильные хлопки раздаются, как мне кажется на все ближайшие комнаты, стоны Николь не в силах перекричать сейчас никто. Ведь страсть продолжает затмевать наш мозг, нам мало сейчас все равно друг друга. Нам хочется большего.

Набирая темп, я слышу, как Николь начинает кричать от очередной волны оргазма, ее тело начинает все трясти, она дает мне понять, чтоб я остановился. Она с трудом ложиться на спину, пытаясь жадно вдыхать в себя воздух.

Я снова ложусь на нее, раздвигая перед собою ее прекрасные длинные ножки. Я чувствую, как на моем паху растекаются ее соки, это не может мне не льстить.

Понимая, что в этот раз я уже не смогу остановиться, я за несколько секунд до оргазма, успеваю вытащить из нее свое достоинство, обильно спуская все на и так мокрую простынь…

       Глава 33.

Я докурил сигарету, видя, как сигаретный дым смогом поднялся над нами. И хоть в комнате и так не было чем дышать, я все равно никак не смог обойтись без никотина.

Ведь я люблю эту девушку, и одна только мысль, что вскоре все это закончиться между нами, уничтожает меня…

– Я никогда не получала раньше столько удовольствия, – проговорила Николь продолжая сжимать свои колени. – Как же с тобою хорошо. Я думаю, даже если нас не станет, между нами всегда будет витать страсть, при каждой нашей встречи, пусть она будет запланированной или нет. Каждый раз, когда я увижу тебя снова, я буду хотеть тебя…

– Между нами, возможно, всегда будут недоотношения, но каждый раз, когда нас будут сводить дороги, я уверен, мы будем нарушать эту грань…

– Однажды, ты встретишь другую, и полюбишь ее. Уверена, с такой внешностью как у тебя, любая бы сейчас хотела оказаться на моем месте. Поэтому вскоре ты обо мне позабудешь, а для меня ты так и останешься непоколебимым искушением.

– Ты думаешь, я смогу когда-то полюбить другую также как и тебя? – спросил я, чувствуя некое отвращение от этих слов.

– Ты должен создать свою семью, – разбито ответила она.

– Я знаю, что это неизбежно, – признался ей я. – Однажды в моей жизни появиться новое имя, которой возможно я даже признаюсь в своих чувствах. Но знаешь, я каждую из них всегда буду сравнивать с тобою.

– Вокруг полно красивых девушек…

– Может быть и так, но даже у красоты есть свой эталон, и этот идеал это ты… Поэтому когда, спустя годы я буду идти совершено с другой девушкой, я буду задавать ей вопросы, и буду так отчаянно ждать ответы, именно те, которыми ответила бы ты…

– Так не должно быть, – и снова порыв слез нахлынул на нее.

– Но так будет, – проговорил я. – Я буду обманывать каждую, кто будет со мной. Я никогда не почувствую к ним того же, что чувствовал и чувствую к тебе. Я буду в себя влюблять, но не смогу влюбиться сам. Походу это и есть проклятье, за те полгода, которые нам суждено было провести с тобою вместе…

– В моей жизни будет только Тремор, но я тоже буду ждать от него всегда то, что дарил постоянно мне ты.

Николь сильно выдохнула, после чего вытерла слезы со своих глаз.

– Я знаю, что мы будем спать вместе, потому что так будет нужно, – проговорила она. – Но я не буду получать, от этого удовольствие… Я всегда буду представлять тебя, каждый раз, когда буду находиться с ним.

– Все кто будет у нас по жизни дальше, будут обмануты, ведь они лишь будут с нами физически рядом, в то время как в мыслях мы будем постоянно искать и ждать друг друга…

             ***

Я встал и подошел к мини-бару, что располагался в небольшой холодильной камере. Достав оттуда бутылку холодной воды без газов, я открыл ее, сделал несколько жадных глотков, чтобы подавить обезвоживание, которое все это время испытывал.

– Я думаю, вечер прошел превосходно, – проговорил я, протягивая ей бутылку воды. – Во всех смыслах, было хорошо.

– А как иначе может быть с тобой, – ответила Николь, начиная довольно сексуально делать порывистые глотки.

Посмотрев на стену, я увидел настенные часы, которые, не смотря на бюджет отеля, смотрелись довольно роскошно.

Увидев время, начало седьмого, я осознавал, что ей пора уже идти, чтобы забрать детей из садика.

И хоть я хотел ее еще, я осознавал, что у нас нет просто времени на это.

– Это было хорошее время, – проговорила Николь, в качестве благодарности за эти полгода, которые мы были вместе.

– Лучшее, – подправил ее я, накидывая на себя помятую рубашку.

Я не знаю, как сумел сдержать слезы, после этих слов, но ком разрывал мое горло.

Когда мы вышли из номера, и прошли вдоль ресепшена, нас сразу же окликнула девушка.

– Извиняюсь, – проговорила она. – Вы разве уже съезжаете?

Вытащив из кармана ключи, я подошел к ней и протянул их.

– Планы изменились, – ответил я.

– Вы знаете, что за не использованные часы, деньги не возвращаются?

– И не нужно, – добавил я, после чего развернулся и покинул это место, в которое я точно знал, что никогда больше не приведу кого-нибудь другого. Чтобы это место ассоциировалось у меня только с Николь…

Пусть хоть одно единственное место в городе будет, где я был только с ней. И ни с кем больше.

Я вызвал такси, и решил проехаться с ней до ее дома. Наверное, для того, чтобы в последний раз проводить ее по знакомым нашим местам, по которым мы так часто бродили с ней вдвоем.

Идя сегодня к ней, я не думал, что мы простимся навсегда. Хоть все к этому и шло, я все равно не был готов. Как будто к этому можно подготовиться?

Да, мы заранее обсуждали дату расставания, и я понимал, что это неизбежно случится с нами. Но мы опередили события, ведь ожидание расставание казалось мучительнее самого расставания…

Но у этой истории не может быть больше продолжения.

– Мне жаль, что я так и не смог сохранить тебя, – проговорил я, когда мы ехали уже в такси. – Прости, я обещал все исправить, но…

– Ты сделал все что мог, – перебила она меня. – Но остальное уже зависело не от нас. Ты ни в чем не виноват, просто так и должно было случиться.

– Однажды я говорил тебе, чтобы все это было не зря, теперь ответь, это и вправду того стоило?

– Ты лучшее, что было со мною в жизни, – искренне проговорила она. – И я рада, что у нас это было…

Николь пришло сообщение, пока она стала читать его, я отвернулся к окну начиная смотреть, как солнце продолжало ярко светить.

– Тремор забрал детей, – вдруг неожиданно для меня говорит Николь. – Нам некуда было спешить.

– Он все-таки простил тебя?

– Не знаю, но то, что он забрал девочек, уже многое говорит.

Осознавая, что спешить теперь нам не нужно, я прошу таксиста высадить нас раньше.

Когда мы оказываемся на улице, Николь сразу же задает ожидаемый вопрос.

– Почему мы вышли именно здесь?

– Есть что-то в этом месте… – Я посмотрел на здание нашей прежней работы, и, воспоминая мгновенно, словно вспышки, стали разрывать мою голову. Ведь когда-то еще так недавно, мы были с ней здесь неразлучны, безумны и счастливы.

Я захотел пройти с ней на прощание именно по тому маршруту, который мы оба знали уже наизусть.

Наверное, все и должно закончиться там, где все когда-то и началось.

Я подошел на курилку, и как тогда еще полгода назад достал сигарету, сделав несколько сильных затягов в себя, я повернулся к Николь, которая все это время стояла за моей спиной, продолжая щуриться от яркого солнца.

– Мы часто мысленно будем сюда возвращаться, – проговорил разбито я, чувствуя, как слезы все это время шли из моих глаз. – Однажды впервые я встретил тебя именно здесь…

             ***

Ведь настал момент, когда я просто сломался, не смотря, каким бы я все это время не пытался казаться сильным, я стоял и плакал перед нею.

Говорить что-то дальше, я просто уже не мог, ведь боль словно лишила меня дара речи.

– Мне жаль, что мы так и не смогли сохранить с тобою друг друга, – шепотом выдавила из себя Николь. – Но, я не хочу тебя терять… Ведь ты, ты ведь больше не вернешься…

– У тебя будет Тремор, с тобою останутся «наши» дети, у тебя все будет хорошо, как было и раньше, – я запнулся, пытаясь подавить в себе ком. – Я многое изменил, в тот момент, когда ворвался в твою жизнь, но все всегда возвращается в исходное положение. Как бы мы не пытались исказить эту реальность, заполнить ее чувствами и создать наше будущее, мы были не в силах изменить там что-то. Сколько бы жизней нам не было дано, неважно в какой вселенной мы бы еще встретились с тобою, но все всегда возвращалось бы к исходному…

– Хочешь сказать, я навечно обречена, быть с Тремором? И что нет никакой надежды, все это изменить?

– Все лишь вернулось, как было до меня.

– А что теперь будет с тобою?

– Останусь один, так будет лучше…

Я бросил сигарету на холодный бетон, и искры от пепла разлетелись так монотонно по ветру.

– Мы не сможем быть с тобою друзьями, – добавила Николь. – Мы просто не созданы для этого.

– Этот вечер, это последнее мгновение, когда я могу так отчаянно прикасаться еще тебя. Говорить, как мне тебя мало, жадно вцепляться в твои робкие и такие манящие губы.

– А если с Тремором мы так и не сможем простить друг друга? У нас есть шанс, наладить с тобою все заново?

Я долго думал над этим, ведь раньше после расставания, я никогда не возвращался к бывшим. Конец был концом, ведь как я мог бы простить человека, который сам решился проститься со мною? И как бы мне не было тяжело и больно, я ни разу так и не вернулся обратно в прошлое.

– «Любовь не пятнают дружбой». Какой бы не был финал, но это уже конец, который не изменить.

– Но ведь это лучше, когда есть чего ждать. Нежели знать, что ничего не осталось. Прощаясь сегодня с тобою, я хочу знать, что завтра я могу написать тебе, и узнать, как и раньше, все ли у тебя хорошо.

Николь подошла ко мне и обхватила ладонями мое лицо.

– Нам будет сложно сразу разрушить то, что было между нами. Нам нужно время, постепенно учиться жить друг без друга.

– Какой в этом смысл? Если даже будет так, я ведь не смогу больше нарушать с тобою грань… А держать дистанцию, с тобою это просто невозможно.

– Не отпускай меня…

И в эту секунду я просто опустил свои глаза вниз, осознавая, что теряю лучшее, что было в моей жизни…

      Часть

Четвертая

Глава 34.

Николь.

Я шла словно в тумане, не обращая внимания на мимо проходящих людей. Родной город показался мне теперь каким-то пустым, мрачным. Деревья не казались мне зелеными от листвы, больше они напоминали тусклый оттенок. Дома в округи, стали какими-то нелюдными, словно весь наш город просто в одну секунду вымер.

Или просто теперь, что-то умерло во мне самой.

Так и не дождавшись пока светофор засветиться зеленым, я стала переходить дорогу, услышав отдалено эхом сигналы машин. Кто-то попытался даже выкрикнуть что-то в окно, но я этого просто не слышала, ведь перед моими глазами, в моих мыслях, в самой мне, находился Томас.

Как же мне хотелось зарыдать сейчас, но слез совершено не было. Ком в горле, все также разрывал мое горло, а тело, словно парализованное от боли не хотела даже шевелиться.

Я достала с кармана телефон, и захотела позвонить Тому, чтобы сказать ему как мне сейчас тяжело.

Но, засунув телефон обратно в карман, я не стала этого делать, потому что понимала, Томасу сейчас гораздо больнее…

«Я многое изменил, в тот момент, когда ворвался в твою жизнь, но все всегда возвращается в исходное положение».

Почему-то именно эти слова Томаса, крутились у меня в голове. Он часто винил себя, что так мгновенно вошел в мою жизнь, и разрушил все то, что было до него.

Я уверена, что и сегодня он не дал мне никакого шанса, лишь только потому, что осознавал, что Тремор готов простить меня, ведь он так боялся, что после всего этого, я останусь абсолютна одна, с двумя маленькими детьми.

Томас пожертвовал собою, чтобы была счастлива я, но не о таком счастье я мечтала.

Наверно все и должно было изначально вернуться в исходное положение, как было до него. А то, что в период с ним, я пережила бурю и страсть, влюбленность и одержимость, безумства и вспышки, уже просто не имеет значение…

Когда я зашла в свой собственный двор, который раньше мне казался таким уютным, то сейчас, он меня просто угнетал. Ведь я поняла, больше мы никогда не пройдемся вместе с Томасом по нему…

– Мама, – лишь только голос Алисы смог хоть как-то вывести меня из этого состояния. Они сильно вцепилась в мою ногу, и я словно стала приходить в себя.

Я сразу взяла ее на руки, и прижала так нежно к себе.

– Ты плакала? – спросила меня дочь, ведь в тот момент я представляю, какое черное у меня было лицо от пролитой туши.

– Нет, все хорошо, – солгала я, ведь она была еще слишком маленькой, чтобы я могла говорить с ней о таком.

Спустив Алису на землю, она сама вцепилась в мою руку, и начала бежать, чтобы показать мне что-то важное для нее.

Когда мы оказались на детской площадке, она подвела меня к качели, на которой Тремор катал Милису.

– Папа вернулся, – проговорила она, и то, что я и так прекрасно знала. После чего она отпустила мою ладонь и побежала к нему.

Тремор кидал на меня не однозначные взгляды, то ли презрения и отвращения, то ли робость и смущение. Хотя мне было неважно, что чувствовал сейчас он по отношению ко мне.

Я не захотела подходить к нему, и лишь в нескольких метрах от детей, присела на скамейку.

На автомате я достала с кармана телефон, и, зайдя в наш чат с Томасом, стала писать по инерции.

«Дети встретили меня на улице, посижу немного с ними, потом зайдем домой, надеюсь, ты уже добрался».

Но осознав, что я сейчас делаю, я сразу же удалила сообщение. Ведь нас больше нет, и никогда уже не будет.

Отныне я не буду торопиться домой, чтобы написать ему как можно скорее, что добралась и со мною все хорошо. Ведь отныне я никому не нужна. Никто больше, не позаботиться покушала ли я сегодня или нет. Как мне спалось, и как прошел мой день. Ведь Тремор за все наши совместные семь лет, практически не интересовался, что со мною было.

В то время как Томас, не оставлял меня практически не на секунду, с ним я была скована, но я не хотела на волю. Несмотря на его ранний возраст, он был гораздо старше своих лет. Господи, каким же он был элегантным в отношения меня, как же он умел заботиться и оберегать. Сотни мужчин, даже тысячи не стоят его одного.

Как вдруг я ощутила прикосновение на своих плечах, но уже через считанные секунды Тремор сам подсел ко мне.

Мне было противно, что он касался меня, но отныне мне придется снова учиться терпеть все это.

– Это конец? – спросил он. – С ним покончено?

– Да, – лишь только выдавила из себя я, зная, что никогда его не забуду…

       Глава 35.

Когда мы поднялись в мой дом, Тремор, как ни в чем не бывало, стал раздеваться и заходить внутрь.

– Что ты делаешь? – спросила я.

– Я тут подумал, что нам пора снова жить вместе.

– Давай позже, не все так быстро, – ответила я, продолжая находиться до сих пор в какой-то абстракции.

– Почему ты оттягиваешь этот момент? Дети не хотят, чтобы я уходил.

Поняв, что этот разговор был бессмысленный, я просто развернулась и побежала в ванну. Закрыв дверь на замок, я скатилась по стене и сильно зарыдала, осознавая, что вот и наступила это безысходность, от которой мне теперь никуда не убежать.

Я включила воду, чтобы хоть как-то заглушить свою истерику. Но это все равно не помогло. Но, а вскоре я услышала голос мамы на кухне.

– Тремор, я удивлена видеть тебя здесь, – сказала она.

– Мы снова с Николь вместе, – самодовольно ответил он, и только сейчас я поняла, что для него это все было, словно соревнование. Ему не нужна была я, ему просто хотелось победить. Чтобы очередной раз утвердиться в самом себе.

– Вместе? – переспросила мама, боясь произносить имя Томаса вслух. – А как же…

– А вы про любовника ее, – я даже представила, с каким призрением он это говорил. – Николь осознала, что допустила ошибку, но я готов ее простить, хотя бы ради детей.

И тут меня берет дикая злость, выключив воду в кране, я выбегаю из ванной и залетаю на кухню.

– Готов простить? – прокричала я. – Ну спасибо тебе огромное за такое одолжение.

– Я не это имел виду Николь, – сразу же начал мямлить он.

– Если ты считаешь, что я желаю, что была с ним. Ты глубоко ошибаешься, тебе никогда не занять его место, и чтобы ты не сделал, тебе всегда будет далеко до него. Да, я хочу наладить все только ради детей, но не ради тебя. Поэтому не думай, что вернулась я к тебе.

– После того, что было, ты должна быть рада тому, что я готов вернуть все обратно, – он решил, что я буду чувствовать себя виноватой.

– Рада? – прокричала я, и словно не замечая маму, я стала говорить ему о том, что мучило меня долгие годы. – А ты сам, когда трахал шлюх, а после всего этого умудрялся ложиться со мною в одну постель, словно ничего не происходило. Ты даже не представляешь, какого мне было тогда, я искала минусы в себе, чем я тебя не устраиваю, что ты начал изменять. И даже тогда я не отвернулась от тебя, потому-то у нас были дети.

В ответ Тремор так ничего и не смог ответить. И я была рада, что тут мама решила влезть в наш разговор.

– Тремор, иди домой, так пока будет лучше для вас обоих.

             ***

Уложив деток спать, я зашла на кухню, и присела за стол. Желудок продолжал журчать, но аппетита есть сейчас не было никакого. Открыв телефон, я стала просматривать наши совместные фотографии с Томасом.

Я словно продолжала добивать себя.

Через несколько минут на кухне загорелся свет, который сразу ударил мне по глазам. Сильно прищурив их, я увидела, что ко мне зашла мама.

– Почему ты еще не спишь? – спросила у нее я, блокируя телефон, чтобы она не увидела, что я пересматриваю фотографии Томаса.

– Разве уснешь, когда моей дочери сейчас так плохо.

Мама включила чайник, и стала доставать кружки, ведь разговор наш явно ожидается долгим.

Я долго размешивала сахар, боясь поднимать свои глаза на маму, ведь я знала, что обязательно расплачусь.

– Я не знаю, с чего начинать, – призналась я, продолжая все ложкой вырисовывать круги в кружке.

– Как все так произошло? Ведь еще вчера ты говорила, как вам хорошо с Томасом.

Услышав его имя, по моему телу словно раздался импульс тока.

– Еще вчера, у нас и вправду было все по-другому, – я пыталась сдерживать слезы, чтобы не ранить маму. – Но мы знали, что однажды такое случиться.

Мама не стала задавать больше вопросов, а лишь продолжала дожидаться, пока я сама продолжу говорить.

– Он плакал, – сказала я, не знаю почему, я решила это произнести. – Я не думала, что когда-то увижу его слезы. И от этого мне почему-то было гораздо больнее. Он всегда был сильным, уверенным в себе молодым человеком, с огромными амбициями, а тут я видела, как он просто сломался.

– Разве вы не можете остаться друзьями?

– Нет, – удручающе ответила я. – Мы были созданы гораздо для большего, чем просто остаться друзьями.

– Почему вы решились на это? Вы ведь любили друг друга.

– Мы и любим по-прежнему. Но…

И в эту секунду я начинаю рыдать. Моя мама положила свою ладонь мне на руку, и сильно ее сжала в качестве поддержки.

– Его родители, никогда бы не приняли меня, – стала говорить я. – Ему бы пришлось пойти против семьи, чтобы сохранить то, что у нас было. К тому же дети, всегда ждали именно Тремора.

– И вы решили пожертвовать собою, чтобы угодить всем остальным? – задает прямой вопрос мама, прямо в лоб.

– Получается да, – я только сейчас осознала, что и вправду, мы просто осчастливили всех нашим расставанием, всех, но только не самих себя. – Мы думали, что делаем все правильно.

– Здесь не было правильного выбора или нет. Есть лишь только последствия, к которым все это приведет.

Мама сделала несколько глотков чая, который полностью уже остыл, за нашими разговорами.

– То, что сказал Тремор, это правда? – спросила она.

– Что именно? – не поняла я, ведь мысли сейчас были только о Томасе.

– Вы теперь вместе?

– Я не знаю, – призналась я. – Я хочу, чтобы детки были счастливы. И хоть я никогда не полюблю Тремора, все же, мне придется быть с ним, чтобы они росли в полноценной семье, – после этого я посмотрела, разбитым взглядом на маму. – Звучит как бред, неправда?

– Однажды я не смогла сохранить нашу семью, и я знаю какого, тебе пришлось, когда отец ушел от нас. Ты просто не хочешь, чтобы твои дети пережили тоже самое.

Мама словно читала меня как открытую книгу.

– Но мне жаль, что с Томасом у вас так ничего и не вышло. Он так влюблено всегда смотрел на тебя и восхищался. Когда ты была с ним, мне всегда было спокойно. Не думала, что та встреча с ним, окажется последней, я даже не смогла с ним попрощаться. И поблагодарить его за то, что оживил мою дочь.

– Но ненадолго, – выдавила из себя я, чувствуя, как снова начинаю становиться живым трупом.

– Вашу историю, ты теперь достойно, должна пронести через всю свою жизнь. И хоть со временем все начнет забываться, даже самая сильно боль, вскоре перестанет тебя тревожить. Но за то, ты всегда сможешь мысленно вернуться в те дни, когда еще вы были едины.

             ***

Наш разговор продлился до четырех утра, точнее это даже был мой монолог, я вспоминала обо всем, что было связанно с Томасом, с самого начало и до конца.

Каждую нашу встречу, незабываемые проведенные совместные ночи, Господи, как же я его хотела, и как же сильно я хочу его сейчас…

Когда я зашла в свою комнату, я накрыла Алису одеялом, потому-то она часто посреди ночи любила сбрасывать его на пол, так как постоянно крутилась во сне.

Я легла на свой диван, и впервые за последние часы включила телефон. Увидев уведомление о входящем сообщение, я так надеялась, что оно было от Томаса. Но, к сожалению, моя надежда не оправдалась.

«Николь, я не должен был говорить такого. Я сам совершал ошибки, давай просто забудем обо всем, и попытаемся все начать с чистого листа».

Я ничего не стала отвечать Тремору, к тому же это сообщение он отправил два часа назад, и сейчас он просто самодовольно уснул. Ведь для него этот расклад стал самым идеальным. В какой-то степени, хоть я и не хочу это признавать, но Тремор все же победил…

       Глава 36.

Томас.

– Ты видел, какой сейчас час? – спросил меня Саид, когда я позвонил ему посреди ночи.

– Нужно организовать вечеринку, – лишь только ответил я, осознавая, что без алкоголя, я никак не выйду из этого состояния.

– Хорошо, завтра утром всех обзвоню, – сонно ответил он.

– Нет, ты сделаешь это прямо сейчас! – властно проговорил я, понимая, что эту ночь наедине собою я просто не переживу.

– Томас, что у тебя произошло?

– Мне нельзя оставаться сейчас одному, иначе может случиться непоправимое.

Саид как не странно понял, что все слишком серьезно.

– Никто не согласиться сейчас в такое время, куда-то ехать, – выждав небольшую паузу, Саид признался. – Мы с Миланой теперь живем вместе. Я скину тебе адрес, приезжай к нам.

Но даже на таком расстояние, я услышал в его голосе нотки ревности, ведь он осознавал, что на фоне меня, чувства Миланы померкнут к нему.

– Есть что выпить? – задал самый важный вопрос для себя я.

– Есть, – сбросив звонок, он скинул мне адрес сообщением, в который я уже отправлялся на такси спустя несколько минут.

             ***

Не помню, сколько сигарет я скурил в машине, пока мы ехали посреди ночи по опустошенной трассе, но облако дыма продолжало витать в салоне.

Водитель к моему счастью оказался не разговорчивым, и не тяготил меня глупыми вопросами и беседами о погоде.

Несмотря на позднее время, я старался на максимум поставить музыку, чтобы басы выбели сейчас все больные мысли с моей головы.

Когда мы подъехали, я даже не стал дожидаться сдачи, а просто сунул крупную купюру и как можно скорее покинул машину, и прямиком направился в разбитый подъезд. Оказавшись на нужном мне этаже, я так и не нашел не одного звонка, и лишь поэтому как псих стал стучать в дверь.

Услышав, как кто-то открывает замок, я отошел немного назад, и почувствовал, как мои ноги начинают становиться ватными и перестают меня слушаться.

Когда дверь открылась передо мною полностью, я сразу же увидел в проеме Милану, которая была в коротких шортиках и топике. Она была такой домашней, и такой сонной, но это было даже мило.

– Можно? – спросил я, перед тем как зайти в их дом. Я даже не смог сказать ей обычное «привет», хотя в последний раз мы говорили с ней месяца три назад. Еще тогда, когда она отправила мне, то сообщение, глубокой ночью.

«Сегодня в 03:08 я разлюбила тебя. Прости, но я все-таки смогла это сделать…»      

Я не знал, и вправду ли она смогла это сделать, но на протяжении всего времени, она так и ни разу не появилась в моей жизни. Не было навязчивых сообщений      , не нужных звонков, не было ничего.

И вроде я был рад этому, но мне почему-то мне не становилось от этого легче.

– Проходи Томас, – сказала она, и почему-то ее голос задрожал. Хоть она продолжала всем своим видом показывать мне, словно все для нее уже в прошлом.

Скинув обувь на пороге, я почему-то прямиком направился в кухню и сел за одинокий стол.

– Саид пошел в магазин, – сказала Милана, не решаясь садиться напротив меня. Она подошла к окну и встала ко мне спиною. – Должен скоро вернуться.

Между нами было затяжное молчание, которое угнетала обоих.

– Прости, – неожиданно произношу я, но она продолжала молчать. – Я не хотел, тебя терять…

Она словно даже меня не слышала, по крайне мере никаких признаков не подавала.

– Надеюсь, с Саидом ты по-настоящему счастлива, – добавил я.

– Ты так и не понял? – сипло спрашивает она, так и не удостоив меня даже взглядом.

– Что я должен был понять?

– Почему я именно с ним?

– Только не говори… – я не успел закончить фразу, так как она мгновенно перебила меня.

– Да, Томас. Я начала с ним отношения, не потому что, что-то чувствовала, все было только лишь назло тебе. Я думала, тебя это заденет, что я именно с ним. С твоим лучшим другом. Каждую ночь, когда он хочет меня, я лишь заставляю себя отдаваться ему. Для него это любовь, для меня лишь иллюзия, ведь каждый раз, когда я с ним, я все так же представляю, что это ты сейчас во мне… – после этих слов она обречено улыбнулась. – Безумие, неправда?

Я не знал, что ответить ей, и лишь, поэтому промолчал.

– Ты просил меня, уничтожить тебя во мне, – продолжила Милана. – Но сука, ты разрастался во мне все больше и больше с каждым этим гребанным днем. Чем больше я хотела убить тебя в себе, тем сильнее возрастали мои чувства к тебе. И тут я наконец-то стала свыкаться жить без тебя, пыталась учиться этому, не вспоминать тебя так часто. И знаешь, у меня почти получилось, пока ты не зашел в эту дверь.

– Я думал, все кончено.

– Тебе походу нравиться мучить меня?

– Это не так…

– Нет, Томас, все именно так, – и тут она решается наконец-то повернуться ко мне лицом за все это время нашего с ней разговора. – Я хочу, чтобы сейчас ты наконец-то понял меня, какого мне все это время было.

– О чем это ты?

– Я надеюсь, что ты также будешь теперь страдать. Больше всего на свете, я желаю, чтобы тебе тоже было больно.

И хоть я не говорил, что мы расстались с Николь, она походу сама все прекрасно поняла, ведь иначе я бы не появился у них дома сейчас посреди ночи.

– Вскоре ты лишишься сна, пропадет полностью аппетит, – она словно проклинала меня. – Мысли начнут душить тебя, а боль, словно вирус станет разъедать тебя изнутри. Тебе будет не хватать ее, и вскоре пойдут ломки, когда каждую твою часть тела начнет выворачивать. Ты будешь много пить, чтобы одурманить свой рассудок, и хотя бы на несколько минут позабыть о ней,       но с каждым выпитым глотком, ты будешь осознавать, почему и зачем ты это делаешь. Ведь причина всегда у тебя будет одна это она…

Милана словно втыкала в меня сейчас иголки как в куклу Вуду. Ведь я чувствовал, как ее слова бьют по мне.

И тут она начинает истерически смеяться.

– Скажи, я ведь все-таки была права? – и тут в ее улыбке, я вижу столько злорадства. – Девочка наигралась, и все вернулось, как и было до тебя.

Я разбито посмотрел на нее.

– Теперь хоть ты наконец-то признал, что ты никогда и не был ей нужен? – продолжала добивать меня Милана, ведь именно сейчас я был уязвим и слабым.

– Ты ведь не знаешь, что говоришь.

– Ты можешь сейчас рассказать мне хоть сотню причин, почему она бросила тебя, лишь бы выгородить ее в моих глазах. Но мне это неинтересно, факт остается один, она все-таки ушла…

       Глава 37.

Я не успел ответить ей на эти слова, ведь буквально через несколько секунд на кухне появляться Саид, и ставит две бутылки виски на стол.

Мы обменялись слабым рукопожатием, и это после трех месяцев разлуки.

– Как ты? – спросил он, видя меня сейчас разбитым.

– Бывало и лучше, – ответил я, и сразу потянулся к бутылке. Мне хотелось забыться и лишь, поэтому я стал делать с горла множество порывистых глотков.

– Вы все-таки расстались? – спрашивает Саид, ставя на стол несколько бокалов.

– Может, поговорим о чем-нибудь другом? – предложил я.

– Но ты ведь пришел именно за этим, – сразу же проговорил Саид.

Когда Милана подсела к нам за стол, Саид сразу же обнял ее, словно всем видом пытался доказать мне, как им хорошо вдвоем.

– Давно съехались? – спросил без эмоций я, наверно просто для того, чтобы хоть как-то поддержать разговор.

– Примерно как месяц, – ответил самодовольно Саид, после чего поцеловал ее победно в щеку.

– Рад за вас, – выдавил из себя я, наверно это был самый правильный исход для них. И хоть Милана лгала ему, все же она оставалась по-прежнему с ним. А это значит, что что-то у нее все равно было к нему.

И это была не только месть, чтобы хоть как-то насалить мне.

Я продолжил пить виски, я вливал его в себя, но почему-то алкоголь не дурманил меня совсем.

– Она вернулась все-таки к нему? – спросил Саид, снова начиная разговор о том, что продолжала убивать меня. – Я просто слишком хорошо знаю тебя, ты бы никогда не оставил ее одну, тем более с детьми.

Я знал, что увижу злорадную улыбку Милану, но все же, мне пришлось ответить.

– Да, – лишь выдавил из себя я, уставившись в наполненный бокал. Темный цвет виски вызывал во мне отвращение, но все равно я почему-то продолжал его пить.

– Томас, – продолжил Саид. – Вы сделали все правильно. Знаешь, еще впервые, когда ты только рассказал мне про нее, в той пустоши, я уже тогда знал, что финал будет именно таким.

– Теперь можете аплодировать, вы ведь все так долго этого ждали. Вы оказались правы, примите мои искренние поздравления, – как можно ироничнее сказал я.

– Ты и вправду думаешь, что нас это радует? – спросил он.

Я промолчал, снова делая порывистые глотки спиртного. И хоть я не был тогда еще пьян, почему-то маска, что так давно приросла к моему лицу, стала рассыпаться.

– Господи, как же мне больно, – признаюсь я. – Жить не хочется. Я так устал, пытаясь сохранить нас, но я не смог.

– И ты так просто это оставишь? – спросила Милана, которая все это время молчала.

– Я хотел быть счастливым. Тупо быть с нею счастлив. Но видимо для нас это было невозможно.

             ***

Спустя несколько часов, Саид уснул за кухонным столом, положив свои руки под голову.

Он никогда толком и не умел пить, но почему-то продолжал напиваться до потери памяти.

Я взял его под руки, и решил отнести до кровати, чтобы уложить спать. Саид что-то бормотал себе под нос, но я так и не разобрал не одного слово, что он так отчаянно хотел сказать мне.

Накрыв его одеялом, я направился в кухню, чтобы забрать свой телефон и поехать как можно дальше отсюда, осознавая, что ночь подходит к концу.

– Прости за неудобства, – проговорил я на прощание Милане, которая продолжала прибирать стол.

Когда я стал подходить к порогу, она резко хватает меня за руку, и прижимает к стене. Ее лицо находиться в нескольких сантиметрах, я чувствую даже ее теплое дыхание.

Она языком проводит по своим сухим губам, продолжая так целенаправленно смотреть на мои.

Она жаждала поцелуя, и я был уверен, что выпитый алкоголь здесь был не причем.

– Ничего не измениться, от того, что мы потрахаемся, – грубо говорю я, обращаясь в первую очередь к самому себе. Мне не станет от этого лучше, и это не поможет забыть мне Николь. Я просто потешу свою похоть.

– Мне нужен просто поцелуй, – сказала она, продолжая одурманенным взглядом съедать мое лицо.

– Ты ведь знаешь, куда он приведет, – ведь мы были пьяны, и совсем не осознавали границ. Стараясь подавить в себе животный инстинкт, я беру ее за руку, и веду обратно к столу. Когда мы сели, я продолжал держать ее за ладонь. Не смотря, что мы никогда не будем с нею вместе, у меня всегда все равно было особое отношение к ней.

Оно было трепетное…

– Ты всегда рушишь все в последний момент, – обреченно сказала Милана.

– За этой стенкой, – я показал пальцем назад. – Сейчас спит твой парень и если ты забыла, он к тому же мой друг.

– Я помню, – ответила она. – Но теперь, когда я знаю, что Николь больше нет в твоем мире, я отдам все, чтобы быть с тобою.

– То, что я теперь один, не изменит ничего. Ты все равно мне не нужна, – грубо проговорил я, снова пытаясь оттолкнуть ее.

– Это лишь вопрос времени. – После этого она улыбнулась. – Однажды, ты сам придешь ко мне…

Она начинает снимать с себя топик, демонстрируя свою роскошную грудь в красивом бюстгальтере.

– Разве ты не хочешь меня? – спросила игриво она, продолжая кидать взгляд на ширинку моих джинсов.

– Ты пьяна, – отрезал я, но почему-то продолжил сидеть дальше за этим гребанным столом.

– Возможно, наутро я пожалею об этом, – призналась она. – Но эта ночь создана лишь для того, чтобы я снова вкусила тебя…

Она садиться на мои колени, раздвигая передо мною изысканные длинные ноги.

– Я хочу, чтобы ты трахнул меня, – на ухо шепчет она мне, продолжая зубами покусывать его.

Она начинает целовать мою шею, плавно переходя на лицо, и в секунду, когда наши губы становятся одним целым, я успеваю оттолкнуть ее от себя, произнося лишь одну фразу, которая обозначало тогда все.

– Ты не она…

       Глава 38.

Николь.

Я долго не могла уснуть, продолжая крутиться со стороны в сторону, ведь эта была первая ночь уже без Томаса.

Как же хотелось, написать ему, привычное наше: «спокойной ночи, я сильно тебя люблю, до завтра».

Но, к сожалению, впервые больше чем за полгода, я не могу этого сделать. Теперь я даже не знаю, смог ли он уснуть или его опять мучают ночные кошмары.

Я лежала словно в какой-то абстракции, не осознавая тогда, что уже уснула, я, словно находилась между реальностью и сном.

«Он лежал со мною рядом, обнимая меня за талию.

– Я влюблен в тебя Николь, – говорит Томас, своим бархатным голосом. – Ты та, ради которой я был рожден.

Мне нравилось, когда он был в хорошем настроении, и мило улыбался краем рта. В ночном сумраке его глаза полностью стали черными от расширенного зрачка. А как же мне хотелось хоть раз еще увидеть тот самый голубой оттенок, в который однажды я так отчаянно влюбилась.

Томас провел рукой по моему животу, начиная спускаться все ниже. Господи, почему каждая моя клеточка так реагировала на его касания.

Он пальцами провел по моему влажному клитору, начиная медленно и очень нежно массировать его.

Я закрыла глаза, продолжая наслаждаться, осознавая, что это только начало блаженства. Я стала на ощупь припускать трусы Томаса, касаясь твердой плоти, что так небрежно разрывали их.

Том издал легкий стон, его дыхание стало сбиваться, пока я рукой продолжила двигать по всему стволу.

Как же я хотела, чтобы он как можно скорее уже вошел в меня. Но Томас лишь с улыбкой на лице дразнил меня, водя свой длинный палец в меня.

Я не знаю, какой была по счету у него, но он словно знал, как доставить женщине удовольствия. Он умело касался запретной точки G, от чего я уже просто не могла себя сдерживать. Я сильно подогнула ноги, а свободной рукой вцепилась в простынь.

– Хватит дразнить меня, – полу стоном пробормотала я.

Но он лишь оскалил свои зубы, после чего стал дико смотреть на меня.

– Что-то не так? – испугано спросила я, от резкого перехода его настроения.

– Все не так, – хрипло отвечает он. – Все зашло слишком далеко. Изначально этого не было в плане…»

Я мгновенно открыла глаза, пытаясь понять, что это был всего лишь сон. Вся моя нижняя часть горела, возбуждение не давало мне больше уснуть, ведь кроме этого я просто не могла больше не о чем думать, пока до меня наконец-то не дошли последние слова Томаса. «Изначально этого не было в плане».

Что он имел в виду?

Я встала и направилась на кухню, пытаясь найти в гарнитуре пачку сигарет, которую оставила еще давно в нашем доме моя старшая сестра.

Перекидав там практически все, я наконец-то наткнулась на них. Чтобы мама не видела, что я делаю, мне пришлось выйти на лестничный проем. После нескольких затягов, у меня сильно закружилась голова, и мне даже пришлось облокотиться об стенку, чтобы не упасть. И ни смотря, какой дискомфорт они мне сейчас доставляли, я осознавала главное, мое возбуждение стало немного спадать.

Больше мне не приходилось поджимать свои ноги, чтобы хоть как-то подавить в себе этот жар, что растекался по нижней части живота.

Выкурив пол сигареты, я аккуратно потушила ее об бетон, после чего выкинула в урну, которую соседи часто оставляли в подъезде.

Зайдя в дом, я сразу же направилась в ванную комнату, чтобы почистить зубы и избавиться от неприятного табачного запаха изо рта.

Приведя себя в порядок, я поставила чайник, и ждала, пока он закипит. Взяв в руки телефон, я снова зашла в наш чат с Томасом, и так отчаянно сдерживала себя, чтобы не пожелать сейчас ему доброе утро.

Зайдя на его профиль, я сразу же обратила внимание на его новый пост.

«Я осознаю, что знакомство со мной принесло тебе горе и боль, и надеюсь, что в один прекрасный день, когда злость и печаль утихнут, ты поймешь: я не мог поступить иначе, и это поможет тебе прожить по-настоящему хорошую жизнь, лучше, чем если бы мы не встретились»

Внизу был подписан автор этих строк, Джоджо Мойес. И хоть Томас, мог написать сам не хуже, он решил обратиться за помощью к другим писателям, чтобы выразить то, что он сейчас чувствует.

Я несколько раз перечитала эти строки, и так хотела написать ему, что это было не так. Томас, ты оживил меня, даря незабываемые дни, которые я не смогу позабыть никогда. А то, что сейчас боль душит меня, разве это имеет значения, когда ты делал меня счастливой.

      Для тебя я была желанна, я чувствовала себя любимой и кому-то нужной. Это и вправду превосходное было чувство.

Когда раздался щелчок закипевшего чайника, он сразу вывел меня из моих мыслей. Налив себе крепкого кофе, я насыпала в него несколько ложек сахара, и снова стала долго размешивать.

Как вдруг раздался звонок в дверь, немного опешив, кто мог прийти в такую рань, я стала как можно скорее мчаться к двери, надеясь, что это Томас приехал ко мне, чтобы просто сейчас обнять и забрать всю мою боль, которая разрушала меня изнутри.

И хоть я была сейчас еще сонной, мне стало все равно, как я выгляжу, главное было увидеть его, ощутив снова до боли родной и любимый запах.

Но, когда я открыла дверь, все мои надежды рухнули, ведь в проеме стоял Тремор, продолжая держать в руках какой-то жалкий букет цветов.

       Глава 39.

– Можно? – спросил банально он, своим противным голосом, который я просто терпеть не могла.

Ничего не ответив ему, я направилась обратно на кухню, где меня ждал мой недопитый кофе.

Через несколько секунд, Тремор направился за мною, протягивая мне цветы.

– Спасибо, – смогла лишь выдавить из себя я. Ради какого-то приличия, мне пришлось встать и налить в вазу воду, чтобы они не засохли.

– Как прошла ночь? – спросил Тремор, без разрешения присаживаясь на стул.

– Нормально, – солгала я, снова начиная вспоминать, как Томас был со мною рядом. – Тебе кофе налить?

– Я был бы не против, – ответил он, продолжая навязчиво смотреть за каждым моим движением. Когда я протянула ему кружку, он сразу же вцепился в нее, начиная делать порывистые глотки. – Девочки еще спят?

– Как видишь, – ответила лишь я, продолжая рассматривать узоры на столе.

– Прости за вчерашнее, я не знаю, что на меня нашло. Я не хотел тебя обидеть.

Я промолчала, ведь, по сути, от его извинений мне не было не холодно ни жарко.

– Может, сходим куда-нибудь сегодня? – предложил он, продолжая свои жалкие попытки начинать разговор.

– Не думаю, что это хорошая идея, – отрезала я, осознавая, что он слишком торопит события.

– Почему ты не хочешь идти ко мне на встречу? Зачем ты выстраиваешь эту стену между нами?

– Нет никакой стены, – монотонно ответила я. – Все просто происходит слишком быстро. Дай мне немного времени.

Тремор положил свою руку на мою ладонь, от чего мне стало дико неприятно. Какими же противными мне показались его касания, или я просто стала чувствовать вину перед Томасом, что позволила дотронуться до себя другого мужчину.

Впервые за все это время, я поднимаю на него глаза, и замечаю, что он смотрит из стороны в сторону, словно что-то хочет мне рассказать. Но не знает с чего начать.

– Говори уже, – сказала я. – Ты ведь только ради этого пришел.

Тремор еще долго молчал, словно собирался с мыслями, и это молчание начинало меня раздражать.

– Ты помнишь Сару? – вдруг неожиданный для меня вопрос задает он, то чего я явно не ожидала сейчас услышать.

– Помню, – ответила я, хоть и давно ее не видела, после того как она уволилась с нашей организации, мы совсем перестали поддерживать связь.

– Она тебе ничего не говорила?

– Например?

– Правду.

– Какую? – терпеть не могла, когда кто-то говорил загадками, особенно когда это делал Тремор.

– От которой, ты окончательно поменяешь свое мнение о Томасе, – я видела с какой агрессией он произносит это имя.

Я напряглась, и снова почему-то в голове вспыли слова из сегодняшнего сна.

«Изначально этого не было в плане».

– Что она тебе рассказала? – мое тело затряслось, голос почему-то задрожал в ту секунду.

– Все это время он, – Тремор не успел договорить, потому, что в кухню забегает Алиса и начинает визжать от того, что увидела папу.

Она сразу кидается в его объятия, начиная, что-то увлекательно рассказывать. Через пару минут проснулась и Милиса. Они окружили Тремора, начиная делить его.

В то время как мои мысли стали разрывать мою голову, что Томас сделал такого, что я навсегда поменяю мнение о человеке, которого люблю больше жизни?

Я прекрасно понимала, что при детях мы так и не сможем продолжить эту тему. Я дождалась, пока проснется мама, и передала девочек в ее расположение.

– Все хорошо? – спросила она.

– Не знаю, – честно ответила я. – Нам нужно с Тремором прогуляться, накорми пока деток, мы скоро вернемся, – тогда я еще не думала, что этот разговор затянется настолько долго.

Я накинула на себя куртку, ведь дождь продолжал литься с самого утра. Тремор не стал противиться, поэтому пошел вслед за мною. В лифте мы ехали, молча, как жаль, что кабинка была настолько маленькой, что мне приходилось практически вплотную стоять с ним. Какой же ужасный у него был парфюм, хоть он всегда покупал дорогие одеколоны, запах все равно у них был отвратительный.

Ведь у Тремора никогда не было вкуса.

Когда мы вышли на улицу, я сразу прониклась под ливни дождя, даже не соизволив накинуть на себя капюшон.

– Может, посидим в моей машине? – предложил он.

– Не растаем, – отрезала я, продолжая уверено делать шаги по лужам.

Когда Тремор догнал меня, я продолжила молчать, давай всем своим видом понять, что я жду продолжение истории.

– До того как вы начали отношения с ним, Сара ведь была близка с Томасом, – начинает бормотать он.

– Он просто ей нравился, ничего больше с его стороны не было, – защищала Томаса я.

– Я не думаю, что Сара лгала бы мне.

– Где вы вообще встретились с нею?

– Неделю назад, мы увиделись с ней в одном из торговых центрах. Она спрашивала как ты там, и рассказала мне обо всем, что было на самом деле.

– Хватит говорить поверхностно.

– Все это время, он играл с тобою, – прямо в лоб говорит мне Тремор. – Когда ты только появилась в тех стенах, Томас заключил пари со своими коллегами, что добьется тебя, влюбит тебя в себя, разрушит твою семью, а потом просто возьмет и исчезнет.

Слезы непроизвольно хлынули с моих глаз, которые капли дождя сразу же смыли с моего лица.

– Скажи, что ты солгал? – я не знаю, как мой дрожащий голос, смог выдавить из себя сейчас эти слова.

– Нет, Николь, все это время, он лишь играл нужную роль, чтобы одержать победу в пари…

– Зачем?

– Чтобы доказать другим, что он сможет это сделать.

– Зачем? – прокричала снова это слово я, ведь он не понял, к чему я задала этот вопрос. – Зачем ты сейчас врешь?

– Ты можешь позвонить Саре, она подтвердит тебе, как было на самом деле, все это время.

И не смотря, что время еще было раннее, я хватаюсь за мобильный и начинаю искать среди контактов ее номер. Нажав кнопку вызова, я поняла, как все это время тряслась моя рука.

– Николь, – удивленно спрашивает Сара, хоть ее голос был еще сонным.

– Это правда? – словно в тумане начинаю говорить я. – Он все это время лишь играл со мною?

– Мне жаль, – подтверждает Сара, то, что я так боялась услышать.

– Почему ты раньше мне об этом не говорила?

– Я знала о споре, который он затеял еще тогда. Но я видела, какой счастливой была рядом с ним ты. Я думала, Томас измениться, и полюбит тебя по-настоящему. Но это было лишь пари, в котором он так отчаянно хотел победить.

– Значит его слова, чувства, то, что он говорил…

– Он лгал, – закончила за меня удручающе Сара.

Я продолжала находиться в какой-то невесомости, что даже ледяной ливень не мог привести меня в чувства и выбить из этого состояние.

– Он должен был влюбить тебя в себя, разрушить твой брак с Тремором.

– А потом просто исчезнуть? – спросила я, то, что мне несколько минут говорил Тремор.

– Он так ведь и сделал, – подтвердила Сара. – Ты никогда не была ему нужна…

– Но он ведь плакал, – не знаю почему, я продолжала так небрежно до последнего защищать его.

– Он лишь хорошо играл свою роль, и у него это прекрасно получилось.

Осознавая, какая истерика окотила меня, я больше не смогла себя сдерживать, чтобы не разрыдаться в грудь Тремору, который как можно сильнее обнял меня, словно заслоняя от холодного дождя.

– Я лишь, поэтому и ушла, – раздался в трубке голос Сары, которую я перестала практически слышать. – Потому, что не могла видеть тебя больше счастливой, зная, что все это было не по-настоящему. Было бы лучше, если я изначально тебе обо все рассказала, так было бы легче самой тебе, но прости, я просто не смогла этого сделать.

Сбросив вызов, я от обреченности продолжала находиться в объятиях Тремора, продолжая лить слезы, которые плавно смешивались с каплями дождя…

       Глава 40.

Томас.

Когда мне было грустно и одиноко, я всегда писал.

«Любовь это прекрасное чувство. Это нужное чувство. Что-то давно, хорошо позабытое старое.

Ты окунаешься в нее полностью, не думая, что будет после. Даже если после будет пустота…

Ты чувствуешь ее даже на расстояние, ты ощущаешь ее, где-то в глубине себя. Ты пропитываешься человеком, впуская его в свою пустую жизнь, думая, что там все разрушено. Но именно среди этих руин, ты создаешь новый мир, в котором вы будете счастливы.

Ты хочешь прикасаться ее, ведь в эти мгновения вы едины. Одно целое, поделенное на две разные судьбы, которые растворяются друг в друге.

Мы были с нею разные, словно из параллельных миров, такие не похожие друг на друга, но объединившись так мгновенно, словно это было прописано где-то давно уже за нас.

Ты обнимала меня, словно нет ничего дороже больше в этом гребанном мире. Ты смотрела на меня так, словно я что-то значу.

То, что было до тебя, потеряло свой смысл, что осталось после, не имеет больше красок.

Есть только то, что было с нами в мгновения, когда мы были еще вместе …

Сколько времени мы не провели бы вместе, нам обоим всегда было этого мало…»

Я не был готов писать наш с нею проект «Мне тебя мало», но почему-то я делал наброски этой истории.

Ведь вряд ли я смогу пережить хотя бы еще раз, что было когда-то у меня с нею.

Я встал и подошел к своей полке, чтобы взять оттуда пачку сигарет, как вдруг мое внимание привлекла моя первая книга, которую мы издали еще тогда вместе с Николь. И снова мысленно я оказался в том дне, когда мы были еще вместе.

« – Даже не вериться, – проговорил я, продолжая держать за руку Николь. – Сейчас, я смогу наконец-то дотронуться до своей мечты.

– Мы сделали это Томас.

Когда мы зашли с ней в издательство, нас снова встретила молодая девушка, в строгом костюме.

– Добрый день, – вежливо проговорила она, продолжая поправлять свои локоны волос.

– Добрый, – ответил я, и краем рта улыбнулся. – Мы пришли забрать наш заказ. Надеюсь, он уже готов, – ведь они сами установили сроки, и назначили дату, когда нам можно будет приехать.

– Конечно, подождите пару минут, – она стала разворачиваться, чтобы пройти в другой кабинет, как вдруг резко остановилась. – Не желаете пока кофе?

Я посмотрел на Николь, которая отрицательно покачала головой.

– Нет, спасибо.

На протяжении четверти часа, мы находились с Николь вдвоем в ожидание. Мы старались как можно скорее скоротать время, и стали разглядывать красивые картины, что располагались практически по всей стене.

– Такую, я бы повесила даже в нашем с тобою доме, – проговорила Николь, заостряя свое внимание на одной изысканной работе.

– В нашем? – переспросил я, после чего улыбнулся.

– Однажды мы купим себе дом, переедем в него вчетвером, и просто будем счастливы, – и в этот момент ее глаза даже заблестели.

Через несколько секунд мы одновременно повернулись, услышав звуки каблуков.

– Вот ваш заказ, – она положила на стойку два экземпляра моей собственной книги. Мое дыхание замерло, когда я стал подходить к ним. Я так осторожно взял одну из них в руки, и сразу же открыл эти белые страницы. Запах свежей бумаги и переплета развеялся по всем этим стенам.

– Я не думал, что получиться настолько превосходно, – я продолжал очаровано рассматривать каждую строчку, что когда-то были написаны мною.

– Надеюсь, когда-нибудь мы с вами начнем сотрудничать, – любезно сказала девушка. – Я кстати не удержалась и прочла вашу работу, могу сказать, я была восхищена.

– Спасибо, – поблагодарил я.

Когда мы вышли с Николь с издательства, я сразу протянул одну из книг ей.

– Это самый ценный подарок, который когда-то я получала Томас, – она так аккуратно взяла ее в свои руки, боясь повредить или замарать.

– В мире этих книг всего лишь две, – шепотом почему-то стал говорить я, наверно потому что ко мне до сих пор не вернулся дар речи. – Неважно, что будет с нами завтра. Это будет вечным напоминанием нам с тобою о нас. И когда тебе будет плохо, ты всегда можешь открыть эту книгу, и знать, что я писал ее о тебе…»

Найдя наконец-то пачку сигарет, я сразу ринулся на балкон, чтобы как можно скорее закурить. Ведь воспоминания снова стали душить меня.

Какой же спокойной и тихой была ночь, после утреннего дождя, не осталось словно и следа. Небо было чистое, не одной тучи или облако не было видно на нем. И лишь, поэтому мне казалось, что на улице было так светло, а лишь все потому, что луне никто не заграждал путь светить.

Докурив сигарету, я достал вторую, понимая, что мне не стало легче. Я жалел, что в доме у меня совсем не было ничего выпить, и хоть алкоголь не решит всех моих проблем, все равно с ним я смогу хоть на мгновение забыться…

Выкинув сигарету в окно, я посмотрел на аллею, по которой мы когда-то шли с Николь вместе. Тогда, когда хлопьями падал еще снег…

Как вдруг мое внимание переходит на старую лавочку, на котором я вижу сидящий силуэт девушки.

И я сразу понял, кто именно там находиться.

Милана все это время наблюдала за мною, поняв, что я увидел ее, она лишь помахала мне рукой в качестве приветствия. Я закрыл окно, не желая сейчас ее видеть, но что-то во мне потянула меня к ней, словно мне стало, ее жаль, что все это время она просидела там одна, чтобы просто увидеть меня издалека…

             ***

Я взял собою кофту, чтобы накинуть ее на Милану, хоть и ночь была теплой, все равно эта была ночь.

– Не думала, что ты придешь, – сказала она, в ответ я промолчал, а лишь накинул нежно на нее кофту, видя, как она стала укутываться в нее. Ведь все это время, Милана сидела в одном легком платье.

– Что ты тут забыла? – спросил я, присаживаясь с ней рядом.

– Ты ведь и так знаешь ответ на свой вопрос.

– Где Саид?

– Я ушла от него в ту ночь, осознавая, что больше не могу обманывать его.

– Зачем ты это сделала? У вас все ведь было нормально?

– У нас никогда ничего не было нормально. Все что ты видел, это была лишь иллюзия, в которую я хотела, чтобы ты поверил.

– Ты еще пожалеешь, что оставила его, – сказал я, зная, что никогда все равно мы не будем с нею вместе.

– Возможно, – согласилась она. – Но, пока ты один, я просто не вправе, быть с кем-то другим.

Я прижал губами сигарету, как вдруг она выхватила ее и сразу выбросила на землю. После чего она посмотрела на меня игривым взглядом.

– Разве ты не хочешь меня? – она взяла мою руку, и стала просовывать себе под платье, проводя по своим половым губам, ведь все это время она сидела без трусиков.

Похоть стала затмевать разум, я хотел ее прямо на этой «одинокой» лавочке. Но, перед моими глазами встал образ Николь, которая, не позволила мне сейчас просто отступиться…

       Глава 41.

– Смотри какая я мокрая, – сказала шепотом Милана, продолжая держать мою ладонь в своей руке и проводить ей по интимному месту.

– Иди к Саиду, он будет не против трахнуть тебя, – сказал я, грубо убирая свою руку.

Она дотронулась на выпуклости на моих джинсах.

– Вижу, ты тоже не против, – подметила она.

– Ты давно из порнухи? – спросил без эмоций я, ведь мне было противно, как легко она отдавалась сейчас мне. Это было самое ужасное для женщины, когда все что она может дать, так это свое потрепанное тело…

И тут Милана начинает плакать, пряча свое лицо под покровом темноты.

– Прости, – говорит она, наконец-то становясь собою настоящей. – Я просто не знаю, как еще добиться тебя. Думала, если ты будешь спать со мною, у тебя хоть что-то пробудиться однажды.

– Бред, – лишь ответил я, и став искать телефон в кармане, я понял, что просто забыл его дома. – Сколько сейчас времени?

– Пол второго ночи, – ответила же сразу Милана, продолжая избегать мой взгляд.

– Тебе пора домой, – сказал я, доставая несколько купюр. – Это тебе на такси.

Я встал, чтобы покинуть ее, но она как всегда, как постоянно, как каждый раз, остановила меня.

– Пожалуйста, не оставляй меня сейчас одну Томас.

– Было ошибкой, спускаться к тебе.

– Но ты уже ее допустил, – подметила Милана, продолжая смотреть на меня зареванными глазами. – Что может быть еще хуже, от того, что ты останешься со мною еще хоть чуть-чуть?

– Я больше не смогу себя сдерживать, – сквозь зубы признался я, ведь запах ее половых губ, до сих пор витал где-то в этом воздухе.

Милана самодовольно улыбнулась, но сразу же решила скрыть свою улыбку.

– Может быть, прогуляемся? – предложила она.

Ничего не ответив ей, я снова потянулся к сигарете, но на этот раз, она меня уже не останавливала, поэтому я так жадно втянул в себя этот едкий дым.

– О чем поговорим? – спросила Милана, ведь мы больше двухсот метров прошли в полной тишине.

– Разве нельзя просто помолчать? – я, словно не хотел нарушать гармонию спокойствия.

– Не со всеми можно молчать, точнее, неужели нам не о чем даже с тобою поговорить? Ведь между нами было столько всего.

– И я уже об этом пожалел.

– Разве тебе ни разу не было хорошо со мною?

– Было. Но, я не думал, что это приведет к таким последствиям. Когда я трахал тебя, я лишь получал временное удовольствие. Не думая, что ты так вцепишься за меня, и не будешь оставлять мне прохода.

– За все всегда приходиться платить, – неожиданную для меня фразу говорит она.

Как вдруг в ее телефоне, раздается звонок, но увидев на экране имя, Саид, она сразу же сбрасывает его, выключая следом телефон.

– Зачем ты так с ним? – задаю вопрос я.

– Для него так будет лучше, – решила все за них двоих она. – Пусть он переболеет и забудет обо мне.

– Почему ты сама этого не можешь сделать? – сколько раз я задавал ей одни и те же вопросы, просто каждый раз в разных вариациях.

– Не думаю, что он был влюблен меня. Ему всегда нужно было от меня лишь одно. Он так и ни разу, не сказал мне слов о любви.

После этого, она достала с сумочки пачку сигарет с ментолом.

– К тому же, он все чаще и чаще стал созваниваться с Сабриной, – добавила она, прежде чем поджечь себе сигарету.

– Разве с ней не покончено?

– Она так и не отдала долг, я даже не знаю, что все это время она делала, раз не смогла решить эту проблему. Поэтому если ты думаешь, что он сейчас убивается в депрессии, от того что я ушла, ты глубоко ошибаешься. Ему лишь нужен сейчас секс, потому что ее пока нет в городе. А когда она вернется, он даже не вспомнит обо мне. Поэтому мне абсолютно не жаль его, – выпустив медленно из себя дым, она продолжила. – Мы оба с ним солгали. Нам нужно было лишь временно утешить свои раны, поэтому мы и создали этот непрочный союз.

Я знал, что их отношения изначально казались мне странными. Но не думал, что они оба из выгоды начали этот тандем.

Больше часа мы гуляли с нею по опустошенной улице, я не помню, о чем мы говорили даже дальше, но вскоре приехало такси и забрало ее домой.

Когда я вернулся в свою комнату, я первым же делом взял в руки телефон, и первое, что я увидел это было пропущенное сообщение от Николь.

Мое тело замерло, трясущийся рукой я пытался открыть его, чтобы как можно скорее прочесть, что она так хотела сказать мне.

Но тогда я еще не мог даже подозревать, что это сообщение, просто разрушит меня окончательно…

«Я ведь думала, все было по-настоящему. А ты просто играл. Как ты мог Томас, я ведь тебе верила? Открылась… А все это было лишь глупое пари, в котором ты одержал победу.

Сара обо всем мне рассказала, что ты поспорил, чтобы я влюбилась в тебя, а потом ты просто разобьешь мое сердце. Молодец, у тебя получилось это сделать. Надеюсь, ты рад, что выиграл пари.

Я не знаю, что сейчас происходит со мною, внутри больше чем опустошенность. Я не испытываю словно ничего. Хотя… Есть одно чувство, которое пожирает меня.

Я говорила тебе, что никогда не отрекусь от тебя, но похоже мы оба соврали с тобою.

Томас, как же я тебя ненавижу, Господи, я просто тебя ненавижу…»

       Глава 42.

Николь.

После того как я написала сообщение, я сразу заблокировала его везде где только можно. Потому что, чтобы он не сказал мне дальше, для меня все его слова теперь будут ложью.

Посмотрев на свой комод, я увидела стоящую книгу Томаса, на эмоциях я подбежала к ней и, взяв ее в руки, я так желала уничтожить все, что было связано с ним.

Взяв из кухни спички, я вышла в подъезд и подожгла эти бездушные строки, в которых он тоже лгал.

« В мире этих книг всего лишь две. Неважно, что будет с нами завтра. Это будет вечным напоминанием нам с тобою о нас. И когда тебе будет плохо, ты всегда можешь открыть эту книгу, и знать, что я писал ее о тебе…»

И здесь, ты тоже соврал Томас. Никаких нас никогда и не было. Ты не писал обо мне, ты лишь тем самым влюблял меня в себя. У тебя это хорошо получилось, ведь я так отчаянно полюбила тебя, думая, что все это было и вправду.

Листы чернели на моих глазах, и мне даже нравилась какой мрачной и ужасной теперь выглядит его проект, в котором никогда и не было меня.

Когда листы практически до конца прогорели, я стала ногой втаптывать пепел в бетон, чтобы просто не оставить и следа, от того дня, когда я впервые прочла его историю и так поверила в нее.

После чего я снова разрыдалась, что все это был просто обман, и, скатившись по стене, я просто села в бездушном подъезде, осознавая, что никто и ничего не сможет сейчас вывести меня из этого состояния.

             ***

Я не помню, когда я уснула, но это было точно под утро. Всю ночь меня душили собственные мысли, и вроде я возненавидела его, но что-то словно не отпускала мыслей о Томасе.

«Ненависть объединяет людей гораздо сильнее чем чувства», – почему то, именно эта фраза из его книги, врезалось в мою голову.

Ближе к одиннадцати, я сама позвонила Тремору, осознавая, что больше не смогу просто быть одна.

– Что-то случилось Николь? – спросил он, ведь мой звонок застал его врасплох, ведь я никогда практически не звонила ему первая.

– Ты можешь придти сейчас ко мне? – разбито сказала я, в надежде, что он не сможет мне отказать.

– Конечно, у тебя все хорошо? – не думала, что он может быть таким заботливым.

– Просто будь со мною, как можно скорее, – после чего я сбросила трубку. Мне совершено неважно было, как я сейчас выгляжу, ведь Тремор был не тем мужчиной, ради которого, я готова была проводить возле зеркала по несколько часов.

Дети, как ни странно вели себя очень спокойно, они не стали досаждать мне, а лишь послушно включили себе мультики и продолжили смотреть их в общей комнате.

Тремор появился в моем доме, спустя полчаса, после моего звонка. Так банально, что он принес с собою букет цветов.

– Спасибо, – как можно более любезно попыталась поблагодарить его я.

Он мило улыбнулся, чему я была рада, ведь он и вправду за последние дни сильно изменился, или я просто наконец-то разглядела в нем то, что все это время затмевал Томас.

Я взяла его за руку и повела в свою спальню, захлопнув дверь, я обречено вцепилась в его губы, и стала так жадно их целовать.

Словно вспышки, в моей голове стали появляться образы Томаса, но я изо всех сил пыталась отогнать и выбросить их из своих мыслей.

Тремор опешил от такого порыва страсти, но так уверено обхватил меня за талию, и стал прижимать к себе.

Плавно мы перешли на кровать, хоть я и знала, что сейчас это ничем не закончиться, все равно я хотела отвлечься, любым способом, даже самым ужасным, лишь бы уничтожить его в себе, хотя бы на несколько часов…

Тремор попытался снять с меня футболку, но я сразу его остановила. Видя его недопонятый взгляд, я сразу попыталась объясниться.

– Давай дождемся ночи, когда наши дети уснут, – пояснила я, ведь они могли сейчас зайти в любую минуту.

Тремор не ожидал такого услышать, и снова мило улыбнулся. Почему я раньше не замечала, что у него и вправду такая красивая улыбка.

– Это значит, я могу сегодня остаться с вами? – уточнил Тремор, и в его голосе я слышала столько радости.

– Это значит, что отныне ты можешь жить с нами, как было и раньше, – ответила я. – Ведь мы же семья…

На эмоциях Тремор крепко обнимает меня, так сильно уткнувшись своим лицом в мое плечо.

– Я обещаю, что на этот раз все будет иначе, – пробормотал шепотом он.

Я решила ничего ему не отвечать, а лишь просто начать новую жизнь, в которой нет больше место Томасу и его лжи.

             ***

Впервые за долгое время, я решилась приготовить роскошный завтрак, и как можно скорее пригласила всех к столу. Мама была удивлена, что я снова ожила, но больше всего мне нравилась реакция Тремора, ведь он так влюблено и зачаровано продолжал смотреть на меня.

Когда мы присели за стол, все сразу же стали опустошать свои тарелки, как не странно, я сама была дико голодна. Впервые за все эти дни, у меня наконец-то появился аппетит. За утренней трапезой, Милиса, что-то восторженно рассказывала и продолжала баловаться. И если раньше меня это злило, когда она это делала при приеме пищи, то сейчас меня стало это забавлять.

Я словно на все стало смотреть совсем по-другому.

Накормив свою семью, я стала убирать со стола, видя, как Тремор стал играться в общей комнате с детьми. Он дурачился с ними, изображая из себя какого-то животного, это было настолько смешно, что я не смогла сама сдержать улыбки.

На душе расплылось тепло, я словно снова стала счастливой, как была когда-то до встречи с ним…

Вскоре мы все сели за телевизор, расположившись на огромном диване. Тремор включил новый мультфильм, который мы стали смотреть все с диким интересом. Было здорово, когда мы начали все вместе смеяться. Словно смех и вправду нас тогда объединял еще сильнее.

Увидев, какая потрясающая погода на улице, мы решили пройтись и прогуляться всей семьей. Пока девочки игрались с другими детьми на детской площадке, мы продолжали сидеть с ним в обнимку неподалеку на лавочке.

– Я так давно об этом мечтал, – признался Тремор. – Когда у нас и вправду будет настоящая семья.

– Мы долго к ней шли, – сказала я, продолжая наблюдать, как Милиса раскачивалась на качели. – К сожалению, на пути, мы часто с тобою сбивались, но все же, мы смогли сохранить то, что когда-то нам было так дорого. То, что мы пытались создать долгие годы, теперь наконец-то построено.

– Прости, что не ценил тогда тебя, – не ожидала, что Тремор когда-то искренне сможет извиниться передо мною.

– А ты меня, что в нашей истории был такой ужасный пробел, – ведь я отступилась, только сейчас осознав, что поступила, совершено не честно по отношению к нему. Он этого не заслуживал.

– Главное, что сейчас, нам хорошо с тобою.

– Ты даже не представляешь как, – я как можно сильнее уткнулась в него, и почему-то его парфюм, теперь не был для меня таким ужасным и отталкивающим как еще несколько дней назад.

Сегодня выдался и вправду замечательный семейный денек, в котором я искреннее была счастлива, и что самое главное, этот день плавно подводил нас к ночи, в которой я сама хотела раствориться в Треморе, чтобы навечно убить в себе мою прошлую любовь…

       Глава 43.

Когда дети уснули, я подправила им одеяло, после чего оставив дверь немного приоткрытой, я зашла в спальню, в которой меня ждал Тремор.

– Уснули? – спросил он.

– Они так вымотались за день, что мгновенно заснули.

Я сама уставшая рухнула на кровать, в предвкушение, что нас ждет сейчас. Тремор не заставил себя долго ждать, поэтому сразу стал обнимать меня, начиная целовать каждую часть моего лица.

С начало он показался мне грубым, когда сжимал сильно грудь, но с другой стороны мне это даже нравилось. Не было ничего схожего с Томасом. Когда он стянул с меня трусики, он не стал возбуждать меня пальцами, а лишь плюнул себе на ладонь и так небрежно смочил мои половые губы.

Через несколько секунд он уже был во мне, начиная делать порывистые толчки, и хоть это было совсем не то, чего я так ждала, все равно я хоть и наиграно, но стала стонать. Чтобы просто не обидеть Тремора.

Не было, к сожалению никакой страсти, хоть мы и занимались этим в последний раз уже больше года назад. Все происходило довольно спокойно, в своих мыслях я ожидала от этой ночи, гораздо больше.

Как бы я не пыталась, почему-то совсем не получала никакого удовольствия, находясь сейчас под ним.

В то время как с Томасом, волны оргазмов окутывали меня практически от каждого его толчка.

– Тебе хорошо? – задал глупый вопрос Тремор.

– Даже очень, – солгала я, продолжая, так наиграно постанывать…

       ***

Сняв с себя презерватив, Тремор рухнул на кровать, пытаясь прижаться ко мне своим потным телом.

– Это было великолепно, – пробормотал он, в то время как я, вообще не могла с этим согласиться, а лишь просто улыбнулась ему, так и не найдя, что можно сказать в ответ.

Через несколько минут, Тремор, полностью обессиленный сразу же уснул, в то время как я продолжала лежать еще долго в своих думках, вспоминая как нам было хорошо когда-то с Томасом.

Он умел возбудить меня, он знал все мои эрогенные зоны, и понимал, как нужно и когда на них воздействовать.

И хоть у Тремора было более спортивное тело, гора мышц, он не был для меня желанным. В то время, идолом для меня стал Томас, обычный парень, но мне всегда его хотелось. Мне и было всегда его мало…

Я снова уснула под утро, хоть я и была рада, что мы с Тремором вернули нашу семью, все же спать с ним мне было не комфортно.

Мне не хотелось совершено его обнимать, не хотелось смотреть на него сонного. И поэтому я снова плакала, от того, что так небрежно пыталась обманывать саму себя.

И хоть Томас солгал мне, лучше его, в моей жизни не было никого.

Я снова не выспалась, и вставала с тяжелым нехотением, зная, что скоро проснуться детки, и мне нужно будет их кормить.

К моему счастью, мама встала гораздо раньше меня, и уже вовсю хозяйничала на кухне.

Я приняла полу прохладный душ, пытаясь смыть с себя остатки Тремора, как бы это не звучало глупо, но теперь мне придется создавать свою семью, с тем человеком, которого я совсем, абсолютно не хотела, ни в каком плане.

      Но, это было наверно все назло Томасу. Вся это жертва, вся моя наигранная радость, лишь только, чтобы доказать ему, что и без него, я могу быть счастлива.

Я накинула на себя махровый халат, после чего вышла в кухню, чтобы помочь маме с завтраком.

– Знаешь, почему-то я совершено не верю в то, что Томас все это время играл с тобою, – вдруг неожиданно шепотом говорит моя мама, то, в чем я сама сомневалась.

– Сара не стала бы мне лгать, – ответила я, пытаясь быть более спокойной, чтобы меня снова не нахлынули слезы, от одного его имени.

– Она твоя подруга, я знаю. Но, что-то у меня совсем не укладывается это в голове.

– Мам, это был лишь просто спор, а когда он победил, он исчез, как и планировал изначально.

– Я помню, как зачаровано он смотрел всегда на тебя, такое невозможно сыграть.

– Значит, он был хорошим актером.

– Ты сама в это веришь? – задала прямой вопрос мама. – Что он мог поступить с тобою так, после всего, что вы пережили с ним вместе?

– Как уже разница, верю я в это или нет, если он уже это просто сделал.

– Неужели ты не захотела поговорить с самим Томасом, чтобы разобраться в этом окончательно?

– Не вижу смысла, даже в разговоре с ним.

– Я думаю, Тремор с Сарой, что-то затеяли. И все это время, ты находишься именно в их игре, а не в Томаса…

       Глава 44.

Томас.

У меня не было доступа связаться с Николь, и единственная моя зацепка сейчас заключалась в Саре. Ведь в прощальном сообщении, она упомянула ее.

«Сара обо всем мне рассказала, что ты поспорил, чтобы я влюбилась в тебя, а потом ты просто разобьешь мое сердце».

Я сразу вспомнил, что когда я видел ее в последний раз, она рассказывала, что устраивается на новую работу, в ночной клуб. За эту ночь я объехал больше пяти таких заведений, но не в одном ее не было.

Когда оставалось всего лишь пару клубов, я словно потерял уже надежду, отыскать ее в этом городе.

Зайдя в здание, по моим ушам ударил сильный звук музыки. Тусклый свет, осложнял мой поиск, но я пытался среди этого разврата отыскать Сару.

Увидев наконец-то ее за стойкой, я сразу ринулся к ней на встречу, подойдя к Саре, я знал, что из басов музыки, мы не сможем с ней поговорить. Поэтому я взял ее за руку, и стал выводить из этого клуба. Туда, где будет намного тише.

Когда мы оказались на улице, я сразу достал две сигареты, зная, что разговор ожидается не легким.

– Не ожидала увидеть тебя Томас, – сказала она, продолжая смотреть на меня. – Каким ветром, тебя занесло сюда?

– Нам нужно поговорить, – я подкурил себе сигарету, после чего выпустил сразу же дым в ледяной воздух.

– Я знаю, что ты хочешь услышать, – призналась она.

Чтобы сразу перейти к делу, я показал ей последнее сообщение от Николь.

– В нем говориться, что ты ей что-то сказала, теперь я жду от тебя, о чем именно вы с ней говорили, что она так легко поверила тебе, после всего, что между нами было.

Сара скрывала свое лицо, пытаясь сильно втягивать в себя дым, прежде чем начать отвечать.

– Ты должен меня понять, – наконец-то стала говорить она. – Моей вины, здесь нет никакой. Все это затеял Тремор.

– Причем здесь вообще он? – прокричал я, осознавая, что не могу себя сдерживать.

– До того как вы расстались с Николь, он часто посещал наш клуб, с разными особами. Когда он узнал меня, он придумал план, в котором сможем вернуть Николь к себе навсегда.

– Что это был за план? – торопил ее я.

– То, что она и написала тебе. Словно встречался ты с нею не по любви, а все это было лишь пари, которое ты заключил на нашей работе.

– Это же бред.

– Согласна, – подтвердила Сара. – Но, все же она в него поверила. А значит, Тремор не зря все затеял.

Я кулаком ударил от злости в бетонную стену.

– Томас, не злись. Скажу тебе честно, я долго не хотела соглашаться на этот обман. Но…

– Что но? – прокричал я.

– Я прекрасно осознавала, что для Николь так будет лучше…

– Лучше? В чем же?

– Не горячись, просто постарайся правильно меня понять. Ваши отношения подходили к своему финалу. И какое будущее ждало Николь после тебя? Правильно, возвращение к Тремору. Но, вы ведь все прекрасно понимали, что с ним она никогда не будет счастлива, после того, что она пережила с тобою. Поэтому нам нужно было сделать из тебя злодея, чтобы она перестала сравнивать вас друг с другом.

– Ты обманула ее, и выставила меня ублюдком в ее глазах, скажи, как я должен это понять?

– Ты ее все еще любишь?

– Ты знаешь, что да.

– Поэтому прекрати свою истерику сейчас и попытайся здраво взвесить всю ситуацию. Ты ведь прекрасно понимаешь, что вы больше не будете с нею вместе, так зачем ей постоянно думать о тебе и ждать? Ты должен был освободить ее от этих оков боли, которые принес своим уходом. Пусть ты будешь ублюдком в ее глазах, пусть она так отчаянно возненавидит тебя, но пойми, ей будет от этого легче. Она должна жить в мире, где нет больше тебя. Я не встаю на защиту Тремора, мне на него абсолютно все равно, я просто хочу, чтобы моя подруга снова стала счастливой.

И хоть я долго противился этому, все же что-то было в ее словах. Наша история с ней подошла к своему концу. Но не боль, которая бы душила ее еще так долго.

Когда я снова закурил, Сара продолжила.

– Вижу, ты принял неизбежное, – сказала она. – Как бы она не относилась сейчас к тебе, знай, этим поступком ты сделал все правильно. Возможно однажды, когда чувства ее остынут к тебе окончательно, она узнает, что все это был лишь обман. Но поверь, потом это будет не так болезненно, как может быть сейчас.

Я взялся за голову, понимая, что слезы снова стали течь по моему лицу.

– Ты ведь понимаешь, что Тремор сделал все это лишь только из своей выгоды? – сказал разбито я. – Ему было плевать на все, он лишь хотел вернуть ее обратно, даже таким гнусным поступком.

– Я знаю Томас, что он думал лишь о себе, как будет лучше для него самого. Но ведь мы та знаем, истинную причину, почему тебе лучше не говорить ей правду, и оставить все как есть.

После этого она достала телефон с кармана, и, открыв чат их с Тремором, дала почитать мне его сообщения.

«Все сработало, как мы и планировали. Сегодня она сама позвонила мне, и предложила вернуть нашу семью. Мы провели замечательный день вместе, смотрели мультфильм, кушали за одним столом, даже вечером ходили на прогулку. Николь вроде окончательно позабыла о Томасе, ведь этой ночью мы тоже были вместе, ты даже не представляешь, как же нам было хорошо. Мы смогли сохранить нашу семью, и больше я никогда не позволю, чтобы он разрушил ее вновь».

– Томас, я знаю, как тебе сейчас нелегко было это читать, – проговорила Сара. – Но ты же видишь, она теперь счастлива. Я думаю, тебе не стоит больше появляться в ее жизни, и тем более говорить, как было все на самом деле.

– Но она же будет вечно обманута?

– Пусть это будет ложь, иллюзия, да что угодно, главное, что она снова стала улыбаться…

       Глава 45.

Докурив сигарету, я выбросил ее на промокший бетон, после чего направился покидать это место.

– Томас, разве ты не хочешь остаться? – предложила Сара. – Алкоголь за счет заведения.

– Заманчивое предложение, – признался я, но все равно почему-то продолжил идти.

– Тебе нужно сейчас забыться, пойдем, я помогу тебе это сделать.

И в эту секунду я остановился, долго сопротивляясь, я все же направился вслед за нею.

Когда первые басы ударили по моей голове, я сначала пожалел, что решил зайти обратно сюда, но уже через несколько минут, я стал поглощаться этой музыкой.

Сара организовала нам VIP-места, в приятной беседке с роскошными диванами.

– Что именно будешь пить? – спросила Сара, протягивая мне меню.

– Мне без разницы, – ответил я, так и не притронувшись к папке.

– Тогда я закажу на свой вкус, уверена тебе понравится.

Через несколько минут официантка которая была практически полуголая, принесла нам поднос, на котором было несколько красивых рюмок различного спиртного.

– Томас, – в качестве тоста стала говорить Сара, взяв в руки одну и стопок. – За начало твоей новой жизни!

– Жизни без нее, – разбито ответил я, перед тем как влить в себя алкоголь.

На что, Сара грубо вцепилась в мое лицо своими ладонями, и стала, повышая голос, практически кричать, чтобы перебить звук музыки.

– Ее больше нет с тобою, хочешь ты этого или нет, но теперь она счастлива рядом с Тремором. Оставь ее уже в покое, она никогда больше не будет с тобою. Хватит разрушать себя мыслями о ней, вас больше нет, – повторилась она. – И никогда не будет.

В какой степени, она была права. Если даже не во всем.

После этого мы стали вливать в себя алкоголь, я дурманил свой рассудок, как только мог. Вскоре мы заказали кальян, и стали кольцами выпускать дым в потолок.

Впервые за долгое время, я начал смеяться. Сара и вправду оказалось хорошей девушкой, которая смогла хоть на немного вывести меня из этого депрессивного состояние. Но больше всего я был рад тому, что за весь этот вечер, она так и ни разу не нарушила грань. Она просто рассказывала мне смешные истории, поддерживала, как только могла, именно такого плеча мне давно не хватало в последнее время.

– Прости, что раньше грубил тебе, – извинился я, ведь мне стало стыдно, что я вел себя с ней как конченый мудак.

– Все хорошо Томас, это уже в прошлом, надеюсь это не последняя наша встреча, мы и вправду хорошо провели время. Я была бы не против, быть с тобою таким друзьями.

– Я походу тоже, – признался я, ведь после Николь в моей жизни и вправду не осталось больше никого. Я был совершенно один.

– Ты всегда можешь приходить сюда, буду рада выпить с тобою, и просто посмеяться.

– Спасибо, – поблагодарил ее я, ведь я не знаю, чтобы сегодня делал, если бы не она.

И хоть мы выпили достаточное количество алкоголя, мы все равно никак не могли ограничиться начатым.

– Как у тебя на личном? – спросил я, ведь Сара не обладала идеальными чертами лица, но все равно в ней было что-то, что притягивало.

– Пока в моей жизни нет отношений, сейчас мне хорошо одной, я просто, по сути, тусуюсь здесь каждый день. И что-то менять в данный момент, не вижу смысла.

Я хотел, чтобы однажды она встретила достойного парня, который бы принял все ее изъяны, и смог бы их полюбить.

– Какие у тебя теперь планы? – задала вопрос мне Сара.

– Не знаю, пока еще не решил. Наверно посвящу себя книгам.

– Была бы рада, если бы ты смог отвлечься.

– Хоть раньше меня толкало творить вдохновение, сейчас мне придется искать опору в отчаяние.

– Так будет не всегда, и ты это знаешь Томас. Я не думаю, что тебе будет сложно найти кого-то.

– Найти, не сложно, – согласился я. – А вот полюбить, куда гораздо будет сложнее.

– Время лечит, кто бы, что не говорил, но это правда. Оно ведь смогло вылечить меня от тебя.

             ***

Уже под утро, я вывалился из клуба и направился прямиком в такси, которое несколько минут уже ждало меня возле входа.

– Куда направляетесь? – спросил любезно водитель. И почему-то в ту секунду я называю ему, ее адрес.

Я не знал, спит ли она сейчас, и что вообще делает, но я так целенаправленно направлялся к ней, словно опять все дороги вели меня туда сами.

Когда я оказался в ее подъезде, я нашел ту самую дверь, и начинаю стучать в нее.

Ведь все равно в глазах Николь, я останусь навечно мудак. Поэтому пусть это будет хотя бы оправдано.

Когда Милана открыла наконец-то дверь, я жадно вцепился в ее полусонные губы, начиная так страстно прижимать ее к себе…

Часть

ПЯТАЯ

Глава 46.

Николь.

Жизнь приобрела свои краски, как бы я не хотела это воспринимать, Тремор сделал все возможное, чтобы как-то утешить мою боль, что оставил после своего ухода Томас.

Впервые за семь долгих лет, у нас наконец-то появилась семья, о которой я мечтала всегда. И да, Тома в ней и должно было быть. У него другая история, никак не пересекающая с моей.

Мы разные, и всегда ими были. Не одной точки соприкосновение. Ничего. Как я вообще могла быть с ним? Если мы из разных вселенных.

Он никогда бы не стал отцом для моих детей, возможно, они даже все это время не были ему нужны.

Эх…

Кого я пытаюсь обмануть…

Я сильно зарыдала, от того, что даже сейчас совсем не могу думать о нем плохо. Даже из чувства ненависти, я не могу себе этого позволить.

И снова моя подушка, была полностью промокшей от нескончаемых пролитых слез.

Почему-то в эту секунду, мне захотелось покурить как никогда раньше.

Но при Треморе я никак не могла себе этого позволить. Он с детства занимается спортом, и он всегда был против никотина, особенно если им баловались девушки.

К тому же Тремор был сторонником здорового образа жизни, он практически никогда не употреблял алкоголь. И вправду, они с Томасом абсолютные противоположности.

И как бы это не звучало глупо, образ жизни Тома, мне нравился больше. В нем чувствовалась свобода, он не отказывал себе не в чем, и всегда старался получать удовольствие, неважно каким путем он это делал, главное был результат.

Сигареты, которая оставляла сестра, давно уже закончились, ведь я покуривала впервые дни, после того, как он исчез окончательно из моей жизни.

После того как я его заблокировала во всех социальных сетей, я так боялась, что он начнет приезжать сюда, чтобы попытаться поговорить.

Боже, как же я этого боялась, я так боялась, но так ждала…

Конечно, я никогда не смогу простить ему то, что все это был лишь обманом. Но может быть когда-нибудь, когда боль утихнет, я бы наверно хотела узнать, как он поживает сейчас.

Мне было бы интересно посмотреть на его новую пассию, возможно, это был бы очередной спор, Или я ошибаюсь. Похоже, я была единственной, кому он решил разбить так сердце, наверно с другими он будет более честен.

Поняв, что все мои мысли снова о Томе, я постаралась отвлечься. Как жаль, что мои сейчас все спали. Девочки уснули поздно, а значит, что минимум до одиннадцати утра я их не разбужу.

Тремор лежал со мною рядом, самодовольный после «незабываемого» секса, как считал он сам.

Не думала, что когда-то мне снова придется имитировать оргазм, чтобы сделать ему приятно.

С Томасом, все было иначе…

Там, каждая моя часть, хотела его. И мне было мало и мало. Я никак не могла насытиться им, и уже так и не смогу этого сделать.

Почему-то в этот момент я стала вспоминать, как он целовал мою шею, спускаясь нежно на грудь, потом прокладывал дорожку по животу, спускаясь вниз к самому запретному. Он сводил меня с ума, когда его язык скользил по моему клитору, Боже какое это было блаженство.

Поняв, что мои трусики становятся мокрыми, только от одной мысли о Томасе, я сразу же начинают будить Тремора.

– Что? – сонно проговорил он, пытаясь открыть свои глаза. – Что случилось?

– Я хочу тебя…

             ***

И хоть это не было страстным сексом, все же я смогла снять хоть какое-то напряжение. Тремор моментально снова вырубился, в то время как я продолжала просто лежать с открытыми глазами, смотря в потолок.

Небо стало окрашиваться красивым оранжевым цветом, понемногу начинался рассвет, солнце затмевала луну.

Я рукой попыталась найти свой телефон на тумбочке, но почему-то не смогла его нащупать, но мне было так интересно какой уже час.

Увидев неподалеку мобильный Тремора, я взяла его в руки. Разблокировав систему, я взглянула на время «04:57», как вдруг мое внимание привлекло уведомление четырех новых сообщений от Сары.

Почему они вдруг стали общаться друг с другом? Она ведь никогда ему не симпатизировала.

И тут почему-то я вспомнила слова мамы.

«Я думаю, Тремор с Сарой, что-то затеяли. И все это время, ты находишься именно в их игре, а не в Томаса…»

Поняв, что тут что-то неладное, я стала вставать как можно медленнее, чтобы не пробудить ото сна Тремора. Зайдя в ванную, я закрыла дверь на замок, после чего зашла в их чат. Мне никак не тревожило, то, что я сейчас делала, ведь мне было важно знать всю правду, ведь я так наивно тешила надежду, что вдруг все, что сказали они мне, окажется ложью.

И тут я стала читать их последнюю переписку, которая открыла глаза мне на то, что было на самом деле.

« – Вроде она поверила, – писал Тремор.

– Не думала, что она так легко примет это. Но ты оказался прав, нужно было лишь грамотно все преподнести.

– Спасибо тебе, что помогла мне вернуть ее.

– Знай, Тремор, все, что я сделала, было не ради тебя, я просто хочу, чтобы моя подруга была снова счастлива. Даже с таким как ты.

– А если Томас, сможет с ней связаться? И расскажет всю правду, какие у нас будут варианты, ее переубедить?

– Не переживай, такого не будет, – отписалась Сара. – Я говорила с Томасом, объяснила ему, что для нее будет лучше, если она поверит в эту ложь, словно все это было лишь пари.

– И он так легко согласился?

– Он просто слишком сильно любит ее, и знай, он готов остаться для нее поддонком, лишь бы она снова научилась улыбаться. Он понимает, что их время подошло к концу, и обрекать ее на вечные ожидания, он просто не вправе. Он подтвердит ей, что это был спор, чтобы она искала поддержку в тебе, и наконец-то смогла научиться жить в мире, в котором нет больше их. Наверно, это и есть любовь…

– Бред, – ответил лишь Тремор. – Какая любовь? Николь была с ним, лишь бы вызвать ревность во мне.

– Здесь ты не прав Тремор, я никогда раньше не видела таких чувств, что испытывали они. Ты даже представить себе не можешь, как они смотрели друг друга, искали среди прохожих родные глаза. Их история, была гораздо сильнее, чем пишут даже в книгах.

– Все равно это уже в прошлом, и каким путем я бы не вернул ее обратно, главное, что я победил. Она со мною, и Томасу больше ничего не светит тут.

– Знаешь, только сейчас я поняла, что все это время, именно для тебя одного это была игра. Тебе ведь не нужна Николь? Ты просто хотел выиграть?

– Я хотел сохранить семью ради детей, чтобы они были счастливы. Не хочу, чтобы к ним прикасался кто-нибудь другой.

– Ты так и не ответил, – подметила Сара.

– На что?

– Нужна тебе Николь или нет?

– Я не знаю, но я просто не позволю, чтобы она была с кем-то другим.

– Ты слишком эгоистичен, знаешь, только сейчас я пожалела, о том, что помогла тебе.

– Назад дороги уже нет, что сделано, то сделано. Не смей никогда, говорить ей правду.

– Рано или поздно, ложь вскроется. И ты это знаешь, что не сможешь вечно обманывать ее.

– Я буду делать это, столько, сколько придется, лишь бы она навечно было только со мною.

– Но ты ведь ее даже не любишь?

– В этом мы с ней схожи, – ответил Тремор.

– Так не должно быть…»

Заблокировав телефон, я увидела в отражение экрана, как все это время с глаз моих текли монотонно слезы…

       Глава 47.

Томас.

– Это было неописуемо, – восторженно провопила Милана, накидывая на себя кофту, чтобы скрыть свою оголенную грудь.

– Секс как секс, – монотонно ответил я, прижимая губами сигарету. Пока я поджигал ее, она села со мною рядом и стала целовать мою шею, легонько покусывая ее.

– Хоть что-то оставить тебе от меня, – сказала она, имея виду засос. Она стала всасывать мою кожу, в то время как я просто выпускал дым из своих легких. – Почему ты наконец-то пришел? Что изменилось в тебе, что ты сам принял такое решение?

– Ничего, – солгал я.

– Ты отпустил ее?

И я снова замолчал.

– Томас, прошу, не молчи.

– Что ты хочешь услышать?

– Что заставило тебя прийти сейчас ко мне.

– Ты… – похоже, я вечно буду лгать ей.

– Не ври хотя бы самому себе, – больше она не была наивной девочкой, которая верила каждому моему слову. – Что случилось у тебя с Николь, что ты перешел грань со мною?

– Для нее я теперь никто, пустота. Если и быть поддонком, то хотя бы оправдано.

– Можно как-то поконкретнее, – попросила она, ведь я поверхностно описал решение данного своего поступка.

– Тремор соврал ей, словно я был с нею, потому что заключил пари с коллегами на своей прежней работе.

– И она поверила ему?

– И это было самое ужасное. Что она так легко поверила в эту ложь, после всего, что между нами было. Она обесценила каждый момент в нашей с ней истории, она уничтожила каждое слово, что я ей говорил.

Милана в качестве поддержки обняла меня со спины.

– После всего, что нас объединяло, она даже не соизволила проститься со мною, или просто позвонить, и спросить, как все было тогда на самом деле. Она поверила другому, а не мне.

– И что ты намерен делать?

– Сначала я думал, что мне это было нужно, вернуть ее веру в себя. Чтобы она знала, что все это было планом Тремора.

– А сейчас?

– А сейчас мне уже все равно, если она приняла такое решение, значит, это был ее выбор. Значит, она этого хотела.

Докурив сигарету, я так небрежно затушил ее в стакане виски, после чего повернулся и сам снова упал в объятия Миланы…

             ***

Мы заснули вместе, и проснулись к утру тоже. Каким же красивым сегодня был рассвет, давно я не видел такое цветное небо. К сожалению, я был не с тем человеком, с которым бы хотел встретить вот так этот день.

Милана вскоре пошла на кухню, приготовить нам завтрак. Но открыв холодильник, она поняла, что продуктов практически нет.

Увидев меня на проеме возле двери, она сразу же удручено проговорила:

– Еды совсем нет, после того как Саид съехал отсюда.

– Эти дни ты практически ничего не ела?

– Не было аппетита, – ответила лишь она, продолжая пялиться, в пустой холодильник. – Через два дня все равно аренда квартиры закончиться, и мне придется съехать.

– Ты ведь этого совсем не хочешь? – спросил я, видя, как ее настроение моментально пропало.

– Не хочу, – признала Милана. – Но денег, чтобы продлить совершено нет.

– Я все улажу, – ответил я, и вернулся в комнату, чтобы достать свой кошелек. Посчитав купюры, я понял, что их не хватит, даже на половину месяца аренды. Достав карточку, я кинул ее на стол Милане.

– Здесь сумма, которую тебе хватит на два месяца, чтобы продлить квартиру. После обеда, мы сходим в магазин с тобою и забьем тебе полностью холодильник. А сейчас, – я достал телефон и стал набирать номер доставки еды на дом. – Давай просто закажем пиццы, я такой голодный.

             ***

Нам пришлось прождать больше получаса, пока нам не привезли заказ. Мы сразу приступили к приему пищи, начиная жадно кушать горячую пиццу.

– Оказывается все эти дни, мне не хватало именно этого, просто поесть, – с забитым ртом, проговорила Милана, начиная с трудом смеяться.

Я улыбнулся, осознавая, что когда разбита душа, для счастья оказывается так мало надо.

После такого плотного завтрака, мы включили телевизор и наткнулись на какой-то фильм, и хоть мы не успели на начало, все же внимательно стали смотреть его, местами комментируя, какие главные герои все-таки наивные.

После обеда, мы, как и договаривались, пошли в супермаркет, чтобы закупить продуктов для дома. Взяв тележку, мы стали закидывать в нее практически все, что хотели. В какой-то момент, я даже почувствовал себя на несколько секунд семейным человеком. К тому же Милана постоянно, то брала меня за руку, то обнимала.

И почему-то я даже не противился ей…

– Что будем готовить на ужин? – спросила она, стоя возле прилавка с мясом.

– Полностью доверяю тебе, – сказал я, после чего решил пошутить. – Удиви меня.

Она улыбнулась, но, а затем стала думать, что будет готовить. Я набрал огромное количество различных сыров, ведь я был сумасшедший по ним.

– Куда нам столько? – спросила сразу же Милана.

Я артистично пожал плечами, но все равно убирать ничего не стал. Когда мы оказались возле отдела с алкоголем, мы сразу же посмотрели друг на друга.

– Украсим вечер? – спросил я.

– С удовольствием, – мило ответила она.

Мы долго не могли определиться, что будем сегодня пить, пока не сошлись на красивой бутылке мартини. И хоть я был не сторонник такого алкоголя, я понял, что вечер и вправду должен был романтичным.

Когда мы оплатили покупки, я увидел, что сумок вышло слишком много, гораздо больше чем я подозревал. Поэтому нам пришлось вызвать такси, которое как назло очень долго добиралось до нас.

Оказавшись в квартире, мы стали распаковывать пакеты, засовывая продукты в холодильник. Милана решила приготовить красную рыбу в духовке со сладким ананасом и сыром, который я накупил.

И хоть из меня повар был никакой, я все равно не покидал кухню, и решил помогать ей до конца. На своем телефоне Милана включила музыку, и сразу как то атмосфера стала намного лучше. Местами, пританцовывая мы стали раскладывать кольца ананаса на рыбу, после чего поставили, противень в духовку.

– Долго будет готовиться? – спросил я.

– Не знаю, – ответила она и засмеялась. – Скоро узнаем.

Милана никогда не бралась за такие тяжелые и изысканные блюда, и для нее это было тоже впервые, но ей было важно удивить меня, поэтому она так отчаянно надеялась, что у нее все так получиться приготовить вкусно.

             ***

Вечером я пошел в душ, стоя под струями воды, я все пытался смыть с себя Николь, чтобы мысли о ней не тревожили меня, хотя бы в сегодняшнюю предстоящую ночь.

Обмотав себя полотенцем, я вышел из ванной, удивившись, как на улице уже за это время стемнело. Зайдя на кухню, я искренне улыбнулся, от того, что пока меня не было, Милана расставила везде свечки, которые продолжали гореть, освещая собою ночную мглу, в которую мы плавно поглощались.

– Мило, – проговорил хрипловато я, видя эту картину.

– У меня получилось тебя удивить? – спросила так наивно она, ведь для нее всегда было важно, чтобы я оценил.

– Вполне, – ответил я. Накинув на себя вещи, я сел наконец-то за стол, ведь ароматы, что раздавались по всей квартире, вызывали во мне дикий аппетит.

– Я, правда, старалась, – сказала Милана, перед тем как положить мне кусок рыбы. И хоть я не сторонник морепродуктов, именно сегодня, мне безумно захотелось это попробовать как можно скорее.

Сладкий вкус ананаса придавал некую пикантность рыбе. От чего вкус хоть был и не привычный, но довольно таки изысканный.

– А мне нравиться, – набив себе рот, пробормотал я.

– Я рада, – только после этого Милана сама приступила к вечерней трапезе.

Свечи придавали уют этому месту, периодически мы смотрели друг на друга, и каждый раз почему-то начинали улыбаться.

– Тебе идет, – сказал я, видя, как она уложила свои волосы.

В ответ она лишь мило засмущалась. В какой-то момент, я задумался, почему раньше, я не рассматривал ее как свою девушку. Ведь Милана была довольно таки красивой, к тому же между нами всегда была страсть.

Сегодня она показалась мне такой домашней и родной, она потратила весь вечер, чтобы приготовить мне ужин, который вышел у нее на славу. У нее нет детей, к тому же мы с нею ровесники. И что самое важное, я всегда был ей нужен. Всегда.

Открыв бутылку мартини, я разлил нам его по стаканам, после чего решил проговорить некий тост.

– Спасибо, что ты всегда рядом, – хрипло сказал я, словно мой голос садился. – И смогла вывести меня как-то из этой апатии. Сколько раз бы мы не ругались, не расставались и не прощались, все дороги, словно сами ведут нас обратно друг к другу.

И тут я почему-то вспомнил, как однажды я шел к ней холодной зимой.

«Я стал бродить вдоль аллеи, не имея определенного маршрута, я словно просто шел, не зная куда. По крайне мере все это время, я так настойчиво в это верил сам.

Пока не понял главное, все дороги меня вели к ней…

Неосознанно я сел в полупустой автобус, который плавно направлял меня по заснеженной дороге. Спустя несколько минут, я уже шел с сигаретой в зубах по белоснежным сугробам.

Несмотря что на улице было довольно холодно, я продолжал идти с расстегнутой курткой, так и не соизволив надеть на себя свою серую шапку.

Войдя в старый обшарпанный подъезд, я не стал дожидаться лифта, и решил подняться пешком по грязным лестницам.

Дойдя до нужного мне этажа, я подошел к железной двери, после чего нажал на звонок. Все что я чувствовал в тот момент, была наверное – опустошенность. И лишь только она, привела меня сейчас сюда.

Через несколько секунд, когда дверь открылась, я увидел перед собою ее.

– Привет, – проговорил разбито я, видя ее растерянность.

– Что-то случилось Томас? – испугано спросила она, продолжая пристально смотреть на меня.

В ответ я так ничего ей не сказал, а лишь только подошел, и как можно крепче обнял Милану, заточив ее в своих объятиях от обреченности…»

И тоже, самое я сделал прошлой ночью, когда мне бывает плохо, единственное место, где я ищу свое утешение, была Милана…

А плохо мне бывает постоянно…

       Глава 48.

Николь.

Я продолжала сидеть в ванной, чувствуя, как слезы все это время монотонно текли по моему лицу.

Я сжала в руках телефон, словно хотела сломать его, прекрасно зная, что у меня никогда не хватит на этот сил.

Как вдруг в мою дверь постучали.

– Николь? С тобою все хорошо? – спросил вдруг с неким переживанием Тремор.

Открыв дверь, я просто со слезами на глазах показала ему его чат с Сарой.

От неожиданности он даже опешил, пытаясь подобрать слова.

– Я все объясню, – шепотом пробормотал он, глазами начиная бегать из стороны в сторону.

Накинув на себя халат, я вышла в подъезд, зная, что разговор наш будет слишком эмоциональным, а будить деток, сейчас совсем не хотелось, ведь боль продолжала уничтожать меня.

Когда Тремор оказался вместе со мною на лестничной площадке, она сразу же попытался взять мою руку, на что я грубо откинула его ладонь.

– Зачем? – спросила я, продолжая все это время плакать.

– Я должен был вернуть тебя, прости, что таким путем, я думал, так будет лучше для тебя, – оправдывался он, пытаясь хоть как-то закрасить свою ложь.

– Тебе нужно было всего лишь выиграть, а не я.

– Это было до всего этого, – каким же жалким он сейчас выглядел. – Изначально так и было, но после последнего дня все изменилось Николь.

– Что изменилось? – выдавила из себя я, чувствуя, как ком в горле словно разрастался все сильнее.

– Я понял, – он заикнулся. – Я понял, что люблю тебя…

В ответ я лишь опустила голову, осознавая, что это очередная ложь, чтобы удержать меня снова. Чтобы просто я не досталась никому.

– Почему ты молчишь? – мне казалось, что он сейчас сам заплачет, настолько он скривил свое лицо.

– Я устала, с тобою я не знаю где правда, а где ложь.

– Сейчас с тобою я честен, как никогда раньше.

– Только мне уже все равно.

– Почему «уже»?

– Я думала, что смогу сохранить нашу семью. Пыталась уже мириться с какими-то твоими недостатками. Хотела искать только плюсы, в том что сейчас происходит в моей жизни… Но я…

– Что ты?

– Я так и не смогла этого сделать…

             ***

– Пожалуйста, не бросай меня, – жалобно проговорил он, продолжая смотреть на меня разбитым взглядом.

– Ты обманул меня, сказал, что я тебе не нужна, назови хоть одну причину, по которой, я должна сейчас остаться с тобою?

– Я сожалею, что говорил ей, но теперь все изменилось.

– Что изменилось? Ты ведь теперь со мною, только ради детей?

– Изначально так оно и было, – согласился он. – Но, это было все до, до вчерашнего дня.

– Что было такого вчера? – практически прокричала я, услышав собственное эхо.

– Мы были семьей.

– У нас никогда ее не было, – не согласилась я.

– Ты ведь знаешь, что это не так. Я видел тебя вчера счастливой. И счастлив был сам.

– Ты ведь знал, что никогда не сможешь затмить Томаса, и лишь, поэтому ты выдумал этот план?

Я видела, как злость сразу отразилась на его лице, как бы он не пытался это скрыть.

– Я просто хотел, чтобы тебе стало легче.

– Но не таким же путем, ты мог добиться моего расположения.

– У меня не было выбора, ты дорога мне, и я сделал бы это снова и снова, если было бы это нужно.

И снова я подумала, как же мне не хватает сейчас никотина. Почему же Тремор не курит?

Боясь, что дети смогли проснуться и начать плакать не найдя меня, я решила, что пора заканчивать этот разговор.

Сделав шаг навстречу двери, Тремор грубо схватил меня за руку, давая понять, что диалог наш еще не закончен.

– Что еще? – спросила я, откидывая его ладонь в сторону.

– Мы так и не решили, что будем делать дальше?

– Предложения? – шепотом сказала я, понимая, как хочу просто вернуться домой, чтобы просто не оставаться сейчас с ним наедине. Я уже сотню раз пожалела, что этой ночью, переспала снова с ним.

– Тебе ведь было хорошо со мною, давай просто забудем о том, что я сделал, и снова попытаемся быть счастливыми?

– Я хотела быть счастливой, – начала признаваться наконец-то я. – Я думала этому можно научиться, где-то я закрывала глаза, местами забывала о своей гордости и чувствах, но я так и не научилась.

– Почему он так важен для тебя? – прокричал Тремор.

– Я любила его, – искренне ответила я. – И до сих пор люблю. Теперь, когда я знаю правду…

– Что ты намерена сделать? – испугано спросил он, снова начиная смотреть на меня щенячьими глазками.

– Я хочу с ним увидеться, чтобы просто извиниться, за то, что так легко поверила тебе, а не ему.

И в эту секунду я дословно вспомнила, то сообщение, которое отправила ему в тот день, когда так легко попрощалась с человеком, которого любила больше всей этой жизни.

«Я ведь думала, все было по-настоящему. А ты просто играл. Как ты мог Томас, я ведь тебе верила? Открылась… А все это было лишь глупое пари, в котором ты одержал победу.

Сара обо всем мне рассказала, что ты поспорил, чтобы я влюбилась в тебя, а потом ты просто разобьешь мое сердце. Молодец, у тебя получилось это сделать. Надеюсь, ты рад, что выиграл пари.

Я не знаю, что сейчас происходит со мною, внутри больше чем опустошенность. Я не испытываю словно ничего. Хотя… Есть одно чувство, которое пожирает меня.

Я говорила тебе, что никогда не отрекусь от тебя, но похоже мы оба соврали с тобою.

Томас, как же я тебя ненавижу, Господи, я просто тебя ненавижу…»

И даже в ту секунду когда я это писала, я знала, чтобы он не сделал, я никогда не испытаю к нему чувства ненависти. Я просто не смогу его ненавидеть, ведь он тот, кого я по-прежнему до сих пор так отчаянно люблю.

– Я не позволю тебе видеться с ним, – вдруг снова грубо прокричал Тремор.

– Закроешь меня в этой квартире? – с ерничала я.

– Если придется, то да, – и как ни странно, он сказал это серьезно.

– Хочешь ты этого или нет, но наша встреча, это лишь вопрос времени, ты можешь сейчас уйти, расстаться со мною, забыть о детях, да что угодно, но я увижусь с ним, хочешь ты этого или нет. Ведь все это началось из-за тебя, поэтому будь хоть раз в жизни мужчиной и прими неизбежное.

– Неизбежное?

– Да, с которым я мирилась все эти годы, находясь рядом с тобою…

             ***

Когда проснулись девочки, мы сели всей семьей за стол, желание готовить, что-либо с утра, у меня совершено не было, поэтому я достала все, что было в холодильнике.

– Мам, когда мы пойдем в кино? – вдруг спросила Милиса, продолжая кушать конфеты.

Я кинула свой взгляд на Тремора, давая ему понять, что именно он должен ответить на этот вопрос.

– Можем прямо сегодня, – пробормотал он, доставая телефон, чтобы посмотреть какие мультфильмы, сейчас показывают в кинотеатрах.

– А Томас тоже пойдет? – с некой надеждой спросила Алиса, вспоминая, как в начале этого года, мы ходили на рождественскую сказку.

Тремор сделал вид, словно даже не обратил внимания, но я видела, как исказилось его лицо, только от одного его имени.

– Нет, его не будет с нами, – ответила я, продолжая ковыряться в своей тарелке, чувствуя, что аппетита кушать, сейчас совершено не было.

– Почему? Вы больше не дружите с ним? – продолжила неосознанно Алиса разрывать мою душу.

– Иногда приходиться прощаться с людьми, как бы тебе этого не хотелось.

– А мне он нравился, он всегда игрался с нами, дарил подарки, – Алиса смотрела в одну точку, словно вспоминала его. – Именно он научил меня танцевать.

– Мне тоже он нравился, – вдруг неожиданно говорит Милиса, чего я явно не ожидала от нее услышать, тем более в присутствие Тремора. – Точнее, с ним мама ты была совсем другая.

Тремор делал вид, словно увлечено, что-то смотрел в телефоне, но я прекрасно осознавала, что он все хорошо слышал. При детях, Тремор старался не показывать свой характер, хотя и понимал, что он сам виновник того, что Томас затмил собою все. Даже симпатию детей.

– Сегодня нет не одного мультфильма, – проговорил наконец-то он, чтобы сменить тему, и не восхвалять Томаса. – Но мы можем, посмотреть их дома, по телевизору. – Он словно не терял надежду.

Когда я все думала, как же мне наконец-то выбраться на свободу, чтобы увидеться с Томасом…

             ***

Словно под предлогом, что мне нужно идти на работу в салон, я покинула дом. И хоть Тремор не особо мне поверил, но легенда с тем, что ремонт в здание закончили слишком быстро, заставила его, отбросить все сомнения.

Я осознавала, что у меня максимум было несколько часов, потом мне нужно было бы бежать домой. Я не стала дожидаться автобуса, поэтому вызвала такси, ведь так я сэкономлю гораздо больше времени, чтобы побыть с Томасом.

Я боялась, что его просто не могло оказаться дома, а вдруг откроет дверь его мама, чтобы я сказала ей? Как бы она меня встретила?

Сотню вопросов крутились у меня в голове, пока водитель гнал по трассе, чтобы направить меня к нему…

Когда я оказалась в его дворе, воспоминая сразу стали поглощать мою голову. Ведь когда-то нам было тут так хорошо…

Поднявшись к его двери, я так неуверенно постучала в нее, и стала ждать, сама не зная чего…

       Глава 49.

Томас.

Почему-то это мысли никак не покидали меня, я вдруг серьезно стал задумываться, что с Миланой, я бы смог прожить всю свою жизнь. Ведь с ней мне было хорошо, она могла поддержать меня, забрать всю мою боль, и именно она заставляла сейчас меня улыбаться.

Когда мы стукнулись с ней стаканами, я сделал несколько жадных глотков в себя.

– Как тебе ужин? – спросила наивно она.

– Очень вкусно, – честно ответил я, продолжая кушать не останавливаясь.

– Значит, я не зря старалась.

Как вдруг мы услышали стук в дверь, который слабо раздался в нашей квартире. И почему-то в этот момент, Милана сильно напряглась.

– Кто это пришел? – спросил я, прежде чем, пошел открывать дверь.

– Не знаю, – встревожено ответила она. – Никто не знает, этот адрес.

Когда я начал подходить к двери, мое сердце стало колотиться еще сильнее, я сам не знаю, почему меня так окутал сейчас страх.

Я протянул руку к замку, но вдруг остановился, чувствуя, как мои ноги стали подкашиваться, и выпитый мартини, был тут совершено не причем.

Найдя наконец-то в себе силы, я открываю дверь, и вижу перед собою Саида, который продолжал держать в руках огромный букет красных роз.

Увидев его, я даже немного опешил.

– Том, – смог выдавить из себя лишь он, не ожидая увидеть меня сейчас тут.

– Проходи, – сказал любезно я, понимая, что он сейчас увидит романтический вечер, который подготовила мне Милана. Уверен, для него, она никогда не организовывала, ничего подобного.

– Почему ты тут? – спросил он, снимая обувь, прежде чем зайти в квартиру.

Я промолчал, ведь я не знал, что ему сейчас сказать.

Когда подошла Милана, он сразу протянул ей цветы, после чего стал просить прощение, хоть и не был совсем, виноват не в чем.

Но тут он увидел горящие свечи, что были расставлены по всей квартире. Поняв, что тут происходит на самом деле, он вдруг ринулся в сторону меня. И, находясь в каком-то затуманенном состоянии, он отталкивает меня в сторону.

Хоть он и знал, что проиграет мне, все равно попытался напасть.

И хоть во мне не было совершено к нему агрессии, я стал защищаться, и поэтому тоже оттолкнул его грубо в сторону, и чтобы он пришел в себя, я бью его в лицо, надеясь, что это поможет ему, осознать, кто перед ним сейчас стоит.

Но пыл Саида, мне был понятен, хоть он и знал, что слабее меня, он все равно продолжал лезть в драку, прекрасно зная, что это видит сейчас Милана.

А ему было важно, чтобы она знала, какой он сильный.

Без труда я снова отразил его удар, нанося несколько ударов ему в живот, чтобы он согнулся. Когда это произошло, я схватился за его шею, чтобы усмирить.

Поняв, что ему не хватает кислорода, Саид стал успокаиваться, давая мне понять, что окончательно остыл. Отпустив его, ко мне сразу подошла Милана и стала отводить от него, чтобы я снова не стал принимать силу.

– Как это понимать? – сильно кашляя, спросил Саид, глядя именно на Милану.

– Ты ведь сам все прекрасно понимаешь, – ответила она, ведь она часто плакалась Саиду, как сильно была влюблена в меня на наших бездушных вечеринках, которые мы организовывали до того, когда я встретил ее.

– Ты ведь была со мною эти месяца, почему снова он? – прокричал он, пытаясь отдышаться, и почему-то мне даже стало, его жаль.

– Потому, что так будет всегда, – ответила лишь она, и взяла так крепко мою руку.

Я не хотел, чтобы все это так обернулась, все должно было быть не так.

– Пойдем за стол, – предложил я. – Нам нужно много о чем поговорить.

– Да пошел ты, – с некой ненавистью прокричал он, после чего продолжая сильно скручиваться, он покинул эту квартиру раз и навсегда, оставляя на полу букет цветов…

             ***

Возвращаться на кухню не было никакого желания, осознавая, что аппетит пропал. Но лишь только из-за того, что Милана так старалась, я снова сел за стол.

– Когда-нибудь это должно было произойти, – сказала удручающе она, кидая свой взгляд на меня, словно искала поддержку.

– Тебе сейчас жаль Саида? – задаю прямой вопрос я.

– Да, – честно отвечает она, вставая, чтобы взять сигареты с полки.

Когда мы закурили, я понял, чего мне сейчас так не хватало в этот момент. Выпуская дым, я пытался как можно дольше получать эстетическое удовольствие, которое только мог предоставить никотин.

– О чем ты сейчас молчишь? – спросила она меня.

И тут я задумался, что однажды в моей жизни, был практически такой же вечер, в котором были свечи, хороший ужин, но человек был совершенно другим. Тот, с которым, я и хотел бы проводить такие вечера, которые плавно бы окутывали нас в ночь.

– Нет мыслей, – соврал я, чтобы просто не обидеть ее, ведь я прекрасно понимал, она никогда не станет Николью, даже хотя бы похожей на нее. – А ты?

– Не смотря, что произошло сегодня с Саидом, я поняла, как сегодня мне хорошо. Ты рядом, мы вместе ужинаем за кухонным совместным столом, и я понимаю, что больше мне ничего не нужно.

Как жаль, что наши с нею взгляды просто расходились, и я не мог сейчас подержать ее, точку зрение.

Когда мы опустошили наши тарелки, я помог Милане, убрать со стола, после чего сам встал, чтобы помыть посуду.

– Я справлюсь, – сказала она, пытаясь убрать меня от раковины.

– Ты и так устала за день, – ответил я, продолжая ополаскивать тарелки. – Мне не сложно.

Прежде чем покинуть кухню, я задул все свечи, понимая, что романтический вечер окончен. Мы оба были подавлены, и что-либо делать дальше, не было особого желания.

– Посмотрим фильм? – спросила Милана, взяв в руки ноутбук, который так небрежно лежал все это время где-то на кровати.

Мы долго пытались найти, что-то подходящее для нас, в итоге остановились на каком-то фильме ужасов.

Было мило, когда Милана закрывала свои глазки, чтобы не видеть все кошмары, что несла собою картина.

И хоть сюжет был слишком предсказуемый, почему-то я и вправду стал с большим интересом наблюдать за этой историей.

Милана стала включать женские хитрости, и на особо страшных моментах, обнимала меня, прятала свое лицо в моей груди, делала все возможное, чтобы как можно больше касаться меня.

Как вдруг на моем телефоне раздается звонок, первая мысль, что посетила мою голову, была: кому понадобилось звонить мне так поздно?

Неохотно я подходил к своему мобильному, как вдруг вижу на экране ее имя…

             ***

Я словно замер на мгновение, не найдя в себе силы, чтобы просто ответить, лишь бы этот звонок, что раздавался сейчас по всей квартире, наконец-то закончился.

В эту секунду, я слышу, как мое сердце начинает биться неописуемым ритмом, я думал даже, что сейчас оно вырвется из моей груди.

– Все в порядке? – спросила сразу же Милана, видя мой ступор. Но ее голос, я слышал слишком затуманено, как будто находился сейчас совершено в другой абстракции.

Звонок продолжался, а я никак не мог найти в себе силы, чтобы хоть что-то сделать. Ноги словно сами приросли сейчас к холодному полу.

– Томас! – и снова где-то издалека я слышу голос Миланы, которая так отчаянно пытается вывести меня из этого ступора.

Как вдруг все затихает, больше она не звонит, но это тишина давит на меня еще сильнее.

Простояв так еще несколько затяжных секунд, я наконец-то беру в свои руки телефон и начинаю его разблокировать. Перед моими глазами, сразу всплывает уведомление.

«Пропущенный звонок от Николь».

Я долго не решался взять и перезвонить ей. Ведь, что я ей сказал бы в тот момент?

– Томас, это она звонила? – догадалась сразу Милана, видя до сих пор мой потерянный взгляд.

В ответ я лишь кивнул ей, ведь скрывать, что-либо было уже неправильно.

– Что ей снова нужно от тебя? – продолжила, словно на допросе задавать вопросы Милана.

– Я не знаю…

Как вдруг мне приходит сообщение от нее.

«Привет, даже не знаю с чего и начать. Наверно это глупо, просто написать «привет», после того, что у нас произошло.

Как ты? Наверно, этот вопрос тоже не уместен. В общем Томас, мне сейчас так плохо, где бы ты не был, где бы не находился, я прошу, приди ко мне…»

Сердце продолжало сжиматься, я, словно снова принимал ее боль на себя.

– Где ты сейчас находишься? – молниеносно отвечаю ей я, зная, что даже если она сейчас лежит в кровати с Тремором, я все равно приеду к ней. Ведь ей нужна моя поддержка, она хочет, чтобы я был рядом, и я просто не мог ей отказать.

Ведь я сам нуждался в ней не меньше…

– На нашей аллеи, – лишь только написала она, и я сразу вспомнил тот волшебный зимний вечер, когда мы гуляли с нею там.

Словно не обращая внимание на Милану, я стал накидывать на себя вещи, чтобы как можно скорее оказаться сейчас рядом с нею.

– Ты уходишь к ней? – спросила разбито она.

– Я должен быть сейчас там, – накидывая на себя обувь, я так и не решался взглянуть на нее.

– Зачем?

– Потому что там, мое место, – захлопнув дверь, я понял, что как бы я не пытался обмануть самого себя, но без нее я по-прежнему все так же не могу…

       Глава 50.

Николь.

Я бродила по аллее, не находя себе словно место, во всем этом огромном мире. Я не знала, как пройдет наша встреча, придет он вообще на нее или нет. Я так переживала, но так искала его глазами по всей улице.

С чего мы начнем разговор? Как я буду смотреть ему в глаза, после того сообщения. И хоть с момента расставания прошло не так много времени, я словно даже стала забывать, как он выглядел.

Увидев вдалеке высокого парня, я сразу же напряглась, но через считанные секунды, я поняла, что просто обозналась.

Я доставала постоянно телефон, в надежде, что он что-то мне написал, но видя, что не было пропущенных сообщений, я снова клала мобильный в карман.

Я присела на одинокую лавочку, ощутив как первые капли дождя стали касаться меня. Символично, что именно сейчас небо начинало плакать…

Повернув голову, я замерла, увидев перед собою Томаса.

Я сразу же встала, в надежде, что сейчас мы кинемся в объятия друг друга, но этого не происходило.

Поняв, что я лишилась дара речи, я продолжала, молча смотреть на него, ощущая, как глаза наливаются слезами.

Как назло Томас молчал тоже, но уже тогда мы чувствовали этот магнит, который притягивал нас.

В эту секунду начинается ливень, на который мы не обращаем никакого уже внимания. Мы просто стоим и промокаем под ним.

Томас провел своей рукой по волосам, боже как я скучала по этому, ведь он всегда так делал, сколько я его помню.

– Привет, – вдруг наконец-то говорит он, господи как же мне нравиться его голос.

В ответ я киваю, чувствуя, как тело мое все дрожит, и я уверена холодный ливень, тут был не причем.

– Зачем ты пришла? – грубо произносит он, продолжая сверлить меня взглядом. – Пари окончено, больше мне нет необходимости видеться с тобою.

И хоть Томас держался достойно, я видела, с каким трудом он произносил эти слова, чтобы ранить меня.

В эту секунду я вспомнила, сообщение от Сары, которое она писала Тремору.

«Он просто слишком сильно любит ее, и знай, он готов остаться для нее поддонком, лишь бы она снова научилась улыбаться. Он понимает, что их время подошло к концу, и обрекать ее на вечные ожидания, он просто не вправе. Он подтвердит ей, что это был спор, чтобы она искала поддержку в тебе, и наконец-то смогла научиться жить в мире, в котором нет больше их. Наверно это и есть любовь…»

– Ты сказала, что ненавидишь меня, – продолжил Томас. – Это самый правильный вариант, который ты только могла принять. Но тебе было бы лучше, если ты бы изначально знала, что все это время я лишь играл с тобою, чтобы выиграть деньги.

Если бы я не видела тогда переписку, я бы поверила ему, ведь он говорил это словно искренне, не одна мышца не дрогнула на его лице. Он словно репетировал этот момент неоднократно, что сейчас так уверено мне это подает.

– Томас, я знаю правду, – выдавила из себя я. Но больше не смогла найти в себе силы, чтобы не расплакаться. И когда мои слезы падают с глаз, Томас мгновенно обнимает меня, прижимая так страстно к своей промокшей груди.

– Я тосковал… Тосковал по тебе…

       ***

Дождь потихоньку стал успокаиваться. Одновременно мы присели на промокшую лавочку, ведь настал момент, когда нам стало все равно, сколько еще нам предстоит мокнуть.

– Прости меня, за то, что так легко простилась с тобою, – я снова дословно вспомнила то ужасное сообщение, которое написала ему в порыве злости. Хоть прощалась с ним я далеко нелегко… – Почему ты тоже решил быть в этом обмане?

– А разве у меня был выбор? – хрипло ответил он, продолжая смотреть на меня, словно пытался запомнить.

– Ты ведь знал, какую боль мне это принесет.

– Как будто нам до этого было легче, – сказал сочувствующе Томас.

Как же мне хотелось вцепиться в его сочные губы, но я понимала, что нужно сдерживать себя, чтобы не нарушать грань.

– Сара говорила со мною, – продолжил Томас, с большими интервалами между слов. – Я думал, так будет правильнее, если твои чувства окутает ненависть.

– Ты ведь сам писал в своей книге, что ненависть объединяет намного сильнее, чем чувства.

– Я знаю, но мне было важно, чтобы ты помнила обо мне, неважно как именно, была ли в этом месть или нет. Но я не хотел покидать твои мысли, – и тут Том пальцем дотрагивается до моей груди, указывая на сердце. И в эту секунду я вся начинаю гореть, только от одного его прикосновения. – Я хотел, чтобы каждый раз, когда ты вспоминала обо мне, твое сердце билось еще сильнее, – он провел по моей груди своим пальцам в сторону грудной клетки. – А здесь расплывалось тепло, только от упоминания одного моего имени. Я хотел остаться в тебе навечно, чтобы никто и никогда не смог украсть меня у тебя.

И как всегда, его слова тронули меня. Поняв, что я слабее его, я беру его лицо своими ладонями и так страстно вцепляюсь поцелуем в его губы.

Я жадно целовала его, даже наши языки в тот момент были одним целым.

Томас крепко схватил меня за талию начиная прижимать к себе, и тут чувство возбуждения нахлынули нас обоих.

Как же я его хотела…

Как же хотел он меня…

Вдруг небо стало разрываться от ярких вспышек молний, затем стал раздаваться ударами гром. Но, мы словно не обращали внимания на эти погодные условия, ведь мы просто не хотели отрываться друг от друга.

Дыхание наше стало сбиваться, местами я выпускала стон, потому что никак не могла себя сдерживать. Между ног все горело, только от одного его поцелуя…

Как вдруг он отстраняться от меня, и резко встает, начиная тяжело дышать.

– Что-то не так? – спросила я, начиная облизывать свои губы, ведь на них оставался его вкус.

– Мы не должны сейчас этого делать, – он продолжал стоять ко мне спиной, начиная так нервно доставать сигареты из своего кармана.

– Можно мне покурить сейчас с тобою? – спросила я, зная, что он мне не откажет.

Когда я втянула в себя дым, у меня сразу же закружилась голова, но мне нравилось это одурманенное состояние, в нем я хотя бы могла себя сдерживать, чтобы снова не накинуться сейчас на Томаса.

– Похоже, так будет всегда, – сказал он, садясь обратно ко мне и выпуская так медленно дым из своего рта. – Каждый раз, когда я буду тебя видеть, это будет происходить снова и снова.

– Значит так и должно быть.

– Дома тебя ждет он. К чему будет это ложь?

– В этом мы с ним одинаковые, мы вечно будем лгать друг другу.

– Тогда зачем все это?

– Все только ради детей, сейчас они счастливы как никогда раньше.

– Но, а как же ты?

– Теперь, если я буду знать, что каждый раз, когда нас снова сведут пути, я смогу касаться тебя, поверь, другого мне и нужно больше.

Выбросив сигарету, он обнял меня за плечи, снова прижимая к себе, и только сейчас я снова ощутила запах его парфюма, который продолжала так жадно вдыхать в себя.

И тут Томас, говорит то, что я так не слышала уже давно…

– Мне тебя мало…

От этих слов, по моему телу пробегают мурашки, я словно остолбенела на миг, ведь когда-то мы говорили эту фразу друг другу так часто. И она многое для нас значила.

– Я не думал, что после обмана, – продолжил говорить разбито Томас. – Я вновь когда-нибудь обниму тебя.

– Даже если бы это оказалось правдой, я думаю, что боль бы моя утихла, и я все равно бы захотела увидеться с тобою. Чтобы просто посмотреть хотя бы в твои глаза, и спросить всего лишь один вопрос.

– «Разве я не влюбился в тебя за все это время»? – предложил Томас.

– Да.

– Ты ведь прекрасно знала, что влюбился я в тебя еще в тот день, когда только впервые увидел.

На что я лишь как можно сильнее уткнулась в него, понимая, что как бы он не был далеко сейчас от меня, ближе его у меня нет никого.

       ***

Только в такси я наконец-то смогла согреться, водитель ехал очень медленно, ведь дождь продолжал литься с неба.

Я закрыла глаза, вспоминая ту магию, что происходила несколько минут назад между мною и Томасом.

Как же мне не хотелось покидать его, как же я жаждала продолжение той страсти, что до сих пор наверно парит над тем местом.

Я искренне улыбнулась, вспомнив его аромат. Как же он пах, и дурманил меня.

Добравшись до своего дома, я так неохотно открывала дверь, зная, что теперь мне снова придется видеть Тремора.

– Почему так долго? – спросил он, встретив меня на пороге.

– Начался сильный ливень, я не могла покинуть салон, – солгала я.

– Ты и так вся промокла, – он начал помогать снимать с меня вещи. После чего принес полотенце, и стал вытирать мои волосы. И хоть он искренне хотел показывать свою заботу, все равно я видела в этом какой-то подвох.

– Я сама справлюсь, – проговорила я, забрав у него полотенце. – Девочки уже спят?

– Только уснули, – ответил шепотом он, после чего направился в сторону кухни. – Я заварю тебе горячего чая.

       ***

Переодевшись в сухую одежду, я стала делать порывистые глотки чая, который он налил мне.

– Может, что-нибудь поешь? – предложил он, протягивая мне тарелку с различными конфетами.

– Я не голодна, – лишь ответила я, продолжая крепко держаться за кружку.

– Что теперь будет с нами? – проговорил он дрожащим голосом.

– Все остается, как и было раньше, – без эмоций ответила я.

– Раньше? До чего? – он испугался, что ему снова придется съехать к себе.

– До обмана, – сказала я. – Мы снова будем пытаться построить семью.

Я видела, как облегчено он сразу выдохнул, после чего его он расплылся в широкой улыбке.

– Но это в последний раз, – закончила я. – Больше никакой лжи.

– Я обещаю тебе, – но для меня его слова были всегда пустым звуком. – Может, пойдем спать?

– Да, пора уже, – ответила лишь я, делая последние глотки чая.

Когда мы легки на кровать, я снова почувствовала сильную влагу между своих ног, вспоминая нашу встречу с Томасом. Я сильно сжала коленки, чтобы хоть как-то подавить в себе нахлынувшее возбуждение, что сейчас стало разрывать меня.

В прошлый раз, чтобы хоть как-то погасить в себе этот пожар, я переспала с Тремором, но теперь, я решила перетерпеть эту вспышку, как бы мне не было сейчас тяжело.

К моему счастью, Тремор совсем не лез ко мне, а лишь слабо обнял меня, и практически сразу уснул, в то время как меня снова ждала впереди, очередная бессонная ночь…

Глава 51.

Томас.

Мне пришлось вернуться в квартиру Миланы, потому что когда я покидал ее в спешке, то забыл на тумбочке ключи от собственного дома.

Я не знал, что ждет меня сейчас внутри, я так надеялся, что она просто уснула, чтобы избежать разговора с ней.

Когда я подошел к двери, я удивился, что она была открыта. Неужели, она так и не решилась закрыть тогда за мною, когда я практически вылетел оттуда, направляясь на встречу к Николь.

Открыв медленно дверь, я увидел, что свет горел практически по всей квартире. Сделав несколько неуверенных шагов, я стал заходить на кухню, но, а затем, я увидел Милану лежащую на полу, без каких либо признаков жизни.

Я сразу ринулся к ней, начиная переворачивать, я увидел пену, что продолжала течь из ее рта.

В некой панике, я увидел неподалеку от нее, лежащий флакон из под каких-то таблеток. И, я понял, она наглоталась ими, пытаясь вызвать в себе передозировку.

Как сумасшедший я стал набирать номер скорой помощи, ведь счет шел на минуты. Как назло, доктора ехали очень долго, в то время как я все это время продолжал держать ее холодную ладонь, в надежде, что она сможет когда-нибудь оклематься.

             ***

Я сидел на кушетке в приемной госпиталя, доктора продолжали свои жалкие попытки спасти Милану, но почему-то я совершено не верил в них.

Мои руки тряслись, страх постепенно сковывал мое дрожащее тело. Я смотрел по сторонам, ища глазами, поддержку хотя бы в ком-то, но никого сейчас рядом не было.

С трудом разблокировав телефон, я почему-то стал набирать номер Саида.

Гудок за гудком, а он словно нарочно не брал мой вызов. Но, я не мог оставаться наедине со своими мыслями, поэтому продолжал свои попытки дозвониться до него.

– Чего тебе? – вдруг наконец-то спросил он.

– Милана в госпитале, – сразу ответил я.

– Что с нею?

– Она наглоталась таблеток, – разбито проговорил я, вспоминая, как держал ее ледяную ладонь, до приезда врачей.

– Доигрался? – прокричал он. – Из-за тебя она сейчас может умереть!

Так оно и было, чтобы утешить свою боль, я снова ворвался в ее жизнь, разрушая так небрежно ее.

– В каком она госпитале? – спросил он, и, судя по звукам в трубке, он в этот момент уже одевался, чтобы приехать как можно скорее сюда.

– В центральном, – лишь только ответил я, и он сразу сбросил вызов, не желая больше говорить со мною.

             ***

Просидев в полном одиночестве больше получаса, я увидел, как дверь приемной открылась, и в него сразу же влетел Саид. Увидев меня, он подбежал ко мне, и, не дав возможности мне даже встать, нанес несколько ударов по моему лицу, от неожиданности я даже упал на пол.

Почувствовав кровь на губах, я сплюнул ее, пытаясь встать. Повернув голову, я видел, как Саид пытался сейчас зайти в операционную, в которой сейчас находилась Милана. Но доктор сразу же грубо вытолкнул его наружу.

– Как она там? – проговорил разбито Саид, пытаясь из-за широкой спины доктора увидеть, что там происходит внутри.

– Мы делаем все возможное.

– Она очнется?

– Мы делаем все для этого, – практически повторился мужчина, после чего закрыл дверь.

Саид окинул меня диким взглядом, но, а затем выбежал на улицу.

             ***

Когда я вышел на свежий воздух, то сразу увидел, Саида стоящим облокотившись об перила.

Достав две сигареты из пачки, я протянул одну из них ему. И хоть ненависть поглощала его, только от одного моего присутствия, он все же решил покурить, чтобы хоть как-то сейчас успокоить свои нервы.

– Почему она это сделала? – выдавил из себя он, продолжая упираться локтями о перила.

– Я не знаю, – солгал я.

Как вдруг он сразу ринулся в мою сторону, и прижал меня к стене.

– Не ври мне сейчас, – прокричал он.

Я откинул его руки в сторону, прежде чем начать говорить.

– Я снова ушел от нее, – признался я.

– Я даже не удивлен, – удручающе он улыбнулся. – Какая же ты тварь, Томас.

Я не стал отвечать ему что-либо в этот момент, а лишь снова потянулся к пачке, чтобы достать новую сигарету.

– Если она умрет сейчас, знай, это будет на твоей совести, – он сразу начал переходить на крик. – Это ты будешь виновен, в том, что ее больше не будет.

– Еще не все кончено, Милана просто обязана выкарабкаться, – промолвил я, сам не веря в то, что сейчас говорил.

– Моли всем Богам, чтобы так и было, иначе, – он кинул больной взгляд, словно желал разорвать меня прямо в эту секунду.

Делая затяги в себя, я смотрел на черное небо, на котором тускло, светили звезды. В животе моем все сжималось от страха, что врачи просто не успели ее спасти, и теперь мне придется нести этот крест всю свою жизнь…

Докурив сигарету, я выбросил ее в рядом стоящую урну, после чего снова решил закурить. Как будто никотин, сможет вывести из меня сейчас всю боль.

– Почему ты опять ушел от нее?

– Мое место было не там, – ответил я, также как несколько часов ей. – Оно принадлежало тебе.

– За те месяца, когда мы жили с нею вместе, она так и ни разу не организовала для меня, что-то подобного. Для тебя она расставила свечи, сама приготовила ужин, в то время как мы питались лишь покупной едой. А ты просто этого не оценил.

– Слушай, я, – мой голос стал дрожать. – Я был рад провести с ней вечер. Местами я даже задумался, что у нас и вправду могла бы получиться удивительная история. Но, в моей жизни когда-то была Николь, а после нее, все для меня обесценилось.

– Тебе не стоило вообще появляться в ее жизни снова, – из каждого его слова, шла агрессия. – У нас только все стало налаживаться.

– Ты ошибаешься Саид, – ответил лишь я, вспомнив тот разговор на кухне, когда после расставание, я пошел к ним пить.

« Да, Томас. Я начала с ним отношения, не потому что, что-то чувствовала, все было только лишь назло тебе. Я думала, тебя это заденет, что я именно с ним. С твоим лучшим другом. Каждую ночь, когда он хочет меня, я лишь заставляю себя отдаваться ему. Для него это любовь, для меня лишь иллюзия, ведь каждый раз, когда я с ним, я все так же представляю, что это ты сейчас во мне… Безумие, неправда?»

– Это была лишь иллюзия, – добавил я.

– Я знал, – вдруг неожиданно для меня, произносит он, после чего дико улыбается, и с его глаз начинаю падать первые слезы. – Когда каждую гребанную ночь, она во сне произносила твое имя. Когда весь ее телефон был забит твоими фотками, и она часами смотрела на них, как люди порою смотрят на иконы. Когда она прочла твою книгу до дыр, зная ее практически наизусть. Когда даже во время секса, я был в ней, я видел, как она закрывала свои глаза, чтобы просто представить сейчас тебя на моем месте.

Он рукавом вытер слезы со своих глаз.

– Поэтому говоря «мое место было не там, оно принадлежало тебе», ты даже не понимаешь, насколько сильно ошибаешься, – Саид на мгновенье замолчал. – Как же мне хотелось, хотя бы на день стать тобою, чтобы просто ощутить ее любовь.

Он попросил сигарету, осознавая, какой откровенный разговор пошел у нас.

– Я ведь чувствовал в ту ночь, когда ты позвонил мне, что не надо было мне поднимать. Но, я сам словно отдал ее тебе тогда, но я не думал, что все это, приведет к таким последствиям.

Сделав в себя несколько затягов, он снова продолжил, по сути, свой монолог.

– Когда она ушла от меня, я вообще забил на эту квартиру, вернулся обратно к себе домой. Только сегодня я вспомнил, что так и не продлил аренду, и знал, что у Миланы был совсем пустой холодильник.

– Поэтому ты и пришел?

– Хотел дать ей денег, тешил надежду, что у нас получиться, что-то вернуть обратно. Но, когда дверь открылась, я увидел тебя, и понял, что это конец.

– Мне жаль…

– Ты не знаешь, что такое «жаль», ты лишь всегда думал, как будет лучше для тебя самого, тебе было плевать на нас.

К сожалению, в его словах был толк.

Как вдруг мы услышали громкие голоса в приемной, забежав туда обратно, я сразу увидел доктора, который несколько минут назад, выталкивал Саида из операционной.

Подбежав к нему, я пытался отдышаться, прежде чем, задать ему самый главный вопрос, который беспокоил сейчас меня.

– Как она?

– Мне очень жаль, – разбито проговорил он. – Мы сделали все, что могли…

Взявшись за голову, я облокотился об стену, чувствуя, как во мне все начинает рушиться.

– Она умерла? – словно риторический вопрос задал Саид, который стоял в нескольких метрах от меня, но даже его голос, я слышал уже туманно.

– Мы вели ее в искусственную кому…

       Глава 52.

Николь.

Очередная бессонная ночь, длилась словно бесконечно. Я крутилась из стороны в сторону, но никак не могла уснуть.

Наутро, я снова встала ближе к шести, и пока все спали, решила заварить себе крепкого кофе, чтобы взбодриться.

Я думала, как бы построить сегодняшний день, хотелось как-то удивить девочек, в последнее время, я совсем перестала их баловать.

Как вдруг на моем телефоне раздается уведомление входящего сообщения. И оно было от Томаса…

Поняв, как мои руки затряслись, я с трудом открыла наш чат, в котором было всего лишь пару строк.

«Позвони мне, прошу, мне сейчас, так тяжело».

Не думая ни секунды, я захожу в контакты, а уже через миг звоню ему. Услышав вместо приветствия его тяжелые вздохи, я понимаю, что у него что-то произошло.

– Том, что случилось?

– Близкий мне человек, – он сильно заикался, и как я поняла, Томас плакал. – Он умирает… Его ввели в кому… – после этого его окатила истерика.

В моем теле все сжалось, я не знала, какие слова подобрать в тот момент, но я понимала, как ему нужна моя поддержка.

– Том, я могу приехать, скажи, только куда…

– Я в госпитале, но ты должна здесь быть…

– Что произошло?

– Она наглоталась таблеток, потому что я сделал ей очень больно, и теперь она вряд ли когда-нибудь уже очнется.

Я вижу Томаса таким сломанным уже второй раз, и словно вся его боль переноситься на саму меня.

– Что говорят доктора? – я пыталась сдержать свои слезы, зная, что хотя бы одному из нас нужно держать себя в руках.

– Они не смогли, – он продолжал заикаться. – Они ничего нихрена не смогли сделать.

Я поняла, что абсолютна, не знаю, никаких слов поддержки, да что бы я сказала? Что все скоро будет хорошо? Что она сможет выкарабкаться?

– Томас, что ты хочешь, чтобы я сейчас сделала? – спросила шепотом я.

– Просто давай помолчим, – разбито сказал он. – Мне нужно, чтобы я чувствовал, что ты со мною рядом.

И в трубке нашей раздалась тишина. Мало людей, с кем можно разделить молчание. С кем комфортно молчать. Мы слышали лишь тяжелые дыхание друг друга, но этого было достаточно, чтобы быть сейчас опорой.

Мы не проговорили не слово, на протяжении шести затяжных минут, мы словно разговаривали с ним сейчас мысленно. Ведь я знала, о чем он сейчас думает. И мои мысли, Томас знал тоже…

– Прости, что вылил все это на тебя, – вдруг раздается шепотом его разбитый голос. И я была рада, что он наконец-то перестал плакать.

– В горе и в радости, помнишь? – лишь только ответила я, давая ему понять, что всегда, когда ему будет плохо, он может набрать мой номер, хотя бы для того, чтобы просто помолчать.

– Почему ты не спишь? – вдруг спрашивает он, ведь время было всего лишь шесть утра.

– В последнее время, я забыла, что такое сон. К тому же в комнате Тремор, и мне совсем не хочется ложиться рядом с ним, – я стала, словно жаловаться ему, о том, что так наболело у меня на душе. – Как она там? Есть новости?

– Никаких, – обречено ответил он. – Ее родители должны скоро приехать, но их почему-то до сих пор нет.

И снова повисло молчание на несколько минут.

– Томас, если тебе, что-то будет нужно, ты просто дай мне знать, – сказала я, зная, что сделаю абсолютно все для него.

– Просто будь счастлива, – вдруг отвечает он. – А большем, я тебя и не прошу…

             ***

Планы организовать какой-то праздник для детей, сразу потеряли свою силу. Опустошенность, которую оставил разговор с Томасом, я долго еще не могла ничем заполнить.

– Доброе утро! – проговорил сонно Тремор, заходя ко мне на кухню.

– Доброе, – лишь ответила я, продолжая смотреть в кружку, с остывшим кофе.

– Как спалось? – задал глупый вопрос он.

– Нормально, – лишь ответила я.

– Какие у нас планы на день?

– Есть предложения?

– Я хочу сводить вас в кино, как ты на это смотришь?

И хоть желание идти куда-то уже пропало, я знала, мне нужно было отвлечься.

– Почему бы и нет.

             ***

Все происходило не так, как это было в прошлый раз, когда мы ходили в кино с Томасом.

Как бы Тремор не пытался быть хорошим, ему никогда не затмить Тома. Тогда, когда мы шли той еще семьей, я была счастлива, видеть картину, как он нес наших детей. Теперь, я смотрю на это как на безысходность, желая уже, как можно скорее закончить этот день.

Когда мы зашли в роскошный зал, Милиса сразу же прокричала.

– Я помню это место, мы приходили сюда с Томасом.

– Да, – подтвердила лишь я, усаживая Алису на сидения, которая сразу задала мне вопрос.

– А сейчас будут показывать ту же сказку, что мы смотрели тогда?

– Нет, мы пришли уже на другой мультфильм, – пояснила я.

– А где Томас? – неосознанно спрашивает Алиса. – Его разве не будет с нами?

Я знала, что это место будет ассоциироваться у нее с ним. Ведь первое впечатление о кинотеатрах, подарил ей именно Томас, а не собственный отец, который лишь наблюдал за нами со стороны, каждый раз корча свое лицо, только от одного его имени.

– Томас не придет, – и почему-то мой голос задрожал от этих слов.

– Он больше никогда не придет? – наивно и так по-детски спросила она.

– Никогда, – сказала я, лишь бы успокоить сейчас Тремора, но, а затем, кинув на него взгляд, я обратилась. – Может, сходишь, возьмешь хотя бы детям попкорн?

Он сразу же начал искать свой кошелек, после чего вдоль сидений стал покидать зал за несколько минут до начала показа сеанса.

             ***

Я не особо следила за сюжетом, потому что мои мысли сейчас блуждали где-то далеко с Томасом. Как он сейчас? Смогла ли выкарабкаться из комы его подруга? Мне так хотелось встать, и покинуть зал, чтобы позвонить ему, и узнать. Но, я боялась, что мой звонок будет не вовремя, Томас сам даст мне знать, когда нам снова нужно будет связаться.

Звонкий смех моих девочек, смог вернуть меня в реальность, я снова уставилась на большой экран, пытаясь хоть как-то уловить сюжетную линию, но так и не смогла.

Спустя полтора часа, когда мультфильм закончился, Тремор решил прогуляться в городском парке, чтобы как можно дольше не заканчивать этот день, который он считал таким прекрасным.

Мы накупили девочкам сладкой ваты и рожки с мороженым, но в итоге нам самим пришлось все это доедать.

Милиса, хотела прокатиться практически на всех аттракционах, в то время как моя младшая, боялась на них идти даже вместе со мною.

Увидев неподалеку кафе, Тремор решил поужинать именно там. Сначала мы долго ждали официанта, затем и сами блюда.

Не знаю, почему, но меня все угнетало, как только могло.

Когда нам наконец-то принесли еду, все сразу стали опустошать свои тарелки, ведь день выдался насыщенным, и все проголодались, все кроме меня.

Я практически ведь день не выпускала с рук телефон, думая, что Томас мог позвонить в любой момент, и я должна была быть с ним.

Но, он не звонил, и неизвестность, в которой находился сейчас он, угнетала меня еще сильнее.

– Почему ты совсем ничего не ешь? – спросил Тремор, видя, как я продолжала лишь ковыряться в тарелке. – Здесь готовят достаточно вкусно.

– Нет желания, – лишь ответила я, продолжая пялиться, периодически на свой телефон, который все молчал и молчал.

– Что с тобою происходит? – вдруг решил поинтересоваться он. – На тебе весь день нет лица.

– Ты только сейчас это заметил? – подметила я.

– Нет, я видел это с самого утра, поэтому и старался удивить тебя весь сегодняшний день, думал, ты хотя бы раз улыбнешься.

Я попыталась натянуть на себя улыбку, хоть она была совсем не искренней. И вправду, Тремор организовал довольно таки замечательный день. В какой-то момент, мне захлестнуло чувство вины. Ведь он искренне старался, для нашей семьи.

– Извини, что сама не своя, – извинилась я, после чего взяла его за руку. – Ты был сегодня слишком милый, мне это понравилось.

Он сразу же окреп и прибодрился.

– Мам, – вдруг проговорила Милиса. – Можно с тобою поговорить?

Я удивилась, что она задала мне такой вопрос.

– Говори, что случилось?

– Нам нужно поговорить наедине, – я сразу подумала, что ей захотелось в туалет, но почему она вдруг стала стесняться, об этом говорить при Треморе?

Когда мы отошли с ней в сторону кабинки туалета, я сразу начала тянуть ручку, чтобы открыть дверь.

– Нет, я не хочу туда, – сказала она. Я снова удивлено уставилась на нее. – Я просто хотела поговорить с тобою о Томасе.

Этого я точно сейчас не ожидала от нее.

– В прошлый раз, когда мы ходили с ним в кино, ты была такой веселой. Ты постоянно улыбалась и часто смеялась. Когда он брал тебя за руку, твои щеки становились красными. А сегодня с папой, совершено не было такого…

– Я просто не выспалась, – решила как-то оправдаться я.

– Нет мам, с папой ты грустная, я это вижу. Тебе не хватает Томаса, ты ведь постоянно только и думаешь о нем…

       Глава 53.

Томас.

Я выпил более трех энергетиков и скурил уже несколько сигарет на крыльце госпиталя, чтобы просто не уснуть.

Когда приехали родители Миланы, у ее мамы началась сильная истерика, ей вкололи успокоительное и разрешили посетить операционную, в то время, как мне не дали возможности хотя бы с порога посмотреть на нее.

Состояние Миланы было стабильное, ей не становилось больше хуже, но так же ей и не было лучше. Пульс продолжал слабо биться, как будто в одну из секунд, он просто прекратить стучать.

– Тебе лучше ехать домой, – проговорил доктор, выходя на крыльцо, доставая дорогие сигареты с кармана.

– Она поправиться? – спросил банально я, смотря на него сонными и уставшими глазами.

– Она молодая, хоть и организм слишком ослаблен, но я думаю, она справиться, – я рад был тому, что он был честен со мною. – Мы сделали промывание желудка, и знаешь, она ведь не хотела умирать.

– С чего вы взяли?

– Когда ты нашел ее в квартире, ты ведь сказал, что пузырек из под таблеток был абсолютно пустым.

– Так и было.

– Но она выпила лишь пять таблеток, да у нее произошла передозировка, но она оказалась не смертельной. К тому же, она четко рассчитала время. И это не было чудом, что ты по какой-то случайности вернулся обратно в тот дом.

– О чем вы говорите?

– Она выпила таблетки, буквально за несколько минут до того как ты зашел в ту дверь. Я думаю, она увидела тебя из окна, и решилась на такое.

– Значит, она не хотела…?

– Это не был суицид, она не хотела умирать. Ей нужно было заставить лишь всех поверить в это…

             ***

Теперь открытая дверь, что была в квартире, не кажется мне такой страной. Милана все рассчитала до мелочей, возможно, после моего ухода, она обнаружила оставленные мною ключи, и знала, что я обязательно вернусь той ночью за ними.

Она выждала время, и когда увидела меня в окно, она и выпила нужную дозу, лишь бы заставить меня, поверить в то, чего не было…

Поняв, что меня клонит в сон, и больше я не смогу себя держать, я принял решение, что мне и вправду нужно ехать домой.

Вызвав такси, я уже там начал засыпать, но уже когда оказался в своей комнате, я даже не соизволил скинуть с себя вещи, а лишь просто пластом рухнул на свой диван.

             ***

Первое, что я увидел утром, это было сообщение от Саида.

«Она пришла в сознание, – писал он. – Надеюсь, у тебя хватит мужества, придти к ней и попросить прощения, что из-за тебя, она чуть не умерла».

Когда я принял прохладный душ, то хоть немного смог прийти в себя.

Накинув на себя вещи, я направился в цветочный магазин, и купил огромный букет красных роз.

По пути я заскочил и за фруктами, ведь ей сейчас нужны были витамины. Когда я оказался на крыльце госпиталя, я снова увидел перед собою того самого доктора, который был с нею в те страшные часы.

– Как она там? – спросил я, доставая сигарету.

– Состояние стабилизировалось, – ответил он, выпуская белый дым наружу. – Но она сейчас очень слаба.

Видя мои огромные пакеты, она сразу добавил.

– Часы приема ограничены, к ней пока нельзя.

– Вы бы могли хотя бы передать ей это, – попросил я.

Немного помешкав, он посмотрел по сторонам, после чего шепотом сказал мне:

– У тебя максимум пять минут, – я сразу же улыбнулся, после чего выбросив недокуренную сигарету, пошел вслед за ним.

Подойдя к двери, он одобрительно кивнул мне, и открыл ее.

Зайдя в палату, по моему носу сразу же ударил сильный запах медицинских препаратов. Увидев лежащую Милану, я стал медленно заходить, боясь, что она сейчас спит. Но мне было важно увидеть ее, хотя бы сонную.

Подойдя к тумбочке, я поставил на него пакет с фруктами, но, к сожалению, я не смог сделать это аккуратно, и сильный шелест раздался на всю локацию, в которой мы сейчас находились.

– Привет, – раздался слабо ее голос, но, а затем она открыла свои глаза.

Я не знал с чего начать разговор, я думал, меня возьмет злость, от того, что все это было имитация, но почему-то мне наоборот становилось, даже жаль ее.

Я протянул ей букет цветов, который она не смогла взять в руки из-за сильной слабости, и лишь, поэтому она положила его на себя.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил наконец-то я, вспомнив, что время у меня ограничено.

– Бывало и лучше, – ответила вяло она, смотря на меня разбитым взглядом.

– Зачем? – вдруг спрашиваю я, пытаясь понять причину, для чего все это было.

– Это уже неважно, – ответила она.

Кивнув на тумбочку, я показал ей на принесенный мною пакет.

– Там фрукты, надеюсь, они помогут тебе восстановиться как можно скорее.

– Не стоило, – сказала она.

После чего закрыла глаза на несколько секунд.

– У тебя все? – вдруг неожиданно спрашивает Милана, давая понять, что не желает меня сейчас видеть.

– Поправляйся быстрее, – ответил я. – Пожалуй, все…

Я встал и начал покидать палату, не став мучить и досаждать ей своим присутствием.

– Скажи, это тогда стоило того, что ты видишь сейчас? – спросила она, заставив меня остановиться.

– Я не думал, что все приведет к такому, – отвечаю я, так и не решаясь повернуться к ней лицом.

– Ты подарил мне лучший день в моей жизни, а после, просто взял и выбрал другую. Почему? – и хоть ее голос уже немного окреп, она все равно продолжала говорить с большими интервалами и паузами.

– Я всегда выбирал ее…

– Она живет с другим, спит с другим, готовит для другого, и признается в чувствах тоже не тебе. Скажи, это и вправду то, что тебе нужно?

Я промолчал, продолжая стоять к ней спиной.

– Так я и думала, – как вдруг я услышал, как на пол падает букет роз, подаренных мною. – Ты попытаешься вернуть ее обратно?

– Я ее и не терял, – хрипло ответил я. – Я сам отпустил ее, зная, что мне будет больно, я буду страдать. Но, в тот момент, у нас не было другого выбора.

– Ты не ответил.

– Что ты хочешь услышать от меня? – я еле сдержал себя, чтобы не закричать.

– Ты будешь пытаться вернуть ее? – снова задает она вопрос, на который я так не хотел отвечать.

– Она и так моя, – самоуверенно отвечаю я. Вспомнив, почему-то отрывок из нашей последней встречи. – Пусть мы не вместе, и она не рядом. Но она моя. С нами будут уже другие по жизни, но мы всегда будем помнить друг о друге и продолжать любить. В моей жизни, она заполнила собою все. Чтобы я не делал, все это только будет ради нее. Мои книги, мои успехи и достижения. И я знаю, она будет мною гордиться, как никто другой в этом бескрайнем мире. Да, мы расстались, но мы не расстаемся мысленно с нею ни на секунду… И так будет всегда…

Я простоял несколько секунд в полной тишине, поняв, что Милана больше не ответит мне, я подошел к двери, и прежде чем покинуть ее палату, я добавил.

– Надеюсь, скоро ты окажешься дома, – я легонько ударил кулаком об стену, и покинул ее.

В коридоре меня сразу же встретил доктор.

– Я только шел за тобою, – сразу проговорил он.

– Спасибо, что позволили мне зайти.

– И хоть это было против правил, я просто не мог не позволить ей увидеть тебя.

– Почему? – насторожено спросил я.

– Когда она вышла из комы, первое что она пробормотала, было твое имя Томас…

       Глава 54.

Николь.

«Нет мам, с папой ты грустная, я это вижу. Тебе не хватает Томаса, ты ведь постоянно только и думаешь о нем…»

Эти слова от Милисы, долго еще крутились в моей голове. Я сидела как всегда одна на кухне, допивая давно уже остывший чай.

– Можно? – вдруг неожиданно для меня Тремор спрашивает разрешение, чтобы войти.

– Да конечно, – отвечаю я, и сразу пытаюсь выйти из своих мыслей. – Это и твой дом тоже.

– К сожалению, нет, – говорит он, присаживаясь на соседний стул. – Я же вижу, что на самом деле происходит. Я думал, мы сможем вернуть все как раньше, до нашего развода. Но, ты ведь несчастна со мною.

– Все произошло просто слишком быстро, – сказала я, наверно просто, чтобы не обидеть его. – Я наверно еще ничего не осознала.

– Осознала что? Чувства, которых больше нет?

Как будто они когда-то и были…

– Не дави на меня, – попросила я, зная, как мне сейчас и так тяжело.

– Я думал с Томасом покончено, – начал снова он, как будто проигнорировав мою просьбу. – Но я ошибался. Ответь честно, в тот день ты ведь не ездила на работу? Ты была с ним?

И тут я замолчала.

– Как я и думал, – он схватился за голову. Но как не странно, он совсем не показывал агрессию. Ему как будто и вправду просто стало больно, от того, что я мысленно еще с Томасом.

Немного подождав, он все-таки выдавил из себя.

– Почему все еще он?

– Этого не объяснить.

– Ты попробуй, надеюсь я пойму.

– Давай как-нибудь в другой раз, – ответила я, ведь желания говорить сейчас не было никакого.

– Зачем ты вернулась ко мне обратно? – снова, как будто не слыша меня, он продолжает добивать меня расспросами.

– Думала, так будет правильнее.

– Чтобы дети росли в полноценной семье?

– Да, – честно говорю я, понимая, что скрывать уже что-то, просто не имеет значения.

И тут он наконец-то поднимает на меня свои глаза.

– Я ведь сам пытался, – он запнулся. – Пытался забыть об измене, но каждый раз, когда я с тобою, это сильно бьет по мне.

Я продолжала смотреть на него.

– Я и тогда в клубах зависал с другими, лишь бы хоть как-то выбить из себя это. Думал, если изменю сам, мы будем квиты. Но, ничего не менялось. Вряд ли я когда-нибудь смогу такое простить.

– Тогда какой смысл?

Немного обдумав, он все-таки ответил.

– Никакого…

             ***

Тремор, прежде чем покинуть дом, решил для начала погулять с девочками. Взяв в руки сразу же телефон, я стала набирать номер Томаса.

– Привет, – разбито проговорил он, словно был чем-то подавлен.

– Как ты? – спрашиваю я, чувствуя между нами словно какую-то стену.

– Нормально, – лишь отвечает он на выдохе. – Ты как?

– Нам нужно встретиться, – говорю я, решив сразу перейти к делу.

– Где именно?

– В том месте, где ты когда-то и оставил меня…

Мы так и не назначили время встречи, но почему-то после разговора я сразу стала собираться. Подойдя к зеркалу, я посмотрела на себя. К сожалению, волосы были растрепаны, но время укладывать их совсем не было. Поэтому так небрежно подправив их, я сразу стала надевать кеды и практически вылетаю из дома.

Чтобы по дороге не встретить Тремора с детьми, мне приходиться обходить практически весь свой двор.

И хоть Тремор все равно бы сейчас не смог остановить меня, я просто не захотела напрасных расспросов.

Не думала, что когда-то мы снова увидимся в том месте, который унес лучшее, что было в моей жизни…

Я продолжала уверено идти на встречу к Томасу, словно ноги сами, вели меня к нему. Как и в прошлый раз, меня беспокоил вопрос, с чего начнем мы разговор? Обнимет ли он меня? Или будет держать дистанцию.

Но, потом поняв, что я сильно накручиваю себя, я решила отдаться делу случая, как будет, так и должно значит быть. Пройдя несколько дворов, я вижу издалека, здание прежней работы.

В душе все сжимается, я, словно начинаю даже задыхаться от такого наплыва воспоминаний. Каждый наш поцелуй в этих стенах, начинает всплывать перед моими глазами.

«– Как же хочется тебя обнять, – проговорила я. В то время как он еле заметно, пытался дотрагиваться до меня.

– У меня появилась идея, – сказал Томас, и уверенно стал вести меня склады.

– Куда ты меня ведешь?

– Я знаю одно место, где нет камер, – поднявшись на второй этаж, он завел меня в тускло освещенную комнату, после чего прижав к стене, он жадно вцепился в мои губы. Откинув тарелку на стеллаж, Томас руками стал сжимать меня за твердые ягодицы, немного припуская штаны.

Я не ожидала такого наплыва, и поэтому сначала немного растерялась. Когда Томас, запускает свою руку мне в трусики, я просто закрываю глаза, ощущая, как он начинает делать плавные движения по моему клитору.

– Ты снова мокрая, – проговорил между поцелуев Томас.

– Что мы творим? – за меня словно говорил тогда разум.

– Я просто хочу, чтобы тебе было хорошо.

Проводя пальцами по моим влажным половым губам, он начинает вводить несколько из них в меня. Пытаясь дотянуться до запретной точки G.

– Ты сумасшедший, – на выдохе шепчу я, пытаясь сдержать свой стон.

Свободной рукой Томас начинает сжимать мою грудь, пока пальцы полностью находятся внутри меня. Он начинает усиливать темп, слыша какие хлопки, образуются из-за сильной влаги сейчас между моих ног. Практически доведя меня до оргазма, он резко останавливается, слыша шаги в конце коридора.

Убрав свою руку, он помогает мне привести форму в порядок, затем берет со стеллажа, ту самую тарелку.

– Вот эту тарелку тебе подать? – спрашивает Томас, начиная разыгрывать спектакль.

– Да, спасибо, – подыгрываю я. – Ее слишком высоко поставили, я не доставала.

К нам зашла женщина, которая даже не обратила на нас никакого внимания, а лишь поверила в то, что мы сейчас разыграли.

– Спасибо Томас, – поблагодарила я, когда он стал покидать тусклую комнату. Вернувшись на свое рабочее время, я продолжала находиться, словно в каком-то экстазе. Как же мне хотелось, чтобы он полностью вошел в меня.

Влага продолжала сачиться, я чувствовала как мои трусики, уже полностью промокли, но, к сожалению, насытиться Томасом, я сейчас просто не могла.

Взяв в руки телефон, я сразу стала писать ему, свои эмоции.

– Ты сумасшедший, но это было незабываемо…»

И таких вспышек было много, каждый раз, когда мы оказывались с ним наедине в этих стенах, мы словно готовы были разорвать друг на друге одежду, чтобы просто насытиться. Хоть и прекрасно понимали, что никогда не сможем этого сделать.

С ним я стала куда более пошлой, но наверно именно с ним я была всегда самой настоящей.

Мы не скрывали нашего желания, что хотим, друг друга, все наверно потому, что с Томасом сдержаться было практически невозможно.

Теперь я понимаю, почему возле него всегда было полно девушек, каждая хотела быть тогда на моем месте, теперь я сама хочу побыть на месте, то самой Николь, которая была счастлива рядом с ним.

Погода в этот раз аналогична была схожей с той самой, когда мы виделись здесь в последний раз. Солнце также ярко светило мне в глаза, тепло, грея мою обнаженную кожу.

Здание прежней работы словно вырастало на моих глазах, с каждым шагом пока я подходила к нему.

Я начинаю щуриться, чтобы увидеть там Томаса, но из-за плохого зрения и яркого освещения, я вижу все абсолютно размыто.

Пройдя еще достаточное количество метров, я практически была уже на месте. И хоть я и не видела пока еще Томаса, я словно чувствовала, что он уже рядом.

Мне оставалось перейти всего лишь дорогу, но светофор как назло, долго не хотел переключаться на зеленый цвет.

Где-то издалека я начинаю видеть его силуэт, и он в точности напоминает мне нашу предпоследнюю встречу.

Томас также стоит спиной, и я вижу, как из его рта монотонно выходит дым.

Как бы это не звучало глупо, но Томасу шло даже курить. Точнее без сигареты, я даже его представить наверно не смогу никогда.

Перейдя наконец-то дорогу, я стала подходить к нему, снова не зная с чего мне начать разговор, пока неосознанно я просто не стала говорить, то, что держала в себе эти долгие дни в разлуке.

– В прошлый раз ты сказал, что мы часто будем сюда мысленно возвращаться, – проговорила я. – Но, я словно никогда и не покидала это место…

       Глава 55.

Томас.

Я продолжал выпускать дым на свежий воздух, как вдруг слышу ее бархатный голос.

– Томас…

Повернув свою голову, я наконец-то вижу ее. Наверно я всегда буду восхищаться ее красотой.

Я только хотел сделать шаг ей на встречу, но что-то словно оттянула меня назад.

– Я часто вспоминала нас здесь, – добавила Николь, и хоть она была рада меня видеть, все равно ее взгляд был каким-то разбитым.

– А я так и не забывал, – проговорил я, после чего сделал сильный затяг никотина в себя.

– Многое изменилось с той встречи, – Николь словно сдерживала в себе что-то. – Все могло бы закончиться совершенно не так, если бы ты не отпустил мою ладонь.

Я только хотел ответить ей, но она сразу же перебила меня.

– После этого, я пыталась, – она ненадолго замолчала. – Я училась, жить без тебя. Каждый день я просыпалась с мыслями, что я смогу это сделать. Я хотела это сделать. Но, ты не покидал меня ни на минуту, где бы, я не была, что бы, не делала, я всегда думала о тебе. И я вернулась к Тремору, лишь бы хоть как-то задушить в себе боль, что осталась после тебя…

Внутри у меня все сжалось.

– Когда я узнала об обмане, словно все это было лишь пари, знаешь, было бы лучше, если это оказалось правдой. Ты бы жил во мне, безусловно, и я бы пронесла тебя через всю свою жизнь, но ведь тогда у меня была бы другая жизнь. У меня была бы семья, то ради чего и стоит просыпаться с утра, встречать новый день, строить планы.

– Я не хотел лишать тебя всего этого.

– Ты и не лишал, – сразу ответила она. – Я думала, что смогу научиться без тебя. Но нет. И теперь, когда я снова одна, мне важно какое решение примешь теперь ты.

И я понял, к чему был этот разговор. Ведь однажды она меня как то спросила, сможем ли мы вернуться обратно друг к другу.

– Мы можем построить вновь то, что было когда-то между нами? – спросила Николь.

И я замолчал…

– Так я и думала, – Николь достойно поворачивается и начинает покидать меня, я вижу каждый шаг, который она так неуверенно делает, но, тем не менее, она уходит.

Хоть уходить ей совсем не хотелось.

И тут я бросаюсь за ней, взяв ее за руку, я поворачиваю ее к себе, и страстно вцепляюсь в ее губы.

Приятная сладость послевкусия от поцелуя никак не дает мне насладиться ею. Я обнимаю ее за талию, прижимая к себе, в то время как она руками обхватывает мою шею.

– Один раз я тебя уже потерял, хватит, больше никогда, никуда я тебя не отпущу, – проговорил я между поцелуев, видя, как она расплылась в улыбке…

– Мне снова тебя мало…

             ***

За все эти дни, я наконец-то понял, что счастья и вправду есть в этой жизни. Как бы тебе не было сложно и больно, вскоре обязательно наступит момент, когда ты сможешь наконец-то вдохнуть полной грудью и улыбнуться.

Мы так друг друга небрежно когда-то потеряли, и так небрежно мы встретились вновь.

Идя сегодня к ней на встречу, я прокручивал множество вариантов развития, что могло бы происходить между нами. Но, что мы снова вернем то, от чего давно отказались, я даже представить себе не мог.

– Мы связаны одной нитью, – сказала Николь. – И как бы она не была запутана, она всегда приведет нас друг к другу.

– Возможно, ты права, – согласился я, ведь по-другому я никак не мог объяснить, почему мы так сильно привязаны с нею.

Я взял ее за руку, и мы снова прошлись по нашему маршруту, который если быть честным, я наверно уже позабыл.

Теперь мне все казалось здесь другим, хотя, по сути, там ничего совсем не изменилось. Изменился наверно я сам.

– Мы снова начинаем то, что сами и разрушили однажды, – словно прочитав мои мысли, озвучивает Николь, то, о чем я думал несколькими секундами ранее.

– Прощаясь тогда с тобою, я думал, что для тебя так будет лучше. Я хотел для тебя хорошей жизни. Тремор может тебя защитить, обеспечить, подарить то, чего ты и вправду достойна. Он был бы хорошим отцом, для ваших детей, – выждав небольшую паузу, я продолжил. – Я боялся, что у меня не получиться подарить тебе нормальную жизнь. Я не поверил тогда в себя, о чем пожалел уже множество раз.

– Мне не нужны были богатства, я никогда не мечтала о роскоши, все, что мне было нужно, это ты…

– Спасибо, – почему-то я решил поблагодарить ее за эти слова, ведь она как никто другой, поддерживала меня. Ведь за каждым великим мужчиной, всегда стояла великая женщина.

– И все-таки мое желание сбылось, – после этих слов Николь сразу же улыбнулась, той же улыбкой, в которую когда-то я всматривался часами. – В новогоднюю ночь, я загадала тебя…

Я обнял ее как можно крепче, осознавая, что чуть не потерял самое ценное, что было у меня.

             ***

Когда мы оказались на лавочке, Николь прилегла на мою грудь.

– Ты писал нашу историю? – вдруг неожиданно для меня, спрашивает она.

– «Мне тебя мало?» – решил уточнить я. – Я каждый день хотел это сделать, но боль душила меня и боялся…

– Боялся чего?

– Что заплачу… – признался я. – Теперь, когда я знаю, что ты снова рядом, я мог бы написать эту книгу, но разве она имеет уже значения? Когда нам сейчас просто хорошо.

– Наверно уже нет, – согласилась со мною Николь. – Пусть эта история принадлежит только нам. Мы оба будем помнить и знать ее наизусть, и когда мы состаримся, я расскажу ее нашим внукам, о двух влюбленных, что так отчаянно любили друг друга.

В ответ я лишь поцеловал ее, ведь наши мысли здесь были схожи.

– Девочкам сейчас придется нелегко, – сказала Николь, продолжая думать об этом. – Они только привыкли к Тремору, будет сложно им заново видеть его только по выходным.

– Как хоть они там?

– Когда мы ходили в кино все вместе, они спрашивали про тебя. И я была рада, что они еще помнят.

– Дай им время расстаться с Тремором, потом только я начну посещать вас, как и раньше.

– Как примут твои родные меня?

– Не знаю, но помнишь, я говорил тебе, что все всегда возвращается к самому истоку?

«Я многое изменил, в тот момент, когда ворвался в твою жизнь, но все всегда возвращается в исходное положение. Как бы мы не пытались исказить эту реальность, заполнить ее чувствами и создать наше будущее, мы были не в силах изменить там что-то. Сколько бы жизней нам не было дано, неважно в какой вселенной мы бы еще встретились с тобою, но все всегда возвращалось бы к исходному…»

– Помню, – ответила Николь.

– Только сейчас я осознал, что мы всегда и были с тобою истоком. Поэтому все и возвращается снова, как и было раньше.

– Значит, прощаясь уже тогда, мы знали с тобою, что встретимся вновь?

– Мы не знали, и поэтому нам было больно. Но вот вселенная и сотню миров знали, что это прощание не навсегда…

Я обнял ее за плечи, продолжая наслаждаться прекрасными чертами ее лица. Бархатная смуглая кожа, без каких-либо изъянов. Она и вправду эталон красоты для меня, так было с самого начало и так будет всегда.

Я стал проводить пальцами по ее шеи, видя, как она покрылась вся мурашками от одного моего прикосновения.

– Как же мне не хватало этого чувства, – призналась она. – Когда каждая моя клеточка горит от твоих касаний.

И хоть я уже хотел ее, но почему-то я решил, что нам еще не время, переходить эту грань.

Мы словно начали все с чистого листа, словно шаг за шагом, мы снова учились быть друг с другом.

– Обещай, что больше ты не покинешь меня, – проговорила Николь грустным голосом. – Мне было ужасно плохо, больше не хочется плакать.

– Есть вещи, которые нам неподвластны, но ты та, ради которой я готов на все, лишь бы быть с тобою рядом, и как можно дольше прожить совместно эту жизнь. Я не встречал раньше похожих на тебя, после расставания, я знал, что и миллионы не заменят тебя одну. Да я был с другими, но я просто был. Потому, что так было нужно. Где-то я пытался забыть тебя, где-то мною овладевала похоть, но каждый раз, когда я прикасался чужих губ, я так отчаянно надеялся, что это была ты, – я сильно выдохнул, прежде чем продолжить говорить дальше. – Но открывая глаза, я видел чужое лицо, и мне становилось одиноко, только от одной мысли, что это была не ты. И тебя нет больше в моем мире.

Николь сочувствующе смотрела на меня.

– Поэтому я решил для себя, что покончу с этим миром, если в нем не будет больше тебя…

       Глава 56.

Николь.

Я продолжала смотреть на него, внимательно слушая каждое слово, что он говорил своим хрипловатым голосом.

– Без тебя я потерял грань вселенных, – продолжал Томас. – Я не находил себе место не в одном из миров, которые создавал у себя в голове. Все они словно перемешались друг с другом. И в каждом из них, я не мог найти тебя… Как бы я не пытался, что бы я не делал, я тебя не находил. Но потом ты сама написала мне, обычное сообщение, но которое значило так много. Я помню тот дождь, – после этого он улыбнулся до боли грустной улыбкой. – Знаешь, я ревновал тебя даже к нему, ведь он мог тебя прикасаться, окутать в свои промокшие объятия, в то время как я не знал, чем же закончиться та наша встреча, будем ли вместе или это лишь временная вспышка.

– К чему это ты? – насторожилась я.

– А вдруг и то, что происходит сейчас, это лишь вспышка нашей слабости, потому что нам было плохо, но вдруг мы из этого не сможем больше что-то приумножить?

Томас словно менялся на глазах.

– Если однажды мы нашли причину, сказать друг другу прощай, – продолжил он. – Почему мы не сделаем это снова?

– К чему ты клонишь Томас? – мое сердце стало сжиматься. Я видела в нем осадок, который оставался по сей день, когда я ушла тогда к другому.

Но это была не измена, по крайне мере наверно так я себя хотела оправдывать. Недоверие Томаса теперь ко мне, естественная реакция.

– Ты больше мне не доверяешь? – спросила напрямую я.

– Нет, это не так, – ответил он, и сразу же достал сигарету. Он всегда курил, когда ему было плохо. – Я просто боюсь, что однажды, мы снова придет к тому же…

– Тогда какой смысл нам начинать все заново? – спросила я, не думая, что наш разговор приведет к такому исходу.

И Томас снова молчал…

Я не могла понять, почему он не отвечает мне, что произошло от вспышки, когда он ринулся за мною и так страстно поцеловал, до момента, когда мы начинаем говорить о таком.

– Когда я потерял тебя, единственной моей мечтой было вернуть тебя обратно. Я сделал это своей главной целью в жизни. Больше меня не волновало всемирное признание, мне стали неважны мои книги, ведь без тебя все стало по-другому. Единственное, чего я желал, была ты. И сейчас, когда я должен быть счастлив, словно, что-то не дает мне тобою насладиться, – и тут Том наконец-то улыбнулся, и мне сразу стало легче. – Наверно, это просто мои загоны в голове. – Но, а затем он положил свою ладонь на мою щеку, и так нежно стал целовать мои влажные губы…

Спустя долгие месяцы в разлуке, я наконец-то поняла, что я достойна счастье, каким бы путем оно мне не далось, сейчас мне было хорошо рядом с ним. И я надеюсь, что отныне, так будет навсегда. Но, а вдруг нам повезет в этот раз?

– А если бы не было бы той встречи, – начала шепотом говорить я. – Представь, что прошли уже годы, и вдруг неожиданно мы бы увиделись с тобою где-нибудь в этом бескрайнем мире, чтобы ты сделал тогда?

– Я бы наверно опустил свои глаза вниз, – ответил хрипловато Томас. – Боясь, что ты прочтешь в них одно, что я так и не смог написать книгу, в которой ты ко мне вернешься…