Павел Чумаков-Гончаренко
Телевизор

Это было во времена не столь отдаленные, но в нынешний,  быстро меняющийся век, это кажется уже почти сущей древностью. Случилось все, в конце прошлого века, ещё до эпохи гаджетов и интернета, в эпоху телевидения; которое и ныне еще не ушло, а лишь кое-где сдает свои позиции. Хотя и всячески этому сопротивляется, приспосабливаясь, как может, к новой реальности.

В то время люди, на закате СССР и на восходе новой капиталистической России, уже почти бросили читать книги, и в своей основной, революционной массе, подсели на телевидение. Испокон века человеком двигало любопытство и жажда наслаждений, причем любопытство, это тоже одна из форм наслаждения.  И вот, наконец, телевидение удачно совместило в себе все эти страсти и человечество сразу собрало и обрело в одном лице – и то, и другое.

Земля, как известно слухами полнится и известий ищет, и в этом людям помогли новостные выпуски, т.е. опять же – телевидение. Считается, что СМИ, это четвертая власть. А телевидение бесспорно продолжает оставаться главным орудием в руках средств массовой информации. Новости, шоу, спорт, фильмы и сериалы, давно подменили собой, воспитательную функцию образования. Они влияют на свою аудиторию так же, как в свое время влияли на людей: жрецы, традиции и община. Телевидение формирует мировоззрение и общественное мнение: его принципы, вкусы и границы дозволенного. То с чем боролись их прадеды и деды, под действием телевидения вызывает безразличие отцов, и уже поддерживается или агитируется и насаждается их детьми и внуками. Так что для большинства людей, первой, а порой и единственной властью является телевидение. Хотя в последнее время его изрядно и потеснил интернет, но оно стабильно имеет свою многомиллионную армию адептов. Во второй же половине 20в. его власть и авторитет над людьми стали непререкаемы. В Древней Греции был дельфийский оракул, в современном мире практически в каждой квартире есть свой теле-оракул: включай и слушай свою или его истину, пока не посинеешь, – со временем правда, как правило, первая становится и второй. Впрочем, речь сейчас не о том.

На сломе эпох, во времена великих потрясений и перемен в нашей стране стал рушиться железный занавес, пока окончательно и ни рухнул, к нескончаемой радости одних и к несоизмеримому горю других; отчего естественно первые несказанно обрадовались, а вторые несказанно расстроились. Тогда на заре рыночных отношений, страну наводнили иностранные агенты влияния, всяческие «Акаи»,  «Фунаи» и  «Панасоники»; они просто заполонили квартиры российских граждан. И тихим сапом одержали незаметную, но очень значимую победу, – вытеснив собою, гордость советской радио и теле промышленности, – всякие  «Чайки»,  «Рубины» и  «Горизонты»; а с ними были вытеснены и их идеологические шоры.

Эти западно-восточные шпионы оккупировали почти все российские квартиры и не только, – расселившись по всей территории бывшего Советского Союза, и окончательно похоронили надежды на его восстановление. Они ежесекундно следили за каждым жителем нашей необъятной Родины, своим азиатским, черным, большим глазом, – транслируя и смущая неокрепшие советские души и умы прелестями заграничной жизни, как потом выяснилось, ее тонкой, элитарной прослойки. Что поделать, такова человеческая природа падкая до наслаждений, искушений и информации?! Как известно еще наши прародители попались на эту удочку: захотели куснуть яблочка, стать богами и жить сытой и довольной жизнью, почивая на божественных лаврах. Но жизнь совсем другая и за все приходится платить, особенно за лень, глупость и эгоизм. Что-то я, немного сбился с канвы моего рассказа.

Да простит меня милый читатель за эту неумелую пробу пера, но как говорится: сиди не сиди, а начинать надо….

И так поехали…

Сидел я как-то у себя на кухне и размышлял над всем тем, что я поведал выше. И вспомнилась мне одна, то ли байка, то ли нет, – то ли быль, то ли небылица. А тут под рукою оказался листок с карандашом. Как опять же всем известно – пути Господни неисповедимы и я подумал: дай-ка попробую, от меня не убудет. И вот читатель, что у меня из всего этого получилось.

В некотором царстве, в некотором государстве, в Союзе Советских Социалистических Республик, – образованном 30 декабря 1922года, и закономерно, но так нелепо и бездарно разваленном собственной властью, при безмолвном содействии народа к декабрю 1991года, – в одной квартире жили-были  муж да жена. Жили они дружно: как кошка с собакой, т.е. в разных мирах. Но периодически их пути пересекались на супружеском ложе, т.е. ночевали они на одной кровати. Жили они в самом обычном доме, на самой обычной улице, в самом обычном городе, название которых, к сожалению, история не сохранила. Проживали они одни, дети то ли выросли, то ли Бог не дал, то ли сами не захотели, но был у них один домашний любимец, т.е. телевизор. Они в нем души не чаяли и пылинки сдували.

Вы скажите, ну и что здесь такого, на свете много пар, которые живут вдвоем, а уж телевизором в наш цифровой век никого не удивишь! Все верно, со всем заранее соглашаюсь и прошу проявить тебя, милый читатель, одно из самых ценных человеческих достоинств, т.е. терпение и немного повременить, не отбрасывая это быть, может слегка неумелое повествование в сторону. Надеюсь, что в конце него, ты не будешь разочарован тем, что потратил свое драгоценное время на эту писанину. И так с вашего разрешения продолжаю…

Жили они, как мы выяснили неплохо, как живет большинство наших современников. И все бы было хорошо, если бы ни их общий любимец, т.е. телевизор. Все дело в том, что был он у них один-одинешенек. А о вкусах, как известно не спорят, так как, хорошо всем известно, что среди них  товарищей днем с огнем не сыщешь. Вот и у супругов вкусы были разные, если не сказать прямо противоположные, в общем, были они совсем не товарищи. Муж любил смотреть спорт и особенно футбол, а жена безгранично любила бесконечные сериалы, которые, как всем известно, далеко не всегда успевают закончиться при жизни своих поклонников и прежде всего, конечно же поклонниц. Телевизоры не раз становились свидетелями жарких баталий и драматических событий, порой не уступающим по своему накалу наполеоновским войнам и сражениям: допустим под Лейпцигом и Ватерлоо. Ох, и сколько же они наслушались и насмотрелись за свой короткий телевизионный век семейных ссор, скандалов и трагедий. И порой эти ссоры, скандалы и трагедии происходили именно из-за них, любимых.

Вот и наша черно-серая коробочка чего только не наслушалась и ни насмотрелась, за время своего пребывания у хозяев. Причем обоюдные угрозы, а порой и обоюдное рукоприкладство между супругами, это еще далеко не самое страшное, – случались вещи и похуже! Доходило даже до того, что в порыве гнева, они иногда обещали наложить руки! И на кого спрашивается?! На своего любимца! На того, кто верой и правдой служил своим хозяевам уже не один год?! Да-да в гневе люди, безумны, безжалостны и ужасны! Они часто угрожают друг другу, а отдуваться должен ни в чем неповинный телевизор?! Ну, где здесь, спрашивается, отыскать справедливости? Сколько раз его начинало рябить, когда он слышал, как хозяева в пылу ссоры грозили разбить ему глаз, размозжить голову об пол и даже вы не поверите: сбросить его, всеобщего баловня и любимца! с пятого этажа хрущевских апартаментов. От таких угроз и мыслей у телевизора не только начинали бегать мурашки в одном, единственном и бесценном глазу: иногда слушая и представляя, что с ним могут сделать, его слабые электронные нервы не выдерживали, и он начинал моргать, репеть и заикаться. Когда же спор с переменным успехом враждующих сторон все же наконец-то утихал, видя, что угроза миновала, он успокаивался, его самочувствие постепенно налаживалось: помехи пропадали, и он начинал транслировать сигнал, как положено – ровно и чисто. Из-за чего и был вполне доволен собой, как впрочем, им были довольны и его зрители. Как-никак, а все же член семьи!

Да простят меня милые женщины, но мне кажется, что сильная половина человечества в среднем более сообразительна, чем ее вторая половина, которая, безусловно, намного более красива и привлекательна, чем ее первая половина. Плюс ко всему недостаток логики у некоторых женщин вполне и с лихвой окупается большим сердцем и интуицией, этой спутницей почти всех великих открытий и достижений. Впрочем, простите, я опять отвлекаюсь, и давайте вернемся к нашим героям.

Каждый день, в одно и то же время, сверяемое точно по программе: организм женщины начинал требовать очередной дозы сериала. Уже в предчувствии этого, она начинала нервничать, – работа у нее не спорилась, все валилось из рук, и поминутно поглядывая на время, она с нетерпением ожидала часа икс. Когда, наконец, она сможет вырваться из серых будней жизни, забудет о ее проблемах и окажется в мире грез, сладких мук и мечтаний: где мужчины зарабатывают много денег и содержат своих жен и любовниц в роскоши; женщины ездят на шикарных автомобилях и ужинают в дорогих ресторанах; а на выходные они отправляются отдыхать ни на дачу или в деревню, чтобы намахивать там тяпками и лопатами, а летают на Мальдивы и Гавайи, дабы понежиться на солнышке и искупаться в море-океане. И общаются там их мужчины не глаголами: «дай, подай и не мешай», а бесконечно усыпают своих избранниц прекрасными эпитетами и комплиментами, о том, как они красивы и неотразимы, и как бесконечна, и безгранична к ним, их любовь. «А этот, кроме – дай пожрать и полежать двух слов связать не в силах! Только междометия знает: эм…, гм… и дык… Тьфу ты… слов не хватает!»– думала жена, раздраженно поглядывая на своего избранника. Если же по каким-либо причинам, она пропускала очередную серию, очередного сериала, то у нее начиналось что-то напоминающее ломку наркомана: настроение портилось, аппетит пропадал; казалось, что жизнь не сложилась и уже точно не сложится; все ее мысли были с какими-нибудь Марианнами и Хуанами и непреодолимыми преградами, которые разделили их и не дают случиться их совместному счастью. А еще эти производители сериалов, что удумали?! Почти каждый раз прерывают фильм на самом интересном месте. Потом живи и думай, как там все разрешится – не жизнь, а мука! И тогда в ожидании очередной серии женщина начинала думать, что нет правды в этом подлунном мире, и что там за океаном живут такие же люди, как и она с мужем. И нет правды не только у нее в квартире, в семье, в стране, но и там у них, у буржуев:  в Америке, Бразилии или Мексике. «Бедные вы мои!» – пускала обильную слезу женщина, жалея всех их, а вместе с ними, в лице их конечно и себя. Но в глубине души она знала, верила и надеялась, что все у них наладится. Как же иначе?! И будут они жить счастливо и богато. А там где-то далеко, в самой глубине сердца, она, боясь признаться и самой себе, надеялась, что вместе с ними наладится жизнь и у нее, и они с мужем когда-нибудь все же по щучьему велению смогут стать такими же счастливыми и богатыми.

И вот, наконец,  дождавшись часа икс, она, окидывая стратегическим взглядом пространство перед телевизором и планируя наступления атаки, начинала вклиниваться своим телом на территорию занятую противником, т.е. ее мужем. Который обычно в одних семейных трусах раскидывал свой генштаб на диване и явно не собирался отступать. Этот атлет, фанат спорта, а особенно футбола, имел между пахом и грудью мощный укрепрайон необозримой высоты. Эту крепость на своем пути, его жена, пренебрежительно называла Телепузом. Строительным материалом для него являлись неуемный аппетит и несметные галлоны пива. На призывы жены не смотреть спорт, а им заняться, он всегда, самодовольно похлопывал себя по животу и парировал:

– Если все начнут заниматься спортом и играть в футбол, то некому будет смотреть и болеть за него. Да и некогда! А без болельщиков спорт погибнет. Так что, я не просто лежу и смотрю, а спасаю его от вымирания. Можно сказать, я краеугольный  камень всей этой спортивной индустрии. Ее главной спонсор и потребитель!

И он довольный своей тирадой  пригублял очередные полкружки пива. Выпивая за тех кто на поле и тех, кто не жалея своей жизни, сил и здоровья болеет за них на диване:

– Чтобы всем, и всё, и вся!

Единственное, что спасало этих людей, мужа и жену, от бессмысленного прожигания жизни, как впрочем, часто, и всех нас – это работа. Не знаю, сделала ли работа из обезьяны человека, как говорили классики марксизма, но вот превращаться человеку в скотину она точно мешает. Как-никак, а угроза голода и счета за квартиру, хочешь не хочешь, но заставляют человека двигаться и действовать, т.е. оставаться человеком.

Как известно, и мы частично это показали, что муж и жена, это одно целое – одна плоть, изредка разрываемая работой, и постоянно противоречиями. Во всех семьях, как правило, если и не царит мир да любовь, то зато почти всегда господствует эмоциональный консенсус: хорошо ему – хорошо и ей, плохо ему – плохо и ей. Если одному плохо, а другому нет, то не беда, это легко поправимо, – ведь в случае чего ненароком, всегда можно испортить или поднять настроение и своей второй половине. И, к сожалению, конечно, чаще первое, чем второе.

Так вот, когда приближался долгожданный женою час грез. И она, беспокойно поглядывая на телевизор уже не могла спокойно заниматься своими делами, боясь пропустить самое важное. Ведь как уже было сказано, что для того чтобы поддержать напряжение у зрителя производители стараются оканчивать очередную серию на самом интересном месте. Жена вся в предчувствии развязки, проходя мимо их домашней «святыни» напоминала супругу, что подходит ее время. Муж, тоже поглядывая на часы и слушая жену начинал нервно шевелить свой пятой точкой в семейных трусах по самое колено, – у подножия Телепуза. Недовольно ворча о том, что даже в выходной день, он не может спокойно посмотреть футбол.

Тогда уже у жены начинался нервный тик под глазом, и она с этим тиком начинала атаковать мужа:

– Ты погляди-ка, заработался лежа на диване! Разжирел боров, не обхватишь! А я что не работаю?! Мне что, отдыхать не нужно?! Ты ряха весь день пролежал, даже мусор не мог вынести! Дай мне хоть час спокойно посмотреть свой фильм!

В это время, чувствуя приближение очередной бури нервный тик от жены начинал передаваться и телевизору. По экрану пробежала первая, еще слабая и пока еле различимая рябь. Если конфликт обострялся в связи с показом, очень важного для Телепуза матча, то конфликт  вступал в свою острую, горячую фазу. Тогда экран телевизора снова начинал в волнении подпрыгивать и рябить, а соседи с любопытством прослушивали сводки информбюро. Они получали достоверные и не очень сведения о материальном состоянии и здоровье супругов, их родителей, родственников и друзей, характер их увлечений и предпочтений, диагнозы и возможную сексуальную ориентацию. Также к их сведению доносились немаловажные подробности личной супружеской жизни, а также  характеристики и психологический портрет их, их родителей и даже самое интересное, порой и самих соседей.

Часто когда жена заходила в зал с явным намерение несмотря ни на что и не считаясь ни с какими жертвами посмотреть очередную серию своей мыльной оперы; на мужа внезапно обрушивался острый и ни чем необъяснимый приступ голода. Жена уже знавшая эту непонятную и неприятную особенность его организма советовала ему есть то, что есть, т.е. питаться собственными запасами, столь концентрировано скопившимися в области его Телепуза. На вопрос:

– Какими запасами, если у нас холодильник пуст? А твои борщ и картошка уже поперек горла стоят!

Получал логичный ответ монотонно-металлического голоса: – Не хочешь питаться запасами телепуза, питайся энергией, той которой ты у меня за долгие годы совместной жизни насосался!

Их любимый ящик, как полноправный член семьи, проявляя беспокойство на неполадки и помехи в семье: отвечал помехами на экране. Тогда муж, раздражаясь все более и более, и от жены, и от помех, говорил:

– В конце концов, я же деньги домой ношу не для того чтобы голодать и питаться, как козел или скотина картошкой и капустой! Я мужик, я мяса хочу!

И он начинал отправлять свою суженую  на кухню приготовить ему «нормальной» еды, чтобы успокоить свой голод и свое задетое мужское самолюбие. Которые, как известно, у многих мужчин являются синонимами, а порой и «однокоренными» словами, уводящими в глубину души, и в глубину веков, там где притаились корни всех человеческих зол: «свои», «мои» и их апогей и первоисточник – всеми любимый и боготворимый «Я». Этот вот «Я» и есть головка от эгоизма и причина всех бед. И наши супруги  здесь, к сожалению, были не исключением.

На эти все выпады в ее сторону жена начинала также резонно отвечать всевозможными пословицами и прибаутками: что без труда не выловишь и рыбку из пруда; хочешь жрать умей вертеться; или хочешь жрать вставай на лыжи, в сторону рынка, и прочее в таком же духе.

– Если хочешь, мой милый и ненаглядный, любезный мой супруг и добытчик мяска. То отправляйся ты по добру, по здоровью на сафари, т.е. в магазин и добудь нам там добычи. Потому как продукты по твоему меткому замечанию в холодильнике уже закончились, оттого там и шаром покати.

А уж тогда, она, обещает не посрамить чести жены и приготовить чего-нибудь вкусненького, чтобы его Телепуз не отощал и продолжал добреть, лосниться и расти, – всем его товарищам любителям футбола и дивана на зависть. В общем, отправляла она его куда подальше: в магазин, в гараж, на рыбалку. Главное, чтобы подальше с глаз и из сердца вон.

Так продолжалась и писалась летопись этой семьи, изо дня в день, из месяца в месяц и из года в год. Так бы и прошла их жизнь в постоянном противостоянии, взаимных бранных обстрелах и укорах, ругани и скандалах за жизненное пространство на спорной  семейной территории перед телеэкраном. Да и мало ли на земном шаре таких вяло текущих конфликтов?! Когда человек не видит и не хочет увидеть в ближнем себя, т.е. человека?! Если бы однажды ни случился один случай перевернувший всю их жизнь и жизнь миллионов таких же семейных пар, как и они. Их спасла мужская сообразительность! Как-то раз муж получив зарплату, проходил мимо магазина бытовой техники и случайно увидел на витрине небольшой, но такой милый и аккуратный телевизор. Его внезапно осенила гениальная мысль, в которую он поначалу даже побоялся поверить. Он остановился, почесал вначале затылок, потом телепуза, прикинул с прищуром, и немного поколебавшись, махнув рукой решил:

– А-а, была не была! Где наша не пропадала?! Пойдет!

Через некоторое время, он уже лежал, как ни в чем не бывало, на своем любимом диване и смотрел свой любимый телевизор. Иногда весело что-то напевая: сегодня он вообще был, как никогда весел и в ударе. Тикало время, бежали минуты, приближался час икс. Жена скоро должна была прийти с работы, как раз к началу телесеанса своего любимого сериала. Вместе с временем начинал периодически подтиковать и телевизор ожидая возобновления боевых действий в непосредственной и опасной близости от его телеэкрана и в зоне его традиционного влияния и трансляции. Он-то бедный и глупый даже не догадывался, о тех поистине глобальных, тектонических сдвигах в геополитике семьи и межсемейных отношений, которые вскоре должны случиться, и раз и навсегда изменить ее политическую карту, а через это и карту всего мира. Да и как он мог это вместить в своей пластмассовой, черно-серой коробочке?!

Через полчаса домой не замедлила явиться и вторая сторона конфликта, т.е. жена. Муж знал, что она спешит к началу  сериала и поэтому очень опасна. Он мгновенно, вместе с поворотом ключа в замке превратился в одну сплошную, напряженную пружину и приготовился к бою, обороне или атаке, как получится. В коридоре послышался топот неумолимо приближающихся шагов противника. И… она появилась в дверях, ворвавшись в комнату, словно легкий бриз, – сметая все на своем пути, как лавина и даже не взглянув на мужа с криком:

– Фу-у-у! Слава Богу, успела! Сейчас должно начаться! – метнулась к телевизору. Если бы она только знала, что сейчас должно случиться и в какую злую и хитроумную ловушку, она сейчас угодит?..

Видно просмотр спортивных передач все таки дал свои плоды, и муж проявляя чудеса скорости и ловкости, а также невероятную волю и героизм, – о существовании которых в себе и сам наверно смутно догадывался, – успел перегородить ей дорогу. Он встал между ней и телевизором смело выставив вперед свой телепуз, словно собираясь пасть смертью храбрых перекрыв им амбразуру. При этом можно только восхищаться  его самообладанием, потому что на его лице играла ласковая, открытая улыбка, почти как у младенца.

Жена, уперев руки в бока и прищурившись, презрительно прошипела:

– Уйди, а то я за себя не отвечаю!

Муж опасливо, но стойко и слащаво протянул:

– Любимая, а я деньги получил.

Грозная жена, немного смутившись, косясь, то на телевизор, то на мужа, процедила сквозь зубы:

– От меня не откупишься! И так все отдашь!

И сделала шаг вперед намереваясь устранить так некстати возникшую преграду в лице своего мужа. Но супруг не сдаваясь, выставил примирительно вперед открытые ладони, – нежно-нежно и ласково-ласково, по иезуитски, почти что пропел:

– Дорогая! А я тебе подарок купил!

Это уже было слишком. Забыв на время о сериале, жена, насторожившись, иронично и недоверчиво спросила:

– Удавку что ли?

Муж, загадочно усмехнувшись, заметил приторным голосом:

– Какая же ты у меня все-таки шутница!

– От шутника слышу! – машинально, на автомате ответила она, растерявшись, привыкнув на любую грубость отвечать тот час же и тем же. К несчастью именно грубости чаще всего ей и приходилось от него слышать…

А иезуит продолжал делать свое дело, вставляя в свою речь дикие и непривычные для ее слуха эпитеты и комплименты, он нашептывал словно змей в Эдемском саду:

– Родная ты моя, заинька! Закрой на минутку свои прекрасные очи! И не подглядывай. Я тебя сейчас отведу и покажу что-то! Всего пару минут солнышко ты мое ненаглядное и будешь смотреть потом свой сериал хоть до скончания века! А я тебе никогда более не помешаю!

Это последнее предложение окончательно сбило ее с толку и на время разоружило. А ему того только и надобно было: он осторожно подошел к ней и немного приобняв ласково нашептывая ей что-то на ушко повел ее куда-то по коридору. И она, как бедная, глупая овечка зажмурила свои глазки и послушно поплелась за ним, как когда-то в молодости, когда он сделал ей предложение, и в тот день они отправились в ЗАГС.

Сквозь пальцы его рук закрывающие ее глаза, она краем глаза видела, что они вошли в кухню, и он подвел ее к подоконнику. Потом повернув ее спиной к окну, а лицом развернув к стоящему напротив холодильнику, шепнул:

– Еще мгновение…, – подошел к нему и скомандовал, – але-оп! Открывай!

Открыв глаза женщина увидела мужа, холодильник, а на нем небольшой, компактный телевизор. В нем стояли и целовались в крепких объятиях Марианна и Хуан. Не веря их и собственному счастью, ибо не имея своего она вынуждена была жить счастьем своих любимых героев, она разрыдалась от переполнившей ее радости. А наш иезуит, ее муж, без всякого зазрения совести отправился досматривать свой любимый футбол. Оставив бедную женщину всю в слезах на кухне.

С тех пор утекло немало воды. Уж и не знаю, живы ли те супруги, по сию пору или нет, но после этого случая говорят, что скандалов в их семье сильно поубавилось. У их телевизора появился братик. А муж и жена продолжили свое сосуществование далее: он на своем любимом диване, со своим любимом футболом, а жена на кухне с кастрюлями  и сериалами, у нового телевизора. В общем, получилось, как в той поговорке, и овцы целы, и волки сыты. Каждый стал жить своей жизнью и не мешал другому.

Если мой дорогой читатель думает, что сейчас другие времена и другие нравы, то он сильно ошибается. Да действительно время, как и научный прогресс не стоит на месте, но суть человеческой личности все та же. Да теперь не воюют за телевизоры, они теперь стоят чуть ли не в каждой комнате. Да и люди ныне все больше проводят время за новыми игрушками – гаджетами, соцсети и т.п. Люди если и стали меньше ругаться, то это лишь потому, что стали менее соприкасаться друг с другом и все более отдаляться друг от друга: каждый живет в своем мире и все менее нуждается в ближнем. Порой кажется, что недалек тот день, когда супруги глядя друг на друга после долгих лет жизни, однажды оторвавшись от своих гаджетов могут и не узнать, кто перед ними находится. Здесь возникает и другой вопрос: а знали  ли они вообще когда-нибудь друг друга? Может потому, они так и отдаляются, что слишком заняты собой и им нет дела до другого человека? Даже если это твоя вторая половина! Да и как понять другого, если мы и себя-то плохо знаем и понимаем?!

Как бы там не было, но напоминанием об этом происшествии изменившим архитектуру семейного очага целого поколения, служат телевизионные памятники, гордо возвышающиеся на многих и многих кухнях нашей необъятной Родины: от Владивостока и Хабаровска, до Киева, Минска и Калининграда.