Алексей Олексюк
Альта и Грис

Глава 1. Кошка для поглаживания

Как все кошки Грис больше всего любила лежать на солнышке и мурчать. Вытянувшись на любимом лоскутном коврике, она с наслаждением подставляла свои чёрные бока тёплым лучикам. При этом левая передняя лапа у неё всегда была поджата под себя, а правая – вытянута вперёд. Природа наделила Грис богатым воображением. Поэтому она не дремала подобно другим кошкам, а мечтала. Пищей же для её воображения становились бесчисленные романы о бесстрашном капитане Дакоте и специальном отряде «морских котиков». Книги издавались на тонкой серой бумаге и в плохом переплёте, так как были рассчитаны на однократное прочтение. Но Грис перечитывала их до тех пор, пока листы не рассыпались по всему полу. И даже тогда мечтательная чёрная кошка не выбрасывала их в мусорную корзину, не делала бумажные кораблики, не растапливала подвигами капитана Дакоты камин. Она всё тщательно собирала и переплетала заново.

Приятно было, лёжа на лоскутном коврике, рассматривать аккуратные ряды книг на полке. И мечтать о схватках с контрабандистами или пиратами. Грис даже щурилась от удовольствия, воображая, как капитан Дакота вручает ей орден за храбрость.

Так проходило почти всё её свободное время. Работала же она только по выходным в кафе «кошкой для поглаживания». В этом кафе люди могли не только вкусно поесть, но и пообщаться с животными. Дети бегали наперегонки с кенгуру, а взрослые беседовали с трёхсотлетним попугаем, помнившим около трёх тысяч анекдотов. Если в кафе забредали хмурые посетители, то Грис забиралась к ним на колени и усиленно мурчала, отвлекая от грустных дум. Работа ей нравилась. Но хотелось чего-то большего: чего-то страшного или интересного, или даже страшно интересного.

Однажды Грис так зачиталась приключениями капитана Дакоты, что едва не опоздала на работу. Когда она, запыхавшись, вбежала в кафе, там царил кавардак. Официанты суетились с озабоченными лицами, посетители растерянно озирались, а из кухни раздавалось отчаянное «МЯУ!» Никогда ещё Грис не слышала, чтобы кошка так громко кричала. Если ей только не наступили на хвост…

Войдя в кухню, Грис огляделась. Звук стал ещё громче. Повара бросили кипящие кастрюли и шипящие сковороды: стояли, заткнув руками уши. В центре, среди густых клубов пара, металась хозяйка кафе, пытаясь перекричать непрерывное «МЯУ!»:

– Кто открыл дверь? Я спрашиваю: кто открыл дверь?

Повара молчали.

– Откройте уши, олухи! – хозяйка подскочила к шеф-повару, выдернула у него руку из уха и закричала, что было сил:

– Зачем вы пустили уличную кошку в кафе?

– Это еноты, – ответил шеф-повар.

– Что? Какие еноты?

– Бродячие, – пояснил шеф-повар. – Они подкинули кошечку.

– Зачем вы открыли им дверь? – настаивала хозяйка.

– Мы думали, что привезли тесто для пиццы. В это время всегда привозят тесто.

Толкнув Грис плечом, в кухню вбежал старший официант:

– Беда! – объявил он охрипшим голосом. – Все посетители ушли, не доев то, что заказывали!

Хозяйка и так чувствовала, что стряслась (вернее – скричалась) катастрофа, но тут поняла это окончательно. В отчаянии она опустилась на пол и захныкала:

– Всё пропало… Ко мне больше никто не будет ходить… Я разорена…

Её взгляд остановился на Грис. Ведь сидя люди становятся гораздо ближе к кошкам.

– Грис! – закричала хозяйка так, что на мгновение заглушила беспокойное «МЯУ!» – Немедленно забери кошечку!

– Я? – изумилась Грис. – Почему я?

Она представила свой тихий уютный домик сотрясающимся от непрерывного душераздирающего ора: ни почитать, ни помечтать, ни подремать.

– О, нет! Только не я!

– Если её не заберёшь ты, я вызову полицию и эту бродяжку упрячут в приют.

Грис вздохнула:

– Хорошо, я попробую. Где она?

Шеф-повар кивнул на закрытую дверь:

– В кладовой.

Спустившись по узкой лестнице, Грис оглядела длинные ряды консервов, мешков и упаковок. Крик стал оглушительным.

«Где же она?» – подумала кошка. И тут же увидела полосатое (серо-бело-рыжее) пятно возле холодильника.

– Перестань кричать, это не вежливо! – крикнула Грис, потому что иначе её не услышали бы.

– Я хочу есть! – заявила полосатая кошечка, произнося слова с сильным енотовым акцентом. Она была не такой уж маленькой: скорее подростком. Вся шерсть у неё торчала грязными клочьями, а зеленоватые глаза слезились то ли от обиды, то ли от пыли.

– Я дам тебе вкусную варёную курочку и молоко, если пойдёшь со мной, – сказала уже тише и спокойнее Грис.

– Я не ем кошачью еду, – кошечка брезгливо сморщила мордочку.

– А какую ты ешь?

– Енотовую. У тебя есть печенье или мороженое?

– Но ты ведь кошка! – вновь вскрикнула Грис, теперь уже от удивления.

– Я енот! – с гордостью заявила кошечка, выпятив грудь.

Грис икнула, но спорить не стала.

– Ладно, потом разберёмся, – сказала она. – У меня дома есть пакет печенья и мороженое в стаканчиках.

– Фисташковое? – уточнила кошечка.

– Одно фисташковое, другое шоколадное, – ответила Грис.

– Сойдёт на первое время! – с этими словами кошечка, считавшая себя енотом, ловко ухватила свою благодетельницу за лапу и потянула к выходу из кладовой.

«Какая же она невоспитанная», – подумала не привыкшая к такому обращению Грис. – «И грязная. Надо будет помыть её шампунем от блох».

Но вслух сказала другое:

– Тебя как зовут?

– Альта, – ответила кошечка. И добавила на наречии енотов:

– Ёноты, хой!

Глава 2. Капитан Дакота

– Что же ты делала, пока жила у енотов? – спросила Грис, когда они доели мороженое и допили чай с печеньем.

Тёплый солнечный свет пробивался сквозь серые шторки. Грис не любила яркие цвета. Поэтому всё в её доме было приглушённых тонов, приятных для глаз. Вымытая шампунем от блох Альта сидела, завернувшись в белый с голубоватыми сердечками халат. Мокрая шерсть у неё на голове, на лапах и на хвосте так плотно прилегала к телу, что отчётливо проступали косточки.

– Моя енотовая семья бродила из города в город, выпрашивая еду или беря её без спросу, – рассказывала Альта.

Последняя фраза насторожила Грис:

– Без спросу? Вы воровали?

– Нет, мы не воры. Мы брали только то, что плохо лежит.

Грис с тревогой оглядела своё жилище, но все вещи в нём лежали хорошо. Пожалуй, даже замечательно: опрятно и всегда под рукой.

Грис происходила из старинного кошачьего рода и полное имя её было – Соня Грисде лаКоста. Многие вещи достались ей в наследство от предков, чьи потемневшие от времени портреты украшали гостиную. Кошки на этих картинах были в пышных платьях, а коты при плащах и шпагах. Все изображены в профиль, чтобы подчеркнуть фамильное сходство – нос с благородной горбинкой.

– Это твои прадедушки и прабабушки? – удивилась Альта.

– Да. И прапрадедушки, и прапрабабушки.

– А я не знаю своих пра… Только братьев и сестёр… и двоюродных братьев… и двоюродных сестёр… и троюродных…

– Понятно-понятно, – прервала её Грис. – Лучше скажи: ты умеешь читать?

– Нет, конечно. Еноты не читают. У них нет на это времени.

– Ты никогда не ходила в школу?

– Еноты не ходят в школу. Они предпочитают домашнее обучение.

– Чему же тебя учили дома?

– Меня учили лазить по деревьям, – заявила Альта и полезла вверх по ковру.

– Осторожнее! – всполошилась Грис. – Этому ковру более 600 лет!

– Ещё учили прыгать, – Альта отцепилась от ковра и прыгнула на диван.

– Тише! Этому дивану более 300 лет! – Грис едва поспевала за гостьей.

– А ещё меня учили копать, – с этими словами Альта забралась в горшок с алоэ и принялась выгребать оттуда землю.

– Аккуратнее! Этому алоэ более 100 лет!

– А ещё меня учили пушить хвост. Вот так! – но продемонстрировать очередное своё умение Альта не успела. Грис схватила её и, стряхнув землю, усадила в кресло.

– Может быть, поиграем во что-нибудь… спокойное?

– В приведение! – аж подскочила от радости Альта. – Я обсыплю себя мукой и буду выть, а ты бояться и убегать!

– Нет-нет-нет! – замахала лапами Грис.

Поймав, скакавшую как мячик, Альту, она вновь усадила её в кресло.

– Давай я тебе лучше почитаю о приведениях.

– Но это же скучно. Играть гораздо веселее, чем читать.

– Играть можно и в воображении, – наставительно сказала Грис.

– Как это? – удивилась Альта.

– Очень просто, – Грис взяла с полки один из самых любимых своих романов о капитане Дакоте. – Закрой глаза и представляй всё, о чём я буду читать. Готова?

– Да! – играть в воображении казалось Альте странным, но почему бы не попробовать.

– Представь: постоялый двор на самом берегу моря, так близко, что в открытые окна влетают солёные брызги. Дом старый, деревянный. При каждом порыве ветра он скрипит, словно парусник в шторм, а ставни его стучат каким-то костяным стуком.

Отважный капитан Дакота давно уже присматривался к этому месту. Он подозревал, что в нём собираются контрабандисты. Ты знаешь, кто такие контрабандисты?

– Это те, кто против бандитов? – неуверенно предположила Альта.

– Нет, это и есть самые настоящие бандиты. Они тайно провозят через границу запрещённые товары: золото, оружие, разные яды, краденые картины и даже… редких животных для частных зоопарков.

– А еноты – редкие животные? – спросила Альта.

– Нет, – успокоила её Грис и продолжила читать:

– Капитану Дакоте нужно было незаметно обыскать дом, чтобы найти неопровержимые улики, уличающие преступников. Но как сделать это, если в здании постоянно кто-то находится? Капитан Дакота придумал такую хитрость: завернувшись в старый морской плащ, он поздним вечером заявился в логово бандитов.

«Пустите переночевать», – попросил он.

«Ищи ночлег в другом месте», – ответили контрабандисты, которые как раз прятали в подвале свои товары.

Но капитан Дакота знал их слабость.

«Куда же я пойду по темноте? Пустите. А я заплачу вам золотом».

«Золото?» – тут же оживились бандиты. – «Откуда у тебя золото, бродяга?»

«Я только что из плавания и, если вы пустите меня внутрь, то расскажу, как набил полные карманы золотых монет».

Его немедленно пустили. Посадили у самого очага. Дали поесть. Всё это притворно, конечно, с одной целью: выведать у наивного бродяги, где он раздобыл такое богатство, а потом ограбить.

«Откуда же у тебя золото?» – стали выспрашивать злодеи, косясь на оттопыренные карманы.

«История моя такая», – отвечал переодетый капитан Дакота. – «Попали мы в жестокий шторм. Три дня кидало нас с севера на юг и с запада на восток. На четвёртый прибило к небольшому необитаемому острову. Едва распогодилось, капитан наш решил осмотреть местность. Наши запасы пресной воды почти иссякли. В помощь себе капитан взял только боцмана и меня. Взвалив деревянные бочонки на плечи, мы отправились вглубь острова, в непролазные джунгли. Внезапно шедший первым боцман провалился в какую-то яму. На дне её лежал скелет в ошмётках истлевшей одежды, с пистолетом в одной руке и саблей в другой. Перед скелетом стоял сундук. Мы сразу смекнули, что в нём пиратский клад. Капитан и я решили вскрыть сундук и забрать золото, но боцман был категорически против. Он заявил, что дух мёртвого пирата будет преследовать нас и рано или поздно утащит на морское дно. Мы с капитаном не поверили ему, сломали замок, набили наши бочонки золотыми монетами и вернулись на корабль, где поделили неожиданное богатство между всеми членами экипажа. Единственный, кто не взял свою долю, был боцман. «Это проклятые деньги», – заявил он.

Сначала на корабле все радовались, мечтали о том, как потратят эти деньги, но чем дальше мы отплывали от острова, тем мрачнее становились люди. Капитан же и вовсе заперся в своей каюте и никуда из неё не выходил. Вскоре понял почему. В одну из тёмных безлунных ночей я решил спать на верхней палубе, а не в душном кубрике. Едва задремал, как кто-то встряхнул меня, чьи-то твёрдые и холодные пальцы впились в моё плечо.

«Что за чёрт!» – выругался я, открывая глаза, и… едва не поседел от страха. Рядом со мной стоял скелет в свисающих гнилых лоскутах и паутине. Я сразу же узнал его. И испугался ещё больше. Хотел крикнуть, позвать на помощь, но голос пропал. Тогда я просто лягнул скелет ногой, и он рассыпался костями по всей палубе. Кости шевелились, сползаясь. Но я не стал дожидаться пока он соберётся вновь, побежал в кубрик и дверь запер. С тех пор боюсь оставаться ночью один. Скелет то скребётся в окно, то стучит костяшками в дверь, требуя вернуть ему «проклятое» золото… Чу! Вы слышите? Это дребезжат кости мертвеца!»

Действительно, снаружи донёсся неприятный глухой стук. Напуганные рассказом капитана Дакоты контрабандисты попятились к выходу. А когда в окне возник человеческий череп, то все бросились наутёк.

Нужно ли говорить, что стук костей и череп в окне подстроили сотрудники капитана Дакоты, который таким образом получил возможность обыскать пустой дом и уличить контрабандистов.

– Здорово! – запрыгала от восторга Альта и захлопала «в подушечки» (потому что у кошек на лапах не ладошки, а подушечки). – Жаль только, что привидение не настоящее… С настоящим было бы интереснее… Чтобы шерсть на спине от страха вздыбилась… Мр-р-р…

И тут раздался стук в дверь.

Глава 3. Приключения начинаются

– Это за мной, – всполошилась Альта. – Меня арестуют за бродяжничество.

– Не паникуй. Наверняка это соседка, – пыталась успокоить её Грис, хотя знала, что соседка так настойчиво никогда не стучит.

– Кто там? – спросила она, не отворяя двери.

– Полиция! – ответил уверенный голос.

Альта мгновенно шмыгнула под кресло. Только распушившийся от страха хвост остался торчать снаружи, выдавая её «с головой».

– А в чём дело? – продолжала спрашивать Грис через закрытую дверь.

– Вы мадам Грисде лаКоста?

– Мадмуазель. Да, это я.

– Нам нужно с вами поговорить.

– С кем имею честь беседовать? – Грис была подчёркнуто вежлива.

– Сержанты Мявк и Мурк. Вы могли бы впустить нас в дом?

– Нет. Говорите через дверь.

– Вы знакомы с профессором Сапиенсом?

– Да. Это мой друг. С ним что-то случилось?

– Он пропал.

Грис вздрогнула от неожиданной новости, но дверь не отворила.

– Как это случилось?

– Неделю тому назад он вышел из дома и не вернулся. Когда вы видели вашего друга последний раз?

– Очень давно. Ещё до его отъезда в Кошачий город.

– Он вам звонил?

– Да, иногда. Но последний раз это было в прошлом месяце.

– Если вам станет что-то известно о вашем друге, позвоните в полицейское управление комиссару Котани.

– Хорошо, – пообещала Грис.

Послышались удаляющиеся шаги. Альта выбралась из-под кресла и стала вылизывать запылившуюся шёрстку.

– Надеюсь, твой друг найдётся, – сказала она.

– Я попробую связаться с ним по Интернету, – решила Грис.

– Что такое Интернет? – Альта вновь принялась скакать по мебели.

– Ты никогда не пользовалась компьютером или сотовым телефоном?

– Нет. Мы, еноты, пользуемся для связи ё-мётом.

– Что такое ё-мёт? –настал черёд удивляться Грис.

– Это когда сообщения передаются с помощью хвоста, – пояснила Альта. – Вот так.

И она принялась быстро-быстро вилять своим хвостом, разлахмачивая его то с одного, то с другого конца.

– Понятно, – остановила её Грис. – А ночью? Или в дождь?

– Тогда ё-мёт не работает.

– Понятно. А вот Интернет работает всегда: и днём, и ночью, и зимой, и летом, и в дождь, и в снег – лишь бы было электричество, – пояснила Грис, включая свой ноутбук. – Смотри. Я открываю окошко, в котором вижу все сообщения о своих друзей и знакомых. Вот, например… – тут она запнулась. – Странно… У меня одно не прочитанное сообщение от профессора Сапиенса. Вчера ещё его не было.

Альта всмотрелась в картинку рядом с сообщением и удивлённо спросила:

– Это мышь? Ты дружишь с мышью?

– Нет. Мой друг – джунгарский хомяк, – пояснила Грис. – Вот слушай, что он пишет: «Дорогая Грис! Мне больше некого попросить о помощи. Поэтому прошу тебя. Но моя просьба может подвергнуть тебя опасности. Поэтому я на ней не настаиваю. Если станет страшно, можешь отказаться. Просьба же моя такая: на железнодорожном вокзале Кошачьего города я оставил небольшую коробочку (ячейка 111 в камере хранения, код – моя любимая комбинация в домино). Эта коробочка – важная улика против очень опасного преступника. Её нужно как можно скорее доставить в штаб «морских котиков», лично в руки капитану Дакоте. Меня ищут, поэтому я не могу сделать это сам». А внизу ещё приписка: «Не доверяй полиции. Комиссар Котани подкуплен бандитами». И подпись: «Твой друг Хома Сапиенс».

Дослушав до конца, Альта радостно захлопала в «подушечки»:

– Ура! Нас ждёт приключение!

– Стоп! Стоп! Стоп! – осадила её Грис. – Во-первых, я ещё не решила, ввязываться ли в эту авантюру. А во-вторых, что значит «мы»? Собой я могу рисковать, а тобой нет. Поэтому…

– Поэтому мы поедем вместе, – внезапно перебила её Альта. – Я самый шустрый енот в мире! И смогу тебя защитить.

– А если…

– А если ты запретишь мне, то я всё равно сбегу.

Грис вздохнула. В её душе боролись два противоположных желания: ей очень хотелось совершить героический поступок, встретиться с капитаном Дакотой и прославиться, но… очень не хотелось покидать родной дом, подвергаться опасности и попасть в тюрьму в случае неудачи.

– Хорошо, наконец, решила она. – Мы отправимся в Кошачий город. Завтра утром.

«В конце концов», – подумала Грис., – «нас никто там не знает. А взять из камеры хранения коробочку, пройти с ней до штаба «морских котиков» и отдать капитану Дакоте не так уж сложно».

Глава 4. На крыше

Выглянув на следующее утро в окно, чтобы проверить погоду, Грис увидела на противоположной стороне улицы чёрную полицейскую машину. Подождав немного, она увидела как из этой машины вышли Мурк иМявк: позёвывая, потягиваясь, они разминали затёкшие от долгого сидения лапы.

– За домом следят, – сообщила ГрисАльте. – Что будем делать? Может быть, подождём, пока полиция уедет?

– Они никогда не уедут, – заявила Альта, скакавшая по крышке старенького чемодана, чтобы утрамбовать в него вещи. – Они будут дежурить посменно, днём и ночью.

– Если за нами проследят, всё пропало.

– Можно незаметно выбраться в окно.

– Не выйдет: все окна смотрят на улицу, где стоит полицейская машина.

– Тогда… тогда, – Альта вертела головой в поисках выхода. И она нашла его!

– Тогда вылезем через дымоход.

– Ты уверена, что это хорошая идея? – засомневалась Грис, рассматривая большой камин, который давно уже не зажигали, поскольку в доме провели паровое отопление. – Приличные кошки не лазят по дымоходам.

– Другого пути нет.

Грис вздохнула.

«Ладно, попробуем. Ведь Санта-Клаус как-то пролазит через него»,– подумала она.

Пришлось ей надеть джинсы и водолазку вместо нарядного платья, отыскать в чулане моток крепкой верёвки и горные ботинки с шипами. Первой в дымоход полезла Альта. Ловко упираясь растопыренными лапами в кирпичную кладку, она быстро взобралась вверх. На шее у неё болтался моток верёвки. Поскольку камином давно не пользовались, сажи почти не было, но пыль и паутина цеплялись за шерсть, засыпали глаза, щекотали нос. Пару раз Альта громко чихнула.

– Тише! – забеспокоилась Грис. – Полицейские услышат.

– Не трёхай! – успокоила её Альта.

– Что? Что за ужасный жаргон! Я всё-таки возьмусь за твоё воспитание.

– Ё-кой! Но сейчас возьмись за конец верёвки, который я тебе сброшу, и обмотай им чемодан.

Грис так и сделала.

– Теперь подтолкни его вверх, а я буду тянуть за верёвку, – продолжала распоряжаться Альта, что немного задевало самолюбие мадмуазель де лаКосты.

Совместными усилиями они вытащили чемодан на крышу.

Настала очередь Грис. В детстве она неплохо лазила по деревьям, но с тех пор много воды утекло, мышцы без тренировки утратили былую силу и ловкость. Два раза она срывалась, но с третьей попытки выбралась из дымохода.

Дул тёплый летний ветер. Он приятными волнами пробегал по шёрстке. Неяркое утреннее солнце только-только поднялось над городом. У Грис закружилась голова: от высоты, от воздуха, от восторга. Вот она, настоящая свобода! Возможность совершить что-то необычное, небывалое! Возможность изменить свою судьбу!

Мягко ступая по жестяной кровле, Альта и Грис направились к пожарной лестнице. Как вдруг… к ним подскочила сорока.

– Кто-то-то-тут? Кто-то-то-тут? – затрещала она.

– Кыш! Чего шумишь? – замахала лапами Грис.

Но сорока уже приметила чемодан:

– Вор-ро-ро-ры! Вор-ро-ро-ры!

Кошки не на шутку перепугались.

– Это наши вещи, – попробовала объяснить Грис. Но настырную птицу было не унять:

– Стра-ра-ра-жа! Стра-ра-ра-жа!

– Придётся отдать ей чемодан, – шепнула Альта. – Иначе не замолчит. Знаю я их породу.

– Ни за что! – возмутилась Грис. – Отдать этой… этой трещотке свои лучшие наряды? Да я ей сейчас все перья выщиплю!

Угрожающее рычание заставило сороку отскочить на пару метров, но не заставило закрыть клюв:

– Кар-ра-ра-ул! Кар-ра-ра-ул!

– Бросай вещи, и бежим, пока полиция не явилась! – запаниковала Альта.

В сердцах Грис швырнула чемодан в сторону птицы:

– На, подавись!

Раздался страшный грохот, похожий на гром или взрыв. Альта аж зажмурилась, присела и вздыбила шерсть на загривке. Грис тоже прижала уши, а хвост у неё раздулся как щётка.

«Мы пропали», – подумал обе кошки, только одна на кошачьем, а другая на енотовом наречии.

Крышка у чемодана отскочила, и всё содержимое вывалилось наружу. Самые нарядные, самые лучшие платья, кофточки и шляпки Грис повисли на перилах балконов, на ветвях деревьев, на фонарных столбах, на флюгерах и трубах.

А по пожарной лестнице уже карабкались Мурк иМявк.

– Бежим! – Альта бросилась к противоположному краю крыши. Грис едва поспевала за ней.

От соседнего дома их отделялопримерно метров пять пустого пространства.

– Ты же не собираешься прыгать?– заволновалась Грис.

Вместо ответа Альта скомандовала:

– Лягай домоно!

Что в переводе с енотового наречия означало: «Прыгай за мной!»

Полицейские уже взбирались по пожарной лестнице,а вредная сорока кружила у них над головами, выкрикивая:

– Ско-ро-ро-рей! Ско-ро-ро-рей!

Легко оттолкнувшись всеми четырьмя лапами, Альта перемахнула на крышусоседнего дома.Грис замешкалась. Она нервно оглянулась: озабоченная физиономия сержанта Мявкамаячила между телевизионных антенн. Мурк дышал ему в спину, доставая на ходу пистолет.

Грис набрала воздуха в грудь и прыгнула.

Ей не хватило нескольких сантиметров. Когти царапнули по жестяной кровле, зацепившись за водосточный желоб. Альта мгновенно оказалась рядом и помогла подруге подтянуться. Лапы у Грис дрожали от напряжения,но она не чувствовала этого. Подгоняемые страхом, кошки тут же бросились к фасаду здания, спрыгнули на козырёк крыльца, а с него на землю.

Через полчаса беглянки добрались до железнодорожного вокзала, купили два билета до Кошачьего города и отбыли навстречу новым приключениям.

Глава 5. Кошачий город

Альта впервые ехала в поезде. Всю дорогу она бегала от одного окна к другому, залазила на верхнюю полку в купе и тут же спрыгивала с неё вниз. Ей было интересно всё. Вопросы сыпались на Грис чаще, чем мелькали столбы вдоль дороги: «А как поезд тормозит? А когда будет следующая станция? А как раскладывается этот столик? А можно я сбегаю к проводнику за кипятком для чая?» Грис отвечала, но думала о другом. Её терзали сомнения: «Правильно ли я поступила, ввязавшись в эту авантюру? Возможно, Мурк иМявк уже идут по нашему с Альтой следу, и нас арестуют прямо на вокзале, возле камеры хранения…»

Кошачий город показался на горизонте только к вечеру. Высокие стеклянные здания сверкали багрово-алыми огнями, отражая заходящее солнце. За зданиями виднелись портовые краны, а ещё дальше, за кранами – бескрайнее море.

«Как красиво!» – восхищённо выдохнула Альта, никогда не видевшая домов выше пяти этажей и воды больше, чем в городском пруду.

Вокзал тоже впечатлял своими размерами. Огромный гулкий зал поглотил приезжих, мгновенно потерявшихся в толпе. Все куда-то спешили. В основном это были кошки самых разных пород, иногда попадались другие животные и очень редко – люди.

– Не отставай, а то потеряешься, – сказала ГрисАльте, тщетно ища глазами табличку с надписью «Камера хранения».

Подхваченная непрерывным потоком пассажиров, любительница детективных историй почти успокоилась: даже великий капитан Дакота потерял бы их из виду в таком хаосе.

Камера хранения оказалась в подвале. Спускаться пришлось на эскалаторе, движущиеся ступеньки которого немного пугали Альту.

– Он не зажуёт мой хвост? – спросила она.

– Не вертись, как юла, тогда не зажуёт, – ответила Грис.

– А можно будет посмотреть, что лежит в коробочке? – не унималась Альта.

– Нельзя.

– Почему?

– Потому что нельзя смотреть без спросу.

– А если любопытно?

– Нельзя.

– А если очень-очень любопытно?

– Всё равно нельзя.

Ячейка 111 находилась на другом конце огромного зала с мрачными бетонными колоннами. Шаги пробуждали здесь гулкое эхо. А железные дверцы хлопали, как выстрелы.

– Идём же, – Альта первая побежала к нужной ячейке.Грис засеменила следом, поминутно поглядывая по сторонам: «Вон тот толстый кот в тёмных очках очень подозрителен. И вон тот выхухоль в спортивном трико подозрителен – явно что-то вынюхивает. И вон та стройная кошка (ну, не такая стройная, как я, конечно) с зонтиком вызывает подозрения: зачем она делает вид, что кого-то ждёт? И эта компания молодых котов – игроков в «катавасию» – тоже очень подозрительна».

Альта, как всегда, подпрыгивала от нетерпения, ей очень хотелось взглянуть на коробочку.

«Я спокойна, я абсолютно спокойна», – уговаривала себя Грис, усиленно мурча, ведь кошки мурчат не только от удовольствия, но и от страха. – «Не нужно смотреть по сторонам. Просто набери код и открой дверцу».

Так она и сделала. Но едва раздался щелчок замка, как чья-то тяжёлая лапа легла ей на плечо, а чей-то грубый голос прорычал в самое ухо:

– Не трожь!

– Да я… так… я ничего… такого…

Грис невольно прижала уши.

– Ты кто такая? Чего тут ищешь? – не унимался голос, без сомнения принадлежавший сторожевому псу.

– Я просто… случайно… тут… шла…

В отличие от Грис, боявшейся повернуть голову, Альта очень внимательно осмотрела слюнявого бульдога в мятом пиджаке и сделала вывод, что этот пёс не имеет никакого отношения к полиции. Годы бродяжьей жизни научили её безошибочно узнавать стражей порядка, как бы те ни маскировались.

– А ты кто такой? Ты чего тут лапы распускаешь? – от возмущения у Альты вздыбилась шерсть на загривке.

– Это моя ячейка, – пытался возражать бульдог, но уже как-то неуверенно. – Там мой пакет с косточками лежит.

– Глаза разуй! Нет там никаких косточек!

– У вас какой номер ячейки? – спросила оправившаяся от испуга Грис.

– Сто один.

– А это сто одиннадцать.

Осознав свою ошибку, пёс принялся извиняться:

– Прошу прощения! Как же это я попутал? Вообще-то у меня глаз острый, как и положено шофёру… Вы уж простите мою вспыльчивость.

Кошки простили.

– Кстати, – заметила Грис, пряча коробочку в карман спортивных брюк, – где находится ближайшая станция метро?

– Зачем вам метро? Я подвезу вас на своей машине. Говорите адрес!

– Адрес мы не знаем. Нам нужно в штаб «морских котиков».

– Это не далеко. Пойдёмте!

Грис и Альта поднялись вслед за бульдогом на стоянку и сели в старенькоетакси. По дороге их новый знакомый провёл небольшую экскурсию по Кошачьему городу:

– Справа от вас находится здание самой роскошной гостиницы в городе, она принадлежит мистеру Кошелю. А напротив расположен самый большой торговый центр, который тоже принадлежит мистеру Кошелю. Если проголодаетесь, то самый лучший ресторан находится на набережной, его владелец…

– Мистер Кошель! – хором подхватили Альта и Грис.

– Верно! Хотя, у него есть ещё сеть дешёвых закусочных по всему городу.

– А естьздесь что-нибудь, что не принадлежит мистеру Кошелю? – решила уточнить Грис.

Бульдог задумался, потом произнёс без тени улыбки:

– Есть. Штаб «морских котиков».

Они остановились возле высокого белого здания, похожего на три куска сахара-рафинада, соединённых переходами.

– Оно такое большое! – удивилась Альта. – А капитан Дакота сидит на самом верхнем этаже?

Грис и сама была впечатлена, но ей не хотелось выглядеть провинциалкой. Поэтому она сделала невозмутимое лицо и ответила как можно небрежнее:

– Не знаю. Пойдём, спросим.

Бульдог помахал им на прощание лапой и уехал.

В небольшой полосатой будке у ворот сидел «морской котик» в красивой белой форме с эмблемой из двух скрещенных якорей.

– Извините, нам нужно видеть капитана Дакоту, – сказала ему Грис.

– Вы кто? – спросил «котик» подозрительно.

Этот простой вопрос поставил Грис в тупик.

– У нас важное дело, – она боялась назвать своё имя, помня о слежке.

Но «котик» отличался настойчивостью:

– Как мне доложить о вас?

– Мадмуазель Сапиенс с дочерью.

Грис вздохнула: она очень не любила врать. «Котик» покосился куда-то в сторону, потом пристально всмотрелся в лицо Грис, сказал: «Подождите», – и исчез за дверью.

– Не нравится мне его взгляд, – шепнула Альта. – Чует мой хвост, что пора рвать когти.

– Рвать когти? Это же больно!

– Это значит, что нужно бежать отсюда сломя голову!

– Сломя голову? Но мы не отдали коробочку капитану Дакоте, – возразила Грис.

Альта не стала спорить. Вместо того она одним прыжком перемахнула через полосатый барьер и принялась деловито осматривать то место, где минуту назад стоял «морской котик».

– Ты что делаешь?! – Грис в ужасе бросилась вперёд. С трудом, но ей удалось поймать непоседу.

– Какая невоспитанность! Что ты там забыла?

– Вот это! – торжественно объявила Альта, протягивая две фотографические карточки.

– Это же мы! – изумилась Грис. – Откуда здесь наши портреты?

– Из полиции, конечно.

– Ты думаешь… он пошёл звонить…

В этот момент с улицы донёсся отдалённый звук полицейской сирены.

– Бежим! – обе кошки бросились прочь из полосатой будки.

– Стойте! – крикнул им вслед «морской котик», как раз вернувшийся на своё место. Но беглянок уже и след простыл.

Глава 6. В порту

Альта и Грис долго ещё бежали, не разбирая дороги, сворачивая из одной незнакомой улицы в другую, пересекая пустые дворы, перебираясь через заборы, мусорные кучи, заросшие бурьяном пустыри. Бежали, пока Грис не выдохлась окончательно. Она без сил опустилась на какой-то тюк или мешок.

Никаких признаков погони не было.

«Может быть мы зря запаниковали?» – подумала Грис, пытаясь выровнять сбившееся дыхание. – «Что теперь делать? Вернуться назад?»

Увы, мы никогда не узнаем какое решение она приняла бы, поскольку судьба всё решила за Грис. Тюк под ней внезапно «ожил»: вздрогнул, зашевелился, а потом и вовсе оторвался от земли, устремившись ввысь – в безоблачное небо. Грис даже испугаться не успела, настолько быстро всё произошло. Оглядевшись, она поняла, что тюк повешен к стреле портового крана. С такой высоты территория грузового порта, морского вокзала, набережной и прилегающих к ним жилых кварталов виделась как на ладони. Солнце уже поднялось над домами. Движение на улицах оживилось. По набережной прогуливались праздные горожане, а в порту трудились рабочие. У проходнойстояла полицейская машина, возле которой скучали две смутные фигуры, подозрительно похожие на сержантов Мурка и Мявка. Впрочем, издалека все полицейские похожи друг на друга.

Альта всё это время скакала внизу и что-то кричала на енотовом наречии.

Крановщик (сутуловатый бобёр в каске и поношенном комбинезоне) высунулся из своей кабины.

– Ты зачем забралась туда?! – крикнул он.

– Я случайно, – растерянно ответила Грис. – Опустите меня, пожалуйста.

Бобёр пробурчал: «Шляются тут всякие», но потянул рычаг, и тюк плавно пошёл вниз.

А внизу, крепко ухватив Альту за холку, стоял большой чёрный кот с солидными, слегка подкрученными усами. Из нагрудного кармана его комбинезона торчал карандаш.

– Вы как тут оказались? – спросил он строго. – Это промышленная зона, посторонним вход воспрещён.

– Мы заблудились, – заявила Альта почти с гордостью, в её интонации отчётливо звучало: «Не всякий может так удачно заблудиться, как мы…»

– Вы, что, не местные?

– Совершенно не местные, – подтвердила Альта.

– Где же вы живёте?

– Пока нигде.

– А деньги есть? У нас, в Кошачьем городе, жильё стоит дорого.

– Денег у меня только на обратный билет, – ответила Грис. – Я не думала задерживаться.

– Но нам нужно задержаться, чтобы… – Альта покосилась на чёрного кота. – доделать дело.

– Да, конечно, – растерянно согласиласьГрис. – Но… где мы будем жить?

– В подвале, – не моргнув глазом заявила Альта. – В таком большом городе должно быть много благоустроенных подвалов.

– Это как-то… слишком… непривычно для меня… – промолвила мадмуазель де лаКоста.

– Послушайте! – раздалось откуда-то сверху, из безоблачного неба. – Я могу пустить вас ночевать в кабину. Ночью кран всё равно не работает.

Удивительно, как бобёр-крановщик сумел расслышать разговор сквозь шум работающих механизмов и гудки пароходов.

– Посторонние не могут находиться на территории порта. Тем более ночью, – возразил на это чёрный кот.

– Брось, Кис Кисыч! Вон, верблюды безо всякого разрешения спят за штабелями досок возле шестого причала.

– Они не посторонние. Они разгружают баржи.

– Так в чём дело? Прими этих двух кошек на работу. Временно.

– Кем? Грузчиками? – упрямился Кис Кисыч.

Седовласый бобёр, сняв каску, почесал затылок.

– Пусть таскают обед верблюдам, – предложил он. – Дело не хитрое, вполне по силам двум кошкам.

– Гм. Это возможно, – чёрный кот пригладил свои роскошные усы. – Зарплата будет тридцать фелисов в неделю. График: шесть рабочих дней с восьми утра до восьми вечера, обеденный перерыв с двух до трёх часов. В портовой столовой всегда есть дешёвая уха и жареная рыба. Капитаны некоторых рыболовных судов расплачиваются за разгрузку частью улова. Так что голодать не будете. Ночевать разрешаю в кабине крана. Согласны?

– Согласны! – крикнула Альта.

– Погоди! Мне нужно подумать, – остановила её Грис, которая не выносила поспешных решений.

На минуту все умолкли. Были слышны только шум механизмов, грохот железа и выкрики рабочих.

– Вы решили? – нетерпеливо спросил Кис Кисыч. – Меня дела ждут. «Да» или «нет»?

– Да, – сказала Грис.

– Хорошо. Пройдёте сейчас вон туда – в контору, подпишите трудовые договоры, а потом туда – на склад, получите спецодежду и каски. Понятно?

– Понятно, – ответили Альта и Грис.

Они немедленно приступили к своим обязанностям. Однако работа оказалась не такой лёгкой, как говорил бобёр-крановщик. Даже Альта, привыкшая бродяжничать, таскала тюки с верблюжьей колючкой (а ничего другого двугорбые грузчики не ели) с трудом.

– У меня все лапы в заусенцах, – жаловалась она.

– А у меня какие-то семена в шерсти, – в свою очередь возмущалась Грис. – Вдруг они прорастут? Я не хочу обрастать бурьяном!

Верблюжью колючку привозили рано утром грузовики и выгружали на пустыре рядом с портом. Огромную кучу сухого, намертво сцепившегося ветвями кустарника. Альте и Грисприходилось набивать колючкой большие тюки и тащить их на себе. Как назло день выдался жарким. Если бы кошки умели потеть, они давно уже были бы мокрыми. Но у Грис с Альтой становились влажными только подушечки лап.

– Хоть бы ветерок подул, – вздохнула Грис, у которой от жары и напряжения уже темнело в глазах.

– Давай искупаемся! – предложила внезапно Альта. – Море рядом!

Грис эта идея показалась крайне неудачной. Её аж передёрнуло от отвращения: как будто умирающему от жажды предложили уксусу.

– И не подумаю. Кошки не плавают.

– А еноты обожают воду! – недолго думая Альта прыгнула в набегавшую волну, нырнула, вынырнула и, распластавшись звездой, закачалась на изумрудной поверхности моря.

Забравшись в тень от какой-то цистерны, Грис проворчала про себя: «Теперь я догадываюсь, кому могла прийти в голову безумная идея построить Кошачий город на берегу моря: таким же оенотившимся кошкам, как Альта… Единственный плюс в том, что здесь, действительно, много рыбы».

Грис мечтательно прикрыла веки, припоминая недавний обед в портовой столовой. Сначала местные портовые коты встретили их грубовато, даже пытались испортить аппетит своими «солёными» морскими шуточками, но Альта быстро наладила диалог. Восхищённые её познаниями в енотовом жаргоне, рабочие угостили кошек кусочками кальмаров с холодным квасом.

– И вы всю жизнь работаете в порту? – удивилась Грис. – Вам не скучно?

Дружный взрыв смеха заставил покачнуться светильники на потолке и зазвенеть посуду в буфете. Крепкие, с широкой грудью и мускулистыми лапами коты, чья шерсть от ветра, морской соли и солнца стала жёсткой, как щётка, заливались почти детским смехом. Отсмеявшись, пояснили:

– Владелец порта – мистер Кошель – нам скучать не даёт. Чуть зазеваешься или опоздаешь на минуту, или не выполнишь дневную норму – штраф. А то и вовсе –уволят.

– Почему же вы не возмущаетесь? – ещё больше удивилась Грис.

– Те, кто возмущались, теперь милостыню просят на улицах Кошачьего города. Их уволили.

– Почему же они не занялись чем-то другим?

– В Кошачьем городе всё принадлежит одному человеку – мистеру Кошелю. Или его родственникам.

– Работать в порту нам нравится… Вот если бы Кошель ещё раскошелился и поднял немного зарплату…

К беседующим подошёл грузчик-верблюд:

– Помните того умника, что шлялся тут неделю назад, приставал с глупыми вопросами?

– Лемур какой-то?

– Да… Он мне целую лекцию прочитал: «Таскать мешки много ума не нужно. Ты же молодой ещё, мог бы своё дело открыть, развивать родной город… У нас в Лемурии, мол, только самые бездарные соглашаются на грязную физическую работу…»

– Жаль, я не присутствовал при этом разговоре, – крановщик-бобёр так сжал стеклянный стакан с квасом, что тот лопнул,рассыпавшись осколками по столу. – Я бы ему мозги прочистил… его же хвостом.

– Хватит болтать! – властный окрик оборвал разговор. В дверях стоял хмурый Кис Кисыч. – Обеденное время закончилось. За работу! Живее! Вы спите, что ли?

И тут Грис проснулась. Над ней стоял Кис Кисыч… и энергично тряс её за холку. Это было крайне не вежливо. Ещё менее вежливы были его слова:

– Ротозеи! Живо вставайте! Шевелите лапами! Хватайте брезент и накрывайте верблюжью колючку!

– А? Что? Где? Когда? – Грис спросонья не могла сообразить, что к чему, а Альта уже тащила тяжёлый рулон брезентовой ткани. Поднявшийся ветер разбросал колючие кусты по всему порту: они цеплялись за одежду, товары, краны, снасти пришвартованных кораблей… за всё, что только можно.

Достаточно быстро Альте и Грис удалось натянуть брезент и закрепить его специальными колышками. А вот собирать колючку пришлось уже под проливным дождём.

В кабину башенного крана они забрались, когда совсем стемнело – мокрые и усталые. Капли барабанили по железной крыше и по стеклу.

«Может быть, стоило согласиться на благоустроенный подвал?» – подумала Грис засыпая.

Глава 7. Ночное происшествие

Посреди ночи Альта растолкала крепко спавшуюГрис. В кабине портового крана царил таинственный полумрак. Стен тут не было: только пол и потолок, между которыми сплошные стёкла, казавшиеся матовыми от рассеянного света прожекторов.

– Что случилось? – спросила Грис.

– Ш-ш-ш-ш, – Альта приложила лапу ко рту. – Слышишь?

Грис навострила уши. Фрамуги были приоткрыты, в них легко вливалась и ночная прохлада, и ночные звуки. Внизу кто-то разговаривал. Сначала слышалось уверенное бубнение: бу-бу-бу. Потом раздалось раздражённое тявканье: тя-тя-тя. И вновь однообразное: бу-бу-бу.

– Я ничего не могу разобрать, – призналась Грис. – Кто там, внизу?

– Не знаю, – ответила Альта. – Но они что-то замышляют.

– Мыши что-то замышляют?

– Это не мыши.

– Может быть, рабочие задержались?

– До двух часов ночи?

– Сторожа?

– Сторожа в своей сторожке пьют чай.

– Воры?

– Возможно, – задумчиво заметила Альта. – Нужно разнюхать хорошенько.

– Что ты собираешься делать? – не поняла Грис.

Но Альта уже юркнула в приоткрытую фрамугу, ловко прошлась по стреле крана и спустилась по стальному канату вниз. Она повисла прямо над говорившими. Достаточно было протянуть лапу, чтобы коснуться головы одного из них. Теперь это были не смутные силуэты, а вполне конкретные кот и… лемур. Альта никогда раньше не видела лемуров и считала их сказочными существами. Но существо внизу – среди тюков с верблюжьей колючкой – хоть и выглядело необычно, ругалось похлеще любого грузчика. Оно было очень недовольно. Полосатый кот с золотой цепью на шее оправдывался:

– Кто же мог знать, что этот умник сбежит вместе со всеми документами!

– Вы должны были предусмотреть всё! Я заплатил и желаю получить то, за что заплатил.

– Понимаю, – вновь забубнил кот, не повышая голоса. – Я уже подключил к поискам нашего друга комиссара Котани.

– Мало… Этого мало.

– Немного терпения. Мы должны действовать очень осторожно. «Морские котики» и так проявляют к моей фирме и моей персоне повышенный интерес.

– Мне плевать на вашу фирму и вашу персону! Мне нужна формула!

– Мы в одной лодке… Если я пойду на дно, то только вместе с вами. Капитан Дакота что-то подозревает. Поэтому нам лучше затаиться на время.

Лемур аж распушился от негодования:

– Проклятье! Из-за вас я опять несу убытки. Товары лежат на складах, а каждый день хранения – это деньги.

– Можно использовать старую схему, – вкрадчивый голос кота стал ещё тише, превратившись в шёпот. – Помните?.. Когда ввели ограничения на ввоз…

Альта попыталась наклониться пониже… и шмяк!.. сорвалась прямо на голову лемуру

– Кто тут? – зашипел тот, пытаясь в темноте нашарить мягкий шар, ударивший его по макушке.

Альта успела мгновенно собраться и отскочить в сторону. Без хорошей реакции не выживешь на улице. Но она никогда не имела дела с верблюжьей колючкой. Распушившийся от страха хвост намертво запутался в жёсткой, как проволока, траве. Альта рванулась разок-другой… и почувствовала чьи-то цепкие лапы на своём загривке.

– Жить хочешь? – спросил знакомый бубнящий голос.

Альта икнула от страха.

– Тогда не кричи и не дёргайся. А то можешь случайно свернуть себе шею…Несчастные случаи в порту не редкость.

Тем временем Грисметалась в кабине крана. Ей хотелось позвать на помощь, но крик мог погубить Альту. Поэтому кошка зажала себе рот лапами. Две тени внизу запихнули свою жертву в тюк из-под верблюжьей колючки и потащили к выходу из порта.

Не смотря на то, что лапы у неё дрожали, Грис очень быстро спустилась вниз и бросилась за помощью к сторожке охранников. Но тут же наткнулась на строгий взгляд Кис Кисыча.

– Ты куда на ночь глядя?

– За помощью, – выпалила Грис. – Альту похитили.

– Кто похитил?

– Кот в пальто. То есть без пальто. И лемур. Тоже без пальто. Нужно немедленно сообщить в полицию, чтобы их задержали…

Но тут Грис вспомнила предостережение Хомы Сапиенса и мгновенно изменила решение:

– Нет, лучше сообщить капитану Дакоте. Далеко отсюда штаб «морских котиков»?

Кис Кисыч внимательно посмотрел на растревоженную кошку. Потом сказал:

– Не разумнее ли дождаться утра?

– Альта в опасности! Дорога каждая минута!

И Грис ринулась к воротам.

– Постойте! – Кис Кисыч нагнал её и остановил, придержав за плечо. – Вам не нужно никуда спешить.

– Почему?

Кис Кисыч молча протянул ей небольшую карточку. И даже подсветил фонариком, чтобы легче было прочитать.

На карточке значилось: «Предъявитель этого документа – командир специального подразделения «морских котиков» капитан К.К. Дакота».

ПоражённаяГрис смерила коренастую фигуру Кис Кисыча недоверчивым взглядом.

– Неудачное время для розыгрыша.

– Я предельно серьёзен. Вы со своей подругой только что сорвали мне операцию по задержанию двух опасных преступников.

– Каких преступников?

– Опасных… Здесь орудуют контрабандисты. И я подозреваю, что руководит ими сам владелец порта.

– Мистер Кошель?– Грис, которая так сильно мечтала познакомиться с капитаном Дакотой, почему-то не испытывала сейчас ни малейшей радости.

– Да. Запрещённые товары из Лемурии приносят ему огромные доходы.

– Из Лемурии? Теперь понятно с кем он разговаривал… Бедная Альта! Вы же спасёте её?

Капитан Дакота приобнял кошку за плечи, приглашая присесть на ржавую трубу.

– Мы обязательно спасём её. Но для этого нужно, чтобы вы рассказали мне всё начистоту.

Грис кивнула в знак согласия:

– Мой друг профессор Хома Сапиенс исчез.

– Простите, слово «исчез» означает, что его похитили или он скрылся?

– Я не знаю… Просто исчез. Но перед этим он отправил мне по электронной почте письмо.

– Что же было в этом письме?

– Он предупреждал, чтобы я не доверяла полиции… и просилпередать капитану Дакоте… то есть вам… коробочку…

Тут Грис вскочила и зашарила у себя в карманах.

– Я совсем забыла… она где-то здесь…

К счастью, коробочка нашлась.

– Вот, возьмите.

Капитан Дакота внимательно осмотрел протянутый ему предмет, но открывать не спешил.

– Как вы думаете, что находится внутри?

– Не знаю… Но это не должно попасть в лапы Кошеля… или Котани…

Кис Кисыч осторожно вскрыл коробочку и извлёк прозрачный шар, внутри которого лежал… хомяк.

– Это профессор Сапиенс? – спросил Дакота.

Потрясённая Грис кивнула и спросила в свою очередь:

– Что с ним?

– Он спит. Мне приходилось уже видеть хомяков в спячке.

Глава 8. Что случилось в полицейском участке?

Альту довольно бесцеремонно вытряхнули из тюка. Резкий белый свет ударил по глазам.

– Фамилия, имя, отчество?! – произнёс гнусавый голос.

Альта не видела говорившего, только часть письменного стола, на котором стояла слепящая лампа. Остальное тонуло в темноте.

– Отвечай, живо!

– Дяденька, отпустите меня, по-жа-луй-ста! А то мне завтра с утра на работу…

Для пущей убедительности Альта даже всхлипнула.

Но гнусавый голос не дрогнул от жалости:

– Ты кто такая? Как тебя зовут?

– Альта.

– А фамилия?

– У меня нет фамилии.

– И документов тоже нет?

– Нет.

– На кого работаешь?

– На Кошеля, – ответила Альта.

– Не ври!

– Я не вру. Я работаю в порту, который принадлежит мистеру Кошелю.

– Допустим. Но кто тебе поручил шпионить за мистером Кошелем.

– Никто… Я не шпион.

– Но ты подслушивала.

– Я думала, это воры.

– Почему тогда охрану не позвала?

– А вдруг это не воры? Зачем людей зря беспокоить.

– Тьфу! Совсем меня запутала… Короче, сознавайся и дело с концом.

– Да я бы с радостью. Только ума не приложу, в чём бы таком сознаться?

– В том, что ты лемурский шпион.

– А можно я буду енотовым шпионом? – вдруг оживилась Альта. – Ну, по-жа-луй-ста!

– Хорошо, так и запишем: «Задержанная призналась, что является шпионом енотовой мафии». Кому именно ты передавала информацию?

– Комиссару Котани, – не моргнув глазом ответила Альта.

– Ко… кому?! – лампа на столе внезапно погасла, и Альта увидела, наконец, допрашивающего – тщедушного рыжего кота с рваным ухом. – Это я – комиссар Котани!

– Вот я вам и передаю информацию.

– Что? – растерялся кот, но тут же взял себя в лапы. – Ты это брось! Комиссар полиции не может быть связан с енотовой мафией. Знаешь, что бывает за клевету?

– Не знаю, – честно призналась Альта.

– Тюрьма. И надолго.

– Ай-ай-ай… Значит вас могут посадить в тюрьму?

Комиссар окончательно потерял дар речи. Он с трудом выдавил из себя какой-то сиплый свист, потом прокашлялся и прошипел:

– Ты… издеваешься?..

– Вы же сами сказали…

– Я?!

– Ага. Сказали: если я вас оклевещу, то вам грозит тюрьма. И надолго.

– Теоретически такое может быть…Если тебе поверят… Но я имел ввиду другое: по закону тюрьма грозит тому, кто клевещет, а не тому, на кого клевещут. Более бестолковой кошки я ещё никогда не встречал! Ответь только на один вопрос: что ты слышала, пока висела на кране?

Альта изобразила на мордочке искреннее желание помочь следствию:

– Сначала я слышала… «бу-бу-бу». А потом… «тя-тя-тя». А потом…

– Достаточно, – устало прервал её Котани. – Мурк!Мявк!

Дверь мгновенно распахнулась и на пороге возникли знакомые уже Альте сержанты. Внешне они были похожи как близнецы: два одинаковых полосатых, усатых и хвостатых крепыша. Даже движения у них были синхронные.

– Проводите арестованную в одиночную камеру, – приказал Котани.

Спускаясь на первый этаж, где располагались камеры, Мявк философски заметил:

– Наш комиссар – котяра что надо! Он никому спуску не даст. Всегда добьётся своего. Лучше уж сразу сознаться во всём.

Альта сделала такое выражение мордочки, которое означало: «Я бы с радостью созналась во всех грехах этого мира, да вот беда: совесть моя чиста, как у ангела… полосатого мурчащего ангела…»

– Помолчи, – оборвал товарища более угрюмыйМурк. – С заключёнными говорить запрещено.

– Я разговаривал сам с собой, – сообщил Мявк. – Это были мысли вслух.

– С собой разговаривать тоже запрещено.

Альту поместили в просторную, но сырую камеру с маленьким зарешёченным окошком под самым потолком. Для выросшей на улице кошки не составило труда вскарабкаться по стене и выглянуть наружу. Альта увидела глухую кирпичную стену, а над ней полосу голубого утреннего неба. Из-за стены доносился приглушённый шум города: обыденный шум, состоявший из шарканья подошв пешеходов, шуршания шин автомобилей, голосов, гудков, сирен, стуков… И от всего этого на душе у Альты «скребли кошки»: «Эх, там – жизнь, свобода… Там Грис. Она, наверняка, что-нибудь придумает и вытащит меня из тюрьмы».

Внезапно в коридоре раздался стук: словно открылась и закрылась железная дверь.

– Эй, Мявк, ты чего там шляешься? – донеслось издалека.

– Я на посту, – ответ прозвучал значительно ближе.

– Почему тогда дверь хлопнула?

– Сквозняк.

– В голове у тебя сквозняк! Проверь дверь.

Послышалось недовольное бурчание, шаркающие шаги, потом звон ключей и вновь шаги.

– Я закрыл дверь. В коридоре никого нет, – сообщил Мявк.

– Предосторожность никогда не помешает, – заметил на это Мурк.

Альта вновь прислушалась. Она различила осторожные шажки по цементному полу. Альта принюхалась. Она почуяла слабый запах грызуна. Мышь в коридоре тюрьмы? Почему бы и нет. Но почему она идёт к дверям её камеры? Маленькие острые коготки принялись царапать кирпичную кладку. Мышь лезет по стене? Ладно, пусть лезет. Только почему по стене её камеры? Лёгкий металлический звон и скрип замка. У мышей есть ключи от камер? Может, она служит стражником? Дверь отворилась. Но никто не вошёл внутрь. Альта осторожно выглянула в коридор. Ключ торчал в замочной скважине. Никого, ни единой живой души рядом не было. Это настораживало: кто-то же открыл дверь? И этот кто-то не мог так быстро спрятаться или убежать.

– Вы только не пугайтесь, пожалуйста, – раздалось над ухом у Альты. От неожиданности она отпрыгнула в сторону, а шерсть на загривке и на хвосте у неё встала дыбом.

– Кто тут?

– Я – Хома Сапиенс. Меня прислали Грис и капитан Дакота.

– А вы где? – Альта немного успокоилась, но вопросы у неё остались. – Я вас не вижу.

– Вы и не должны меня видеть, – пояснил голос, – потому что я покрыт невидимой краской.

– Невидимая краска? Разве такое возможно?

– Это моё последнее изобретение. Кошель хотел использовать его, чтобы незаметно провозить контрабандные товары.

Альта представила целые караваны невидимых судов, проплывающих мимо ничего не подозревающих «морских котиков».

– Ужасно, – искренне возмутилась она.

– Поэтому мне и пришлось бежать из собственной лаборатории, уничтожив все записи в компьютере.

– И всё это время вы скрывались с помощью невидимой краски?

– Нет. Я всё это время лежал в спячке в той коробочке, которую вы с Грис достали из камеры хранения.

– Здорово! Вот бы мне так!

– Исключено. Кошки в спячку не ложатся.

– Я не кошка, я – енот.

– Кхм… Ладно, поговорим об этом позже. Сейчас гораздо важнее вытащить тебя из тюрьмы.

Альта была полностью согласна с этим. У неё оставался только один вопрос: каким образом?

Глава 9. Ловушка для Кошеля

Грис и капитан Дакота пытались успокоить Альту, отпаивая её горячим чаем с печеньем.

– Ты ни в чём не виновата, – терпеливо внушала Грис. – Это чистая случайность.

– Он хотел спасти меня, а в результате сам попал в тюрьму, – чай с печеньем помогал лишь отчасти.

– Послушай, – вмешался капитан Дакота. – Хома добровольно вызвался на это задание, он знал на что идёт и какому риску подвергается.

– Но это я чихнула у самого выхода… Невидимая краска очень сильно щекотала мне нос… Сержант Мурк мгновенно бросился на звук и ухватил-таки меня за хвост. А тут ещё Мявк подоспел, захлопнув входную дверь. Я уже решила, что мне конец. Как вдруг у сержанта Мурка целый клок шерсти вылетел из спины. Полицейский взвыл от боли, на мгновение выпустив мой хвост. Мне этого хватило, чтобы вскочить на подоконник и выскочить в открытую форточку. Оглянулась только на улице. Думала, что профессор за мной следом выскочил, стала звать, а он не откликается. Потом увидела, как из участка вышел довольный комиссар Котани, сжимая что-то в кулаке. А за ним следом озабоченный сержант Мурк с ведёрком извёстки. Сердце у меня сжалось от дурного предчувствия. «Я их мышиную породу за версту чую», – заявил Котани. – «Думал удрать следом?.. Шалишь! От меня ещё ни один грызун не улизнул!» Мурк казался не столь уверенным: «Если это грызун, почему его не видно?» На что Котаниответил: «Сейчас увидишь. Ставь ведро на землю». Комиссар окунул лапу в извёстку, и в кулаке у него появилась белаяфигурка, похожая на статуэтку… хомяка. Эх, нужно было мне сразу вцепиться в лапу Котани. Но я промедлила, и через минуту во дворе собралась уже целая толпа полицейских… Только вы теперь можете освободить профессора из тюрьмы!

– Да. Но для этого нужно засадить за решётку мистера Кошеля и лорда Лемура. Только так мы поможем Сапиенсу, – наставительно произнёс капитан Дакота.

– У вас есть план? – догадалась Альта.

– Да, у меня есть гениальный план…

Этот разговор происходил утром на самом верхнем этаже белоснежного здания, в котором помещался штаб «морских котиков». А уже через час лорд Лемур, живший в самой дорогой гостинице Кошачьего города, услышал стук в дверь. Открыв, он увидел на пороге молодую кошку в потёртых джинсах и выцветшей футболке. Взгляд наглый. Улыбочка самоуверенной нахалки. В левой лапе кулёк семечек. Опустив все светские условности пришедшая перешла сразу к делу:

– Я, ета, от Кошеля тебе весточку присорочила. Почирикать нужно.

– Ты кто? – ошарашенный Лемур отступил на пару шагов вглубь номера. Он не узнал загримированную Альту, которую видел лишь мельком в темноте.

– Я типа лемур. Тока местный. Вот! – и Альта продемонстрировала свой пушистый хвост.

Лорд Лемур с сомнением осмотрел предъявленное ему доказательство.

– Гм… Ты – лемур?

– Да. Кошачий лемур.

Всё ещё сомневающийся лорд внезапно перешёл на лемурианский язык:

– А почемур я тебяр не виделурраньшэр?

– Так, ета… самая… я тужурдежур на складар в другорпортуар, – не моргнув глазом ответила Альта.

– Хорошо, – согласился лорд, переходя вновь на кошачий язык. – Что же велел передать мне Кошель?

– Короче, работяги в порту какую-то свару засобачили… типа забастовки… Поэтому держать товар там опасно. Кошель хочет его замышить в своей норе.

– Спрятать в своём особняке?

– Ну да! Такнадёжнее.

– Что ж, это разумное решение, – согласился лорд. – Я распоряжусь.

– Тока эта… скорее надо.

– Пусть мистер Кошель не волнуется: товар будет перевезён в течение часа.

Примерно в это же время к огромному поместью мистера Кошеля подкатил на стареньком велосипеде Кис Кисыч.

– Привет, Мануил! – поприветствовал он вышедшего из ворот охранника-манула. Манулы очень похожи на кошек, но крупнее и медлительнее. Поэтому охраннику понадобилась минута, чтобы сформулировать ответ:

– Что случилось?

– Почему что-то должно случиться?– удивился Кис Кисыч. – Почему я не могу навестить своего доброго приятеля просто так, без повода?

– Потому что я тебе не приятель. И не добрый. Выкладывай, что стряслось или катись дальше на своём велосипеде.

– Всегда завидовал твоей проницательности, Мануил. И вежливости, – Кис Кисыч улыбнулся в свои солидные усы. – Случилась забастовка. И Кошель решил весь контрабандный товар перевезти, пока суд да дело, сюда, в свой особняк.

– А почему Кошель мне сам не позвонил, а прислал тебя?

– «Морские котики» прослушивают все его разговоры.

– Ладно. Когда товар подвезут?

– В течение часа, – ответил Кис Кисыч.

– Передай Кошелю: пусть не волнуется, всё сделаем быстро и незаметно.

– Я всегда знал, что на тебя можно положиться.

– Проваливай, – махнул лапой Мануил.

Мистер Кошель всегда обедал в самом дорогом ресторане Кошачьего города. И всегда в одиночестве. Никто и ничто не должно было отвлекать его от еды. Но не в этот раз. Едва мистер Кошель принялся за первое блюдо, как в зал вошла элегантно одетая кошка, двигавшаяся с удивительной грацией. Её чёрная, как ночь, шёрстка подчёркивала лунное сияние жёлтых глаз.

«Всё-таки порода – великое дело», – подумал мистер Кошель, когда незнакомка села за соседний столик и элегантно сложила передние лапы. – «Такие манеры не купишь ни за какие деньги. Им нельзя научиться. Это в крови».

Бизнесмен не сводил восхищённого взора с чёрной кошки в чёрном вечернем платье. Он совершенно забыл о еде. Собравшись с духом, Кошель наконец подошёл к незнакомке.

– Позвольте представиться, – произнёс он неестественно мягким голосом. – Маусым Кошель, предприниматель, владелец транспортной компании «КиТ» («Кошель и Товарищи»), а также этого скромного ресторана…

– Очень приятно, – кошка устремила на него свои чудесные жёлтые глаза. – А меня зовут Грис… СоняГрисде лаКоста.

– О, какое чудесное имя! Позвольте присесть?

– Пожалуйста.

– Благодарю, – Кошель расплылся в улыбке. – Так редко в наше суетное время встретишь истинную аристократку. Большинство изображают из себя представителей высшего сословия, но их ужимки отдают дурным вкусом. Подражателю никогда не сравниться с оригиналом. Вы – бриллиант среди дешёвых стекляшек.

– Ваши слова очень лестны, – заметила Грис, ни капли не смутившись. – Вы тоже производите впечатление человека интеллигентного.

– О, нет! Я бизнесмен, а в бизнесе нельзя… уступать дорогу конкурентам или восхищаться памятником архитектуры, если на его месте можно возвести новый торговый центр идеальной кубической формы.

– Тем не менее, вы достаточно умны и начитаны, чтобы рассуждать о подобных вещах.

– Это верно, – не без гордости заявил Кошель. – Иногда хочется отвлечься от жестокой действительности, отдохнуть душой, прикоснуться к прекрасному… Эх, если бы рядом со мной была… был кто-то… понимающий, чуткий… благородный… с кем можно поговорить об искусстве, о философии…

– О науке, – подсказала Грис.

– Вы изумительная кошка! – воскликнул Кошель. – В наше время мало кто интересуется наукой.

– У меня друг – учёный. Его зовут Хома Сапиенс.

– Я слышал о нём, – сказал Кошель всё с той же очаровательной улыбкой. – Химик, кажется?

– Верно. Я должна была встретиться с ним, но Хома пропал.

– Пропал? Ай-ай-ай! Вы обращались в полицию?

– Да. И комиссар Котани сказал, что мой друг арестован за организацию побега очень опасной преступницы.

– Ай-ай-ай, – покачал головой Кошель. – Какая неприятная история. Уверен, что ваш друг невиновен, и недоразумение быстро уладится.

– Уладится… но вряд ли быстро. Вы же знаете, какая там бюрократия.

– Знаю.

– У вас наверняка есть связи в городской полиции?

– Конечно, – ответил Кошель. – Какой же бизнесмен без связей.

– А вы могли бы использовать свои связи для того, чтобы помочь моему другу?

– Возможно… Комиссар Котани мой должник.

– Вот, возьмите это… в качестве благодарности, – Грис положила на столик белый прямоугольник.

– Это лишнее, – сказал Кошель, накрыв своей пухлой лапой не менее пухлый конверт с деньгами. – Я помогу… э-э-э… вашему учёному другу… просто из любви к науке.

– Но у вас могут быть расходы. Кошки из рода де лаКоста всегда платят за услуги.

– Хорошо, – прямоугольник плавно переместился в карман клетчатого пиджака Кошеля. – Тогда у меня есть встречное предложение.

– В вас сразу чувствуется деловой кот.

– Сегодня вечером в театре дают мюзикл «Кошки». Не составите мне компанию?

– А вот это вряд ли! – произнёс сзади низкий мужской голос.

Кошель нервно вздрогнул, попытался встать, но холодный взгляд Кис Кисыча пригвоздил его к стулу.

– Как командир корпуса «морских котиков» я арестовываю вас по обвинению в получении взятки, хранении контрабанды и попытке похищения изобретения.

Глава 10. Профессор Сапиенс снова берётся за дело

– Не так быстро! – воскликнул Кошель, выхватив из кармана пиджака маленький пистолет. Он направил его на Грис. – Сейчас я выйду из ресторана, сяду в свою машину и уеду… вместе с этой очаровательной леди.

– Кошель, не делайте глупостей! – предупредил капитан Дакота, тоже доставая пистолет.

– Нет, это вы не делайте глупостей. И тогда все останутся живы.

– Хорошо, – согласился Дакота. – Только отпусти заложницу.

– Отпущу… потом, – и Кошель, пятясь задом, выбрался вместе с Грис на улицу.

Вынырнувшая откуда-то Альта подскочила к Кис Кисычу:

– И вы дадите ему спокойно уйти?

– Далеко он не уйдёт! Я сообщу по рации всем патрулям «морских котиков» и его задержат через десять минут…

Уверенный тон Кис Кисыча немного успокоил Альту. Но через десять минут она опять забеспокоилась: по сообщениям патрулей роскошный автомобиль Кошеля как в воду канул.

– Ничего не понимаю! – капитан Дакота впервые казался растерянным. – Куда они могли деться?

И тут Альта заявила самым решительным тоном:

– Я выясню, куда они делись!

– Ты? Каким образом?

– Ещё не стемнело. Значит, ё-мёт работает.

– Что такое «ё-мёт»?

– Долго объяснять, – Альта стремительно взобралась по водосточной трубе на крышу и принялась выделывать хвостом такие кренделя, что у капитана Дакоты зарябило в глазах. К немалому его удивлению на эти замысловатые сигналы стали приходить ответы: то там, то тут над крышами домов и кронами деревьев взмывали в вечернее розовое небо полосатые енотовые хвосты.

– Кошель бросил своюдорогую, слишком выделяющуюся машину на обочине и пересел в чей-то старенький автомобиль. Сейчас он движется в сторону порта, – переводила Альта. – Грис по-прежнему с ним.

Кис Кисыч хлопнул себя по лбу:

– Ну, конечно! Как я мог забыть? Ведь Кошель начинал свой преступный бизнес с угона автомобилей… Для него сменить машину – проще простого.

– Мои собратья еноты попытаются его задержать. В погоню! – Альта мгновенно соскочила вниз и бросилась на середину улицы, выставив свой полосатый хвост наподобие полицейского жезла. Раздался визг тормозов.

– Нам нужна ваша машина для поимки опасного преступника! – крикнула храбрая кошка чуть ли не в лицо слюнявому бульдогу, сидевшему за рулём. Пёс нахмурился, но потом расплылся в самой дружелюбной улыбке.

– Я сам довезу вас в любое место Кошачьего города. Ещё в первую нашу встречу мне всё стало ясно.

– Что ясно?

– Что вы служите в корпусе «морских котиков».

Слегка озадаченная Альта и капитан Дакота забрались в автомобиль.

– В порт! – скомандовали они.

А тем временем коварный Кошель, бросив и вторую машину, тащил за собой Грисодному ему знакомыми закоулками: через дыру в заборе, мимо длинного ряда каких-то приземистых зданий – не то складов, не то ангаров. Остановился он у ржавой металлической двери. Набрал код на электронном замке. Дверь со скрежетом отошла в сторону.

– Проходи, не стесняйся, – растерявший всю свою галантность предприниматель ткнул Грис пистолетом в спину.

Грис вошла. Огляделась. В тусклом электрическом свете виднелись бесчисленные стеклянные сосуды, соединённые стеклянными трубками. Что-то в них булькало, шипело и фырчало.

Кошель закрыл входную дверь.

– Представлять я вас друг другу не буду, – сказал он с усмешкой. – Сэкономим время.

Только тут Грис заметила среди всех этих химических приборов маленькое белое существо, похожее на приведение. Да ещё и одетое в белый халат.

– Грис? – изумилось существо.

– Хома? – ещё больше изумилась кошка.

Они хотели броситься в объятия, но вмешался Кошель:

– Оставьте эти душещипательные сцены для плохих фильмов. У нас на них нет времени. Вкратце излагаю суть дела: ты, Хома, прямо сейчас делаешь меня невидимым или я делаю твою подругу дырявой. На всё про всё у тебя… пятнадцать минут.

– За такое короткое время невозможно получить невидимую краску, – Хома побелел ещё сильнее.

– Пятнадцать минут, – злодей демонстративно посмотрел на наручные часы. – Не успеешь – пеняй на себя. Жаль, конечно, портить столь совершенное создание природы, как вы, мадмуазель, но придётся. Я деловой человек и слово своё держу.

– Но это физически… то есть, химически невозможно!

– Время идёт, профессор!

Бедный Хома лихорадочно заметался по лаборатории. И вдруг замер. Как будто опять впал в спячку.

– Поторопитесь, осталось десять минут, – напомнил ему Кошель.

Грис тоже заволновалась.

– Постойте! – Хома схватил несколько пробирок и принялся смешивать их содержимое. – Я придумал кое-что получше, чем невидимая краска.

Жидкость забурлила, вспенилась, вспыхнула зловещим зеленоватым пламенем, а потом… стала абсолютно прозрачной, похожей на обыкновенную воду.

– Что это? – поморщился подозрительно Кошель.

– Это нужно выпить, – заявил Хома. – Тогда ваше тело сможет левитировать.

– Чего сможет моё тело?

– Летать. Легче, чем птицы. Вместо того, чтобы невидимкой пробираться по земле, вы пушинкой улетите по воздуху.

Кошель повертел пробирку с жидкостью в лапах:

– Звучит заманчиво… Но… не яд ли это?

Хомааж икнул от неожиданности.

– С чего вы взяли?

– Да так… подумал… Вот что, профессор: давайте испытаем это вещество по всем правилам науки.

– То есть?

– То есть попробуем его действие сначала на мышах… или хомяках… – он вернул пробирку назад Хоме.– Пейте!

Тот отхлебнул глоток.

– Ну, как себя чувствуете, профессор? – поинтересовался Кошель через минуту.

Вместо ответа хомяк икнул и… повис в воздухе примерно в полуметре от пола.

– Действует! – обрадовался злодей и залпом осушил пробирку. – Прощайте! Я улетаю из этого города в Лемурию.Лемурианские банки никогда не интересуются происхождением денег, которые их клиенты кладут на счёт. Поэтому меня ждёт безбедная жизнь на берегу тёплого океана и никакие «морские котики» меня там не достанут!

С этими словами Кошель вылетел из лаборатории, на радостях забыв даже закрыть дверь. Хома и Грис бросились наружу. Там они столкнулись нос к носу с Альтой, капитаном Дакотой, слюнявым бульдогом и целой толпой енотов.

– Грис, ты не ранена? –спросила первым делом Альта.

– Нет, я в порядке. А вот Хома… теперь летает.

– И светится! – заметил потрясённый бульдог.

Действительно, профессор сначала засветился ровным розовым светом, потом вспыхнул ярко-оранжевым, часто-часто замигал белым и, наконец, окутался целым облаком голубоватых искр. Недовольно поморщившись, он ткнул пальцем в небо:

– Вы лучше туда посмотрите.

А там… ослепительной разноцветной люстрой, освещавшей половину Кошачьего города, летел над крышами Кошель.

– Что за ерунда! – донёсся его крик, приглушённый расстоянием. – Я отомщу тебе Сапиенс!

– Я вызову патрульный вертолёт, – сообщил Кис Кисыч.

Вскоре послышался гул двигателя и все увидели патрульный вертолёт, из которого торчал сачок – наподобие тех, какими ловят бабочек, толькоогромный. Этим сачком лётчики пытались поймать Кошеля. Но бизнесмен так просто сдаваться не собирался: он внезапно снизился и полетел под путаницей уличных проводов, петляя между зданиями. Исходившее от него сияние потерялось среди ярких городских огней, светящихся вывесок и рекламных экранов.

– Уйдёт! – забеспокоился капитан Дакота. –Эх, столько усилий и всё зря!

– Не уйдёт! – решительно заявила на это Альта. – Но мне понадобиться помощь. Особенно ваша, профессор.

Глава 11. «Морские котики» и «летучие еноты»

Тем временем Кошель нагнал дорогой лимузин, на заднем сидении которого разглядел знакомую фигуру лорда Лемура. Подлетев к открытому окну, бизнесмен радостно замахал лапами:

– Привет! Куда путь держишь?

Однако Лемур почему-то не обрадовался встрече:

– Кошель? Что ты тут делаешь? Как ты это делаешь?

– Во всём виноват этот проклятый Сапиенс! По его милости я теперь свечусь, как новогодняя ёлка, и летаю, как воздушный шарик.

Выглянув в окно, лорд Лемур убедился, что всё так и есть.

– Я никогда не доверял этим умникам, – заявил он.

Кошель удручённо кивнул головой:

– Признаю: на этот раз Сапиенс меня перехитрил. Но ещё не вечер! Я никогда не остаюсь в долгу.

– Удачи! – Лемур попытался закрыть окно.

– Постой! Мне нужна твоя помощь.

– Я не занимаюсь благотворительностью. Это твои проблемы, Кошель. Меня интересует только судьба товара.

– Если меня арестуют, я молчать не стану!

Хвост лорда Лемура распушился от возмущения:

– Решил меня шантажировать? Не советую.

И он закрыл-таки окно.

– Ах так?! – воскликнул в ярости Кошель и, слегка опередив автомобиль, вдруг вспыхнул ярким, ослепительно-белым светом. Водитель лимузина невольно зажмурил глаза. Раздался грохот удара, звон разбитого стекли и скрежет железа. Лорд Лемур, слегка контуженный, с трудом выбрался из автомобиля, врезавшегося в бетонный столб. Кошеля уже и след простыл. Зато на дороге стояли двое «морских котиков» на мотоциклах с «мигалками».

– Лорд Лемур? – спросили они.

– Да, я лорд! И я требую немедленно арестовать этого проходимца… вернее, пролетарца… этого негодяяМаусыма Кошеля!

– Непременно, – сказали мотоциклисты. – Но сначала мы арестуем вас. Вот ордер.

Ничего этого мистер Кошель уже не увидел. Он как раз подлетал к зданию полицейского участка. На втором этаже светилось окно в кабинете комиссара Котани, который сидел за столом и заполнял очередной, двести двадцать второй, рапорт.

– Привет! – сказал Кошель в приоткрытую форточку.

Комиссар Котани вздрогнул от неожиданности.Ручка выпала у него из лапы и укатилась под стол.

– Чтоб мне никогда сметаны больше не есть! То невидимые хомяки, то летающие коты, – начальник полиции за эти дни немного подустал от чудес.

– Это я – Кошель! – замахал лапами несчастный бизнесмен. – Открой окно. За мной гонятся «морские котики».

– «Морские котики» – это серьёзно.

– Спрячь меня! В кабинете начальника полиции они точно искать не будут.

– Э-э-э, нет, – ответил комиссар. – Это твои проблемы, Кошель. Я не хочу терять свою должность из-за всякой ерунды. Кыш отсюда!

И он захлопнул форточку.

– Ах, так?! – в бешенстве Кошель пнул стекло, которое немедленно разлетелось на тысячу мелких осколков. Вбежавшие на шум сержанты Мурк иМявк увидели пустой кабинет, разбитое окно и парящие на сквозняке рапорты.

Схватив комиссара Котани за шиворот мундира, Кошель летел на высоте второго или третьего этажа: выше подняться с такой ношей не получалось. Редкие прохожие невольно пригибалиголовы.

– Немедленно отпусти меня! – кричал комиссар, извиваясь, как червяк на крючке. – Я приказываю!

– Отпустить? – переспросил Кошель. – Хорошо.

И разжал когти. Комиссар шлёпнулся прямо в помойку. Злой, вонючий, с селёдочными головами и картофельными очистками на новеньком мундире, он выбрался из мусорного бака. И первое, что увидел, это двух «морских котиков» на мотоциклах.

– Я комиссар полиции Котани! – закричал он сходу. – Я приказываю немедленно задержать опасного преступника Маусыма Кошеля!

Мотоциклисты не двинулись с места.

– Вы не можете больше приказывать, – спокойным тоном заявили они, надевая противогазы. – Вот разрешение мэра Кошачьего города на ваш арест.

Кошель же летел дальше, нарочно выбирая шумные и ярко освещённые улицы, где его собственное сияние не бросалось в глаза. Он искал место, чтобы спрятаться. Но тут справа и слева, а потом снизу и сверху возникли какие-то странные силуэты. Сначала Кошель принял их за полосатых птиц. Однако, присмотревшись внимательнее, понял, что это летят… еноты! Их хвосты крутились наподобие пропеллеров.

– Вы кто такие? – тревожно спросил Кошель.

– Мы «воздушные гимнасты» из бродячего цирка, – ответили еноты и, словно в подтверждение своих слов, кувыркнулись в воздухе.

– Что вам нужно? –уточнил свой вопрос Кошель: попутчики ему сейчас были не нужны.

– Мы подумали, что вы тоже «воздушный гимнаст». Не хотите поступить к нам в цирк?Оплата печеньем. Правда, в Кошачьем городе наши выступления закончились, и завтра мы отправляемся на гастроли в Лемурию.

– Куда? В Лемурию? – внезапно оживился мистер Кошель. Ему подумалось, что это хороший способ незаметно сбежать за границу.

– Да, нас пригласили енотовидные лемуры на праздник Первой Стирки, который проходит в самом начале сезона дождей, – подтвердил один из гимнастов. – Будет очень много народа со всех концов Лемурии, и мы сможем неплохо заработать, давая по несколько представлений в день. А если вы согласитесь поехать с нами, то сделаем ещё и ночное шоу! Далеко не каждый цирк может похвастаться светящимся артистом! Кстати, как вы это делаете?

Кошель недовольно поморщился:

– Это профессиональный секрет. Я поступаю к вам в цирк, но выступать буду один, со своим оригинальным номером.

– Отлично! – обрадовался всё тот же гимнаст, который был, судя по всему, главным. – Полетели к нам, подпишем договор.

Надежда на время окрылила Кошеля. Но как только он заметил, что летят они назад в порт, смутное подозрение стало терзать опытного бизнесмена, за версту чуявшего подвох. Подозрение окрепло, когда вся компания оказалась на территории порта: никаких признаков цирка здесь не было – ни шатра-шапито, ни вагончиков для артистов, ни клеток для зверей… И слишком уж тихо. Кошель знал свой порт и знал, что даже ночью в нём не бывает полной тишины.

«Засада», – подумал бизнесмен и тут же выхватил пистолет, направив его на летевших рядом енотов. Те мгновенно сделали «мёртвую петлю», а главный из них и вовсе какой-то замысловатый «крендель», оказавшись за спиной у Кошеля. В лапе у «воздушного гимнаста» была небольшая палочка золотистого цвета. И едва эта палочка коснулась плеча мистера Кошеля, как острая боль пронзила всё тело бизнесмена. Он выронил пистолет.

– Что это?! – взвыл Кошель.

– Ё-шокер, – спокойно ответил енот. – Достаточно потереть его о шерсть, чтобы зарядить электричеством.

– Вы «морские котики»?

– Нет, мы действительно «воздушные гимнасты» из бродячего цирка. Правда, летать стали только сегодня – благодаря профессору Сапиенсу.

– Опять Сапиенс?!

– Да, это я, – раздался голос учёного из темноты.

И в ту же секунду луч прожектораослепил Кошеля.АГрис и Альта со стрелы башенного крана ловко набросили на преступникабрезент, которымукрывали верблюжью колючку.

– Прощайте! – крикнула Альта. – Больше вы никому не причините вреда.

– По крайней мере, лет десять, – согласилась с ней Грис.

Эпилог

Мистера Кошеля посадили в тюрьму. Туда же посадили лорда Лемура, комиссара Котани и их подручных.

Профессора Хому Сапиенса, Грис и Альту, а также «летучих енотов» наградили за проявленное мужество. Медали им вручил лично капитан Дакота перед торжественным строем «морских котиков».

А потом все собрались в доме у Грис и пили душистый чай с печеньем. Тёплый солнечный свет втекал в гостиную через серые шторки.

– А всё-таки жаль, что невидимая краска теперь запрещена, – заявила Альта, отставив в сторону хрустальный стакан с родовым гербом семейства де лаКоста.

– Не запрещена, а ограничена в использовании, – поправил её Кис Кисыч. – Её можно применять только специальным подразделениям для борьбы с бандитами (чтобы незаметно их выслеживать) и для фокусов в цирке.

– Да, в цирке можно, – подтвердили «летучие еноты», сидевшие рядком на диване.

– Лично меня интересует другой вопрос, -Грис покосилась на своего друга Хому Сапиенса. – Как ты умудрился закрыть самого себя в камере хранения да ещё внутри коробочки?

Альта аж подпрыгнула от любопытства:

– Вы умеете проходить сквозь стены?

Хома усмехнулся:

– Нет. Если бы я мог проделывать такие штуки, то легко вытащил бы тебя из тюрьмы безо всякой невидимой краски.

– Эх, – вздохнул главный из воздушных гимнастов, – а я уже номер для нашего цирка придумал: вы ложитесь в коробочку, мы опутываем её цепями, засовываем в сейф, который закрываем на кодовый замок и бросаем в воду.А потом вы появляетесь из-за кулис, как ни в чём не бывало.

– И всё-таки: каким образом? – напомнила о своём вопросеГрис.

– На самом деле это очень просто. Я давно уже заказываю разные химикаты и приборы для опытов через службу доставки «Супершустрые белки». Вот и сделал им заказ на доставку особо хрупкого груза(в скобках – хомяк, одна штука) из лаборатории №5 в ячейку камеры хранения №111. А потом влез в стеклянный шар и уснул. Курьер службы доставки, упаковавшар в коробочку, отнёс его на вокзал.

Альта сначала погрустнела от такого «неинтересного» объяснения, но потом всполошилась вновь:

– Я обязательно придумаю, как можно проходить сквозь стены! Это будет очень полезно при погрузке и разгрузке судов в порту. Да и в цирке пригодится…

– Для этого учиться нужно, – заметил наставительно профессор Сапиенс.

А Кис Кисыч положил тяжёлую лапу на плечо юной кошки и сказал:

– Поступай к нам – в академию «морских котиков», на факультет особо секретной химии.

– Ух ты! А разве такой есть?

– Есть. Только он очень секретный, поэтому не все о нём знают. А те, кто знают – помалкивают.

Альта задумалась:

– Еноты, конечно, предпочитают домашнее образование, но…ё-кой, гаудеамус игитур!

– Что? – удивился капитан Дакота, не владевший енотовым наречием.

– Я будут учиться, – пояснилаАльта.