Конрад Непрощенный
Пепел

Принц народа лунных эльфов присел возле убитого ребенка в горящей деревне. Его отряд грабил, убивал и сжигал все, до чего его воины могли дотянуться. Однако лицо эльфа не выражало ничего, что было бы похоже на радость или удовлетворение.

– Это действительно необходимо? – спросил принц Голдред, закрывая ребенку глаза.

– Необходимо, ваша милость. Если же вы не хотите завязнуть в кровавом болоте, – ответил воин с глефой, который стоял поодаль.

– Как же так получилось, что мы теперь лишь кучка восставших рабов? – спросил эльф, оглядывая своими желтыми глазами пожарища.

Один год назад

Принц Голдред охотился в лесах возле владений своего старшего брата. Их земли были последним королевством лунных эльфов, а их народ – последними его свободными представителями. Принц тихо двигался в кустах, держа наготове свое копье.

– Милорд, смотрите, там, – воин рядом с ним в странных доспехах и с глефой указал на парочку оленей, мирно пасущихся на поляне.

– Вижу, Т'Кар, – ответил принц и принялся красться в сторону пасущихся животных.

Внезапно послышался топот десятка копыт и олени в ужасе поспешили скрыться в лесной чаще. Вслед за звуком скачущих лошадей послышались собачий лай и голоса всадников.

– Брессонцы, – принц сплюнул на землю, – трижды прокльятье им на голову, раз помешали столь славной охоте.

– Милорд, давайте пойдем в другое место. Не стоит лишний раз провоцировать их, – Т'Кар взял принца за плечо и потянул прочь.

– Нет, Т'Кар, я славно поохочусь сегодня. И никакие угнетатели гноллов мне не помешают, – принц раздраженно скинул руку воина с плеча и двинулся дальше.

– А кто это у нас тут такие? – послышался голос сзади, – Эй, парни, я нашел добычу куда лучше, чем ваши клятые вепри и олени. Я нашел беглых рабов, да ещё и остроухих.

– Мы не рабы, – Т'Кар выступил вперед и снял шлем, демонстрируя всаднику свою мраморно бледную кожу и черные, словно у паука, глаза. – Мы свита принца Голдреда из Бейтморы. Теперь, будьте добры и вы представиться.

– Я не веду разговоров с рабами, – с этими словами всадник пришпорил коня и помчался на Т'Кара.

Юноша, что сидел верхом, попытался нанести укол на скаку в центр нагрудника воина, но тот сделал шаг в сторону и копье прошло мимо. Юноша развернул коня повторил свою попытку, но результат был тот же. Свита же принца осталась с царственной персоной.

– Это бессмысленно, юноша. Тебе не ранить меня, так как я не раб. Я куда опаснее, – Т'Кар увернулся от очередного укола и выбил юношу из седла. – Представься, я не хочу причинять тебе боль.

– Я сын герцога де Моле, Людовик де Моле. И мой отец покарает тебя за твою дерзость.

– Не думаешь ли ты, что он покарает тебя за то, что ты атаковал принца соседнего государства? – спросил Т'Кар, легонько улыбаясь молодой запальчивости брессонского нобиля.

– Что? Соседнего государства? Вы – теперь наши рабы, а ваша земля принадлежит нам! – заорал юноша, – Мы два дня назад взяли вашу столицу, а вашего короля распяли над воротами в нашу новую столицу. Я лично отымел его жену и уби… – принц не успел договорить, так как Голдред пробил его голову насквозь своим копьем.

– Замолчи! Закрой свою пасть! – заорал принц, но на поляну уже начали стекаться свита принца и их гончие, – Отправьте всех псов в Бездну!

Началась кровавая баня. Свиты знатных особ сошлись в кровавой мясорубке. Копья пробивали тела, мечи наносили глубокие раны. Воины в свитах выполняли роль стражи, были облачены в броню и были лучше защищены. Однако ничто не могло противостоять ненависти, что затмила разум лунных эльфов, когда они узнали о падении своего королевства. За несколько десятков секунд все было кончено. Свита брессонского дворянина была перебита в полном составе.

– Милорд, он мог Вам врать, – Т'Кар подошёл к принцу, – нам следует спрятать трупы и коней.

– Нам следует спешить. Плевать на их трупы, мне нужно домой, – Голдред не слушая никого, вскочил на коня и помчался в сторону дома. Его воины последовали за ним.

Вечером того же дня они добрались до склона горы, с которого открывался вид на некогда прекрасную столицу лунных эльфов. Это был последний город, который построили высшие эльфы в Новом мире. Однако сейчас его не было видно из-за клубов дыма и языков пламени. Было видно, что из города тянутся толпы народа.

– Это беженцы? – спросил один из воинов принца.

– Нет. Теперь это рабы брессонцев, – мрачно ответил Т'Кар, – указывая на фигурки, что ходили рядом с толпами и взмахивали, по всей видимости, плетьми.

– У нас были договоренности! – принц сжал кулаки, а его слезы падали в пепел его королевства, – Они предали нас!

– Не совсем так, – ещё один воин Голдреда втащил вперед воина завоевателей, – Брессон разорвал все договоренности, пока нас не было.

– Откуда ты это знаешь?

– Императорский…эдикт, – прохрипел раненый воин Брессона, – теперь вы…просто рабы…ничтожества, – воин сплюнул кровью под ноги принцу.

– Что ж, значит теперь я объявляю вас своими врагами и клянусь биться с вами до последней капли крови, – принц подошел и медленно перерезал горло пленному. – А теперь найдите выживших. Я хочу спасти все, что осталось от моего народа.

Принц Голдред собрал небольшую часть своего народа и теперь прятался по лесам, нанося партизанские удары по войскам Брессона. Голдред сумел собрать достаточно воинов своего народа и прочих подданных его королевства, а также отряды беглых рабов. Принц дал крупное сражение в руинах своей столицы и с треском проиграл, потеряв почти все войско, а мирные жители, что были в его обозе, брессонцы забрали в плен. С тех пор отряд принца почти никогда не насчитывал больше сотни воинов.

Принц Голдред приняв поражение, обдумав все и переосмыслив тактику, преступил к тотальной партизанской войне. Прячась по укрытиям, войска принца атаковали обозы, караваны, небольшие лагеря врага. Принц и его воины хорошо знали свою землю, в отличие от завоевателей. Теперь Голдред избегал каких-либо затяжных, а тем более крупных сражений. После того, как тактика показала свою состоятельность, принц добавил элементы террора, дабы деморализовать врага.

Но насилие, через которое прошёл принц, оставило глубокий след в его душе. Убийства безоружных, женщин и детей стало вызывать у принца лунных эльфов отвращение. Он понимал, что подобные акции необходимы, что это его враги. Но он также начал ясно понимать, что если он это будет делать на постоянной основе, то он станет таким же, как его враги.

Поэтому принц предпочитал вырезать одну деревню с предельной жестокостью, оставив пару выживших и отпустив их, дабы те рассказали о случившемся остальным. Затем же он просто приходил в другие деревни и уже страх работал на него. Он брал все, что ему нужно, не проливая ни капли крови, а потом растворялся в ночи.

Появились слухи, что это демоны, что приходят ночью и убивают всех, до кого дотянутся. Голдред по совету своего верного воина Т'Кара решил поддержать эту брессонскую легенду.

Сегодняшнее время

Принц встал и повернулся в сторону, откуда послышались странные звуки. Он увидел, что сюда скачет один из его воинов, а остальные его бойцы выстраиваются в боевой порядок.

– Что происходит? – спросил принц.

– Там какие-то воины. Это не брессонцы. Среди них много гноллов, – быстро отрапортовал воин.

– Кто их ведет?

– Гноллы, одна старая карга, а второй огромный воин.

Принц вышел перед боевым порядком своих воинов и устремил свой взгляд на стоящие напротив войска. Это было странное войско. Люди, гноллы, фавны, ящеры, минотавры и даже пара десятков ивари.

– Я король Голдред, последний правитель королевства лунных эльфов. Кто вы?

– Я Варлак, лидер восстания Красных повязок. И при всем уважении, но королевство твое пало. Ты теперь просто беглый раб, Голдред. Как и мы. Мы пришли сюда, дабы предложить тебе объединить наши силы, чтобы освободить наши земли.

– И какая же польза будет мне и моим воинам, если я соглашусь на союз с вами?

– Возможность отомстить и вернуть былое. Безопасное место для перегруппировки войск и отдыха. А также возможность убивать больше десяти брессонских воинов за раз.

– Я подумаю над вашим предложением. Где в случае чего я смогу вас найти? – спросил Голдред.

– Мы везде и нигде. Если ты одумаешься и согласишься, то мы сами найдем тебя. Но для верности я просто оставлю с тобой несколько наших людей, они тебя приведут. И можно вопрос, король? – последнее слово командир повстанцев особенно выделил.

– Я слушаю.

– Вы же раньше имели кожу, подобно вашим высшим братьям. Как она побелела?

– Это пепел наших городов, – с горечью ответил принц.