# Колымский полк НКВД и посёлок Дебин в 1937-1946 годах

Андрей Николаевич Дорожевец

В книге описана история 22-го Колымского стрелкового полка ВО НКВД в период его дислокации в посёлке Дебин на берегу Колымы в 1937-1946 гг. Использованы ранее закрытые архивные документы войск НКВД СССР. Впервые опубликованы уникальные фото тех лет. Книга может быть полезной для тех, кто интересуется историей войск НКВД и историей посёлков Колымы. И, безусловно, она будет интересна жителям посёлка Дебин Магаданской области – бывшим, сегодняшним и, надеюсь, будущим. (2-е издание, исправленное и расширенное).

## Предисловие

Обычно Родина начинается «с картинки в твоем букваре». Для жителей посёлка Дебин в Магаданской области это, прежде всего, картинка Колымского моста и больницы. История моста через реку Колыму широко известна. А вот с больницей всё сложнее – известна лишь часть её истории. Огромное трехэтажное здание уже больше 80 лет является «градообразующим» объектом нашего посёлка. Строилось оно в 1938-40 годах как казарма 22-го стрелкового Колымского полка ВО НКВД. В 1946 году здание было передано Управлению Северо-Восточных исправительно-трудовых лагерей (УСВИТЛ) и в нем разместилась Центральная больница УСВИТЛа «Левый берег» для заключённых. С середины 50-х это областная больницы посёлка Дебин.

Жизнь после 1946 года и больницы, и всего посёлка довольно подробно описана: в Интернете много мемуаров, архивных материалов. По крайней мере, все знают цикл «Левый берег» Варлама Шаламова и «Зекамерон XX века» Вернона Кресса. А вот история Колымского полка малоизвестна: архивы НКВД закрыты, реальные факты из воспоминаний очевидцев того периода переплетены с мифами и легендами. В трудах историков много неточностей и ошибок.

А ведь именно Колымский полк создал привычную нам инфраструктуру посёлка – больницу, двухэтажные дома «на том посёлке» и по пути в школу, длинные одноэтажные дома возле трассы, котельную, дома на почтовой горке, радиоузел, подсобное хозяйство, знаменитый клуб при больнице, стадион, складские бараки в западной части посёлка, ремпункт.

Более того, социальная атмосфера посёлка Дебин тоже связана с Колымским полком. В самом начале своей истории Дебин развивался как «особая территория»: вначале как военный городок Колымского полка, затем как место размещения «особого объекта» – Центральной больницы для заключённых. Благодаря особому статусу на территории Дебина не строились промышленные предприятия в отличие от соседних посёлков Спорное, Оротукан, Ягодное, Усть-Таскан. В результате к середине 70-х годов основную долю взрослого населения Дебина составляли сотрудники больницы, детского противотуберкулезного санатория, школы, детского сада. Именно тогда Дебин прозвали «посёлком интеллигентов».

Информация из архивных документов войск НКВД, материалы из открытых источников, воспоминания старожилов будут представлены в виде очерков, которые уточнят или разрушат (это чаще) традиционные представления о жизни в Дебине в тот период.

Главная цель этого текста – рассказать о жизни Колымского полка, по возможности привязывая факты к географии нашего посёлка и его окрестностей. В книге впервые опубликованы редкие фотографии 30-40-х годов. Большая часть из них – это восстановленные с помощью компьютерных программ с использованием нейронных сетей старые черно-белые фотографии, почти разрушенные временем. Чтобы улучшить различение деталей, иногда добавлен цвет.

## Откуда в Дебин прибыл полк НКВД

В мои школьные годы, в 70-е, я слышал 2 версии: 1) это полк НКВД из Магадана, который перебросили в Дебин после строительства моста через Колыму, 2) это хабаровский полк НКВД, в 1937 году переименованный в Колымский полк и перемещенный в Дебин. Оказалось, что всё не так.

Приказ №00150 наркомата внутренних дел от 1.04.1937 потребовал срочно сформировать новый 22-й стрелковый полк внутренней охраны НКВД СССР для дальнейшей переброски на территорию р. Колымы Дальневосточного края. Колымский полк был сформирован 5 мая 1937 года на базе военных лагерей в подмосковном Реутово из личного состава Отдельной мотострелковой дивизии особого назначения (ОМСДОН) им. Дзержинского войск НКВД.

Командиром полка был назначен майор Николай Алексеевич Васильев. Комиссар полка – старший политрук Бутов, начштаба – майор Минаев.

О командире Колымского полка с 1937 по 1940 год Васильеве Н.А. есть много информации в Интернете, включая Википедию, «Историю Сталинградской битвы», «Историю битвы за Днепр». Очень интересную жизнь прожил этот человек – герой Советского Союза, командарм, генерал-лейтенант. Кроме того, он знаменит тем, что был военным советником руководителей компартий трех стран – Северной Кореи, Румынии и Китая.

Пионерская организация Дебинской средней школы носила имя Александра Матросова. Хотя логичным было бы присвоить ей имя Николая Васильева, первого руководителя и фактического создателя посёлка Дебин.


Фото №1 (архив Дорожевца А.Н.). 1940 г. – Подполковник Васильев Н.А., командир Колымского полка в 1937-40 гг.


Фото №2 (архив Дорожевца А.Н.). 60-е гг. – Генерал-лейтенант Васильев Н.А.

Около 600 красноармейцев и командиров плюс жены и дети начсостава тремя эшелонами (19 и 22 мая, 17 августа) отправились из Москвы во Владивосток (прибытие их состоялось 8 и 10 июня, 7 сентября). В первом эшелоне отправился штаб с членами семей, сапёрами, с ними же часть связистов, часть автороты, стрелки. Во втором – стройбат, часть связистов, часть автороты, стрелки. В третьем – артбатарея, химвзвод, музвзвод, часть автороты.

Не все подразделения полка были сформированы в подмосковном Реутово. Кавалерийский эскадрон был организован в Хабаровске и присоединился к полку во Владивостоке. Ежегодное пополнение обеспечивали призывники из ДВК (от Амура до Чукотки).

Простояв во Владивостоке больше месяца, полк (1 и 2 эшелоны) отплыл в бухту Нагаево на пароходах «Кулу», «Джурма» и «Хабаровск». К 27 июля он был сосредоточен на 9 км трассы в помещениях УНР, а к 3 августа переместился в посёлок Дебин.

Эшелон №3 прибыл в Дебин 30 сентября. Вместе с ним прибыли 378 призывников из ДВК.

10 августа 1937 года полк от ВОХР Севвостлага принял под охрану Колымский мост.

Так началась дебинская жизнь 22-го Колымского стрелкового полка внутренней охраны НКВД СССР.

## Как выглядел Дебин в 1937 году

Вот типичный миф – «В Дебине полк ожидало готовое трехэтажное здание казармы». Нет. В Дебине полк ожидали многочисленные деревянные бараки на обоих берегах Колымы, в которых с 1935 года жили заключённые и вольнонаёмные строители моста, дорожники и работники паромной переправы. К маю 1937 года здесь проживали несколько тысяч человек.

Собственно, сам посёлок Дебин (с 1935 это место называли «Переправа», потом «Левый берег») располагался не совсем там, где мы привыкли его видеть. Летом 1937 года оба берега (особенно правый) были заняты деревянными жилыми бараками, хозяйственными помещениями, складскими сараями, палатками и землянками. На правом берегу стояли бараки лагерной командировки Управления дорожного строительства (ЛК УДС 463 км).

Вот таким в ноябре 1936 года Этлис М.М. увидел правый берег Колымы: «Обрывистый берег над Колымой на протяжении нескольких километров был застроен домами, бараками и даже коттеджами, где жили вольнонаёмные ИТР» (Современники ГУЛАГа: Книга воспоминаний и размышлений. – Магадан, 1991).


Фото №4. (архив Дорожевца А.Н.). Май 1937 г. – Мост через Колыму соединил берега реки. Арки готовы, осталось установить дорожное полотно – оно будет завершено в июне 1937 г., и первый автомобиль по мосту пересечет Колыму. На правом берегу видны многочисленные бараки – в них жили строители моста – и вольнонаёмные, и заключённые. Намного правее на берегу стояли жилые дома семей начсостава Колымского полка. Удивительно, что это фото сохранилось в чьем-то семейном архиве. За его хранение в 1938 г. и позже можно было получить срок. На празднично оформленных опорах моста висят портреты будущих "врагов народа" – слева портрет наркома НКВД Ежова, справа – директора Дальстроя Берзина.


В верхней части левого берега на 465 км трассы на пересечении с Тасканской трассой, где в будущем и будет находиться посёлок, в это время стояли немногочисленные бараки ЛК УДС 465 км. (в районе будущего Дебинского автовокзала и ремпункта). Чуть дальше, в сторону Ягодного, стояли бараки ЛК и склад Управления автомобильного транспорта (ЛК УАТ 467 км).

Лагерные командировки дорожников стояли и по всей Тасканской трассе – ближайшая к Дебину – «Обрыв» (возле «тещиного языка» за Прижимом).


Фото №3. (архив Дорожевца А.Н.). 6 мая 1937 г. – Колымский мост. Строится дорожное полотно. Хорошо видна сопка Лысая.


После открытия моста часть большую заключённых развезли по другим лагерям. Оставшиеся в Дебине заключённые-строители жили в бараках на левом берегу Колымы рядом с домами военных (в наше время там находилось поле с овсом и горохом). Заключённые-дорожники по-прежнему жили в ЛК на правом берегу перед мостом (ЛК УДС 463 км).

Вот и представьте себе, что увидели приехавшие командиры с детьми и женами и красноармейцы вместо обещанных помещений. Из докладных в УПВО НКВД в Хабаровске: «По плану полк должен был занять бараки з/к… Бараки общей площадью 70-80 квартир требуют серьёзного ремонта… Это бараки для размещения 115 семей начсостава… Нет бараков для красноармейцев… Нет помещений складов, санчасти, клуба, конюшен, школы, детсада, библиотеки…»

Впереди колымская зима. Дальстрой не спешит на помощь. Полк вынужден всё строить самостоятельно. Нет лесоматериалов, инструментов, одежды для работ, не хватает машин, нет лодок. Единственную лодку на время выделило УДС. 9 августа (не прошло и недели с момента приезда) сломалась электростанция, до 1 сентября не работает пилорама. Дальстрой прислал запчасти, но они, естественно, оказались от машины другой системы. Нет обещанных 200 заключённых для заготовки леса. Прямое обращение к Берзину помогает решить лишь часть проблем.

Катастрофически не хватает дров. 130 красноармейцев заготавливают лес для строительства в районе реки Бахапча и реки Дебин. Для красноармейцев устанавливают зимние палатки 7*21 м. И яркая иллюстрация атмосферы того времени – штаб непрерывно шлет рапорты и жалобы: «В библиотеке мало книг Ленина и Сталина, крайне необходимо 100 экземпляров каждого».

## Где располагался полк в Дебине

Семьи начсостава разместились, в основном, в освободившихся домах вольнонаёмных ИТР на правом берегу Колымы. Длинная цепочка домов тянулась в сторону устья Бахапчи. Там же, на правом берегу, построили плац для строевых упражнений.

Немного жилых домов для командиров без семей были расположены на левом берегу к югу от трассы. Там же находились основные подразделения полка и хозпомещения: палатки 1 и 2 батальонов, связистов, сапёров, химиков, бараки артбатареи, склады, столярка, кухня, пекарня и т.д.


Фото №5 (архив Дорожевца А.Н.). Осень 1937 г. – Первая улица посёлка Дебин. Она тянется вдоль левого берега как минимум на 1 км (от трассы на юг, в сторону устья р. Дебин). Конечно, улица на правом берегу, где линией стояли дома семей начсостава, еще длиннее, но формально Дебин – это посёлок на левом берегу Колымы, поэтому правобережную улицу мы считать дебинской не будем.


К северу от трассы рядом с мостом на берегу расположились – электростанция (она осталась от строителей моста), жилые палатки, пекарня с кочегаркой, а на территории будущих огородов вдоль протоки – часть автороты, всё хозяйство кавэскадрона (конюшни, хранилища сена, бараки кавалеристов).

Из бухты Нагаева кавэскадрон добрался до Дебина своим ходом. А на берегу Колымы нет ни конюшен для лошадей, ни хранилища сена, ни жилых бараков для кавалеристов. Все бараки и склады в течение августа-сентября соорудили на левом берегу Колымы из брёвен бараков с правого берега. На время строительства весь кавалерийский эскадрон отправили на заготовку сена в район Мылги в 100 км от Дебина.


Фото №6 (архив Дорожевца А.Н.). Сентябрь 1937 г.– Жилые бараки-землянки кавалерийского эскадрона 22-го Колымского стрелкового полка ВО НКВД СССР. Видны Колыма, её правый берег, Прижим.


Интересно, что караульное помещение охраны моста располагалось тогда на правом берегу. Там, в зоне безопасности с тремя рядами проволоки, находились и «чужие» здания – база кинологической службы Севвостлага (обучали собак для охраны конвоев и лагерей) и здание пожарной охраны УДС. Рядом стояли бараки ЛК УДС 463 км.

Командир полка с первого дня вынужден искать помощи в местных УНКВД. Часть красноармейцев удаётся на время пристроить в других местах.


Фото №6а (архив Дорожевца А.Н.). Сентябрь 1937 г. – Конюшня кавэскадрона Колымского полка на левом берегу Колымы.


Стрелковая рота с 4 сентября выехала «для наведения революционного порядка и охраны ИТЛ на прииске «Нерига». Это Центральный штрафной изолятор «Нерига», созданный в 1936 г. «в целях изоляции особо опасного элемента СЕВВОСТЛАГа, предупреждения организованных контрреволюционных выступлений, лагерного бандитизма и групповых побегов». «Роте выделена зимняя палатка с 2-мя печками».

За эту самодеятельность майор Васильев получил замечание от своего руководства в Хабаровске, и 16 декабря рота вернулась в Дебин. Колымский полк больше не принимал участия в охране лагерей заключённых. В 1937 году Управление пограничной и внутренней охраны Дальневосточного военного округа по указанию НКВД максимально дистанцировалась от Дальстроя и Севвостлага.

Весь состав полка, жены и дети – выходцы из европейской части СССР, много москвичей. Из Сибири и Крайнего Севера лишь призывники. А тут Колыма! Зиму 1937-38 года пережили с трудом. Не хватало дров, еды, теплой одежды. «50% красноармейцев не имеют теплых рукавиц, для призывников привезены рваные ватные брюки, 200 красноармейцев не имеют валенок». Температура опускалась ниже -55°. Ночью стены и потолок в палатках покрывались коркой льда. Иногда за ночь волосы на голове примерзали к стенке и приходилось их отстригать, чтобы освободиться от ледяного плена. Постепенно появился опыт правильного отопления палатки – чугунные печки ставят в «предбанниках» с обеих сторон, печки обмазывают толстым слоем глины, протягивают трубы дымоходов вдоль стен, устанавливают внутренние стены и потолки из досок.

Весной 1938 года опять едва не оказались без электричества. Красноармейцы полка уложили 2,5 тысячи мешков с песком, чтобы спасти электростанцию от паводка.

Большинство вопросов выживания приходится решать самостоятельно. Весной с помощью заключённых рядом с трассой на левом берегу создаётся подсобное хозяйство: огороды и теплицы, коровник на 40-60 голов. Строится маленькая дровяная котельная на правом берегу. В жилые бараки начсостава проводят паровое отопление. Такая же котельная стоит возле бараков автохозяйства для обогрева гаража.


Фото №6в (архив Дорожевца А.Н.). Весна 1938 года. – Пекарня и кочегарка Колымского полка на левом берегу Колымы.


Начсостав питается в столовой для водителей Дальстроя на правом берегу. Там же находится продуктовый магазин, где можно купить некоторые продукты. Для начсостава введены продуктовые карточки категорий А и Б.

Есть проблемы с питанием красноармейцев. Почти нет мяса; из-за плохо работающей печи в пекарне хлеб получается очень низкого качества.

«Литерное здание» полка (так в документах называется трёхэтажная казарма) активно начали строить лишь в начале лета 1938 года. За период с осени 1937 до весны 1938 года смогли лишь подготовить площадку для стройки. В конце августа 1938 года из-за отсутствия цемента возведение стен было приостановлено. Стройка опустела – большая часть заключённых была переброшена на прииски. Лишь зимой 1938 года строительство возобновилось. Дальстрой не пылает энтузиазмом заниматься строительством, которое напрямую не связано с основной задачей – добывать больше золота. Не выделены даже водители для перевозки строительных грузов. В итоге на грузовиках Управления капитального строительства (УКС) Дальстроя работают водители Колымского полка.


Фото №7 (архив Дорожевца А.Н.). Осень 1937 г. – Красноармейская столовая на левом берегу Колымы.


Кирпич привозят из двух мест – кирпичного завода в Усть-Таскане и небольшого кирпичного производства возле ЛП «Торфянка» в 6 км от Дебина в сторону Магадана. Женский ЛП «Торфянка» – это т.н. «вензона», где собраны женщины-заключённые, больные сифилисом. Они заготавливают и сушат торф для печей кирпичного завода (на спутниковых фотографиях до сих пор видны остатки мелиоративных канав между трассой и озером Лебединым).

В протоколах партбюро полка можно прочитать про сильное недовольство командиров колымской жизнью. При формировании полка были обещаны совсем другие условия службы. Коммунисты обвиняют новое руководство Дальстроя в не до конца искоренённом троцкизме и вредительстве: неправильно выбрано место для размещения полка, вредители хотят ослабить защищенность колымской территории и т.п. Даже в задержке полка во Владивостоке они видят заговор.

Несколько женщин с детьми предпочли вернуться «на материк». Их можно понять.

Летом-осенью 1938 года был вырыты котлован для котельной, заложили 2 дома для начсостава (двухэтажные дома за больницей – в наше время «ремпунктовский» дом и дом работников подсобного хозяйства). На территории стройучастка теперь живут и заключённые, и вольнонаёмные (бараки стоят недалеко от будущего ремпункта, в сторону будущих «гэсовских» домов).


Фото №8 (архив Дорожевца А.Н.). Весна 1939 г. – Идёт строительство казармы 22-го Колымского стрелкового полка ВВ НКВД. Наверное, это самая ранняя фотография будущей Дебинской больницы.


УКС Дальстроя обещает построить казарму к 1 февраля 1939 года, а двухэтажные дома – к 7 ноября 1938 года, но в реальности лишь один дом был построен до Нового года. Его сразу же заселили, не дожидаясь окончательной отделки. Второй дом (будущий дом работников подсобного хозяйства) заселили в начале 1939 года.

Осенью 1938 года к северу от казармы заложили еще 3 двухэтажных дома для семей начсостава (будущие «дома с балконами по пути в школу»). Их, еще не конца доделанные, в спешке заселили после наводнения 1939 года.

## Почему полк разместился именно в Дебине

Казалось бы, ответ очевиден, единственный мост через Колыму – стратегический объект. Но ради этого держать рядом целый стрелковый полк?

Значит, есть и другие причины. Скорее всего, главной причиной выбора этого места для дислокации полка стал другой стратегический объект – будущий главный город Колымы.

Вернёмся к Постановлению ЦК ВКП(б) от 11.11.1931 о создании Дальстроя. В нем было указано «считать необходимым в приисковом районе создать промышленный культурный город, для чего распланировать его соответствующим образом с тем, чтобы на месте этого города уже теперь приступить к постройке домов, бань, школ, столовых, больниц, красных уголков, кино и т. д.».

В июле 1932 года была организована специальная экспедиция для выбора места постройки города в районе рек Колымы-Дебин-Урутукан. После завершения экспедиции в сентябре 1932 года стали составляться планы последующего строительства будущего административного центра Дальстроя. Один из них так и назывался – «Промфинплан капитального строительства административно-хозяйственного центра в Дебине на 1934 год» (подписан начальником УКДС Мордухай-Болтовским). Под Дебином здесь имеется в виду территория рядом с устьем реки Дебин.

Но, к сожалению, Берзин выбрал другое место – остров в устье реки Таскан. Романтичный директор Дальстроя был впечатлен обликом этой территории – многочисленные протоки напомнили ему каналы прекрасной Венеции, а могучая сопка на правом берегу делала пейзаж фантастически красивым.

По воспоминаниям дебинского старожила, работавшего на строительстве объектов на острове, заключённые и вольнонаёмные между собой называли будущий город Берзинск-Колымский (известно, Берзин был не без греха тщеславия – тут и имя главной улицы в Магадане, и название прииска).

Отдельные приказы запретили рубку леса в зоне административного центра – в будущем городе планировалось много парков. Промышленной базой города должен стать мощный ремонтный завод для всех видов транспорта, речной порт, ТЭЦ, а культурно-образовательным центром – общая средняя и советско-колхозная школа, горный и сельскохозяйственный техникумы, горнопромышленный технический институт, научно-исследовательский институт по разным вопросам жизни на Дальнем Севере.


Рис. №1. На карте в красном кольце – место размещения центрального города Дальстроя.


Но Берзин был арестован и расстрелян. Новому директору Дальстроя Павлову К.А. венецианская романтика была не близка, он предпочитал жить в Магадане. Окончательную точку в планах разместить город на берегу Колымы поставило наводнение в августе 1939 года. Многометровый слой воды накрыл остров со всеми его сооружениями. Мало того что наводнение разрушило все здания на острове и материковой части, поток радикально изменил внешний вид острова – часть берега исчезла, изменился рисунок проток.

Но в апреле 1937 года административный центр на Таскане ещё был в планах. С одной стороны, Колымский полк занимал стратегическое место: в центре золотоносной территории, на пересечении двух важнейших артерий – трассы и реки, а с другой, обеспечивал военную защиту будущего центрального города Дальстроя.

## Наводнение 1939 года

В двадцатых числах августа 1939 года в центральных районах Колымы из-за непрекращающихся ливней произошло катастрофическое наводнение. Под воду ушли посёлки и дороги.


Фото №12 (архив Дорожевца А.Н.). 24 августа 1937 г. – Начало наводнения – Колыма выходит из берегов. Затоплена первая линия с домами командиров. Виден Колымский мост, на заднем плане – сопка Лысая.


Командиры и красноармейцы с 24 по 27 августа занимаются спасением имущества и боеприпасов. Первое время имущество вывозят на автомобилях и тракторах в верхнюю часть посёлка, но потом вода поднялась так высоко, что машины стали бесполезны. Красноармейцы ныряют в воду и на руках выносят ящики с патронами и снарядами, другое имущество. К некоторым баракам и палаткам они добираются вплавь.

Смыта большая часть палаток, жилые бараки на левом берегу разрушены, на правом – сильно повреждены. Полностью уничтожены конюшни и бараки кавалерийского эскадрона. Нет больше столовой, бани, пилорамы, столярки, хранилищ сена и дров. Поток унёс все запасённые лесоматериалы. Частично повреждены коровник, теплицы, потеряна значительная часть урожая.

Нет связи с Магаданом. Только 28 августа удалось по рации через Хабаровск связаться с Владивостоком.


Фото №13 (архив Дорожевца А.Н.). 24 августа 1939 г. – Колыма начинает выходить из берегов. Уже подтоплена электростанция, обеспечивающая электричеством все дома полка, бараки заключённых на левом берегу. К 27 августа здание электростанции будет полностью разрушено. На фото видны несколько машин на мосту. К 26 августа практически весь мост по приказу директора Дальстроя Павлова К.А. (все дни наводнения он провел на берегу) будет заставлен гружёными машинами, чтобы удержать мост от сноса.


Фото №14 (архив Дорожевца А.Н.). 25 августа 1939 г. – Разрушена столовая красноармейцев и пекарня, снесены жилые палатки.

Опоры моста через Колыму были затоплены полностью, а арки находились в воде на две трети своей высоты. Поток воды сильно размыл левый берег. На пике наводнения уровень воды в створе моста поднялся на 10,24 м по отношению к нормальному уровню. Вся прибрежная часть ушла под воду на несколько метров, вода дошла до верхней части посёлка.


Фото №15 (архив Дорожевца А.Н.). 26 августа 1939 г. – Пик наводнения. Вода подошла к недостроенному зданию казармы. Виден разрушенный водовод в коробе из досок.


Во время наводнения 15 красноармейцев с 90 лошадьми находились на сенокосе в 40 км от Дебина. Вода залила все распадки и луга. Лошадей удалось спасти, отогнав их в сопки. Всё скошенное сено унесла вода.

В поврежденных бараках жить невозможно, часть палаток смыта. Ущерб составил 1 млн 200 тыс. рублей. Огромная сумма по тем временам. (Если пересчитать ущерб через стоимость бутылки водки, то на сегодняшние деньги он составил почти 50 млн рублей).

Начсостав с семьями перебрался в три новых, еще не окончательно доделанных, 8-квартирных дома по 15-18 человек в квартиру (это 3 деревянных двухэтажных дома с балконами по пути в школу). Срочно тянут водопровод. Канализации пока нет, за домами ставят деревянные туалеты.


Фото №17 (архив Дорожевца А.Н.). Зима 1939-1940 г. – 3 дома «с балконами» для семей начсостава.


Фото №16 (архив Дорожевца А.Н.). Осень 1938 г. – Начсостав Колымского полка на левом берегу реки на фоне Колымского моста. Так выглядел мост при обычном уровне воды. Представьте себе высоту наводнения 1939 года, если над водой осталась только верхняя треть арочных пролетов.

Красноармейцы разместились в недостроенном здании казармы. Большинство оконных проемов закрывают временной кирпичной кладкой или забивают досками. В комнатах казармы устанавливают печки-буржуйки. Кухня и столовая до холодов находятся во дворе казармы. В течение 20 дней нет бани, её срочно возводят рядом с котельной (на месте деревянной красноармейской бани в 60-е годы поставят современную кирпичную прачечную, здание которой сохранилось до сих пор).

В конце октября 1939 года вынуждены расформировать кавалерийский эскадрон – негде в морозы держать лошадей, да и кормить их нечем. К тому же все убедились в том, что в условиях колымского ландшафта кавалерия бесполезна. 72 коня продали Дальстрою, 10 оставили в части, разместив в подсобном хозяйстве. Возможно, те лошадки, что катали нас на праздниках «Проводы зимы» – потомки гордых боевых коней кавэскадрона НКВД.

Впереди зимовка в неподготовленном здании, теснота в командирских домах. 1 сентября 1939 года командир Колымского полка Васильев отдаёт приказ перенести с берега Колымы все бревна и элементы бараков, сохранившиеся после наводнения. Из них до 15 сентября приказано построить столовую для начсостава, до 20 сентября – школу, детский сад, магазин. Все здания разместили рядом с домами начсостава на будущей почтовой горке.


Фото №19 (архив Дорожевца А.Н.). Весна 1940 г. – Столовая начсостава и детский сад.


Так формируется облик посёлка от будущей почтовой горки в сторону будущей школы.


Фото №20а (архив Дорожевца А.Н.). Дебин, конец сентября 1939 г. – Три двухэтажных дома для семей начсостава (1). На горке – столовая для командиров (будущая почта «на горке») (2) и детский сад (будущий продмаг) (3). Виден короб с трубами отопления и водопровода над ручьём (в наше время вместо ручья остался лишь овраг) (4). Темное пятно вдали – стрельбище Колымского полка (будущее поле с лыжней) (5). Маленький домик возле первой двухэтажки – магазин для начсостава (6).


Одновременно из остатков бараков стали строить склады и хозпомещения рядом с Колымской трассой (артиллерийские мастерские и артсклад, сапёрное хозяйство, продовольственные, строительные и вещевые склады, столярка, склады хозчасти, пекарня и т.п.). После 1946 года они будут перестроены под жилые бараки. За казармой, на склоне, с 1946 по 1958 год вольнонаёмным с большими семьями разрешили построить собственные дома. Так была сформирована южная часть Дебина, т.н. «тот посёлок».

Вокруг радиоузла, перенесенного в сентябре 1939 года к стрельбищу (поле с лыжнёй), со временем тоже стали появляться дома вольнонаёмных. Так возникла часть посёлка на ручье Мшистом под названием «дома на радиоузле».

Рядом с подсобным хозяйством за Колымской трассой тоже со временем возникли частные дома. Так образовалась дальняя часть Дебина – т.н. «дома на подсобном» и «дома на птичьем».


Фото №21 (архив Дорожевца А.Н.). 1938 г. – Полковой радиоузел возле Колымского моста.


Фото №22 (архив Дорожевца А.Н.). Дебин, начало 70-х гг. – «Дома на радиоузле» возле ручья Мшистый.

## Зачем полк НКВД прибыл на Колыму?

В литературе, воспоминаниях, рассказах местных жителей существует лишь одна версия: полк НКВД прибыл на Колыму для охраны лагерей заключённых. Это тоже миф. Охраной лагерей занималась ВОХР Севвостлага НКВД. Иногда в литературе Колымский полк называют конвойным полком НКВД. Нет, Колымский полк никогда не был конвойным. И охрана лагерей заключённых не входила в задачи полка.

В архивных документах я нашел лишь 3 случая, когда стрелки полка занимались охраной лагерей. Первый случай – стрелковая рота 3,5 месяца охраняла штрафную спецкомандировку на прииске «Нерига» (рядом с Оротуканом). Второй – участие 3-й стрелковой роты 2-го батальона в наружной охране внутренней тюрьмы НКВД Дальстроя в Магадане с 1938 по 1946 год. И третий случай, подробно описанный в документах – охрана лагерей для японских военнопленных №1, 2 и 4 (Нагаевский порт, строительство домов в Магадане, дорожное строительство) и лагерей предприятия «Хасынуголь в 1945-46 годах.

Каковы же истинные причины переброски полка на Колыму? Есть 2 причины: политическая и военная.

Чтобы понять политическую причину, давайте обратимся к истории Дальстроя. Кстати, именно политика замешана в экстремальной срочности формирования и переброски полка на неподготовленную территорию.

Итак, 11 ноября 1931 года было принято Постановление ЦК ВКП(б) «О Колыме», согласно которому «для формирования золотодобычи в верховьях Колымы» решено «образовать специальный трест с непосредственным подчинением ЦК ВКП(б)», наблюдение и контроль за деятельностью треста возложить на Г. Г. Ягоду, директором треста назначить Э. П. Берзина.

Обратите внимание – трест Дальстрой подчиняется только ЦК (лишь в 1938 году он входит в подчинение НКВД). На гигантской территории от Охотского моря до Якутии не действовали законы СССР (кроме города Магадана, посёлков Усть-Нера и Зырянка). У этой территории был только один хозяин. Всё подчинялось приказам Берзина. Первое время это всех устраивало – страна остро нуждалась в золоте и Дальстрой давал его. К началу 1937 года ситуация изменилась. Сталина стала беспокоить независимость и бесконтрольность Дальстроя. К тому же страна вступала в период страшных чисток 1937-38 годов.

В январе 1937 года нарком НКВД Ягода Г.Г. был снят с поста, исключён из партии. 28 марта 1937 года он арестован. С этого момента, вероятно, сочтены и дни хозяина Колымы. Но Дальстрой имеет многочисленную военизированную охрану – больше тысячи стрелков. НКВД срочно понадобился противовес.

1 апреля 1937 года выходит приказ по НКВД о срочном формировании 22-го стрелкового полка внутренней охраны НКВД СССР «для дальнейшей переброски на территорию р. Колымы Дальневосточного края».

Вполне вероятно, что задержка полка во Владивостоке (40 дней!) имела ту же причину. Летом 1937 года московская бригада следователей готовила арест Дерибаса Т.Д., начальника УНКВД по Дальневосточному краю, и нуждалась, на всякий случай, в силовой поддержке надёжного воинского соединения, не подчиняющегося местным властям.

Хотя полк был объявлен «оперативным резервом Дальстроя», он никогда не подчинялся ни Дальстрою, ни управлениям НКВД по Дальстрою. Все совместные действия с Дальстроем (перевозка аммонала, охрана объектов, поиск заключённых) происходили только по указанию из Хабаровска и Владивостока.

Летом 1937 году во Владивостоке полк вошел в подчинение Управления пограничной и внутренней охраны Дальневосточного округа.

В конце сентября 1938 г. полк стал именоваться 22-й Колымский стрелковый полк внутренних войск НКВД СССР в составе Управления пограничных и внутренних войск ДВО.

В марте 1939 полк вошел в подчинение Управления пограничных войск Приморского округа.

Приказом НКВД СССР №007 от 03.01.1941 полк был лишён наименования «Колымский» (по соображениям секретности).

28.02.1941 полк включен в состав оперативных войск НКВД СССР.

04.01.1942 года оперативные войска НКВД СССР переименованы во внутренние войска, полк стал именоваться 22-й стрелковый полк внутренних войск НКВД СССР.

С марта 1946 по январь 1947 г. – 22-й стрелковый полк внутренних войск МВД СССР


Военная причина: усиление военной угрозы со стороны Японии (впереди Халхин-Гол и Хасан). Хотя ДВО имел довольно многочисленную и хорошо оснащённую армию, районы Колымы оставались почти не защищёнными от высадки вражеского десанта. Это было неприемлемо с учётом сверхценности колымского золота для СССР.

Задача полка – защита внутренней территории Колымы в случае высадки войск Японии (до 1941 года в документах полка в числе потенциальных противников упоминались также и США).

В «Плане оперативно-боевого использования полка» 1940 года подробно расписаны схемы переброски красноармейцев в разные районы (от Магадана до важнейших перевалов в глубине территории). Основная задача – не дать врагу продвинуться в зону золотых приисков, заблокировать Колымскую трассу, удержать противника до прихода армейских подразделений. В двух км от Дебина в сторону Ягодного на возвышении организованы 3 артиллерийских земляных огневых точек, отрыты окопы.

По сути, 22-й Колымский стрелковый полк являлся обычным армейским подразделением, ничем не отличавшимся от стрелковых полков Красной Армии. Единственное отличие – полк подчинялся Наркомату внутренних дел, а не Наркомату обороны. Структура, звания – всё, как в армии. Просто майор, полковник, лейтенант и т.п. Да и бойцы Колымского полка вполне официально назывались красноармейцами. Разве что в газетах и лозунгах их пафосно называли «воины-чекисты».


Фото №109 (архив Перевалова Н.П.). Дебин, 1939 г. – Рядовой Перевалов у развернутого боевого знамени 22-го Колымского стрелкового полка внутренних войск НКВД.


Но в НКВД имелись и Управления. Это были не армейские, а полугражданские организации. Это Главное управление государственной безопасности (ГУГБ), милиция, пожарная охрана, внутренняя служба и т.п. Вот у них были специальные звания «лейтенант госбезопасности», «полковник милиции» и т.п.

Форма бойцов и командиров стрелковых полков НКВД практически не отличалась от армейской. Во всяком случае, на черно-белой фотографии 30-х годов различить командира войск НКВД и командира Красной Армии почти невозможно. А вот от сотрудника госбезопасности обоих отличить довольно легко.

Итак, 22-й Колымский стрелковый полк – это чисто военная организация, не конвойные войска и не госбезопасность. Частично полк выполнял функции охранных войск НКВД. Командир полка Васильев – майор, но никак не «майор госбезопасности».

## Профессиональная жизнь Колымского полка

4 марта 1938 года Дальстрой был передан в ведение НКВД под официальным наименованием «Главное Управление Строительства Дальнего Севера НКВД СССР». Полк начинает выполнять отдельные задания Дальстроя, согласованные с непосредственным начальством. Вот 5 постоянных караулов:

•

Колымский мост

•

Склады полка и специальный склад Дальстроя в посёлке Дебин

•

Внутренняя тюрьма УНКВД по Дальстрою в Магадане

•

Аммональные склады Колымснаба (10-й км Колымской трассы)

•

Склад собственной перевалочной базы Колымского полка (6-й км трассы)


Периодически полк занимается поиском заключённых-беглецов. В документах это называется «изъятие заключённых, бежавших из лагерей».

Так, «15-25 октября 1940 года двумя отрядами (67 человек на лыжах) была осмотрена местность, примыкающая к трассе, площадью около 600 кв. км. Поиск был осложнён метелями и морозом до -35°. Вооруженных столкновений не было, у беглецов не было оружия. В 3-х зимовьях обнаружили 35 беглецов и освобождённых бывших з/к без документов с запасами продовольствия на 1 год, украденного из машин на трассе». Полторы тонны изъятых продуктов переданы в лагерь в Дебине (заключённые-строители, подсобные рабочие).

В донесениях в Хабаровск комполка жалуется на отсутствие охраны в лагпунктах, отсутствие списков заключённых. Традиционные армейские лыжи не годятся для пушистого и легкого колымского снега – нужны широкие лыжи, подбитые камусом.

Другая проблема – солнечный конъюнктивит после долгих зимних рейдов. Помогают затемнённые мотоциклетные очки.


Фото №23а (архив Дорожевца А.Н.). 1940 г. – Зимний рейд для «изъятия заключённых, бежавших из лагерей».


В апреле 1943 года во время аналогичного рейда в районах Эльгена, Утинки, Оротукана, Талой, Днепровского, Сеймчана «изъяли» уже несколько сотен человек. Беглецов из лагерей среди них было мало. Большинство задержанных – заключённые и вольнонаёмные с плохо оформленными документами и разрешениями на нахождение вне лагеря или вовсе без них. В ходе прочёсывания местности задержан даже лейтенант госбезопасности Г. из Ягодного с просроченным удостоверением.

И вновь комполка жалуется руководству на плохую охрану в лагпунктах и отсутствие стандартных документов с фотографиями у вольнонаёмных, на отсутствие информации от УСВИТЛа о фамилиях и внешних приметах заключённых, бежавших из лагерей.

В марте-апреле 1941 года проходит поиск пропавшего самолета. Самолет У-2 (с лётчиком и пассажиром) вылетел из Магадана на базу «Майорыч». Из-за нехватки горючего произвел вынужденную посадку где-то в районе от устья р. Бахапча до озера Солнечное. Отряд в 16 бойцов отправился на поиски и 7 апреля отыскал авиаторов. После сообщения по рации воздухом были доставлены топливо и масло, и самолет улетел по маршруту. Наверное, именно тогда родилась знакомая с детства легенда о пропавшем в районе Бахапчи «самолёте с золотом».

В декабре 1942 года весь полк, кроме караулов, выдвинулся на очистку Тенькинской трассы: мощные снегопады отрезали от Колымской трассы предприятия Тенькинского горнопромышленного управления.

После войны с Японией полк приступил к охране трёх лагерей, в которых содержались военнопленные-японцы. В докладных сообщается о задержании беглецов, обысках («изъято 200 ножей и запасы продуктов»).

Охранные гарнизоны стояли в Магадане, на территории Хасынуголь (82 км трассы), на 65, 40, 30, 19, 10, 4 км трассы (лагеря Управления дорожного строительства).

На основании шифротелеграммы начальника оперативных войск №60020 от 13.07.1941 полк выделяет команды «для сопровождения специального груза Гостреста Дальстрой» (скорее всего, золото) от Нагаево до Николаевска-на-Амуре, Омска и даже Москвы. Таких командировок с 1941 по 1945 год было 13 (в каждой команде сопровождения по 15-20 человек с оружием).

После войны в июне 1945 года в пос. Сусуман создан гарнизон 22-го стрелкового полка ВВ НКВД по охране и сопровождению груза спецназначения (вольфрам? кобальт? урановая руда из Бутугычага?). Бойцы гарнизона охраняли спецсклад и сопровождали грузы самолетом. В каждом самолете 2 бойца охранения с автоматами, гранатами, запасом патронов и сухпайком на 5 дней.

Но главная деятельность полка – боевая подготовка в суровых колымских условиях.

## Подготовка к войне с японским десантом

Структура полка, его вооружение, инфраструктура.


Вот структура полка в 1940 году:

Штаб – 39 чел.

Музвзвод – 18

Химвзвод – 10

Связь – 68

Саперы – 27

1 батальон – 335

2 батальон – 335

Артбатарея – 105

Авторота – 96

Команда обслуживания – 81


Всего – 1114 человек

В соответствии с приказом НКВД СССР от 04.09.1941 в составе полка сформирован 3-й линейный (стрелковый) батальон численностью в 342 бойца. Общая численность военнослужащих 22-го стрелкового полка составила 1448 человек.


Чем вооружен полк:

– Винтовки Мосина образца 1891/30, 7,62 мм – основное оружие бойцов стрелкового полка (на балансе в 1944 году – 1064 исправных винтовки).

– Снайперские винтовки Мосина – они стали активно поступать в полк в 1941 году для подготовки снайперов. Все лучшие стрелки Колымского полка (161 или 159 бойцов), отправившихся на Волховский фронт в 1943, были вооружены такими винтовками. Их отличие от обычных винтовок Мосина – более качественный ствол, загнутая вниз рукоятка затвора и оптический прицел 3,5х.

– Карабины Мосина образца 1938 года. Их отличие от обычной винтовки Мосина – ствол короче на 22 см, нет штыка, соответственно, она легче.

– Пистолеты-пулеметы. Скорее всего, ППД. Их очень мало, и ими обычно вооружают команды, сопровождающие спецгрузы Дальстроя «на материк».

– Револьверы системы Нагана (офицерский самовзводный вариант). Ими вооружен весь командный состав.

– Пистолеты ТТ. Их немного. Ими вооружены командиры от комроты и выше.

– Пулеметы системы Максима. Ими вооружены 2 пульвзвода полка. Часть пулеметов на вертлюгах, с кольцевыми прицелами – они используются как зенитные возле моста и казармы.

– Пулеметы Дегтярева. Эти ручные пулеметы бойцы охотно берут с собой в зимние рейды вместо пулеметов Максима.

– Полковые орудия 76,2 мм образца 1928 года


Основное занятие полка – военная подготовка. Все существующие в Красной Армии уставы, наставления, инструкции в условиях Колымы оказались не слишком полезными. Как стрелять из винтовки, если при морозе -40° затвор перестает досылать патрон? Как готовить к бою пулемет после многочасового зимнего марша? Как обеспечить норматив движения автомобилей по колымским дорогам? Как организовать кавалерийскую атаку по узкому распадку или по заболоченному полю с кочками? Ответы на такие вопросы приходилось находить в процессе постоянной боевой подготовки.


Фото №24 (архив Дорожевца А.Н.). Дебин, лето 1938 г. – Отличный орудийный расчет ст. сержанта Цепляева (левый берег Колымы, к югу от трассы; на заднем плане видны бараки артвзвода, артмастерская; слева (рядом с орудийным стволом) виден фрагмент моста и правого берега, караульное здание).


Фото №25 (архив Дорожевца А.Н.). Дебин, лето 1940 г. – Занятия по метанию гранаты из укрытия возле трассы на повороте к кладбищу. Вырыт окоп неполного профиля, установлен "манекен" для отработки приемов штыкового боя. На заднем плане справа – здание казармы, слева – мост. Видно, как сильно разлилась Протока.

Протока появилась после сильнейшего паводка 1936 года. Берег Колымы в районе Песков начиная с 1935 года активно понижался – там добывали песок для строительства. Низкий берег больше не удерживал реку, образовался поток через территорию карьера. Сформировалось русло протоки. Так появилась наша ежегодная полноводная Протока, отрезавшая от посёлка территорию Песков. После снижения уровня воды в Колыме в русле Протоки возникали многочисленные лужи, озерца, пруды, в которых мы купались.

Учеба происходит на 3 полигонах возле посёлка Дебин. Стрельбище находится в 1 км от посёлка, слева от трассы на Таскан. Это поле, на котором в наше время зимой проходила лыжня. Еще один учебный полигон для отработки навыков метания гранат и штыкового боя располагался на повороте трассы к кладбищу, рядом со скалами (в моем детстве там были огороды, а летом 2011 года я увидел вместо огородов свалку – всё было завалено старыми цистернами и бочками). Дополнительный учебный артиллерийский полигон находится на возвышении возле трассы в 2 км от посёлка в сторону Ягодного.


Фото №26 (архив Дорожевца А.Н.). Дебин, лето 1940 г. – Занятия по гранатометанию. Окопы рядом с трассой у поворота на кладбище. У Прижима ещё нет привычного обвала породы. Он появится в 1944 г. после расширения дороги у обрыва. А пока на крутом склоне – кусты и деревья.


Фото №27 (архив Дорожевца А.Н.). Дебин, 1940 г. – Занятия по штыковому бою. Это поле, по которому в наше время зимой прокладывали лыжню.


По плану боевого использования полка столкновения с противником предполагаются на большом расстоянии от Дебина. Поэтому важнейшее занятие – марш-броски. Летние и зимние, со стрельбами и без, с усилением (пулеметы) и только с легким оружием.

Первые массовые учения года прошли учения в стане Берелех в мае 1938 году (369 человек). В марте 1939 года в честь открытия 18 съезда ВКП(б) был совершён лыжный переход со стрельбой боевыми патронами в условиях сильных морозов по маршруту Дебин-Таскан-Эльген и обратно (158 км). «Стрельба из пулеметов при -48° показала бесперебойную работу механизмов».

## Колымский полк и политическая атмосфера конца 30-х – начала 40-х годов

Нет сомнений, что командирам и красноармейцам Колымского полка пришлось очень трудно на новом месте. Тяжёлые жилищные условия, нехватка продуктов, страшные морозы и полчища комаров, непрерывная тяжелая физическая работа… Но, можно сказать, что в какой-то степени им ещё повезло. В один из самых тяжелых периодов истории они оказались очень далеко от бурной жизни 1937-38 годах.

Напомню кратко. В июне 1937 года завершилось дело Тухачевского. Были расстреляны 8 высших командиров Красной Армии. Начались масштабные политические репрессии в отношении командного и начальствующего состава армии и флота, что стало частью политики «Большого террора» в СССР.

Репрессии выражались в увольнениях по политическим мотивам, арестах и вынесении приговоров по сфабрикованным делам. Чтобы получить необходимые показания, командиров подвергали издевательствам, избиениям и пыткам. Применение «мер физического воздействия» в ходе следствия было санкционировано высшим партийным и государственным руководством СССР.

Подавляющее большинство обвинённых в участии в «военно-фашистском заговоре» были приговорены к расстрелу. Лишь некоторым из них этот приговор, не приведённый в исполнение немедленно, был впоследствии заменён исправительно-трудовыми лагерями. За 3 года репрессиям подверглись больше 28 тысяч командиров, начальников и политработников.

Начсоставу Колымского полка повезло – начало репрессий они встретили в пути на Дальний Восток, во Владивостоке они были оперативным резервом команды московских следователей, а на Колыме они были уже далеко от всевидящего ока карательных органов.

Хотя Колымский полк – это, по сути, обычное армейское подразделение, но все же подчиняется он НКВД. Поэтому политическая учеба занимает основное место в распорядке дня красноармейцев и командиров. В эшелонах по пути во Владивосток политинформации и политбеседы проходили дважды в день. Говорили о политике партии, о деле Тухачевского, о фашистско-троцкистской организации в Красной армии и т.п.

Да и сама жизнь постоянно подкидывала темы для работы с красноармейцами. Уже за Уралом на одной из станций красноармейцев обступили изможденные женщины, которые просили у них хлеба. Когда изумленные бойцы полка стали отдавать им сухари из сухпайков, примчался начальник станции и стал кричать, что это жёны врагов народа и потому местному магазину запретили продавать им хлеб. Понятно, в этот вечер политрукам пришлось потрудиться, чтобы как-то объяснить ситуацию.

На фоне разворачивающихся репрессий политработники усилили все аспекты пропаганды и контроля за настроениями бойцов. Представьте себе, полк приехал в Дебин и обнаружил, что жить негде. Все заняты заготовкой лесоматериалов для строительства, возведением жилых и хозяйственных зданий, сотни красноармейцев лихорадочно готовят дрова на зиму. Все занятия по боевой подготовке отменены, но политучеба проходит ежедневно. В Хабаровск идут радиограммы с просьбами прислать побольше книг Ленина и Сталина.

Или другой пример. После наводнения 1939 года полк остался без жилья, вещей, продуктов, топлива. Впереди зима. Нужно срочно строить бараки, рубить лес. Красноармейцы работают по 14 часов, все падают от усталости… Но политучеба идет каждый день. Комиссия ДВО осенью ставит оценки боеготовности полка: общая оценка – плохо, зато политическая подготовка – хорошо.

Ежеквартально в политорганы ДВО отправляется доклад о «политико-моральном состоянии полка». Обязательно приводится статистика: например, в 1939 году было отмечено 11 «отрицательных политических настроений» и 33 «отрицательных служебно-бытовых» (недовольство службой, питанием, обмундированием, бытовое разложение, пьянство, воровство).


Фото №28 (архив Дорожевца А.Н.). Лето 1942 г. – Разбор политической обстановки проводит батальонный комиссар Чадов.


Фото №84 (архив Дорожевца А.Н.). Батальонный комиссар Чадов Н.П. – военком Колымского полка в 1941-42 гг.


Впечатляет сеть информаторов – политработники знали практически всё – о чем ведутся разговоры, что читают, какие поют песни, какие анекдоты рассказывают. И, похоже, сами информаторы не слишком скрывали свою деятельность. Реальный пример: сенокос, вечер, трое у костра. Красноармеец боязливо всматривается в сторону тёмного распадка. Другой шутит: «Там мишка живет». Третий подхватывает: «Ага, Михаил Иванович» (так зовут Калинина – председателя Верховного Совета СССР). На следующий (!) день политрук разбирает дело красноармейца про «политическое хулиганство».

Вот несколько примеров, когда по результатам разбирательства и последующего раскаяния бойцы отправлялись под арест на срок от 5 до 15 суток.

«В столовой спрашивают: «Где черпак?» – Ответ: «В Верховном Совете» (в декабре 1937 года на выборах в Верховный Совет полк голосовал за кандидата Черпака П.С.).

«ХТЗ переводится не Харьковский тракторный завод, а «хер тут заработает».

Анекдот про евреев –«проявление антисемитизма», про армян – «проявление шовинизма».

«С русскими социализма не построишь» – «непонимание принципов сталинской национальной политики».

«Пел есенинские песни среди молодых бойцов».

«Передал красноармейцу книгу «История гражданской войны», в которой фигурировали портреты и имена врагов народа».

«В качестве обёртки использовал страницу из старого журнала «Большевик» со статьей Рудзутака» (Рудзутак Я.Э.– зампредседателя Совета народных комиссаров, расстрелян в 1938 как глава антисоветской организации, вредитель и шпион иностранных разведок).

Случись подобное где-то "на материке", нарушители получили бы реальные сроки по 58-й статье, но в Колымском полку всё ограничивалось арестами на срок от 5 до 15 суток.

Но были и серьёзные случаи. В конце 1937 года командира взвода лейтенанта Л. «за настойчивое протаскивание в красноармейскую среду контрреволюционной троцкистской пропаганды от занимаемой должности отстранить». Казалось бы, повезло лейтенанту Л., но к печатному тексту рукой комиссара добавлено «и донести НачУКПВО радиограммой» (начальнику управления контрразведки пограничной и внутренней охраны). В итоге – 7 лет по 58-й статье лишь за непонимание ленинского тезиса о победе революции в отдельно взятой стране и за фразу "Политруки ― это попы".


Фото №84 (архив Дорожевца А.Н.). Батальонный комиссар Клигман П.Б. – военком Колымского полка в 1938-41 гг.


С 1938 года все командиры и красноармейцы были обязаны докладывать политработникам о случаях арестов их родственников, если они узнавали об этом из писем. Все подобные случаи разбираются на собраниях.

Случались и жизненные трагедии. Красноармеец полка узнает своего брата в колонне заключённых на трассе. В отчете политрука написано «с красноармейцем Щ. проведена воспитательная работа». Об этом или похожем случае я слышал в детстве. Правда, в том рассказе стрелок охраны лагеря узнал своего брата среди новоприбывших заключённых. После чего рыдал в караулке, постоянно повторяя «Как я об этом маме напишу?». Наверное, подобных историй на Колыме случалось немало.

Естественно, должны быть и свои герои. Так, в июне 1938 года «красноармеец Петренко в свободное время ловил рыбу в Колыме и обнаружил стеклянную колбу с алюминиевой кислотой у места набора воды для красноармейской кухни». (Интересно, как в тех местах могла оказаться орто- или метаалюминиевая кислота с очень специфической сферой применения? И как определили, что это именно она?)   Но, тем не менее, «За бдительность и четкость в службе тов. Петренко командованием части награжден металлическими часами».


Фото №86 (архив Дорожевца А.Н.). Майор Астапов С.А. – заместитель командира полка по политчасти в 1941-45 гг.


Или другой бдительный герой. «Дневальный бензосклада красноармеец Николаенко обнаружил облитую керосином паклю у задней стенки гаража». Ну, казалось бы, вокруг гаража всегда валяется ветошь со следами масла и топлива. Но всё не так просто. «Нет сомнения, паклю с целью диверсии подложили заключённые, которые накануне работали в гараже по установке парового отопления».  Товарищу Николаенко часов, правда, не дали, но благодарность объявили.

В 1941 году политический контроль усилился, политучеба стала занимать еще больше времени.  В казарме полка было 14 ленинских комнат! Наверное, молодое поколение даже не знает, что это.

Ежемесячно выходит газета «Дзержинец»: печатали 100 экземпляров, запрещено выносить газету за пределы полка.


Фото №29а (из архива А.Н.Дорожевца). 1944 г. – Ежемесячная газета Колымского полка «Дзержинец».


В военное время ужесточилось наказание за политические высказывания и действия. Самые серьезные дела отправляются в Военный трибунал НКВД в Магадане.

– лето 1941 года – мл. лейтенант комвзвода С. – 8 лет + 5 лет поражения в правах по ст. 58-10 ч.2 «за высказывания сомнений в скорой победе Красной Армии»

– осень 1941 года – красноармейца М. «за симуляцию воспаления нервных корешков поясничного отдела спинного мозга» Военный трибунал НКВД при Дальстрое приговорил к расстрелу по ст. 193-12(в).

– 1942 год – красноармеец Б. сбежал из расположения полка, хотел сам вернуться через 2 дня, но был задержан – 10 лет за дезертирство (отправлен на фронт в штрафбат).


В октябре 1942 года комиссаров и политработников в войсках упразднили. Они перешли в разряд заместителей по политчасти. Теперь у Колымского полка остался лишь один командир – подполковник Топчиев. Моральная атмосфера в полку слегка улучшается. Во всяком случае, «стучат» теперь меньше.

## Колымский полк и Великая отечественная война

22 июня 1941 года для бойцов Колымского полка был обычным воскресным днем. Традиционная политинформация от политрука на тему международной обстановки, чуть более разнообразная еда на обед, сокращённые строевые занятия, баня. И главное – вечером кино в клубе. В этот день показывали фильм «Ветер с востока», о том, как Красная Армия освобождала Западную Украину в сентябре 1939 года (чудовищно слабая по художественным качествам картина режиссера Роома, вышедшая на экраны СССР в 1940 году).

Но после фильма зрителей задержали в зале, более того, в нём срочно собрали всех свободных от дежурства красноармейцев. Прозвучало 10-минутное выступление Молотова о вероломном нападении Германии. Многие были в полном недоумении. Как же так, только утром политработник говорил о прочном мире с Германией, о мудрости Сталина, который заключил пакт о ненападении и дал СССР уверенность в будущем… И вдруг – война… Многие задавали вопрос почему в такой день не выступил Сталин (конечно же, про себя, не вслух).

Естественно, в понедельник ВСЕ командиры и красноармейцы подали рапорты комполка подполковнику Топчиеву с просьбой отправить их на фронт.

Но 22-й стрелковый полк оперативных войск НКВД нужен здесь, на Колыме. В связи с войной ценность колымского золота выросла еще больше.


Фото №87 (архив Дорожевца А.Н.). Подполковник Топчиев А.Я. – командир Колымского полка в 1940-44 гг.


Что же изменилось в жизни полка в Дебине? Прежде всего, усилились противодиверсионные меры – в ночное время по Дебину стали перемещаться вооруженные патрули с собаками. Появились дополнительные караулы возле домов начсостава. Было предложено установить проволочное ограждение вокруг всего военного городка, в первую очередь, между жилыми домами полка и бараками дебинского лагеря (в 1941 году ЛП в Дебине еще не был огражден высоким забором).

Командование ДВО потребовало усилить защиту моста, увеличить его освещённость. Но мощности электростанции на хватает. По сложной схеме для освещения моста задействовали резервную паровую электростанцию возле котельной.

Рядом с мостом на обоих берегах установили зенитные пулеметы. Несколько пулеметов установили возле казармы.

После 22 июня 1941 года боевая подготовка усиливается. Командование опасается вступления в войну Японии. Угроза высадки десанта и его продвижения вглубь территории становится все более реальной.


Фото №30 (архив Дорожевца А.Н.). Июль 1941 г. Левый берег Колымы. – Красноармеец Куксин – отличный наводчик станк-пулемета.


Фото №31 (архив Дорожевца А.Н.). Лето 1941 г.– Стрелковый батальон Колымского полка на марше по Колымской трассе.


К осени 1941 года для всех предприятий Дальстроя были утверждены 2 плана эвакуации на случай высадки японского десанта. Мягкий вариант давал 3 суток на демонтаж оборудования и вывоз наиболее важных его элементов на запад по Колымской трассе. Жёсткий вариант давал на это же всего одни сутки. Остающееся оборудование, промышленные помещения, местные мосты и переправы готовилось к уничтожению.

План обороны Нагаево-Магаданского боевого участка совместно с 2-й отдельной стрелковой бригадой из Магадана 1942-43 годов гласил: «через 20 часов после получения сигнала боевой тревоги 1 усиленный стрелковый батальон прибывает и рассредоточивается на 47 км трассы в районе высоты 437,4». Задачи – «уничтожение противника в направлении, а) юго-запад по долине реки Уптар, р. Хасын, на Армань; б) в южном направлении вдоль Колымского шоссе на Магадан; в) вдоль Колымского шоссе до 22 км, затем на юго-восток по долине р. Анмандакан на Олу». Батальон 22-го полка с артиллерией должен занять опорный пункт «25 км»; задача – «нанести контратакующий удар на пос. Ола».


Фото №32 (архив Дорожевца А.Н.). 1942 г. – Пулеметный расчет в засаде у перевала.


В этих условиях особенно важной становится эффективная работа автороты.


Фото №33 (архив Дорожевца А.Н.). Весна 1938 г. – Хозяйство автороты Колымского полка на берегу Колымы.


В 1943 году на балансе Колымского полка было 95 автомобилей: легковые М1 и ГАЗ А, грузовые ГАЗ АА, учебные ЗиС, ЗиС-5, ЗиС-21, ЗиС-33, ГАЗ ААА для перевозки артбатареи, бензозаправщики ЗиС-5 и ЗиС-6, автобус ЗиС-8, есть также мотоциклы, трактора ЧТЗ-65, ЧТЗ-60, СХТЗ-30.


Фото №34 (архив Дорожевца А.Н.). Осень 1937 г. – Бензосклад Колымского полка на берегу.


Топливо экономили. Особенно после начала войны, когда поставки стали задерживаться. Но обучение вождению по зимней Колымской трассе проводилось по плану.


Фото №35 (архив Дорожевца А.Н.). Зима 1943 г. – Транспортировка стрелкового батальона по Колымской трассе.


Но дороги и мосты могут быть уничтожены самолетами противника, поэтому важнейшим видом боевой подготовки полка становятся дальние переходы в долинах рек с акцентом на защите и захвате переправ, быстром пересечении водных преград.


Фото №36 (архив Дорожевца А.Н.). Лето 1942 г. – Марш-бросок в районе реки Ат-Урях.


Фото №37 (архив Дорожевца А.Н.). Лето 1942 г. – Переправа через реку Дебин.


Фото №38 (архив Дорожевца А.Н.). Лето 1940 г. – Красноармейцы тренируются захватывать брод в районе р. Таскан.


Основная цель зимних тренировок – переход на лыжах на дальние дистанции с полным вооружением.


Фото №38а (архив Дорожевца А.Н.). 1943 г. – Зимний рейд. Младшие командиры Колымского пола.


Фото №39 (архив Дорожевца А.Н.). Февраль 1943 г. – Лыжный переход из Дебина в Магадан.


В феврале 1943 года целый стрелковый батальон с полным вооружением за 14 дней совершил 500-километровый лыжный поход из Дебина в Магадан.

На имя командира полка подполковника Топчиева поступила телеграмма, подписанная наркомом внутренних дел Л.П. Берией: «Прошу передать мой боевой чекистский привет и пожелания дальнейших успехов бойцам, командирам и политработникам Колымской части, совершившим 500-километровый лыжный переход в честь XXV годовщины Красной Армии. Выражаю уверенность, что бойцы, командиры и политработники Колымской части будут упорно работать над усовершенствованием своей боевой подготовки, овладением боевой техники, неустанно осуществляя приказ Верховного Главнокомандующего тов. Сталина».

Попасть на фронт было трудно, но такое случалось. Около 200 командиров и красноармейцев за период с 1941-45 гг. были отправлены в действующие на фронте подразделения войск НКВД. Так, весной 1943 года на фронт торжественно провожали орудийный расчет старшего сержанта Тетёркина. На свои личные средства (32000 рублей) артиллеристы купили орудие и получили разрешение отправиться на фронт.


Фото №103 (архив Дорожевца А.Н.). 1943 г.– Орудийный расчёт ст. сержанта Тетёркина.


Фото №40 (архив Дорожевца А.Н.). Весна 1943 г. – Орудийный расчет старшего сержанта Тетёркина отправляется на фронт. На новых гимнастёрках уже погоны, а не петлицы.


К сожалению, не удалось узнать о судьбе этих людей.

В те годы многие жители Колымы отдавали личные деньги и драгоценности на покупку танков, самолетов. Например, супруги Бойко из Магадана успешно воевали на своем танке «Колыма».

15 июня 1943 года на фронт отправились 159 лучших стрелков полка (по другим документам, 161 боец). Официально это называлось «боевая стажировка команды снайперов 22-го стрелкового полка НКВД на Волховском фронте». За 13 дней стажировки уничтожено 1029 солдат и офицеров врага. Два снайпера погибли, 6 были ранены. Почти все бойцы этой команды остались служить в Москве в Отдельной мотострелковой дивизии особого назначения войск НКВД, 13 вернулись в Дебин.


Фото №41 (архив Дорожевца А.Н.). Весна 1943 года – Пионеры Дебинской школы приветствуют отбывающих на фронт.


Облик Дебина всё ближе к привычному. К началу 1942 года окончательно сформирована привычная нам система водоснабжения посёлка: 600-метровая система труб водовода на песчаной дамбе, высокая водонапорная башня и несколько колонок в разных концах военного городка. В 1941 году полностью достроена канализация (из казармы, домов начсостава, школы), и «речка Говнотечка» гордо понесла свои воды в Восточно-Сибирское море.

В 1942 году построены новая хлебопекарня («на том посёлке» недалеко от продовольственных складов, она обеспечивала Дебин хлебом до конца 50-х.) и кузница (к северу от котельной).

В 1941 году решением директора Дальстроя Никишова освобожденным из лагерей было запрещено покидать Колыму: уже в качестве вольнонаёмных они должны были работать на местных предприятиях. Колымский полк получил разрешение на привлечение дополнительных специалистов. Так, в полку к началу 1945 года работали около 40 вольнонаёмных: заведующий электростанцией, машинист и помощник машиниста э/с, дежурный у щита, электромонтеры, заведующий котельной, моторист-насосник, слесари-водопроводчики, печник, жестянщик, плотник, заведующий баней и прачечной, прачки, медсестра, санитарки, уборщицы, дворник, артельное хозяйство (скотники, доярки), портной, сапожник, парикмахер, официантки, счетовод, повар, работники детсада.

Вольнонаёмные селятся в бараках и отдельных домах «на том посёлке» и в районе радиоузла возле стрельбища.


Фото №43 (архив Дорожевца А.Н.). Лето 1943 г. – Офицеры Колымского полка (уже с погонами) на фоне казармы.


Структура военного городка в Дебине в военное время выглядит так: полк компактно размещается в «литерном здании» (объем здания – 54830 куб.м. – до конца 50-х это самое большое здание на территории будущей Магаданской области), начсостав с семьями живёт в 5 двухэтажных 8-квартирных домах (по 2632 куб.м.). Рядом с казармой – большой гараж для автомобилей (4770 куб.м.) со своей котельной. Центральная котельная. Рядом баня-прачечная (привычные нам баню и прачечную построят в начале 60-х годов). Две электростанции. Около 20 хозпостроек и складов.


Фото №44 (архив Дорожевца А.Н.). Казарма Колымского полка, Центральная больница УСВИТЛа «Левый берег», областная больница пос. Дебин.


В феврале 1944 года в акте передачи (комполка подполковник Топчиев передал дела подполковнику Баранникову) указано на недостатки здания казармы: нет вентиляции – зимой замерзают углы в помещениях, до сих пор часть проводки – временная.

Отопление казармы, жилых домов начсостава, столовой офицерского состава, школы, детского сада производится из центральной котельной. Мощности не хватает – требуется срочная замена корнваллийских котлов на шуховские. Освещение производится от электростанции мощностью 160 квт. Она же обеспечивает водозабор. Требуется увеличение мощности для создания в казарме активной вентиляции.

Рядом с котельной построена резервная электростанция. В посёлке работает 2 маленьких магазина – возле первой из трех двухэтажек и между казармой и трассой (будущий продуктовый магазинчик «на том посёлке», он же «магазин Мариванны»).


Вторая задача полка в военное время – борьба с бандами, подавление возможного восстания заключённых. Эта задача становится особенно актуальной после войны. Из докладной начальника РО МВД по Северному горнопромышленному управлению Дальстроя капитана Крайцова: «В 1946 году опасность восстания заключённых возросла. На прииске им. Горького 2500 каторжан. У многих спецпереселенцев есть боевой опыт, в том числе опыт боевых действий против советских партизан на Украине и в Белоруссии, партизанских отрядов в Югославии, Италии, Польше. На Утином много спецпереселенцев, служивших в СС. Но бдительность сотрудников 22 полка, охраняющих Колымский мост слабая – через мост свободно перемещаются люди с легкоразличимыми фальшивыми документами».

## Колымский полк и женщины

Это очень серьезная тема. Итак, осенью 1937 года около 130 женщин, большинство с детьми, некоторые с родителями, вместе с полком прибыли в Дебин.

Весной 1938 года после первой «зимовки» и особенно осенью 1939 года после наводнения и разрушения жилых бараков часть женщин с маленькими детьми вернулась «на материк». Некоторые не выдержали колымских условий, другие уезжали вслед за мужьями, которых переводили в другие подразделения войск НКВД в ДВО (в частности, командный состав кавалерийского эскадрона). Но одновременно существовал и встречный поток – в период 1938-1940 годов в Дебин к мужьям постоянно прибывали жёны, в том числе и с детьми.


В середине 1939 года в Колымском полку находились 120 женщин – жён начсостава и сверхсрочников. Большинство с маленькими детьми.

И теперь представьте себе жизнь в дальнем гарнизоне вдали от привычной цивилизации в тесноте, холоде, при недостаточном питании. Естественно, возникали конфликты, затевались интриги.

Все осложняется тем, что в одном месте собрались женщины разного возраста (хотя, конечно, преобладают молодые) и, что особенно важно, из разных социальных слоев. Есть городские с хорошим образованием, и есть молодые необразованные деревенские женщины. Ну, и их мам сюда прибавьте…

На каждом партбюро обязательно поднимается тема женских скандалов, тема семейных конфликтов. Чаще всего их причиной становится разный уровень продовольственного и вещевого обеспечения младшего и среднего начсостава полка – есть карточки А и Б, дающие неравные права при покупках.

Вторая важнейшая тема – это жилищный вопрос, тут всё логично: квартирный вопрос испортил не только москвичей. Конфликты обостряются в ключевые моменты – перед распределением жилья, назначениями на должности…

Конечно же, актуальна и другая тема: мужчин в полку в 10 раз больше, чем женщин. Потому случаются и шекспировские страсти с мордобоями, попытками самоубийства на почве ревности и чувства вины. Про дуэли в архивах ничего не нашел. В общем, обычная жизнь дальнего гарнизона.

Какая-то часть женщин работает в структурах полка:

– в санчасти

– в школе с детьми

– в детском саду

– в подсобном хозяйстве

– на сборе ягод, шиповника и шишек кедрового стланика

– в красноармейской школе (многие призывники из ДВО, плохо говорят по-русски, почти не умеют читать и писать, ничего не знают об окружающем мире – с ними проводится обучение в объеме 4-х классов. Например, в 1938 году начальное обучение прошли 65 красноармейцев, а семеро были подготовлены к сдаче экзаменов за семилетнюю школу.

Чтобы хоть как-то снизить напряжение, уставший от жалоб командир полка приказал организовать как можно больше кружков по изучению работ Ленина и Сталина, правил проведения выборов в Верховный Совет, основ химзащиты и санитарной помощи. Был организован женсовет полка, куда вошли самые авторитетные женщины.


Фото №45 (архив Дорожевца А.Н.). 1940 г. – Женский кружок Колымского полка по изучению средств химзащиты.


Фото №46 (архив Дорожевца А.Н.). 1940 г. – Женсовет Колымского полка (Марценюк, Ленская, Кабыш, Сметанина, Топчиева, Клевакина, Давыденко, Орлова).


Социальная жизнь активизировалась в 1940 году после переезда Колымского полка в казарму. Организованы женский хор, ансамбль танца, драматический кружок.


Фото №47 (архив Дорожевца А.Н.). 1942 г. – Женский хор Колымского полка


Дважды в месяц выходит газета «Активистка» для женщин. Пять женщин-активисток были награждены часами наркома (нарком НКВД уже Берия Л.П.).


Фото №48 (архив Дорожевца А.Н.). 1940 г. – Редакция газеты "Активистка" (Огурцова, Житняк, Ерофеева, Заровная, Малькова).


Есть даже спортивная женская команда Колымского полка, которая участвует во всех спортивных праздниках.

Понемногу женщин в Дебине становится больше: на должности уборщиц, медсестёр, санитарок, прачек, доярок, поваров, официанток разрешают принимать вольнонаёмных.

Два важных события внутренней жизни полка произошли в 1944 году. Во-первых, новым командиром полка стал подполковник Баранников А.П. Участник войны с Финляндией, командир отдельного разведбатальона Закавказского фронта; командир сводного отряда Сухумской дивизии НКВД Северо-Кавказского фронта. Был тяжело ранен при прорыве рубежей обороны немецких войск на краснодарско-таманском направлении в начале 1943 года, после излечения в конце 1943 года направлен в Дебин.


Фото №89 (архив Дорожевца А.Н.). Подполковник Баранников А.П. – командир Колымского полка в 1940-44 гг.


Во-вторых, в Дебин приехали 29 молодых женщин из 1-й отдельной добровольческой женской стрелковой бригады войск НКВД СССР, которых назначили на должности писарей и телефонисток. Даже не знаю, какое событие для бойцов важнее.

Понемногу растет и число жен начсостава – «с материка» приезжают жены с подросшими детьми, иногда невесты. Случаются и курьёзные случаи. Лето 1944 года, к офицеру медслужбы для оформления брака приезжает невеста из Воронежа. С мамой. И вдруг обнаруживается, теща привезла с собой 3 немецких листовки 1942 года, призывающих советских солдат, защищающих Воронеж, сдаваться в плен. Вдумайтесь только – немецкие листовки, во время войны, с собой на Колыму, в полк войск НКВД! Говорит, на память взяла. Кто-то увидел, сообщил куда следует. Информация ушла в контрразведку СМЕРШ в Магадан. Тещу арестовали. Бывает и такое начало семейной жизни…

Но женщин по-прежнему гораздо меньше, чем мужчин. Политруки постоянно включают в ежедневные беседы тему нравственного облика бойца войск НКВД. Но молодость и воздержание всё равно берут свое. Самоволки на свидания, конфликты из-за свободных женщин в полку, ревность и страсти… Бойцы полка очень завидуют коллегам, которые служат в караулах в Магадане. Ведь там много представительниц прекрасного пола.

Зима 1945 года. Таскан. Барак для сенопрессовки. Старший сержант и 3 рядовых. Молодая женщина из вольнонаёмных попросилась погреться. Из докладной политработника: «Всю ночь 4 военнослужащих вступали в интимную связь с незнакомой женщиной и тем самым дискредитировали себя как воинов войск НКВД, встали на путь морального разложения и бытовой распущенности». В итоге, старшему сержанту – 10 суток ареста, рядовым – по 5 суток.

1946 год. Гарнизон полка в Сусумане по охране и сопровождению спецгруза Дальстроя. Жалоба в полк от местных властей: «Военнослужащие 22-го полка НКВД тесно взаимодействуют с женщинами с Сусуманской снаббазы, объявили их своими гарнизонными девушками, пьют спирт».

При чтении протоколов заседаний женсовета, партбюро конца 1945 – начала 1946 года остро ощущаешь, как сильно жены начсостава устали от жизни на Колыме. Слишком трудно женщинам в этом климате, слишком соскучились они по жизни «на материке». Особенно страстно ждут возвращения домой те из них, кто приехали на Колыму летом 1937-го и прожили с мужьями здесь почти полных 9 лет.

## Дети Колымского полка

К сожалению, подробной информации о детской жизни в архивах Колымского полка нет. Косвенная информация о детях есть в разделах, связанных со строительством, транспортом, культурной жизнью.

Август-сентябрь 1937 года. На берег Колымы прибыли 120 женщин, большая часть из них с детьми. Детей не меньше 100, большинство младше 3 лет, 16 детей школьного возраста.

В те годы система народного образования строилась на основании постановления СНК и ЦК ВКП(б) от 1934 года. Начальная школа – это 4 класса, дети поступают в 1 класс в 8 лет. Обычно один год перед школой – подготовительный класс. Возраст детей в детском саду от 3 до 7 лет.

Итак, 1 сентября 1937 года в старом бараке на правом берегу Колымы открылась школа, начались занятия с детьми начсостава в 1, 2, 3 классах. В школе всего 12 детей. Учителя – жены командиров. 4 ученика отправлены в интернат в Оротукане.

После наводнения 1939 года здание школы построено на будущей почтовой горке недалеко от детского сада и двухэтажных домов начсостава.

В начале 40-х старшеклассников стали возить в семилетнюю школу в пос. Спорное.

В 1945 году в начальной школе учится больше 40 детей. Старшеклассники учатся в школах-интернатах в Оротукане и Ягодном.


Фото №53 (архив Дорожевца А.Н.). Май 1945 – ученики 1-2 класса Дебинской начальной школы, учитель и воспитатель в день окончания учебного года. Группа стоит на стадионе, за спиной – знакомые нам дома начсостава. Только что закончилась война.

С самого начала жены начсостава поднимают вопрос о создании детского сада. Неуправляемые группы детей-дошкольников носятся по берегу, подходят близко к трассе, отвлекают бойцов на плаце. Особенно жестко вопрос про детсад встает после попытки самой хитрой группы детей перебраться на левый берег, чтобы «покормить лошадок». Всю команду так и взяли на берегу с пучками травы в руках.

Еще одной проблемой, ускорившей создание детского сада, стали нежелательные (с точки зрения родителей) контакты детей с заключёнными, которые работали в пекарне, в столовой и магазине УДС Дальстроя на правом берегу. Взрослые мужчины, находящиеся в заключении, оторванные от своих семей, души не чаяли в малышне Колымского полка. Они постоянно подкармливали детей выпечкой, делали им деревянные игрушки, свистки и т.п.

Жалобы на детей попадали даже в донесения политруков: мол, бегают к заключённым, а один ребенок вообще распевает белогвардейскую песню «пароход плывет с добровольцами». Не очень опытный политрук, похоже. Это вполне себе революционные частушки времен Гражданской войны:

Пароход идет –

Волны кольцами,

Будем рыбу кормить

Добровольцами.

(«Добровольцы» здесь – белые офицеры Добровольческой армии). Хотя, конечно, в зависимости от настроения исполнителя персонажей могли заменить и на «комсомольцев».

Вначале была выделена детская комната, где занятые мамы оставляли своих детей под присмотром опытных женщин. Летом 1939 года под детский сад был выделен отдельный деревянный дом.

В середине 1939 года на берегу Колымы жили 117 детей, из них 12 школьников и 43 детсадовца. Когда в конце августа 1939 года началось наводнение, всех детей переправили на левый берег и временно разместили в первом доме начсостава (в наше время это «ремпунктовский» дом), пока взрослые пытались спасти имущество полка. Из остатков бараков построили здание детского сада и школы. Они располагались рядом со столовой начсостава возле двухэтажных домов.

Детей дошкольного возраста становится все больше и в 1943 году закладывают новое здание детского сада. Его строит бригада плотников сапёрного взвода и заключённые из местного ЛП.


Фото №54 (архив Дорожевца А.Н.). Осень 1943 года. – строительство нового детского сада (видна крыша первой двухэтажки).


Новое здание детского сада на 50 детей открылось в октябре 1944 года на почтовой горке рядом с первой двухэтажкой. В этом здании в наше время размещался продуктовый магазин. В новом детском саду соблюдены нормативы для дошкольных учреждений по площади, санитарным помещениям, есть горячая вода, канализация. Правда, детей дошкольного возраста уже больше 70, поэтому все равно тесно. Заведующая новым детсадом – Евдокия Ермолаевна Орлова. Через 5 лет детсад (в документах – «деткомбинат») переедет в корпус детского санатория.

Чем занимались дети? Да, наверное, тем же, что и мы в этом возрасте. Бегали на Пески (тогда это место называлось Карьер) играть в казаков-разбойников, смотреть ледоход. Радовались, когда саперы взрывали лёд на Колыме. Ходили в походы на сопку. Кстати, название сопки Пионерская возникло в те годы – на малую сопку в День пионерии дети ходили в поход. А вот сопка, которую мы называем Лысая, в документах полка называлась Главная или Большая (возможно, тогда она еще не окончательно облысела после пожаров). Будущую сопку Заключённых тогда как отдельную сопку не выделяли – это был просто южный склон Главной сопки.


Дети были включены в культурную жизнь Колымского полка. Был детский танцевальный ансамбль. Участники лихо отплясывали на сцене полкового клуба. Был детский хор и детский драмкружок – дети играли в музыкальных спектаклях; для юных актёров мамы шили театральные наряды. На их выступлениях был аншлаг.


Фото №50 (архив Дорожевца А.Н.). 1942 г. – Детский танцевальный ансамбль Колымского полка.


Фото №55 (архив Дорожевца А.Н.). 1942 г. – Детский драмкружок Колымского полка.


Был даже детский оркестр.


Фото №56 (архив Дорожевца А.Н.). 1945 г. – Детский оркестр Колымского полка.

## Отъезд полка

Уже в конце 1945 года солдаты и офицеры знают о предстоящем расформировании полка. Прежнего служебного пыла больше нет. Офицеров не хватает, многие уехали во Владивосток для получения направлений. Всё чаще в докладных появляются сообщения о пьянстве солдат, сне на посту, контактах с заключёнными… Полк уже мыслями «на материке». Все устали от колымских холодов, неустроенности, однообразия. Особенно трудно тем, кто прибыл на Колыму в 1937 году. 9 лет на Колыме – серьезное испытание.

Командование полка погружено в хозяйственную деятельность, ведь значительную часть полкового имущества нужно до отъезда передать другим организациям. Работа с личным составом уходит на второй план. Возникает конфликт между командиром полка и замкомандира по политчасти. В конце 1945 года в Дебин прибывает новый заместитель командира Христов И.Н.


Фото №86 (архив Дорожевца А.Н.). Майор Христов И.Н. – заместитель командира полка по политчасти в 1945-46 гг.


На основании приказа МВД СССР №00437 от 16.05.1946 22-й стрелковый полк ВВ МВД СССР расформирован. Летом 1946 года все его подразделения окончательно покинули Дебин. Офицеры большей частью отправились во Владивосток за новым назначением. Значительная часть сверхсрочников демобилизовалась и отправилась по месту жительства. Срочников направили дослуживать в конвойные полки МВД, в погранвойска на Курильских островах и Камчатке. Многих артиллеристов и сапёров из войск МВД перевели в армейские части.

Что осталось в посёлке? Сколько вообще человек жило в Дебине в период пребывания там Колымского полка?


На численность полка влияли несколько факторов.

Призывники из ДВО. В 1937 г. в полк прибыло 378 призывников, в 1938 – 581, в 1939 – 448, в 1940 – 510.

Демобилизация. В 1939 году выходит новый Закон о всеобщей воинской обязанности от 01.09.1939 г. Теперь срок службы для рядовых внутренних войск составляет 2 года, а не 5 лет, как это было в Законе от 1930 года. С осени 1939 по весну 1941 года полк ежегодно покидает несколько сот человек. Значительная часть младшего комсостава остается на сверхсрочную.

Уход на фронт. Редкое для полка событие, но в период с лета 1941 по весну 1945 года более 200 бойцов отправились на фронт.

Выезд семей. В 1938 и 1939 годах многие жены с детьми, не выдержав суровой колымской жизни, отправились домой, «на материк»

Караульная служба за пределами Дебина. Стрелковая рота (около 120 человек) постоянно находится в Магадане на охране внутренней тюрьмы УНКВД по Дальстрою, а также в карауле на аммональных складах Колымснаба и собственной перевальной базе Колымского полка.

Командировки. Специальные команды по 10-15 стрелков периодически сопровождают добытое на Колыме золото из Нагаево «на материк».

Рождение детей. Почти все семьи молодые, дети рождаются часто.


Другими словами, в Дебине находятся от 1000 до 1400 человек из Колымского полка плюс заключённые, численность которых колеблется от 200 до 300 человек.

Итого, население Дебина к началу 40-х составляет 1400-1700 человек. Думаю, в Ягодном в тот период жило меньше людей.

29 июля 1946 года приказом начальника Дальстроя генерал-лейтенанта И.Ф. Никишова все здания бывшего Колымского полка с инвентарем и оборудованием были переданы УСВИТЛу. Начальнику УСВИТЛа тов. Бондаренко было приказано на базе этих зданий приступить к организации окружной больницы для заключённых.

Естественно, в 1946 году после отъезда полка посёлок на какое-то время опустел. Потом стали прибывать медработники больницы – заключённые и вольнонаёмные, а потом и больные из лагерей соседних горнопромышленных управлений.

В двухэтажных домах начсостава поселились местные сотрудники Севвостлага, медработники больницы, руководители автобазы. Переделаны в жилые и заселены все хозяйственные бараки «на том посёлке». Расширен мужской лагерь – и пересыльный, и для работников больницы. Рядом организован женский лагерь (тоже раздельно – пересылка и бараки для женщин, которые работали в больнице, подсобном хозяйстве, санатории). И мужской, и женский лагерь входят в состав ОЛП Дебин. Некоторое время у них даже общая проходная.


Рис. №2. Приблизительно так выглядел Дебин в 1947-48 гг. Желтым выделен женский лагерь, красным – мужской, синим – больничные склады.


По документам, в конце 1952 года в Дебине числились почти 2100 заключённых. Около 300-400 вольнонаёмных живет в бывших домах Колымского полка и бараках возле трассы.

В 1953 году происходит массовая амнистия заключённых. В течение года из лагерей освобождается больше половины заключённых Севвостлага (около 75 тысяч). К концу 1954 года выходят на свободу большинство заключённых ОЛП Дебин – и мужского и женского. Многие из них остаются жить в посёлке.

После переформирования больницы и закрытия лагерей население Дебина заметно уменьшилось. Но в посёлке начинают активно селиться освобождённые из лагерей и вольнонаёмные из других поселков Колымы. Но еще почти 3 года в мужском и женском пересыльном лагере сохранялись бараки для заключённых из Берлага, направленных на лечение в больницу, и бараки для бывших заключённых – инвалидов.

В 1954 году на базе Дебинской больницы открылось медучилище, в посёлок приехало много молодых людей – преподавателей и студентов. Численность населения Дебина заметно выросла.


Фото 90 (из архива И.В. Мицкевича). Дебин, вероятно, 1955 год. – Это единственная опубликованная фотография, на которой изображен лагерь заключённых в Дебине. Школьные кросс. Учителя и ученики Дебинской школы. За столом – Клара Тимофеевна Бурьянова (Мицкевич), первый директор Дебинской семилетней школы. Среди стоящих взрослых – молодой Алексей Андреевич Федоров, знаменитый учитель химии, биологии, ботаники… Точка съёмки – рядом с будущей дизельной возле трассы. На заднем плане – ограда и крыши бараков мужского лагеря. Ограду уберут в 1956 году.

## Сооружения Колымского полка, ставшие основой инфраструктуры посёлка Дебин

Все сооружения военного городка Колымского полка стали основой инфраструктуры посёлка Дебин после 1946 года. Некоторые здания сохранились до сих пор. В первую очередь, это здание полковой трехэтажной казармы – до настоящего времени это действующая больница (противотуберкулёзный диспансер). Или склад аммонала, ныне больничный склад. Некоторых зданий уже нет, но долгие годы они были частью посёлка, навсегда оставшись в нашей памяти. Это и двухэтажные дома, и детский санаторий, и жилые бараки вдоль трассы. И «водокачка» – водонапорная башня с любимой ледяной горкой внизу. И, конечно же, старая школа с колоннами, котельная, «подсобка» …

### Специальный склад Дальстроя

Это самое старое здание посёлка Дебин. Построено оно в 1936 году Управлением дорожного строительства Дальстроя. Там хранился аммонал для проведения взрывных работ при строительстве дороги вдоль Прижимов в сторону Таскана (недалеко, рядом с трассой, располагались лагерные командировки строителей-дорожников «Обрыв», «Три медведя», «Бюченнах», «Хатыннах» и т.д.).

С 1938 года склад взят под охрану Колымским полком. С 1939 года здесь установлен постоянный караул, с 23 июня 1941 года – усиленный караул. Тогда же, в 1941, установлена ограда из колючей проволоки, вышка, затем, после визита комиссии, еще одна вышка (опасались японских диверсантов и восстаний в лагерях заключённых после начала войны).

Транспортировка аммонала производится машинами Колымского полка. (Из архивных материалов: «В феврале 1939 года перевезены 500 тонн аммонала для приисков»).

Рядом, в подземном складе, хранилось боепитание полка (снаряды, патроны, гранаты). Все эти сооружения после 1946 года использовались как больничные склады.

Здание до сих пор в прекрасном состоянии: мощные внутренние опоры из могучих лиственничных стволов (именно из таких бревен, сплавленных из верховьев Колымы, были сделаны опорные арки первого Колымского моста), не гниющие доски из морёной лиственницы, качественный толстый шпон на крыше, покрытой шифером в 70-е годы).


Фото №23 (архив Дорожевца А.Н.). Дебин, 2011 г. – Специальный склад Дальстроя в Дебине.


Фото №118 (фото Дианы Лукашовой). Дебин, 2022 г. – Бывший склад Дальстроя. Вдали Дебинская средняя школа, справа от склада – часть территории женского лагеря «ОЛП Дебин» с сохранившимися зданиями.

### Жилые двухэтажные дома

Как было написано выше, первые два дома за казармой (как говорили в моём детстве, «на том посёлке») были построены и заселены в 1938-39 годах. В них жили семейные командир полка, начштаба, комиссар, командиры батальонов и другие представители начсостава. После наводнения срочно заселили ещё три дома. В наше время их называли «двухэтажки с балконами» и «двухэтажки возле школы».

В этих 5 домах для начсостава Колымского полка в Дебине были водопровод (включая горячее водоснабжение – пусть и по расписанию) и канализация. В них были ванные комнаты! В каждой из 8 квартир дома – санузел и ванная с чугунной ванной на изогнутых ножках. Я помню красивые дверные звонки. Ни в одном другом посёлке на Колыме таких домов не было до конца 50-х. В лучшем случае в двухэтажных домах этого типа были холодный водопровод, туалеты на улице или ежедневная ассенизационная бочка для сбора нечистот.


Фото №120 (архив Шервашидзе – Журавлёвой Т.). Вероятно, май 1954 года (судя по портретам Маленкова, Ворошилова и Молотова). Посёлок Спорное. – Дом той же серии, что и в Дебине. Ассенизационная бочка. Женщина передает возчику емкость с "отходами".


После отъезда полка 5 двухэтажных домов заселили работники больницы и автобазы, сотрудники администрации ОЛП Дебин. Как обычно, начальство жило в отдельных двух- и трёхкомнатных квартирах, остальные – в коммуналках на 2-3 семьи. После 1953 года и до конца существования домов все квартиры были коммунальными за редким исключением.


Фото №129. – Дебин, середина 70-х. – 3 дома с балконами по пути в школу.


Фото №9 (архив Дорожевца А.Н.). Дебин, начало 70-х. – Бывшие дома для семей начсостава Колымского полка – дом работников подсобного хозяйства и ремпункта.

Дом, где жили семьи работников автобазы («ремпунктовский дом»), был перестроен и расширен в конце 40-х – начале 50-х.

В начале 2000-х 4 из 5 бывших домов начсостава снесли.


Фото №10 (архив Дорожевца А.Н.). Дебин, 2011 г. – Руины дома для сотрудников подсобного хозяйства – бывшего второго дома для семей начсостава (заселён в начале 1939 г.).


Дольше других продержался первый дом с балконами по адресу Мацкевича, 20. Но летом 2022 года и он был разрушен почти полностью (осталась его первая половинка).


Фото №18 (архив Дорожевца А.Н.). Дебин, 2011 г. – Последний неразрушенный дом для семей начсостава Колымского полка.


Фото №130 (фото Дианы Лукашовой). Дебин, 2022 г. – Последний кусочек дома для семей начсостава Колымского полка.

### Старая школа

Самое красивое здание посёлка. Уютное, романтичное, удивительно органично соответствующее своей функции – быть школой… В моих снах о детстве школа до сих пор выглядит какой она была до пожара.


Фото №90 (архив Федорова Ю.А.). Дебин, конец 50-х годов. – Вот такой красивой была наша «старая школа с колоннами»


Но это не первое школьное здание в Дебине. По счету оно четвертое! Да, с сентября 1937 до лета 1953 года Дебинская школа по очереди размещалась в 3 зданиях!

Первая Дебинская школа открылась 1 сентября 1937 года. В 2022 году был очередной юбилей нашей школы – 85 лет!

Школьное здание – деревянный дом на правом берегу Колымы, в котором с 1936 по 1937 год жили инженеры – строители моста через Колыму. В 1937-38 учебном году здесь в 1, 2, 3 классах учились 12 детей из семей начсостава. Все учителя – жены командиров. В этом здании начальная школа проработала 2 учебных года.


Фото №51 (архив Дорожевца А.Н.). Сентябрь 1937 г. – в таком бараке располагалась первая школа Дебина.


После наводнения августа 1939 года школу перенесли на другое место. Ее построили недалеко от детского сада, рядом с первым из трех двухэтажных домов, ровно напротив входа на территорию будущего санатория. Собственно, школьный двор это и есть часть территории будущего санатория.


Рис. №3. Приблизительно так выглядел Дебин к середине 40-х: 1- столовая начсостава (будущая почта); 2 – детский сад (в 1949 все здание станет продуктовым магазином); 3 – стадион; 4 – котельная; 5 – начальная школа (с 1946 года жилой барак); 6 – магазин (до 1949)


В 40-е годы заведующей Дебинской начальной школой была знаменитая Кулешова А.В. Газета «Советская Колыма» от 5 марта 1945 года сообщает, что Указом Президиума Верховного Совета СССР заведующая и учитель Дебинской начальной школы А. В. Кулешова награждена медалью «За трудовую доблесть».


Фото №52 (архив Дорожевца А.Н.) 1943 год – Урок географии. Ведет Кулешова А.В., завуч начальной Дебинской школы.


После отъезда Колымского полка начальная школа в Дебине была закрыта. Большая часть учителей (жены командиров) уехали к новому месту службы их мужей, внешние вольнонаёмные школьные работники уехали «на материк» или переехали в другие поселки Колымы. Школьное здание превратилось в жилой барак. Его адрес в наше время – улица Советская, дом 21. В детстве мы называли его «дом Вдовикова». Из известных людей на моей памяти там жили Вдовиковы, Лилия Петровна Мишура – учитель русского и литературы, Дудашевы, Валентина Ильинична Арышева с семьей, Чернова.

Южнее школы размещались грядки и цветник, а ближе к детскому саду – спортивная площадка. Она сохранилась до конца 60-х. Там часто играли в баскетбол студентки медучилища. В 1970 на месте спортивной площадки встало здание универмага.

В 1946 году в Дебине был создан женский лагерь заключённых и расширен мужской, стала принимать пациентов Центральная больница для заключённых "Левый берег". В посёлке появилось много новых жителей – сотрудников УСВИТЛа и медработников больницы. Они были вынуждены отправлять своих детей в школы-интернаты в других посёлках. В середине 40-х ближайшая начальная школа-интернат находилась в Ягодном.

Но, как известно, история Дебина – это всегда история людей, а не объективных закономерностей. Поэтому тема новой начальной школы напрямую связана с историей одной интересной семьи.

Итак, осенью 1946 года после срочного летнего ремонта и реорганизации в здание бывшей казармы прибывают первые заключённые. Их везут со всей территории Дальстроя – от Индигирки до Чукотки. Тяжелобольных, измученных и истощённых… В больнице собраны прекрасные врачи. Значительная часть врачей – заключённые. А уж среди фельдшеров, медсестер, санитаров и санитарок в 1946 году доля заключённых приближается к 100%.

Понятно, что эта больница открыта не из-за гуманистических устремлений власти. Просто Дальстрою нужна здоровая рабочая сила для добычи золота, строительства дорог и т.п. Но независимо от причин у заключённых появляется шанс. Нет, не так. Появляется Шанс. Шанс выжить. Шанс не умереть от холода, от истощения, от хронической болезни или травмы. И поэтому попасть в больницу «Левый берег» – это сродни чуду.

Что такое счастье для больного заключённого? Это когда тепло, когда хватает еды и когда тебя лечат профессиональные врачи, а не лагерный лекпом без образования. Доктор М.Л., первый начальник Центральной больницы УСВИТЛа (его так и называли «доктор Доктор»), не справился с двумя из трёх факторов этого счастья: в больнице было холодно, еды было мало.

Недостроенная котельная по-прежнему не обеспечивала полноценный обогрев всего здания больницы, а продуктов для кухни катастрофически не хватало (весной 1946 года из-за предстоящего отъезда солдаты полка даже не стали сажать картофель, подсобное хозяйство заметно сократилось). Ситуация не улучшилась и в 1947 году.

В конечном итоге, в 1948 году руководство больницы полностью сменилось. Новым начальником стал Винокуров М.А. Соответственно, появились новые заместители начальника и уполномоченные от МВД.

Вот тут и начинается наша история. На должность заместителя начальника больницы по хозяйственной части назначается лейтенант МВД Марьямов Савелий Львович. Человек с очень интересной биографией. В 13-летнем возрасте в 1918 году сбежал из дома и стал сыном полка в кавалерийском подразделении Красной Армии. Прошел с кавалерийской бригадой всю Гражданскую войну. Воевал на Южном и Восточных фронтах, участвовал в локальных конфликтах 30-х годов. Во время Великой Отечественной войны руководил строительством оперативных аэродромов (т.н. «аэродромов подскока») на Дальнем Востоке, за что был награждён первым орденом Красной Звезды. В 1944-47 гг. в составе войск НКВД принимал участие в борьбе с этническими бандформированиями в Казахстане.

В 1948 году он прибыл в Дебин с семьей – женой и 5 детьми. Жена – Белова Валентина Семёновна, стоматолог по образованию, была назначена на должность зубного врача и одновременно начальника приёмного покоя Центральной больницы УСВИТЛа "Левый берег". Какое-то время её подчиненным был знаменитый Варлам Шаламов, работавший в те годы старшим фельдшером приёмного покоя.

По воспоминаниям, Валентина Семёновна полностью признавала авторитет Шаламова в решении конкретных проблем приёмного покоя, доверяя ему принятие важных решений.

В одном из рассказов Шаламова из цикла «Левый берег» (рассказ так и называется «В приёмном покое») Валентина Семёновна выведена под именем Клавдии Ивановны – нового дежурного врача, которой главный герой-фельдшер демонстрирует ужасные реалии Колымы во время приёма очередной партии больных из лагерей. https://shalamov.ru/library/3/4.html


Фото №94 (архив Балабановой Е.И. (Беловой). Дебин, 1948 г. – Марьямов С.Л. и Белова В.С.


За летние месяцы 1948 года лейтенанту Марьямову удается решить главную проблему – вступили в строй два новых котла в Центральной котельной, получены дополнительные квоты на уголь. А это значит, зимой в больнице (да и во всех двухэтажных домах) наконец будет настоящее тепло.

Очень точно написал об этом Вернон Кресс в своём знаменитом «Зекамероне ХХ века»: «Левый Берег, порт спасения сотен и тысяч заключённых, несчастных дистрофиков, больных, обмороженных, калек – отдельная республика под гордым белым флагом с красным крестом! Загудит больница изредка, как улей, от какого-нибудь скандала, сенсации, инспекции, но обычно здесь никого не тревожат. Смотрит зек в большое окно, внизу гараж, занесенная снегом площадка, на ней маленький домик – морг. Далеко отсюда, в другом мире – собаки, автоматы, надзиратели, пересылки… Краем глаза видно колымскую трассу, трассу судьбы, о которой говорят, что она построена на костях заключённых. Следит зекашка за машиной, которая медленно двигается по трассе – направление Индигирка, – и нежно ласкает горячую батарею под окном: пока он спасен! Утром заглядывает медсестра, разматывая свой толстый платок, щеки ее красны от мороза – она только что пришла из лагеря. В углу из-под одеяла раздается сонный голос:


– Сколько сегодня градусов, сестричка?


– На вахте пятьдесят пять, но там нет ветра, а пока перебежишь площадку, бррр!


– Да-а-а, молодцы котельщики!»


(«Вахта» – это маленький домик при въезде на территорию больницы в 100 м от входа в здание, бывший КПП Колымского полка. «Площадка» – территория перед фасадом больницы, бывший плац Колымского полка).


В середине июня с помощью заключённых удалось посадить картофель не только на старых полях. Теперь засеяна картофелем вся территория вдоль трассы от больницы до оврага (на месте этого большого огорода в будущем будут стоять 4-этажные дома, кинотеатр, ресторан). Под картошку занят даже бывший полковой плац перед фасадом больницы.

Восстановлены две большие теплицы с огурцами и помидорами. Расширен свинарник. В коровнике появились новые коровы.

Но главный герой (точнее, героиня) этой истории – не взрослые, а девочка Лена Белова, 7 лет. Лето 1948 года она с братьями и сестрой провела в детском санатории. А в сентябре ей (как и двум старшим братьям) нужно идти в школу. А школы в Дебине нет, ни средней, ни начальной. Поэтому дети отправляются в Ягоднинскую школу-интернат. Братья в старшие классы, а Лена – во 2-й класс.


Фото №95 (архив Балабановой Е.И. (Беловой). Дебин, 1949 г. – Лена Белова


Как-то зимой (скорее всего, в декабре) мама Лены, Валентина Семёновна, с оказией на машине приехала в Ягодное навестить дочку в школе. И что она видит? За окном под -50 градусов, а Лена встречает маму на улице в летней косынке. Где большой пуховый платок? Выясняется, платок давно забрала какая-то ушлая семиклассница, а взамен отдала свою косынку. А учителя и воспитатели интерната словно ничего не видят. Понятное дело, скандал. В итоге, мама забирает Лену домой в Дебин. В такой интернат отдавать маленьких девочек нельзя.

Что делают любящие родители в такой ситуации? Они создают свою школу. Энергичный Савелий Львович договаривается с руководством автобазы (Дебинский ремпункт) и начальником ОЛП и получает маленький домик возле трассы под школу (в будущем это подсобка дизельной).

Небольшой ремонт, установка печки, дополнительное остекление, разделение площади на 2 комнатушки, строительство туалета во дворе, выделение заключенного в качестве истопника и дворника. Учителем стала жена сотрудника УСВИТЛа из администрации лагеря заключённых. В посёлке нашлись еще 3 ребенка нужного возраста. В итоге, в январе 1949 года открылась начальная школа с учителем и 4 учениками.


Фото №79 (архив Дорожевца А.Н.). Дебин, 70-е. – В этом здании в 1949-53 годах размещалась Дебинская начальная школа – «школа Лены Беловой».


Конечно, я расспросил Елену о том, что она помнит о Дебине, каким он был три четверти века назад. Семья Елены жила в первом двухэтажном доме (в наше время Мацкевича, дом 20), в правом подъезде в угловой трехкомнатной квартире на 2-м этаже. Рядом была комната с бильярдным столом, в которой по вечерам собирались офицеры и вольнонаёмные врачи. В этом же доме жила и учительница Лены. На первом этаже жил фотограф (там же располагалась студия фотографии). Вероятно, именно этот фотограф и есть автор уникальной панорамной фотографии «Дебин, 1948 год».

Большая клумба возле торца дома, колонка с водой за домом, маленький магазин рядом, здание больницы вдали…

Мама Лены, Валентина Семёновна, пекла на праздники для коллектива большой торт «Наполеон». Ей выдавали продукты – муку, сгущённое молоко в 5-литровой железной банке, очень солёное сливочное масло, которое приходилось вымачивать в воде.

Весной вся семья под руководством мамы клеила полоски газетной бумаги на оконные стекла, чтобы они не лопались, когда саперы взрывали лёд на Колыме.

Самое яркое воспоминание о детском санатории 1948 года – рыбий жир с кусочком посоленного черного хлеба, брусничный морс и брусничный мусс (для калорийности и густоты в морс добавляли манную крупу). Ну и, конечно, таблетки гематогена, которые Лена незаметно выбрасывала за ограду. В те годы гематоген выпускался не только в пластинах, но и в таблетках. Был он не слишком вкусным, мёд в него еще не добавляли.


Фото №110 (открытый доступ). Конец 40-х годов. – Таблетки гематогена. Бакинский мясокомбинат им. Л. Берия (!)


Еще Лена помнит, как мама водила её в женский лагерь на примерку платья. Женщины-заключённые вышивали наволочки филейкой на батисте. Батист добывали из геодезической кальки.

В мужском лагере заключённые из инвалидного барака делали деревянные рамки, шкатулки, плели корзинки из соломки. На Новый год дети получили подарок – такие корзинки, наполненные изюмом.

В 1949 году семья Лены уехала из Дебина. Марьямова С.Л. за очевидные успехи повысили в звании и должности и назначили начальником прииска им. Водопьянова.

Елена Белова (Балабанова) живет с мужем в Чехове. В сентябре 2022 года ее семья отпраздновала юбилей – 55 лет со дня свадьбы!

"Школа Лены Беловой" продолжала работать до лета 1953 года. Даже в период 1951-53 годов там учились не больше 6-8 детей. Старших детей по-прежнему возили на машинах автобазы в Спорное. Несколько детей учились в интернатах посёлка Ягодное и Оротукан. Старшеклассников тоже было совсем мало (от 2 до 7 человек).

Здание третьей по счёту Дебинской начальной школы сохранилось до сих пор.


Фото №125 (фото Дианы Лукашовой). Дебин, март 2023 г. – Здание Дебинской начальной школы в 1949-53 гг. (справа).


После отъезда Колымского полка и образования Центральной больницы УСВИТЛа в Дебине поселилось много семей освобождённых и вольнонаёмных, у них родились дети. В 1953 году в старшей группе детсада было около 20 детей. В 1954 году им предстояло идти в первый класс.

С 1953 года в Дебине начинают селиться бывшие заключённые, в новых семьях родятся дети. Летом 1953 года Дебинская больница перестает быть больницей для заключённых, набирает новый персонал взамен отбывающих «на материк». Среди них много молодых людей. Новые семьи, новые дети…

Местные жители обращаются к властям с просьбой открыть в Дебине нормальную школу. Даже подсказывают какое здание для этого подойдет. Это т.н. «Дом дирекции Дальстроя» рядом с детским санаторием.

В планах 1945 года на этом месте предполагалось строительство Дома офицеров и штаба Колымского полка. Был подготовлен котлован, собраны стройматериалы, начали возводить основание. Но начать полноценное строительство не успели – летом 1946 года Колымский полк окончательно покинул Дебин.

В итоге в 1946 году по прямому приказу директора Дальстроя Никишова И.Ф. здесь было построено красивое здание «Дома дирекции Дальстроя» с колоннами, лепниной, каминами… Полноценно функционировать он стал весной 1947 года, но полностью отделку завершили только осенью.

Вот как иронично пишет об этом Шаламов В.П. в рассказе «Иван Фёдорович»: «Ночевать Иван Федорович остановился в Доме дирекции. Дом был творением Ивана Федоровича. Ни при Берзине, ни при Павлове Домов дирекции не было на Колыме. "Но, – рассуждал Иван Федорович, – раз мне положено, пусть будет". Через каждые пятьсот километров на огромной трассе было построено здание с картинами, коврами, зеркалами, бронзой, превосходным буфетом, поваром, завхозом и охраной, где мог бы достойно переночевать Иван Федорович, директор Дальстроя. Раз в год он действительно ночевал в своих домах.


Сейчас черный ЗИМ мчал Ивана Федоровича на Дебин, в центральную больницу, где был ближайший Дом дирекции».

В Усть-Нере тоже был Дом дирекции Дальстроя. Даже двухэтажный. После 1953 года он стал гостиницей.

Летом 1948 года на базе двух жилых корпусов дома отдыха «Левый берег» был создан детский противотуберкулезный санаторий. Но Дом дирекции Дальстроя сохранил свою функцию. Благодаря каминам он может работать не только летом, но и весной и осенью. Летом 1949 года к зданию подводят трубы парового отопления. Теперь Дом Дирекции работает круглогодично. Здесь останавливаются директора Дальстроя Никишов, Петренко, Митраков, начальники УСВИТЛа Деревянко, Жуков, представители многочисленных комиссий, проверяющих больницу и дебинский лагерь, «поощрённые путевкой» высокопоставленные сотрудники УМВД и Севвостлага.

Нет достоверной информации о домике рядом (будущая школьная мастерская – вотчина нашего замечательного учителя труда и мастера на все руки Сомака Василия Аксентьевича). По одним воспоминаниям, там жили работники, которые обслуживали Дом приемов, а также водители и охрана высокопоставленных гостей; по другим – это хозяйственная пристройка-кухня, построенная позже. В планах Колымского полка нет упоминания об этом домике, поэтому, скорее всего, он строился как жилой флигель при Доме дирекции.

Дом дирекции Дальстроя в начале 50-х – это дом «с плохой репутацией». Пьяные вопли, женский визг, громкая музыка, невменяемые люди – всё это пугает детей из детского сада и санатория, раздражает взрослых. Но в марте 1953 года ГУ СДС «Дальстрой» передают в Министерство металлургической промышленности СССР, а его лагерные подразделения – ГУЛАГу Министерства Юстиции СССР (кроме Берлага, конечно). Дом Дирекции закрывают.

На здание претендуют несколько организаций. Решение принимается только в конце августа: «на базе Дома приёмов Дирекции ГУ СДС «Левый берег» организовать Дебинскую семилетнюю школу». И вот тут начинается новая история.

В августе 1953 года в Хабаровск по распределению прибывает выпускница Майкопского учительского института Клара Тимофеевна Бурьянова. С 18 лет на фронте, старший сержант медслужбы, имеет боевые награды. Из Хабаровска её направили в Магадан, остро нуждающийся в учителях. Но как фронтовику, члену партии, ей предложили организовать школу в Дебине и стать её директором.


Фото №96 (архив Мицкевича И.В.).

Клара Тимофеевна Бурьянова – будущий организатор и первый директор Дебинской семилетней школы.


Итак, 28 августа принимается официальное решение о передаче здания Дома Дирекции новой школе. Клара Тимофеевна приезжает в Дебин в самом начале сентября. Ей не сразу удаётся попасть в здание школы. По её воспоминаниям, в этот день в посёлке хоронили врача-хирурга Дебинской больницы, покончившего жизнь самоубийством. Этого врача уважали за мастерство, на похоронах было много людей. Он был обвинён в халатности – в брюшной полости пациента после операции осталась салфетка, что стало причиной острого воспаления и последующей смерти пациента. Совсем недавно освобожденный из заключения врач предпочёл умереть, чем опять оказаться в лагере. Однако многие дебинцы были уверены в том, что виноват не этот хирург, выполнявший во время операции обязанности ассистента, а другой врач, который руководил операцией. Но этот, другой, хирург не был бывшим заключённым … Кого назначить виновным вопрос не стоял.

В начальной школе 8 детей 1-4 класса. Две учительницы – пожилая и совсем молодая. К сожалению, не знаю их фамилий (возможно, фамилия одной из них Малькова или Мальцева). Для новой школы нет ни школьной мебели, ни учебных материалов. Учителей тоже нет, естественно. Нет и жилья.

Благодаря своему фронтовому прошлому Клара Тимофеевна находит поддержку у руководства Спорнинской автобазы (ремпункт в Дебине – филиал Спорнинской автобазы). Начальник автобазы тоже прошел войну, был ранен…

В новое здание школы перевозят старую мебель, Спорнинская школа помогает учебными материалами, а тетради, ручки и чернила выделяет отдел образования в посёлке Ягодное.

Дебинская семилетняя школа открывает свои двери перед учениками 4 сентября 1953 года. Кроме Клары Тимофеевны в школе к концу 1953 года работают еще 3 учителя.


Фото №97 (архив Мицкевича И.В.). Декабрь 1953 года. Первые учителя Дебинской семилетней школы. В верхнем ряду – Клара Тимофеевна Бурьянова (в будущем Мицкевич), директор школы и учитель русского языка и литературы. Имена других учителей – Евгения Иосифовна (вероятно, учитель начальных классов), Василий Трофимович, Михаил Гаврилович. Может быть, кто-то знает их фамилии.

В новое здание переходят 8 детей из начальной школы, несколько шестиклассников и семиклассников, которые учились в школе-интернате в Ягодном и Спорном. Старшие дети пока продолжают учиться в других посёлках.

В течение года число учеников растет – в Дебин приезжают новые жители, из соседних маленьких поселений по утрам привозят школьников.

Впервые с 1946 года дебинские дети празднуют Новый год в школьном здании. На праздник пришли дети из старшей группы детского сада и даже старшеклассники, которые учились в Спорном и Оротукане.


Фото №99 (архив Мицкевича И.В.). Дебин, январь 1954 года. – Празднование Нового года в здании школы.


К следующему учебному году в семилетней школе уже есть мебель и учебники, для педагогов выделяется отдельный «учительский дом», приезжают новые учителя. Среди них – Алексей Андреевич Федоров. Начинается новая жизнь.


Фото №100 (архив Федорова Ю.А.). "Внутри старой школы ". – Алексей Андреевич Федоров ведет урок в классе с камином.


Фото №101 (архив Дорожевца А.Н.). Вероятно, лето 1954. – Учителя и школьники перед зданием школы.


Фото №102 (архив Мицкевича И.В.). Дебин, середина 50-х. – Учителя и школьники Дебинской семилетней школы очищают школьный двор от снега.


Детский противотуберкулезный санаторий

Откуда взялись санаторские здания в Дебине? Вернемся в далёкий 1944 год. В донесениях замполитов все чаще мелькает тема плохого морально-политического климата в офицерской среде Колымского полка. (В начале 1943 года снова вернулось в официальный лексикон слово «офицер» для командиров и начальников среднего и старшего командного состава вместе с погонами, а красноармейцы стали называться солдатами). Причина одна – невозможность для большинства попасть на фронт. Совсем немногие командиры и красноармейцы Колымского полка НКВД в 1942-43 гг. смогли попасть на передовую. Фронтовики в письмах рассказывают об участии в боях, хвастаются медалями и орденами, новыми званиями. Хотя немало фронтовиков-колымчан погибло или получило тяжелые ранения, колымские офицеры им отчаянно завидуют.

В 1944 году всем уже ясно, что Япония не нападет на СССР. В разговорах звучит тема «они там на фронте кровь проливают, а мы в тылу сидим непонятно зачем», «все вернутся домой с орденами и медалями, а что мы скажем». В начале 1945 года на одном из офицерских собраний даже приняли решение обратиться к руководству НКВД с предложением учредить медали «За военную службу на границе с милитаристской Японией».

Такие настроения были характерны для всех воинских подразделений Дальневосточного округа. Особенно возмущаются молодые и несемейные. И это понятно. Семейным офицерам, особенно с детьми, легче найти смысл в привычной службе. Но доля офицеров без семьи в регионе достигает 90%.

Да, женщин на Колыме было очень мало: даже если брать в расчёт только вольнонаёмных, то 1 женщина приходилась на 20 мужчин. После войны, чтобы решить вопрос с нехваткой женщин на Колыме, был объявлен особый комсомольский призыв. Осенью 1945 года по призыву ЦК ВЛКСМ в Магадан прибыли около 2000 комсомолок. Каждой девушке вручался подарок от Дальстроя – тёплая одежда и обувь, полученные еще по ленд-лизу. Практически приданое. Большинство девушек осталось в Магадане, остальных распределили по районам. Среднеканскому району (посёлок Дебин входил в состав Среднеканского района Хабаровского края) досталось около 400 девушек. Понятно, что они быстро оказались замужем.

Но Дебин – это не просто посёлок Дальстроя, это военный городок: гражданские лица могли селиться здесь только по особому разрешению командования. Поэтому женская проблема в Дебине решалась иными методами. После нескольких обращений командира полка к руководству НКВД осенью 1944 года в составе Колымского полка образован нештатный взвод писарей и телефонисток. В его составе 29 молодых незамужних женщин, прибывших в Дебин из 1-й отдельной добровольческой женской стрелковой бригады войск НКВД. Понятное дело, семей в полку стало заметно больше. Еще острее встала проблема жилья для семейных офицеров.

В 1945 году принимается решение о строительстве еще трех домов для семей начсостава.  Проект тот же – двухэтажный дом «с балконами», два подъезда, 8 квартир. Дома по плану располагаются ровно напротив существующих трёх домов, построенных и заселенных в 1939 году.  За новыми домами должен стоять одноэтажный Дом офицеров Колымского полка. В новое здание предполагается перенести часть штабных функций – архив, делопроизводство, телефонный узел. Оперативный штаб по-прежнему будет находиться в «литерном здании» (в трехэтажной казарме).

Рядом со штабом предполагалась и новая столовая для начсостава (старая, на горке, слишком мала, да и обветшала за 6 лет – ведь строилась она в спешке после наводнения).

К концу 1945 года силами солдат полка и местных заключённых построены коробки двух жилых домов, вырыт котлован для Дома офицеров. Но возникает серьезная проблема – невозможно обеспечить их обогрев. Новая котельная до сих пор не построена – работает лишь один котел из трёх. Соответственно, к новым домам не подведены трубы отопления и водоснабжения. Отделка зданий замирает. Третий жилой дом и столовую так и не начали возводить, но готовы котлованы и собраны стройматериалы.

А в начале 1946 года Колымский полк расформировали – к лету все военнослужащие покинули Дебин.

29 июля 1946 года вышел приказ по Дальстрою за подписью его директора генерал-лейтенанта Никишова И.Ф.: «Все здания бывшего Колымского полка на левом берегу, со всем инвентарем и оборудованием, передать УСВИТЛу. Начальнику УСВИТЛа тов. Бондаренко на базе этих зданий немедленно приступить к организации окружной больницы Севвостлагерей». … Срок окончания ремонтных и строительных работ – 1 октября».

После ремонта казарма полка стала больницей для заключённых, в жилых домах поселились семьи вольнонаёмных врачей больницы и сотрудников УСВИТЛа, управляющих отдельными лагерными пунктами в Дебине (Центральная больница УСВИТЛа «Левый берег», большой мужской лагерь и маленький женский рядом, бараки пересылки).

Тогда же, летом 1946 года, вышел еще один приказ Никишова И.Ф.: «На базе зданий бывшего Колымского полка, на левом берегу, организовать в системе УСВИТЛа дом отдыха для работников УМВД, УСВИТЛа и охраны на 120 мест, для чего использовать одно крыло главного корпуса и один стандартный 8-квартирный дом. Предусмотреть в ремонтно-строительных работах обнесение высоким забором зоны больницы, выделив её совершенно от территории дома отдыха».

Вначале в качестве места для дома отдыха УСВИТЛа было выбрано левое крыло главного здания и почти построенный жилой дом (будущий ближний корпус санатория). В крыле главного корпуса был даже начат ремонт, но потом решение разместить там дом отдыха отменили. Вероятно, решили, что работникам лагерей слишком опасно находиться рядом с заключёнными. В итоге, под дом отдыха «Левый берег» решили занять не один, а 2 дома. Забор вокруг больницы тоже не стали строить. А привычный нам высокий деревянный забор возник только на рубеже 50-х и 60-х годов в соответствии с требованиями к лечебным стационарам с туберкулёзными больными.


Фото №57 (архив Дорожевца А.Н.). Дебин, начало 60-х. – Областная туберкулёзная больница.


К началу 1947 года силами командированных мастеров-строителей Дальстроя и местных заключённых завершена отделка обоих жилых корпусов санатиория, построена столовая.  Вместо Дома офицеров в одноэтажном доме будет Дом дирекции Дальстроя.


В марте-апреле 1947 года вокруг территории дома отдыха заключённые из Дебинского ОЛП поставили высокую ограду. Для этого пришлось убирать сараи жителей посёлка (вся территория двора будущего дома отдыха до 1946 года была занята сараями, грядками и огородами).

В начале мая 1947 года на территории дома отдыха «Левый берег» стали высаживать деревья. Так было положено начало чудесной аллее – украшению будущего детского санатория. По воспоминаниям очевидца, посадили несколько сот деревьев.


Фото №105. Дебин, 70-е годы. – Аллея детского санатория


Руководил работами «высокий худой мужчина, которого помощники называли Профессором». Саженцами были не тоненькие прутики, а молодые деревья 3-4х метров с корнями в мешковине. Для аллеи привезли деревья 3 видов – местные береза и тополь (с Утинки и Эльгена), и осина («тополь дрожащий») с верховьев Колымы. Вдоль забора посадили небольшие лиственницы и кустики стланика. Не знаю, какие из деревьев и кустов прижились и дожили до наших дней – помню только высокие березы возле первого корпуса санатория.

Тогда же, в мае 1947 года, построили высокую беседку, установили фонтан, поставили несколько десятков вазонов для цветов.

1 июня 1947 года дом отдыха «Левый берег» принял первых отдыхающих – работников Дальстроя и УСВИТЛА Среднеканского района. В первом корпусе разместились семейные, в дальнем – в больших комнатах на 8 человек – одинокие. Отопления не было, в комнатах было холодно. Потом пришла пора комаров.

Да, конечно, каждый день в санатории проходили медобследования: отдыхающих посещали врачи больницы. А вот развлечений в Дебине не было. Да и какие там развлечения – большая часть местных жила за колючей проволокой. Даже спиртное невозможно купить в магазине. Чем заниматься кроме гуляний по берегу Колымы и визитов на Прижим? В сентябре уже холодно, отопления нет.


Фото №108. Вид с Дебинского прижима.


В общем, дом отдыха просуществовал только 3 летних месяца. Не стал «Левый берег» популярным. Гораздо интереснее было попасть в санаторий «Горячие ключи» на Талой. В 1,5 км от источника были выстроены два спальных корпуса на 155 мест, а непосредственно у источника – ванное здание на 4 ванны. В конце 40-х годов рядом со спальными корпусами появилась новая водолечебница на 10 кабин и 6 грязевых кушеток. И к Магадану близко, и тепло в источниках. Да и инфраструктура развлечений там была намного лучше, чем в Дебине.

А к концу 40-х должен был вступить в строй опытный санаторий "Мотыклей" в 125 км от Магадана. Минеральная вода с уникальными свойствами, удобные для отдыха корпуса. Там даже создали целый завод по газированию и разливу минеральной воды.

А Дебин от города далеко, ресторана и театра нет, водки нет, женщин тоже почти нет. И когда отопление будет, неизвестно. В общем, Дальстрой решил закрыть дом отдыха «Левый берег». Жилые корпуса и столовую передали здравоохранению.


Фото №104 (архив Балабановой Е.И. (Беловой). Дебин, 1948. – Уникальная фотография – панорама северной части Дебина. Слева направо: Центральная больница УСВИТЛа, котельная с двумя трубами, бывшая начальная школа Колымского полка с большими окнами (в 1948 году это жилой барак), два корпуса детского санатория, Дом приемов Дальстроя (через 5 лет – здание 7-летней школы), столовая санатория, на заднем фоне – 3 двухэтажных жилых дома (бывшие дома начсостава Колымского полка).


На их базе в июне 1948 года открылся детский противотуберкулёзный санаторий на 125 мест. С точки зрения медицины, это очень правильное решение. В долине реки Колымы между устьями рек Дебин и Таскан сложился уникальный микроклимат. Даурская лиственница в низовьях и заросли кедрового стланика (он же сосновый стланик – Pinus pumila) на сопках создавали удивительно высокую концентрацию фитонцидов в воздухе.


Фото №106а. Заросли кедрового стланика на колымских сопках


Другой фактор – редкие ветры в этом районе – обеспечивал устойчивость уровня фитонцидов. Один гектар зарослей кедрового стланика даёт более 10 кг летучих фитонцидов в сутки, активно снижая уровень микрофлоры в воздухе. Особенно сильно сосновые фитонциды воздействуют на палочку Коха – возбудитель туберкулёза.

В 1948 году санаторий работал лишь в летние месяцы. Зато в 1949 году он стал круглогодичным после подвода труб парового отопления. Тогда же, в 1949 году, половину дальнего корпуса занял детский сад для поселковых детей. Количество мест в санатории сократилось до 75. К началу 50-х после внутренней перепланировки количество мест возросло до 200 (так по документам, но трудно представить как в полтора жилых корпуса могли вместиться 200 детей).


Фото №106 (архив Балабановой Е.И. (Беловой). Дебин, 1948 год. – Детский противотуберкулезный санаторий. Дети у фонтана


Здесь лечатся дети со всего Колымского края – от Чукотки до Якутии. В первые годы принимают детей только с закрытыми формами туберкулёза, но с 1951 года лечат и с открытым процессом. В основе лечения – санаторно-гигиенический режим, высококалорийное и насыщенное витаминами питание, стрептомицин, фтивазид. Главный врач санатория – Тимошенко С.Д. Технический персонал – заключённые из мужского и женского лагеря.

В каком году на территории санатория поставили карусель, и кто ее построил, не знаю. Но карусель помню хорошо. И беседку помню, и фонтан…

Детский противотуберкулёзный санаторий проработал в Дебине около полувека. Славная история.


Фото №107.

Дебин, 80-е гг. – Сотрудники детского противотуберкулезного санатория


К сожалению, ни одно из зданий санатория не сохранилось. В начале 2000-х и жилые корпуса, и столовую снесли.

### Котельная

Первая котельная была построена в 1939 году. Наверное, все жители поселка помнят длинное, низкое, вросшее в землю деревянное, закопчённое здание за действующей котельной.

Она была оснащена удивительно древними корнваллийскими котлами с очень низким КПД. Такие котлы применялись еще в начале 19 века (горизонтальный цилиндрический водяной котел, внутри которого проходит жаровая труба). Топился дровами.


Фото №59 (архив Дорожевца А.Н.). Дебин, 1940 г. – Первая Центральная котельная Колымского полка.


Котельная с трудом обеспечивала паровое отопление огромной казармы, 5 двухэтажных домов начсостава, столовой, детского сада и школы. Кочегарами работали заключённые. Гараж (будущий Ремпункт) отапливался собственной маленькой котельной. Колымский полк потреблял от 18 до 20 тысяч кубов дров в год. Гигантский объем. Бригады красноармейцев и заключённых рубили лес в районах р. Бахапча и р. Дебин.

Таким образом, к 1940 году окончательно определилась структура военного городка Колымского полка. Структуру задавала котельная. Южная ветка труб отопления шла от котельной к казарме и двум домам начсостава (конечная точка – двухэтажный дом у трассы – будущий «ремпунктовский дом». Северная ветка шла через будущую почтовую горку к 3 двухэтажным домам начсостава, конечная точка – последний двухэтажный дом. По документам паровое отопление имели еще 3 здания: столовая начсостава, детский сад и школа на будущей почтовой горке.

В планах командования в 1944 году – постройка еще двух двухэтажных домов для семей начсостава (будущие корпуса детского противотуберкулезного санатория) и нового здания штаба полка (будущая школа). Чтобы обеспечить их теплом, нужна более мощная котельная.

Строительство новой котельной началось в 1944 году.


Фото №60 (архив Дорожевца А.Н.). Дебин, весна 1945 г.– Строительство новой котельной.


По плану она оснащена тремя котлами Шухова и может, кроме дров, использовать торф с ЛП «Торфянка» в 6 км от посёлка. Аркагалинского угля еще не было, а весь эльгенский уголь шел на Тасканскую ТЭЦ.

В конце 1945 года в недостроенной новой котельной был запущен первый котел. Рядом стояли 3 пилорамы, обеспечивающие котельную дровами. С северной стороны котельной стояла кузня, с южной – деревянные здания бани и прачечной. Знакомые нам кирпичные здания бани и прачечной рядом с котельной построят только через 15 лет.

В известном приказе начальника Дальстроя генерал -лейтенанта И.Ф. Никишова от 29 июля 1946 года все здания бывшего Колымского полка с инвентарем и оборудованием были передавались УСВИТЛу. Начальнику УСВИТЛа тов. Бондаренко было приказано на базе этих зданий приступить к организации окружной больницы для заключённых. Отдельным пунктом стояло завершение строительства котельной.

Это было сделано лишь в 1948 году, когда в строй вступили все 3 котла котельной.

Вместе с посёлком росла и котельная. У неё появились пристройки, число котлов выросло до 7. А в начале 2000-х годов построили новую котельную – современную, автоматизированную. А здание котельной Колымского полка середины 40-х стоит до сих пор.


Фото №61 (архив Дорожевца А.Н.). Дебин, 1945 год. – Новая центральная котельная.


Фото №124 (фото Дианы Лукашовой). Дебин, март 2023 г. – Здание старой Центральной котельной с более поздними пристройками.

### Подсобное хозяйство

Одной из самых важных проблем Колымского полка во время войны была проблема продовольственная.

В течение всего военного периода не будет поставок продовольствия «с материка». С 1941 по 1945 год продукты кроме соли, спиртного и табака приходят только по ленд-лизу (табак почему–то тоже относился к продовольственным товарам). Всем организациям на территории Дальстроя предписано организовывать свои собственные подсобные хозяйства. Колымский полк тоже вынужден заниматься самообеспечением.

Первые элементы подсобного хозяйства в Дебине созданы весной 1938 года. На левом берегу Колымы к югу от трассы разбиты огороды с капустой и картофелем. Построены несколько теплиц. Заложен коровник на 40 голов.

К середине 40-х годов подсобное хозяйство полностью обеспечивает Колымский полк овощами, молоком, частично – мясом.

Под огороды отведена вся территория южнее трассы (бараки лагеря заключённых-строителей перенесены с этого места и установлены рядом с гаражом (будущим ремпунктом). В 1942 году часть стрельбища на севере посёлка (поле с лыжнёй) превращены в огород. К 1945 году почти всё стрельбище превращается в огород с картофелем.


Фото №62 (архив Дорожевца А.Н.). Весна 1942г. – Здесь будет огород Колымского полка (хорошо видно Пионерскую и Лысую сопки).


В 1944 году с этого огорода площадью 2,2 га собрано 12455 кг картофеля. С поля в 4 га южнее трассы собрано 13226 кг капусты и 20 тонн свежего капустного листа, 365 кг репы, 798 кг редиса. В теплицах были выращены 817 кг огурцов, 251 кг помидоров.


Фото №63 (архив Дорожевца А.Н.). Дебин, лето 1944 г. – Поле с капустой за трассой (видны трасса, фрагмент моста, сопка).


Фото №64 (архив Дорожевца А.Н.). 1944 г. – Теплица Колымского полка

Подсобное хозяйство функционирует как сельхозартель. Кроме вольнонаёмных там работают и заключённые. Есть и отдельный солдатский наряд.


Фото №67а (архив Дорожевца А.Н.). Дебин, 1938, 1939 г. – Коровник подсобного хозяйства Колымского полка–доярка Агриппина Андреевна Черных, глава сельхозартели Васев И.П.


В июле 1944 года командование получает прогноз метеослужбы о высокой вероятности повторения наводнения 1939 года. Начинается перенос всех капитальных строений и подсобного хозяйства подальше от берега Колымы. Переносят коровник, свинарник, овощехранилище. Дальше всего переносят птичник – его устанавливают в той части посёлка, которая ближе всего к будущей трассе на Синегорье. После войны рядом с птичником начнут строить свои дома вольнонаёмные.

Так в 1944 году окончательно формируется привычная для нас структура посёлка за трассой – т.н «Подсобное» и «Птичий».

В новом хозяйстве теперь 157 свиней (в 1943 году их было всего 15). Осенью завершено строительство нового коровника и телятника (около 80 голов). Есть птичник (несколько сот кур) и крольчатник (количество кроликов неизвестно).


Фото №65 (архив Дорожевца А.Н.). 1941 г. – Птичник подсобного хозяйства Колымского полка.


Красноармейцы в летнем лагере на сенокосе заготовили 185 тонн сена. Бойцы полка в 1944 году собрали 6543 кг голубики и брусники, 960 кг плодов шиповника, 1789 кг шишек стланика.

В районе устья реки Тауй (побережье Охотского моря) 36 рыбаков из Колымского полка выловили 12600 кг сельди, 160 тонн лососевой рыбы, добыли 50 нерп.

Но продовольствия всё равно не хватает. Летом 1944 года 218 бойцов 1-го стрелкового батальона на прииске Бурхала промыли 34875 кубов песков и добыли 271,6 кг золота. Все заработанные деньги ушли на закупку продовольствия у Дальстроя.

В 90-е годы подсобное хозяйство окончательно развалилось. Сейчас там только руины.


Фото №123 (фото Дианы Лукашовой). Дебин, лето 2023 г. – Руины коровника, птичника, других хозпостроек подсобного хозяйства.

### Кладбище


Фото №68 (архив Дорожевца А.Н.). На этом скалистом утёсе расположено кладбище Колымского полка.


Поселковое кладбище на высоком скалистом берегу Колымы основано как кладбище военного городка 22-Колымского стрелкового полка ВО НКВД СССР. Первая могила появилась там в конце 1937 года. Красноармеец И. скончался после тяжелого воспаления, возникшего в результате сильного переохлаждения. Колымская зима – слишком суровое испытание для бойцов полка, родившихся и выросших в европейской части СССР.

В «Книге погребений с 1937 по 24.02.1946 гг.» – 27 фамилий. На Дебинском кладбище – 24 могилы красноармейцев и командиров. В графе «место нахождения могилы» указано «бухта Нагаева, левый берег р. Колыма, 700 метров выше моста» (иногда «600 метров», иногда «ниже моста» – писари по-разному понимали направление – кто-то писал «выше» с опорой на карту, кто-то «ниже» с опорой на направление течения реки).

Один боец похоронен в Сусумане, один в Магадане, один в пос. Усть-Утиная («правый берег р. Колыма, 100 м выше посёлка».

Отчего умирали красноармейцы полка? Болезни, травмы, убийство… Но самые большие небоевые потери Колымский полк понес в 1941 году. Полк проводил лесозаготовки в районе устья реки Дебин. Во время переправы перевернулась лодка. 14 красноармейцев и командиров утонули. За плохую организацию переправы был наказан комбат, капитан Л. (он получил 6 лет по ст. 193-17а) и заключённый С., управлявший лодкой (10 лет + 5 лет поражения в правах).

Через военные архивы удалось прояснить судьбу капитана Л. Пройдя через кровавые бои на Украинском фронте в рядах штрафбата, он был восстановлен в звании, командовал стрелковым полком и закончил войну осенью 1945 года в звании подполковника. Награжден орденом Красной Звезды и орденом Александра Невского.


Фото 68а (архив Дорожевца А.Н.). 1941 г. – Переправа через р. Дебин


Я помню эти могилы со звездами. В детстве мы часто гуляли по старой части кладбища.

Вольнонаёмных, работавших в структурах Колымского полка, хоронили в стороне от красноармейских могил (ближе к трассе).

Кладбище на сопке Заключённых образовалось раньше, в 1935 году. Там, пока еще внизу, возле дороги, хоронили заключённых из лагерных командировок, строивших Тасканскую трассу, а затем заключённых из лагеря в Дебине, строивших и обслуживавших здания Колымского полка. Ручей вдоль трассы возле Пионерской сопки получил название Могильный в середине 30-х годов.

В 1946 году на сопке начались массовые захоронения заключённых, умерших в больнице, а также заключённых, работавших в больнице и подсобном хозяйстве (в начале 50-х в Дебине числилось больше 2 тысяч заключённых).

Захоронения уходили вверх и к середине 1953 года заняли почти весь южный склон сопки. Внизу стояла лебёдка, трос с системой блоков крепился к деревьям на вершине сопки. Крюк цеплялся за проволоку, обмотанную вокруг ног, тело затаскивали на нужный ряд могил. Могильные рвы после засыпки почвой, смешанной с мелкими камнями, превращались в знакомые всем дебинцам террасы. С детства помню их, помню и деревянные таблички на колышках с номерами ряда и могилы. По воспоминаниям очевидцев, на некоторых табличках можно было прочитать сделанную химическим карандашом фамилию умершего.


Фото №69 (архив Дорожевца А.Н.). Дебин, 1979 г. – Террасы кладбища на сопке Заключённых.


Последние захоронения на сопке Заключённых датируются сентябрем 1956 года.

В июне 1991 года у подножья сопки установлен гранитный камень в память о захоронённых заключённых. Финансирование и работы осуществляли старательская артель по председательством Наймана В.А., предприятия КолымаГЭСстрой, Дебинское ДРСУ. На мраморной доске выбит текст:

На этой сопке погребённым

Под номерами, без имён –

Седой гранит – знак скорби он.

Наш долг – признать

Ваш честным путь,

Народа память Вам вернуть.


Через 12 лет, в июле 2003 года, недалеко от камня установлен поклонный крест (старательская артель Наймана Владимира Августовича).


Фото №70. Дебин, 2019 г. – Поклонный крест и памятный камень на сопке Заключённых.

### Клуб

Дебинцы 50-х и 60-х хорошо помнят больничный клуб – центр культурной жизни посёлка. Высокая и глубокая сцена, яркий занавес, бархатные портьеры, зал с 200 креслами с откидными сиденьями, стулья с тёмно-красной бархатной обивкой для президиума… Это было самое большое и роскошное помещение в Дебине.

Очереди в кассу на наружной лестнице на второй этаж, голубые билетики… В мальчишеской памяти отчетливо остались только самые яркие фильмы тех лет – несколько серий «Фантомаса», «Даки», «Вий», «Бриллиантовая рука», «Неуловимые мстители». Помню, как дети радостно, в предвкушении, хлопали во время движения занавеса. Помню и праздничные концерты. Да я и сам в составе детсадовского танцевального ансамбля неловко, с унылым энтузиазмом подпрыгивал «летку-енку» перед родительской аудиторией, радостно подбадривающей нас аплодисментами.

Замечательный хор медучилища, новогодние карнавалы, музыканты и актёры, среди которых молодой Юрий Иванович, будущий директор кинотеатра, эмоционально читающий стихи о Ленине. Выступления гипнотизеров помню. Куда же без них…

Конечно же, этот клуб, как и почти все в Дебине в тот период, достался посёлку от Колымского полка. Начинался же красноармейский клуб с длинного барака на берегу Колымы в 1937 году.


Фото №71 (архив Дорожевца А.Н.). Дебин, осень 1937 г. – Клуб на 250 человек 22-го Колымского стрелкового полка ВО НКВД на правом берегу Колымы.


В клубе проводились политзанятия, концерты художественной самодеятельности. Периодически приезжала кинопередвижка. В 1939 году у полка появился собственный кинопроектор, фильмы стали показывать каждую субботу и воскресенье. Там же, в клубе, первое время размещалась и библиотека.

Культурная жизнь полка активизировалась в 1940 году, когда была завершена отделка зала в трёхэтажной казарме. Кресел не было, стояли лавки, при максимальной плотности зал вмещал до 300 зрителей. В 1941 году три первых ряда занимали красивые стулья с высокими спинками для начсостава, в 1946 году весь зал был оснащен креслами с откидными сиденьями, которые мы помним.

Уже в 1940 году проходили еженедельные кинопоказы, было поставлено 5 спектаклей, проведены 12 концертов. Получила широкое распространение необычная форма приобщения красноармейцев к культуре – коллективное чтение художественной литературы. Был организован ансамбль песни и пляски. В 1940 году он завоевал 1 место в системе Дальстроя и получил премию 5 тысяч рублей.


Фото №72 (архив Дорожевца А.Н.). Дебин, 1940 г. – Ансамбль песни и пляски 22-го Колымского стрелкового полка ВВ НКВД СССР на сцене клуба казармы.


При клубе было множество кружков – акробатический, драматический, струнный оркестр, детский ансамбль.


Фото №73 (архив Дорожевца А.Н.). Дебин, 1941 г. – Детский танцевальный ансамбль на сцене клуба Колымского полка.


Имелся даже свой джазовый оркестр. В те годы джаз еще не считался буржуазной музыкой – «сегодня он играет джаз, а завтра Родину продаст» – и был очень популярен среди командиров. В группе играли профессиональные музыканты из музвзвода. Все они были сверхсрочниками и добровольно согласились поехать на Колыму со своими семьями в надежде на хорошие заработки. Но, как следует из донесений политруков, их надежды на большие доходы не оправдались (зарплата всего 350-400 рублей), возможностей для побочного заработка не было, да еще и условия жизни совсем не для музыкантов. Они многократно подавали рапорты с просьбой завершить их службу в полку, отправить на фронт, но без оркестра Колымскому полку было бы еще труднее – музыкантов, естественно, не отпустили. Вот так они прослужили в музыкальном взводе до 1946 года. Зато их джаз был знаменит на весь Дальстрой.


Фото №74 (архив Дорожевца А.Н.). Дебин, 23 февраля 1942 года. – На сцене клуба выступает знаменитый джаз-банд Колымского полка.


В 1946-53 годах это был клуб Центральной больницы УСВИТЛа. Здесь проводились торжественные собрания в дни государственных праздников, на которых присутствовали не только вольнонаёмные сотрудники больницы, но и работники лагерей. На сцене стоял большой рояль. Лавки заменили на деревянные кресла с откидными сиденьями. Иногда с концертами приезжали артисты из Магадана. Посмотреть представления съезжались начальники из близлежащих посёлков и лагерей.

В конце 1953 года в клубе установили новую киноустановку. Впервые местные жители могли свободно посетить клуб. Для посетителей был открыт отдельный, с внутреннего двора, вход в кассовый и зрительный зал. По воспоминаниям очевидцев, первыми фильмами, которые увидели местные жители в 1953 году стали «Алитет уходит в горы» и «Подвиг разведчика».

Клуб становится центральным местом культурной жизни Дебина. Яркое событие уходящего 1953 года – новогодний карнавал 31 декабря и праздничный концерт 1 января 1954 года. В те дни в посёлке особенно остро чувствовалась атмосфера надежды на лучшее будущее. Все верили, новый год будет счастливым и добрым, впереди всех ждёт только лучшее.


Фото №112а (архив Мицкевича И.В.). Дебин, 1 января 1953 г. – Новый год в клубе


С праздничными номерами выступили и школьники Дебинской 7-летней школы.

Фото №113а (архив Мицкевича И.В.). Дебин, 1 января 1953 г. – Новогодний концерт в клубе.


В августе 1971 года больничный клуб сгорел. Некоторые жители Дебина рассказывали, что они лично слышали, как на следующий день «Голос Америки» сообщил о том, что «в посёлке Дебин сгорела областная больница». Не знаю правда ли это, но в список дебинских легенд эта история вошла прочно.

Функции центра культурной жизни на себя взял кинотеатр «Чайка» – ещё один символ посёлка и нашей насыщенной жизни – и успешно эту функцию выполнял в течение многих лет. Но это уже совсем другая история.

### Ремпункт

Гараж Колымского полка, ставший впоследствии Дебинским ремпунктом, начали строить одновременно с казармой. Но достроили его значительно позже – лишь в конце 1940 года. Огромное здание из кирпича (длина почти 90 м., ширина 18 м., высота до 5 м.) отапливалось собственной котельной. До 1947 года гараж был окружен металлической оградой с постами на входах. Кстати, часть этой ограды была использована для огораживания территории дома отдыха «Левый берег» (будущий детский санаторий).

В акте передачи дел новому комполка Баранникову (февраль 1944 г.) отмечено, что техническое состояние гаража – неудовлетворительное: образовалась горизонтальная трещина по всей длине восточной стены – возможно обрушение.


Фото №29 (архив Дорожевца А.Н.). Весна 1943 г.– Перед бойцами Колымского полка выступает замкомандира полка по политчасти майор Астапов. Вдали видна крыша полкового гаража – будущего ремпункта.


После отъезда полка гараж и часть машин отошли Управлению автомобильного транспорта Дальстроя. В Дебине на базе гаража организовали филиал Спорнинской автобазы. До конца 50-х это самая богатая организация в Дебине. В её распоряжение перешли некоторые дома возле трассы, в частности бывший первый дом для семей начсостава («ремпунктовский дом» – его перестроили и расширили) и бывшие склады и артиллерийские мастерские вдоль трассы (их переделали в длинные жилые бараки для работников автобазы – один из бараков стоит до сих пор).


Фото №135. Дебин, 1971 г. – Ремпункт (1), больница (2), ремпунктовские дома (3)


Почти 80 лет простояло здание бывшего гаража Колымского полка. В начале 2000-х оно окончательно обветшало без ремонта, и в 2018 году его снесли.


Фото №136 (фото Шеломенцева А.). Дебин, 2014 г. – Руины ремпункта

### Стадион

Активная спортивная жизнь для красноармейцев – это не только элемент физической подготовки военнослужащего, но и эффективный канал сублимации мужской энергии.

С самого начала своей колымской жизни полк активно включился в систему соревнований в Дальстрое. Так, в феврале 1938 года команда Колымского полка из 13 человек принимала участие в 1-й Всеколымской спартакиаде в Магадане. В итоге 1-е место по стрельбе из малокалиберного оружия и 2-е командное место в военизированном походе на 20 км со стрельбой из строевой винтовки.

В 1940 году началось строительство стадиона военного городка Колымского полка. В 1941 году состоялось его официальное открытие в День физкультурника. Для участия в празднике приехали гости – спортсмены из подразделений ВОХР Среднеканского района.


Фото №75 (архив Дорожевца А.Н.). Дебин, 19 июля 1941 года. – День физкультурника. Стадион Колымского полка. Вероятно, это самая ранняя фотография Дебинского стадиона. Снимок сделан с точки, где расположена волейбольная площадка. Видна арка при входе, справа от неё – информационный стенд под козырьком, еще правее – портреты Сталина, Молотова, Ворошилова, Калинина, Берии. Видны лиственницы "парка". Брезентовые палатки закрывают вид на 3 двухэтажных дома начсостава. Вдали – сопка Лысая.


Фото №76 (архив Дорожевца А.Н.). Дебин, 1941 г. – Стадион – гимнастика на брусьях.


Стадион занимает площадь 10000 кв. метров, включает в себя полноценное футбольное поле, гимнастическую и прыжковую зоны, городошную площадку.

Отдельные элементы стадиона сохранились до начала 70-х (гимнастические брусья, арка при входе, стенд).

Зимой на стадионе заливают каток. У полка есть своя хоккейная команда. В марте 1945 года она завоевала 1 место по хоккею в первенстве Окружного Всеколымского совета «Динамо». В команде 12 человек, которых приказано «для подготовки к соревнованиям освободить от работ и занятий за исключением политической подготовки». За победу капитан получил 150 рублей премии, остальные члены команды – по 50 руб.


Фото №49 (архив Дорожевца А.Н.). 1942 г. – Дебинский стадион. В наше время с этого ракурса за спинами участников были бы видны трибуны и детский сад.


Несколько десятилетий стадион был центром футбольной жизни Дебина. Стояли даже 2 трибуны для болельщиков. Были и хоккейная коробка, и волейбольная площадка…


Фото №127 (архив Александрова Ю.Ю.). Дебин, 70-е гг. – Майский футбол на стадионе. В роли судьи – наш знаменитый «Максимыч» – учитель физкультуры Николай Максимович Котляр.


К настоящему времени сам стадион, конечно, сохранился. Даже одна трибуна еще стоит – любимое место подростковых посиделок ещё в 70-е. Есть поле для мини-футбола с покрытием и воротами.


Фото №128а (фото Дианы Лукашовой). Дебин, лето 2022 г. – Стадион. Рядом школа и руины детского сада. Трибуна. Любимой библиотеки и аптеки, увы, уже нет.

### Водонапорная башня и дамба

Система водоснабжения строилась одновременно с казармой. В 1939 году действовал водопровод в двух первых двухэтажных домах. Вода поступала из Колымы через целую систему галечных и песчаных фильтров в бетонном водозаборе на берегу. Длина водовода около 600 метров! Наводнение полностью разрушило короба с трубами (см. фото №15). Пришлось заново строить песчаную дамбу и укладывать трубы. Пока не заработала система переброски воды, воду привозили в бочках с берега Колымы или носили в бидонах и ведрах из ручья Левобережного (этот тот ручей, что течет за больницей, принимает канализационные стоки и впадает в Колыму возле острова).

Первая водонапорная башня была заметно ниже привычной нам «водокачки». При весьма частом отключении электричества на насосной станции напора хватало только на первый этаж жилых домов и казармы.

К 1942 году завершено возведение новой 16-метровой башни с металлическим баком наверху, вмещающим 15 тысяч литров воды. Зимой 1942-43 года дети впервые катаются с ледяной горки под «водокачкой». Эту ледяную горку, уверен, помнят все дети Дебина 40-90-х лет. Огромная «шишка» из чистого льда, вырубленные ступеньки, практически вертикальное скольжение на санках вниз, бешенная скорость и долгий спуск до самой дамбы. Ну, конечно, иногда сломанные руки-ноги, порванная одежда, синяки, шишки на лбу…, куда ж без этого.


Фото №42 (архив Дорожевца А.Н.). Дебин, 50-е годы. – Водонапорная башня на фоне больницы. Дым из трубы котельной. Слева – дома «того посёлка».


Фото №134 (архив Лукашова В.). Дебин, 1971 г. – Водонапорная башня рядом с больницей.


В середине восьмидесятых рядом со старой построена новая, уже бетонная, дамба. Но она развалилась через 15 лет. После этого вода в посёлок опять пошла по трубам на песчаной дамбе 1939 года. Единственное изменение – старые деревянные короба теперь закрыты бетонными плитами с «новой» дамбы.

Вот и получается, посёлок уже почти 85 лет получает воду по дамбе, построенной в конце 30-х годов местными заключёнными и саперами Колымского полка.

Башня простояла 40 лет и была разрушена в 80-е.


Фото №131а. Дебин, 2000-е. – Остатки кирпичной кладки, мощный бетонный фундамент водонапорной башни.


Фото №133в (фото Дианы Лукашовой). Дебин, 2022 год. – Дамба.

## Почему наш посёлок называется Дебин, а не Левый берег

Есть три версии. Две опираются на документы, а третья – художественная (рассказы других людей).


Фото №137 (фото Дианы Лукашовой). Лето 2022 г. – Колыма, остров Любви, мост, посёлок Дебин

### Историческая версия

В самом начале 30-х годов предполагалось, что Колымская трассы на участке от Палатки до Колымы пойдет вдоль реки Бахапча, а не реки Урутукан (именно так называлась тогда река Оротукан). Выход к Колыме намечался на несколько километров южнее, чем это произошло в реальности. Где-то на участке между устьем реки Бахапча и устьем реки Дебин планировалось строительство Колымского моста. Недалеко от устья Дебина вполне логично размещался бы населенный пункт, который на планах так и назывался – Дебин (пока без слова «посёлок»).

Но во время трассировки в 1933-34 годах маршрут дороги сместили к северу, поближе к золотоносным районам Утинки, Оротукана, Среднекана. Идея города в районе Дебина исчезла, но название осталось. При этом до 28 июня 1937 года сочетание «посёлок Дебин» не встречается в официальных документах Дальстроя.

Приказом №176 от 28 июня 1937 года по государственному тресту «Дальстрой» посёлку на левом берегу Колымы, именовавшемуся в период строительства моста «Переправа», присвоено название Дебин (неофициальное название Левый Берег). В самом тексте приказа есть противоречия. Посёлок, расположенный на обоих берегах (причем на правом берегу зданий в десятки раз больше, чем на левом), неожиданно обозначается неофициальным названием «Левый берег».

В документах и картах тех лет я не нашел «посёлка Переправа". Везде «Переправа» – это просто место переправы через реку без всякого «посёлка». В 1935-37 годах бараки заключённых на правом берегу назывались ЛК УДС 463 км и «УДС – переправа р. Колыма», а в ОЛП на левом берегу Колымы неофициально называли «Левый берег».  Кстати, «Переправа» была и на берегу Индигирки на Старом колымском тракте.

Именно в этом приказе появляется сочетание «посёлок Дебин». Название Дебин появляется на официальных картах, но до середины 50-х его почти не используют для обозначения нашего посёлка. Чаще Дебином называют прииск «Дебин» на реке Дебин. Потом еще и «Верхний Дебин» появился. Сплошная путаница. Наш Дебин чаще называют «Левый берег», «военный городок Левый берег», потом Центральная больница «Левый берег».

До начала 40-х годов место пересечения трассы с Колымой по-прежнему называют не Дебином, а просто Переправой. Осенью 1938 года в клубе Колымского полка на берегу выступали магаданские артисты. В газете Советская Колыма от 20.09.38 об этом написано так: «С 9 августа по 17 сентября 1938 года прошли первые гастроли театра имени М. Горького Управления комендатуры по маршруту Магадан – Мякит – Хатыннах – Ягодный – Переправа – Спорный – Оротукан – Атка». Есть Переправа, но нет ни Дебина, ни Левого берега.

Еще пример: в июне 1939 года по приказу ГУСДС НКВД СССР была организована экспедиция для изучения жизни коренного населения Колымы. Официальный маршрут экспедиции в этом приказе обозначен так «Магадан – Переправа и далее вниз по реке Колыме до Походска и обратно».  Здесь тоже нет ни Дебина, ни Левого берега – есть просто Переправа.

Выражение «посёлок Дебин» стало активно использоваться лишь с конца 1953 года, после организации Магаданской области и присвоения Дебину статуса рабочего посёлка. Хотя и в 70-е годы в посёлок приходили почтовые отправления с адресом «Магаданская область, пос. Левый берег».

### Конспирологическая версия

Полк прибывает на берег Колымы в августе 1937 года, когда посёлку уже присвоено имя Дебин. Но заключённые и вольнонаёмные, проживающие на левом берегу Колымы возле моста и в бараках ЛК УДС 465 км, по-прежнему называют эту территорию «Левый берег». Начсостав и красноармейцы Колымского полка тоже используют это название. В документах Колымского полка обозначение местоположения «Левый берег» встречается гораздо чаще, чем «Дебин». Красноармейцы часто задают вопрос политрукам, почему на карте это место названо Дебин, если река Дебин находится не слишком близко.  Политруки так объясняют выбор названия посёлка – "враг не должен знать место дислокации полка", а "Левый берег" сразу выдает его местоположение».

Кстати, в начале 1941 года именно из соображений секретности из официального названия полка исчезло слово "Колымский", а из почтового адреса – "Левый берег". С 1937 до конца 1940 года на письмах «с материка» в Колымский полк стоял адрес "Бухта Нагаева, Левый берег." С января 1941 года писали просто "Бухта Нагаева, п/я 2".

### Романтическая версия

Директор Дальстроя Эдуард Петрович Берзин был натурой романтической. Ему нравились местные чукотские, эвенкийские и якутские названия. Эти необычно звучащие слова мистически совпадали с необычной красотой этих мест. Ему нравилось, когда поселки получали имена не политических деятелей СССР (этим грешили названия приисков), а местные названия рек, ручьев, гор и озер или, по крайней мере, их переводы на русский.  И действительно, в 1931-37 годах не было поселков с названиями Сталинск, Молотовск или Калининск с Ворошиловском. Да и опасное это дело. Сегодня назовешь посёлок именем какого-нибудь государственного деятеля, а тот окажется врагом народа – придется переименовывать.

В 1937 году появилась шутка про посёлок Ягодный (в первые годы именно Ягодный в мужском роде, а не Ягодное) – мол, надо срочно переименовать его в посёлок Ежовый. На всякий случай разъясняю для молодого поколения – в 1937 году нарком внутренних дел Генрих Ягода был расстрелян как враг народа, его сменил Николай Ежов. Ежова, правда, тоже скоро расстреляли. Его сменил Берия. Так что надо было сразу название Ягодный на Бериевый менять, тогда оно сохранилось бы, по крайней мере, до 1953 года.

Вот и с Дебином такая история произошла. Ну не было большого выбора местных названий! В итоге название для посёлка взяли у реки Дебин. А ведь могли и реку Бахапча выбрать, она-то ближе! И стали бы тогда жители посёлка бахапчанцами и бахапчанками. А ведь еще и Бюченнах недалеко …

## Что означает слово Дебин

Под именем Дебин (иногда Дэбин) левый приток Колымы отмечен на картах 20-х годов. А сколько лет река так называется, уже не выяснить. Официальная версия – на якутском слово дьэбин означает "ржавчина". Например, пословица тимири дьэбин сиир, киһини – санаа – железо губит ржавчина, а человека – тяжелые думы.

Вероятно, реке дали такое имя из-за «ржавого», красно-бурого цвета листьев деревьев и кустарника на осенних берегах. Или из-за темно-красного цвета сопок в верховьях на закате.

У слова дьэбин есть и переносный смысл. В якутском языке есть выражения, близкие по смыслу к русскоязычным фразеологизмам из группы «измениться в лице под влиянием сильных эмоций: "лицо стало багровым", «лицо помрачнело», «его лицо окаменело». Например, сирэйэ дьэбин уоһунна (лицо его помрачнело, будто заржавело), «угрюмый» – дьэбин yosput (губы заржавели – вероятно, сурово сжаты). Поэтому слово Дебин в вольном и образном переводе это и Багровый, и Мрачный, и Угрюмый. Багровый, кстати, это густой, насыщенный темно-красный цвет. Другими словами, река Дебин – это река Багровая. Осенью ее берега именно такие.

Так что Пушкин, посети он Колымский край, и про берега реки Дебин вполне мог бы написать свои знаменитые строки:


Люблю я пышное природы увяданье,

В багрец и в золото одетые леса…


Фото №78. Багрец и золото Колымского края.


А вот в непогоду река может уверенно называться и Угрюмой, и Мрачной.


Фото №111. Река Дебин.


В 2022 посёлок Дебин отпраздновал своё 85-летие! В отличие от многих соседних колымских посёлков Дебин жив: еще работает больница – ныне противотуберкулёзный диспансер.; дети ходят в школу и детский сад; пусть не осталось старых деревянных домов, зато нормально себя чувствуют блочные 4-этажные и 5-этажные дома; есть центральное отопление и горячее водоснабжение. Жизнь продолжается!

Но в памяти и снах Дебин всегда из детства: с друзьями из домов с балконами, с уроками в старой школе и музыкальными репетициями в поссовете, с играми в индейцев на Песках и зимней лыжнёй, с романтическими прогулками на Прижим и кинофильмами с 17 ряда в кинотеатре «Чайка», с катанием на санках с горки под водокачкой и купанием в котловане на Горелом, с пьянящим запахом стланика после дождя и фантастической панорамой с вершины сопки Лысой…

Живи долго, родной Дебин!


Фото №138 (фото Дианы Лукашовой). 2022 год. – Ровно 85 лет назад этой территории приказом Дальстроя присвоили имя «посёлок Дебин».