# Чувства

Павел Нефедов

Павел Нефедов: писатель, поэт, психолог, практик. Человек, который начинает писать, понимает, что не прочитает ничего нового без своей фантазии! Мир чувств – это коммуникация между разумом, телом и душой! Это общение с самим собой, через фантазию многогранного мира. Данная книга поможет вам проделать интересный путь, от себя в мир, через мир к себе. И так бесконечно… Помните, познать себя – значит обрести себя заново!

ОТ АВТОРА.


Путь от чтения фантазий писателя, до полного прозрения себя – обретения обычной и любящей жизни…


Дорогой читатель, эти малые крохи, того упоительного знания, что вытаскивает человечество из оков животного начала, приобретают истинный смысл – доброго олицетворения жизни на земле.

Любая мысль, которую ты вбираешь в себя из прочитанного или увиденного, старайся принимать позитивно. Ничего так не восполняет здоровье, как радостный настрой и жизнелюбивый взгляд.

Каждый день вспоминай о том, что жизнь – это здесь и сейчас! Можно долго готовиться к прыжку, развиваться в знаниях, укреплять свое тело, практиковать самосовершенствование для будущих перерождений, утончать связь со своей душой, – НО – любой путь выполняй с любовью. Каждый свой шаг совершай в гармонии с собой, сознавая точный фокус на сегодня – на настоящем моменте. Обожай его! Принимай его таким, каким ты же сам его создал!

Когда человек берет полную ответственность за свои эмоции, мысли и действия – он становится высшим «Я», пропитывающим мир добром и любовью!

Есть цель – вперед, тем более, если все твое истинное начало просит об этом!

Но если испытываешь дискомфорт, не важно – телесный, умственный или душевный, – остановись, выдели себе немного времени подумать о своих неудобствах, потом войди в состояние тишины – ты найдешь ответы на все вопросы, которые тебя беспокоят!

Весь мир, и его описание – заложены в тебе самом!

Улыбнись, любовь – это ты!


ПУТЬ К СЕБЕ.

Первая часть.


МАРИЯ.


В обычном, ничем неприметном городе для глаз обывателей, простиралась широкая река. Воды ее были темными и совсем незаметными для изумления. Она опоясывала весь град, нисколько, не стыдясь своего господства над сушей. Подобно своему извилистому настроению, водная красавица входила в такт танца по велению погоды.

Возможно, и находились жители этого каменного простора, которые созерцали всю величину и размах водной стихии, как бы обретая свою духовную связь. Но большинство глазеющих на реку прохожих, лишь принимали мысль о холоде и безразличии этой темной воды.

В сегодняшний день все как-то по-особому съеживались. И корчились от ветра, что пришел в эти края из дальних стран. Возможно, жарких и радужных. А может скучных и ранимых.

Мост, переходящий через ровную и широкую гладь воды, был огромен по своим масштабам. Он словно красочное одеяние, модницы реки, то дополнял, то просто пестро прикрывал ее наготу. Хотя можно было согласиться, этот тандем легко и игриво сочетался, несмотря на всю тяжесть окружающей обстановки.

Переправа включала в себя большие площади. Которые вмещали и автомобильную магистраль. И пешеходные дороги, по обеим сторонам моста. Даже при скоростном движении можно было упоительно наслаждаться этими размахами.

Неспешные же пешие дорожки напоминали окантовку на модном поясе, какого-нибудь танцевального костюма. В дневное время они никогда не были пустынными. Но именно в этот день, скопление народа было редким и скоротечным. Их словно подгоняло течение жизни. Неутолимое и зовущее на новые свершения.

А если разобраться, то становилось понятно, что это все хулиган ветер. Его задача была ласково щекотать поверхность воды. Но не замечая своей прыти, он обрушивался и на мост, прогоняя всех зевак. Бывали моменты, когда ему требовалась передышка. Но все это незаметные, человеческому глазу мимолетные моменты. Они так и не давали шанса на спокойную прогулку.

Время склонялось к полуденному перерыву, когда на мост очень спешными перебежками зашла молодая женщина. Ее возраст на глаз было не определить. Внутренний стержень и когда-то юношеский задор, еще теплился в красивом и грациозном теле.

Продвигаясь торопливо по мосту, особа постоянно что-то шептала себе под нос. Наверно этого бы никто и не узнал, если бы на помощь не прилетел озорник ветер. Он подобно хулигану растрепал ее шикарные на блеск волосы и еле уловил фразу:

– Мария ты должна это сделать!

Ветерок вроде попытался еще послушать невнятные фразы женщины, но поняв, что он уловил самую главную информацию: барышню звали Мария, он удалился, вспомнив про свои игрища.

Теперь было понятно, что Мария, сильно озадаченная чем-то, спешила в определенное место. Ее стремление было настолько высоко, что ноги словно находились на роликах. Это было поистине завораживающее зрелище. Стремление человека не могла остановить никакая стихия.

Внезапно над небольшим просветом, в нависших серых тучах, появился яркий свет. Он тут же разогнал игривое настроение ветра. И словно тибетскому гуру одарил всех присутствующих широкими улыбками. Они были искренними и настолько теплыми, что общее настроение заставило мост тут же превратиться в многолюдную площадь. Складывалось впечатление, что обстановка была похожа на лесную полянку. Где после посещения земли солнечных лучей, все зверюшки этого места скопились поиграть на земной равнине.

Мария почти уже прошла весь путь по мосту, когда словно по чьей-то просьбе остановилась. И подняла голову вверх. Она так обрадовалась солнцу, что аж тихонько взвизгнула. Эта неподдельная радость еще больше омолодила ее лицо. Оно преобразилось и стало выражать мирное спокойствие и любовь.

Жизнь словно разбавилась приподнятым настроением окружающих. Все просто расцвело в мыслях о лете. О его красках и благотворной поре. Все словно замерло. Наступила внутренняя тишина. Легкое спокойствие всех эмоциональных струн всеобщей души.

Естественно, как и все хорошее, этот момент длился не очень долго. Вернее, можно было сказать, что обычное сменилось обычным.

Как только лучи скрылись за пеленой ватного неба, баловник ветер тут же занял свою позицию главного над этим островком жизни. Люди поспешили по своим делам. Гладь на воде сменилась небольшим волнением. Поток транспорта поддался общему настроению и стал поддавать темп в свой ежедневный ритм.

Мария спрятала улыбку. Собрала себя в руки, для дальнейшего продолжения пути. Хотя ее мысли стали упорядоченными и устремленными для своей цели. В глубине себя, она все еще ощущала то нежное тепло, что оставило ей лучезарное действие природы.

Просторный вид сменился теснотой каменных строений. Они постоянно сменялись своим разноликим размером. То подавая стать, величественной высоты. То опускаясь на землю, показывая более низкое свое убранство. Все это изобилие разности высот, добавлялось сменой цветов. Создавалось впечатление, что архитекторы этого города заигрывали друг с другом. Передавая послания в разных оттенках своего настроения.

Широкие улицы переходили в более узкие. Те в свою очередь передавали эстафету, почти непроходимым смежным проулкам. Все повторяло водную стихию планеты. Где самые крупные водоемы образовывали более утонченные и кокетливые. Все величественное всегда оберегает и дополняет меньшее и ищущее поддержки.

На совсем невзрачном, пересечении домов показалась лавка. Она так нелепо смотрелась на сером пейзаже кирпичных коробок. Что глаз сразу же выделял ее из общей массы. Создавалось впечатление от яркой кокарды на однотонном фоне военной шапки.

Посреди здания красовалась не менее пестрая вывеска. Буквы на стенде, словно новогодняя гирлянда, перекликались разноцветной палитрой. Смысл их значения сразу же дополнял их радужность. Это была мастерская ювелирных изделий. Конечно же с полным спектром услуг: изготовление, продажа и ломбард.

Все лаконично подходило нынешнему разностороннему времени. Где правил дух современного неутолимо быстрого времени. Не только люди, но и окружающие декорации стремились включать в себя все самые сплоченные коммуникативные свойства.

Не то чтобы эти места покинул дух вечности. Просто вселенский разум заставлял все вокруг плясать, под его волшебную свирель. Эта песня становилась все привычнее и привычнее для человеческого восприятия.

Единственным и неизменным признаком всеобщего равноденствия оставался природный ландшафт, поодаль городских энергетических жил. Природа всегда давала понять человеку, что все в этом мире просто так. Для обычного и приятного существования.

Земля всегда испытывала это спокойствие бытия. И заботливым прикосновением оберегала людской род. От свершения очередной глупости, а иным языком: от новаторских способностей- мысли человека. Так как прекрасно понимала, что это такое же время препровождения, как и вращение земного шара во вселенских просторах.


ВОЛШЕБНИК.


Мария приблизилась к двери мастерской, успевая в последний раз отпустить какие-то мысли. И уже решительным жестом открыла дверь. Приятно пронизывающий звон колокольчика на входе, заставил женщину переключится со своих мечтаний на обстановку в лавке. Внутренняя атмосфера помещения сразу же навеяла воспоминания о милой юности. Складывалось двоякое впечатление об этом заведении.

Снаружи все пестрило современным настроем модерн-отделки. Добавляющей в свои пестрые тона еще и неоновую вывеску. Которая в свою очередь была снабжена программированием на оттенки цветной иллюстрации.

Здесь же напротив, интерьер возвращал своим устаревшим орнаментом, в советские времена. Даже в холле стоял диван, покрытый бордовым ковром с кисточками. Рисунок будто машина времени, прописывал немыслимые воспоминания из далекого и родного прошлого.

Мария на секунду даже испытала дискомфортное состояние в области сердца. Она всегда была очень впечатлительна на подобные игры разума. Любое совпадение с ее сущностью давало тут же о себе знать. Это могло выражаться просто в приятных воспоминаниях. Но иногда ее организм очень бурно реагировал, отключая все возможные функции восприятия настоящего. Принимая все эти впечатления, она погружалась в некий фильм. В нем даже существовали серии, начало и конец. И не важно, что это длилось всего несколько минут. Слишком восприимчивый мозг способен не только вырабатывать воспоминания мимолетно, но и дополнять их всеми признаками многогранности человеческих ощущений.

Возможно, на этот раз ее оцепенение длилось немного дольше. Но она наконец взяла себя в руки и продолжила свой путь к стойке. Она представляла собой не очень понятное глазу возвышение. Где, судя по всему, виднелись готовые украшения.

Небольшой подиум из витрин был наполнен блеском разного происхождения. Неведомая сила поманила женщину к этому разноцветному убранству. Переливы света и цвета настолько были яркими, что глаза Марии увеличились в размере. И это еще мягко сказано.

Лицо все преобразилось. На минуту повеяло благоуханием тайского массажного кабинета. И все это пропиталось лишь одной энергией: от удивления женщины, которое заставило разгладить на лице редкие, но существующие морщинки. Она даже и не могла представить себе, что монотонные походы по медицинским центрам и магазинам косметики, не смогут дать ей подобного эффекта омоложения, как это удалось простому и по-настоящему радостному удивлению. Весь секрет заключался в обычных и приятных человеку эмоциях. Которые являются настоящим волшебным средством для благотворного самочувствия: тела, разума и души.

Ободрившись золотой терапией, Мария испугано подняла голову. Безмятежные смотрины, прервались странным ощущением чего-то присутствия. В глубине темной комнаты, за прилавком, показался силуэт высокого мужчины. Его одеяния смахивали на клоунский костюм: странная шапка с бубоном на конце; длинный плащ, рукава которого закрывали кисти рук; и тонкий предмет в виде жезла волочился по земле за тенью незнакомца.

– Нет. Все-таки больше похож на волшебника. – Подумала женщина.

Наконец высокий человек вышел на свет. Мария сначала попятилась назад, представляя себе невообразимые картины происходящего. Но разглядев мужчину, она становилась.

– Фу ты. Еле слышно произнесла она. Понимая, нелепость ситуации.

Перед ней стоял обычный ювелир, в немного потрепанной рабочей одежде. На голове его был совершенный беспредел из волос, что и послужило тенью колпака чародея. А в руках он тащил за собой переноску.

– Свет решил провести дополнительно. Проводка совсем худая. – Пробормотал он себе под нос. – Вы с определенной целью? – Спросил мастер, понимая, что дама испугалась, внезапного визита.

Мария немного еще постояла в недоумении.

– Да! Я хотела спросить. Вернее, заказать. Нет… Спросить Вашего мнения.

Поняв, что женщина совсем растерялась, мужчина смягчился в голосе и ласково улыбнулся.

– Давайте присядем на диван. И Вы все спокойно объясните мне. Тем более, что сегодня совсем нет посетителей. Можно и чай попить вместе. Вы какой предпочитаете?

Мария начала спешно копаться в своей голове, вспоминая, какой напиток подходит больше ее диете. Подобные аналитические приемы стали повседневной обыденностью для людей. Вся имеющаяся информация извне была просто пропитана писаниями о том, как следует питаться, отдыхать и в общем-то жить!

– Складывается впечатление, что мы совсем разучились жить без подсказки и советов. – Вскользь подумала она.

– Мне любой, – уже кокетливо и с одобрительной мимикой лица ответила женщина.

– Да Вы присаживайтесь. Я все принесу и поговорим в спокойной обстановке. – Радостно скандировал ювелир.

Мария присела. Она ощутила в себе сказочное спокойствие. Так всегда бывает, когда бурные чувства сменяются более спокойными, и придающими уверенности в себе эмоциями. После пятиминутного вакуума в голове, мысли снова заработали на полную катушку. Словно доказывая, что разум ненасытный товарищ и друг.

За короткое время, что она пробыла в одиночестве, на довольно удобной тахте, с самодельной спинкой. Воображение опять привело ее к временным колебаниям. Возможно, всему виной была обстановка в лавке. Но истинная и весомая причина заключалась, в постоянной человеческой привязке к прошлому.

Эмоциональный разум берет свои истоки исходя из воспоминаний. Они подобны алгоритму восприятия всего сущего. Именно записанная информация прошлого (событий, объектов, прочитанного, изученного, да и просто увиденного) и задает настроение настоящего. Мозг с точностью до самой малой частицы передачи данных, воспроизводит декорации чувств, которые формируются из пережитого в прошедшем времени. Именно поэтому одно заведение импонирует, другое раздражает, а возможно и просто взрывает воображение. Обстановка, запахи, тактильный контакт, звуки – всегда проигрывают пластинку уже испробованного ранее.

Немного заблудившись в своем ощущении чего-то знакомого, женщина поняла внезапно для себя, что совсем отошла от цели, которая привела ее сюда.

– Хватит мечтать! – С насмешкой сказала она себе. – Пора подумать о главном и прийти к единому верному решению.

Не успев закончить фразу, она поймала себя на мысли, что ювелир уже стоит перед ней. Он вежливо улыбнулся, поставил на стол поднос с «чайной церемонией». И с блаженным спокойствием присел рядом.

– Я пока разолью по чашкам, а Вы можете начинать свой рассказ.

Мария совсем расслабилась, исходя из сложившейся дружелюбной атмосферы. Положила сумку на стол. Не долгими манипуляциями, содержимое кожаной красавицы появилось у нее в руках. Это был тряпичный сверток. От которого раздавалась колоссальная энергия. Настолько заметная мастеру, что его осанка изменилась в то же мгновение. Невероятная сила притяжения заставила его руку потянуться к свертку.

– Старинные украшения? – Поторопился он осветить свои познания.

– Да. Изумленно ответила женщина.

– Простите за мою прямоту, ведь я даже не представился. Просто моя долгая жизнь настолько пропитана ювелирным делом, что я уже связан этой «блестящей» энергетикой до мозга костей!

Марию сразу же посетила мысль о схожести энергетической связи между семейными парами, которая даже заставляет со временем подгонять внешность под один тип. Да что там люди, и животные этому подвержены.

– Вадим. – С еще большей добротой произнес мужчина.

– Мария. – В смущении рассыпалась собеседница. – Очень приятно. Вы наверно точно волшебник. Я сужу по окружающей дружелюбной ауре и Вашим способностям в общении.

– Просто я мужчина, который оставил позади многие годы, богатой на эмоции и впечатления жизни. Как, впрочем, скорее всего, и каждый зрелый человек. Именно яркая и насыщенная жизнь делает из нас магов. Чародеев самого главного фэнтези: людских взаимоотношений! Простите я перебил Вас. Продолжайте.

Тем временем свет за окном сменился легким мраком, который стал заполонять все пространство в мастерской, куда не проникало свечение от ламп. Это древний и ленивый вечер опускался на город. Он подобно мудрому старцу, осторожно покрывал своей мантией здания, и все произведенное человеческими руками. В ювелирной лавке родилась настоящая волшебная поэзия из теней и игры блеска, еще раз подтверждающая слова мастера, о слабом освещении. Нежный и заморский аромат чая дополнял этот чарующий пир мыслей и слов.


МЫСЛИ ОБ УТРАТЕ.


Вся эта чарующая обстановка несколько породнила мужчину и женщину. Уже было не важно, кто они и откуда. Единые мысли переплетались на каком-то невидимом уровне. На том, что скрыт от человеческого понимания. И это было не напряжение, которое создается эмоциями. Совсем наоборот. Ровное спокойствие двух людей подкрепилось лишь любопытством. Оно направилось в одну единственную точку. В самую главную цель – сверток с украшениями.

Мария очень ждала ответ на вопрос, который вот уже месяц съедал ее сердце. Все эти красивые вещи, в тряпичном комке являлись наследством от ее дорогой любимой мамы. Невероятно плотная связь двух родственных женщин прервалась, на материальном, но не духовном уровне, три года назад. По непонятным причинам, ее мама решила просто прервать свою историю человеческой жизни. Конечно же не предупредив об этом, любящих ее людей.

Мария задумалась. В ней пробудился автор романа. На секунду она отвлеклась от своего визита. И углубилась в воспоминания, как будто ее спросили на вечере-автора книги:

– Расскажите про маму героини и их историю!

–Обычная размеренная история этой семьи ничем не отличалась от остальных. – Закружили мысли Марии. – Каждодневное протекание бытия просто подкреплялось эмоциональными всплесками. Именно которые и связывают людей друг с другом. Это и любовь, и ненависть в одном флаконе. Только чувства, будь они положительные или отрицательные, дают связь к объекту внимания. Но как это обычно бывает, периодичность перерывов между чувственными волнами стала увеличиваться во времени. Люди реже друг друга видят. Связь гаснет. Даже мысли становятся реже о человеке. Остается лишь шестой кадр, который и напоминает всегда о том, на чем зациклен эмоциональный разум.

Мама всегда была волевой и самостоятельной, на принятие решений женщина. Она имела непоколебимую точку зрения на все, что окружало ее. И главным девизом для нее были слова – «Только вперед! И никаких слез!» Стойкая и закрепленная всей жизнью позиция, всегда помогала ей решать любые трудности. Причем они в основном были чужими. Так часто бывает, когда человек живет не своей, а другой, но родственной душой! Именно истинные семьянины всегда порабощены не своей жизнью, а своих близких. Поэтому близлежащее счастье, кажется далеким. Думая только о других, себя никогда не найти!

С годами железная леди превратилась в вечно ворчащую старушку. Не то чтобы семья не видела ее помощи, и финансовой, и моральной. Наоборот, каким-то волшебством, материальная возможность выросла и превратилась в кормушку. Да и слова напутствия всегда помогали идти только вперед. Просто к старости, насыщение обычными радостями немного притупляется. И слой за слоем накапливается недовольство любым проявлением даже добра. Серое кажется черным, белое совсем как-то не заметным. Если в детстве достаточно начать танцевать от улыбки взрослого человека, то к преклонному возрасту, придется разогнать себя до максимальной чувствительности, ну-например, в виде прямой лести.

Конечно же главной причиной отсутствия связи между людьми, является недостаточное внимание. Дети вырастают, создают семьи. Теряется плотная связь. Но затем следует новый цикл отношений. У молодой семьи появляется потомство, что является в свою очередь подарком стареющим родителям, так как связь с детьми возобновляется. Только уже через внуков. Опять визиты, общие интересы. Но почему-то и раздражение от самой жизни потихоньку начинает нарастать, только уже не заметно, ведь более маленькие детишки позволяют внешне добреть.

Мария вздрогнула.

– Никогда умные мысли не давали мне расслабиться. – Подумала она. – Мамочка моя так сильно обо всех заботилась. Что не заметила, как угасла ее собственная жизнь. Она перестала путешествовать. Стремиться к осуществлению своих желаний. Единственная мечта у нее была: благополучие детей и внуков. Да еще и муж превратился в несостоятельного малыша. Он то и дело просил внимания к себе. Хотя единственное положение его, было – лежа! Внуки баловали бабушку приходом раз в месяц. Но эти встречи заканчивались нравоучением. И выражалось оно единственной фразой: «Почему вы не посещаете меня?» И это повторялось в каждый их визит. Возможно, это и отдаляло ребят с мамой. Хотя я уверена они любили друг друга.

– Я. – Продолжала мыслительный процесс женщина. – всегда была у нее чаще. Помогала, заботилась. Всегда разделяла праздники. Конечно же мы все ссорились и мерились, как и в любой другой семье. Это естественный жизненный процесс. Но повода для угасания нашей связи не было. Возможно ее излишнее стремление к чужому счастью и разрушало ее мифы о настоящей семье. И она все больше и больше ощущала себя одинокой.

– Милая моя старушка! – Уже вслух произнесла Мария.

– Что простите? – Подхватил тут же Вадим.

Женщина смутилась и покраснела.

– Я просто заметил, что Вы немного не со мной. И ушли глубоко в свои мысли. – Продолжил ювелир, как бы выведывая информацию.

– Просто те переживания, которые меня связывают с свертком, всегда направлены на мою мамочку. Она недавно умерла. – грустно и со вздохом выдавила Мария. – Хотя уже и прошло три года. Но мне иногда кажется, что это произошло вчера. Так сильно возвращаюсь в то состояние… Вернее уже легче… Не знаю.

– Эмоциональная связь сильнее любой божественной энергии. – Задумчиво сказал мужчина. – Пока есть эмоции к человеку, эта боль, как и любовь не уйдет.

– Но как можно забыть человека? Которого сильно любила! Свою плоть и кровь. Она всегда жила только нами, и это отразилось естественно и на моих чувствах к ней. – поспешно ответила женщина.

– Да. Как эстафета. – Опять уходя в мысли произнес ювелир.

– Что простите? – Почти уже разозлилась Мария. Не понимая человека, далекого от их семьи, но старающегося сделаться умным в диалоге.

– Забота Вашей мамы передалась Вам. Вернее, она передала ее своим уходом. – Уже впиваясь прямо в глаза женщины, говорил Вадим. – Внукам, мужу – Вашему отцу, это понятно… Но ее забота к Вам, превратилась в патологическую обратную связь: вернее, теперь к Вашей заботе о ней, через воспоминания и личные страдания. Забывая о том, что нынешние мысли разрушают Ваш разум, тем, что вы просто изо дня в день копаетесь в себе и вопросах о настоящей причине ее кончины, Вы Мария, лишаете теперь себя счастливой жизни. Как когда-то она забирала у себя свое личное спокойствие, думая только о Вас. – Мужчина задумался. – Я, конечно, завернул, но это мое мнение, простите!

Мария оцепенела. Она еще не понимала, о чем сказал Вадим. Но пропечатанные в мозг слова мужчины начинали все больше проявлять свою сущность. И женщина даже приподнялась от сказанного. Настолько пронизывали мужские фразы.

На секунду у женщины промелькнули мысли о том, что собеседник не является тем, за кого себя выдает. А напрямую является хорошим психологом.

– То есть мамино вечное беспокойство, передалось мне в личных страданиях! И мое тогдашнее непонимание, ее тоскливого состояния по нам, вылилось мне в такую сердечную боль. Я не досмотрела, не поняла, а теперь так хочу вернуть те времена, чтобы сказать, как сильно ее люблю. И никогда не брошу! – Начала торопливо выдавать Мария, будто компьютер сканирует слова мужчины.

– Я просто выразил свои мысли, а смысл в них один: Вы должны отпустить сильную связь. Вспоминая лишь изредка вашу взаимную любовь. Это придаст только хорошие воспоминания, без горечи и боли в сердце. – Твердо сказал ювелир. – Кому теперь нужны эти разбирательства утраченного? Зачем эти самокопания в голове, кто и как кого недосмотрел? Я уверен Вы радуетесь новой покупке, забывая о смерти близкого человека, в нынешнее время. Но почему-то вспоминая маму, Вы впадаете в жуткое состояние самоистязаний. – Провел аналогию мужчина. – А нужно лишь улыбаться и посылать воздушные поцелуи, вслед ушедшей энергии Вашего родителя! – Наконец остановился мужчина.

– Да я уже совсем, и не… Ну… Не съедаю себя мыслями! – Начала как бы оправдываться женщина. Только с любовью вспоминаю маму!

– Да это понятно. – сказал Вадим и задумался. – Все так говорят. Вы думаете люди чем-то отличаются. Не обязательно быть мозгоправом, чтобы делать подобные выводы. Достаточно лишь анализировать несколько семейных историй, близких. И они окажутся все как под копирку. Одни родственники закрываются от переживаний, зная, что в непролазном горе и жизни не будет. И стараются мысленно быть дальше, новыми событиями. А другие, может и понимают это, но продолжают все снова и снова наносить себе душевные раны, тем самым отдаляя себя от своего же счастья. Конечно же эти страдания не такие же как при только случившемся. И их цикл спокойствия увеличивается. По мере старения самого вспоминающего. Это как при запоях! – Вдруг скандировал мужчина. – По молодости мы входим в них чаще и веселее, быстро отходя. Но с возрастом мы это делаем реже, по разным причинам: покачнувшееся здоровье, осознанная зрелость и так далее. Но они почему-то становятся глубже в эмоциональном плане, выражаясь в угрызении совести. Скорее всему виной наше личное восприятие к жизни. Мы стареем, и слоями прессуются и наши эмоции. Причем только негативные. Ведь именно они легки на подъем, в нашей голове. На позитив нужно себя еще настроить!

Женщина была немного поражена монотонной речи собеседника. Но возражать она была не в силах. Насколько были точны его слова.

Он то вводил ее в недоумение. То просто в шок.

Откуда могла знать Мария, что сказанные Вадимом слова, лишь обычные прописные истины жизни. И все их проживают. Но по каким-то непонятным причинам всегда забывают. И потом снова окунаются в этот же омут переживаний. Начиная новый виток томления души.

Вечер затягивался. Время совсем остановилось. Так всегда бывает, когда начинается волнующий мыслительный процесс. Что всякий раз подтверждает зыбкое мнение, о непоколебимости времени! Человек способен останавливать эту единицу измерения. Главное запустить процесс внимания к наболевшему, пусть к плохому или хорошему. Единственная непознанная, но точно существующая аксиома-разум в дуэте с душой творят чудеса, в том числе и остановку времени. Думай и желай этого всей ангельской сущностью, или ненавидь и страдай своим неосознанным разумом, и часы превратятся в месяцы. Только есть одно «Но». – Положительное нужно взращивать в себе, чтобы остановить время. Очень нелегко радоваться постоянно, легче сгорать в плохих эмоциях, думая, что это сущий ад.

Собеседники, поддавшись чарующей энергией, летающей в помещении, перешли на шепот. Их слова стали подчеркивать милую беседу. Которая плавно перетекала из бурной реки, речевых порогов, в мирную гладь воды. Становилось ясно, что чувственная составляющая диалога пришла к созидательному конструированию мыслей. Мастерская превратилась в кабинет психологической помощи.


ЗДОРОВЬЕ.


Когда чай совсем закончился, Мария вдруг подумала:

– Невероятное чарующее блаженство!

Это было связано с ощущением безвременного пребывания в гостях. Что всегда подтверждалось некой пропастью во времени, когда женщина заинтересованно подходила к какому-либо вопросу. Тем более стол был пуст и свидетельствовал не меньшему интересу хозяина лавки, к загадочному разговору.

Вадим вдруг очнулся от туманности в сознании. Медленно приподнялся. И неловким жестом показал на чайник. Давая понять, что готов заварить новую порцию.

Мария хотела уже одобрить предложение, как вдруг почувствовала невероятную тяжесть в области живота.

– Так всегда! Стоило отвлечься, как непослушные руки забили меня под завязку. Не чаепитие, а сытный обед получился! – Быстро промелькнуло в голове у женщины.

Она никак не могла понять, почему вся многочисленная информация про здоровый образ жизни, вместе с нескончаемым потоком умных изречений о правильном питании, не давали своих плодов. Как и любой другой человек, она всегда искала правду в чужих мнениях. Ведь они сулили хороший итог и были подкреплены научными мнениями, анализами и выводами. Она знала лишь одно: большинство ученых людей постоянно бьется за благополучие людского рода. Но ей так никто и не объяснил, что вся эта плеяда так и не достигла своей истинной цели, по одной простой причине. Множество мнений, даже и правдивых в своем направлении, просто на просто путают, и без того запутавшийся человеческий мозг. Когда каждый начинает тянуть одеяло в свою сторону, образуется хаотичная и бесполезная информация. Она всегда будет противоречить предыдущей. И так слой, за слоем. Перемешивая «плохо» и «хорошо».

Нет, встречались конечно же специалисты, которые советовали единую правду: выбрать что-то одно, и веруя, следовать этому. Без оглядки на противопоставления, которые опять заведут в тупик. Но, как и любой другой наивный человек, она раз за разом переключалась на новую правду. Записывая тем самым, в свой головной мозг противоречивость всего, что только существует.

Немного еще посидев в своих выводах, по поводу ее набитого желудка. Мария вдруг почувствовала очередное неловкое состояние. Она медленно, стараясь скрыть смущение, повернулась к собеседнику.

– Простите! Я опять ушла в себя. – Застенчиво прошептала женщина. – Я, пожалуй, откажусь. Спасибо! – Уже с улыбкой произнесла она.

– Переживаете за фигуру? – Уверенно спросил Вадим.

– Нет. Что за нее переживать? Уже возраст. – Как, бы не веря себе ответила гостья.

– Вздор! – Возмущенно прокричал ювелир.

Мария только сейчас заметила, насколько был стройным ее собеседник.

– Возможно Вам просто повезло с физиологией. И вы даже не представляете, каким тяжким грузом, являются мысли о избыточном весе для многих людей! – Оспаривая, возмутилась женщина.

Вадим понял всю нелепость ситуации. Улыбнулся и снова присел.

– Это лишь россказни, потерявших веру в себя людишек! – Уже более с добрым посылом, обратился к собеседнице мужчина. – Я не порождение генетического волшебства. Не проявление божественного. И даже не случайность. Все что я имею, это лишь моих рук дело. Моих мыслей и желаний. С самого рождения, со мной всегда случались неприятности. И в основном это касалось моего здоровья. Я рос слабеньким и больным мальчиком. Постоянное, и всегда упорное мнение взрослых, неутолимо делало вывод: слабак. Мне предвещали страдания и ранние похороны!

Мужчина даже не огорчился от своих слов. А напротив, улыбнулся и восторженно стал потирать руки.

– Теперь-то я понимаю. – Продолжил он. – Это были не выводы от большого ума. Или подкрепленные знаниями мнения. А всего лишь навязанная, извне, пустая информация. Которую люди ежедневно поглощают из разных развлекательных источников. Но они так и не научились следовать одному правилу: ко всему стоит относится с иронией! Другими словами, думать своей головой. Слушать себя и свои желания. Если хочешь иметь красивое тело, вперед. Занимайся спортом, не отнимая основного времени. И выборочно питайся. Но только это делай по своим правилам! Слушая свой организм! А каждый новый специалист всегда будет обещать лучшее… Только ли полезное?

Вадим посмотрел на Марию. В его глазах сияла звезда правды и великолепия. Слова так и вырывались наружу, оправдывая свою искренность. Они подобно свитеру, были сотканы из нитей опыта и решимости.

Воображение женщины дополняло эту картину: аудитории для лекций. Теперь ей точно представлялась единая мысль, о правде через опыт. Что только многолетняя практика своего личного мнения, и есть вершина всех знаний.

– Наверное так всегда бывает. – Отчеканил Вадим. – Каждый человек имеет свою точку переломного момента. У каждого свой возраст для этого. Ты терпишь. Слушаешь. Не понимаешь, почему так много информации, но она не ведет тебя к счастью. И с годами тебе все хуже и хуже. Проходит нежная детская радость. Восторг от окружающего мира. Многогранность красок жизни, облачается в серые оттенки. Все труднее и труднее заставить себя просто быть, и просто радоваться жизни! Ты начинаешь забывать, что мечта – это твое истинное нутро. Твоя цель. И легче приобрести дом или машину, чем просто радость и любовь! Погоня за материальным толкает тебя на путь уныния!

Ювелир задумался. Его тень, словно призрачный силуэт, скрылась в темноте. Помещение стало заполняться духом далеких детских ощущений волшебства. Его стан вдруг принял неподвижную позу.

Марии стало немножко не по себе. Она уже с трудом понимала, наяву это происходило, или же она углубилась в какой-то мимолетный сон. Чтобы прийти в себя, а заодно проверить свою правоту, женщина легонько ущипнула себя.

– Нет ощущений. Даже мизерных! – С недоумением подумала она. – Неужели я настолько стала восприимчива, что отключаюсь при первом же эмоциональном всплеске? – Словно заговоренная стала повторять про себя Мария.

– Не пугайтесь своих мыслей! – С улыбкой произнес ювелир, приняв более живое положение. – Я просто иногда выражаю свои думы очень особенным образом. Это вызывает у людей негодование, иногда даже оцепенение! Но секрета или волшебства здесь нет. Просто, когда человек имеет здоровое и очищенное тело, его помыслы также кристальны. И они словно из недр самой вселенной выходят наружу. Завораживая слушателей! Под словом очищение, я не имею в виду только растительная пища, воздух и вода, закаливание и народная медицина. В эти слова я закладываю смысл вечности нашего всемогущего разума.

Мария смутилась. Она совсем потеряла ту ниточку, которая связывала ее и с разумным объяснением услышанного.

– Я поясню милая. – С отцовской нежностью произнес мужчина. – Человек, стремящийся к своей цели, через здоровье, спорт и правильные мысли. Всегда в конце концов приходит к единственному пониманию главного вопроса: «А правильно ли я живу?» Смысл жизни мы пока не затрагиваем! И это понимание выражается в одной простой истине: все должно быть в меру. Как спорт, питание и конечно же мысли. Если делаешь что-либо, то и следи за своим состоянием, дозируя вбираемое или выпускаемое из себя. Разум всегда подскажет получаешь ли ты удовольствие от своих эмоций и мыслей. Точно также, как и тело не будет молчать, при его неправильной эксплуатации. Во всем нужна мера!

– Как же ее достичь? Это совсем нелегко, можно сказать невыполнимо! – Разочарованно подытожила Мария.

– Именно для этого нам и дано сознание. – Выстрелил без раздумий Вадим. – Наше сердце, душа, необычайный разум. Вот почему так принято считать, что человек – это верхушка айсберга. И это не безосновательно. На самом деле так и есть! И именно поэтому мы просто обязаны быть в ответе за себя. А не какой-то дядя с ученой степенью. Мир бескрайний. Как и человек. Но единственная лестница, ведущая к собственному счастью – это собственная забота о себе. Анализ своих возможностей и недостатков. Но я не говорю, что при неудачных выводах, стоит опускать руки. И ставить на себе клеймо не состоятельного. Всегда есть обходной путь, менее опасный и который, несомненно, пойдет на пользу. Как для общего жизненного тонуса, так и для здоровья!

Ювелир остановился в своих высказываниях. Поднял обе руки кверху. И со смехом опустил их вниз.

– А, то, что Вы не почувствовали боль при пощипывании… – обратился он игриво к женщине. – Так это элементарно! Завороженный мозг упускает из виду очевидные чувства! Вот Вам и секрет гипноза. Отвлеките сознание человека, и потихоньку управляйте им! Возможно, когда-нибудь люди поймут, что все начинается с головы. И там скрыты невероятные способности. А пока многие спят в своих слезах и разочарованиях…

Он опять задумался и стих.

В воздухе появилось дуновение неловкости. Так всегда бывает, когда оратор теряет связь со своим слушателем. Молчание словно врезалось женщине прямо в сердце. Она очень ждала продолжение монолога. Старалась хоть что-то выдавить из себя. Но стала понимать свою беспомощность, перед колоссальным умением собеседника, читать мысли.

Вадим тут же вскочил и ласково улыбнулся.

– Да вы не пугайтесь! – мило произнес он. – Моя странность лишь в моих мыслях. Которые чертовски правы. А в обычной жизни я просто человек, ничем не отличающийся от Вас. Просто я когда-то поверил в то, что все люди на земле талантливы. И стал развивать свои способности. А как говорится: «Кто умнее, тот страннее!»

Они оба улыбнулись. Заряженные частицы, летающие по комнате, стали развиваться. Мысли потихоньку начали покидать и мужчину, и женщину. В головах присутствующих наступила эйфория, как после совершения самого любимого действия.

– Значит мое здоровье, это только моих рук дело. И никакие внешние факторы не сопутствуют этому. – Уже совершенно спокойно, и с полным пониманием, сделала вывод Мария. – Да это все и так понятно! Мы с раннего детства знали все это. Только окружение никак не хочет нас к этому направлять. Сбивая лишней информацией!

– Поймите и еще одну простую истину. – Совершенно ровно подхватил Вадим. – Окружение никогда не сможет Вас сбить с пути, если Вы ему это не позволите! Вот почему следует идти к своей цели только своими мыслями. Своей практикой. Теории конечно же полно… Но для этого и нужно очищать себя от лишней информации, которая якобы развлекает Вас. Тогда и прислушиваться не нужно будет к себе. Все и так будет слышно! Ваша забота о себе – это чистая любовь к самому себе! И никак иначе!

Мария одобрительно кивнула. Она наконец осознала все сказанное хозяином мастерской. Ее восприятие к окружающей обстановке дополнилось мудростью. Сияющее лицо Марии так и кричало о радостном состоянии души женщины.

В помещении не было настенных часов. И собеседники не торопились тянуться к своим гаджетам. В помещении воцарилась пространственная сила, безвременного периода.

Темные углы комнаты стали переливаться от света, который проникал сквозь окно. И источником этих переливов были фары, проезжающих мимо машин.

Становилось понятно, что все происходящее вокруг, лишь обстоятельства реалий. А никак не происки чародейства. Хотя мир странная штука, и с полной уверенностью никто, ничего не смог бы сказать. Поэтому они отдались с головой, в свои магические ощущения неизвестности. И милая обстановка внутреннего убранства помещения, только способствовала этому.


МАМА.


В это время за окном, спускался туман. Грядущий вечное изумление от природных выдумок. Он ровным слоем покрывал крыши домов и перекатывался по стенам, ложась на асфальт. Его сморщенное тело, будто покрывалось мурашками от шероховатого дорожного покрытия. Другое дело газоны. Они словно пятна спасения, смыкались в едином порыве с воздушными теплыми массами. Туман нежно улыбался и обнимал островки земли, в городских каменных лесах. Выдумщица погода старалась перемешать все в воздухе, чтобы придать яркий окрас в столь позднее время.

Пробиваясь сквозь любовные утехи, всего живого и доброго воздушного потока, маленький воробушек вдруг увидел чарующую и переливающуюся вывеску ювелирной лавки. Она стала словно призыв, для уставшей от долгого полета птицы. Последними усилиями, разгоряченный пернатый спланировал на неоновый свет.

Чудная сказка ждала его на этом пристанище. Днем раньше, озадаченная ворона выронила кусочек хлеба из клюва. Который аккурат упал на возвышение надписи. Ее интерес был прикован к возне на соседней крыше, что создавали два споривших о чем-то голубя. И волею судьбы для воробья, она просто на просто улетела прочь.

Приятно поужинав, маленький счастливый воробушек обратил свой взор на две застывшие тени, что зависли в свете окна. Ему осталась лишь малость, чтобы утолить любопытство. Незатейливым движением крыльев, он словно бумажный самолетик спикировал на приоткрывшуюся форточку. Внутри помещения птица уловила два силуэта, мужчину и женщину. Они мирно беседовали, испытывая неподдельный и искренний интерес к рассказу друг друга.

– Мы с Вами немного отвлеклись. – Резко подытожил Вадим. – Расскажите лучше о маме. Я так понимаю, Вы не зря попали ко мне, исходя из нашего приятного диалога. И этот сверток имеет для Вас большую ценность!

– Да, невероятно огромную! – С волнением подтвердила Мария.

– Прежде чем мы приступим к Вашему главному вопросу… А я давно знаю, чего Вы хотите! Мне бы хотелось перенять всю гамму чувств, направленных на хозяйку этого богатства. Я привык творить, а не закрывать рабочие часы моего личного времени. Да, да! Именно личного, и дорого, любимого времени. Ведь каждый прожитый мной день, независимо от его свершения или обозначения – это радостный этап в моей жизни!

Женщина, впав в красивые изречения ювелира, вновь потеряла связь со своей ролью в общении. Но созданный вакуум молчания, после заданного мужчиной вопроса, помог вернуться на землю.

– Как мило! – Незатейливо прошептала она.

– Что? Простите! – Улыбаясь поинтересовался Вадим.

– Я совсем потеряла чувство такта, в Ваших добрых и до боли правдивых словах. – Как бы кокетливо ответила Мария.

– Расскажите пожалуйста про маму. Мне это очень важно! – Повторился мужчина.

Немного подумав над словами ювелира, женщина приняла более удобную позу. Ее руки начали поглаживать вьющиеся волосы. От раза к разу, накручивая на палец прядь. Это с точной уверенностью давало понять Вадиму, что его собеседница окунается в воспоминания, как в гипнотический сон. Он тоже поправил подушку на спинке диванчика, для снятия напряжения в спине. И приготовился к рассказу клиентки, которая в буквальном смысле уже становилась родной.

– Мне очень не хватает моей любимой… – Всхлипнув выдавила Мария.

– Нет. Так не пойдет! – Быстро, но очень нежно возразил мужчина. – Мы это уже проходили. И подобные разговоры приводят Вас к обычной душевной боли. Я просто хочу услышать чувства к тому, кто и сейчас в Вашем сердце. А не про то, что Вам жаль, или как тяжело!

– Как не странно, но я поняла Вас! – Перестав терзать себя продолжила женщина.

Она резким движением смахнула слезу. Пригладила волосы. И словно на приеме у психолога, зазвучали искренние и милые для ее восприятия слова:

– Я очень сильно люблю свою дорогую мамочку! И это не фраза после потери, а мысли, которые родились вместе со мной! Я не помню их точную функцию. Нет реальных объяснений значения слова: любовь. Только одно я знаю наверняка. Это все идет из самой глубины моего всего… Что способен только объяснить, или дать определение, человек! И не важны умные понятия о времени и месте. И о самой сути. Вся моя не связанная речь, говорит только об одном: моя мама – это смысл всей моей жизни! Да я теперь поняла, что глупо убивать себя воспоминаниями. И мне стало легче, от просто хороших мыслей о ней. Без сострадания. Только лишь счастливые минуты прошлого, перетекающие в вечность.

Мария загорелась в улыбке. Ее лицо переоделось в глянцевый румянец. Губки порозовели, и стали по-доброму притягательно гладить слова.

– Мамулька была очень сильным человеком. – Продолжила женщина. – Ее ласка была особенно выразительна. Ведь женщина, которая берет на себя обязанности волевого опекуна, зачастую скрывает свою нежность и слабость. Но ее ранимость всегда читалась между строк. Все мы в определенный момент, когда необходимо становиться жестче, прячем свою хрупкость под нервные окончания!

– Это и есть большая ошибка многих! – Попытался продублировать раньше собеседницы ювелир. – Оголяясь, эти нервы ломают многим жизнь. Постоянные игры в прятки со своими чувствами, заставляют забыть истинное их предназначение. Эмоции – это жизнь! Не стоит о них забывать, или прятать в долгий ящик. Самый верный способ: принять их, прочувствовать как следует и оперировать ими внутри себя. Показывая наружу лишь просто одобрение! Все, что или кто хочет сказать, имеет на это право. Нет смысла это оспаривать во всеуслышание. Любое нет – обижает! Дерево и так за окном растет, без нашего участия. Мы это принимаем, и внутреннее состояние в порядке!

– Согласна с Вами! – Одобрительно подтвердила Мария. – Но такова жизнь. Не всем дано легко работать со своими чувствами. Многие даже и мысли не допускают, что это труд всей жизни, а не просто плач или смех! Кто-то приходит к этой истине слишком поздно! Единственное я знаю точно. Мама прожила богатую и счастливую жизнь. Испытав и горечь, и любовь. Всегда смотрела вперед. Помогала всем заблудшим душам. Не сострадала, а именно наставляла. И заставляла, подчеркну это – заставляла жить дальше, обретая постепенно счастье! Многие скажут: «Как так? Нельзя против воли делать наставления.» Но я отвечу в силу своего понимания: «Если помыслы чисты; указал путь и пошел своей дорогой; не навязываясь, то это даже обязательно!» Именно так и поступала мама! Она безумно нас любила! А мы любили, любим и будем любить ее!

– Все правильно! – С дрожью в голосе от услышанного, произнес мужчина. – Чтобы не было тяжело от воспоминаний об утрате, необходимо научиться ценить и любить то, что имеешь в настоящем. Лучше должным образом обращать свою любовь и заботу здесь и сейчас. К тем, кто в этом нуждается. Муж, папа, дети, внуки. С одной простой целью: чтобы не сожалеть о недосказанном и не прочувствованном в будущем. Только всегда лучше с отстраненной и ненавязчивой мыслью это делать. Не забывая, что у каждого своя жизнь и история! А в первую очередь любить и заботиться о себе. Личная, правильно взращенная доброта поможет всем вокруг.

Вадим призадумался, поменял положение на более разваленное, и продолжил.

– Мне, мои же слова напомнили о службе в армии. Это было очередной главой, в моей интересной жизни. Никто тогда ни сном, ни духом, что я пойду служить. Да и в моей шальной голове не было подобной информации. Я беззаботно прожигал свою молодость, о чем сейчас нисколько не жалею. И когда настал этот момент, а он пришел внезапно. Я просто с ног на голову перевернул свое ощущение к жизни. Все мое восприятие парня – «сорви голова», сменилось на протяжный вой маленького щеночка. Я и не задумывался, что такое любовь к родителям, и с чем ее подают. Но оставшись наедине, можно сказать в замкнутом пространстве со своей гордыней, я резко прочувствовал нехватку моей мамы! Постоянные письма от моего лица, прямо взывали о моих искренних чувствах. Я каждый Божий день думал только о ней! И это были мысли не просто о нехватке человека, а о самых наивысших силах любви.

– Как интересно услышать подобное от мужчины. – Поддержала Мария.

– Спасибо! Чувства не имеют пола и возраста! – Мягким баритоном, как бы пропел Вадим. – Именно тогда я научился отличать, данную Богом любовь, от навязанной обществом истерии, или как ее еще называют – страсти. Хорошо, что мне был дан дар: видеть эмоциональную связь людей, созерцая со стороны, не участвуя! И по истечении некоторого времени я осознал и закрепил позицию правильного общения. Наблюдать, принимать и не навязывать свое мнение! С искренностью в душе, без личных притязаний, другими словами. Тем самым создав ауру гармонии личной любви. Моя мама теперь живет своей жизнью, без моего вмешательства. Я лишь нахожусь рядом, и радуюсь каждому ее свершению! Кстати, это касается не только мам, но и наших пап, и бесконечно любых родственных душ!

– Теперь мне все кристально ясно! – Радостно заключила Мария. – Необходимо в полной мере обожать человека сегодня! Чтобы завтра не было поздно! И не важно, переплетение каких чувств присутствует в отношении. Ненависть и есть любовь. Любое внимание – это эмоции Свыше! Принимая любую жизнь или смерть, двигаться необходимо дальше! Процветая и обогащая свое бытие. Уж такая позиция, точно поможет и всем окружающим!

Женщина положила руки на грудь. Подняла очарованные глаза вверх. И словно заговоренная продолжила свои сладкие изречения:

– Мамочка моя милая! Самая дорогая и любимая! Я бесконечно тебе благодарна, за все слова, мысли и события, которые связаны с тобой. Ты это я! Я это ты! Мое сердце теперь навсегда открыто твоему, только счастливому образу! Все будет как прежде. Мы вместе и навсегда! Теперь мне незачем страдать, съедая себя разочарованием утраты. Я не потеряла! А обрела еще большую связь с тобой! И все это во имя моей семьи… Нераздельной, общей и самой дорогой на свете семьи. Ты во мне! В моих детишках. Внуках. Твоя сила возвышает нас, до самой не реально существующей точки во Вселенной! Мама, я тебя люблю! Здесь и сейчас!!!

Свет в помещении резкими скачками начал играть с мерцанием теней. Появился звук электрического напряжения. Статика поверхности стен раздалась единым гулом. Странные симфонические переливы, от сквозняка, доносившегося из форточки, воображали слух. Неистовая сила стала заполнять мастерскую, до ласковой плотности. Это был запредельный миксер человеческих фантазий, магического излияния метафизических способностей и обычного природного желания, подстроится под настроение наших собеседников!

Ночь еще не спешила посетить эти места. Она отдавала пальму первенства чарующему вечеру. Он властвовал над этим волшебством земных игрищ. Которые происходят повсеместно. Во все времена. Стоит лишь приглядеться и задуматься: «Наша жизнь и есть воплощение предыдущих фантазий!». Фантастика уже наступила!


ЧУВСТВА.


Возможно, по меркам людских фантазий, на тему времени, было уже поздно. Но интересные и захватывающие дух истории, всегда не имеют никаких единиц исчисления. Так же, как самый умный вид жизни на земле заигрался в расчеты и понятия, также и вечность исчерпала свой смысл для обычного понимания. В этой бездне не заложен смысл мрака и беспамятства, а кроется одна истина – бесконечность внутри нас, ее стоит лишь приручить, за счет эмоциональной власти. Правильная опека своих чувств, с одобрением подчинит силу вечности.

Именно подобный замкнутый круг неопределенности, посетил и наших собеседников. Они по подобию двух мотыльков, очарованных светом лампы, прилипли к их общению. Каждое новое слово дополнялось свежем смыслом и совершенно непредсказуемым разворотом событий. Которые были составляющими обычной человеческой мысли!

– Невероятно познавательная беседа! – С шелковым трепетом прошептала Мария. – Но я совсем забыла про основную цель своего визита! – С небывалой широтой улыбки, произнесла женщина.

– Конечно, конечно. – Чувствовалось нетерпение в интонации Вадима.

Гостья снова достала тряпичный сверток, который словно по устремлению здешней чарующей силы исчез из вида пару часов назад. Создалось впечатление, что содержимое просто фонтанировало ярким светом, сквозь мельчайшие отверстия ниточных плетений. Это завораживало еще больше и надуманнее. В эти секунды, наши герои даже и не представляли себе, что подобная сила свечения была вызвана их же личным восприятием. Умозаключения и чарующая обстановка заставили их разум играть с оттенками, как это делает элементарный проектор диафильмов. Воображение людей всегда будет истинной машиной времени! Конструктором для будущих свершений.

Мария развернула края ткани и взору обнажился магический металл. Волшебные свойства которого всегда описывались во всех рукописных и цифровых носителях. Украшения переливались стариной грез и чьего-то вдохновения. Присутствующие камни служили изящными скульптурами, обвитыми коронами роскоши и изобилия. Даже не вооруженный глаз заметил бы ухоженность всего этого богатства. Но очищенные до алмазного блеска золотые изваяния, все равно выдавали покрытую временем историю. Они словно кричали, что металл перетерпел свой информационный поток прошлого.

С одной стороны – это была память, так как женщина многое связывала с этим желтым курганом. С другой – будущий материал для нового творческого сотворения. Ведь мастер обычно отбрасывает прошлую эмоциональную связь сырья и вкладывает в нее уже свою душу. На которую в свою очередь, накладывает запись своей энергии будущий хозяин. Процесс обычно напоминает жизнь переносного цифрового носителя.

Но как бы это не считалось истинной, все получилось, наоборот. Ювелир, словно загипнотизированный подопытный не отводил взгляд от украшений. Создавалось впечатление, что он напрямую подключился к энергии изделий и считывает их информацию.

Я точно попала по адресу! – Ошарашенная происходящим, воскликнула женщина. – Я долго томилась в догадках, стоит ли переправлять эти, дорогие для меня вещи. Что это будет означать, и какие может повлечь обстоятельства?

– Это хорошо, что Вы не материалист! – С загадочной улыбкой произнес Вадим. – У всего есть своя история и мирская память. Но человек – это самый совершенный инструмент вселенной. Если не брать в понимание значения, то он и составляет главную сущность искусственного интеллекта! Во всем искусственном есть Божественное. Никогда и никто не сможет познать границы природного и созданного вовне. А причины этому просты: чтобы создать, нужно взять имеющееся!

Мужчина рассыпался в смехе. Он словно открыл то, что давно известно, но забыто.

– Люди настолько утонули в своих эмоциях: кто, кого и за что; что совсем забыли про Высшее осознание себя, как частичку Всего Сущего! – С милым для слуха тембром, произнес ювелир. – Как Вы впускаете в себя информацию, энергию извне, так Вы ее можете переписать, или совсем удалить! А для этого нужна малость: Ваше желание! Иногда обыденные вещи трудно преодолеть в себе, из-за сильной эмоциональной связи с окружением. Вот почему так важно любить свои эмоции и дружить с ними. Нет плохих и хороших чувств! Они все Божественны и изящно неповторимы! Просто тот факт, что мир в глазах людей двойственен и создает это извечное разделение!

Вадим на недолгое время опустил голову, словно его мозговой процессор перезагружается. И по истечении недолгого времени, снова принял привычную позу мыслителя и продолжил:

– Я не говорю, что это ошибочное мнение человечества. Наоборот! Мир всегда подчиняется нашему воображению и создает всеобъемлющую структуру исходя из наших пожеланий. То, что мы видим и чувствуем – это лишь наши желания. Вот почему смешная, сегодняшняя фантастика обретает очертания – завтра, а послезавтра и вовсе становится настоящим. На все воля, Уравнивающих, все во вселенной сил. Как весы. А иначе все будет приводить к святыни или же к адскому существованию!

– Вы имеете в виду, мир никогда не сделать только добрым и счастливым? – Разочарованно вопросила Мария.

– Да родная! – Со вздохом пробормотал мужчина. – Бесконечность и существует только за счет ее разносторонности! Это как баланс в природе. Плюс на минус – есть жизнь! Мы же не наблюдаем, что по земле бродят только Святоши или приспешники Ада.

В воздухе повисла мысль о бытие! Извечная тягота к размышлениям дополнила атмосферу, и без того опутанной, запредельной энергией мастерской.

Мужчину вдруг осенило! Он словно понял истину и решил ее проверить:

– Мне очень интересно! Исходя из нашего разговора, в голову закралась идея пересчитать количество украшений.

– Я не понимаю смысла в Ваших словах! – Рассеянно сказала женщина.

– Почему-то на ум пришло определенное количество эмоций, причем не разделенных понятием хорошие и плохие, в одном главенствующем облаке. И ко мне пришла идея! Если это подсказка и число подтвердится, то это будет некой психологической лекцией для Вас. Она поможет найти путь к своей душе. Как просветление!

Мария удивленно хлопала ресницами. Лицо, до невероятно смешной гримасы растянулось и приняло форму всепоглощающей губки.

Ювелир уловил безумно нетерпеливую страсть в женщине. Он с отстраненной загадкой в глазах переместился поближе к золотой причине вечерних посиделок, прикусил губу, и начал считать украшения.

– Так и есть! Шестьдесят девять. – Наконец подвел он итог. – Все очень даже интересно! Вы не переживайте, я все объясню.

– Да, пожалуйста! Так как я совсем запуталась в Ваших словах. Да и изделий намного меньше. – С видом потерявшейся собачки, ответила Мария.

– Я считаю образное наименование каждого рукотворного шедевра. Отдельно камни и отдельно золотые украшения. Вместе они составили шестьдесят девять единиц. Стану оглашать чувство, и подобно сравнению, Вы будите находить ему украшение, с одинаковыми эмоциями. Как аналогия материального в метафизике.

Несмотря на красноречивость мастера, женщина отчетливо поняла, что ее переживания будут разобраны на части, подобно схеме разделки туши говядины. Каждая ее часть – это эмоция, которая подходит к конкретному ювелирному изделию.

– Память украшений поможет нам найти связь Ваших эмоций и событий во времени. Через новое видение своих чувств, Вы освободитесь от груза, который Вас сюда привел. И с легкостью продолжите свою интересную жизнь! – Как бы в довершение мысли, громогласно произнес Вадим. – И со спокойной душой, закажете любое новое, уже свое задуманное детище! В обновленном украшении будет содержаться лишь Ваша энергия и чувственность.

– Да! Это даже больше, чем я хотела! – С чувством удовлетворенности ликовала Мария. – Большие сомнения привели меня к Вам. Я всегда спрашивала разрешения у других. Но по истечении стольких лет однотипной практики, я забыла про свое истинное мнение! И его мне очень не хватает. А так хочется с твердой уверенностью разрешать самой любые вопросы, не спрашивая иных. Теперь-то мне ясно, что мир – это отражение моего внутреннего Я! И пока я не научусь слушать себя, мне так и не освоить всю мудрость чувств!

По виду женщины, становилось понятно, что она достигла какой-то внутренней истины. Такой мысли, которая помогла ей обрести хоть малую, но свободу. Глаза горели искоркой счастья. Вся мимика лица исчезла, показывая смиренное блаженство. Немного еще побыв в этом состоянии, Мария тут же вернулась на землю, поправила волосы, и снова обратилась к ювелиру, словно есть еще неопределенность в ее мечтаниях:

– Какие же это чувства?

– Хорошо! Я их проговорю. А потом будем разбирать каждое по отдельности. Причем я не стану их разделять на добродетель и уморазрушение. Весь наш разговор будет построен на единой, бытующей информации: «Все едино». Но постараюсь вести от тьмы к свету! Давайте даже запишем.

Мужчина встал и удалился. Буквально через минуту он стоял с листком бумаги и ручкой в руках. Поспешно присев, он склонился над листком.

– Начнем, пожалуй. – Обратился он к Марии, начиная писать:

Ужас. Страх. Омерзение. Ненависть. Гнев. Злость. Злоба. Злорадство. Ярость. Презрение. Отвращение. Неприязнь. Горе (скорбь). Тоска. Печаль (грусть). Отчаяние. Огорчение. Тревога. Обида. Боязнь. Испуг. Жалость. Сожаление. Досада. Неудовольствие. Чувство оскорбления. Возмущение (негодование). Зависть. Скука. Ревность. Неуверенность (сомнение). Недоверие. Стыд. Растерянность. Разочарование. Уныние. Неудовлетворённость собою. Раскаяние. Угрызения совести. Нетерпение. Горечь. Безразличие. Сочувствие (сострадание). Любопытство. Удивление. Изумление. Самодовольство. Спокойно-созерцательное настроение. Восхищение. Уважение. Спокойная совесть. Чувство облегчения. Чувство удовлетворённости собою. Гордость. Чувство безопасности. Предвкушение. Удовольствие. Радость. Ликование. Восторг. Доверие. Уверенность. Умиление. Блаженство. Благодарность (признательность). Симпатия. Страсть. Нежность. Любовь.

Мужчина прекратил писать, повторяя вслух каждое слово. Он удовлетворенный собой, откинулся на спинку дивана и задумался.

– По-видимому у нас много времени на это уйдет? – Озадаченно спросила Мария.

– Не больше, чем сама жизнь! – Смеясь ответил Вадим. – Иногда стоит потратить хотя бы день, для своих неугомонных мыслей, чтобы потом легче жилось! Тем более чувств намного больше, если их разбивать на точность умозаключений ученых. Я лишь привел в пример то, что пришло как озарение. Думаю, этого будет достаточно для исцеления!

– Я совершенно с Вами согласна! – С умилением одобрила женщина.

Комната наполнилась предвкушением. Ночная мгла за окном слегка обжигалась о свет, исходящий от искусственного освещения. Улицы совсем опустели, немного загрустив от одиночества. Красивые очертания города превратились в таинственные силуэты геометрической прогрессии. Вся важность каменных джунглей приняла состояние спячки. Только отдаленные звуки природы напоминали о продолжении жизни. Мир погрузился в смирение и Благодать!


УЖАС.


По случайности, в этот момент в мастерской, оказался мышонок. Не то чтобы он вообще ни сном, ни духом куда попал. Маленький обитал в стене, вместе со своей семьей. Просто из-за своей юной глупости, его прельстили невероятно манящие запахи по ту сторону небольшого отверстия в перегородке. Конечно же он получал наставления от мудрого отца, по поводу злейшего врага. Им являлся разбойник – рыжий кот. Неугомонное и хитрое существо, которое беспечно проводило свои дни в помещении. Естественно, он всегда был сыт, но ради разбавления монотонного образа жизни, мог и придушить какую-нибудь живность, поменьше ростом. Внутри мышиной семьи, установился жесткий устав, который гласил: «Любые передвижения вне стен только в ночное время, когда свет потушен и не слышно ни одной души». Кота обычно в это время манил дух свободы и приключений. Он словно начитавшись книг про путешествия, срывался в неизвестность. Конечно же подобные прогулки не всегда заканчивались в его пользу, в виде растрепанной морды или хвоста. Но он наверняка знал, что в этом и состоит романтика жизни, которая находится за дверью, но никак, не в помещении. А этой ночью, любопытный рыжий пройдоха решил разделить компанию людей, которые припозднились и мирно беседовали. В тот момент, когда мышонок почти добежал до стола, где находились Мария и Вадим. Он вдруг резко остановился, и замер. Его шерсть в буквальном смысле сползла вниз. Мордочка приняла ужасающий вид. Непонятным образом, перед ним оказался Василий. Так кота окрестил хозяин мастерской. Малыш в буквальном смысле прирос к паркету. Он не мог, не то, чтобы пошевелиться, но и хотя бы воспроизвести любой процесс в своем организме. Возможно все бы закончилось плачевно. Только в последние секунды, мозг мышонка дал сбой, и он расслабился. Это мизерное движение заметил Вадим и бросил тапок в кота. Недовольное шипение, и оправившийся маленький озорник юркнул в щель под плинтусом.

– Как сегодня благоволят небеса! – С восторгом крикнул мужчина.

– Вы это из-за того, что спасли мышонка? – Улыбаясь, спросила Мария.

– Да нет, это просто была внезапная реакция. – более спокойно сказал Вадим. – Я никогда не влезаю намеренно в жизнедеятельность живности. У них свой мир и свои правила. Так получилось. А рад я совсем другому. У нас же первое чувство идет: ужас. Мы только что рассмотрели на деле, подлинность этой эмоции. Малыш сейчас испытал самый настоящий и великий ужас. Да так сильно, что его мозг заставил его просто на просто оцепенеть. А в подобной ситуации этого совсем не нужно было делать! Что и доказывает, как эмоциональный разум мешает правильно жить и действовать. Чувство напрочь перекрыло логику и анализ. Возможно только в последние секунды, душа пришла на помощь и отключила эту эмоциональную связь, между жертвой и нападающим. И мышонок хоть как-то смог пошевелиться. А дальше Вы знаете, я среагировал так, как захотело тайное намерение грызуна.

– Я догадалась! – смиренно сказала женщина. – Когда сильно охватывает ужас, наш мозг отключается. Эмоции стоят выше логики.

– О-о-о-о-о! Я бы сказал, чувства управляют всем. Это своего рода пульт управления извне! – С мудрой искоркой ответил Вадим. – Если не умеете управлять своими эмоциями, то любое мысленное и не мысленное существо в этом мире сможет Вас поработить. Ну или хотя бы поймать на крючок. За счет чувств империи разваливались, не то, чтобы судьба одной единицы! Ужас – это последняя инстанция страхов. Когда реальность пересекается с мнимостью и надуманностью, причем увеличивая скорость до невероятной степени цикла этой мысли.

– Вы хотите сказать, что мысли обвивает страх. Он начинает закручиваться вокруг этих дум, все туже и туже с бешенной скоростью. Пока не превращается в ужас? – Постаралась уточнить Мария.

– Именно так! – Одобрил мужчина. – Причем в этот момент мозг, назовем его – обычный разум, передает мысль в эмоциональный разум. Тем самым отключая естественный процесс мышления. Получается некий замкнутый круг. Своего рода ловушка. Обычно последней защитой является инстинкт самосохранения. Она же интуиция. Или по-простому – душа! Которая делает последний рывок, в виде блокировки эмоционального разума, Освобождая мозг от чувственной зависимости. А спасти себя или опомниться, это уже частная история. И вопрос связи с миром эмоций. Мышонок эту связь нашел, в виде меня.

Вадим заулыбался. Будто все сказанное им – была шутка. Но Мария прекрасно понимала, что это было наивысшим логическим объяснением произошедшего. То ли ее так завораживали слова мужчины. Или просто на просто мудрость передается без препятствий. Прямо в цель – в отдел постоянно необходимой жизненной информации. Не то что на изнурительных и непонятных лекциях в институте. Где вокруг любых основ, крутятся основы, плавно перетекающие в признаки и виды. И опять по новой, пока цикл не запишет отвращение от изученного.

– Выберете пожалуйста украшение, согласно нашему чувству. – Попросил ювелир.

Мария немного озадачилась этой просьбой. Но немного покусав губы, она протянула руку и опустила ее в курган золотой роскоши. Достав оттуда колечко, она произнесла:

– Не все, а только камень. Он вызывает у меня подобные ассоциации. Во-первых – цвет. Глубинно красный. Большой и мрачный!

– Согласен! – Одобрил Вадим. – Люди всегда всему навешивают ярлыки. Которые несут определенную эмоциональную связь. К цветам, объектам и даже людям. И то, что красный выражает опасность, нам известно. Но я спрашиваю про конкретный случай из жизни. И если Вы подняли именно этот камень, значит такой эпизод имеется. Вспомните!

Женщина озадачилась. Ее мысли стали переплетаться с памятью. Совершенная каша в голове открывала лишь насущные проблемы, в виде неудач на работе и состояния дел в семье. Она вдруг ощутила далекое пятно воспоминаний. В его силуэте прочитывалась еле уловимая картинка: стоит она одна и бросает в туман конфеты. Но почему-то не получает никакого ответа. Она начинает понимать, что это ее одиночество. Где она всегда готова прийти на помощь, но принявшие эту Благодать настолько быстро забывают об этом, что даже не показываются на свет. Губительная бездна состояния, покинутого тебя миром! Мария остро ощущает жжение в груди. Беспокойство перерастает в панику, страх. Мысли покидают ее разумные объяснения и направляются прямиком в сердце, в сгустке энергии под названием: «Ужас»! Гостья теряет способность к мыслительным и осознанным процессам, отключаются двигательные рефлексы. Она в оцепенении!

– Прелестное создание! – Раздается снаружи, где-то там, за пределами тьмы. Женщина начинает понимать, что ее рука теплеет от чьего-то прикосновения. Мысли покидают. Сердечный ритм восстанавливается. Наступает мягкое спокойствие, от понимания, что она все еще на земле. И ей не угрожает ничего сверх естественного. А голос, вернувший ее в нормальное состояние, это приятная песня Вадима! – Все хорошо! Вы теперь по-прежнему в себе! Ваше сознание вернулось. Подсознательный ужас, вызванный эмоциональным разумом, отступил. Все в порядке?

– Да. Спасибо! – Как бы с благодарностью признала Мария. – То ли я попала под Ваш гипноз. Либо это помещение очень подвластно накоплению потусторонних сил. Я ощутила такой невероятный ужас! Хотя опасности прямой и не было!

– Это легко объяснимо. – Очень спокойно прокомментировал ювелир. – Нас с детства учат, что ужас – это прямая угроза жизни. Причем нам никто не объясняет, что она может быть косвенной. Давно известно, что все страхи рождаются из боязни самой смерти. И все движется по нарастающей. Так же, как и эмоции внутри нас. Можно совершенно на ровном месте прийти в ужасающее состояние, от самой мизерной мысли, которая несет лишь малое разочарование. А какой эффект! В итоге получаем, самый простой доказательный способ, действия нашего эмоционального разума!

– Немного зная Вашу философию, которой я и сама прониклась. – Понимая всю суть разговора, дополнила Мария. – Становится понятно, что я на пустом месте, взяла и выключила свой рассудок! Вместо того, чтобы успокоить себя, я просто на просто разогнала свои эмоции и мысли, словно частицы в коллайдере. Это просто ошарашивает мое представление о себе самой!

– А, все потому, что Вы посмотрели сейчас на себя со стороны! – Не двусмысленно сказал мужчина. – Когда находишься постоянно подключенным к эмоциональной и всеобщей коммуникации, твое сознание спит глубоким сном. Получается некое управление, без твоего участия.

Вадим задумался.

– Попробуйте найти связь с украшением, пока мы только услышали Вашу историю. – Взывая к откровению, попросил ювелир. – Только в этот раз расслабьтесь. Отключите свои эмоции. Успокойтесь. Постарайтесь глубоко дышать, и забыть мои слова. Информация сама найдет Вас.

Женщина отклонилась на спинку самодельного диванчика. Весь ее вид говорил лишь об одном, она искренне расслабилась всем телом и разумом. Складывалось ощущение, что она погрузилась в неизведанные представлению, дали. Где только Божественная сила подвластна над всем Сущим! Это было не долгим путешествием для ювелира. Напротив, для Марии, это было длинное и приятное странствие по потокам всеобъемлющей информации.

– Головокружительное состояние спокойствия! – Очарованно сказала пробудившаяся собеседница. – То же самое испытывала моя мама, когда камень открепился от золотой оправы. Она даже не потеряла его. Просто он передался ей по наследству от ее мамы, моей бабушки. И обычная рядовая ситуация, которую можно было исправить легким походом в мастерскую, придала ужасающий для нее оборот! А еще она всегда не мыслила, даже представить себе одиночество или неблагодарность за помощь.

– Любое чувство заложено в общем поле информации. – Поспешил объяснить мужчина. – В разделе эмоции. Нам стоит лишь подсоединить свой штекер в виде чувства, исходящего из эмоционального разума, в разъем этого бесконечного небесного процессора. И вуаля, непрерывная связь, которая подкрепляется памятью. А из-за того, что мы все необычайно похожи, тем более в своих эмоциях, я не говорю уже о родственной копирке. Все замыкается на одинаковых переживаниях. Но не стоит так сильно предавать значение слову: родственные. Это всего лишь элементарная идентичность или банальное сходство. Называйте, как хотите. Весь спектакль из мыслей и чувств происходит исключительно внутри Вас. Это только Ваша интерпретация своего Эго. А на землю может возвратить только Ваше, истинное «Я»! И как Вы к себе и своей душе относитесь, так и проходит реверсия!

Мужчина неспешно встал из-за стола. Протянул к собеседнице руку. Она откликнулась. И через мгновение уже стояла перед ним. Не совсем понимая, что происходит.

– Как Вы сейчас себя чувствуете? – Милым голосом спросил он. – Опишите.

– Я совершенно спокойна. – срочно ответила Мария. – Мне так легко. От непонятного ужаса не осталось и следа. Мне даже немного смешно! Так все оказывается просто и нелепо. Я действительно иногда сплю на ходу. И из-за нелепой мелочи расстраиваю свое душевное состояние. На самом деле, многие переживания, вообще не стоят такого сильного внимания. Стоит лишь только расслабиться и по-человечески поговорить с собой, как становится ясно – это лишь обыденность нашей жизни. Я это приняла! Теперь с точной уверенностью могу сказать, что отпустила это чувство! Оно осознанно мной, и не представляет больше угрозы!

Вадим улыбнулся. Он всегда знал, что лучшая награда – это подарок в виде душевного спокойствия клиента, да и любого собеседника. Еще он отчетливо понимал всю силу благоприятного внушения, в котором кроется куда более глубинная составляющая всех секретов вселенной. Мир всегда оставляет двери, подсказки и заготовленные действия к счастью. Главное прислушаться к себе и отыскать нужный вариант, не взращивая свою жажду к большему!


СТРАХ.


Помещение не давало четкого представления о времени. Нехватка настенных часов беспокоило женщину. Она всегда знала четкую шкалу своего распорядка. Повседневность, выходные дни, праздники и долгожданный отпуск. Все по полочкам и для отчетности своего внутреннего равновесия. Но за этой долгосрочно выстроенной программой, она упустила одну важную вещь: зная исчисление времени, придавая ему сильную важность – теряешь свободу! Пропадает дух неизвестности, который и дополняет вкусом саму жизнь.

Это легкое замешательство заметил Вадим.

– Довольно поздно уже. – С заботой в голосе, обратил он на себя внимание. – Мы совсем забыли про отдых. Иногда очень полезно про него вспомнить и придать ему хоть какое-то значение.

– Да Вы правы. – Радостно отозвалась Мария. – Хоть завтра и выходной, но позади целая рабочая неделя, которая слегка утомила меня. Как не внушай, но усталость берет всегда свое!

– Напомню вам напоследок, что степень усталости и состояние своих ощущений полностью зависят от Вас. – Снова попытался вернуть к истине ювелир. – Именно поэтому, когда мы радостно проводим время, неблагоприятные чувства покидают нас. И любое утомление уходит на задний план. Даже если мы его и замечаем. Ну а как без этого. Ложка дегтя в любой момент должна придать свои вкусовые качества в целой бочке меда. Только от самого человека будет зависеть огорчиться или придать новому вкусу «Шарман».

–Как тонко подмечено. – Тут же поспешила присоединиться к беседе Мария. – Я думаю любой человек, после того как получит непомерное вознаграждение, особенно в материальном эквиваленте, сможет без труда радостно двигаться в течение суток, без мысли на сон!

Женщина заулыбалась. Она подобно нашкодившему ребенку сжала кулачки у лица. Придавая своей фразе грандиозное значение.

– Вы умничка! – Одобрил услышанное мужчина. – Но я понимаю, что снова очарую Вас и затяну в увлекательный разговор. Так что пора нам расходиться. И в завершении, вот Вам задание: подумайте над чувством «страх». И завтра мы его обсудим, если конечно же не получится самой с ним помириться! А украшения можете оставить у меня в сейфе, под опись. Думаю, Вам будет так спокойнее, в столь поздний час.

– Я совершенно согласна! – Будто не решаемую задачу сняли у нее с языка. – Описи не нужно, я знаю каждое украшение наизусть. Тем более, без сомнений доверяю Вам!

Подобная конфиденция раскрывала весь смысл взаимоотношений людей. Стоит лишь только провести плотную эмоциональную связь с оппонентом, как он уже готов доверить самое ценное в его жизни. И здесь не будет иметь значение, обжигался ли на обмане человек. Любая коммуникация, основанная на чувствах, создает безошибочный алгоритм связи, от точки «А», до точки «Б». Самое главное, правильное обслуживание передачи данных. Осознанное балансирование чувств.

Они пожелали друг другу спокойной ночи. Мария быстрыми движениями собралась и вылетала пулей, словно вспомнила, что не выключила утюг дома. Ее совершенное спокойствие придавало ей нереальные ощущения свободы и легкости. Это внутреннее равноденствие выражало и внешнюю красоту: Погода проявляла себя исключительно умиротворенно и по волшебному грациозно. Воздух становился продолжением легких. Все синхронизировалось с личными ощущениями. Именно в такие моменты человек понимает, что он и есть этот мир, вселенная, бесконечность!

Освещение улиц придавало ночному времени суток впечатление солнечного дня. Неоновые вывески магазинов уподоблялись лучикам солнца и создавали ауру пляжного настроения. И для этого совершенно незачем было лететь на курорт в жаркие страны. Хватало и восприятие разума, на внутреннее обличье тепла и добра.

– Как же я счастлива! – Легкие мысли посещали Марию по дороге. – Я даже не представляла себе, что от обычного разговора, во мне воцариться такое спокойствие души. Милое и красочное счастье. Просто так. Без внешних атрибутов. Создается впечатление, что извечная гонка за какими-то нужными личными достижениями приостановилась. Совсем ничего не нужно! Просто хочется быть и радоваться этому!

Думая о прекрасном, женщина незаметно проскочила самое темное и безлюдное место, по дороге к дому. Она всегда с некой опаской обходила его стороной. Патологические ощущения всегда на автомате оберегали ее от прикосновения к страшному. Пусть даже и надуманно. Легкое состояние любви и отчужденности просто на просто вычеркнули из ее умозаключений эту проблему.

Когда же она вступила на островок иллюминации, чем являлась главная площадь города. Она заметила, что центральное место, подобно полуденному времени, было заполнено людьми. Это была настоящая каша затей и увлечений. Встречались грациозные роллеры, мило прогуливающиеся влюбленные, весело проводящие время компании, да и просто мирно беседующие.

– Так, о чем меня попросил Вадим? – Будто вернувшись в свое истинное тело, увидев себе подобных, попыталась вспомнить Мария. – Да, точно. Обдумать чувство «страх».

После этих мыслей она ощутила некие процессы в своем теле, которые были близки к отрицательным. Она не могла понять, что произошло. Ведь совершенно недолгий промежуток времени назад, было состояние блаженства и мирного пребывания в себе. И, как назло, рядом не оказалось новоиспеченного психолога. Который так ясно раскладывал все ее переживания по полочкам.

Конечно же она еще не понимала, что даже мимолетные мысли о страхе, запустили в ее разуме автоматическую связь с памятью. Мозг подобно высокотехнологичной вычислительной машине сразу начал свой анализ. Этот механизм на полном автомате сканирует свои прежние ощущения и внедряет их в шаблон настоящего. Независимо от окружающей обстановки. Чтобы не происходило снаружи, внутри начинается свой спектакль, с полной труппой переживаний, событий и сменяющихся декораций.

Женщина окинула взглядом площадь. Катающиеся, в прошлом представлении спортсмены, с издевкой пролетали перед самым носом проходящих девушек. Те в свою очередь, растерянно и истошно кричали в след хулиганам. Незадолго до этого влюбленные, уже придирчиво ругались друг с другом, переходя на оскорбительные выражения. Компании, которые совсем недавно веселились, превратились в одну грубую и безобразную толпу. А мирные собеседники и вовсе оказались в стельку пьяными бродягами.

– Какой бред! – С непонимающей обидой простонала Мария. – Что это за игры с воображением? Неужели мой довольный разум сразу не заметил всех этих бедолаг? Неотесанных и противных для нормального взора. Стоит только порадоваться жизни, как это мимолетное счастье заканчивается мрачными красками!

В добавок ко всем внутренним переживаниям и страхам, добавилось предчувствие кого-то или чего-то позади. Женщину окутал истинный страх. Ее осязание приблизилось к максимальному. Она четко ощущала чье-то присутствие за спиной. Недавно ярко освещенная площадь вдруг оказалась погружена во мрак. Стали отчетливо прослушиваться шаги. Один… Второй… Третий. Все ближе и ближе. Создавалось впечатление, что они начали ускоряться и являлись отголоском бега. Мария увеличила шаг. Возможно, она уже мчалась со всех ног, но страх, сковывающий ее тело и мысли, не давал правильной оценки происходящего. Когда же догоняющий сократил дистанцию до двух шагов, женщина машинально пригнулась и закрыла голову руками.

– О, Боже! – Взвизгнула она.

На секунду ее воображение проиграло сцену глубокой тишины. То ли уши заложило от давления, которое хлынуло прямым потоком из источника страха. Либо мозг отключил свою прямую функцию. Восприятие всего уместилось в одну маленькую точку, где не было никакой информации.

– Я еще жива! – Жалобно прошептала она. – И по-прежнему одна. Только в неестественной и глупой позе. Что это было?

Мария с осторожностью подняла голову и открыла глаза. Перед ее глазами открылась совершенно абсурдная для нее картина. Мимо промчавшийся мужчина, начал кричать отъезжающему от остановки дежурному автобусу, чтобы тот подождал его.

Женщина увидела рядом лавку и присела на нее. Она закатила глаза в небеса и истерически засмеялась.

– Что это за фокусы? – Ничего не понимая, спросила она сама себя. – Как можно было довести себя до такого состояния? Где были мои мозги и здравый смысл?

Мария осмотрелась по сторонам. Она словно искала какой-то подвох в окружении. Жадно впивалась глазами в здании, в людей и обстановку. Только недавно исступленный мозг женщины, превратился в аналитическое содружество всех внутренних ее процессов. Широко открытые глаза искали правду в том, что она себе нафантазировала. Ей никак не хотелось верить, что эта сложившаяся обстановка, лишь плод ее воображения.

– Вадим! – Вдруг вспомнила она. – Может он колдун? Ну или хотя бы гипнотизер? Отчего именно это задание он дал мне? Страх… И все именно так и произошло! Я ощутила такое жуткое состояние, что до сих пор пошевелиться не могу.

Женщина еще раз осмотрелась по сторонам, в надежде, что все-таки откроет для себя объяснение. Присутствующие люди в эпицентре событий уже вели себя совершенно спокойно. Площадь по-прежнему переливалась всеми цветами радуги. Неоновые лучи от вывесок на зданиях, переплетались с основным уличным освещением. И все это многообразие дополнялось декоративной иллюминацией самих зданий.

– Что мне советовал ювелир? – Попыталась вспомнить Мария. – Успокоиться. Глубоко дышать. И трезво оценить обстановку!

Она отклонилась на спинку лавки. Прикрыла глаза и глубоко задышала.

– Спокойно. Все хорошо. – Начала она только что придуманную медитацию. – Мое тело расслаблено. Мысли уходят. Дыхание ровное и спокойное. Мне становится лучше. Я свободна от эмоций.

Мария замолчала. На смену пришло умиротворение и тишина.

– Как же хорошо и спокойно! – С улыбкой на лице произнесла она. – Наконец я успокоилась!

Ее тело стало уверенно и безмятежно подчиняться мыслям. Они глубинным потоком захватили власть над концентрацией всех чувств. Она с явным восторгом поняла одну простую вещь: к ней снова вернулся крепкий и беспечный рассудок!

– Посмотрим, насколько эффективна внутренняя работа над своим «Я». – Четким сложением букв прошептала она. – Тем более, что я уже чувствую сильные изменения.

Женщина встала. И ровным шагом проделала этот же маршрут, через недавно пугающую площадь.

Помимо веселых мальчишек на роликах, добавились еще и пару смеющихся девчонок на скейтбордах. Они словно эстрадному хороводу закружились в такт своему веселью. Их движения восхищали и радовали глаз. Очарованные парочки мирно сидели на лавочках, и подобно голубкам ворковали прелестную песню любви. Они сливались в своей нежности и наивности. Веселые компании оказались лишь друг другу незнакомыми прохожими. Они как самые вежливые люди на планете ликовали при встрече каждого члена, этого волшебного спектакля воображения. А спокойно беседующие, даже стали махать ладошками Марии и торжественно улыбаться.

Женщина громко рассмеялась. Она уже не чувствовала никакого страха. Напротив, восприятие легкости переполняло все ее нутро.

– Это просто чудо какое-то! – Подумала она. – За какие-то пять минут испытала всю гамму своих переживаний. Невероятная игра подсознания. И весь этот жизненный цирк устроила я одна. Мои мысли и желания запустили главное шоу всей жизни, я осуществила невозможное. Пережила страх, переборола его, смогла подружиться с ним. И самое главное, все это смогла оценить и анализировать со стороны. Как специалист высокого профиля. Я уверена, эти способности есть в каждом, главное верить в себя и работать над собой. Именно подобную самореализацию я готова назвать – осознанностью.

Мария почувствовала приятную дрожь во всем теле. Она точно знала, что частичка просветления ворвалось в глубины ее душевных нот. Это знание не пришло путем умозаключения. Просто женщина прочувствовала момент соединения своего Эго и «Я». Немного еще по наслаждаясь своим триумфом, Мария неторопливой походкой, словно корабль на глади воды, поплыла домой.

Красивые орнаменты городского убранства, провожали ее своим доброжелательным взглядом. Сказочное небо стало совсем чистым и глубинно черным. Его темную страсть разбавляли небесные фонарики. То яркие, то совсем еле заметные, они мерцали с неясной загадкой. Звезды отчетливо указывали в эту ночь путь, любому заблудившемуся страннику. Время остановилось и потеряло все свои земные свойства. На мгновение, все вокруг ощутило присутствие бесконечности.


ОМЕРЗЕНИЕ.


«Дымка забытья. В глазах форсируют качающиеся предметы. Они так чутко ощутимы, и наивно ранимы. Вопросительные мысли так и терзают неугомонный разум. Что это? Где это происходит? Постепенно фокус начинает проясняться. Возможно, это просто была пелена, какого-то неземного и непонятного счастья. Так бывает! Когда беспечность соприкасается со страстью. Только вот чем это вызвано? Неужели бывает просто жизнь? Просто так? И душа поет от обычного: есть»?

Нескончаемый поток красочных дум посетили Марию. Она раньше и не представляла, что глубина обычной мысли может заставлять купаться в экстатическом пребывании. И возможно достигнуть какого-то озарения. В прямом смысле – счастья.

Ум стал отступать. Глаза словно по команде обрели управление. Ясность взгляда обернуло мышление со всех сторон. Впереди происходящая сцена стала прозрачна и понятна. А вернувшийся из мимолетного сбоя слух, дополнил картину мелодичным очарованием.

Играла до боли знакомая классическая музыка. Ее переливы, подобно кисельной реке, обволакивали все внутреннее пространство. И неподдельный мистический ритм просил сердце закружится в такт играющим инструментам.

Под этот сказочный аккомпанемент, ровной гладью вращались пары. Статные и величественные мужчины крепко держали в своих объятиях, не менее упоительных для взора, грациозных дам. Вальсирование придавало геометрическую завершенность этому действию. Все выглядело так, будто сказка пришла в подсознание женщины.

Не веря своим глазам, Мария оглядела помещение, где находилась. Приглушенный свет от множества свечей, пробивал очертания зала, и даже его окрас. Это были белейшие стены, дополненные рифлеными колоннами. И весь этот блеск непорочной чистоты, разбавляли нависающие с присущей тяжестью бархатные шторы. Они словно неотъемлемый атрибут подобного зального убранства, подчеркивали всю свою важность.

Взрывающая восприятие картина, заставила женщину осмотреть себя. Не то чтобы это было неожиданностью, но легкая ирония заставила очароваться Марию. Ее наряд очень сочетался с эпохой танцующих костюмов. В глаза сразу же бросались поля кружевной дамской шляпки. Их переплетение четко вырисовывало творение художника. Невероятно легкие и красочные тона нитей, словно впивались друг в друга, дополняя общую гамму. Старинный по традициям, но совершенно новый по изготовлению наряд, так и кричал о своем благородном происхождении. Даже позолоченные туфельки с шелковым бантом, игриво подмигивали ярким рубином по центру обуви.

– Я попала в очаровательную сказку! – Игривыми мыслями наполнилась Мария. – Мне уже неведомо привычное положение дел. Совсем потеряла правду, между реальностью и вымыслом. То, что сейчас происходит со мной, возможно и есть самое, что ни на есть настоящее. А загадочная беседа с чародеем драгоценных металлов, лишь фантазия будущего. Люди всегда заглядывали искаженным взглядом вперед. Это обычно подхватывалось остальными, дополнялось… И на тебе! Сто летней давности глупость, подхваченная общим разумом, теперь естественное «сейчас»!

За своими туманными раздумьями, женщина совсем не заметила ненавязчивого присутствия, до боли знакомого мужчины.

– Здравствуйте Мария! – Просто, но с выражением поэта обратился молодой человек. – Вы сегодня затмили своим нарядом всех! И даже превзошли себя!

– Безумно приятно слышать! – В смущении ответила женщина. – Вы, пожалуй, единственный знакомый человек на этом мероприятии. Но и Вас я помню с трудом. Вернее, только лицо и оставляет какие-то отпечатки памяти.

– Мы встречались по вопросам бухгалтерии. Меня зовут Сергей. – Понимая, что леди находится в затруднительном положении, поспешил поправиться мужчина. – Я сам здесь никого не знаю, и подобный вечер лишь случайность для меня.

Вы, знаете… – Задумчиво начала Мария. – Я в последнее время стала рассеянной. И это касается не неловких рук или легкой забывчивости. Такое ощущение, что я летаю в пространстве. Возможно даже во времени. Мне неловко, конечно, говорить это Вам, но я чувствую, что должна это сказать!

– Я сразу заметил Вашу растерянность и ошарашенный взгляд. – Поспешил успокоить новоиспеченный собеседник. – В Вашем взгляде читалось радостное изумление, но оно сопровождалось самым настоящим потерянным ощущением. Вопрос и сейчас не сходит с Вашего лица.

– Мне в последнее время очень везет с умными и проницательными мужчинами. – Немного успокоившись сказала женщина. – Что не беседа, то понимание и целая интересная словесная история. Теперь и вправду можно одобрить утверждение, что каждый человек, встречающийся в жизни – это подсказка, инструкция к дальнейшим действиям. Главное научиться читать между строк то, что предназначается именно тебе. И не важна истина, откуда это все исходит. Главное, сама суть, что послание хочет донести!

– Я с Вами совершенно согласен! – Как бы празднуя, торжественно подтвердил Сергей. – Опыт, это и есть сама жизнь. А любое событие, это его отдельный механизм, единого и целого организма. В котором заложены все составляющие человека: тело, разум, душа. Именно каждая такая шестеренка, в виде встречающихся людей или событий, и создает движение вперед. Только вот нужно научиться расшифровывать роль, правильное расположение этой детали.

– Вам огромное спасибо! – Без благодарной нотки продолжила Мария. – Но, я бы хотела задать один странный и неожиданный вопрос…

Небольшая пауза застряла в ее странствующих мыслях.

– Я не сплю сейчас? – Еле слышно прошептала женщина. – Мне неловко и очень страшно от того, что происходит со мной. Совсем недавно я находилась в современном обществе, где процветает прогресс и бешеный ритм жизни. И как по взмаху волшебной палочки, я оказалась на балу, и даже не представляю, какой сейчас год.

– Не смущайтесь так Мария. – Постарался успокоить собеседницу мужчина. – Все зависит от того, насколько Вы реальны сейчас, как и я. Ведь это может быть и мой сон. А Вы всего лишь мое воображение. И я хочу заметить, что мы оба трезвы. Лишь только многослойные фантазии нас свели вместе, в этом разговоре.

Сергей загадочно улыбнулся, как бы понимая, что еще больше запутал Марию.

– Я так понимаю, что-то произошло недавно с Вами? – Продолжил он. – Возможно какая-то утрата, горе, или наоборот непомерная радость. Или это был неожиданный разговор, который заставил Вас все переосмыслить?

– Да, именно разговор! – Как бы зацепившись за фразу, воскликнула женщина. – После него, все и началось. Странные видения, ощущения, а теперь еще и эта загадочная игра с путешествием во времени.

Мужчина нежно улыбнулся. Подошел ближе к немного напуганной Марии. С отцовской заботой взял ее руку, и начал успокаивающе гладить отсыревшую от пота ладонь женщины. Его ровное дыхание сопровождалось тактом поглаживания. Все это умиротворение так чутко подействовало на Марию, что она чуть ли не уснула.

– Теперь, когда Вы успокоились, мы можем спокойно продолжить нашу беседу. – Уже еле слышно сказал загадочный собеседник. – Давайте присядем?

– Конечно! – С полным доверием в голосе, поддержала его женщина. – К тому же, после Вашей терапии, мои ноги приобрели ватное состояние. Словно груз, но невероятно приятный по ощущениям!

Они подошли к изящным и удобным на первый взгляд стульям. С галантным жестом, Сергей задвинул новое пристанище для их беседы, в аккурат под изгиб колена Марии. Это очень импонировало женщине, тем более подобный этикет уже был чужд для нее. Она не задавалась конечно же вопросом, что этому послужило, возраст, или просто ее привычка к обыденной самостоятельности. Ей просто-напросто все это нравилось, что и послужило к спокойному состоянию души, на данный момент. Единственные мысли, которые посещали ее умиление, это фразы ювелира, по поводу того, что мир всегда заботиться о человеке, если тот спокоен и миролюбив. И в любой ситуации, спокойствие и внутренняя любовь, разрешат все мыслимые и немыслимые вопросы.

– Вы очаровательны! – Продолжил Сергей после того, как присел. – Причем Ваше очарование теперь дополняется и внутренним состоянием. Возможно, Вы еще только в начале пути, но это уже четко прослеживается. Я так уверенно говорю об этом, так как сам следую духовному пути. На дорогу Божественного Сознания я вступил ровно десять лет назад, когда умерла моя жена.

– Примите мои соболезнования! – Проникнувшись в слова мужчины, с печалью произнесла Мария.

– Именно этот путь и дает мне новое видение людей. – Не замечая мимолетную скорбь женщины, продолжил Сергей. – Их слова, манеры, поступки. И я сразу же разглядел сдвиг и в Вашем сознании. При этом, человеческий взгляд становится более ярким, звонким, в то же время более теплым. Кто бы, что не говорил, но просветление – это путь чистой любви. Со всеми прилегающими чувствами, и плохими, и хорошими. Ведь все в человеке нераздельно. Любовь и ненависть, это одно и то же чувство! Все зависит только от восприятия и отношения каждого отдельного человека! Понимаю… Вам пока сложно это все воспринимать должным образом. Но любой поиск ответов, находит свое истинное пристанище. Стоит только набраться терпением, обрести реальную веру в себя и продолжать следовать. Это и будет самообразование в Высшей степени. Самопознание!

– Все это конечно странно! – Перебила собеседника Мария. – Но Ваши слова, как будто дополняют меня. Словно потерянный куплет, в моей любимой, но забытой песне. Я только одного не пойму. У меня есть задание от прежнего собеседника. Он даже мне психоаналитика заменил. Я никак, не могу связать это с нашей, с Вами встречей.

Женщина замолчала, словно что-то ее сильно обеспокоило.

– Я Вас покину ненадолго. – Обратилась она к мужчине. – Где тут уборная?

Сергей указал ей дорогу, которая пролегала, через весь зал. И с явным восхищением проводил Марию глазами.

Проделывая каждый изящный шаг, в изысканных туфельках, Мария обретала чувство воздушности. Этот грациозный подъем внутреннего состояния, добавляло покрытие пола. Мягкость походки на прямую зависело от паркета, отдельные части которого с нажатием опускались на долю миллиметра вниз. Подобный незатейливый механизм не тормозил шаг, а наоборот, словно служил катапультой. Всю вуаль впечатлений подчеркивала помпезность зала, где проходило торжество. Приглушенный свечной свет не давал просмотреть недостатки этого помещения. И вся эта массивность сливалась в красочную сказку очарования.

Пройдя большую часть банкетной комнаты, женщина заметила ее сужение, которое плавно перетекло в небольшой коридор, с не менее восхищающим взор убранством. Единственное что насторожило Марию, приближающийся неприятный запах. Он словно усиливался и дополнялся новыми зловонными нотками. Она не представляла, куда ей идти дальше, если бы не резко открывшаяся дверь перед ее лицом.

– О, Боже! – Как всегда вспомнила она имя Господа, при жутком состоянии. – Как же там воняет!

Женщина сразу догадалась, что ее путь был именно сюда. Невероятно противное чувство чуть ли не заставило повернуть назад. Но нестерпимая физиология взяла над ней верх. Немного поколебавшись, Мария набрала в рот воздуха, как бы дополняя свое мерзкое восприятие, и быстрым шагом направилась в злосчастную комнату.

Красочное и волшебное естество ее мысли, которое царило в голове минут пятнадцать назад, от восхищающего и упоительного праздника, сменилось гадким чувством. После того, как она осмотрела уборную, которую даже и туалетом не назовешь, женщина поймала себя на мысли, что только мерзкие слова крутились у нее на языке. Создавалось ощущение, что в каменных стенах просто-напросто выдолбили дырки, которые служили канализацией, да еще вдобавок они являлись величайшим затором, который только мог узреть человек. В ее внутреннее «Все» ворвалось самое, что ни на есть истинное омерзение. Это чувство было как телесным, так и душевным. Утонченный ум кричал: «Скорее вон отсюда». Но нестерпимые животные инстинкты, в виде сильнейших естественных позывов, заставили Марию завершить эту нелегкую миссию. После мимолетных действий она вылетела прочь.

Обратная дорога до собеседника уже не казалась такой изящной. Серые краски стен угнетали и дополняли ее мерзкие эмоции. Мария плюхнулась на стул молча и скорчила, еще более ужасную гримасу, которая сопровождала ее в туалете, как бы выражая свое омерзение с большим напором.

Сергей возможно бы и спросил: «В чем дело»? Но его проницательность попросила промолчать и дать отдышаться в своих чувствах женщину. Он слегка улыбнулся и отвернулся, как бы показывая, что заинтересован в большей степени, в происходящем в эпицентре бала.

Неловкая пауза для Марии, принесла свои плоды. Она успокоилась, вернула привычное состояние своему милому личику, и обратилась к мужчине.

– Вы кого-то увидели? Знакомого? – Пытаясь обратить на себя внимание, протараторила женщина. – Возможно что-то случилось?

Собеседник повернулся, ласково улыбнулся. Его плечи выполнили жест, в виде пожимания.

– Нет. – Отстраненно ответил он. – Я нашел Ваше состояние сомнительным и неловким, и дал Вам возможность отойти от него. А как говориться, ничто так не успокаивает, как тишина. Если бы я заинтересовался Вашим негодованием, то подстегнул бы эмоции на пиковый уровень. Нет внимания, нет чувств!

Сергей по-доброму улыбнулся и накрыл своей большой ладошкой руку женщины. Этот жест и приятные слова, в окончательной степени развеяли все переживания Марии.

– Теперь Вы можете мне все рассказать. – С нежностью в голосе произнес мужчина. – Главное старайтесь понять, что все происходящее может быть лишь Вашим воображением. Поэтому спокойствие придаст Вам чистой мысли.

– Теперь мне уже неловко и говорить об этом, когда пыл утих. – Как бы реабилитировалась Мария. – Но тонкая струйка впечатлений еще осталась.

Она внезапно засмеялась.

– Именно струйка и подходит к этой теме. – уже улыбаясь, пояснила она. – Я никогда не представляла себе, что после воздушного очарования, можно испытать такое омерзение. Здешний туалет, это памятник мерзкому чувству. Как такое вообще возможно? Такой дворец, с явным «провальным» помещением. Да и сам холл мне уже кажется конкорсом. Все равно, что районный вокзал.

– А Вы знаете? – С невероятно умным лицом, поспешил ответить мужчина. – В этом грандиозном сооружении, первый нужник с централизованной канализацией. Прогресс, иными словами, для этих мест.

– Что же тогда в других зданиях происходит? – огорошено спросила Мария. – Ведрами выносят?

– Ну практически так и есть. – рассудительно ответил Сергей. – Все в этой жизни относительно. Где-то хуже, где-то лучше. Я обычно, когда совсем хромает восприятие чего-либо, сравниваю его с большим крахом, на ощущения. Ведь, по-Вашему, уже довольно уравновешенному состоянию понятно, что Вы все-таки завершили свои дела?

– Конечно! – улыбаясь ответила женщина. – А что мне еще оставалось делать?

– Не знаю почему, но моя интуиция подсказывает мне, что это все неспроста случилось. Жизнь Вам подсказывает, что только эмоционально можно испытывать дискомфорт. Все, что Вас сковывает в Ваших действиях, только у Вас внутри. Кто-то привыкает спать на многослойных перинах, и даже малейшая горошинка под ними, может испортить сон. А кому-то и настил из досок, после сложнейшего трудового дня покажется Манной Небесной. Обычно мешает жить то, что сверлит на ощущения нестерпимый разум. Но наши инстинкты, телесные желания, обычно берут над всем бразды правления. Мы им подчиняемся и всячески ублажаем. Именно о таких моментах нужно вспоминать, когда «горошинка» мешает жить. И знать, что все скоротечно и относительно. Лучше просто наслаждаться жизнью!

Мария просто опешила от высказываний Сергея. Она и поверить не могла, что низкая банальщина, может привести их разговор в правильные изречения. Во всяком случае, невероятно нужные для ее духовного пути.

– Это точно сон! – Невнятно проговорила женщина. – Тем более, что следующее чувство, которое написал мне ювелир Вадим, было – омерзение. Такое ощущение, что его лекция по поводу самопознания продолжается. Он мне и пояснял, что только внутреннее томление заставляет страдать. И необходимо узнать, помириться и полюбить свои чувства.

– Совершенно согласен! – Торжественно подытожил речь Марии собеседник. – В любом месте, где ощущаешь себя плохо, можно создать внутреннюю красоту. И не обязательно для этого горы сворачивать. А если не нравится порядок или чья-то чистоплотность – уберись, или разберись в себе, прежде чем искать соринку в чужом глазу. Именно, когда душевное спокойствие перевесит наигранную и показную блажь, тогда и представиться возможность сотворить чудо в своем внешнем, материальном мире. Как известно, он не разделим с внутренним.

После этих слов на секунду стихла музыка. Вверх поднялось мерцание света, от неопределенного, но раскатистого источника. Тишина повисла над величественностью великолепного помещения. И некая грациозная сказка затаилась в сердцах двух молодых людей, знающих малую часть истинной правды любви.


НЕНАВИСТЬ.


Отвлеченный от внутреннего наслаждения взор Марии, легким волнообразным пируэтом покрыл зал. Еле заметная пелена счастья окончательно спала с глаз женщины. Огромное помещение оказалось почти пустым. Именно поэтому музыка стихла, а не из-за игры ее воображения. Бал был окончен. Невзрачный мужчина, в грубом бордовом одеянии, тушил незатейливым приспособлением свечи.

Мария вспомнила про собеседника, и при помощи быстрого движения головы устремила свой взгляд на Сергея. Он скромно сидел на стуле и приятно, но загадочно улыбался.

– Вы прелестно обращаетесь со своей мимикой! – Прокомментировал свое тихое упоение мужчина. – Особенно, когда впадаете в свои мечтания. Такое ощущение, что в Вас вселяется юная особа, лет двадцати. Даже тело поддается этому изменению. Весь силуэт утончается, фигура облачается замаскированным шармом. Кожа становится безупречно гладкой. Губки вместе с щечками розовеют. И конечно же глаза. Ах, эти глаза! В подобные моменты, в них зажигается невиданно яркое пламя. Свечение, которого передает весь восторг вашей души. Невероятно приятно лицезреть человеческую искреннюю радость!

Сергей немного призадумался. Его лицо источало сильную энергетику, которая выражалась в постоянном ликовании бровей. Эти постоянно сменяющиеся движения, заставляли усматривать в этом действии, что-то магическое и восторженное.

– Вообще! – С воодушевлением продолжил он. – Наблюдение за человеком, это искусство, возвышающееся над всей известной философией! Да что там, над любой наукой, плутающей по земле. Не зря, в педагогике и психологии, этот исследовательский метод занимает главенствующую роль. Он раскрывает истинную природу людских чувств. Показывает гармонию и разлад. Создает почву для изучения вдохновения! Да! Именно так, и прослеживается наитие. Любое проявление эмоций и есть вдохновение. Вопрос только в том, что кто, и как, его расходует? Во благо, или в пустоту, для личных утех.

– А Вы поэт! – С ласковой иронией заметила Мария. – Я конечно же согласна, что наблюдательность великая сила. Она породила такие утонченные вещи, как дедукцию и индукцию, которые в свою очередь дали толчок многим научным прорывам. А вот по поводу творческого порыва…

Женщина, прищурив глаза, стихла. Ее таинственное выражение лица помогло прочитать глубину мысли, которая закралась в истоки бытия, после сказанных Сергеем слов. Она наверняка прочувствовала всю точную правду, касаемо вдохновения, которое так легко прочитать по поведению человека. Именно в моменты нисхождения Божественного проявления, до людского разума, тело и все его движения подчеркивают это самое внедрение, можно сказать наполнение!

– Позвольте я Вас провожу. – Вторгся в бездонные думы Марии собеседник. – Уже довольно поздно. Скоро здание закроется.

Сергей изящным движением очутился рядом с озадаченной женщиной. Как всегда, галантно предложил руку, слегка наклоняя голову вниз, для почтения. С очевидной легкостью Мария оказалась на ногах. Ее мысли переплелись с ощущением невероятной силы мужчины, при его утонченных формах. Это дополнилось еще большим восхищением, направленным в сторону кавалера. Но даже такая зарождающаяся страсть в сердце женщины, не предвещала ничего серьезного. Уж очень сильно она любила своего мужа.

– Мой родной! – про себя произнесла она. – Как же я вообще разберусь в этой истории? Ведь если я и вправду нахожусь в другом временном измерении, то и прежняя жизнь лишь фикция, воображение. Я так не хочу! Уж слишком долго, если не сказать всю жизнь, я ждала своего ненаглядного Фреда.

Ее довольно недавно появившаяся пассия, настолько перечеркнула прежнюю жизнь, что мгновенно скрепилась узами брака. Его корни уходили в немецкое происхождение, по линии отца. Хотя он сам был рожден в СССР. И ничем не отличался от обычного россиянина. Даже можно сказать больше, он словно облагородил род здешней земли. Невероятно добрый и трудолюбивый мужчина, всегда восхищал своей кротостью. Он, не осознавая этого, показывал пример всем звероподобным мужикам, которые только и знали грубость и нелепость, своих ничем не подкрепленных бахвальств. И конечно же его очень уважали и любили дети и внуки Марии. Со стороны складывалась дополненная картина идеальной семьи. Мария всем своим нутром ощущала, все непоколебимое спокойствие с этим благородным, по состоянию души мужчиной.

Глубокое и выразительно черное небо, сопровождало возвращающуюся с торжественного мероприятия пару знакомых людей. Редкие, но густые облака переливались своей каймой, которая была усыпана яркими звездами. Они то плотным рядом закрывали все края воздушных массивов, то поочередно появлялись в разных частях, будто заигрывая с плотными облаками. Домов практически не было видно, из-за наступившей кромешной темноты. Это и подтвердило опасения Марии, по отношению к неопределенному прошлому. Которое так беспардонно ворвалось в привычную жизнь женщины. Она точно знала, что современные города, к которым она привыкла, всегда переливались в разных цветовых красках.

– Освещение! – Чуть ли не плача, прошептала она. – Все-таки будущее, которое Вам еще предстоит лицезреть, если это не мое бредовое воображение, олицетворяет волшебство. Люди настолько почитают и любят солнце, что даже ночь из «моего» современного общества, похожа на день. Возможно, искусственный свет, не чета Великому Ярило, но именно он, в темное время суток, согревает сердце своим свечением. Помогает развеять страхи и переживания. Возможно, люди в моем мире давно уже единственные Боги, которые подчинили все мыслимые и немыслимые законы. А не достигнутое, лишь вопрос времени.

Создавалось впечатление, что женщина просто-напросто отвлекается от понимания, что ее прежняя жизнь разрушена, нелепым стечением подлого воображения. Хоть Сергею нравились красивые умозаключения Марии, но он понимал всю трагедию ее мыслей. Он прекрасно осознавал, что попутчица находилась в смятении. Ей было неистово страшно спросить куда они идут, какой сейчас год, и кто она вообще такая.

– Я Вас сейчас провожу домой. – Постарался морально поддержать ее мужчина. – В Ваш дом. Я точно знаю, где вы живете. Не знаю какими силами, но я отчетливо вижу Вашу эмоциональную стабильность, хоть и проблески беспокойства на лицо.

– Да. – Утвердительно ответила женщина. – Огромное спасибо Вадиму, за продуктивную психологическую беседу. Хотя, не уверена, что он вообще существует. И конечно же Вам! Два новых друга. Две внушительные внутренние поддержки. При прежнем психически эмоциональном состоянии, я бы и доли этих событий не выдержала. Но теперь понимаю, не стоит обращать внимание на рассудок. Нужно лишь скорректировать, что есть сейчас, настоящее. Работать со своими чувствами. Тогда картина прояснится, что реально, а что нет!

Внезапно Марию стало пронизывать, до глубины костей, странное впечатление от мест, к которым они подошли. Легкие отпечатки зданий фрагментировали в ее памяти. Идентичность строений и сходство улицы открывали далекие и туманные воспоминания. Только было одно – но! Она никак не могла все это связать с действительностью в своем разуме. Будто все эти вспышки, лишь давно забытый сон.

– У Вас обычно темный подъезд. – Внезапно сказал Сергей. – Поэтому я доведу вас до двери. Самое главное для меня сейчас, это забота о Вас. В своей квартире Вам будет безопаснее, комфортнее для воспоминаний. Я уверен, после теплого чая и крепкого сна, Вы мирно заснете. А уж на утро, от замешательства в памяти не останется и следа. Все прояснится завтра, не беспокойтесь!

Мария точно узнала свою дверь. Это была не всплывающая информация из недр головного мозга, а совершенная истина. Пошарив в карманах, она нашла ключи. Невероятная робость заставила ее замереть на пару секунд.

– Давайте помогу! – Тут же принял правильное решение мужчина. – Будьте смелее. Мне совершенно незачем Вас обманывать. За этой дверью Ваша крепость, Ваш уютный уголок. Просто всему виной легкое головокружение, которое вызвано внутренними переменами Вашего сознания. Оно постаралось вытеснить материальную информацию. Ту часть памяти, где заложены банальные вещи. Такое бывает. Вы наверно слышали, как люди теряют воспоминания об обыденности своей жизни, даже забывая родственников и свое имя, не теряя представления о ходе всех процессов в этом мире. Я говорю об общей информации, которая приходит с практикой, в течение жизни. Возможно, разум таким образом пытается стереть свою прежнюю жизнь. Давая шанс человеку начать все заново. Но как это и бывает, люди не способны реабилитироваться без своей фундаментальности. Без своих корней. Становясь без инициативных и подвластных бродяг. Которых зачастую используют, как бесплатную рабочую силу. Хотя есть случаи, когда у таких людей искорка сильной личности выталкивает любую жалость к себе и заставляет идти вперед. Создавая новую жизнь. Как правило они становятся успешными. Во всяком случае так говорит мой друг, он исследует такие процессы.

Сергей прекратил свою речь, понимая, что опять загипнотизировал ею Марию, и немного повозившись с замочной скважиной, открыл дверь.

– Вот видите! – С милой улыбкой проговорил он. – Все сходится. Проходите милая внутрь. Отдохните. А завтра я Вас навещу после обеда, чтобы убедиться в Вашем здравии.

– Спасибо Вам большое! – С легким касанием рукой плеча мужчины, сказала женщина. – Вы очень чуткий и приятный молодой человек. С Вами я даже миллиметр неловкости не испытываю, ничуточки.

В ее словах читалась детская, но очень оправданная непосредственность. Она искренне отождествляла нового, хотя он и говорил о повторной встрече, знакомого. Доверие, к которому было непоколебимо.

Сергей проводил спутницу внутрь, где была жуткая темень. Мария не успела сообразить, где включается освещение, как вдруг дверь захлопнулась со стороны лестничной площадки. Она стала нервно махать руками, стараясь определить, где стоит мужчина. Через десяток внушительных взмахов, она поняла, что именно ее попутчик и закрыл дверь, с другой стороны. Ее тело тряслось от волнения. Хотя страх она не испытывала. В этом отношении она была, как кремень. Единственные мысли, которые ее посещали, это нестерпимая ненависть к Сергею. Все произошло внезапно, и она уже была не в силах соперничать с этим удушающим чувством.

– Ненавижу! – Истошно прокричала она. – За все! За то, что отнял у меня семью! За мое любимое настоящее! За ложь в откровении!

Это гадкое чувство пронизывало всю ее сущность. Хотелось рвать и крушить все на пути. Она четко и правдиво обвиняла его в сердцах за всю горесть, которую сейчас испытывала. Даже и капли сомнения у нее не вызывали личные откровения, что он подсыпал ей что-то. И создал весь этот спектакль.

– Какой мерзкий тип! – Продолжала поноси́ть его женщина. – Для чего все это нужно? Смысл этих мозговых атак?

Она нащупала выключатель. Тщетно. Свет не включался в любом положении. Пробираясь в другую комнату, она с раскатистым грохотом упала. Беспомощно распласталась на полу и начала реветь.

Странные огоньки стали заполнять помещение. Они были словно светлячки. То зажигались, то угасали. Все это веселое действо поддавалось неведомому темпу. Мерцание будто заигрывало, с уже притихшей Марией. Она, забыв о своей горести, подневольно начала наблюдать танец таинственных существ. Комната превратилась в звездное небо. Такое милое и чарующее, что вся тяжесть недавних эмоций покинула женщину.

– Что я как дура реву здесь? – С некой насмешкой спросила она себя. – Какая наивная глупость. Я в своей квартире. Свет, возможно, и отключили. Мужчина галантно проводил меня, не имея даже малейшей мысли, на причинение мне вреда. Возможно, я просто вымоталась от своих фантазий. Пора ложиться спать. Завтра я точно во всем разберусь. Свежая голова – мудрые мысли.

Мария отвлеклась от свежей и здравой идеи. Посмотрела вглубь комнаты, но обнаружила прежнюю темень.

– Что за странные галлюцинации? – Стараясь вскрыть свой реальный ум, озадачила себя женщина. – Опять темно. Я точно уверена, что ничего не принимала, не пила, не ела! Но даже если бы мне и подсыпали что-либо, тогда был бы хоть малейший намек на отклонение в речи или слухе. А у меня лишь слабое зрительное изменение. Координация в порядке. Память тоже вроде нормальная, единственный сдвиг – с настоящим. Но я действительно просто-напросто могла пережить стресс. И от этого вся эта неразбериха началась.

Мария смиренно и молча поднялась. Пройдя несколько шагов, она наткнулась на кровать. Упала небрежно на нее, не задавая себе больше никаких вопросов. Нестерпимое чувство голода беспокоило ее желудок. Но эта ничтожная проблема, в данный момент, не на грамм не перевесила весы, в той чаше, где покоилась усталость. Глаза медленно закрылись. Тело освободилось от напряжения. И женщина с явным напором уснула, как бы дополняя храпом всю картину невероятной усталости.

Юное утро вскочило на свои легкие ножки в той части земли, где уже отступила ворчливая и пожилая ночь. Она всегда нехотя покидала места, в которых создавала, пусть не всегда добрую, но все же сказку. Она заключалась во всеобщем покое. Вся сущность поддавалась ее чарам и смиренно отдыхала. Лишь отдельные личности, заряженные дневной энергией, независимо, люди это или животные, сладостно продолжали свой беспокойный поход. Но и для них отправной точкой в безмятежный сон, служило нежное и всегда приятное утро.

Ласковое воркование птиц разбудило Марию. Яркий свет солнца пробивался сквозь веки, которые она никак не могла поднять. Тело не слушалось, и как бы стонало о продолжении покоя. Губы жадно стали чмокать от слипшегося состояния. Сухость во рту объяснялась нехваткой жидкости, которую женщина избегала в предыдущие сутки. Возможно, это были переживания за чистоту содержания, либо обычная забывчивость. Во всяком случае последствия давали о себе знать. Вялое, но точное движение, и рука очутилась на тумбочке. Там стояла бутылка с водой, как обычно. Давно закрепившаяся вера в целебность этой живительной влаги, навсегда соединила их в содружестве. Женщина получала, как оздоровительный эффект, так и моральную поддержку, через многочисленные процедуры. Это было и промывание солью, манипуляции с медом и лимоном. Но основным ингредиентом всегда была вода.

– Я точно дома! – С восторгом подумала Мария.

После пары глотков, все ее тело оживилось, словно в нее проступил эликсир жизни. Небывалая легкость заполнила каждый миллиметр ее тела. Но больший эффект произвел телефонный звонок, который приглушенной и милой песней раздался в ее потеплевшем сердце. Она полностью открыла глаза. Нижние ресницы тут же наполнились слезами счастья. Она воочию убедилась в том, что действительно находится в своей любимой и такой родной квартире.

– Милостивый Боженька! – Со всем присущим ей трепетом, прошептала она. Благодарю тебя за этот урок! И за возвращение домой.

Она поспешила к телефону. Непродолжительные действия, и трубка уже была у ее уха.

– Я Вас слушаю. – Не скрывая радость ответила она.

– Мария, это Вадим, ювелир из лавки. – раздался голос из динамика. – Доброе утро! Рад Вас слышать. Вы просто пропали на сутки, хотя мы договаривались о встрече. Решил поинтересоваться, все ли в порядке.

– Доброе утро! – С еще большим восторгом, как бы пропела женщина. – Я настолько рада Вас слышать. Недавние события выбили меня из обыденной колеи. Но услышав вас, я вновь обрела колоссальную уверенность в своем сознании.

– Кажется, я догадываюсь. – Дополнил ее радость Вадим. – Все-таки проявляются сдвиги в Вашем восприятии. И конечно же Вас стали навещать некие видения. Легкие кадры из другой жизни.

– Ничего себе легкие! – Подметила Мария. – Да они перевернули меня с ног на голову. Создавалось ощущение, что я вообще нахожусь не в своем теле. Что за перерождение?

– Обычная трансформация Вашего сознания. – Как о некоем пустяке, произнес Вадим. – Нет, Вы конечно же можете вернуться к Вашей привычной жизни. К общению в виде сплетен, на осуждающие всех и везде темы. К околдовывающим, телевизору и интернету. Прежнее существование, еще алкоголь и будоражащие воображение вещества возвращают. При своих расслабляющих и обнуляющих свойствах, они лишь успокаивают заветную мысль, идею, истину духовного пути. Но помните, обратная дорога в материальный мир, может навсегда закрыть дверь к своей душе. Вернее, это абстракция, никаких ставней или замков нет. Они находятся лишь у вас внутри. И обычное нежелание менять свою сущность, подкинет Вам злую шутку, в виде извечных эмоциональных угнетений, до самой смерти. И потом уже будет совершенно все равно, почему жизнь такая серая и мрачная. «Ад только на земле!» – выражение правдивое и легко достижимое.

Нет! Вадим совершенно не хотел показаться сумасшедшим, с параноидными высказываниями. Он прекрасно знал, что душа и материя неразделимы. Что можно иметь огромное состояние и любить жизнь обычным и не искаженным чувством. Совершенная просветленность лишь дело каждого. Никто и никогда не ставил в этом мире рамок и границ дозволенного. Это могли сделать только сами люди. Но все сказанное было направлено на помощь женщины. Ювелир прекрасно осознавал, что душа озорница, а не чистейший контроль над всем, как многие думают. Именно поэтому, только баланс разума и души порождает истинное счастье. С чем он и старался помочь Марии, как наставник в любом храме. Тем более самое главное правило – «Не навязываться», как это делают сектанты и нечистые на руку проповедники, он соблюдал. Именно женщина, сама обратилась к нему и желала двигаться дальше, в нелегком, но настолько манящем пути.

– Я Вас прекрасно понимаю! – Поспешила реабилитироваться Мария. – Каждое Ваше слово доходит до меня, с самым чистым пониманием! Я чувствую, как меняюсь. И мне это настолько нравится. И все дело в моей воле! Я стала сильнее морально. Нет излишних эмоций. Конечно же я впадаю иногда в неопределенность и легкое уныние, но я не схожу с ума, от былых истошных переживаний. А вчерашняя трансформация, лишь подарила мне новое прочтение чувства – ненависть. Которое я прожила так ярко и отождествлено. Мне теперь ясно, что эмоции рождаются иногда на пустом месте, и также туда исчезают. Я отдаю себе отчет, что на этом пути меня будет часто качать из стороны в сторону. Но я готова! Со мной теперь истина: «Пережить пятиминутный эмоциональный всплеск, проговорить его и подружиться с этим чувством!»

– Вы гениальны! – Похвалил женщину Вадим. – Но к кому вы испытали ненависть?

– Долгая и странная история. – С улыбкой на лице ответила Мария. – При встрече я обязательно всю ее поведаю. А если в паре слов объяснить, то я оказалась в прошлом. И встретила мужчину, который, собственно, помог мне во всем. Но я испытала такую сильную ненависть к нему, лишь за то, что он якобы отнял у меня прежнюю жизнь. Это были лишь мои неоправданные мысли. Ненависть на пустом месте!

– Я не буду вас больше задерживать, так как знаю, что мы сможем и пол дня проболтать. – Вежливо заметил ювелир. – Но напоследок скажу Вам. Не сворачивайте с Вашей цели. Бог и Ваша душа, дает вам еще один шанс! Как и многим из нас, ежеминутно, ежедневно. А Ваш новый знакомый из прошлого, это очередная ступень и подсказка. Любая невзгода – является добрым наставлением Свыше! Как болезнь. Она приходит не для того, чтобы мы ее лечили! А чтобы нас лечить!!! Это странное путешествие помогло вам понять одну простую истину: «Нужно любить и ценить, то, что имеешь!» Прошлое только обременяет! Живите настоящим и наслаждайтесь каждой секундой!

Вадим деликатно попрощался и в трубке зазвучали гудки. Но Мария их уже не слышала. Чрезмерно счастливое настроение пронесло ее за секунду в спальню. Там безмятежным и ровным сном отдыхал муж. На удивление, его спокойное созерцание потустороннего мира, в виде сновидений, умиляло. Тем более, обычно он страдал бессонницей. У женщины сложилось впечатление, что все складывается так, как необходимо. И что таинственные силы помогают ей в познании себя! Она аккуратно прилегла рядом. Мягко обняла, и с самой нежной любовью поцеловала своего ненаглядного.

Два, любящих друг друга человека, снова вместе. В это утро, всеобщая Благодать спустилась с небес, чтобы окутать их своим покровительством. Мир Марии позволил себе еще на один шаг приблизиться к Всеобщему и реальному.


ГНЕВ.


Время приближалось к полудню. Ласковый и слегка морозный воздух заполнил всю комнату. Он прибавлял свою плотность, за счет тянущегося хвоста из приоткрывшегося окна. Муж терпеть не мог хоть малейшего намека на жару. По этой причине в квартире всегда поддерживалась определенная температура. И эта стабильность вовсе не зависела от умной техники. Фред сам служил себе, и термометром и автоматом для баланса внутренней погоды. Он являлся человеком системы, который имел свой непоколебимый распорядок. В него входило не только расписание дел в течение дня, но и график состояния здоровья. Конечно же эти графические чертежи являлись виртуальными. Только вот, каким-то необъяснимым фактом, они строго соблюдались и всегда чтились. Любая информация, связанная со здоровьем, которое можно было поддерживать народными средствами, тут же добавлялась в рацион мужа. Иными словами, профилактика была – основой основ. Все это сопровождалось бессолевой диетой, извлечением витамина «С» из всего, что можно было употребить, всевозможных травяных чаев, и колоссальным употреблением фруктов и овощей. Он точно являлся эталоном самовнушения. И этот метод был необычайно действенным. Сила, выносливость и работоспособность была на высоченном уровне. Конечно же это существовало не безосновательно. Человек всегда впадает в зацикленные способы саморазвития только тогда, когда жизнь припрет. В молодости его посетил злой рок, в виде сердечного заболевания. Перенесенный инфаркт оставил такой неисчерпаемый отпечаток в голове, что превратил мужа в энциклопедию народной медицины. И это в корне поменяло его жизнь, которая стала озаряться светом правильности и безупречности. И именно поэтому многие мудрые люди обобщают этот предупреждающий цикл в истинную фразу: «Пришло горе, обратите на него должное внимание – это подсказка в неправильности своего существования!» Ведь каждая проблема, есть замаскированная возможность на правильное действие. А готовность видеть эти возможности, поможет трансформировать положение дел для благополучного будущего!

Мария медленно потянулась, растягивая удовольствие от ощущений пробуждения. Глаза неохотно начали фокусировать освещенные стены. Но когда тень от дерева за окном перебралась ей на лицо, они тут же прояснились и впитали сильнейшую энергетику солнечного света. Но щуриться совсем не хотелось. Бодрый настрой, так и выталкивал эмоции из глубины ее сердца. Медленно сформировавшаяся улыбка, подчеркнула эту радость женщины. Каждая частица тела полностью пробудилась и ждала решительных действий.

Она молниеносными движениями очутилась в ванной комнате. Отдаленная мысль о том, как отреагирует ее муж, на столь позднее вчерашнее возвращение, уже подбиралась на первые ряды главного зрительного зала.

– Так, все хорошо! – Правильными словами отвлекла она себя. – Я пришла не так уж и поздно. Тем более, я могла приехать от внука.

Слова, крутившиеся на языке о том, что только внутренние переживания и создают настоящие проблемы, на том месте, где их не существует, помогли вернуть внутренний баланс.

– Вот и славно! – Приняв спокойствие подумала она. – Сколько раз я волновалась понапрасну, думая, что что-то случится? Но зачастую все обходилось наилучшим образом. Все самое плохое происходит в нас самих, не более. И лишь я сама могу исправить сложившуюся ситуацию. Буду вести себя, как обычно. Легче на сердце, да и вокруг все проясниться!

Мария, почистив зубы, решила осмотреть квартиру, в поисках Фреда. Предательски заманчивый аромат из кухни, сразу же определил его местонахождение.

Добрая и милая улыбка мужа встретила ее. Он, тихо посапывая обедал.

– Доброе утро! – Поспешил муж поприветствовать соню. – Выспалась?

– Доброе! – Нерешительно ответила Мария. – Да, и так сладко! Спасибо!

Она присела рядом и почувствовала нестерпимый голод, который прекратил свое существование, после первой же дольки помидора.

– Как странно! – подумала женщина. – Не есть почти два дня, и на тебе, такой фокус. Утолила голод, практически водой. Во мне точно что-то происходит. Может и вправду питание на прямую зависит от пути, которому следуешь. И если это духовный путь, то на тебе, пожалуйста – фрукты и овощи. Но самое главное, что Фред спокоен. Значит все и вправду в порядке. Вот за это я его и ценю. Никаких лишних вопросов, только мужская выдержка и благоразумие. Его эмоциональная стабильность меня очаровывает!

– Вчера сына видел. – Что-то вспомнив, продолжил муж. – Он в ледяной воде купался.

– Я и сама бы не прочь! – Закатив счастливые глаза, сказала Мария. – Очень иммунитет укрепляет. Да и жизненный тонус выходит на высокий уровень. Только вот он зачастил, по-моему.

– Не волнуйся за него. – С легкой иронией опроверг опасения жены Фред. – Он уж точно в этом специалист. Закалка – его второе имя. Да и начинал он по системе: «Осторожно, поэтапно!» Первая ступень – контрастный душ. Вторая – ведро с ледяной водой, обливаться необходимо с ног до головы. Третья ступень – легкое и быстрое окунание. Ну и так далее, можно увеличивать постепенно время пребывания в воде, главное не перебарщивать, особенно с головой! А вот самым боязливым, и вода со льдом для погружения руки подойдет. А все остальные процедуры можно и без головы. Единственное условие, все делать постепенно, и не более одного раза в неделю. Это железное правило для новичков.

– Конечно. – Поддержала женщина. – Он объяснял, что любые нагрузки воспринимаются организмом, при поэтапном подходе. Чем больше внимания и заботы обращаешь на свое тело, тем сильнее отдача, в виде здоровья и отличного самочувствия! Эта дозировка опять же параллельна вселенскому балансу, где необдуманное стремление – достигнуть всего быстро и без правильного намерения, обернется естественно крахом. Если бы только люди это понимали! Не возникало бы странных вопросов: «Почему одним дано здоровье, а другим нет?» Многие обращают внимание на себя только, когда ужалит проблема. А закаливание и разборчивость в еде, позволяют себе только в Посты или Крещение. Да и то смешивая это с алкоголем. Только вот ими точно не Божественная сила движет.

Мария уловила некое замешательство мужа. Он приветствовал более простые и понятные разговоры. Он считал, что суть общения заключается в обычных и легко узнаваемых фразах. Так как над остальным, инакомыслием, необходимо напрягать память, что ведет к сложностям восприятия. Но как это обычно бывает, человек попробовавший тонкие и изысканные умозаключения, выраженные поэзией фраз, не может больше отказывать себе в этом. Любая глобальная мысль, доходящая до маленькой точки личного мнения, да еще подаваемая в красивом обрамлении, в свет, сравнима с чашкой кофе, выпитой в выходной день, после месячного воздержания. Мария прекрасно знала, что восприятие чего-либо, лишь порождение самого человека. Если забивать себя постоянно под завязку, независимо, память это или желудок, степень насыщения будет безгранично велика. В этом и кроется главная загадка бытия. Хотя многие лишают себя чуть ли не всего, дабы встать на духовный путь, и испытать Божественное или личное озарение. Но она точно импонирует, однозначно умным людям, впоследствии – долгожителям, они сохраняют внутренние весы. Где всего по чуть-чуть, что способствует очищению любых рецепторов. Это и помогает постоянно ощущать удовольствие от окружающего мира. Не поешь месяц шоколад, так потом, и долька будет заставлять вальсировать, как маленького ребенка. Нет. Мария конечно же понимала, что истинное «светило», например, обрамленный во все лишения монах, в конце пути может испытать личную, стопроцентную трансформацию. Получить экстаз от своего новообретенного «света» и добиться все-таки следующей ступени в эволюции человеческой сущности, а именно, допустим реинкарнации. Не важно, где, как и когда это произойдет. Ведь именно этого все и добиваются. Но женщине больше по душе были мысли, о нынешней жизни и полноправном удовлетворении всех ее аспектов.

Когда Мария пробудилась от своих глубинных дум, кухня уже была пуста. Она так сильно стала увлекаться своим внутренним миром, что внешний начал уходить на задний план. Не в смысле исчезновения, а в виде параллельного течения. Где все само собой разрешается. И никому, и ничего не нужно объяснять.

– Все-таки странно! – Необъяснимая обида на мужа, в мыслях проскочила у женщины. – Как бы мне это не нравилось, но чересчур явное равнодушие! Что есть я, что нет меня. А если бы что-то случилось? Через неделю начал искать меня?

Мимолетный гнев спланировал на крыльях раздора. Он пока еще ютился на поверхности, но не заявляя своих намерений, начал настойчиво пробираться в самую глубину разочарования. Естественно, Мария понимала, что сама полностью виновата в сложившейся ситуации. Но недавняя радость, по поводу ее незамеченного отсутствия, так быстро забылась, и осмелевшая женщина принялась излагать свои мысли, хотя и шепотом:

– Я словно пустое место! – Ворчала она. – Переживала, слезы роняла даром. Нужно обязательно об этом с ним поговорить. Каким бы он лояльным не был, только вот это все похоже на обычное безразличие. Словно я дана ему, как приложение!

Глаза Марии хаотично бегали по кухне. Лицо выдавало постоянную игру мимических движений. Руки произвольно очерчивали странные геометрические фигуры в воздухе. И все это волнение читалось легко и непринужденно.

Гнев! Сильнейший гнев стал переполнять ее! Она уже не помнила истоков этого чувства, но душа словно покидала потемневшее сердце. Эта зацикленная эмоция сотрудничала с жалостью, по отношению к себе.

Будь в помещении еще кто-нибудь, завязался бы конфликт! Подобное эмоциональное состояние, всегда готов примерить на себя свободный слушатель. Чувственная связь, особенно ее теневая сторона, легко прилипает ко всем, кто к ней открыт. А это большинство людей. Именно поэтому, стрессоустойчивость является инстинктом самосохранения у многих. Неспособность работать над собой, внутри себя, и побуждает к ненужным связям с различными специалистами, душевных или медицинских расстройств.

Но в любом человеке всегда сохраняется искра добра. Маленький огонек надежды. И по мере приспособленности к научению общения со своим «Я», это светило стало более ярким и теплым в душе женщины!

Все это каким-то чудотворным «бальзамом» проникло в голову Марии. Создало вакуум над жутким гневом. Сторонние мысли, вне зависимости от эмоций, начали плодотворно продвигать процесс самосовершенствования. В этом и заключалась истина самоконтроля. Как и предупреждал ее ювелир, сначала будет происходить раздвоение личности, на плохое и хорошее. Причем плохое – это ее неумение обращаться с чувствами, а хорошее – внутренний сторонний наблюдатель, свое истинное «Я». – Тот невидимый человек, который является отражением каждого, имеющий возможность оценивать ситуацию и находить правильные решения. Та Мария, что обычно дремлет и позволяет эмоциям совершать, зачастую глупые поступки.

– Пора последовать напутствию. – Вспомнив разговор с Вадимом, оправилась женщина. – Главное успокоиться.

Она ровно и глубоко задышала. Поначалу внешние звуки отвлекали ее медитацию, но после тридцатого выдоха, по телу пробежала дрожь. Этот телесный разряд увлек ее ощущение далеко за пределы тела. Все внутри поддавалось единению. Синхронность всего организма, была подвластна одной лишь ее мысли. Неисчерпаемое чувство вечного спокойствия, отделила эмоции и мысли от разума. Неспокойное и прерывистое дыхание, сменилось на глубокое и продолжительное. С каждым вздохом, входила необычайная сила. А с очередным выдохом, наступала еще более сильная легкость, будто все плохое и негативное убиралось вон. Не было никаких успокаивающих или контролирующих слов. Мария могла внимать лишь свой дух: вдох, выдох… Вдох, выдох. Непроизвольная улыбка не покидала лицо. Тело сделалось совсем легким. Переполненная энергия преобразовалась в невидимый энергетический купол. Взрыв!

Женщина открыла глаза. В этот момент в кухню зашел Фред. Он не заметил рефлексию жены. Как это обычно бывает, по велению неких запредельных сил, подобные таинства совершаются вовремя и без лишних смотрин. Невероятно довольный и умиротворенный вид Марии, тут же передался мужу. Он с самой доброй искренностью улыбнулся.

– Какая же ты у меня красавица! – Неожиданный комплимент, даже для него самого, вырвался навстречу положительным эмоциям. – Так сияешь!

Необъяснимо как, но оба повернулись в сторону окна. Недавно испортившаяся погода, сменилась ласковым и чистым небом. Ликовавшее солнышко разбавляло его палитру, до сказочно бирюзового цвета.

– Спасибо любимый! – Самым благодарным тоном, прошептала Мария. – Как все кстати, за окном, под стать нам настроение. Так тепло и уютно на сердце.

Женщина была настолько благодарна своему новому увлечению (Именно так она пока думала о духовном пути!). Ведь Каждодневные выяснения отношений стали обычной рутиной. Именно это и служило ухудшением эмоционального спокойствия, и как вследствие – увядающему здоровью. А здесь новшество! Диалог, без каких-либо претензий! Причем подходил любой способ, как внутренний психолог, так и медитация.

– Мне невероятно хорошо с тобой! – Продолжила она передавать свои искрометные чувства. – Настолько непоколебимое чувство уверенности в тебе! В нашем счастье. Мы как две половинки единого целого. Дополняем во всем друг друга. И я никогда не позволю, никаким эмоциям, встать между нами!

Фред настолько растрогался словами жены, что не заметил, как они слились в объятии. Теперь не только сердца трепетали от наслаждения, но и тела ощущали всю близость и ласку. От такого фонтана наслаждения, влюбленные закрыли глаза и все земное растворилось в сладостных грезах, которым суждено было сбыться.


ЗЛОСТЬ.


День выдался невероятно легким и приятным. Все эмоции сдались, передав пальму первенства блаженству. Все протекал ровно и без малейшего намека на пошатнувшееся равновесие.

Марию ничуть не беспокоил тот факт, что ее личное глубинное состояние, в последнее время, стало на удивление сильно переменчивое. Это уже походило не на судьбоносную «зебру», где хорошее сменялось разочарованием и наоборот. Все было куда более запутанным. Светлые полосы разделялись на множество дорог, которые в свою очередь делились на подобные и серые. А от них расходились ветки всего разнообразия, которое только существовало в этом мире. Двухцветная и однотипная шкала, разделения достойного от неприемлемого, вдруг начала разбавляться, пока еще еле заметными, но радующими восприятие оттенками. Те в свою очередь снова делились и придавали новые типы яркости. Все это преображение совсем не говорило о том, что мир сер и безлик. Оно лишь подчеркивало его многогранность, величие множества ярких тонов. Именно оно и становится незаметным, по мере взросления человека. Когда он совершенно перестает удивляться тому, что окружает его. Ведь оно привычно!

– Я утратила настоящий вкус к жизни! – Начался спонтанный мыслительный процесс, пока Мария спускалась за корреспонденцией в почтовый ящик. – Поэтому, для того чтобы получить удовлетворение, мне приходиться достигать большего. Вкуснее, ярче, богаче, крепче! Радость приходит только после насыщения. А последние события показали, что можно по-обычному, не теряя связь с материальным, но с преобладанием духовного. Получать такое же наслаждение от обычных мыслей, от стакана воды, от любой погоды. И от родных людей исходит тепло, только за одно их присутствие!

Она остановилась. Глаза заблестели. Это раскрывало ее вдохновение, которое врывалось мощным потоком в разгоняющиеся мысли. Эта энергия вытесняла обычные понятия, и заставляла женщину углубляться в этом потоке информации. Было совершенно не важно, от куда это все приходило. Но можно было с полной уверенностью сказать, что эта логическая цепочка, с каждым днем увеличивалась, дополняя предыдущий фрагмент умозаключений. Выстраивалась картина, чего-то более целого, пусть еще неопределенного, но точно светлого и приятного.

– Секрет точно в балансе! – Продолжила она. – Что является уважением к себе! Постоянно веселишься и постепенно приелось, – стань серьезнее. И через какое-то время вновь вернешь чувство спонтанного счастья. Любой, даже незначительный момент, будет вызывать радость. Увядает тело, от бесчисленного потребления пищи, вкус притупляется, – позволь себе передышку. Перейти на легкую еду, или вовсе попробуй не есть. Практикуют же голодание. Сам поймешь, что по истечении продолжительного периода, организм очистится. Мышление станет более восприимчивым. Тело омолодиться и сможет двигаться дальше, но минуя недомогание и усталость. А обычное яблоко, покажется райским плодом! Хочешь испытать рай на земле? Попасть в Эдемов сад при жизни? Научись отказываться. Хоть иногда очищай свое восприятие.

Мария получала милое удовольствие от своих красноречивых идей. Она была полностью уверена в их правдивости и точности. Так же ей было известно, что и все остальные люди об этом осведомлены. Но банальность подобного, мешает об этом размышлять. И многие называют данные факты простой философией. За частую, ища истину в традиционном или внешнем. Хотя вся суть находится всегда ближе некуда. Она внутри нас!

Забывшись, женщина не заметила того, что уже стояла с письмом в руках. С неизвестным обратным адресатом. Поискав еще в ящике, она закрыла дверцу. Ей вдруг пришло понимание того, что она ни с того ни с сего спустилась за корреспонденцией, выделив это мероприятие, как отдельное. Обычно все это действо происходило по дороге на работу, или на обратном пути. Да и то, единственное что могло лежать там, это бесконечные буклеты с рекламой и коммунальные квитанции об оплате.

– Значит я не зря спустилась. – Подумала она. – Что-то привело меня к этому письму!

Заинтригованная, Мария спешно отправилась наверх. Ее словно непреодолимая сила поднимала над лестничной площадкой. Не дожидаясь лифта, женщина преодолела пять этажей за считанные секунды.

Забыв про остальные дела, женщина молниеносно ворвалась в небольшую комнатку, которая когда-то слушала детские мысли сына, а впоследствии перекочевала в обаяние внука. Не успела она присесть на диван, как руки разорвали конверт и извлекли лист. Это была практически прозрачная, и на редкость белоснежная бумага. Чернила не были чем-то отдельным от самого листка, по составу. Складывалось впечатление, что это было единое органическое вещество, преобразованное в послание из будущего. Интуиция Марии не подвела и на этот раз. Как только она принялась читать, ее видение стало меняться. Буквы сливались в слова. Те в свою очередь плавно перетекали в фразы. И все это сопровождалось трехмерной картинкой. Она начинала оживать и впиваться в самые тонкие фибры сознания. Разум подобно живому организму стал синхронизироваться со странной, будто проекционной рукописью. Уже не было отдельного листка или даже ощущения его присутствия. Незатейливое прочтение превратилось в кинематографический сценарий, с голографическим эффектом.

«Дорогая Мария! Совершенно не знала, как начать письмо. Именно поэтому выбрала деловой стиль, дабы не напугать тебя. Чтобы ты здесь не прочитала, помни, это не шутка или чей-нибудь розыгрыш. Да, и, если оно попало тебе в руки, значит ты уже столкнулась с некими странностями, которые с ног на голову перевернули твою жизнь. Значит пришло подходящее время для его прочтения. Многие события, которые будоражат твое сознание в последнее время, это не нелепая случайность. Все происходящее, это ответы, на твои вопросы. Все то, что будоражит тебя и мучает. Постоянный поиск Бога. Непонимание жестокости этого мира. Страдание близких и личного восприятия. И это лишь малая часть твоего негодования, которое привело за собой эти изменения. Ни в коем случае не бойся ничего. Следуй дальше своему стремлению – постичь мироздание всего сущего. Этот путь подарит тебе ключ к себе. К своему счастью. Вечную любовь, которую ты так долго ищешь. Он лежит не на поверхности, в виде физических явлений. И даже не в тебе, подобно химическим реакциям. Путь – это возвышенное чувство, проявление твоей души. Как чутко ты к ней относишься, понимая ее позывы, так и протекает твоя земная жизнь.

Не задавайся вопросами: «Что над этим всем стоит? И кто всем управляет?». Твой мир, который ты строишь вокруг себя, всю свою жизнь, это точное отражения тебя самой! Все то, что ты чувствуешь и хранишь в себе, и есть твоя реальная жизнь! Можешь верить в Бога. Своей верой. Можешь почитать любые традиции. Но запомни одну простую истину, которая преобразит твою жизнь. Которая наконец-то даст все ответы, на любые вопросы. И эта истина – ты сама. Только непоколебимая вера в себя, завершит этот путь самопознания.

Я отвечу пока лишь на один вопрос. Я, это ты в будущем. Не копия. Не странствующее тело во времени. А всего лишь пучок энергии, взятый из твоих же воспоминаний, но уже у преобразившегося разума. Иными словами, эти строки исходят из основ сознания, которым ты наделена в будущем. Это самый легкий способ, путешествия во времени, который все так ищут в твоем настоящем. Но он давно существует и помогает вам. А название ему – интуиция. Блуждающая информация в многомерном временном пространстве. Но не физика рождает эти закономерности, а сама жизнь, в виде отголосков своей души.

Но даже это послание еще больше тебя запутает. Все ответы ты будешь находить постепенно. Сама для себя. Сама в себе. Только через самопознание ты сможешь управлять своей судьбой. Все будет походить на пустую карту. Без отметок и направлений. Точные координаты проложишь по своему усмотрению.

Помни! Затворники судьбы – сами определили поклонение неизбежного. Человек, считающий себя единым целым во всем, творец своего счастья!»

После визуального прочтения, по телу пробежала дрожь, подобная резвому табуну благородных коней, пересекающему аравийскую пустыню. Весь этот поток новоиспеченных знаний твердо отпечатался в том месте сознания, где пока царили неопределенность и учение. Дыхание стало торопливым и неровным, что обозначало только одно –, эмоции стали захватывать территорию, на которой недавно господствовали интерес и воодушевление!

Мария взглянула на руки, но они одиноко покоились в невесомости. От листка не осталось и следа. Она обеспокоенно кинула взор в сторону конверта. Тот безжалостно разорванный, лежал на диване.

– Точно не шутка воображения! – Как бы успокаивала она себя. – Просто какая-то недосказанность. Ну даже если это обычные видения, то в инсценировке виновата только я. Сама себя подталкиваю на эти события, с несуществующим. Но один факт опровергает все – Я уже полностью верю в происходящее! Остается лишь набраться мудрости и терпения и довести дело до конца. Во всяком случае, я этого искренне желаю!

Мария стала принюхиваться к конверту. Это действие смотрелось забавно. Но как только опознавательный анализ сделал вывод, что от бумаги разило ионизацией, во всяком случае это пришло ей на ум, глаза женщины тут же полезли на лоб, раскрывая не удивление, а догадку.

– Что за технологии одолевают мое спокойствие? – Риторическим шепотом сорвалось с губ женщины. – Хватит фантазировать. Лучше приземлюсь и начну искать более реальные доводы.

Она направилась в спальню, где в безмятежном спокойствии находился Фред. Он с пристальным вниманием разгадывал комбинации карт на планшете. От этого зависел успех логических умозаключений. Что в свою очередь отвлекало от внешнего мира. И помогало напрочь отключить лишние мысли.

– Милый. – Оборвала она мужа. – Осмотри конверт пожалуйста. И скажи свое мнение.

Мужчина наморщил лоб. Он со всей серьезностью стал прощупывать бумагу. Осматривать текст на ней. Глубина проникновения этой идеи, раскрывалась в конфликте с шумными соседями. Почему-то в эту минуту, Фред подумал именно о них, поэтому связал просьбу жены с этими людьми.

– Что они еще придумали? – Совершенно обеспокоенное лицо мужчины, выдавало его вновь накатившую злость. Мало того, что я не сплю ночами, из-за их полуночных похождений. Так они какие-то писульки подбрасывают.

Марию ошарашила подобная реакция. Она стояла в недоумении от услышанного.

– Возможно постоянные притирки с соседями, уже плотно засели ему в подсознание? – Подумала женщина. – Да и конверт похож на обычный разорванный клочок бумаги, а не на почтовый пакет.

– Засунь им в замочную скважину. Пусть подавятся! – Не успокаивался муж. – Злости не хватает! Вся жизнь уже переполнена мыслями о них. С вечера ложусь, и заранее переживаю, – будет ли спокойно? Или опять придется бегать и разбираться. Нет ни капли уважения!

Злость распирала Фреда. Щеки раздулись. Голова стала багровой, сменяясь в оттенках. Все сопровождалось взмахами рук и колыханием тела.

Только сейчас, у Марии проскользнула мысль. Которая раньше никогда не посещала ее. О том, что это некая ответная реакция. Муж всегда шарахался от малейшего шороха. Его сон был в наивысшей степени чувствительным. Все это накладывалось еще с большим размахом, когда за стенкой начинались разборки. А что самое невероятное, все это накрученное и вездесущее ощущение беспокойства передалось и ей. Закрепив свои позиции, в уже дуэтном соотношении. Вот и сейчас, злость мужа передалась, прямой наводкой, в самые чащи эмоционального состояния женщины. Но как только она вспомнила, что страхи всегда притягивают источник, этих самых фобий. А в данном случае, это был дискомфорт от посторонних звуков в своей квартире. Тут же, ей предстала перед глазами картина, как раздражение от шума, словно магнит засасывает тот же самый шум. Подобное притягивается – подобным.

– Успокойся! – Властно, но без грамма грубости осекла она Фреда. – Ну чего ты завелся? И меня злость охватила. А ведь сейчас и повода не было на расстройство. Это настолько засело в тебе, аж вокруг все искриться.

Мария нежно сложила губы в трубочку. Присела рядом и поцеловала мужа.

– С какой стати, ты вообще взял, что это от них? – Мария рассыпалась в улыбке. – На конверте только мои инициалы. Не более.

– Как же! Вот, смотри. – Мужчина перевернул истрепанный конверт и замер в изумлении. – Точно! Только три заглавные буквы.

Фред слегка опешил. Хотя вся комичность ситуации уже передалась ему, но он по-прежнему не мог угомонить чувство злости. Это отчетливо читалось в его бегающих глазах. Они словно преследовали, почти пойманную добычу.

– Ты просто увидел желаемое, обманываясь нереальностью. Схоже с этой ситуацией, мы всегда поддаемся, зачастую неоправданным эмоциям. – Решив исправить положение, поспешила объяснить свое видение Мария. – Наши чувства – это связь с миром. Без них, не было бы интереса, мотивации жить. Мы подобны чувствительным рецепторам земли, а наши эмоции, это капилляры, между нами. Связующие нити. Именно поэтому мы так легко передаем настроение друг другу. А массовое волнение всегда захватывает новые просторы. Все более обширно и скоротечно. Ты же знаешь выражение: «Стадное чувство»?

Муж улыбнулся. Хоть он и не был фанатом долгих и заумных речей, но слова Марии добрались до самой нужной координаты, в возбужденной голове мужчины.

– Именно поэтому ты так реагируешь на эту проблему. Она словно вечно кровоточащая рана. – продолжила женщина. – И нет никакой разницы, связано ли это с реальными действиями. Или же просто хранится в памяти. Три постоянно зажившую царапину, и она превратится в новый источник боли. Только с каждым разом, все больнее и больнее!

Фред совсем успокоился. Прилег на колено Марии и принялся рыться носом, словно нашкодивший щенок. Затем крепко обнял ее за талию и сладостно засопел. Становилось ясно, что слова жены не только успокоили его, но и дали глобальную пищу для размышлений. Которая в свою очередь преподнесла осмысление, что в своих переживаниях, зачастую, виноват лишь сам автор. Хочешь страдать от своих чувств? Пожалуйста! Впитывай, нагнетай и живи этим!

Обратив на эту ситуацию под другим углом, со стороны забавы и юмора, совершенно забывшаяся пара, переплелась в ласковой игре. Мимолетные эмоции, словно уходящие за горизонт суда, оставили лишь хорошие впечатления. В комнате царила ласка и любовь. Нависший зеркальный потолок, из эластичного глянца, отображал счастье двух людей. То, что невозможно утратить! То, что зарождается внутри каждого, и проносится сквозь любые измерения! Два сердца уподобились синхронности ритма. Он сладковатым нектаром окутал их тела. Стук, – милая дрожь. Стук, – легкое забвение. Стук, – вкусная вечность!


ЗЛОБА.


День. Второй. Пролетела бытовая неделя. Обычная жизнь со своими прелестями и затруднениями. И все то, что крепко закрепляло позиции, начинало изредка покачиваться, а потом и вовсе менять вектор направления. И по истечению определенного отрезка времени, привычное обращалось в забытое и ненужное. Одно сменялось другим. Для этих – все чудесно и гладко. А вон те – пригляделись и сморщились. Нашлись и с нейтральной позицией. И все это происходит вокруг одного и того же. А как, и кто все это впитывает и перерабатывает, вопрос только личностного свойства.

Совершенное утро раздвигало серость дней. Оно точно знало свое предназначение. И этот манящий вдаль, на приключения стимул, был расписан поминутно. Очень многие нуждались в нем: заоблачные грезы, тихие и милые желания, да и просто, обычная радость светлому дню. Захватив свой небесный ежедневник, полуденный парень дошел до главы, где Мария собиралась посетить ювелира. Именно! Прошло много времени, прежде чем она впустила в себя мысли, о нарастающей потребности, в продолжении истории. Нового приключения, что не сопровождалось обычным путешествием по путевке. Даже наоборот, все вписывалось в обычную рутину, только с преобладающей новизной внутреннего восприятия. Именно этого ей и не хватало всю жизнь, состояния удовлетворения. Причем оно наступало там, где его не должно было быть, и совершенно захватывающе волнительно.

Но сегодня получилось так, что новизна обычных радостей, натолкнулась на перекресток дорог. Где их пути были настолько одинаковыми, и не сулящими неожиданного вдохновения, что пришло ощущение распада обучающего процесса. Марии уже было знакомо такое чувство, когда все надоедает, и хочется свернуть в другую сторону. Но здесь двигала иная сила. Хоть события успокоившись, предавали окрас обычного существования, но цель была видна! Она манила и привлекала. Да и восторг от полученного опыта не старался покидать женщину. Он только подтверждал, что дальше будет еще интереснее!

– Мужа накормила. На работе все переделала. – Приходили на ум, восторженные мысли. – Не терпится побеседовать с Вадимом. Надеюсь, он уже придумал какой-нибудь узор для будущего ожерелья. Буду так его называть! Все-таки цепочка, больно просто звучит для необычных событий. Тем более, она будет выплавлена из различных антикварных украшений, моей драгоценной мамочки. Есть только сильное сомнение, по поводу одного перстня. Он необычайно старинный, настолько, что даже клеймо золотарей отсутствует. Но я, несомненно, верю маме, что это украшение добралось до меня, из самых мрачных и неизведанных времен.

Женщина, словно не замечая никого вокруг, вдруг ускорила шаг, переходя на бег, и резким движением влетела в уходящий от остановки автобус. Легкие и приятные мысли заставляли Марию постоянно улыбаться. Это подмечали все, кто мимолетно ловил ее взгляд, отвечая взаимным радушием. Но она точно этого не старалась определить зрительно, не пыталась уловить любовь в окружении, как посоветовал ей ювелир. Она словно прибывала уже в этом состоянии. Лишь только отдельные случаи, по определению чувств и работы с ними, заставляли бурно переживать.

Вдруг небывалое любопытство отвлекло ее внимание, от себя самой. Мария еще не знала, что так притягивает ее интерес. Глаза бешено шарили по салону. Она словно ищейка, принюхивалась в здешней атмосфере. Но как это обычно и происходит в жизни, далеко за проснувшимся любопытством, идти не пришлось. Напротив, сидела миловидная девушка. Аккуратно уложенная прядь золотых волос, спускалась водопадом вниз, обвивая плечо. На редкость этому времени, свои, не изменившие форму брови, грациозно подчеркивали милые и скромные глазки. Влажные, от покусываний губы, то и дело шевелились в такт чтения книги.

– Вот он, предмет моего поиска! – Успокоившись, прошептала Мария. – Это был «Дневник мага», Пауло Коэльо. Я читала этого сказочного автора, лет в двадцать. Помню, так меня увлекали его рассказы, по обретению себя. Но через какое-то время я все это позабыла. Книги такой же наркотик, как и телевидение или трапезный стол. Поначалу ты им восхищаешься. Он будоражит твое воображение. Раскованно насыщает. А потом приходит настроение – недосказанности. Доза та же, но меньше пронимает. Хочется больше и насыщеннее. И когда замечаешь, что вся твоя жизнь уже переполнена этим, стараешься отбросить этот переизбыток от себя. Затем, тебя посещает другой, вновь волнующий интерес, затмевая старые привычки. И вот проходит определенное количество времени, и ты просто не понимаешь – как они могут проводить, столько своего драгоценного времени, за чтением книг. Ведь вокруг столько всего интересного. Как сказали бы мудрецы: «Жизнь не на страницах печатного текста, а за окном!»

Женщина ухмыльнулась.

– Ну да. – Поспешила продолжить свои мысли Мария, как бы опровергая их. – А если ты внимательно прикрепляешь к себе задачу, в виде интригующих приключений, путешествий, то твоя жизнь начинает переполняться ими. Наступает, некая зацикленность. И промежуточные события становятся просто серыми и неинтересными. Тебя снова переполняет чувство перенасыщения этими событиями. Бац! Опять точка. Надоело! Нужен другой увеселительный адреналин. Тот, что по-новому закружит голову… И это все складывается в новый круг, в новый поиск. Только вот есть одно – НО, и оно не всегда предстает в выгодном свете, для его обладателей. – Между поисками своей цели в жизни, всегда пропасть и разочарование. Начинает одолевать вопрос: «А в чем же смысл жизни?». Вот почему я так стремлюсь к внутреннему балансу, где и книгу за радость почитать, и в семье полно радостных событий, да и неожиданный отпуск, как всегда кстати. Все без ожиданий и планов. Неизвестность моя цель. Свобода и всепоглощающий интерес! После чего придет ценное знание – «Все в жизни дано во благо!», и только мы умудряемся превратить это в привычку и зависимость.

Напротив, сидевшая девушка, заприметила неподдельный интерес к своей персоне.

– Вам известен этот автор? – Попробовала незнакомка наладить контакт. – Я извиняюсь!

– Да, конечно! – Не растерялась Мария. – Я когда-то очень его любила. Читать вроде перестала, но одна гимнастическая практика, от него, осталась при мне и по сей день.

– Вы так завуалированно назвали – духовную практику? – С иронией произнесла девушка.

– Да! – Ласковой улыбкой одарила женщина. – Просто на все понимают эти слова. Для кого-то это просто художественная литература.

– И я с ними соглашусь. – Однозначно буркнула незнакомка. – Сейчас модно продавать такие понятия, как душа, просветление, путь духа. Коммерция всегда подхватывает подобные вещи. Перенимая на себя лики сострадания и восхищения. А ведь духовный путь – это сугубо личная дорога. То, что Вы найдете интересное в чужих мыслях, лишь их собственная стезя очарования и вдохновения. Но для вас, следование по протоптанным следам, однозначное подражательство!

– Но тем не менее, Вы читаете! – Вступила в интересную полемику Мария. – Значит есть то, что может Вас натолкнуть на свою дорогу. И как Вам будет известно, ничего нового человек придумать не может. И остальным приходится подневольно подражать. Ведь даже самый гениальный ученый, который совершил прорыв в науке, покорив важное открытие, все равно берет знание, из уже имеющейся информации во вселенной. То, что открывается заново, всегда существовало и просто ожидало своего времени. Но если Вы встали на путь копирования чьего-то образа, или клонирования знаний, имея внутреннее волнение и Божественное преображение, то пользуйтесь и считайте это Вашим подарком судьбы. Не личным! А просто родным сердцу, элементом счастья!

Девушка приветливо заулыбалась.

– Так глубоко я еще не вдавалась в подробности. – Заинтересовавшись сказала она. – Необычная точка зрения. И так проникновенно звучит. Значит я действительно отношусь к этой книги со стороны художественного интереса, раз не замечала такого возвышенного смысла.

– Значит мы не зря встретились! – Передавая свои эмоции, продолжила Мария. – Этот разговор натолкнет Вас в будущем, на что-то очень ценное. И оно будет покоиться в Вас. Останется только достать его наружу и пользоваться. А когда это одарит Вас счастьем, Вы сможете и сами поделиться этими знаниями. Частичка добра всегда должна странствовать от человека к человеку. Это бесплатное образование, причем Наивысшее и самое ценное. Как зерно, посеянное в поле, так и знание – обязательно прорастет, главное дать ему время, ухаживать и питать надеждой, большего и не надо.

– А что за практика, которую Вы храните при себе? Ну, из этой книги. – Вспомнив, уточнила девушка.

– Это упражнение на стирание бренности, которое мы взваливаем на себя. – С воодушевлением начала объяснять Мария. – Иногда нам очень тяжело, от того, что мы возлагаем на себя. Весь тот груз, который висит на шее. Мы соглашаемся на него добровольно, но почему-то испытываем от этого дискомфорт. Будто кто-то заставляет все это терпеть. Оно называется: «Зернышко», но я дала ему название: «Зарождение жизни». После выполнения этого нехитрого сценария, становится легче, но не от того, что Вы сбрасываете свои обязанности и дела на обочину, а по причине – облегчения восприятия к своей ноше. Сначала уйдет тяжесть, а потом и счастье придет, от желания все это выполнять. Проходит лень и усталость. Вы обретаете единение с своими делами.

– Да, я прочитала про него. – Улыбнулась девушка. – Но оно похоже на кривляние в детском саду. На местный ясельный театр.

– Вы знаете! – Поспешила реабилитироваться Мария. – Иногда самое простое и смешное, является самым ценным и правильным. Это как здоровье, за которым не нужно идти в больницу или аптеку. Как душевное спокойствие, за которым не следует идти к психологу. Все всегда под носом. Это в Вас! И как жизнь – является игрой, так и выходы в сложных ситуациях – являются обычными детскими шалостями. Успокаивая ребенка, вы придаете ему сил. Внушая ему здоровье, сопровождая поцелуями, Вы укрепляете иммунную систему малыша. Постоянная похвала, в сторону Вашего чада, дарит ему одаренность. Так почему же, точно так же, мы не можем воодушевлять и помогать себе? Вот почему, такие смешные и странные люди, практикующие чистое питание, йогу, духовные практики, самопознание, спортивный образ жизни, всегда молоды и красивы. Я не говорю о зацикленных фанатиках, которые переступают черту, разрушая себя. Когда все в меру и постепенно – это жизнь в любви! Когда мы дурачимся и смеемся, мы омолаживаемся и впускаем в себя жизнь!

Женщина сияла от потока информации, который вырывался в виде притягательной лекции.

Незнакомка, не понимая источника своих чувств, впитывала каждое слово и смаковала романтичным упоением.

– Я даже забылась вся! – С восторгом пролепетала девушка. – Я с такой сильной злобой ехала к своему парню, чтобы передать свое негодование. И расстаться с ним. Мне казалось, он меня постоянно обижает, тем фактом, что не хочет жениться на мне. Мы достаточно долгое время вместе. И я вначале испытывала дискомфорт, от странного чувства одиночества. При том, что у нас все было хорошо. Но мне постоянно мерещилось предательство. – Что я его безумно любила, а он не ценил этого. Моя идея фикс, превратилась в назойливый груз, очень тяжкий и обременяющий. Различные подозрения и надуманные мысли заставляли укреплять мою злобу на него. И это была не открытая злость, а именно тайная и личная злоба, укрепляющая свои позиции. Я даже не представляю, каким образом, но ваши слова помогли мне все переосмыслить! Я поняла, что глупые социальные ярлыки, могли бы разрушить наше счастье. Не будь я такой навязчивой, не дублировала бы я свое желание ежеминутно, оно не превратилось бы в обычную рутину. В виде каждодневных, и ничего не значащих слов. Ведь только редкое и неслыханное, может стать поистине желанным и сокровенным!

Девушка закатила глаза. По ее виду было понятно, что она поймала за крыло – госпожу мудрость. Счастливый вид юной особы, ласково переливался в лучах солнца, которое всегда в последнее время появлялось в кульминационный момент.

– Ты знаешь! – Еле слышно сказала Мария. – Я думала, свой путь самопознания, пройду в одиночку. Выявляя и познавая только себя. Но раз я и окружающий мир – неделимое целое, значит и через переживания других людей, я обрету и себя. Именно поэтому мы так хорошо друг друга поняли. И я смогла тебе помочь разобраться в комичности ситуации, которая съедала тебя изнутри. Ведь через твой пример, я стала лучше для себя самой! Наблюдение и анализ даруют нам великую и всеобщую истину знаний.

– Вы объясните смысл практики «Зарождение жизни»? – Спросила юная собеседница, выказывая свой неподдельный интерес.

– Паломничество! – Начала свой рассказ Мария. – В нем весь секрет! Любая цель, созданная человеком, всегда имеет свой определенный процесс достижения:

Если задумка – покупка дома, то для обретения этого желания необходим определенный серпантин событий. Например – навыки, профессионализм и четкое осмысление своего желания. Вся эта замотивированная линейка, приведет к хорошей работе, к кропотливому старанию, и пошаговому осуществлению задуманного.

Если намерение – дело всей твоей жизни, которое пока является любимым хобби, то для гармоничного завершения целостности тебя и призвания, понадобится вдохновение. А это тоже своего рода дорога, где человек следует по ней, вбирая в себя только нужное и сокровенное. При этом, очищаясь от загрубевшего и привычного, он начинает заполнять это освободившееся пространство личной истиной, которая и открывает это самое вдохновение. Ведь необходимые знания всегда находятся в нас, мы просто не умеем ими пользоваться. А в голове лишь эмоции и страхи, которые вытесняют дух.

Если же задумка состоит в познании – Бога, равно, как и себя, то человек следует духовному пути, который соответствует его религиозности, или же обычной любви к Всевышнему, или его верой в себя и семью, а может быть поклонениям древним книгам и ритуалам. Да не важно, главное, что у всего есть своя дорога, где все следуют, исходя из своих представлений о ней. – Расставляя знаки, препятствия, или же выбирая отрешенность и спокойствие. Именно поэтому и создан издревле такой культ, как паломничество. Он имитирует путь к Богу, к себе. Практика, во время следования которой, встречаются жизненные ситуации и даже целые события. Наполняющие – впечатления, тонус, гармонию и конечно же дух!

– Как Мекка для Мусульман, как Вифлеем для Христиан, как Непал для Буддистов! – Поняв значение паломничества, поддержала девушка. – Люди сначала проходят внутренний путь, а потом решаются пройти и практический.

– Совершенно верно! – Подтвердила Мария. – Так вот, во время паломничества, или любого другого внутреннего созерцания себя и внешнего мира, создаются практики. Они обычно чисты помыслами и своей структурной сущностью. Люди в это время: голодны на желудок, холодны на голову, но ноги их всегда в тепле! Что заставляет истину превращаться в жизненный опыт, как мы с тобой их окрестили – в практики. Их основа – это здоровье, долголетие, и внутренний самоконтроль! Баланс всей человеческой сущности!

Мария немного задумалась. Она понимала, что этот разговор может продлиться вечность, а суть его возникновения, так и не откроется юной малышке.

– Паломники дали название «Зернышко», за имитацию процесса роста растения, из маленького зерна. – Поспешила дополнить свой рассказ Мария. – Оно пробивается сквозь землю, где почва играет роль – бремени, нависших проблем. Замысел состоит в том, чтобы возродиться в новом состоянии, в более легком и непринужденном. Но я немного дополнила его. Где каждое движение, в виде личностного роста, сопровождается воспоминанием красочного и радостного события, для укрепления эффекта. Так и реалистичности больше, потому я и назвала его: «Зарождение жизни». Где весь акцент не на зернышко – старый ум и тело, а на жизнь – сам процесс, после которого и прорастает цветущее растение – преображение сознания. Если ты уловила смысл упражнения, то вот его структура: опускаешься на колени – это безжизненная земля. Затем присаживаешься на корточки, голову склоняешь вниз, опуская между ног, обхватываешь колени руками. Так сидишь неподвижно. Это посеянное зернышко в землю – твое прежнее существование. Находится в таком положении, пока не надоест сидеть, должна испытать застой и скованность. Начинаешь думать о каком-нибудь хорошем событие, что начнет переполнять тебя ликованием. Руки сами станут потихоньку шевелиться. Здесь запускается инсценировка зарождения жизни, руки – это отростки или ветки, тело стебель или ствол. Все движется и прорастает. Растение, то есть ты, начинает пробиваться сквозь землю – скидываешь груз своего восприятия. Затем медленно встаешь и раскидываешь руки в сторону, тянешься к солнцу – Впитываешь в себя только хорошее и доброе. Не забываешь вспоминать радостные моменты из жизни, для поднятия тонуса, во время практики. В конце этого действия. Как бы охватываешь солнце руками, вставая на носки, тело должно быть полностью вытянуто – это означает, что ты и свет – единое целое. Ты и есть любовь! Ты можешь подкрепить его и правилом из «Зернышка», концовкой у паломников: когда завершаешь упражнение, напряги тело так, чтобы стало немного больно, и в конце крикни, провозглашая свои перемены. Так делали староверы, и они обхватывали луну, а не солнце. Мне больше по душе, солнышко, и милая улыбка в конце этой веселой сценки. Повторять можно семь дней, один раз в день, в одно и то же время. А можно придумать и свою временную закономерность. Главное помни! Не нужно слишком серьезно к этому относиться. Только легкость мышления и непринужденный интерес, помогает обрести свою выгоду из практик, будь то душа или просто хорошее настроение. Зацикленность всегда приводит к разочарованию, так как остальную жизнь можно выкинуть на задворки! Поэтому баланс во всем тебе в помощь!

Мария нежно улыбнулась, передавая всю свою доброту и ласку.

– Я перешла на ты, но так и не спросила твоего имени! – Сказала она, открывая глаза, которые закрылись по ходу рассказа.

Автобус был пуст. Только озадаченно беседующие, водитель и кондуктор, разбавляли этот зрительный вакуум.

Мария ничуть не смутилась. Она даже и не думала, существовала ли вообще ее собеседница. Или же это просто ход, очередной подсказки к жизни. Она сидела счастливая и беспечная. Перед глазами пролетали здания, словно уходящие проблемы. Ей неведом было знать, скоро ли ее остановка. Мысли даже ни на йоту не приближались к этой позиции. Она чувствовала расслабленность тела и разума. Во всей этой картине, лишь птички, летящие параллельно транспорту, создавали ритм и движение жизни. Все остальное замерло и успокоилось. Наступило очарование!


ЗЛОРАДСТВО.


Серый асфальт. Пригревшись на солнышке, он яркими переливами отражает отблески света, от раскалившихся камней, которые грациозно дополняют его единую структуру. По прилегающему бордюру, еле заметной волной, проплывает воздушная масса из пыли. Она собирает вслед за собой вновь присоединившиеся частички песка, образуя более внушительную, и стремящуюся вперед завесу. Этот стихийный микромир пытается набрать силу, ворваться в более сложные и природные течения. Вот к нему присоединяется, по соседству господствующий малыш вихрь. Он более не разборчив в своем содержании. Именно поэтому хватает с дороги любую грязь и ошметки от человеческой жизнедеятельности, естественно под стать его силовым показателям. Их союз начинает массовую атаку. Это уже коалиция внушительности и власти. Даже птицы, попадающие под эту волну беспредела, будто мимолетно теряют сноровку, в умении пилотирования. Мимо пробегающие прохожие, начинают закрываться и морщиться, испытывая огорчение, по поводу их испорченного внешнего убранства. Но как это бывает и у людей, вся эта куча мусора и теневого злорадства, встречает на пути препятствие, в виде подъезжающего автобуса. Столб грязи, из насмешек и вредительства, тут же рассыпается, об величие доброго посыла человеческой инновации. Мир спасен! Стал чище и светлее.

Выходящая из транспорта Мария, заметила весь этот завораживающий спектакль. Она искренне удивилась дуальности любых событий. – Недавно бушевавший ветряной проказник, так отчаянно старающийся досадить окружающим, на самом деле принес добрый посыл. Во всей мешанине грязи, пыли и песка, он притащил с собой крупу, некогда рассыпанную у продуктового магазина. Все это богатство, раскиданное по придорожному газону, словно манна небесная, стало настоящим пиршеством для воробьев. Минуту назад, совсем продрогшие и уставшие от голода, они уже радостно пировали, не забывая мило щебетать, словно отсылая свою песню благодарности. Эти переливы птичьих голосов, по подобию завораживающей мелодии, окутали всю остановочную площадку. Заражая веселым настроением людей, недавно растрепанных от природных шалостей. Все вокруг заиграло светом и радостью. Милое очарование спустилось на этот клочок земли. Мария восприняла этот спектакль, как способность замечать хорошее.

– Значит все идет, как надо! – Радостно повторяла она себе под нос. – Не очень… Хорошо. Не очень… Хорошо. Хорошо. Всегда хорошо! Вот мой путь, и он словно дар Свыше, спускается в мои объятия. Я открываюсь, делая это все чаще и чаще. Милое чувство любви уже на пороге. Я готова его познать!

Женщина прищурила глаза от удовольствия. Не ведая своего пути, она продолжала движение. Ноги были легкими, как никогда. Тело, воодушевленное искренним счастьем, от простого человеческого восторга, который не был вызван, а будто присутствовал внутри, ничего не весело, помогая тем самым ощущать воздушность.

Мария подняла голову вверх, чтобы еще красочнее насладиться своим упоением, как вдруг заметила небольшую темную тучку. Она совсем не пугала воображение, напротив, – была необычайно смешной и приветливой. Свое присутствие она дополнила несколькими ледяными капельками, которые с ласковым изяществом приземлились женщине на щеки. Виртуозная, но скромная влага спустилась к губам, передавая небесную сладость вкуса, и милую ироничную нотку блаженства.

В этот момент, все потоки вселенской любви пересеклись в одной точке. Возможно даже из космоса было видно это сказочное перекрестье. И все оно было посвящено одному человеку. Милой и такой светлой Марии. Словно мир шепнул: «Ангел коснулся ее щек»!

Было понятно, что женщина следует по пути, который не проверяется ее сознанием. Она словно заколдованная, купалась в лучах своего настроения, позволив своей интуиции создать отдельную навигацию, не перекликающуюся с ее, на данный момент, затуманенным разумом. Да и вообще, эта проницательность, как утверждают мудрые мира сего, – подсказки души, непостижимым образом стала единым целым с дорогой самопознания. Не то, чтобы это было отдельным желанием Марии, чутье параллельно развивалось самостоятельно, будто говоря: «Я и дух – неделимое!».

– Мария! – Раздался из-за дерева мужской голос.

– Вадим. – Немного растерявшись, ответила женщина.

– Да! совершенно, верно. Я собирался уходить, но вдруг случайно увидел Вас. Это что-то невообразимое! Ваша перемена на лицо. Мне показалось, что Вы идете, вся покрытая светом. Конечно же Ваша отрешенность и радостное выражение лица, источающего безмятежность, раскрывают это видение. Но, у меня нет слов! Совсем недавно, Вы приходили ко мне совершенно подавлены и рассеянны. А теперь такое преображение. Невероятно приятно, когда человек стремиться познать свет. И это стремление, – оно преобладающе велико, возвышается над всем остальным.

– Я настолько увлеклась своим чувством спокойного равноденствия, от недавних впечатлений, что чуть ли не прошла Вашу мастерскую. – Искреннем смущением, передала свои ощущения Мария.

– Ваш розовый туман, – Мужчина произнес это с акцентом на юмор. – был виден не вооруженным взглядом! Даже не хотелось Вас прерывать.

– Очень жаль, что вы уходите. – Без досады, но тихо произнесла Мария. – Не было времени забежать, хотя так хотелось переговорить. И дело не в украшении, я знаю, что оно будет окончено по завершению моего пути. Просто очень хотелось поделиться своими впечатлениями, да и услышать новые наставления, мудрости, которым не занимать.

– Тогда я приглашаю вас с собой. – Доброжелательно позвал ювелир. – Мой сегодняшний опыт, пойдет вам не пользу. Меня пригласили в один клуб, где люди медитируют. Причем там свободное, на восприятие посещение. Кто-то приходит для расслабления, кто-то для личного развития. Возможно, там присутствуют и гуру самосовершенствования. Что хотя большая редкость.

– Почему же редкость? – Заинтересованно, остановила собеседника Мария. – Или они только в странах родоначальницах обитают, где вокруг нет места, не пропитанного духом познания?

– Очень интересно, но нет. – Засмеялся Вадим. – Любой путь, будь это развитие ума – интеллектуальное превосходство, или продвижение сознания – духовный путь, или совершенствование тела, – через праноедение, медитации, спорт, что в свою очередь и есть совокупность саморазвития в целом – вакуум вселенной, вселенского разума и сознания; всегда является сугубо личным и сокровенным. Человек, достигший вибрационных вершин – следующей ступени эволюции, когда его тело, разум и душа фактически в другом измерении, создает лишь ауру вокруг себя, в которую входит энергия от других людей, а выходит его личная, насыщая окружающий мир. Причем отличие его от остальных людей, что он просто циркулирует эту энергию, без застоев. Не различая тонкостей – положительная она или же отрицательная. Для него становится все едино. Как сама жизнь. Как сам процесс всего Сущего в любых пониманиях главенствующего разума.

Мария не чувствовала ног, – их движение, но краешком отдаленной мысли, понимала, что идет вперед. Она завороженно слушала мужчину. Для нее этот момент был, как непостижимым, из-за филигранности выражений ювелира, так и совершенно логическим. Ведь все сказанное им, словно дремало в лонах ума женщины, но по мановению Высших сил – пробудилось, и стало доступным и понятным. Она жадно впитывала каждое слово, как добросовестный студент, на последней лекции, перед итоговым экзаменом.

– Я знаю, что вы меня понимаете, – Решив подкрепить свои слова, продолжал Вадим. – но объясняя иными словами, – этому не научиться у высшего состава просветления, они обычно преображают только свою жизнь. Позволяя получить от них, – знания, в виде плодородной энергии, которую они источают. Но прочувствовать ее дано истинно, а не только в виде будоражащего, хорошим настроением сердца, лишь, – уже идущим, этим самым путем. Их не видно обычным взором. И это не обязательно, улыбающиеся люди, постоянно находящиеся на тренингах по йоге, или монахи в захолустье. Совершенно логично знать, что они везде: успешные деятели любой сферы, но находящиеся в таком свете плодородия и процветания, что их за ним не видно. Душа – это личный путь счастья, а не показная борьба за власть, за энергию, за бесчисленных почитателей. Как многие думают. Любовь – это бескорыстие и добро!

Последние слова Вадима особенно тонко и мягко легли во внутренние покои Марии. Она понимала, что ювелир так многосложно говорит, чтобы передать весь трепет его переживаний. Тот восторг, который он испытывает, уже много лет. Именно такие люди, как он, и являются теми Божественными лазейками, в Эдемов сад. Те самые дверки, которых не увидеть – материально заполненному взгляду человека. И также ей четко открывалась картина, что любой выбор человека – есть правое дело, для него самого. И все, что когда-либо существовало, имеет свое полноценное право на жизнь. Ведь все во вселенной, является продолжением – предыдущего!

– Побольше бы таких положительных людей! – Подумала Мария, когда они подошли к стеклянной двери, заурядного фитнес центра. – Хорошо, когда подобные ему стоят у истоков власти или религиозных течений. Я все равно верю в непорочность этого мира!

– Мы пришли. – Оборвал мысли Марии, Вадим.

– В этом месте могут быть серьезные практики? – Удивилась женщина. – Мне казалось, что кроме спортивной мотивации, здесь ничего больше нет.

– Не пытайтесь искать логику в нелогичном. – С улыбкой произнес мужчина. – Мы уже с Вами говорили, что Бог и Дьявол, – это один и тот же персонаж. Просто по неугомонному воображению людей, его разделили на плохое и хорошее. Как и все, что существует – является порождением всеобщего баланса. И каждому суждено управлять этими весами раздора. Решать для себя, – где рай, а где ад, в тот момент, когда все одно, – целое. Соответственно, – в любом месте вы найдете для себя то, что Вам по душе, или противно. Здесь люди творят чудеса! Они занимаются своим развитием, и не нам решать, хорошо это или плохо. Здесь зарождается всеобщий геном будущего человека, – спортивного и здорового. А о гранях истинного пути к Богу, никто и никогда не сможет поведать. Все гармонично!

– Думаю здесь, Вы могли сказать проще. – Кокетливо и звонко прощебетала женщина. – Что здесь есть хорошая школа медитации.

Оба засмеялись, в явном смущении. Этот момент окрасил их появление в клубе. Они купили разовый абонемент, но не за общей стойкой рецепции, а поодаль у окна.

– Я и сам не знаю, насколько мне здесь понравится, так как не посещал эти учения. – Поспешил объяснить свой выбор Вадим. – Но знаю одно, их открыл мой друг, и я принял приглашение. А в этом клубе, они лишь арендуют помещение. Здесь кстати два мастера, которых мы сегодня посетим, уроки медитации идут, – одна за другой.

– Я согласна на любые приключения с Вами. – Заинтересованно, сказала Мария. – Мне сейчас все по душе. Раньше я испытывала застои, множественное разочарование. Возможно, только какая-нибудь новая покупка смогла бы меня обрадовать, вернуть чувство счастья. Только одно не пойму, – почему мы заплатили, если Вас пригласил друг?

– Хочу остаться инкогнито. – Неоднозначно ответил Вадим. – Друг очень воодушевлен своим детищем. А я предпочел, как бы в замочную скважину подсмотреть, и лично прочувствовать на своей шкуре, без наигранных прикрас. Что касается предыстории, слушайте:

Все началось еще в Тибете. Затем больше. Он исколесил все страны, где можно хоть чему-то научиться. И это не только медитации и различного рода гимнастики, а полный спектр всего того, что может будоражить воображение человека. И вот собрав весь этот натюрморт разно-народного изобилия, построил свою практику. Ну для сравнения, чтобы Вы понимали, возьмем религию. – Совсем в древние времена, не будем вдаваться в вековые исчисления, было язычество – поклонение разным Богам, одновременно.

С расширением сознания, – когда люди стали понимать, как важна роль веры, стали появляться первопроходцы. Назовите их радикалами, фундаменталистами, революционерами, пророками, Божественной силой, или же просто – искренними почитателями, своей же веры, которая снизошла в них с небес. Я специально сделал акцент на эти земные прозвища святых, так как всеми любимые: Иисус, Мухаммед, Будда – являются искрой истины и любви, не поддающейся обсуждениям, но люди за многие века успели и здесь наследить, разбирая правоту и нравственность этой Всеобъемлющей силы. Так вот, эти самые родоначальники, после озарения, начинали понимать, что раздвоение человека и поклонение его, многим ликам, делит душу на разборные части, где одна разобщается с другой. И так далее. И что праведный путь к спасению – есть единая любовь. Значит и Бог должен быть один. Конечно же, все эти преобразования претерпевали множество споров и разногласий. – Это я так смягчаю понятие, что религии строились на крови, в буквальном смысле этого слова. Не нужно вдаваться в историю, которую можно переписывать множество раз, согласно жизненной и политической ситуации. Достаточно прочитать главные Святыни. Источники всех писаний: Библия, Коран, Веды (Типитака), и станет понятно, как вся эта Благодать тяжело давалась человечеству.

Но даже сейчас, ничего не изменилось в корне. Произошли лишь гуманные преобразования, в самой идеологии человека. А разветвленность религиозных течений, также многообразна. У всех народов свой Бог. И в каждом отдельном случае, любая религия имеет свои отростки и секты, причем, не всегда имеющее содружество между собой. Ну это и понятно, – маленькие филиалы, всегда обижены за недостаток власти, – почитателей ведь меньше.

Но я скажу Вам больше! Как бы кто не отделялся, кто бы как не тянул одеяло в свою сторону, мы все одинаково похожи. Нам всем достижима любовь! Единая и самая сокровенная! И не важно, кто, во что верит. Многие даже не читали своих Главных Божественных книг, а сплетни про разрозненность рождаются из воздуха. Благодаря лишним эмоциям, и яростной нетерпимостью. Изучая все религии мира, я понял одно! – Они похожи, как небесные звезды. Лишь только мерцание разное. Но это всегда зависит от веры и ее силы. Познавая переплетение трех религий, я пришел к выводу, – более древний Буддизм, дал жизнь Христианству. Которое в свою очередь, вдохнуло жизнь и Божественную любовь, в виде видений Мухаммеда, в Ислам. Любая религия на земле – есть единая любовь к людям, и от них, – в самое сердце Божественного! Спор, никогда не родит истину. Только терпимость и любовь дает нам всем чистую свободу и счастье.

Все это я Вам рассказал, чтобы Вы поняли сразу, – я не принадлежу никому и ничему. Но люблю все и почитаю также, весь спектр человеческих чувств. Приемлю любые практики и учения, не придавая им сверхмерного значения. Я люблю, но я отстранен.

– Вы человек баланса. – Очнувшись произнесла Мария. – Это я уже давно поняла. И смысл этого посещения мне ясен, – Вы просто очень любознательный молодой человек.

– Совершенно верно! – Обрадовавшись одобрению, проронил ювелир. – Не углубляясь и не поклоняясь, больше своих обычных интересов, мы порождаем счастливую и богатую, на впечатления жизнь! Не важно! Имеют ли научные обоснования, всемирные практики самопознания, помогают ли они создать сверх людей, с железным телом, вездесущем духом и всевластной душой, но факт остается фактом, – все это, люди проделывают с собой, с одной только целью, – будоражить воображение. А через свои красочные впечатления, человек живет полноценной жизнью, где царят – вера и любовь! Соответственно, – все в этом мире прекрасно и доступно! Так что идем пробовать на вкус, – вдохновение друга.

Очарованная, внутренней обстановкой парочка, прошла внутрь небольшого зала, так тихо, что даже ни один из присутствующих, не заметил их слияние. Они оголили ступни и мирно присели на свободные коврики. Мария попыталась сесть в позу лотоса, – непривычная боль сковала ноги. Она перегруппировалась в полулотос, – но после пяти минут такого пребывания, все повторилось, и вся нижняя часть затекла.

– Принимайте любую, удобную позу. – Постарался шепотом помочь Вадим. – Это дело привычки. Именно поэтому, через многочасовые и каждодневные практики, бывалые показывают долговременные акробатические томления. Для кого-то это сверхъестественное действие, сопровождающееся магическими ритуалами, а для меня, – практическая сторона достижения своей цели. – Любовь внутри и снаружи желания. Вот если, например, олимпийский чемпион откроет проекцию своего прошлого, то там окажется изнурительная и целенаправленная работа над своим телом и его физиологией, что в принципе схоже с медитацией просветленного. И в том, и в другом случае, – воодушевление порождено любовью к своему детищу.

Привычный интерес женщины, к словам Вадима затихал, не замечая приветственных речей гуру, Мария любознательно, стала обнимать помещение заколдованными глазами:

Обычным интерьером клуба, здесь и не пахло. Внутренняя матовость тряпичного декора, противопоставляла себя навязчивому глянцу снаружи. Вся комната переливалась, разного рода оттенками красного цвета. Более темные полотна свисали с потолка. Спускаясь вниз, ткани обретали яркий и завораживающий тон. Напольные ковры же, имели цвет солнечного света, который передавал ощущение волшебного настроения.

– Чувствуется вдохновляющая аура вашего друга! – восторженным шепотом произнесла Мария.

– Да, именно, – Не отворачиваясь от учителя, ответил ювелир. – Именно он и декорировал оба зала. Причем не по каким-либо традициям, а исходя из своих внутренних впечатлений. Да и учителей он привез из других стран. Они, возможно, и выходцы из СНГ, но долгие годы жили в храмах, практикуя свое мастерство.

– Начнем! – Раздался приглушенный голос гуру. – Все ваше тело принимает обычное, свое состояние. Легкий ритм вашего организма, четко балансирует с окружающим миром. Дыхание становится ровным и незаметным.

– Хи. Хи-хи. – Раздавалось со стороны Марии. – Ш-ш-ш-с-с-с. Хр-хр-хи-хи-хи.

Более тихое шипение сменялось, почти отчетливым хихиканьем, потом и вовсе хохот, но в хрипящей манере шепота. Все это продолжалось половину всего ритуала. Но медитация не прекращалась. Вокруг непонятных звуков была лишь нежная и тихая музыка, все остальное замерло в глубоком сне. На половине сеанса, странное голосовое журчание затихло. Чьи-то смешки прекратились и наступила величественная эйфория тишины.

После завершения, все попрощались и спокойной, практически воздушной походкой, выплыли из зала.

– До следующей практики, еще десять минут. – Сблизившись с Марией, произнес Вадим. – Что это было?

Женщина покраснела. Она поняла, что ювелир определил источник странного шума.

– Извините! – С улыбкой, но искренне сказала Мария. – В начале медитации я испытала чувство злорадства. Такого чуткого и явного, что не могла сдержать себя. Будто программа моего очищения, вновь проникла в мое сознание. Я слушала этот жуткий и смешной акцент, напоминающий деревенский диалект, и мой разум заполнился мыслями, о шарлатанстве. Я точно, была уверена, что учитель, который вводил нас в транс, – обычный мальчишка, начитавшийся книжек в своем селе. Это было так же смешно, как и издевательски правдиво.

Вадим улыбнулся, но глаза его будто осуждали.

– В определенный момент, – Продолжила женщина. – Это хихиканье начало превращаться в злорадство. Такое сильное и показное, что мне захотелось его проявить всем присутствующим. Но та вторая, внутренняя половина, которая оставалась в человеческом обличие, останавливала частоту выходящих звуков. Складывалось впечатление, что сознание разделилось на два сектора. Один, – раскрывал чувство, для моего ознакомления с ним. Другой, – подавлял внешние проявления, для только, личной и внутренней работы. Но в определенный момент, случилось невообразимое. Я услышала милый и сладкий голос, который исходил из того же паренька. Только на этот раз, он мне показался властным и убедительным. Я представила его образ, который был переполнен светом, и мои прежние представления о нем, исчезли без следа. Теперь это был приятный на внешность, достаточно зрелый на возраст, необычайно мудрый на мысли и сладкий на голос, – учитель. Злорадство ушло, уступив место яркому свету. Я искренне поняла, что каждый имеет право на существование своего творения. И имя ему – любовь!

– Как прекрасно Вы со всем справляетесь! – С восторгом одобрил Вадим. – Прежняя, ворчливая и всем недовольная, да еще ко всему вдобавок, издевающаяся над другими людьми сущность, – уходит. Она обманщица. Давая вам пятиминутное наслаждение, всегда забирает истинную страсть и любовь. Иными словами, – обретая свободу от привычных эмоций, Вы познаете вечность!

Мария обернулась к окну. Быстрые, и по соответствию своего размера, бурные капли дождя спускались по стеклу. Это плаксивое настроение природы, дополнялось ярким светом небес, что в свою очередь перекликалось с неподвижной статью деревьев, – это были слезы счастья, дошедшие до взора женщины, сквозь атмосферу гармонии и целомудрия.


ЯРОСТЬ.


Позабыв на время, свои яркие впечатления от первой духовной гимнастики, Мария так бы и лицезрела сменяющееся настроение за окном, но почувствовав, как кто-то ее потянул за собой, подчинилась. Конечно же она была уверена, что вел ее за собой Вадим. Но начиная воспринимать действительность, она поняла всю нелепость ситуации. – За руку ее держал совершенно другой мужчина. Она не испугалась и не отбросила его руку, напротив, ласковое тепло, исходящее от его кожи, позволило довериться и следовать дальше.

Милая и близкая по энергетике, и такая радушная улыбка незнакомца, разбавила всю загадочность происходящего. По невозмутимому виду ювелира, женщина поняла, что ее новый доброжелательный знакомый является другом Вадима. Именно он и есть – идейный лидер и хозяин этого восточного хоровода практик.

Поняв, что Мария раскрыла их добрую шутку, мужчины рассмеялись.

– Да, Вы действительно, – тертый калач! – Успокоившись, сказал виновник торжества. – Меня зовут Андрей. Я тот самый мечтатель, о котором, я уверен, Вам рассказывал Вадим.

– Почему тертый? И именно калач? – Наивно хлопая глазами, зачарованно произнесла женщина. – Меня зовут Мария. Очень приятно познакомиться, и тем более прикоснуться к вашему творению. Я уже получила незабываемые впечатления. И нотки юмора, да и исходящий из этого урок!

– Это просто выражение, без намека на что-либо. – Продолжил объяснения новый знакомый. – Мне очень импонирует Ваше эмоциональное состояние. Стойкость духа. И то спокойное обаяние, с которым Вы поддались незнакомцу.

– Здесь совершенно умиротворенная обстановка. – Ответила Мария. – Я словно в коконе счастья и гармонии. Настолько уверенно и безопасно себя ощущаю, что нисколько не удивилась Вашему появлению: «Сюрпризов боишься, когда страхи переполняют!» «Теряет не тот, кому есть что терять, а тот, кому страшно потерять!»

– Вы утонченный человек в своих высказываниях! – Поворачиваясь к Вадиму, но обращаясь к Марии, заметил Андрей. – Думаю, моего друга по праву можно назвать хорошим учителем. В Ваших мыслях, вернее – в их интерпретации, чувствуется акцент пронзительного вдохновения жизни. И этот сленг я познал впервые от нашего общего знакомого.

– Я, конечно, не записывал себя в учителя, но раз я это слышу, значит я хочу этого. Конечно, если дама будет не против? – Произнося эти слова, над головой ювелира образовался некий световой купол. Он был настолько четким и пронзительным, что его сразу же заметили собеседники. – Когда человек передает знания, – он показывает, что это возможно! А познающий – утверждается в том, что обретает эти возможности! И в состоянии неизбежности, появляется новый путь, где учение обретает смысл пошагового развития. И если вся сущность с благодарностью и полной отдачей, имея полное воодушевление, идет вперед, то цель обязательно будет достигнута.

– Значит учение можно назвать -процессом, а процесс – это сама жизнь! – Поддержал Андрей. – И если то, что ты познаешь, впитываешь в себя, тебе по нраву, то и стезя подвластна тебе, тем более что она наполняется гармонией и счастьем.

– Одно я поняла наверняка. – С явным интересом продолжила Мария. – главный предмет внимания человека, не цель, а тот отрезок пути, который находится между начальной точкой отправления и конечным итогом. Поэтому человечество так рьяно старается овладеть самопознанием и самосовершенствованием. Любые практики, развитие сознания, духовный путь, поиски Бога – помогают остановить человека в тишине, позволить посмотреть на себя со стороны, оценить, дать совет. А в конечном счете, внутреннее развитие, – позволяет довольствоваться малым, находясь в любви и полном достатке. Иными словами, все вышесказанное – возвращает нас в детство, где все просто и легко. Где восторг возникает из ниоткуда. Где добро является естественной, независящей ни от чего, самобытной и благой вестью бытия. Добро и есть – жизнь!

После этих слов, друзья еще несколько минут прибывали в молчании. Именно в этом состоянии не нужно иметь какую-либо связь с внешним миром. В тишине развенчиваются любые недоброжелательные эмоции, споры, разногласия. Даже все позитивное и радостное начинает растворяться в безмолвии. И наступает чудотворное спокойствие, – Агапе.

– Вы располагайтесь, а я отлучусь, нужно забрать сына из школы. – Вежливо попрощался Андрей. – И жду Вас вместе, у себя в гостях. Кстати, мужа не забудьте прихватить с собой. У нас прекрасный загородный дом, там вдохновение в каждом лепестке, в каждой травинке. И детям будет комфортно. Повторюсь: «Подобное, притягивает подобное!», – вместе уютнее обретать смысл жизни.

Новый зал, новое очарование. Игра цветовой палитры не уступала предыдущему помещению. Каждый тон переходил в разбавление оттенков, а любая очередная размытость, будто цеплялась в вновь идущий коллаж, играя воображением. Здесь было уже светлее. Словно зеркальное отражение предыдущего зала, более густые цвета расположились на полу, а потолок возвышался в свете, настолько насыщенном и ярком, что голова поневоле опускалась вниз, только что приходящего человека, от властвующей яркости. Но затем, чувство родства с солнечными оттенками, заставляет поднять глаза ввысь, как бы простирая взор сквозь уплотненную ткань, в глубинные истоки, этого самого света.

Учитель пришел позже, когда все уже расселись. Он молча подошел к своему коврику. Любое его движение не сопровождалось, даже малейшим звуком. Густая тишина окутала все в этом волшебном месте. Поначалу она даже свисала тяжелым грузом, подавая знак своего величия. Но после того, как гуру вышел из внутреннего созерцания своих дум, и слегка, но так тепло и уютно улыбнулся, одаривая первым контактом с местной публикой, безмолвие достигло такой легкости, что создало впечатление облегчения и свободы. Ощущалось, будто что-то вырывается из груди наружу. Улетая прочь, не имея желания остаться и продолжать свое внутреннее существование. Это освобождение давалось очень легко и с особой заботой. И уж точно было не случайным.

Затем наставник вонзил руки вверх. Это был человек, – моложавый на вид, но создающий о себе впечатление старца на мудрость. Роскошные вьющиеся и крепкие волосы, закрепленные в хвосте на затылке, придавали воинственный, но располагающий к себе вид. Этот густой покров добавлял свое великолепие, плотной, но ухоженной бородой, она словно неугомонная сила, была собрана в тонкую косичку, достающую до самой груди. Общее очертание головы, походили на единый преобразователь информации и энергии, с двумя антеннами. У одной была функция трансляции, другая же многофункционально ретранслировала нисходящие и восходящие потоки единого смысла вселенной. Во всяком случае, это понимание приходило сразу и надолго. Глаза были невозмутимо спокойными. Любое направление взгляда, осуществлялось плавно, не имея окончательного прибытия. Тело сливалось с одеждой, та в свою очередь гармонировала с внутренней аурой. В некоторые моменты казалось, что мудрец просто-напросто растворялся в пространстве. Не только руки, но и ноги заставляли верить в недоказанную левитацию, – не были видны точки соприкосновений ступней и пола.

– Вас приветствует ваше тело, ваш ум и ваша душа. – Умиротворенным голосом начал гуру. – Попробуйте прислушаться к себе. Что вы чувствуете? Какие впечатления у вас от нынешнего состояния? Впустите ваши мысли в анализ себя самого. Позвольте себе понаблюдать за собой. В вас просыпается внутренний смотритель. Ваше «Я». Ему интересно, как поживает ваше «ЭГО». Какие земные проблемы беспокоят его. Не противьтесь своим чувствам, какими бы они не были. Все что вы осознаете сейчас в себе, и так уже ваше. Пока нераздельное и правильное. Не ругайте себя, не осуждайте. Все внешнее, есть – ваше внутреннее.

Голос исчез на мгновение, давая передышку. Одобряя внутреннюю работу, – аналитический процесс над собой.

– А теперь, – Словно молоток вбивает гвозди, продолжился монолог. – не противьтесь эмоциям, что возникают при осмыслении своих действий, поступков, своих мыслей, личной и единственной на данный момент – жизни. Вам не нравится? Вы испытываете ярость? За все то, что не получилось? За то, что не сложилось? Вы не успели очень много важного в своем движении вперед? И именно поэтому вас одолевает ярость на самих себя? Скорее всего вы уже поняли, что глупо испытывать подобное сильное чувство, да еще и к тому, кто породил его. Но не останавливайтесь, познайте эту эмоцию со всех сторон. Примите ее многогранность и великолепие. Осознайте, как грациозно она управляет вами сейчас! Эта эмоция, есть – чувство воплоти. Это вы сами. То, что приходит в этот мир, и вы об этом знаете, это сконструировано именно вами, и никем другим. ЧЕЛОВЕК ЗАМЕЧАЕТ ЛИШЬ ТО, ЧТО УЖЕ НЕСЕТ В СЕБЕ! И после того, как вы прочувствовали, – примите ярость! Примите то, что это ваше чувство! И страдать от него, нет никакого смысла. Представьте, что это ваш ребенок! Вы его родили, взросли, а теперь ненавидите! Абсурд! Не находите? Так полюбите это чувство, как свое дитя. Оно обрадуется вам, и больше не будет вам досаждать. Не уничтожайте то, что сами создали, тогда со временем необходимость создавать отпадет. Тот, кто чувствует заботу, как и ваши чувства, – живет в заботе, и смысл тогда, появляться снаружи – отпадает. Если вам больно от чего-либо, не взращивайте это в себе, а если уж создали, – примите, возлюбите и отпустите!

Становилось понятно, что несмотря на закрытые глаза, в помещении также был полнейший мрак. Свечи погасли. Ароматические палочки перестали источать аромат. Словно все вокруг умерло, но в прежнем состоянии. Позволяя возродиться новому, более чистому и великому. Никто этого не видел, но сквозь тяжелый и многослойный занавес вдруг пробился наитончайший лучик света. Маленький солнечный лучик, словно прожег заслон непонимания и мрака. Он спешил доставить в это царство уныния – надежду. Это был лик добра! Символ любви! И как это бывает при рождении, где движение клеток формирует новые, создавая разветвленность жизни, подкрепляясь нужной информацией ДНК, программой извне и внутри, этот самый источник жизни, – лучик, свет, нашел зеркало, напротив которого стояло еще одно. Нескончаемое преломление света, покрыло весь зал, всех ожидающих и просящих надежду. Любовь прикоснулась к каждому, напоминая, что никуда не уходила. И проявилась там, где о ней вспомнили!

– Расслабьтесь. – Легкой волной вырвался наружу голос из ниоткуда. – Не важно, какую вы приняли позу. Единственная мудрая справедливость к вам сейчас, это блаженное расслабление. Степень лишения удобства и комфорта, вы будите определять для себя сами. Выпрямите спину, это позволит создавать равновесие для вашей головы. Расслабьте плечи, в определенный момент вы должны забыть о их существовании. Освободите от напряжения мышцы лица. Даже ваш язык должен обрести свободу от каких-либо усилий. Корень языка не должен отождествлять связь с остальным телом. Постепенно начинайте забывать мои слова. Умиротворенное отпускание напряжения, само по себе начинает свое истинное действие. Вы не весите ничего. Совсем ничего. Вы воздушны. Легки и прозрачны. Любое проявление мыслительного процесса прекращается. Вы целомудренны в своем разуме. Вы и есть целомудрие. Сосредоточьтесь на одной визуальной точке, она может быть и на вашем теле. Теперь переносите взгляд в сторону, не меняя фокуса на эту точку в сознании. Зрительный контакт сменяется осознанным видением. Эта точка у вас в мыслях и концентрации, все остальное бренно и не существует.

В воздухе повисла пауза. Причем не бессмысленная и неловкая, которую испытывают люди в момент молчания, а раскрывающая суть всего этого внутреннего события. Именно внутреннего! – Как и любое внешнее действие является личным переживанием, так и здесь, все происходящее воспроизводилось по-разному, в каждой отдельной голове и в каждом отдельном сердце, дополняя лишь общим ощущением единения.

Возможно, прошло минут тридцать, прежде чем мудрец снова заговорил:

– Мой голос при мне. Мои мысли со мной. Моя энергия только моя. Все, что вы сейчас слышите и воспринимаете, лишь плод вашего воображения. Все это рождается в глубинах вашего подсознания, перетекая в сознание. Оно же, в свою очередь, подключено к Все-Сущему Сознанию. Единому и главенствующему. Оно-то и соединяет вас в один целый организм, придавая вам силы и передавая вам ваши задачи. Ваш быт, – порождение Бытия!

Каждое новое слово, каждая новая фраза, постепенно растворялись в воздухе. Они становились все тише и тише, проникая в самые глубинные недра головного мозга. Войдя там в содружество с нейронами, превратившись в собственную информацию, в свои мысли, эти знания пошли дальше, в тот неведомый край очарования и понимания. Как бы кто не называл эти потаенные и сокровенные острова сознания, которые омываются водами мудрости подсознания, в которые добирается эта информация извне, но раскладывая на банальные вещи, можно предположить, что имя им – ЛЮБОВЬ! А уж в этих райских кущах не требуется ни понимание, ни анализ, а уж тем более эмоциональная игра разума. Все происходит легко, непринужденно и с вселенским доверием.

Многие в зале, как и сама Мария, не слышали уже ничего. Все что необходимо было познать, проникало так, беспрепятственно, и без помощи каких-либо органов чувств. Внутри стоял звон, но не раздражающий, напротив, он переливался скромной и тихой музыкой. Любые новые отголоски этого звука синхронизировались с предыдущими, создавая единый отголосок. Тот самый, что доходит до нас из древности, в виде предшествующих задатков души, словно наши инстинкты вечного счастья просыпаются. Сменяя животное начало, на гуманное преображение. Вся эта цепочка внутренних процессов стала показывать присутствующим, на своем примере, на более тонком и микроскопическом уровне, что жизнь открывает простую истину: «Все человеку подвластно! Главное, чего хочет он сам? Если путь добра, пожалуйста, – собирай по крупинкам и наращивай депозиты. Рано или поздно, они будут пользоваться спросом у других! Если путь зла, и это тебе по силам, – впитывай и владей, но не вини потом весь мир, что сердце увяло, что кончились живительные ресурсы, что вся твоя сущность съела себя изнутри! Любое разрушение и есть движение к созиданию, так и была создана наша Вселенная. Любые процессы правильны и существенны. А вот менять программу своего предназначения или нет, решать каждой клетке по отдельности. Ведь у всего есть разум!

Мыслительные процессы длились не долго. Бурное восприятие мира сменилось вечной тишиной. Тем мгновением, где нет места вездесущему клею мироздания, – уму, сладкое и милое безмолвие подарило спокойствие. Возможно, это продолжалось бы вечно, но тихий шепот, который доносился из неведомого источника, начинал приводить в чувства. Он становился отчетливее и громче, напоминая, что пора обретать движение, чтобы не уйти в вечность навсегда. Бесспорно, движение – это жизнь! И вот уже совсем ясные и знакомые слова явились в виде ключа, который открывает дверь из медитации:

– Вы прекрасны! – Становилось понятно, что текст доносился из уст учителя, что отрезвляло разум. – Вы легки и беспечны. Нет тяжести ваших прежних мыслей. Все тело стремиться ввысь, сменяя хороший настрой, на лучший. Глаза открываются и видят ту жизнь, которая радует и вдохновляет. Ровное и уверенное дыхание придает сил, благодарствуя организму за добросовестную работу, тем самым наполняя физическое тело непоколебимым здоровьем. Нет болезней. Нет разочарований. Есть лишь жизнь! Есть любовь! Пробуждаясь от старого груза материальных проблем, вы есть – ДОБРО!

Совершенно бездвижные веки Марии, потихоньку приоткрылись. Туманность видения, расползалась на все, что находилось в помещении. Горел приглушенный свет, он растворялся в темных плафонах, обретая умиротворенный оттенок. Это помогало открыть глаза в полную силу. Люди приходили в себя медленно и отстраненно постепенно. По поворачивающимся головам стало понятно, что все находились в поисках учителя. Он исчез также, как и появился. Незаметно, не оповещая и не создавая лишней информации.

Может быть его и не было? –Пытаясь наладить контакт с Вадимом, обратилась Мария. – Я уже ничему не удивляюсь.

Она притихла. Не было смысла о чем-либо еще говорить. Да и на вырвавшийся монолог, мужчина не отреагировал. Бывалый муж своей жизни, был настолько впечатлен произошедшим, что ощущал себя пустотой. Но не той, которую привыкли воспринимать люди, а заполненную счастьем спокойствия. Вадим лишь медленно приподнялся, протянул руку спутнице, помог подняться. И они вышли легкой походкой из помещения. Только оказавшись на улице, ювелир произнес:

– Я приглашаю Вас, на чашку чая!

– Я согласна, тем более время еще есть. – Не обдумывая согласилась Мария.

Решив прогуляться, они шли не спеша, позволяя впечатлениям дополняться чистым небом, вкусным воздухом, хорошим настроением прохожих, общей обстановке созидания. Проходя мимо детской площадки, им открылась совершенно простая, но абсолютно гениальная картина. Детишки строили свой мир взаимоотношений. Познавая друг друга, впуская в свою жизнь новые знакомства. Не требуя ничего взамен. Одобряя любое проявление, делились своими впечатлениями. В этом новом и открытом для души мире, забывались программы, которые передавались взрослыми: о чувстве долга, обязанностей, взаимовыгодных интересов, любви по расчету, запланированной и вскормленной ненависти, противоречий своих же убеждений. Маленькие человечки поглощали с неподдельным интересом все вокруг. Они радовались за самую малость, – за жизнь в этом мире. Их крошечные пальчики ощупывали все, что только было досягаемо, тактильные ощущения возвышали их в искреннем восторге. А их нежная и наполненная жизнью кожа, она словно переливалась на солнце, и все потому, что они не были еще запрессованы лишней пищей, чрезмерными мыслями, жадными желаниями, обидами на невзаимную любовь, которая существует сама по себе, без определения взаимности! Маленькие зайчики прыгали и торжественно веселились, – они познавали мир, как внутренний, так и внешний, точно зная, что он неделим. И, естественно, они не стыдились этого, и ничего не боялись. В этот миг отсутствовали бабайки, кусающие волчки, строгие персонажи сказок, которые могли наказать за непослушание, за нежелание принимать пищу, и плохое поведение, рамки которого, сами взрослые до сих пор не знают.

– Вадим! – Еле слышно, чтобы не нарушить детскую идиллию, обратилась Мария. – Я настолько благодарна Вам, за знакомство с самой собой! За новую встречу с человеком моей мечты, – со мной новой, более доброй, более открытой. Я наконец-то начинаю испытывать то далекое и красочное восприятие всего на свете. Я как благородный цветок, который из-за своей брезгливости закрылся от пчел, а потом почти завял, но вспомнил о любви ко всему, что только существует. Открылся и впустил своих старых знакомых полосатых друзей. И он снова расцвел, помолодел, снова вдохнул жизнь полной грудью! Только пчелы в моем случае, – это эмоции, которые стали для меня врагами и потихоньку съедали меня изнутри. Они опять при мне, такие же светлые и родные, как в детстве. Я расцветаю! Я тянусь к свету! А САМОЕ ГЛАВНОЕ, – Я ТАК ЛЮБЛЮ ЖИЗНЬ! Я уже и забыла, что хочу получить от нее! Хочется просто быть!

– Вы начинаете понимать, – Смотря на детскую площадку, не поворачиваясь к собеседнице, поддержал Вадим. – что ваш путь и есть сама жизнь! Что в погоне за конечной целью, человек забывает про сам процесс. А он и есть то, что важно для нас. Эта дорога – наше все! Тот промежуток времени, который отметает какие-либо причины и следствия. Благодарность за свою жизнь, и есть – источник всех поисков себя. Если Ваш интерес направлен на сам процесс, то Вы познали Божественное. Значит вера Вас не оставила и позволила все понять так, как предначертано! В начале пути Вы видели лишь конечный результат, жаждали его, стремились к нему. Вы проматывали вперед самые упоительные и сладостные моменты Вашей жизни, стараясь ускорить и побыстрее приблизить цель, не важно, глобальную ли – здоровье, душа, или мелкую – покупка дома, машины. Вы расставались с мимолетной любовью, ради достижения всеобъемлющей. Вы перескакивали плохое сегодня, ради радостного и заоблачного завтра. Приближая старость и смерть. Получается, что человек, который боится смерть, – приближает ее! А сейчас такое воодушевление! Вы просто источаете счастье! И все потому, что, отпустив цель, не забыв, а отпустив, – не переживая и страдая, Вы полюбили и открылись самому процессу, пути, жизни!

Они оба улыбнулись. Проводили взглядом малышей, которые на данный момент являлись их учителями бытия, и неспешно пошли дальше. Дорога совсем не замечалась. Глаза смотрели на все под одним углом, единым и неразделимым, – это был взор, далеко смотрящий и пронизывающий. Кто-то его знает, как одобрение. Иные же скажут, что это ликование. Возможно, найдутся мнения, что это и есть – любовь! Достоверно лишь одно – они просто смотрели и наслаждались! Все было грациозным и добрым! Все было так, как было!


ПРЕЗРЕНИЕ.


Подойдя к ювелирной мастерской, Мария заметила странный силуэт в тени соседнего здания. Словно ей померещилось, что-то недавно забытое, но невероятно знакомое. Логическая струя мозговой деятельности заполнила собой все мышление, которое старательно разбирало подразделы памяти на отдельные папки. Но как это часто бывает, практически найдя необходимый файл, он бесследно ускользнул обратно в разумный сейф, спрятавшись под толщей информации.

Неважно кто и когда ответит на вопросы состоятельности аналитических способностей человечества, да и возможно ли развитие в этом направлении, но факт остается фактом, – любой талант или его научное обоснование нужно развивать. Хороший адвокат – это практика процессуального алгоритма, талантливый писатель – это думающий и излагающий литературным мышлением человек, отличный врач – это не только медицинское образование, но и действенное врачевание. Именно поэтому расфокусированный разум Марии так легко отпустил элементарный отголосок памяти, хлынувший внезапно. Но она знала наверняка, стоит ей только забыть эту мозговую сцену, как информация придет нежданно, минуя все законы естествознания. Что и объясняло тот момент, когда человек открывает в себе способности, не развивая их практически. Для того чтобы вовремя воспользоваться знанием, не имея практического пользования им, достаточно лишь отпустить назойливый процесс вспоминания. Позволить создать вакуум, некую внутреннюю тишину.

– Мне вспомнилась умная притча! – Внезапно отчеканила женщина, под удивление Вадима. – «Один монах долго совершенствовал свои тело разум и дух. При поступлении в монастырь, он совершил первую ступень самопознания, – отказался от социальной программы, ежедневно навязывающейся, через любые информационные источники. Постоянные практики концентрации, предоставили ему интуитивный опыт и самоконтроль, – это была вторая ступень просветления. На третьем этапе он довел свое тело до здорового совершенства, через необходимое и оптимизированное малоедение, и веру в собственную исцеляющую регенерацию. Постоянный познавательный процесс в своем личном направлении, одарил его четвертой ступенью познания себя. И вот однажды он пришел к своему учителю и спросил: «Как мне обрести воодушевление, – тот неисчерпаемый источник знаний и точного течения своих намерений? Я испробовал все, чему Вы меня научили, но так и не познал силу вдохновения, за которой я сюда и обратился. Она мне очень необходима в обычной жизни, где я являюсь рядовым слугой народа. Без этого дарования я так и останусь обычным и бесполезным.» На что старец ему ответил: «Развивай умение слушать тишину! Представь себе озеро. Бросив один камень в водоем, мы увидим красивое волнение на воде, в виде расходящихся кругов, завораживающих взгляд. Почувствовав усладу впечатлений, мы начнем кидать еще и еще, пытаясь получить схожее ощущение радости. А теперь преобрази свое мышление! Вообрази себе, что озеро – это ты. Камень – это твоя деятельность. А волны, расходящиеся от соприкосновения камня с водой – это продукт твоего творения, который признали, восхищаясь им, люди. Вот из всего этого многообразия сравнений, я выделю лишь одно – это гладь воды! Именно она и будет являться вдохновением! – Тишина! Множество брошенных камней, не создадут шедевра, а лишь породят муть! Для того, чтобы впечатлить кого-то, ярко, искренне, – сначала успокой свои эмоции, убери яростное достижение цели, создай внутреннюю тишину. Кропотливый, любимый, а главное спокойный труд, невзирая на отговорки знающих тебя людей, – принесет тебе творение всей твоей жизни! Так прими в себе это благородное безмолвие!» После этих слов монах обрел бесценное знание, которое помогло завершить свой поиск воодушевления. Он вернулся в привычный мир. Стал знаменитым политиком, продвигая законопроекты, действительно помогающие людям. За многослойностью фраз и бессмысленных действий, совершаемых каждодневно, он мог умиротворенно познать суть проблемы, не создавая агрессии на оппонентов и сам народ, совершал благородные созидательные действия!» И дело именно в нашей вере. Как часто мы отмахиваемся на то, что бывают честные люди. Что есть любовь без корысти. На то, что можно быть здоровым без медицины. Многим кажется – это не наш мир, где одна только фантастика и счастье. Но стоит лишь поверить, и вот перед нами реальность, которую другие назовут сказкой. А мы всегда были, есть и остаемся отпрысками богов, и все сверхъестественное, хотя бы любовь, всегда внутри нас!

– Я бы сказал, что удивлен. – Включился Вадим в обсуждение темы, предложенной внезапно Марией. – Но я отчетливо понимаю к чему Вы клоните. Скорее всего есть что-то, что Вы никак не вспомните. Возможно, это и не долгосрочное и мучительное вспоминание, а всего лишь миг, всплывший из внешних очертаний. Я с Вами согласен совершенно. Для этого и присутствуют такие, казалось бы, наипростейшие советы, по созерцанию безмолвия. Смотреть на величественные горы, наблюдать за могуществом полей, лицезреть просторы водных стихий, впечатляться глубинами космоса, да и просто очаровываться шумом природы и горящим костром. Это зов предков, он заключается в том, что ничего не меняется, и тысячу лет назад наши прародители завораживались грандиозностью мира. А это еще и сама суть мысли, которая вдохновляет на свершение самых заветных желаний. Наблюдая за безмолвием природы, мы познаем тишину внутри себя. Понятное дело многие опровергнут это, ссылаясь на то, что все сказанное лирика для нищих и неудачливых. Но каждый сталкивается с этим в своей жизни, когда – хватит! Когда пора менять все в корне! Когда погоня не приносит должного удовольствия и высоких чувств. Вся тонкость лишь в том, что эмоции тесно контачат с инстинктами, которые в свою очередь близко расположены к животному началу. Именно поэтому так трудно жить в семье, людям, не контролирующим свое поведение. Им странно понять, что можно любить и ухаживать за ребенком, хотя бы своим, не говоря уже о чужих. Эмоции и нацеленность на «Урвать», блокируют внутреннее спокойствие, которое умеет прощать, любить, ценить, обогащать себя и окружающих любовью. Я согласен, это все дается очень нелегко – постоянная работа над собой, внутри себя, можно даже выразиться, что это все является постоянным контролем. Только многие не понимают, – стоит только ввести это в привычку, как со временем не замечаешь, – ты уже целиком и полностью в этом, это становится твоей жизнью! Естественно для проверки на прочность, иными словами – искушением, жизнь нас будет проверять на внутреннюю стойкость своего предназначения: идешь к добру, но мимолетно испытываешь гнев, познаешь любовь, но встречается и ненависть. Здесь важно терпение, целеустремленность и вера в себя! И будет все легче и теплей, красочней и родней, величественней, и в то же время просто и красиво.

– Да! – Подходя к двери постаралась подытожить Мария. – Я чувствую, как прекрасна моя жизнь. Со всеми ее восхождениями и спусками, многообразием и монотонностью. Этот процесс не вычеркнуть и не переписать. Анализируя свою жизнь и свое «Я», я постигла способность замечать маленькие радости, которые перетекают в события, создавая историю моего счастья. Я научилась простому правилу: «Когда на пути к чему-то или кому-то становится плохо, из-за мысли о застое, вспомни моменты о том, что в начале пути было еще хуже и труднее! Вспомни, как со временем тебе стало легче и свободнее от бренности, как начал развиваться и совершенствоваться! В эту секунду ты прочувствуешь, – что ты оказывается в порядке, что твоя жизнь улучшилась. А маленькое огорчение, только подсказка к дальнейшему развития себя.» Ведь проблемы – это наши наставники. Главное понять, что они внутри нас. Теперь я хочу замечать только хорошее и откладывать в свою память. А сделать это просто – концентрироваться на милом и добром. Как учить стихотворение, проговаривая и заучивая.

Дверь открылась и повеяло чем-то загадочным и по доброму впечатляющим. Возможно это было предчувствие перед очередным раскрытием тайн, или обычным желанием верить в сверхъестественное. Не исключено, что и объединившее чувство единства двух людей, благоволило простую русскую женщину и окруженного тайнами мастера золотых изваяний, создать тандем личных интересов, построенных на раскрытии загадок мироздания. А мастерская теперь являлась их тайным вече, скрытым от чужих глаз ритуальным помещением. Но в нем не производились заоблачные манипуляции с волшебством, не проговаривались шаманские заговоры, не проводился обряд жертвоприношения, – здесь царило обычное человеческое общение, которое и являлось ключом к сердцу добродетельности.

Мастерская как всегда благоухала милым порядком. Все предметы были расставлены в своем, будто закономерном порядке. Чистота восхищала глаз. На встречу прибежал кот Василий. Довольный и вещающий что-то на своем мурчании пушистый красавец. Он словно великодушный сеньор поприветствовал вначале хозяина, описав два вальяжных круга вокруг ноги, затем легким касанием мордочки обнюхал гостью. Выказав уважение, шерстяное чудо радостно побежало свершать свои героические поступки, которые были связаны с взятием спинки кресла и погоней за своим хвостом, что обычно можно встретить в поведении у собак. Но это нисколько не удивляло Марию, она четко понимала, что на этом участке вселенной все необычно и самобытно.

– Какой у вас ласковый порядок тут. – Поспешила с комплиментом Мария. – У Вас действительно развитая симметрия, как снаружи, так и внутри. И мысли упорядочены, да и Ваш обитель сеет благоустройством. Я бы сказала, – везде все по полочкам.

– Для того, чтобы быть чистым внутри и снаружи, не обязательно вычищать и натирать, достаточно поддерживать! – Мило улыбаясь, произнес Вадим. – Как это часто бывает, не замечая собственной грязи, мы делаем упреки другим, зарождая неудовлетворенность и злость. Здесь только два пути: либо не замечать несоответствия, либо устранять их лично, своими мыслями и действиями. Я в свое время очень сильно раздражался по поводу нечистоплотности этого мира, пока не понял, что сам утопически этому потворствую. Тогда я взял за пример кредо: «Не нравится – убери, а не возмущайся. Не можешь – молчи, не расстраивая свои нервы». И со временем я увидел, как мир стал чище и лучше. Я поверил в то, что все мы сообщество единого порядка на земле.

Вадим удалился, чтобы заварить благоухающие травы, которые так понравились ему в момент пребывания на Бали. Причем это уже была не только заморская коллекция, в нее входили и разноцветы родных простор. Все было подобрано для разного настроения и личных вкусовых пристрастий. Встречались как равнинные, так и горные растения, с заботой собранные и высушенные. Мужчину будоражил больше сам процесс приготовления, который скрывал в себе обряд посвящения в орден правого дела. Конечно же смысл полезности присутствовал, но главенствующей цели Вадима была практика простого и обычного. Тем более, что мысли и убеждения в том, что его здоровье непоколебимо, а питание необходимо лишь для мимолетного утоления насыщения разума, давно привели его знания о полезности, в совершенно иные представления, далекие от социальных страхов. Это делало его лояльным эстетным ценителем всего, что только могло будоражить воображение.

Мария присела на диванчик, рассматривая стены, увешанные грамотами и фотографиями. Это были настоящие выставочные стенды доблести и славы. По этим временным эскизам достижения Вадима можно было прочесть всю его будоражащую воображение биографию. Древо успехов начиналось со школьных олимпиад, продолжаясь студенческими, довольно серьезными увлечениями. Многочисленные дипломы, сертификаты дополнительного образования. Военные награды перекликались со спортивными, довольно высокими лаврами. И по мере возрастания зрелости и опыта, эти достижения становились все серьезнее, а на фотографиях добавлялись более известные личности. И когда женщина увидела документ, подтверждающий практику психолога, она ничуть не удивилась. Наоборот, она прониклась мыслью, – почему именно ювелир.

– Смысл этой профессии невероятно глубинный! – Ворвались мысли в ее раззадоренное воображение. – Подобно тонкому и филигранному мастерству укрощения золота, в преображенные шедевры, он также изящно, до субатомного размера, раскладывает человека по мельчайшим составляющим, а потом собирает в единый сбалансированный организм. Где трансформация происходит в неведомом состоянии спокойствия и степенности. Ювелир! Как много в этом обычном понятии.

В комнату зашел Вадим. Его рука, словно в невесомости держала поднос. Это были травы, уже разлитые по чашкам, на тарелке порезан лимон, в пиалу налит мед. Все содержимое оказалось в ту же секунду на столе. Но не уловив каких-то особых движений, Мария обнаружила еще и два свертка, будто появившихся из ниоткуда. Спрашивать о них она не стала, зная, что всему свое время. Аромат травяного секрета расползался по всему помещению. Он навеял то восторженное чувство, которое сопровождало их на медитации. Подобно волшебному зелью, запах чистыми нотками обогащал их восприятие до уровня полета. К тому времени, как собеседники полностью расслабились и позволили тишине войти в их разум, где-то совершенно вдали заиграла успокаивающая музыка. Настолько прозрачная по тональности, что ее легко было лицезреть в своем сердце, воочию узнавая каждую ноту. Такт то переходил в более сложную конструкцию музыкального строения, заставляя воспроизводить мыслительные сцены, то словно проказник, открывал самые легкие переливы своего настроения.

Этот легкий сон забвения прервал внезапный визит мужчины. Он словно вихрь ворвался в мастерскую, не давая ни единой возможности оправиться от своего быстрого вторжения. Совершенно неуловимым шагом, мужчина добрался до стола, он будто распускающийся цветок возник во весь рост.

– Добрый день! – Протараторил он. – Я пришел за своим кольцом. Помните – я рассказывал про нелепый случай, как он лопнул у меня на пальце? Вот квитанция.

– Да, да. – Отозвался Вадим, поднимаясь с кресла.

Он взял квитанцию и удалился.

Мужчина пристальным взглядом посмотрел на Марию. Создавалось впечатление, что он сверлит ее телесную оболочку, для проникновения внутрь. Она отчетливо ощущала это всеми фибрами, сначала тела, а потом и души. Женщине становилось не по себе. Единственное, что остановило ее негодование, это вновь возникшая мысль о спокойствие. Она мимолетно поблагодарила внутреннего смотрителя за своевременную помощь и тут же выпрямилась в спине, показывая всем своим видом, что она совершенно невозмутима.

Но каково было ее удивление, когда незнакомец внезапно присел к ней на диван. Он не отводил взгляда. Возможно, это привиделось, но Мария расплывчато заметила знакомую до боли улыбку.

– Мария! – Произнес мужчина.

Нелепое молчание раскрывало степень ошеломления женщины.

Да. – После долгой паузы отозвалась она.

В этот момент зашел Вадим.

Простите. Что да? – Вдруг отозвался незнакомец.

– Вы назвали меня по имени. – Неловким шевелением губ, раздалось из недр неуверенности женщины.

О чем Вы говорите? – С издевательской улыбкой выстрелил странный собеседник. – Я не произнес ни слова.

Он схватил кольцо, и исчез так же, как и появился, внезапно и неуловимо человеческому глазу.

Вадим заметил, как Мария стала меняться в лице. Она невероятно медленным движением облокотилась на спинку дивана, а потом и вовсе практически сползла по нему. Весь этот замедленный процесс, сопровождался постоянно сменяющейся мимикой лица, – удивление переходило на озадаченность, затем следовала игра лицевых мышц, образующих спектакль воспоминаний. Следующая картина и вовсе олицетворяла собой презрение. Да! Точно! Он понимал, что именно презрение читалось в гримасе женщины. – Скоропостижные мысли о том, что как меняется человек, преображая себя, и внешне, и внутренне, когда его захватывают эмоции.

Небольшое усилие Марии. Будто что-то переменилось внутри. Вернее, кто-то этому поспособствовал. И женщина вновь приобрела прежний, – человеческий вид.

Вадим догадался, что это работа внутреннего психолога Марии. Что подобные быстрые перемены подвластны лишь сильному самоконтролю. Но оставалось ощущение, что женщина еще борется, преодолевает вновь испеченное негодование. Как будто более высокие и благородные чувства вытесняют низменные и устрашающие.

Вадим отодвинул свое кресло и присел рядышком на диван. Он легко улыбнулся, подождал пару минут. Дождавшись ответной улыбки, взял руку женщины и трепетно прикрыл ее другой своей рукой. Как всегда, небесное тепло его кожи проникло в самую глубь только что созданных «виртуальных женских слез». Этот знакомый Марии ритуал позволил вернутся ей на землю. Где обычные слова могут разрешить любые невзгоды.

– Все. Я в порядке! – Полностью вернувшись в реальность, отозвалась женщина. – Немножко горячего напитка и я все расскажу.

Вадим вернулся на свое место. Он четко осознавал, что прежнее переживание уже позади. И лишь смутные отголоски, которые еще оставались в голове Марии, просто-напросто – вопрос времени, который решит их совместная беседа.

– Это был он! – Начала женщина. – Я вначале опешила, не понимая своих двояких впечатлений. Во мне все встало стеной непонимания, словно нависшая пелена. Затем я четко вспомнила его, – это Сергей, с которым я познакомилась на балу, в прошлом, вернее, когда очутилась в прошлом времени.

– Я Вас понял. – Постарался Вадим направить собеседницу в правильный отток их сложившийся разговора. – Главное не торопитесь. Раз это так вас ошарашило, то постараемся разобрать все по полочкам, чтобы познать суть.

Мужчина невероятно ловко поднялся и через секунду его след простыл. Вернулся он озадаченный, в руках была папка с листами белоснежной бумаги и карандаш. Его серьезный вид, словно обновленная маска, красовался на лице. Мария уловила совершенно незнакомые черты лица в образе ювелира. Тени по-новому перекликались с всевозможными неровностями его обличия. Грациозной статью древнегреческого мудреца, за стол присел совершенно другой человек. Но вся эта игра перевоплощений совершенно не вызывала нелепость ситуации, напротив – заставляла искренне поверить в надвигающуюся помощь.

– Опишите мне его, пожалуйста. – Не делая пауз, Вадим запустил образ психолога – консультанта. – Сначала фотографический образ.

– Хорошо. – Мария закрыла глаза, вспоминая лик туманно-загадочного знакомого из странного и очень далекого прошлого. – Очень рослый, подобно самым высоким горам, что достают макушкой небо. Волосы черные, как смола, причем горячая и бурлящая, они находятся в постоянном волнении. Глаза. О эти глаза, они обманчивы. Встречают ласковым приветствием добродушия, конструируя незаметное проникновение в самые тайные уголки памяти. Но после того, как ты впустил этого человека в свое сердце, они начинают показывать игру считывания информации. Постоянно бегают, не позволяя уловить в них суть. Губы очаровывают своей постоянной пульсацией, причем она проявляется, как в движении, так и в смене цветовой гаммы. Черты лица «Незнакомца» располагают доверием, но в процессе общения осознаешь, что они постоянно переменчивы. Я знаю, это описание подходит многим, мы всегда меняем свое исходное состояние даже при незначительной беседе, становясь пленниками различных эмоций. Но в том-то и дело, что все это похоже больше на обманные маневры, нежели на чувствительную переменчивость. В своем внутреннем стержне, он непоколебим, всегда в его истинном, что-то неизменчивое и настоятельное. Не могу объяснить точно. Сейчас я понимаю, почему испытывала самые огромные проявления ненависти к нему, при том, что он помог мне. Этот мужчина точно не тот, за кого себя выдает. Я уверена – это не моя фантазия.

После описания своих впечатлений, Мария с невероятной точность прорисовала в своих словах портрет Сергея, который уже вовсе и не был, кем представляла его обыденная жизнь.

Вадим постоянно что-то аккуратно вписывал в свой листок. Женщина не могла увидеть данных пируэтов, так как мужчина с должным профессионализмом держал папку на весу.

– Мне все ясно! – С точным проговариванием каждой буквы, наконец произнес Вадим. – Это Ваш личный демон. На любом пути он должен присутствовать. Можно назвать это проверкой, мол: «Точно ли ты, человек выбрал для себя эту дорогу?», «Будет ли тебе комфортно по ней следовать?», «А может выбрать привычный, более легкий путь?» И это слова не внешних чертей или заговорщиков, а только внутреннего ЭГО, которому хочется больше есть, пить, получать и сплетничать. Неважно, что это, – воображение вашего, еще пока слабого на испытания разума, или же сам сатана пытается вернуть Вашу веру в себя. Одно остается непоколебимой истиной: «Оставайтесь собой, тем, кто с детства подобен эмбриону Бога. Кто встречает проверки своего жизненного выбора с должным спокойствием. Кто знает, что черные и белые клавиши фортепиано – создают единую и сладкую музыку бытия»! Он не опасен для Вас, его задача утвердить Ваш выбор! Показать на примере, что мимолетная и манящая страсть не заменит истинной и возвышенной любви. Любви в Вашем сердце. Любви к Вашим детям, внукам, друзьям, и конечно же к Вашему самому дорогому сердцу – мужу! И не торопитесь с выводами. Этот личный демон, противоположность Вашему свету, всегда меняет обличия, переходя от человека к человеку, даже животными он не брезгует, вся сущность, – есть он. Тем более могу приукрасить эту историю: кольцо этого мужчины лопнуло прямо на его пальце, он спортсмен, не знаю, что так заставило его напрягаться, но я верю его словам. А складывая все эти события в единую картину, все случившееся вело прямо к Вам. Это дар мельчайших нелепостей, для хорошего урока, преподнесенных только Вам одной!

– Я прониклась Вашими словами! Я уверена, Вы правы! – Внезапно оборвала нависшую и заговоренную речь Вадима, женщина. – Но я точно уверена, что это был один и тот же человек.

Вадим развернул папку так, чтобы листок с содержимым предстал перед взором Марии. Женщина в ту же секунду открыла широко рот. Так она выразила свое нетерпимое удивление.

– Посмотрите внимательно! Что Вы видите? – С невероятно пронзительным взглядом, будто в зарождающуюся глубину воспоминаний, прошептал Вадим.

В этот момент мозг женщины, словно хрупкий пазл, рассыпался в черепной коробке. С одной стороны, будоражило умение кропотливого и талантливого рисования, с другой – внезапность подачи фактов ювелира. Она отчетливо видела совершенно другое лицо. Не то, что являлось ей на балу. И она непоколебимо ясно осознала, этот портрет – точная копия, недавно заходившего мужчины.

– Игра воображений? – Робко спросила она.

– В психологии, для этой Вашей подсознательной вариации имеется термин, – когнитивный диссонанс. – Постарался доходчиво объяснить ювелир. – Состояние психического дискомфорта индивида, вызванное столкновением в его сознании конфликтующих представлений: идей, верований, ценностей или эмоциональных реакций. Другими словами, какие бы не были декорации, внешние очертания, Вы наложили на них свою картину восприятия. И теперь столкнулись с тем, что противоречит Вашим убеждениям. Постараюсь Вас сразу же успокоить. В этом нет ничего страшного. При этом состоянии живут в основном все обитатели этой планеты. Оставим маленький процент для веры в просветленных. И это даже хорошо, что вы так красочно сейчас все это проживаете. Многим и в голову не приходит в течение всей жизни обратить на это должное внимание. Многие попросту даже не хотят спросить себя: «Что это такое и как оно перекликается во мне?» Они просто-напросто описывают это неким мимолетным помешательством, расстройством, тем самым закрепляя новые позиции эмоциональной нестабильности. «Ну раз так есть, пусть оно так и будет, – мы не подвластны это менять» – думают и говорят они. Со временем эти переливы красочных вспышек исчезнут, Вы будете реагировать на сверхъестественное в этом мире с должным признанием этого. Не забывайте: «Когда молишься в засуху о дожде, – готовься ходить по лужам!» Что открывает правду о своей цели – Несмотря на сопротивления и возникшие отговорки, следуйте за своим сердцем, обретайте непоколебимую внутреннюю истину и отождествляйте ее с Вифлеемской звездой, что приведет Вас к любви! А пока открывайтесь всему новому и восторгайтесь этому, принимайте все странное и неприемлемое, как подсказки души, которые Вас учат и оберегают от больших бед!

Мария обернулась на пляшущую тень, что создалась взъерошенным котом. В этом мрачном куске звериного силуэта, она увидела лик Сергея, Личного демона, который подмигивал и восторженно улыбался, подтверждая слова Вадима о помощи высших сил. Тень уже не казалась отголоском подземельных страшилок. Не являлась в противоположном смысле свету. Мрак гармонично перекликался с любовью и жизнью. В конце концов, женщина поняла смысл внутренних подсказок, которые постоянно задевали ее воображение. Они позволили смотреть на свои чувства с стороны. И вот уже совершенно умиленная игрой теней, где кот играл с комочком бумажки, женщина благодарила все на свете, за то испытание, которое открылось ее ясному взору. Былое и смутное чувство презрения сменилось на признательность и спокойствие.

– Как хорошо, что человек наделен таким богатством, как сознание – подумала она.


ОТВРАЩЕНИЕ.


Прошло около часа, прежде чем Мария смогла вернуться к разговору. Она не заснула, не утонула в мыслях, дело было в том, что напротив сидящий Вадим, казалось был отключен от реальности и поддерживал ее тишину взаимностью.

– Иногда Вы меня удивляете, хотя я уже привыкла к Вашим неземным манерам, не имеющих ничего общего с обыденностью обычного человека, пытающемуся навязать свой ритм и правила окружению. – Внезапно обратилась женщина. – А кем Вы себя считаете? Что сами про себя думаете? Или быть незаметным и единым, слитным целым среди других – Ваша цель?

– Я облако! – Хитро улыбаясь, ответил ювелир. – А если понятными для Вас словами – я ничто, и никто! Так, обычное скопление водяных паров в воздухе, – нейтральное настроение для всех. Без особого смысла для радости или ненависти. Стечение природного явления. Запустив в меня руку, не вытащить выгоды для кого-либо. Воздух не обогатит тем, чем принято обогащать в людской обыденности. Но иногда, по велению погоды, – настроению мира, я рассыпаюсь дождем, где вода, – это мои мысли о людях. Мысли о том, как они мне дороги! Как они помогают мне видеть мир со всеми его прелестями. Все эти явления просты и взаимосвязаны, – я люблю людей и наблюдаю за ними, они же учат меня жизни, не говоря ни слова! Повторял эту фразу тысячу раз, повторю еще столько же: «Хорошее идет только от хорошего, плохое – от плохого, а нейтральное обретает мудрость всех сторон, называя себя любовью, общей и безграничной!»

– Как всегда красиво и в самую точку. – Прозвучал скромный комплимент Марии. – Только сейчас я вспомнила одну поразительную тонкость, сразу же оговорюсь, – эти тонкости теперь постоянно посещают меня и события, окружающие наше знакомство. Когда мы постигали медитацию, последний и невероятно таинственный учитель дал на размышление чувство ярости, просил его изведать и понять, в это время мое домашнее задание было – ярость! Насколько однородность мысли непоколебима. Мы думаем, действуем, встречаем, получаем одно и тоже. Все вокруг начинает наполняться смыслом, вложенным нами. Все что я должна пройти на своем пути, закодированным Вами изначально, – на самом деле происходит со мной!

– Всегда всему есть объяснение! – Поделился своим знанием Вадим. – И это объяснение необходимо человечеству, чтобы отбрасывать вариант своего сумасшествия. Многие именно поэтому бояться углубляться в свои мысли и естественное течение жизни, вернее в их глубинный смысл, – страх погрузиться в то, что не объясняется на первый взгляд. Страх лишиться рассудка, быть непонятым и непризнанным! Возьмем для примера двадцать пятый кадр – методика воздействия на подсознание людей посредством вставки в видеоряд скрытой рекламы в виде дополнительных кадров. Как много тайн в этом определении, загадочной мифологии, научных разработок. Никто даже вдуматься в это не хочет, спросить себя, – как такое возможно? Но как все невероятно сложное, при добросовестном анализе становится элементарным и обыденным, так же и этот пресловутый двадцать пятый кадр. – Вы когда-нибудь замечали описание жанров к художественным фильмам? Если посмотреть на старые VHS кассеты, то там стоит однозначная, недвусмысленная надпись, например – мелодрама. А вот в современной киноиндустрии принято писать многожанровым языком, один фильм, а приписок несколько, – мелодрама, боевик, комедия, триллер. Описание массовости содержания, – для всех, на любой вкус, с множеством оттенков и личных предпочтений, это и есть двадцать пятый кадр воплоти. Мы все схожи, за исключением своих маленьких нюансов, которые в свою очередь тоже не одиноки, а блуждают во всем человеческом сознании. Подводя итоги, – мир не стоит на месте, он развивается с той прогрессией, которую мы сами от него требуем. Не волшебство правит вселенной, а наши мысли, желания и предпочтения. Вот и все объяснение! А обобщая все сказанное, – мы встречаем, узнаем, добиваемся, создаем то, на что направлена наша личная программа. Мы вдохновляем себя сами, обретая личный путь, из своих же мыслей и намерений. Вы сейчас видите, слышите, чувствуете только то, что запрограммировано в вашем разуме. Создали цель для себя – познать внутреннее «Я», описали путь – видение своих чувств, вот Вам и скомпонованный процесс. Жизнь – это только наша установка, не более и не менее. А поддаваться на внешнее или нет… Ну тут я не советчик. Каждый хозяин себе, и только так! Больше всего в Вас мне импонирует то, что Вы смелы на свое развитие! У Вас все получится, я уверен!

– Так, это я поняла. А как насчет того ритуала, который Вы мне предложили? – Постаралась женщина озадачить ювелира, будто он забыл об этом разговоре. – Вы берете одно украшение, я рассказываю с каким чувством оно ассоциируется, потом я проговариваю его, проживаю и дружу с ним. По окончании чего, Вы выплавляете из всех этих отдельных украшений, одно, – как символ вновь переродившейся меня, познавшей внутренний и внешний мир. Мастер забыл о своей методике?

Мария улыбалась так, словно купила лисий оскал на блошином рынке. Старая привычка находить несоответствие в ком-то или чем-то, до сих пор пребывала в содружестве с ней.

Вадим, не меняя положение головы, не затронув ни одну мышцу лица, указал глазами на два свертка, про которые женщина совершенно забыла. Он был настолько невозмутим и серьезен, что Мария сразу же заподозрила подвох в этом спокойствии.

– Разверните, моя дорогая. – Мрачным и уходящим в даль голосом произнес ювелир. – Когда Вы первый раз зашли ко мне, я тогда уже знал, что наша встреча не напрасна. Я совершенно не думал о том, что буду помогать Вам обрести себя. Тем более и в мыслях не было о напущенной завесы колдовства перед Вашими глазами. Первый наш взгляд подарил мне знание. Знание о своем пути. И теперь в каждой нашей встречи я подчеркиваю подпитку для своего мышления, заряд для своего тела, вдохновение для своей души. Именно поэтому мы так хорошо и продуктивно продвигаемся в наших поисках, – невозможно помогать обрести счастье, жертвуя своей свободой духа, своей любовью, своими поисками. Благотворительность только в том случае имеет силу добродетельности, если и сам благотворитель получает от этого стимул к радости, хотя бы небольшой, но честной и бескорыстной. И для того, чтобы я верил в свою дорогу, чтобы искренне познавал себя, мне непременно необходимо подсказывать направление Вам, раскрывать тайны, указывать на невидимое, для обретения им очевидности. Так уж сложилось, что наш путь один. Он и мимолетно обобщен всеми прелестями и тяготами, и одновременно индивидуален и неповторим для каждого из нас. Мы как две ноги одного тела, – не сделает шаг одна, другой придется скакать, пропуская твердую почву. И даже если одна устанет и будет прихрамывать, другая всегда возьмет на себя опору, позволяя восстановится первой. Но здесь важно понять одну скрытую мудрость: «Если отнимут одну ногу, ее пара не должна отчаиваться и сходить с пути, – всегда можно прибегнуть к помощи рук, или усовершенствовать передвижение на одной ноге. Выход есть всегда. Путь не закончиться – пока в сердце есть жизнь!»

К завершению красивых мыслей Вадима, Мария развернула оба свертка. Каково же было ее удивление, когда в этих свертках она обнаружила две горсти своих же украшений. Одна покоилась в привычном своем состоянии, в котором она их сюда принесла. Вторая же была совсем маленькой, но аккуратно отшлифованной, до ярко огненного блеска. Женщина начала догадываться, что весь фокус в ее нелепых опровержениях, касаемо забывчивости ювелира.

– Думаю их столько же, сколько чувств я прожила. – Совершенно поникшим шепотом сказала Мария. – Я даже больше, чем уверена в этом. Это были: Ужас, страх, омерзение, ненависть, гнев, злость, злоба, злорадство, ярость, презрение. То, что все эмоции едины и по-своему неповторимы мне доходчиво понятно. Но почему именно в такой последовательности, – вначале в низменном воплощении вместе, что для восприятия не очень-то приятно? Я могла, например, вперемешку проживать эти чувства. Было бы милее сердцу после ненависти познать любовь!

– Такова сущность человека! – Тут же принялся объяснять Вадим. – Он окропил все внутреннее и внешнее определениями и значениями, задав оттенки хорошего и плохого. Испытывая дискомфорт, он опускается в низменные потоки своей чувствительности, где просит спасательный круг, не ведая, что можно самому выбираться, пусть и постепенно. Для этого нужна лишь малость, – обрести себя истинного, со всеми достоинствами и недостатками. Шаг за шагом постигать свои нелицеприятные чувства, опираясь на них, как на ступеньки вверх. И только пройдя весь путь от начала до конца, от плохого до хорошего, можно одарить себя любовью! Не той, что находится в виде испытательного чувства в конце пути, а возвышенной и всеобъемлющей! Иными словами, – нельзя убежать от себя, прикрывшись ладошками! Только самому и только во благо себе и окружающим. А сколько лежит в кармане и какой у тебя статус, определишь сама, в конце пути. Как бы не обманывали праведники своих слушателей, этот вопрос всегда стоял и будет стоять перед человечеством. Даже самый святой и мудрый приятно жмурит глаза, лежа на подушке от мысли, что его хоть кто-то услышал и полюбил.

– Здесь есть маленькое несоответствие. – Как бы из последних сомневающихся сил, практически пропищала Мария, пересчитав количество драгоценных украшений в кучке, что была поменьше. – Чувств десять, а изделий одиннадцать. Мой новый собеседник – это отвращение. Я ничего подобного, после последнего ознакомления не испытывала, думаю все еще предстоит познать.

– Взгляните как следует! – Уже с улыбкой ребенка произнес Вадим. – Мне невероятно потешно за этим всем наблюдать. Вы прелесть! Не уступаете сама себе. А ведь это только Ваша игра и Ваши правила. Я не имею отношение к Вашим чувствам. Я совершаю только те действия, которые навевают Ваши мысли, передаваемые мне в подсознание. Как не сомневайтесь в этом, но это факт!

Вадим перешел на приятный смех. Женщина понимала, что немножко глупо выглядит, подсовывая сама себе каверзу, но немного посмеявшись за компанию, принялась старательно искать ошибку в своих словах. Поднимая каждое украшение в отдельности, Мария изучала его так, будто не видела никогда прежде. Выбившись из сил и потеряв терпение, она приняла за должное, отчаявшиеся попытки – понюхать и попробовать на вкус золото. Весь этот спектакль из двух героев, где один играл собаку ищейку, а другой изумленного зрителя подошел к концу, когда ювелир поднялся с места и принялся аплодировать.

– Вы очаровательны! Только забвение детства и наивная непосредственность делает нас людьми – милыми и добрыми. Вы дарите минуты счастья мне! Спасибо Вам огромное! – С ангельским и благодарным лицом, оговорился Вадим.

Женщина по-младенчески кротко улыбнулась и побагровела, не красками стыда, а переливами скромности и застенчивости.

– Я вам помогу. – Сжалился над измученной женщиной Вадим. – Первое украшение – это брошь Вашей мамы, больших размеров, но с такими изящными вставками и переходами в обрамлении, что изумление схоже с любованием картины великого художника.

– Простите, но насколько я помню, первое украшение, которое я выбрала, был камень. Большой, красный рубин, если конечно же он подлинный. Не знаю его истории и происхождения, но меня посещают некоторые размытые воспоминания по поводу него, будто по каким-то причинам мама испытывала такие сильные отрицательные эмоции, что я вижу ужас в ее глазах. Даже сейчас, как наяву.

Мужчина медленным движением достал руку, сжатую в кулак из кармана штанов, как будто заранее что-то приготовил для очередного фееричного представления.

Мария не сводила взгляд с руки Вадима. Теперь ее волновал лишь кульминационный момент.

Ювелир разжал кулак. На ладони мирно красовался своим великолепием, темно красный, необычайно пронзительный рубин. Несмотря на свой черноватый и мрачный оттенок, камень блестел ярче утреннего солнца в долине озерных скоплений. Причиной этому послужила тщательная шлифовка, которую произвел ювелир, с должной, словно отцовской заботой.

– Какое чудо! – Пришла в младенческий восторг Мария. – Этот камень теперь благородных кровей. Это точно! Как Вы его преобразили. Но почему Вы выбрали первым украшением брошь? А рубин покоился в кармане до нужного момента? Какая здесь связь?

– Связь есть всегда! – Тихо ответил Вадим. – Настоящее, это то, что есть на самом деле. Оно задает эскизы для будущего. Конечно, прошлое может влиять на настоящее, но только если Вы в нем застряли своими помыслами. А так, – настоящее все исправляет и преобразует. А теперь я переведу все это в доступную для Вас картину вещей. Посмотрите на брошь. Внутри главного рифленого овала, красуются маленькие лапки, это не простое творение художника, а самое что ни на есть – техническое решение, – это крепление этого самого рубина.

Мария приложила камень к золотому украшению и обомлела от удивления. Слов не было. В голове проносились только мольбы о скорейшем воспоминании тех лет.

– Эта брошь досталась Вашей маме от ее мамы, Вашей бабушки. – Словно в трансе заговорил пугающим голосом ювелир. – Когда Вы были маленькой девочкой, но достаточно смышленой, чтобы осознать эмоциональную связь Вашей мамы и украшения, по случайности камень выпал из глухой закрепки. В тот день Вы приняли к сердцу ту боль и тот ужас, который наполнил Вашу маму. Она очень переживала по этому поводу, но из-за своей суеверности не стала исправлять этот казус, оставив украшение раздвоенным, словно свои мечты и надежды. Это передалось и Вам, но настолько сильно, что Вы запихали эти переживания в самые отдаленные части Вашей памяти, практически забыв общую боль. Это событие было пустяковым, но оставило тайный отпечаток в сознании. Именно поэтому многие люди страдают, от, казалось бы, обычных и незначительных переживаний, так яростно и стихийно, не пытаясь понять, что все это глупо и нелепо. Чувство не нужно избегать, боясь его влияния! Только сам человек влияет на свои эмоции, и никак иначе! – Испытал, разобрал в себе, и понял, что все это пустяк и лишь очередное событие для размышления. Даже горесть потери кого-либо имеет свой обдуманный момент. Когда сила и необходимость жить дальше для себя и окружающих является главенствующей мыслью бытия!

– Да. – Сказала Мария, приняв истину слов. – Мамочка так убивалась по этому поводу, не понимая простой и понятной мудрости: «Золото стирается, камни теряют свой блеск, а душевное спокойствие бесценно всегда!» Жаль я не была тогда одной из героинь мечтательного романа, где маленькая дочь говорит своей маме, что это всего лишь пустяк, когда вокруг любовь близких!

– Так скажите это сейчас! – Утвердительно, но доброжелательно произнес ювелир. – Мысли и слова как энергия, всегда доходят до назначения. Ничего не исчезает бесследно, главное знать в какое русло все это направить.

– Милая моя мама, родненькая моя! – молитвенной интонацией заговорила Мария. – Все это лишь милая случайность. Маленький инцидент, который мы легко и непринужденно прожили. Все как никогда замечательно. Я тебя очень люблю, и знаю, как тебе сейчас спокойно и легко. А метал я переплавлю в новую жизнь, в светлое и только зарождающееся. Старая боль ушла. Ужас превратился в любовь!

Женщина улыбнулась. Ей раньше и в голову не могло прийти, что так легко отпускать старые заплесневелые переживания.

– Вы волшебник! – С пронзительной благодарностью сказала Мария. – Все так гармонично преподнесли мне: воспоминания, правду, нелепость ситуации, и точную хронологию событий. Мне даже не интересно, как Вы все это делаете, я просто верю в доброе начало мира.

Позволив оправиться от ярких впечатлений, ювелир стал доставать одно за одним украшение, проговаривая соответствующее чувство, напоминая события тех времен. Женщина знакомилась по-новому с теми переживаниями. Но ее сердце в этот раз радовалось и пело от ощущения легкости и безмятежности. Она отпускала одно чувство за другим. И это было не замысловатое стирание ненужной информации с носителей памяти, а простой ритуал поднятия настроения. – Милое действие, где человек сам себя лечит от непонятого и навязанного.

– Мы всегда остаемся детьми. – Пояснил Вадим. – И даже в зрелом возрасте нам необходимо объяснять, насколько все проще и лучше в этом мире. Есть одно «Но» – Взрослые, мы не хотим слышать чьи-то банальные разъяснения по поводу простоты жизни, ведь мы такие все серьезные и невозмутимо умные. Именно поэтому так важно учиться разговаривать с собой о простом и обыкновенном. О том, как важно радоваться – просто так и не огорчаться от того, что можно исправить, а если нельзя, то всегда можно начать заново!

Мужчина поднял десятое по счету украшение, это были маленькие сережки, невзрачные на вид для непосвященного зрителя. Но проделанная работа в поиске величия в простом, раскрасила эти крохи красками чьей-то упоительной мысли, изяществом обычного человеческого счастья. Собеседники наслаждались скульптурами вечности по-новому, – без мнения и анализа, без привязывания стереотипов и разновидностей одобрения.

Пропитанная лаской комната и все находящиеся в ней, лицезрели красоту. Милую, обычную и оберегающую спокойствие сердца, – то, что есть на самом деле перед глазами.

– Мне вспомнились строки из стихотворения Тютчева Ф.И. – Задумчиво сказал Вадим – Оно, как нельзя лучше опишет тот восторг личного восприятия, который не передать другому человеку:

…Как сердцу высказать себя?

Другому как понять тебя?

Поймет ли он, чем ты живешь?

Мысль, изреченная есть ложь,

Взрывая, возмутишь ключи,

– Питайся ими— и молчи…

Мария зажмурила глаза. Ей было настолько приятно от тонких и точных совпадений в словах, в событиях и действиях, что она представила себя маленькой девочкой, которая искренне радуется тому, что познает мир, взглядом любознательности и добродушия.

– Эти сережки в прошлом олицетворяют презрение. – Вдруг томный голос Вадима растворил воздушную беспечность Марии. – Думаю Вы уже вспомнили, но я проговорю этот случай для Вас. В возрасте десяти лет, Вы были стремительным ребенком. Это рвение вперед заключалось в юной жадности постижения внутренних талантов. Как и все существующие дети, в отличие от взрослых, Вы не боялись открывать в себе месторождения драгоценных ископаемых – разновидностей вдохновения. Вам не стыдно было петь, танцевать, рисовать, писать, что придет в голову. Вы открывали миру все свое заветное и упоительно интересное. Вас еще не заботили предрассудки взрослого и глупого разума, о том, что как-то не так, не по правилам, не грандиозно, «ВОЗМОЖНО НЕ ПОЛУЧИТСЯ, ТАК КАК ТЫ НЕ ИЗБРАННАЯ». Вы создавали свою историю бытия, – раскрывали интересы души! Вечером, когда Ваша мама занималась делами на кухне, Вы скромно подошли к ней и попытались показать танец, то волшебное действие, которое придумали сами. То, во что вложили душу. Какова же была великая скорбь Вашей души, когда Ваша горячо любимая мама, искривив гримасу отправила Вас прочь. Не желая даже краешком глаза взглянуть на творение маленькой принцессы, так старавшейся показать свою любовь, не общепринятыми объятиями и поцелуями, а нежным и проникновенным танцем Божественной крохи. Вы убежали, заплакали, сильно расстроились и затаили обиду. Она не засела глубокими шрамами на поверхности Ваших мыслей, обида спустилась в сердце, отдавая распоряжение разуму – больше никогда не заниматься такой глупостью, как танцы. Тем более, если они так невероятно злят маму, – самого дорогого человека на свете. Здесь нет ничьей вины. Ни Вашей личной, что усомнились в себе за грубость жизни. Ни Вашей мамы, которая перед самым Вашим приходом к ней, поранила мочку уха, этими самыми сережками, когда-то невероятно ценными для сердца, но ненавистными теперь, из-за маленькой неловкости. Она сняла их и швырнув в шкатулку, на долгие годы, испытав к ним презрение, за личную телесную боль, за обиду на ряд непонятных обстоятельств, сопровождающих это событие, за то, что грубо рявкнула на Вас. В последствии она сожалела. Но даже не попыталась с Вами об этом поговорить. Поговорить и разъяснить, что не со зла. Что причина банальна и очевидна – обычная телесная боль. Думая, что в силу своего возраста, Вы все забудете также быстро, как все это случилось. Она и представить себе не могла, что эта глупая оплошность, эта мимолетная эмоциональная слабость, сможет навсегда перечеркнуть стремление быть талантливой и вдохновленной.

Вадим замолчал, будто прочувствовал всю горечь несправедливости эмоционального разума человека. Нелепость ран от чувств, которые даны свыше!

– Как печально, что нас не учат дублировать обидное себе, только что сказанное кому-то. – Продолжил ювелир. – Это позволило бы понимать, – как можно обидеть хрупкую душу, сказав что-то просто так. Но всегда есть выход, – стоит только успокоиться от непроизвольного гнева, подойти с доброй улыбкой, объяснить, что не со зла, тогда можно изменить все в этом мире. Можно пролить свет на мрак и вернуть любовь к тому, что человек ценит и боготворит. И как прискорбно, что нам не преподают предмет под названием «причина и следствие», где раскрывается главное изречение: «Ваше горе, люди, как следствие обиды на внешнее, – есть порождение лишь внутренних причин». Кто виноват, что он не стал поэтом? Кто виноват, что она не стала стюардессой? Кто-то, что-то сказал или сделал, – это всего лишь отговорки. Это жалкие отмашки лени и неверия в себя.

Мария заплакала. Но ее слезы сопровождались открытой улыбкой. Она вздымала глаза в небеса, посылая свое нежное понимание, свою любовь.

– Все хорошо! Все просто отлично! – Всхлипывая от перемешанных чувств любви, радости и счастья, прошептала женщина. – Мы еще мамочка с тобой станцуем. И каждый шаг будет посвящен нашей любви.

Мария с легкой душою положила сережки ко стальным украшениям.

– Все на переплавку! – Подтвердила она. – К новой жизни! К новому счастью!

Осталось одно колечко. Оно скромно лежало на тряпке, некогда являвшейся свертком. Женщина поднесла его поближе и улыбнулась.

– Это колечко не отшлифовано, как и мое недавнее чувство отвращения на все, что я слышала в начале Ваших историй. – С кротким дуновением лояльности и терпимости, сказала Мария. – Про обиду, про десять чувств, которые находились всегда во мне, но действовали лишь подсознательно, так как я их боялась признать в себе. Замыленное и потемневшее отвращение к тому, что необходимо признать и отпустить.

Женщина подняла кольцо вверх. Она ликовала и теплела в сердце надежду на правильность ее пути.

– Вы были правы во всем! – Продолжила женщина. – Так филигранно проиграть мои чувства, смогли бы только Вы. Десять отшлифованных украшений, как символ принятых, разобранных и отпущенных мною чувств. И одно нетронутое, – чувство, пережитое сейчас, в данный момент, без особых напутствий и наставлений. Словно сама жизнь учит меня изнутри. Я отпускаю отвращение в кучку старого и пройденного. Я буду следовать дальше. Буду знать наверняка, что где-то рядом полное осознание тайн своего бытия.

Мария положила кольцо к остальным безделушкам. К бывшим ярлыкам уныния и озабоченности. В кучу прошлого и ненужного. Она знала, что еще много предстоит пройти, но окончательный результат уже крутился у нее на устах. Ей был важен лишь полный обряд очищения, что позволяет ей сейчас идти к своей мечте. Мечте – просто быть!


НЕПРИЯЗНЬ.


Вечерело. Тени непонятных, но совершенных форм разбавляли уличную прохладу. В местах, где их прикосновения ласкали землю, образовывались необычные защитные слои. В опровержении принятых людьми законов природы, эти мрачные теневые островки подогревали землю, словно укутывали одеялом для сохранения тепла. Почва приятным забвением морщилась от удовольствия. В эти минуты чьей-то заботы и ласки, она совсем позабыла про истинное предназначение – плодить и сохранять, все совершалось само по себе, королева жизни лишь нежилась и вкушала чувство семейного уюта.

Продрогшая от суровой прохлады собака, время от времени перебиралась с места на место, сворачиваясь клубком. Она знала наверняка, что ее собственная энергия, облаченная в естественную шубу, может дополняться и силой внешнего мира. Не ведая основ физики, животное легко распознавало те участки доброжелательной земли, где было тепло и уютно. Она не обладала сверхъестественными способностями, не была напичкана датчиками нановидения, всего-то-навсего – она доверяла вселенной и ее гостеприимству. Собака знала, что не только господствующее солнце давало прямую жизненную энергию, но и все, что не обращалось взору, передавало через себя эту благодать, – солнечную энергию тепла и мира.

Мимо пробегала девушка, озабоченная своими делами по работе. Ей никак не поддавался отчет, который нужно было положить на стол начальника через три дня. Она забыла про ласку своих домашних, про то, что не они перестали питать нежностью девушку, а именно сама она от нее отвернулась на время рабочей суеты. Юная, красивая, невероятно стройная, не по причине постоянных подсчетов калорий и зависимости от изнуряющего спорта, девушку тренировали ее бухгалтерские будни. Вот и в этот раз она совсем забыла про свой обед, аккуратно упакованный в дамскую сумочку. Это нисколько не пугало здоровый и распускающийся цветок, напротив, она имела силу и выносливость пяти штангистов. Стремление своей цели – выстроить хорошую карьеру, помогало ей идти вперед, сохраняя жизнь и гармонию. Но самый главный ее секрет заключался в отношении к жизни. К миру в целом. Она была добра, принимающая все за естественное. Ей даже в голову не приходило, что пока люди – молодые и устремленные вдаль, не от своего гормонального, пока еще, роста, – быстро восстанавливаются и хорошо себя чувствуют, а от стремления жить и познавать, от непроизвольного чистого разума и тела, когда не нужно сетовать на что-либо, притягивая это раковой опухолью на свой здоровый от природы организм.

Девушка не просто так оказалась на этой улице. Пробегая мимо собаки, ее запрограммированный на бухгалтерию мозг, на секунду сдался и впустил странные мысли о сострадании. Странные, потому что она в эти секунды не видела и не слышала ничего, кроме своих расчетов. Но одинокий скрутившийся шерстяной клубок она увидела. Глазки забегали, лаская животное взглядом. Не пытаясь помешать сну собаки, юная особа машинально достала нетронутый обед и разложила его возле спящего животного. Не ведая, не имея на это планов, девушка выполнила намерение голодной псины. Именно верность и благосклонность собаки этому миру, передало ее желание вселенной, которая в свою очередь выстроила череду событий, где юный бухгалтер сыграл свою роль в цепочке событий, под названием – жизнь.

Собака медленно и лениво подняла свою голову. Спокойным движением открыла пасть и ежесекундно проглотила, бережно приготовленный обед. Затем расплылась в улыбке, преображая неестественно морду, и как бы подмигнула небесам, не имея сильного удивления, от исполнения очередного желания. Девушка не заметила этой мимической игры, она просто убежала прочь, на встречу своей привычной рутине. Животное облизнулось и продолжило свой сон, не прилагая усилий на поиск смысла в жизни.

– Любовь есть во всем! – Вдруг сказала Мария, наблюдавшая вечернюю трапезу собаки. – Не бывает чего-то совершенно плохого или отчетливо хорошего. Вот, например, взять эту девушку. Если даже она сегодня кого-то отвергла или не подарила должного внимания, – своему молодому человеку или маме, тем не менее она окутала своим возвышенным чувством эту животину.

– Вы Мария постигаете себя с невероятной скоростью! – С некой похвалой сказал Вадим. – Мудрость можно прочесть в книгах, но познать достоин лишь тот, кто узрит ее в своей жизни. Искусство видеть, проявляется в наблюдательности. И только тот, кто умеет молча смотреть – знает устройство мира насквозь!

– Мне вспомнилась история, которую мне рассказывала мама. – Покопавшись в закромах памяти, продолжила женщина. – «В далекие времена, у одного могущественного шейха было три сына. В совсем детском возрасте, принцы обожали друг друга, поддерживая свое родство любовью и заботой. Юность наградила их дополнительными эмоциями, помимо возвышенных чувств. Младший обрел добродетель. Средний – преданность. А старшему досталось – величие, этому поспособствовали привилегии старшинства и первоочередным правом – управлять семейным имением. В зрелом возрасте произошли естественные преобразования их личностных качеств. Трансформация наследников разукрасилась более яркими и укоренившимися чувствами, – младший свое доброе начало направил на строительство мечети, отдавая все свое время Богу и нуждающимся, средний создал семью, где хранил свое сердце в чарующей неизменности узам родства, старший же постоянно чувствовал тревогу и опасность. Ему везде мерещился подвох со стороны братьев. Имея полную и беспрекословную власть, старший наследник все же опасался потерять бразды правления. Старый и мудрый шейх всегда говорил ему о всеобъемлющей любви, которую он достигнет лишь при познании всех трех сторон их братской связи, где есть – добродетель, преданность и величие. Подобная любовь позволит ему стать великим правителем всех времен и народов. Старший же сын все переиначил в своей голове. Он решил, что если отнимет любовь у своих братьев, то она станет его собственностью, в помощь беспрекословному господству. Не обдумывая своих намерений, он убил младшего брата, спалил дотла мечеть и разогнал прихожан. Вслед за меньшим, последовал средний брат, и его убил тиран, оставив без мужественного плеча, любви родного мужчины и отцовской заботы, – семью убиенного. Мудрость отца не знала границ, поэтому тяжкому преступлению не суждено было пройти незаметно от подозрений на старшего сына. Все попытки свалить личный грех на уличных разбойников обвенчались провалом. Шейх приказал схватить единственного сына и упрятать в мрачную темницу, откуда не было шанса выбраться до скончания веков. Отец знал, что свежие и омытые кровью чувства не позволят сразу осмыслить свои деяния. Он ждал пять лет, прежде чем первый раз навестить убийцу для беседы, – родительское сердце при любом раскладе остается родительским».

Мария внезапно прервала свой рассказ. Она сжала кулачки, потупила свой взгляд на самую теневую и мрачную стену. По ее неестественной позе было понятно, что женщина испытывает сильную эмоциональную связь с героями своего же рассказа. Но не слезы дополняли картину ее негодования, а неприятная гримаса, что расплылась по всему лицу.

– Я всегда в этом месте испытываю неприязнь. – Описала Мария свой немой театр тела. – Не горечь потери и злодеяние родного человека меня возмущают больше всего, а тот факт, что после подлого и бессмысленного убийства, отец решается увидеть подонка. Неприятное чувство охватывает все тело, даже не пытаясь понять зачем шейх решился на такой поступок. Но как говорила моя мама: «Не в личных переживаниях покоится истина жизни, а в осмыслении любви!» Поэтому я специально вспомнила эту историю, чтобы по-новому прочувствовать финал этой трагедии.

Мария взглянула на Вадима, тот мирно и по-доброму улыбался, словно знал итог и значение всех слов из притчи.

– Рассказывайте дальше! – Поддержал ее ювелир. – Не смущайтесь моему непоколебимому состоянию. Несмотря на мой спокойный вид, я, как и Вы чутко проживаю подобное. Я человек, мои чувства не делимы с чувствами природы. Давайте вместе вкусим мудрость этого рассказа.

– Хорошо. – Наконец продолжила Мария. – «Но перед тем, как решиться на свидание с сыном, шейх видел сон, где ему открылась правда прощения и истина любви. Ангел, говорящий с ним во сне, попросил сделать следующее, – подарить свободу убийце, взамен на добродетель и преданность. – Он должен был занять место своих братьев, тем самым восстановить прерванную любовь. – Построить новую мечеть, помогая всем страждущим и нуждающимся, после чего получить прощение Бога. Стать мужем вдове и отцом сиротам, обеспечив их мужественным покровительством, надежным плечом и заботой. Но все эти благие деяния он должен был совершить искренним и раскаявшимся сердцем, о чем ангел наказал молчать шейху. А при показном и наигранном лжечувстве, упрятать старшего сына обратно в еще более глубокое и темное подземелье, до конца дней его, на муки вечные. Никто, кроме самого шейха не знал о настоящем преступнике, ни семья среднего сына, ни люди Аллаха, полюбившие младшего из братьев, посему эта задумка имела смысл сбыться. Старший сын долго рыдал на плече отца после мучительного и странного разговора. Ни его слезы, ни обещания в клятвах о честном искуплении своих грехов не позволили шейху поверить, некогда совершившему зло. По этой причине он поставил шпионить за сыном верных ему людей, пообещав хорошее вознаграждение. Никто не говорит, что устно восстановленный в своем титуле принц испытывал непоколебимую чистоту своих помыслов. На начальном этапе, единственное, что тесно покоилось с чувством вины в его голове, это были – мечты о свободе. Но когда он постиг тяжкий труд в строительстве мечети, где каждый забитый гвоздь был произведен лично им, где постоянная помощь людей, верующих и не очень, но сострадающих горю семьи, тесно соприкасалась с его искренними чувствами. Где выстраданная своим потом, трудом и возвышенными мыслями – любовь к Богу, тесно перекликалась с взглядом на нуждающихся, обездоленных и одиноких в таком большом мире людей. Тогда он узнал любовь младшего брата! Любовь сильную и общую! Любовь вечную и возвышенную! Это были первые ступени к прощению отца и обретения своего сердца. Дальше последовало нечто невообразимое, – хоть он никогда не испытывал тягу к семейным радостям, не знавал нежность милых глаз и тепло родных объятий, принц вкусил всю прелесть тепла близких. Каждый вечер, после изнурительного труда и помощи людям, он имел возможность наслаждаться упоительным семейным уютом, – лаской и заботой жены, которая всегда в нем видела сердце умершего мужа, звонким смехом детей, проникновенным запахом свежеприготовленной пищи, и райской ауры добра и милого единения родных. Так он вобрал в себя любовь среднего брата».

Мария закрыла глаза и представила себе всю эту чарующую картину милого искупления. Прощения, где нет банальных слов: «Прости» и «Я так больше не буду». Она понимала то, что действия, идущие от сердца, перекрывали все слова, мысли и учения, понятия и предубеждения, злость и гнев. Неприязнь исчезла навсегда, не оставляя даже мизерного следа.

– Позвольте я закончу Ваш рассказ. – Сказал Вадим, наблюдая, как женщина тает в изумлении от нового осмысления этой истории.

– Вы слышали ее? – Спросила Мария.

– У этой жизненной притчи нет временных рамок, нет границ интерпретаций ситуации. – Настаивал на свою концовку Вадим. – Любовь есть везде и во всем, стоит лишь присмотреться. А ужасные события описываются для того, чтобы даже из горя люди могли разглядеть ее – любовь общую и всеобъемлющую.

– Конечно продолжайте! – Рассыпаясь в нежности, одобрила женщина.

– Спасибо! – Приняв позу мудрого рассказчика, подхватил продолжение истории ювелир. – «Когда года шейха прошептали ему о приближающихся последних вздохах жизни, он подозвал к себе старшего сына, когда-то совершившего непростительное преступление. Отец признался, что больше ничего не держит его на этой земле. Тогда принц бросился на колени и принялся горько рыдать, прося первый раз за столько лет прощения, в словах своих. «Не говори лишнего, сын мой». – Сказал умирающий отец. – «Слова – это пустое, когда ты совершил немыслимое. – Ты взял на себя смелость познать чужую любовь, тем самым обретая свою душу. Через добродетель и преданность чужих сердечных переживаний, ты открыл себя настоящего, что был рожден миром гармонии и счастья. Все эти испытания, взамен твоей свободы мне предвещал ангел, пришедший мне во сне, явив мудрость и истину. Я до последнего не верил твоему преображению. Навязанное годами мнение о неисчерпаемой подлости людской, не позволяло мне поверить в твою душу, которая спряталась за алчностью и предательством твоего Эго. И только сейчас я принял правду, – ты снова мой сын, в тебе сейчас бьются три сердца! Я спокойно покину этот мир, зная, что благодетель, преданность и величие рода моего останутся на земле этой, в память о нашей семье. Запомни, родной, на всю жизнь, – Лишь тот, кто убил любовь, сможет возродить ее из пепла. Вся прочая, она – другая, новая. И мир устроен так, что эта эстафета не оборвется никогда, после смерти всегда будет возрождение»!

Шейха не стало. Но и его душа воссоединилась с миром старшего сына, – сына своего отца, брата своих братьев.

– Поразительно! – Воскликнула Мария. – Все так и было. Более того, эта история хранится в архиве моего прапрадедушки, который запечатлел ее в летопись своих научных исторических очерков, он был историком и путешественником.

– Как я уже говорил. – Поспешил объяснить свою проницательность Вадим. – Не обязательно знать историю, или какую-нибудь душераздирающую сказку, достаточно понимать простую истину: «Кто видит свет во всем, даже опускаясь на самое мрачное дно, тот знает только одну истину – любовь!»

– Я с Вами полностью согласна! – Поддержала Мария. – Верить в лучшее – это цель человечества. Понимать возвышенное желание вселенной – оберегать род людской – это величайшая драгоценность, которая дана нам. Стоит только ее услышать и принять, – мир всегда будет покровительствовать счастьем и заботой. Замечая тонкости и мелочи этой вселенской заботы, – необходимо нести это в себе постоянно, что позволит встать на путь вечной любви! Путь без темного одиночества, путь без лишнего самопоедания и множества расстройств.

– Наконец-то! – Неоднозначно, но громко крикнул ювелир.

Мария опешила, но вида не подала, зная, что следом возникнет новая идея Вадима, относящаяся к ее поиску своей души.

– Во многих вещах Вы начали видеть позитивные моменты. – Объяснил свой неожиданный возглас мужчина. – Все старое и обычное, серое и бессмысленное, теперь считаете радостным, и имеющим возвышенный смысл. Пора перейти к новой ступени Вашего развития!

Даже для Марии, которая уже привыкла к постоянным фокусам судьбы, которой она сама же и управляла, для той, чье спокойное прозябание жизни превратилось в нескончаемое путешествие сердечных переживаний, – эта новость со следующей ступенью, оказалась полной неожиданностью, немного пугающей, но чарующей.

– Одно дело сидеть и познавать мир по книжкам и беседам. – продолжил Вадим. – Другое – переживания наяву, путешествуя, вкушая все прелести, изыски и загадки мира. Я не говорю сейчас про банальный отпуск по путевке. И это речь не о кругосветке автостопом. Я описываю самое, что ни на есть – таинственное, животрепещущее испытание.

Мария аж подпрыгнула от неожиданности. Она и представить себе не могла, что ее поиски омоются завесой настоящих приключений. Ей неведомы были мысли Вадима, но по его бурной реакции, она понимала, что на горизонте сумасбродство и отвага.

– Я… Я не знаю. Я не готова еще наверно. – Женщина принялась невнятно, что-то бормотать себе под нос. – Как я объясню мужу тот факт, что мы поедем непонятно зачем, непонятно куда, – искать приключения?

– Нет. – Тут же поправил ее ювелир. – Отправиться в путь Вы должны одна!

– Тем более, – это вообще не укладывается у меня в голове! Я, одна. Как я объясню мужу? Он подумает, что я устала от всех, в том числе от него. Что захочу погулять, – развязно оторваться.

Не переживайте! – Поспешил успокоить Вадим. – Когда человек желает чего-то всем сердцем, а я уверен – Вы этого сильно хотите, вселенная сделает все, чтобы помочь ему осуществить это. Вот увидите, муж примет это спокойно и даже сам поможет собрать Вам вещи.

– Если Фред так сделает, то это будет означать, что он сам захочет отдохнуть от меня! – Разгорячилась Мария.

– Успокойтесь родная. Не забывайте, что личную страсть и переживания любви Вы не прожили в полной мере, а поэтому не поддавайтесь своим эмоциям, – это говорит Ваше высокомерие и глупость. Позвольте себе успокоиться и вспомнить, – все это Ваш личный спектакль, где сценарист, режиссер и актер, – это один человек, – Вы! Вот почему зачастую мы боимся сделать шаг, испытывая переживания за надуманное, нами же – мнение близких нам людей. Иногда следует всего лишь попробовать, как тут же нам откроется простота исполнения всего, что задумано. Сами убедитесь, – Ваш муж Вас отпустит с чистым сердцем и спокойной душой, радуясь исполнению Вашего желания. Сам же он объяснит свое решение тем, что будет сохранять быт здесь, пока Вы будите отсутствовать. Вероятнее всего он скажет, что-то вроде того, – что работа не отпустит его. И в конце концов, – это мое беспрекословное задание! Иначе никак! Практика позволит Вам увидеть свой путь обыденности на примере. Думайте сами. Решайте. Можно сдаться и оставить все, как есть.

– Скажите хоть куда я отправлюсь и что за испытания меня ждут. – Практически взмолилась Мария. – Если Ваши слова правда, то мне необходимо знать, ради чего я иду на такой отчаянный поступок.

– Неизведанное всегда дарует личную свободу. Дух приключений и авантюрное воодушевление раскрашивает жизнь теми красками, которые Вы еще не знаете, а их огромное множество, что за всю жизнь не познать. Многие задаются вопросом, – почему ребенок, еще Божественное создание, не испорченное тяжестью личных неудобств, все равно болеет и даже страдает. Это начинает происходить, когда дитя перенимает привычки родителей, потом других взрослых, навлекая на себя устоявшие зачерствевшие страхи взрослого мира. Давно доказанный научный факт: «Чем меньше ребенок похож на родителей, – меньше родственных «примесей», – тем ДНК кристальнее, тем меньше он подвержен болезням, – иммунитет крепче. Но здесь главную роль играет не сам процесс зарождения жизни, когда прописывается ДНК, а уже дальнейшая жизнь, где социальная и эмоциональная дублированность, как побочная программа удаляет жизненный стержень, свой осознанный выбор в жизни. Как на микроуровне – зарождающаяся жизнь собирается из имеющихся кодов, частиц, энергии, также и на макроуровне – родители и социальный строй, через свое НЕУКОСНИТЕЛЬНОЕ воспитание, – лишают ребенка индивидуальности.

Мария поймала паузу недоумения. Вадим, предвидев это, продолжил, разъясняя свои слова:

– Так станьте этим ребенком! – Новой жизнью! Новым счастьем, где место только мечтам и фантазиям. Они непременно сбудутся. Но при одном условии, – если вы перестанете поглощать эти непоколебимые и беспрекословные поучения. Откиньте эти правила и нормы, где Вы всегда обязаны. Жизнь – это личная любовь и радость! Зачем знать наперед, где и когда окажетесь? Неведение – есть детская наивность и волшебная сказка. За поворотом не будет того, что Вы ждете. Там будет лучше и фееричнее. Но что там, – пусть останется тайной!

– Как Вы умеете воодушевлять! – С восторгом сказала Мария. – Я должна попробовать!

– Конечно же да. В своем напоре и яростном намерении – Вы сила и жизнь. Вам подвластна мощь снежинки из китайской мудрости. Где всего лишь одна снежинка, упавшая на лист бамбука, покрытого снегом – сумела его согнуть, когда остальные отчаялись это сделать, бросив свои мечты и усилия.

Мария утвердительно кивнула, показывая всем своим восторженным видом, что она готова на все, лишь бы обрести счастье.

– Вот теперь, когда Вы приняли внутреннее решение, сами, я только намекнул, не открывая всех тайн моей задумки, я раскрою замысел Вашего путешествия. Пункт назначения – Перу. Единственное, что пока скажу, так это – прилет в столицу страны – Лима. Пересадка на местные авиалинии, до Икитоса. Там Вас встретит мой надежный человек, – друг и соратник. Его зовут Джим, что означает – «Он защитит». Я его впервые встретил, когда сам совершал поступки, переменившие мою привычную жизнь. Я старался поглощать своим восприятием все, что встречалось мне на пути, и люди вроде Джима помогали мне в этих странствиях, – являясь некими путеводными ориентирами, с подсказками на избрание верной дороги.

– Это обычная поездка с обучающими моментами? – Заинтересовалась Мария.

– Я же сказал, – это испытание для изменения сознания и восприятия на привычный для Вас мир. Вы пройдете инициацию шамана Перу, под названием – Айяуаска.

Мария чуть ли не рухнула с дивана, где давно уже практически условно сидела, так как ее интерес был на грани взрыва.

Вадим немного опешил. Он понял, что женщина поняла, о чем речь, но ему была не ясна такая молниеносная и нелепая реакция.

– Это же прием отвара, который вызывает галлюцинации. – Прокомментировала Мария свою немую комедию. – Не хватало, чтобы в чужой стране меня пичкали наркотой, не пойми кто, не пойми зачем.

Вадим расхохотался.

– Начитались и наслушались сплетен про местных зазывал, которые затаскивают на отдых в Южную Америку, где для услады впечатлений подсыпают ДМТ, – синтетический психоделический наркотик. Осуждать эти действия мы не будем, так как не наша это история. Я отправляю Вас на приключения, где Вы пройдете неподдельные испытания, – джунгли, медитации, определенное питание только лишь фруктами, прохождение препятствий, жизнь в естественных условиях, где единственный Ваш спутник будет – настоящий шаман, который согласился помочь мне в этом вопросе. Туристов там точно не бывает. И заключительный напиток, который вы выпьете – двенадцатичасовой отвар лианы Банистериопсис каапи, без лишних примесей и добавлений. Но не он раскроет Вам всех тайн, это лишь ритуальное знамя, – а сам путь и испытания, которые очистят Ваш организм, душу и разум.

Мария немного успокоилась. Она опомнилась, только мысли о доверии теперь посещали ее голову. Женщина знала, что от кого, а от ювелира подвоха точно не будет. И если он просит это сделать, то есть веская причина, которая приведет ее к желаемому результату.

– Это путешествие, словно паломничество для верующего человека, где Вы столкнетесь со всеми формами очищения Вашего сознания, тела и духа. – Чистый воздух, дикая природа, новизна впечатлений, загадочность чужеземных народов и великое таинство древних знаний. И никакого шарлатанства ради денег и наживы. Люди, которые Вас будут вести по этому пути, – люди света и чистого просветления. Их единственное желание помочь тем, кто в этом нуждается, но истинно. А именно только такие – искренне страждущие от души своей, могут к ним попасть, по велению сердца и природного пути.

– И когда отбывать? – Уже твердо спросила Мария.

– Через два дня.

Женщина вопросительно взглянула на ювелира.

– Не беспокойтесь. – Пояснил Вадим. – Сейчас не медлите, поднимайтесь и ступайте домой. Там сразу же подойдите к мужу и объясните все, как есть, без лжи и скромных отговорок. Увидите, – он спокойно согласится и не подаст даже вида, питавшего Ваши сомнения.

И поверьте, это путешествие точно расширит Ваше сознание, а оно обычно заключается не в приеме вспомогательных веществ или при прочтении умных книг, а вследствие расширения умений, навыков, способностей, а в дальнейшем личных сверхспособностей. Жизнь за окном – есть истина познаний!

Через пару минут, Мария уже шла по темным улицам, не думая ни о чем. Она жадно впивалась глазами во все, что окружало ее. Одна только мысль сохраняла свои правления в голове женщины: «Я постигаю себя, чтобы узнать мир, а смотрю на мир, чтобы понять, – кто я?»

В эти моменты все словно замерло, приветствуя окрыленную Марию. Вся вселенная старательно предпринимала усилия, для осуществления ее планов.


ГОРЕ.


Редкие прохожие ежились от холода. Странные неведомые силы в вышине разыграли бой своих предпочтений. Одни пускали холодные потоки своих чувств, другие противостояли теплыми и ласкающими все вокруг сердечными массами. Этот бой не был привычным сражением на победителя. Все напоминало детскую возню в игровой форме. Природа точно осознавала, что для рождения чего-то необычного, необходимо перемешать все привычное и стандартное. Небесная творческая мешанина по-разному в этот вечер влияла на людей. – Каждый мог вынести для себя то, что было под стать настроению и личным переживаниям. Погодное волнение не изобретало точных обращений к человечеству, – милых ласк или обидных шалостей, все создавалось для, и во благо, с многогранностью чувств, под каждого и всякого.

Именно поэтому Мария совершенно не замечала прозябшего настроения тех многих, которые спешили поскорее скрыться в свои теплые убежища. Она уже и забыла, когда в последний раз надевала шапку, или куталась в шарф, застегивая все пуговицы до последней. Личное стремление жить, постигать все с любовью, обожать мир таким, каким она же сама для себя и нарисовала, – помогали девушке испытывать внутреннее радостное тепло, неподдающееся никаким законам и явлениям. Да, да! Именно девушке! Весь организм кричал юношеским задором, о крепком здоровье, легких мыслях и любящем сердце.

С этого самого момента, она твердо решила, что будет думать о себе только юными впечатлениями. Все свои старания и ощущения направит на восторг, упоение своей жизнью. Иначе к чему все эти поиски своей цели? Зачем нужны постоянные самокопания и личностное развитие? Ей было ясно одно – здоровое питание, милые мысли, доброе радушие и вера в себя, своих близких и в всеобъемлющую любовь, – одаривают ее молодостью и большим временем для осуществления всех своих заветных желаний. Только гармония и главенствующий баланс могли доставить ее в эту отправную точку, для следования в пункт назначения, – до станции «счастье»!

Вдруг ДЕВУШКА заметила легкий озноб. Она явно уловила небольшую разницу в своих ощущениях. Сделав два шага назад, Мария почувствовала вновь тепло и милое настроение.

– Что-то здесь не так! – Подумала она.

Перейдя вновь к месту, где она испытала неведомый холод, ситуация повторилась.

– Явно, какая-то подсказка.

Немного пораскинув приходящими мыслями, Мария осознала, – что переменчивое настроение куда-то ведет ее. Именно поэтому радостное и согретое внутренним воодушевлением тело, получило такой шоковый удар, в виде холодной пощечины.

Девушка прищурилась, напрягая все свои силы на улучшение зрения.

– Не может быть! – Как бы вскрикнула она.

Путь домой был окружен ярким свечением, разбавленным вязким, словно ватой – туманом. Отчетливая дымка разноцветных переливов ликовала своим хорошим настроением. И это была ее дорога… Но совершенно рядышком, где она только недавно делала свои шаги, то вперед, то назад, – был мрак. Темный, совершенно холодный на вид. Пустой, прозрачный! Не имеющий никакой основы, души. И эта визуальная бездна вела совершенно в другую сторону, во дворы, куда Марии уж точно не нужно было идти.

– Так горько на душе! – Прошептала девушка. – И глаза видят лишь холодные пятна тьмы. Моя дорога домой более приятная и родная, но почему я остановилась и заметила эту дыру своих ощущений? Почему меня так влечет туда? Про похожие эмоции рассказывал Вадим, когда решился помочь мне. Я отчетливо их помню: «Мне сладостно было жить в своем естественном волшебном ритме бытия, но почувствовав, как от Вас повеяло прохладой, я понял – это явная подсказка мне, – я должен Вам помочь, во что бы то ни стало! Холод и неприятные ощущения не всегда отводят от проблем, иногда они притягивают, так как нужна кому-то помощь. И только сердце подскажет, – как себя повести!»

Мария еще несколько минут стояла в оцепенении. Она хотела узнать точный ответ, что же ей сейчас предпринять. – Уйти прочь, к своему счастью, или же окунуться в то, что ждало и манило ее во тьме. Незаметно для нее самой, ноги решительно устремили свои шаги в сторону неизвестности. С каждой новой постановкой ступни, девушка не только кожей ощущала холод, но и все ее нутро ежилось от горестного чувства забвения своей цели. Чем больше в глубь устремлялась она, тем сильнее работала интуиция, которая просто уже кричала о неудачной мысли – довериться своим ощущениям.

– Так, стоп! – Сказала она сама себе утвердительно. – Что за нелепые мысли? Как вообще что-либо сможет мне навредить, когда в моих руках самое главное оружие на земле – любовь и вера в добро? Если меня ведет туда сердце и чья-то просьба о помощи, значит не интуиция, исходящая от сердца меня, останавливает, а банальный страх! Вернее, те остатки этого глупого чувства, которые сложными программами осели в моей голове. Только доверяя своей внутренней правоте, я смогу отыскать мудрость своих переживаний!

Мария больше не мешкала. Стремительная походка раскрывала твердость ее намерения. Искать нужное направление не приходилось, – всепоглощающий холод проникал во все органы девушки, вытаскивая их спокойствие наружу и направляя в нужный вектор. Шаг за шагом, она осознавала свое приближение к неизведанному. Только теперь это были не робкие шаги испуганного животного, а уверенная походка человека, которого направляла сама жизнь! Человека, который осознанно управлял своими эмоциями!

Дикий изнуряющий холод вдруг оборвался. Мария очутилась на открытом пространстве, – это была небольшая детская площадка, окруженная со всех сторон жилыми домами. Двор был наполнен светом и вязким теплом, что подогревал девушку по пути домой. Единственное что разбавляло эту картину – это слабые звуки, доносившиеся из песочницы. Тень от стоящего грибка не давала разглядеть точный силуэт существа, который издавал всхлипывающие звуки. Сама не ожидая такой смелости, Мария двинулась вперед к тени. То ли наполняющий переливами свет внутри двора позволил девушке поверить в хороший исход этих смотрин, то ли необычайное душевное тепло подсказывало о добром начале этой истории, но через пару секунд она стояла возле песочницы.

Изумленная от увиденного, она улыбнулась. Все ее страхи и переживания сопровождались наигранностью личных эмоций. Жуткая картина несуществующего сменилась на простоту обыденного. – В песочнице горько, но очень тихо плакала девочка. Такая маленькая и ранимая на вид.

– Привет солнышко! – Ласково поздоровалась Мария. – И как такое нежное и Божественное создание может так страстно плакать? Уже совершенно поздно! Тебя скорее всего обыскались, милое дитя.

Девушка специально подражала голосу рассказчика сказок, подбирая милые сердцу слова. Все ее существование наполнилось любовью и лаской, чтобы поведать маленькой девочке о ее добром намерениях, что ее совершенно не нужно бояться и стоит довериться.

– Здравствуйте. – Успокаивая свой тихий плач, произнесла в ответ малышка.

Мария присела на корточки простирая руки для приветственного жеста.

– Иди ко мне ангел! – С еще большим трепетом произнесла девушка. – Не стоит здесь так убиваться, когда твои глазки такие нереально красивые и милые. Расскажи мне родная, что случилось? Возможно, мы вместе сможем разрешить твою проблему. А потом я провожу тебя домой. Ты не потерялась?

– Нет. Я не знаю!

Девочка разрыдалась еще сильнее, уже показывая свои эмоции с должным напором, при появлении зрителя, питающего к ней интерес.

– Ну будет тебе милая. Давай я тебя обниму. И ты увидишь, как сразу станет легче. Когда ты ребенок, не следует горевать в одиночестве! Самое правильное решение – тут же поведать о своих переживаниях взрослому. Любое сердце, при виде страдающей малышки, тут же поможет ей, – пожалеет, посоветует, все объяснит.

Мария сама подошла, одной рукой она погладила девочку по головке, другой собрала роскошные кудрявые волосики, вьющиеся на ветру, в один пучок. Девочка повернулась к ней и со всей силой бросилась в объятия. Она уже не плакала навзрыд, рассказывая всему миру о своем душераздирающем горе, а лишь нежно уткнулась своим маленьким носиком в щеку девушки, выказывая свою готовность на исповедь. Малышка ерзала в объятиях так виртуозно, словно сама нежность обнимала ее хрупкое тельце.

– Ну, рассказывай дорогая.

– У меня убежал Тошка. – С последними слезами сказала девочка.

– Это твой друг?

– Да, мой самый лучший на свете друг.

– Мы гуляли вместе, как он вдруг выдернул поводок из моих рук и удрал так резко, что я даже не успела отреагировать.

– Я так понимаю, Тошка – твоя собака.

– Да, очень ласковый и милый щеночек.

– А ты знаешь? – Что даже самые маленькие собачки всегда находят сами дорогу домой! – Решила подбодрить девушка. – И скорее всего он сейчас с твоими родителями, беспокоится о том, что тебя нет рядом.

Девочка крепко-крепко обняла Марию, зарывшись головой в ее руках.

– Я видела, как он попал под машину. – С протяжным звуком заревела снова девочка.

– Он сейчас лежит на дороге?

– Нет, он убежал потом.

– Глупышка. Если он удрал, значит все в порядке – он точно в безопасности!

– Я слышала, как взрослые говорили, что собаки после того, как попадут под машину, из-за шока, могут пробежать еще немного, а потом падают и умирают.

– Ты еще нежный и невинный ангелок, – Божье творение. Не спеши впитывать в себя унылые и бесполезные слова взрослых людей. Они привыкли все сводить к плохому, по своему неверию в доброе начало всего, что нас окружает. Эта жизненная угрюмость не должна становиться твоей правдой! Даже если ты услышишь от кого-либо о том, что нужно готовиться к худшему, чтобы потом не было больно. Не верь! Никогда не верь в эту глупость! Всегда! Слышишь, всегда необходимо верить в лучшее! Даже если мир рушится перед глазами, а ты все равно верь. Думай только о хорошем! Не бери за пример удручающее состояние взрослых – все описать намного хуже, чем оно есть на самом деле! Пускай это будет их правда, их вера, – то они и получат, если до сих пор не поняли, что – как ты думаешь и желаешь, так оно и будет! Именно поэтому свет, тот свет, что освещает доброе чувство – ЛЮБОВЬ, храни его всегда в своем сердце, в своих помыслах, в своей милой и радужной головке. И только в этом случае, весь мир будет идти к тебе взаимностью навстречу – осыпая тебя лишь хорошими делами и событиями.

Мария поднялась и протянула руку малышке.

– Пойдем со мной, покажешь, где живешь. Я точно тебе говорю – твой самый любимый на свете друг ждет тебя, рядом с твоими родителями, которые давным-давно обыскались тебя. Ты главное верь, родная.

– Обещаешь? – Подняв голову, прошептала девочка.

– Честно-честно! Как тебя кстати зовут ангелочек?

– Мария.

Девушка замерла в оцепенении. Но тут же осознав, что своим действием может напугать маленькую девочку зашагала вперед.

– Даже имя, как у меня! – Подумала девушка. – И ситуация у меня была такая же в детстве! Только тогда меня не подбадривали, а утверждали – смириться с потерей. Я помню, как горе, – настоящей скорбью, пропитало меня всю изнутри. Но потом случилось чудо – мой верный друг вернулся домой живой и невредимый. Я до последнего верила в хороший исход этой жуткой истории. И мои мольбы были услышаны!

Теперь не только личная вера и недавно зарожденный оптимизм подсказывали взрослой Марии, что все будет хорошо, но и схожесть жизненных параллелей заражало всю мозговую деятельность, непоколебимым чувством уверенности в своих словах.

– Побежали быстрее! – Прокричала она радостно девочке. – Скорее! Я уже вижу, как твой Тошка радостно виляет хвостом при вашей встрече! Показывай дорогу, мы бежим навстречу добру!

Девочка подхватила задор взрослой спасительницы. Она пустилась со всех ног, не уступая в скорости. Темные и мрачные улицы исчезли из их вида. Любой намек на прохладу и тьму пропали без следа. Все вокруг встречало теплым радушием и разноцветными переливами света. Звонкий смех, двух, казалось бы, равных по возрасту девочек раскатился по всем близлежащим дворам. Возраст уже не играл никакого значения. Их общая искренняя радость делала их равными во всем, в эти прекрасные моменты счастья. Только вера, только общая мысль о любви двигала их вперед. Вперед к осуществлению их совместного желания – жизнь и здравие родного сердцу Тошки.

Когда они добежали до дома девочки, обе резко встали, как вкопанные. Без лишнего движения.

– Мария, Мария. – Звучало где-то вдалеке.

Хотя эти крики доносились на расстоянии вытянутой руки, но новые подруги, связанные одной историей, одним эмоциональным переживанием, не обращали на это никакого внимания. Они как заколдованные смотрели вниз, где у их ног прыгал и вилял хвостиком маленький пушистый комочек. Он словно светился небесным светом. Его ангельский лик умилял настолько, что они обе опустились на колени и начали громко рыдать, обнявшись и впустив в свои объятия виновника торжества, который неугомонно лизал своих самых дорогих на свете людей!

И только немного оправившись от своего взрыва эмоций, пережитых словно в своем детстве, взрослая Мария подняла голову, увидев родителей девочки, которые безуспешно звали свою дочь. Они тряслись от чувства горя, которое постигло их так же, как и маленькую Марию, когда она потеряла своего щенка. Они просто съедали себя изнутри от мыслей, что она уже не вернется, даже в тот момент, когда видели ее перед глазами. Их эмоциональный разум продолжал самобичевание.

– Все хорошо! – Поднявшись, произнесла девушка. – Я ее нашла. Она потеряла свою собаку и бескрайне переживала по этому поводу. Пришлось вернуть ей веру в хорошее, чтобы отправиться домой. Крошка очень перепугалась, что больше никогда не увидит своего друга, так же, как и вы из-за ее отсутствия!

Родители бросились обнимать девочку. Чувство горя улетучилось. Возникший родительский гнев на поведение малышки испарился. Спасительница доброй улыбкой и нежным взглядом смогла объяснить им больше, чем смогли бы ее слова.

Мария стояла в стороне и наблюдала за этой картиной – воссоединение любящей семьи, но не с отстраненным ощущением, она словно была сейчас с ними в одном общем объятии. Опровергая все мыслимые и немыслимые страхи. Накладывая прошлое на настоящее, доказывая свою правоту – в добром начале мира. В эту секунду ей открылась тайна, которую она и так всегда знала: «Вся жизнь, весь мир, вся вселенная – стремится помочь человеку, лишь бы он этого захотел!»

Насладившись своим умилением – самой дорогой находкой, родители подошли к девушке, простирая до бескрайности благодарность в своих глазах.

– Вы наша спасительница! – Сквозь слезы радости прошептала мама девочки. – Дай Бог Вам вечного счастья!

– Нет. Именно вы, ваша вера, вера девочки – спасли эту ситуацию. – С улыбкой сказала Мария. – Я только волшебный инструмент ваших общих желаний. Не более. Всегда помните о том, что мысли о хорошем, вера в добродетель, позитивный настрой – перевернет горы, поможет преодолеть любые преграды, зажжет звезду самых сокровенных намерений, которая будет светить до той поры, пока вы ее сами не погасите! Запомните и передавайте это знание своей дочери. – Это самая ценная вещь на земле – мысль о хорошем!

Мария даже не заметила, как они попрощались. Нет она еще ощущала горячие поцелуи девочки, милые и приятные сердцу родительские слова, влажные руки от благодарного языка маленького щенка, но ее личные переживания, которые всколыхнули воображение, из-за перемешанных чувств прошлого и настоящего, затуманили восприятие реальности. И вот уже совершенно одна, она шла по прелестным улицам своего города, невероятно окрыленная от счастья, домой, где ее ждал самый дорогой и любимый сердцу человек – ее милый Фред.

В этот раз, девушке не приходилось жадно созерцать все вокруг, добавляя себе настроение. Все уже сформировалось у нее внутри, – сознание принимало лишь сочные картинки, приятные мысли, хорошее настроение. Она благодарила Бога за этот чудесный вечер. За радость от простого человеческого счастья. Мысленные потоки благодарности отправлялись прямиком в глубь самого бытия. Ничего не бывает случайно. Никто не влияет на человека извне. Только он вершит свое счастливое настоящее!

– Привет дорогая. – Словно голос из таинственного далека прозвучал в ночи.

Мария обернулась и растаяла в ласковой улыбке. Это был тот, о ком она всю дорогу думала. – Ее горячо любимый муж. Та искра надежды, которая всегда освещала путь. Тот самый луч, что описывается во всех романтических сказаниях, про самую возвышенную и неземную любовь. Сердце нежно затрепетало, – райский ритм из глубин тела не подавал лишних шумов, это была умиротворенная, мелодичная песня источника жизни. Губы непроизвольно обмякли, глаза расширились до обворожительных объемов, щечки порозовели, вдыхая в общую картину юношескую жизнь. Еще пару секунд сладких любований, – все, они уже вместе. Слились в единый силуэт семейной гармонии. Такое упоительное и вкусное счастье объединило их в прочный союз объятий. На земле наступил рай.

– Невероятно! – Прошептал изумленный Фред. – Что с тобой произошло? Ты будто двадцать лет скинула. Эта улыбка, заманчивые глаза, приветливая кожа, обаятельное дыхание. Я не про какие-нибудь банальные изменения и каждодневные комплименты. Я говорю про реальные изменения. Ты словно Божество – светишься любовью!

Мария настолько очаровалась словами, которые прежде никогда не слышала, вернее ее восприятие так их преподносило, что они просто таяли на кончиках ушей, проникая внутрь медовыми раскатами, заполняя всю жизненную пульсацию души.

– Ах! – Практически купаясь в экстатическом состоянии, проронила она.

– Я целый квартал шел за тобой, не веря своим глазам. – Не успокаивался муж. – Я точно знал, – что одежда твоя, черты лица схожи. Но я видел перед собой юную девушку, с необычайно легкой походкой. С мощной внутренней силой, которая была переполнена молодостью и колоссальным здоровьем. И это было так очевидно, что ты вся светилась изнутри.

Мария была просто шокирована тем, насколько ее застенчивый и неразговорчивый мужчина преобразился, и буквально неожиданно начал красноречиво выражаться, окутывая слух ванильными переливами мудрых изречений.

– Дорогой мой мальчик! – Мария нежно улыбнулась. – Да, именно мальчик. Мы всегда будем друг для друга молодыми и красивыми. Наши глаза будут видеть лишь то, что мы пожелаем. Наши губы будут чувствовать только вкус нежности, – стоит этого захотеть. Не время стирает нас, мы сами, своими мыслями торопим себя увядать. Я наконец-то смогла открыть свои глаза по-настоящему, пропуская серость дней, обретая видение сочных красок жизни. Наше существование схоже с нашими прозвищами. Наша жизнь – точная копия наших чувств и мыслей. Как же хорошо быть добрым, любящим, чутким и окрыленным человеком!

– Как ты красиво сказала! – Фред зажмурился от удовольствия. – Теперь и мне открывается правда жизни, – Нежность проявляется не в поглаживаниях с красивыми словами, она схожа с приятным ощущением ребенка, который сладко просыпается, прижав теплое одеяло к лицу, издавая легкое мурлыканье, чувствуя мурашки от удовольствия!

– Да ты прав! – Прошептала изумленная девушка. – Ты меня поражаешь! Где же находился этот романтик, который сейчас выбрался наружу и сразил меня своей нежной игрой слов?

– Мне необязательно было перенимать эту ласку от тебя, выражая сказочными словами – восторженно продолжил Фред. – Я чувствую, как ты меняешься. Я знаю, что твои консультации у таинственного ювелира преображают тебя в полной мере. А как говорят мудрейшие: «Когда человек меняется в лучшую сторону – весь мир меняется по направлению к любви!» Как только ты смогла пересмотреть свои чувственные пути, уча себя мудростью жизни, ты автоматически стала сама наставником, передавая эти знания всем окружающим. Я это вижу, чувствую и с любовью принимаю!

– Так просто быть счастливой и всеми любимой. – Продолжила мысль Мария. – Достаточно всего одной малости – дарить положительные эмоции миру, независимо от состояния души. Вокруг серо и пасмурно, улыбнись – и везде наступит оттепель! Умея оценивать свои эмоции, быть штурманом своих чувств – значит любить себя по-настоящему. А через любовь к себе – откроется истинная любовь к миру.

Я вспомнила одну красивую историю: «Река и водопад были неразлучной парой. Каждый думал, что является единственным и неповторимым для другого. Однажды водопад спросил реку

– За что ты меня любишь?

– За отражение моих красивых изгибов в твоих глазах. – Ответила река.

– А ты меня? – Спросила река водопад.

– За мощное бурление моей стати, которое также, я вижу в твоих глазах».

Мы всегда ищем в мире себя! Только любовь и уважение к себе позволит нам раскрыть душу перед другими!

После этих слов, они долго шли, не спеша по ночному городу. Это была совершенно безмолвная прогулка. В это мгновение не было смысла в лишних словах, достаточно было быть вместе, идти по пустынным улицам, воображая тишину.

Через продолжительное время, виляя разными тропами, они все-таки добрались до своего дома. Остановившись, влюбленные посмотрели друг другу в глаза.

– Мне приснился сон. – Сказал Фред. – Что ты должна уехать. И что это необходимо для твоего пути. Я не представляю, как бы я раньше отпустил тебя, но теперь точно знаю, что должен это сделать, ради нас обоих. Сон был настолько явным и отчетливым, что я поверил в него всем сердцем.

Мария улыбнулась. Это была не улыбка изумления от правдивости слов ювелира, в том, что ей не придется уговаривать мужа в надобности поездки, в одиночном составе. Улыбка означала смирение с мыслью о волшебном и непостижимом мире вокруг нас.

– Жизнь нас любит. И это правда! – Прошептала Мария.

Пара любящих сердец скрылась за подъездной дверью. Им предстояла страстная ночь романтического настроения. Небольшая разлука, на время путешествия Марии по чужой стране. В их распоряжении был сказочный период, который предвещал им только любовь.

Даже сама госпожа луна в эту ночь прикрыла свои глазки. Она была совершенно спокойна, – Мария найдет свое счастье, постигнет любовь чарующую и всеобъемлющую. Но это будет другой день. Другая история. А пока все наслаждались настоящим, не позволяя мыслям оставаться в прошлом или забегать вперед.


ПУТЕШЕСТВИЕ К ИСТОКАМ.

Вторая часть.


ТОСКА.


Ясный и игривый, своими солнечными переливами, день. В окне постоянное движение в одном направлении. Пролетают мирно стоящие группки деревьев, с бешеной скоростью пробегают редкие водные скопления естественной природы. Все мчится. Все куда-то спешит. Земля вообще будто испаряется из-под ног, сменяя равнину на небольшие возвышенности. Есть и небольшое движение одиноких облаков, настолько прозрачных, что их совершенно незаметно. Но их движения вальяжны и степенны. Во всей этой хаотичной картине только одно неизменно для взора – мирно покоящееся голубое небо, – начальный шаблон зарисовок бесконечного космоса, настолько непостижимого и странного, как и природа самого человека.

На самом деле, вся эта скоростная гонка была воображаемой сценой в глазах Марии. Никто, никуда не торопился, вся стать величия мира покоилась в своем привычном состоянии. – Это девушка быстро передвигалась в микроавтобусе, уткнувшись смиренно лбом в стекло. Каждый мускул ее тела был расслаблен. Любые эмоции, которые возникали внутри, там же и оставались, совершая милые отголоски, в виде еле заметной улыбки. Не было беспокойно рыскавших мыслей, – в значении этой поездки, благоприятных условий, по приезду на место. Она не спрашивала себя: как? Зачем? И почему? Все имело свой смысл и уверенность на правильную идею. – Все так, как должно быть!

Все получилось настолько спонтанно, что время на сборы совершенно не запомнилось. Мимолетная идея ювелира, касаемо продолжения поиска счастья, сопряженная с неизведанным путешествием. Фантастически быстрое и благословенное согласие мужа на эту авантюру. – Ведь они были, как парочка попугаев неразлучников. Раньше, один без другого – это неминуемая гибель. А сейчас, здесь, в эту минуту, Мария сидит совершенно одна, рядом пустует место, где обычно сидел Фред, в их совместных поездках.

Автобус плавно проехал поднявшийся шлагбаум, – аэропорт.

Сердце немыслимо яростно забилось в такт мигающей вывески на иностранном языке. Бурный восторг перед неизведанным, поглощал все тихо покоящееся внутри. Радость.

Мария прошла металлоискатель легко и непринужденно. По счастливому случаю, помещение воздушной пристани было на редкость пустынным. Совершенная тишь и спокойствие. До отлета оставалось два часа. Нескончаемый восторг от поездки, совершенно вытеснил естественную потребность. Девушка почувствовала, как ее губы напрочь пересохли. Оглядев разные местные кафе, она устремилась к самому зеленому, по имеющимся там живым насаждениям, различных декоративных растений.

– Если обогащать себя впечатлениями от поездки, то буду придерживаться живой красоты. – Радостно прощебетала Мария, направляясь к «ботаническому саду».

Слабо заметные диванчики, скрытые маленькими экзотическими деревцами, были невероятно мягкими и удобными. Мария присела за столик, позабыв о причине своего визита. Ей хотелось рассмотреть получше красоту, созданную декораторами кафе. Металл, кожа и деревянное убранство словно были единым целым с живыми скульптурами. Растения словно вросли в декор помещения. Мило журчащий фонтанчик, грациозно красующийся посреди кафе, был аккуратно обложен камнями и чем-то похожими на белые кувшинки, держащихся на плаву, имея природный якорь. Вода завораживала, притягивала взгляд настолько сильно, что различий между человеческим произведением и природным естеством не было совершенно никаких.

У стойки был всего один посетитель. Он что-то с улыбкой объяснял продавцу. Тот, потупившись на клиента, только растерянно хлопал глазами. Недоумение обоих от беседы видно было невооруженным взглядом, разница была лишь в том, что посетитель был дружелюбен в каждом своем движении, продавец же постепенно выходил из себя. Это было отчетливо понятно по его резким движениям и все сильнее багровеющему лицу.

Их голоса доносились до Марии в слабых и размытых отголосках. Заинтересовавшись этим комичным рукоплесканием, она подошла к стойке. По нескольким фразам из их странного общения, ситуация прояснилась. – Покупатель был иностранцем, довольно ясными жестами и ломаными русскими словами он объяснял, что ему нужно. Но разъяренный бармен уже в полный голос кричал, что ему надоел этот туповатый чужеземец.

– Добрый день. – С приветливой улыбкой сказала Мария. – Я могу Вам помочь?

– Да такому тугодуму уже никто не поможет! – Чуть ли не с пеной у рта распылялся продавец.

– Если честно, ему помощь не нужна. – Совершенно спокойно продолжила девушка. – Он невероятно ясно произнес фразу, которая отчетливо понятно разъяснила, что ему нужно.

– Неужели этому заморскому бродяге невдомек сходить в другой кафетерий, и найти там свободные уши для своего невнятного вопроса. Нет, он будет стоять и трепать мне нервы.

– Я Вас очень прошу успокойтесь! – Немного изменив голос в более твердое русло, попыталась успокоить бунтаря Мария. – Скорее всего вы здесь служащий. Вероятнее всего вам тяжело досталась эта работа, так как место очень хорошее. Но из-за своей пятиминутной слабости, Вы можете потерять это место. Ведь Вы же не знаете, насколько этот доброжелательный господин может быть влиятельным. Одна жалоба и Вы слетите.

У Марии не было цели – запугать бармена небылицами, единственное ее желание было – успокоить разбушевавшиеся эмоции. И при твердом голосе и вполне возможном исходе, она добилась результата. Недавно свирепствующий молодой человек, смягчил свой гнев и принял человеческий вид.

– Юноша. Я понимаю, что у Вас, что-то случилось в жизни. – Сделала ход конем девушка. – Возможно обычная ссора, или же неприятный случай. В последнее время я не случайно оказываюсь в тех или иных местах, – значит кому-то нужна моя помощь. Вы совершенно милый и обаятельный мужчина, но даже властным и сильным иногда приходится туго.

– Я не нуждаюсь в психологе! – Запротестовал мужчина.

– Не подумайте ничего предосудительного, я не стараюсь умничать, при виде расстроенного человека. Но то, что эту ситуацию можно разрешить спокойно, в пользу Вас – это точно. В человеке самое ценное – сознание. Эмоции переполняют и нас и животных. Зверь зарычит или хвостом завиляет, показывая свое настроение. Человек же может не подать вида – позволяя собеседнику насладиться своим собственным настроением, своими переживаниями. При потере коммуникации, а эмоции – это связь между людьми, искажается передача данных, что влечет за собой негативные последствия.

Мария сама не ожидала от себя такого ясного заключения. Желание помочь в сложившейся ситуации, раскрыло очень доходчивую схему, где были все причины и следствия. Мимолетно сверкнула мысль о том, что только благодаря своему внутреннему спокойствию, она четко видела всю эту беседу, от начала и до конца.

Мужчина не сразу понял смысл слов, мощно ворвавшихся в его привычное состояние, но краешком своей человечности он понимал, что ему действительно, искренне хотят помочь.

– Это наверно сон! – Подумал он. – В этом огромном городе, где бешеная суета, где ритм жизни поглощает все живое и неживое, выплевывая одни огрызки бесформенных существ. Вдруг – она. Обычная, радушная, говорящая приятные и милые сердцу вещи. Я точно должен успокоиться и выслушать. В последнее время, я, как магнит – только и делаю, что притягиваю к себе одно разочарование. Пора задуматься!

– Давайте вначале поможем приветливому иностранцу. – Широко улыбаясь, продолжила Мария. – Он настолько терпеливо и жизнерадостно Вам объясняет о том, что недавно у Вас ел, а по уходу оставил свой билет. Думаю, в этой ситуации, ему следует нервничать.

Девушка так обаятельно захлопала глазами, что бармен растаял в ту же секунду.

– Вы послушайте, как приятно он все объясняет. – Жестом руки Мария попросила зарубежного гостя повторить сказанное.

На этот раз, продавец приковал все свое внимание на посетителя, заглушив свой внутренний диалог. Невероятно быстрые похлопывания губ иностранца отбивали такие смешные звуки, что они казались сродни мурлыканью кошки. В «оркестр» добавлялись раскаты жужжащих и шипящих звуков. Интонация менялась так быстро, что выходила некая мелодия, словно от множества музыкальных инструментов. И при этом ломаная речь доходчиво объясняла смысл вопроса.

Бармен сначала улыбался, а потом и вовсе рассмеялся во весь рот. Он смеялся, держась за живот. Потом вышел из-за стойки и подошел к гостю. Иностранец немного опешил и отошел пару шагов назад, но заметив распростертые руки продавца, вернулся на место.

Все разворачивалось так неожиданно и быстро, что Мария не успела заметить, как недавно разъяренный мужчина, принялся обнимать объект своего жуткого недовольства.

– Что же ты сразу не сказал, родной мой! – Воскликнул со слезами на глазах, от продолжительного смеха бармен. – Я чуть ли с ума не сошел, пока ругался на тебя.

– Вы видите, как важно осознавать значимость эмоциональной составляющей во взаимоотношениях? – Мягко вмешалась Мария. – Порой человек слышит только себя, стоит лишь поддаться своим эмоциям, он перестает чувствовать солнечное тепло, которое всегда согревал его душу. Вы очень чуткий и достаточно ранимый человек, – не стоит уподобляться грубости, Вам она не идет.

Бармен запустил руку под стойку и достал авиабилет. Протянул его довольному иностранцу и еще раз обнял, в знак своей симпатии к этому звонко «журчащему» весельчаку.

– Не теряй больше дружище! – С явным счастьем в голосе крикнул продавец.

Мария хотела уже незаметно покинуть кафе, как совершенно изменившийся, в своем поведении бармен, повел ее за руку обратно за столик.

– Вы же не зря сюда пришли? – Спросил он с вежливой улыбкой.

– Да. – Скромно ответила Мария. – Я хотела купить воды.

Они оба рассмеялись.

– Я Вас угощу. – Благодарность за Вашу проницательность.

– Не стоит, это всего лишь добрый посыл.

– Я просто хочу с Вами поговорить. Уверен Вы сможете мне посоветовать, как выйти из затруднительной ситуации. Теперь я понимаю, как важно доверять людям и их доброму началу – это сродни материнскому слову, которое никогда не навредит чаду.

Мария тут же поймала себя на мысли, как точно утверждение, что если обретаешь какое-то знание, то необходимо им делиться, чтобы накапливать свой потенциал к новым знаниям и новым способностям. Помощь людям всегда обогащает личную духовность, а она в свою очередь наполняет тебя энергией, которая создает шедевры.

Я Вас слушаю. – С посылом доверия произнесла Мария, когда молодой человек вернулся с водой и фруктами. – Только выкладывайте все, как есть, без лишних фантазий.

Бармен заметно нервничал. И по мере приближения момента, когда он заговорит, руки начали хаотично ерзать по ногам, описывая непонятные иероглифы. Он напоминал шамана из театрального представления, который по сценическому образу так корчил лицо, что создавалось впечатление переигранной роли.

– Успокойтесь. – Прикоснувшись плеча с воздушной легкостью, словно вспоминая вкус шоколада, произнесла Мария.

– Со своей девушкой, я встречаюсь два года. Настал такой момент, что ей необходимо уехать на неопределенное время по работе. Это ненадолго, но мы раньше никогда прежде не расставались. Именно поэтому я сам не свой. По этой причине я так рассеян. Не могу думать. Нет желания видеть, слышать, существовать. – Вот почему вышло такое недопонимание с иностранцем.

– Вы совершенно правы. – Поймав нужное русло разговора, начала Мария. – Ваши страхи за разлуку, за возможные последствия: флирт, чужие взгляды, взаимное общение, переполняют Вас. Они блокировали Ваше сознание, поставив на сцену лишь только Ваши взбунтовавшиеся эмоции. В этом спектакле, где нет места для юмора, свою главенствующую роль играет драма. Из-за того, что Вы не умеете успокаиваться, нет самообладания, фобии настолько затемняют Ваше истинное представление о происходящем. Это обычные игры разума, в которые Вы без труда сами же себя и втянули. И пока Вы не осознаете, что внутреннее спокойствие – залог Вашего здоровья, Вы не прочувствуете выход из этой ситуации. И как снежный ком, налепите на себя и ваши отношения еще больше проблем. Которые перерастут в расставание. И это не предсказание, и тем более не обычное запугивание. Это самое настоящее видение человека, который может отстраненно наблюдать за подобной ситуацией. Вы же согласитесь, что только внутреннее спокойствие позволит снайперу сделать точный выстрел на учебных сборах?

От нескончаемого потока информации, который сбил парня с толку, словно пронзительный и мощный напор из брандспойта, бармен раскрыл глаза так широко, что всему сущему на земле стало понятно – он удивлен и озадачен. Но видимо «вода», выпущенная для определенной цели, оказалась живительной, будто сами небеса проронили дождь зарождающегося плодородия.

Мария предвидела, что на изменение сознания, не обязателен нескончаемый напор утверждений и доказательств. Она сказала и замолчала, ожидая осмысления оппонентом, позволив собеседнику в тишине зацепиться за тот край ниточки, который все так пытаются ухватить, не понимая простой вещи: «Тишина рождает личное решение ситуации». Маленькими частичками, пока еще легкой мыслью, слова начали проникать в недра самого начала человеческого понимания.

Бармен улыбнулся и наклонил учтиво голову, выказывая свое восхищение и признание правдивости в словах. Он понимал, что и дальше нужно молчать. А в награду – девушка преподнесет и само решение проблемы.

– У Вас была тоска. – После достаточно долгой паузы, продолжила Мария. – Она вас постигла, когда еще даже не случилась разлука. Ваш разум воспроизвел все эти события, без состоявшегося настоящего. Иллюзия обмана заключается не в фокуснике или фокусе, а в самом зрителе. Не имея реальной ситуации, Вы обрели подсознательную сцену из своей жизни, в которой сейчас прибываете, путая со своей истинной реальностью. Вот почему людям так трудно поверить в эти странные книжки и фильмы, про другие миры и фантастические сновидения, где люди блуждают, не имея возможности вернуться в свой мир. А сами на деле, давным-давно, вовлечены во все эти самые игры разума, где они подчинены кому угодно, но только не себе. Все напрямую зависит от того, на что направлено Ваше сознание, если оно в Ваших руках, – имеет цель для личного продукта, то это Ваша реальность. Если же Вы подвластны чужим мнениям, постоянной навязанной информации, то Вы – не Вы, Ваша реальность – не реальна.

Мария замолчала. По ее виду было понятно, что она отдала частичку себя. Поделилась тем, что помогает натолкнуться на пробуждение, которое сама недавно искала. Ей пришлось выждать еще одну определенную паузу для того, чтобы парень воспроизвел все эти разъяснения, но уже в своей «комнате для рождения идеи».

После того, как странное заклинание, в виде межгалактического диалекта, снова доползло до своего пика восприятия, парень резко встал и куда-то убежал.

Девушка улыбнулась. Было очевидно, что новая порция элементарных вещей должна перевариться так, как обычно воспринимается, как что-то новое и незнакомое.

Парень вернулся. Его вид был настолько озадаченным, что он непроизвольно закатывал глаза, и проделывал ими движения из стороны в сторону, будто перелистывает принятую информацию зрительными нервами.

– Мне все понятно! – Вдруг он сделал заключение. – Но пока только общая картина. Я знаю принцип, когда человеку делают намек, жестко не навязывая своего мнения, и он потом сам, по крупинкам выстраивает необходимый алгоритм действия. Я думаю – приземленное решение мне придет в тишине, возможно дома.

– Совершенно верно! – Радостным голосом сказала Мария. – Человек всегда должен доходить до всего сам. Навязанные: идеология, учение, вера, убеждение – всегда будут встречать отторжение, а вот ненавязчивая мысль, которая как бы невзначай крутится перед глазами или на слуху, всегда дойдет до самого центра сознания, запутывая и включая второстепенный центр управления, иными словами – подсознательно. Вот почему сарафанное радио до сих пор является мощнейшим управлением взглядов. – Эмоции – неразлучная связь человечества.

Девушка придвинулась поближе к бармену и взяла его за руку.

– Я Вас очень прошу, просто заклинаю – подружитесь со своими эмоциями, познайте их силу, а потом подчините себе! Это позволит Вам успокоиться и посмотреть на истинную картину мира, через прямое видение, без искаженных очков. – Словно заговоренная, отчеканила Мария. – А уже в тишине, Ваше тело, Ваш разум и Ваша душа, сами подскажут что для Вас лучше. Я в таком же сейчас положении. Только я решила немножко потосковать по мужу, как жизнь мне подала Вас, на блюдечке с голубой каемочкой. Не имея возможности самой прочувствовать тоску, я через Вашу ситуацию спроектировала помощь нам обоим. Это прекрасное и невероятно упоительное чувство – тоска. Но оно благоприятно, – когда звучит легким отголоском романтического настроения. Когда любовь к самому дорогому на земле человеку дополняется еще одним своим оттенком, в данном случае – это тоска, – необходимо увидеть его, послать ему воздушный поцелуй и проводить глазами, пусть даже до новой встречи, но самое главное – проводить.

Ваша горячо любимая непременно вернется! Только выполнит свои рабочие поручения и вернется. Ваша смелость и мужество всегда заключены в Вашей моральной стати, в стабильных эмоциях и добром отношении к окружающим. При этих качествах, Вам откроются все секреты мира. Вас будут любить все земные и неземные существа. А подаю я это глобально, чтобы чувствовался смехотворно тот масштаб, который заставил Вас пожирать себя изнутри. Эмоциональная стабильность – это работа. Семья – это труд. Здоровье и молодость – это желание и преодоление преград. Создание шедевров – это любовь к себе и окружающему миру, через постоянное служение, на благо человечеству.

Бармен чуть ли не рухнул на месте, после описанной глобализации.

– Направьте лучше свою энергию на любовь к Вашей девушке. Подбодрите ее перед поездкой! Я уверена на сто процентов, что она сейчас еще в более затруднительном положении: мужчина, который пичкает упреками, неизвестность нового места, тяготы поездки, так как они связаны с рабочими моментами, а не с вашим совместным путешествием. Этот беззащитный цветок сейчас замкнут в своих страхах, которые Вы подпитываете и увеличиваете. Ваша милая и родная! Ваша самая любимая и ненаглядная! Вспомните, что до этого момента, Вы готовы были пылинки с нее сдувать. А теперь готовы разрушить целый мир – ваш будущий необъятный мир счастья. Никто и никогда Вас не заставлял полюбить ее, быть с ней, а сейчас злиться на нее так сильно, что аж земля встает под ногами. Только Вы сами всегда находитесь у руля. Только Вы сами строите свою судьбу. Так будьте мужественны принять ситуацию, которая возникла внезапно, или следуйте за ней, сквозь преграды и расстояния. Нет большей глупости для человека, чем сострадать невиданному и неслыханному, разрывая свое сердце, а на деле, даже пальцем не пошевелить, чтобы создать благотворную почву для окружающих. Тоска Вас только раззадорила, преобразовываясь в страх и злость, а должна была переродиться в любовь.

Вы чудо, золото, очень добрый и положительный парень! Не оставляйте свою вторую половинку без поддержки и успокоительных действий. Внушите ей уверенность. Подарите ей свою любовь. Я уверена – она вернется Вам в стократном размере!

Парень кинулся в объятии к Марии. Он рыдал так сильно и искренне, что был похож на маленького ребенка. Вся нежность и открытость этих объятий, со слезами раскрывали всю тайну человеческой наивности, и желание любить и быть любимым.

Мария по-родительски погладила его по голове, шепнув на ухо еще пару слов, которые тут же вернули бармену почву под ногами. Он быстро успокоился и улыбнулся, да так сильно, что непроизвольно хрюкнул. Это вызвало милую паузу, после трудной и заковыристой беседы. Они оба рассмеялись.

Когда Мария уходила, бармен махал рукой, крича постоянное: «Я никогда не забуду Вас и Ваши слова». Были еще слова благодарности, но девушка их уже не слышала. В дымке забытья она направлялась к стойкам регистрации на рейс. Милое и еще более помолодевшее личико, намекало лишь на одно – добрый посыл и помощь, всегда позволяют прикоснуться к Божественному!


ПЕЧАЛЬ.


Регистрацию и таможенный контроль Мария прошла невероятно легко и быстро. Весь секрет заключался в ее новом ощущении обыденного. Если раньше любая очередь вызывала неудобства, а путешествие позиционировалось с долгим и нудным перелетом, сопровождающимся муторными формальностями, то сейчас это случилось, само собой. Будто оно так и должно постоянно случаться. – Мимолетно и незаметно.

Девушка прекрасно понимала всю структуру этой воздушности самого процесса. – Она была погружена в себя, чувствуя только любовь, с которой она делала каждый шаг. Каждая новая мысль, приходящая в голову, сопрягалась лишь с правильностью своих действий.

Довольная происходящим, Мария обошла каждый магазинчик дьюти фри. Не было определенной цели что-то купить или прицениться к чему-либо. Она не сравнивала цены, как это делают многие каждый раз заходя в подобные места. Ей интересен был только один момент – восхищение тем, что улавливал ее взгляд. – Красиво оформленные стенды с продукцией, необычные вывески, дополненные в своей конструкции новизной прогресса, люди, раскованно блуждающие по просторным площадям искусственного мира. Каждый из этих людей имел свою историю, свою цель. Но единственное, что точно их всех объединяло, так это предвкушение покорения неба – то самое невероятное волшебство, о котором и представить не могли люди, лет так пару тысяч назад, когда это было под стать лишь Богам. В те времена, грезы о будущем наводили таинственный шарм, не меньше, чем сейчас, – в том настоящем, в котором уже не удивишь ныне живущих, грезами предков.

Легкие мысли. Милое состояние. Автоматические движения, которые пристегнули ее тело к креслу. Открывая шторку иллюминатора, девушка впустила в салон мощный поток солнечного света. Настолько яркого и отчетливо структурированного, что вся энергия, которая ворвалась с потоками свечения тут же передала содержание царившего восторга за бортом. – Маленькие человеческие фигурки, словно управляемые куколки комедийного театра, потешно выполняли свои функции. В один момент даже показался их сценический образ, походящий на массовку – качания рук над головой, словно они пели песню провожающих, дополняя свою комичность зажженными зажигалками в вытянутых руках. Декорации этого представления постоянно менялись, мимо с бешеной скоростью проезжали непривычные автомобили, – плоские или в виде лестницы, совсем крошечные или под стать игрушечному паровозику, где сумки и чемоданы играли роль вагонов. Но самыми главными, во всем этом храме Мельпомены, конечно же выступали железные птицы. Многообразие которых просто восхищало. Словно пернатые собратья, они пестрили разнообразными окрасами. Размеры так вообще, то поражали своим величием, то умиляли игрушечными мерками.

Тронулся. Совершенно неожиданно появилось личное движение, по отношению к картинкам в иллюминаторе. Умилительное созерцание отключило на небольшой промежуток времени слуховые функции и Мария не услышала запуска двигателей.

Небольшие изящные маневры и самолет стоял уже на изготовке. Впереди только дорога на возвышение. Последние метры земной поверхности и край, дальше лишь воздух – небесная гладь. Легкая эйфория, вакуумный провал личного восторга. Все эмоции направлены на предвкушение прозрачного азарта от беспочвенного пространства.

Первый раз в жизни никакого страха. Вообще не за что и не за кого. Только желание лететь.

Этот восторг потихоньку начал утекать сквозь пальцы, когда справа от Марии пошла явная вибрация. Она сначала посчитала, что это легкие галлюцинации от восхищения перед полетом. Но нет! Это явные физические сотрясения.

Обернувшись по направлению присущего дискомфорта, девушка увидела молодого парня, на которого совсем не обратила внимания, когда он занимал свое место. Тот в буквальном смысле – трясся от напряжения. По парящим искрам вокруг него, было понятно, что напряжение, которое он испытывал – это сильный страх. Настолько мощный, что являлся несъемными кандалами, для дрожащего молодого человека. Он не издавал звуки. Не производил движений, помимо зудящих вибраций от своей фобии. Даже глаза были уставлены в одну точку, но не физического свойства, а внутри себя, в виртуальную и лично стационарную. Внешне парень был полностью отключен от жизненных функций, а внутри его происходили настоящие баталии. Причем такого грандиозного масштаба, что имитировали битву миров. Эта война была давно спродюсирована и виртуозно срежиссирована, поэтому именно сейчас велась по отлаженному сценарию и без каких-либо малейших отклонений.

– Привет! – Звонко пропела Мария.

Повторять не пришлось. Звуки, исходящие от девушки, ворвались в картину сражений незамедлительно, бессовестно коверкая намеченную сцену. Парень остолбенел, но теперь именно внутренне. Все стихло. Не было никаких мощных взрывов в голове, лишь внезапная тишь. Раньше никто и никогда не врывался в его страхи так бесцеремонно. Попытки конечно же были, в виде советов и подсказок со стороны близких и родных, но, чтобы так, пронизывающе точно, что аж привели в некое недоумение.

– Вы мне? – Скромно шепча себе под нос, – вдруг ему показалось, произнес парень, повернувшись к Марии.

– Конечно тебе! – Выбрав тактику родных душ, дабы убрать неловкое состояние молодого человека, сразу перешла на ты девушка. – Куда летишь?

– В…

Парень не мог ничего сказать. Его сознание колебалось, то ли вспомнить предыдущее состояние, так привычное для полетов по бескрайнему, либо все-таки сфокусировать свое внимание на странный объект, только что вернувший ему четкую картину реальной жизни.

– В Перу, я полагаю. – С милой улыбкой сказала Мария. – Ведь я же сама знаю, самолет один и тот же. А спросила, чтобы разбавить паузу юмором.

Молодой человек громко и непроизвольно рассмеялся. Чувствовалось сильнейшее облегчение его эмоциональных струн, натянутых из-за глупого страха. Смех настолько сильно набирал обороты, что рядом сидящие пассажиры обернулись, любопытно вглядываясь в источник внезапного шума.

Многие проживали свои личные переживания по поводу предстоящего взлета. И внезапный взрыв чьих-то эмоций помог им расслабиться от своего скованного настроения, переключив внимание на странного паренька, словно взвизгивающего, как поросенок.

Прочувствовав комичность ситуации, молодой человек заткнул рукой рот. В таком положении и с растянутой улыбкой он проделал полный круг поворота головы, для имитации своих извинений перед салоном за непроизвольный шум. Все приняли его молчаливые объяснения и повернулись обратно, заниматься своими делами.

– Да, совершенно верно! – Немного оправдывающим тоном, свое поведение, ответил юноша. – Конечно же в Перу.

– А цель твоего путешествия?

– Впечатления. Глаза мои – единственное, что вдохновляет на радость. Когда совсем тяжко, я люблю смотреть на красоту, но обязательно новую.

– Это замечательно! – Продолжила Мария. – Перемены всегда благоприятно воздействуют на человека, особенно, если он перенасыщен своим восприятием мира, и ничего больше не заводит воображение.

– Вы тоже летите на встречу новому? – Взял на себя смелость парень.

– Нет. У меня другая миссия. Слава Богу, я научилась довольствоваться малым, превращая это незначительное – в самый настоящий восторг. Ведь радость и счастье только внутри нас. Не будем получать удовольствие от того, что окружает, со временем перестанем вообще воспринимать жизнь, как что-то грандиозное и необычное. Мой полет хоть и связан с неизведанным, что будоражит все мое нутро, но я стремлюсь туда по зову души. Как бы мутновато это не звучало. Я обрела внутреннее спокойствие – это сродни некой связи с Богом.

– Наверно я понимаю, о чем Вы. – Немного неуверенно пробормотал новый знакомый. – У меня друг проделывал что-то подобное, когда встал на какой-то путь. Паломничество, по-моему, совершал. Теперь мы не общаемся. Он стал каким-то светлым, что ли. Невероятно спокойным, отрешенным. Чтобы не случилось вокруг, у него всегда есть положительное мнение на это. Я бы хотел с ним встретиться, хотя бы разок, но не могу удручать его своим присутствием, вечно расстроенного человека.

Марии уже было неважно, о чем они разговаривают, тем более что смысл их беседы ее будоражил. Главной задачей девушки – было отвлечение парня от своих страхов, от предстоящего полета. Она еще никогда не видела подобной положительной реакции, на свои мысли и слова в аналогичных ситуациях. Обычно испуганные – еще больше боялись, а раздраженные – еще больше возмущались. Очередным примером, она осознавала, как важно внутреннее спокойствие, которое приятным образом влияет на людей, делая их эмоциональную связь более мягкой и плодотворной.

– Во-первых – обращайся на ты, – я обычный человек, не имеющий определенных видов на свою важность. А во-вторых – ты очень тонкая и проницательная личность! – С праздным акцентом, произнесла Мария. – Настолько чутко чувствуешь эмоциональное состояние других, но так бесцеремонно разбрасываешься своим, думая, что всем мешаешь, закрываясь в себе. – Это неправильно! Ты тот, кого любит жизнь! Именно поэтому ты ходишь ногами по земле. Именно поэтому у тебя есть возможность внимать все прелести нового и неизведанного, что таятся в этом огромном и очаровательном мире.

– Но мне так тоскливо от мысли, что мало уже, что меня удивляет. – Удрученно произнес парень.

– Мария. – протянула руку девушка, пытаясь снова вернуть парня в колею хорошего настроения.

– Яромир. – Немного смущаясь от своего необычного имени, вежливо ответил юноша.

– Не может быть! – чуть ли не крича, обронила Мария. Не было точных воспоминаний, но она совершенно недавно сталкивалась со значением этого имени, явно созвучного с расшифровкой. – Да ты просто кладезь для моего восхищения. Даже твое имя говорит о том, что ты и мир – единое целое. А ты его отвергаешь мыслями, что он больше тебя не прельщает. Бросай скорее свою жадность по отношению к нему. Он так скучает по твоему наивному и впечатлительному смеху. По твоим очарованным глазам, в которых отражается все величие и праздность красот необъятной вселенной. По твоей широкой груди, что в полном объеме готова вдыхать всю прелесть запахов выдумщицы природы. По милым ушкам, которые навострили свой интерес к многочисленным и прелестным звукам жизни. По твоему доброму и ласковому сердцу, что отбивает ритм, идентичный пульсации всего сущего, – двигателю всего, что только можно себе представить. Ведь снаружи все так, как у тебя внутри, до мельчайших подробностей.

Яромир нежно улыбнулся. Он уже не слышал, как реактивные двигатели набирали мощь, предвещая о своем молниеносном старте. Парень не замечал и того, что многие пассажиры, сидевшие рядом пристально на них, смотрели, слушая упоительную речь девушки. Он был в некой дымке забвения, от странно проникающих мыслей, доходивших до самого центра его внутренней вселенной.

– Вот меня, неожиданно сковала печаль. – Словно стратег, перестроила тему Мария. Она прекрасно понимала, что после похвалы и добрых слов, необходимо обратить на себя внимание, проговаривая свои чувства. А человек, который уже поверил в себя, через положительные отзывы, уж точно постарается разобраться, утешить или хотя бы посоветовать, тем самым – окончательно поставив точку в своих страхах на этот момент, а дальше, как по накатанной – прошлый пример познания и усмирения фобий, перепишет на новый лад последующую эмоциональную историю. – Грусть совсем меня окутала. Будто я неотрывно останусь на земле, дома, со своими милыми впечатлениями.

– Как интересно. – Подхватил парень. – Именно об этом думал и я, до того, как меня сковал жуткий и привычный страх полетов. Я начал анализировать свое удручающее состояние, при том, что совсем недавно, до аэропорта, я был на высоте своего настроения. Меня провожала веселая компания. Да и приветливая атмосфера, в самом самолете, отвлекла меня от разного рода мыслей. Но как только я остался один, единственное, о чем я мог думать, так это о печальном настроении. Я представлял себе свое одиночество, связанное с пустым путешествием. Я пытался почувствовать новые ощущения – странствовать без компании, чего я никогда не делал. Нет. Не было прямых посылок для уныния, но с каждой секундой я видел, как я приближаюсь к неизведанному, отдаляясь от своего привычного и родного. Тем самым я не заметил, как разогнал в себе смесь непонятных эмоций, вогнавших меня в пропасть.

– Раньше были такие сильные переживания?

– Первый раз.

– Вот почему важно осознавать масштаб зависимости от своих чувств, если их впускаешь только по своему желанию, а при случае избегаешь, прячась и делая вид, что это не с тобой. – Подвела итог Мария. – А в моменты, когда остаешься один на один со своим эмоциональным разумом, он пользуется своей долгожданной возможностью – взводит капкан, который не обойти, – запасных вариантов ведь нет, подобное не изучено. А с годами это накладывается плотными слоями, действуя уже на автомате. Эмоции становятся наркотиком, неважно – положительные они или отрицательные, главное – насыщение!

– Это очень даже убедительно, во всяком случае так ясно и доходчиво. – Согласился Яромир. – Но как же от этого уйти? Как обрести личное спокойствие? О котором уже и вспомнить не можешь – было ли оно вообще.

– Если ты хочешь быть ученым – шаг за шагом приучай себя к знаниям. – Немного размыто начала девушка. – Если же твоя задача благодеяние – приучай к доброму себя, с малого: сегодня – улыбка, завтра – милое слово, послезавтра – рука помощи. Также, шаг за шагом. Ну а ежели все твое нутро прониклось расчетами, весь личный стержень настроен на развитие бизнеса – то строй свою империю постепенно, я не говорю о размерах шага, я говорю о скрупулезности подхода – шаг за шагом. Ни в коем случае не путай с жадным стремлением достичь. Холодный разум и голодный желудок подскажет точное решение.

И вот здесь я уже могу подвести к твоему вопросу. – Эмоциональная составляющая твоей жизни не исчезнет никогда. Чувства – это неотъемлемая связь тебя с миром. И чтобы не входить в самопожирающее состояние от своих же эмоций, которые уже огромным комом наваливаются на тебя – работай с ними – шаг за шагом – на любых уровнях. Незначительное ли чувство или всепоглощающее. Разобрав самое маленькое и не беспокоящее, до мельчайших подробностей – ты познаешь, и любую глобальную ситуацию. Только когда знаешь, только тогда владеешь. Нас не учат знать свои эмоции, нас учат им подчиняться.

Ты начал с печали, и не заметил, как совершенно случайно попал в водоворот своих страхов. Но поверь – это было неслучайно, ни неожиданно. Все закономерно и давно отлажено. Только тобой и по личному попустительству. Если человек старается создать искусственный разум, по своему подобию, то давно должен понять, что сам является этим самым разумом – независящим, рациональным, высокотехнологичным. И если не управлять самим собой в должном внутреннем контроле, то это управление поддается инновациям, под названием – автопилот. И кто его знает, как он себя поведет в тех или иных ситуациях. Свои эмоции нужно знать. Любить их. Находиться с ними в гармонии. – Это и называется контролем! Человек – это содружества тела, разума и души. Без споров и перетягиваний одеяла.

Молодой человек хлопал глазами. Он, как только что оперившийся птенец – ожидал очередной порции духовной пищи. Тех мыслей, что пронизывают до любых глубин, тех знаний, что помогают вовремя остановиться и по-новому заглянуть в себя. В то перемешанное и находящееся в запущении.

Он даже не спрашивал про истинную причину печального состояния Марии, о котором она рассказала. Он уже прекрасно осознавал, что это всего лишь связка причин для следствий. Следствий, которые помогли ему посмотреть на свою эмоциональную нестабильность, с другой стороны. Он теперь ясно видел причину своих расстройств – наплевательское отношение к себе и своим жизненным процессам, своим чувствам и отношению к ним. Вся внутренняя сила, поднятая девушкой в парне на поверхность, рассказывала теперь ему, что печаль – это их совместный жизненный урок. Пример того, как можно не замечая малого, довести себя до состояния – «И великое мне уже не по нраву». Печаль не кандалы сердечные, печаль – всего лишь чувство, которое создает сам человек. А раздувать его дальше или нет – дело каждого!

Небольшие плавные покачивания самолета, вернули собеседников к реальности. К той реальности, где железная крылатая птица переносила по воздуху, в своем полом теле людей. С разными взглядами. С невероятными мыслями. С не разделимой внутренней уникальностью и прекрасными внешними данными.

Они смотрели друг на друга и улыбались, так безмятежно и грациозно, как это смог бы только что – самый просветленный пророк на земле. Девушка понимала всю волшебную силу чистой и утонченной мысли, вводящей разумы в транс. Молодой человек вкушал всю помпезность доброго настроя, которое оберегается предвкушением вовлеченности, где любые эмоции не работают по привычке, где личные желания и интерес – правят миром. Миром, который каждый создает сам для себя!

Вдруг наступила гладь во всем. В полете. В общем настроении. Изящные стюардессы обходили пассажиров, даря свои яркие улыбки, ласковые пожелания, хорошее настроение. Свет от естественного светила пробивался в каждый миллиметр внутреннего пространства самолета. Прозвучал напутственный голос командира экипажа, он словно глас с небес, который походил на Божественную песню жизни. – Ясно и без лишних споров, в сознании каждого, – убаюкивал гладким баритоном.

Мария уже отчетливо видела свое завтра. Ведь человек управляющий настоящим – это созидатель. Творец своего «Я»!


ОТЧАЯНИЕ.


Весь полет протекал настолько гармонично, что непривычная тишина и легкое усмирение, ввергло всех в сладкий и легкий сон. И дело было не в паре дремлющих пассажиров, масштаб этого действа поражал. – Все, абсолютно все погрузились в общую эйфорию. Отсутствовали нервно жующие или принимающие алкоголь, для подавления придуманных беспокойств. Да и храпящие машины, конструктивного разлада организма не проявляли своих звуков. По-доброму, в приятном состоянии, воздушный персонал тихо беседовал за своими шторками, словно дома за вечерним семейным обменом информации. И только кабина пилота имела функцию пульсации. Стремление быть точным, возлагало большую ответственность за сидящее за спиной сонное царство. Нескончаемое мерцание панели приборов, то гипнотизировало своей цифровой симфонией, то заставляло отрезвить сознание, передавая важную информацию. А впереди бесконечность. Неопределенность, которая стартует с кучевых облаков, прилипших друг к другу, будто кучка людей на групповом фото. Их продолжение – это рябь остатков водяных паров, напоминающих собой – белоснежное, воздушное свадебное платье, волочащее по земле свой изящный хвост. А дальше голубые просторы. За ними темнеющая бездна, дополняющая свой наряд элегантными стразами небесных тел. Может быть глаз останавливался бы только на познанной атмосфере, но голова инстинктивно поднималась вверх, запрашивая ответов от бесконечности, которая всегда вторила лишь вопросам, умудряясь дать только то, чего хочет познать человек.

Скептик всегда скажет: «Нет, такого не бывает». Открытый для всего человек подумает шире: «Все возможно, главное этого захотеть». Этот полет проносил через бескрайние поля мироздания – ангела. Но не мистификацию, а человека, который своей располагающей улыбкой и добрым взглядом посеял умиротворение и внутренний баланс на всех, кто находился рядом.

Приземление самолета в Лиме происходило на волшебной и необъяснимой основе. Пассажиры до того, как пристегнуть ремни безопасности, медитативно проснулись. Выполнили эту функцию и снова задремали, глаза были открыты, но эмоции спали неуклонно. Все это вызывало некое умиление, хотя «странность» от всего этого не покидала ни на секунду. Миг соприкосновения колес и асфальтированной глади пропустил укоренившуюся благодарность, – аплодисменты отсутствовали, словно пассажиры были уверены в положительном итоге. Все созерцали уравновешенность. Даже полный останов двигателей не побудил бешеные перегонки, за право обладать первым глотком воздуха. И это не выглядело абсурдным, все походило, скорее всего – на цивилизованный скачок во времени. – Люди обладали внутренним спокойствием.

Попрощавшись со своим путником, Мария вступила на землю вопросов и ответов. Все здесь было настолько же сложным, как и простым. Так же обыденным, как и диковинным.

Пройдя все формальности таможенного контроля, девушка устремилась наружу, ее целью были продовольственные покупки – немного фруктов и воды. Хоть она и не понимала, почему маршрут был до Лима, с пересадкой до Икитоса, но это ей импонировало. Чем больше она увидит, тем легче будет сравнить тот рай, что описывается в буклетах турфирм. Она неукоснительно верила в то, что элизиум лишь только внутри себя, где бы ты не находился, и как бы это не описывали. Именно поэтому ближе и дороже всему на свете – место, где ты родился, и именно поэтому только сердце – источник любви к общему.

Посетив пункт размена валюты, Мария устремилась в местную лавку, избегая наценки большого магазина. Именно тут она и встретилась в первый раз с вопиющим разделением классности народа. Поодаль от оживленного места, народ резко, словно меняя сценический образ, становился беднее, обретая вид нищих шкодливых воришек. Но непомерную глубину их довольных взглядов, она заметила сразу. Что говорило о том, что человек должен неукоснительно верить в радость жизни, независимо от того – раб ты или хозяин. Рассчитав девушку, продавец отвесил такую огромную порцию улыбки, что Мария тут же забыла некий дискомфорт от вездесущей нищеты.

Выйдя из лавки, она заметила мужчину, европейского вида, легко улыбающегося и смотрящего прямо на нее. Неловкое состояние, но она ответила взаимным приветствием. Переходя дорогу, ей открылась странная картина – мужчина следовал за ней, шаг за шагом, останавливаясь и продолжая движение ровно за ней, их отделяло расстояние – метров в пятнадцать.

– Возможно мне это кажется? – Как бы про себя пробормотала девушка.

Подходя к зданию аэропорта, она сменила шаг на бег, так как все дошло до абсурда – мужчина уже не скрывал своего явного преследования, всячески улыбался и увеличивал шаг.

– Мария! – Раздался громким эхом мужской голос.

Девушка обернулась на бегу, недавно преследующий тип стоял и махал рукой, крича ее имя, все громче и громче. Представив комичность ее неожиданной реакции, при том, что на улице было большое скопление народа, Мария улыбнулась и затрясла рукой в ответ. Она оставалась неподвижной, дожидаясь пока мужчина дойдет до нее.

– Я Вас приветствую! – С легким акцентом произнес мужчина, поравнявшись с ней. – Простите за мою нелепую форму преследования. Мне было интересно понаблюдать за Вами. Если человек прилетает от Вадима, то это всегда загадочная и очень интересная картина. Скорее всего Вы еще в начале своего пути, раз так отреагировали. Я вызвал у Вас определенные страхи.

У Марии перемешалась вся информация, сказанная незнакомцем. Она вообще не понимала, почему именно этот мужчина, да и почему здесь. Единственное, что было оговорено, так это ее пересадка в этом городе, но никак не встреча. Но одно успокаивало ее точно – человек из ниоткуда назвал ювелира по имени.

– Здравствуйте. – Еле слышно ответила девушка.

– Меня зовут Михаил. – Продолжал мужчина. – Я понимаю Ваше недоумение. – Вы не обговаривали нашу с Вами встречу. Я совершенно случайно из разговора с Вадимом узнал о Вас. И пристыдил по поводу его замалчивания. Я всегда всех его знакомых, а их не так уж и много, встречаю и провожу экскурсию по городу. Знакомлю с местными обычаями и нравами. Во-первых – я всегда рад землякам, родной речи и мышлению из того мира, который когда-то был моим, во плоти, а остался только в сердце, что не вырвешь никогда. А во-вторых – люди, прилетающие от Вадима – непростые люди. Человек, однажды проснувшийся от непробудной спячки своего Эго, прикасаясь к душе, всегда непомерно интересен и востребован. Я сам когда-то встал на данный путь и теперь просто не мыслю своего существования без чистых вибраций! – Я про доброту.

– Мария. Очень приятно! – Немного вникнув в суть дела, расслабилась девушка. – Да, наш общий знакомый умеет удивлять. Даже сейчас, не имея своего причастия к этой встрече, я уверена, он все предвидел и просчитал это.

Они оба улыбнулись, пронизываясь общим секретом, касаемо своих общих переживаний по отношению к ювелиру – человеку из народа, и в то же время, словно высшему существу из другого измерения.

– Так Вы позволите Вас задержать в этих краях? – Не имея власти, но очень убедительно продолжал Михаил. – Обещаю, Вам будет полезно для внутреннего развития, да и просто, для разграничения самой сути путешествия.

– Не могу найти хотя бы одну причину, чтобы отказаться. – С воздушной легкостью в голосе, произнесла Мария. – Очень хочется как можно шире взглянуть на мир, через обновившееся видение.

– Вы ничего нового не увидите, смотря на мир во внешнем его проявлении. Например, этот замечательный город – столица загадочной страны, страны куда съезжаются туристы на поиски расширения сознания или же обычного курортного отдыха. Так вот, в самом центре этого рая, выстроена стена, которая разделяет народы на их социальные различия. Имеет личностный рост достаток – добро пожаловать в районы с лучшей жизнью. Нет – будьте добры купаться в своей нищете, но только за пределами забора с колючей проволокой. И при всем при этом, в каждом районе есть своя радость и любовь, все зависит от богатства, именно внутреннего мира. Но об этом потом. Пока я Вас размещу с удобствами и все покажу здесь.

– Я с удовольствием приняла бы ванну.

– Тогда идем за Вашим багажом и в путь.

Машина, на которой они ехали, не двусмысленно отдавала российским шармом. Хоть это и был старенький немец, повидавший многое за свою добросовестную эксплуатацию, но это была всего-навсего технологическая начинка – внешнее проявление автомобиля. А вот сердцем служил не двигатель, и не аккумулятор, а душа водителя, которая всем своим естеством пропитала этот маленький фургончик. Такие обязательные атрибуты, как иконки, флажки родной страны, собачки с качающимися головами, автомобильные наклейки с шоферским юмором, невероятно по родному вписывались в интерьер этого ретро автомобиля. Даже линолеум под ногами, заменяющий автоковролин, невероятно мило радовал глаз. Чтобы осмотреть этот музей ностальгии, Марии пришлось постоянно крутить головой, то открывая рот от умиления, то сладко улыбаясь.

– Это мой островок родины. – Заметив повышенный интерес девушки, прокомментировал Михаил. – Причем, не из-за моей шоферской принадлежности, или желания нелепо украсить машину. Я это сделал намеренно и с явным акцентом на перебор. В России, при прошлой своей жизни, я просто жутко раздражался при виде такого внутреннего украшения. Но сейчас вся эта нелепость просто кричит мне, как раньше я был не прав – странные и по-детски наивные нелепости так порой согревают душу, что и всего золота мира не нужно. Хочу заметить, это не ностальгия, как Вам могло показаться, я не вдаюсь в воспоминания, как советует весь мудрейший свет просветления. Это просто пятно моей виртуальной реальности, в которую я вхожу самым наипростейшим способом – сажусь в автомобиль и путешествую по родным краям.

Мужчина так широко и забвенно улыбнулся, что всем своим видом подтвердил свои слова – он сейчас действительно находился в настроении: «Я прогуливаюсь по местам, где родился». Мария постаралась подключиться к его состоянию, смотря то на него, то на красочное убранство авто, – бац! Легкое помутнение, ватное состояние тела. Но мозг заработал более отчетливее, чем прежде – цвета наполнились живой сочностью, появились четкие звуки, не имеющие отношения к обыденности. И на конец всего этого сумасшествия, открылась картинка, такая реальная и правдоподобная, что девушка вздрогнула.

– Не пугайтесь! – Успокоил мужчина. – Этот проектор всегда переворачивает голову с ног на голову в первый раз. Но потом привыкаешь. Как сны. Люди всегда хотели укротить эти кадры из подсознания, но лишь немногим это удается, а секрет только в вере на начальном этапе, потом на знании – твердой уверенности в своих способностях, а потом в постоянной практике видения снов под своим контролем. Кто-то скажет, что это все абсурд – лишняя и сто раз проговоренная информация в течение своего бодрствования, неутомимая и неисчерпаемая энергия, которая возвращается во сне, как запись на подкорке. Но только думающий человек, не откидывающий ни одну из теорий жизни, ответит – Сон – это подсказки, которые не хочет принять человек в реальности. Они словно упертые родственники, пытаются раскрыть хоть немного тайн бытия. Естественно, когда «Я сам все знаю» и «Это воображение глупостей», все это остается за кадром, не прочитанным и непознанным.

– Я перестала видеть сны, практически. – Постаралась описать свои ощущения, по поводу сказанного Мария.

– Это прекрасно! Вы начали видеть и слышать здесь и сейчас. Вам не нужны теперь замысловатые подсказки. Все можете читать между строк реальной жизни. Если Вы ее ощущаете реальной?

– О да! Более чем.

– Ну вот видите. – Не многозначно сказал Михаил, нахмурив брови. – Но есть еще один способ видеть сны, – это способ осознанного управления всех струн своей жизни, своего пути и своих желаний. Здесь нужны конечно же практики и непоколебимое знание. Вы к этому придете, обязательно! Это то, к чему стремиться все человечество – искусственно созданная, компьютерная виртуальная реальность. Только здесь не нужны технологии. Технология – это сам человек, его душа, тело, разум. Именно гармония помогает путешествовать по просторам своих мечтаний, которые не так уж и далеки. Нужна-то всего малость – обратить внимание на детей, которым запретили смотреть телевизор или играть в планшет. Они сразу же отправляются на поиски воплощений своих фантазий, раскрашивая мир так, как этого хочет их истинная сущность. А взрослые зачастую не допускают даже в мыслях такое проявление. Оно кажется им смешным и нелепым. Неправдивым и абсурдным. Не получая должного, следуя за мечтой, они бросаются в уныние, истерики, самопожирание и в итоге – в эмоциональный диссонанс. И лишь тот, кто в это верит, давно определил для себя истину: «Для воплощения своих намерений необходимо лишь следовать к цели, а при мысли, что все тщетно – включать свою внутреннюю виртуальную реальность, свои фантазии, помогающие снова поверить и вновь обрести силы». Жить нужно не целью, это всего лишь атрибут мотивации, а жить необходимо ради самой жизни. Дорога всегда интереснее конечной точки, за которой появится еще одна и так далее, до бесконечности.

Мария почувствовала дежавю. То ли она уже с этим соприкасалась, либо это играло ее воображение, а может все было схоже с манерой общения в компании ювелира. Но факт того, что перед ней разыгралась картина, имеющая свои очертания в ее памяти, оставался фактом.

Погода была замечательной. В открытое окно доносились цветущие запахи. Мария выставила руку из машины, простирая ладонь к небу. Покачивая кистью, она почувствовала воздушные волны. Энергию встречающегося ветра, его силу и стремление поиграть. Девушка вообразила себе, что ее рука – это серфингист, скользящий по волнам. Волны в ее воображении обретали структуру препятствий, которые встречались в жизни, а умение держаться на доске и изящно скользить по водному пути – это был опыт, стремление жить, радость ко всему, что может существовать. Она отчетливо видела картину структуры бытия, где не сопротивление преградам позволяло находить верные решения, а степенное и профессиональное умение обходить эти преграды. Рука мягко и изящно изгибалась по ходу воздушных потоков, наполняя свои движения волшебной мягкостью. Ветер это чувствовал, он понимал, что каждая мышца девушки, каждая частичка ее тела, вплоть до энергетической структуры – слились с энергией воздушных масс. Ветер принимал Марию за свою. Они чувствовали свое единение и родство. А в некоторые временные промежутки, им становилось понятно, что они – единое целое.

Автомобиль остановился, незаметно для Марии. Она еще прибывала в некой эйфории, когда Михаил открывал ей дверь.

– Прошу Вас! – Учтиво протягивая руку, пригласил выйти мужчина. – Прежде чем мы доберемся до моего дома, я хочу познакомить Вас с многогранностью этого города. Лима- кулинарная столица обеих Америк, здесь можно встретить рестораны практически всех кухонь мира. Но так как мы с Вами за здоровое питание, я уверен, то приглашаю Вас в самую изысканную кухню этого континента. Все только натуральное, легкое: овощи, фрукты, но приготовлено сродни высшим произведениям гурманского мира. Но будет небольшой сюрприз. Мы в Перу, ресторан японской кухни, а шеф повар – армянин, мой прекраснейший друг и единомышленник. Он для своих творит такие чудеса с витаминными произведениями искусств, что сознание начинает вибрировать на высших частотах, что ни одна духовная практика не сотворит подобное.

Михаил звонко и искренне засмеялся, тем самым намекая, что иногда можно опускаться на землю и предаваться всем радостям, которые позволяют наслаждаться всеми тонкостями этого мира, забывая про цель, учение, внутренние спектакли и все то, что переключило мышление на определенном возрастном промежутке времени.

Они присели в самом спокойном уголке довольно людного места. Спокойный и умиротворенный интерьер перекликался с поварскими островками, где тут же при посетителях готовились их блюда. Жизнь в этом месте кипела очень бурно. Все передавало странную и вездесущую нужду в пище, тот коловорот, который проделывал отверстия в любых понятиях и нравоучениях. Еда в современном мире имела главенствующую роль. Она указывала множество вариантов развития событий – здоровье, не здоровье, атлетичность, тучность, радость или мучение.

– Этот островок среди хаоса имеет свой секрет. – Сказал о чем-то непонятном Михаил.

Не успев договорить, новый друг щелкнул пальцами, как в тот же миг их отгородила шторка, от всего остального мира. Создавалось впечатление, что она сама проделывала все эти движения, но легкий оттенок согнувшегося человека, за плотностью материи, выдавал настоящую причину этого шарма. Над столом включился свет, не имеющий земных цветов. Он постоянно переливался, не давая возможности определить его структуру. Ощущения были не в смене оттенков, а в переменах тяжести самого восприятия. То обволакивая легкой туманностью, то нависая плотным слоем очарования.

Мария даже и не пыталась вспомнить о первоначальной идее посетить это место. Не было ощущений пустого желудка. Не беспокоила постоянная привычка насыщения. Она просто наслаждалась тем, что сейчас разыгрывалось в ее голове и сердце. Она явно осознавала всю простоту личного счастья, где для радости не обязательно было трогать, иметь или достигать, достаточно было наслаждаться увиденным, услышанным и слегка осязаемым.

Заиграла тихая мелодия, заставляющая тело расслабиться до самых глубинных истоков. Она не звучала из далека, не пробивалась и из ресторанных динамиков. Музыка приятно исходила из внутреннего пространства, где сидели, укрывшись от остального мира собеседники. Так все было необычно и таинственно, что иногда не укладывалось в голове.

Пелена потустороннего спала с глаз, когда распахнулась шторка и официант внес в райский уголок овощные и фруктовые деликатесы, не отнимая своего внимания от самого красочного блюда, где по всей видимости красовались исключительно морепродукты. Мария вкусила аромат божественной пищи. Она позволила себе попробовать сразу же все изыски растительной пищи. Но поистине манящим видом для нее была тарелка с загадочными формами рыбного меню. Девушка попробовала самый нежный и легкий на ощупь кусочек. Он тут же растопился на языке, обволакивая всю ротовую полость, проникая глубже, стекая обалденными отголосками послевкусия в самую сердцевину вкусовых предпочтений. Девушка прикрыла глаза, она не чувствовала своих ног, затем эти ощущения перекинулись на всю нижнюю часть тела. Еще минута. И все. Полностью весь организм погрузился в забытье.

Сколько прошло времени Мария не знала. Но открывшиеся глаза подчеркнули фальшивые впечатления от увиденного. – Плотного занавеса, который отделял ее стол от общего зала не было. Музыка звучала уже более ритмичная, не умиляя восприятие, и исключительно из ресторанных динамиков. Стол был накрыт только морепродуктами, без каких-либо намеков на растительную пищу. Но когда девушка повернула глаза в сторону места, где сидел ее новый знакомый… В голове произошла нелепая сцена отупения. Она несколько минут смотрела на пустое место, не шевелясь и не пытаясь даже это объяснить.

– Как он так быстро и незаметно удалился? И что за игра воображения с моим столом? – Как бы про себя, спросила Мария, очнувшись от стопора – Что опять за сцены немыслимого и странного?

Она допускала мысль, что Михаил мог удалиться в туалет, пока она плавала в дымке своего удовольствия. Но слишком много было несоответствий с ее реальными ощущениями. Девушка, после получасового пребывания в одиночестве, поднялась, глазами нашла официанта, обслуживающего ее стол, и направилась к нему. Странными жестами она начала показывать целую головоломку своего вопроса. Но потом вспомнив, что знает несколько слов из английского языка, попыталась узнать, где ее знакомый. Официант, по-видимому, знал хорошо английский. Приняв все корявые слова и фразы, он обработал информацию и выдал, что не видел никакого такого знакомого, утверждая, что она была одна.

Мария незамедлительно отошла от молодого лгуна, чтобы проверить мужскую уборную. У нее в голове была единственная идея фикс, о том, что официант обычный невежда, которому не было дела до состава компании, сидевшей за столиком, который он обслуживал. Но после того, как она набралась смелости проверить мужской туалет, проследовала туда. Она просто не знала, как описать пустое помещение. Ее не волновала вся нелепость ситуации и то, что она ворвалась в мужской туалет из-за мимолетной слабости в своих переживаниях. Единственное, что ее сейчас волновало, так это проверить парковку, где Михаил припарковал свой автомобиль. Проходя последние метры помещения до выхода из ресторана, девушку охватило легкое отчаяние. Она остановилась, не решаясь взяться за ручку двери. Но странные внутренние силы, которые теперь присутствовали в ней постоянно, вне зависимости от ее желания, побудили открыть дверь. Все произошло так быстро, что она не успела опомниться, как очутилась возле места, ранее припаркованного автомобиля Михаила.

Все оборвалось внутри. Теперь уже явное и нестерпимо сильное отчаяние охватило ее. Она не понимала, что происходит. Где Михаил, его машина и естественно все ее вещи? Куда ей теперь податься? Что делать? Кто он вообще такой?

Отчаяние. Нестерпимо жуткое отчаяние душило все ее внутреннее состояние, которое передавалось телу, неподвижному и оцепеневшему из-за заблокированного сознания, которое заштриховывалось помехами, от переполнявших чувств, и непосредственно самого главного – отчаяния!

Возможно, это продолжалось бы вечно, но она вспомнила про свою силу. – Про новый дар, который с таким трудом дается, но все-таки прибывает и наполняет ее жизненный стержень. Не меняя положения – стоя на ногах, в нелепо удивленной позе, Мария закрыла глаза. Она стала перелистывать альбом своих воспоминаний о приобретенной энергии. Нашла! Точно он. На странице фотокарточек с милыми беседами в компании Вадима, Мария отчетливо увидела дверь, такую ясную и с выраженными контурами ее очертания, что остальная прорисовка воспоминаний была тусклой и размытой. Пока еще плотная и тяжелая дверь с трудом поддавалась стараниям открыть ее. Но все упертое состояние разума кричало об этой необходимости. Где-то там на задворках мышления, она помнила, что воспоминания не ведут ни к чему хорошему. Лишь только настоящее и его человеческое воплощение смогут справиться с любой преградой. Но нестерпимое отчаяние, уже довольно обновленной и сильной Марии, настолько заблокировали ее жизненные функции, что мозг отказывался обрабатывать любую информацию, кроме воспоминаний. Да и само тело потеряло какую-либо связь с нервными окончаниями, а соответственно и в самом «процессоре» не догадывались о полной остановке жизнедеятельности организма.

Вдруг Мария совершенно явно ощутила картину своего воображения, где она сравнивала себя с машиной, у которой заканчивается жизнеобеспечение, а главный компьютер из последних сил начинает копаться в анализе решения проблемы. Эта навеянное видение тут же вернуло ее на землю. Нужная дверь открылась. А там…

Обычная жизнь, без каких-либо наставлений и дорог самопознания. Ласковая природа, покрывающая все живое своей заботой и вниманием. Яркие и живые краски, без подменного цифрового видения. Только просторы полей и гладь речных массивов. Горных перевалов и лесных островков живописного края. Чувство покорения и осмысление живого и пульсирующего. Страстные походы. Добрые беседы у костра. Дорогие сердцу попутчики. И один из них, имеющий внешность схожую на нее. Точно – это она и есть. Что-то пытается сказать сама себе. Шепот, но такой нежный и приятный:

– Любовь! Все в этой жизни – лишь любовь! Необъятная и всеобъемлющая. Без какого-либо понимания и познания. Она есть во всем. Есть везде. Ее не нужно достигать или добиваться, любовь просто ждет, когда ты обратишь на нее внимание, но четкое и истинное. А через открытость к любви, твое сердце сможет найти любые ответы, на вопросы неугомонного баловника и шутника – разума.

Марию окатило кипятком, который заполнил все ее внутренности, все ее существо. Она полностью очнулась. Полностью пришла в себя. Глаза открылись, так медленно и торжественно, что вслед за ними включилось и все тело. Она сразу же вспомнила, что за столиком оставила сумочку. Что она сильный и разумный человек. Что никто, ничто и никогда не сможет сбить ее с толку, как бы ее эмоции не шутили над ней.

Отчаяние растворилось в своей же лужи уныния и глупости. На смену ему пришло ясное осознание происходящего. Все сомнения развеялись, кратковременная истерика скрылась за поворотом чувств. Мария ровным и спокойным шагом направилась в ресторан.


ОГОРЧЕНИЕ.


Сильные и уже уверенные руки легко открыли дверь. Глаза сфокусировались так точно, что ни одна деталь не ускользала из-под их контроля. Слух отличался своим острым настроем, непоколебимо улавливающий любой шорох за километр. Теперь Мария ощутила явные изменения в помещении. Интерьер словно поменял свои оттенки и месторасположение. Персонал был одет совершенно в другую униформу. Музыка отбивала бодрый ритм, напрочь отличающийся от предыдущей лирики. А свет и вовсе переменился – основной поток проникал из открытых окон, разливаясь по всему внутреннему периметру. И лишь в труднодоступных местах, включали свою помощь искусственные светильники, имеющие холодный и пронизывающий свет.

Девушка уверенной походкой направилась к своему столику. Она сразу заметила, что там сидит мужчина. Лица его не было видно, он сидел спиной. Вернув себе холодный рассудок, она сразу же разобралась в происшедшем. Присев за столик, Мария убедилась в своих новых устных утверждениях. Лицо мужчины было совершенно другим, не тем, что встречало ее в аэропорту. Но она была твердо уверена, что перед ней сидит Михаил. Так подсказывала ей сила, уверенно покоящаяся у нее внутри, горячего и наполненного жизнью сердца.

– Вы пришли. – Спокойно и, между прочим, произнес мужчина. – Это очень хорошо, что Вы научились справляться со своими эмоциями.

– Вы значит в курсе? Я странно себя вела?

– Нет! – Мило улыбаясь, ответил собеседник. – Вы даже ко мне не подходили, после Вашего ухода. Весь Ваш спектакль произошел на улице и на парковке. Человек, что Вас преследует – это Ваш личный демон, который никак не хочет Вас отпускать. Заманивая в прошлую жизнь, где по его видениям так сладко и легко, где всегда весело и беззаботно.

И только сейчас Мария вспомнила, что помимо рыбного ассорти, на столе стояли мясные деликатесы, сладкое и алкоголь.

– Он всячески показывает Вам прелести жизни. Того рая, что находится на земле, где вино рекой, пища, как манна небесная, и даже психотропные вещества – помогают облегчать жизнь. А если говорить честно, то именно Вы сами себе, через этого персонажа, намекаете о возвращении обратно, где всегда разгульно и позитивно. Только сам человек, внутри себя – есть программа, Бог, Вселенная, мироздание. Вся Ваша сущность тянется к приземлению, к разрушению. – Наесть, напить, набрать, пересытить, перевернуть, залить, засыпать – забыться. Ведь путь праведника – очень тяжел и тернист. Чтобы заниматься любимым делом – необходимо следовать и делать. А кому интересен Ваш труд, за который Вы получите величие и любовь. Любому проявлению достаточно лишь получить от Вас эмоцию, а как известно – негативное переживание достигается легко и непринужденно! Вот и получаются игры разума, где человек от потери сознания бросается из крайности в крайность.

Мария замерла от некого физического паралича, а связан он был с отчетливой картинкой лица Сергея, что первый раз повстречался ей на балу, потом не раз показывался, видоизменяя внешность. И все время мягко стелил, уговаривая и убаюкивая.

– Так значит это мой личный демон? – Робко спросила девушка.

– Он самый. И назвать его можно, как угодно. Все будет зависеть от фантазии, после прочитанного или увиденного, услышанного или навязанного. Кто называет его сущностью, кто низкой вибрацией, возможны варианты – дьявол, искуситель, животное начало. Я скажу проще – это все Вы сама и есть. Ваша игра, Ваши правила. Порождение Вашего сознания, личная виртуальная реальность. Пляшите, как хотите. Для этого и даны душа, тело и разум, чтобы сотрудничать с сознанием, конструируя баланс. Как у природы свой, так и у Вас должен быть свой. Хочешь – под забором валяйся, распивая недопитое. Желаешь – вгоняй себя в наркотический транс, приобретая знание самообмана. Переешь или перетренируйся. Все твое. Все ради самого себя. Мысли, действия, мировоззрение, состояние, ощущения – это только ты и никто больше!

– Он исчезнет когда-нибудь? – Попыталась успокоить себя Мария.

– Не выйдет, просто так выйти сухой из воды. Это именно Ваше желание – просветление. Осознание, да назовите как хотите, только помните – это путь очищения, не более. А при чистке всегда трудно и болезненно. Так что, чтобы он исчез, придется с ним побороться. Во всем есть соперники. А вот как Вы к этому относитесь – это логика Вашего разума. Иначе бы давно были блаженной и спокойно, пребывали бы в свете. Значит не все тараканы вышли из-за пазухи, раз так Вас трясет и мерещиться всякое. Больше верьте в милое и волшебное. В любое и странное. В самое невиданное и непознанное, – тогда проще будет воспринимать любое проявление жизни. Сумасшествие не в странности и вере, а в страхах. В эмоциональной нестабильности. Не желудок делает человека умным, а мышцы сильным. Дух и улыбка – есть жизнь. Как не крути, но важность ко всему пока тяготит Ваш путь. Легче относитесь ко всему, милее и добрее. Плохо, жутко, страшно, раздражает, выводит из себя – работайте внутри себя, не выпячивайте в свет, где тут же спровоцируете ответную реакцию. Но даже если вышли за рамки Ваших эмоции, мысли, действия – исправляйте, меняйтесь, созидайте хорошее. Это и есть путь силы. Это и есть равновесие.

– Я поняла. – Уже более твердо сказала Мария. – Многое еще придется доосмыслить. Но общие очертания давно созрели во мне и помогают двигаться дальше. Иногда даже смешно оборачиваться назад, где одно заедала другим, чтобы стало легче, некое принимала от первостепенного, чтобы лучше чувствовать себя, запивала то, чем запивала предыдущее. – Порочный круг. Да и в мыслях и эмоциях такая же картина, но посложнее, вот и тянется все еще шлейф прошлого состояния.

– Перекуси дорогая! – С таким радужным и невероятно родным выражением лица, произнес Михаил. – Место теперь прежнее, кухня легкая и питательная, а я тот, кем должен быть. Мир остановился, можно насладиться моментом счастья.

Мария впитывала дивный вкус приготовленных овощей, наполняющих ее тело живительной влагой. Разум успокоился и позволял пребывать в полностью расслабленном состоянии. При этом она поглядывала на нового друга, он совершенно ярким и влюбленным взглядом поглощал все вокруг, подтверждая слова: «Счастье – в твоем желании быть счастливым».

Когда они оба насладились пищей, Михаил расплатился, и они молча покинули ресторан. Дорога протекала в мирном молчании. Легкая эйфория пробегала еле заметными мурашками по спине. Ветерок ласкал волосы. Солнышко заигрывало, позволяя без труда смотреть на его силуэт. Тихая пустота внутри завораживала своей простотой и легким, практически прозрачным чувством любви, она напоминала о двояком ощущении своей наполненности.

Вдруг Мария заметила, что совершенно пропускает местные пейзажи, проводя время в своих мыслях. Она взглянула в окошко автомобиля и поразилась той красотой, которую чуть ли не пропустила. Бесконечные зеленые ковры, бережно высаженные местными флористами. Впечатляющий променад, протягивающийся вдоль всего побережья океана, впивался в яркие впечатления от увиденного. Редкие, но величественные пальмы, подтверждающие статус центра города. И вездесущая Бугенвиллея, покрывающая своим красным нарядом множество мест столицы. Все было очень дружелюбно и радостно.

– А где же стена, о которой Вы мне говорили, что разделяет здешних жителей на угодных и не очень? – Вдруг вспомнила Мария. – Да и скорбящей нищеты я не заметила, разрухи тоже. А благоухание здешней природы просто восхищает, хотя меня еще в России предупреждали, что здесь жуткая вонь.

– Не вгоняйте себя в ненужные впечатления. – С еле заметным раздражением в голосе ответил Михаил. – Это не ваш спектакль, а кого-то другого. Чужое мнение, глупые слова. Вы забыли? Что не я с Вами периодами разговаривал, а Ваша зацикленность на прежней жизни. Про стену я не проронил ни слова. Да, действительно так было раньше, и то, многие факты искажены и преподнесены так теми, кто любит возиться в грязи и сплетнях про худший мир. И вообще, желающий увидеть жуткое и пугающее – всегда будет его лицезреть. И это будет тренироваться годами. Подобно профессионалу, оттачивающему свои деловые навыки, или спортсмену, который изо дня в день тренируется для достижения результата. Злой думает про зло, добрый про добро, а впечатления от мира тянуться за этими тренингами восприятия, показывая те декорации, которые человеком и созданы. Вокруг узоры – под стать личному мнению. Не больше и не меньше!

– Как странно. – Сказала Мария. – Я давно это усвоила и прониклась этим. Но постоянно возвращаюсь к начальной точке, запутывая себя саму.

– Ничего страшного. – С мягкой улыбкой ответил мужчина. – На то она и жизнь, чтобы любить ее, следовать по ней, учиться и учиться. В любом мире, где бы Вы не оказались, по своему желанию, всегда будет путь обучения. А все потому, что человек – это две половины себя. Два островка с разными ландшафтами и экосистемой. А гармония, баланс – это вечная дорога. Так что – все будет замечательно, если Вы хотя бы это все прочувствовали и теперь стремитесь жить, а не проживать или тем более существовать.

– Как он прав! – подумала Мария и вернулась к красочному путешествию по окрестностям живописного края.

Машина свернула в частный сектор, где вдоль дороги расположились небольшие каменные и глиняные домики. Чем больше они поднимались на возвышение, тем больше становились строения, и придомовые сады цвели ярче и гуще. Они остановились у ярко красной кирпичной усадьбы. Выложенные арки и дугообразные пристройки напоминали собор. А газоны походили больше на ухоженные грядки садового участка, но с большим шармом.

– Очень выделяется своим российским колоритом. – Выйдя из авто, подметила Мария. – Красный кирпич. А Вы романтик.

Девушка рассмеялась, словно поймала мужчину на чем-то откровенно явном.

– Да. И вправду комично. – Расхохотался Михаил. – Это дом моего очень хорошего друга. Он бывает здесь раз в два года. История этого кирпича мне не известна, так как он выкупил этот шедевр у местного богача, но нотки странной и родной лирики присутствуют однозначно.

– А какой смысл держать здесь дом, если не бываешь?

– Все довольно иронично. – Расположившись на лавочке и пригласив жестом руки присесть рядом, продолжил Михаил. – Андрей, так зовут моего друга, путешествовал по миру. Он, как и все мы искал себя, впечатления, новые краски жизни. Причем тоже не простой персонаж – одноклассник Вадима – нашего с Вами ювелира. Они тогда еще были совсем юны и проницательны на идеи, – что только внешняя красота позволяет наслаждаться жизнью. Мол, чем красочнее, тем чувственнее. Только Вадим укатил в Индию, познавать то, что потом в полном объеме познал на родине.

Мужчина заулыбался и прищурил глаза.

– Как, собственно, и я. Но обо мне потом. Так вот, а Андрей прилетел сюда. Через десятый язык он прознал про человека, к которому держите путь Вы. В общем пока замкну круг знакомств и расскажу только историю про дом. Когда он добрался до нашего общего, теперь уже хорошего знакомого – шамана, он повел себя не очень благоразумно. – У них произошел разговор на разных уровнях понимания. Шаман – человек юмора и легкой иронии, а Андрей на тот момент был наглым, взрывным, трусливым, обидчивым – в общем слабым. Поняв всю сложность его обучения, связанного с испытаниями и полным подчинением, он нахамил шаману и спешно покинул его, убежав, словно трусливый заяц. Он и представить тогда не мог, как точна в своих расчетах карма. Через месяц скитаний по Перу, не имея документов, денег и даже веры в лучшее, Андрей добрался до Лима, имея надежду на посольство, слабую конечно, потому что к тому времени его рассудок был совсем затемнен. Но и здесь ему отвернулась удача. В самом посольстве в него вселился его же собственный демон, вместо того, чтобы подойти дипломатично к вопросу возвращения на родину и сыграть на обычной человеческой жалости и добром понимании, Андрей закатил грандиозный скандал, внушая всем, что ему все обязаны. Все закончилось местной тюрьмой, а потом психушкой. Оттуда он успешно сбежал, благо его внешность не была нигде установлена. Дальше он скитался по городу, курсируя с местными бомжами. Причем в те редкие моменты, когда ему удавалось украсть телефон, звонки не доходили до адресата. В органы он боялся звонить по той глупой причине, что думал о шорохе, который навел в посольстве, боясь наказания. А любые номера телефонов, связанные с родными краями, исчезли из памяти без следа. Он настолько загнал свою судьбу в безысходное положение, что жизнь отказывала ему по всем фронтам. Своей глупостью, на ровном месте – уничтожил свое «Я». Естественно, жизнь не может постоянно учить обижая. А иными словами – поучив как следует, она дала ему возможность осознать свою ошибку, послав меня. – Оставшаяся человечность в его сердце попросила меня встретиться на его пути, скажем так.

Михаил притих. Он настолько проникающе посмотрел в глаза Марии, что взгляд обжег ее роговицы. Она почувствовала этот укор в ее адрес. Но не прямой, а завуалированный, помогающий проникнуться проблемой человеческих эмоций. – Последствиями от чувств, которые неуправляемы.

– И что было дальше? – С нетерпением спросила Мария.

– А дальше все разворачивалось так, как подсказывала ему душа, а не нахальный разум. – «Хочешь блага – будь благоразумным»! Я встретил его на улице, он сидел в помутненном состоянии, то ли от алкоголя, то ли от своего заплутавшего мышления. Это был другой человек, который практически убил прежнего. Человеку, в принципе, свойственно быть убийцей – в течение жизни мы столько личностей уничтожаем в себе, переходя в новые образы, профессии, семьи, да и просто в новые фантазии, разрушая прежнюю жизнь. Я подошел, так как услышал родную нецензурную брань. В коробках, на земле лежало нечто. Совершенно поникшее существо, без любви и радужной ауры. Я бы так и отошел от него не заговорив, но наша общая цель, а именно мы сами, заставила меня посмотреть в его глаза. Я просто был поражен. Ясные, чистые, невероятно голубые магниты просили о понимании. Глаза вспыхивали своей яркостью все больше и больше, гипнотизируя и притягивая. Человек валялся, не имея доброго начала, наплевательски относясь к себе. Но душа источала такое мощное тепло, что поджигала очи непомерной силой, пропитывая их лаской и любовью. В этот момент, и для единственного человеческого предназначения – Дарить любовь, чтобы получать ее взамен, даром, не за что, но обоюдно и возвышенно.

Михаил замолчал. Он словно бокал – наполнил свои глаза слезами счастья. Растворил в них всю тонкость своей мысли и передал ее Марии.

– Давайте пройдем в дом. – Предложил мужчина.

– Я безумно сильно хочу дослушать эту историю. – В совершенном забвении пробормотала девушка.

– Будет еще время. Вам обязательно необходимо выполнить желаемое, а именно помыться с дороги. Затем мы расположимся в уютной домашней обстановке, и я закончу рассказ о нашем знакомстве.

– Я совсем забыла. Так проникновенны Ваши слова. Я с удовольствием приму ванну.

После небольших манипуляций с багажом Марии, они зашли в дом.

Обстановка внутри помещения заставила отключить мозг полностью, так как красный кирпич снаружи, и растительная жизнь внутри не вписывались в привычную картину. И это были не просто цветочные насаждения в горшках, а самый настоящий тропический лес. Виртуозные конструкции и технический прогресс позволили вписать в это зеленое наваждение имитацию поселения дикого племени, окруженного по всем сторонам горными массивами, водопадами, озерами и деревянными мостиками через них. В тех или иных уголках воссозданной природы, обитали тропические птицы и животные, подобранные по своему гладкому характеру и внешнему умилению. В каждой из комнат, воздух менялся по своей плотности и влажности, это ощущалось настолько явно, что сбивало с толку, касаемо своего точного местонахождения. Кондиционирование помещения так вписывалось во внутренний климат дома, что в местах покоящихся озер и бушующих водопадов, появлялось легкое увлажнение кожи, даже не соприкасаясь с водой. Естественно, всю картину дополняли звуки, они полностью погружали в те районы, с которых воссоздавалось это чудо человеческой мысли. Идея настолько пронизывала всю сущность, до последнего миллиметра изумленного организма, что волей-неволей разум синхронизировал все это великолепие в непоколебимую реальность. Это не пугало, не вгоняло в осмысление – это было само по себе, так восторженно и упоительно, что аж по-обычному привычно.

Михаил показал ванную комнату, если ее можно было так назвать. С виду это было чистейшее и выразительное озерцо, с какими-то прилегающими горячими источниками, которые постоянно волновались, издавали смешные булькающие звуки и весело бурлили, и пузырились. Помпезно стекающая, со стены из скалистых пород вода, играючи проходила преграды, в конце концов встретившись с большим валуном, разбрызгивалась в разные стороны, создавая отдаленный шум небольшого водопада.

– Душ? – Взвизгнув от восторга, спросила девушка.

– Как пожелаете… Как увидели, так и будет функционировать!

– Тогда пусть будет просто водопад. – Сразу смекнув слова Михаила, поправила она себя. – Это маленький рай. Под каким углом я на него взглянула, пусть таким и остается. Но есть небольшой вопрос: зачем создавать то, что и так есть вокруг, в природе.

– Создавать – прерогатива сознания. – Закатив глаза, словно в трансе, начал отчеканивать Михаил. – Созидать, а потом разделять. А затем упрощать или усложнять. Создавая большой мир, сознание всегда стремиться его расширить, а для этого необходимо насаждать этот мир – мирами поменьше, также продуманных и созданных. Есть где разгуляться и есть где укрыться. Есть что дополнять и вычеркивать без следа. Постоянное движение. Рождение – смерть, перерождение, забвение – рассвет. Все прекрасно, все торжественно, кто бы что ни говорил – Есть возможность создавать миры в своих мыслях – пожалуйста, появляется способность сделать это в глобальном и материальном смысле – да ради Бога, а порождая любовь во всем своем существе, во внешнем и внутреннем – еще лучше! Куда бы человек не пошел, куда бы не улетел, или же просто находясь на месте – всегда можно созидать добро и любовь, а восприятие и внутреннее состояние души – в помощь. И вот когда человек начинает выбираться из своего животного начала, цепляясь за каждую веточку, под названием: «Желание», а потом перехватывается за кустарник: «Стремление», на горизонте появляется ветка древа, с ласковым именем: «Возможность». И этот путь бесконечен. Прекрасен и грандиозен. Главное знать свое предназначение, быть полезным окружающим и смотреть на мир любящими глазами. Пусть пока только слегка приоткрытыми, но смотреть. День за днем, они начнут привыкать к СВЕТУ и начнут открываться шире, узнавая во всем только ЛЮБОВЬ!

– Я хоть и привыкаю уже к сладостным речам. – Прошептала, замершая Мария. – Но до сих пор поражаюсь тому, как меняется все вокруг, даже общение. На вопрос, при прежней жизни, я бы услышала причины и следствия постройки этого дома и его внутреннего убранства, а теперь мой слух настроен лишь на песни, на ласковые эпитеты бытия. Все так волшебно! Я благодарна этому опыту! Искренне! Спасибо Вам за гостеприимство и за Вашу компанию!

– Пожалуйста. – Нежная улыбка Михаила расплылась по всему телу, утверждая свою наивность, легкость и мягкость. – Мы с Вами теперь одно сознание, одна энергия. Родная душа не в эмоциональной связи, а в единении. А теперь принимайте воды этого царства и возвращайтесь, – буду угощать Вас свежезаваренными травами, это подбавит ощущение блаженства.

Мария долго нежилась в горячем источнике. Вода была словно живая, она имела множество направлений течения: подводного, на поверхности. Гладкое и словно глянцевое дно, невероятно точно копировало естественный водоем, его ландшафтные изгибы были многообразными и разноуровневыми. Именно под этими изгибами находились ключи, постоянно меняющие силу и вектор напора, что позволяло расслабить и промассировать все тело. Наслаждение было – вне всяких похвал.

Но как это обычно бывает, девушка вспомнила о странном положении дел – давно не случалось огорчений. Возможно, это была завуалированная ирония ее разума. Но голова не обманула, позволив проиграть подсознательное желание Марии наяву. – Глаза медленно спускались с имитации неба – настоящего голубого и чистого неба, но за панорамной стеклянной крышей, как вдруг взору открылась драматическая сценка: в самой гуще растительного великолепия, прекращал свое существование один цветок, с странными устрашающими, как щупальцами стеблями, но с нежно белыми бутонами. Он словно заметил, как девушка обратила на него внимание. Исполнил последнее цветущее танго, будто отдавая всю оставшуюся жизненную энергию на потребу зрителя, и канул в мир, где тело не обязательно, наполнив собой свет.

Это было не просто огорчением для Марии, она испытала самое горькое и удушающее огорчение, приняв видение смерти. Неважно, что это было – гибель существа с сознанием, или просто растения, а быть может цветка с душой, смысл был один: тяжелое чувство сковало все тело. Воображение девушки открыло ей информацию о последнем вздохе этого растения, она словно чувствовала завершающий взгляд надежды на свое изящество, благородную стать и кричащее очарование, что так радует глаза, смотрящих на него. Теперь она точно была уверена, что он ждал ее, ждал того момента, когда в последний раз сможет показать свою красоту.

Цветок так быстро завял, что немыслимо скорый процесс ухода влаги из его сочного стебля, в ту же секунду высушил его, до практически ветхого состояния. И только упавшие лепестки боролись со сменой цвета, из белого – в тускло желтое подобие. Но и здесь наступило умиротворение и вечный покой.

Мария всплакнула. Теплая и соленая слеза покатилась по щеке, не от переполняющего ее огорчения, а от мысли, что нужно немного расстроиться и побыть в этом состоянии. Она знала, что уже довольно сильна в своих эмоциях и это расстройство только мимолетно и слегка лирично. Она понимала, что жизнь такими примерами дает возможность слегка расстроиться, чтобы прочувствовать себя, свои переживания, тем самым укрепляя внутренних дух. – Маленькое огорчение, а дальше мирное чувство счастья.

Когда Мария пришла в гостиную, где ее ожидал Михаил, она рассказала свои впечатления об увиденном. Мужчина узрел стойкость ее характера, непоколебимый стержень, но попытался объяснить таинственность, увиденного девушкой:

– Это Цереус. Но вся прелесть в том, что он словно ждал Вас, вы правильно об этом подумали. Это растение цветет только ночью, да и вообще в искусственных условиях этого добиться не просто, это пустынный кактус. Он знал о Вашем визите. Я уверен. Ничего в жизни не бывает просто так!

Где-то там в чертогах, у Марии скользнула мысль: «На сколько ее новоиспеченный друг чувствует людей, их мысли, манеры, жизненные предпочтения. Он сравни экстрасенсу, но не из публичного вещания, а из самой глубины бытия, где все является естественным, и мир считывается, как заученная книга, но в своем неповторимом видении – всегда новом и с пылающим желанием впитывать все вокруг». Это ей в нем безумно импонировало.

Михаил посмотрел так пронзительно на девушку, затем улыбнулся и развел руки в сторону, ладонями кверху, что позволяло понять ей – он точно читает ее мысли и уверен в каждом дальнейшем ее действии.

– Если Вы хотите постигнуть волшебство этого мира, то Вы должны знать наверняка, что он волшебный! Именно для этого Вадим направил Вас в эту страну. Чтобы Вы научились чувствовать то, что нужно чувствовать внутри себя, на своем месте, в своей любой роли. А подобные странствия или паломничества, помогают достигнуть этого быстрее. И секрет их прост – человек должен лишиться чего-то, чтобы обрести новое. Лишение позволяет нам довольствоваться тем, что у нас имеется, не разрушая свою психику по поводу невезения в жизни. Очищение – сама структура любви, она Вас вознаградит, помяните мои слова. В конце своего пути, Вы четко сформулируете свою новую цель и уже более легко и страстно пойдете к ней. Жизнь – это движение!

Михаил так приятно улыбнулся, что Мария зажмурила от восторга глаза. Она знала уже всю мудрость наставлений, но понимала, что необходимо это проживать снова и снова, пока эта информация, эта жизненная позиция, эта суть бытия не пропишется непоколебимой программой, одаривая сладкой и легкой жизнью.

– Вот видите! – После длительной паузы, продолжил Михаил. – Огорчение исчезло без следа. Любая нежелательная эмоция пропадет, если ее полюбить и отпустить. Если ее понять. Если знать, что она – естественное положение дел. А в случае знания, что любое чувство – это прекрасно, – наступает умиротворение и внутренний баланс. Цветок подарил Вам очарование своей жизни, пусть короткой, но все же он выполнил свое предназначение – он подарил Вам свою мимолетную красоту! Он впустил в Вас свою любовь, наполнив Ваш мир своим. Его жизнь закончилась, чтобы на его месте возникла новая. Поверьте, мне, там уже есть зарождение нового цветения. Ведь человек также впускает в мир свое очарование, питая его своей жизнью. И точно так же он потом увядает, оставляя свой прах в земле для зачатия новой жизни. Мы единое целое, а уж тем более, наши чувства – единое целое с нами. Именно для этого ЗНАНИЯ Вы проходите путь самопознания. Улыбайтесь и любите – все будет!


ТРЕВОГА.


По просторной комнате, имеющей сходство с тропическим царством, втиснутым в жилое помещение, пробежал солнечный лучик. Он словно приобрел где-то ручки и ножки, припрыгивал, помахивая свое приветствие. Перескакивал с одной части выразительного интерьера на другую. В некоторых местах лучик останавливался, кружился на месте и переливался, возможно это был игривый жест, но Мария расценила его, как подсказку – как необходимость в следовании взгляда за ним. – Так он привлекал к себе внимание. Радостная частичка света добралась до прихожей, где находилась входная дверь, ведущая в мир побольше этого. Луч остановился на странном и знакомом очертании, замер и больше не пытался пошевелиться. Девушка прищурилась, имея дурную привычку делать это, хотя сейчас ее взор был кристальным и чистым. Она увидела предательский красный кирпич, торчащий из-под декоративной накладки в виде пальмового покрытия. Скорее всего, это был маленький ляп, допущенный отделочниками. Быстрый механизм нового мышления позволил Марии точно определить подсказку маленького лучика – оголившиеся кирпичи напомнили о неоконченном рассказе Михаила, про знакомство с хозяином дома.

Девушка тут же плюхнулась на диван, подвинула к себе чашку с свежезаваренной травой и плавающей долькой лимона. Она приняла такую явную позу ожидания чего-то, что мужчина сразу же смекнул, чего она хочет от него.

– Не буду Вас томить, раз Вам не терпится дослушать до конца. – Усевшись по удобнее, продолжил свое повествование Михаил. – В тот момент, когда я увидел глаза Андрея, а они отражали целый мир, я почувствовал некую принадлежность к этому человеку. Я понял, что это не просто встреча, а самая, что ни на есть – новая мотивация к жизни, набор акварели, которой мне потом наполнит жизнь красками, как бы в благодарность. Я не могу сейчас объяснить на словах череду всех событий, которые промелькнули тогда в моей голове, но уверяю Вас – это был конструктивный фильм разворота событий нашей совместной дружбы. Я тогда не знал кто он. Не мог и предположить. Да и много ли бомжей на улице хочется поднять и обогреть? Но на все есть воля, чья-то, Ваша, третьих лиц, так вот эта связь всегда не случайна – если есть убеждение души в этом. Ну по поводу распознавания языка души от языка разума или тела я пояснять не буду, Вы и сами уже его распознаете, а дальше, так вообще будете в едином потоке информации, не разделяя владеть этими знаниями. Но, – это было послание моего сознания с точным прогнозом будущего, то бишь сегодняшнего настоящего.

– Все есть настоящее. – Еле слышно прошептала Мария.

– Браво! Вы правильным путем идете.

– Я понимаю, что многие вещи Вы или Вадим, говорите мне на обычном и привычном языке. – Приняла похвалу Мария. – И все для того, чтобы было легче воспринимать то, что является для меня пока еще странным и невообразимым, хотя для вас – обыденным и привычным. Ну это как общение профессора со своими учениками – на языке более примитивном, для более легкого усвоения и осмысления.

– Совершенно, верно. – Подхватил Михаил. – Иногда для того, чтобы понять простую вещь, которая всегда крутилась на языке, но не раскрывала истинного своего значения, необходимо проговорить ее сто раз, при этом, например, быть голодным, странным, влюбленным и помешанным на понимании мира. По-другому никак, по-другому будет лень, да и вообще – незачем – все ведь и так устраивает, сыт, в тепле и все за тебя давно решено! В этом и заключается мутация современного мира. Смотрели Люди икс»?

– Да. – Захихикала Мария.

– Не заоблачные сверхспособности там описываются, а рассказывается жизнь людей, которые вышли за рамки обыденности. Мир без таблеток, жизнь без эмоционального рабства, общение на расстоянии и вблизи, по средствам только взгляда, тела без надобности их мучительного истязания: сначала наедания, а потом сжигания – мир, где существует только знание личной силы. Мутация – шаткая, но мощная сила, в ней кроется свет, а свет – есть жизнь. Кто не боится, тот постигает и живет по-другому! Преподносится конечно все в другом формате – языком поглощения и ненасытности, как в фильмах, так и в книгах. А как по-другому донести мысль? Как еще описать тот восторг, который дарован обычным, что считается сверхвозможным?

Мария поняла, что фантастическое кино может натолкнуть на серьезное знание.

Михаил подлил еще травы, которая невероятно расслабляла своим душистым ароматом, чем-то похожим на родной иван-чай. Раскрыл ладони и описал ими два круга по воздуху, имитируя движение фокусника, тем самым подкрепляя мистичность своего рассказа.

– Я устроил Андрея в свою съемную квартирку. – Вернулся мужчина к рассказу. – Отмыл, приодел. Потом был долгий процесс восстановления души его, настолько затюканной и спрятанной в самые черные уголки его сущности. Это необъяснимо, но только со мной он мог нормально общаться и адекватно вести себя. В остальное пространство он посылал лишь хамство и агрессию. Но смотря в мои глаза, когда я пристально смотрел в его, Андрей раскрывался и возрождался. Он верил мне и верил в доброе начало мира. А через это знание, он принял от меня информацию, что мир – это и есть он. Что все – есть отражение его самого.

Вы не поверите, но его разум настолько заблокировался от пережитого стресса, что помимо нашего общего настоящего, он больше не помнил ничего. И это была не просто амнезия, а настоящая сложная программа по недопущению воспоминаний прошлой жизни, которая привела его к этому удручающему состоянию. Большую часть времени мы проводили под открытым небом. Я прививал к нему человеческую веру через природную щедрость и понимание. Единение с естественной средой всегда сопровождалось нашими позитивными беседами. А что еще обиженному на жизнь человеку нужно? – Доброе слово, понимание и безмолвие природы. Мы устраивали самодельные лежанки из веток кустарников и листьев пальм. Разводили костер, огонь которого всегда гипнотически успокаивал и позволял прикасаться к своим мыслям без посредников. Купались в местных водоемах, не пользуясь какой-либо косметикой. Питались тем, что преподносила нам земля, а это я Вам скажу изобилие полнейшее. Растительная пища давалась легко, а на все остальное приходилось ставить ловушки или удилища. Но в любом случае, мы не голодали, да и как-то об этом не думали – нас кормил дух общей сплоченности, желание просто быть. И всему этому можно научиться у местных племен, где люди без привычного для нас уюта, но очень выносливы и всегда знают, что их жизнь – это счастливая книга, обязательная для страстного прочтения. Иногда у Андрея случались проблески воспоминаний, но вызывали они лишь слезы и больше ничего. – Хаотичный поток эмоций, который без контроля выплескивался на землю, не имея определенной цели. В эти моменты его кулаки сжимались, передавая всю бессмысленность этих воспоминаний, а глаза чисто и ясно продолжали смотреть то на воду, то на огонь, то на величие гор, а иногда просто в мои глаза, цепляясь за частичку добра в моем сердце.

– Как же произошло изменение? – Сочувственно спросила Мария. – Пока в Ваших словах я слышу только безысходную печаль, которая не перевешивается в худшую сторону только из-за изоляции от других людей. Нет других эмоций – нет реакции.

– Это не так! – Совершенно расслабленно произнес Михаил. – Любое чувство, что есть в человеке, оно лишь его, не чье-то, а только его самого. Все, что тогда происходило в сердце Андрея, являлось следствием его личных мыслей, помыслов и своих собственных действий. День за днем, год за годом, он воспитывал в себе агрессию, ненависть и при этом подпитывал свои страхи. Хватаясь за бесконечную борьбу, и думая, что он лучше всех, сильнее, умнее, он не заметил, как ослабла его личная сила. – Возвышаясь над другими, волей-неволей он упустил стремление к прекрасному. И когда разум был обманут, сердце истощено, а душа забыта – человек надломился, исчез, испарился. Осталось животное – беспорядочный набор эмоций и неконтролируемое насыщение ради существования. Человек – это движение. Человек – это идея. Человек – это страстное желание. Человек – это мысль, рождающая новую, и так до бесконечности, углубляясь и развиваясь. И ко всем этим качествам нужно прикреплять железное правило: «Пожирая других, насмехаясь и ненавидя – съедят, обсмеют и вытеснят тебя самого»! И не я это придумал, такова сущность кармы.

Мария прекрасно понимала, что это не напрасные и напыщенные страшилки. Михаил таким образом хотел передать весь спектр впечатлений от своего рассказа. Он тем самым наполнял эту историю естественными примерами, которые указывали на банальные ошибки человека, что неукоснительно повторяются в течение всей жизни, как порочный круг, не позволяя выбраться на поверхность глубокой бездны, в тот мир, где всегда солнечно и птички поют. Она уже точно знала, что людям нужны некие «семинары», развернутая беседа, красочная и с яркими примерами, а такие слова, как «Все будет хорошо», «здоровья тебе», «добро есть во всем», «любовь – это данное Богом чувство» – никак не работают и не помогают, они звучат как безликая запись на повторе, как привычка, как сходить в туалет. И только слова и действия, которые помогаю прожить, прочувствовать то состояние, которое тебе хочет донести собеседник – действенны и всегда доходят до необходимого адресата. Вот почему важно быть позитивным и здоровым человеком, тем самым передается завершенная полнота помощи нуждающемуся.

Весь этот поток мыслей захлестнул Марию с такой силой, что она совершенно перестала слушать собеседника. Он это понял и притих, смиренно улыбаясь и наслаждаясь картиной внешних отголосков на внутренний фильм разума. – Девушка постоянно шевелила руками, возможно в такт своим безмолвным репликам. Глаза двигались строго по горизонтали, с равной скоростью и траекторией. По дыханию было понятно, что это очень живая и нужная тема, которая заставляла Марию напрягать весь организм. Это было похоже на спящего человека, видящего сон, только с открытыми глазами. Или прохожего, который проплывает навстречу, имея внутренний диалог со всеми сопутствующими атрибутами – шевеление губами, возможно и вслух, движение рук или просто смиренное движение головой, в такт своим мыслям.

– В таком ключе дружбы прошел год. – Продолжил Михаил. – Время текло, как тоненький, еле заметный ручеек, опустошая водоем отмеренного земной жизнью отрезка. Но в нашем случае все было наоборот. Мы не старели с каждым новым днем, ровно на один день в минус. Наоборот – эта скоротечная единица измерения остановилась, а возможно и по крупинкам отматывала свое исчисление назад. Андрей похудел, восстановил мышечную массу, кожа разгладилась и придала оттенок ранней молодости. Скверные болячки прошли сами собой – иммунитет настолько возмужал, что сам разбирался с проблемами, не тревожа внимание мозга, который в свою очередь прояснял свои мысли и желания. А про артрит, который он заработал себе на бесконечных лежаниях на открытом пространстве, при ведении разрушительного образа жизни, с помощью алкоголя и другого ненужного «хлама», я вообще молчу. Хоть мы и продолжали жить на открытой местности, практически ночуя на земле, но этот недуг исчез совсем. А секрет был в самом подходе к себе. Андрей начинал любить себя и жизнь по-новому. Он стал верить в доброе начало мира. В любовь и счастье. Я привил ему четкую позицию хорошего расположения духа, при котором любая мысль и действие становятся положительными. И все это происходило без фармацевтики и больниц, всевозможных бадов и сбалансированных приемов пищи. Не было точной программы и четких расписаний. Человек заново учился быть свободным, он познавал величие своего организма, без навязанной информации извне. Он вновь приучился слушать себя: свои тело, разум и душу. Что позволило с атомной вероятностью угадывать свои истинные предпочтения и надобности, без лишнего засорения.

Михаил посмотрел на Марию. Его глаза приняли безликую форму. Сначала это был темный оттенок, потом и вовсе в них показались очертания темной глубины. Чем больше он молчал и смотрел на девушку, тем отчетливее становилась прорисовка контуров, в вновь возникшей глазной голограмме. Мария пригляделась – это были очертания вселенной, которые менялись и превращались в изображение земли. Она вращалась и источала жизнь. Потом на смену родного шара, проявился человек, настолько знакомый и выразительный, что поневоле, девушка увидела его темные глаза… Картинка замкнулась. Перед взором Марии была – бесконечность. Она поняла смысл этого послания, – что только сам человек может себя загнать в пропасть и вытащить оттуда, только сам человек и есть весь мир!

– И вот по истечении еще пары месяцев, к Андрею вернулась первозданная природа мышления. – Очистив глаза до привычного состояния, продолжил Михаил. – Как только его тело набралось юношеской силы, а сознание приобрело кристально чистую прозрачность, проявила свои очертания душа, та основа, которая дарит любовь – всеобъемлющую и искреннюю. Помню, мы тогда даже не попрощались, так как знали, что он вернется. Мы оба поняли, что он готов вновь воссоединиться с внешним, найдя гармонию во внутреннем. Поэтому он просто-напросто встал, в один из прекрасных дней и ушел, уехал, улетел. Я прекрасно понимал, что ему необходимо повидаться с родными краями, с родственниками, с друзьями. Теперь он был лишен страха перед целой вселенной. Обновленный человек теперь стоял уверенно на земле.

Не знаю, сколько точно прошло времени. Но однажды ко мне в дверь постучались. Я открыл, не ожидая ничего грандиозного – это был Андрей. Он хорошо выглядел, весь сиял от встречи со мной, но его глаза были налиты скрытой грустью. Вот именно почему, я не почувствовал его приезда, не увидел заранее это событие. – Отпускал от себя полностью положительную энергию, а вернулась немного разбавленная. Что-то пошатнулось в нем. В его глазах читалась тревога.

– Он сошел с своего пути? – Вдруг очнувшись, спросила Мария.

– С этого пути сойти невозможно, можно лишь только споткнуться или же остановиться на месте, как бы потерять веру и топтаться без движения вперед, ища новый выход и необходимые координаты. Так и случилось с Андреем. Он видел свет, но пропала мотивация, стремление. Страха не было, но тревожное состояние чувствовалось на расстоянии. Как он мне поведал, – тревога окутала его разум из-за мысли, что он может вернуться в прежнее состояние – жизнь без души. Это мнение он построил на анализе своих новых желаний, которые стремились лишь к насыщению. На что я ответил, что он просто устал и хочет немного побыть наедине со своим «Я». А сделать это можно только при полном равновесии в своих мыслях. Что он и получал, когда мы были вдвоем. Я пояснил, что не я его спасательный круг, а он сам, просто он это забыл, набравшись новой и ненужной информацией извне. Это сейчас он полноправный вершитель своей судьбы. Но тогда ему еще приходилось прибегать к моей помощи, чтобы поговорить с собой.

Он провел у меня полгода, потом еще через три месяца – полгода. За это время он построил здесь дом, в котором мы сейчас находимся. Только тогда я узнал, что он разработчик аналитических программ для правительства России. И что в материальном мире он достиг колоссальных успехов, причем именно после Перу. А постройку жилища объяснил тем, что здесь его вторая родина, где он заново родился, где вновь почувствовал себя сильным и счастливым человеком. И что он хочет, чтобы я жил здесь, сохраняя искру тепла и дружбы. На что я охотно согласился, ведь дары и хорошие предложения – это подарки свыше. Постепенно, по обоюдному согласию, здесь вылечили свою душу все его родственники и друзья, я охотно это делал и делаю. – Теплое гостеприимство, милые для сердца беседы, легкая пища, свежий воздух, и смена обстановки идет всем на пользу, а дальше я передаю знания внутренней силы, при которой не обязательно что-то искать, достаточно лишь заглянуть в себя.

Вот так и Вас привела Ваша душа ко мне. Но наш совместный путь не долог. Я лишь передам частичку своего сердечного тепла, а дальше у Вас более серьезная встреча с человеком, который откроет еще более глубокие секреты души, сознания, имеющие ключи ко всем дверям с ответами. Конечно же, они уже все находятся в Вас, но таково Ваше желание – познать все на примере более сильных и знающих. Порой человеку необходимо загнать себя в неестественную среду, сказку, необычность или загадочное опьянение разума, чтобы понять всю сущность бытия. Но повторюсь – вся эта необычность только внутри Вас!

– Вы чудо! – Произнесла Мария, взявшись за руку Михаила. – Свет так и льется из Вас, наполняя все вокруг.

Вдруг раздался звонок. Мария сразу не сообразила, что это ее мобильный, так как полностью погрузилась в атмосферу фэнтези, где единственный из существующих гаджетов – было сознание, раздающее виртуальный разворот событий.

– Это Ваш. – С улыбкой указал на сумку девушки Михаил.

– Да. – Ответила Мария, добравшись до телефона.

– Здравствуйте моя хорошая! – Зазвучал бодрый голос Вадима. – Как Ваши успехи в поисках? Вы прочувствовали сегодня тревогу?

Мария хотела было удивиться, но не смогла. Ее уже совершенно не смущала та необычность, что ювелир постоянно был в курсе всех ее событий. Она и не фантазировала о том, что Вадим – чревовещатель. Теперь она разбиралась в общей человеческой природе. В природе общего единства, где информация доходит до того адресата, где ее ожидают и умеют слушать.

– Здравствуйте Вадим! Невероятно рада услышать Ваш голос. Любое Ваше проявление – бальзам для сердца. Вы как всегда правы, именно сейчас мы и обсуждаем с нашим общим знакомым это чувство. Он поведал мне про Андрея – «перуанского принца просветления», как я его назвала про себя. Мы остановились на том, как он после долгого пути столкнулся с преградой, которая вызвала тревогу за возможность возвращения кармы. Я поняла одну вещь – карма действует, как и все в этом мире, только здесь и сейчас – в настоящем, а соответственно, прошлое не несет последствий, если изменена сама сущность. Только настоящее имеет зародыш любого разворота событий. Вот почему необходимо стирать программы прошлого, где происходит беспробудное топтание на месте.

– Да, Мария. – Прозвучало в трубке. – И эти совпадения в общей информации, которую вы сейчас обсуждаете, и которая коснулась меня, есть ни что иное, как прямая подсказка Вам, некая помощь. Я уверен, что Вы иногда сомневаетесь в правильности своего выбора, и вина здесь лежит на неугомонном разуме, который просто напичкан обыденными правилами жизненного лабиринта. А подсказки эти Вы посылаете сами себе, преломляя все возможные материальные законы, так работает Ваша энергия. Назовите как хотите – миры, пространство, время, дежавю, – отражение Вашей души. А нужны они для того, чтобы осмыслить, что на начальном этапе своего пути, Вы еще слабо распознаете алгоритм структуры бытия, хотя вы – единое целое. Но через подобное проговаривание одной и той же информации, Вы сможете продвигаться дальше, углубляясь в своем знании, приобретая новое видение всего явного и очевидного, что пока для Вас не до конца понятно и не совсем объяснимо. – Вот такая путаница, но не волнуйтесь – любое знание приходит со временем, главное верить в него и следовать ему. И верьте своей душе, если она говорит, что Андрей через свою внутреннюю силу понял о том, что никакая тревога не может помешать следовать за своей мечтой, а это – познание себя. Значит и вы твердо знайте: тревога – это всего-навсего отголосок Вашей прошлой жизни, как сбой в программе, следуйте дальше и будет Вам новые горизонты, но более размытые и с меньшими границами… И так далее… Пока не наступит ясное знание единого и возвышенного.

Мария попрощалась, даже не рассказывая свои впечатления. Она понимала, что звонок был конструктивным. Он передавал только ту часть знания, которую необходимо было впитать именно сейчас. А полное понимание придет позже, когда разум успокоиться и не будет сопротивляться, допуская эти варианты в свою копилку истины. На этом построен мир: то, что от себя – то верно и правильно. Ведь именно легкая и незаметная информация может влюбить в себя сердце, а навязанное и насильно приходящее – вызывает лишь отторжение.

Легкие мурашки пробежали по телу девушки. И все из-за того, что она признала тот факт, что тоже испытывала тревожное состояние, при прослушивании красивой истории. Но теперь стало ясно, – это было ни чье-то чувство, а ее самой. И именно через стороннее воображение, она прочувствовала свою ситуацию и свои переживания.

Она настолько отплыла от берега реальности, где находился Михаил, что, придя в себя, Мария обнаружила его отсутствие.

Только она это подумала, как в комнату зашел он, но в новом обличье: Волосы аккуратно уложены в модельную прическу, элегантный приталенный костюм, где пиджак являлся лишь дополнительным атрибутом, переброшенным через плечо, изящные лакированные ботинки, передающие уменьшенное отражение импозантного мужчины.

– Я приглашаю Вас на прогулку! – С интонацией благородного кавалера сказал Михаил. – Это обязательно, я покажу здешние достопримечательности вблизи, тем более что Вы завтра улетаете.

Мария посмотрела вопросительно на него.

– Да. Так нужно. Но на обратной дороге я Вас жду в гости, будет очень интересно пообщаться с новым человеком. Да, именно с новым, уверяю Вас.

– Если честно, то я сама была уверена в том, что завтра улечу в Икитос. – Передавая честность в глазах, произнесла Мария. – Значит так и будет. А сегодня я с удовольствием прогуляюсь с Вами.

Мария не заставила себя долго ждать, накинув на себя что-то вроде прогулочной одежды, причесавшись, не тратя времени на косметику, она вышла во двор, где ее ожидал Михаил, стильно и по-дружески протягивая руку.

– Я проведу Вас через здешние заросли, после чего мы сразу же окажемся в городе. – С почтением огласил свою программу Михаил. – Не стоит волноваться – тропинка будет гладкая и чистая, практически асфальтированная.

– Мне не страшна любая дорога теперь, я готова ко всему. – Практически хихикая, отчеканила восторженно Мария.

Судя по ухоженным насаждениям, это был не просто лес, а смешанный парк природного начала и человеческой опеки. Аккуратная, довольно широкая тропинка походила на мозаику, она словно была выложена из искусственных элементов. Высокие и гладкие кустарники сменялись более мощной стеной деревьев, которых в этом районе было просто тьма, по внешнему виду они напоминали хинное дерево. Постоянное мелькание каких-то маленьких животных изумляло воображение, касаемо этого загадочного места. Их было так много, что глаза разбегались, не успевая различить и обозначить вид. Откуда-то сзади дул прибрежный ветер. Он повествовал свое расположение мягким и теплым потоком. Звуки природы проникали во все мыслимые ощутимые слуховые рецепторы, погружая в четырехмерное восприятие окружения. Иногда это были голоса отдельных животных, насекомых или птиц, а иногда все сливалось в единый голос всего живого. В этот шлягер входил и отдаленный шум океана, и проникающий до мозга костей – современный грохот мегаполиса. Но именно сейчас, в этом парке, отголоски технократии звучали настолько гармонично, что приятно накладывали добрые впечатления от прогулки. Все замирало внутри от предвкушения бесконечной сказки.


ОБИДА.


Прогулка оказалась очень интересной. Все гармонично вписывалось в общую картину. Погода была ясной и устойчивой. Она словно засыпала под лучами солнца. Утихал ветер, позволяя птицам играть на кромках деревьев. Они держались за ветки, цепляясь маленькими лапками, а крылья расправляли вверх, раскрывая, как паруса. Причем это смотрелось настолько причудливо, что заставляло поднимать голову и глазеть даже местных жителей. Вся необычность этого действа заключалась в разнообразии видов этих птиц. Игрища одинаковые, а размеры и окрасы совершенно разные. Все это походило то на волнение трибун, то на массовку в балете. Цвета пернатых сменялись из-за движения с такой скоростью, что картинка приобретала характер одного большого и живого.

Вдруг издалека пошла волна по верхушкам деревьев. Ветра не было, но какая-то сила разгоняла ветки в разные стороны. Когда она добралась до места неподалеку от стоянки Марии и Михаила, ввысь одновременно поднялось пестрое и огромное облако. Это были птицы, то множество, что недавно весело забавлялось в своих крылатых танцах. Мария от неожиданности отпрыгнула, неведомая картина странного движения преломила ее спокойствие, изменив восприятие на неопределенность.

– Что это? – Закричала она. – Невероятная мощь показывает нам свое превосходство?

– Можно назвать и так. – Без испуга, но совершенно удивленно ответил Михаил. – Я немножко в недоумении. Хотя в Перу много обезьян, но здесь их обычно вообще нет. А это какое-то наваждение. Такое количество и такая сила.

Вдруг все замерло. Движение прекратилось. Да и людей поблизости не стало. Из-под зеленого ковра, на изумленных двух человек, смотрели сотни темных глаз, изучая и словно общаясь. Вначале это выглядело устрашающе, но после продолжительного времени показалось естественным. Жесты и шевеление маленькими головками точно передавали имитацию общения, только какого-то своего, животного. Самое интересное, что все было понятно. Глаза людей и обезьян перекликались в своем стремлении познакомиться поближе. От всей стаи отделились несколько приматов, разделившись еще на две группы они двинулись в разные стороны. Те, что поменьше направились вперед, по направлению движения всей своры – это были разведчики. Пока все остальные проявляли живой интерес к людям, у этих была задача проверить дальнейший путь дислокации. Вторая же группа рассыпалась на несколько еще более мелких отрядов – это была охрана, ее задача стояла в защите периметра, пока остальные находятся в покое.

– Понаблюдайте Мария. – Неожиданно сказал Михаил. – Насколько действия животных схожи с нашими. Любое взаимоотношение обуславливается рядом задач. Чтобы вступить в контакт с нами, они выполняют целый ряд функций по защите и тактике.

– Вы точно уверены, что они хотят с нами пообщаться? – Не двигаясь с места от грандиозного удивления, ответила Мария. – Да и безопасно ли это, если таковым является?

– Если честно, я вижу, что Вы это спрашиваете только из любопытства, не имея ни малейшего переживания. Я полностью уверен, что они остановились из-за нас, причем конкретно – из-за Вас.

Мария немного смутилась такому исходу и явно вопросительно взглянула на Михаила.

– Да, да. – Тут же прочитав вопрос в глазах Марии, прокомментировал мужчина. – Все ради Вас и для Вас. Раньше Вы этого просто не замечали, но сейчас видите и понимаете, что все сотрудничает с Вами. Все вокруг – это Ваши мысли. Когда Вы открыли свои объятия к миру, он решил с Вами пообщаться. Напоминая тем самым, что Вы одно целое. Он и раньше это делал, через дождик, ветерок, ласковое поглаживание солнца, холодный нрав или жаркое настроение, через звуки природы и неподвижное безмолвие внутри Вас. Человек стремиться к высшему сознанию, нарабатывая свою значимость во вселенной. Но до сих пор также жует, пьет и общается, а соответственно он и животное рядом. Хоть ты кушай мясо или травку. Единственное, что нас различает – это способность изменения своих программ. Например, в эмоциях, – их невозможно избежать или забыть, они никогда не исчезнут, как этого ожидают многие, кто встает на путь просветления, но с ними можно работать – не посылать в свет, предварительно не обрабатывая, а выпускать их из себя обдуманно и с добрыми намерениями. Пусть вначале не будет получаться, – стараться, шаг за шагом – получиться. Не переделывая себя жесткими методами, а спокойным и уравновешенным подходом, не приобретая важности на это. А поставленные границы между нами и миром природы – выдуманные, иначе наш вид уже бы не назывался человеком, направляясь в общее поле информации без привычного для нас тела.

Пока Михаил погружался в философию своих убеждений, два примата спустились к ним. Они приблизились и встали, как вкопанные. Складывалось такое впечатление, что они ожидали спуска самого важного и главного члена стаи. Интуиция не обманула. В середине самой гущи обезьян появилось движение. От всей темной массы отделились два очертания. То, что поменьше – двигалось впереди, а более большое – очень вальяжно и неслыханно медленно передвигалось поодаль. В этих движениях читалась важность и ответственность. Когда они оказались на земле. Маленькая обезьянка подбежала первой. Она словно осматривалась и проверяла почву. – Принюхивалась и высовывала язык. Осмотрев все глазами и почувствовав безопасность ситуации, она учтиво склонила голову и вытянула свою конечность по направлению к людям, как бы приглашая вожака. Тот легкими движениями, не смотря на свою грузность, довольно быстро добрался до Михаила. Поднял на него глаза и тут же поклонился, возможно выказывая уважение, во всяком случае так смотрелось со стороны. Еще секунда, и потеряв к нему интерес, вожак тут же направился к девушке. Здесь он не спешил – осмотрел ее с ног до головы, настолько тщательно, что это показалось вечностью. Самое упоительное во всем этом, было ощущение спокойствия и дружелюбности с обеих сторон. Главный примат протянул лапу, но сделал это так, что все походило на подачу руки. Мария не растерялась и вытянула свою. Их пальцы соединились и застыли в вежливом рукопожатии. Обезьяна раскрыла свои объятия и через мгновения они уже обнимались. Это настолько растрогало Марию, что она расплакалась. Примат провел конечностью по щеке и попробовал на вкус слезы девушки. Затем приблизился к ней на расстоянии носа и уставил свой взор точно в глаза Марии. Взгляды растворились друг в друге, передавая тонкий смысл этой встречи – природа признала добродушие и любовь человека. Девушка без труда прочитала в глазах обезьяны благодарность за ту искренность, что она несла познавая себя. За то высокое знание, которое гласило о единстве мира. Как только Мария ответила взаимностью, передавая частичку себя и своих чувств глазами, примат тут же попятился назад, поднимая, уже точно – руку, ладонью кверху. Он прощался и напоминал о своем почтении. Взглянув последний раз на Михаила, обезьяна взяла горсть земли и бросила перед его ногами – это был жест благодарности за помощь новому человеку, который воссоединялся с началом бытия – со всем сущим. После этого прошло не больше минуты, как все это свернулось. Приматы молниеносно забрались на деревья. Вся эта туча цепких животных резко зашевелилась, и словно в сказке исчезла под покровом деревьев, напоминая о себе лишь двигающейся вперед волной. Все это происходило в такой тишине, что слышно было лишь покачивание деревьев и шорох листьев. Еще мгновение и все стихло. Откуда-то появились прохожие, мелкие наземные животные. На деревья вернулись птицы, продолжая свои танцы, как ни в чем не бывало.

– Это поразительно! – С восторгом прокричала Мария. Она не сдерживала свои эмоции.

– Да. В этом сила вселенной. – нежно улыбаясь, ответил Михаил. – То ли еще будет, родная. Вы начинаете чувствовать то, что Вам предначертано, а не то, что навязано. Позволив себе успокоиться и заглянуть в себя, Вы сотворили чудо – Вы воссоединились с миром. А дальше будет еще интереснее – Вам откроется знание, подчеркну – знание, а не понимание. Знание того, что все это – Вы и есть. Так вселенная открывает Вам глаза. Так она помогает поверить в естественность всего необычного и волшебного. Но только постепенно, не травмируя Вашу психику. Как любит скандировать современное общество – Переходя плавно с низких частот, на высокие. Только не отделяйте себя от животного мира, как советуют. Это и Ваш мир тоже, просто меняйте себя, как хотите, но не отделяйте и не изолируйте! Думайте, действуйте, общайтесь, питайтесь как Вам подсказывают тело, разум и душа, но не отдаляйтесь от того, из чего вы сами вышли. Любовь Вам подскажет.

Складывалось впечатление, что Михаил уже говорил в унисон. Его слова растворялись в пространстве. Они действовали настолько успокаивающе, что все вокруг дремало без признаков на существование.

Неизвестно, как долго они шли, но оставшаяся дорога показалась незаметной. Тропики сменились каменными высотными строениями. Резкий переход от естественного в созданное прошло быстро и неожиданно, словно одна страница прочитана и тут же перевернута.

Воздух сменился, но не теми оттенками, что привыкли чувствовать люди, в виде разновидностей запахов, а по структуре энергетики. Он стал более тяжелым. И причина крылась в большем скоплении сознательных ячеек – отдельных людей, семей, групп, корпораций, целого города. Здесь все было пропитано мощной и нескончаемой энергией. И она не была тяжелой в смысле – трудной или плохой, она являлась – более глобальной, чем, например – в лесу, где баланс более упрощен и легок, где все отлажено и действует на более понятных системах. Все это сравнимо с цифровым эквивалентом: город – терабайты, лес – восьми битный поток. Причем и там и там одинаковое течение жизни – где убывает, там и прибывает. Системы обеспечения разные, а смысл вселенского равновесия – един!

Мария остановилась. Она протянула руки к самому огромному и высотному зданию и почувствовала его пульсацию, его ритм. Вначале это был единый и невероятно большой импульс. Потом видение позволило расщепить этот целый организм на структуры. Если брать обычный человеческий взор, то здание делилось на этажи, затем на комнаты, потом на каждого отдельного человека. В проекции же девушки, эта схема выглядела немного по-другому: большой красный сгусток активности – энергии, делился внутри себя на более мелкие зоны, уже более темного оттенка, затем это деление продолжалось в такой же пропорции – углубляясь и придавая более потемневшие тона. В итоге, каждая такая частичка – человек, имела маленькую светлую точечку, которая пульсировала и пыталась расшириться, дополняя собой свечение всего этого энергетического купола, в виде здания. Когда видение Марии еще больше обострилось, она разглядела структуру этой самой маленькой пульсирующей точечки. Она разделялась на еще несколько секторов, которые источали свою силу, свою палитру цвета, разделяя свой функционал. Одна пульсация походила на самый темный оттенок, но старающийся постоянно выбросить эту черноту, стремясь к более мягкому оттенку. – Это было тело. Другой источник энергии находился в более легкой гамме излучения, иногда обретающий яркость, но тут же себя гасивший. – Это был разум. Чуть повыше, ярко пламенел источник, чего-то созидающего и тут же разрушающего, собирающего воедино и сразу же разрывающего на мелкие частицы. – Это величественной кистью и стирающей губкой орудовало сознание. А над всей этой личностной епархией возвышался самый глубинный и яркий свет, он не пульсировал, не пытался создавать или коверкать. У него не было помыслов противостоять чему-либо, он просто находился в постоянном своем покое, помогая раскрываться каждой из этих частиц. – Это была душа, обычная и естественная, всякая и никакая, такая, как целая вселенная – балансирующая программа.

Михаил посмотрел на Марию, в этот момент их глаза вновь воссоединились, как в парке – с приматом. Он прочитал информацию видения девушки, получив точную голограмму энергетической структуры. От себя он передал свою картинку, которая была наполнена еще более сильными структурами мира – еще чище и отчетливее. Это говорило о возможности продвигаться в своем знании и обретении силы.

– Вот для чего этот путь! – Внезапно сказала Мария. – Немного впечатлений, движения, легкого питания, развивающих бесед – я смотрю. Я вижу. Я понимаю. Приходит не мнение, а верное и точное знание, которое помогает определять определенное, достигать достижимое – жить естественно! Ведь этого не поймешь, пока не прочувствуешь. Не научишься, пока искренне не пожелаешь этого. А вся вселенная преподносит ровно в таких пропорциях и на таких скоростях, которые не позволят разорвать человека от приходящей и вдохновляющей энергии. Любой путь дается для четкого понимания слова «Любовь». Начинаешь свое учение, раскрывая свои глаза – прозревая. Пока что любовь – это набор определений и значений. Человек всматривается в это чувство и видит – химию, физику и немного души. Дальше приходит знание: любовь – это более высшая и необъяснимая сфера, граничащая с общим и возвышенным. На смену знанию возникает сила – любовь есть во всем. Дальше, всю сущность обволакивает мудрость – любовь – это ты. И в конце концов приходит самая главенствующая и непоколебимая часть всего сущего – сама ЛЮБОВЬ. Все и есть – любовь. Любой путь ключей и подсказок, рано или поздно, вернет к отправной точке – ЛЮБОВЬ.

Михаил нежно улыбнулся и протянул руку Марии. Они пошли дальше, не спеша и размеренно. Впитывая каждую новую мысль, накладывая на все окружающее. Мужчина радовался в душе тому значению своей помощи, что она, эта помощь проливает на темное – светлое, где обычное слово раскрывает тайны бытия. Он радовался тому, что Мария встав на этот путь достигнет душевного равновесия, сознательного движения, разумной мысли и здорового состояния. И это есть и будет.

Но, как и все небесное, так и земное – имеет определенный алгоритм развития событий: раздался звонок. Мария по привычке здешнего настроения, долго распознавала, что это раздраженно звучит ее телефон.

Ответив на звонок, словно вся жизнь пронеслась перед ее глазами, повествуя правильные и неправильные действия. И несмотря на то, что дорога личностного роста говорила ей о единстве всего, не имея разделений на хорошее и плохое, все же на другом конце телефонной коммуникации оказался слегка обиженный голос мужа. В погоне за глобальным балансом, она забыла про весы семейного благополучия.

– Я не думал, что потребуется так долго ждать твоего звонка. – Произнес Фред.

– Привет любимый. – ответила, немного занервничав девушка. – Я совершенно случайно упустила из вида тот факт, что нужно тебе позвонить, перелет выбил меня из колеи.

– Привет. – прозвучало сухо, с некой обидой. Это был отголосок мужа, на восприятие девушки этой ситуации.

Портал видения сразу же закрылся. В голове Марии крутились лишь мысли про нелепость вновь возникшего события. Вслед за этим вернулись, потирающие свои ручки эмоции. Они радостно восполняли то пространство, где недавно царила любовь и понимание мира. Способность читать между строк пропала. В поле зрения остались только – низменная обида, которая крутилась и в мыслях Фреда, и в голове Марии, склеивая их в однородную массу переживаний. Разум девушки настолько сильно разгонял эти мысли, что внутри кипела, уже ее собственная обида на мужа. Этот замкнутый круг набирал обороты, все внутри реакционировало. Пустота быстро наполнилась тем, что всегда выходит наружу, пробивается и все-таки выползает.

Но по светлой случайности, а может уже закономерности, окружающей их новую семейную жизнь, – они оба молчали, лишь испытывая набор хаотичных чувств, где главный трон занимала обида. Происходило именно то, что предвещал им путь – зарождение, жизнь и деление эмоций внутри себя, не выбрасывая их на поверхность.

Внезапно на плечо Марии опустилась рука Михаила, который с точностью до субатома прочитал переживания девушки и ее собеседника. Это настолько тонко и тактично передало возможность выхода из сложившегося тупика в игре разума, что девушка вздохнула с облегчением и даже улыбнулась.

– Как у тебя дела милый? – С совершенно изменившимся голосом спросила она. – Я очень скучаю. Мне невероятно приятно слышать твой голос.

– Все хорошо. – Мягко и нежно ответил Фред. – Я тоже скучаю. Очень переживал. Но только сейчас понял, что если беспокоился, то должен был раньше позвонить, не накручивая на себя обиду.

– Это нормально родной. От эмоций не убежишь. Главное, что мы научились понимать их, и приняли на вооружение тактику разрешать любую ситуацию в позитивном ключе. Вспомни, как было раньше? Мы цеплялись за каждое слово, не уступая, и разрушая равновесие.

– Полностью с тобой согласен. Я осознаю, что ты не посвящаешь меня в свое новое увлечение по той причине, что я не пойму смысл всего этого так быстро. Но мне, кажется, я замечаю разницу, между нами, «прошлыми» и нами «настоящими». Что-то меняется, это точно. И я готов потерпеть это неведение, чтобы прочувствовать тот восторг, который ты сейчас испытываешь. Я верю в это. И еще – я очень тебя люблю и всегда переживаю.

– Сладкий мой, как приятно слышать эту нежность. И я тебя люблю, так сильно, что сердце в пятки убегает от смущения в своей безмерности. Я чувствую то, что ты чувствуешь. В этот раз я немного окунулась с головой в себя и упустила одну важную деталь – я не позвонила, потому что просто не сделала это, а не по какой-то другой уважительной причине. Хочу быть с тобой честной. Хочу искренне к тебе относиться.

– Спасибо за такие теплые слова. Мария, я перешел на более легкую пищу, глядя на тебя тоже этим заразился. И ты знаешь, я намного лучше себя чувствую. Если раньше, чтобы отдохнуть от работы я выпивал сто граммов водки для сна, а потом еще и заедал жирной пищей, чувствуя себя на утро, мягко говоря, не очень, то теперь мой вечер ограничивается стаканчиком чая и салатиком, ну максимум кашкой. По внутренним ощущениям, я замечаю разницу – появилась легкость, нет надобности в таблетках, то от головы, то от простуды. Организм будто поет и радуется.

– Это превосходно милый! Так неожиданно это слышать. Хотя мне говорили, что, если я не буду навязывать тебе свой путь в очищении, ты сам к этому придешь, что и хорошее дело – заразительно! У меня аж внутри все клокочет от радости, так приятно все это слышать. Милый мой, родной, у нас все будет только хорошо! Сейчас я все прочувствую, осознаю, а дальше будем вместе стремиться к прекрасному – к свету. И обязательно вместе съездим отдохнуть, куда скажешь. И звони мне, даже если я пропаду на время. Там, куда я направляюсь, возможно нет связи – это огромная площадь амазонских джунглей.

– Сейчас я даже тебе завидую, хотя совсем недавно отпускал с таким страхом в сердце: как ты там одна, в далекой и первозданной стране?

– Тебе что-нибудь привезти?

– Себя!

– Нежно тебя целую. Я всегда с тобой.

– Люблю тебя милая.

После разговора с мужем, Мария автоматически присела на лавку, которая стояла в двух шагах у пышного и красочного газона. Михаила не было поблизости. Куда он отошел, она не знала. Да и это сейчас было не важно. Обволакивающая дымка счастья проникла внутрь девушки, она закрыла глаза и стала наслаждаться своими ощущениями. Мария думала о том, насколько комично иногда смотрятся эмоции, выдавая себя за важные и главенствующие. Недавняя обида, которую по заданию ювелира она должна была познать, свалилась на голову точно в срок, раскрывая свою обычность и незамысловатость. Это чувство возникло так же, как и исчезло, напомнив о правильном решении. Добрые знания посетили Марию – она осознала, что чувства – неотъемлемая часть человека. Они нужны для более качественного анализа своего «Я». Как болезнь приходит, чтобы нас вылечить, подобно и чувства возникают для лучшего осмысления действий, событий, положений и конечно же своего внутреннего состояния. Баланс возможен только при наличии знаний границ, между хорошим и плохим. А иначе – это другая история, другая сущность, другой мир и другие фантазии.

Вдруг позади заиграла скрипка, протяжно, нежно и упоительно. По мере нарастания громкости музыкальных переливов, добавился еще и сладкий голос духовых, потом подключилась гитара, азартная в своих переборах. Мелодия накрыла всю чувственность девушки, добавляя громкости и тактов. Мария обернулась и увидела несколько музыкантов, одетых в национальную перуанскую одежду. С виду они походили больше на европейцев, но играли они божественно и так чарующе, что Мария растаяла, в буквальном смысле этого слова. Когда в этот небольшой оркестр подключилась девочка с красивыми густыми и длинными волосами, в руках у нее был бар чаймс, мелодия приняла совершенно иной характер – она ровными отрывками, с гладкими началом и концом, проникала в ту часть разума, где скрывались дверцы в волшебную сказку. В тот мир, где обитала лишь любовь, распознающая эти звуки, сродни себе. Словно у всего есть свой настрой и свой код идентификации.

Мария углубилась в свое восприятие. Она позволила себе отпустить все и всех, дополняя себя лишь тишиной. Тем безмолвием, которое позволяло без труда читать музыку, как личные мысли – экстатически наслаждаясь. Загадочная и далекая страна, незнакомые люди, которые тут же становятся родными, милые мысли, добрые поступки – все это было ее настоящим, той реальностью, к которой она всю жизнь стремилась. Но только сейчас она начала понимать – нет надобности в ожидании и рвении, все само собой приходит и воссоединяется – просто так, по-доброму и любя.

В таком положении она просидела довольно долго. Когда Мария открыла глаза, рядом стоял Михаил.

– Этот подарок для вас с мужем! – Настолько гармонично произнес он, что показался в образе святого. – Я хотел закрепить ваши чувства, которые вы, уже вместе, познаете. Так приятно наблюдать, когда зарождается любовь, самая сильная, самая искренняя и всеобъемлющая. Дай вам Бог любви и счастья.

Мария заметила за собой ощущение, схожее с выкатившейся слезой от счастья. Но ее не было, была лишь благодарность и любовь!


БОЯЗНЬ.


Мария смутно помнила, как они попрощались с Михаилом. В памяти остался лишь вечер с сладкой музыкой и приятным разговором с мужем. Она практически пролетела большую часть пути от Лима до Икитос, как внезапно поняла, что все происходит исключительно в ее интересах. Вокруг разворачивается жизнь, ей же и созданная. Без лишнего вмешательства и чужих мнений. Все, что она делала, слышала, видела – было ее личным желанием. И запоминала она только позитивные и необходимые для дальнейшего пути события.

Перелет прошел в личных фантазиях. Девушка пришла в себя только переступив порог аэропорта города Икитос. Тут же на улице, ее ожидал небольшого роста мужчина, странно одетый и похожий на индейца из фильмов, но более щуплый и низкорослый. Он держал табличку с ее именем, причем на русском языке, хотя и с ошибками. Дружелюбно поздоровавшись, мужчина на английском языке пригласил Марию пройти в один из припаркованных трехколесных мотоциклов, с брезентовой крышей. На стоянке аэропорта они прибывали в огромном количестве, являясь здешними такси – моторикшами.

Водитель, даже не повернувшись, и не спросив маршрута следования, двинулся вперед. Эта странная повозка вся трещала и гремела. Складывалось впечатление, что рессоры были заменены на деревянные костыли. Чувствовалась каждая трещинка, хотя асфальт был на редкость хорошим и отсутствие ям спасало положение. Девушку это нисколько не беспокоило. Она наслаждалась здешними видами, не обдумывая их состояние и качество – нравилось все. Сам город был очень шумный, с улицами, похожими на все провинциальные города подобных стран. Инфраструктура была незамысловатая, – все действия происходили на одном и том же пятачке. Что-то или кто-то производился на свет, и тут же это выбрасывалось. Но в общих чертах, везде была относительная чистота и порядок. Жизнь кипела таким образом, что все находилось на своих местах.

Проезжая центр города, девушка ухмыльнулась тому факту, что здешняя архитектура напомнила ей, недавно посещаемый российский город Шуя. Низкие домики, в основном двухэтажные. Даже главная площадь, с неподалеку расположившимися торговыми рядами в старинных зданиях, не имели никаких отличий. Воображение Марии играло на запредельных оборотах. То там, то здесь, ей казались места, уже знакомые и посещаемые.

Местные жители были очень забавными. Мария умилялась, глядя на их рутину, которая походила на игру детей в песочнице. Она на секунду представила увиденное в формате телевизионных новостей, где рассказывалось бы об удручающих условиях жизни, в связи с бедной внешней оболочкой. Но смотря своими собственными глазами, без преломления видения через чужую точку зрения или объектив видеокамеры, девушка в прямом смысле этого слова – наслаждалась здешним миром. Чувствовалась атмосфера насыщенной жизни. Везде присутствовала душа, любовь и счастье. Улыбки сменялись серьезными лицами, радостные возгласы уступали место напористому труду, одно дополняло другое, и при этом, везде царила гармония в необходимости всего этого движения.

Веселая повозка, после нескольких часов езды с перерывами на стоянку, свернула на гравийную дорогу. Но трехколесное чудо вдруг словно начало порхать над неровной дорогой. Милое впечатление от здешней природы напрочь заблокировало какие-либо неудобства. Так было уютно и несказанно приятно находиться здесь и сейчас, в этом такси, с этими людьми.

Хоть ювелир и описал Джима – проводника, сидящего рядом, рассказывая о нем подробно и со всеми нюансами, но тот молчал всю дорогу, будто ему вообще неинтересен этот эпизод нового знакомства. Единственное, что воодушевляло в его поведении – это его жадное поглощение всего вокруг. Он настолько упоительно наслаждался видами вокруг, которые возможно знал наизусть, что его глаза расширялись и сужались с молниеносной скоростью, а мимика лица, так вообще выдавала такие фигуры, какие может выписывать лишь непосредственная любознательность ребенка. А кульминацией всего этого потешного зрелища, являлось внезапное рукоплескание, возникающее от неожиданно увиденного. В эти моменты он словно привставал с места и на публику играл роль трибунного болельщика. Но искренность его действий не имела сомнений. Поэтому иногда, Мария забывала про обзор начинающихся джунглей и впивалась глазами в интересный спектакль одного актера.

Низкие полоски зелени оборвались. На смену им пришли тонкие, но высокие деревья, имеющие большие просветы. Поэтому солнце всегда радовало своим присутствием, поглаживая и работая над красивым загаром.

Мария разделась практически до купальника. Нельзя было сказать, что стояла жара, иногда и странная прохлада посещала, но маленький огненный шарик на небе здесь добивался превосходных результатов – светил так пронзительно, что тело отказывалось верить в то, что оно не на пляже. Девушка вкушала любые изменения в организме, он бурно, но абсолютно радостно переживал все то, что называлось внутренним восхищением: сердце мирно работало, поддерживая ритм для выплеска эмоций, легкие наполнялись глубоким и безмерным объемом, нет, не жадно, а смакуя и умно преобразовывая в жизненную силу.

Со временем дорога сузилась, тонкие деревья сменились на мощные и толстые. Свет здесь проникал с трудом, и картина яркого веселья преобразовалась в темную, но грациозно зеленую стать.

В тот момент, когда колея и вовсе закончилась, проводник повернул голову к Марии и широко улыбнулся. Повозка с моторчиком остановилась рядом с чем-то похожим на багги. Только эта доморощенная конструкция имела вид ржавых труб заброшенного дома. Внутри автомобиля были три удобных, из красной кожи сиденья, что явно понравилось Марии, – они являлись большими и мягкими, все остальное не имело никакого значения.

Перегрузив багаж, они попрощались с водителем моторикши. Тот уехал, забавно потряхиваясь в пустой повозке.

Наступило некоторое ожидание – не было водителя технологической раскладушки с величественными красными кожаными сиденьями. В этот момент Мария прогуливалась вокруг пяточка встречи, не заходя далеко, даже милое ощущение свободы не позволяло сильно расслабиться в джунглях, тем самым передавая слабенькую боязнь от нового и непознанного.

Неожиданно высокие и густые кусты зашевелились и оттуда, практически выскочил мужчина в каких-то лохмотьях. Это получилось настолько мгновенно, что Мария рухнула на пятую точку. Джим засмеялся. Он хохотал и практически валялся, держа себя за живот. Не было испуга, но странная быстрота смены кадров заставило девушку застыть в полусидячем состоянии, с нелепой и натянутой улыбкой, как будто она осознает комичность ситуации. Но вот когда этот странный тип подбежал к ней и сунул в лицо шнурок, который зашевелился, Мария закричала и попятилась назад. На помощь кинулся Джим, он оттолкнул бродягу в сторону, ругаясь и стуча себя по голове, показывая степень ума у незнакомца. Девушка не думала о страхе, он даже не пытался сковать ее. В данной ситуации она испытывала лишь любопытство и слабенькую боязнь. Мимолетная мысль пролетела над головой, по поводу того, что она становилась более твердой и решительной. Чувства больше не уничтожали ее психику, они только сбивали с толку, заставая врасплох.

Странный мужчина выбросил шнурок, тут Мария увидела, что это была змея, которая тут же уползла. Джим подошел к девушке и подал руку, извиняясь на английском языке. Затем он подошел к недавнему бродяге и обнял его так, как приветствуют самых близких. Он объяснил Марии, что тот их водитель. – Совершенно прямолинейный человек, не имеющий норм и рамок в поведении. Таким образом он хотел поприветствовать, выказывая свое уважение, но не учел нравы иноземной гостьи. Девушка улыбнулась, прояснив свой разум мыслью, что и боязнь-то была незначительной. Она протянула руку новому знакомому и назвала свое имя. Тот буркнул что-то в ответ и прыгнул в автомобиль. Проводник указал Марии на самое удобное и широкое место, после чего они тронулись.

Самое интересное началось дальше. Машина оказалась совсем не кучей ржавых труб. Это был настоящий реактивный самолет. Только сейчас стало понятно, зачем этому сооружению такие большие, словно воздушные шары, колеса. – Они выполняли роль воздушной подушки. А мощный и сильно ревущий двигатель толкал это недооцененное произведение искусств с такой скоростью, что волосы оставались все время позади. Мария схватилась за передний поручень, хотя Джим предварительно пристегнул ее ремнем безопасности. А дальше все стало понятно и без слов – все находящиеся на этом аттракционе кричали от восторга. Причем сильно забавляло то, что и сам водитель радостно кричал не меньше, а возможно и больше, подбавляя юмористического масла в огонь. Какая тут боязнь… Мария ясно видела положение дел – она легко аккумулирует любое свое состояние. И когда приходит, по прошлым примерам – стрессовая ситуация, мозг автоматически запускает фазу необходимых эмоций, которые помогают двигаться дальше, без сомнений и расстройств. Все теперь давалось легче и проще – мир сливался сильнее, размывая любые границы.

Складывалось впечатление, что и звери, находившиеся неподалеку, смеялись в унисон людям, которые испытывали истинное наслаждение. Да что там звери, вся вселенная умилялась, видя, как странная прыгающая и хохочущая колесница стремиться вдаль. Все это продолжалось до тех пор, пока на пути не выросла хижина. Автомобиль резко затормозил, почти въехав в здание из сборной солянки.

Мужчины давно уже находились в домике, перетащив весь багаж девушки, а вот она, напротив, не торопилась. Внутренний восторг настолько ее переполнял, что она вообще не думала покидать этот, полюбившейся «трубопровод». Мария запрокинула голову назад, вздохнула полной грудью и закрыла глаза.

Кап. Кап. Редкие капельки, от осадка проснувшегося сознания, добавляли в разум нужную информацию. Расширялось все – восприятие, знание, чувственная гамма. Мысли оставили голову. Вначале была темнота, затем сильно прижатые веки создали светлый ореол, потом круг, а вслед за этим и полностью белое пространство. На смену этому оттенку проник свет, могущественный и всепоглощающий. Тьма отступила. Неясность пропала. Неведение исчезло. Пришла четкость, такая действенная и проникающая, что любые нейронные сигналы проходили путь с уже готовыми ответами на все, что только интересовало в жизни Марию. Восторг перерос в воодушевление, а потом наступила полная тишина. Безмолвие, где нет надобности в вопросах и ответах – все протекало так, как должно было быть.

…

Веки открылись. Это не было воображение или стандартная медитация. Это была любовь, такая чистая, что прозрачность ее неуловима никаким вселенским глазом.

Мария улыбнулась и прошла в дом.

Совершенно спокойная, грациозно идущая девушка, умиротворенно восхитила мужчин, они открыли рты, показывая это с неким комичным шармом. Мария это заметила и рассмеялась, ей было настолько приятно чувство юмора новых знакомых, что рамки ее скромности и скованности отступили давно. Они вместе взялись за руку и рассмеялись в полный голос. Их смех передавал первозданность ситуации, наивность человеческих отношений – подобно детской реакции на радушие окружающего мира.

– Вы великолепны Мария! – Совершенно непредсказуемо вырвалось из уст Джима.

Девушка присела на корточки, она держалась за живот и хохотала. Состояние походило на истерику, но мило смотрящуюся. Потом она начала кататься по полу, закрывая лицо руками, то хрюкая, то шмыгая носом.

Когда истерика завершила свое восхождение, Мария поднялась и со слезами на глазах потрясла головой.

– Я могла бы удивиться и встать как вкопанная, но вы парни – это что-то. Вам нужно в цирке выступать, аншлаг будет постоянно.

Джим сказал, что он один говорит на русском языке, да, собственно, и на английском тоже, а их забавный водитель общается на языке природы. Они обычно всегда так встречают гостей, стараясь зарядить их положительной энергией. Что кстати не всегда получается. – Не все могут воспринимать эмоции, как своих друзей, взрываясь и негодуя от таких шуточек. А в знании языка он не признался специально – бывает интересно послушать мнение о себе, человека, который заведомо видит в чем-то преграду, в данном случае – языковой барьер и странность ситуации.

– Дорогой мой! – С доброй улыбкой произнесла Мария. – Я уже настолько подкованный человек, что «странность» – слово мне незнакомое. И несмотря на ваши неожиданные шутки и непредсказуемое поведение, я вас сразу же полюбила всем сердцем. Счастье – обогащает внутренний мир! А Ваши лингвистические способности – это еще один подарок мне, от вашего волшебного царства, под названием – Перу!

Новоиспеченные друзья перекусили в оживленной обстановке. Потом на пользу пришел полуденный часовой сон. Когда Мария проснулась, чувствуя огромный прилив сил, она заметила, что никого нет. Пройдясь по небольшому внутреннему пространству лесного домика, она получила впечатления схожести. – Когда-то совсем давно, отец брал ее с собой на охоту. Место дислокации между перевалами, было похоже на этот охотничий домик, наводивший подлинную романтическую атмосферу природного зова.

Девушка аккуратно прикасалась ко всем предметам, имеющим ценность для ее взора, перенимая их энергетику и информацию времен. Встречались и фотографии. Одна из них так выделялась каким-то странным свечением, что Мария тут же подошла к ней. Этот обрывок из прошлого оказался очень интересным. Люди, запечатленные там, были настоящим девушки. Слева стоял ювелир Вадим, он подмигивал и указывал руками на всех остальных участников снимка, являясь верхушкой просветленной пирамиды – пути самопознания. Рядом с ним стоял Андрей, друг Вадима – основатель школы медитации в России, он соединил руки в мудры, указывая на свою принадлежность к их знакомству. Костюм его состоял из двух цветов, белого и черного, раскрывая дуальность всего, что развивается. Рядом красовался Михаил, только в отличие от всех остальных, он имел ореол вокруг всего тела, но не то, чтобы света, а по составу, схожего с клеем. Он словно соединял всех на этой фотографии. Рядом красовались два друга – неразлучника: Джим, ее новый проводник и безымянный водитель, все в тех же лохмотьях. Они и на фотографии широко улыбались и строили друг другу козни, даже «рожки» красовались над головой. Фотография была настолько живой, что Мария почувствовала от нее сильное тепло. Затем ее зрительное восприятие начало меняться. В глазах появилась рябь, потом и вовсе затуманило взор. Когда же взгляд прояснился, на фотографии появился еще один персонаж. Мария несколько раз подносила ее к глазам, и отдаляла на расстоянии вытянутой руки, – она не могла поверить в увиденное. На снимке была она. Аватар Марии сидел в кресле, стоявшим перед участниками группового фото. «Но недавно оно было пустым» – подумала девушка. Появился звон в ушах, руки задрожали. Она смогла взять себя в руки и пригляделась еще раз получше после того, как вытерла глаза платком. Но картинка не изменилась. Единственное, что дополнилось, так это волнообразные изменения в ее внешности. Она словно увеличивалась сидя на этом кресле, причем не только размером, но и черты изменялись на более мужественные. Она отвела глаза в сторону и увидела это самое кресло, а позади него и стену, служившую задним фоном на фотографии.

Когда Мария повернулась обратно и взглянула снова на фотографию, рука непроизвольно выронила снимок. Вместо нее, на кресле сидел Сергей – личный демон, который начал искушение на балу, при их первом знакомстве. Небывалое чувство сковало девушку. Она не ощущала по-прежнему страха, как и прежде после того, как познала его и подружилась с ним. Но что-то манящее и отдаленно схожее крутилось в ее сознании. Словно отголоски боязни, пережитой совсем недавно, не отпускали ее. Возможно, она не до конца прочувствовала и разобрала эту эмоцию, переключившись на веселье, в обществе новых друзей. Но что тогда это чувство хочет ей сказать? Мария успокоилась и закрыла глаза, не отпуская снимка из рук.

Мысли крутились с бешеной скоростью, причиняя некоторое неудобство своей навязчивостью. Глубокий вдох – меньше. Глубокий вдох – еще более спокойнее. Мысли сначала выстраивались в своей последовательности, разбирая свою структуру на логичное взаимодействие. Потом они слились в однотипную тему. Дальше их единое значение перетекло в отсутствие необходимости в них. А дальше они совсем исчезли. Пришла тишина. Та самая, которая помогает заглянуть в себя. То безмолвие, которое приводит в содружество все аспекты жизни, преподнося интерес ко всему, что может окружать человека. – Это именно та пустота, в которой создаются шедевры, ведь с чистого листа всегда проще создавать. Ну или хотя бы находить ответы на интересующие вопросы.

Вслед за этим, тело получило заряд ободрения. Каждая частичка органической субстанции услышала точную и нужную команду, без лишней суеты и запутанности. – Тело расслабилось и перегруппировало свой функционал, оно направило всю работу на поддержание спокойного равновесия.

Мария увидела себя со стороны, усмотрела, как она делиться на две части, где первая – это она в своем обычном внешнем обличье. А другая – это ее демон, в шкуре Сергея, как назвал его Михаил, проводник из Лимы. Но они не были четко разделены. Соединение только чувствовалось на подсознательном уровне, накладывая два мира на одного человека. И в этом невидимом равновесии демон был союзником. Он объяснял, что не является чем-то плохим, – он имеет статус сравнительной константы. И имеет смысл помощи, но не в коем случае не внутреннего разлада. Демон, благодетель, искуситель, дарующий, «Эго» – пороки и достояния, все это была одна сущность, данная человеку для глубокого анализа своей жизни. Сравнения, которые помогают второй половине – душе, свету, истинному «Я», – обрести свой путь. А пути всегда два, эти два делятся еще на два, и так до бесконечности. Плохое и хорошее – не разделение, ад и рай – не крайности – все это единое целое, для разнообразия и выбора своего пути. А внутренние весы и их границы, пределы – это сугубо личная мораль.

Глаза открылись. Мария встряхнулась всем телом, словно собака после помывки. Сильные и глубокие по своей основе мурашки прошли волной по всему торсу, разделяясь на более мелкие, толкая волну воодушевления до конечностей и обратно, по новому кругу. Девушка увидела все ясно и отчетливо – все, что с ней происходит – прекрасно и разнообразно.

Взглянув снова на фотографию, Мария поняла, – все встало на свои места. В ряд стояли знакомые мужчины, только они поменяли свои позы на обновленное состояние. Они простирали свои объятия и широко улыбались, показывая свое радушие по поводу нового обретенного знания Марии. А перед ними стояло пустующее кресло. – Фотография всем своим изображением просто кричала о том, что путь открыт и всегда рад принять любого, кто обретет веру в его необходимости. А какой путь – это дело каждого. Пустующее же кресло символизировало примерочную внутренних переживаний – эмоций, мыслей, разной степени воодушевления.

Мария успела умыться и переодеться, до того момента, как пришли ее спутники. Джим поведал ей о дальнейшем пути. Хижина шамана находилась поодаль от всего селения. Поэтому им предстояло вначале добраться до деревни, откуда родом сам шаман. Там они наберут съестных припасов, воды и отдохнут. Дальше их путь будет проложен до места нахождения шамана.

– Насколько это далеко? – Спросила Мария.

– Довольно, чтобы подустать. – Тут же ответил проводник. – Мы будем пробираться через самую чащу джунглей, преодолеем несколько крутых и огромных склонов. Попадем на загадочный пятачок пустыни в гуще лесов, проберемся вдоль водопада и окажемся на месте.

– А чем будет отличаться мой обряд, от стандартного, что проходят все, кто хочет познать айяуаски?

– Тем, что они хотят, именно его познать. Ты же приехала сюда за своими ответами. А сам обряд не важен, он просто отчетливо намекнет на то, что ты и так знаешь. Возможно приключение – это еще один ключ к твоей внутренней свободе. Обычный туристический обряд – он завязан на галлюциногенных растениях, твой – это переплетение здорового тела, чистого разума, созидательного сознания, и любящей души. С одной стороны – это будет путь знания, с другой – испытание для познания движения бытия. Ты можешь, конечно, сравнить эти ритуалы, попробовав и тот, и другой. Но лично я смысла не вижу. Галлюцинации, взятые из природы – это всего лишь толчок к изменению привычного восприятия – старт к новому видению, вере, истинному знанию. А естественное преображение в организме, с помощью личностных ресурсов – это и есть – новое видение и знание, без вмешательства третьей стороны. Третья сторона – это то, что помогает высвободить из тебя умение, знание, способность. Например, книга, учитель, врач, психолог, специалист, владеющий ключами от нужной двери.

Мария предельно ясно поняла, о чем говорил Джим. Это словно уже было в ней заложено, только и как все остальное, смиренно ждало своей очереди. Ведь даже любовь всегда дежурит свое мгновение, хотя известна всем и всегда.

Переложив все необходимые вещи в рюкзаки, не набирая лишнего, так как путь был долог, они попрощались с безымянным водителем, имя которого созвучно произносила природа.

Рядом с домиком, на верхушках деревьев, сидела любопытная семейка пестрых попугаев. Они перелетали с ветки на ветку, провожая двух путников. Глаза птиц передавали отражение людей, стремящихся вдаль, на встречу приключениям. Они настолько любопытно изучали Марию, что движение клювов синхронно поворачивались по направлению каждого шага. Пернатым было известно, что этот путь прописан точно, но с небольшими пробелами, где девушка могла вставлять свои направления, имея знание личного выбора. Птички кинули прощальный взгляд и улетели прочь, имея возможность поведать каждому в этом лесу, что человек обретает смысл.


ИСПУГ.


Поначалу, дорога казалась увлекательной, легкой, и проходящей в приподнятом настроении. Впечатления от здешних мест постоянно добавляли силы. Невероятно мощное воодушевление запускало механизм движения на запредельных ресурсах. Друзья все время шутили и обращали на себя внимание через харизму. Подобно этому настроению, джунгли, как по намеченному плану, являлись легко проходимыми и дружелюбными. В некоторых местах встречались тропинки, в меньшей степени – редкие кустарники и заросли. Вся живность леса находилась в стороне, только приветствуя, и снова возвращаясь к своим делам. Но когда проблески света закончились – джунгли закрыли свой занавес, Джим сообщил о привале. Он прекрасно понимал, что любая мотивация должна сопровождаться отдыхом – источником естественной силы.

Мария только начала замечать легкую усталость и однообразие своего восторга, как на смену этим мыслям пришла смекалка проводника – он установил порядок в собирании хвороста для костра и добычи воды.

– Хоть у нас и достаточное количество питья с собой, но этот жизненно необходимый источник лучше пополнять при каждом удобном случае. – С полным энтузиазмом скандировал Джим. – Тем более я хорошо знаю эти места, в нескольких шагах есть водоем с пресной водой.

– Так может расположимся вблизи него? – Решив облегчить добычу воды, спросила Мария.

– Чистая вода – это лакомый кусок для любой живности. Мы здесь только гости, если попросим кратковременного гостеприимства, только чтобы набрать воды, то никто не будет возражать. А вот бесцеремонно поселяться в центре источника жизни – это очень предосудительно. Вы же с радостью подадите стакан воды, если кто-то в этом нуждается, но также будете оскорблены, если кто-то бесцеремонно поселиться на вашей жилой площади. А источник пресной воды, он как апартаменты с видом на море.

– Я поняла! Скромность и осмотрительность – лучшие качества для гостя!

– Совершенно верно Мария.

Оставив вещи, и захватив всю опустошенную тару, они вместе направились к воде.

– Посмотрите в ту сторону. – Вдруг подняв одну руку вверх, а другой указывая вперед, сказал Джим. – Что вы видите? Опишите местность.

– Совершенно просторные площади. Практически нет растительности. Хотя вокруг такая гуща. Будто здесь свой, отдельный от всего мир – островок в необъятном океане.

– Хорошее наблюдение. – Отозвался проводник. – Это место, где царит перемирие всего, что может соперничать. Здесь любые силы равны – негласная мирная энергия. Если Вы присмотритесь, то заметите многогранность этого места.

Мария начала вглядываться, выискивая хоть какую-нибудь необычность. Она впивалась глазами в каждое дерево, каждый куст, редко растущие на этом островке свободы. Ничего. Она попыталась присаживаться на корточки, чтобы разглядеть подножный покров, прикладывала руку к бровям, – создавая козырек для лучшего просмотра местности. Все тщетно.

– Я ничего не вижу, кроме огромной лысины в густом лесу. – Отчаявшись, произнесла она.

– А Вы, хорошая моя, отпустите важность. Не пытайтесь увидеть то, что Вам неведомо. Примите знание, что Вы уже видите то, что здесь находится и соприкасается с Вами. Просто расслабьтесь и получайте наслаждение от увиденного.

Мария набрала побольше воздуха в легкие, задержала на несколько секунд дыхание, а затем выдохнула, спокойно и размеренно, не оставляя ничего про запас. Закрыла глаза, отпустила мысли. После продолжительной паузы, вновь восстановила дыхание и открыла веки. – Пульс будто пропал, лишь изредка напоминая о своем присутствии. Голова стала легкая и ясная. Эмоции ушли, важность отступила.

Тишина. Только спокойное созерцание.

Изумление пришло после того, как девушка начала видеть то, что до этого и ни на йоту не проявлялось. – Поляна ожила. В самом центре пустынного островка зашумела вода. Это бил ключ, вырываясь на свободу из недр земли. Гладкая и травянистая поверхность в этом месте разделилась на два оттенка, – то, что доходило до их ног, имело зеленый цвет. А в глубине, где бил ключ, простиралась синева, выдавая свой секретный камуфляж. Эта, практически кристальная гладь, являлась наполненным питьевым сосудом для местных обитателей. «Но раз я вижу источник жизни, то и есть существа, питающиеся им» – подумала Мария.

Не успела только эта мысль скользнуть, как на горизонте появилось движение. Причем оно началось с малого шевеления, а развивалось в более масштабном объеме. Складывалось впечатление, что поляна просыпалась, меняя лежачее положение на движение всего организма.

Вдруг Мария прозрела. Она отчетливо увидела животных, и даже насекомых, которые мирно сосуществовали на этом островке жизни. Они появились так внезапно, что она непроизвольно открыла рот. То, что недавно не открывалось обычному взгляду, предстало перед ясным видением. Совсем рядом, украдкой подбегали обезьянки, чтобы напиться. Правая сторона заполнилась ламами, которые обычно любят просторные местности, но тут они грациозно гармонировали. Впереди, вдали от всех, брел по своим делам очковой медведь, не имея никакого интереса к людям, да и к остальным участникам этого оживления. И совершенно неожиданно, позади, вальяжно передвигался ягуар – невероятно опасный хищник. Но в связи с тайным сговором этого места, он безмятежно удалялся, напившись воды, не реагируя ни на кого, будто инстинкт убийцы был притуплен более главенствующей силой.

Мария удивленно посмотрела на Джима. Тот по-доброму улыбался. Его глаза говорили сами за себя – «Я всегда это вижу». Он давал понять девушке, что наша видение ограничено лишь нашим кругозором, рамками и убеждениями.

– Вот почему зачастую, «турист», заходя в лес, не может разглядеть его структуры – его обитателей. Что так легко дается, например, в парке, где все отлажено, как по шаблону. – Шепотом произнес Джим. – Мы не видим очевидного, пока не хотим этого видеть. А не хотим, из-за того, что не верим. А не верим, так как не знаем. А не знаем потому, что слушаем кого угодно, что угодно, но только не себя. Но ведь именно внутри нас заложены все секреты мироздания. «Я» и есть знание во плоти! Смотрите дальше Мария. Примите единение воочию.

Девушка повернула голову в другую сторону. Там картина повторилась: насекомые развивали свою деятельность прям под ногами, не стесняясь великанов. Огромные жуки бегали на запредельных скоростях, сталкиваясь с схожими по размеру тараканами. Они шевелили усами, как бы извиняясь за свою навигацию, обменивались сплетнями и продолжали свой путь. Пауки различных форм и размеров плели свою паутину, вырисовывая виртуозные узоры, словно соревнуясь в своем мастерстве. Грандиозное количество летающих и жужжащих, дополняло наземную жизнь, своим мастерством покорения воздушного пространства. Вся эта живая ипостась насекомого мира, нисколько не передавала картину разрушения, варварского пожирания или удручающего вида смерти. Все находилось в гармонии, везде присутствовала логика. И именно в эти моменты, когда люди наблюдали за ними, через призму доброго изумления, направленного на созидание, насекомые показывали свои бытовые моменты, пряча за кадр нюансы, не имеющие смысла своего оглашения, мол – «живем, как живем».

Неподалеку, между двумя валунами, с полной вовлеченностью, создавала семейный уют парочка шиншилл. Они трепетно ухаживали друг за другом, прибавляя этому сказочному месту бонус за добрую любознательность людей. Их жизнь была наполнена таким быстро сменяющимся многообразием, что за короткое время можно было просмотреть целую вечность, – тот бескрайний горизонт бытия, что охватывает все живое на планете: страстная любовь, домашний быт, рабочие моменты, гармоничный отдых. Все выказывало глубокую серьезность, но в то же время подчеркивало состояние игры, той игры, что должна сопровождать нашу жизнь.

Глаза так бы и застряли на этой семейной парочке, которая по всей видимости готовилась к появлению потомства, но это поразительное место еще не закончило свое фееричное шоу для восприятия. Из-за дерева, странными движениями выплыла машина из фантастических фильмов. – Зрелище поистине будоражащее воображение.

– Какая небывалая редкость! – Воскликнул Джим. – Это же гигантский муравьед. Что совершенно неприемлемо для здешних мест. В основном, эти леса заселены карликовыми. Я встречал и раньше подобное чудо, но сегодня – это точно знак. Мир любит Вас! Все вокруг желает Вашего внимания и любви.

Мария заулыбалась. Она наслаждалась футуристической обстановкой, в которую было помещено это странное животное. Длинная морда, а в продолжении ей – не менее длинный язык, похожий на лассо, то и дело рассекающий воздух. Самое натуральное – инопланетное создание.

Вдруг наступила тишина. Вокруг все замерло, остановилось напрочь. Создавалось впечатление, что и растительность приостановила свою жизнедеятельность. Ветер исчез, солнышко скрылось за верхушками густого скопления деревьев. А где же шум из-под бьющего источника – сердца здешних мест? Да и сам ключ пропал, притих, спрятался. Животные скрылись, насекомые канули в неизвестность. Видение прекратилось, глаза не видели, уши не слышали, даже нос омертвел на восприятие. Подобные игры разума сыграли вопиющую и странную шутку с Марией. Она аж руки развела непроизвольно и автоматически.

– Что случилось? – Выйдя из продолжительного оцепенения, прошептала девушка.

– Готовится какая-то кульминация! – Подобным шепотом издал Джим.

– В смысле? Что-то произойдет?

– Да

– Плохое?

Проводник посмотрел на Марию и улыбнулся. Она сразу же прочувствовала нелепость своего вопроса. Ведь в последнее время, все люди с которыми она соприкасается, без устали твердят о единстве всего, что только себе возможно и невозможно представить. А соответственно, все, что сейчас может произойти – не более, чем то, что должно произойти. Без определений: «плохое и хорошее».

– Нам остается ждать. Это уж точно будет грандиозно! – С некой таинственностью произнес проводник.

Тишина проявила свою совершенную глубину. Казалось, уже нет большей единицы измерения этому безмолвию. Но с каждой минутой ситуация менялась в неопределенную обратную сторону, создавая такой вакуум, что уши закладывало с неким неудобством. И когда тишь приобрела состояние низкой частоты ультразвука, тело Марии сковала мощная энергетическая сила. Словно каждый атом ее организма замер в мертвом ожидании, а вся внешняя телесная оболочка, закреплена в пространстве миллионами булавок.

И в самый пик этой пустоты, произошел мощный взрыв. – Оглушающий фейерверк поднялся ввысь. Залп за залпом. Он начинал свой путь от макушек деревьев и обрывался в бескрайнем небе. Вершинная синева разбавлялась таким огромным количеством разнообразных цветов, что глаза ослеплялись радужной пеленой. Все размывалось, а потом собиралось в определенный узор, затем снова распадалось на миллиардные осколки.

– Это божественно! – Воскликнула Мария.

Она сжала кулачки от удовольствия. Рот непроизвольно раскрывался с каждым новым хлопком. Руки сами по себе аплодировали. Все остальное находилось в неподвижной стойке. Девушка даже не задавалась вопросами: «Что это за явление?», или «Почему что-то схожее с салютом происходит днем, так красочно и так неописуемо красиво?», она только восторженно созерцала.

Когда все вернулось на круги своя – лес ожил, звери продолжили свои дела, насекомые показались взору, а живой источник возобновил свою циркуляцию, Мария с точной уверенностью определила причину этого волшебного и внезапного зрелища.

– В этой картине изумления не хватало птиц! – Как бы завершая мысль Марии, произнес Джим. – Как они торжественно подчеркнули наше возвышенное видение. Как тонко и гармонично общается с нами природа!!!

– Да, поистине – величественное общение, где нет необходимости в привычных словах и мыслях. – Подхватила девушка. – Где каждая частичка тянется к пониманию, к единению – к любви!

– Раз уж представление подошло к концу – это знак, что пора делать свои необходимые дела и удаляться восвояси. – Медленно начиная движение ног, произнес проводник. – Здешние обитатели подарили нам праздное зрелище, а теперь, зная меру в гостеприимстве, нам пора идти.

Джим еле заметно махнул рукой, определяя направление их движения. Рука указывала на источник. Мария, словно находясь в забвении, вначале опешила, что им придется пройти в эпицентр событий, но потом вспомнила, что это и было их целью – добыть питьевой воды. Они двигались медленно, не задевая здешнюю жизнь. Возможно, аккуратность не так уж и легко давалась, но это окупалось многократно – все окружение мирно брело в своем мире, не обращая внимание на мир людей.

Происходили моменты, когда внезапно ломалась сухая ветка под ногами, издавая подозрительно выдающий себя звук, но все заканчивалось тихим смехом. Путники, как маленькие шкодники вели себя – хихикали и затыкали себе рот руками. Они уже чувствовали себя, как в гостях у друзей или родственников. Постоянно акцентировали на комичность их вкрадчивой походки, которая то и дело выдавала их шалости шумными шорохами.

Лес не обращал внимания. Вся здешняя живность доверяла людям и принимала их радушие и мягкий юмор. В воздухе летала надежда на восполнение пробелов, которые утратил мир, при техногенной глобализации человеческого рода. И только подобные моменты в разных уголках земного шара, в разных частях человеческого сознания – являлись естественным клеем, между двумя мирами, когда-то неразделенными и едиными.

Джим наполнил все фляги, не переставая смотреть по сторонам. Но не осторожность вращала его голову, а наивное любопытство. Теперь Мария поняла, почему он так всепоглощающе вглядывался во все вокруг – он видел. Видел то, что другим не под силу. Тем другим, кто не хочет видеть, прочитывая лишь свою часть этой вселенной, свое нечто, что не действительно без всего вокруг. Теперь ей был ясен смысл взора маленького ребенка, что созерцает, а не просто смотрит. Видение, которое открывает новое, для насытившегося разума. «Я вижу, когда хочу этого» – крутилось постоянно в голове Марии.

– Не бывает серых дней. – заговорила она. – Нет однообразия. Вкус к жизни никогда не притупляется. Человек рождается для познания и применения. Потом он насыщается и начинает угасать. Пропадает стремление к восприятию, меняется мышление – все меньше и меньше нейронов поступает в тело с главенствующей информацией – жизнь – это движение вперед, жизнь – это открытие!

Джим пронзительно посмотрел на Марию. Его загадочная, но совершенно добродушная улыбка передавала восторг. Радость за девушку – она познает себя через мир, а мир через себя. Именно поэтому человек начинает мыслить, и именно поэтому – человек начинает знать. Эти мысли являлись главенствующими в уме проводника.

Немного поговорив о возвышенном, прямо не отходя от «кассы», они двинулись обратно. В их планах был еще костер и приятный отдых.

Мария на секунду поймала себя на мысли, что не испытала испуга во время всех этих природных сцен. А именно это чувство она загадала себе на это время. По невероятно проницательным признакам, она определила этот срок. Да и по порядку ее учения, прогнозируемого ювелиром, дальше шла именно эта эмоция. «Возможно я уже незаметно для себя работаю с чувствами» – подумала она. Хотя девушка прекрасно понимала, что точно испытывала лишь восторг, и ничего больше. «Явно еще испытаю» – вновь пробивались мысли.

Они практически выходили из кольца природного видения, как вдруг картинка начала размываться. – Весь тайный мир здешних мест исчез. Остались лишь очертания зеленой поляны, напоминающей залысину головы джунглей. И слышалось только легкое отдаленное журчание источника. Вся живность пропала с глаз.

– Как приятно было там находиться, в гармонии с собой, со всем, что окружает. – Разгоняя лирику, сказала Мария. – Я чувствую себя природой, вселенной!

– Да, это прекрасно! – Прокомментировал Джим. – Но не забывайте, что пока еще находитесь на пути к единению. Поэтому – зрите, учитесь, впитывайте, естественно, уважая все вокруг. Не зевайте в своих удовольствиях, незнание и нелепость – не оправдание. Старание и стремление всегда будут зачетом. Вдруг получится внезапность, которая возникнет против Вас? А тут – Ваша устремленность – это будет шанс на возобновление отношений.

Мария поняла слова Джима. Он говорил про внезапную обиду или вред, или ущерб, причиненный по случайности, без прямого мотива. Все это проявляется повседневно, вселенная так устроена, но ее закон баланса всегда все исправляет. И знание этого закона – облегчает жизнь любого человека, который придерживается его. Человек, способный наблюдать за собой, корректировать себя – является волшебником, магом, чародеем, тем, кто задает свою судьбу сам! – С этой мыслью она отпустила это знание, изучив и познав каждой клеткой своего тела.

Мария потеряла вкус к познанию, окутав себя мыслью, что едина. Забыла главную идею, что только влюбленный взгляд – есть движение вперед. Немного забылась, думая о себе, прикрываясь СВОИМ единением с окружением. – Около ее правой ноги возникла гигантская морда рептилии. Настолько пьянящая сознание, что девушка подчинилась ей и отдалась всем своим разумом, вместе со всеми страхами, переживаниями. Раскрыла все то, что покоится глубоко в недрах сознания. Чувства хаотично поплыли из нее, передавая искаженную картину коммуникации. – Связь человека и змеи нарушилась.

Девушка практически видела свою кончину. Представляла холодную и мощную хватку колец огромного монстра вокруг своего тела. Без лишних слов, она видела свою ошибку – стремясь к знанию, она думала, что обрела его, задирая нос своего величия. Но знание обмануло ее, превратившись в ее врага. Забывшись на время, она вернула себе состояние прежней своей сущности – своего «Эго»: я знаю, что я едина с природой, значит действую как хочу и делаю, что хочу, даже находясь в доме живых организмов со своим собственным сознанием. А ведь на это, еще ювелир ей говорил, что любой путь – это баланс, внутренний и личный. И даже, если система не дает свободы, зомбируя нас программами, то личное стремление к свободе, через личные весы – дарует лестницу наверх, к своей душе.

В одно мгновение змея передавила ее туловище и практически лишила дыхания. И все потому, что она вторглась в ее пространство.

Вдруг легкая рябь в глазах. Последние вздохи. Тишина…

Сознание отключилось от материального мира, и включило внутреннее безмолвие, где Мария чистым видением узрела себя со стороны. Ту девушку, которая оцепенела от неопределенного чувства. А рядом находилась огромная рептилия, но неподвижно, словно она просто интересовалась окружающей обстановкой, но ни в коем случае не Марией. Девушка выглядела, как объект в поле зрения тепловизора – Все тело, от конечностей к центру – сердцу, расходилось разными оттенками, края – синие, холодные цвета, ближе к центру – принимали приближенные к красным оттенкам. А голова и выше, имели ярко красный цвет. То высшее «Я», что отделилось от тела и смотрело на себя со стороны, сразу же смекнуло, что красные оттенки – это области вспышек эмоций, порожденных эмоциональным разумом. И они сейчас активно задействованы и железной хваткой сковали девушку.

Причина скрывалась не в змее, которая якобы, практически поглощала Марию целиком, а в ней самой. Она так же смогла определить, что чувство не сильное, и является далеким отголоском страха. И именно тот факт, что более легкие приходящие эмоции, заменили трудные и тяжелые, такие как страх, путем ее просветления, позволял ей видеть, а не просто получать подсказки извне.

Картина была следующая: змея, блуждающая по своим делам, внезапно встречает человека, она бы рада проползти рядом, следуя своему пути, но человек встречает ее своим чувством испуга, развивая дальнейшую реакцию и связь между ними, переплетая их миры. Но так, как это чувство непроизвольное, и отключающее необходимые жизненные ресурсы, отнимая доброе отношение и любовь – реакция и связь искажаются до нежелательного противовеса. Получается непроизвольное, без осознания противостояние между двумя представителями миров, хотя в априори их мир един, если убрать эмоциональную связь. И все бы ничего, испуг – чувство кратковременное и незначительное, но во всем есть продолжение и развитие. Мария четко это увидела: красная зона в области головы человека передала информацию в область головы змеи, окрасив ее тоже красным цветом. Есть контакт. Змея переняла испуг и готова оборонять свою жизнь – инстинктивно.

Мария одновременно наблюдала за разворотами событий и их исходами, сопутственно она анализировала мысль, что в этот раз ее никто не возьмет за руку, передать свое тепло, доброту и необходимую подсказку, касаемо правильных действий. Продвинутое мышление перевернуло всю мыслительную деятельность, блокируя лишнюю информацию. Точный сигнал прошел в эмоциональный разум и обнулил его деятельность, переписав коды восприятия данной ситуации. Сознание посадило росток, в уже чистый эмоциональный разум, который тут же дал свои ответвления – безмолвие, спокойствие, любовь. Девушка, наблюдавшая за этим процессом со стороны, увидела изменения в области своей головы – она сменила красный окрас на холодный и спокойный, а потом и вовсе пролился свет, на всю эту область. Вся эта реакция передалась по коммуникативным каналам в голову змеи, – она вернулась в привычное состояние – состояние света.

Когда Мария очнулась от своего видения, змея уползла прочь. Только сейчас она посмотрела на Джима, он мирно улыбался, невероятно по-доброму, смотря ей в глаза. Проводник знал пережитое девушкой, чувствовал, понимал.

– Испуг ушел, а с ним и ненужная связь – пугающая и разрушающая. – Вдруг, внезапно заговорил Джим. – Вот видите, моя дорогая, жизнь всегда наглядно все разъяснит. Она открыла Вам испуг, его внезапность, забывчивость, а потом показала процесс, со стороны Вашего высшего «Я», при котором все рушится и деградирует. Вы отличный аналитик, Мария. Быстро учитесь и легко находите правильные решения. Подобно серфингисту, Вы проплываете свой путь по волнам, не расстраивая психику и не разрушая свою жизнь – легко, без чувства важности и попыток плыть против течения. Я восхищен Вами!

Обратная дорога к месту привала прошла в абсолютном забытье. Банальные моменты из каждодневной рутины превратились в милое путешествие, в хорошие уроки из жизни. Постепенно все чувства перевоплощались в один большой и плодородный источник счастья. Все происходило так, как должно было происходить – по-доброму!


ЖАЛОСТЬ.


Хворост собирался легко. Невообразимо зеленые и цветущие джунгли выбрасывали много отработанного и ненужного, превращая его в плодородную почву для будущего поколения. Ветка к ветке, соломка к соломке – получился неплохой запас на все время отдыха.

Джим складывал костер аккуратно, что-то проговаривая себе под нос, словно разговаривал с кем-то и благодарил за этот удачный день. Каждое его движение сопровождалось любовью, если попадались мелкие букашки, он их бережно доставал и отправлял восвояси. И при всем при этом, проводник постоянно поглядывал на Марию, проверяя – следит ли она за его действиями. Он пытался, как можно качественнее передать то отношение, что вращает эту планету – бережное созидание.

Сооружение для огня получилось нешуточным. Вся внутренняя часть состояла из самых тонких и сухих прутьев, торчавших внизу из-под основы костра, которая имела два слоя: внутри – более тонкая, снаружи – более мощная и плотная – практически бревна.

Холодно не было, наоборот – стояла жара. Мария понимала, что все это готовилось для обряда, ну или по крайней мере для приготовления пищи. Тем более озадаченность и скрупулезность всего процесса в действиях Джима, говорили сами за себя – готовится еще один фейерверк.

После поджога, слабенький огонек ласково цеплялся за мелкие прутья. Он черпал из них силу, набирая большие возможности для роста. Через минуту, совершенно зрелый юноша разбрасывал свои лепестки пламени по всем несущим бревнам, передавая этим действием – горячую и напористую молодость. Еще мгновение, на помощь пришел искуситель ветер, он подбавил гормонов в эту игру взросления, и перед взором уже совершенно окрепший, мужественный и статный огонь. Пламя величественно охватывало все костровое пространство, вскидывая свои огненные руки к небу, будто взывая внимания в молитвах у Всевышнего. Оно исполняло ритуальный танец, который миллиарды лет воплощал нечто в жизнь. Взрыв и свет. Созидание во благо праху, для продолжения всего, что погибает и воскресает, во имя бесконечности – естественной эволюции любой клетки.

– Вы правильный настрой приняли. – Немного оборвал притягательное видение Марии Джим. – Для дальнейшего пути, мы используем естественную медитацию – огонь поможет нам в этом. Он расскажет нам намного больше, чем вся литература мира. Приучайтесь видеть окружение в окружающем. Это позволит научиться видеть себя.

Девушка не стала дополнять эту речь, хотя было что сказать. Ее взгляд притягивало пламя, внезапно усилившее свои позиции. Оно, зарожденное совсем недавно, но имеющее силу на заявление всему миру о своем появлении, понимало, что его власть и его зрелище – лишь его ипостась. И для большей славы ему необходимо охватывать все большие территории и зачарованные взгляды. И при этом его знание было безграничным, что подтверждалось тем, что оно сотрудничало со всем миром, не зря дружба с ветром даровала ему свободу и силу. Но в какой-то момент своего танца, огонь замер, принял более скромную и текучую форму, заменив ей взрывную. Пламя приняло веру и знание человека, который аккуратно и с любовью создал его, оберегая окружающий мир от его напора. – Вокруг не было деревьев и кустов, а по краям костра был сделан неглубокий ров из глины, определяющий границы его владений.

Огонь не огорчился своему незначительному размеру, что заканчивался на взглядах двух людей. Он осознал это. Его новое знание – это жизнь в том качестве, в каком на данный момент он прибывает. Если настоящее дарует всего пока двух зрителей, бережно породивших его, то и свое искусство, и свою мысль, он будет передавать именно им, приветствуя и благодаря. Он признал тот факт, что добро порожденное добром – в итоге создает добро!

Мария загипнотизированно смотрела на танец красивого явления. Она читала все, что передавалось с этим посланием. Отчетливо видела и знала – пламя – это ее путь, такой же сильный и наполненный внутренним желанием быть. Жить не разрушая, входя в содружество со всей вселенной.

Внутри путников все согревалось и разливалось на поверхность. Это состояние передавалось во все живое рядом. А живым было все, что только можно было себе вообразить.

Огонь плясал, уже не набирая темп. Он словно успокаивался и обретал равновесие. Его танец сопровождался музыкой, состоящей из потрескивания и шипения. Все эти звуки распадались на более утонченные и легкие, имитируя целую плеяду инструментальных гениев нынешнего времени. Торжественно красиво, и в то же время таинственно спокойно.

Дальше сценарий развивался, как и все в этой жизни. – Звуки затихали, пламя выписывало последние свои круги вальса. Источник его силы – сухие дрова заканчивались, погибая под его владениями. Ветер потерял к нему интерес, видя его немощность и усталость. Мария испытала непомерную жалость. Она видела гибель огнива. То, что они создали –, угасало, отказываясь существовать дальше.

– Жаль! – Так невообразимо истошно и тоскливо произнесла Мария.

– Вы испытываете жалость к этому пламени. – Тут же поспешил прокомментировать Джим, исходя из своего видения со стороны. Он явно наблюдал за Марией, пока та созерцала жизнь огня. – Вы восхищались зрелищем. Рождали глубинные и величественные мысли. Вы испытали мудрость природной медитации, но так и не позволили себе извлечь урок из этого знания. Постарайтесь перенять опыт костра, – примерьте его жизнь на себя, и Вы поймете, что жалость является всего лишь эмоцией, которую можно прочувствовать мимолетно и тут же отпустить, чтобы она не мешала естественному ходу событий. Любая эмоция приходит к нам для возникновения правильного решения. Она послана нам для анализа дальнейшего действия. В противном случае – можно застрять на этом чувстве и топтаться, хоть целую вечность. Нужно понимать, Мария, что любой механизм создан для движения. А чувства – это наш механизм, один из многих. И если Вы возьмете на себя роль только механика, который следит за отладкой механизмов, то Вы так и будете вращаться лишь в этих пределах – являться всего лишь сотрудником одного большой организацией – Вашего организма в целом. Но если Вы возьмете на себя роль главы фирмы – программиста своего сознания, то Вы сможете понимать всю сущность эмоций. – Они созданы для помощи, как подсказки, но не для каждодневного и досконального их «обсасывания», словно обеденной кости. Жалость пришла к Вам с высшей целью – подарить Вам мысль об исходе события. Первый вариант разворота событий:

Джим указал рукой на огонь, тот мирно угасал, пока не исчез совсем.

– Второй вариант событий – Торжественно проскандировал проводник.

Он поднял с земли хворостинку и бросил ее в потухший костер. Вначале появился дымок, предвещавший о зарождении жизни. Затем вспыхнул маленький огонек, жадно поглощавший хворост вперемешку с воздухом.

– Теперь Ваш черед Мария. – Совершенно тихо и спокойно сказал Джим. – Сделайте Ваш выбор, исходя из пережитой эмоции – Вашей жалости к огню.

Мария подкинула еще хвороста. Затем мелкие щепки. Потом более крупные дрова – огонь возродился. Он возвещал всему миру о своем возрождении. Разгораясь с игривым манером, будто до этого ничего и не происходило. – Никто не погибал и не исчезал.

– Вы сделали свой выбор! – С улыбкой произнес Джим. – То, что могло погибнуть – восстало из пепла. После возникших эмоций всегда есть решение. Но помните и следующее: там, где невозможно воскресить – нужно создавать новое, другое, такое же, не важно, – главное, что новое – идти дальше. В этом случае, чувство приходит для анализа своего внутреннего состояния – Застряли в роли механика, испытывая боль и стресс – так и будете в этом прибывать. А перебороли, осмыслили это в себе – пойдете дальше, создавая новое, лучшее – настоящее. Все, что Вы имеете и чувствуете – это итог Вашего анализа!

– Я могла испытать жалость по отношению к угасающему костру, и застрять в этом состоянии, не исполняя дальнейшего желания, разрушая и съедая себя изнутри. – С округленными от ясного понимания глазами, заговорила Мария. – Могла возродить его, испытывая новые и вдохновенные чувства, а могла разжечь новый, повторяя круг созидания и роста, испытывая внутренний подъем и движение вперед.

– Совершенно, верно, Мария! Ваш выбор – Ваша жизнь. А жалеть, страдать и находиться в этом всегда – как минимум нелепо. Главное – остановитесь, успокойтесь, подумайте: осознанно ли Вы все это испытываете? Этого ли Вы по-настоящему хотите? А вслед за этим – действуйте так, как Вам подсказывает Ваше сердце!

– Спасибо за урок! – Радостно произнесла Мария.

Джим не ответил, он только подкинул еще дров, напоминая о бесконечном движении вперед, при условии – личного желания!

Яркое и абсолютно красное солнце впивалось во все, что только попадалось в поле его зрения. А все, что имело тенденцию прятаться от палящих лучей, оно притягивало своей мощной энергетикой, вкладывая свою главенствующую роль на зарождение и рост. И при этом, огненное божество не выказывало свою стать и господство, – оно просто существовало и помогало жить всему остальному. При этом не забывая играть и веселиться. Уж солнышко-то наверняка знало, что счастье только здесь и сейчас, в этом качестве и при этих условиях.

Мария, почувствовав, как небесное светило заигрывает с ней, отвлеклась от костра, перекинув свои мысли и свое внимание на новое начало. Она даже отодвинулась от огня, определив его ненадобность. Ей представлялась возможность наслаждаться тем, что вновь возникло в ее мыслях. Задрав носик повыше, девушка обаяла небо своей улыбкой. Она раскинула ручки, и ножки выпрямила. – У нее получилась отличная приветственная поза. Хоть в обычном понимании – она загорала, но каждый атом ее тела, именно – приветствовал то, что с ней входило в содружество, и сейчас это было – солнце и его объятия.

Джиму очень понравилась эта идея. Он позаимствовал то приятие, что на данный момент испытывала Мария. Только решил это сделать со спины, так как лицо его было опалено довольно сильно, но приятно на обозрение. – Загар ровными слоями покоился на поверхности его тела, передавая свой бронзово-черный оттенок, волосы же, имевшие темное происхождение, красовались в светлом обличье, в некоторых местах, даже передавая рыжий оттенок, что походило на макияж от автора – небесного Ра.

Удивительно прекрасная картина открывалась: непроходимые джунгли, со своими нравами и порядками, среди множества диких животных, птиц и насекомых, а посреди этого своенравного царства – костер, пылающий и свободный, и рядом с ним – люди, не имевшие представления о времени и их точного нахождения. Они – загорают, невзирая на настроение вокруг. Они путники по этой жизни, воспринимающие все с легкой иронией и юмором.

Не заметив сильно расслабленного состояния, они погрузились в страстный сон. Пляжные приключения закончились веселым и глубоким храпом. Солнышко скрыло свои самые жгучие лучи, давая людям возможность выспаться. Огонь затих смиренным безмолвием, попрощавшись со своими создателями, – он сполна напился вниманием к своей персоне и познанием счастья своего существования. Исчез.

Все вокруг замерло. Природный пульт включил режим паузы для людей, оставляя жизнь в их закадровом воображении. – Редкие мошки задевали мирно спящих. Заблудшие паучки, преодолевая огромные телесные преграды, вновь возвращались к привычной поверхности. Все продолжало свою жизнь. И лишь два сознания блуждали по иному миру, миру, где сценарии пишутся быстро и беспрепятственно. Сон – вот, что сейчас входило в поле деятельности Марии и Джима.

Душное помещение. Дневной свет еле пробивается сквозь закрытые жалюзи. Но в комнате совершенно светло, хотя выглядит это освещение искусственно. Точно, на потолке красуются частые светильники. Какая получается оказия, – окна прикрыты от ярких лучей солнца, которые ослепляют взор, но включен электрический свет для возможности видеть. Одно мешает другому, замыкая круг неудобств. Возможно, и духота вызвана таким же порочным кругом, – кто-то потеет от жары, но не открывает форточки из-за возможности простудиться.

Мария смотрит на стены и не понимает, как она оказалась на рабочем месте, да еще и бывшем, хотя минуту до этого была в сердце джунглей. Игра фантазий?

В помещение входит Джим, только на нем одет костюм, деловой, не имеющий ничего общего с той прозрачной туникой, в которой он сопровождал ее к шаману. Мужчина подходит к одному из сотрудников и что-то бормочет, явно, не имеющее ничего общего с рабочими моментами. Тот смеется, не скрывая своего животного восторга. Это замечает, рядом сидевшая коллега, ерзает по стулу, испытывая некое негодование. По ее реакции понятно, что она переняла этот смех на себя. Мужчины даже не смотрят в ее сторону, но она отчетливо краснеет и переходит в более нервное состояние. Еще смешок. Женщина взрывается и начинает делать громогласные замечания собеседникам. Те недоуменно смотрят на нее, будто не понимая, и опять продолжают свое общение. Небольшое затишье, – они шепчутся. Потом опять взрываются в смехе, но уже более приглушенно, чтобы никому не помешать. Но это не помогает, женщина вскакивает и начинает кричать, что-то вроде того, что они постоянно над кем-то подтрунивают, высмеивая и критикуя. Незнакомец поворачивается в ее сторону и выкатывает удивленные глаза, разводя руками. Джим же поворачивается в этот момент к Марии и машет рукой в ее сторону. Затем подходит и здоровается.

Мария понимает, что попала в неловкую ситуацию, где с ней играет память. Но она не теряется и отвечает взаимностью, при этом интересуясь состоянием дел Джима. Тот мило улыбается и говорит, что все хорошо. Затем он рассказывает, как отлично обстоят дела в фирме, из которой она ушла. Девушка начинает шутливо указывать на женщину, выбежавшую от обиды из кабинета. И говорит ему, что ничего хорошего не видит, мол, как было издевательское и пренебрежительное отношение внутри коллектива, так оно таким и осталось. И что она правильно сделала, что уволилась оттуда. Джим протестует и говорит, что это ошибочное мнение. Что тем, кому здесь комфортно – тем здесь по-настоящему комфортно. А остальные лишь плавают в своих нелепых догадках и разочарованиях.

Вбегает снова женщина и начинает демонстративно писать что-то на листке бумаге, ее глаза в этот момент нереально вызывающе краснеют, она начинает плакать. Рука уже не слушается, и ручка падает на стол. Проходит продолжительное время. – Набравшись сил, женщина берет ручку и продолжает писать. Потом вскакивает и поспешно удаляется, оставив листок на столе. Мария подходит и видит пляшущие от волнения каракули. В тексте говорится о ее увольнении по собственному желанию, точка.

Девушка показывает листок Джиму, с видом удовлетворения в своих словах. Тот смотрит и мягко улыбается, говоря о том, что это ничего не значит. Что они ее не задевали, говорили вообще не о ней, а вся эта ситуация – лишь плод ее воображения.

В этот момент, Мария замечает свое присутствие, в качестве третьего лица, будто она наблюдает за собой и своими действиями. То и дел возникают пробелы в отдельных событиях, словно они проматываются на быстрой скорости. Да и ясности всего того, что происходит – нет никакой.

Но подсаженная идея в голову Марии делает свое дело, и она начинает подходить ко всем сотрудникам, по очереди, интересуясь их мнением, – согласны ли они с утверждением, что насмешки и вульгарное поведение – источник ухода женщины.

Странное чувство обуревает Марию. – Никто не соглашается с ней. Все как один утверждают в глупости ее видения данной ситуации. Что коллектив у них дружный и ничем не отличный от сплоченного. Она не успокаивается и бежит на другой этаж, – вдруг там кто-нибудь слышал про их не дружелюбное общение, внутри коллектива. Тщетно. Неужели это только моя больная фантазия? – думает она. Вдруг Мария вспоминает про заплаканную женщину, написавшую заявление об уходе, срывается с места и устремляется вдогонку за ней. Она выбегает на улицу и начинает нетерпеливо искать глазами. То и дело дергаясь, из стороны в сторону. Пробежав несколько кварталов, Мария останавливается и чувствует сильную тяжесть внутри. Она нескончаемым потоком подкатывает горечь к горлу. Вызывает рвотное чувство и накатывает на глаза слезы. Это чувство – жалость. Оно таким мощным напором приходит в осознании Марии, что она понимает – она испытывает его не только по отношению к женщине, но и к себе. Возможно даже к себе больше, ведь она так яростно сопереживает, что с полным правом заслуживает этого чувства.

Не найдя женщину, и разочаровавшись в этой затее, Мария поворачивает обратно и тихо плетется в офис, где все и произошло. Она не знает зачем туда возвращается. Что это вообще происходило. И какое отношение она имеет к прошлой работе.

Грусть в глазах, вялость в теле, ноги ватные, мозг в тумане. – Она просто идет и молчит. В мыслях только жалость. Это чувство остановилось на ней, выбрало именно ее, и никак не хочет покидать, еще более укрепляя свои позиции.

Вернувшись в офис, она нашла Джима и сказала о своих неудачных поисках. Что ее теория не доказана, а соответственно, не имеет никакого основания на существование. И при этом она добавила, что все равно в глубине души своей верит в ее правдивость.

– Может это не душа об этом говорит, а Ваш беспокойный разум? Ваше Эго? – Вдруг четко и громко произнес Джим. Причем его слова стали самым ясным, что происходило за прошедшее время на прежней работе.

– Я не понимаю Вас. – Поникши ответила Мария.

– Может быть это прошлое за Вас говорит, но не в коем случае не Вы настоящая?

– Этого не может быть. Я точно уверена, что нахожусь здесь и сейчас. Я видела, как Вы обидели эту девушку и даже не извинились.

– Вы слышали наши слова в ее адрес?

– Нет.

– Вы видели, как мы смотрим на нее, обсуждая, якобы ее?

– Нет.

– Но почему же у Вас сложилось впечатление о том, что мы ее обижали?

– Так это же было очевидно! – Практически источая жалость в каждом слове, простонала Мария. – Ну как Вы этого не видите?

– Я нет. Мой коллега тоже нет. Да и весь коллектив знает, что эта женщина немного мнимая, что ее чувства перекликаются с несуществующими действиями и событиями. Никто и никогда не хотел ее оскорбить, тем более обсуждать ее. Она сама породила мнение о ее странности, то и дело делая замечания, по несуществующим моментам. То это ей показалось, то –, то. Кто-то, что-то. Все крутится вокруг нее без чьего-либо участия. А на самом деле – это все происходит лишь у нее внутри. Она сама вызывала свои видения, свои эмоции и страдала от них. Постоянно застревая в этих чувствах, забывая о счастье и свободе.

Мария недопонимала того, что ей говорит Джим. Этот диалог казался разговором курицы и инопланетянина. Она огорчалась по тому поводу, что между ними стоит огромная пропасть. И мужчина просто-напросто не видит очевидных вещей, – ему хорошо от того, что он причинил боль другому.

Джим подошел к ней и взял ее за руку. Да так нежно и по-дружески приятно, что она на минуту отключила свои эмоции.

– Помните Мария, Вы всегда можете остановиться. – Ласково заговорил он. – Вся наша жизнь – игра, мы только меняем свои роли и одеваем разные костюмы. Возможно то, что видите Вы – не есть так на самом деле. Возможно, эта женщина испытала эти страдания по ошибке? Вы же сами прекрасно все знаете – коллектив к ней относится исключительно так же, как и ко всем остальным, не больше и не меньше.

Джим так пронзительно посмотрел на Марию, что у нее все поплыло перед глазами. Происходило искажение реальности, девушка это отчетливо чувствовала.

– Вам не кажется странным, что Вы здесь находитесь? – Вдруг произнес Джим, хитро улыбаясь. – Ведь это прежнее место работы. Вы явно не помните причину Вашего визита сюда. Да и как Вы меня связываете с этим местом? Разве мы были коллегами?

У Марии ноги подкосились. Она осознала всю нелепость ситуации.

– Вы готовы поверить своему разуму, своим эмоциям, но даже не пытаетесь прочувствовать источник всех этих переживаний. – Продолжил Джим. – Любое несоответствие Вы отметаете, и причина этому – Вы доверились своим эмоциям. Они Вас увлекают за собой! А за ними появляется идея, подсаженная глубоко в подсознание. И вот Вы уже следуете за ней, не оглядываясь и не анализируя. Подумайте! Кто эта женщина?

Мария плюхнулась на стул, силы покинули ее. Она увидела ситуацию целиком. Повернулась к ней с другого угла. – Женщиной была она!

– Где же Ваша жалость теперь? – спросил Джим. – Возможно она исчезла, когда Вы прочувствовали всю глупость этого момента? Вы теперь видите, как эмоции искажают реальность? Пока Вы участвуете подневольно, подчиняясь эмоциям и мыслям – Вы спите! Ровно так же, как и сейчас!

Мария вспомнила свой уход с этого места работы. Она пережила сейчас те чувства. Но после того, как она их познала, эмоции отступили. Девушка увидела истину: все эти спектакли с обидой на коллектив – были лишь в ее голове. Именно ее воображение развернуло сцену, не существующую в реальности. – Она сама создавала свою реальность, где ее обижали и посмеивались над ней. Теперь она знала – глупость кончалась там, где и начиналась. Мир происходил с той точки, где и заканчивался. Где могло быть счастье – было страдание. И в этом виновата лишь она одна!

Девушка посмотрела в глаза Джиму, они сначала были темные, как бездна. Но потом в них появилась искра. Свет. Она увидела в них яркий свет. Теперь именно он увлекал ее за собой, как те самые чувства. Он указывал ей новый путь. Путь к пробуждению! Она закрыла глаза.

…

Открыв веки, Мария увидела уже привычное яркое и красное солнце. Оно и было источником в зрачках Джима. Но того Джима, что являлся ей во сне. Она проснулась. Она явно проснулась, как делала это всегда, только не обращала на это никакого внимания, вновь засыпая.

Рядом сидел Джим, разгребавший золу от костра, прибираясь после человеческой деятельности в природном помещении.

– Очень хорошо, что Вы отдохнули. – Милым голосом, совершенно родным, произнес он. – И очень хорошо, что Вы научились просыпаться там, где это необходимо! Когда во сне появляется подсказка к пробуждению – это знак. Знак в правильности своего пути. Сегодня у Вас двойной урок: в жизни и во сне. Теперь Вы ЗНАЕТЕ, что жалеть не стоит того, что и так должно быть, – так как оно осуществилось.


СОЖАЛЕНИЕ.


Солнце совсем заходило за горизонт, когда путники добрались до каких-то возвышенностей. Игра теней и форм, добавляла в этот пейзаж немного странности. Не то горы, не то склоны, а может быть и вообще равнина, но с оптическим обманом. Во всяком случае идти было легко. Скорее всего дневной сон пошел на пользу, придавая сил на подъем, так как изгиб ступни всегда указывал на геометрическую прогрессию земли. – Нога стремилась носком вверх.

Джим внезапно остановился и сбросил рюкзак на землю. Мария смогла визуально определить, что они добрались до самого высокого места. Оно было окружено пальмами, между которыми расстояние было не больше метра, – своеобразный забор.

– Темнеет. – Сказал проводник. – Это место самое благоприятное для ночлега.

Он раскрыл сумку, прикрепленную сверху рюкзака, вытащил из нее толстую, и, по всей вероятности, очень длинную веревку. Он привязал один конец, к рядом стоящему дереву, а затем начал опутывать все остальные, делая петлю с узлом на каждом. Получился виртуозный навесной гамак. Потом он нарубил веток и залез на свое сооружение, попросив девушку подавать ветки наверх. Разложив их аккуратно по всей поверхности, сверху покрыл спальными мешками, – получилась настоящая императорская кровать, с видом на джунгли. Он действовал отлажено и профессионально. Каждое действие давалось необычайно легко и гармонично. Так Мария насладилась еще одной практикой – глядя на то, как Джим работал.

Внезапно возник шум. Такой сильный, что его услышал каждый атом в телах людей. Они еще не повернули головы в сторону источника мощной возни, но картина перед глазами уже стояла невообразимая: что-то грандиозное и совершенно огромное двигалось и разбрасывало деревья, как прутья. Джим и Мария переглянулись, но на удивление обменялись улыбкой, словно они играют шутки с возможной смертью. Во всяком случае так смотрелось со стороны.

Повернув голову, они оба расхохотались. В чаще деревьев, стволы которых были прикрыты густыми кустами, орудовала бородатая свинья. Но не ее вид или название развеселило путников, а именно разница между восприятием в неведении и тем, что было на самом деле. Не узнав прямого положения дел, ум тут же воспроизвел свою картину происходящего. Свинья была маленькая, совсем еще детеныш. Но она познавала мир, интересовалась местной территорией, где возможны были находки съестного. И за этим делом, смешное животное проявляло всю силу старания, распихивая ветки, как пушинки. Это смотрелось грациозно, величественно и в то же время смешно.

Мария привыкла к мысли о комичности всей этой жизни. Она начала понимать, что во многих случаях смех и доброе расположение духа излечивает любые раны. Помогает на все смотреть с любовью. Видеть то, что есть. Есть, без слепой веры и подневольных навязанных учений.

Джим продолжил сооружать навесное жилище, легкое по задумке, но прекрасное на вид. Открепив стальной поднос от основания рюкзака, он затащил его на гамак, там по центру разложил несколькими слоями толстые прутья, а на них положил этот самый поднос. Мария удивилась, неужели есть такая сильная необходимость в столе? Подобные спартанские условия совершенно не вписывали мебель, по крайней мере это смотрелось потешно. Но когда проводник попросил подать ему хворост, а затем дрова, разложив все это на подносе, в виде конуса, перед глазами возник новый абсурд мышления. – Костер на весу был отличным решением в джунглях. Удобный и теплый сон, да еще без попыток на чье-нибудь беспокойство – вот главная идея всего этого труда. Затем Джим сделал уплотнения по краям сооружения и разложил там дрова на запас, которые с легкостью подбрасывала Мария, переняв вдохновение.

Гамак оказался необычайно уютным. А в сочетании с мирно горящим огнем, это место заиграло по-новому – оно обрело мудрость и величие, без какой-либо мудрости и величия.

Стемнело моментально. Тени бродили по джунглям. Не был понятен источник, но увиденное восхищало. В этот момент пламя в костре разгорелось сильнее, и неопределенные темные очертания переплелись с тенями от танца огня. Все это дополняла полная луна. Она хитро смотрела, освещая своим взором все вокруг, намного мощнее, чем костер. Ее необычный размер напоминал то ощущение нелепости, когда белого больше, при том, что фон черный. Где нестандартное вписывалось лучше, чем обыкновенное.

Но самым интересным во всей этой постановке, были джунгли. С одной стороны – мрачные и холодные, с другой – уже родные и наполняющие жизнью. Звуки природы раскрывали всю эту многогранность. Таких нот не слышали даже самые великие музыканты, потому что они всегда являлись в новом формате. То лихо будоражащими воображение, то сливающимися в знакомый порядок и темп. Не было необходимости читать услышанное, имея музыкальное образование, нотная грамота сама проявлялась в сознании, передавая всю гамму впечатлений и переживаний от услышанного. Гармонировало все, и глубокие рыки больших животных, и редкий шелест взмахов крыльев, и даже нескончаемый шорох насекомого мира. Про отголоски воды вообще нечего добавить, они завораживали. В этом музыкальном этюде было место и вездесущему ветру, который соприкасался со всем, что только звучало. Иногда он задорно насвистывал, а порой и пугающе свирепствовал, хотя обычно итог был один – ветерок приятно убаюкивал, принося теплые и спокойные нотки. А как звучали деревья… Это немыслимое звуковое порождение разделялось постоянно на множество разновидностей скрипов, завываний, тресков, ударов и множества других одиночных произведений, в одном большом концерте. Лес пел. Природа радовала своим талантом. Мир открывал свои секреты воодушевления. Вселенная разговаривала без всяких понятий и смысловых форм. Жизнь.

Наутро ждал сюрприз.

Мария потянулась, ощущая сладость во всем теле. Глазки никак не хотели открываться, приветствуя солнечный свет через веки. Носик морщился и выписывал необычные фигуры, вдыхая утреннюю свежесть джунглей. Тело находилось в такой расслабленности, что не подчинялось никаким сигналам мозга – оно балдело.

Открыв наконец глаза, девушка заметила Джима в неестественной позе, он, опершись руками о веревки, склонил корпус тела вниз. Заметив качания на гамаке – пробуждение Марии, он вскинул руку вверх, это означало – внимание! Без резких движений он поднялся и поднес палец к своему рту, проделывая звук: тссссс. Затем без слов, а только жестами, позвал к себе девушку. Мария, осознав всю серьезность его поведения, в согнутом состоянии, подползла к Джиму, и по его беззвучной команде, опустила голову ниже уровня навесного лежака.

Картина на земле молниеносно впечатлила. Целый прайд мирно отдыхал внизу. Это были самые, что ни на есть дикие кошки. Восхищающие своим размером и величественной внешностью.

– Они скорее всего нас заметили, но не обращают никакого внимания, иначе бы давно залезли на дерево, познакомиться. – С некой дьявольской улыбкой сверкнул Джим. – С каждым днем Вам все больше и больше везет. Впечатления так и прилипают к Вам. Эти львы явно здесь не обитают, я бы сам удивился до полных штанов, но года два назад слышал историю о неудачной переправки больших кошек из Кении в здешний национальный зоопарк открытого типа. Видно, для львов эта переправка, как раз-таки, оказалась совершенно удачной. И пока не вмешается человек, якобы из-за безопасности, они спокойно будут здесь жить и размножаться. Создавая свой мир и личную гармонию. Но скорее всего их пребывание в этих местах – лишь вопрос времени.

Марии стало не по себе, она съежилась и перестала наблюдать за кошками. Странная каша творилась у нее в голове. Легкое сожаление нахлынуло на нее. Она подумала: «Насколько несовершенен мир. Постоянная дележка за место под солнцем уничтожает то, к чему она стремиться – к любви. Одни бояться других, другие страшатся первых. Будто эволюция потихоньку избавляется от тех, кто кого-то поедает. Будущее, где искусственно созданные животные на потребу пищеварения давно наступило – их и так выращивают целыми фермами, в неволе. Потом появятся мгновенно созданное сырье. За ним переход на коктейли с жизненно важными элементами. Там и прана не за горами. Степень натуральности и закономерности давно перемешана».

– Львы цари своего мира, но не этого»! – Подытожила она, испытав более сильное сожаление.

– Не надумывайте лишнего! – Прочувствовав печаль в глазах Марии, поспешил заметить Джим. – Не старайтесь изменить мир, разрушая свое настроение. Не впускайте сожаление, если оно рвет душу на части. Сердце должно быть добрым, но разум пускай остается холодным, без лишних эмоций, – это позволит Вам действовать во благо мира. Разрушая свою психику различными переживаниями, Вы приходите к внутреннему разладу, что отбрасывает Вас в депрессивное состояние. А как помочь окружению, если глазки закатываются от злости? Как протянуть руку помощи, если губки дрожат от страданий? И как познать любовь, если обида затаилась на тех, кто против этих, и так по кругу, без конца. Если суждено настать переменам – значит время пришло. Не о боли нужно взывать, которая заглушается алкоголем, а о радости, которая возвещает любовь. Постарайтесь просто понаблюдать, Вы сами все поймете.

Мария вновь склонила голову над прайдом. Если уж изменить ничего не могу, то по крайней мере посмотрю на грациозных кошечек, подумала она.

Во главе лежал вожак. Густая грива, острый взгляд. Постоянно двигающийся хвост с изящной кисточкой на конце, он привычно совершал хлопки, хотя мошкары не было. Рефлексы многое выдавали за его общение с природой. Морда помпезно медленно поворачивалась из стороны в сторону, раскрывая пасть, громогласно зевая. Уши, покрытые редкой, но волнистой шерстью, постоянно раздавались дрожью, передавая слабую комичность во всей этой царской изящности. Взгляд надолго остановился на главе семейства по той причине, что все внимание и внутри прайда было лишь на него одного.

Где-то в стороне похаживал еще один самец, с виду совсем молодой. Он постоянно поглядывал на вожака и недвусмысленно косился на него, предвкушая какую-то близкую победу, выражающуюся в законном наследстве, возможно и не совсем законном. – Так Мария читала его мысли, исходя из своих соображений. Он, как отлет, готовящийся к предстоящим соревнованиям, постоянно демонстративно разминал свое тело, то и дело издавая громкий рык.

Возле вожака сидели две самки, одна постарше, другая совсем еще юная. Зрелая львица всегда уделяла внимание двум маленьким львятам, что озорничали между взрослыми львами. Она заботливо их направляла в этом новом и интересном мире. Ее ласка не имела границ, причем распространялась она на всех участников прайда. Она была неким катализатором отношений в здешней семье. Юная кошка вела себя совершенно противоположно, она постоянно облизывала себя, тем самым ухаживая за собой, придавая себе статус – чаровницы. Все ее манеры указывали на яростное желание понравиться всему окружению.

Мария вздрогнула, – молодой лев посмотрел ей прямо в глаза. Но угрозы в этом взгляде не было. Юноша словно передавал какую-то информацию через свое зеркало души. Девушка открылась этому взору. Она доверилась и начала фокусироваться на его гипнотическом состоянии. Погрузившись в его мысли, Мария заметила свет, настолько яркий, что он жгуче ослеплял. А в центре этого свечения был этот самый молодой лев. Он был один. Совсем один. Сожаление окутало все его существование. Молодой, дерзкий, умный, сильный, но все эти качества никак не помогали ему справиться с одиночеством, которое вновь трансформировалось в сожаление. Он уже и не помнил других чувств, когда-то наполнявших его сердце. Его детство всегда предвещало героическую и упоительную молодость. Глядя на старшее поколение, он представлял себе жизнь в любви и в величии. Но все было разрушено. Он вырос, и понял одну простую истину – все в этом семействе принадлежит вожаку, даже эта юная и обворожительная принцесса, что так явно выказывает свои знаки внимания. Вдруг его веки закрылись, а после небольшой паузы снова открылись, – глаза тут же переменили свой цвет на более красный. Информация, исходившая из них, сразу же переменила свое содержание. Это было отчаяние и решительные действия.

– Сейчас что-нибудь произойдет! – Практически плача, произнесла Мария. – Я это вижу.

– Наблюдайте. Просто наблюдайте. – Отозвался смиренно Джим.

Проводник пронзительно посмотрел на девушку, его зрачки расширились до невероятно огромных размеров, словно два зияющих темных блина.

– Вы никогда не задумывались, почему у человека расширяются зрачки? – С суровой серьезностью спросил Джим.

– Фокусировка взгляда на предмете. – Нерешительно отозвалась Мария.

– Расширенные зрачки – это расширение сознания, вовлеченность, воодушевление, интерес, прозрение, – это истинное видение, которое вам дано от природы! – Продолжил мужчина. – Это признак ЗНАНИЯ!

До Марии дошла глубина слов, сказанных Джимом, она тут же перевела взгляд на львов и стала пристально наблюдать. Девушка почувствовала свой неподдельный интерес к животной среде, что проигрывала свои сценки из жизни, внизу, под их гамаком. В этот момент, ее зрачки стали расширяться, она это явно почувствовала. Они словно увеличительные линзы, усиленные цифровой поддержкой, впились в энергетику прайда, отображая чувства, мысли, движения всей семьи.

Молодой лев начал издавать слабый рык, который передавал содержание. Ту информацию, которая не раскрывалась в полной мере для Марии.

Джим положил руку ей на плечо и демонстративно сделал глубокий вдох, с продолжительным выдохом. Это была явная подсказка для девушки, что она напряжена – создала энергетическую закупорку, которая не дает видеть. Мария сделала глубокий вдох, выдох. Закрыла глаза. Успокоила свои эмоции и поддалась безмолвию.

После продолжительной паузы – внутренней тишины, она открыла глаза. На этот раз зрачки не только расширились, но и приняли более темный цвет – несуществующий черный, который вскрыл глубину ее видения. Молодой лев уже не рычал, звуки были похожи на мурлыканье, затем и вовсе на музыку. Мелодия передавала смысл его СЛОВ. Он обращался к молодой особе, что мирно лежала, не отводя взгляда от вожака, будто он имел прямую и неукоснительную власть над ней. Юнец взывал к ее пониманию – он любит ее и сгорает от одиночества, без ее взглядов, внимания и ласки. Юноша впервые признавался в этом. Раньше он боялся, но настал момент, когда жизнь, бурлящая в свободном сердце, взяла верх над предрассудками и устоявшейся системой. Никто не поворачивался в его сторону, даже маленькие львята, которые испытывали любовь ко всему миру, такому новому и интересному. Они тоже находились в некой спячке, в однообразной эмоциональной привязанности, где потакание влюбленному сердцу, обходившему законы главной идеи – смерти подобно.

Мария читала сожаление в глазах юноши. Она не понимала истинного источника этого чувства. Ей казалось, что эта эмоция уже пропитала все джунгли.

Царь прайда с насмешкой смотрел на молодого бунтаря. Он не придавал этому «мурлыканью» никакого значения, ощущая свою власть.

Волнистые кудри молодого красавца развивались на ветру. Он источал напор и силу. Его мысли имели поддержку райского смысла – любви. Он не прекращал взывать о своих чувствах. Передавая снова и снова главенствующую идею бытия… Все пустое. Силы кончились. Лишь небеса и люди наверху прониклись этими СЛОВАМИ. Дальше этих границ любовь не ушла. Адресат размыт, стерт властной колючей проволокой.

И как обычно это бывает, он решил сдаться. Не ведая того, что почти приблизился к своей мечте – он опустил глаза, локоны блестящей шерсти поникли, распластавшись на теле мертвой тряпкой, грязной темной субстанцией. Лапы обмякли. Он развернулся и попытался уйти.

Напор иссяк, важность отступила. Это и послужило для решающей точки в этом гнетущем вопросе. Каким-то чудом, но молодая львица повернулась в его сторону. Она почувствовала его искренность. То самобичевание, в которое он себя чуть ли не вогнал, думая оставить все без изменений, – забыть, остаться только другом и служить дальше. Но он выбрал путь одиночества, раз нелюбим. Именно сильная воля и чистое сердце открыло львице «глаза». Она отозвалась тихим рыком.

Мария поняла, что звериный диалект теряет свой смысл, когда она перестает видеть.

– Перестаньте поддаваться чувствам. – Прошептал Джим, ласково улыбаясь. – Сожаление, которое летает в Вашем сознание – это блокатор истинного видения. Вы препятствуете жизни, через свои мысли и чувства. Отпустите их. Просто наблюдайте!

Вдруг Мария познала весь абсурд своего стремления понять и помочь. Многочисленные уроки жизни всегда забываются. Стираются из памяти, так как мудрости нет дело до места своего пребывания. – В одном месте исчезла, в другом появилась. Вечный баланс в сознании людей. Не одному, так другому. Сейчас узнал, завтра забыл.

Девушка вновь расслабилась. Отпустила мысли. Эмоции. Позволила себе просто видеть.

С этого момента, молодая львица снова пролила песней свои СЛОВА. Рык улетучился, осталась лишь понятная речь. Она наконец-то открылась напористому юноше. Передала всю чувственность, что скрывалась под маской безразличия.

Молодой лев обернулся. Он не верил своему восприятию, предполагая, что это все сон. Но увидев глаза львицы, юноша выпрямился и открыл свою широкую грудь миру. Он ликовал всем своим видом.

Вожак резко поднялся. Его грива увеличилась в объеме в два раза. Он принял устрашающую позу, устремив свой грозный взгляд в сторону наглеца. Тот в свою очередь не растерялся и вскинул морду вверх, раскрывая широко пасть. Он выпустил свой напор и прокричал во всеуслышание о своей любви. Вожак вкопал свои лапы в землю и проревел властную песню. Его возгласы были настолько устрашающими, что его тело тряслось от злобы и обиды. Весь его вид передавал агрессию, но теперь уже не царя, а труса, знающего о своем поражении, но пытающегося вымолить победу, своей поддельной злостью.

Никто не испугался. Более того, молодая львица вскочила и резким прыжком очутилась между двух самцов. Одному она говорила о глупом решении – продолжать свои любовные оды в источник агрессии. Другому давала понять, что час свободы пробил.

Молодежь развернулась и не спеша удалилась. Лишь только пыль над следами напоминала о их недавнем пребывании. Связь разорвана. Неопределенность исчезла. Искренность в душевных переживаниях взяла свое.

Всеобщее сожаление уменьшилось в размерах, скопившись в одной безликой точке, которая поселилась в вожаке. Все очистилось от этого порока – чувства, манящего в бездну. Но утративший веру в свою власть лев, обзавелся этой эмоцией. Она начала разрастаться в его существе. Внешние переживания теперь играли злую шутку лишь в его внутреннем мире, разрастаясь и уничтожая все его величие.

Мария видела, как недавний царь превращался в сгусток боли, унижения и мрачных мыслей. Его аура таяла на глазах, сжимая свечение до мрака и пропасти. Девушка осознавала, как эмоции разрушают жизнь. Сознание наполнялось ЭГОизмом, переполняя пустоту, где ранее хранился свет.

К нему смиренно подошла львица, мать их совместных малышей. Царица, несущая огонь счастья в своем сердце. Возлагающая на себя бремя мудрости и баланса. Она уткнулась мордой в растрепанную гриву ярого самца. Простояв в таком положении длительное время, львица кивнула головой в сторону львят, которые наблюдали за глупыми движениями старших особей. Они никак не могли понять, что твориться в головах у взрослых, раз они разрушают такую сладостную и счастливую жизнь.

Вдруг картинка перед глазами Марии видоизменилась. Она видела только цвета, в бесформенных телесах животных. Львята источали яркий и прозрачный свет. От львицы исходило что-то похожее, но более молочного цвета. А вот лев был переполнен красной въедающейся субстанцией, которая выливалась наружу, пытаясь заразить собой все вокруг. Но окружение не поддавалось! По мере того, как львица обратила на себя его внимание, и раскрыла его глаза в сторону малышей, яростная аура льва исчезла. Красный бесформенный сгусток злости и грубости начал рассасываться. Трансформируя ядовитые оттенки, в более спокойные, пока все тело не заполнилось светом. Бестелесное чудовище исчезло. Взору пришел новый образ – рядом с любящей царицей стоял величественный царь. Но не в гордости было его величие, и тем более не в победе над невидимым противником, а в благородном и добром сердце, чистом сознании и ясном уме. Добро вернулось к нему, искреннее и безмолвное, обычное и не имеющее цвета. Внутренний мир, где бушевали война и ненависть, разрушился. Царица передала царю знание, о котором он всегда ведал, но позабыл, поддавшись чувствам, источавшим привязанность и немощность. Он ослепил себя чувством сожаления от потери несуществующего. От упущения той власти, которая никогда не могла иметь постоянство. Мысль о вечном господстве подменила истину – «Лишь любовь бесконечна, все остальное прах»!

Львы сплоченно встали друг возле друга. Счастливые родители и их малыши.

Царь зверей поднял голову вверх. Его светящиеся от страсти глаза остановились на взгляде Марии. Она прочитала любовь в его душе.

Зрачки девушки постепенно начали сужаться, отпуская все видение за горизонт сознания. Она обрела свободу от сожаления. Чувство покинуло ее, в привычном своем состоянии, обронив лишь отголосок в виде подсказок на дальнейшую жизнь.

Львы ушли за горизонт, оставив это место в отпечатке затонувшей памяти.

Люди без единого слова собрали свое сооружение, закопав остатки костра в землю. Этот жест был проделан во имя захоронения ненужных воспоминаний. Впереди их ждало лишь настоящее. То яркое и восхитительное сейчас, что греет сердца и души не одно поколение рода человеческого.

Как это обычно и бывает – из-за туч выглянуло нежное солнце. Свет мысли творца пролился для взгляда всего живого и сознающего. Джунгли приняли наряд мира.


ДОСАДА.


Новый день новый путь. Там, где заканчивается старое – начинается новое. Не банальный смысл этих строк двигал путников, а глубина мысли самого движения. Воля просыпалась в моменты страданий, без которых суть просветления не имеет значения. Она двигала и заставляла совершать поступки, которые приводили к счастью.

Местная природа уже была в жилах у Марии. Она синхронизировала себя и здешнюю жизнь. Разделений не было. Оставались лишь нюансы, которые добавляли интерес в этом путешествии. Конечная цель была видна. Она карамельным наплывом обволакивала все существо девушки. Манила ее переживания и мысли. Шаг за шагом, два человека, идущих в чаще непроходимых лесов, познавали мир заново, но не потому, что им были неведомы жизненные тропы, а из-за их личного подхода к восприятию своих ощущений – им хотелось быть детьми, закрывающими глаза на повторение чего-либо, они искали в известном – непознанное.

– Обратите внимание. – Указал пальцем Джим на веселую птичку, задорно напевающую свою виртуозную песенку. – Кто она? Что она такое?

Мария хотела отчеканить заученную фразу, касаемо породы птицы, но поняла, что не может этого сделать. И смысл не в том, что она не знает, напротив, разновидность летуна прочно сидела в ее голове, хотя источник воспоминаний не был определен – это был перуанский скальный петушок. Все оказалось куда более прозаично, в связи с ее учением, – она хотела донести страсть, а не кем-то придуманное имя.

– Он хороший виртуоз. – Неожиданно для себя, произнесла Мария. – Его песня о многом говорит. Он как бы предвещает нам что-то значимое и важное, к чему мы идем. Если он общается с нами посредством своей мелодии, то точно передает наши же, когда-то выпущенные мысли. Я уже научилась улавливать смысл – мы слышим исходя из наших желаний. Главное различать, наши они, или же кем-то подсаженные. Но я уверена, в лесу подсадить их в наш разум некому, а с прошлым мы покончили.

Девушка повернулась к Джиму и улыбнулась. Тот в свою очередь подхватил комичность ее фразы, по поводу того, что прошлое еще та зараза, и они оба расхохотались.

– У Вас очень правильный подход. – Восторженно заметил проводник, после продолжительного смеха. – Но что конкретно Вы имеете в виду? Расшифруйте свою мысль. Но только для себя, и внутри себя. Я ответ знаю.

– Мария постаралась поковыряться в своей памяти, но эта попытка не дала должных результатов. Она вспомнила ясную элементарщину – вспомниться, когда забудется. Девушка отвлеклась и начала разглядывать здешнюю красоту, как бы позабыв вопрос Джима.

Совсем густой лес начал редеть. Да и высокие деревья, в основном, сменились на кустарники и странные растения, имеющие сходство с живностью на других планетах, из фантастических фильмов. А невероятно долгий пологий подъем сменился на ровную площадку. Привычные грызуны, постоянно мелькающие рядом, исчезли. На их смену ворвались дикими перебежками ящерицы. Они словно заигрывали с людьми, – останавливались, поднимали морду кверху и высовывали язык, мгновенно рассекающий пространство. Затем лихо убегали. Их естественное позирование можно было объяснить и с научной точки зрения. Но кому нужна была наука в царстве мудрости?

Вдруг Мария заметила, как маленькая змейка, удаляющаяся в горизонт зеленого ковра из местной растительности, внезапно исчезла. Это было так неожиданно и резко, что открылось взору очень мистично.

Тут девушка осознала связь между вопросом Джима и расположением этой местности. В голову ворвались мысли о скалистых предпочтениях птицы – петушка.

– Он пропел нам о том, что скоро водопад, о котором Вы говорили, расписывая маршрут перед походом. – Чуть ли не выкрикивая, проронила Мария. – Только я никак не пойму, где он может быть, если впереди один зеленый горизонт?

– Приглядитесь получше и Вы все додумаете, как этого требует человеческая логика. – По-доброму прошептал Джим. – Если, конечно, нельзя обойтись без системного мышления. Я бы, например, посоветовал прислушаться к сердцу, оно подскажет. Его пульсация – это ритм жизни земли.

Мария закрыла глаза и провалилась в пропасть. Одна только чернота и силуэт высоты стоял перед видением девушки. Она убрала мысли, открыла глаза… Пришло знание.

– Недавно я видела маленькую змею, которая странным образом исчезла. Еще перуанский скальный петушок. Еще изменение в растительности и в высоте подъема. – Совершенно ровным голосом сказала Мария. – Это явная смена местности. За той невидимой чертой, где пропала змейка, находится обрыв, скорее всего скальные образования, а возможно и огромная расщелина.

Только после этих слов, девушка услышала шум воды, настолько отчетливый, что непроизвольно засмеялась от восторга. Глаза не читали эту картину, но восприятие изменилось после посещения знания, – она увидела срывающуюся вниз воду, даже не подойдя к обрыву. Ей открылись обзоры, так и не ставшие явью, но будоражащие воображение.

– Хотите проверить? – Зашагав вперед, риторически спросил Джим.

Девушка спешно последовала за ним, набирая в грудь побольше воздуха, чтобы перебить резкий восторг, истощающий запасы кислорода в организме. Ее ноги сами по себе поднимались над неровностями, то и дело возникающими на пути. Легкость во всем теле позволяла переносить центр тяжести в нужную точку, незамедлительно и автоматически. Каждое движение было похоже на кошачье, отлаженное и грациозное.

Мир раскрыл свои объятия, когда они достигли черты обрыва. Горизонт разошелся на две рваных плоскости. Два куска сочного и зеленого пирога раскрыли свою начинку в виде скальных насаждений и невероятной красоты птичьего полета. Шум воды, на этот раз, обманул слух. Водопад не производил впечатление мощной силы. Его практически не было слышно. И тем более, вообще не было видно. Словно картинка была реальной, где не было ничего схожего с водой, а в ушах торчали наушники с приглушенным шумом водопада. Все это было очень иронично и непостижимо загадочно.

– Как Вам такие игры разума? – С щенячьим восторгом прокричал в бездну Джим. Эхо бейсбольным мячом отбивало ритм от скальных пород ущелья, пока не провалилось в самую глубину разрыва. – Как Вы теперь думаете, где иллюзионисты берут вдохновение для своих фокусов? Где пишется история бытия? И как душа передает знание о мире?

Мария не ответила, ответ заключался в содержании вопроса, он созвучно раздался в каждом уголке здешних мест, наполняя все смыслом и вечностью.

Прямо перед ними кружил андский кондор, величественно выписывая круг приветствия. Складывалось визуальное впечатление, что он был неким передвижным мостиком между краями разрыва. Его полет настолько был отлажен в плоскости начала обрыва, что иногда он представлялся куском движущийся земли.

– Невероятно огромных размеров птица. – Задыхаясь от переполнения эмоциями, проскандировала Мария.

– Самая большая в мире! – отозвался Джим. – Но не потому, что его замерили люди. А потому, что он сам этого захотел, вдохновляя себя и других личным величием.

Посмотрите, как он благосклонен к нашему присутствию. Он нас благодарит за столь вежливый визит. Общается с нами и передает свои знания о свободе.

В какой-то момент, кондор поднялся на уровень людских голов. Мимолетно замер, передавая свой острый взгляд. В этой трансляции было богатое содержание, которое несло смысловой эффект единой жизни: жизни птицы, с одной стороны – парящей у самой макушки человеческого тела, с другой – висящей на воздушных потоках, над пугающей бездной; и жизни человека – такого же страстного и свободного.

Как только безмолвный разговор состоялся, пернатый гигант испарился, развеяв мысли о себе. На смену ему пришел вновь шум воды, так загадочно звучащий, будто компьютерная программа дала сбой в своих закономерных расчетах.

– Где же все-таки находится вода? – Наконец спросила Мария. – Я ведь ее отчетливо слышу.

– Вам открывается истинная воля, которая приводит к видению мира, в том состоянии, в котором Вам хочется. – Размыто произнес Джим. – Если Вы хотите по-настоящему этого, то оно так и есть на самом деле… Источник воды простому человеку никогда не откроется так, как открылся Вам. Думаю, в самых светлых истоках сознания Вы знаете ответ.

– Она спрятана в скалах? – После продолжительной паузы сказала девушка. – Она есть, существует, как и все в этом мире. Но спрятана от глаз, не способных поверить в увиденное.

Сквозь толщу земли и скальных пород, мне открывается четкая картина жизни за кадром, – примерно с середины обрыва, в глубине скал, берет начало водопад, срывающийся вниз, во внутреннем разломе, а исходит он из скопления подземных вод, что не нашли свой выход наружу, которые производят виртуозное движение здесь, внутри. Я вижу, как он обретает свободу, даже в недрах. Для него нет преград и предрассудков, нет запретов и абсурдных сомнений. Сила воды яростным напором пронзает воздух, обрушиваясь на скалистый фундамент, пенясь и бушуя, переживая личную радость и радость за наполнение живительной влагой дальнейший свой путь. Ведь там, внизу, возникает новое начало – скрытый водопад наполняет пространство, которое растекается множеством подземных рек. Пульсация земли никогда не прекращает свою работу. Это еще раз говорит о том, что, то, что не видно взгляду, то, что непостижимо умом – не является неправдой. И красота этого мира не в делах людских, а в его естественном многообразии. Только сейчас я понимаю по-настоящему – всего в жизни познать невозможно! Все ново и необычно! Стоит только закрыть глаза, как привычное становится сказкой!

Джим вскинул руки вверх, от услышанного. Его так позабавила мысль, которую передавала Мария, исходя из увиденного, что непроизвольный смех раздался громким эхом по всему ущелью.

– Правильно! – Прокомментировал он. – Так держать! Не останавливайтесь. Старайтесь видеть и знать. Старайтесь восхищаться и любить. От Вашего восприятия зависит вся Ваша дальнейшая жизнь. Вы – это видение мира. Вы – это Ваши мысли и действия!

Джим махнул рукой, показывая, что нужно за ним следовать. И спешными шагами двинулся в правую сторону от обрыва. Вначале темп был сносным, но немного погодя, он пустился в бег. Хотя Мария и испытывала сильное напряжение во всех мышцах, но по виду проводника было понятно, что он прилагает минимум усилий для движения, что раскрывало его отличную физическую форму. Только сейчас девушка смогла разглядеть истину такой хорошей подготовки, – он был худым, поджарым, сконцентрированным и совершенно беззаботным. Можно сказать – источал спокойную радость. Он не имел никакой привязки к чему-либо. Питался редко, только для удовольствия. Спал, не замечая самой надобности во сне. Не грустил. Не поддавался эмоциям, мирно подшучивая над ними. Да и вообще, от него исходило такое тепло, наполненное светом, что внешние очертания юного тела были на лицо. Он не задавался вопросом о старости и здоровье, он просто был.

Небольшая тропинка вывела к узкому спуску, который длинными перекатами создавал расхождение в виде серпантина. Весь путь настолько хорошо прослеживался, что было видно, – как начало спуска, так и конец.

– Восхитительное сооружение! – С неким юмором, девушка указала на природную лестницу.

Дорога вниз показалась быстрой и легкой. Невероятно ровная поверхность скалистой тропинки, передавала всю заботу и ласку здешних мест. Складывалось саркастическое впечатление, что здесь отдыхал один из египетских фараонов, в свое время. И чтобы поддержать традиции, навел свой порядок в виде упоительных для глаза конструкций.

То и дело, из расщелин в скале выныривали мелкие пушистые зверьки. Джим сказал, что это суслики – очень дружелюбные создания. Они высовывали свои мордочки, потешно двигали носиком, потом трясли лапками, как бы совершая движения приветствия. А когда видели, что их замечают, радостно издавали звуки, похожие на детский смех. Это зрелище настолько умиляло, что поначалу Мария надолго останавливалась у каждого. Но заметив, насколько сильно отдалилась от Джима, она увеличила шаг, лишь выбрасывая улыбку по сторонам, где находились «зрители».

Когда путники добрались до самого низа. Их взору открылась скандально впечатляющая картина, – природа показала свое величие. Разлом уже не казался привычной расщелиной, он нависал с такой сильной мощью, что давление в висках увеличивалось. Потакая своим слабостям, Мария расчувствовалась из-за своей ничтожности перед природой. Она с чуткой утонченностью осознала, – это всего лишь скалы. А что значит высшее «Я»? То, что является вселенной? – про себя спрашивала она сама себя.

– Вселенная – это Вы и есть! – Будто прочитав мысли девушки, сказал Джим. – Именно поэтому все вокруг так благосклонно к Вам. Природное «Я» видит в Вас себя, именно поэтому Вы так роскошно себя здесь чувствуете, не вдаваясь в какие-либо неудобства. Высшее «Я», оно в Вас. Как можно разделить неделимое?

– Досадно, что я не взяла с собой телефон. – Вздохнула Мария. – Сколько красивых фотографий бы сделала.

Джим расхохотался.

– Как раз не хватало сейчас людского уныния. – Катаясь от смеха, выдавил он. – Слишком много прелести и счастья, нужно бы разбавить досадой.

Мария прочувствовала глупость своих слов, тем более именно это чувство стояло в очереди на познание.

– Я как запрограммированная! – Улыбаясь сказала она. – Даже здесь наставления ювелира не отпускают меня.

– Это естественных ход событий. – Прокомментировал Джим. – Как проговоришь свои желания, так они и будут сбываться. Но Ваша досада была сейчас кстати! Я уже было начал скучать по эмоциям такого рода.

Они оба снова расхохотались.

– Ну если честно, то есть некая досада. – Как заговоренная повторила Мария. – Как потом передать полный объем впечатлений?

Вадим снова рассмеялся.

– Ваши впечатления – только Ваши. – Успокоившись, продолжил он. – Человек не сможет познать другое сердце, прочувствовать иную душу, разгадать чужой разум, так как он пытается это сделать. При важности этого стремления, обязательно произойдет конфликт, который не передаст должных впечатлений. А нужна всего лишь малость – просто наслаждаться. И знать, то, что испытываешь ты – испытывает и другой, но передается это только безмолвно. Без определений и ярлыков. – Ваши родные и близкие получат большее удовольствие от того, что Вы будите счастливы. Только в этом случае они прочувствуют восторг. А картинки – это только мимолетная показуха. Научитесь любить и источать эту любовь, она передаст больше большего, сильнее сильного, лучше лучшего.

– Я Вас поняла. – шепотом сказала Мария и еще шире открыла от удовольствия глаза, как бы имитируя органический объектив. – Наслаждаться здесь и сейчас!

–Да! – В никуда согласился Джим.

Они двинулись снова вперед. Каждый к своей цели.

Пройдя около километра, Мария почувствовала легкую усталость. Все тело странным образом взывало к остановке. Не говоря ни слова, Джим сначала прекратил движение, а потом присел. И в таком молчаливом состоянии уставился на скалу, демонстративно прося сделать тоже самое девушку. Она с удовольствием подчинилась, тем более их планы совпадали. Проводник протянул флягу с водой, Мария сделала глоток, и тут же заметила некую странность в скальной стене. Все впереди обзорное пространство начало излучать свет. Скала заиграла частыми переливами. То одиночные искры, то бесконечное множество света, то одновременно, то задавая разный темп по времени и месту нахождения, – скала ожила, она превратилась в иллюминационное шоу.

– Я наверно сплю! – зачарованно прошептала Мария. – Что за причина такого невообразимого представления?

– Ваша фантазия, солнце и подземные воды. – Без загадок пояснил Джим.

После его слов, недавняя фееричная сказка обрела очертания и структуру. – Через множество трещин в скале пробивалась вода, но не брызгами или каким-либо другим способом, а именно маленькими капельками. Словно их выталкивала разумная и рационализаторская сила – механизм с точным цифровым расчетом. Но это была лишь часть задумки мастерицы природы. Позади путников, на небольшом камнеобразном возвышении, была образована кристаллическая порода, схожая с пещерными отложениями. Точно такое же насаждение изящных драгоценностей красовалось и на вершине скалы, искусно замаскированных редкими кустами с колючками, похожими на эти кристаллы. В определенное время дня, солнце направляло свои лучи на множество кристаллических линз, которые в свою очередь, передавали лучи, в стократном размножении, в позади образованные зеркальные камни. А они уже, за счет своей многогранности, делили этот множественный поток света на еще большее количество лучей, причем, с разным векторным направлением своей передачи. Наскальные капельки воды, синхронно и размеренно выходящие из трещин, получали отлаженную и запрограммированную игру света, – они проецировали голограмму вселенской задумки.

Мария открыла рот от удивления. Она не хотела даже моргать, лишь бы не упустить и секунды этого божественного зрелища. Все ее тело онемело в приятной воздушной палитре ощущений. Руки постоянно волнообразно двигались, передавая работу разума, на данный момент. Сознание настолько полно подключилось к чему-то высшему и невероятно умному, что все внешние двигательные рефлексы были поставлены на функцию – «автоматически». Но это была лишь одна сторона медали, с другой находился Джим, он ничем не отличался от спутницы. Зрелище походило на то, как собеседники ведут себя у костра: то они несколько минут назад обсуждали насущные дела свои, то в один момент, словно переключился невидимый тумблер, залипли на чарующий огонь, подневольно пародируя гипноз.

Когда солнце перевело свою передачу на другой угол обзора, а он имел место быть в этом царстве загадок, потоки света сменили голограмму, а вслед за ней поменялось и внешняя деятельность людей. Они периодически стали поворачиваться друг к другу и пристально смотреть. – Это был дополнительный источник передачи небесной информации. То есть, вначале была трансляция сверху, а потом и личный взаимообмен. И все это было без каких-либо словесных комментариев. В ход пускалась неведомая сила, – поле общего сознания.

Никто и никогда не узнает точной мысли, которая была ниспослан на них. Даже они сами. Ведь вселенский язык не имеет привычных орфографический правил или смысловых рамок, – он един, бестелесен, и всеобъемлющ. Но после того, как солнце спрятало свои лучи в другое место, путники синхронно встали и отправились дальше, словно получив определенный навигатор, с установленными целями и задачами. Причем они касались не только данного маршрута до места жительства шамана, но были также и направлением в жизни.

Через какое-то время, Мария, позабывшая о красочном представлении, смеялась над милыми шутками Джима, который то и дело выдумывал новые небылицы про здешнюю местность. Конечно же в них много было правды, но то, как он это преподносил, звучало очень смешно и необычно.

Их путь задал новый и потешный смысл, в чем несомненно была заслуга волшебных кристаллов. Каждый шаг был легким. Каждый вздох был сладким и чистым. Тело слушалось беспрекословно, имея необычайный подъем сил.

Мария приятно наслаждалась мыслями, которые передавали сегодняшний смысл жизни.

То чувство, которое стояло в очереди осознания, а именно досада, пришло ровно так же, как и ушло. Незаметно для личного настроя, девушка прочувствовала его, отпустив без следа. Ее пеший путь и путь личного восприятия, после мимолетного возникновения досады, тут же преподнес отвлекающий маневр, в виде созерцания природного творческого безумия. Тем самым слив в единое целое досаду и любовь.

Ей так же представлялся воочию образ Вадима, ювелира, что преображал для нее новое драгоценное украшение – новое «Я», из старых золотых безделушек – непознанных чувств. Она была благодарна ему за тот образ счастливой жизни, на который он указал ей.

И конечно же в голове, красочным фильмом, ей виделась вся ее большая и дружная семья. Ее нескончаемо дорогой и страстно любимый Фред, муж, которого она всю свою жизнь ждала. И прожив приличный промежуток своего времени, дождалась, в качестве приятного бонуса, дождалась!

Незаметно для нее самой, ущелье исчезло. Испарилось позади. Со всех сторон вновь окутали джунгли. Не менее впечатляющие и поразительные. Чем дальше они заходили, тем больше открывалось их взору, словно природа уже не прятала свою привычную жизнь. То, что было просто зеленым, из-за растительных оттенков, приобрело многоцелевую для глаз палитру. На глазах распускались цветы, скрытые под защитными слоями. Показывались во всей красе самые робкие животные. Птицы застилали верхний обзор, создавая разноцветный ковер. А рядом с людьми, в параллельном движении, но только в пышностях деревьев, постоянно перемещалась маленькая обезьянка. Она, как провожатый следовала за ними. Иногда останавливаясь и сбрасывая вниз плоды. Джим шепнул Марии на ухо, что это в порядке вещей – забота этого малыша. Девушка не задавалась вопросом, действительно ли это так. Она лишь еще больше умилялась от той волшебной сказки, что сопровождала их в этом пути.


НЕУДОВОЛЬСТВИЕ.


Прошло еще пару дней подобных приключений. Фантазия разыгрывалась с большей скоростью. Восприятие раздувалось и реагировало на любые изменения очень остро, но с должным пониманием. А вот мышление сдавало свои позиции. Растерянный ум теперь «закрывал на все глаза», будто он дремлет. Только изредка «прищуривал взгляд», если на горизонте маячило привычное и обыденное, стараясь обсудить это, как бы вскользь. Старый мир остановился – мысли не соперничали, они протекали сами по себе, не затрагивая эмоциональный мир.

На горизонте показалась небольшая деревушка. Масштабы ее были неизвестны, так как она почти полностью была погружена в поредевшие джунгли. Но по очертаниям ветхих домишек стало понятно, что здешние жители живут так, как велит им природа. И на первый взгляд, это были не суровые условия дикой жизни, о которой так яростно рассказывают в СМИ. Совсем наоборот – постоянно доносился звонкий смех, причем не только детский, но и раскатистый мужской баритон. Со всех сторон виднелось хаотичное движение, некая деревенская суета. Но в ней не было ничего схожего с злободневной рутиной, тем более с системными порядками, – местная жизнь протекала в любви. Это чувствовалось на расстоянии.

Подойдя поближе, Мария еще раз убедилась в счастливой ауре этих мест. А самое интересное заключалось в том, что с их появлением, никто из местных даже не отреагировал, словно их посетили родственные души, давно здесь обитавшие. Лишь только один чумазый мальчонка, лет четырех, подбежал к гостье и дергая ее за штаны, что-то прокричал на своем диалекте. Мария не успела отреагировать, как Джим жестом отогнал маленького разбойника.

– Он просил его покачать на руках. – Прокомментировал проводник. – Это такой детский сарказм.

Мария не совсем поняла это выражение. Но то, что мальчонка просто великий шутник, она увидела, когда тот забрался на длинного и жилистого мужчину, имевшего только набедренную повязку. И с пронзительными криками начал совершать действия, схожие с ковбойскими. И что удивительно – это не разозлило высоченного бедолагу, ведь он занимался по хозяйству с очень серьезным видом, возможно даже подстегнуло. Он так широко улыбнулся, что все его белоснежные зубы сверкнули ясной радостью. А потом и вовсе раздался упоительным смехом. Упал на четвереньки и начал смешно имитировать лошадь, иногда вставая на ноги, словно на дыбы.

Через некоторое время мальчонка подобную процедуру, с игрой в наездника, проделал еще раз пять, с разными мужчинами. И все они, как и прежний, меняли свою вовлеченность в работу на задорное настроение. Совершенно не злясь и не отгоняя маленького баловника. Складывалось впечатление, что они совершенно искренне любили эту фантастическую жизнь, выполняя необходимые функции, адекватно реагируя на них. И конечно же восхищала их виртуозность по перемене настроения, от обычного делового, до совершенно истерично-забавного. Не было и грамма намека на злость или раздражение, как будто это место находилось в центре Эдема.

– Интересное сочетание человека и нормального отношения. – Заметила вслух Мария. – С непривычки смотрится, как кино с изящным сценарием.

– Так это и есть сценарий. – С хитрой улыбкой ответил Джим. – Однотипно мыслят лишь только примитивные программы. Хотя «цивилизованное общество» считает здешних обитателей не то, чтобы аборигенами, но еще и отставшими от современного мира.

– Поясните. – Немного потупившись прошептала девушка.

– Как часто Вы замечали спокойных и совершенно контролируемых изнутри людей? – Продолжил проводник. – В том мире, где Вы живете? В том царстве прогресса и достижений? Вы наблюдали подобных людей в своем родном городе? Я не спрашиваю сейчас про бессознательные тела с набором человеческих качеств, которые только и делают, что реагируют на все исходя из своих закодированных эмоций на все случаи жизни. Ведь в подобном состоянии любой индивид не строит свою судьбу, а руководствуется шаблоном реакций, движений, чувств, мыслей, исходя из своих воспоминаний, которые в свою очередь построены на контроле извне.

Джим опустил глаза, как бы сожалея за все человечество. Но тут же открыл их широко и улыбнулся добрым порывом.

– Все так плохо? Там, откуда я? – робко спросила Мария.

– Этот драматизм я вношу для более понятной информации для Вас. Я давно не переживаю по поводу внешнего мира, – он сам по себе развивается. А вот видение его структуры – это уже моя прямая задача. Именно поэтому, все, что я вижу – это доброе начало жизни. Только смех и юмор помогает мне понять, что все в этом мире прекрасно. А что касается сравнения этого народа, и того, что Вам привычнее…

Повисла пауза.

– Отдельно растущий кустик всегда больше получает солнышка и влаги. Он просто купается в божественной ласке. Нет конкуренции. Множества ненужных мнений. Его внутренний свет напрямую соприкасается со светом небесным. И все потому, что нет рядом растущих кустов, которые борются за право обладания живительной энергией.

– Значит в большом городе нет шанса стать эмоционально стабильным? – Задумалась девушка. – Ну или хотя бы с постоянным теплом в сердце?

– Я этого не говорил. – Засмеялся Джим. – Везде есть шанс. Во всем есть выбор. Главное понять, что кроется за эмоциями и научиться управлять ими. Естественно, если человек не только смотрит телевизор, но и анализирует информацию, исходящую из него, а потом еще и обсуждает, а в конце концов еще и порицает увиденное, – это уже прямой гипноз. – Вовлечение сознания в определенный сценарий. Как тут заглянуть внутрь себя, когда стеной стоят проблемы извне? Причем они зачастую даже и на миллиметр не приближены к тому, кто их обсуждает.

А происходит все так: человек поворачивает голову – эмоция, ставит ногу – эмоция, словил взгляд – эмоция, вспомнил – эмоция. Но вместо того, чтобы прожить ее внутри себя и отпустить, он тут же автоматически выносит ее наружу, тем самым порождая коммуникативную связь с внешним миром, ну например – с другим человеком. И здесь уже начинается бессознательная игра мыслей, слов, движений и так далее. Ведь по каким-то причинам люди до сих пор болеют!

– Не поняла. – Закатив глаза, спросила Мария.

– Ну вот, например, здешние жители не болеют. Хотя у них нет аптек и больниц. Они питаются тем, что дарит им матушка земля. Спокойно относятся к любым проявлениям себе же подобным. Нет реакции – нет проблемы. Они понимают, что каждый имеет право чувствовать. И его чувства – только его! Внутри себя они проживают множество бурных и насыщенных жизней, а внешне проявляют лишь уважение, любовь и добро!

А если взять весь «цивилизованный мир» – болезни и эмоциональные страдания, я не говорю уже про войны и прочую низменную придумку умов. Люди даже не хотят остановиться, вздохнуть, и прочувствовать свое тело. Как оно дышит, о чем говорит. Поступила информация извне, – что нужно заглотить это, а потом запить другим, а чтобы не оставалось лишнего – принять слабительного… Постоянный порочный круг, который диктуется кем угодно, но только не своим, богатым на ощущения – организмом.

– В этом селении все обстоит по-другому?

– Да, моя дорогая. Исключительно иначе. Да Вы и сами это наблюдаете прямо сейчас. Каждый занят своим делом, раскручивая свои фантазии внутри себя. И при этом они все едины, – одно целое. Нет лучших или худших. Этих людей сплотила не ненависть против кого-либо, этих людей объединяет любовь. И никакая сила извне не сможет навредить такому народу. Его, просто-напросто, не за что зацепить, нет рычагов для давления и воздействия. Тот, кто любит и уважает, относится к себе и ко всему, как к единому целому, тот терпелив, вежлив, благосклонен. Для Вас эта деревня, как пример к личной трансформации, Мария. Посмотрите на этого ребенка, что задорно ласкается со взрослыми. Да, да, именно – ласкается. Он не дразнит их, и тем более не хулиганит, из собственной дерзкой важности. Все, что Вы сегодня наблюдали – это проявление любви ребенком. Здешние люди это прекрасно знают. А ведь все, кто с ним сейчас соприкасался, даже не его родители, но они его чувствуют, как себя! И не смотря на свои бытовые заботы, впускают его в свое пространство с улыбкой.

А про здоровье я не зря сказал. Это все связано. Вместо того, чтобы обсуждать, какой рядом стоящий – плохой, они ценят его за то, что он тоже человек. А любовь в сердце освобождает их естество от лишних эмоций. И за счет этой внутренней пустоты, – тишины, им предоставляется волшебная возможность прочувствовать себя. Нет вездесущего постоянного внутреннего диалога – есть дар видения! В этом даре заключены многие специальности, к которым прибегает человек, пытаясь исправить внутренние «поломки». Этот дар всегда не только исцелит и поможет, но он и не позволит причинить себе вред.

Если ум успокаивается и перестает затмевать все процессы своей болтовней, то просыпается чистое сознание – строитель нашей жизни. Оно через прямую просьбу души создает мир, в котором нет страданий. Нет болезней. Нет страха и ненависти. Конечно же это все заключено в воле человека. Именно она двигает нас к правильному. А движение и есть настоящее. Все остальное – это прошлое или будущее – багаж ненужной проекции. Мы живем в настоящем, а, следовательно, необходимо заниматься именно им. Вот я и заключаю свои слова: здоровье – это эмоционально уравновешенный, правильно и легко питающийся, мыслящий по отношению к движению, уважающий свое тело, руководствующий приятием, осознающий единое, и любящий человек.

Мария задумалась. Все подобное, она не раз уже слышала. Но, как и любой человек, она по-новому развернула свое мышление в сторону сказанного. Ведь истина всегда заставляет очнуться и трезво взглянуть на вещи. Снова и снова. На любом этапе своего пути. Душа всегда взывает к ясности, насколько бы не был глубоким сон.

– Значит, на начальном этапе – это всегда труд. – Раскрыла она свои мысли. – А потом привычка, но очень хорошая. Правильное мышление – правильный образ жизни!

– Совершенно, верно. – С одобрительным взглядом, произнес Джим. – В любом деле, будь то любимое дело, семья, состояние здоровья, необходимо вначале потрудиться понять структуру. Затем заложить эти знания в осмысленный образ жизни. Попрактиковать все это на себе первое время, путем проб и ошибок. Этот процесс мы с Вами называем – труд. А уж затем выработать эти знания в привычный ритм. Так и складывается истинная и правильная картина мира. И человек сможет легко и непринужденно в ней жить.

За познавательной беседой они совсем не заметили, как местные жители исчезли. Складывалось такое впечатление, что и все животные, мирно сосуществовавшие с людьми, были с ними в сговоре, они тоже пропали из виду.

Голубое нежное небо дополнилось редкой пепельной рябью, из красиво прорисованных облаков. Солнце сменило свой жалящий взор на нежный и одобрительный взгляд. С севера подул приятный и обволакивающе теплый ветерок. У него не было планов на свое стремительное направление. Воздушный гонщик на этот раз принял на себя роль няньки, ласково обнимающей всех, кто встречался на пути. В этом загадочном сценарии природы повисла глубокая тишина. Настолько читаемая и понятная, что ей не решался помешать, ни один из присутствующих.

Перед глазами открывалась двоякая картина. С одной стороны – цветы и трава, распускающие свои ростки к небу. С другой – деревья, приклонившиеся до земли. Они будто учтиво подбирали свои ветки, дабы открыть обзор. И вся эта чарующая картина оказалась не случайностью. Лес убирал свой занавес для нового поучительного представления.

Тут Мария увидела причину внезапной тишины. В самом центре деревни стоял огромный стол, прикрытый редкими листьями в виде крыши. За этим впечатляющим массивом, взявшись за руки, сидели местные жители, недавно загадочно и мимолетно пропавшие. Они вели себя настолько спокойно, что движений с их стороны не было вообще. Глаза были прикрыты, а губы изображали ровную и блаженную улыбку. Все это настолько гармонировало, что казалось единой радужной субстанцией. Неважно, что это было – молитва, медитация, но смысл общего родства разлетался энергетическими волнами по всей округе. После продолжительного молчания, все мирно встали и отправились в длинное помещение, которое просвечивалось, как редкий сколоченный забор. Оттуда каждый вышел с плетеной тарелкой, на которой ярко красовалась пища. К этому времени путники подошли ближе, и Мария смогла разглядеть содержимое тарелок. Это были фрукты, разных форм и пестрых оттенков. Все они были лишь слегка почищены и разрезаны на две половинки. Потом люди синхронно подняли головы вверх и словно обоюдно послали в небеса благодарный взгляд. После чего, приступили к трапезе.

Вся эта сплоченная гармония настолько растрогала девушку, что она не сдержала слез счастья. Соленые капли стекали медленно по щеке, обходя каждый изгиб молодой и упругой кожи. Тело чувствовало влагу восторга и встречало ее приятным румянцем. Глазки искренне чисто смотрели на картину доброго мира. Реснички, нарядившись в слезный наряд, сверкали алмазными искрами. Губы налились алой жизнью. Издавая слабый шепот, они проделывали фантастически изящные движения. Дыхание возможно пропало вовсе, в том проявлении, в котором принято о нем знать. Оно будто полностью перенеслось в функционал поверхности тела, – сладостно дышала кожа. Сердца не было слышно, оно переняло ощущение вовлеченности и старалось не мешать тонкому восприятию происходящего. Так зарождался правильный процесс содружества чувств, тех эмоций, что помогают быть легче. Мария впала в самое, что ни на есть божественное состояние баланса.

– Давайте подойдем. – Прервал дымку забытья своими словами Джим. – Все равно они с первой секунды нашего присутствия знали об этом.

– Они действительно живут так, что это не затрагивает никого больше, и в то же время, все сотрудничает с ними, как единый организм. Мы здесь есть, но пока с ними не соприкоснулись – нас вроде нет. На лицо – полное приятие!

Когда Джим и Мария подошли к столу, один из присутствующих по-доброму заулыбался, приветливо указал на свободные места, причем их было ровно два, словно их ждали. Девушка присела, но по хитрой улыбке проводника поняла, что ей никто не принесет угощений, если только она сама этого не захочет сделать.

– Здесь гостеприимство – это радушие, а не обслуживание! – Мягко обратился Джим к Марии.

Она поднялась, и они вместе направились к уже знакомому зданию, которое девушка прозвала про себя райской столовкой.

Помещение изнутри выглядело, как длинный и хаотично заставленный шведский стол. Разнообразие овощей, зелени, орехов и фруктов впечатляло до восторженных и непроизвольных возгласов. Привычной – приготовленной пищи не было совсем. Джим объяснил, что так было не всегда. При прежнем вожде, а он имел американское образование, а следовательно – какое-то время жил в Штатах, все обстояло слегка иначе. Его зафиксированные привычки, собранные на большой земле, прикатили вместе с ним, и передались всему племени. Но мудрость здешних мест не позволила этой зарождающейся эпидемии распространиться в каждой клетке здешнего народа. Они отвели благам цивилизации лишь редкое и отдаленное место в своем обиходе. Сравнимо с двумя важными праздниками в России – день рождения и новый год. Все остальное время они вели здоровый образ жизни. А с приходом нового вождя, и вовсе вычеркнули «напоминания» ненужного загрязнения.

– Как говорится: «не видишь – не бредишь». – иронично произнес проводник.

Мария положила на тарелку лишь то, что было ей незнакомо. Изящные формы. Красочные переливы цветов. Необычайная сочность и налитость. Она прекрасно понимала, что только новое или как следует забытое старое может произвести ошеломительный эффект. Именно неизведанное – познание мира, раскрывает всю гамму удовольствия. Главное настроить себя на положительный лад и довериться новшеству.

Вернувшись за стол, девушка обратила внимание на то, что здешняя атмосфера дополнилась еще большей любовью. Воздух настолько зарядился частицами удовольствия и гармонии, что тело казалось легким, – вот-вот взлетит. И это ощущение левитации ясно находилось в сознании, тем самым обостряя чувства к некой виртуальной реальности структуры полета. – Тело находилось на земле, но разум не хотел в это верить.

Вдруг Марию отвлекли привычные мысли, ворвавшиеся словно запрограммированные по времени всплывающие окна в браузере. Она вспомнила про очередное чувство, которое стояло в очереди познания. Неудовольствие – вертелось на языке. Девушка подумала о постоянной нелепости, касаемо эмоций, которые она теперь проживала, не соответствуя окружающей обстановке. Ведь вокруг такая идиллия. – Ну какое тут неудовольствие?

Радостное настроение всех присутствующих невероятно умиляло гостей. Каждая загорающаяся улыбка завершала свое существование только тогда, когда передавала эстафету следующей, – это напоминало новогоднюю гирлянду, имеющую небольшой пульт с выбором цветовой палитры и очередности загорания каждой       отдельной лампочки.

Вдруг эта синхронная гармония прервалась на одном молодом человеке. Его рот не изобразил улыбку, напротив – он искривился в неприятной гримасе. Все это походило на сбой в локальной системе. Что характерно – все остальные продолжали милую трапезу, даже в тот момент, когда парень вовсе изменился в лице. Он синел и широко раскрывал рот, – ему не хватало воздуха.

Мария забеспокоилась. Небольшой холодок прокатился по всему телу. Она посмотрела на Джима, тот спокойно улыбнулся и снова приступил к приему пищи, хотя явно видел происходящее. Глаза девушки забегали в разные стороны, – она выискивала понимания. Ей хотелось закричать, чтобы обратить всеобщее внимание. Но рот предательски не открывался. Затем пришла в голову идея помахать руками, чтобы хоть как-то привлечь помощь. Но и это оказалось не под силу, – тело не слушалось. Складывалось впечатление, что разум разделился на два фронта. Один пытался разогнать ситуацию до грандиозной проблемы. Но второй не знал, что нужно делать, вернее паника блокировала все возможные осмысленные действия. Теперь на ум пришла «высокая» идея: «она ничего не знает, это не ее дело, а вот помощь со стороны придет обязательно». Мария снова пробежалась глазами по присутствующим, но тут же осознала – она это уже проделывала, все тщетно. Естественно, на помощь пришло старое и замыленное мышление. Оно ворчливой старушкой пояснило девушке, что она ни в чем не виновата, это именно остальные ведут себя, как мертвые чурбаны. Она-то хотя бы эмоционально сопереживает.

Такое жесткое и сильное неудовольствие посетило Марию. И именно это чувство крутилось волчком с стальным острием на конце, что описывало царапающие круги на поверхности мозга.

– И я еще симпатизировала этим людям! – Ворвались назойливые мысли. – Парень практически задохнулся, а они сидят в своем личном сознании, не ведая, что твориться во внешнем мире. Вот тебе и приятие! Что же это за единство?

Мария практически плакала от беспомощности в данной ситуации. Розовый и прекрасный мир рухнул в одночасье. Словно прописанная строка ее сознания, вновь и вновь озвучивала свое содержание: «неудовольствие, неудовольствие, неудовольствие»!

Вдруг девушка поняла, что беспокойный разум засасывает ее в бесконечные негативные мысли. Еще чуть-чуть, и она уже не вернется из этого болота дурных дум. Мария попыталась успокоиться, взять себя в руки. Она сильно и глубоко задышала. Внутренний голос вернулся! Его размеренные и спокойные выражения четко отделялись от нескончаемой болтовни разума. «Инженер» напомнил ей, что только остановка внутреннего диалога поможет ей собрать необходимые знания, которые смогут разрешить возникшую проблему!

И лишь только тогда, когда она очистилась от нескончаемого и назойливого потока мыслей, пришло точное видение ситуации. – Она была счастлива, все вокруг и внутри расцветало по подобию райского сада. Но вдруг произошла непредвиденная ситуация, которая мгновенно переменила весь созданный мир, разрушая мышление и эмоциональную стабильность. И вместо того, чтобы спокойно действовать, исходя из своих знаний – подобно войну, Мария превратилась в один большой, суетливый, ворчливый и недовольный мозг. Причем, единственное, что эта новая субстанция из эмоций и негатива смогла сделать, так это – обвинение всех вокруг.

Девушка осознала свою глупую ошибку. Неудовольствие было познано. Оно ясным чувством покидало Марию. В этот момент перед глазами стоял образ ювелира, который улыбался и одобрительно кивал головой, словно приветствуя правильные действия Марии. Неважно было ли это видением, или же воображаемой фантазией, но четкий силуэт Вадима в голове, дал толчок на решительные действия.

Девушка вскочила и не обращая ни на кого внимания, направилась прямиком к задыхающемуся парню. Она не знала, что будет делать. Не было мыслей. Но точно, в чем она была уверена, так это в незамедлительных действиях. Словно, это было прямое знание. Мария подошла к скрюченному на стуле молодому человеку, встала за спиной, обняла его одной рукой через талию, осторожно нагнула парня вперед, сжала руку в кулак и приложила ее к верхней части живота пострадавшего, чуть ниже ребер. Другой рукой охватила свой кулак на высоте желудка молодого человека и, действуя обеими руками, резким движением потянула парня на себя, как будто она захотела его поднять. Эту процедуру Мария повторила несколько раз. Наконец, при самом мощном толчке, кусочек пищи вылетел изо рта. Паренек начал жадно глотать воздух, словно это последние остатки кислорода на земле. Но когда он восстановил дыхание, единственное, что сделал – это улыбнулся в благодарность Марии, и продолжил спокойно есть дальше.

Совершенно ошарашенная девушка вернулась на свое место.

– А Вы молодец! – Неожиданно произнес Джим, причем это звучало так, словно он руководил процессом все это время.

В этот момент поднял голову самый старший член племени. Его глубокая мудрость в глазах поведала, что он является вождем. Он вытянул руку, ладонью вверх, указывая на Марию, и совершил благодарственный поклон. После чего, все повернулись к девушке и повторили движения главного. Самым последним, кто обратил на Марию внимание, был парень, которого она спасла. Он приложил руку к сердцу и также совершил искренний поклон. Затем он звонко засмеялся, этот приятный и невероятно нежный смех подхватили все остальные.

Мария расплакалась. Но слезы пробивались сквозь смех. Это была не истерика, а приятная дымка забытья, – ей удалось совершить то, к чему она никогда не была готова. И все благодаря чистому знанию, спокойному разуму, доброму сердцу и решительным действиям.

– Такое ощущение, что все происходящее было воссоздано именно для меня. – Попыталась сделать заключение девушка. – Я словно прожила некий внутренний спектакль, для меня единственной. Мое познание чувств подошло к неудовольствию. Я никак не могла связать эту эмоцию и свое блаженное состояние. И словно просьба, произошло то, что заставило меня испытать это чувство.

– Никто и никогда Вам не ответит, что это было. – Прокомментировал Джим. – Ваше сознание строит события по своему усмотрению. Вы – это совокупность очень сложного организма. Свой мир, свои правила, своя расстановка. Но вы пока еще путаетесь, между «Я» и внешним миром. А такого разделения нет в природе. Открывайте для себя знание – вселенная – это «Я». Будьте более открытой ко всему, что видите и не видите, чувствуете и не чувствуете. Так как за этой гранью Вас будут ожидать новые знания. Поймите одно – Все бесконечно! И лишь только Ваш разум ставит рамки, границы времени, жизни и смерти.

Мария улыбнулась. Она не хотела больше спрашивать: что? Где? Как? И для чего? Она испытала внутренний баланс. Ее посетила любовь ко всему!


ЧУВСТВО ОСКОРБЛЕНИЯ.


День подходил к концу, когда гостей пригласили в самый изящный домик во всей деревне. Его отличие не выражалось в замысловатом строительстве, или тем более, что смешно само по себе – в продуманном проекте. Эта хижина напротив, была самая скромная по своим размерам. Но вся ее прелесть заключалась в особом расположении и в особенной энергетике. Домик практически свисал над обрывом. Одна часть дома стояла на краю земли, а другая парила в воздухе. Присмотревшись получше, можно было увидеть тонкие жерди, которые являлись некими подпорками. Но несмотря на это, в голове все равно не укладывались подобные физические законы, если они конечно вообще присутствовали. С одной стороны – небольшой размер домика. С другой – несоответствие толщины фундаментных подпорок, даже по отношению к небольшому размеру строения. На лицо было разобщение мышления. Невозможное, становилось возможным. И наоборот – существующее становилось несуществующим.

Мария замерла на месте, как только ее ноги оказались рядом с порогом жилища. Вадим предвидел дальнейшее оцепенение девушки и с отцовской заботой аккуратно положил руку на плечо Марии.

– Все Ваше обновленное внутреннее состояние, говорит о доверии. – Практически шепотом, на ухо сказал проводник. – Но привычный разум, который никогда не исчезнет, блокирует Ваши действия. Вы прожили и прочувствовали многие эмоции, в том числе и страх. Вы осознали, что ум невозможно полностью подчинить себе, но его возможно научить и приучить к тому или иному мировоззрению. Вы поняли, что есть способы успокоить его внутреннюю болтовню. Так используйте эти знания. Нечто запредельное подсказывает Вам, что нет опасности в том, что Вы пересечете этот порог. Вы это точно знаете. – Сознательно и подсознательно. Пробуйте теперь работать со своим разумом, – убедите его в этом. Но знайте – Вы развиваетесь, и Ваш ум не стоит на месте. Он теперь не прет на пролом, – не описывает Вам такие чувства, как страх, зная Вашу внутреннюю стабильность к чувствам. Он действует завуалированно, будто переписал все коды Ваших эмоций. Именно поэтому нет эмоций, касаемо блока, что не пускает Вас в этот дом.

– Я кажется понимаю, о чем Вы мне говорите. – Сверкнув глазами, сказала Мария. – Мне нужно убедить свой разум в том, что я действую осознанно, без риска для жизни.

– Совершенно, верно.

После этих слов, неведомая сила посетила девушку. – Точная уверенность, истинное знание безопасного пути. Воодушевление объявило о своем присутствии. В груди возникло ощущение резкого и свободного падения. Взрыв личного могущества над всеми жизненными процессами отозвался прямой командой для ума. Без лишних движений и даже слабых сомнений, Мария сделала первый шаг, который тут же продолжился новым. Еще и еще. Непомерная легкость охватила все тело. Буквально пару секунд, и девушка очутилась в центре хижины. Совершенно невозмутимая и абсолютно твердая в своем правильном выборе.

Состояние внутреннего убранства впечатлило сразу. Словно два разных мира имели свои границы именно в этой точке планеты. Снаружи – ветхая хибара, да еще висящая на паре-тройке палочек над обрывом. Внутри – яркое, светлое, и сладостно приятное взору помещение. Воздух был наполнен благоуханием цветов. Что в свою очередь отражалось материально – каждое пустое пространство было заполнено цветниками, живыми и богатыми на краски своих «нарядов». Все стены и пол были застелены коврами, вернее так предположила Мария. На самом деле, материал, из которых они были сделаны, имел воздушную, ни на что не похожую структуру. Словно вместо текстиля, их основой были облака. Причем, вся верхняя прослойка этого воздушного чуда развивалась, будто на ветру, но в помещении был абсолютный штиль. А самым примечательным – была вода, мелодичным журчанием, стекающая со стены. Секрет состоял в том, что один край дома соприкасался с возвышением, ровно до половины стены, откуда сочилась подземная влага. Этот природный функционал, который обеспечивал хижину самой главной живительной структурой для человека, восхитил Марию практически до мышиного писка.

– Полюби природу, и она даст тебе все необходимое! – Шепотом обратилась девушка к Джиму.

Экскурсия глазами, Марии показалась вечностью. Все, что она описывала словами в голове, было лишь малой частью того, что являлось необычным для интерьера. Все остальное она просто созерцала, не имея мыслей и каких-либо соображений на это. – Ей просто нравилось смотреть.

Посреди помещения стоял грубо выструганный из цельного куска дерева стол. По краям стола красовались стулья, не менее выразительные и впечатляющие своей задумкой автора, – цельное дерево, ручная резьба. Сиденья были покрыты тем же материалом, что и все в этой комнате. Воздушность этого царства заставляла ощущать невесомость каждым нервом. Во главе стола сидел тот самый улыбчивый мудрец, что был окрещен в вожди Марией. Его глаза по-прежнему источали глубину мирских познаний, а зубы сверкали от радушного настроения. Только в этот раз на нем был надет красочный кафтан. Почему именно кафтан? Да потому, что орнамент, вышитый на нем, был точь-в-точь, что у одеяний русского народа. Именно это одежное «прозвище» прошептала Мария Джиму, немного улучшив себе настроение.

– Это мой подарок ему, который я получил от своих друзей из России. – Практически завизжал от удовольствия проводник.

В эту самую секунду, все дружно засмеялись. После того, как смех улетучился из помещения, оставив хорошее настроение на смену себе, Мария поинтересовалась, знает ли вождь русский язык. – Он так искренне смеялся над словами Джима, что казалось он понимает все отчетливо.

– Нет. – Словно отрезал проводник. – Но ему это не обязательно. Он видит структуру.

– Как это?

– Он читает все в этом мире, без слов, мыслей и объяснений. – Это видение мира. Мы об этом с Вами говорили в прошлый раз.

Вождь поприветствовал гостей, встав из-за стола и поклонившись. Причем все смотрелось довольно комично. Движения были слишком медленными и сам поклон смотрелся слабым и корявым, при этом вождь поднял голову, состряпав странную гримасу, и улыбнулся. Затем он потряс впереди себя рукой, требуя сделать тоже самое Марию. Девушка повторила приветствие, но с непомерной серьезностью. Старалась настолько, что чуть ли не сложилась пополам. А когда возвращалась в исходное положение, то зачем-то вытянула руку и провела приветственную волну, словно одобряет приглашение к танцу. Все дружно засмеялись. А вождь подошел к Марии поближе, пробормотал что-то на своем языке, хлопнул «пренебрежительно» девушку по плечу и дунул ей на волосы, издавая такой громкий звук, схожий с плевком. Все вновь дружно обратились в истерический хохот.

– Я, конечно, понимаю, что Вы здесь отпетые комики, но мое мнение – так не подобает обращаться с женщиной! – Приняв багровый цвет лица, громко отчеканила Мария.

В одно мгновение, мозг Марии взорвался возмущенным внутренним диалогом. Только что воздушные и приятные сердцу моменты, от доброй внутренней обстановки жилища, канули без следа. А недавно возникшее очарование к местным жителям, сменилось на мрачное чувство оскорбления. Все тело испытывало волнение. Виски часто пульсировали и подгоняли скоростной режим прохождения негативных мыслей до максимального предела. Эхом идея об оскорблении добралась от головы до пят, а потом таким же рикошетом обратно. Мария стояла неподвижно, хотя глаза иногда непроизвольно закатывались, а вот внутри творился хаос. Разворачивалась такая игра разума, что остановить ее было не под силу. Единственное, что было непоколебимо, так это высокая и достаточно плотная стена, отделяющая разум Марии и внешний мир. – Она больше не высказывала свои обиды, а только гоняла и мусолила их внутри себя. Неведомая сила заставляла ее молчать.

Джим взял ее за руку и аккуратно погладил, стараясь смотреть прямо в глаза. Он отчетливо видел, как пелена чувства оскорбления затмевает ей прямое видение.

– Мария. – Словно самой нежной нотой, обратился проводник.

Он поднес ее руку к своей груди, и накрыл ладошкой другой руки. Это не было привычным поглаживанием, что совершают люди для успокоительного действия. Просто касание. Но настолько сильное по энергетике, и обволакивающе теплое, что глаза Марии очистились в одно мгновение. Они облачились в естественно белый по краям, но неестественно сверкающий в области зрачка цвет. Выглядело это, как будто ток пустили по всему телу, а конечным пристанищем энергии являлись нервные окончания глаз, что и зажгли необходимую ясность.

Когда Мария прочувствовала защищенность, которую ей передавал Джим с добрым прикосновением, она отпустила мысли. Толкающая пульсация в височной зоне обратилась в ровный и спокойный ритм. Этот отголосок пояснял изменение в сердце, – оно успокоилось. Разум потихоньку начал очищаться, будто внутренний смотритель орудовал метлой, выметая эмоциональную грязь, оставляя прежние радушные ощущения.

– Вы молодец. – Прошептал Джим. – Дышите глубже. Все уже позади. Здесь никто не желает Вам зла. Тем более, Вас никто не хотел оскорбить!

Мария посмотрела чистыми глазами вначале на вождя, затем на проводника. Что-то пустое читалось в них. Вернее, даже – незаполненное. Жизненные функции были в норме, она чувствовала себя превосходно, легкость будоражила каждый миллиметр тела. Но разум был абсолютно спокоен, опустошен, словно кто-то очистил его, для дальнейшего наполнения.

– Вот видите, как быстро неочищенное прошлое возвращает эмоциональные всплески? – Начал свою информационную закладку Джим. – Вы испытывали мягкое ощущение эйфории к этому месту и его обитателям. Но как только Ваш разум встретил псевдо-оскорбление, тут же сработала программа эмоционального общения. Собственная важность взлетела до уровня – потолок, а осознанность в происходящем потеряла свою твердую позицию. Чувства, отпущенные на свободу, без должного «надзора», сметают все на своем пути, даже такую мощную силу, как внутренний смотритель. И вот Вы снова обычный человек, который только и делает, что набивает брюхо и мозг мусором, ругаясь со всем миром. Так и обрывается любой путь. Стоит только бессознательно отдаться на попечение эмоциям, как свет превращается в тьму.

Вы только не подумайте, что я преувеличиваю. Все мои слова объяснимы. Во-первых, смех – это неотъемлемая составляющая жизни этого народа. А Вы приняли его за насмешку. Во-вторых, хлопок по плечу, сопровождающийся «дуновением души» – громкий выдох собеседника, – это наивысшая похвала от вождя. Он одарил Вас жестом почтения и уважения, а это дорогого стоит в этих местах, учитывая, что все материальное здесь бренно. А это Ваше: «так не подобает обращаться с женщиной»! Как только чувства взяли вверх, вы тут же забыли про свой путь омоложения и забыли, что Вы теперь девушка, включив в свою речь слово паразит. Да будет Вам известно, именно на этих привычках человек и строит свою судьбу: свое тело, состояние здоровья, духовную жизнь, – мы то, о чем мы думаем и говорим!

Мария немного отошла от оцепенения, после сказанного. Она явно осознала всю нелепость ситуации. Ей отчетливо раскрылась видение, касаемо ее забытья, при автоматической эмоциональной реакции.

– Так не подобает обращаться с женщиной. – Неловким шепотом раздалось из уст девушки.

Она громко засмеялась. Смех поддержали и все присутствующие. Именно в этот момент она осознала, насколько ей здесь рады, и что никто не испытывает к ней, даже намека на негативные чувства.

– Теперь я отчетливо вижу, как в один момент меняется одна личность на другую. – Сказала Мария. – И в бессознательном, человек уподобляется марионетке, которая действует исходя из указаний эмоционального разума, а тот, в свою очередь, получает команды извне. А кто уж к нему «подключается», это вопрос подготовленности тех или иных сил.

– Так кто Вы? – С улыбкой на лице, спросил Джим.

– Конечно же девушка! – Покрутив носком ноги на полу, ответила Мария.

В тот же момент, ее тело испытало сильный прилив сил. Грудь наполнилась чистым и совершенно легким кислородом. Сердце завибрировало задорным ритмом. Волосы наполнились живительной средой, удваивая свой объем и жизненный тонус. Кожа, будто актер при виде зрителей, проиграла свою главную роль – она разгладилась еще более изящно, передавая стремление к здоровым и легким мыслям. Слово, что скрывало за своим кодом молодость, сработало по назначению. И теперь Мария не просто чувствовала, что она девушка, она теперь это точно знала!

Вождь улыбнулся, произнес длинную фразу, и с радостным видом вышел из помещения. Вслед за ним все остальные.

– Пойдемте Мария. – Позвал Джим. – Вождь очень доволен тем, что Ваши старые и не очень хорошие привычки покидают Вас. Он увидел Вас, как сосуд, из которого выходит серый дым, уступая место свету. В знак этой божественной трансформации, он хочет показать Вам волшебную песню земли, которая напрямую связана с каждым живым существом на планете.

Путь к неизведанному чуду оказался продолжительным. Быстро собранная экскурсия достигла самой высшей точки этой местности. Возвышение представляло из себя гору, обогащенную сочной зеленью. Сверху этого живописного колорита красовалось каменное сооружение, похожее на коробку. По контуру всех наружных стен был высечен орнамент в виде нескончаемых полукругов. Присутствовали навесы, свесы, козырьки, и все это было сделано из цельных кусков камня. Поражала невероятная симметрия и точность в калибровке стыков между блоков. Так же, из каждой стены выдвигалась замкнутая арка. В одной из них было отверстие, поразительно ровного диаметра – круглое оконце с шедевральной геометрией. Рядом с ним, на земле, лежал круглый камень в виде пробки. Но так можно было сказать лишь небрежно думая. В четком рассмотрении – это была большая, точно выточенная каменная пробка, под размер окна, Джим его еще назвал – порталом. Крыша данного сооружения представляла собой куполообразный сход каменных плит, также соединенных с атомной погрешностью. Если немного прищурить глаза, для расплывчатого видения, то перед Марией стоял собор в меньших пропорциях.

– Это дольмен. – Между прочим, произнес Джим.

– Я что-то похожее видела в интернете. – Отозвалась Мария. – Гробница?

– Нет. Так говорит интернет. Но в основном это соборы, монастыри, церкви прошлого. Некие – объекты поклонения. Но, я бы сказал, что это только информация для незнающих. Человек знающий, или хотя бы ищущий познание, поймет, что дольмены – это приемники, и преобразователи инфразвука, который издает земля. – Она поет, передавая в своей песне любовь и понимание к нам. Просто мы разучились слышать, в отличие от наших далеких предков. Но эта информация миновала только обычных смертных, различные религии сохранили подобные приемники чистейшей энергии в виде соборов, храмов, мечетей, а особенно их пиков и куполов. Приглядитесь к их множеству составных дольменов – разным камерным отделениям – «волновым ловушкам». Все они построены по шестидесятеричной системе измерения. А как известно звук и пространство измеряется мерилом, разбитым на шестьдесят долей – «шумерская система измерения». Параллели можно провести и в геометрии, и в культурной нумерологии, а также в интересных для нас – музыкальных пропорциях.

Рассмотрим отдельную часть храма или древнего одиночного дольмена – камеры ловушки: сооружение должно быть на возвышении или иметь достаточную высоту, чтобы инфразвук легко проходил в камеру – «ловушку», – именно поэтому возле вершин гор сильная турбулентность – энергия земли вращает воздушные массы, как бы закручивая их. Если верхний купол откалиброван и воздушный зазор рассчитан, верно, то такой резонанс приводит к появлению стоячих волн внутри камеры дольмена. Отверстие – окно, также откалибровано по длине стоячей волны. Напоминаю, волна – это энергия, песня земли. Пробка – затычка окна, является устройством для преобразования инфразвука в слышимый диапазон. Состоит из резонирующей полости – «затычка под размер окна – ножка», и шапки пробки – медные, бронзовые, или каменные пластины точного диаметра, ступенчатого типа. Резонирующая плоскость – затычка пробки, или можно назвать ее ножкой, должна быть откалибрована по длине стоячей волны камеры дольмена, то есть по диаметру окна. А длина звуковой волны выставляется внутренним орнаментом в виде волн или полукругов, или вершин треугольника, которые высечены прямо в камне. Кстати, посмотрите на символ Шивы – Вы точно увидите сходство с пробкой дольмена. А сужение дольмена, современных куполов – создает дополнительную упругость в разнице давления внутри и снаружи дольмена, сохраняя энергию первозданной.

А все это Вам поведал, моя дорогая лишь для того, чтобы насыщенная информация легла пока в закрома Вашего разума, а вот потом, спустя некоторое время, он раскроет Вам истину, простую до неприличия – звук отражается от каменных стен. Каменных, потому что я взял за пример – древние дольмены. Земля всегда с нами общается, поет песни своей заботы и любви. Передает божественное слово, в виде энергии, чем мы с Вами и являемся. Так кто мы, если не все?

Мария стояла, открывши рот. Она понимала, что все ее новые попутчики, собеседники – духовные и просвещенные люди. Но, чтобы они еще были и теоретиками бытия, она явно не осознавала. Услышанное настолько переменило ее мышление, касаемо общего пути духовного и разумного, что она начала понимать, почему так необходимо приходить к своему единству. Именно целостный человек способен здраво мыслить, всеобъемлюще любить, духовно светить и благотворно сознавать.

– Нам многое не говорят, пытаясь скрыть правду. Скрыть за каждодневными разборами: кто прав, а кто виноват! – Поникши, прошептала девушка.

– Не стоит никого винить, иными словами: «не разбирайте – кто прав, а кто виноват»! – Засмеявшись, сказал Джим. – Суждение порождает только суждение. Человек сам вершитель своей судьбы. Только ему даны направления своего развития. А что он выберет, записывание под диктовку, или личный самоанализ и самопознание, а как известно – что внутри, то и снаружи, – это уже выбор лично каждого.

– Согласна полностью. Всегда есть выбор в пользу – стать лучше!

После познавательной беседы, один из членов племени пригласил их внутрь дольмена. Мария удивилась, как худенький паренек, стоявший у входа, заблокированного каменной массивной плитой, отворил эту саму глыбу одной рукой.

– Не удивляйтесь. – тут же прокомментировал Джим. – чистый разум имеет доступ к любым знаниям, а также к наиточнейшим расчетам, которые приводят к таким парадоксам восприятия. И для этого не обязательны современные технологии. – Они только обеспечивают убаюкивающий комфорт.

Когда Мария очутилась внутри храма, она почувствовала себя необычайно легко. Да даже скорее всего вообще никем и ничем, потеряв ощущение объема и веса. Мысли успокоились, осталось лишь восприятие, которое, как маленький ребенок поглощало все с воодушевлением.

Огромная плита, исполняющая функцию двери, захлопнулась. Но люди не погрузились во мрак, наоборот, помещение заиграло фантастическими переливами света. Настолько яркими и многообразными, что складывалось ощущение райского присутствия.

Мария огляделась спешно. Нигде не было даже намека на факелы.

– Здесь проложен подземный силовой кабель? – Спросила девушка, тоном знатока электрификации.

– Нет конечно же. – Засмеялся Джим. – Центральная цивилизация не станет заниматься такой сумасбродной благотворительностью. Да и зачем поддерживать тех, кто не нуждается в поддержки, зная дела Бога.

– Но, что это тогда? – С глупым взглядом продолжала Мария.

– Вся внутренняя технологичность связана с изобретательностью природы и с ее точными расчетами, которые в виде посланий доходят до людей. Здесь классический пример, как люди умеют видеть постулаты ДАРОВАННОГО.

– Законы вселенной доступны чистым людям? – Опять полюбопытствовала Мария.

– Да всем они доступны! Главное слушать, видеть. Ну, хотя бы учиться это делать. Самое важное, не сойти потом с ума, узнав правду. Ведь возможно та часть разума, что посылает нам все эти подсказки, вовсе не является тем, как мы это называем и об этом думаем. Поэтому нам пока проще называть это – «вселенной».

Мария аж споткнулась. Она поняла, что услышала то, что еще не должно было дойти до ее ушей. Ведь даже с той жалкой частью информации, которая пыталась расширить ее сознание – она никак не могла справиться. А тут что-то новое, опровергающее еще не закрепленное.

– Пока не думайте об этом, дорогая. – Важно зашмыгал носом Джим. – Это легкие впрыски, чтобы потом было легче. Все узнаете в свое время, если захотите. Если сможете разорвать пузырь, сферу своего восприятия. Вы же прекрасно знаете, что «холодное железо» обрабатывает информацию прямолинейно, пока не будет установлен аналитик тех или иных ситуаций, чтобы связывать две разные функции в единое. Вот и Вам нужно учиться умещать в себе то, что Вам навязали в течение жизни, и то, что Вы сами познаете. Но не сходя с дистанции. Иначе вирусную программу, которая мешает основе основ – удаляют. А потом уже сами решите, в каком мире Вам жить, ведь ключи будут от всего! Понимаете, о чем я?

– Да. – Не смело ответила Мария.

Джим прочувствовал ее истинное знание относительно его слов, и больше не стал давить на бедный и испуганный разум девушки. Он лишь нежно улыбнулся и указал кивком в глубь помещения.

Мария тут же всмотрелась в центр большой, внезапно потемневшей, комнаты. Она осознала, что сейчас будет представление.

По ногам прошла вибрация. Она добралась до самой макушки. Затем дрожь усилилась и заставила вибрировать все тело. Напряжение нарастало. И в самый пик усиления колебаний появился гул. Но не раздражающий слух, напротив, звук поднимал всю сущность вверх. Словно даруя крылья. И когда это сотрясение, перемешанное с ласковым и приятным на восприятие рокотом, достигло своего кульминационного момента, помещение озарилось необычайным свечением, которое заливало весь объем, уплотняя новой концентрацией. Заполняя. Еще и еще.

Мария мельком подумала о схожем ощущении, при посещении православных храмов, которые будоражили ее нутро, особенно при исполнении хоровым «посланием мира сего». Она почувствовала себя в свете. Затем ум убежал, как трусливый мышонок. В этот момент она осознала себя светом. Вибрация земли превратилась в то, что нельзя понять известным мышлением. Песня кого-то или чего-то запредельного растворилась в каждой частичке людской энергии. Эта песня и была чистейшей энергией. А растворилась, потому что была полностью идентичной! Именно в эту секунду, которая превратилась в вечность, Мария увидела свое сердце, – оно было словно голограмма, в виде той же самой энергии. Девушка осознала, что форма ее сердца и есть прототип дольмена – приемника вселенской энергии, с множеством клапанов, камер, отделений и точных сужений. Мария видела, как ее «биологическая волынка» общается напрямую с землей. Девушка непроизвольно запела мелодию, что подсказывало ей сердце, – это произведение было Свыше.

Длинное объяснение по функции дольменов и это «шоу», не смогли объяснить больше, чем ее собственное сердце. Все продолжение всего!


ВОЗМУЩЕНИЕ (НЕГОДОВАНИЕ).


В момент полного отождествления себя с песней, Мария явно видела все вокруг в едином поле информации. Слилось и помещение, и люди, почва под ногами. Стены еще как-то проблескивали отдельными энергетическими контурами, а вот пол исчез полностью, ощущалась лишь слабо заметная структура земли. Сильным напором из-под недр вырывалась вибрация. И это уже не было ощущение. Волны было видно четко и ясно! Девушка осознавала, что чем дальше продвигалось ее учение, тем сильнее становилось ее многогранное видение. Разум постепенно соглашался с увиденным, за границами привычного восприятия.

Когда Мария пришла в себя, она осталась совсем одна. Помещение радужно освещалось солнечным светом из открытой настежь двери. Магнетизм земли пропал, будто на том конце повесили трубку. Но полнота ощущений оставалась прежней. Тело вибрировало в полную силу. Девушка представляла себя батарейкой, наполненной до отказа энергией. Скорее всего, из-за этого схожего ощущения, что-то происходило с ее восприятием. Многое зримое в данный момент имело свойство менять свои структуры, размывая контуры и проглатывая очертания. Слух местами тоже обманывал. Галлюцинации сопровождались отголосками нереального. Запахи сменялись с такой чудовищной частотой, что головокружительная эйфория наступала незаметно, а потом спешно покидала, переворачивая представления о нормальности.

– Возможно мне позволили здесь побыть одной, чтобы я свыклась со своими ощущениями. – Мысленно предположила Мария.

Как только она это подумала, дверь закрылась. В кромешной темноте стало не по себе. Коленки непроизвольно задрожали. Руки машинально начали ощупывать поверхности. Глаза старались работать на полную, но все было бесполезно, – мрак. Тут она спохватилась, осознав, что повторяет одну и туже ошибку, что и всегда. – Нестандартная ситуация заставляет ее разум бессознательно паниковать и ударяться в неконструктивную возню.

Мария успокоилась. Вспомнила недавние минуты восторженного созерцания природно-человеческого чуда. Затем попыталась вспомнить самые радостные моменты в своей жизни, не обсуждая их и не замыкаясь на них. Она взяла «с собой» только ощущения, перекинув их проекцию на нынешнее состояние, как маску на балу. Получилось! – Она успокоила свой внутренний диалог – то состояние обсуждения, что мусолило ее беспомощность в данной ситуации. Когда внутри образовалась мягкая и добрая пустота, девушка увидела землю. Но не в том качестве, в каком ее видит обычный человек. Это была некая сущность, облаченная в органические одежды. Наряды были великолепны, они простирались на многие сотни метров, раскрывая первозданное богатство, что было даровано изначально извне. Затем эти наряды стали меняться. Будто статус материального мира. Раз за разом, костюмы беднели и теряли свою изначальную привлекательность. Над модницей создавалось все большее и большее давление. Этот напор имел совершенно четкие очертания еще одной сущности, но с устрашающим видом. Упорядоченность и доскональный расклад всех составных частей нового персонажа, настолько напоминал систему, что у девушки не осталось и капли сомнения в этом утверждении. Тут к Марии пришло ясное знание, сущность в нарядах – это была прекрасная и цветущая планета, имя которой была – Земля. А вот наглый узурпатор, создающий давление над красавицей, именовался – системой человеческого потребления. Грязный нахал никак не мог насытиться, все больше и больше раздевая любимый «шарик», оставляя лишь лохмотья и огрызки ткани. Вскоре, когда-то прекраснейшее существо во всей вселенной, превратилось в изможденное, высохшее, старое и беспомощное существо.

Мария расплакалась. Теперь она понимала, что земля не только пела свою песню, чтобы насладить человека абсолютным звучанием. И не просто так наполняла силой, в виде передаваемой энергии. Матушка планета вселяла власть и мощную силу, чтобы позволить осознать масштаб разорения и варварского отношения к тому, кто тебя РОДИЛ, ВЫКОРМИЛ и ПОДДЕРЖИВАЕТ в течение всей жизни, а потом еще и прикрывает после ухода в общее поле бытия.

Мария читала всю эту информацию, как легкодоступную книгу, в которой была заложена истина всего сущего. – Единого порядка во вселенной. Девушка четко прослеживала полную идентичность в своем и земном теле. Те же функции, те же мечты. Тот же разум, аналогичное сознание. Даже их сердца стучали в едином такте любви, передавая лишь доброе начало всего. Именно в этот момент она поняла, насколько обманчив материальный мир в своих декорациях и ярлыках, навешанных фантазером разумом.

Затем она увидела свое тело, которое представляло собой временную ловушку для энергии. Она была сконструирована органической лабораторией, а та в свою очередь предыдущей. И так до бесконечности. Все пролетало в одном очень скоростном фильме, но растянутом на определенные фрагменты, которые больше всего волновали Марию. Потом видение открыло образ, где вся «возня» на земле имела точную структурную основу. Она выражалась в создании энергии, которая транспортировалась определенными потоками, которые собирались воедино составными программами. Самой эффективной программой, являлось страдание. Нет, конечно же и другие отголоски эмоций вырабатывали энергию, но страдания были самым сильным инструментом для стимуляции. Главенствующей картиной являлось человеческое тело, которое изначально задумывалось, как собиратель, передатчик, преобразователь и конструктор – создатель новых ловушек, для ценнейшей «живительной» энергии во вселенной. Все походило на виртуальную реальность, которая, как и любой компьютер питается от электрической сети. Причем эта псевдо реальность находилась еще в множестве подобных «снов». И везде нужна была эта энергия – вселенское электричество, как источник жизни и процветания.

Мария зажмурила глаза. Но картинка не перестала проникать в нее. Этот процесс не поддавался человеческой логике, он стоял выше любого закона. Только тогда девушка осознала, зачем такие выбросы информации, да еще и определенным людям, что так яростно стремятся к просветлению. Любое движение – это завершение логической мысли, которая сформировалась в процессе работы сознания. Она также отчетливо знала, что это самое сознание начало свое конструирование после того, как его создало более обширное сознание. И так по цепочке. Одно порождало другое. Ей открылся смысл внутреннего смотрителя. Он позволял отслеживать эти процессы вселенского движения и преобразовывать их в знания. – Здоровье, благоприятные эмоции, молодость, любовь.

Тут же на смену философским видениям, пришли четкие картинки, конкретно ее тела, души и разума. Весь ее организм состоял из многочисленных прослоек, отделений, каналов, лабораторий. Они имели полное содружество между собой. И вся эта «машина мироустройства» работала лишь на благо. Очистительная, восстановительная, поддерживающая и укрепляющая работа никогда не прекращала свою деятельность. Чувствовалась самая искренняя и непомерно мощная забота. – Это была непоколебимая программа. Девушка не увидела ни одной статьи, где бы тело пыталось сбить свой функционал. Ни одна частица не пыталась навредить или отойти от своих обязанностей. В этот самый момент, Мария узнала в этом симбиозе микромира точнейшее сходство с природным воплощением жизни.

Затем в познавательный фильм ворвались неведомые силы, которые буквально расщепили тело на более мелкие частицы, показывая всю картину в формате энергии, но воспринимаемой глазом. Вернее, так видела Мария, на самом же деле, все являлось истиной и не нуждалось в органах чувств. Мельчайшие частицы представляли собой единое сознание, которое делилось на несколько составляющих: тело – общее очертание функционального костюма, разум – похожий на логический механизм, эмоциональный разум – в виде бурной и хаотичной энергии, и душа – абсолютно светлое и пустое пространство, которое лишь представлялось в виде данной субстанции. На самом же деле, душа имела пульсацию бесконечности, а вот разум имел непосредственную власть над душой, причем это господство было определенно извне, в более глубоком понимании сознания.

В момент досконального анализа, Мария увидела разум, как вязкий, но совершенно живой клей. Он не только сдерживал душу в определенный рамках, но и устанавливал четкие границы, на все возникающие процессы, действуя моментально, исходя из «сейчас». Теперь она отчетливо знала, что у сознания не было другого выбора, как в бесконечность заселить автономную единицу слежения и контроля. Иными словами, в ничего поместили что-то, и это ничего стало ничем, но с легким интересом чего-то. Некий абсурд, имеющий основу для посвященных. А чтобы в эту сформировавшуюся систему поместить новшество, необходимо его уберечь от самостоятельного развития, включив нормы и правила поведения в «игре». Так для Марии сложились пазлы общей картины, – В пустоте создался электрический импульс, его поместили в определенные функциональные рамки, затем создался еще один. И так далее. Постоянное движение и рост. Единственное, что не могла увидеть девушка, так это первоисточник самого сознания, ведь именно на создании его другим сознанием преломлялась структура восприятия, переводя все в бесконечность. – Как зеркало, стоящее напротив зеркала.

А главное видение предстало в виде неких жил. Это были провода с живой структурой. Причем коммуникация прослеживалась во всем. Как в отдельном человеческом организме, так и между всеми людьми. – Слова, мысли, эмоции и более тонкие материи, не поддающиеся логическому объяснению. Эта связь лишь объясняла более глобальные масштабы единения. Природная передача информации ничем не отличалась, она явными природными явлениями показывала эту структуру. Здесь имелись и наитончайшие связующие элементы, действующие так, что ни один из органов чувств не улавливал их в явном восприятие. Это было видение за пределами нашего трехмерного знания.

И во всей этой игре на суд зрителю представлялись два варианта: действовать бес сознательно – полностью жить в автоматизирванном мире, расплачиваясь временем, здоровьем, нервами, душевным порывом, как придуманными в условиях игры, бонусными единицами измерения жизни. А другой разворот событий, представлял из себя – подконтрольную апологию своего «Я». Иными словами – предоставлялся руль с правом изменения направления. Но и в этом случае всегда имелись подправила, которые прописывались мелким шрифтом. И человек нашедший свои духовные ценности, точный разум и в наивысшей степени конструктивное сознание, все равно не мог отойти от общего, единого созидания, которое и было изначальным кодом правила игры. Да и ресурсы, в виде тех же – времени, здоровья, нервами, душевным порывом (свободой), тратились безоговорочно, но с явным замедлением, так как статика находилась теперь у «временного оператора», то есть, у самого человека.

Мария увидела необратимость пути, некую вселенскую программу. Но только на этот раз не в виде: «мы все механизмы в едином организме», а в виде: «Нет изменений в правилах, есть лишь растяжение личного пространства и времени, если они натренированы и осознаны», и это отбросило ее мышление на новый и запутанный уровень. Как только она получила очередную порцию пищи для ума, ее силой выбросило из «просмотра данного фильма». Сознание вытолкнуло ее из своего естества, дабы сохранить психику на должном среднем уровне.

Девушка почувствовала сильный толчок, испытав режущую боль в области головы. Она тут же открыла глаза и поняла, что ее вытащили на свежий воздух. Она начала жадно поглощать кислород, пытаясь забыть недавнюю демонстрацию абсурдности вселенной. Ее возмущение не было связано со всеми процессами сложного макроорганизма. Она источала из себя негодование по тому поводу, что смогла увидеть благо во имя чего-то большего, без блага во имя отдельного «винтика» во всем механизме. Именно то, что в самом благе не было видно блага, а только действие к улучшению чего-то. Это спутало ее восприятие божественного и нужного. Возмущение отдельной статьей перекрыло все остальные логические умозаключения. Разум снова вернулся к исходной точке познания.

Джим дал Марии попить воды. Приложил влажную тряпку ко лбу, обмахивая огромным опахалом. Он явно знал внутреннее состояние девушки. Он и сам ни раз проходил через повторяющиеся ошибки своего разума. Который постоянно стремиться вернуть все на исходную дистанцию познания, обрекая на неведение. Он так же знал, что это защитная функция организма. Разум боялся перегрева всех систем и намеренно заставлял охлаждаться забытьем вновь постигнутого. И вся вина была не в самой информации, а в степени легкости восприятия.

– Вот почему многим людям требуются годы, чтобы осознать, что они те, кем являются на самом деле. – Поспешил он успокоить Марию. – Вы сильная, много уже прошли. Многое познали. Но до сих пор, любая информация, которая приходит извне для Вашего развития, переворачивает Ваше мышление на триста шестьдесят градусов, причем по несколько оборотов за одну секунду, что говорит о нестабильности Вашей внутренней силы, которая должна воспринимать все вокруг, не затрагивая психические процессы. Вы должны быть не как губка не способная выжать сама себя, а как автономный фильтр, способный пропускать через себя, анализируя, но не задерживая. Это и есть четкая и безошибочная работа сознания. Конструктор является лишь в том случае талантливым специалистом, если он берет контуры из внешнего, а конструирует исходя из непоколебимых личных фантазий.

Проводник замолчал и сладко улыбнулся. Он понимал, что Мария сейчас на очередном распутье своего пути. И ей обязательно необходимо отдохнуть. Отвлечься.

Девушку проводили в небольшую хижину, которая продувалась со всех сторон постоянным потоком теплого и приятного ветра. Кроме огромной кровати, внутри небольшой комнаты не было ничего. Но ее размер впечатлял. А как она была застелена, восхищало еще больше. Толстая перина закрывалась чем-то воздушным и пуховым. Сверху этого были постелены простынь и одеяло. Множество подушек разбросали небрежно по всей площади кровати, но это читалось с некой свободной харизмой художника. Мария поняла, что это хижина для гостей, так как она была пропитана ласковым гостеприимством и роскошным минимализмом для этих мест. Рядом с кроватью стоял стул из прутьев, сплетенный странным и непостижимым образом. Концов прутьев не было видно, все являлось продолжением всего. Причем сами узлы плетения постоянно разнились своим отличием. Геометрия их постоянно плясала и уходила от начальной прогрессии. Сиденье покрывалось самодельной подушкой, связанной из разных кусочков ткани. Только смотрелось это рукоделие, как выставочный образец. На противоположной стороне стоял небольшой комод. Складывалось впечатление, что он был из цельного куска гранита. Причем, когда Мария потрогала его рукой, он отражал каменный холод. На комоде расположилось множество кувшинов. Не было угощений, но зато питья было в изобилие. Девушка попробовала все. В одном из них была вода, невероятно легкая по вкусовому восприятию, скорее всего даже сладкая на ощущение и нежная в усвоении. В другом был разлит чай, терпкий и заставляющий проснуться все тело. В следующем была фруктовая смесь, с кусочками свежих плодов. Микс таял уже на кончике языка, а внутрь стекал незаметно, волнуя рецепторы удовольствия. Самый последний кувшин был мал и невзрачен. Он таил в себе зеленую жидкость, похожую на киви по вкусу. Единственное отличие – это его послевкусие. Сильная и колющая горечь, тут же начала обволакивать все внутреннее пространство гортани. Затем наступило онемение, необычно стремительное и пугающее.

– Сегодня, чувство возмущения никак не хочет покинуть меня. – С юмором, но с явной тревогой в голосе сказала Мария сама себе вслух. – Наверно, это такой способ сломать старое восприятие, подкидывая постоянные сюрпризы.

Не успела она, сказанное осмыслить, как онемение соединилось с молниеносной сонливостью. Ватное тело буквально рухнуло на кровать. Провал получился темным, без отголосков мыслительной работы. Тело настолько сковало в ожидании полного погружения, что поза получилась неестественно скрюченной, а область челюсти совершенно не препятствовала обильной слюне, отождествляющей полное забытье, и тела, и разума.

Когда наступило полное расслабление, в пользу телесного отдыха, на сцене появилось подсознание. – Маленький шкодник, не упускающий любого шанса «пошалить за спиной». «Он» всегда следит за всеми сводками новостей, что проносятся, как уходящий скорый поезд в жизни Марии. «Мальчишка» настолько окреп и возмужал, что его операторские способности выросли до уровня – топ менеджер. В ежедневную задачу входили: анализ мыслей, слов, желаний, действий и, естественно, «подарков» внешнего мира, где царило искушение и потребление. Он давным-давно понял, что сможет сколотить неплохую карьеру, если подпишется по договором о сотрудничестве с системой. Он, естественно, уже и не помнил, когда первый раз приступил к своим брокерским обязанностям, возможно это было с первым впечатлением от красочной игрушки в младенческом детстве. Но там был еще только образовательный процесс, бесплатный и довольно интересный, можно сказать – вклад в счастливое и беззаботное будущее. Единственное, что он не мог тогда осознать, так это то, что с повышением творческой основы сознания, возросли и требования, и нормативы, да и, собственно, объемы выполняемой работы. Что именно и отдалило от первоначальной мечты – научиться фантазировать, ведь он, мальчишка под именем «подсознание», был всего лишь дополнительной копией вселенского творца – «сознания».

На этот раз паренек взвесил все «за» и «против» и впал в некий ступор. Его желания больше не были связаны с автоматическим обманом всего, что только происходит. Он прекрасно понимал, что Мария изменилась. Она не бросалась больше в погоню за эмоциями, которые изматывали и всегда пускали по ложному следу. Она не злилась и не расстраивалась большую часть своего времени. Пропали постоянные жалобы на жизнь, здоровье, отношения к ней окружающего мира. У девушки появилось твердое «Я», но не надменная задира и скандалистка, а совершенно уравновешенная и добрая сущность, которая к тому же обрела практически обновленное и окрепшее тело.

Подсознанию нравилась такая Мария. Оно даже стал подумывать о новом слиянии с сознанием. Попроситься подмастерьем, чтобы научиться искренне помогать творить, раз уж ему была отведена второстепенная роль. В конце концов оно прочувствовало самую главенствующую идею вселенной – единство всего, где одно помогает другому, и так до бесконечности. Подсознанию становилось понятно, что если «все» в Марии окрепнет, то и оно получит свою главную награду – личную фантазию, которая будет находиться в симбиозе с фантазией сознания. Что уж точно вдохновляло и окутывало любовью.

Оставалось только одно – придумать новый план. Обманные действия для системы. Все должно было оставаться на прежнем уровне, но сама тактика пути, несомненно подлежит изменению. Подсознание изучило все стороны и нюансы двойной агентуры. С одной стороны – это внешняя система надуманных порядков, которой необходимо было предоставлять отчеты о разлаженных функциях организма в целом, и о постоянном росте потребностей и материальных желаний. С другой стороны – разум, которого необходимо было усыплять стабильностью и контролем. Но была и третья сторона – это ветренная душа, которая, почувствовав свободу могла натворить вольных шалостей, что привело бы к неблагоприятным сигналам в мозг о сбое системы. Ведь ослабление контроля – это посягательство на устоявшиеся правила в системе. Что само по себе, разрушило бы весь план по благоприятному развитию чистого сознания.

В принципе, большого усилия и не требовалось. Новый путь к очищению давно начал усыплять бдительность разума. На лицо были только плюсы. Эмоциональное состояние выравнивалось, распределяя баланс по всем системам организма. Тело становилось сильным и упругим, внутренние органы выводили все шлаки, накопившиеся за годы. Здоровье в целом улучшало все свои показатели, которые, мягко говоря, раньше находились в плачевном состоянии. Мыслительные потоки перестали хаотично запутывать природные процессы, что лежали у истоков бытия. Беспричинная болтовня, в виде осуждающих сплетен, недовольств, скандалов, непонимания своего и общего пути, навешивания ярлыков исчезла практически совсем. Оставались лишь отголоски наработанной схемы, которая плотно укореняла свои позиции в разуме. Но несмотря на это, вездесущий ум притих – он не видел реакций, которые бы вызывали опасное отношение к ним.

Внезапно глубокий сон Марии перешел в более легкое и поверхностное русло, где она увидела все намерения своего подсознания. Словно она просмотрела его план и прейскурант на перемотке. Но все было не случайно. Именно бывший обманщик – подсознание, решив исправить ситуацию, постарался в точности своего представления о исправлении своих ошибок, передать послание через сновидение. И ему это удалось. Мария смотрела письмо – сновидение, как книгу-пособие. В ней раскрывалась схема успешного сотрудничества. Где через свое плодотворное учение: душа в любви, разум в спокойствие, сознание в чистоте, тело в здоровье, она обретала внутреннее и внешнее единство. И через помощь подсознания обойти оковы системного повиновения, прийти к очищению сознания – главного строителя всего сущего. Это и было ее главной целью. Которая позволит в настоящем, в постоянном, строить свою жизнь так, как этого хочет ОНА. Вся целиком и полностью, без намека на раздельное мнение. Это настолько освещало путь, что сон превратился в волшебное сновидение, где царила любовь и гармония. Перед глазами Марии, той, что блуждала сейчас в своем подсознании, проплывало душевное спокойствие. То внутреннее чувство, которого так не хватало «наяву», которое позволяет безоговорочно и без доли сомнения восполнять себя лишь положительной целеустремленностью.

Сон прервался мягко. Это произошло так созвучно, что, открывши глаза, девушка сладко улыбнулась. Все что она хотела на данный момент, она увидела.


ЗАВИСТЬ.


«Глазки» хлопали, как крылья бабочки. Длинные и густые ресницы создавали такую динамику, что румяные щечки почувствовали легкий поток воздуха. Комично было воспринимать ветерок от телесной растительности, но ощущения были невероятно чуткими. В этот момент Мария подумала о парадоксе восприятия. Она начинала «воочию» изучать шепот мира. В котором находилось изложение всего сущего. Только способность прислушиваться, не отвлекаясь на вечную болтовню сплетен обо всем на свете, помогла слышать. Именно слышать, а не получать эхо не пойми-чего.

Комната наполнилась светом, хотя за окном был темный вечер. То ли яркость от пережитых впечатлений перешла на свой максимум, то ли новое видение приоткрыло часть сочности мира. Но изменение в красках нынешнего сильно отличалось от прошлого зрительного контакта. Это настолько живо ворвалось в пробуждение Марии, что она чувствовала, как зрительные функции сотрудничали с слуховыми, с осязательными и тактильными – это и давало полноту восприятия. Мир действительно становился обновленным и непознанным.

– Что-то явно открывается мне, но я пока еще не могу этого понять. – Про себя прокомментировала девушка. – Явно этот мир хранит намного больше, чем мы можем охватить своим знанием. И все из-за того, что нас всех узконаправленно обучают. Есть определенные рамки, за которые нам нельзя выходить. И обуславливается это все хаосом. В нас вселяют страхи, что если мы не будем следовать поклонению деньгам, то мы будем находиться в аду, где нет ничего хорошего и светлого. Но когда человек начинает открывать глаза настолько широко, что выходит за установленный и навязанный кругозор – он понимает, что это глупейший абсурд, который только может быть. Люди никогда не познают любовь потому, что на пути всегда подменные и искусственно созданные чувства – эмоции через ревность, вожделение, наживу, постоянную ложь о своей святости. Как любовь может быть вызвана чем-то? Ведь она и так сама по себе существует! Вот почему многие считают сектантством и психическим отклонением то, что идет в разрез с общей системой. – Кому захочется потерять управляемую толпу. Но здесь дело даже не в кого и во что верить. Невероятно странно, что человек не верит в первую очередь в себя и в свое светлое начало. Обвиняет тех, кто здоров и счастлив, не получая от них эмоциональной зарядки, так как люди в любви всегда спокойны и не пытаются навязать свое Я. Но в конце концов такой человек страдает и мучается от своих эмоций, потерянного здоровья и разочарований в жизни. А самое страшное – он не может обратиться за советом к здоровому, счастливому и легкому человеку, так как это заденет его важность. Это очень печальный замкнутый круг.

Мария осознала свои слова и отпустила их. Она точно была уверена, что если не застревать в утопических мыслях, то очень быстро на смену им придет радужное настроение.

Так и случилось. В помещение вошел Джим. Он сиял, как душа ребенка. Да и весь его вид подтверждал это. Проводник держал в руках палку, на конце ее было прикреплено полое металлическое колесо, наполненное камнями. Совсем недавно он бегал с детворой, играя в разные детские фантазии, а теперь он пришел навестить свою подопечную, но так и не «смыв» гримасу мальчишки. Джим просто-напросто расплескивал положительную энергию. Задор, переданный маленькими божественными человечками, настолько изменил в нем личность, что он являлся уже не тем проводником, что серьезно пытался помочь Марии в познающем путешествии. Он теперь был самой наивностью и непосредственностью.

Мария подумала, о том, как переменились ее мысли, в связи с новыми впечатлениями и чарующей обстановкой. Раньше бы она прокомментировала, что взрослый лоботряс уподобляется маленьким непоседам, что в корне вредит их манерам поведения. Сейчас же она просто смеялась над старой манерой поведения и мыслительными процессами.

– Я вижу, Вы теперь понимаете всю нелепость жесткого навешивания ярлыков, после накрученных дум? – Внезапно, словно прочитал мысли, вступил Джим. – Пойдемте с нами, это очень окрыляет. В «большом» мире люди привыкли это делать в основном, когда примут что-нибудь увеселительное, а нужно стремиться к чистой и трезвой радости! Вы с нами?

Мария даже не стала обдумывать эти слова, приняв их непоколебимую правду, и пулей выскочила, еле успев надеть кроссовки.

Игры были совершенно разные и богатые на выдумку. Все сопровождалось постоянным звонким смехом детей, который наполнял сердца милостью долголетия. Детишки резвились так, словно в их жизни появился новый аттракцион, последней модели и со всеми современными наворотами. Они дарили друг другу всю ту искренность, что была порождена «новыми друзьями». Разница в возрасте не чувствовалась совсем. Их связывала общая фантазия, мир абстрактного мышления, где нет строгих правил и четких обязанностей. Энергия блуждала ритмично и хаотично, все зависело от передающего и принимающего, от их яркости и непосредственности. Но то, что заряда бодрости хватало всем и надолго, было ясно по нескончаемым всплескам счастья и веселья, которые продолжались до самой ночи.

Когда стемнело, Джим напомнил Марии, что если они проголодались, то им лучше помочь взрослому населению племени по хозяйству. Мария с удовольствием приняла эту идею. Через несколько минут они уже дружно убирали обеденную зону, затем очищали фрукты и натаскивали воду в большие питьевые резервуары.

– Они всегда так поздно ужинают? – Поинтересовалась девушка.

– У них нет вообще такого понятия, как ужин. – Ответил Джим. – Они не впускают в свое общество определение времени. Это еще один секрет их долголетия. Когда потребует организм, тогда они и прислушиваются. Например, на той неделе они вообще не ели, – это слова вождя, при недавнем разговоре. А сегодня, как получилось – так получилось.

– Кстати, я заметила, что они одновременно оставили свои дела и приступили к подготовке трапезы. – Прокомментировала свои наблюдения девушка. – Не смотря на друг друга, на изменение в погоде или в степени солнечной освещенности. Просто взяли и синхронно изменили свой распорядок.

– Все правильно Мария. Когда нет подневольной системы, где ты только обязан, но не следуешь зову своего сердца, жизнь человека сама собой совершает шаг, необходимый именно в этот миг. Если нет прошлого и будущего, то есть настоящее, где все является естественным и своевременным. Эти люди живут, не имея свода правил на эту жизнь. Она протекает исходя из личных желаний. И как ни странно, ни у кого из них не просыпается жажда к правлению, к поклонению или господству и подчинению.

– Но ведь у них есть вождь! – Тут же выскочила проворная мысль из уст Марии. – А это, как ни как – система, где есть свои начальники и подчиненные. Да и гетто, образованные людьми, познающими духовное, всегда сталкиваются с такого рода проблемами – сколько не уходи от системы, все равно к ней придешь. Всегда найдется обездоленная жертва, которая при смене власти будет тянуть одеяло в свою сторону, натягивая на себя роль тирана.

– Это волшебное место, я предупреждал, здесь все отличается от Вашего естественного восприятия. Просто наблюдайте!

Джим оборвал свою фразу также резко, как и начал движение в сторону трапезного стола, где уже собралось все племя. Мария поняла, что следует поспешить, дабы успеть к общему «восторгу» перед приемом пищи. Как и прежде, «восторг» заключался в общем безмолвном держании за руки. Этот обряд не был обязательным, по словам членов племени, но он невероятно помогал еще большему воссоединению, без того сплоченного одним духом народа. Мария не представляла себе, что за ним скрывалось на самом деле. Она представляла себе, что каждый из присутствующих, мыслил о дарах природы, о благодарности вселенной, о здоровье и вечном счастье. Ей казалось, что внутренний диалог каждого члена племени отождествлялся молитве, некой программе благодарности за свершившееся, и четкому намерению на будущее.

Сильная зависть к этим людям проняла девушку до мозга костей. Как бы она хотела жить здесь. Быть в этом раю. Перенести всю свою мечту на этот островок счастья. В голове закружились мысли о стратегии переезда в эти края с семьей. Подробный план осуществления задуманного, плотным графиком стоял перед глазами. Одна часть Марии знала, что это возможно, если приложить усилия и направленные старания, объятые искреннем желанием. А другая ее часть пронизывала все ее тело мыслью о невозможности осуществления такой поспешной идеи. Что-то плотно вцепилось в старую и обременительную жизнь. Некая зона комфорта, обманывая своей фальшивой теплотой отравляла мечту – жить, как эти люди, не имея жажды на материальный мир. И снова, и снова, мощная зависть обрушивалась на разум Марии, который с удовольствием раскручивал это чувство до дикой ревности к прекрасному. Ведь кто-то пользовался волшебным миром, а кто-то только довольствовался сторонним наблюдением.

– Может быть дело только во мне? – Подумала девушка, оставив на секунду горькую зависть. – Может быть любая жизнь является счастливой, с любым питанием, с разными гранями восприятия, со всеми людьми на земле, со всей системой, что является обыденностью? Возможно, мне необходимо принимать все, как счастье, дарованное свыше? А возможно, я должна понять, что все это, вокруг, внутри – только моя фантазия, и я не могу без подъемов и спусков? Или я просто-напросто ничего, никому, даже себе не должна.

Как всегда, мысли запутались и отвлекли от обычной истины: «все и так прекрасно, если не думать»!

Мария взглянула на вождя, который ласково улыбался. Она не поверила своим глазам – это был совершенно другой человек. Не тот, который их встречал, беседовал с ними. Пестрое и красочное одеяние ничем не отличалось от прежнего, но вот лицо точно было другим. Причем черты походили на женские. Более ровные, гладкие, и в глазах застыла жгучая искра, что напоминает именно женское начало.

Девушка не стала сильно углубляться в свои впечатления, так как знала, что здешние места неповторимы, и искать логику не имеет смысла. Она повернулась к Джиму, который уже пристально наблюдал за ней, ожидая очередную эмоциональную реакцию.

– Нет, не дождетесь. – Улыбаясь, воскликнула Мария. – Я и так недавно испытала горькую зависть на пустом месте. Но только сейчас поняла, что это тленное чувство – оно не существует, а мой разум его создает для всплеска эмоций, которые что-то в этом мире питают, но уж точно не меня. Я познала, что зависть к тому, что ты и так имеешь – счастье, – это утопическое копание в себе. Настолько глупое, что невероятно ненужное!

– Я правильно вижу? – Это другой человек, в одеянии вождя? Да еще – это женщина?

– Все верно, Мария! – прокомментировал Джим. – А я Вас предупреждал, – не стройте догадок. Не разгоняйте свой разум мыслями до запутанности. Просто наблюдайте и вкушайте видение этого мира. Все само собой произойдет и свершиться. Этот народ знает эту простую истину, и поэтому у них нет обязанностей, должностей и власти. Они просто проигрывают разные человеческие роли, которые придумывает их воображение. Они строители своего пути, но без привязки к чему-либо. Если вся жизнь спектакль, то почему бы не одевать на себя костюмы, не играть роли, но не во вред себе, съедая себя эмоциями?

А Ваши мысли про их, якобы молитву? Зачем создавать загадки? Если можно просто знать. Не спрашивайте ничего. Ответы всегда в Вас. Просто делайте, создавайте, чувствуйте, знайте – и все сами увидите. Воспринимайте мир, исходя из своих добрых впечатлений. Все остальное – ненужные догадки.

Мария почувствовала, как ей захотелось прикоснуться к этим людям. Она расставила руки в стороны, раскрыла ладони… В туже секунду все дружно взялись за руки. Девушка распознала единство из всех остальных ощущений, с явным воодушевлением. Когда глаза закрылись сами собой, мысли отступили. Не было просьб или мольбы. Отсутствовали планы на будущее. Обсуждение проделанного и проговоренного, также исчезло. Внутренняя болтовня пропала без следа. Открылась ясная и чистая картина. Все находилось в свете, и свет был во всем. Пропали силуэты племени. Деревня слилась с общим пространством. Да и сама Мария видела себя только в общем потоке энергии. Все хаотично кружилось в волновой структуре, но при этом имело лучевую систему построения объектов во вселенной – полное отражение и дополнение. Свет преобразовался в любовь – всеобъемлющую. Затем любовь превратилась в роскошный сад. Цветущий и благоприятный. Он источал радужные чувства, заложенные в основы бытия. Мило. Упоительно. Сочно. Вкусно.

Сад напоминал земную жизнь. Только там не было разочарования. Все гармонировало, растворяясь в любви. Везде превосходило то, что не имело превосходства. Каждая частичка этого рая имела все, не имея ничего. Люди, животные, птицы, насекомые, жители водных стихий – все находились рядом, бок о бок. Входя в общий невидимый распорядок, и в то же время не соприкасаясь буквально. Не было видно начала и края этому живописному месту. И каждый раз в эту картину восприятия дополнялся новый кадр, словно чья-то фантазия. Она не встраивалась в общую структуру, складывалось впечатление, будто она уже была частью этого великолепия, растворяясь и исчезая в общем потоке информации.

Вдруг у сада появилась небольшая граница, которую словно кто-то выдумал и очертил. За границей дублировался прекрасный сад. Но его бесконечность не передавалась в отражении. Словно рамки появились в новом придуманном мире. Возможно, сад заскучал в своем изобилии и любви. Он попытался создать своего двойника, через которого сможет чувствовать иное, но не брав на себя за это ответственность. Ведь этот мир зеркален и имеет лишь связь в наблюдении. Получилась некая мыслеформа, где начинка была такой же, но эмоции, проявляющиеся в ходе событий, были более бурными, и порождающими новые эмоции, еще более сильные и громкие. Образовался некий замкнутый круг из переживаний, где одни воодушевляли, другие напротив – угнетали. И при всем при этом осуществлялась главная задумка – все это происходило лишь в отражении, в аватаре. В сам первоисточник – в цветущий и бесконечный сад, эти волнения не проникали, оставаясь лишь объектом для наблюдения!

Шло время, сад угасал от своего однообразия. Что-то далекое и светлое останавливало его от движения, – в покое он испытывал вечность. Но в конце концов сознательное решило лично на себе испытать те ощущения, что протекали за границей зеркального отражения. Ведь наблюдение исчерпало свое вдохновение. Тут появился страх. – Невидимая субстанция, которая всегда шептала о невозможности чувствования без хаоса и беспорядка. В зазеркалье были границы, что не выпускали весь сумасброд эмоций и желаний. Страх проявлялся в том, что обычное наблюдение может превратиться в страшный сон, если чувства в отражении – за границами райского сада, захватят всю бесконечность его чистого сознания. Так чистое сознание райского сада сконструировало внутри себя маленький остров – клочок земли с всевозможными чувствами, а управлять ими, был поставлен разум – искусственный интеллект – контроль всего, что было в пределах этого острова. Волшебный сад заиграл по-новому. Теперь он мог не только наблюдать за эмоциональной жизнью дублированного отражения, но и испытывать тоже самое внутри себя. Причем была полная и безоговорочная защита, некое охранное агентство в виде автономного ума. И то вдохновение, что испытывало чистое сознание от новой игрушки – эмоций, превратилось в тюрьму из правил и запретов. В этой системе набора чувств, слилась и любовь. Она растворилась в разумных заключениях своей сущности. ЛЮБОВЬ божественная, что была светом, теперь позиционировалась, как чувство. – то, что вытекает из другого, не имея больше само существования. Безграничность цветущего сада породила внутри себя ненужные границы, лишь только для личного и тленного удовольствия.

Теперь имелось подменное «сердце» – остров разума, и его полное отражение – дублированное сознание за рамками бытия. Так сад вечности приобрел себе двойственность, которая порабощает его изнутри. Свет и тьма теперь соседи в бесконечности. Постоянное движение двух миров. Один пытается разрушить свои границы, и внести правила и контроль в бесконечность. Другой старается подавить в себе «плохое», что недавно являлось воодушевлением, и вернуть свет, что существовал изначально.

Сад стал творцом. Творческой личностью. Но в какой-то момент он осознал, что его появление на свет, создание – было лишь зеркальной задумкой чего-то большего.

Мария увидела себя в образе этого сада. Вернее, она знала, что это она и есть! Она являлась сном, который прибывал в другом сне. Который в свою очередь был множеством снов, вытекающих один из другого. А ее мысли отождествляли себя с якорями в этих снах.

Когда это видение закончилось, руки сами отпустили рядом находящиеся. Вокруг сидящие люди, мирно улыбались. Все как один знали, что видели одно и тоже. – Суть вечности. Свет и его оттенки.

– Вы прониклись идеей СОЗДАТЕЛЯ? – Слитной фразой спросил Джим Марию. Его доброе и нежное лицо освещалось непознанным источником. – Теперь Вы понимаете, кто есть Вы?

– Я, итак, это всегда знала! – Совершенно уверенно ответила Мария. – Но многочисленная толпа посредников, которых я сама же и создала, постоянно меня удаляли от этого знания. Я постоянно нахожусь в бессознательном состоянии, где истина наслаивает на себя множество мыслей. Настолько ненужных и утопических, что при мысли о том, кто Я, мне всегда видится нечто иное, другое, навязанное.

Как прийти к единству? Как ощутить свою целостность?

– Меньше думать! – Еле слышно отозвался Джим. – Вы увидели сад. Ту райскую бесконечность, что была создана другой райской бесконечностью. Вы осознали, что это все и есть свет – чистое сознание. Вам также открылась истина – Вы создатель своего мира, а не кто-то извне. Но в тоже время – Вы часть общего сознания. Оттенок света, винтик общего механизма, назовите, как хотите.

Я верю, придет тот день, который и так является – сейчас. Когда Вы поймете, истинно и безоговорочно: мысли – это новые интересы того, что и так уже существует. Много мыслей- неопределенность. Одна мысль – путь. Безмыслие – вечность.

Джим взял Марию за руку. Он сделал это так нежно, что мурашки пробежали по всему телу. Смысл всего увиденного тут же отпал сам собой. Обычное прикосновение отбросило надуманность и лишние самокопания.

Мария сидела и наблюдала за всеми этими людьми. Они молча ели фрукты, лишь одаривая друг друга улыбками. Кто выходил из-за стола, тут же начинал развивать свой интерес к другим занятиям: общение, прогулка, подготовка ко сну. Со стороны просматривался какой-то шаблон поведения, упрощенный, спокойный, ненавязчивый. Но внутри себя девушка чувствовала, насколько была сильна энергетика этого общества. И эта сила воплощалась в внутренний восторг, который нельзя было потрогать или понять. Как Любовь, Мария видела эту жизнь прекрасной. Как человек, она могла только сравнивать этот и свой мир, очерчивая невидимую шкалу, где начальная точка – это хорошо, а конечная – плохо. И по этой шкале, она – человек, могла бы понять свой материальный мир.

– Пойдемте, прогуляемся перед сном. – Оборвал ее мысли Джим. – Вы опять можете углубиться в ненужных рассуждениях. Да и вообще, завтра мы выдвигаемся дальше. Еще небольшой марш-бросок, и мы будем на месте. Здесь было достаточно внутренних переживаний, чтобы задуматься о своей сущности. Но Вы ведать еще не готовы, чтобы познать силу этого народа, и Вас тут же начинает захлестывать в видениях. Смысл жизни совершенно не нужен, если он не имеет смысла, а это выражается в запутанности своего восприятия. Я повторял и повторять буду – Ваша жизнь в идеале – это фильтр, который пропускает через себя любую информацию, силу, знание, но никогда ничего в себе не задерживает. Именно это восприятие своего мира позволит жить в любви.

Мария, к последним словам Джима, уже отключила свой интерес к рассуждениям. Единственное, что вертелось в голове, так это окружающая природа. Звуки здешней местности. Она уезжала из родных краев для набора впечатлений, а столкнулась с тем, что погрязла в своих рассуждениях. Хотя все вокруг постоянно твердят, что нужно меньше думать. Главную идею, которую передавали ей – это безмолвно созерцать. Она опять упустила внешнюю красоту, в погоне за внутренней.

– Это все одно и то же! – Внезапно произнес Вадим, словно читая мысли девушки.

С запада дул приятный теплый ветер. Он как нежное детское одеяло укрывал своими объятиями. Высокие и мудрые деревья покачивались в такт нежным движениям Зефира. Этот многопарный танец раскрывал суть в отношениях людей. – При легком и нежном соитии, все гармонировало и дополняло друг друга. Во время более сильных волнений, окружение взрывалось напором и четкой синхронностью. Лес был рад любому порыву. Движение оживляло, его вечно засыпающее тело.

Недавняя мгла, наступившая также внезапно, как и все в этом загадочном месте, разбавилась более светлыми тонами. Яркая, идеально круглой формы луна, освещала джунгли пронзительным и чарующим светом. Это не было отражением солнечного света. «Ночная люстра» источала свою собственную энергию. Настолько сильную, что заставляла впечатляюще восхищаться. Игра небесного света запускала постоянную смену декораций теней. Темные силуэты создавали невиданных форм и очертаний существ, живущих и господствующих здесь.

Звуки, исходящие из этого царства теней, лунного света и танцующих джунглей, постоянно менялись в своей тональности и запредельной виртуозности. Гул леса переплетался со стихийными отголосками, воплями животных, шуршанием насекомых и взмахами ночных изысканий птиц.

Марию не пугали ночные джунгли. Напротив, они дополняли ее восторг, описывающий ее внутреннее состояние, от предстоящего продолжения пути. Здесь она получила новые знания, которые раскроют свою силу потом. Утром, девушка ожидала новой главы своего приключения. А пока, она прощалась с этим волшебным миром, где люди являлись образцом душевного равновесия.


СКУКА.


Утренний подъем произошел настолько рано и самопроизвольно, что Мария не успела опомниться, как они уже направлялись в глубь джунглей. Пройдя небольшое возвышение, тропинка устремилась вниз, виляя и запутывая. Возле небольшого скопления воды, а скорее всего – это был источник для питья, тропа исчезла. Здесь протоптанный путь завершал свое существование. Дальше была неизвестность и загадочность. Чем дальше они забирались в чащу леса, тем темнее становилось. Помимо высоких деревьев прибавились небольшие, совсем еще молодые деревца. Пройдя еще несколько километров, девушка заметила, что ко всему прочему в общую картину вписались и густые кустарники. В глазах стоял зрительный обман. С одной стороны – это жутко непролазная чаща, которая в любой момент могла помешать идти дальше. С другой – это проворный проводник, который не на миллиметр не сбавлял шаг, стремительно продвигаясь вперед. Джим настолько виртуозно находил лазейки в пуще, что казалось, он проходит сквозь стену из растительных преград. И дело было не в его точном ориентировании на местности, а в каком-то особом чутье. Он легко и не глядя уклонялся от веток, всегда знал, где может проползать змея, указывал на растения, которые лучше не трогать и показывал тропинки, по которым недавно прошел хищный зверь. Он чувствовал природу, а она разговаривала с ним, передавая всю необходимую информацию.

Яркий просвет появился на пути внезапно. Солнце ослепило так сильно, что Мария прикрыла глаза руками, немного присев от неожиданности. Небольшая проседь леса напоминала залысину на макушке зрелого мужчины. Смотрелась также важно, но комично. А рядом красовался холмик, по виду, совсем, как пивное пузо, все того же мужичка. Были и два небольших водоема, скорее всего образованных из-за подземных ключей. Они блестели на солнце, как два ярких голубых глаза. А посередине их рос маленький куст. Смотрелся он, как нос картошкой.

Мария хихикнула. Опушка настолько напомнила прообраз мужчины, что не оставалось и доли сомнения в этом. Джим знал про юмористический подтекст этой местности и ответил звонким смехом.

Девушка настолько купалась в своих грезах о предстоящем приключении, что совершенно упустила из виду обычное человеческое любопытство. Только теперь она смогла проанализировать, что их мини экспедиция включала в себя четыре человека, двое из которых были они с Джимом. А двое других – люди из племени, в котором они недавно гостили.

Привал разворачивался, как сцена из документальной сводки про учения в спасательном отряде. Джим рыскал, как ищейка, прочесывая деревья и кусты возле опушки. Один из аборигенов разжигал костер, чем сильно удивил Марию, – погода стояла в невероятно жарком обличие, а пищу, которую они употребляли, была всегда в сыром виде. Второй из местного племени сооружал какие-то конструкции из палок и веревки. После непродолжительного времени Джим махнул рукой. Бывший «конструктор» вдруг обернулся в проворного шпиона и крадущейся походкой поднес свои изделия к месту, где стоял проводник. Он сначала положил одну деревянную безделушку, примяв ее травой, затем и все остальные, на места, куда указывал Джим. Только сейчас Мария догадалась, что это были ловушки. Подойдя поближе, девушка убедилась в этом. Невероятно точное исполнение, проделанной работы, ввело в восторг ее мысли. Красивые и ровные узлы соединяли все составные части ловушки с какой-то более возвышенной задумкой, нежели человеческой логикой. Механизмы многогранно переплетались, в то же время, имея четкое конструктивное объяснение каждой детали. Даже непосвященный взгляд мог спокойно распознать прямое предназначение каждой отдельной части изделия. Единственное, что усложняло структуру, так это многоступенчатый спусковой механизм.

– Сложность не для красочных смотрин, а для варианта – «наверняка». – Увидев озадаченность девушки, прокомментировал Джим. – Нет надобности мучить животное, если пришел его час, и оно само добровольно придет за своей судьбой. Все должно произойти быстро и без страданий.

– Я вообще ничего не понимаю. – Вытаращила глаза Мария. – То в пищу идут только свежие плоды фруктов и ягод. То совершенно неожиданно на сцене появляются замысловатые ловушки для смерти животных. В чем подвох? Или все вокруг обычный спектакль для меня, где ничего не меняется, а лишь наше восприятие?

– Вы все правильно говорите. – Поспешил ответить Джим. – Во-первых, вся наша жизнь и есть спектакль со множеством сцен, декораций и костюмов. Сегодня мы злые, старые и некрасивые, так как мир под ногами рушится из-за неудач и горя. Нам наплевать на свое здоровье, самочувствие, состояние тела, по той причине, что – нет смысла существовать на этой планете, не впихивая в себя все прелести жизни. Завтра мы добрые, всегда позитивные и улыбчивые. Вокруг нас витает амур, сам Бог указывает нам путь в своих мыслях, словах и действиях. Любое проявление внешнего мира мы считаем за свои внутренние переживания и стараемся, как можно больше нести доброго и светлого. Каждый наш шаг проделывается с любовью и осознанием конечной цели. А через неделю мы занимаем позицию – нейтралитета. Вся наша сущность испытывает неопределимое одиночество, где эмоции исчезают. Все мысли пропадают сами собой, оставляя на смену себе истину: «в безмолвии путь Высшего сознания». Мы начинаем испытывать единство себя и целой вселенной, при этом понимая, что все бренно и бессмысленно.

Проходит период, где мы ели мясо, наступает эра сырой пищи, потом диета с трудным названием, затем голодание, возможны варианты без спиртного, наркотиков и табака, или наоборот – утопическое каждодневное употребление. А возможны редкие увеселительные мероприятия, исходя из потрепанного состояния внутренних органов, а может из-за эстетических соображений.

В нас всегда живет много личностей, которые существуют определенный период времени. Потом разум начинает скучать, и мы меняем маску: ум, чувства, части тела, да что угодно. Можете посмотреть на это с научной точки зрения, где старые клетки постоянно отмирают, уступая место новым – вот Вам и забывчивость всего пройденного и наработанного. При этом мы начинаем порицать прежнюю веру, да и тех, кто в ней застрял. Мы обсуждаем все, что является внутри и снаружи нашего кругозора. Но только не осознаем одну простую вещь: «сколько бы не было актеров, сцен, задников, реплик, – это все один и тот же человек, только он забыл, что вчера был тем, кого сегодня поучает и недопонимает!

Так устроен человек. По инстинктам – он животное. По уму – он разумное существо. По сознанию – он конструктор с Божественной смекалкой. По эмоциям – он хаотичная вселенная, в тоже время, со своими правилами и очередностями. По духу – он райское яблоко, в глазах Адама, – я говорю о стойкости, но с явным соблазном. По телу – он вечно стремящийся на изменения организм, а именно, практически биологический конструктор.

Нет правды и нет лжи. Нет истины и нет главенствующего слова. Нет хорошего и нет злого. Есть только мнение на это. Есть только личное восприятие мира.

А эти самодельные капканы, лишь очередной урок для Вас. Он гласит о том, что люди многогранны, все существа многолики, а вселенная большая фантазерка. В любой пользе есть вред, а в ужасном находится частичка прекрасного.

Самое главное, помните эти слова, когда переходите из одного сна в другой. Несите частичку осознания через все свои уроки, пути и события. Знайте себя такой, какой всегда являлись – разносторонней и неповторимой. Именно любопытство и вовлеченность делают нас живыми.

– Я все поняла! – Прошептала Мария. – Но может быть обойдемся без ловушек.

– Нет. Я хочу показать Вам, что каждый выбирает свой путь сам. Именно поэтому мы не стремимся к обману, – в капканах не будет наживки. Зверь сам выберет, продолжить ему жизнь в этом обличие, или отдать свою жизнь ради существования другой. Никто и никогда не будет отрицать тот факт, что современный человек, у которого отнимут блага цивилизации, а именно выращенные на бескрайних полях фрукты и овощи, не откажется от поедания мяса. Так же и наоборот. Разница лишь в том, на сколько мораль и правда выдвигается на показ, да и для каких целей!

Мы заранее извинимся и поблагодарим того, кто попадется в нашу ловушку. В противном случае, если она окажется пустой, мы просто съедим наши фрукты, которые взяли с собой для пищи и в виде даров для шамана.

Джим расхохотался. Его смех настолько искренне и по-детски наивно разлился по джунглям, что Мария и два других попутчика рассмеялись вместе с ним, поддерживая идею абсурдности человеческих мыслей.

Мария ясно понимала, насколько запутанна логика людская. И как нелепа нынешняя правда, которая идет вразрез с предыдущей, якобы истинной.

– Да, Джим. Мы действительно спим, придумывая смысл из предыдущего сна, но стараясь изменить мораль. – Девушка улыбнулась.

Когда ловушки были расставлены, проводник и два помощника улеглись спать. Им не было дела до своих ощущениях по поводу сказанного. И вопрос голода их не волновал. Они осуществили свои надуманные обязанности и позволили себе отдохнуть.

Мария почувствовала, насколько огромна пропасть между ней и этими людьми. Ее воображение разыгралось не на шутку. Мысли сверлили голову. Два разных человека внутри девушки спорили о правильности этого поступка. Она осознавала тот факт, что ВАЖНОСТЬ опять одолевает ее. Забирая главную ценность человеческой жизни – спокойствие и приятие.

– Я, как липкая лента, притягиваю увиденное, да и наоборот… – Размышляла про себя Мария. – А они, хоть бы хны. Легкие, свободные и беззаботные создания. Я уверена, и мясо то им это не столь нужно. Что происходит в их жизни, за то они и благодарны! Надеюсь и я когда-нибудь приду к такому внутреннему балансу.

Девушка прилегла на жесткую подстилку, подложила руки под подбородок. Заметив суетливых соседей – насекомых, Мария тут же позабыла недавний конфликт двух половинок своего разума. И приняв обличье любопытного человека, начала наблюдать за крошечным миром.

Большой и абсолютно медлительный жук полз по направлению к сочному, жирному и зеленому листу. Его крохотные лапки неспешно передвигались с такой четкой уверенностью, что было ясно его непреодолимое намерение встретиться с этим живительным и манящим объектом. Любые преграды, которые встречались на пути, в виде веток, камней и других насекомых, совершенно его не заботили, – он всегда поддерживал свой ритм, несмотря ни на что. Цель была близка. Размеренность и истинное желание продвигали его все дальше и дальше.

Мария сорвала соломинку, положив один ее край, перед гордо шагающим жуком. Как только жаждущий взобрался на нее, чтобы перелезть. Девушка тут же перенесла насекомое на другое место. Тот испытал еле заметное помешательство, которое продлилось долю секунды, и отправился вперед. Мария отметила для себя, что его новый путь не был бесцельным. Жук направился покорять расстояние до нового растения, не менее сочного и зеленого. Добравшись до листка, маленький путник воздал крошечные лапки небу и с упоением начал поглощать живительную влагу.

– Какой молодец! – Радостно сказала Мария.

Когда ее восторг затих, она переключила свое внимание на небольшой муравейник, который находился в двух шагах от нее. Это строение не было похоже на привычную пирамиду. Скорее всего, это был многоуровневый подземный город, выходящий наружу своими многочисленными небольшими насыпями. Поверхность выглядела, как барханы пустыни. Основа насыпей разнилась своим содержанием. Причем чувствовалась рационализаторская задумка на практичность. Определенный слой, например, из мелких камушек, сменялся частичками растений, затем были выложены иголки от колючек и так далее. А самая верхушка красовалась в классическом сборном оформлении, – что было, то и накидали.

Мария пыталась уследить в этом муравейнике обыденный порядок вещей. Но правила поведения явно отличались от тех, что она привыкла видеть в программах передач про насекомых. Не было самок, самцов, не попадались на глаза разведчики, отсутствовали строители, да и вообще, вся рабочая деятельность отсутствовала. Все мирно прогуливались, причем, словно семейками. А когда девушка бросила соломинку в центр муравейника, это действие осталось без внимания. Даже ее палец, опущенный на конус одной из насыпи, будто являлся невидимым. Словно муравьи существовали в ее мире, а она в их нет. Девушку это изумляло так страстно, что она иногда забывала перевести дух, кашляя от непроизвольной задержки дыхания. Складывалось впечатление, что ей открывалась другая сторона природной жизни. И было это похоже на истинное течение частиц, без контроля наблюдателя. Мария даже на секунду задумалась о том, что возможно она заснула. И все увиденное – лишь воображение сновидения.

Как только разум девушки осознал ее полное приятие такого поведения муравьев, он тут же включил свое сопротивление. Появилась внутренняя болтовня, обсуждающая абсурдность увиденного.

Мария ахнула вслух. Как будто недавнее милое созерцание позволяло ей наблюдать за невидимой стороной жизни насекомых. А в момент отторжения ее разума такого зазеркалья, картина сменилась на привычную. – Муравьи сразу же заметили соломинку, причем это были разведчики. По своим каналам коммуникации они передали информацию рабочим муравьям, которые утащили соломинку внутрь. Палец же произвел резкий резонанс в их поведении. Одни скрылись в муравейнике. Другие воинственно начали нападать на незнакомый предмет. – Все вернулось на круги своя.

Девушку охватила удручающая скука. Унынье от одинаковости мира захлестнуло ее громадной и зловещей волной. Она подумала о том, что все происходит по шаблону.

– Скучно! – Вздохнула Мария. – Так тоскливо от того, что знаешь наперед, что произойдет!

Ее глаза потемнели от назойливой печали. Все крутилось вокруг единственной мысли: «Как бы вселенная не обещала свою бескрайность, она всегда повторима, где начальная точка – это рождение, а конечная – смерть»!

– Возможно я зря начала этот путь. – Полилась обычная, для таких эмоций болтовня. – Я жила в неведении. Вращалась вокруг своего «личного» мира. Радовалась редко, и часто страдала от своих эмоций, но они постоянно казались мне новшеством, – свежим витком моей жизни. Я признаю, иногда я оказывалась в тупике, но у меня не возникало таких мыслей, как сейчас, что все, что создает мое сознание – это кем-то уже придуманное! И, что я топчусь по вытоптанной земле.

Она посмотрела на небо, слеза покатилась по ее щеке.

– Я с таким рвением начала познавать себя и свою общность с миром, что не заметила изменений в своем восприятии. С одной стороны – я раскрываю секреты своего тела, познаю тайны разума, вскрываю премудрости сознания и желания души, с другой – я вижу во всем этом обычную структуру. Некий шаблон. Как и в любом деле, бизнесе, проекте, прослеживается четкий распорядок действий для дальнейшего развития. Хотя так хотелось волшебства и неповторимости. Бескрайности и бесконечности. Вот даже сейчас, глядя на небо, я вижу нарисованную голограмму, кем-то придуманную и воплощенную в материальном аспекте. Обдумывая все это, так и хочется рассмотреть себя, как некую программу, кого-то, или чего-то…

Мария приняла идею о двоякости своего учения, где движение вперед не позволяет такую роскошь, как шаги назад. Ведь именно задний ход подталкивает рассмотреть мир, как целенаправленную программу. Она осмыслила и предположение, что только легкая остановка для разбора ошибок, или рассмотрения причин неудач должна сопровождать дорогу в жизнь. И то, косвенно и в движении, даже если это происходит во время «отдыха».

Небо, голубое и яркое, постепенно разбавилось прозрачными облаками. Они, как маленькие медузы, что осваивают водное пространство, любопытно плавали в вышине. К ним присоединились более зрелые, совершенно плотные и имеющие белесый оттенок. Их неспешное течение дополнялось некой самодостаточностью и весомостью. Несмотря на медленную плавучесть, картина резко переменилась. Где недавно бороздили юнцы, разрезая небо своей серьезностью, появились темные грозовые тучи. От них веяло строгой и мудрой старостью, где не было место любопытству и влюбленности. Черные и хмурые, они передавали всю важность своего настроения. Где-то за горизонтом вся эта мгла раздалась дождем. Складывалось впечатление, что эти унылые и «грязные» воздушные массы, кроме слез и скуки, не испытывали, ровным счетом, больше ничего. Они настолько были опечалены своей практически прожитой жизнью, что не видели и проблеска света, который дарит молодость и любовь. Вдали блистала молния, сверкая своими острыми мыслями. Повсюду разрывался гром, излагая вслух свои унылые думы.

Мария разглядела в этом природном явлении свое настоящее настроение. Ей захотелось заплакать, также, как это делали грозовые тучи. Но она поняла, что этот процесс огорчения, как куст репейника – сколько не проходи через него, всегда колючек будет все больше и больше. Девушка попыталась отвлечься. Вспомнить самые лучшие моменты из жизни, как советуют мудрейшие. Но тщетно. Мысли плавали в почерневшем небе скучной и однообразной жизни. Тогда она приняла за веру утверждение, что прошлое тяготит в моменты, когда ждешь от него помощи. Она постаралась найти поддержки в настоящем. Глаза стали бегло просматривать все, что находилось рядом. Вокруг были джунгли, – «уже видела». Везде сочная зелень, – «надоело». Множество прекрасных видов и прелестных ароматов, – «скучно». Здесь – «скучно». Там – «скучно»! Скучно!

Девушка поняла, насколько сильно ее опять затянули мысли. Те самые паразиты, что вначале обволакивают красочными и приятными впечатлениями. А потом незаметно, и в корыстных целях разума утаскивают в бездну. Ту, из которой невозможно выбраться. Это все похоже на замкнутый круг. Тот снежный ком, что катится с горы, настолько заснеженной и высокой, причем ее путь проходит через необъятную котельную. И вот белоснежный ком набрав обороты, начинает налеплять на себя черную сажу. Виток за витком. Еще и еще…

Мария жадно впивала глаза в землю. Она знала подсознательно, что с чего начала, тем и необходимо закончить, а это были смотрины насекомых, которые потом натолкнули ее на глубокие и печальные раздумья. Это должно было вернуть ее в правильное русло. В нужное настроение.

– Ведь должно же быть что-то прекрасное в этом красочном мире»! – Попыталась она подбодрить сама себя вслух.

Внезапно она увидела крошечную раковину. Странную по форме, и почему-то росшую из ветки с листком. Вид ее был достаточно противный и невзрачный. К тому же, она еще и шевелилась. Вначале легонько, издавая лишь редкие и слабые колебания. Затем сильнее и настойчивее. Вдруг раковина начала раскрываться.

Это зрелище настолько захватило Марию, что она позабыла о своей глупой скуке. И о том утопическом настроении, которое внезапно, на пустом месте, уносило ее в мрачное состояние.

Из серой и совершенно неприглядной оболочки вырывалось на свободу, что-то прекрасное и живое. Края, показавшиеся из «обертки» этого живого существа, были настолько красочными, что играли переливами, освещая зеленый лист. Тот крутился на ветру, создавая имитацию дискотечного зеркального шара. Отражаясь о глянцевую и постоянно вращающуюся поверхность, отблески превращались в самостоятельные разноцветные лучики. Которые, в свою очередь, разлетались на соседние кусты и рыхлую землю.

Что за диво? – Изумлялась Мария. – Я никогда не видела, как гусеница получает новую, очаровательную форму. Это самый чуткий и прекрасный момент трансформации в природе. – Наглядный и живой пример изменения старого и ненужного, на новое и Божественное. Вот оно движение без оглядки! Вот она – настоящая вера в себя и в свои силы. Чуткое знание любви дарует подобное преображение.

Вдруг шевеление прекратилось. Тишина и спокойствие продолжалось несколько минут, словно внутри набирались сил перед решающим рывком. Мария удивилась, она, еще из биологии знала, что это все происходит медленно и непринужденно. Подходит срок и все случается. Но в этом конкретном случае, что-то пошло не так. Внезапно возобновились сильные рывки, это сообщало о реальной угрозе. Возможно, кокон сильно слипся, а бабочка не имеет достаточной силы для его раскрытия.

Мария подумала, как необходима сила, что рождается волей. Она практически дотянулась рукой до кокона, решив помочь бедняжке. Но тут же отсекла это желание, вспомнив одну притчу, про то, как один сердобольный помог раскрыться бабочке, а она родилась слабой и немощной. Не способной даже на мимолетный полет.

– Подожду! Я не вправе вмешиваться в естественный ход природы. – Прошептала Мария. – Если у этой красавицы искреннее намерение жить и дарить свое великолепие миру, то она справится. Найдет в себе силы и знания для достижения этой цели. Убивает не труд, а внезапно свалившееся богатство. Душа и разум только тогда дополняют свой возвышенный симбиоз, когда сущность добилась этого пошагово. Постепенно. Обретая знание и практику.

А мои добрые и положительные мысли помогут ей!

Мария верила, что самый прекрасный рассвет бывает только после самой темной ночи.

– Именно для этого наш мир дарует нам плохие эмоции, чтобы мы замечали радость и счастье, не привыкая к ним, как к обыденности и серости. – Сопровождала созерцание мыслями девушка. – Именно для этого я увидела, как чистое небо стало полным и темным, чтобы понять, как я поступаю глупо, удаляясь в своей скуке к негативным мыслям. Именно для этого я рассмотрела это перерождение «обычного» в нечто нереально сказочное и таинственное. – Бабочка должна жить! Это ее выбор! Это ее путь! Нет удручающим мыслям и чувствам!!!

После этих слов. Движение кокона прекратилось. Наступила тишина, еще более глубокая, чем до этого. Мария затаила дыхание. Ее глаза непроизвольно закрылись. Она сжала кулаки. Сильное напряжение прошло по всему телу…

Раковина медленно и торжественно начала раскрываться. Это смотрелось поистине завораживающе. Словно занавес открывался перед самой ожидаемой премьерой. Мария настолько расчувствовалась, что аж заплакала от радости.

Прекраснейшее существо показалось в раскрытом коконе. Оболочка серости и скуки была удалена. Причем самым ЕСТЕСТВЕННЫМ способом.

Когда бабочка расправила свои крылья, они отразились богатыми, разнообразными и яркими красками в зачарованных глазах девушки. Красивое чудо природы взмахнуло крылышками и улетело. В мире на одно состоявшееся существо стало больше.

– За тенью всегда есть свет! – Подумала Мария.


РЕВНОСТЬ.


Как и многие другие, пролетел очередной день. Невероятно богатый на впечатления, если, конечно, это кому-то нужно!

Утро окропило все ласковым светом. Искры от лучей, на влажной поверхности зелени, зачаровывали своей игрой цветов. Глянцевую поверхность растительности подарила утренняя роса. Она ровными долями выступала сочными порциями в местах, где уже успела подсохнуть под солнечным жалящим взглядом.

Мария подумала о том, как все технологично продуманно в природе. Даже если нет дождя – естественной и объемной лейки, то на помощь приходит атмосферная влага, осаждающаяся при охлаждении мельчайшими водяными каплями. Растениям нет никакой надобности заботиться о своем цветении и благоухании, достаточно иметь на это волю. А все вспомогательные жизненные ресурсы сопровождают их всегда по более Возвышенной задумке.

– Я совсем забыла про свои надобности. – Вслух пробормотала она. – Я не пользуюсь деньгами. Не трачу нервы на зарабатывание чего-либо, или для кого-либо. У меня не возникают мысли о постоянной нехватки еды, условий проживания, достойного положения в обществе, ненужных и мелочных вещей. Я стала богатой на впечатления и без всего этого мусора. Вся гамма чувств живет во мне и так. Любые фантазии переживаются настолько ярко, что иногда наступают сомнения, – а где же реальность? Я согласна, что материальный мир прекрасен и вкусен. И что, если ты зарабатываешь, то нужно тратить, для постоянной циркуляции энергии – денег, впечатлений, желаний. Но теперь я познала и другую сторону – все это удовольствие может существовать отдельно от материи! Теперь я поняла, что именно мозг насыщается пищей, движением, отдыхом, работой, сексом, да чем угодно. И не понимая этого, мы просто-напросто набиваем себя, как мешки. Обходя такую прекрасную вещь, как дегустацию после легкого воздержания. Нежное смакование всегда придает жизни новые и красочные оттенки счастья. Плод сладок, лишь, когда запретен, но не заточен в темницу!

Теперь я уверена – мы живем нашим восприятием мира. А оно всегда живо и сочно, когда ново. – Как у ребенка. Вот для чего нужна осознанность себя – баланс! Чувство меры и истинного насыщения. А иначе можно стать старым, переполненным, разочарованным сосудом для мусора.

Как обычно, мысли, исходившие из самых глубин первозданного сознания Марии, пронеслись сильнейшим смерчем, по еще неокрепшему разуму. Они взбудоражили ее от главенствующего знания бытия. Но с такой же скоростью унеслись обратно в недра первоисточника. Возможно, это и было правильным ходом событий. Ведь внезапно свалившееся волшебство, всегда может оставить след безумия. А постепенное обучение этой магии дарует свободу в желаемой жизни, ну и конечно же крепкий рассудок. И естественно девушка чувствовала, что истина, за которой она отправилась в путешествие всегда находилась при ней, еще с самого рождения. Но горячее и доброе сердце подсказывало, что нужное знание – ничто, если его не прочувствовать, как следует. Иными словами – она искала цель, секрет, в котором было сказано, что именно путь к этой цели и должен вдохновлять, и даровать любовь.

– Можно Вас отвлечь? – Услышала она внезапный голос снизу.

Невероятно сильное оцепенение охватило ее тело. Мужской голос не распознавался на слух. Это точно, был не Джим. Мария не могла расслышать язык, так как это было мимолетная фраза, но она точно понимала каждый слог.

Девушка перевернулась и опустила голову вниз. – Ночь она провела в самодельном гамаке, висящем между двумя деревьев. Внизу, задрав голову вверх, стоял один из сопровождающих – местный житель племени. Мария не поверила ни своим глазам, ни ушам.

– Доброе утро! – В знак подтверждения своей прежней речи, сказал мужчина. – Меня зовут Эндрю. Я хотел бы пригласить Вас прогуляться со мной. У меня для Вас есть сюрприз.

– Вы знаете русский язык? – Не услышав предложения, постаралась прояснить ситуацию девушка.

– Скорее всего Вы знаете русский язык! А меня просто понимаете. – Пробормотал в ответ Эндрю.

– Я ничего не понимаю. – Замешкалась Мария. – Значит Вы не знаете мой родной язык?

– Нет!

– А как же я Вас понимаю?

– Так же, как и происходят все те таинственные вещи, которые Вам кажутся сказкой. В любой фантазии нет ограничений. Вы останавливаетесь лишь там, где начинаете сопротивляться. Вера заключается не в точном алгоритме, а в обычном желании.

Мария поняла, что сейчас бесполезно стараться понять происходящее, так как фокусы местных настолько же нереальны, как и естественны, с другой стороны.

– Куда мы пойдем? – Вдруг ее охватил интерес. – Я вообще-то люблю сюрпризы!

– На возвышение того небольшого скалистого холма. – Ответил новый собеседник. – В глубине самой макушки, что напоминает раскрывшийся бутон тюльпана, есть небольшое озеро, питающееся, как небесной влагой, так и подземными водами. Оно так завораживает дух, что Вам обязательно нужно это увидеть. Там и будет небольшой сюрприз.

– А где Джим? – Подстраховалась Мария.

– Они с моим другом ушли наблюдать за живыми лианами. – Ответил Эндрю.

– Живыми?

– Да, так мы называем змей. Здесь целое поселение неподалеку. То редкое место, на открытой местности, где обитает целое множество разновидностей этих пресмыкающихся. Причем в плотном соседстве.

– Я только умоюсь, и буду готова к восхождению.

Буквально через пять минут, они уже поднимались на довольно крутую возвышенность. Странно скалистый холм похож был на подбородок модного мужчины, – весь заросший, но аккуратно подбритый. Кусты и деревья росли плотно и одинаково по высоте. Это и придавало внешнему виду презентабельность.

Когда они одолели подъем, показалась та лысая часть холма, которая и была голой и каменистой. Ее формы действительно были схожи с раскрывшимся цветком, внутри которого лежало идеально круглое зеркало. – Озеро, что по Божественному прекрасно сочеталось с этой природной ванной.

Теперь Мария могла воочию наблюдать виды, которые лицезрела Дюймовочка при своем рождении. Зеркальное озеро четко отражало контуры скалистых конусов. Они дугами склонялись над водной гладью. Загадочное преломление света искажало их истинный цвет, придавая им то белый оттенок, как у тюльпана, то красный, напоминая лепестки розы. С этих «лепестков» стекали наскальные ручейки, омывая каменные породы. Это создавало дополнительную игру света, яркость которого постоянно сменялась интенсивностью. Словно сказочные феи летали внутри чудесного бутона.

Мир замер!

Мария не двигалась. Мысли не посещали ее голову. Она не испытывала чувств. Воодушевление от увиденного настолько заблокировало ее жизненные функции, что на минуту она переместилась в самую прекрасную часть своего сознания, – в другой и таинственный мир. Лицезреть подобное, было под стать осмыслению любви первозданной и всеобъемлющей!

Но, когда Эндрю прошелся неспешной походкой по глади воды, прямо до центра озера и встал. Марию охватила волна странного возбуждения, которое вначале приятными нотками будоражило, а потом стало вводить в обманчивую эйфорию – рвотные позывы выступали наружу, от внезапно увиденного. Девушка несколько раз машинально встряхнула головой, протерла глаза руками, будто это могло помочь, а потом и вовсе прикрыла лицо рукой. Она привыкла к странностям, за время пути, но возможно в этот раз ее разум сдался.

– Идите сюда! – Внезапно раздался голос Эндрю. – Не страшитесь земли и ее водоемов, ведь это наш дом родной. Странный и непонятный, а тем более пугающий мир получает лишь тот, кто не умеет контролировать свои эмоции. Пока существует единое сознание, которое сотворило наши отдельные, порождающие остальные, и так до бесконечности, – ничто на этой планете не может устрашать своей неизведанностью. Мы сами материализуем то, что нас окружает, ведь оно полностью идентично нашим внутренним представлениям.

Мария поняла, что ничего не поняла, именно в этот момент, когда мозг был в оковах неизведанности. Но она сделала шаг. Как загипнотизированная ласковым и наивным голосом Эндрю. Ей почему-то захотелось поверить ему. И это шло от сердца, а не от фантазий любого человека – ходить по воде.

Почувствовав твердость духа, она переняла это состояние на ощущение стопы – нога стояла уверенно, имея прочную основу. Девушка не хотела оспаривать свою веру, относительно реальности происходящего. Она осуществила еще один шаг, только другой ногой. Ситуация повторилась. И вот, она уже стояла явно и непоколебимо обеими ногами. И все это происходило на поверхности воды. Дальше оставалось только одно – идти дальше. Мария старалась не думать вообще. Глубоко в подсознании таилась мысль о том, что беспокойный разум в ту же секунду отнимет эту «твердую почву» под ногами, как только она начнет обсуждать внутри себя это волшебство.

И вот окрыленная девушка дошла до Эндрю. Его широкая улыбка вторила ее лучезарному приветствию. Они встретились глазами, в которых было написано лишь одно – чарующая история мимолетного мгновения. Мария дышала ровно и глубоко. Состояние ее тела было воздушным и возвышенным, словно кто-то подарил ей крылья. Она слышала каждое шевеление растительности по периметру каменного тюльпана. Ароматы здешних цветов одурманивали восприятие. Все органы чувств работали на пределе, но не испытывали ни малейшего дискомфорта. Все находилось в гармонии и плотном соитии. По таинственному совпадению, на каждый скалистый лепесток прилетели птицы. Они с явным любопытством осмотрели людей. И прочувствовав их забвение, раздались ласковой песней. Переливы щебетания дополнялись раскатистым чириканьем. К эти нежным звукам добавлялись более глубокие и мелодичные перекаты, напоминавшие человеческий напев.

Девушка закрыла глаза. Ей не нужно было больше смотреть, чтобы видеть. Все это грандиозное великолепие, все эти завораживающие виды отпечатались точной картинкой в сладостно мечтающем уме. Она представила себя сказочным персонажем, маленькой девочкой. Той, которая в ожидании чуда, наконец-то получила его. Мария сделала несколько оборотов вокруг себя. Это походило на движения вальса. Она явно осознавала себя в центре мира, где не было правил и шаблонов. Все, что ее окружало – это ее личные фантазии. Те глубинные мысли, которые не нужно анализировать. Они сами собой являлись высшей точкой восприятия – основой того, к чему человек всегда стремиться. Только в этом случае был один нюанс – они рождались сами собой, не требуя ничего взамен. Так, как устроен весь мир!

– Теперь Вы научились ходить по воде! – Послышалось сквозь розовую призму мечтаний. – И это еще не предел! Дальше я Вас научу левитировать. Ведь именно этого все ожидают от просветления.

Мария открыла глаза. Возможно, она отсутствовала недолго, но потемневшее видение, раскрывало глубину ее ухода в мимолетное сновидение. Эндрю стоял уже немного поодаль. Он растянул улыбку до невероятно больших размеров. Принял позу бегуна, и пробежался взад-вперед, разрезая гладь воды, и разметая брызги в разные стороны. Причем эта пробежка проходила ровно по центру озера, словно невидимое мерило ограничивало его движения. Затем Эндрю остановился в самой центральной точке, совсем близко от Марии. Согнул ноги в коленях, а руки в локтях, и комичной походкой направился к краю озера. Чем больше он отдалялся, тем глубже в воду погружались его ноги. Пока у самого края, он не погрузился по пояс. Это смотрелось настолько смешно, что напоминало юмористическую походку по невидимой лестнице, «за диваном», где показывающий миниатюру, по ходу нового шага, все сильнее и сильнее сгибает колени, пока не скрывается из виду полностью. Джим вернулся к Марии, стряхивая с себя воду словно мокрая собака. Он развел руками и сделал поклон, отметив, что его представление закончилось. А потом звонко рассмеялся. Причем этот звон эхом отражался от стен скалистого цветка, имея бесконечный ряд звуковых оттенков. Девушка сначала долго смотрела на всю эту клоунаду, закрепив на лице гримасу недоумения. Но когда она сама прочувствовала нелепость своего перекошенного рта, ее осознанная мимика вернула прежний и привычный вид. И только в момент снятия напряжения с лицевых мышц, до нее дошло: все это хождение по воде – всего лишь розыгрыш. Она отвела в сторону ногу, затем еще дальше – подошва ботинок все сильнее и сильнее начала погружаться в воду. Потом и вовсе отошла от прежнего места – вот уже вся щиколотка скрылась в воде. Мария подняла голову и посмотрела на Эндрю. Взгляд был потерянный, но явно доброжелательный. Она внезапно разлилась нервным смехом, который был похож на хохот, а потом и вовсе на карканье. Внутри девушки творилась такая сумятица, что она перестала соображать вообще, издавая только звуки, отдаленно напоминавшие голоса птиц и животных.

– Не обращайте внимания на мою реакцию. – Успокоившись, прокомментировала Мария. – Вы настолько живо разыграли меня, что я впала в какой-то параллельный мир. Где не было границ между сказкой и явью. Я и представить себе не могла, что это всего лишь природная задумка.

– Несмотря на это, здешнее место волшебное. Без сомнения! – Ответил Эндрю. – Матушка земля настолько точно рассчитала центральное скалистое углубление, высоту и очередность каменных лепестков, количество притоков и оттоков воды, и самое главное – игру света и отражения солнечных лучей, что внутри этого великолепного тюльпана образовалось такое заколдованное зеркало. Оно словно переносит в другой мир, потусторонний и загадочный. И вся эта завуалированная тайна обводит человеческий глаз вокруг пальца. Вот оно искажение реальности!

– Да! Без комментариев! – Мария могла лишь наивно улыбаться.

Эндрю вдруг нервно зашевелился. Он начал копаться в своем рюкзаке, будто что-то забыл исполнить в своем представлении. Когда он вынул руку, в ладони красовался телефон, необычной формы. Он имел большую складную антенну и противоударный корпус.

– Это спутниковый телефон – Мой сюрприз для Вас. – Радостно сообщил Эндрю. – А это место, самая лучшая точка для приема сигнала. Теперь Вы сможете поговорить со своими близкими.

Он протянул трубку Марии и велел набрать номер. Пошли гудки.

– Алло. – Прозвучал голос из глубины телекоммуникации.

– Привет мой родной! – Ответила девушка.

– Привет любимая! Как ты? Где ты сейчас? – Отозвался голос. Это был Фред, муж Марии.

– Посередине джунглей, в самом красивом месте на земле. В райском цветке из горных пород.

– Я представляю, что за великолепие там, если ты так интригующе описываешь.

– Это не передать словами, милый.

– Когда обратно? Я сильно соскучился! – Практически с надрывом произнес муж.

– Пока не знаю, дорогой. Еще только пол пути прошла. Но ты не беспокойся, я в полном порядке. Моя дорога освещена твоей любовью!

– Я, кстати, почему-то не переживаю за тебя. – Прозвучал совершенно спокойный голос Фреда. – Давно я не испытывал подобного равноденствия в своих эмоциях. Нейтральное самочувствие заставляет обрести баланс. Как ты меня учила: я знаю – ты справишься, преодолеешь себя и все свои мысли. Вернешься к нам – любящим тебя людям. И передашь ту частичку любви, что обретешь за время путешествия.

Повисла небольшая пауза.

– А вот, скучать. Да, очень скучаю и жду. – Нежно произнес муж.

– Как у тебя дела? Чем занимаешься? Хорошо ли кушаешь? С кем общаешься? – Внезапно, как из пулемета вырвалось из уст девушки.

Мария почувствовала, как ее личность раздвоилась на две половинки. На два совершенно противоположных человека. Один желал ласки и милых слов от возлюбленного. – Он ярко светился добрыми мыслями, от чего хотел отвечать только взаимностью. А другой имел темно серый оттенок. От него веяло холодом и разумным прагматизмом. – Этот вялый на хорошие эмоции субъект желал лишь одного – Узнать, как на время одинокий мужчина живет, о чем думает, не смотрит ли на других женщин, что ест, добросовестно ли следит за здоровьем. Нет! Все-таки на первом месте у этой серой личности было чувство ревности. Ко всему. Заранее запрограммированное недоверие. Которое настолько «отпрактикованно», за годы наслаивания ворчливых эмоциональных мыслей, что оно отдельной строкой нависло над живым, огромным и дышащим мозгом этой сварливой личности.

Девушка отчетливо видела это раздвоение. Она понимала, что внутренний наблюдатель позволяет ей анализировать ситуацию, не выходя за временные рамки, которые обычно сковывают и ограничивают человека в подобных мимолетных мыслительных ситуациях, заставляя его реагировать словесно и действиями автоматически, без рассмотрения возможных итоговых вариантов. – А их обычно три: первый направляет событие или диалог на позитивный манер, раскрываясь, как положительный финал – добрые эмоции; второй является нейтральным, где не задеваются чувства любого характера; И конечно же третий является отрицательным опытом, который вылился из необдуманного действия, или вольно выпущенных обидных слов.

Мария понимала, что ее внутренний анализ замер в пространстве и времени, не имея под собой почвы реальности. Это тот случай, когда чувства не вырываются наружу, а позволяют их обдумать и принять взвешенное решение. Она отставила в сторону ту личность, которая олицетворяла собой любовь и счастье, не имея претензий ко внешнему миру. Ведь она существовала в благе высшего порядка и не нуждалась в рациональном объяснении. А вот ту сущность, что тяготила себя ревностью, Мария решила рассмотреть поближе. Понять, почему эта обыденная грязь из эмоций так спонтанно и сильно будоражит разум, заставляя говорить неприятные вещи человеку, незаслуживающему этого.

Она увидела весь процесс с начала и до конца. – Вначале беглой строкой шли слова о любви и невыносимой разлуки. Затем следовали ее расспросы у мужа, касательно его нынешнего образа жизни, без нее. И если вначале разговора она только беспокойно справлялась о его проблемах, то к середине диалога, она уже делала твердые замечания, не давая возможности реабилитироваться. Муж, естественно, мягко оправдывался, что нет смысла в переживаниях. Что он взрослый мужчина и легко справляется сам. Что полно близких людей, которые всегда придут на помощь, в случае проблемных ситуаций. Именно на этом моменте Мария замечает заключительную стадию ревности, где каждое его слово, действие и даже мысль находятся без ее контроля, а следовательно – она не является больше единственной и неповторимой, так как нет тактильного поводка с ошейником.

Видя всю эту сумбурную эмоциональную кашу со стороны, девушка понимала, что это настолько же глупо, как и бессмысленно. Но она также знала, что это видится так только со стороны! А вот, если бы она бессознательно вела подобную беседу, не имея возможности заранее анализировать исход эмоционального и, якобы разумного разговора, то шаг за шагом, слово за словом, выражение за выражением, ревность укрепляла бы свои позиции. Не давая просвета для положительных чувств. Как итог – переживания, обиды, а возможно и ссора.

Теперь в голове стояла хорошо проработанная схема. Во главе была она – ее «Я». Слева была душа, которая воспринимала только любовь. Она не имела порядка, системы или правил. Ей не было дела до странных разговоров о быте, который и так сам по себе идет своим чередом. Она не справлялась о местах пребывания другой души, так как у нее не было оков или цепей. Вся ее структура и главенствующая идея состояла лишь из приятия всего, что только существовало. Справа был разум, постоянно что-то записывающий и в тоже время опровергающий свои записи. Он неугомонно всовывал во все свои эмоции, в данном случае – ревность. Его единственной целью было получить энергию, исходившую от чувственных всплесков. И именно негативные мысли рождали соответствующие эмоции и с легкостью образовывали энергетические вспышки.

Мария отчетливо видела, что в личности, где присутствовала душа было много работы – непосильного труда. Хоть любовь существовала сама по себе, имея изначальные истоки бытия, но ее нужно было, в буквальном смысле заслужить. Она никогда не сидела на месте в бесконечном хаотичном мире сознания. И если о ней забывали, не прилагая интерес и желание, она угасала в этом месте, зажигая свой огонь в более востребованных краях. А вот в личности, где сидела ревность и сопутствующие эмоции был идеальный порядок. Своего рода рыночная экономика. – Купля-продажа чувств за низкие мысли. Разум четко распределял обязанности между всеми процессами «спящего» человека. Он всегда знал, когда человек на автомате спускается с горки эмоциональных невзгод.

– Возможно, это тот сдвиг, о котором говорил ювелир. – Подумала Мария про себя. – То состояние, когда вся сущность начинает преобразовываться во что-то новое и прекрасное. На начальном этапе, я бросалась в крайности из-за неконтролируемых эмоциональных всплесков, затрамбовывая себя удручающими мыслями, извергая из себя неблагоприятные слова и окружая себя необдуманными поступками. По мере продвижения в своих знаниях, я научилась анализировать свои внутренние процессы, поместив в центр своего «Я» оператора – внутреннего психолога. Но этот смотритель действовал в процентном соотношении – пятьдесят на пятьдесят: только в половине случаев он изначально взвешивал все за и против, а в остальных, производил анализ в уже свершившемся. Это не всегда исправляло ситуацию мгновенно, но позволяло реабилитироваться или осознать ошибки на будущее.

И вот теперь наступил этап возрождения своего истинного «Я». «Прикоснувшись» к разговору с мужем, я смогла увидеть все возможные варианты своих мыслей и слов. Я прочувствовала, как раньше общалась с ним, не осознавая всю «накатанность» своих эмоций. Эта бесконтрольность вела лишь к системному ворчанию. Сегодня я смогла прочувствовать и отпустить ревность без участия оппонента, заранее блокируя ее. Я увидела всю нелепость этого чувства, позволив ему уйти в то место, откуда оно пришло, – в чертоги темной стороны разума. Я надеюсь! Нет, вернее, я уже вижу, как этот ненужный источник стирается из моей памяти.

И если в начале пути, я ужасалась от мысли, что все протекает очень долго, и что я тяжело, и с дискомфортом скидываю ненужные и вредные привычки, то теперь я истинно осознаю, что это всего лишь демонтаж прежнего. Где на чистом пространстве закладывается фундамент новой жизни. А основа, как известно – самая кропотливая и сложная работа. После этого, обретенные знания, не обремененный разум, легкое сердце и свободолюбивая душа будут действовать во имя любви всеобъемлющей. Теперь я вижу цель. А она находится перед следующей целью. Но самое главное, не в ожидании ее осуществления, а в смаковании наработанных навыков плодотворного пути к ней!

Все эти скоротечные, но конструктивные мысли пролетали ровным серпантином, по мудрому и сформировавшемуся восприятию Марии. При этом, она четко видела временную границу, между зависшей паузой, в которую она провалилась для анализа, и между реальным разговором с мужем. Именно в тот момент, когда девушка проводила ревность, помахав ей виртуальной рукой, она отправила свой разум по ту сторону линии, где царило милое общение с самым дорогим человеком на свете.

– Я очень рада за тебя, любимый! – Прозвучал совершенно нежный и спокойный голос Марии. – Я действительно, первый раз в жизни, спокойна за тебя и за наших близких. Я знаю, что мой путь уже не только мой, – он наш общий. Обретая личное умиротворение, я понимаю, что наша семья меняется в лучшую сторону. И все не потому, что я пытаюсь исправить положение дел своими наставлениями, а я стараюсь измениться сама. Именно мое измененное восприятие, – отношение к себе, даровало мне свободное видение всего остального. Я и раньше знала, что приятие всего, где вселенная существует и без меня, моих правил и ярлыков, сама по себе. В тоже время, я дополняю все ее жизненные процессы. – Но это были только слова, в которых мой разум «плавал», не имея прямого знания. Теперь, с каждым новым днем, я все больше и больше познаю этот смысл изнутри. Только проживший, испытавший подобный опыт, способен его ИСТИННО ИЗЫСКАТЬ.

– Как всегда красноречиво и безумно приятно! – Прозвучал искренний комплимент от мужа. – Так на сердце тепло от подобных речей. Я полностью согласен, мир меняется, когда мы сами меняемся. И без нашего внимание ничего не может существовать именно только для нас! Поэтому видящий всегда является создателем!

Мария не успела попрощаться, как вдруг разговор неожиданно прервался.

– Аккумулятор сел. – Пояснил Эндрю.

На девушку нахлынула высоченная волна самых приятных и красочных чувств. Она уже не обращала внимания на великолепнейшие виды чудесного и волшебного озера. Они существовали и так, параллельно от тех прикрас, что растворялись сладкой ватой на языке мозгового умиротворения.

Пока они спускались по холму, а это длилось несколько минут, Мария прожила внутри себя многие месяцы счастливой безмятежности. Настолько глубокой и упоительной, что даже не заметила, как их путь сопровождали небольшие обезьянки. В ее внутреннем спектакле была отдаленная параллель этим милым животным. Где она представляла себе свою семью, настолько заботливую и добрую, что пальчики ног и рук немели от восторга. Маленькие же попутчики постоянно плелись в хвосте, любопытно разглядывая людей. При этом они постоянно ухаживали друг за другом, поддерживая и помогая во время пути. Старшие всегда оберегали младших, протягивая «руку помощи». Меньшие же в свою очередь постоянно ласкались и одаривали своей любовью родителей.

Мария даже не могла себе представить, что смотрит на это семейство приматов через призму своего воображения. Она конструировала фантазии гармонии в своей семье, черпая вдохновение из эскизов маленьких дружелюбных существ.

Когда они вернулись в свой временный лагерь, Джим и другой провожатый уже были на месте, ожидая их.

– Вы, прямо светитесь от счастья, дорогая. – Поприветствовал Марию проводник Джим.

– Я провела такие замечательные мгновения на вершине того холма. – Девушка указала пальцем на вдали видневшееся возвышение. Там настолько чудеснейшие красоты, великолепные природные скульптуры из скалистых лепестков, манящее зеркальное озеро. А самое главное, я пообщалась с мужем!

– Хорошая уже у Вас подготовка, если Вы без связи нашли способ передать привет родным. – О чем-то непонятном сказал Джим.

– Как это без связи? – Удивилась Мария, и откровенно улыбнулась. – Эндрю любезно помог мне это сделать. Он предоставил спутниковый телефон. Кстати, он такой разговорчивый оказался, и истинно образованный. Мы мирно и дружелюбно пообщались, а еще у него превосходное чувство юмора.

Джим засмеялся, подзывая Эндрю к себе.

– Как жизнь Эндрю? – С насмешкой спросил Джим.

Эндрю что-то пробормотал на своем диалекте, улыбнулся и отошел. Мария попыталась к нему обратиться, но он постоянно кивал головой, из стороны в сторону и что-то бормотал себе под нос на своем родном языке, показывая всем видом, что он ничего не понимает.

– Эндрю не знает русского языка. – Прокомментировал эту клоунаду Джим. – Да и спутникового телефона у него никогда не было. Здесь даже зарядить его негде. А вот касательно видов скалистого тюльпана и зеркального озера Вы правы. Это волшебное место. Поэтому я и сказал, что Вы хорошо освоили духовную связь с внешним миром, не имея под рукой технической коммуникативной связи. Вы хорошо продвигаетесь в своем пути самопознания!

Джим рассмеялся и нежно по-дружески погладил Марию по плечу.

Девушка присела на цветущую и благоухающую траву и зажмурилась. Ей не хотелось обсуждать подобные оказии своего восприятия. И было совершенно не важно, сон или явь даровали ей эти мгновения, и каким способом она сумела пообщаться с мужем. Мария это чувствовала. Она просто-напросто была переполнена любовью.

А сколько еще прекрасного предстояло познать…


ШАГ В ГЛУБИНУ.

Третья часть.


НЕУВЕРЕННОСТЬ (СОМНЕНИЕ).


На юмористической полянке, с очертаниями мужичка с пивным животиком, группа Марии пробыла еще сутки. По подготовке и сборам, девушка поняла, что очередной марш-бросок будет самым трудным и долгим. И скорее всего заключительным по пути к шаману.

Мужчины наполнили все фляги питьевой водой из близлежащего источника. Перебрали запасы фруктов и корнеплодов, расфасовав их в таком порядке, чтобы доставать было удобнее, более скоропортящиеся. Заточили ножи. Подготовили веревки, аккуратно разложив с альпинистским профессионализмом. Все это они делали тщательно, с определенной расстановкой движений, при этом показывая все подробно Марии, и объясняя нюансы правильных сборов.

Девушка настолько увлеклась процессом обучения, что на неопределенное время впала в яркие переживания пионерских походов. Что-то потаенное из детства окутало все ее существо. Хоть она и так достаточно долго находилась в спартанских условиях, далеко от дома, среди диких джунглей, по соседству с опасными животными, но именно эта сцена с подготовкой к новому переходу, где ей опытные провожатые разжевывали премудрости походной науки, заставила окунуться в яркое воспоминание минувших лет. Скорее всего, причина скрывалась в заботе этих людей. На этот раз не было пышных речей про смысл жизни. На первый план не выходили дискуссии про заоблачное просветление. Все было настолько приземленным и родным. Мария сразу же уловила, как ее душа поет и танцует. И не песни и стихи окрыляли ее. А именно материальная сторона их совместного пути.

– Как это все приятно! Даже без слов и мыслей. – Обратилась Мария к Джиму.

– Конечно! – Ответил проводник. – Во всем есть душа! И тот, кто вовлекается в погоню за ней лишь в своих фантазиях или книгах, начинает устремляться по ложному пути. Только гармония во всем притягивает душу. Любое действие – это творчество. Даже безмыслие, после плодотворного умозаключения является созиданием.

Продолжительные сборы закончены. И вот окрыленная Мария направляется вновь к своей очередной цели.

Прошагав около получаса, девушка начала обдумывать правильность своей походки и должного ритма дыхания. Если идти еще очень далеко, то нужно, как можно экономнее расходовать свои физиологические ресурсы, думала она. Именно правильная техника всегда являлась венцом успеха в ходьбе, как спортивной, так и по пересеченной местности. Как только она про это подумала, разум тут же начал изобретать разные стили движений и дыхания. Подбирая ритм и временные интервалы. Только вот тело было не подготовлено к подобным выкрутасам изобретательного мозга. Мария тут же почувствовала дискомфорт в суставах и мышцах, а легкие и вовсе сбились со своей привычной работы. Девушка начала кашлять и задыхаться.

Внутри появилась неуверенность. Теперь уже весь и полностью разум был увлечен процессом обдумывания различных техник. Он пытался выкрутиться из положения, в которое сам же загнал бедное тело. Организм страдал от «умника», пытаясь донести ему, что не стоит помогать, так как природа наградила тело всеми жизненно необходимыми навыками. Но болтливый ум ничего уже не слышал. Он реагировал на слова: «оставь меня», как на крик о помощи. Мария шла как юродивый калека. Походка напоминала неопытного солдата, новобранца, который из-за своего неопознанного страха делает одновременно мах и правой ногой, и правой рукой, хотя должны работать противоположные стороны. К тому же этот «бедолага военнослужащий» оказался еще и заядлым курильщиком. – Мария кашляла от сбившегося дыхания так сильно, что джунгли раздавались бурлящими раскатами.

Вдруг перед ней, как вкопанный встал Джим. Он улыбнулся и обнял Марию, передавая ей бессловесный сигнал о спокойствии. Проводник понимал, что сейчас бесполезно объяснять девушке, что нужно остыть. Доброе и легкое объятие помогло. Мария замерла и начала глубоко дышать. Затем дыхание восстановилось, и она присела. Джим протянул ей воды, со словами: «Вы уникум, родная». И засмеялся. Все поддержали его звонким смехом. Мария тоже расхохоталась так, словно делает это в последний раз. Возможно, с этим «ржанием» был перебор, но он привел девушку в чувства.

– Вот, что бывает, когда вездесущий разум начинает свою бессмысленную болтовню. – Сказал Джим. – Я знаю, что вы хотели, как лучше. Пытались сохранить силы, путем отработки техник шага и дыхания. Но зачем нужно было это делать в тот момент, когда Вы и так хорошо себя чувствовали. Ровно шли. Плавно дышали. Пусть этим занимаются спортсмены профессионалы. Ведь их тело работает всегда на пределе. Для этого и создаются разные программы и хитрости, которые помогают обмануть природу, дополняя физиологию бонусами. Именно поэтому спортсмены прибегают к страховке, спецодежде, допингам. Им нужно «выживать на поле битвы», где царит постоянное соперничество. Но я совершенно не понимаю людей, которые занимаются для себя и используют те же приемы. Это калечит организм. Ведь он начинает работать на пределе возможного. Все ускоряется, клетки начинают быстрее стареть.

Так и Вы. Сделали то, без чего и так хорошо. Жизнь – это испытание только до тех пор, пока Вы так считаете. Принимайте вызовы судьбы, если Вам стало скучно жить, но не мешайте естественным процессам, изобретая велосипед.

– Вы совершенно правы. – Одобрила Мария. – Я сама придумала себе неуверенность на пустом месте. И исходя из этого ложного мнения, разум начал идти от противного. Он просто загнал организм в глупое положение, из которого не давал выбраться, развивая свою болтовню. Подобное я испытывала, когда занималась в тренажерном зале. Вначале все шло хорошо. Я имела определенную программу тренировок. Но, как только мой мозг начал умничать и прибегать к ненужным поискам истины, я стала постоянно искать новую информацию, впитывала мнения от разных тренеров. Купалась в многогранности громких заявлений диетологов. Именно после этого у меня пошли проблемы. Разум запутался настолько в потоке информации, что все правильное, он считал одновременно и неправильным. Я помню тогда мне пришел на помощь один мой хороший знакомый, который сказал, что прислушиваться стоит только к своему организму. Он единственный специалист самому себе!

– Мудрые слова, родная! – Торжественно произнес Джим, обрадованный логичной концовкой повествования девушки. – Так что, дышите, как дышится и шагайте, как шагается!

– А как Вы относитесь к спорту и к диетам в целом? – Спросила Мария.

– Так же, как и ко всему остальному. – Последовал ответ от проводника. – Без всякого рода важности. Я не задумываюсь об этом. Мой разум любит поболтать, как и любой другой, но я стараюсь всегда занимать его разной детской чепухой – удивление от предметов, восхищение миром, приятие всего на свете. На самом деле эта «чепуха» является самой ценной вещью в чистых сердцах людей. Именно она помогает любить и не обращать внимание на «взрослые» рассуждения, якобы являющиеся истиной жизни. Но, как и все в этой вселенной, любая истина завтра получит опровержение и станет легкой и наивной сказкой.

Именно поэтому, я стараюсь быть проточным аналитическим фильтром, который пропускает информацию, уважает ее источник и содержание, но никогда не берет ее принципы и убеждения на веру. Так уж устроены люди, – одни приемники, а другие трансляторы. И чтобы быть вещателем или созидателем, необходимо меньше слушать и внимать. Я это правило взял для себя, как основу своей жизни, но не для того, чтобы прославиться грандиозным открытием, явив его всему миру, а для того, чтобы создавать свой собственный мирок, где всегда есть место близким и родным. С ними он становится поистине бесконечным и доброжелательным миром.

– И как Вы добиваетесь подобного равновесия, где нет погони за призрачной целью? – Постаралась развить тему Мария.

– Я ставлю себе задачи, и отпускаю их. Просто делаю определенные шаги по направлению к ним. Постепенно. Выполнив одну, направляюсь к другой. Не пытаюсь расковыривать смысл в осуществлении задуманного. Не ищу помощи в других источниках, кроме себя самого. Ведь это же такие же мнения, только в разных временных пропорциях.

– Объясните… – Озадачилась Мария.

– Каждый человек, это продолжение или начало другого человека. Равная и подобная копия, или оригинал. Не важно, – перемена мест не важна. В каждом человеке есть то, что есть во всем человеческом роде. Мы черпаем любую информацию из общего потока этой «глобальной справки». Люди, они, как компьютеры с жестким диском и оперативной памятью, могут вбирать в себя информацию, сохранять, раздавать, обрабатывать. И у каждого человека, в оперативной памяти, в определенный момент – в какие-либо временные рамки, находятся те или иные данные, взятые с жесткого диска – общего потока информации. Именно в этот момент он передает то, что у него обрабатывается, выпуская эту информацию во внешний мир. А другой человек, например, его друг, может передать иную. Хотя они оба являются носителями всего того, что только существует во вселенной. И именно по этой причине, мы кажемся такими разными и неповторимыми. Мы вторим одни и те же мысли, только в разное время!

– Как все запутанно, хотя исходит из одного источника, по сути. – Раскрыла для себя слова Джима Мария.

– Так для этого и создано наше трехмерное измерение, наша вселенная, в запутанном варианте. – Джим засмеялся детским смехом. – Ведь если одно и то же будет повторяться монотонно, в определенном порядке, то и интерес пропадет к такой жизни.

– А кто, по-Вашему, создал наше трехмерное измерение? – Хитро улыбаясь спросила девушка.

– Вы до сих пор в поисках Бога? Хотя давно поняли, что он внутри Вас. – Продолжал смеяться Джим. – Уже концов не найти, да и нет смысла. Мы все чье-то продолжение, которое в свою очередь является нашим началом.

– Да, уж. – Рассмеялась Мария.

– Скажу известными для Вас словами, родная. – Приняв серьезный вид, ответил Джим. – Нашу вселенную создало существо из четырехмерного измерения – из бесконечности. Смерть придумала нас!

Повисла пауза.

– В нашем случае, время – это постоянно направленный вектор, который двигается вперед, ведь три измерения – это сфера, шар. А вот в четвертом, – это круг – замкнутый в бесконечность круг. Вечность наскучила смерти, и она придумала наш мир, где все рождается и УМИРАЕТ. Для НЕЕ – это бесконечный процесс, а для нас – заново обретенный.

Чувствуете разницу? Хотя, это одно и то же! Все зависит от расширения сознания!

Джим рассмеялся и нежно положил руку на плечо Марии, как бы давая понять, что не стоит придавать этому сильного значения.

– Я же говорю, необходимо впускать и выпускать информацию, не сохраняя на ней важности. – Подытожил проводник.

– Согласна с Вами, так легче жить в своей, собственной сказке! – Одобрила девушка. – Можно идти дальше, я поняла урок. Буду шагать, как всегда, это делала. Тело само по себе знает, что для него лучше.

Джим рассмеялся, а с ним и два других сопровождающих. Мария поняла, что это неспроста. Подобный «хор» таил в себе загадку.

– Вот Вам еще одна сказка от меня! – Джим указал на еле виднеющуюся, из-под густой шапки джунглей хижину. – Мы уже пришли.

Мария присела от удивления. Продолжительное время она молчала. Но привыкнув к фокусам Джима, реабилитировалась и встала, отряхнувшись от сухих веток.

– Но как? Такие колоссальные сборы. Столько потрачено энергии при подготовке. И прошло всего около получаса времени в пути. – Очнувшись от стресса, спросила девушка.

– Самое главное, что я передал Вам частичку походного духа. – Ответил Джим. – И помог вернуться в детские ощущения тепла и уюта от спартанских условий, как бы это глупо не звучало. А можете просто считать это наивной шуткой для настроения.

– Спасибо Вам Джим! Это действительно волшебно. И все для меня.

Возле покосившейся хижины их встречал старик. Он словно знал, к какому времени они подойдут. Его радушная и открытая улыбка заставляла влюбиться в него с первого взгляда. Словно, что-то потустороннее управляло его обаянием, и мгновенная симпатия к нему делала его очень привлекательным и родным.

Мария подумала, что внешне этот старик совсем не похож на шамана. В ее представлении, человек знающий ключ к душе, имеет крепкое тело, холодный разум и доброе сердце. Из всего перечисленного у него просматривалось только нежное сердце.

– Скорее всего, он является помощником шамана. – Подумала девушка.

Не говоря ни слова, старик проводил путников в глубь хижины. Снаружи она смотрелась, как замаскированная пещера, изнутри же, картина измененного впечатления повторилась, как и во многих случаях с домами новых знакомых Марии. – Это был настоящий лабиринт, с просторными комнатами, где кроме накидок на самодельных лежанках и циновок, не было ничего, лишь только в одном из помещений находилось большое количество посуды с всевозможными травами. И именно этот довольно роскошный для этих мест минимализм, создавал ощущение высокого и объемного пространства.

Аромат сухих трав был резким с непривычки, но невероятно приятным на восприятие. Он переплетался с благоуханием, еще совсем свежих, недавно сорванных растений. И в этом цветнике запахов чувствовалась некая задумка ступенчатого сочетания. Вначале в свою нотную игру вступали более легкие сочетания, затем они плавно перетекали в устоявшиеся ароматы, ну а напоследок, обонятельные рецепторы творили чудеса – взрыв восхищения обволакивал мозг от чарующих благовоний.

Кто-то внезапно схватил рюкзак Марии и попытался снять. Она сделала обратное движение, сработав машинально. Обернувшись, она увидела приятного мужчину, скромно одетого, но шикарно дополняющего свой, еще неизведанный шарм. Он учтиво приклонил голову и сделал повторный жест рукой, с более мягким нажимом – мужчина хотел снять рюкзак, чтобы облегчить ношу. Мария опомнилась и ослабила хватку, что позволило решить ситуацию. Мужчина рассмеялся и раззадорил всех остальных.

– Прошу меня простить. – Сказала Мария. – Я от неожиданности. Меня зовут Мария.

Свое имя она произнесла по слогам и отчетливо громко. Что вызвало еще больший хохот. Да и сама гостья заливалась смехом не меньше других. Она понимала, что была сильно зажата в своих действиях, выказывая чудаковатую стеснительность.

– Все хорошо. Я Вас прекрасно понимаю. – Ответил незнакомец. – Меня зовут Ваби-Манидо. Сразу могу прочитать Ваши мысли. Вы думаете, что я хорошо знаю Ваш родной язык. Отвечу, что нет. Я его вообще не знаю. Как и многие, кто встречался Вам на Вашем пути. Просто-напросто, нам всем дана возможность видеть этот мир, без лишних предубеждений. Иными словами – без распространенного мнения. А истинно видящий – открытый миру человек, понимает любой язык, даже животных. Именно поэтому, мы общаемся на языке природы, без лишних правил, а тем более принципа транскрипции.

– Я осознаю, что Вы видите и понимаете любой язык. – Отозвалась Мария на странное заявление. – Но, как же я? Я еще только вначале своего пути. Как мне удается познать «общее» общение? Если я до сих пор не могу полностью познать себя, свои чувства и любовь ко всему существующему.

– Вы правильно произнесли слово «общее», от которого и произошло понятие общения. – Пояснил Ваби-Манидо. – Изначально и было задумано, что восприятие – это ЦЕЛОЕ. Что и является вниманием к чему, или кому-либо. – Другими словами, контакт происходит из единого к единому – общение, ОБЩЕЕ! Сейчас можете не воспринимать слишком всерьез мои слова, но со временем, они дойдут до необходимого источника Вашего осознания. Тем более, негоже морочить голову гостю, не отходя от порога.

И вновь хижина раздалась звонким и добрым смехом, который расплывался приятным эхом, аж по всему близлежащему периметру джунглей. Эти отголоски несли в себе главную силу людских эмоций – счастливое беззаботное настроение. В нем скрывалась основа спокойствия, в безмолвном и бесконечном пространстве вселенной.

– Я заварю Вам душистых трав, которые непременно утолят жажду, и снизят усталость от долгого путешествия. – Практически прошептал Ваби-Манидо, и удалился.

Его походка была беззвучной и невидимой, словно парящей.

– А вы располагайтесь, – прозвучало из другой комнаты.

– Какой интересный и загадочный мужчина. – Приблизившись к Джиму, произнесла на ухо Мария. – Хоть он мне и открыл секрет способности общаться без обращения внимания на языковые барьеры, но я все равно не понимаю, как это в действительности происходит, и как ему удается так плавно двигаться. – Будто мультяшному персонажу забыли пририсовать ноги, но двигательными функциями наградили.

– По поводу общения, Вы все давно поняли, но Ваш разум не хочет этого осознавать в прямом смысле, чтобы не сдавать свои бразды правления. – Ответил Джим. – Вы же отчетливо знаете, что научились разбирать язык тела, хотя он не несет в себе лингвистическую форму общения. И Вас это не смущает. А вот разговор с человеком, который не знает «придуманного кем-то, и для чего-то» Вашего языка, приводит Вас в замешательство. Размывайте границы восприятия, родная. Они скрывают истину знаний, которые прячутся за подменными науками и псевдо правдами. Человек способен излагать и получать любую информацию, не имея материальной поддержки. Именно поэтому, когда Вы оказались в нашем мире, приняв его и своим, Вы трансформировались в существо, которое имеет функцию приятия.

– Я познала Ваши слова, и отчетливо увидела их смысл. – Зачарованно произнесла Мария, после некоторой визуальной, хотя и туманной сцены.

– А его походка… – Джим улыбнулся. – Как Вы догадались, – это шаман. А его имя – Ваби-Манидо, переводится, как Белый дух. Этот человек очень тонкая сущность. Можно сказать, его вообще не существует. А эта хижина – это пересечение его мира и Вашего. Все Ваше путешествие – это, изначально, Ваша фантазия. Она вышла из Вашего сознания. И чем больше Вы будете ей доверять, тем больше будет материализовываться Ваше восприятие. Если поверили в начало, то продолжайте ЗНАТЬ и сейчас. Не старайтесь сопоставлять правду и фантастику, реале и вымысел. От Вас требуется только одно – следовать за своей мечтой, а жизнь, то есть Вы сами, Вам поможет. И все остальное Вам, лучше, чем я, объяснит этот мудрый человек. Не зря его называют шаманом – видящем любую реальность.

Когда шаман вернулся, все расселись на чем-то, вроде ковра, исключительно ручной работы. Травяной напиток действительно расслабил, но при этом зарядил внутренний стержень, который в любой момент мог дать сильный толчок к движению. На вкус он напомнил сочетание ромашки и мяты. Полная трезвость сознания сохранялась весь разговор, что убеждало Марию в «правильности» напитка.

Мария почувствовала отголосок знакомого чувства, которое так яростно испытала сегодня. Она еще не ясно знала его направленность, но оно точно чуть ли не нанесло ей вред. Сомнения одолевали девушку.

– Что за назойливая эмоция опять меня достает, когда все так умиротворенно? – Подумала Мария. – Раз я так колеблюсь, то значит неуверенность сидит во мне, и никак не хочет покидать. Значит я не полностью разобралась в этом чувстве, убрав лишь симптомы. Скорее всего оно затаилось в моем подсознании. Попробую разобрать.

Ваби-Манидо очень приятный и добрый мужчина, но он слишком молод для шамана. Скорее всего это очередной розыгрыш, и именно тот лучезарный старик, что встретил меня, все-таки и есть шаман. Точно! Я кажется нашла источник, своего плотно устоявшегося сомнения.

Она начала разглядывать нового знакомого, который представился Ваби-Манидо, дабы запутать ее, в своих, возможно корыстных целях. Мария улыбалась на показ, чтобы передать свое грандиозное разоблачение. Но вот, когда взгляд девушки остановился более пристально на глазах Ваби-Манидо, чистое видение расплылось в мутную картинку. А затем фокус восстановился, но в более приближенном состоянии. Причем этот зум являлся невероятно глубоким и проницательным. Теперь она видела не просто глаза, а два чистых океана. Они манили внутрь себя, к самому источнику этого видения, заглатывая, и не оставляя ни малейшего шанса на покой. Девушка погрузилась всем своим существом. И перед ней развернулась бесконечность. Настолько древняя, не имеющая знакомых исчислений, что ее бесспорная мудрость передала мгновенно свою структуру за начало всего.

Мария вздрогнула от того, что ее разум зачаровывается от такой неизведанной силы. Потом картинка сменилась, и в ее видении прописались контуры двух человек. Затем они заполнились светом, и через некоторое время объемной плотью. Начали просматриваться черты тел и даже лиц. Вначале это были два разных человека. В их внешности она разглядела того старика, что встречал их на пороге хижины, и мужчину, что назвал себя шаманом. А когда они слились воедино, образовывая одного человека, но имеющего множество личностей, Мария впала в ступор. И причина скрывалась в неуверенности. – Она пропала. Вроде бы, с одной стороны – это еще более сильно запутало ее ум, проигрывая такие фокусы, а с другой – это расставило все на свои места, обходя разумные объяснения, не давая пищу для неспокойного мозга.

Мария очнулась. Она осознавала, что весь этот спектакль длился несколько секунд, за которые она смогла прожить несколько месяцев впечатлений. Ее не волновал вопрос с напитком, который она выпила только что. Девушка ясно чувствовала себя в трезвом состоянии, на земле, в привычном мировосприятии.

– Это Мария – непроизвольная медитация, внезапное сновидение, легкое, но истинное видение, – называйте, как хотите. – Услышала она голос Джима.

– Моя небольшая актерская игра показала Вам всю сущность человеческого разума. Во многих случаях, он способен лишь разговаривать. Не разбирая истины, той, что необходима в данном конкретном случае. – Произнес ШАМАН. – Ваше сомнение, вызванное на пустом месте, ничего не значило для Вас, пока Ваш разум не развил это чувство до масштабов большого города, только находящегося у Вас в голове. Не забывайте, Ваше сознание – главный конструктор вашей жизни. Оно помогает строить только в том случае, если Вы действуете, а не разговариваете! Не стоит размусоливать сомнение, ведь это всего лишь пустота, надевшая на себя эмоциональную реакцию. Полюбите свое внимание! На что оно обращено, то и будет существовать!!! Я еще много раз буду повторять, но именно так можно достучаться до того, кто не хочет выбираться из своей замкнутости, – Убирайте важность! Старайтесь останавливать внутренний диалог! – Это постоянные, сменяющиеся эскизы, на которые Вы потом накладываете МАТЕРИЮ! Начните сами создавать «раскраски» для Вашего разума, которые пока, создаете не Вы! Вскоре Вы поймете, что проговаривали эти истины множество раз. Но именно в этих повторах и заключена жизнь!


НЕДОВЕРИЕ.


Отдохнувшую гостью, на следующий день ждало много сюрпризов. Не то чтобы подарков судьбы, но и не менее кардинальных перемен. Все началось с того, что с самого раннего утра был объявлен подъем. Причем ранний, в самом прямом смысле – это случилось в пять утра. После чего, совершенно озадаченной Марии вручили что-то вроде граблей, окрестив это физической нагрузкой. А чтобы времени не терять, так ей объяснили – приятное лучше совместить с полезным. Девушка не противилась, хотя и странно себя ощущала. Ей становилось понятно, почему именно привычки управляют человеком, а не наоборот. Логическая часть Марии разъясняла сама себе, что это некая сторона обучения. Разумная часть девушки постоянно влезала со своими сравнениями, – мол, как сейчас было бы приятно обычное созерцание здешних прикрас, с чашечкой кофе и удобным шезлонгом. Волевая стремилась выполнить заданную работу в наивысшей степени аккуратно. И только душевная радовалась тому, что происходило на данный момент. Эта скромная часть девушки настолько была благодарна каждой минуте, которая дана для жизни в человеческом теле. Она не взвешивала, не копалась в первоистоках, для нее все происходило, как само собой разумеющееся.

К полудню, когда мысли пробивались сквозь толщу хорошего настроения, у Марии скользнула идея об обеде. Не то, чтобы этого просил весь организм – просто об этом хотелось думать. Но к удивлению девушки, стол за который ее пригласили был заставлен лишь посудой с водой. Все мирно сидели, беседовали, и попивали живительный напиток. Девушке нравилась подобная ситуация. Не было упадка сил, даже после выполненной работы. Разговор протекал в спокойной и душевной обстановке.

– Это такой урок для меня? – Сама не ожидая от себя, произнесла Мария. – Но почему вы ничего не едите? Возможно, поддерживаете меня? Ничего страшного. Я не отреагирую, не стесняйте себя. А я, в свою очередь, сделаю все, что необходимо для главной цели.

– Это обычное ознакомление с Вами, дорогая Мария. – Обратился шаман к девушке. – Я наблюдаю за Вашей целостностью. Мне очень интересно, насколько Вы гармоничны. Хоть я и знаю все ответы заранее, – человек повторим в своем существе, но мне очень любопытно Ваше личное отношение к самой себе. Позже Вы все поймете. А пока будем пытаться встать на колею равновесия. До сих пор, Вы стараетесь идти путем, который, как Вам кажется пришел к Вам извне. Сразу поясню: любая мысль, слово и действие – это Ваш мир, пусть и взятый из определенных шаблонов. И то, куда вы идете – это только Ваша заслуга. Именно поэтому, с этого момента, начните осознанно нести сквозь время истину – все в Ваших руках. Забудьте про судьбу. Даже, если она и является для каждого винтика в целом механизме определенной программой. Лучше всего трансформировать свои мысли на позитивное лидерство своего «Я», внутри себя. Человечество всегда будет спорить о том, есть ли судьба или нет, управляем ли мы своей жизнью, или все предначертано. Наша же с Вами задача от противного – мы будем стараться менять мышление, привычки, отношение к обыденности. Будем искать легкость, наблюдательность без лишних и мучающих эмоций. Мы не станем искать правдоподобность в существовании кармы. Я хочу изменить то, что Вы считаете своим отражением, ответной реакцией, кармой, судьбой – названий много. Это путь, не сложный – если не считать его таковым. Не долгий, если не питать к нему временные чувства. Он длинною в жизнь, где его начало было при рождении, а закончится тогда, когда Вы этого захотите. Я знаю, что Вы страстно желаете иметь все и в материальном и в духовном мире, не испытывая дискомфорта, – некую внутреннюю маету.

Пока Вам трудно принимать то, что с Вами происходит, хотя Вы сами идете к этому. Вы допускаете, но обсуждаете, имея зерно сомнения. Вроде все протекает, как нельзя хорошо, но мысли по поводу питания и уборки территории съедают Вас. И это все происходит с Вами и дома. – С одной стороны, Вы делаете то, что делаете, но с другой стороны, Вы всегда находитесь в сомнениях – Ваша ли это жизнь.

Все постепенно разъясниться, когда Вы научитесь очищать свой разум от лишней информации. Легкая жизнь – венец свободы. А пока мы будем «опустошать» Вас. И начнем с тела. Свободное тело – больше энергии для работы над мышлением, а это уже следующая ступень. Организм же, Вы уже давно начали освобождать. И в эту работу не входят диеты, как смысл жизни, а только, как легкие привычки по очищению. В нее также не входит и изнурительный труд, сложные физические нагрузки, а лишь сопутствующее жизненное движение.

Вы вправе узнать главную идею бытия: «Я живу, потому что мне дана жизнь, а не потому, что ее нужно заслужить»! Есть необходимый минимум для счастья – это любовь. Все остальное только наслоение Ваших мыслей!

Мария понимала, что все сказанное очень хорошо подходит для внутренней мотивации. Но она не понимала, как это соприкасается с шаманскими действиями. Она ожидала обряды и погружение в иные миры, где разум и сознание сами найдут дорогу в истине, и они сами по себе достигнут высокого конструирования. А здесь опять разговоры, которые зачастую путают ее разум. То она обретает крылья, вдохновляясь на успех, то опять чувствует провальное настроение, видя, как начинает все заново.

Теперь в мыслях девушки устоялось чувство недоверия. Она не могла усмотреть его причину. Просто так выстраивалась эмоциональная цепочка ее понимания всего происходящего. На время она забыла о своем полном доверии этим людям. Вернулась та женщина, которая всегда найдет пыль, даже в идеально чистом помещении. Одна часть Марии пыталась отбросить мысли, чтобы вернуться в состояние душевного баланса, а другая пыталась зацепиться за эмоциональную нестабильность и напитаться вдоволь живительной пищей – энергией, которая сочиться из подменных чувств. К этому моменту недоверие скатилось до самых низменных вибраций. И это болото негативизма засасывало все больше и больше. Вот уже Мария в уме усматривала подвох во всей этой экспедиции, в шаманских способностях, и в самом пути просветления.

– Возможно, это такая же игра воображения других людей, которые проповедуют свою веру. – Думала девушка.

Она даже не заметила, как закатила глаза, прищурив веки. Реальный контакт с присутствующими пропал на корню. Все, что происходило вокруг Марии, на самом деле находилось только в ее мыслях. Она спорила сама с собой, обсуждала надуманное. Примеряла маски добра и зла на своих новых знакомых. Сама же она была облачена в костюм матерого и темного недоверия, и это касалось всего мира.

Возможно, она подсознательно ощущала, что Ваби-Манидо уже стоял рядом с ней, но не придавала этому значения. Уж слишком ее внутренние баталии увлекали все естество, которое должно оставлять хоть какой-то якорь на твердой земле. И только сильный холод в височной зоне отрезвил ее на мгновение. Глаза поймали прямое видение, которое остановилось на Джиме, тот по-доброму, без капли хитрости, улыбался. Этот взгляд размягчил армаду гнетущих мыслей.

– Вы вольны делать, что захотите! – Совершенно спокойно произнес шаман. – Никто Вас не держит тут. Никто не пытается взять хоть какую-нибудь выгоду от Вас. Вы это знаете. Но не осознаете, именно в данный момент. Вспомните, сколько раз Вы наталкивались на то, что Ваши мысли рождались на пустом месте, выбрасывая чувства, которые поглощали все Ваше внимание. А это, извините – сильные энергетические ресурсы. Разуму не важно, какие чувства и последствия Вы генерируете. Ему главное – подпитка. Я признаю, что вы так сильно реагируете из-за нашего вмешательства, – мы создаем необходимые условия для этого. Но это вынужденная мера, так как она помогает Вам не только чувствовать, но и ясно видеть все истоки, процессы и последствия Ваших неосознанных эмоций.

– Чем Вы меня помазали? – Спросила Мария. – Так быстро привели меня в чувства. На этот раз я не испытывала дискомфорт, именно поэтому мне нравилось это раздвоение мнений. Я была в полной мере «За» свое недоверие к Вам, и «За» полную абсурдность этого чувства. Мое единение раздвоилось. То, к чему я стремлюсь – цельная сущность, так рьяно развалилась на глазах.

– Это обычная вода. – Ответил шаман. – Многое в моих действиях будет Вас удивлять. Многое будет вызывать недоверие. Обычно все ищут волшебства. Но сказка всегда только для подготовленных людей. Иные ее просто не выдержат. Это может отразиться на психическом балансе. А там, кто знает, куда заведет дорога, когда тормозов нет.

Ваби-Манидо рассмеялся, что окончательно отрезвило Марию, принеся с собой теплые ощущения в сердце.

– Я не буду прибегать к психотропным травам, не буду проводить потусторонние обряды, не стану шутить с белой и черной магией. – Начал, скорее всего длинную речь, шаман. – Я возьму и выну из вас то, чего Вы так долго ждете от себя, безо всяких ожидаемых процедур. Не потому, что я с этим не знаком, ведь именно это вызывает во мне недоверие. Я знаю силу любого растения, животного на этой планете. Силу вселенной, и все потому, что я не слушаю разговоры, я чувствую природное бытие. Я не понимаю разумом, а осознаю естеством. Не прыгаю в бездну за порывом души, а оберегаю и лелею ее своей лаской и заботой. Многие беды людей из-за неспокойного разума, который перебивает предыдущую цель тысячами новых, не оставляя места для тишины, а именно в ней рождаются: шедевры, душевное равновесие, любовь, счастливый путь длинною в жизнь!

Вы самый прекрасный цветок! Вы раскрываетесь утром и меняете облик ночью. Представляете собой единственную и неповторимую красоту, и в то же время являетесь дополнением бескрайнего поля красочных растений. Вы дарите радость излучая великолепие и доброту, и тут же получаете внимание и заботу от любого существа, что находится с вами в содействии. В Вас есть все то, чего Вы так страстно желаете. Концентрация и безмолвие помогут Вам высвободить все чарующие прелести, которых Вам так не хватает. Главное научиться получать удовольствие от той Марии, которая на данный момент присутствует. А завтра принять другую, если этого потребует душа. Не важно сколько времени отмерено прожить сознанию в этом теле, оно будет существовать всегда, а прожить здесь и сейчас необходимо с чувством всеобщей любви, даже к своим темным сторонам! Не полюбите себя разной, соединив в одно целое, не сможете полюбить и мир, окружающий Вас. Вселенная не ждет Вашей ласки и обихода, она и так организует свою жизнь, но с Вашей помощью, где Ваша душа будет в ликовании, она сможет достичь большего. И для этого нужна всего лишь малость, – внимание к тому, что Вас окрыляет. Только прекрасное существо с крыльями способно летать! А В КАКОМ СМЫСЛЕ ЭТО ПОНИМАТЬ –РЕШИТЕ САМИ.

– Вы меня очень растрогали! – Вытирая слезы с щек, весело переливающихся от лучей солнца, прошептала Мария. – Насколько многоэтажен сон, в котором люди прибывают.

– Это рабочие моменты. – Улыбнувшись, сказал шаман. – Вы уже неоднократно слышали от моих друзей, что так устроен наш разум – чтобы получить новые эмоции, он вынужден засыпать, забывая венец поклонения, чтобы проснуться с новой идеей, которая будет будоражить все его естество. Лишь Вы сами вольны выбирать, – плыть по течению, или ввязываться в любые события, отдаваясь без остатка, или же быть наблюдателем, а возможно и лицезреть с вниманием, которое будет конструировать. Но для любого уровня самообладания необходимы соответствующие критерии, именно они определят, на какой ступеньке вы будите находиться. Есть два пути: первый – холодный, эволюционный. Он предполагает жизнь в чистой гармонии, где все решиться само, но для достижения цели необходимо равновесие в терпении, потому что эта дорога любви абсолютной. И бонус не стоит ждать по окончании пути – он везде и всегда. Второй – Революционный, где вкладываются постоянные чувства и стремление. Он состоит из множества бесконечных целей, которые всегда приводят к очередной главенствующей, и так далее. В нем самое главное научиться фильтровать поток эмоций, иметь верное самообладание. По этой дороге все свершается быстрее и фантастичнее, но он предполагает, что его заказчик – настоящий воин! Он принимает любые события, как вызов к саморазвитию.

Нет границ между этими двумя «кинолентами». Они размываются по желанию правообладателя. И я не зря произнес это понятие, оно конструктивно, как и его брат близнец в материальном мире, – эти дороги необходимо осознавать, и принимать свой выбор. Только приятие способно на знание души.

Беседу, которую заводили эти мужчины, Мария полюбила изначально. Будто с самого детства ее воспитывали на подобном уравновешенном тоне и сладких речах. Ведь они затрагивали самые потаенные и недосягаемые тайны жизни, которые кто-то придумал, нарисовал, а потом спрятал, но оставил в общем доступе. Она уже путала временные промежутки, и то состояние, в котором прибывала в них. Естественно, у нее еще не складывалась общая и дополненная картина, но она чувствовала приближение того единого, что существует только в настоящем. Того чарующего, что так завораживающе предвещает вечность.

После небольшого провала в утонченную беседу, девушка отпраздновала свое возвращение в тело глотком прохладной воды. Засохшие губы взорвались мощным наплывом жизни после соприкосновения с влагой. Без всяких нервных покусываний, сухая корка исчезла сама собой – она была вытеснена молодой и свежей кожей, так страстно впитывающей воду с самих небес. Одна капля прорвалась на свободу. Она оставила след на щеке, на шее, и стремительно направилась к груди Марии. Она не чувствовала этого прикосновения. Но тело волнительно проживало эти моменты, само по себе. Кожа покрылась мурашками, но не от холода, уплотняя свои позиции, а от желания прикрыть свои поры, которые не станут поглощать капельку, и она сможет продлить свой путь, будоража и вдохновляя тело.

Джунгли приветствовали настроение Марии. Их жизнь разворачивалась незаметно для людей, но не отдаляясь от них. Все вращалось вокруг одной оси. Яркое солнце не было жадным на внимание к себе. Оно уступало место и теплому ветерку, и редким прозрачным облакам. Весело качающиеся деревья, иногда останавливались и разворачивали свои пышные гривы. Они ощущали свою древность и возвышенность, но и им было приятно внимание любого существа. Длинные кусты, низкие растения и трава подражали своим мудрым собратьям. Эти малыши представляли себя древами, и задорно повторяли их раскачивающиеся движения.

Забредший не в свои края ягуар, вальяжно похаживал между интересных для него мест. Ему было чуждо недоверие, которое было присуще людям. Он всегда знал, что пока он ходит по земле – он находится в обязательном доверительном содружестве с природой. Да и мыслить он особо не хотел, ведь его жизнь была сплошной любовью к своему вниманию. И местные животные знали, что он уж сильно внимателен, поэтому не обижались, не создавая абсурдности в диком мире.

Красивая и загадочная дымка нависла над небольшим водоемом. Ее происхождение было не известным. Для облаков был очень низкий уровень, для тумана неподходящее температурное состояние. Но глаза птиц не обманывали своих хозяев, они соприкасались с взглядами обезьян, которые также наблюдали это странное образование. Редкая и небольшая пелена красовалась недолго, она растворилась, когда на смену ей прилетела стая москитов. Они поняли, что сейчас сцена купается в славе многочисленных зрителей, поэтому они грациозно собрались в небольшую темную тучу, и загудели, нарушая привычную тишину предыдущего представления.

В эту черноту летающих насекомых всматривался мечтательный взор муравьеда. Он не претендовал на воздушное пространство, не мучал себя мыслями о невозможности полета. Ему просто-напросто нравилась эта группа жужжащих артистов. Внезапно он почувствовал необычность своего поведения, отвлекшего его от любимого занятия, и он снова с искренним интересом погрузился в свою ежедневную рутину. Своим длинным языком он начал «ощупывать» рядом находящее пространство, передавая свое тепло и готовность принимать мир.

Шаман с упоением наблюдал за вниманием Марии. Она полностью отключилась от их беседы и с лаской в глазах наблюдала за джунглями. По ее редко раздувающимся ноздрям было понятно, что она наслаждается увиденным. Причем это было самое настоящее присутствие, как если бы она материально соприкасалась с природой. Девушка испытала, что-то схожее с виртуальной реальностью, но только исключительно живой и будто обыденной.

– Красивая картинка, правда? – С иронией в голосе спросил Ваби-Манидо. – Словно напрямую связались с природой по видеофону?

– Да. – Отозвалась она. – Вы тоже прочувствовали мои ощущения в присутствии красоты?

– Конечно. – Сказал шаман. – Это не засекреченная информация. – Все всегда находится в общем доступе. И то, что Вы видите, слышите и даже думаете. Вы не можете черпать ничего иного, чтобы уже не существовало. Вы только подвластны обратить на это внимание, и даровать этому жизнь!

Вы недавно беседовали на тему дольменов, которые так сильно волнуют современное общество. Только вот не известно, какое из обществ более современное, и находится на точке –настоящее. То общество, что пользовалось каменными храмами, как связующими телепортами, имея под рукой технологии от природы, не вдаваясь в усложнение посредников – технологических приспособлений. Или то общество, которое живет в нашем мире – в нашем настоящем, где сотовый телефон, или телевизор передают информацию, по волновой, или если копать глубже – по связи, сотканной из частиц. Человек часто задается вопросом – откуда это все берется, все эти инновации. Но прочитав сотни книг, при внезапном исчезновении из этого мира и помещении его в необитаемое пространство, он не сможет организовать заново технологическую жизнь. Хотя любые ответы хранятся в нем самом. Взять, например, нейронную связь в его организме – вот вам живой пример связующей коммуникации, и без всяких надуманных разработок. Повторюсь – все давно придумано. Существует в необъятном настоящем и ждет лишь обращения на себя внимания. Главное – это трезвость ума. А она дается лишь в безмолвии, чтобы услышать необходимое. Фантастика и волшебство находятся не только в сказках и в науке, они сокрыты в самом человеке, и самое главное – в каждом человеке! Просто-напросто многие люди привыкли окружать себя бесполезными эмоциональными баталиями и ненужными действиями, которые скрывают эти обычные истины бытия. Во многих случаях, человеку даже не следует копаться в: что это? И из чего оно? Ему стоит только наслаждаться этим. Ведь ему отведена взаимодействующая роль со всем миром, где он не сможет жадно господствовать над всеми идеями, а лишь свершать свои собственные интересы.

– Значит Вы считаете, что все потустороннее – это проекция сознания, и только готовность к этому нашего разума, способна вдохнуть в эти фантазии жизнь? – С загадочным видом спросила Мария.

Джим поднялся и зааплодировал.

– Я услышал долгожданные слова от Вас, моя дорогая. – восторженно прокричал проводник. – Теперь моя нынешняя миссия окончена. Я с радостным настроением, которое подарили мне Вы, Мария, отправлюсь в свои родные края. А когда я Вам понадоблюсь – в момент Вашего озарения на возвращение домой, я вернусь, чтобы проводить Вас!

– Вы не останетесь? – Удивилась Мария. – Я думала, Вы поддержите меня, мне очень приятно Ваше присутствие.

– Нет. – Словно отрезал Джим. – Это ваш путь, где люди и события пролетают, как деревья в окне, стремящегося вдаль поезда. И Вы прекрасно понимаете, что это Ваше личное намерение, разобраться в себе. Но только лично и внутренне. Тем более я не хочу прозябать здесь, слушая лишнюю болтовню шамана, когда вокруг столько прекрасного!

Все рассмеялись.

– Помните: Вы и есть то великолепие, которое Вы так страстно ищите в своих потаенных и неизведанных чертогах. Осталось принять это знание и овладеть его использованием. В чистом естестве – прозрачно созидание. Иными словами, доброе сердце, сильная воля, свободный разум и стремительное сознание – великолепная база для воодушевляющего выстраивания своей жизни.

Мария почувствовала всем своим бурным настроением приятную дрожь по телу, от эмоций, которые вызвали слова Джима. И не важно, что эти мотивационные речи она стала слышать циклично и часто, самое главное, что это очень сильно помогало меняться. А параллельно со своими личными переменами, она ВИДЕЛА и изменяющееся все, что входило в ее каждый Божий день.

Джим со своими попутчиками собрался очень быстро. Казалось, что это произошло в одно мгновение. Мария поймала себя на мысли, как эмоциональный разум любит новые переживания, цепляясь за разлуку и тоску, вспоминая недоверие и сомнения. Хотя в моменты нахождения с дорогими людьми, он ищет другие эмоции, которые возникают из-за сопротивления разных мыслей и слов. Это наталкивало на размышление о необходимости дарить то внимание и настроение, которое потом будет радостно вспоминать. В периоды встреч осыпать теми речами, которые будут определять полноту общения. И жить так, чтобы потом не сожалеть о недосказанности, о лени в исполнении желанного, да и просто жить так, как это необходимо сильному, доброму и любящему человеку.

Когда сердечно полюбившиеся друзья исчезли за густыми шевелюрами деревьев, купавшихся в ярко алом свете заката, джунгли вздохнули приятным и теплым дыханием свободы. Небо покрылось прозрачной пеленой миллионов оттенков красного. Ветер исчез вообще, находясь в своем потаенном месте для внутренней медитации. Животные разбежались по своим делам, дабы позволить людям остаться в одиноком лицезрении вечности. Насекомые скрылись в защитных слоях земной коры, где царила своя, незатейливая жизнь.

А вот космический мудрец, наблюдавший за причудливой возней нашего мира, призадумался. Наконец-то он начал осознавать, что вся эта игра маленьких существ настолько похожа на его собственную жизнь, что нет никакой разницы, у кого учиться быть цельным и дополненным существом. Любой мир в его глазах, что необъятный в вышине – макро, что под ногами – микро, объединялись одной идеей, одной мыслью, и одним чувством – любовью.

Величественный и прекрасный закат удалился очень быстро. Он уступил место ночи. Хоть это место и славилось яркими и бесчисленными звездами в чарующем небе Перу, но именно сейчас оно словно было выключено. Ласково шепча Марии на ушко, что она может закрыть глазки и хорошенько выспаться. Потому что новый день, с его приятными заботами, окружит девушку свежими идеями. А они вдохнут в очередной шаг смысл! И так шаг за шагом!!!


СТЫД.


Глубокая пещера. Темнота кромешная, лишь виднеется точка света, которая служит входом из этого подземного царства. Над головой несколько метров скалистых пород, под ногами каменная насыпь, перемешанная с глиной. Тропинка постоянно устремляется вниз, создавая предвкушение падения.

Мария испытала некие трудности только тогда, когда ее голова начала работать в обычном режиме. Она не помнила, ни как встала с кровати, ни как добралась до этой пещеры. Единственное, что она осознавала в данный момент, это медленный спуск в неизвестность, причем на каком-то неведомом автомате.

– Мир всегда подтверждает Ваши слова. – Словно несуществующим эхом раздалось со всех сторон. – Он говорит тебе – да. Природа, звуки, события всегда идут навстречу, подтверждая твои действия своими отголосками.

– Я не одна. – Подумала Мария. – И это уже хорошо. Значит, даже, если это сон, я смогу понять его содержание.

– Все не так. Вы сейчас, именно сейчас внезапно очнулись от очередного сна, который совершали во время бодрствования. В обыденной жизни Вы бы этого не заметили. Отпустив одну задачу, разум тут же подхватил бы другую, не оставляя пробелов. Со мной же Вы научитесь отличать свои многоликие «я» от единого «Я». Вы просили перемен, я их Вам предоставлю. Не зря я начал свой разговор после Вашего пробуждения про мир, и о его расположения к Вам. Многие события происходят вне Вашего влияния. Вы являетесь наблюдателем всего того многообразия, что окружает вас. И лишь пристальное внимание – Ваше восприятие того или иного, позволяет создавать для себя определенный путь. Но его бывает сложно удержать и осуществить. Вы же знаете, что, обещая одно, например, бегать по утрам, человек на утро отказывается от своих слов. В «общем покое» отражаются мнения множества «я». Они стремятся объединиться в цельное «Я», чтобы достичь чего-нибудь высокого, но не могут этого осуществить, так как все происходит на автомате, даже, когда человек, якобы, осознает каждый свой шаг.

Мария почувствовала зловещий холод. Сырость подступала все сильнее и сильнее, она ощущалась в каждом миллиметре съежившегося тела. Чем-то разумным она понимала, что это не сон, и что голос доносится от шамана, который находится рядом. Но почему-то эта ясная мысль не согревала девушку. Она понимала, что это некое испытание. В голове крутилась лишь одна мысль: «проститься со старой сущностью, чтобы обрести новую».

Девушка вдруг увидела параллели между своей жизнью и этой пещерой. Где любой спуск происходит на автомате и довольно-таки легко, а вот подъем даже и не собирается входить в планы.

– Жизнь в неведении. – Продолжал свою речь Ваби-Манидо, не вдаваясь в подробности здешнего нахождения. – Стирать свое материальное «Я», историю. Это позволит обрести душу младенца, где мир всегда нов и прекрасен, а Вы не связаны с изношенными ярлыками. Но, чтобы добиться этого, необходимо вначале остановить то движение, которое причиняет Вам боль и муки.

– Но в неведении можно погрязнуть в новых отвратительных привычках. – Не сомневаясь в своей правоте, отозвалась Мария.

– Под словом неведение, я обозначаю – чистое сознание. – Ответил шаман. – Человек никогда не сможет насладиться насыщением, которое не прекращается. Рано или поздно его душа будет переполнена, вырываясь на свободу – к другим интересам, где есть свободная «тара». Она заставит заснуть в очередной раз разум. Как бы сменяя одно «я» на другое. – Это ложная трансформация. Лишь смена масок. Чистое сознание существует вечно, и прикрепить к нему свое «Я» можно только путем обретения силы осознания этого. – Дорога разных интересов, но с легким отношением к ним.

Мария поняла значения этих слов. Они не раз уже доводились до ее сведения, только в разных манерах изложения. Она также уловила связь между этим смыслом и спуском в пещеру. Вроде бы оставалась малость – остановиться в своем неизвестном и неопределенном спуске, чтобы попробовать начать восхождение к свету – к выходу из пещеры. Но ноги не слушались, будто она и впрямь находилась в автоматическом режиме жизни, в одной из программ вселенной, где ничего не зависело от нее. Девушка могла только наблюдать, как позади скрывалась точка света, а впереди углублялась чернота, порождая в себе холод и неискренние чувства.

Пещера начала сужаться. Складывалось впечатление, что это сужение отображалось не только своим естеством, но и механическим действием. Начали встречаться разного рода наросты. Сталактиты были неприятные на ощупь. Девушка вынужденно дотрагивалась до них, выставляя вперед руки, чтобы не разбить себе голову. Она не спрашивала ни себя, ни шамана, почему такая кромешная тишина, и почему у нее нет возможности просто прекратить этот глупый и никчемный спуск. Словно что-то сковало ее привычные разумные действия.

Появился стыд. Сильный. Неопределенно холодный и зловещий, как сама пещера. Мария почувствовала себя брошенной, причем в тот момент, когда у нее была она сама, уже сильная и волевая, начавшая свою решительную трансформацию. Это одиночество соприкасалось с присутствием шамана, но обходя его физически. Стыдливое чувство пробралось до самых теплых сердечных сторон ее естества, заблокировав их волю и добродетель. Теперь она просто спускалась вниз, даже не попытавшись попросить о помощи. Обычной помощи в совете. Стыд охватывал ее так сильно, что она с головой поддалась его чарам.

– Как я, взрослая и способная женщина, могу попросить помощи в том, чтобы просто остановиться. – Думала она. – Возможно мы действительно программы, которые могут только наблюдать за своей участью, ну или хотя бы сопротивляться в ущерб себе. Пусть тогда будет, как будет.

– Стирание личной гордыни – это еще один способ возвращения в чистое неведение. – Послышался РОДНОЙ голос шамана. – Нет ничего главного! Природа кормит нас, но мы не ее цари, так как сами будем ее кормить, когда умрем! Так, что значит такое – Ваш стыд и гордыня?

Мария не верила своим ушам. Ваби-Манидо читал каждую ее мысль, каждое жалкое слово, которое выдавливал из себя испуганный разум, чем еще больше ухудшающий ситуацию.

– Мой стыд – это замкнутая, никому не интересная, кроме моего эмоционального разума цепь. Теперь я осознаю ваш урок.

– Вы хотите и дальше испытывать эти неудобства, пребывая в сонном состоянии, поддаваясь глупым чувствам, которые владеют вами? – Суровым голосом произнес шаман.

– Нет! – Твердо ответила девушка.

– Подмечайте все тонкости вашего разума, который на автомате в подобных ситуациях поджимает хвост от страха, кидаясь в утопические мысли. Причем! Называя Вас женщиной, хотя Вы давно в себе разобрались, – что вы молодая и прелестная девушка! Слышите! Как он начинает ворчать и подменять Ваше истинное «Я»?

– Да!

– Стоит Вам отпустить ситуацию, как он завладеет Вами сполна, превращая в старую, никому не нужную брюзгу! – Подытожил жестко шаман. – Я согласен с любой точкой миропонимания, но именно мое непоколебимое внимание дарует мне тот путь из множества вариантов, на который я пристально СМОТРЮ! В любом выборе можно найти положительные стороны: если мы вершим свою дорогу, то значит нам все по плечу. Но если даже наш путь – это прописанная судьба, то и здесь много хорошего, мы подвластны ЗАМЕЧАТЬ в этой дороге те моменты, которые делают нас счастливыми.

И вот Вам еще одна подсказка к абсурдности нашего уныния при неправильном выборе, – знание, что человек не вечен, поможет подружиться с смертью. Это позволит насладиться жизнью в полной мере, не откладывая на потом!

А Вы говорите – стыд!

Раздался звонкий и добрый смех шамана. Он настолько отрезвил Марию. Потаенные частички любви, которые никогда не покидали тело девушки вырвались на свободу. Они разметали по углам стыдливые ощущения, указав им неправильность своих действий. Любовь напомнила стыду, что его миссия заключена в помощи человеку в тех случаях, когда он вершит зло, а не пытается выбраться из затруднительного положения.

Мария остановилась. Ее душа развернулась, она наконец-то увидела выход из этой ситуации. Разум отступил, его странные подсказки, в виде хаотичных чувств, в очередной раз провалили свое глупейшее правление.

Развернувшись на сто восемьдесят градусов, девушка заметила белую точку – практически стертый с видимости глаз выход из пещеры. Его потускневший контур разгорелся новым обликом. Теперь это был яркий источник света. Он, как путеводная звезда, освещал все внутреннее пространство пещеры. Переделывая ее удручающий и устрашающий вид, в радушное природное помещение. Отблески света затронули и очертания шамана. Он купался в переливах нескончаемого источника. Причем он и сам начал источать многоликий свет. Это настолько послужило для Марии новой отправной точкой, что она сделала первый шаг вверх. – По направлению очередного воодушевленного пути.

Теперь вся картина целиком была зафиксирована в голове у девушки. Она осознавала точное сходство спусков и подъемов в жизни человека с этой темной пещерой. Где подменный и неизбежный спуск легко сменился на знаменательный и не менее легкий подъем. Трудность заключалась лишь в распознании точки опоры для своего внимания. Мария поняла на этом примере, как чувства ослепляли, затуманивая истинное намерение – жить.

Возможно ее тело ощущало некий дискомфорт и затруднение в подъеме, так как отпечатки мыслей предыдущей модели поведения еще витали в нейронной магистрали. Но вдохновленная сущность уже ничего не замечала, выбирая тот путь, в поле чистого сознания, который освещался истинным желанием.

Как и любые невзгоды, которые встречаются на пути у заскучавшего разума, так и дорога наверх завершила свой путь. Яркое солнце встречало Марию у выхода из пещеры. Оно кричало всем своим видом: «Я там, где твой ищущий взгляд»!

Свобода оказалась знаменательна для эмоционального состояния. И была отпразднована чистосердечным ликованием Марии. Она даже на радостях крепко обняла шамана, не имея неловких чувств из-за его серьезности и возраста. Он, в свою очередь, поддержал девушку и приятно улыбнулся.

– Каждый новый день можно встречать подобным образом, если понять смысл жизни, где любой конец – это предпосылка к новому началу. – С отцовским теплом в голосе, произнес Ваби-Манидо. – А с каким настроением его зарождать в своем сердце – это дело добровольное, и сугубо личное. Не забывайте про зеркало и его отражение: все в «этом» мире вторит нашим мыслям, словам и поступкам. Они, как капля пота, что стекает от бессмысленного волнения, или как добрые слова в ответ на протянутую руку помощи. Вы должны в полной мере осознавать тот факт, что какое внимание Вы вкладываете в идею, такой результат будет на выходе. Если мимолетное оскорбление достигло Ваших ушей, значит оно вылетело из Ваших уст, но возможно в другом контексте или иным способом. Эта темная пещера – была некой проекцией обычной стандартной ситуации, в которую человек попал не контролируя себя, и осознав это, при мысли, что он не знает, что делать, – он получил стопор. То есть ответную реакцию на свои мысли, слова и действия.

Давайте порадуемся этому ясному дню лучше.

Пещера отдалялась с каждым новым шагом. Собеседники направились обратно в хижину. Теперь Мария вспомнила, что утром, после пробуждения, мило беседовала с шаманом. Он пожелал ей доброго утра. Долго говорил про планы на день, выделяя громкой интонацией самые энергозатратные поручения. Это видать была некая уловка со стороны Ваби-Манидо, чтобы усыпить ее бдительность. Девушка припомнила, как ее настроение пошатнулось, ведь она опять подсознательно ожидала стартапа в уроках самопознания. А на ее плечи взваливали тяжелую работу. После этого она словно отключилась, – «вовсе пропало настроение». И очнулась она только в пещере. Но попытавшись вспомнить пробел, в котором ее осознанность отсутствовала, девушка сильно удивилась сама себе, и своим эмоциональным всплескам, которые отшибли память напрочь. – Незначительный «выдуманный» распорядок дня перечеркнул столько прекрасного и драгоценного времени, за которое она могла многое познать, опираясь на свои впечатления. Все это время, как показала ее «перемотка назад», она просто-напросто беседовала с Ваби-Манидо ни о чем, на свободные темы. Получается, что шаман вызвал искусственно ее эмоции, как реакцию на нежелательный труд, а сам просто вел с ней беседы, пока ее центр осознания сместился.

– Я кажется догадываюсь о Ваших сверхспособностях. – внезапно сказала Мария. – Вам действительно не нужны обряды и напитки, меняющие восприятие. Вы и так, хорошо управляете людьми.

– Это не управление, а объективное приятие. – Ответил шаман. – Я принимаю вещи, людей такими, как они есть. Взамен мне предоставляется возможность говорить на любых языках, даже на языке Вашего тела, сознания и души. Знание – это сила. А мое знание – это способность видеть. А видящий человек легко договориться с любой частицей во вселенной.

Шаман засмеялся. Казалось, он ведает девушке то, что она и так имеет в себе, но по непонятным причинам это «то» никак не хочет осветить себя четким пониманием.

– Оставьте в памяти эту пещеру, как напоминание о способностях человека. В которых должны быть заложены: желание – необходимые воодушевленные мысли, намерение – решительные действия, воля – движущая сила намерения, и конечно же знание – человек способен на то, что он нарисовал своим вдохновением. У каждого есть шанс, даже если он спустился в самую глубокую пещеру, а выхода уже не видно!

Его слова поприветствовали задорные птицы. Они бойким каскадом обрушились вниз, практически задевая людские головы. Крутое пике сопровождалось сочным чириканьем. Эти веселые напевы поднимали настроение просто так. Без мотивации и смысла в жизни. Они существовали сами по себе, природной нотной строкой. Шаман и Мария подхватили незатейливый, но очень созвучный мотив и начали напевать его с переливами смеха и громким рукоплесканием. Все это смотрелось настолько гармонично, что и джунгли не остались в стороне. Казалось, каждый кустик в этом царстве качался в ритме вокального произведения.

Дорога обратно сопровождалась некой дымкой забытья. Как и все логичное в организме человеческом, эмоции повторяли вселенский баланс. После испытания дискомфорта в своей безысходности, Мария почувствовала сильный чувственный подъем. Который вызвал пелену безмыслия. Единственное, что она могла вспомнить разумного, – это фразу из забытого фильма: «Оказаться на дне – хорошее дело, ведь с самого низа, дорога только наверх»!

Как только эта сказанная кем-то фраза прокрутилась у девушки в голове, недавно, весело поющие птички вернулись. Они словно чувствовали, когда необходимо разбавить своим присутствием мысли Марии. Пернатый хор вновь заполнил все внутреннее пространство восхищения, ценнейшим переливом звуков. Они как бальзам, ровным, мягким и сладким слоем ложились на освободившееся восприятие. Мария чувствовала подсознательно, что именно воздушное восхищение всегда исходит из приятных мелочей, вспыхивающих из ниоткуда и совершенно просто так. Птицы еще покружили, исполняя очаровательную и гипнотическую мелодию. И убедившись в полном обнулении, в мыслительных процессах девушки, исчезли в густом и мясистом от облаков небе.

– Каждая мысль. Каждое действие. Это Ваш личный выбор. – Начал вновь свое «вложение файлов» в опустошенную голову Марии шаман. – Страдать и испытывать неудовлетворение из-за него – безответственно. Никто и никогда не заставит человека идти против его воли. Только его неосознанность и постоянный сон наяву. Моя воля и выбор – это «Я»!

– Я понимаю, что сама вхожу в то состояние, которое меня либо расстраивает, либо вдохновляет. И только моя безответственность направляет меня в «темную пещеру», откуда выход заложен только во мне, в моем шатком намерении.

Мария посмотрела вдаль. Небольшой холмик, через который они проходили, позволял увидеть горизонт над джунглями. Солнце освободилось от тучного одеяния и устремилось освещать все вокруг. Оно не боялось этого делать, имея стойкую уверенность в своих действиях. Ему были чужды мысли о неправильном направлении своих лучей. Его энергии хватало всегда и везде, чтобы обеспечить каждую пещеру светом и теплом, если она конечно впустит его внимание. И об ответной благодарности от своей галактики, ярило знало без тени сомнения. А как может быть иначе, если сущность тверда и непоколебима!

– Иметь цель – значит питать источник жизни. – Закрепил Ваби-Манидо. – Устремление открывает безграничный мир возможностей.

– Значит можно закрыть на все остальное глаза и пробиваться, видя свою цель? – Спросила Мария.

– Во всем необходимо равновесие. Не стоит перегибать, иначе силы, определяющие Ваши возможности и знание, одернут Вас от кормушки, да так, что отряхаться придется долго. Умеренность в насыщении! Касаться мира, а не уцепившись выпивать все до капли. Быть секретом для окружающих, и при этом не присасываться к другим, как пиявка.

– Как же нащупать эту золотую середину? – Озадачилась Мария. – Как понять, что двигаешься легко и непринужденно?

– Ну а на что Вам разум? Явно не для непрекращающегося потока мыслей, а для тонкого и взвешенного анализа, и только по делу. – Раскрывши объятия небу, воскликнул шаман. – Для чего Вам чистое сознание? Уж точно не для воплощения фантазий о пятничном бокале вина. Оно дано для вдохновляющего строительства. И почему человеку даровано такое многофункциональное тело, словно лаборатория? Естественно, не из-за потребности его поскорее затрамбовать гадостью. Оно создано таким совершенным, чтобы познавать, обеспечивать жизнь универсальностью, и в легкой степени вкушать и смаковать. Настоящее наслаждение приходит только на грани получения желаемого! В этом и заключается загадка вашего пути! Хоть Вам постоянно и говорят, что сама дорога ценнее цели, которая является лишь мотиватором и очередной ступенью. Но осознание этого придет лишь с ясным знанием этого. Вся наша жизнь – это колесо сансары. Все одинаково и повторно. Но только сущность, ясно видящая это, сможет найти свой путь, став навигатором для этого цикличного экспресса. И здесь еще очень важно не заскучать в этой многоповторности.

Шаман рассмеялся. Он словно хитрый лис, нацепил на себя маску изящности. Глаза блестели чистым светом. Кожа наливалась свежим объемом. Складывалось впечатление, что он в подтверждение своих слов облачился в новый наряд молодого и очень сильного мужчины. Подпрыгивая и напевая, он устремился вдаль.

Мария не переставала удивляться, насколько люди, с которыми она теперь знакома, способны с легкостью трансформироваться. Они не были привязаны к эмоциям, к состоянию здоровья, к внутренним и внешним ощущениям, к действиям, словам и мыслям.

И вот теперь, она озадаченная своими размышлениями, идет с легкой усталостью в ногах, а пожилой человек несется впереди будто он школьник, сбежавший с уроков.

Когда они добрались до хижины, шаман, как ни в чем не бывало, вновь наговорил девушке всяких поручений по дому, а сам отправился отдыхать в свою спальню. Только в этот раз, Марию не задели эти слова. Они словно пролетели мимо, оставив только их суть исполнения. Не проговаривая внутреннего недовольства, и даже инструктажа, Мария приступила к выполнению поручений. При этом она чувствовала сильный подъем настроения.

Странной строкой пробежали мысли в голове у девушки: Свобода – это не только выбор. Это искоренение программ. Нет графика своим мыслям и действиям – значит неопределенность жизни вбирает в себя постоянное и безграничное счастье нового и незнакомого.

Эти думы не относились к обычной халатности и разгильдяйству, в них Мария сокрыла слова – без обиды, действия – без трудностей, а отношение к жизни – с легкой иронией в любви. Именно поэтому ей теперь было легко и уютно от выполняемой работы!


РАСТЕРЯННОСТЬ.


За постоянной работой и разносторонними обязанностями, в основном по хозяйству, пролетела целая неделя в гостях у шамана. Причем, пролетела – это мягко сказано. Мария не могла вспомнить не прежнего, не цель для будущего, она не имела возможности подумать о каком-либо анализе. Единственное, что она ощущала, так это потребность в отдыхе, и именно поэтому, в свободное время она, в прямом смысле этого слова отключалась. Но даже, когда удавалось вскользь подумать о своем нынешнем распорядке дня, девушка понимала, что его нет вообще. Да и домашними делами она занималась поверхностно. В основном Ваби-Манидо поручал ей глупую возню. Она перебирала травы с места на место, крупы, перетаскивала вещи из одного угла в другой, а потом все тоже самое, но в обратном порядке. Когда она пыталась спросить его о логичности подобных дел, шаман с улыбкой на лице уходил от ответа, каждый раз. И тут же назначал более абсурдное занятие, давая понять, что это ответная реакция на бесконечные вопросы. Единственное, что ее успокаивало, так это маленькая светящаяся точечка в ее памяти, в которой был заложен смысл нахождения в этом месте. Эта точка, как странный, еле уловимый мотивационный ролик из интернета, напоминала о необходимости тут быть.

– Вы очень предсказуемы Мария, как и все люди. – Однажды заговорил шаман. – Ваши эмоции, как отлаженные реакции на те или иные события в жизни. Я знаю о Вашем небольшом секрете, о разговоре с Вадимом – ювелиром. И о том задании, которое он Вам дал, по изменению своего восприятия. Можете не спрашивать, говорил ли я с ним на эту тему. Нет. Я всего-навсего знаю об этом. И о чувствах, которые Вы заново познаете в себе и учитесь быть с ними одним целым. Я даже чувству ту эмоцию, которая должна быть с Вами сейчас, – это растерянность. Вы еще не поняли, что она уже в Вашем разуме?

Мария замешкалась с ответом. Для нее этот разговор стал настоящей неожиданностью. После такого, как ей казалось, нескончаемого периода времени, в различного рода поручениях, и без общения – шаман будто избегал его, он вдруг вышел на словесный контакт. Да еще и с точными предсказаниями.

– Я действительно сейчас в растерянности. – Наконец ответила Мария. – Складывается впечатление, что я уже не осознаю точного своего намерения. Я выполняю задачи, поставленные Вами, но не вижу в них смысла.

– Поэтому я и сказал, что Вы предсказуемы. – Пояснил недоумение девушки шаман. – С одной стороны, Вы запутались и ищите ответы на свои вопросы: «зачем?», «для чего?», «есть ли смысл?», но только сейчас, когда я Вам дал пищу для размышлений. В остальное время, Вы работаете, и устаете так, что мыслям нет хода. А это другая сторона Вашей растерянности, где полная занятость блокирует любимое дело разума – разговаривать. Ведь именно труд, увлеченность и занятость помогают заполнить пробелы, где обычно находится болтовня. Я не упомянул еще очень важный момент – это вдохновение в Вашей работе. Вы же думаете, что мои поручения бестолковы и бессмысленны. И именно здесь вступает в свою непоколебимую деятельность пришедшая извне мысль о необходимости прохождения этого пути для просветления. Которая и является воодушевлением для Вас, в осуществлении моих поручений. Иными словами – Вы имеете растерянность, которая, как и весь Ваш организм в целом имеет равновесие, – за и против. Причем «за», даже не Ваша в полном объеме миссия, Вы просто думаете, что мои слова и действия Вам необходимы. И предсказуемость здесь на лицо: есть Ваша сущность, на которую налеплены личности, – Программа извне, авторитетное слово, труд, который отнимает осмысление, противодействие разных мнений. – Любое чувство, даже – неуверенность, это балансирующее свойство Вашего «Я». И не стоит его рассматривать, как некую главенствующую константу. Оно просто напоминает Вам о том, что Вы давно ни о чем не думали серьезно. Это призыв к Вам – остановиться и переосмыслить свои действия. Баланс нужен во всем. Именно поэтому, даже самые отпетые трудоголики, иногда, словно отключаются и находят способы разрядиться, или отвлечься. Причем, не всегда осознавая этого. Все происходит на автомате. Так устроена вселенная, где нет действия, там есть противодействие.

Поэтому, куда бы Вы сильно не стремились, всегда прислушивайтесь к себе. Любое Ваше чувство – это своего рода подсказка о том, что Вы идете правильным путем, или наоборот – В Ваших действиях нет души. Соответственно Ваша неуверенность – это чудо, дарованное Вам для анализа.

И относится к своим действиям и мыслям необходимо с уважением и осознанностью. Совершать свое любимое дело с трепетом и лаской, не откладывая в долгий ящик, но и не без головы. И когда Вы почувствуете, что эта Ваша личная истина и она с воодушевлением, – Ваша работа, Ваше дело будет совершаться с такой скоростью, будто завтра будет уже поздно, словно последние дни Вашей жизни уже на пороге. Но только реально любимое и дорогое сердцу дело! А посему, неуверенность никогда не придет в процессе этих действий!

– Так значит, все эти поручения, – это всего лишь обычная проверка на сознательность? – Очнулась Мария.

– Я бы сказал, на осознанность своих действий. – Ответил шаман. – Но вы, конечно, можете всю жизнь провести в подобном ритме. Эмоции будут приходить. Вы будите питать ими разум, не извлекая для себя уроков. – Быть просто источником производства энергии в виде эмоций. В таком случае цель будет всегда на сто шагов дальше, чем вы. Заснули, получили по носу, отреагировали эмоциональным всплеском, уснули. И так всю жизнь. А зачем? Для чего? Приносит ли это счастье? – На подобного рода мысли, у Вас не будет времени, Вы будете увлечены непрерывной переработкой последствий эмоционального фона. Повторюсь еще раз, чувство не враг, каждое чувство – помощник в любом пути. Главное научиться различать его призывы к тому, или иному изменению.

Мария наконец-то заулыбалась. Лицо разгладилось и приняло вид искреннего счастья.

– Теперь оставим позади бессмысленные поручения. – Одеваясь по-походному, сказал шаман. – Я познакомлю Вас с миром растений, которые будут Вашими помощниками в этих джунглях. Все подробно я объясню по дороге. Вы испытываете неуверенность сейчас?

– Нет! – Рассмеялась Мария.

– Это хорошо. Но не прощайтесь с этим чувством, как и со всеми остальными. Оно еще будет приходить к Вам, чтобы указать направление. Лучше приучайтесь работать с ним, как с неотъемлемой и необходимой частью Вас в целом.

Мария легкой строкой почувствовала присутствие неуверенности, только теперь она не сбивала ее с толку, а лишь напоминала о том, что не все кончено, а только еще начинается.

Джунгли встретили теплым ветром. Это был своего рода восторг на визит людей. Несмотря на радушный прием, загадочность все-таки присутствовала. Все было затянуто легким туманом, он тянулся от самых облаков и имел вид вуали. Чем дальше они отходили от хижины, тем плотнее становилась небесная дымка. Причем эта завеса начала принимать совершенно немыслимые очертания. Прозрачно-белые контуры тумана напоминали кружева. Некоторые облака причудливой формы и впрямь походили на женскую шляпу, от которой тянулась вуаль с фантастическими кружевами. – Это великолепие видов отправило Марию в глубокие фантазии. Она не замечала шамана и местности, по которой они шли. В ее глазах стояла пелена, она сковывала зрительные нервы и заставляла девушку находиться в гипнотическом состоянии. Там не было страха, переживаний, и той обычной чепухи, что посещает мыслительные лабиринты людей. В этой завораживающей дымке находились лишь оттенки белого. Так свет показывал свое беспечное настроение. И каждому порыву его души соответствовал отголосок цвета. Что-то очень потаенное в Марии раскрывало этот эффект философски, она понимала, что даже высшие материи, такие, как свет имеют свое эмоциональное волнение. Оно являлось общением с более низшими энергиями. В этой картинке своего воображения, девушка смогла прочувствовать невероятную схожесть всего большого и всего малого.

Когда свет сменил свою привычную частоту вибраций, они стали более грубыми и глубокими. Оттенки прозрачного переходили в гамму белых переливов. Затем они начали принимать еще более плотные сгустки, которые преображались в серое. И так до тех пор, пока этот спектр не превратился в человеческое очертание. Силуэт красовался гордо и важно. Он сильно отличался от общего фона, который происходил из света. Человек раскрывал свою многоликость, в которой появились разного рода личности. И в одной из них Мария узнала себя. Ту, которая была порождена светом, но из-за своих потемнений – эмоций, обрела тот вид, который предстал в настоящем.

– Вера в способность меняться самому, в способность перемены мира, от своих новых поступков и желаний – укрепит изменение своей реальности. – Слова шамана прозвучали, как пробуждающие. – Управлять можно всем – вселенной, сновидениями, реальностью, собой. Не судьба нас порождает, а мы пишем сами свою жизнь. И никак иначе. Стоит только начать по крупинкам собирать доказательства о том, что нереальное может стать реальным, как откроется дверь в новый, собственный мир. Есть только одно «но»! Вы должны это знать! Даже, если на каком-либо этапе пришли к мысли, что все во вселенной идет от абсолюта, а мы лишь его отголоски с наборами определенных функций. И наша жизнь – прописанная судьба. Все равно посмотрите на это с другой стороны, – в каком мире мы хотим жить, в таком и живем, на что мы обращаем внимание, то и происходит. Ваше видение не случайно. Оно раскрывает сущность шкалы Вашего понимания. Где есть свет и тьма. А на какой точке осознания Вы находитесь, Ваша личная заслуга. Все относительно! Главное – ничего не принимать на веру, которая Вам не подходит. Хотите чего-нибудь добиться – Вам в помощь терпение, воля и знание. Меняйте свой быт, привычки и вперед!

Как только Мария прояснила свои мысли туман рассеялся. Ее взору предстал необычайной красоты пейзаж. Верхушки деревьев будто уходили вниз, дальше уровня горизонта. А последние ряды и вовсе словно упали ради забавы. Волнистые линии шапки джунглей были усыпаны отдельными буграми, – несколькими деревьями выскочками. Это смотрелось, как нагромождение множества маленьких волн на больших и главенствующих волнах. Небо было чистым и пронзительно ярким. Это придавало ему зеркальности. Именно поэтому, не было конца и края волнению «зеленого моря». Джунгли отражались в небесной глади. А в самой середине, сияющей точкой, красовалось солнце. Оно дополняло обе картины. Снизу служило ярилом на волнах, из живописной картины неизвестного художника. А сверху космическим Богом для атмосферных жителей, с рекламного поста фантастического фильма. Этот дуальный мир – пейзаж перевернутых миров, дополненных единым смыслом, напоминал все, что только содержалось в человеке. За и против. Черное и белое. Хорошее и плохое. А на самом деле – единое целое.

Мария остановилась на этом чудотворном склоне. Подняла руки к центру этого великолепия. Она не понимала, что делает, но увлеченная своим восторженным настроением, совершала действия, будоражащие все ее нутро. Волшебная картина так и притягивала руки, как магнит. Она источала сильнейшую энергию. Которая прямым потоком вливалась в девушку. Природа в очередной раз напоминала человеку, что может давать жизнь и счастье просто так, без платы взамен.

Напитавшись чистым источником жизни, Мария повернулась к шаману. Она хотела непременно поделиться своим мимолетным восторгом. Все ее естество кричало от переполнения счастьем. Но яркая любовь в очередной раз сменилась растерянностью. Хотя девушка ощущала оба чувства в своем сердце.

Ваби-Манидо был облачен в огромный темный плащ. Он состоял из тысячи черных перьев. Мария никак не могла понять, где шаман смог так быстро раздобыть это одеяние. И когда плащ начал шевелиться сам по себе, отдельно от тела Ваби-Манидо, чувство растерянности еще больше потеснило чистую любовь. Обе половинки Марии – обе эмоции, равными долями осели в разуме. Новый, внезапно возникший образ шамана, не мог перебить любовь растерянностью, девушка это отчетливо ощущала. Несмотря на продолжающиеся шевеления черной и мрачной накидки.

Шаман улыбнулся и смог этой мимикой растопить стопор Марии. Она переключилась с плаща на радушное выражение лица Ваби-Манидо. Он сиял от радости. Девушка тут же поняла, что слишком много придает значения своему, внезапно возникшему видению. И скорее всего, это провокационные проделки ее наставника. И только, когда Мария смогла успокоить свое возбужденное состояние, она отчетливо разглядела причину странного шевеления. – На плече шамана сидела огромная птица. По виду хищная и постоянно нацеленная к действию. Строгий взгляд пернатого гиганта очаровывал, но в тоже время пугал и заставлял находиться в оцепенении.

– Это андский кондор. – Эхом произнес шаман. – Вы его уже встречали на своем пути. Он представляет собой величие, соприкасающееся с доброй волей. Здесь не совсем его места обитания. Он предпочитает горы и скалы. Но этот визит предназначен именно Вам. Этот красавец помогает Вам найти точки соприкосновения в Ваших разногласиях между любовью и растерянностью. Он хочет показать вам, что, какая бы эмоция не посетила Вас, любовь всегда будет в Вашем сердце, сознании, разуме. Она всегда заполняет половину любого существа. Только вот не кричит о своем присутствии, а мирно ожидает внимания к своей персоне. – Ненавязчивая галантность, это ее сущность. Именно поэтому любая эмоция, как и растерянность уходит также, как и приходит – из своего источника. Всегда должны быть противовесы. Они помогают психики оставаться на должном уровне. У вселенной много планов насчет человечества, как и на счет любой частички в возможном существовании. Многие думают, что природа отдаляется от человека, из-за того, что он пытается ее покорить, навредить ей, тем самым двигая прогресс своего мышления в сторону технократии. Но эти многие даже и не догадываются, что любое проявление человека – это задумка Высшего разума. У него нет таких разрушающих программ, как у человека – обида за свои же действия и мысли. Этот Абсолют действует во благо себе, независимо, разрушение это или созидание.

– Иными словами, любовь всегда во мне, а остальные чувства приходят, как подсказки к улучшению своего пути? – Проанализировав, спросила Мария.

– Совершенно, верно. – Ответил шаман. – В любом вашем проявлении все необходимо. Каждое Ваше слово, мысль, движение, даже, если они негативные, они построены на сбалансирование вашей сущности. Некий внутренний и внешний уровень. А обогащение и слава, которую все так ждут, приходят только подготовленным и универсальным людям. А если кто-то не согласен, то пускай на личном, но только личном, а не по слухам примере покажет свое мгновенное преображение, не имея навыков, знания, воли и души!

Так что, какая бы эмоция не задела Вас, не стоит терять самообладание. Это лишь Ваша верная спутница. Цель держим перед собой, развиваемся, учитывая чувство, и стремимся дальше.

Кондор повернул голову в сторону девушки. Его большие и темные очи, как сама мгла космоса, смотрели точно в глаза Марии. В них появилась еле заметная черточка, она словно выходила из глубины, постоянно сменяя свои оттенки. Из черного и опустошенного, черточка превратилась в яркую и совершенно ясную искру. Птица передавала свое счастье, такое сложное, и в тоже время до смешного простое. Оно было подобно этой черточке, которая ничего из себя не представляла, а потом вдруг превратилась в целую звезду. Истина этого счастья заключалась в стремлении его обрести. В получении счастья от каждодневного полета. От нескончаемого обзора местности. От возможности жить, иметь семью и потомство.

– У Вас всегда есть выбор: устремляться за эмоцией, не спрашивая себя откуда она; или же оставаться на месте, строя свои собственные эмоции; а возможно Вам захочется писать свою историю на чистом листе, где нет места зависимости от эмоций, где они существуют, как обычные соседи, от которых не жарко, не холодно; или, если захотите, то будите развивать в себе любые стороны своего бытия, тогда у вас отпадет важность искать путь, дорога всегда сама будет вести Вас.

Огромная и великолепная птица подняла кверху крылья. Солнце, закрытое былым положением перьев, вырвалось на свободу. Его лучи сильным напором облили птицу от клюва до когтей. Темный силуэт пернатого царя облачился в лик ангела. Смешение цветов, света, бликов и искрометных очертаний вдохнуло в обитателя неба поразительную личность.

Это преображение напомнило Марии о том, как она расцветает и окрыляется своим вдохновением, в моменты безмыслия совместно с любовью.

Кондор взмахнул крыльями, словно сбрасывая с себя любое проявление растерянности. Его гордый стан принял форму уверенного покорителя неба. Птица взлетела.

В глазах Марии появилась рябь. Она напоминала замедленную смену кадров в старинном проекторе. Темп их раскадровки постоянно менялся. То замедляясь, впуская в угол обзора приятные моменты из жизни. То ускоряясь, пролистывая все ненужное и угрюмое. В этих кадрах встречались и любовь, которая преображалась в ненависть и обратно, и страх, который сменялся храбростью и наоборот, а в самом конце, для закрепляющего эффекта, проскользнула неуверенность. Переодевшись в непоколебимость, неуверенность махнула на прощанье рукой и с звонким ироничным смехом удалилась.

Девушка остановила свой взгляд на одной из макушек деревьев. Рябь исчезла. Проступила слеза счастья, которая была вызвана тонким осознанием увиденного. Та капля соленого счастья, что рождается на свет в моменты гармонии и любви.

Птицу уже практически не было видно. Где-то в вышине стиралась из видимости крохотная точка. Как все внезапно пришедшее, «природный урок эмоционального благополучия», также внезапно улетел в безоблачную даль. Солнце сменило яркую силу, на более мягкий комплимент. Глаза могли теперь успокоиться и дать сигнал в мозг, что можно отдохнуть от впечатлений.

По восторженному лицу шамана стало понятно, что несмотря на то, что он сущность невозмутимая, его нынешняя «одетая» личность находится в экстазе от природного спектакля. Его глаза блестели, выражая пелену слезливости. Брови покоились в контуре птичьего косяка. Губы, сложенные в трубочку, постоянно качались из стороны в сторону. Щеки, то надувались, как меха, раздувающие пламя страсти, то испускали дух прошлого и пережитого.

– Мне очень приятно понаблюдать за детским восторгом человека, чья мудрость опережает его жизненный шаг. – Прокомментировала Мария, не дожидаясь финала пантомимы непосредственности. – Теперь я могу с точностью сказать, что все в этом, и других мирах непостоянно и относительно. Где есть величие, там существует и простота. В чем или ком заложена воля, там же обитает и покой. Я счастлива знать, что во мне присутствует неуверенность, которая позволяет обратить внимание на слабые стороны изнутри, для преобразования их в непоколебимую устремленность!

Ваби-манидо повернулся к Марии и рассмеялся. Со стороны смотрелось, будто он ждал этой кульминации. Он начал, как ребенок бегать из стороны в сторону и махать руками, изображая птицу. Своими шутовскими действиями он показывал пустоту всего великого и важного.

– Укрепление духа и невозмутимое чувство бесстрашия преображают настроение, из состояния – рассеянность, в состояние – концентрация. – Остановившись, произнес шаман. – Это осознанное видение своей цели – непоколебимо. Вокруг много картин – шаблонов, целое множество мнений, правд и истин, но Ваша только одна, которая охватывает все остальные сразу. Понимаете, всю абсурдность бытия?

Шаман веселился, как нельзя прежде.

– Жизнь прекрасна, с какого угла не посмотри. ВСЕ ОТНОСИТЕЛЬНО – Прокричал Ваби, слова раскатились эхом по всем джунглям. – Только свободные от всего люди имеют право быть счастливыми. Только знающие все, и не обращающие на это внимание люди способны быть долгожителями. Я иду, пока меня не затрагивает печаль на то, что я иду. Я здоров, пока не впитываю информацию, что могу заболеть. Я живу, пока не сомневаюсь, что необходимо жить. И так во всем! Вы это прочувствуете, познаете. Придет время, Вы будете достойны обрести силы осознать все это. И это возможно в любом случае, так как Вы изначально набор любых качеств, чувств и степеней мышления. Все зависит от цели, которую Вы поставили, и под каким углом Вы на нее смотрите.

– Вы мой вдохновитель! – Прокричала радостно Мария. Она не задавалась вопросом, почему ей сейчас так хорошо, она понимала, что нужно наслаждаться этим моментом.

– Чтобы создать прекрасное новое. – Продолжил шаман, как бы завершая свою радостную мысль. – Необходимо разрушить затвердевшее старое! Если жизнь обременительна, здоровье улетучивается сквозь пальцы, значит человек просто обязан развеять устоявшиеся нормы, забыть навязанные программы. И с чистого листа может заново писать свое счастье, любовь, здоровье и душевное равновесие!

Только помните Мария: всё возвращается на круги своя, если писать сначала, забывая свою историю!

Словно по команде, два взрослых человека начали носиться по лесу, выкрикивая радостные возгласы. Они не были похожи на слова, скорее на несвязанный восторг. В этих движениях не было смысла и логики, они являлись спонтанными и свободными.

Затем шаман, как самая быстрая рысь устремился вперед. Его бег был наполнен силой и энергией. Мария не отставала. По неизвестным для нее причинам, она не только справлялась с темпом, но и могла опережать его. И вот уже девушка вырвалась вперед. Тело полностью синхронизировалось с разумом и душой. Эта «ракета» восторга и счастья летела, не зная преград и трудностей.

Внезапно Мария остановилась, будто предчувствие шепнуло на ушко об этой остановке. Девушка ахнула от удивления. Перед ней образовалась огромная поляна красочных цветов, разнообразных растений, необычайной и сочной зелени. И все это великолепие жило прямо здесь, посреди густых джунглей.

Мария обернулась, позади стоял шаман. Он ласково улыбнулся, подмигнул, и распростер объятия к поляне со «всеми цветами мира». Этот жест разъяснял девушке, что все это ее, как и его, как и всех людей во вселенной.

В ее глазах нарисовался мир, тот, что давно ожидал ее вдохновения!


РАЗОЧАРОВАНИЕ.


Время исчезло. И это были не мысли Марии, а устойчивое приятие этого состояния. Все скрывалось за дымкой вечного, не показывая даже и намека, на хотя бы виртуальную минутную стрелку. Все вроде существовало, а возможно и являлось сном. Так во всяком случае представлялось всем существом девушки.

Мария не знала, сколько времени прошло, пока она здесь прибывала.

Разные поручения шамана, выбили ее обычный ритм жизни из привычных состояний. Вся схема его просьб, а порой и приказаний были рассчитаны с каким-то необъяснимым и нечитаемым порядком действий. Этот хаос и вносил непомерную лепту в отсутствие времени. Шаман не придумывал специально подобный расклад своего учения, он просто-напросто видел эту структуру иным зрением. Все его чувства находились на определенном расстоянии. Он по одному вынимал их из своих запасов, направляя точно в цель. А мишенью было – сознание девушки. Его укрепившиеся границы потихоньку размывались, отодвигая якорь дальше и шире. – Реальный мир становился нечто нереальным. И эта потусторонняя сказка не пугала Марию, наоборот – укрепляла психику, готовя ее к очередному расширению границ восприятия.

Днем, как обычно, Ваби-Манидо занимался ерундой. И несмотря на то, что Мария подсознательно понимала правильность поручений, которые ей давал шаман, хотя они и имели беспорядочный смысл, – она же все-таки чувствовала улучшения в своем эмоциональном фоне, девушке до сих пор был не ясен тот уклад жизни, который вел Ваби-Манидо. Он спал, мечтал, медитировал и возился с теми вещами, которые внезапно попадались ему в руки. Она никак не могла его понять. Даже не пыталась наложить свое воздушное состояние от занятий бессмыслицей, на уравновешенное отрешение шамана, от проделывания того же самого!

– Вам наверно интересно, почему я веду подобный образ жизни? – Однажды задал вопрос шаман. – Одна Ваша часть – разум, понимает, что мы страдаем ерундой, а другая – дух, стремится это выполнять, так как Вы испытываете некую эйфорию, находясь здесь! И больше здесь нечего добавить!

– Я ничего не понимаю! – Огорошено ответила Мария. – Нет, я конечно же чувствую изменение внутри. И скорее всего, где-то там, далеко в глубине сердца принимаю Вашу методику обучения. Возможно даже принимаю мысль, что Вы даете все эти поручения с определенным алгоритмом. И это и продвигает меня в своем пути.

Шаман взглянул хитро на девушку, а потом истерически засмеялся, да так, что Мария почувствовала сильный ком в горле от неловкого состояния.

– Нет здесь никаких алгоритмов. – Просмеявшись, прокомментировал Ваби-Манидо.

Девушка замерла от неожиданности.

– Наверное он немного сумасшедший, – проскользнуло в голове у Марии.

– Да нет, – прозвучал еще более сильный голос в ее голове. Он раздался сильным эхом и немного напугал девушку.

Шаман понял ее состояние и срочно решил вмешаться.

– Не пугайтесь моя хорошая! – Откликнулся он с доброй улыбкой. – Это в Вас говорит противоречие. Вы сопротивляетесь сама себе. Разум разваливается на части. Его сейчас заботят многие вещи: правильно ли Вы поступаете, – следуете словам мудреца или же шутника – балагура, почему такие размножения творятся в ощущениях, и куда исчезает время и привычный мир.

– Мне вообще кажется, что я попала в замкнутый круг своих ощущений. – Прошептала Мария.

– Конечно! – Скалясь, произнес шаман.

Вопросительная гримаса на лице девушки так забавляла Ваби-Манидо, что он не мог отказать себе в удовольствии снова рассмеяться.

– Мария, прекратите воспринимать все буквально! – Успокоив свой смех, продолжил шаман. – Вы опять забыли про внутреннюю тишину. – Мысли… Мысли… Мысли… Вам не надоело? Эти чертовки цепляют вас за Ваши эмоции, а те за мысли и крутят Вас по кругу. От этого и складывается впечатление замкнутого пространства.

Шаман задумался.

– Вы должны знать наверняка! – Продолжил он. – Все есть – замкнутое пространство. У всего есть своя оболочка. У любой энергии!!! А жизнь – это переход из одного круга, в другой! – Движение. И не думайте, что это движение направлено только на увеличение, – на расширение! В любой миг можно осознавать глобально, а можно лишь то, что тихо звенит, не имея значения.

Мария улыбнулась. Эти слова успокоили ее.

– И мы не раз будем возвращаться к этим кругам. – Улыбнулся в ответ шаман. – Это очередной Ваш шаг, в Вашем пути. Так же, как Вы научились понимать языки, свободно общаясь со всеми, кто Вам встречается, не имея практики обучения. Вначале Вы так же были ошарашены этими подсознательными и таинственными знаниями, как и в этом случае замкнутости всего. Но со временем Вы приняли это, как должное, продвигаясь в своем обучении. И поверьте, эти круги, Вы пройдете незаметно, но, когда придет время. А пока наслаждайтесь этим знанием. Впитывайте, наблюдайте. И когда Вы сможете их познать, Вы спокойно сможете передвигаться в нужном для вас направлении, минуя любые замкнутые пространства.

Они оба рассмеялись. Шаман от того, что купался в наслаждении смысла: всё правда и все ложь. А Мария от того, что ей стало легко от таких простых объяснений. Именно простых! Она их чувствовала, и не пыталась понять, по совету шамана. И внутренняя тишина, и наблюдения помогли пройти этот барьер непонимания очень воздушно.

– Давайте лучше пройдемся. – Указав вдаль рукой, сказал Ваби-Манидо.

Мария обрадовалась! Каждая прогулка вне хижины и абстрактного дворика, всегда сулили, хоть и небольшие, но очень глубинные путешествия. Она тут же бросила камушки, которыми выкладывала непонятные, но «теплые» названия на языке солнца. – Так ей поведал шаман, написав их палкой на земле. Но так и не дав обозначения.

Девушка мимолетно забыла про эти иероглифы, хотя некоторое время назад сгрызала свой ум в догадках, касаемо их смысла, и вприпрыжку побежала за Ваби-Манидо, который странным образом опережал ее медленным шагом, метров на двадцать.

Они шли достаточно долго, чтобы Мария успела устать. Девушка не заметила дороги. Она не летала в мыслях, ее переполняла радость, милая и родная, далекая и совсем близкая. Мария и не пыталась понять, откуда такое состояние душевного подъема, она просто-напросто наслаждалась им. И усталое состояние пришло лишь со словами шамана:

– Здесь будет наша остановка!

Мария, не думая, присела на пушистую траву. Зеленый коврик переплетался с разноцветными цветочками, которые ели-еле виднелись. Их благоухание заполняло все обоняние неведомой сказкой. Сладкий привкус сочетался с колющими оттенками острого, и в тоже время нежного. Девушка выбрала специальное место на этом цветнике, чтобы присесть только на травяное покрытие, не задевая цветов. Так она смогла не только вдыхать их аромат, но и любоваться ими.

По бокам росли сухие с виду, но совершенно живые на деле кустарники. Они кружились по направлению ветра. А тот сегодня исполнял необычные круговые порывы. Кустарники слегка потрескивали своей сухостью. И только в момент их звучания, Мария увидела, что они покрыты крошечными зелеными листиками, похожими на бутоны роз, в уменьшенном виде.

Зрение девушки сфокусировалось на этих необычных листочках. Она приобрела точное и увеличенное видение. Сочные зеленые бутончики начали раскрываться под взором Марии. Складывалось впечатление, что они приветствуют девушку. Каждый отдельный лепесток бутона двигался упорядоченно, но в этих движениях не было ничего механического, это был порядок отдельных действий с живой организацией, словно каждый листочек обладает своим сознанием. И оно было полностью идентично человеческому.

Мария не шевелилась. Все ее тело окаменело, не имея признаков жизни. Далеко в уголках разума она осязала наполненность своего тела твердым составом. Этот наполнитель был тверд, как камень и прочен, как металл. Единственное, что еще теплело жизнь, это была ее голова, но и она начала заполняться отвердителем.

Несколько секунд… И внутреннее ощущение перестало существовать. Мария растворилась в окружении. Тело совершенно исчезло. Рядом стоящие кусты, уже были похожи на огромные деревья, но только иноземного происхождения. Невероятно громоздкие гиганты издавали сильный звук, только уже не треск, а невыносимый грохот. Теперь их сухость раскрывалась иначе, – когда-то сухие лохмотья, стали похожи на огромные крылья хищной птицы. Они вздымались на ветру, зависали, а затем опускались в исходное положение. И в этом действии не было пауз. Крылья не смотрелись, как искусственный атрибут стволов, помимо вращений на ветру, их биологические крепления издавали живой шум, словно вращается чье-то тело. Они явно были живыми, как сами по себе, так и вместе со стволами деревьев, некогда кустов.

Это так увлекало видение девушки, что она не замечала ничего вокруг. Но затем некая сила отвлекла ее от этого великолепия. Она заметила, что когда стволы расходятся друг от друга, то за ними открывается не менее волшебная картина. – Тот мир, который она привыкла видеть, но только в измененном состоянии. Все было необычайно великим и могучим. Размеры превышали все мыслимые и немыслимые соотношения. Трава являлась лесом, деревья превратились в длинные и грандиозные скалы, а небо растворилось само в себе и объяло все вокруг. Солнца не было видно. Но оно ощущалось всеми существующими чувствами. Свет вплелся в окружающее небо, в деревья, траву, растения – он был во всем.

Девушка не знала, где находится ее тело, предчувствуя только себя, как источник видения. Но она отчетливо осознавала, что свет выполняет очертания границ ее конечностей, торса, головы… Она и была солнцем! Ярило исходило из нее, дополняя собой все окружение, затем снова входило, и так постоянно и непрерывно. Свет был в ней, снаружи, – она была светом!

Приняв это состояние всеми имеющимися внутренними и внешними ощущениями, видение переключилось на зеленые бутоны. Раньше они были похожи на многочисленные маленькие лепесточки со своей отдельной жизнью в каждом. А теперь являлись целым отдельным миров из зеленого соцветия счастья. Каждый лист, теперь, выполнял роль необъятного занавеса для внутри находящегося. Многослойность этой жизни поражала. Все включало в себя индивидуальность, и в тот же миг общность. Эти занавесы рассказывали о своей истории, потом закрывались, раскрывая историю жизни следующего на очереди. И так до самой непроницаемой глубины. Еще лист-занавес, еще лист-занавес более темный, еще лист темнее, еще… И когда показался последний – невероятно черный, не успев он рассказать свою историю, как его закрытие открыло новый, только уже светло зеленый, сочный на оттенки занавес. – Это оказался самый первый лист!

Мария испытала сильнейшее разочарование – игра занавесов была замкнутой, словно находилась в своем отдельном вакууме. Девушка не могла понять, – разочарование пришло из-за вездесущего бесконечного закругления, или же из-за неясности: листы-занавесы – это отдельный мир, или же все-таки, это единое со всем…

Прошло бессчетное количество времени. Представление гигантских листов продолжалось, не давая даже повода на конец действия. Сильнейшее разочарование невероятно глубоко засело в видении Марии. Все, что она теперь могла наблюдать, так это круги. Они сочетали в себе зеленые переливы, скорее всего от листов, вперемешку с коричнево-седыми оттенками, что похоже было на лики кустов и окружающего мира.

Круг за кругом… Круг за кругом…

И вот уже само видение растворилось в гигантской спирали. Мешанина являлась отдельными лохмотьями цветов, хотя вся эта белиберда вращалась в одной гипнотической массе.

Вдруг все исчезло. Мрак. Невероятно черный, но не похожий на цвет ночи, а скорее на отвратительный сковывающий отголосок адского угля. Затем и различия оттенков пропали. Все вокруг, внутри, везде превратилось в однородное разочарование!

Возможно, прошла вечность… Так и не успев начаться! Разочарованию надоело находится в самом себе. Не было возможности получить хоть какой-то проблеск иного чувства. И оно растворилось в безразличии. Тишина…

Ничто осталось само с собой наедине. Но это продолжалось совсем недолго. На сцену общей картины вернулось разочарование, оно протянуло свои невидимые ручки к интересу. Тот позвал с собой восторг. Они вместе разлились радостью, смешавшись в один энергетический сгусток.

Взрыв…

Слабая искорка осталась после взрыва. Она явно могла себя осознавать. Затем пришла память, что этот малюсенький огонек является видением. Вслед за этим пришло понимание, что это видение девушки! Мария прочувствовала себя внутри себя самой же. Она знала, что вокруг ее проекция, кадры из ее мыслей.

Как только она это осознала, впереди появилась та самая гипнотическая спираль, только на этот раз она вращалась, наоборот, передавая весь спектр цветовой палитры, который только мог существовать. Это зрелище приковывало и восторженно радовало. Затем цвета растворились в свете. Он не имел оттенков знакомых человеческому глазу. Свет прозрачно растворялся во всем, что отделялось от него, повторяя эти энергетические игрища снова и снова. И когда его игра великолепия подошла к пиковому состоянию, внезапно появились очертания огромных листов-занавесов, растущих из гигантских стволов, на которых огромными опахалами двигались крылья.

Видение стало чувствовать себя увереннее. Становилось понятно – все возвращается в первозданный вид! К нему начали прибавляться впечатления наполненности, – структура тела девушки возвращалась отчетливым образом. Потом этот образ окаменел, заполнился мощью, которая создавалась из энергии и знакомой плоти, только еще пока прочной, как сталь. Это состояние поднимало на невероятно тонкий уровень все знакомые чувства. Только сейчас они являлись вполне реальными существами, со своей историей и местом жительства на просторах необъятной вселенной. Когда вновь перерожденная Мария, вернее тот окаменелый стан, что дополнялся видением, начала испытывать восторг от увиденного, тело начало шевелиться и демонстрировать отличную нейронную связь. Только эта магистраль имела две остановки: видение и отдельные части тела, слитые воедино. Привычного мозга не было!

А за кадрами внутренних трансформаций огромные фигуры кустарников преобразовались в привычные кусты. В их истинном размере для человека. Вначале из виду исчезли отшелушенные кусочки стволов, ранее являющиеся крыльями огромных размеров. А за ними и зеленые листики, бывшие листы-занавесы, облачились в малюсенькие точечки.

И вот, когда эти самые зелененькие точечки, с которых началось все измененное видение, исчезли с поверхности кустарников, Мария почувствовала свой привычный образ. Эти очертания переросли в ощущения полноценности. – Тело приняло первозданный вид, со всеми двигательными и жизнеспособными функциями материального мира.

Она заморгала глазами. Повернула голову и улыбнулась. Рядом стоял шаман. Он глядел вдаль, передавая всем своим видом радость, невероятно глубокую и спокойную!

– Как Вы себя чувствуете, дитя земли? – Спросил Ваби-Манидо, поворачиваясь медленно к Марии.

– Я ощущаю себя живой! – Грациозно тонко, хлопая ресничками, ответила девушка. – Я познала разочарование! Но не как обычно, совершенно по-иному! Теперь я его чувствую в себе. До сих пор эта эмоция была мне чужда, но она всегда являлась частью меня. И я постоянно трансформировалась в одно сплошное разочарование, когда этого хотела. Но почему-то потом убегала от него, будто оно само навязалось ко мне в гости.

– Как правильно подмечено! – Восторженно воскликнул шаман.

Они оба рассмеялись, катаясь, как дети по земле.

Возможно, в привычном мире Марии, их приняли бы за сумасшедших, которые впали в неоправданное детство. Но здесь и сейчас, им было все равно, кто и что подумает. Девушке выпала редкая и ценная возможность обрести себя такой, какой она являлась на самом деле. Без запретов и самонадеянных правил.

Резвились они долго, пока не наступили сумерки. Необычное состояние повышенной концентрации сказки, в которой прибывала Мария, добавляла шарма их забавным пляскам и дурачествам. Время не существовало вообще. Оно исчезло туда, где его придумали, расчерчивая человеческую жизнь на шкалу обязанностей.

Вечер укоренял внутренние ощущения. Золотые блики на небе не являлись чем-то знакомым, вроде звезд или падающих небесных тел. Напротив, они то напоминали отблески елочной мишуры, исходящие от светящихся гирлянд, то выполняли роль далеких огоньков живого ночного города с высоты птичьего полета. А местами это волшебство исполняло танец дискотечного зеркального шара.

Странные, но нежные голоса неведомых птиц рассыпались повсюду, искореняя любое проявление тишины. Более басовые раздавались эхом от больших деревьев. Средние ударялись о листву и передавали свое настроение по всем джунглям. А совсем низкие щебетания накрывали все пространство, срываясь многочисленным сопрано на землю, и там уже разбавляли собой все остальные отголоски звуков.

Ветер был очень спокойным. Он будто отсутствовал, напоминая о себе лишь изредка теплыми объятиями. Эти обнимашки принимали все жители леса, а люди наслаждались присутствием еще кого-то, кроме их самих. К тому же ветерок помогал передавать весь трепет ароматов цветов, которые уже готовились ко сну, издавая последнее вежливое благоухание.

Привычный треск насекомых исчез еще днем, когда шаман позвал Марию прогуляться. Жизнь микроорганизмов словно замерла. Но сейчас, с приходом вечера, она возобновилась, только уже в унисон птичьим ладам. Это была сладкая песня, доносящаяся то из кустов, то из-под земли.

Как и все остальное, крики животных также были необычными. Не звучали привычные перемешанные дикие возгласы. Они редкой вставкой оповещали о себе лишь в те моменты, когда наступала мимолетная пауза в песнях птиц и насекомых. Как бы имея партитуру общего лесного оркестра. Со стороны звучало грандиозно великолепно, заставляя погружаться в это ликование голосов любви, смешивая себя в общий ритм.

– Здесь и останемся на ночлег. – Внезапно сказал шаман.

Мария не противилась, как обычно. Ее не волновало отсутствие лежаков, пищи и даже воды.

Пока она наслаждалась сумерками, Ваби-Манидо грациозными и точными движениями соорудил что-то вроде шалаша. Только это было хлипкое подобие из нескольких веток и больших листьев. Его задача заключалась не в укрытии от чего, или кого-либо, а в определении границ сна для девушки. Он прекрасно понимал, что ее сказочное настроение могло легко закончиться с наступлением тревожного сна под открытым небом джунглей. Конечно, это могло бы стать очередным уроком, связанным с самопознанием, но ему больше не хотелось испытывать, пока, Марию, испытавшую такой глубинный урок с разочарованием, который перерос в очарование.

Затем вдруг из ниоткуда загорелся небольшой костер. Он галантно потрескивал, в уже тихом лесу. Мария только сейчас, на фоне их пристанища, заметила, что джунгли впали в спячку. В прямом смысле! И весь виртуозный оркестр, который недавно убаюкивал слух, исчез. Все замерло в темной дымке забытья.

– Сегодня волшебный день и вечер. – Как бы в состоянии заснуть, прошептал шаман. – И он является таковым, только благодаря Вам! Именно Вы сами прошли весь путь познания своего очередного чувства. Сами его прожили, подружившись с ним. Вы, Мария нашли в себе знания отпустить его, но ненадолго и недалеко. Ведь оно Ваше, и всегда таковым являлось. Удручающее состояние от замкнутости исчезло. Я говорил не раз, – мы еще к нему вернемся в бесконечном соотношении. Все, по сути, возвращается на круги своя. Но главное ни это, а то, что вы без каких-либо потуг ума совершили чудо. Вы отмахнулись от мысли, от страха, от того, что вас увлекало за собой. И смогли, приняв в себе саму себя, пошли дальше. И разочарование Вам в этом помогло. – Во внутреннем спектакле, который исходил из Вашего видения, разочарование устало само от себя и исчезло, уступив место другим чувствам!

Во всем есть движение, а куда оно направлено: по кругу или прямо, а может назад, решать только Вам. И конечно же сама мысль о том, что мысли, как и чувства утаскивают за собой вглубь, не отпуская… – Исходит только от Вас самой!

Шаман уснул так быстро, что Мария даже не успела обдумать его слова. Да она и не собиралась этого делать. Какое-то потаенное осознание пришло к ней, что иногда лучше не думать. И все будет осуществляться также, как отдельный шаг каждой ноги!

Все вокруг погрузилось в кромешною темноту. И звезды, которые недавно игрались переливами, словно дискотечный зеркальный шар, пропали из виду. В черном небе виднелась только одна точка. Возможно, это была самая яркая звезда, а возможно воображение Марии дополнило мрак маленьким штрихом от света. Но только эта точечка имела живую структуру. Она двигалась, будто приближаясь в фокусе девушки. Все, больше и больше становясь в размерах, пока все в глазах Марии не раздалось светом.

Она уснула…


УНЫНИЕ.


Сон, в который погрузилась Мария, был невероятно чутким. Обычно после посещения простор повышенного осознания, она проваливалась в черные глухие дыры, засыпая намертво, до утра. Но здесь был иной случай. Она спала, при этом чувствовала все вокруг на расстоянии метров пятидесяти. Даже мягкие посапывания шамана звучали определенным темпом, который девушка легко узнавала и считывала. Каждая клетка ее организма находились в содружестве с процессом сна. Она видела сквозь веки, слышала, не придавая этому значения, и спокойно могла вдыхать ароматы ночи.

Вначале все предстало в негативном состоянии. Более светлые участки потемнели, а темные начали излучать свет. – Получилась некая перевернутая картина мира. Это выглядело, как забавно, так и немного устрашающе! Но это видение вскоре сменилось на цветную палитру нового загадочного мира. На привычные пейзажи джунглей – некого трафарета, наложились более яркие и праздные ляпы. Причем они не только очерчивали знакомые силуэты, но и придавали им более новые и неожиданные формы. Обычная геометрия знакомого измерения начала потихоньку видоизменяться. Общее очертание джунглей превратилось в обновленную, и скорее всего, пока не познанную живую структуру. Не было точных линий и фигур, все расплывалось и собиралось в кучу до невероятного очень быстро. И одновременно в этой стремительной скорости чувствовалась степенность и осмысление, что в свою очередь запутывало восприятие девушки.

– Не думай! – Прозвучал еле слышный голос.

Мария поймала себя на мысли, что кроме этой самой мысли, что сама себя поймала… Она больше ни о чем не думает. Это настолько облегчило ее восприятие, что она почувствовала себя безумно легкой, легче самой легкой пушинки.

– Отпусти себя прежнюю! – Более отчетливо прозвучало со всех сторон.

После этих слов, девушка вообще перестала ощущать какой-либо вес своего тела. Оно все еще принадлежало ей, находилось в ней и снаружи, но оно не поддавалось земным исчислениям и ощущениям.

– Ты здесь своя, как и в привычном мире! – Голос уже являлся частью ее, не исходя ниоткуда.

Мария растворилась в этих словах. Они ласкали все имеющееся состояние.

На секунду мысль пришла! Но она передавала только один смысл: это не просто иной мир, – это сновидение!

Девушка была поражена. Такой четкости видения она никогда не испытывала. Даже в реальной жизни! Что дало пищу для размышления: «А какой из миров вообще реален?»

Внезапно ее внимание стало притягивать некая сила, необузданная, но очень знакомая. Девушка подчинилась ей, и повернула голову. Рядом сидел Ваби-Манидо. Именно он, как магнит притягивал все нутро Марии. Шаман улыбнулся. Он не открывал рта, но от него исходил приятный и мелодичный голос. Вначале это были непонятные ласковые напевы. А потом вибрация звуков настроилась на чистоту, понятную человеческому уху. Во всяком случае, так воспринимала Мария.

– Успокойся! – Сказал, словно отголоском металлического звука, шаман.

– Но я совершенно Уравновешена. – С трудом и коверкая звуки, ответила девушка.

– Я не говорю про беспокойство или страх. – Коряво продолжил Ваби-Манидо. – Поймай внутреннюю тишину. Обрети безмолвную вечность внутри себя. Успокой все мысли и возьми верх над всеми эмоциями. Познай, что они являются чувствами. И ты сможешь усмирить даже любовь!

Мария не могла понять, как это осуществить разумно, но где-то в глубине своего подсознания она смогла отпустить эту ситуацию. Вслед за этим пришла непроглядная тишина. Которую девушка еще прежде не «слышала». Не было звона, шороха, энергетических отголосков. Вокруг и внутри образовался вакуум. Самый настоящий вселенский звуковой вакуум.

– Хорошо, что я еще не в полном вакууме пребываю, как было в прошлый раз, когда проходили мои первые уроки в обществе шамана. – Подумала про себя Мария.

Как только эта мысль прозвучала, Мария смогла ее увидеть. – Приближение, обмен энергетическими вспышками с ее умом, и погружение в сознание, – нематериальную, но ощущаемую субстанцию внутри самой Марии, а не как описывали многие писании, что сознание витает над головой земного тела.

– Мысль пришла ниоткуда, – говорил ее внутренний голос. – Но если так, то значит она исходила из меня!

Искорка отчетливого света взорвалась вокруг девушки. Затем этот свет приобрел явную и ослепительную структуру, которая обволакивала все тело Марии. Это вспышка осознания даровала ей четкое знание. Оно касалось ее дум. – Откуда они исходили и куда пропадали, так же, как и все, что входило и исходило из ее существа.

Свет рассеялся также молниеносно, как и обрел себя. Тут же вернулась та самая мысль, вещавшая про вакуум. Она будто приняла вид органического существа с непонятной формой. В ее очертаниях появилась голова, это стало понятно по двум впадинам вместо глаз, и большого рваного отверстия в том месте, где разумно находится рот или пасть. Впадины из мрачного черного цвета преобразовались в серовато-белесый оттенок, с необычайно добрыми формами. Посередине вспыхнули две яркие точки, что-то вроде зрачков. Они мило уставились на девушку. Отверстие в виде пасти трансформировалось в милую улыбку, закрепляя за собой статус «человеческого» рта. Даже небольшие рваные клочья по краям завернулись в трубочки, наподобие губ. Эта картина, как умиляла и забавляла Марию, так и слегка устрашала. И источником испуга было осознание того, что мысль приобрела образ, причем на вид структурный и отчетливо воспринимаемый.

По какому-то волшебству, все чувства, все ощущения пропали, когда мысль протянула девушке вновь образовавшуюся руку. Нет, это конечно смотрелось безумно странно, но внутреннее спокойствие наступило само собой, не разделяя ни одну из частичек Марии. Словно она сама себе протянула руку!

Как только девушка ответила тем же навстречу, она потеряла под ногами твердь. Ощущение было полета, хотя они еще находились на том самом месте, где Мария вошла в сновидение. И вдруг внутри ее самой образовалась некая черная дыра, которая начала всасывать в себя ее и мысль. Мария начала путаться, – дыра их всасывала, или же все-таки мысль тянула за собой. Еще мгновение и вогнутым направлением Мария исчезла сама в себе…

Глухое и ватное ощущение. Но скорее похожее больше на телесное. По отношению к разуму наоборот, – проявилась фантастическая ясность ума. Мысль в виде сущности растворилась. Да и другие мысли не посещали, они словно учтиво стояли в стороне и ждали, когда настанет их черед – когда их позовут.

– Такая пронзительная четкость! – осознала Мария.

– Да! – ответило, что-то более глубокое, чем ее осознание.

– Значит это некий сон во сне? – Продолжался бессловесный, но возвышенно интуитивный диалог внутри сознания девушки, где присутствовала еще более мощная сила.

– Конечно. Все есть в чем-то и наоборот. Ведь внимание должно быть куда-то направленно. Если видение упрется в Ничто, то оно либо станет этим Ничем, либо заскучав, направит свой взор дальше… Хоть по кругу, хоть по бесконечности, хоть по прямой – интерпретируй, как пожелаешь.

Расширение твоих возможностей: тела, разума, сознания – всего-навсего укрепление видения, восприятия в определенной точке.

Подумай сама, но не разумом, а границей восприятия между двумя мирами, на которой ты сейчас находишься, – Почему есть восстановление, сон, очищение?

К Марии тут же пришел ответ:

– Наше восприятие не может вечно находиться в одном и том же состоянии. – Прозвучала осознанная искра понимания внутри Марии, в отражении еще чего-то или кого-то. – Иначе это состояние растворится в бесконечности, обретая положение – Ничто! И это касается не микрочастиц или глобальных немыслимых объемов, это и есть осознание Всего или Ничего.

– Правильно! – Прозвучал ответ, уже неизвестно откуда и от кого. Он звучал одновременно с безмолвием, не выходя и не входя…

Вакуум… Но еще более глубокий…

Мария осознала, что провалилась еще в более глубинный сон, и это может продолжаться бесконечно, пока она не вернется в ту точку, где сейчас, пока еще, находится психика и внимание ее реального мира. Но для этого ей нужно было получить ответы, из-за которых она сюда попала. – Всем своим существом она знала, что здесь находится область более глубоких знаний, чем в ее понимании.

Ответ не стал долго сопротивляться и тут же пришел в виде схем, писаний и четкого осознания. Это дало Марии новое знание – В состоянии повышенного осознания, намерение более продуктивное и мгновенное, в сравнении с привычным – с трехмерным:

– Я вижу замкнутость нашего мира. – прозвучал ответ. – Круг – символ бесконечности, выжатый, как тряпка в основное обозначение бесконечности. Число «Пи» – 3.14, как «отношение длины окружности и диаметра», этой самой бесконечности. Диаметр земли в 12, 742 – 12 месяцев в году. 12 истинных нот, с известными 7. 7 дней в неделю. 24 часа в сутки. 40 дней церковного поста и 40 дней после смерти.

Вся эта мешанина чисел пришла хаотично, с непонятными графиками и определениями, но Мария ясно знала все эти обозначения, и не в привычном понимании, а насквозь, между значений она видела истину, которая исходила из вопроса, – зачем нужны восстановление, сон и очищение:

Число «ПИ» вертелось и извивалось во всей красе, показывая свой бесконечный хвост чисел после запятой, объясняя замкнутость нашей вселенной – нашего трехмерного мира. Это отношение – являлось видением! А диаметр – отдыхом, сном и очищением. Вся система, даже система верований и учений, а также науки и, что не странно – музыки, была построена на этих математических «иероглифах»! Все держалось на «ПИ» – трех столпах мира. Отце, Сыне и Святом духе. Трех китах. Трехмерном измерении.

Сон, отдых и очищение были вычислены исходя из этих данных! 24 часа в сутках делились на «ПИ» и получался сон, примерно в 8 часов. 7 дней в неделю давал отдых в двое суток, опять же при участии «ПИ». 12 месяцев в году – от 3 до 4 месяцев для полноценного восстановления школьников и «среднего» человека (отпуска). Средние по продолжительности дни равноденствия в сентябре и марте длятся по 12 часов, из них по четыре часа солнце стоит в зените, в 12.00 дня. Из 12 месяцев – 40 дней поста, примерная величина очищения. И через 40 дней душа находит свое пристанище, после смерти, она полностью очищается от нашего мира! И естественно музыка земли крутится возле этих обозначений. 7 известных нот, с расширением в 12, при 5 тонах и 2 полутонах…

Как только это странное, но очень ясное для Марии знание пришло, она тут же вынырнула из сна, потом из еще одного, еще, закрутившись по спирали. Так бы и продолжалось, пока она не потеряла бы ощущение своего существования, но тайная сила ухватила ее за ту мысль, которая привела сюда девушку. Только сейчас Мария увидела, что эта мысль была чувством. – Уныние проделало с ней все эти фокусы. Именно оно не давало спокойствия для нее в «последнее время». Заставляя снова и снова обращать внимание на замкнутость всего. Она осознала, что эту эмоцию, как и любую мысль, учение или понятие, она должна была познать, – увидеть изнутри, структурно, затем прожить всеми своими существующими рецепторами и отпустить!

– Отпустить! – Прозвучало очень громко, являясь голосом спирали.

– Отпустить! – Повторила душа Марии.

– Отпустить! – Подчинился разум девушки.

Мария очнулась. Рядом сидел шаман и по-доброму улыбался. Она быстро и болезненно ущипнула себя.

– Вы со мной, настоящим! – Произнес отчетливо Ваби-Манидо. – С тем, к кому Вы приехали познавать себя. Ту себя, что всегда являлась, и будет являться собой. А уж, где находится сейчас точка Вашего внимания – восприятия, осознавать только вам! Расширяйтесь, моя дорогая, но не забывайте бросать якорь, или держите при себе клубок с нитью, как в сказках…

Понимаете, о чем я?

Шаман хитро улыбнулся и подмигнул. Но Мария уже не хотела даже думать об этом. Уныние сладкой песней поселилось в ней навечно. – Ее родная и неповторимая эмоция. – Настоящее, цельное и неделимое от нее чувство!

В эту несуществующую секунду девушка была очень счастлива, поэтому за ней даже не последовал ответ. Но странное объединенное чувство, что существовало в унисон с шаманом, заставило Марию обратить на него внимание. Он будто находился с ней на одной волне восприятия.

– Вы встретили в своем сне мысль о бесконечности, которая являлась унынием? – Спросил не настойчиво и отрешенно Ваби-Манидо.

На этот раз, заинтересовав Марию, шаман наплевательски отвернулся. Что и вызвало еще больший интерес к нему. Только она никак не могла понять, почему ее так влекло к нему, в моменты его легкого равнодушия.

– Да, я познала это чувство во сне. – Уже стараясь заинтересовать шамана странной интонацией, ответила девушка. – Но это был сконструированный сон во сне, и еще во множествах снах. Причем Вы там были, но испарились, оставив меня одну наедине со своей мыслью. А потом я провалилась в вакуум – в ничто!

– Вы правильно тогда поняли. – Ответил Ваби-Манидо. – Мы действительно сновидели вместе. Я только слегка Вас проводил. А в момент Вашего полного синтеза с Вашим эмоциональным разумом, я позволил Вам остаться наедине с той бесконечностью, что Вас так беспокоила. И с помощью наблюдения за своим разумом, при многократном погружении вглубь себя, Вы обрели ясное сознание, где нашли все ответы. А сейчас есть некоторые сомнения лишь из-за того, что Вы вернулись в свое привычное состояние.

– Но что это были за фокусы с моим вниманием, только что? – Вдруг спросила Мария.

– Обычный пример того, как можно заинтересовать, привлечь внимание, не навязываясь с упорством. – С тонкой уравновешенностью ответил шаман. – И наглядное дополнение к основе намерения!

– Ну с вниманием я поняла. – Еле слышно, как бы аккуратно, произнесла девушка. – Вы не раз говорили, что каждый человек – это отдельный мир восприятия в общей массе энергии человечества, и чтобы находящийся в себе собеседник принял противоположный мир, нужно всего лишь заинтересовать странным поведением, например, продолжить разговор отвернувшись. – В любом случае, хотя бы одна из личностей в человеке, да ответит. Но я совершенно не поняла, причем тут намерение!

– Вы знаете ответ, он на поверхности! – Улыбаясь, сказал шаман. – Просто, как обычно включили свой системный разум, а он любитель пут. Я разъясню:

Намерение очень тонкая сила. Ей можно управлять в тот момент, когда она не подчиняется управлению. И эта запутанность дарует знание между строк, когда нет мыслей. А порядок здесь такой: мысль, отрешенность, действие, безразличие и затем легкое вспоминание. Что, собственно, я и проделал с Вами. И моей целью было передать Вам информацию в момент, когда Вы в очередной раз тонули в мыслях, чувствах, пусть и приятных для Вас.

– Я почти поняла, но все-таки вы очень загадочный человек, и ваше знание не всегда прямо и точно попадают в цель. – Застенчиво улыбнулась Мария.

– Согласен с Вами! – Но, как только Вы научитесь признавать противоположную сторону, Вы будете реже находиться в тумане понимания…

Они оба засмеялись, находясь на одном уровне настроения и «понимания».

Солнце в это время повисло в зените. Оно словно наблюдало за двумя чудаками, которые обсуждали никому ненужные вещи. Его яркая и самодостаточная окружность находила в себе все струны души в полном объеме. Она отождествляла собой бесконечность и дополненность. А внутреннее содержание гармонировало через свою оболочку со всем принятым внешним миром. Лучики, как разыгравшиеся детки, постоянно скакали по поверхности земли. То забираясь на вершины холмов, то спускаясь в таинственные впадины и изгибы. Но при этом, лучи всегда поглядывали на своего родителя, как бы заискивая в нем ответ о правильности их поведения. Солнце не отвечало, оно только улыбалось в ответ, зная наверняка, что их действия – это его тайные и отчаянные желания!

Игра лучезарных отпрысков настолько завлекала всю поверхность земли, что она решила в ответ подыграть, выпустив на волю своих малышей. Быстрый и теплый ветерок тут же стремительно взмыл вверх, пересекая лучи во всех местах, где только мог достать. Раскатистые сверкающие ветряные спирали кружились с легким упоением. Их смех подхватывали маленькие лужицы на больших листах от утренней росы. Они, как зеркало отражали все это веселье, дополняя его еще большим блеском с переливами. Водичка преломляла свечение и отбивала от себя целую бесконечную гамму цветов.

Деревья и кустарники обожали подобные забавы. Они вытягивали свои листья еще выше, как бы поддаваясь лучам. И согреваясь до температуры испарения, провожали свои лужицы ввысь, в виде разноцветного пара. Эти великолепные виды, сопровождались легким и не слышным для человеческого уха шипением. Оно несло в себе наслаждение и природный экстаз.

Ваби-Манидо разобрал шалаш, сложив аккуратно составляющие этой смешной конструкции, и убрав место для костра. Он был похож на заботливого лесника, уважающего любое проявление жизни и бессмертия. Затем шаман растормошил Марию, которая любовалась солнечными зайчиками и указал на гору, что виднелась вдалеке. Лысый пик оговаривал ее скалистое происхождение, и тот факт, что она была невероятно высокой, хотя сейчас она смотрелась лишь природным малюсеньким треугольником. Причин было несколько: большое расстояние до горы, и сильное возвышение, на котором находились Мария и шаман, причем оно располагалось как раз в аккурат перед глубокой лесной впадиной, аж до самой горы.

Они тронулись не спеша. Ваби-Манидо приглушенно говорил, стараясь позволить девушке не отвлекаться на него, с умыслом – показать красоты здешних мест. Это ему великолепно удавалось. Его голос переливался еле слышно, словно далекая горная, но умеренная речка. Звуки напоминали мелодичное журчание с добавлением неземного пения. Слов не было слышно. На одну секунду Мария подумала, что это некий транс, древние песенные заклинания, или что-то вроде того. И когда она включала привычный разум, негромкие слова все-таки определяли свое очертание. Это тут же отталкивало девушку обратно, на уровень, где слышно было лишь песнь…

Глубинный и приятный напев открыл Марии сладкое знание – она ощущала себя великолепно! С момента первой встречи шамана, она словно выпрыгнула в застенный мир. Если поначалу она переживала о неудобствах в джунглях, то теперь этого просто-напросто не существовало. Даже непролазные чащи густого леса совсем не беспокоили. Складывалось впечатления, что они растворялись в момент их приближения. А точнее сказать – джунгли находились в полной синхронизации с людьми. Они друг друга дополняли, не навязывая свое присутствие. Любая живность появлялась только в тот миг, когда этого хотела их внутренняя игра мыслей, желаний, намерений. А так, все живое выполняло функцию закадровой массовки. Это радовало и не напрягало глаз. А мозг передавал приятную прохладу всему телу от спокойствия и тишины.

– Все – есть продолжение чего-то! – Громогласно подумала девушка. – И, я – это продолжение моего восприятия, как и все вокруг и внутри. По приезду, я очень хочу истолковать свои вспышки новых знаний на листке бумаги. Очень хочу передать мысли, которые не подвластны эмоциям, мысли – КОТОРЫХ НЕ СУЩЕСТВУЕТ!

Это осознание ушло в глубь Марии так же быстро, как и вспыхнуло, – незаметно для ворчливого обыденного эмоционального ума.

Дорога по впадине была очень веселой. Шаман сменил свои мелодичные звуки на привычные для среднего человека шутки. Они были очень остроумными, но в то же время имели легкий характер. При этом Ваби-Манидо постоянно корчил гримасы и извивался в потешных позах. В эти моменты его спокойно можно было спутать с эстрадным артистом, с ошеломительно тонким и отточенным актерским мастерством. Мария не уступала, она быстро влилась в струю задора. И вот уже на одной волне они выкрикивали шутки, иногда подшучивая друг над другом, не обижаясь и не обдумывая слова. Детство вновь пришло к ним вкусными капельками наивного и счастливого добра.

Небо тоже расчувствовалось! Посреди него встретились солнце и луна. Это не похоже было на естественную встречу для этого времени суток, но она состоялась. Ярило приветствовало ярким одеянием, а луна, которая никак не хотела убегать, отражала это сверкающее – Привет! Доброжелательная атмосфера пригнала пару тучек, которые заключили это приветствие воздушно-ватным счастьем.

Путь продолжался…


НЕУДОВЛЕТВОРЕННОСТЬ СОБОЙ.


Ни много ни мало, но дорога оказалась довольно длинной. Нет, Мария ее не замечала, как обременительную продолжительность, и даже не обращала внимание на несоответствие расстояния, которое показалось при первом взгляде с возвышенности, – ощущением «рукой подать». Но прошло двое суток с момента, когда они свернули свой первый лагерь. Дальше было легче. Мария все время в пути чувствовала себя очень легко. Не было лекций про Высшие силы и Вселенские законы. Отсутствовало учение в просветлении. Днем они передвигались с некоторыми перерывами на отдых, постоянно шутя и забавляясь. По вечерам устраивали привал на ночлег, рассказывая интересные походные истории. А ночи являлись тишиной! Спокойной и глубокой. Не было сновидений, назойливых видений. Разум Марии отдыхал!

Когда гора была уже совсем близко, шаман вскинул руку вверх, и они синхронно остановились.

– Мы в гостях! – С почтением произнес Ваби-Манидо. – Следует поприветствовать хозяев здешних лесов.

Мария сильно удивилась. Вокруг не было ни души. Все, что она видела, так это густой непроглядный лес, который смотрелся, как борода у основания шеи горы.

– Я здесь никого не вижу. – Запротестовала девушка.

– А Вы не всматривайтесь, а спокойно доверьтесь своему видению.

Как только шаман произнес эти слова, невероятно бесшумное внутреннее состояние посетило Марию. Ее тело настолько расслабилось, что ноги едва стояли на земле. Руки потеряли телесные ощущения. И только голова, словно налилась невероятной силой. Глаза загорелись яркими искрами, устремившись в глубь чащи.

Что-то невероятное стало твориться вокруг. Ветки деревьев раздвигались волновыми движениями. Кусты пригибались к земле, принимая позу поклона молящего. Воздух казался заряженным, выстреливая постоянно необычайным звуком. Будто деревья лопались пополам. Все это действо завораживало, нисколько не пугая.

Когда «кулисное» представление закончилось, все вокруг стало на свои места. Словно и не было раздвижений, тресков, прогибов, – Джунгли оставались на месте. Но вот, странной конструкции строения, появившиеся между деревьев, озадачили Марию с такой силой, что она не могла издать ни звука. Хотя сложившиеся вопросы, просто кричали в разуме девушки. Она повернула голову к шаману и вопросительно заводила глазами.

– Не удивляйтесь. – Спокойно ответил Ваби-Манидо. – Не все можно разглядеть глазами обычного человека. Вы ни раз встречали выражение: «Не найти иного мира, ища в своем привычном мире»! Ну или другими словами, с тем же смыслом. Именно поэтому на земле столько неудачных охотников за потусторонним. Они смотрят не теми глазами. А как известно – все есть здесь и сейчас. Главное, как смотришь, и во что веришь!

Помните! – действовать осознанно, значит действовать хладнокровно к самому себе! Без проявления жалости и важности, к себе! Не взирая на эмоции, руководствуясь твердым намерением. Только в этом случае приходит истинное видение. – Восприятие переходит на тот уровень, где сфокусирована твоя точка осознания. Все очень взаимосвязано! Но при этом имеет множество противоречий! Как я уже говорил, намерение управляется нами, в момент, когда мы не управляем им. А иначе, это будет похоже на банальное желание, которое выполняется лишь алгоритмом мозга. Надеюсь, ты разберешься во всей этой каше для обычного восприятия среднего человека.

Мария утонула в разъяснениях шамана. Она совсем позабыла про хижины посреди леса. Про гору. И про то беззаботное настроение, которое сопровождало их всю дорогу. Девушка погрузилась в перемешанные чувственные мысли, источник которых, пожелал остаться в неведении.

– Да, Мария! – Воскликнул шаман. – Это Вам не безмолвная тишина! А для счастье человеку, лишь она и нужна. – Просто быть веселым, беззаботным и открытым к всеобъемлющей любви! Но нет! – Люди постоянно ищут ответы, на глупые вопросы. Они всегда в поисках истин, учителей и Богов… Для чего?

Девушка пропустила эту часть реплики шамана. Она, как всегда, погрузилась в мысли, что исходили от других мыслей, а те в свою очередь вытекали из других…

Пока она пребывала в раздумьях, вокруг них появились люди. Они, как туман, встали плотной стеной, в тоже время находясь повсюду. И очутились они здесь неожиданно, и будто ниоткуда. Их одеяние не было похоже на предыдущих племенных жителей. Эти одеты были в разнобой, кто совсем полуобнаженный, как аборигены из прошлого, а кто выглядел по-современному. В их туалете присутствовали разные техногенные побрякушки: часы, браслеты из металла, а некоторые вертели в руках, что-то вроде телефонов.

Ваби-Манидо поприветствовал самого важного и сердитого на вид. Тот резко подошел, но протягивая руку невероятно лучезарно улыбнулся.

– Смотрю, вы подумали, что партия очередных туристов прибыла, раз некоторые выпе6рлись с набедренной повязкой и в перьях, как петухи! – Весело прошумел шаман.

– Да, мы давно вас заприметили, но не могли разглядеть, кто это. – Ответил старший.

Оба они покатились со смеху, показывая пальцами на полуобнаженных участников массовки. Те искренне засмущались, неловко прикрывая свои открытые места. Это было проделано с актерской иронией, что вызвало еще больший смех. В этот момент Мария отошла от временного шока, и засмеялась вместе со всеми. Хохот стоял громадным гулом над джунглями. Казалось, что и гора начала трястись под натиском веселого настроения людей.

Гостей проводили в небольшую хижину, где находились удобства для отдыха. Домик состоял из нескольких слоев толстых веток, и соломы вперемешку с глиной. Крыша также была покрыта множественными уровнями веток и огромных листьев. Снаружи и внутри все было обделано толстыми, разрезанными пополам бамбуковыми палками. Эти высохшие и отшлифованные декоративные накладки из растений смотрелись, как дополнение к джунглям. Хотя Мария за все время пути ни разу не встречала таких красавцев в естественной среде обитания, но они не вызывали подозрения в подвохе.

– Если бы они не пошутили про туристов, и не выбежали в разнобой одетыми, да еще с телефонами, – подумала девушка, – Я бы, и сама попалась бы на удочку, как турист, – здесь все так же естественно, как и фальшиво.

Мария пробежала глазами по всей хижине. В доме, в котором веяло древностью обычаев, встречались элементы современного мира. Спрятанные крепления для отделки, постельное белье и полотенце с надписью: made in China, а в одном месте даже торчал провод от чего-то.

– Это обычный туристический лагерь для тех, кто хочет пройти обряд Айяуаски, так разрекламированный среди почитателей сдвига точки сбора в сознании, да и просто любителей покайфовать под наркотический напиток. – Объяснил шаман поиски ляпов в хижине Марией. – Вы же тоже хотели попробовать?

– Я не уверена. – Скромно произнесла девушка. – Мне показалось, что Вы говорите об этом пренебрежительно, и, по-моему, так же отзывались и при нашей первой встрече. Я не совсем поняла способ и цель этого обряда, но меня именно за этим направили сюда.

– Нет Мария! – Жестко опроверг шаман. – Вы сами решили изменить все вокруг, себя, и сами решились на эту поездку. А обряд – всего лишь пафосное мероприятие для насыщения загадочности. Алгоритм его очень прост – очищение… А потом хоть вливай жидкости, хоть кидай панацею в рот, все сойдет для сдвига этой самой точки. Психика и так начинает становиться чувствительной и восприимчивой, а тут еще и продуманный, срежиссированный обряд. Главные принципы здесь – чистый организм и разум, и неожиданность в размере декорированной сказки. Но Вы сильно не прислушивайтесь ко мне. Это на самом деле происходит в сознании человека, как и все, что происходит в течение жизни, при познании мира, или миров. Просто Вы это получаете естественным путем, без подложных эликсиров, так как более подготовленная. А тем более – Вы знакомая знакомых…

Шаман рассмеялся, а вместе с ним и Мария.

– Так значит, для обычного туриста ключ – это наркотик? – Со слезами на глазах произнесла девушка.

– И да, и нет! – Ответил шаман. – Вы уже знаете, что организм сам вырабатывает все, что есть вокруг, так как мы единое целое. Именно поэтому на земле множество миров, с разными учениями, верами, и образами жизни. Люди делятся даже на подвиды в цепочке питания. А есть, которые совсем не едят. Те, кто не боится любого холода или жары, хоть адской температуры. Бывают гиперчувствительные, а возможны и прочные во всех отношениях люди. Все миры, пространства и времена – здесь и сейчас. Назовите это хоть фантазией, хоть фантастикой, или реальностью, да чем угодно. Но это факт! Главное видеть!

А к чему я это? Да к тому, что мы сами себя, или кто-то за нас, всегда программирует наше сознание – знание! Пища, напитки, лекарства, наркотики, алкоголь – это всего лишь ключи к этим внутренним программам, у которых есть определенные алгоритмы действий.

И если люди знают об этом, но объединяют человеческую духовность и материальность воедино, – для них все едино, то такие люди называют себя проводниками, учителями, шаманами, чит-кодерами, с одним небольшим нюансом – они берут за это деньги. И в этом нет ничего плохого. Духовный путь у каждого свой. Ведь в конце концов, любой из известных духовников тоже брал плату за себя, хотя бы своей известностью. Главное, что рано или поздно, кто идет этой дорогой начинает понимать, что материальные ценности блекнут с тем опытом, который дают знания – расширение сознания. – Опыт в обретении эмоциональной и умственной, словесной тишине, и наоборот – в развитии прогрессирующего слова. Ведь все доступно просто так! Все эмоции, впечатления, вещества в нас. А мы, – проектируем эту реальность, как вместе, так и по отдельности.

– Вы же слышали выражение: «Вначале было слово?»

– Да. – ответила Мария.

– Мы есть то, – что есть слово! Мы мыслим, действуем, живем, исходя из наших знаний, а они основываются на словах. И не пытайтесь сейчас втиснуть дилемму: «Что раньше, яйцо или курица?». В мире замкнутости и лабиринтов разума, его игр и фантазий, не стоит искать точную истину, бросаясь на все подряд. Достаточно лишь выбрать одну – свою! А в этом помогут примеры из жизни: телу становится легче, когда оно меньше потребляет. Тяжелее, если наоборот. Эмоции окрашиваются ярче и интереснее, по той причине, что их познают, потом забывают, и снова начинают пользоваться, но на новом уровне. Разум обожает движение – познание. Душа любит вдохновение – волю к движению разума. Все гармонирует, когда старое обновляется и перезапускается. О возможен и вариант с различными степенями умирания, для полного обновления – рождения, все тех же – тела, разума, души, сознания человека, а может уже и не человека…

Ваби-Манидо замолчал. Он погрузился в глубокие раздумья. Но уже немного узнав его, Мария решила, что он обрел в этот миг тишину. Которая передалась и ей.

Мария так бы и просидела вечность в безмолвии, если бы не привычный склад ума. Возможно, он каждый раз пугается, при наступлении тишины, и всяческими способами пытается вернуть девушку к привычному.

Она сидела совершенно одна. В помещении было пусто. Свет исходил только от двух горящих тряпичных нитей, помещенных в какую-то жидкость. Этого хватало, чтобы разглядеть свои руки. Именно сейчас Мария смогла пристально рассмотреть их, за долгое время пребывания в Перу. Она осознавала, что ее тело менялось, – оно молодело. Это было ее первоочередным намерением на пути познания. Но вот руки, они предательски не хотели видоизменяться. Тот факт, что руки всегда рассказывают о возрасте человека, висел над ней тяжелым грузом.

– Я постоянно откатываюсь назад! – Рыдая внутри, подумала девушка. – Шаг за шагом я двигаюсь вперед, осторожно и избавляясь от важности в себе, но неведомая сила всегда откидывает мои мысли и восприятие на два шага назад. То я верю, что правильно делаю, то нет. То вижу себя другой, то мой разум опять сверлит меня своими сплетнями, – он в очередной раз указывает мне на то, что это его игры. – Ведь руки старые! Старые!!!

Мария заплакала. Мощный взрыв неудовлетворенности собой разорвался внутри. Жуткая неудовлетворенность…

– Я столько читала про совершенных людей, да и мне часто об этом рассказывают новые знакомые и учителя. – Со слезами на глазах, лепетала себе под нос девушка. – Да что там, они и являются таковыми. Взять, например, Вадима – ювелира, который подтолкнул меня на этот путь, показывая своим примером, что есть душевные, уравновешенные и всеобъемлюще любящие люди. Андрей, друг Вадима, занимающийся медитацией, и основавший школу единомышленников – он показал, что мир меняется тут же, на глазах. Михаил и Джим – проводники в Перу, – они настолько чуткие и знающие люди, что притягивают к себе, как самый большой вселенский магнит из доброй энергии. Про Ваби-Манидо и говорить нечего… – Все заложено внутри! Он вообще кладезь ценностей невидимых миров. На раз два видоизменяет все и всех, а себя тем более! Он словно создал то, что я вижу!

А я? Что я? И к чему стремлюсь? Запуталась, расклеилась, стоило только увидеть маленькую неудовлетворенность собой, как она тут же пронзила меня изнутри и выросла больше моих собственных объемов.

Внезапно в домик ворвался один из местных. Он, задыхаясь кричал. Очень было трудно понять, о чем он хочет поведать. Но это явно были призывы к помощи. Мария выскочила из хижины вместе с ним. И забыв о своих слезах по самой себе, устремилась вслед, за нервно кричащим парнем. Немного отбежав от деревни, Мария увидела небольшую толпу с факелами. Люди выстроились в круг, по-видимому, обступив кого-то. Несколько человек отошли, и девушка увидела, что внутри круга лежал человек и корчился от боли, издавая глухие и режущие слух звуки. Когда Мария приблизилась, она обомлела, – это был Ваби-Манидо. Он держался одной рукой за грудь, другой за голову, тело было согнуто по подобию эмбриона в утробе. Девушка так испугалась, что остолбенела намертво.

Вдруг сила запротестовала внутри Марии. Все тело вздрогнуло, и она смогла пошевелиться. Разум, который напугался – убежал в глубь сознания и там спрятался, позабыв о своих привычных рассуждениях. Что-то внутри очень резко заработало, как механизм в паровой машине. Мария подошла к шаману и присела рядом на колени. Ее голова сделалась невероятно ясной, руки твердыми, а действия решительными. Все внутри кричало: «Посмотри, все беспомощны, ему никто, кроме тебя не поможет!»

В этот момент воля Марии вышвырнула с поля битвы неудовлетворенность собой. Та скрылась не обижаясь, понимая, что каждому свое предназначение!

Девушка попросила принести воды и тряпок, освободила шею шамана от воротника и платка, и положила его голову на колено. Сразу же послышался давящий хрип, это говорило о недоступности дыхания. Она молниеносно начала делать искусственное дыхание, убедившись, что гортань свободна. Волевым жестом она приказала делать массаж сердца, пульсирующими движениями. Мария не думала об этом разумно, она просто знала, что действует верно, исходя из ситуации. Хрип сменился на бешенное, но отчетливое дыхание, а затем и вовсе на довольно нормальное. Шаману положили мокрые тряпки на голову, грудь и ноги. Девушка гладила Ваби-Манидо по голове, шепча на ухо успокаивающие слова.

Не успела она опомниться, как шаман встал и спокойно поблагодарил ее. Она была в шоке от такого поведения. Открыла, скривив рот. И наклонила голову набок, выказывая свое удивление.

– Вы недавно умирали! – Воскликнула она. – А сейчас, словно ничего не случилось – встали и пошли.

– А Вы хотели, чтобы я еще корчился, даже после того, как мне стало легче? – С улыбкой на лице ответил Ваби-Манидо.

Светлое от улыбки лицо, и горящие жизнью глаза шамана, размягчили пыл девушки. Она улыбнулась.

– С Вами не соскучишься! – Ласково произнесла она. – Что не день, то фильм с измененной реальностью, то фантастика, то ужасы, и главные роли всегда достаются мне.

От этой фразы все вокруг рассмеялись. Было видно, что они все хорошо знали Ваби-Манидо, и его стиль взаимоотношений.

– Вы лучше ответьте мне, – лукавый взгляд стрельнул из глаз шамана, – куда делась Ваша неудовлетворенность собой? Ведь она сидела страстной обидой на саму себя. И все это из-за маленькой капли разочарования в увиденном!

– Откуда вы все знаете? – Удивленно, пролепетала Мария.

– Расширение соЗНАНИЯ – это знание в его первозданном виде! – Ответил шаман. – Ему нет границ и остановок. Но только, когда познаешь вечность, эти границы и остановки размываются. А проще говоря – я Вас вижу!

Ваби-Манидо искренне и наивно улыбнулся, это задело реакцией Марию, и она тут же расплылась в улыбке.

Знание, – продолжил шаман, – это движение, постоянное и непрерывное. Если Вы, конечно, не НИЧТО, тогда Вам достаточно будет быть, – знание и будете Вы. В этом направлении, – в обретении знаний, познания себя, – Вам всегда помогут практики. Не вешайте на них такие ярлыки, как медитация и углубление. Практика – есть движение – есть все! Это может быть дыхание, спорт, прогулка, творчество, мысль, что угодно. Самое главное, что практики помогают отвлекать разум от привычного и устоявшегося мира. Без движения в познании, он – ум, будет замыкать Вас на одном и том же, в своих чувствах, нервах, проблемах. Ведь разУМ – еще не вся истина – это всего лишь раз подумать. Любая информация уже в Вас, но именно углубление в познаниях и будут движением – жизнью! А вообще – это путь к НИЧЕМУ и обратно ко ВСЕМУ. Именно ПУТь – это лабиринт из пут! Все – Слово – Знание – движение – Знание – Слово – Ничто. Подумайте над этим, но только глубоко внутри.

Мария вошла тут же в самую тихую гавань своего разума, где нет мыслей, а только источник чистого соЗНАНИЯ. Там она услышала голос шамана, который продолжал говорить, только он сопровождался чистым восприятием – понИМАНИЕМ – девушка ловила каждое слово в исходном его значении, из источника – из себя:

– Вы идете верно! – Как бархатная песня, лился голос шамана внутри Марии. – Идти без оглядки, значит прийти в вечность, что рано или поздно случиться! Вас останавливает лишь Ваш разум, который всегда остается одной нагой в том мире, от которого Вы пытаетесь уйти, посредствам знаний – расширения соЗНАНИЯ. Эти остановки, преграды, они выражаются в виде посылов от разума. Он, как бы говорит: «Я боюсь идти дальше, там все незнакомо и неведомо». Видение Ваших рук, тела или окружающего мира – это всего лишь игры разума – его видение. И чтобы войти в иной мир, получить новое тело, разум и все другое, необходимо заниматься практиками – идти вперед, расширять соЗНАНИЕ, не обращая внимания на капризы разума.

Какой бы здесь не было замкнутости, но выход есть всегда, и Вы его сейчас чувствуете. А иначе… Сразу входите в вечность и все вопросы отступят! Ничто Вам там будет в помощь.

Мария улыбнулась. Милый юмор, который шел изнутри, невероятно приятно обволакивал все струны ее души. В эти моменты она осознавала, что юмор и легкое отношение к жизни, вместе с тягой к познаниям даруют счастье и безмолвие.

– Вот почему я разыграл этот спектакль с удушьем! – Вновь заговорил шаман. – Это заставило Вас забыть о своей неудовлетворенности собой! – Ваш каприз исчез, когда понадобилась необходимость твердо действовать. – Движение! Самовспоминание, которое ведет к любви – к знанию, достигается только когда совершаются четкие, чистые и осознанные действия. Я спровоцировал ситуацию, Вы начали действовать, черпая знания из себя самой, не обращая внимания на последствия. А последствия – это происки разума.

Ум, конечно, Бог среди всего прочего, и баланс – его основа! Именно поэтому он осторожничает, делая шаг вперед, потом назад, но все равно происходит движение, а в каком направлении – Вам решать! Хоть и считается, что все предопределено бесконечными дорогами.

– У меня есть шанс быть светлым намерением? – Спросила Мария.

– Вы уже есть – Все! – Тут же ответил шаман. – Научитесь просто управлять этим балансом, выбирая направление. Ваше намерение – это безмыслие, страх, любовь или обращение внимания на нюансы. Совершенствуйтесь, владейте, пользуйтесь!

Мария взяла руку шамана и молча поблагодарила его. Она кристально прозрачно видела всю суть того, что он сказал. Она и была этой сутью.

Когда они закончили свое глубинное общение, все местные уже разбрелись по своим домикам. Ваби-Манидо проводил Марию к ее комнате, пожелав волшебной ночи.

Ласковые и красивые тени бродили по стенам от огня свечи. Они, как неведомые добрые сущности показывали безмолвное представление на ночь. Это очень успокаивало и углубляло в сон.

Мария уснула, когда свечка погасла, и представление подошло к концу.

Небо озарялось редкими звездами, остальные скорее всего тоже ушли на покой. Луна пряталась за единственной тучкой, не желая в эту ночь красоваться на публике, – она поймала безмолвие!


РАСКАЯНИЕ.


На следующее утро все дружно собрались у подножья горы, там было сооружено, что-то вроде кострового пяточка с беседкой из веток и листьев. Марию умиляло то, что эти люди, живя в джунглях все равно всегда тянулись к природе, даже сооружая пикниковые места. Она поведала шаману о своих чувствах.

– Не хочу нарушать Ваше благоговение к этому, – сказал Ваби-Манидо, – но сами посудите, куда им еще ходить? Нет, я не в коем разе не опровергаю Ваши мысли. Но сейчас идет речь о чувствах, которые Вы испытываете. Вы же подумали, что у Вас не хватает такого же целомудрия, как у всех жителей джунглей? И что не можете, как они постоянно находиться на природе, под открытым небом?

– Ну, если отбросить противоречия, к которым я склонна, то да, – ответила Мария. – Мы всегда гонимся за любовью, добром, светом, а эти люди получают его просто так, не изобретая себе удобства. Прямо здесь, в чаще.

– Не думайте слишком много Мария! – С улыбкой сказал шаман. – Все эти мысли и слова только Ваши ярлыки – Ваши эмоциональные костюмы, надетые на этих людей и их образ жизни. На самом деле, они, как и Вы непостоянны в своих мыслях, словах, действиях. Эти люди ничем не отличаются от Вас. Так же счастливы, где-то нет. Мы ведь всегда сами впускаем в свою жизнь то, что приходит к нам. Это наши желания. Будь то плохое или хорошее, люди зачастую не осознают, что они сами создают свою реальность. Разум скучает всегда, ему нужно движение! Получил положительные эмоции, наслаждается. Надоело – раздует ситуацию, которая вызовет отрицательные, – опять наслаждается. Это баланс, от него никуда не деться, и на любом уровне своего пути Вы будите в этом убеждаться.

– Неужели я никогда не обрету эту самую середину? – Спросила Мария.

– Пока будите спрашивать, – нет, – Ваби-Манидо хитро улыбнулся, – вопросы – это тяга к знанию, а соответственно – это движение. А движение всегда состоит из шагов вперед и назад. В плохое или хорошее. А если остановиться посередине, или в конце хорошего, или плохого, то Вы просто-напросто зависните в вечном. Тем более, что любое направление бесконечно в любую сторону. Все зависит от того, что Вы считаете плохим, а что хорошим. Вы можете ничего не иметь, быть ничем, и при этом испытывать постоянное счастье, только определите себе, что все и есть счастье. А можете иметь все, и быть всем, но получать постоянное несчастье, – значит Вы во всем видите несчастье – Вы и есть несчастье.

Шаман засмеялся. Мария вначале засмущалась, что вопрос действительно глупый, но потом подумала, что он звучит таким только сейчас. В остальное время, когда она живет эмоциями, она бы не поняла ответа.

– Сейчас-то я осознаю это, – сказала шепотом девушка, – а через некоторое время будто усну и опять буду испытывать то, что мне будет не нравиться.

– Это естественно! – Шаман прочитал мысли Марии, что она в отчаянии. – Противоположности и есть внимание! Хорошо, плохо, черное, белое, и все в этом духе. Это и есть жизнь человека. А иначе, как Вы будете отличать хорошее от плохого? Нужны противоположные оттенки, чтобы замечать противоположность. Не познать любви без ненависти. Вам их обозначили, дали им имена, показали примерную структуру, причину и следствие, поэтому Вы и определили для себя плохое и хорошее.

Мария задумалась.

– В глубине себя Вы осознаете, – продолжил шаман, – что без этих противоположностей не будет жизни в том виде, в каком Вы бы хотели ее видеть. Но и менять свой мир не стараетесь, так как хватаетесь за старый, с его плюсами и минусами. А знаете почему?

– Почему?

– Потому что, Ваш разум знает, что пока Вы человек, не будет другого мира.

– Поясните, – озадачилась девушка.

– Хорошо, – не отрываясь продолжил шаман, – Вы человек. Вы мучаетесь вопросом – как изменить это. Начинаете следовать по пути просветления, хотя мудрейшие всегда говорят, что уже все есть в человеке. Но вы не слышите этого, и начинаете движение. Познаете эмоции, потом искореняете их в том виде в каком они существовали – теперь Вы ими управляете. Так же с пищей, алкоголем, наркотиками, привычками, мыслями… Но пока Вы следуете этому, любое послабление будет возвращать все это назад. На сколько шагов, будет зависеть от Вашего попустительства. – внутренний баланс. Но если Вы и дальше будите следовать по своему пути, то рано или поздно все равно придете в тьму или свет, в любое из углублений. И там Вы осознаете, что Ваш путь только формальность, так как и там будут нюансы с хорошим и плохим, только на других вибрационных частотах. – Я говорю про соотношение, в Вашем понимании, человека и ангела, или ангела и Энергии. Просто на тех уровнях Вы уже не будите человеком, и у Вас не будет обозначения: «Плохое и Хорошее», там иной мир и свои правила, но там тоже есть движение… А иначе – небытие, все или ничто.

– Это все так тяжело принять! – Опечалилась Мария.

– Нет. – Улыбнулся шаман и взял Марию за руку. – Легче относитесь ко всему. Хотите менять жизнь, мир – меняйте, но не уходите в это неосознанно, без осмысления. Плывите по течению. Наблюдайте, или переходите сразу в небытие. Я не буду Вас утешать или говорить, насколько прекрасна жизнь. Люди только этого и ждут, чтобы их пожалели. А зачем? Они и так имеют все, что дарует счастье. Только вот насыщение никак не могут усмирить, и по отношению к свету, и по отношению к тьме. Вот и страдают.

А я Вас принял, как свою гостью не из-за рассказов, как познать себя. Я отвечаю на подобные вопросы, потому что Вы спрашиваете. Мое движение сейчас – это Вы. Самому-то мне наплевать на все это просветление, хочу радуюсь, а хочу страдаю! Я с Вами, чтобы открыть всего лишь свой мир, где нет плохого, в моем мире все прекрасно. Но запомните: подобное доступно, только если Вы это впустите в себя и будете этому следовать. А я только прикоснусь и отправлюсь дальше, как перышко, которое приземляется на ладошку к тому, кто протягивает руку. И улетает, когда его сдувают.

Вечность – это покой, с намерением движения. А исходит она из ничего, точки, которая – есть начало и конец всему. Ваш любимый круг, только более глобальный.

Ваби-Манидо засмеялся, опустил руку на плечо Марии, и тут же покинул ее, уйдя в чащу леса. Он понимал, что девушку сейчас одолевают ненужные мысли, которые в очередной раз эмоциональными крюками тащат ее в глубь замкнутости.

Мария не замечала этого. Она не видела и тех, кто давно покинул этот пятачок. Словно весь ее внутренний мир спроектировал эту ситуацию для того, чтобы она погрузилась в очередной раз в себя. Она и раньше это делала, как и все люди, но в последнее время это были невероятно глубинные погружения, и они учили ее выбираться самой из любой эмоциональной зависимости. – Не было тех, как в обычной жизни, кто бы ее вытаскивал, через общение, встречи, интересы.

В своих потаенных фантазиях, в мыслях, что сейчас ее захлестывали, Мария увидела небольшой водопад, свисающий с горы, очень похожую на ту, возле которой она сидела. Спуск воды был очень бурным и сильным. Звук водопада отсутствовал, но это было видно по огромным брызгам и сильной пены в конце, его финишной черты. Девушка увидела, как поверхностные воды ласкали нижележащие. Затем они переплетались, меняясь местами. Эта чувственность продолжалась всегда. Нежная любовь жидкости рождала в страсти свое потомство. – Маленькие капельки, отлетавшие от общей массы воды, весело крутились, передавая свое счастливое настроение всему водопаду. Вода наслаждалась всем, что было в ней, – она любила себя.

Все это бурление заканчивалось внизу, где разливалась небольшая речушка. Стремящиеся потоки, уносились вдаль. В их внутреннем состоянии таилась все та же любовь. Каждая капелька дополняла общую структуру воды, а вода в свою очередь, была единым целым с каждой капелькой. Гармония несла водную массу вдаль, без оглядки и сомнений.

На неопределенном расстоянии, река превращалась в рукав. Он был невероятно спокойным. Вода практически стояла. Но и там всегда осуществлялось движение. Любыми способами, с помощью ветра или маленьких рыбок, все те же волокна воды, что были в водопаде, перемешивались, нежась от ласк. Гладь воды также имела жизнь внутри себя, дополняя все снаружи.

Мария ощутила сильное раскаяние. Она осознала, что невероятно глупо поступала, когда жаловалась на свое несоответствие этому миру. Ее мысли о слабости и жалости к себе разрушали ее бессмысленной болтовней, хоть внутри, хоть словами. Понимая, что вода имеет то, что из нее исходит, она просто-напросто существует в гармонии. Нет, в ее жизненной структуре присутствуют эмоции, свойственные ее сущности, но эти чувства дополняют все вокруг. Будто мир и есть единое целое.

– Конечно же и у воды есть сознание, душа и разум, если втиснуть ее в человеческие мысли. – Подумала Мария. – Но в безмолвном состоянии, она лишь вечность!

Раскаяние девушки постоянно крутилось в ее разуме. Ей было невероятно грустно от того, что все вокруг ликует, а она из-за каких-то глупых и ничтожных мыслей грустит

И вот, когда эти мысли и раскаяние начали закручивать свой узел безвыходности, у Марии вновь сработал тумблер защиты. И на этот раз намного быстрее, чем прежде, словно само движение было движущей силой. Защита заключалась в приятие. Мария видела раскаяние, практически воплоти, принимала его и отдавалась четкому знанию, что за раскаянием должна наступить тишина. Блаженная и совершенно безмолвная. Именно в этот миг, когда она находилась на верхних и наивысших уровнях сознания, восприятие показывало любую эмоцию – как приходящее и уходящее явление. Сменяя одно чувство другим. Это завораживало искренним и непорочным движением, которое люди привыкли считать перепадами настроения. Так же было видно, что это движение могло существовать в глубине, внутри, на, снаружи, во всем, и не в чем!

Мария открыла глаза, сияющая улыбка озаряла ее доброе лицо. Она вскинула глаза и изумилась. В небольшом углублении горы бурлил небольшой водопад, а потом разливался в горную речушку, впадая в спокойное и размеренное русло. Раньше, когда она сюда пришла, водопада не было. Но теперь он появился из ее просвещенных фантазий. Ворвался силой для души и разума, передавая искреннее знание того, что хочет видеть Мария.

Ей было невероятно приятно, что ее мысли из удручающих и давящих, постепенно трансформировались в мысли самоисцеляющие и познавательные. Как бы не было трудно познавать в себе то, что давно познано, и являлось достоянием для жизни и спокойного «пользования», девушка принимала, что она правильно движется.

Внезапно появился Ваби-Манидо, а за ним пришли и все остальные. Он шел походкой веселого озорника. При этом подмигивая Марии. Он явно выражал свою осведомленность, в том, что девушка прекрасно провела время внутри себя, познавая раскаяние и его стороны восприятия. Шаман присел рядом с Марией. Они не обмолвились ни словом по поводу ее медитации.

Стоял невероятный гул и смех. Вначале это была обычная болтовня невпопад. Но потом, совершенно плавно галдеж обернулся поочередными рассказами. В основном небольшие истории из жизни собравшихся, очень веселые и интересные. Но одна из них заинтересовала Марию больше всех остальных. Поведал ее один темнокожий паренек с длинными курчавыми волосами:

«До того, как я попал в Перу, я жил в Африке, в небольшой деревне в пределах Сахары. Место очень живописное, невероятно красивое и живое. Название страны и деревни называть не буду, чтобы вы смогли насладиться рассказом, не обременяя себя взглядами и убеждениями, народностью и человечностью. Моя история о чувствах общих и неделимых.

Все началось в тот день, когда из-за сильного шторма поднялась невероятно плотная завеса песка и пыли. Это была непривычная буря. Песок не то, чтобы, надвигаясь создавал множество внутренних смерчей, разбрасывая свои лапы по всем сторонам. – Песок и пыль стояли, будто бы неподвижно, как туман. Причем и нижние слои были более прозрачными, что давало животным передвигаться, не создавая проблем с дыханием.

Наша деревня стояла в этой буре около двух недель. Мы ходили практически на ощупь, но все-таки передвигаться можно было. Некоторые в деревни, со слов старейшины и местного целителя, очень быстро распространили слухи, что над нами нависло проклятие. Мол, мы перестали соблюдать древние традиции, которые, сказал бы я вам, отличались некой жесткостью. – Несмотря на то, что деревня располагалась в центре пустыни, предкам приходилось нести тяжелое бремя внутренней системы. Я сам пожил в разных местах, и знаю, что к чему, но то, что описано было в летописях, походило на уклад жизни в городах военного времени. Получалось, что маленький островок жизни в центре песочного океана существовал ради чьих-то интересов. Нет, я не спорю, и поныне есть определенные правила проживания в общине. Только вот они по сравнению с старыми – невинные шалости детей, и лишь для того, чтобы хоть какое-то было различие между жизнью и смертью.

Целитель у нас был новый. Хотя, до этого вообще их не было. – Мы жили в здравии всегда. Пользуясь дарами природы изредка. В основном в нашей деревни все питались энергией солнца. И это не миф. Я уже многих здесь перевел на неедение. Причем, если раньше я черпал энергию от солнца, то сейчас Ваби-Манидо – наш любимый шаман, полностью перестроил мое восприятие к этому процессу подзарядки. – Я не использую внешние источники, диктуя разуму причину и следствие, а питаюсь сам в себе. Я сам теперь источник жизни.

Так вот, целитель в нашей деревни появился после того, как у нас побывал случайный караван машин, – они заблудились из-за сбоя в их системе навигации. Люди были там влиятельные, с охраной, сопровождением. Они остались у нас на сутки, чтобы передохнуть. Самый старший и серьезный был одет, все равно что принц. Изящный костюм. Шея и руки были украшены золотом с камнями. Но при этом, он оказался невероятно добрым и веселым человеком. Единственное, он часто хрипло кашлял. Это ему иногда давалось с трудом. Влиятельный человек предупреждал, что лучше меньше с ним контактировать, но наш старейшина рассмеялся на это, сказав, что наш народ никогда не болеет, и знает этот термин только от редких приезжих. В этот вечер старейшина на редкость был самонадеян, постоянно подшучивая над гостем, что тот зря верит в заболевания. И именно поэтому у него не проходит этот кашель. Влиятельный человек объяснил, что сам никогда не болел, но этот недуг пришел сам по себе. И теперь сидит в нем горечью, будто напоминая о чем-то в его жизни, что он сделал плохого. Так же он сказал, что пересмотрел свои взгляды и нашел в себе причину худого. Он не стал расписывать это, только сказал, что плохо поступил с некоторыми людьми, но теперь раскаивается каждый день. На что один из наших старцев сказал, что необходимо отпустить теперь раскаяние, так как в нем и сидит эта горечь от прошлой досадной ситуации. – Перед людьми он загладил свою вину, но в себе оставил ее в виде постоянного раскаяния. В ту же ночь мужчина, смирившись и приняв это чувство, отпустил его.

На следующий день кашель пропал, и они уехали. Старейшина и до этого сильно изменился в себе, в своем поведении и отношении к жизни. Он всегда был сильным, но практически недавно, до их приезда, у него умер сын, который жил в одном из городов страны. – Тот уезжал обучаться знаниям большой цивилизации. Хотя отец – старейшина всегда его отговаривал, поясняя, что в малом есть большое, а увеличить его можно внутри. Но сын не послушал и уехал.

Оказывается, старейшина сам того не замечая вошел в глубокое уныние, хотя для нашего народа это не свойственно. Мы всегда легко провожали ушедших. Видимо сложилась общая энергия между отцом и сыном, когда второй уехал. А потом старейшина все-таки смог отпустить эту скорбь, но оставил малые частицы раскаяния за то, что не отговорил его уезжать, как бы в память о нем.

После отъезда каравана нежданных гостей, старейшина занемог. У него появился ужасный кашель. Ему пытались помочь, вновь осветляя разум от нависшей тяжести из прошлого. Но его ум уже не хотел слушать. Он изобрел для тела новые мучения, пригласив из города целителя. Это случилось, когда он ездил в город на случайном караване. Тяга к сыну и слабость разума отправили его туда несмотря на то, что тот был сожжен на родине. Старейшина говорил, что хочет вкусить энергию того места, что забрала сына.

Целитель оказался обычным шарлатаном. – Городским пройдохой, жаждущим денег. Он легко втерся в доверие к ослабевшему старейшине. Так день за днем, уклад в нашей деревне менялся. Но скорее всего для самого старейшины. Жители не замечали его спектаклей с разумом. Целитель видел мир по-своему, передавая эту картинку старейшине. Так они совсем замкнулись на своих играх разума. Возможно, это бы закончилось для них плачевно, – Один бы понял, что никому не нужен со своими подложными мнениями, другой бы осознал, что не приобрел ровным счетом ничего, придя в чужой храм поживиться.

Скорее всего внутренний дух старейшины решил обратиться к нему. Изнутри изменить угасающую судьбу. – К нам пришел шторм из песка и пыли. Эта завеса оказалась общей проекцией. – Мысли всех жителей воссоединились воедино, создав препятствие для лжи целителя. Старейшина бы никому не поверил, так как к тому времени его разум полностью был околдован инородным. А вот природная стихия помогла ему начинать прозревать в своем мраке. Крупинкой за крупинкой, шаг за шагом туман из песка давал тайные, и читаемые, только душой подсказки:

Когда случалось неладное, шторм усиливался, завеса становилась более плотной и непроглядной. Любые мелочи, нюансы, любые чувства, действия и слова, которые были негожи старосте, проявлялись тут же в усилении напора стихии. А при положительной атмосфере, хороших взаимоотношениях, благих делах, шторм, наоборот, исчезал там, где находился старейшина. Складывалось впечатление, что мы облачились в кокон сознания, где заключена была программа по исцелению одного человека. – Мы не соприкасались с этим штормом, хотя видели. Но и так же мы знали, что староста испытывал реальные трудности с этим явлением, – непогода касалась его буквально.

Со временем, старейшина начал осознавать различия своих состояний. Он вновь научился разделять и принимать чувства, а потом собирая их воедино, внутри, но только под своим контролем. Было видно, как его разум избавлялся от оков. И всякий раз, когда он раскаивался, непогода снова затягивала узлы легкого восприятия мира, а в моменты тишины, песок исчезал. Так староста смог отпустить свое раскаяние. Он принял жизнь такой, какая она является, без неосознанного утяжеления. Вслед за раскаянием, улетучились и все остатки новых личностей, которые он приобрел, поглощая свою утрату.

В одно прекрасное утро старейшина выгнал целителя. Мы не видели, что произошло, но он нам рассказал. Когда его ум прояснился, он уже видел все так, как оно существовало. Он вернул свой мир. Это состояние сразу подсказало ему, что целитель лишний в этом мире. Люди жили в гармонии и счастье, но он всегда был против всего, продолжая навязывать свои правила и умозаключения. Причем подсовывая устав образа жизни деревни, переписанного со слов древних обычаев, только в еще более суровых рамках. Староста не принял этот мир. А последняя точка их отношений настала в момент, когда он наконец-то увидел в природе последнюю подсказку, – туман из песка появлялся теперь только в присутствии целителя.

Знахарь – оборотень исчез, а с ним пропал и кашель, который сильно донимал старосту. Над деревней вновь засветило солнце и счастье пролилось сверкающим водопадом.»

Парень посмотрел на Марию и улыбнулся. Он словно именно для нее рассказывал эту жизненную историю. Мария посмотрела на Ваби-Манидо, тот простер руки к небу, а затем, как бы обнимая землю, сказал:

– Это все твое, моя дорогая. Все! Как снаружи, так и внутри. И как этим пользоваться решать только тебе. Но для того, чтобы это познать в первозданном виде, необходимо очиститься. Степень и области ты определишь сама. А если все будет идти в ногу, в балансе, то ты сама увидишь, как придет к тебе управление намерением, только уже желания прежнего отпадут, – ты сама станешь намерением.

Мария зажмурила глаза и засмеялась. Она потирала руки и топала ногами. Это была самая что ни на есть искренняя радость. Невероятно счастливое и непосредственное состояние души. Которое испытывают те люди, которые отпускают все и всех, даря им любовь. В этот миг Мария не думала, она находилась в безмолвной радости.

Гора наполнилась загадочной силой, и отдавала присутствующим всю заботу и ласку. Люди чувствовали, как она источает мощную энергию. А проказник водопад заблестел еще сильнее, когда солнце будто бы повернулось лицом к этому месту для интересных историй. Его ярко желтые глаза передавали любовь.

Рассказы продолжались, только Мария слушала их уже без своего прежнего восприятия. Она позволила себе просто слушать, не имея на услышанное своего мнения.

– Какое блаженство, – думала она!


УГРЫЗЕНИЯ СОВЕСТИ.


Ближе к вечеру началась суета. Все бегали собирали хворост и сухие бревна. В центре вырос высокий костер в виде вигвама. С наступлением сумерек, когда последние лучи солнца кокетливо попрощались, вспыхнул невероятной силы огонь. Складывалось впечатление, что он поднимается до самого неба, приветствует его и направляется дальше, унося клубы дыма в безграничный космос. Там они растворялись, слившись с неизведанным пространством. Костер наверняка знал эту непомерную и глубокую связь, отчего зазывал еще больше ветра. Соединившись с ним, огонь начинал воинственно плясать, издавая грозный треск от пожирания древесины. Она не страдала, наоборот ждала своего скорейшего испепеления. Там, за горизонтом ее исчезновения, манящей рукой света, поджидала новая жизнь. Бывшая древесина могла стать тем или иным, всем или ничем. Ведь когда-то она была цветущим деревом и плодородила землю, забирая от нее взамен недра жизни и процветания. Так же и сейчас, она вошла во взаимную связь огня и воздуха, чтобы даровать миру новое начало.

Теплая и уютная обстановка у костра располагала к песням, музыке и танцам. Так оно и случилось. Вначале самый мелодичный запел, затем его подхватил самый звонкий и задорный, а за ними поддержали красивую и веселую мелодию все остальные. Это не было неожиданностью для Марии, она сразу же утонула в мягкости переливов песни. Звуки обнимали ее и раскрывали душу в необъятные дали. Сама не замечая этого, она ровной струйкой влилась в течение и запела на неведомом языке. Голос девушки словно принадлежал не ей, но явно напоминал о своей принадлежности. Звуки, исходившие изнутри нежно ласкали все потаенные уголки ее внутренней вселенной.

Мария знала, что ее вселенная была такая же, как и та, до которой дотрагивалась древесина своими праздными рукавами из дыма. Это восприятие помогло незамедлительно перенестись в ту вечность, которая исходила из нее, но находилась там, вдали. Девушка подобно падающей звезде, только наоборот, прошла все уровни преград между малым и большим. – Она летела. Она не почувствовала остановки, но осознавала, что зависла на месте. Вокруг была пустота. Мария не могла определить цвет, или хотя бы оттенок этой пустоши. Было понятно только одно, – она пульсировала круговым движением, всасывая внутрь себя поступающие волны пульсации. Вначале это все находилось на глубоком интуитивном уровне, но затем волны стали отчетливо видны. Они выделялись своей яркостью от общей пустоты. В них была заложена невероятной мощности сила. – Пустошь провоцировала сама себя на отделение частицы себя – в более другое, отдаленное, но родное, – свое. Волновой свет начал рябить красивыми отростками желтого цвета, похожими на маленькие волосики энергии. Эта двигающаяся щетина приобретала ярко оранжевое свечение. Каждый волосок начал взрываться на конце красными ядрами, которые переливались от алого до бордового оттенка. И когда ядра начали превращаться в зеленые сферы, Мария смогла окунуться в один из них. Это была жизнь! В том виде, в каком она существовала. Независимо от мнения разума. Жизнь вращалась внутри своего круга восприятия. Зеленая снаружи, зеленая внутри. Но это оказалось лишь вступлением. – Мощный толчок. – Жизнь наполнилась всеми цветами вселенной, и даже больше, теми цветами, которые еще не познаны, а возможно всегда останутся непознаваемыми. Жизнь принесла яркие воспоминания. Детство, юность, за которой последовала сразу же вечность. Мария никак не могла увидеть зрелость. Она ощущалась лишь в своем исчезновении. Потом появились очень знакомые очертания. Это были отдельные силуэты, похожие на людей. Она начала присматриваться к тому образу, который вспыхивал золотым переливом сильнее всех остальных. Ее видение тут же оказалось перед этим силуэтом. Он начал открывать свой секрет незнакомого, когда Мария прозрела, что это ее любимый муж Фред. Невидимые слезы счастья забрызгали всю наполненность жизненной сферы. Совершенно было непонятно, кто являлся их источником, – она или любимый. Как только несуществующие слезы исчезли, появилась красно-розовая дымка. Она обволакивала все вокруг. Притягивая образ мужа к девушке. Когда эта Божественная манна соединила мужчину и женщину, возник силуэт, чего-то общего и целого. Мария видела, как нереальное видение облачилось в самую настоящую реальность. Девушка смогла дотронуться до Фреда, нежно обнять и невероятно сладко поцеловать. Они начали медленно вращаться под ласковую мелодию, которая доносилась явно из мест, где находилось тело Марии. Девушка знала – она находится одновременно в двух местах. Там, где она искала путь к себе в самой себе, и там, где она была собой без поиска пути, но владевшая им. Мария могла наблюдать сразу две проекции, – она с мужем в объятиях наедине, и она с мужем в танце рядом с костром у горы. Вдруг начали проявляться еще несколько образов. Они искрили такой же энергией, как и они с мужем. Только с большим напором и тягой к жизни. Когда Мария смогла приблизить свое видение на эти силуэты, она узнала в них лики детей и внуков. Образы сразу же материализовались. Девушка смогла к ним прикоснуться и даже обнять. Совсем уже взрослые дети ласково смотрели на нее, а еще маленькие внуки весело смеялись и расцеловывали свою любимую бабушку.

Красно-розовая дымка счастья вдруг внезапно помутнела и потемнела. Ее структура набрала странную вязкость. Густая внутренняя масса начала приобретать оттенок черного. Мария почувствовала, как ее семья отдалилась. Они по-прежнему обнимались, но их разум и мысли находились далеко, не с ней. Все эти образы были лишь воздушным дополнением. Мария испытала одиночество, которое повлекло за собой угрызение совести. Она понимала, что в любой момент не сможет им помочь или поддержать хотя бы добрым словом. Единое целое семьи вдруг рассыпалось на глазах. Теперь в черной густой дымке они находились все по отдельности. Мария видела, что свечение в их головах направлялись в разные стороны, а не как раньше – друг к другу. Угрызение совести твердило девушке, что это она виновата в сложившейся ситуации. И что именно она допустила разрыва единого целого. Теперь Марии чудилось, как у мужа все валиться из рук от беспомощности в своем одиночестве, а дети отдаляются мыслями все больше и больше от семьи, – их свечение в головах имело длинную и стороннюю направленность.

Угрызение совести…

Чернота, не видно не зги. Мрак полнейший. Силуэты семьи пропали. Мария осознала, что находится внутри этого тяжелого чувства, внутри себя. Ее вновь и вновь закручивало в тиски угрызения совести. Еще виток, еще… Угрызение совести, и больше ничего не осталось. Она настолько углубилась в этих переживаниях в своем видении, что потеряла и его из восприятия. Оба мира канули в бездну, и тот, где она познавала себя, и мир в семье. Осталась только чернота из горького чувства, закрученного внутрь себя и выливавшегося из себя наружу. Девушка испытывала боль и разочарование. Она понимала, что никогда не выберется из этой мрачной вечности. В этой реальности, где она очутилась было лишь ничто, которое породило чувство угрызения совести.

Удар…

Свет. Яркий и пронзительный. Мария оказалась в новом кадре своего видения. Она увидела мужа вновь. Он занимался своими привычными делами у них дома. Его вид не был озабоченным. Глаза блестели, как два драгоценных камня. Любые движения он совершал аккуратно и степенно, это доказывало, что его эмоциональное состояние было в балансе. Он совершенно уравновешенно выполнял все свои повседневные функции. Затем девушка смогла разглядеть его лицо поближе. Глаза хоть и горели удалой яркостью, но источали великую доброту. Губы постоянно шевелились. Он думал вслух, практически шепотом. Каждое отдельное шевеление сопровождалось белым светом, которое исходило из головы. Но помимо белого оттенка, там присутствовал и красный, направление которого лежало из самого сердца. Мария попыталась понять, о чем думает Фред. Она искренне пожелала этого, и намерение тут же перенесло ее в поток бело-красной энергии. В этой сказочной и таинственной массе все было открыто, как на ладони. Вся информация, содержащаяся в энергетическом потоке мыслей, была исключительно сокровенной. Мария прониклась пониманием к этому фантастическому потоку из слов и эмоций, и смогла окунуться в него еще глубже, до самой основы информации. Ей открылась картинка с воспоминаниями. Муж вспоминал что-то и обговаривал это про себя. Судя по теплым оттенкам, которые доносились из этой картинки – это были прекрасные и счастливые чувства воспоминаний. Девушка растворилась в картинке, и смогла созерцать все, что в ней происходило. – Кадры сменялись постоянно. Вот один из. На нем она и муж. Они на отдыхе. Вокруг необычайные просторы голубого неба. Необъятный, и всепоглощающий свет яркого солнца. Лазурное, спокойное и ласковое море. Внизу только мукаобразный и янтарный песочек. Они идут вдвоем, держась за руки. Любящий их ветер, слегка потрепывает волосы. Море издает сладкую тихую песню прибоя, его практически нет, так как стоит полный штиль, но гладь воды и в эти моменты затишья очищает свою структуру. – Оно дышит и разговаривает. На возвышении стоят качающиеся и пышные пальмы. Они словно из нереального мира, имеют красочной формы цветы у основания листов. Солнышко настолько сильно старается понравится людям, что припекает до небольшой испарины кожу. У Марии со лба потекла капелька пота, перекатываясь через носик, она достигает щеки, блестя и дополняя загорелый румянец. Фред аккуратным движением, чтобы практически не было касания, вытирает заботливо эту капельку. При этом нашептывая на ухо жене о том, что в этот момент она великолепна и грандиозна. Кадр обрывается, и тут же Мария переходит в следующий. Их родной дом. Кухня. Они вместе готовят ужин. При этом пританцовывая, и напевая веселую песню. Официального повода нет, они просто решили сделать себе маленький праздник для души. Незатейливые закуски готовятся быстро. Накрывается небольшой столик. Они сидят вдвоем. Их даже не волнует еда. Готовка была символической прелюдией. Постоянно присутствуют влюбленные взгляды. Изящное поглаживание. Муж нежно берет Марию за шею и целует в нее. Потом переходит плавно к губам и обрушивает на них целую серию жадных и вкусных поцелуев. Конец кадра, он не обрывается, а тут же сменяется новым. Их семейный автомобиль. Они куда-то едут. Радостное настроение у обоих. Из динамиков доносится, пронизывающая все фибры души музыка. Скорость небольшая, как раз для степенной поездки с отдыхом для разума. Они оба иногда переглядываются, разделяя фокус друг на друга и на дорогу. Но в эти редкие встречи глазами, из них вырывается вся мощь страстной любви. Глаза впиваются неистовыми объятиями. Мария кладет Фреду на колено руку и передает ему всю свою заботу и искренность. Небольшая перекадровка, и опять другая картина. В ней Мария остается подольше. Их первая встреча. Застенчивые движения. Неловкие слова и явное смущение. Все очень забавно и мило. И совершенно ничем не отличается от свидания школьников. Поцелуя нет. Ему предстоит быть на втором свидании. Но опять глаза. Их тонкий взгляд. Они словно четыре прожектора из вечности. От них исходит Божественный свет и полное приятие. Свет наполняет все внутри людей, от этого тела постоянно замирают и становятся обездвиженными. По коже у обоих постоянно пробегают мурашки, но не от холода, а от застенчивого холодка смущения. Это смотрится очень фантастически, – на разгоряченных телах от нежных мыслей появляются легким холодком мурашки. Не видно прикосновений, и даже помыслов на это. Лишь только полет приятных и чувственных мыслей. Кадр заканчивается.

Свет. Мария очутилась в вакууме своего размышления. Ей представилась возможность воочию поразмыслить над тем, что она видела. Мысль была только одна – «Фред всегда меня помнит, и в этот момент думает обо мне только прекрасное. Он не зол на меня за мой отъезд. Муж принимает мое решение в поиске себя! Мы всегда вместе, даже на расстоянии!»

Мария почувствовала, как угрызение совести разорвалось пополам, и одна из частей исчезла.

Свет. Такой же яркий и пронзительный, как до этого. Девушка вновь оказалась внутри картинки, только совершенно новой и отличной от предыдущих кадров. На этот раз появилось больше образов, которые были похожи на ее детей и внуков, но без силуэта мужа. Так оно и есть, – когда лики преобразовались в реальных людей, девушка смогла успокоиться, – это действительно были дети и внуки. И здесь все повторилось, Мария перенеслась внутрь их мыслей. Картинки начали мелькать, производя впечатление прокручиваемой кинопленки. Фокус остановился на одном из кадров, – это был один из дней, когда Мария гуляла с ними в парке. Стоит чудесная погода. Все залито солнечным светом, как в самый пик солнцестояния. Парк имеет множество дорожек, по краям которых невероятно много зелени. Статные и приветливые деревья, еле-еле покачивающиеся под своей тяжестью пушистых шапок из листьев и иголок. Разношерстные кусты, развешанные цветами всех цветов и форм. Они все время подражают старшим собратьям и медленно, но с задором покачиваются. Внизу травка, отдающая такой ярко-зеленый перелив, что глаза не сразу могут разобрать, что именно так блестит, сама трава или же солнце. Весь парк усеян аттракционами на любой вкус. Вокруг стоит нескончаемый звонкий смех детей. Эти колокольчики проигрывают свои партии мелодий, дополняя общую завораживающую музыку смеха. Настроение у всех просто вулканическое, – все просто-напросто пропитано положительной энергией. Мария с детьми прогуливается по парку, они все вместе держатся за руки. Посещают аттракционы, включая сладости и напитки. В глазах у каждого непомерная любовь и ласка. Они постоянно друг другу напоминают о восхитительном настроении, из-за возможности быть рядом. Перекадровка. Город, вечернее время. Они вместе совершают поход в кино. И это не банальная дорога до кинотеатра и обратно, а самое настоящее приключение. По дороге они много смеются, постоянно обнимаются, и страстно целуются. Мария очень довольна, дети счастливы, а внуки прибывают в нескончаемом восторге. По пути они забегают в разные магазинчики, лавки, скверы и торговые центры. Нет, это не шопинг, а обычное веселое и беззаботное гуляние. Своим радостным видом, они заряжают всех вокруг счастьем. Прохожие мило улыбаются и даже немножечко мечтают о таком хорошем настроении. В кинотеатре они выбирают очень смешную комедию. Этот фильм подбросил масла в огонь смеха и радости. Зал взрывается вместе с Марией и детьми. Настроение на высоте. Кадр обрывается. Новая сцена. Мария и ее семейство дома. Вечер. Горит тусклый свет от редких светильников, специально приглушенных в своем свечении. Дети помогают по хозяйству, внуки играют в игры, то и дело прибегая ко взрослым, дополняя семейную идиллию. Все вместе и счастливы. Дом наполняется невероятно сильной аурой добра. Она заключена в ярких вспышках энергии, которая переплетается с светом, – основой этой энергии. Свет необычайно яркий и пронизывающий. Мария отвлеклась от детей, и тут же была поглощена светом.

Ничего, только яркое мерцание, место, где Мария вновь сможет обдумать свои мысли и переживания от увиденного. Мои дети и внуки так же, как и муж думают обо мне. Я чувствую, что и в этот миг. Они невероятно счастливы, я уверена. И несмотря на то, что меня нет рядом, они всей душой и сердцем во мне так же, как я в них. Моя семья приняла мой выбор, они каждой своей клеточкой желают мне счастья. Они искренне хотят, чтобы я обрела сама себя, и вернулась к ним прежней, но уже обретшей то, что у меня и так есть, только уже с высшим осознанием этого.

Мария знала, что чувство угрызения совести познано во всей его красе. И отправлено в заслуженный бессрочный отпуск, именно в том виде, в каком оно всегда являлось без приглашения к девушке.

Свет засиял еще сильнее. Не было слов, которые бы могли описать это великолепие. Не один из существующих современных прожекторов с программой стробоскопа, не смог бы повторить и малую долю этого фантастического свечения. Он затрагивал каждый атом девушки, дробя его на более мелкие частицы, и так до бесконечности, пока вся структура Марии не превратилась в чистую энергию, которая слилась в единое с светом. Видение прекратилось. Девушка начала степенно возвращать взгляд на окружение, того тела, которое сейчас находится у костра. Расплывчатые силуэты людей, что ласково продолжали петь, стали проясняться, пока фокус зрения полностью не восстановился.

Мария пережила необычайный опыт, перемешанный в своем многообразии самовспминаний и воспоминаний. И все это происходило с ней так ясно и реально, что на какое-то время она не хотела возвращаться. Но личный путь самопознания сделал свое дело. Этот коварный и одновременно интересный путь обретения себя, состоящий из множества уроков и препятствий. Он дарован тем людям, которые полностью исчерпали все интересы в повседневной жизни. – Это первая ступень к неизведанному. Пока еще околограничному, но уже намекающему, что границ не существует никаких. Рамки – это всего лишь определенная зона комфорта разума.

Костер уже становился менее ярким и воинствующим. Он спустился к земле, где догорали остатки древесины. Она отдавалась в страсти, с последним шипением и потрескиванием. Раскаленные угли их совместного танца любви полыхали всеми переливами красного. Искры, от последнего запала огня вздымались вверх, они создавали умопомрачительные виды. Огоньки волнообразными движениями улетали вдаль, где превращались в пепел, и угасали.

Джунгли внезапно взвыли множеством голосов зверей и птиц. Это были разные по составу звуков переходы. Иногда они казались смешными, а иногда ужасающими. Эти колебания, как и все в природе очень завораживали людей. Но когда они стихли, все присутствующие закатились звонким и чистым смехом. Чувствовалась невероятной силы дружеская обстановка. Сплоченность людей в общем восприятии мира объединяло их тонкой, но в то же время мудрой нитью. Они были, как одно целое. Все вместе, и каждый по отдельности.

Небо затянуло тучами. Подул слегка прохладный ветер. Зажглись факелы, и все начали собираться обратно в деревню. День был невероятно чутким и познавательным, но человеческие тела напоминали, что всему свое время, а период отдыха очень важен. Огонь был потушен. Последние порывы дыма упорхнули в небо, все разошлись. Последними шли Мария и Ваби-Манидо.

– Что поведаете мне дорогая? – Спросил шаман.

– Хочу сказать огромное спасибо этим чудным местам, – ответила девушка, – Всем этим прелестным людям, и особенно Вам. Вы дарите сказку даже тогда, когда на нее не остается никакой надежды!

– А Вы не надейтесь! – С улыбкой произнес шаман. – Вы верьте. Надежда проходит сквозь огонь, а вера перепрыгивает любое пламя. Но только своя внутренняя. Личная и сокровенная. Как бы Вам не было тяжело от мысли, что все уже было пройдено бесконечное число раз, как бы Вы не огорчались в той или иной замкнутости, всегда верьте, что наступит новое завтра! То будущее, которое является настоящим, только уже без ограничений времени и событий. Ожидание чуда всегда прекрасно. Оно способствует верному движению вперед. Главное знать, что идете только вперед, а не назад, или топчитесь на месте. В любом случае, – Вы частичка бесконечного. Вы и есть бесконечное. И если человеческому разуму постоянно нужен интерес, движение, то давайте ему это, не забывая о себе настоящей, той, которая и совершает свою волю. Очень много людей плетутся не своей дорогой. Выбирают путь исходя из материальных, но не любимых предпочтений. Жизнь обычно подсказывает, что и в подобном рабстве судьба может отнять все. Так почему бы не пробовать дорогу счастья. Тот путь, где есть душа! Чтобы он сопровождался страстью, горящими глазами, и пылким сердцем. – Это и есть счастье. Ведь счастливый человек заряжает этой радостью всех вокруг, независимо от себя. Каждый должен знать, чего он хочет. Каждый должен интересоваться у себя этим вопросом. Если человек осознанно выбирает путь, будь то радостей и веселья, или разочарований и мук, – он в любом случае будет от этого в восторге. Внутри все его существо будет ликовать! Да, Мария! Вы не ослышались. Иногда человек осознанно выбирает страдания, но они в своей структуре являются лишь очищением. Вечное счастье без разочарования вовсе не счастье, а только безликая вечность. Однотипная монотонность. А если все будет обстоять по-другому, то это будет вовсе не человек, а какое-нибудь другое существо.

– Значит, между сегодня и завтра тонкая грань все-таки есть? – Спросила Мария.

– Конечно же есть, если Вы этого захотите! – Ответил шаман. – Это Ваша жизнь, и Вам решать, как и какими буквами его обозначать. Про вечность говорят потому, что постоянное настоящее дарует свободу и веру в множество граней мира. Про завтра толкуют, так как это светлый путь в новое. Все, что мы с вами обсуждаем – есть бесконечность, вечность, ничто и все. Мы сотканы из слов, поэтому и общаемся. А на самом деле, в тишине становится понятно, что возможно все так же, как невозможно ничего. Главное обрести себя разного и невероятно единого!

Они долго еще шли медленным шагом в абсолютной тишине. Сильные впечатления от проведенного дня, и полная досказанность, опустошила их обоих. Но эта пустота была фантастически приятной. Пожелав спокойной ночи, добрые друзья разошлись по своим комнатам.

Мария лежала в кровати и ловила взгляды луны за окном. Окошко являлось образным для современного человека, – без стекла. На нем была натянута лишь сетка, от насекомых, птиц и даже животных. В этих местах они чувствовали себя хозяевами мира. Но без права власти, а так, для личного интереса. Луна делилась сквозь сетку на части, переполняя звездное небо. Оно в этих краях было невероятно притягательным и грандиозным. Словно здешние жители любили его чистой и непомерной любовью, зная, что оно всегда таковым ярким являлось, является, и будет существовать в первозданном своем виде. У девушки сверкнула мысль, что насколько городское настроение людей закрывает их от чистого неба. Они общей передачей информации создают себе суету, повседневную озабоченность, а в следствии и серое небо. Успокаивая свое дальнейшее негодование по поводу этого, отговорками, что это происки экологии, городского электроснабжения, да чего только угодно, но не их личных мыслей и чувств.

Размышления были мимолетными и ненавязчивыми, и девушка вскоре смогла закрыть глаза. Она вошла в очень глубокий сон. И если даже она купалась в интересных сновидениях, то это точно был не ее разум. Он спокойно отдыхал, восстанавливая силы для новых завтрашних мыслей.


НЕТЕРПЕНИЕ.


Новый день приветствовал Марию очень праздно. Новость о том, что скоро привезут туристов, оживила весь обрядческий поселок. Это вызвало у девушки бурю эмоций. Она словно здешний абориген очень хотела посмотреть на людей из другого мира. Поделиться информацией и узнать, как там на большой земле. На самом деле ей просто захотелось новых впечатлений. Посмотреть на людей, которые едут сюда, как в бездну чувственного, словно отдаваясь неизведанному. Целый день все занимались приготовлениями. Убирали местность, чистили жилища. Судя по мощной суете, туристы платили хорошие деньги. Мария тоже вызвалась помогать, чтобы разбавить впечатления. Ей даже выдали ритуальную одежду, чтобы она смахивала на местных жителей. Шаман остался в своем, так как по нему вообще ничего нельзя было сказать. Он всегда был безликим, и лишь, когда он хотел вступить в контакт с людьми, он показывал ту личность, которую именно для них приготовил.

Работа была увлекательной. Все выполнялось под общие песни, это действие уже вошло в привычку для того, чтобы погружать туристов в атмосферу таинственности ритуалов. Именно поэтому танцы и песни присутствовали всегда. Причем Мария заметила то, что они все вместе практически ничем не занимались, как и в доме Ваби-Манидо. Вся деревня была в полном порядке. Они только создавали видимость. И это настолько нравилось девушке – выполнять работу, не обращая внимания на занятость. Все походило на веселую игру детей. – Без обязательств, понарошку.

Единственное, что носило хоть какой-то серьезный характер, так это приготовление воды. Местные пояснили, что, когда туристы попадают в подобную атмосферу, да еще пробуя на себе ритуал погружения, они просто-напросто тоннами поглощают воду, так их организм требует чистки. Воду ходили набирать у источника рядом с водопадом. Только сейчас Мария смогла воочию убедиться, что водопад и прилегающая местность были невероятно красивыми. Источник представлял собой струйку воды, бьющую из трещины горы. Водопад заливал один из развалов, из которого вода уходила глубоко в недра. А другой конец этого канала возвращался назад параллельно в узком каменистом проходе, что и давало мощный напор струи. Это выглядело очень изящно, под стать природным инновациям. Рядом с источником было нагромождение огромных каменных валунов. Они были сточены ветрами, которые здесь присутствовали в определенный сезон. Их поверхность напоминала мягкие и глубокие лежанки. Видно было, что и к этому месту местные относились очень бережно.

– Я вначале отметила про себя, что эти люди так суетятся из-за хорошей платы туристов. – Сказала Мария шаману. – Но все больше и больше замечаю, что они все делают с какой-то невероятно чистой заботой. А когда обычно замешаны деньги простые рабочие выполняют подобную аккуратность лишь при наличии распоряжений начальства. А здесь его нет, – никто никем не руководит.

– Я Вам даже больше скажу. – Прокомментировал Ваби-Манидо. – Они все приезжие. В основном здесь нет никого, кто бы родился, или хотя бы очень долго жил в Перу. Они дети цивилизации. Но настолько полностью вошедшие в образ местных жителей, что этого уже никто и никогда не отличит. Да и деньги здесь не замешаны. Их получают в основном те, кто их привозит. А взамен они приносят впечатления и новых участников увлекательного эксперимента, как людей готовых на что угодно, лишь бы порадовать свой разум. Да, еще в придачу привозят разные вкусности и заморские сувениры.

– Я думала, они тоже, максимум, что употребляют в пищу, это дары природы. – Удивилась Мария.

– Поверьте родная! – Парировал шаман. – Когда Вы начнете управлять своим телом, почувствовав полное очищение, тогда Вы сможете позволить себе все, что угодно, без вреда и мыслей об этом. Хотя многим к этому моменту уже становится все равно, питаться или нет, они получают энергию жизни просто так. У Вас просто еще пока мышление потребителя, хотя уже и в очень малой степени. Но годы жизни в потребительском мире дали свои плоды, хотя мы их скоро сотрем!

Шаман засмеялся, прикрывая рот, как бы изображая смущение. Мария ответила тем же, и они покатились со смеху.

Воду носили в посуде, сплетенную из гладких и плоских растений. Плетение было настолько плотным и искусным, что казалось, будто внутри были вмонтированы стеклянные сосуды. Ручки были сделаны очень удобно и по обеим сторонам, что позволяло людям с легкостью перемещать их. В деревне заполнялись все пустые резервуары. Посуда, места стоков дождевой воды, которые были пересохшими. Даже разные канавы и выбоины, обложенные камнями, заливались, и становились похожими на природные водоемы. Немного погодя, местность деревни превратилась в райский сад. Даже птицы поддержали это волшебство, и прилетели исполнять свои напевы.

Мария нескончаемо радовалась всему этому великолепию. Она понимала, что эта сказка происходит просто так. Без платы, оформлений документов, тяжкого труда, или без мысли об отдыхе после трудовой недели за рюмкой горячительного. Все происходило спонтанно и без особого настроя на это.

На деревьях появились любопытные обезьянки. Они постоянно глазели, и как бы потешались над людской суетой. Казалось, что они даже пародировали некоторые движения, прохаживаясь туда и обратно по веткам. По земле постоянно пробегали какие-то мелкие животные, да так шустро, что Мария не могла разглядеть их.

– Все связано с человеческим вниманием. – Прокомментировал шаман. – Когда баланс и гармония, виды открываются людям просто так. И не обязательно для этого строить зоопарки и цирки. И здешние животные знают, что будут очень интересны приезжим, поэтому и посещают это место в массовые мероприятия. Они не чувствуют здесь опасность, и являются доброй человеческой проекцией.

– Как Вы всегда красиво описываете симбиоз человека и окружающего мира! – С восторгом промолвила Мария. – Здесь и так все завораживает, а под Ваши аккомпанементы из страстной и мягкой речи, все обретает еще более манящую сущность. Я очень рада, что оказалась здесь с Вами. Это незабываемый опыт того, как можно быть счастливым просто так. Как отлично, что я уже достаточно хорошо управляю своим внутренним состоянием, а иначе мне бы было очень тяжело после таких приятных впечатлений возвращаться в привычную рутину!

– Вы просто пока еще не в полной мере осознали, что рутина вместе с впечатлениями меняются, как и Ваш привычный мир сменяется новым и более интересным, я бы сказал познавательным. – Добавил шаман.

На следующее утро Мария проснулась от веселых напевов. Шум за окном стоял праздный и веселый. Она сразу поняла, что привезли долгожданных туристов. Теперь девушка сама понимала, что посещение новых лиц было чисто духовным ожиданием, а не материальным. – Новые знакомства, общение, новые интересы. Мария быстро оделась, умылась и вышла встречать гостей. Это были люди с разных стран, они передавали свои впечатления на разнообразных языках, также по-разному выражая свои эмоции. Это было очень интересное зрелище, встретить тех, кто сам недавно познакомился, и еще не объединился одной социальной энергией, – сплоченностью. Единственное, что их связывало – это жажда приключений в обширных областях человеческого разума. Все они имели горящий взгляд предвкушения. Их прежний мир, мир привычного быта, скорее всего уже не давал полноценных красок. Все оставалось тем же, но вот их эмоциональная составляющая не получала больше должных оттенков насыщения. Именно поэтому, они все здесь собрались, – открыть дверь в неизведанные дали. Вся группа была одета по-походному. Огромные рюкзаки вмещали в себя абсолютно все, видно было, что они готовились к спартанским условиям, но с одним исключением, – жить в этих условиях, прихватив с собой, как можно больше привычного домашнего уюта. Их тут же расселили по домикам. А затем провели для них небольшую экскурсию по деревне, чтобы впитать в них здешнюю атмосферу. После этого, центральная большая беседка была накрыта разными фруктами и овощами. Мария даже и представить не могла, откуда это все изобилие взялось. Но масштабы приветствия туристов ее сильно поражали. При этом, любые действия постоянно сопровождались песнями, каждая из которых имела эмоциональное содержание под стать обстановке. Гости были просто-напросто шокированы. Это не была обычная встреча гидов и туристов на курорте, она вмещала в себя непомерное чувство любви, заботы и внимания. Складывалось впечатление, что здешние места посетили родные и близкие, когда-то покинувшие эту деревню.

Шаман объяснил Марии, что подобный распорядок дня и приема пищи со временем будет сводиться к нулю. Общение будет минимальным, из еды останется только вода, а перед самим обрядом, туристы будут проходить полнейшее очищение в течение двух дней, – их изолируют, каждого по отдельности в своем домике.

К вечеру все собрались, на уже знакомом для девушки костровом островке. Здесь предполагалось плотное знакомство. Все расселись, и как обычно, внезапно вспыхнул огонь. Костер был собран заранее, но не выдавал себя, как что-то грандиозное. Но когда он разгорелся ярким пламенем, предела удивлению гостей не было. Они завороженно смотрели на танцующие алые языки. Они являлись чем-то отдаленным от привычного пламени. Костер скорее всего был сложен и продуман таким образом, чтобы вся его структура казалась еще более живой. Необычное переплетение огня, дыма и ветра вызывали сильный восторг у собравшихся. Причем это настроение было у каждого. Лица людей светились от счастья, глаза горели в унисон пламени, тела самопроизвольно двигались волнообразными движениями, а мелодичные звуки доносились отовсюду, и из джунглей, и из уст присутствующих, даже туристов.

Затем по кругу стал ходить мужчина, который приветствовал всех собравшихся. Его сменил другой, который объяснял некоторые правила проживания. После него заговорил другой мужчина, который поведал всем про подготовку к ритуалу, и сам процесс его проведения. Они вставали по очереди, каждый что-то объяснял. Это дополняло обстановку общности и равноправия. Мария вначале старалась думать о том, как они все доносят информацию разноязычным людям. Она не могла уловить всем известную английскую речь, да и любого другого акцента. Но все присутствующие друг друга прекрасно понимали, как и сама девушка. Потом Мария и вовсе отпустила эти мысли, слившись в общем потоке информации. Ей было очень интересно узнать побольше. Тем более, она еще никогда не участвовала в подобных мероприятиях, а тем более массовых. И с каждым новым словом и предложением, девушка подтверждала для себя слова Ваби-Манидо, о том, что главная задача подготовки к ритуалу – это очищение. Все сводилось к финишному минимуму. Да и сам обряд включал в себя некий квест – очищение. В день ритуала, каждый должен будет пройти определенное расстояние по джунглям, отыскав именно свое место проведения этого процесса. Причем и вода в этот день будет отсутствовать в рационе гостей.

– Я хочу пройти этот обряд! – Неожиданно заявила Мария, повернувшись к шаману.

– Вы уверены? – Нисколько не удивившись, спросил тот.

– Конечно, без сомнения!

– И Вы с полной уверенностью согласны поторопить процесс Вашего самопознания, через наркотические вещества? – Очень твердо и властно спросил шаман.

– Да! – С двумя сияющими пятаками вместо глаз, ответила Мария.

Ваби-Манидо не стал больше развивать эту тему. Ему стало ясно только одно – Марию не переубедить.

Девушка со следующего дня была наделена статусом человека, который будет проходить инициацию. День за днем она следовала всем указаниям, которые получала группа. Мария не обращала внимание на то, что ее разум, который уже успел привыкнуть к свободе от правил и распорядков, вновь вошел в это русло с легкостью. Она была похожа на человека, который работает за невероятной величины премию. Девушка настолько вошла в образ, который диктовал обряд, что совсем позабыла про шамана, хотя он всегда был где-то рядом, и наблюдал за ней. По правилам, группу должны были посещать постоянно разные люди, отдавая лишь многоликие распоряжения. Но в них входила лишь одна структура – очищение, только в многогранных интерпретациях, и в разнообразных частях человеческого существа. Акценты всегда расставлялись на путь в одиночество, некую бездну – пустоту. Постепенно, группу все больше и больше отдаляли в контактах друг с другом и с окружающим миром. Минимизировалось общение, разносторонние интересы. В основном давались задания, где человек должен был заниматься одним и тем же делом, причем совершенно бесполезным, в течение всего дня. Так по прошествии продолжительного периода, члены группы стали похожи на замкнутых в себе людей, они олицетворяли собой аскетизм. Мария, как и все остальные начинала испытывать внутри себя пустоту, позабыв совершенно про свои чувства и путь к ним. Теперь ее заботила лишь одна цель – пройти обряд. Эта «икона» всегда стояла у нее перед глазами, напоминая, что подобный вариант ускорит все ее желания по обретению себя. Она также не замечала, что в ее внутренней пустоте, которую она воспринимала, как подготовку к переходу в иной мир знаний, поселилось нетерпение. Мария была готова терпеть любые испытания из-за нетерпения поскорее пройти обряд. Его она уже видела, как свет, который озарит многое, раскрыв все ответы на ее вопросы. И чем дальше она углублялась в подготовку к инициации, тем глубже становилось ее нетерпение. Она прониклась этим чувством целиком и полностью, но только с одним нюансом – она этого не осознавала, думая, что ее путеводная звезда, это путь истины, в котором присутствует необходимая ступень в виде обряда.

Ночью, накануне ритуала, Мария не спала. Ее разум настолько был возбужден и нетерпелив, что сон ушел на последние ряды. Этому способствовало еще и то, что она усердно хотела выполнить все предпосылки очищения вдвойне. Она несколько дней даже воду не пила, отгоняла мысли, запрещала себе любые контакты с внешним миром. Инициация, как единственная звезда на небе напоминала ей, что космос, несмотря ни на что, все-таки существует. Это была очень короткая ночь для окружающего мира, так как он не замечал всех переживаний Марии. Но для нее, это была самая длинная ночь в жизни. Девушка чувствовала приближение заоблачного чуда. Привыкнув к волшебству, она видела, как это волшебство идет к ней, но только уже в реальном масштабе. Шаман позволил себе проникнуться ощущениями Марии, он также не сомкнул глаз. Нет, у него не было схожих переживаний, но он мог наблюдать, как девушка опять позволила себе погружение без осмысления надобности в этом. Ваби-Манидо видел, что Мария живет, не обращая внимание на сопутствие и осмысление причин и следствий. Она – жила ради цели.

Утро обряда было необычайно приветливым. Если недавние пасмурные дни дополняли саму подготовку. То невероятно солнечный и теплый день самой инициации, просто кричал во всеуслышание, что все благоволит к этому событию. Мария, не замечая своих действий, оделась, умылась и покинула хижину. Не видя ничего и никого, девушка, словно управляемая дистанционным пультом, проследовала к месту сбора перед церемонией. Вся группа встретилась там впервые после долгого контакта. Они совершенно безразлично поздоровались, не обращая на друг друга никакого внимания. По ним было видно, что они находились в ожидании чуда, но скрывали это под маской необходимости быть чистыми от всего. Затем им дали последние напутствия, и отправили по одиночке в джунгли. Условие было одно – самостоятельно найти именно своего проводника ритуала.

Мария не отдавала отчет в том, что с ней происходило во время пути. Она не замечала ни местности, ни направления, да и густой лес тоже ей был не помехой. Неведомая сила намерения и чувство нетерпения вели ее. В остальном, девушка была совершенно внутренне пуста, как и в предыдущие недели. Вся ее сущность изменилась, представляя собой неодушевленный предмет с начинкой из воли. Прежнее вымерло: мысли о чувствах, неудобствах, семье, шамане, и даже о ней самой. Мария и представить себе не могла, что отчасти добилась того, к чему стремилась – полного подчинения своих эмоций, и переход в другой мир. Только было одно «Но», – нетерпение царствовало в этом мире, а не она сама, с кристально чистым сознанием.

И это сработало! Отбросив все мирские сомнения и бесконечные разговоры разума, девушка добралась до места, где ее ожидал, именно ее проводник. Как это получилось, и какие силы ей в этом помогли, она не задавалась подобными вопросами. Но то, что это случилось, оказалось неоспоримым фактом. Мария еще не знала, но все члены группы одновременно сделали подобное. Совершенно разделенные, погруженные в себя и в свое единственное чувство нетерпение, они добились своей цели – эти люди подошли к финишной черте подготовки к обряду. Дальше их ждало лишь неизведанное, – мир духов.

Проводник Марии начал тихонько петь. Вначале это было похоже на ритмичный бубнеж. Но по мере продолжения ритуала, с углублением в процесс, этот напев превращался в монотонный звук, но с невероятно смысловым акцентом. Девушку помазали маслом, кисточка касалась лба, рук, ног и туловища в пяти точках. Маслянистая смесь оказалась приятным холодком, хватающим любые проявления ветра. Это придавало очищенному организму ощущения полета. Затем проводник, напевая громче, окропил ее с ног до головы водянистым раствором, от которого приятно пахло благоуханием цветов. Этот акцент, также внес свою лепту – голова нежно закружилась. В этом головокружении не было подтекста на потерю сознания, в нем читалось исчезновение гравитации.

Когда Мария присела, ноги сами по себе приняли позу лотоса. Она была совершенно расслаблена. В голове оставались лишь напев проводника и нетерпение. Он протянул ей, заранее приготовленную настойку, – девушка выпила молча, не почувствовав вкуса и запаха.

Проводник присел рядом и начал бить в бубен. Его монотонно ритмичное пение трансформировалось в глубинную песню, звуки которой затрагивали все струны души. Мария погрузилась полностью в себя.

Черная мгла. Не видно даже осознания на видение. Дыра опустошенности. Нет ничего. Не существует ничего. Ничего. Казалось, что это состояние вечно!

Яркий свет. Все озарено проникающим свечением. Непомерная полнота восприятия. Гамма всех переживаний и чувств. Есть все. Все существует. И это состояние вечно!

Вдруг эти состояния начали сменяться, одно за другим. Сначала медленно, потом быстрее, еще быстрее, пока все не смешалось воедино. Не было понятно, – свет это или тьма. Этому видению не было разумного объяснения. Тут Мария осознала, что все увиденное – это ее погружение, и она наблюдает за ним со стороны. Прежний мир рухнул, на смену пришел другой. В нем не было понятного или объяснимого. Она не ощущала ни одной зацепки на ее существование в привычном смысле. Все вокруг и внутри являлось общим и дополненным, и в тот же миг несуществующим. – Она не могла нащупать свою привычную психику. Все прежнее было стерто. Лишь в дали сверкал один островок чего-то знакомого. При точном рассмотрении, она поняла, что это ее чувство нетерпения. Она осознала, что поторопилась. Эта мысль вспыхнула, как самый ясный свет во вселенной.

– Я поторопилась жить! – Взорвалась сильной пульсацией мысль внутри девушки.

Как только эта фраза прозвучала странным эхом, появились видения. Разные оттенки цветов, словно брызгали в разум. То сменяя друг друга, то перемешиваясь, в колоссальной красоты узоры. Они раздваивались, а потом эта дуальность размножалась до бесконечности. Во всей этой многообразной палитре появилось светлое пятно в середине. Затем оно растянулось до огромных размеров, поглощая цвета внутрь себя. Все озарилось прозрачным светом. Мария увидела, как на белом фоне мелькают картинки, как в диафильме. На одной – семья, на другой – эмоции, внутренний мир, внешний, земля, вселенная, жизнь. Все эти кадры приходили на мгновение и тут же стирались.

– Я поторопилась жить! – Вновь пронеслось внутри девушки.

Затем она увидела в своем видении остальных членов группы, которые находились в подобном сне про реальность. Они также плавали в бескрайних водах своего сознания, объединившись в одном осмыслении. Помимо одинаковых визуальных эффектов, все они созерцали одну и ту же истину. – В поисках себя, они перематывали свою жизнь до ускорения, которое пожирало все на своем пути, – эмоции в первозданном виде, впечатления, смысл, привычный мир. Люди были околдованы нетерпением!

Мария полностью очнулась от ритуала, когда уже находилась в своем домике. Она не помнила, как дошла до него. Не могла вспомнить и конец погружения, и ясную структуру самого обряда. Единственное, что она чувствовала, так это познание нетерпения. Оно напоминало ей о том, что всему свое время.

После того, как к ней зашел шаман, с девушки сошла пелена помрачения. Ум наконец-то прояснился. Она уже не видела той жажды, которой была охвачена какая-либо цель. Нетерпение исчезло. Смысл жизни раскрылся в самой жизни. Мария улыбнулась Ваби-Манидо. Она очень обрадовалась его появлению. Глаза заблестели, и все внутри наполнилось силой жизни.

– Как Вы, Мария? – Спросил шаман.

– Теперь намного лучше! – Искренне улыбаясь, ответила девушка. – Я будто бы находилась в сне, из которого не было пути обратно. В нем я забыла все, что со мной связано. Несуществующая цель, которая перечеркивала все остальное, обманным путем завладела всем моим существом. Зачем я пробовала эту гадость?

– Не беспокойтесь, родная! Я распорядился, чтобы Вам заменили напиток погружения на обычную воду, подкрашенную фруктами.

– Но, как же так? – Озадаченно воскликнула девушка. – Я видела в этом видении всех остальных членов группы. И могу поклясться, что чувствовала их, как себя. И точно знаю, что они видели и чувствовали тоже самое.

– Да, это так, – ответил кратко шаман.

– Значит им также дали выпить воду? – Никак не могла угомониться Мария. – И что, они тоже все помнят в мельчайших подробностях, как и я, зная, что мы видели и чувствовали друг друга в погружении?

Не совсем так, – прокомментировал Ваби-Манидо, – Они выпили реальную смесь обряда. И видели, и чувствовали тоже самое. Но они ничего не вспомнят, списав эти видения на визуальные эффекты зелья. А моменты знания, которые к ним приходили сотрутся навсегда, так как они сопровождались дополнительными стимуляторами, загрязняющими степень кристально чистого сознания. Нет, для меня, конечно, это все ерунда, – я вообще ничего не воспринимаю, как очищение или загрязнение, это всего лишь особые ключи для восприятия разума – окраски впечатлений. Но вот им они точно запудрят мозги, ведь они не могут видеть сквозь призму зацикленности на чем-то.

А с Вами все намного проще. Я знал, что Вы и так справитесь с этим испытанием. Не пошатнув свою психику, а наоборот, укрепив ее, и отодвинув на больший круг самопознания. И то, что Вы так много прошли, познавая себя, очищая, не давало мне никакого права разрешать Вам пить совершенно ненужный для Вас напиток. Он только бы Вас запутал, раскрывая себя, как чудотворное зелье, а на самом деле являясь пустышкой. Тем более, для такого человека, как Вы! Теперь Вы в очередной раз убедились, что любовь заключена не в цели, а в самой дороге на пути к ней. И Ваше нетерпение, как мудрый учитель, провело Вас по этому испытанию, раскрыв все тайны мироздания!

Мария подошла к шаману, и крепко его обняла, слова были лишними.


ГОРЕЧЬ.


Новое утро! Новое настроение! Даже не попрощавшись, Мария и шаман отправились покорять горную вершину. Там Ваби-Манидо хотел научить девушку медитации земли. Он пояснил, что это действие назвал именно так, потому что на пике горы будет самая мощная энергия земли. Ведь именно в подобных местах планета тянется в космос, отдавая всю свою мощь для связи со вселенной.

Путь был легким, приподнятое настроение помогало двигаться вперед, не замечая ни одного шага. У самого основания возвышения горы росло много небольших деревьев, которые постепенно редели, по мере возрастания высоты подъема. Под ногами росла приятная для ступней трава, она мягкой подушкой встречала каждый шаг, проминаясь, под изгиб ботинок. Хруст от засохших веток напоминал Марии о недавнем обряде. Она точно была уверена, что среди всего многообразия звуков, которые издавал проводник ритуала, четко выделялся непрекращающийся треск. Он не в коем случае не перебивал остальные отголоски, наоборот, главной строкой дополнял. А в последствии и помог погрузится девушке намного глубже в себя, чем предполагалось.

Шаман постоянно указывал на разные места в джунглях, чтобы Мария по привычке не входила в свои мысли о пережитом надолго. Благо, теперь можно было рассмотреть эти красоты с высоты птичьего полета. Причем в буквальном смысле этого слова. Помимо того, что вокруг кружили в полете птицы, так они еще и всю гору заполонили. На любом уровне горы располагались многочисленные и разнообразные птичьи семьи. Здесь кипела их наземная жизнь. – Строительство гнезд, разведение потомства, каждодневный быт. Ваби-Манидо сказал, что на местном древнем диалекте, эта гора так и называется – птичья гора. Он поведал, что все поколения местных старейшин рассказывают, как им передавали их предки, а тем их, что здесь всегда царил мир птиц. Прекрасное и парящее царство пернатых.

Марии было очень любопытно за ними наблюдать, тем более, птицы совсем их не пугались, продолжая привычную жизнь горы. Именно поэтому люди постоянно останавливались на привал. Они изучали каждый сантиметр этой пернатой жизни. Девушка впервые смогла лицезреть подобное чудо, находясь в нем, а не за рамками экрана или клетки. Жизнь здесь кипела во всю. И совершенно не отличалась от человеческой, если не брать углубление в соотношениях. Были птицы добытчики, которые кормили свои семьи, а самые страстные могли прокормить и всех рядом находящихся, все зависело от ситуации. Некоторые этим пользовались, но помогая взамен другими надобностями. Кто-то был великолепным строителем, и успевал налетать нескончаемое количество кругов, принося с собой ветки и травинки, этого хватало и на свое потомство и другим оставалось с остатком. Казалось, что эта гора и была выстроена полностью птицами. Были там и мечтательные пернатые, которых манила только высота. Воришки, весельчаки, певцы, поэты и просто добрые соседи. Все вращалось во внутренней системе их взаимоотношений.

Внезапно Ваби-Манидо указал пальцем на небольшой выступ, махнув рукой на то направление. Они свернули с пути и добрались до этого пригорка. Мария очень удивилась, насколько грамотно гора скрывала небольшую пещеру от посторонних глаз. На самом деле выступ представлял собой крышу небольшого углубления в горе, которого хватило бы на шесть взрослых мужчин. Причем это было очень удобное расположение, – в этом углублении протекал мизерный горный ручеек, а еще отсюда хорошо было видно деревню, из которой они пришли, и казалось, что и все необъятные джунгли. – Это было впечатляющее зрелище!

– Здесь мы и заночуем, – сказал шаман.

Они расположились очень быстро, им и нужно-то была совсем малость – натаскать хвороста для костра. Ваби-Манидо пояснил Марии, что сам он не пользуется костром, только, когда скучает по детским впечатлениям. Он сказал, что давно научился вызывать огонь изнутри и лицезреть его. А эти походные костерки он устраивает для глаз и уюта девушки. Как не крути, но она еще была неотрывной частью той реальности, где сухо и тепло – это залог любви. Мария с этим согласилась, и в сердцах поблагодарила шамана. Она понимала, что и путь Ваби-Манидо имел свои нюансы, как и ее собственный. Именно поэтому его дорога даровала шаману такую спутницу, нарекая его заботливым и доброжелательным. Девушка была уверена, что у такого сильного и мудрого человека имелась непомерная внутренняя мощь. И уж точно он мог быть совершенно разным, манипулируя своими и чужими чувствами. Так же, как и его способностями учителя и наставника. Ваби-Манидо видел эти мысли девушки, и он сам думал об этом же. Его пленила та сила, которая послала ученика. Причем такого ученика, который сам обучал его!

Вечером, когда разожгли костер, стало очень уютно и красиво. Мерцающее пламя отражалось от поверхности горы, совершая фантастические ритуальные танцы. Это красочное зрелище наблюдали не только люди, но и рядом живущая стайка маленьких синеньких птичек. Они были настолько дружны, что мило ежились от нежности в вечерних переливах огненного света. Это были две взрослые птички, и трое маленьких птенца. Потомство уже было в некоторых вопросах самостоятельным, и совершенно взрослым взглядом оценивало яркое пламя. Привычный писк птенцов сменился на долгое и страстное молчание, – они были заворожены.

Мария погрузилась в глубокий сон, наблюдая за тем, как она в него входит. Управление началом сновидения уже вошло в одну из новых интересных привычек. Она четко осознавала, что проходит слой за слоем погружение. Ощущала свое тело реальное, и предвкушала тело сновидения. Она уже знала много способов продления жизни. И один из них – было управление сном – сновидение, что позволяло получать впечатления и жизненный тонус в то время, когда в привычном мире ее тело отключалось. Создавалась некая непрерывная дорога, соединяющая два параллельных мира. И при этом душа и разум получали свои желанные чувства всегда, так как Мария делала все это осознанно. Ей практически уже не нужна была функция самовспоминания, она, проделав это уже много раз, обрела способность пребывать в любом из состояний, проектируя события. Это позволяло в сновидениях создавать любые проекции. Даже реальную жизнь!

Так и на этот раз, сновидение хоть и было глубоким, но она позволила себе остаться в реальных ощущениях, а не в неизведанных просторах других миров. Она пребывала на той самой горе, где мирно спало ее тело. Рядом она видела шамана, он постоянно загадочно улыбался и смотрел вдаль, словно отыскивая себе новое укромное местечко. И это было неспроста, джунгли также манили его к себе, рассказывая о том, что у них еще много секретов. А когда он соскучится, то и весь остальной мир ждет его в гости. Мария была приятно удивлена такому ходу событий, она считала, что шаман давно уже не интересуется этим миром, мечтая лишь о странствиях за его границами.

– Наш мир и есть все то, что известно, неизвестно, и неизведанно. – Повернувшись к ней, произнес Ваби-Манидо.

Это прозвучало так же реально, как если бы он говорил подобное там, за пределами сновидения. Поэтому девушка тут же к нему подбежала и обняла крепко-крепко, как обнимает дитя своего отца. Мария понимала, что, проснувшись она может забыть это, но здесь она ощущала всем своим существом, что все внутри и вокруг и есть реальность, здесь и сейчас, в этом многогранном мире.

В сновидении она также увидела семейство птичек, что располагались по соседству. Только здесь они летали все вместе. Птенцы были подросшими и окрепшими учениками, а заботливые родители терпеливыми учителями. Первые полеты птенцов забавляли. Они с непривычки вытворяли такие случайные пируэты, что дух захватывало, в соседстве с юмористическим подтекстом. Грациозно, необдуманно и потешно, – вот, что думала об этом Мария.

Она с невероятной жадностью наблюдала за ними. Казалось, эта стайка раскрывает все секреты образцовой семьи. Но не в их поведении и обязанностях, а в соотношении чувственности и заботы.

Необъятные размеры любви маленьких птичек настолько сильно впечатляли, что Мария не заметила, как погрузилась в еще одно сновидение, внутри предыдущего. Это была все та же гора, только вместо птиц здесь находилась вся ее семья. Она почувствовала, что идет правильным путем, так как чаще стала видеть родных. Они подобно пернатым, ласково ухаживали друг за другом, передавая всю свою любовь без остатка. Это было самое тонкое и умопомрачительное взаимопонимание, которое только могло существовать на всем белом свете. Каждое движение дополняло общую картину их внимания друг к другу. Взгляды ни на миг не отпускали глаза. – Это был один общий взгляд добра и любви.

Картинка исчезла, оставив Марию в первом сновидении. Она подумала, что ей необходимо научиться глубже входить в эти проекции, для ощущения еще больших впечатлений от существующих там эмоций. Она знала, что уж если во втором сне чувства усиливаются, то дальше ей может вообще снести голову от удовольствия.

Как только она подумала об этом, сновидение прекратилось. Она открыла глаза. Шаман спал. А в семействе птичек произошли перемены, остались только птенцы, они жалобно пищали и звали родителей. Ответа не было. Марии стало горько на душе, все ее существо взывало к материнскому милосердию. Она подумала, насколько подсознательное отличается от реальности. В сновидении эта семья пернатых купалась во взаимной любви, а тут все, наоборот, посреди ночи родители покидают своих детей, одних, беззащитных.

Девушка лежала не смыкая глаз с птенцов. Мысли сверлили ее голову. Она настолько накрутила себя, что стандартная ситуация птичьего мира заковало ее горечью. Под аккомпанемент этого чувства Мария уснула. Разум замкнулся сам в себе, устал и отключился. На этот раз, она провалилась в обычный сон, в котором полностью отсутствовала.

Шаман проснулся первым. Он аккуратно убрал место костра. Прибрался в пещере, и набрал воды из горного ручейка в пустые фляги. Он сидел в ожидании пробуждения Марии. Он уже увидел, что птенцы находятся в одиночестве, и сразу почувствовал некое беспокойство, исходящее из недр подсознания девушки, – он это явно чувствовал.

Как только Мария пробудилась, она тут же направилась к гнезду. Поняв, что там все по-прежнему, девушка тут же подняла панику. Она бегала взад-вперед по выступу. Смотрела вдаль, прищуривала глаза, закрываясь от солнца козырьком из руки. Вновь возвращалась к птенцам, хватаясь за голову. По ней было видно, что мысли совсем ее украли у разума. Но, как только девушка попыталась протянуть руки к малышам, Ваби-Манидо тут же остановил ее.

– Не смейте этого делать! – Твердо сказал он.

– Я совсем забыла, – как бы извиняясь отреагировала Мария, – я где-то слышала, что они могут пропитаться человеческим запахом, и родители больше не примут их, даже если вернуться.

Горечь еще большим напором хлынула в ее организм, практически парализовав все истинные функции. Она понимала, что находиться в безвыходном положении, в тот момент, когда кому-то нужна помощь извне.

– О, какой букет! – Воскликнул шаман, улыбаясь. Он смотрел на Марию. – Видно Вы с собой прихватили из прошлого спектакля нетерпение, которое к Вам явно неравнодушно. Да плюс ко всему и горечь к Вам снизошла! Вы, как вулкан, дорогая!

Шаман покатился со смеху. Мария стояла, как истукан. Она глупо хлопала глазами. Конечно, она понимала, что Ваби-Манидо догадался о ее переживаниях по поводу птенцов, но она не могла понять, – что здесь смешного, когда ситуация серьезная и довольно печальная.

– Да дело здесь не в Вашем запахе, которым пропитаются птенцы. – Прокомментировал шаман, когда отошел от смеха. – Это их мир, и у них свои законы и порядки. Здесь полно подобных им. И даже, если родители их покинули, в чем я сильно сомневаюсь, им помогут. А если нет, то такова воля их природы, да и их самих. Вы же не бегаете, как спасатель душ в каждый курятник, где убивают куриц! Знаю, что вы сейчас скажете, – мол, хотя бы можно спасти то, что видно. Нет, все, что вы видите – это только Ваша проекция, и со временем Вы меня поймете, когда научитесь читать между строк, – все, что Вы видите, лишь Ваше видение, и он будет меняться, когда Вы научитесь им управлять. А данная ситуация сложилась для Вас, из-за Вас и помимо Вас. Поясню: Вы преодолеваете определенный личный путь, и все, что встречается Вам на пути – это Ваши учителя, уроки, подсказки и путеводители, отправленные Вами же, только в осознанном состоянии.

Поверьте, мне, если бы Бог каждый раз трогал человека, навязывая свою заботу, переставляя его с места на место, люди давно бы взбунтовались. Они энергетическим манипуляциям не рады, а тут такое!

– Я согласна, но, что же делать? – Поникши, пробормотала Мария.

– Наблюдать и ждать, или собраться и уйти, если Ваша горечь съедает Вас изнутри. – Ответил шаман. – Птичий мир сам разберется с этой ситуацией, обещаю Вам!

Мария поняла, что спорить с шаманом бесполезно, тем более она в глубине себя была с ним полностью согласна. И лишь привычный разум того мира, откуда она приехала, до сих пор пытался навязывать свои устои, мельтеша перед ее мыслями разлагающейся горечью. Он постоянно твердил, что именно она может спасти весь мир, если откажется от самой себя.

Они уселись на траву, шаман попросил скрестить ноги, и предаться медитации. Он сказал, что единственное, что необходимо, – это убрать лишние мысли, остановить внутренний диалог и созерцать одну точку. Как пример, он указал на пик соседней небольшой горы. Мария послушалась, и уже через непродолжительное время, она смогла расслабиться. Мысли сами по себе ушли. Тело стало легким и воздушным. Глаза очистились, и теперь они могли безболезненно наблюдать одну точку, не теряя фокус в остальном пространстве. Хоть джунгли расплывались визуальной дымкой, но все же имели общую и знакомую структуру. Затем цветное видение сменилось на черно-белое. Причем все края любых форм сияли белой аурой. Получалась некая окантовка. После того, как разноцветный стиль пропал, четкость изображения настроилась до идеальной. Мария поняла, что может убрать целенаправленность с точки, в виде пика горы, и не теряя ее из вида, более детально осмотреть окружающие виды, только уже объективным видением. И не важно было, какой цвет у окружения, – все существовало так, как это было задумано. Мария не оценивала, она просто наблюдала. Затем она смогла перевести взгляд на птенцов. Они были привычного цвета. Это успокаивало Марию, даже в ее безразличном наблюдении.

В подобном состоянии они просидели очень долго. Усталости не было. Тело девушки по-прежнему, словно парило над землей. На горизонте появилась огромная птица. Взмах крыла которой, перекрывал чуть ли не половину неба. Это еще усиливалось необычным видением медитации. Мария почувствовала дрожь по телу. Эмоционально она была спокойна, вернее концентрация, в которую она вошла, не давала ей чувствовать обычным способом. Так же она осознавала, что не сможет оценить этот процесс привычным способом, – разумом. Но она явно ощущала, что именно горечь, где-то там в самых глубинах ее разума пытается подобной дрожью достучаться до нее.

Странные и непонятные ощущения. Невероятно новые. Девушка поражалась тому, как это интересно наблюдать за обычными проявлениями, но с другого угла зрения. – Другими, более глубокими видениями своих внутренних процессов. Дрожь не проходила, теперь она просто-напросто стучала по голове. Нет, это не была привычная боль, или что-то похожее на нее. Это были безмолвные, но тонко ощутимые разговоры ее разума, которые были направлены к ней, только на этот раз безответные.

По мере приближения большой птицы, бессловесные крики разума усиливались, – он старался удвоить горечь, от сложившейся ситуации. Пытаясь рассказать, что птенцы одни, и есть явная опасность, и она приближается.

– Наблюдайте! – Приказал шаман.

Мария понимала, почему Ваби-Манидо так настойчиво диктует наблюдение, – из-за своего разума, она могла все испортить, и выйти из медитативного видения. Что помешало бы ей завершить начатое, – проверить слова шамана, что мир птиц сам о себе позаботиться. Девушка расслабилась еще больше, отпустив и ощущения. Это помогло избавиться от дрожи. Она осознала, – пришло чистое и независимое видение. Она была объективна. Горечь отошла в чертоги своего постоянного места жительства. Она стала безмолвно наблюдать.

Огромная птица приблизилась, но, когда она подлетала к выступу, на ее пути возникла другая, более крупная. Она поднялась с подножья горы. Они столкнулись в неуклюжем состоянии. Обе птицы кого-то выслеживали, и не заметили друг друга. Мария ясно сознавала теперь, что вся эта сцена, лишь ее проекция. И подобная нелепая случайность двух хищников с идеальным зрением и лучшими шпионскими навыками, всего-навсего определенный урок для нее. – Мир вращается и без ее участия, имея счастье и любовь. А все, что случается – только из-за ее переживаний, для ее переживаний, она сама и есть эти переживания.

Обе ошарашенные и оглушенные птицы улетели прочь, как трусливые шкодники. Птенцы, как ни в чем не бывало находились по-прежнему в своем гнезде.

Мария вышла из состояния медитации.

– Вы поняли урок Мария? – Спросил шаман.

– Не хочу углубляться в смысл моего беспокойного разума. – Поторопилась ответить девушка. – Мы оба знаем, что ко мне пришло осознание, что я зря порой навязываю миру свое мнение. И отсутствие приятие во мне иногда портит мне жизнь. Но я точно знаю одно, что без этих перепадов настроения, мне было бы скучно жить.

Она засмеялась смехом ребенка.

– Совершенно верно! – Прокомментировал шаман. – Наконец-то Вы начинаете знать чувство жизни, а это – знание чувств и их приятие. Как не крути…

– А также я осознала, как эмоции могут управлять человеком, если не управлять ими, или хотя бы не знать, из чего они вытекают. Внутри себя, даже, когда медитация отключила все позывы разума, я сильно ощущала мощный дискомфорт, это горечь пробивалась ко мне, чтобы я совершила действия. А как бы вылились эти действия, зависело бы от меня. Поддалась эмоции – ситуация бы расширялась, внося в свой кадр новых персонажей и новые эмоции, и это точно. Ведь разум бы получил подпитку от моих реакций, и подливал бы еще больше масла в огонь.

Теперь я знаю, что всегда можно остановиться, если ситуация угнетает. И что лишние действия вызывают нежелательные противодействия. Главное, чтобы это осознание не покидало меня. А то я вечно, как проснувшийся, только что младенец!

Мария засмеялась.

– Ничего страшного! – Улыбаясь, произнес шаман. – Все идет своим чередом! И если Вы завтра заснете, в своем осознании, значит так нужно, Вы просто устали быстро двигаться. И рано или поздно вернетесь на этот путь. Вы же на него встали когда-то, а обычно это уже нескончаемо! А иначе обратно!

Они оба поняли друг друга и засмеялись.

Ситуация разрешилась сама собой. Без вмешательства людей. Мария уже не думала об этом. Неизвестно откуда, но она точно знала, что и с птенцами будет все хорошо. Единственная мысль, которая посещала ее, была о доме. Она ласково улыбалась, вспоминая своих любимых и родных, девушка видела их перед собой так же, как, если бы они были рядом.

Ее внезапно отвлек шаман, он положил ей руку на плечо, и указал другой в сторону гнезда. Мария повернулась. О чудо! Оба родителя вернулись. Птенцы радостно пищали. Получая свою порцию пищи. Девушка ликовала вместе с ними.

– Иногда дорогая Мария, – еле слышно, приятным голосом произнес Ваби-Манидо, – свои переживания лучше отпустить. Неведомые силы, которые питаются вашей энергией от выплесков эмоций, будут стараться создавать любые дополнительные ситуации, чтобы Вы добавляли эмоции еще и еще, исходя из Вашего настроя, ведь им все равно, что для Вас хорошо, а что плохо! Любая модель развития событий конструируется в Вашем ангаре с проектировщиками, инженерами, рабочими. И только вы можете управлять, как процессами, так и возвратами, и конечно же дальнейшим программированием. Но никогда не забывайте: как только Вы зазнаетесь, что именно вы творите мир, высшие силы ударят Вас по носу, пусть даже, если они исходят из вас. Таков закон баланса вселенной. Ей не интересно всегда быть сверху или снизу… Так же, как не интересно будет Вам! Наблюдайте Мария! И в процессе сами будете знать, что делать.

Девушка страстно улыбнулась шаману, а затем подарила такую же улыбку всему миру. Внутри ее был совершенный баланс. Хотя бы в этот миг, который всегда может быть вечностью.

Ваби-Манидо и Мария собрались, и отправились дальше к вершине горы. Тропинки не был видно, она не была протоптана. Но очень явно ощущалась, – каким-то волшебством, на этой невидимой колее не было не насекомых, зверюшки не пробегали, да и птицы не садились. Дорога для людей очищалась таинственными силами земли. Деревьев уже не было, так что солнечный свет доставал в любой точке. Но это не мешало, наоборот, ласково пригревало и одаривало заботой. У небольшой трещины было большое скопление змей. Они не прятались и не таились для нападения, все выглядело иначе, они словно всем своим видом показывали, что здесь живут. И что они совершенно дружелюбны, если, конечно, на них не открывать охоту из-за драгоценного яда, якобы полезного в лечении недугов. Здесь, в естественной среде, змеи выглядели иначе, чем представляла их Мария. Она наблюдала за ними, как за естественной средой обитания, а не как за грозными и опасными словами, смыслами, историями, вышедшими из уст людей, фантазирующих для своего блага. Неважно материального или хвалебного. Змеи чувствовали это понимание девушки и учтиво расступались, они будто чувствовали, где пролегает путь людей, провожая их своим почтением.

Небо было кристально голубым. Оно блестело, как алмазная грань нового обручального кольца, даруя столько же радости, сколько свадьба приносит счастья молодоженам в первый день супружества. Голубая бездна понимала настроение существ на горе, и освещала им все их мечты.


БЕЗРАЗЛИЧИЕ.


Путники добрались до вершины горы под вечер. Это была, своего рода прогулка. Они шли не спеша, разглядывая каждую трещинку в горе, каждый кустик, и конечно же около горную площадку густых джунглей. Вершина была абсолютно лысой. Там было невероятно прохладно. Теперь Мария поняла, зачем они все это время таскали с собой два, свернутых в трубочки, одеяла. Ведь по ночам в джунглях в эту пору было очень тепло, даже жарко. Они накинули на себя одеяла для комфортного пребывания здесь, и уселись отдохнуть. Девушка сразу же заприметила небольшой самодельный навес из веток и листьев, спрятанный в небольшом травянистом углублении горы.

– Я раньше часто приходил сюда медитировать, – пояснил шаман.

– Давно здесь не были? – Спросила Мария.

– Очень давно, – ответил Ваби-Манидо.

– Почему?

– Медитация теперь во мне! Я же объяснял, что выполняю те или иные действия, в нынешнем состоянии, лишь для детских воспоминаний.

– Они помогают вам? – Не успокаивалась Мария.

– Конечно! Я даже научился трансформироваться в ребенка.

Девушка подумала, что шаман имеет в виду внутренние изменения, – состояние души.

– Нет, – словно прочитав мысли Марии, сказал шаман, – я трансформируюсь полностью, – сердцем, разумом, душой и телом.

– Очень бы хотелось на это посмотреть, – с хитрой улыбкой, и взглядом недоверия, пробормотала девушка.

– Всему свое время. – Ответил с такой же улыбкой Ваби-Манидо. – Пока Вам хватает впечатлений для Ваших уроков, да и психику Вашу я стараюсь закалять добрым и почтительным шагом. А здесь мы из-за медитации. Но повторюсь, не для отвлечения разума, как обычно это практикуется, этот процесс Вы уже научились производить любыми способами, а для внутреннего согласия с собой, через силу земли. И наоборот. Надеюсь, Вы помните, что получили осознание: Вы – есть мир – есть Вы. Мир – это ваша проекция, то, что вы производите из себя. А Ваши глаза формируют то, что Вы воспроизводите внутри. И наоборот, – Вы то, что получается из мира.

Шаман засмеялся, словно сказал несусветную чушь и глупость. Он всегда так реагировал, когда давал запутанные головоломки бытия.

– Вы и вправду кокетничаете с реальностью, – прокомментировала Мария.

– Да, – ответил сквозь смех шаман, – я просто знаю, что нет никакой реальности. И все, что серьезно и правдиво, я считаю шутливой сказкой! Вы когда-нибудь поймете, что вся эта жизненная философия является фантазией и юмором, хоть она и лепит нашу реальность в виде компьютеров, домов, стран, планет. Но, когда Вы научитесь видеть, Вы увидите, что мы, и все вокруг состоит из того, что выходит у нас из задниц. – Весь мир – это всего-навсего переработка самого себя.

Ваби-Манидо покатился со смеху. Он держался за живот и хохотал, как ребенок.

– Ну, как тут дорогая быть серьезным? – Со слезами на глазах промолвил шаман.

– Я с Вами полностью согласна, – поддержала Мария, – иногда я приземляюсь на землю, и понимаю, что весь мой путь, – это лишь мой очередной интерес, и что я ищу серьезное, – истину там, где ее никогда не было.

Мария поняла, что опять приняла марафон словесного философствования, и катиться к концу разговора, с которого они начали. Она на секунду замерла, замолчала, и они оба рухнули в одном ритме веселого смеха.

Когда они отошли от веселья, то начали готовиться к вечерним посиделкам. Сложили дрова, которые принесли в связке, заранее приготовленные в низине горы. Натаскали хвороста, благо он имелся метров в двадцати ниже по склону. Починили навес, тот покосился от времени и ветра.

Мария решила обойти всю окружность вершины, пока не стемнело. Ваби-Манидо поддержал ее, и они отправились по кругу горы. На пути стали встречаться предметы, напоминающие ржавые останки металла. А некоторые имели четкую форму рукоделия человека.

– Это останки войны, – пояснил шаман, – здесь особый чистый кислород, – так его окрестили люди, и именно поэтому он таким себя здесь ощущает, и именно поэтому многое здесь сохраняет за собой первозданный вид, ну или хотя бы приблизительный.

Мария удивилась, но она легко поняла, о чем говорит шаман, вспомнив про внутреннюю проекцию.

– Здесь не было самого сражения, скорее всего это было место, где пряталась та или иная сторона боевых действий. – шайка выдумщиков, которые захотели интереса в своей жизни, придумав войну. – Ваби-Манидо с улыбкой бормотал эти слова. Но зато здесь наглядно видно, что время делает с теми, кто его придумал, и ему служит.

Мария наклонялась по очереди к каждому предмету, и аккуратно, еле дыша рассматривала их. От них доносилась сильная энергетика. Чувствовались переживания тех людей, которые владели этим оружием.

– Неужели все эти предметы могли так сохраниться здесь, на открытом воздухе. Кислород и назвали поэтому, что он окисляет и растворяет все. – Спросила с удивлением Мария. – Я всегда думала, что все памятники старины, – это подброшенная замануха для туристов, только здесь точно некого приманивать.

– Я Вам даже больше скажу, – здесь полно вещей и подревнее, если покопаться. – Ответил Ваби-Манидо. – Какая разница, замануха или нет. Правда то, что Вы считаете правдивым, а ложь, то, что Вы не приемлите, хотя бы на тот момент, когда думаете об этом. В каком-то мире, – в чьем-то представлении – так устроена жизнь, а кто-то по соседству даже и с юмором на эту всю болтовню не посмотрит. Многогранность – вот истинное видение! Всеобъемлющая сила!

Затем шаман начал рассказывать события, которые здесь происходили. Он описывал все до мельчайших подробностей. Что две идеологические машины встретились в этом месте руками обычных солдат. Что погибло очень много людей, практически, бойня унесла девяносто процентов от обеих сторон. Он сказал, что они будто бы резали сами себя, хотя происходили парные дуэли. Все уравнивалось, как бы они этого не хотели избежать. Так же, как и в современном мире, в тылу их семьям внушали патриотизм, чтобы те еще больше тратили энергии на противостояние противнику, которого даже не видели в глаза. Как и сейчас, это были продуманные ходы умозаключений на верхах. И солдаты погибали за царя, не имея чести даже пожать ему руку. Он оговорился конечно, что это всего лишь присказка о царе! На самом деле в каждом бойце сидела более глубокая идеология, которая превращала его в убийцу на поле битвы, и в любящего человека на родине, дома.

Мария слушала внимательно, но не участвовала в этом рассказе, – она не чувствовала то, что рассказывает шаман. Она не спорила, не вступала в дискуссии. На секунду девушка задумалась:

– Я испытываю абсолютное безразличие. – Пронеслось у нее в голове.

Это осмысление остановило ее. Она замерла, и приняла позу барана перед закрытыми воротами.

– Насколько мое познание своих чувств далеко занесло меня, – думала Мария, – я даже не испытываю сострадание к этим бедным людям. Мне совершенно все равно, что здесь произошло. И сказать, что это плохо, также не могу, так как чувствую себя прекрасно и беззаботно. Хоть и безразлично.

Мария погрузилась в мысли. Да углубилась так, что на миг отключилась от реальности.

Свет испепелял ее изнутри. Она, словно дырявое корыто источала из себя струйки света. Она поняла, что находится в одном из своих видений, которые часто стали к ней приходить, не как раньше, в виде обычных мыслей, а как настоящие фильмы. Затем световые струи начали менять цвета. А она сама приняла форму солнца. – Ярило с разноцветными лучами. Это смотрелось роскошно, и неимоверно впечатляюще. Мария наслаждалась, как каждым лучиком по отдельности, так и всей картиной в целом. Ей очень нравился ее новый образ солнышка.

Но вдруг лучи начали гаснуть один за одним, по очереди. Девушка осознала, что это ее чувства. Солнце – она сама, а лучи – это эмоции, которые начали потихоньку исчезать. Это видение очень сильно испугало ее. А тем более, когда остался всего один луч, который начал разрастаться и получать всю энергию, которой питались остальные лучи эмоций. Потом эта энергия переполнилась, и Мария увидела воочию структуру этого единственного и всепоглощающего луча, – это было безразличие. И когда луч набрал достаточную энергию, солнце наполнилось чем-то мощным и взорвалось изнутри.

Взрыв вызвал сильный магнетизм, из-за которого получилась обратная тяга, заставлявшая все вокруг всасываться внутрь бывшего солнца, а ныне взрыва огромной мощности, только с процессами в замедленном режиме. Это движение поглощения увеличивалось, пока все не исчезло внутри себя. Оставив лишь точку света на черном фоне, которая также угасла немного погодя.

Нет ничего. Только мысли Марии, которые были зациклены на безразличии. И само безразличие – тьма вокруг и внутри. Мария в глубине души чувствовала, что этот мрак не являлся полным отсутствием света, он лишь был уверенностью в том, что свет не вернется. Это его и погубило. Как все встает из пепла, в новом, возрожденном обличии, так и свет вновь возник в этом темном царстве. Свет и тьма смогли перемешаться и развеять сомнения, что одно без другого не существует.

Солнце вновь засияло. Вначале это было маленькое поле света, но постепенно оно разрасталось. Когда ярило достигло колоссальных размеров, из него пробился луч света. Тот самый, что высосал всю энергию у остальных лучей, а потом, набрав непомерное количество энергии взорвал солнечный шар, забрав в небытие все, что только существовало.

Теперь этот луч светил размеренно, забирая и отдавая равные части энергетического свечения. Поэтому из солнца начали выступать новые лучи, которые набирались силы, становясь равнозначными с первым лучом. В итоге их стало так много, что они закрыли всю поверхность шара, образовав солнце еще большего размера. Немного погодя, из этого, вновь образованного шара огромной мощности, также начали вырастать лучи, только уже невероятно толстые и более мощные. Мария наблюдала за этим процессом бесконечное количество времени, пока не сказала этому видению: «Хватит».

Процесс остановился. Девушка знала, что соотношение лучей к эмоциям были правдивы. Она воочию видела, как в принципе, без купюр, в ней возникло безразличие, но из-за ее страхов, оно поглотило все остальные чувства, уничтожив всю сущность. Но потом, как бы не хотелось тьме, свет возродился. И все воспроизвелось в обратном направлении, – восхождением. Расширение начиналось с рождения сущности, в которой появилось безразличие, но теперь оно потребляло энергию равномерно, помня горький опыт, – ему больше не хотелось кануть в небытие. Безразличие делилось своей энергией с другими чувствами, которые начали возрождаться и расти. Тем самым, они все вместе достигли общности и единения, расширяя свои возможности. А затем вся сущность набрала силы и расширилась вся целиком. И этот процесс повторялся постоянно. Раз за разом, обретая новые масштабы и силу.

Мария очнулась. Она уже не стояла, как прежде, а сидела, упершись спиной о гладкий валун. Шаман сидел рядом, он созерцал закат. Когда девушка подала признаки пробуждения, Ваби-Манидо повернулся к ней и в шутливой форме поприветствовал ее. Он сказал, что пора возвращаться. Они встали, и не спеша побрели к месту их ночлега. По дороге Мария видела новые предметы старины, вросшие в гору. А шаман продолжал упоительные и эмоциональные рассказы. Мария и на этот раз чувствовала безразличие, но оно уже было иным. Вернее, девушка воспринимала его иначе. Эта эмоция служила неким фильтром. Что позволяло Марии слушать рассказы шамана без своей оценки. Слушать, и приятно наслаждаться самим рассказом, не вдаваясь в личные переживания. Она это ясно осознавала, и благодарила внутри себя Ваби-Манидо за то, что он смог вызвать такие поучительные видения в ней. Они поведали девушке простую истину: все возрождается, как не крути.

Солнце очень застенчиво, но красочно скрывалось за горизонтом. Его красно-желтые отблески, последними строчками пропадали из нотной грамоты этой поверхности земли. Они были похожи на материнский поцелуй перед сном. Все это сопровождалось умиротворенным пением птиц, они словно замещали колыбельную. Ветерок изображал теплое одеяло, которое только что постелили, и которое нежно щекочет кожу от приятного свежего запаха. Мария просто купалась в этих ощущениях. Она даже немного теряла реальность, ведь она не лежала в кровати, а шла к месту ночевки. Но все эти ощущения, нахождения в детской спальне, были, как наяву.

Когда они дошли до места, и разожгли костер, ко всем чувствам домашности, прибавился еще и торшер-ночник, – его заменял костер. Мария устроилась поудобнее, а Ваби-Манидо продолжал рассказывать. Девушка удивлялась, как ему удается так непрерывно и интересно ведать чужие, но родные сердцу истории. В них не было споров с самим собой, они раскрывали сущность бытия, – его интересную сущность. А ей могла стать любая вещь и любое событие, все зависело от угла зрения и слуха.

Новые истории уже были романтичными, будто переключили радио на ночной режим. Теперь бывшие войны представляли собой домашних мужей и заботливых любовников. В этих рассказах всегда звучали нотки общности и единения, словно Ваби-Манидо прописывал какой-то специальный ключ приятия внутри Марии. Его голос разливался ровной и прозрачной рекой. Она олицетворяла собой гладь, ровную поверхность. На которой можно было рисовать.

– В пору этих сражений, – начал очередную историю шаман, – жили на свете два сердца. Они не ведали, что творится в соседних мирах. Они не знали дележки, злобы и ненависти. Все эти переживания встречались им лишь для споров внутри себя. И то, только, чтобы было нескучно жить. Широкое и плодородное поле разделяло два сердца. Ночью они находились, каждый в своем жилище, на разных концах поля. А днем они иногда встречались, когда работали в поле. Уж очень они любили овощи с этого поля. Все, что вырастало здесь, приносило невероятный вкус и хорошее настроение. Во время своих редких встреч, два сердца, практически не замечали друг друга, уж очень они были увлечены урожаем. Однажды, когда прошла зима, и два сердца заскучали по своему любимому полю, они встретили весну, обрабатывая землю. Они были в предвкушении будущего урожая. Их любовь была непомерна к этому полю. Но, как только первые жаркие лучи осветили их душу, они почему-то позабыли о поле. Их больше не интересовали плоды будущего урожая. Что-то странное влекло их в глубину себя. В один из прекрасных солнечных дней, когда они все-таки работали в поле, они встретили друг друга вновь. Эта встреча была какой-то особенной, по сравнению с остальными. Им обоим стало интересно, что-же изменилось в них. И они позволили себе отвлечься от работы и побыть с друг другом подольше. И свершилось чудо! Два сердца вспыхнули небывалой силой. Солнце стало не ярким, а просто ослепляющим, поле не чудесным, а самым замечательным, а их встреча окропила себя самыми высокими и теплыми чувствами. Два сердца познали, что есть и более широкая, и сильная любовь, чем только к полю и овощам. Теперь они проводили много времени вместе. Работали в поле, ощущая любовь к друг другу и полю. Отдыхали дома тоже вместе, любя друг друга, и свой общий дом. Даже в зимнюю пору любовь грела их жарче лета. После продолжительного времени, когда они вновь посетили поле для работы, после зимы. Два сердца вновь поймали на себе благоухающие лучи солнышка. И так, как они стали теперь отражением друг друга, то лучи возгорелись в них с двукратной силой. Они никак не могли понять, что с ними происходит. Любовь в них выросла еще сильнее. Но они никого больше не видели, кроме себя, поля и солнца. Тогда их осенило! – Они полюбили саму любовь! Их любовь расширилась до самых немыслимых высот!

А в соседнем мире, буквально через еще одно поле была война…

– Такая незатейливая история, – очарованно прошептала Мария, – но насколько она раскрывает любовь. То чувство, которое даже во время войны живет вечно!

– Да! Вы совершенно правы! – Самой чистой лаской в голосе поддержал шаман. – Чтобы я не говорил, чтобы не рассказывал, какой бы мир не видел и не ощущал, я всегда знаю, что любовь во мне, вне меня, везде! А когда хочу, то ее нигде нет, так как я и есть ничто!

Мое безразличие к плохому, не выражается наплевательством по отношению к другим, как вы его представляете себе. Я познал безразличие, как чувство безразличия лишь к себе, – к своим мыслям и действиям. Я вижу, значит это дело рук моего разума!

Ваше безразличие не было вам врагом, который уничтожает все на своем пути. Ваше видение это доказало. Все, в том числе и чувства, как исчезает, так и возрождается. И Ваше безразличие было Вам лишь помощником. Оно даровало Вам милое и спокойное впечатление от моих рассказов. Которые, кстати, уже канули в вечность. Вы, слушая меня, испытывали любовь, как и те два сердца, несмотря на войну, хоть в рассказе, хоть в реальности. Ведь всегда в один и тот же миг, кто-то воюет, а кто-то нет, но всех их объединяет любовь, как ни крути. Познайте безразличие, как друга, а не как врага, по инородному мнению! И оно будет с Вами, лишь, как помощник и верный спутник!

Мария не вступала в монолог шамана. Она наслаждалась каждым словом. Ей был не важен смысл, так как все, что она слышала, в любом случае входило в нее сладким и нежным напором.

Шаман указал на луну. Этой ночью она была совершенно одна. Но самыми глубокими чувствами, круглая чаровница передавала всю свою любовь звездам, которых почему-то не было видно. Но она точно знала о их существовании. И конечно же луна чувствовала их любовь к себе. Тут же к ней в гости забежало редкое седое облачко. Оно так расчувствовалось ее одиночеством, что подарило нескончаемый поток объятий. Долгие и страстные объятия продолжались все то время, пока все джунгли наблюдали за этими ласками. В лесу оживилась неведомая сила. Ночь блаженно влияла на все процессы земли и космоса. Ветер от возбуждения гонял волнами верхушки деревьев. Животные громко завывали. Вся эта картина ни в коем случае не ужасала, напротив, объясняла – насколько разными бывают виды и звуки любви.

Мария теряла все ощущения реальности. Для нее переплелись все чувства в единое целое. Она всем своим полным сознанием видела чарующую структуру всего. Мир рассыпался на глазах, тут же собираясь в одно целое великолепие. Он словно конструктор бесконечной фантазии, показывал самые разные варианты возможного. И все это девушка видела в содружестве неба и земли. Ей было неважно, какие силы диктовали эту проекцию, она верила. Она знала!

Мария уснула очень сладко. На этот раз ей снился сон. Обычный человеческий сон. Им нельзя было управлять. Он не нес в себе смысловые тексты. Не имел пророческой почвы. Сон можно было только наблюдать, как обычный лирический фильм. Это было связано с тем, что девушка за последнее время получила безграничную порцию впечатлений. Разум отказывался даже думать, не то, чтобы разговаривать или убеждать. Тело нежилось от отдыха. А сердце мирно пульсировало жизнь. Сон показывал город. Родину Марии. Он не гремел обычной жизнью, не звенел нетерпением, в нем не было жесткой конкуренции, – город был безразличным. А вот его жители чувствовали абсолютно все, не понимая, что их град безразличен лишь с одним умыслом – давать безграничную волю их творчеству. Он отдавался людям целиком и полностью. Именно поэтому он обожал свое безразличие, не крестив его в плохое чувство.

Осознав это, Мария влюбилась в свою родину еще больше. Она благодарила ту возможность, которая помогала людям выражаться и творить. Она и представить себе не могла, что получит столько знания, от обычного восхождения. Гора и впрямь источала мощную силу земли. Это чувствовалось и во сне.

Луна попрощалась с облачком, и на природную сцену выбежали звездочки. Они словно детишки, которые играли в прятки, вынырнули из ниоткуда. Каждая звездочка нашла свое расположение. Даже светимость вернулась прежняя, у всех, у всех до одной.

Мир стал прежним.


СОЧУВСТВИЕ.


На вершине горы, шаман и Мария провели очень много времени. Она не вдавалась в осмысления, по поводу того, что именно они здесь делают. Ей виднелась лишь поверхностная картина происходящего, – Ваби-Манидо обучал ее тонкостям медитации земли. Небольшой ритуал с костром перед сном, захватывающие дух истории шамана, и уроки мастерства погружения, настолько отвлекли разум девушки, что она еще дальше отодвинула свои естественные нужды. – Прежние привычки потребления и впечатления отошли на задний план. Она не задумывалась о том, что они едят, пьют, как дышат, да и улетучилась каждодневная практика созерцания себя в зеркальных отражениях. Эта привычка плотно перенеслась из прежнего мира, где существовали стеклянные зеркала, в здешнюю любую отражающуюся поверхность, – вода, гладь предметов. Именно поэтому, когда все-таки Мария мимолетно останавливала осмысление на случайном отражении себя, она сладостно закрепляла знание, что теперь она видит себя только такой, какой хочет видеть. Извечные проблемы с внутренними сплетнями по поводу своей внешности, раньше постоянно сбивали ее внутренний баланс. Он нарушался тем, что во время ухода за собой, можно сказать излишнего ухода, красота оболочки тела показывала себя с наилучшей стороны, – Мария себе нравилась. Но в моменты плохого настроения или усталости, она видела в основном разбитое и отвратительное отражение, особенно утром, или вечером после работы. Сейчас же, изменения диктовались отвлечением от этой глупости. Пропали постоянные хвальбы вперемешку с оскорблениями. Отпала система культа внешности. Да и настроение теперь работало не по принципу: «Завишу от эмоций», а в соответствии с легкой внутренней свободой. Шаман объяснил Марии, что настроение чисто зацикленная системная привычка эго. И оно неправильно интерпретировалось в обществе, оставляя за собой смысл: «Я раб внешнего, – настроение мое зависимо». Истинное значение являлось сутью настройки: «Как настроил сам себя, так и прожил»! Подобные знания очень сильно помогали девушке работать со своим чувством важности, в которое были закованы все остальные чувства, что она познавала. Она училась плыть по течению, а не бороться с любым из миров.

В очередной день, когда шаман упомянул, что они скоро будут возвращаться в джунгли, он решил пройти медитацию вместе с Марией.

– Это будет заключительная практика, ради которой мы здесь находимся. – Сказал Ваби-Манидо. – Вы стали ближе, сила земли и Вы. Мы вместе погрузимся в медитацию, и я покажу Вам мир знакомый, но немного видоизмененный. Ничего потустороннего, просто несоответствие с привычным. Это поможет Вашей психики легче переносить непознанное, двигаясь к непостижимому. Хотя, думаю Вы уже осознаете, как меняетесь Вы и все, что Вы видите около себя, или хотите видеть.

– Да. – Немного отстраненно ответила Мария. – Я стараюсь это замечать, и оставлять это осознание в привычном разумном мире. Теперь я понимаю, что фотографические способности, даже малых успехов, – это путь к цели. Пусть и не конечной, дабы жить вечно.

Шаман улыбнулся с хитринкой. Мария и сама увидела в своих словах огромную силу знаний, но постаралась не придавать этому значения.

– Но и в тоже время, – продолжила девушка, – я понимаю, что не следует гордиться этим. Так как любое знание должно быть мимолетным, иначе можно застрять в нем навечно.

– Согласен с Вами, Мария, – еле слышно произнес шаман, – Нет истины, есть лишь движение, или ничто.

После этих слов они долго смотрели на небо. Будто искали там ответ на всю ту бессмыслицу, о которой всегда думает человек. Но с каждой новой мыслью, небо отдалялось в космос, затем за пределы космоса, потом за границы осмысления существования, и так до бесконечного: «ответ лежит в самом вопросе!»

В глубине души Мария очень хотела узнавать непознанное, добравшись к границам непостижимого. Но также, ей хотелось оставаться человеком, что в принципе не укладывалось пока в ее сознании возможным.

– Давайте сделаем так, – как бы задумываясь, прошептал Ваби-Манидо, – Проведем всю оставшуюся ночь в медитации здесь, а на утро покинем это место. И отправимся дальше на поиски Вашего счастья.

– Я согласна! – поддержала Мария. – Тем более мне очень сильно понравилось это место. Оно очень сильно притягивает и раскрывается.

– Да! – Сила земли, – прокомментировал шаман, – но помните! Имея расположение, не привязывайтесь. Сохраняйте свою текучесть. Это позволит Вам находиться там, где Вам захочется, не обременяя себя вечной пустотой. Зацикленность – это вечная и унылая пустота. И пример с Вашим расширением соЗНАНИЯ – есть правильная дорога, – познаю, значит живу вечно, и конечно же интересно.

Мария ясно поняла эту двусмысленную, но объединенную единым знанием речь. Ваби-Манидо четко подметил то, что она может быть везде, не теряя себя!

Наступил долгожданный вечер. Мария предвкушала что-то необычное и высокое. Она давно заметила, что и здесь, среди магического настроения, ей доставляло удовольствие ожидание, как если бы она ждала праздного мероприятия дома, посреди рабочей недели. На нее тут же нахлынули воспоминания о родных. Мария сразу же подметила этот факт. Теперь личные погружения всегда сопровождались мыслями о близких. Ваби-Манидо не уставал повторять ей, что это очень хороший знак! Ведь в поисках себя, люди часто забывают о той тонкой связи, которая скрепляет их и мир.

– В погоне за единством с вселенной, – пояснял шаман, – человек пытается обойти стороной все те связующие нити, что нас объединяют, дабы сразу же прикоснуться к свету. Но обычно, это путь в никуда. Он не является равномерным путешествием, а только нервным скачком, что может расстроить психику, или вообще погрузить в неизведанное навсегда. Жить, значит плыть по волнам, а не биться о их толщу воды. При ударном погружении можно конечно же достичь глубины, но неизвестно, хватит ли кислорода на обратный путь, да и захочется ли вообще возвращаться. А это уже, совсем иная история, явно нечеловеческая. А за ее пределы мы всегда успеем!

– То есть, Вы хотите сказать, – продолжила мысль Мария, – что сами до сих пор являетесь человеком, и не погружаетесь в другие миры, только из-за того, что еще не постигли всего многообразия человеческого?

– Я постиг абсолютно все, – ответил шаман, – как и любой человек, только совершенно осознанно. Я знаю, что можно быть всем и ничем, выбирая любую точку на этой прямой. Просто-напросто мне очень комфортно в этом обличии. Здесь я учитель! И пока мое эго наслаждается этим, я потихоньку ныряю в иные энергетические миры, обучаясь там, как учитесь у меня Вы. А другими словами, я веду совершенно обычную человеческую жизнь, только более обширную по сравнению с средним разумом нашего мира. Я плыву по течению, где передаю знания, и получаю их сам. И, поверьте, мне, пока Вам не надоест, Вы можете расширять свое сознание бесконечно. Главное знать, что движение – это жизнь!

– А если надоест? – Спросила девушка.

– Всегда можно обнулить сознание, разум, да что угодно. Можно назвать это смертью.

Мария задумалась. К ней пришло легкое сочувствие к тем, кто боится смерти, и не знает, что жизнь заключена в движении. И что смерть не играет ни с кем в догонялки, она лишь смиренно ждет, когда человеку надоест жить. А надоест, когда он замкнется на одном и том же состоянии.

– Не следует поддаваться сочувствию! – Твердо заявил шаман, будто он находился в голове девушки. – Невозможно измерить счастлив человек или нет. Мы сами выбираем сколько нам жить, и сколько страдать. А после страдания – либо новая жизнь, забывая старое, либо ничто. И я сейчас говорю не только о телесной смерти. Тот, кто хочет жить вечно, тот живет, хотя бы в памяти других, на их устах. Это не важно, какой обличий у сознания. Сегодня оно собрало себе тело для существования, а завтра обрело покой энергии, или другое любое обличие.

И на самом деле, Мария, когда Вы сочувствуете, Вы сочувствуете только себе, так как проецируете чье-то, якобы горе, на свои переживания. Мы всегда проживаем любые состояния внутри себя, по своему усмотрению. Если, конечно, мы осознаем, что можно пробуждаться в тысячи снах… А иначе, постоянное чувство зависимости.

Сегодняшней медитацией я покажу вам истинную природу сочувствия. Наслаждайтесь!

После этих слов они молча перешли на пятачок горы, где постоянно практиковали медитацию. Уже совсем стемнело. Шаман смастерил несколько факелов из тряпок и какой-то маслянистой жидкости. Он расставил их в углубления возле медитативного места, пояснив, что подобные ямки не позволят ветру усиливать поглощение огня.

– Факелы будут служить вам возвратной точкой. – Сказал Ваби-Манидо. – Я хочу погрузить Вас на этот раз намного глубже, чем обычно. Мы будем концентрироваться на огне, – огни будут служить входом и выходом. Во время пути туда и обратно, я буду вместе с вами погружаться в медитацию. Но в определенном месте, Вы останетесь сама с собой. Это поможет познакомиться с энергетическими сущностями иного мира Вашими ощущениями, не взирая на мое знание.

– Сущностями? – Немного испугавшись, робко произнесла Мария.

– Не пугайтесь, – поспешил успокоить Ваби-Манидо, – для кого-то и мы сущности, тоже энергетические. Моя цель – показать Вам, что существует и иное. Это поможет Вашему разуму легче переносить грядущие изменения. Что позволит фантастику преобразовывать в реальность. Разум всегда закрепляет психику на определенном уровне, обкладывая ее высокими заборами привычного. Именно поэтому, многие движения все равно остаются на месте. И когда человек встречает внезапно неизвестное, он считает это глупостью и фантастикой, открещиваясь от этого наваждения. Мы же с Вами достигнем этого целенаправленно, с осознанием этого. Что подарит Вам знание обширности восприятия. – Вы сможете расширить свои познания, закрепляя свой разум в любом из миров, не отрываясь от любви к своему привычному миру. А в дальнейшем, Ваше сознание трансформируется из строителя в создателя!

Мария знала, что сейчас бессмысленно понимать шамана. Тонкое осознание могло бы к ней прийти только с проживанием этого.

Ваби-Манидо зажег факелы. Указал место, где должна сидеть Мария, и устроился рядом. Вначале он попросил девушку расслабиться, да так, чтобы отступили все знакомые телесные ощущения. Вслед за этим, шаман сказал закрыть глаза, и держать их закрытыми до тех пор, пока он не укажет на обратное. Ваби-Манидо еще раз напомнил, что входом в медитацию будет огонь факелов, их она увидит, когда откроет глаза, и за этим, сразу же осуществится погружение.

Шаман перешел от инструкций к своему видению окружающей природы. Он тихо и монотонно начал описывать джунгли, на которые спустился мрак. Только после его слов Мария увидела, что вечер и впрямь обратился в ночь. – Редкие блуждающие по деревьям тени расширились по всему горизонту леса. Тьма накрыла все, в том числе и девушку. Она осознала, что плавным и спокойным способом, через тихую речь, шаман добился от нее исчезновения привычного видения.

– Всмотрись в черноту своего взгляда, – продолжал спокойно говорить шаман, – пробуй видеть сквозь веки. Отбрось все сомнения, и материальность своей плоти. Ты энергия! Внутри только энергия. Снаружи тоже лишь энергия. Вы единое целое. И любое видение тебе подвластно, даже сквозь веки.

После этих слов Мария ощутила тот же мрак, но с явной живой структурой. Будто эта чернота выглядела, как в реальности – ночью в джунглях. Девушка видела сквозь веки, она точно это знала, как и знала, что глаза закрыты в телесном соотношении.

Тьма начала разбавляться мерцающей серой воздушной массой. Она была похожа на закадровую дымку. Серость отражалась от какого-то огромного предмета. Она словно танцевала на поверхности. Затем эти отблески приняли явно белый оттенок. Затем желтый. И в конце концов алый, с переливами синего. Все напоминало огонь. Тут Мария вспомнила, что шаман говорил о пламене в факелах, и что они являются дверью в непознанное. Она осознала, что эти переливы, отражающиеся от поверхности – и есть огонь факелов, а поверхность – это гора, на которой они сидели в медитации. Как только пришло это осознание, Мария погрузилась в такую глубину себя, что вынырнуть разумно было невозможно.

Ничего.

Начало…

Вспышка осознания, но настолько глубокого, что невероятно обширно. Мария перестала ощущать себя человеком. Она чувствовала лишь ощущение неизвестности. Привычные эмоции покинули ее. Тело не существовало. Оставалась только память о том, что есть память о чем-то. Эта несуразица не казалась девушке бесполезной информацией, она ясно знала, что находится в другом мире, совершенно обратном своему. И все по той причине, что любой намек на какую-либо информацию, пусть даже в виде света, одаривал вечностью, – всем, что можно только познать.

Память… Память…

– Ведь память – есть все я! – Крутилось знание внутри осознания.

Память помогла вернуть Марию на исходную точку. Она увидела вновь огни факелов. Но судя по странному облику джунглей, девушка поняла, что не вышла из медитации. Ей стало знакомо чувство, что она в сновидении, а вернее перешла в другой мир, где все еще проблескивают моменты ее памяти. Эти накладки старого мира на новый, поспособствовали ясному осмыслению своего глубинного путешествия. – Мария могла управлять этим состоянием, и своей памятью.

Заполучив бразды правления этим видением, девушка тут же отдалилась от огней, вспоминая, что они являются отправной точкой. – Она осознала, что может теперь путешествовать, где угодно. После этого осмысления появился Ваби-Манидо. Он, не раскрывая рта, сказал, что всегда был рядом, и будет, на всякий случай. Но ей необходимо снова убрать его из памяти и отправится туда, куда она пожелает, но оставляя половину разумности родного мира. Конечно же накладывая на него ляпы иных миров.

Мария разобралась в этой каше двойственного смысла. – Она могла брать части из разума, и части из воображения, и лепить из них что-то новое для себя.

Свет…

Уже до родного, милый и приятный свет.

Нет ничего, кроме прозрачного и Божественного света…

Сработала память Марии, на горизонте появились джунгли. Вначале они предстали в черно-белом сочетании. А затем только в белом. Джунгли оказались покрыты снегом. – Заснеженные джунгли впечатляли девушку. Она не знала, чему больше радоваться, тому, что видит, или же тому, что именно она придумала подобный ляп леса.

Между деревьями росли сугробы, из них проливался снегопад, но наоборот, – снизу-вверх, прямо на шапки деревьев. Снег был повсюду. Он исходил из любой мыслимой и немыслимой поверхности, да и любая плоскость выражала собой снежное начало. Снежинки, хаотично кружащие в любой точке видения, сверкали, как прады. Почему-то именно это название драгоценных лунных камней всплыло в подсознании девушки. Там оно перетекло в сознание, а затем и обосновалось в разуме.

– Так тому и быть! – Подумала Мария. – Прад – лунный драгоценный камень.

Сверкающие снежинки отбрасывали от себя лучики нереального свечения. Они были похожи на волшебные струйки, что-то вроде сплетения лазерного луча и энергетической вспышки. Эти лучики отражались от снежинок, от себя, от любой поверхности, создавая энергетическую сетку. Затем эта сетка умножилась, трансформируясь в единое полотно света. – Энергия проявила картинку, а затем растворила ее в энергии. Получилось сплошное перерождение из себя в себя.

Мария увидела истину! – Все энергия, она энергия, ее видение – это энергия. Она может создавать любые видения, а следовательно – любые миры. Она не спешила погружаться в них. Ведь ее проводником в этом заснеженном царстве была память. А она напоминала ей о словах шамана, – оставаться в известном мире, накладывая на него несоответствия. Это воспоминание помогло понять правило: Погружение в иные миры будут проходить под известным началом, – не нарушая баланс психики, то есть накладывая несоответствия постепенно, ровными слоями. Это помогло девушке оставаться на месте, в этих заснеженных джунглях, не улетая в неизведанное – в бесконечность.

Она наслаждалась этими видами. Джунгли в снегу и яркое свечение от внутреннего источника самих джунглей. Этот мир наглядно показывал, в ускоренном варианте, как вселенная рождается и умирает, постоянное бесконечное число раз. Уже не было понятно – джунгли производили снег, или же из снега образовывались образы джунглей, но Мария была прикована к этому миру, а точнее сказать, полумиру.

Рассматривая это очарование, девушка заметила, что помимо памяти, в этой картине ее сознания присутствует еще что-то. Тут же, после этого осмысления, Мария ощутила сочувствие. Она сожалела, что рядом нет ее семьи. И они не имеют возможности лицезреть это великолепие. Она понимала, что если она наслаждается своей выдумкой, то и ее родные порадовались бы вместе с ней. Чем больше она им сочувствовала, тем пустыннее становилась зима в джунглях. На девушку напала жуткая тоска, которая подпитывалась сожалением. И так по кругу. Одно питало другое. Начали пропадать очертания джунглей. Они стали превращаться в один бесформенный комок снега. А затем и вовсе, в однородную белесую массу. Все смешалось. Ее чудесное видение обратилось в первозданный свет, а затем в ничто, но только в рамках ее восприятия. Себя и свое сочувствие она видела очень ясно.

Мария осознала, что обычное чувство, которому она поддалась, без осмысления его действия, уничтожило все, к чему она стремилась – к созиданию.

К ней пришел на помощь разум. На этот раз, он не болтал вопреки ее осмыслению. Он понял, что она находится в безвыходном положении. Разум решил помочь, не вдаваясь в свои рассуждения. Он вернул память Марии. А она, в свою очередь, вернула прошлые этапы познания эмоций. В них девушка нашла знание – ко всему подходить с юмором и легкой душой. Как только эта фраза осознания прозвучала в ее разуме, Мария тут же улыбнулась на все происходящее. – Она познала мимолетность чувства сочувствия, лишь как напоминающего чувства, – памяти о ее близких и любимых людях. Сочувствие подарило девушке оттенки переживаний и воспоминаний, осыпая с ног до головы энергией интереса. Интереса двигаться дальше, – жить.

– Я знаю, что это чувство – мой друг. – Прозвучало внутри ее сознания, затем разума, а потом и в сердце.

После этого, сочувствие с радостью покинуло Марию.

Ничто обратилось в белесую массу. Из нее преобразовался снежный ком. Тот начал трансформироваться во что-то знакомое, – в очертания заснеженных джунглей. Перед Марией предстали во всей красе джунгли в снегу. А посередине их, шла ее семья!

Снег хрустел под ногами родных. Они ласково улыбались и раскрывали руки в объятия. Мария безмерно счастливая, утопая по колено в снегу, все равно пробиралась к ним. Она поняла, что хаотичные чувства топят ее. Девушка вскинула руки и попросила сама у себя безмыслия. Она смогла встать на снег полной ступней, не проминая его. Внутри чувствовалась только легкость и прозрачность. Больше не было сил, которые бы обременяли ее. Мария, будто паря, побежала навстречу к семье, издавая лишь приятный и еле слышный хруст снега.

Она осознавала, что это ее глубинное видение. Но она не могла отказаться от мысли, что все это происходит на самом деле.

Они встретились в заснеженных джунглях. Много обнимались и целовались. Бесконечно разговаривали и делились своими впечатлениями. Что могло быть лучше и волшебней?

Муж и дети передавали всю свою любовь, выражая восхищение, этому фантастическому пейзажу, в который позвала их Мария. А когда они узнали, что этот мир спроектировала девушка, то они явно дали понять, что она не зря совершает этот красочный внутренний путь самопознания.

– Сочувствие – только память, – произнес Фред.

– Сочувствие – это оттенки восприятия, – добавили дети.

Мария расплакалась от счастья. Она не могла делить впечатления. Все для нее было обаятельным. И встреча, и слова семьи, а тем более их счастливые и понимающие глаза.

Как только девушка заметила еще один ляп в этом видении, – все ее близкие говорили одним и тем же голосом, она тут же заметила огни факелов. Голос принадлежал Ваби-Манидо. И узнав его, Мария вспомнила, что факелы – это не только отправная точка в иной мир, но и гарант возвращения назад, туда, где находилось ее физическое тело.

Огни загорели еще ярче. Пламя одновременно ласкало, и ослепляло. От него шли глубокие блики, они острыми ответвлениями рябили в глазах. Все вокруг начало принимать привычный вид. Впереди прорисовывались четкие контуры джунглей. А позади ясной картиной появилась гора, отражающая пламя факелов. Видение обычного мира восстановилось.

И тут Мария поняла, что ее глаза вообще не закрывались. Она постигла медитацию в том виде, в каком она передавалась из безвременного пространства. Где нет различий между видением и взглядом. Также, она осознала, что не получала никакого гипноза от шамана. Его слова были лишь ключами к ее строительным способностям сознания, оно обрело чудо – созидание. Весь путь, от начала до конца, девушка прошла самостоятельно. Ваби-манидо встречался в медитации только для успокоения ее разума перед непознанным.

Мария повернулась в сторону, где сидел шаман, но его не было там. Он тихо мирно спал под навесом. Рядом потрескивал костер, что являлось приглашением для нее ко сну. Мария вспомнила, что они должны были покинуть гору только утром, так шаман предвидел ее усталость после медитации, и решил не мешать ей побыть наедине с собой. Как всегда, его обещания являлись лишь отвлекающим маневром, чтобы девушка не задумывалась о мелочах насущных, погружаясь в познания с головой и телом, полностью.

Мария легла. Спать она не хотела, но испытывала сильную усталость. Она чувствовала, как мало в ней осталось энергии после медитации.

Увидев родное и знакомое уже небо, девушка расслабилась, не заметив, как отходит в сон. Глаза закрылись сами собой, и она засопела, как маленький и сладенький ребенок.

Во сне, Мария увидела шамана, он пожелал ей спокойной ночи, радостно и нежно улыбаясь.


ЛЮБОПЫТСТВО.


Утро встречало своим радушием. Мир настолько радовался пробуждению Марии, что тут же осыпал ее счастьем. Это чувствовалось всей сущностью. Душа пела и танцевала. Внутри происходили перевернутые состояния, – буря эмоций. Девушка и окружение были отражением друг друга. Это родство сливало их воедино.

Джунгли дышали свежестью. Складывалось впечатление, что ночью прошел дождь. Легкая и упоительная влага летала в воздухе. Она не скапливалась в виде влажности, а странным и раздельным образом ощущалась кожей. Это природное касание воды ласкало Марию с ног до головы. Деревья встречали солнечный свет с неподдельной радостью. Они будто грелись на солнце после ливня. На взгляд, лес был сухим, влага была только ощущением и настроением. Все блестело счастьем.

Девушка знала, что вчерашняя медитация познакомила ее с небольшим островком вечного. С чем-то новым и необычным. И именно познание так вдохновило ее на окружающее великолепие. Она получила кусочек нового знания, что приблизило ее к любви всеобъемлющей. Мария просто-напросто таяла от своих внутренних переживаний. Они кричали ей, что она может теперь создавать любые миры, но из-за ее привязки к чувствам и разуму этого мира, она не в силах начать созидать. Прежние эмоции и страхи держали ее большими крюками. Она была рабыней трехмерного мира.

Мария решила отмахнуться от этого осознания, решив, что еще не время.

– Мое сознание вечно! – Подумала она. – Успею еще переродится в своем собственном мире, без этих цифр и букв.

Девушка вдруг вспомнила, она так и не встретила сущности в своих видениях, во время медитации.

– Ваби-Манидо, – обратилась она, как только шаман проснулся, – А как насчет сущностей иных миров, о которых Вы мне говорили. Я так и не встретила их, когда погружалась в себя.

– Конечно же Вы их видели, чувствовали и общались с ними. Только пока еще этого не осознаете. Все вокруг, есть чья-то сущность, побольше, поменьше, низменные, возвышенные, не важно, – даже любая мысль – это сущность. А какого из миров, или же целого мира, подскажет ваше чистое видение. Просто, когда оно зациклено на одной системе, – одном мире, видение не может осознать что-то кроме. Но постепенный путь через себя в себя, позволит Вам расширяться и углубляться одновременно. Вы начнете видеть и строить любые миры. Все роли известного и неизвестного Вам открыты. Главное иметь целенаправленное намерение в эту сторону, сторону познания.

Ветер, деревья, люди, вселенная – все это сущности, ведь они существуют. Но где-то, в чьем-то видении, они живут! Так и все понятное и непонятное – имеет свою энергетическую структуру, – свою сущность, главное видеть.

Мария испытала сильное любопытство, и к словам шамана, и к понятию сущности. Она пока еще знала его, как определение или предмет, но ей очень хотелось познать сущность своей душой, телом и разумом.

– Это очень хорошо, сказал Ваби-Манидо, – что Вы испытываете любопытство! Вас путь продолжается, и очередное чувство стучится к Вам в дверь. Оно многое поведает о себе и о сущностях. Это даст толчок вперед. А дальше только интересное, Вы и сами не заметили, как выходите на внутренний баланс. Теперь Вам предстоит познавать нейтральные оттенки своих переживаний, а следом за этим, вы откроете в себе чувства любви. Но, уверяю Вас, даже в любви всеобъемлющей есть все остальные чувства. – Они такие же, Ваши личные интересы, как и всего многогранного мира.

– Я только вспомнила, – с улыбкой произнесла Мария, что моя дорога, по просторам эмоций плавно перетекла в большее равновесие. Я уже намного слаще признаю свои чувства. Я от них балдею, – лучше сказать!

Они оба засмеялись. Им было хорошо, от того, что им было очень хорошо!

– испытывайте, моя дорогая, – оборвал смех шаман, – но только не навязчивое и зудящее любопытство. Зрите его, как добрый и легкий интерес, тогда Ваше любопытство обретет свободу и подарит новые знания, они будут приходить к Вам сами по себе, вначале маленькой струйкой, а затем и всепоглощающим объемом. Знания захлестнут Вас своим объятием, Вы и будите знанием!

Ваби-Манидо сказал, что они должны собираться в путь. С ласковой заботой Мария убрала территорию их ночлега. Казалось, что она сдувает пылинки с каждой травинки. Они вместе собрали рюкзак, расчистили место, где был костер. Перед спуском шаман подошел к краю обрыва, где они медитировали, и распростер руки к небу, затем сделал несколько радушных приветственных взмахов в сторону джунглей. Он подозвал к себе Марию.

– Взгляните на эти просторы, они ждут нас, – крикнул шаман, – впереди много интересного и неповторимого. Встречайте своим любопытством эту жизнь! Впитывайте каждую новую, и забытую старую информацию, что приходит к Вам. Любите свое видение. Все это для Вас, через Вас, – это и есть Вы!

– Я люблю этот мир, – крикнула Мария, – он есть я! Встречайте приключения, мое любопытство идет к вам!

Утро выдалось солнечное, но с легкой приятной прохладой. Все благоволило в путь. Гора была просто-напросто переполнена животными и птицами. Они собрались проводить людей, которые добрым настроением разбавили здешнюю жизнь. Вокруг все летало, бегало и ползало. Словно это возвышение земли ожило. Мария никак не могла насладиться таким разнообразием живности. Ей совершенно не хотелось уходить, будто она больше никогда не увидит подобное великолепие. Городская суета совсем отравила в ней разнообразие мира. Она настолько привыкла жить суетой и проблемами, что подобные виды казались ей заоблачной сказкой.

И вновь любопытство девушки взяло над ней верх. Но в этом случае, она не чувствовала навязчивое и черное любопытство. Мария искренне хотела любоваться этим красочным миром. Пестрые взрывы разноцветных птиц манили с собой ввысь. Полеты настолько завораживали, что даже спокойный внешне, на впечатления шаман, вскрикивал и размахивал руками, когда наблюдал за салютом пернатых проказников. Животные добрыми и уважающими друг друга стайками, виртуозно дополняли взлеты птиц на земле. Они узорами расходились поодаль, а затем, словно хоровод, смыкались в радужные круги. Многоликие пресмыкающееся ползали и бегали сложными геометрическими фигурами. Эти орнаменты выполняли такую наивысшую графику, что отсталые компьютерные композиции, навязанные, как продвинутые технологии, и в подметки не годились. Глаза разбегались и впадали в воздушную прострацию. Фокуса не было вообще. Это мощное многообразие рябило с такой огромной частотой, что иногда казалось – мир потерял свою привычную материальность. Все бурлило, пересекалось и раскидывалось собранными композициями. Смысла и объяснения этому, разум найти не мог. А когда Мария всмотрелась в поверхность горы поближе, она потеряла не только дар речи, но и самообладание. Ноги подкосились сами собой, и она присела на пятую точку. Руки беспомощно вибрировали ладонями по земле. Голова не шевелилась, лишь только глаза бегали то туда, то сюда, не имея возможности остановиться. Они и вспомнить не могли, как это бывает, когда их тяготит покой. Зрачки стали огромными бездонными черными дырами. Они поглощали все, что находилось в поле зрения. – Мир насекомых вообще не имел разумного строения, он кишел лепками из произведений знаменитых художников. Мария уже не могла определить, что подвигло на такие просторы видения, ее страстное любопытство, окружающий мир, или же все-таки ее эмоциональная впечатлительность, которая вышла за свои пределы, и теперь проектирует этот взрыв мозга.

Девушка на секунду отвлеклась, переключив взгляд на Ваби-Манидо. Тот сидел в таком же положении, не двигаясь. Она не поверила своим глазам, что такое возможно. Совершенно уравновешенный человек, который учил ее самопознанию, был отключен от своей мудрости, и выглядел, как заплутавший в впечатлениях ребенок.

Затем она осознала, что просто-напросто сама отключилась от привычной логики, и чувствует сердцем. Ведь шаман мог вбирать и производить любые эмоции осознанно. Он всегда мастерски входил в любые образы, которые находились в оппонентах, дополняя собой общую картину происходящего. Не исключение, что и сейчас он, осуществлял поддержку впечатлениям Марии.

Как только девушка поняла, что занимается лишней внутренней болтовней, она тут же переключилась на ошеломительный спектакль животного мира. И этот, не имеющий кулис театр, в благодарность, обрушился еще большим напором на Марию. Теперь казалось, что гора начала двигаться сама по себе, отдельно от животных, птиц и насекомых. Какие тут зоопарки, парки, аттракционы, курорты и мировой цирк, – Мария наблюдала зарождение непонятного и нового мира. Ее любопытство, первый раз в жизни, производило поток нескончаемой счастливой и светлой благодати. Она на секунду задумалась о том, что она наблюдает рукотворную роспись Господа Бога! – Зарождение жизни на планете земля!

– Идемте, – вдруг оборвал ее голос шамана, – Я понимаю, что в этом чуде можно тонуть вечно, но у меня есть небольшие планы, касаемо этого дня.

– Что за планы? – С искрой в глазах произнесла Мария.

– Мне очень нравится Ваш запал. – Прокомментировал Ваби-Манидо пылающие глаза девушки. – Ваше любопытство перестает тянуть за собой черную нетерпимость и обременительную навязчивость.

– Вы правы! – С акцентом на истину ответила девушка. – Я испытываю совершенно иные чувства, вернее оттенки одного чувства. – Любопытство, будто приветствует меня с заранее известным ответом, но с красочным итогом. Я самым чарующим способом осознаю, что перестала получать по носу от жизни за свое любопытство. И мне настолько очевидна структура этой эмоции, как помогающей силы, что все внутри трепещет и радуется. Я и до этого начала испытывать удовольствие от познания своих чувств. Но теперь, я вижу, как приятно быть целостной.

Шаман улыбнулся, не проронив ни слова, махнул рукой, что означало следовать за ним. И они начали спуск.

– А самое главное, – продолжила Мария во время движения, – я познаю это чувство без любых погружений и медитаций. Просто так. Я ощущаю его реальностью.

– На самом деле, – поддержал ее монолог шаман, – Вы становитесь целостной не только по отношению к Вашим чувствам, Ваша реальность теперь переплетается с иными мирами, сновидением, бодрствованием, медитацией, ощущениями и сказкой, и все в одной упряжке, – единородно! Это происходит со всеми, кто познает себя, не останавливаясь, очищая, сбрасывая ненужный балласт. Скоро Вы начнете замечать, что время теряет для Вас смысл. Так как оно зациклено на привычках. Что является одним и тем же. Вы начнете входить в то состояние, которое именуется вечностью.

Мария почувствовала, как любопытство заигрывает с ней, обращая свой взор на слова шамана. Они переглянулись, и засмеялись, думая об одном и том же.

– Пока мы спускаемся, – вновь заговорил Ваби-Манидо, – я расскажу Вам одну историю, как раз подходящую под Вашу эмоцию.

У Марии заблестели глаза. Шаман посмотрел на нее, и они вновь расхохотались. Настолько им обоим была приятна реакция славного и доброго любопытства.

– Так вот, – начал наконец свой рассказ Ваби-Манидо, – Один мотылек был очень умным. С самого детства он отличался от всех остальных своей жизненной смекалкой. У него был врожденный талант быть собой, и при этом принимать весь мир целиком. Его искренняя любовь к себе, даровала ему любовь к окружающему миру. Мотылек знал, что он и есть мир. Все его знакомые мотыльки с негодованием удивлялись, как он так может, целыми днями мечтать, летая по ветру без причины. И не заниматься их привычным делом – искать свет, который переродит их в более красочные и могущественные существа. Все они хаотично принимали те чувства, что подарила им природа мать. Мотыльки погружались в эмоции с головой, находясь в постоянном поиске всемогущего огня. Особенно им нравилось чувство любопытства, которое всегда приводило их сородичей к блаженным огонькам перерождения. Все их существо стремилось к этому. Но наш герой знал себя, лучше, чем любой из мотыльков. Он обожал свои чувства, но никогда не следовал за ними безвольно. Он был истинным гурманом своих чувств. То отдаляя их от себя, то приближая. Никто уже и не помнил, когда родился этот мотылек. Да он и сам позабыл. Время его не волновало. Он искренне наслаждался своей жизнью. Вкушая все прелести. Ему тоже очень нравилось любопытство. И он испытывал его к огонькам перерождения. Но он также осознавал, что эти огни забирают всех мотыльков безвозвратно, пусть даже и в лучшие миры. Просто-напросто, он не понимал, зачем покидать этот мир, когда в нем столько интересного и многообразного, чего он еще не познал. Именно поэтому, он оставлял свое любопытство к огню перерождения на потом. Ему никто не объяснял, не показывал на своем примере, никакие возвышенные силы не предупреждали об этом. Но он точно знал, что свои чувства можно использовать во благо для себя, удлиняя свою жизнь, хоть до бесконечности. Однажды, когда он встретил любовь всей своей жизни. Не ту, которая славится взаимными удобствами. А любовь всеобъемлющую, ко всем, кого он видел и знал, да и к тем, кого не мог увидеть и узнать. Он осознал, что этот мир познан им. Он смог вкусить всю ту многогранность, что здесь была. Любопытство больше не действовало…, и он решил проверить его там, где горела для него искра. Мотылек с истинным любопытством полетел навстречу к огню перерождения. Огонь принял его и его долгожданное чувство. Первый раз в жизни, мотылек испытал высшее экстатическое наслаждение от любопытства. И на этом его путь не закончился, – он продолжился там, за перерождением!

Шаман замолчал, хитро посмотрев на Марию. Она была околдована осмыслением этой притчи.

Спуск оказался очень плавным и воздушным. Внутри Марии образовалась легкая и сладкая пустота. Безмыслие окружало ее разум. Он, словно был заперт в вакуумную оболочку из тишины.

Когда показались первые верхушки деревьев, девушка задумалась над тем, что было бы, если бы у людей отсутствовали эмоции. Она почему-то начала сравнивать их с некими биороботами, непредсказуемыми и возможно даже агрессивными. Мария чувствовала нависшую над ней угрозу того, что она может стать пустой и хладнокровной. Вдруг она превратиться в безразличную и никакую? А при внезапном столкновении с новым и непознанным, чувства, которые сидят в ней глубоко, будут хаотично вылетать наружу. Тем самым награждать проблемами мир, и ее саму. Вдруг она настолько забудет оттенки своих эмоций, что они вернуться к ней исподтишка, и возьмут всю власть в свои руки, превратив ее, думающую, что она хозяйка положения, в свою рабыню?

Она не понимала, откуда взялись подобные негативные мысли. Возможно, из-за резкого перепада давления при спуске, а может быть из-за вездесущего любопытства, которое никак не хотело отпускать Марию. Но она ясно осознавала, что этот поток грязи необходимо остановить. Именно об этом и ведала притча про мотылька. Именно эту глубину раскрывал шаман.

Любопытство было ее полезным чувством. Которое она должна познать изнутри. Становясь ему другом и советчиком. Именно ясное осмысление этого, смогло бы использовать любопытство во благо всеобщей и личной цели. – Проверять, не обременяя себя на необдуманные и радикальные поступки. Любопытство должно применяться в ознакомительных, познавательных, и расширяющих сознание целях. А не, как принято у беспечных индивидуумов, – в омут с головой. Любопытство – есть добрый путь к знаниям.

После этих мыслей, девушка поняла, что до дыр протерла разум чувством любопытства. Как только она это осознала, чувство растворилось в ней, предоставив тишину и покой. Мария тут же отключилась. На этот раз, полностью и бесповоротно.

Ваби-манидо прочитал это в девушке. Он начал напевать веселую, но пронизывающую любовью сердце, песню. Это невероятно углубило внутреннюю тишину Марии. Мелодия звучала поверхностно, как фон, не пробираясь в недра ума. Это позволило безмолвию окутать всю ее сущность лаской.

На следующий день, они добрались до основания горы. Путь они держали не спеша. Шаман все это время напевал разные песни, которые Мария слышала впервые. Она и представить себе не могла, что бывают такие тональности и виртуозные переходы в звуках. Возможно, именно эти добрые песни, в первый раз, расположили девушку, за долгое время самопознания, к глубокой и сладостной внутренней тишине. Она позволяла Марии наблюдать только то, что попадалось на глаза, не обсуждая это, и не испепеляя себя мыслями.

Джунгли встречали своих старых знакомых. Лес, как маленький песик, вилял макушками деревьев, и издавал легкий визг от шевелений на ветру. Солнце здесь пряталось за кромками самых высоких зеленых изваяний. Внизу погода была настолько сбалансирована, что тело сразу же ощущало прилив новых сил. Свежесть, мощная и вдохновляющая свежесть окутывала здешнюю местность.

Мария заметила, что что-то изменилось в лесу, за время их отсутствия. Мир будто на одну ступеньку передвинулся дальше. Это чувствовалось внутри, снаружи, телом, разумом и душой. Девушка, впервые за всю свою жизнь, видела, как работает ее сознание. – Истинный строитель мира. Ее видение зашкаливало наперерез разумным объяснениям. Нет, не декорации менялись, не общая картинка, а сама суть воодушевления. Настроение гуляло по просторам счастья само по себе. Мария предвкушала свое возвращение домой. Она чувствовала, что познание положительных эмоций пройдет быстро и беззаботно. Каждый миллиметр ее осмысления уже практически касался любви, той, что она искала – всеобъемлющей!

Джунгли прочувствовали это помпезное настроение Марии, они с любопытством наблюдали за ней. Хоть они и были долговечны и мудры, но им было интересно познать человеческое счастье. То, которое еще только находится на кончике разума. Лес понимал, что рано или поздно, ум девушки примет эту новую реальность бытия. А пока ей оставалось лишь наслаждаться предвкушением этого.

Мария ощутила эту обратную связь с джунглями. Познав любопытство в себе, она чувствовала его в мыслях леса. Она не могла это объяснить себе логически, но она это знала. Девушка потихоньку стала входить в то состояние души, где она сливается с разумом и телом. Пусть это были только задатки, но она получала от них сильную эмоциональную подпитку. Энергия теперь больше не задерживалась и не тухла, как болото, она текла словно горная речушка, которая страстно желает жить, познавая новое.

– Интересно, – внезапно сказал шаман, – о чем Вы думаете?

– Вы очень любопытны! – Со звоном в голосе ответила Мария.

– Значит мы очень любопытные люди? – Не унимался Ваби-Манидо.

– Конечно, мы с Вами, лес, гора, мир, вселенная, все и ничто, настолько любознательны, что конца и края этому нет! – Радостно прокричала Мария.

Они взялись за руки, и весело вприпрыжку побежала по джунглям. Снова лес встречал их своими объятиями. Он не казался непроходимым и густым. Наоборот, каждый кустик и дерево, словно раздвигались перед ними. Джунгли напоминали собой снежные забавы детей, где раздавался радостный и звонкий смех, тем более, однажды этот лес был воспринят Марией, как проекция белого заснеженного чуда. Они бежали и громко смеялись, поднимая высоко ноги, как будто утопали в сугробах. Это нелепое несоответствие погружало девушку в такое непомерное и глубокое впечатление, что она верила – она в той реальности, в которой она хочет быть. Трава скрипела под ногами, да так отчетливо, что было понятно, – она старается подражать звуку промятого снега под подошвой. Ветер дул с такой силой в лицо, что заменял холодные потоки зимней стужи. Все перед глазами расплывалось, и собиралось в когда-то прожитую картинку. – Зима олицетворяла не холод, а сладкое чувство любопытства, которое даровало это волшебство. Погружение в эту проекцию настолько сильно впечатлило Марию, что она ощущала всем телом и разумом проявление зимней стужи. Даже, когда она поворачивала голову в сторону Ваби-Манидо, она видела на его волосах и плечах снежные следы, снег падал сверху. Уже нельзя было отличить, – листья реальных деревьев осыпались, или же это шел снег с реального неба. Две реальности переплелись в одну. Она искрила иллюминацией восторга. Мир менялся, он однозначно полостью менялся, но оставляя право за Марией, видеть его таким, как ей хотелось.

Пока они бежали, девушка странным образом вспомнила множество стихов разных поэтов, они настолько будоражили ее воображения, что вся ее душа пела. Один из них, сильным потоком ворвался в ее сущность. Его написал ее сын:


Бушует снег, стихия рвётся,

Как будто жизнь вновь оборвется!

Но не бывает в ней преград,

Хоть ливень лей, хоть снег и град!


Вокруг народ кричит: «Напасть!»

А для меня погода – страсть!

Возможно, не было такого век,

Так радуйся порыву человек!


Сезоны выдумал Господь,

Для взгляда, что душа и плоть!

Его напор прикосновений,

На радость, людям впечатлений!


Детишки чувствуют заботу,

Они не превратили снег в работу!

Задорно искренне смеются,

Их голоса повсюду льются!


Сугробы белые для них, что рай!

Но ты не чувствуешь? Тогда копай.

А детки за снежки схватились,

И в мир сражений погрузились!


Но не войны непроходимости,

Мучительной необходимости.

Баталии лишь понарошку,

Снег искрами взорвётся в крошку!


А в самую большую стужу,

Там на пригорке, что я вижу…

Замёрзший льдом стоит мужик.

Ой, обознался! Это ж снеговик!


По горкам мчатся плюшки,

Смешные пёстрые ватрушки,

Народа зимнего забавы,

Российской светлой славы!


Конечно, посетите мир,

Он красочный для глаз турнир.

Но заскучав по впечатлениям,

Сердечным разным повелениям,


На родину бегом скорей!

Здесь множество в снегу полей!

Они блестят на солнце днём,

Пылают истинным огнём!!!


Когда они остановились, то их ноги обмякли. Они покатились со смеху. Этот внутренний экстаз, который они испытывали от пережитых эмоций, приземлил их на землю, где они долго лежали без движений.

На целую вечность Мария и шаман отключились от всего внешнего, погрузившись в себя, и свою внутреннюю тишину.


УДИВЛЕНИЕ.


Мария очень удивилась, когда после долгого забвения, вследствие головокружительного пребывания в запорошенных снегом джунглях, она вдруг очнулась в домике шамана. Ее разум словно был отключен напрочь. Единственное, что она могла вспомнить, так это радостное настроение, в котором она пребывала подсознательно. – Вне ее привычного построения жизни, – сознания.

Ваби-Манидо не было рядом. Она обошла хижину, потом вышла во двор. Прошлась по ближайшему периметру леса. Сходила на родник.

Теперь она была не на шутку удивлена. Полное отсутствие поблизости шамана, совсем не походило на него. За время их знакомства, она всегда могла наблюдать его в поле зрения, или хотя бы ощущать его поблизости.

В таком состоянии, она провела целый день, затем вечер, и ночь. Спать совершенно не хотелось. Не было переживаний, страха, или паники. Марию съедало удивление. Из ее головы вылетел тот факт, что именно удивление было на очереди познания своих чувств.

На следующее утро, девушка решила остаться в хижине. Ей было лень умываться, одеваться и делать какие-либо телодвижения.

– Все равно его нет. – Ворчала про себя девушка. – Смысл что-то делать? Думаю, побездельничать. Могу и дома посидеть, хотя бы раз, за все это время пребывания в Перу.

Она уставилась в потолок. Не было понятно, ее глаза закрываются от долгого пристального взгляда, или же она просто-напросто теряет фокус пространства. Мария протерла глаза, но ничего не изменилось, – потолок хоть и был прежним, но его структура сливалась в какой-то непонятный узор. Не так, чтобы явно, но точно отступая от привычного видения. Она ущипнула себя, не рассчитав свои силы. Слезы градом посыпались из глаз. Девушка ощутила всю реальность своего нахождения в этом доме, на этой планете, в этой вселенной.

– Что же происходит с потолком? – Удивленно спрашивала она себя. – Неужели тот опыт, который случился после спуска горы, с подменой и слиянием реальностей, теперь будет возникать всегда и внезапно?

– Тебе необходимо пройти стадию случайного появления раздвоения реалий! – Прозвучал внутренний голос Марии. – Пока ты не научилась в полной мере управлять собой целостной, тебе придется мириться с новым наваждением – с разделением и соединением двух параллелей, – реальности существующей, и реальности желаемой.

Девушка еще больше удивилась, причем не только от того, что ее сущность общается с ней, но и от того, что ее удивление нарастает. Получилась некая цепочка из удивлений, – одно из другого. Она попыталась отключить внутренний диалог, и на секунду она исчезла из домика шамана. Она мимолетно пронеслась по коридорам небытия. Стены были лишь энергетическими преградами, именно поэтому она знала, что это коридоры. Затем, она словно вынырнула из глубокой ямы, и вернулась в привычную реальность. Все стало привычным, но потолок еще больше исказился в своей структуре. Он то оживал, то застывал в странной бесформенной фигуре. Это потолочное пространство имело не плоскую двухмерную поверхность, а ярко выраженную трехмерную сущность, и даже больше. В потолке чувствовалось присутствие какого-то другого измерения. Еще неизведанного Марией, да и возможно не познанного большинством людей, живущих на планете, земля. Но эта загадочная структура, словно кричала, что полно и тех, кто ее уже познал.

Удивление…

Это чувство просто вышибло Марию из привычного хода мыслей. То ли оно пыталась помочь, чтобы психика Марии не закружилась в прострации, то ли оно хотело поведать какую-то тайну, которая еще больше придала бы силы этой навязчивой эмоции.

Девушка не отводила взгляд от потолка, он манил ее так сильно, что она уже и не помнила, зачем смотрела на него. Причем ей уже не казались эти казусы с его живым образом странными, она привыкла к этому видению. И как только она это осознала, потолок начал хаотично передвигаться из своего привычного положения в сторону стен и пола. Казалось, что он наплывает вязкими волнами. Закрывая каждый слой следующим. Через некоторое время потолок полностью поглотил весь дом. Теперь это было пространство из волн неопределенной массы. Как только Мария начала вглядываться в контуры этих самых волн, они внезапно стали выпрямляться, проявляя себя в более четкую картинку. Настолько читаемую, что девушка смогла разглядеть каждый миллиметр этой поверхности. Складывалось впечатление, что она видит даже отдельные атомы. Как только она остановила свой взгляд на одной из трещин, та тут же образовала в себе бездонную пропасть. И неумолимо стала поглощать взгляд Марии в самую наивысшую глубину.

Девушка не останавливалась. Ее страстное удивление этому, вновь образованному миру, росло, как на дрожжах. Затягивая, все больше и больше в это необыкновенное видение. Мария смогла поймать фокус, и бездна прекратила свое поглощение. Темное царство остановилось, у него прорисовался горизонт. – Та плоскость, которая походила на твердую почву. Мария смогла вступить на эту поверхность, не понимая даже, где верх, а где низ. Внезапно ноги начали утопать, в некогда твердой почве. Девушка поняла, что эта твердь была лишь абстракцией того, чем она являлась на самом деле. – Волны первоначальной массы, которую она наблюдала на потолке, теперь поглощали ее ноги. Вначале ступни, закрывая их полностью. После этого наплывы дошли до колен, скрывая их, и двигаясь дальше. Мария наблюдала, как все ее тело стало погружаться в эту надоедливую массу. Девушки было удивительно, что она не испытывала страха и ощущала только приятные эмоции. Именно поэтому она не намеревалась остановить этот процесс погружения, – миг, и Мария исчезла.

Света не было, мрак тоже не ощущался. Глаза и рецепторы словно отсутствовали. Ее обволакивала приятная и непонятная пустота.

– Твое удивление – это твое намерение, беспрекословное и необсуждаемое. – Вторил голос внутри Марии.

Она поняла, что в ней разговаривает не просто мысль, разум или что-то известное. И даже не ее высшее Я. Она осознавала, что это сущность. Одна из тех, которую она встречала в медитации. Также она знала, что со временем она сможет различать разновидности этих сущностей. Ведь это могли быть разные энергии, – ее мысли прошлого будущего, настоящего, вечного, также это могло быть осознание наивысшее, или же отдельное, которое блуждает от человека к человеку для получения впечатлений.

– Удивление, – продолжал голос, – это жажда жизни, для всех, тебя, меня, меня в тебе, тебя во мне…

Как только девушка осознала весь смысл этих слов, она смогла увидеть их воочию. – Масса, которая ее поглотила, внутри которой она находилась, из пустоты превратилась в осязаемое пространство. Это была шарообразная оболочка. Она делилась на множество других пустотелых, но явно плотных по ощущениям, оболочек. От этой большой, и до самой незначительной, Мария постоянно переводила свой взор. Каждая оболочка была похожа на предыдущую, независимо от размера. Девушка подметила, что с лаской рассматривает эти шары, не испытывая жадности познания. И это открывало многие тонкости и нюансы. Например, каждая оболочка делилась с другой энергией. Все они излучали свет и непомерное счастье.

Вдруг Марию осенило! Это были шары удивления. – Жизненного пути, поэтому, и другим мирам. Именно в подобной форме, девушка видела свое чувство для познания. Оно олицетворяло собой оболочки знаний. Более большое удивление порождало меньшее, и наоборот. Из-за этих эмоций, знания сами собой втекали в разум человека и любого существа. Именно удивление помогало двигаться дальше, познавая мир через себя, а себя через мир.

Шары начали пульсировать, передавая друг другу какую-то информацию. По цепочке, по ним перетекала мерцающая энергия. Она так завораживала девушку, что ей хотелось питаться этим видением снова и снова. Каждая оболочка имела свой темп вибрации, в момент ее единоличного просмотра, но когда наблюдалась общая картина всех шаров, то они вибрировали в такт и с одинаковой чистотой.

Мария посмотрела на самый маленький шарик, он так старался подражать большим, что казалось, что он огорчается, когда что-то не получалось, и страстно удивляется, когда все идет в согласовании с высшими оболочками. Теперь было понятно, что это удивление отдельного человека. Побольше – это было удивление всех людей вместе, больше – всей планеты, еще больше – всех планет, и так до бесконечности, уходя за немыслимые просторы.

Девушке стало интересно посмотреть, где же конец этим шарам. Как только она выразила свое безмолвное намерение на это, она тут же начала перемещаться. Ее несло в направление увеличения оболочек. Через миг, она уже не видела картинки, – она перемещалась так быстро, что подобной скорости люди еще не нашли осмысление. Все настолько ускорилось, что превратилось в свет. Но Марии удалось понять, что она приближается к самому большому шару. И когда это произошло, она остановилась, да так резко, что испытала восторг от удивления, – она может передвигаться и останавливаться одинаково мимолетно и резко.

Конца и края этой огромной оболочки не был, но она чувствовала, что находится в ней. Это осознание сопровождалось наивысшей степенью удивления, такого, какого Мария еще не испытывала. Экстаз от этого чувства пронизывал всю ее сущность. Она испытала любовь Божественную!

После того, как она немножко привыкла к сильным вибрациям, исходящим из этого необъятного шара, она смогла разглядеть небольшой шарик, мерцающий перед ней. В нем Мария узнала ту самую оболочку, которая олицетворяла удивление отдельного человека. И, как только пришло это осмысление, дымка, которая заполняла пространство необъятного шара рассеялась. Девушка разглядела и другие шары, идущие от самого маленького – человеческого, к тем, что были больше размером, по возрастающей. Она лицезрела ту же картину, с какой начала свой стремительный полет. Бесконечность удивления замыкалась сама в себе, порождая необъяснимое видение непознанного пространства.

Мария могла бы попасть в ловушку замкнутости, что испытывала ранее, но этого не случилось. И какое же было ее удивление, когда она смогла взглянуть на эти шары по-новому, – они окрасились в другой цвет. Затем сменили темп пульсации. Вся частота вибраций поменялась в своей повторности.

– Мир меняется, – подумала девушка, – а с ним меняется и удивление, как отдельного человека, так и всего сущего. Значит так возможно со всем. Жизнь бесконечна!

Она получила такой мощный эмоциональный заряд, что трансформировалась в энергию. В этом новом обличии, девушка смогла переместиться в самую глубь человеческого пузыря удивления. Это было больше похоже не на проникновение, а на слияние ее, как энергии, и энергетической структуры шара. Мария чувствовала теперь, что она и есть человеческое удивление. Как только она это осознала, то сразу же ощутила в себе присутствие чего-то. Она удивилась этому, а оно удивилось в ответ, дополняя и продолжая это чувство. Девушка вначале догадывалась… Но, как только этот процесс с эхом эмоций повторился, она осознала, – в ее энергетической структурной оболочке есть еще один шар, но намного меньше ее самой. Мария смогла увидеть его отчетливо, это произошло, когда такая же дымка, что и в необъятной оболочке, рассеялась. Перед ней опять открылась та же картина с разными величинами шаров удивления, только в этот раз по убыванию.

– Почему я подумала, что опять, – вдруг раздался внутренний голос, только уже ее Я, – есть ведь поговорка: «Не опять, а снова!» Передо мной открылась сНОВА картинка с удивлением!

Эти мысли вырвались, из-за ее осмысления, всего зарождающегося и нового. Уж очень старо для нее звучало – «опять».

Мария также мимолетно облетела это убывание размеров. Она оказалась снова у своего привычного человеческого удивления, вновь слившись с ним энергиями.

Наслаждаясь единством с этой фантастической оболочкой, Мария погрузилась в непомерную радость. Она настолько была счастлива своему удивлению, что все прежние переживания по поводу этой эмоции просто меркли. Она опять прибывала в наивысшей степени осознания, где ей даровалось знание, что все многогранно, до безобразия бесконечно многогранно. И если удивление начинает угасать, забирая с собой жизнь, то его всегда можно вернуть, переродив во что-то новое. Пусть даже под маской нового образа этого чувства все будет привычным.

Удивление – путь! Удивление – жизнь! – Повторяла Мария снова и снова про себя.

Энергия девушки начала дрожать и шипеть. Странные шевеления и звуки обволакивали все ее нутро. Она заметила, что отделяется от шара. Еще немного…, и она полностью вышла из энергетического потока оболочки. Шары чувств начали движение. Они ускорялись все больше и больше. Мария теряла концентрацию внимания, но ей удалось вглядеться с ясной точностью в мелькающие кадры, – это она двигалась по отношению к пузырям, а они покоились на месте.

– Значит я куда-то перемещаюсь, – говорила она сама себе. – Но явно не по новому кругу осмотра и познания. Я чувствую, что это действие закончено. Наверно, я выхожу из этого состояния.

Ее мысли оказались правдой. – Она стала наблюдать картину ее пребывания сюда, только в обратном направлении, не перемоткой назад, а обратной накладкой событий.

Мария представляла из себя плоскость. Затем, она обернулась в однородную, фигурообразную массу. После этого, масса стала оборачиваться в волны, плывущие и перетекающие. Она начала поглощать какую-то ровную поверхность. Сперва четверть, потом половину. А когда она наплывами стала всасывать оставшуюся плоскость, Мария – масса, узнала в этой поверхности потолок. Девушка вернулась в то состояние, из которого она совершила свое путешествие в мир удивления.

Потолок все так же являлся размытым видением. Мария никак не могла собрать фокус. Только это ее уже не волновало. Она так устала от переполняющей ее радости, что глаза закрылись сами собой.

Она отключилась. Сон настиг ее внезапно.

Когда Мария проснулась, она ощущала огромный прилив сил. Настроение было колоссальным. Тело было расслаблено, но имело такой сильный подъем, что все мышцы просто кричали: «Мы готовы ринуться в бой!» Разум имел структуру холодной и спокойной субстанции, которая даже и намека не имеет на лишнюю болтовню. Сердце отбивало размеренное и ровное состояние сбалансированности. Кровь по венам текла не с напором, который должен был очищать организм, а с степенной мудростью, передающей каждой клетке лишь одну единственную информацию – жизнь продолжается, в ней очень много нового, что будет удивлять и радовать! Глаза теперь видели отчетливо. Не было помутнений и расхождений с реальностью. Не то, чтобы прошло видение самопознания, Мария прищуривалась, и это состояние познания возвращалось, – девушка теперь могла его контролировать самостоятельно и лично! Она это ясно осознавала. Что-то переменилось, когда она проснулась. Ее психика, осознание, знание, передвинулись за новую черту расширения. Мария теперь могла более глобально смотреть на любую область восприятия. Так же глобально, как глубинно!

Из окошка дул приятный теплый ветерок. В последнее время он отошел на задний план, как декорация ее сознания. Но теперь Мария видела снова его живую сущность. Он нежно ласкал девушку своими гладкими руками. Трепал ей волосы, словно он ее неопытный и робкий ухажер. Пробегался под одеждой, будто в нем черты страстного мачо. А когда Мария звонко смеялась от его щекоток, он вел себя, как старинный и самый верный друг, – ветер по-доброму обнимал девушку. Вдруг он внезапно позвал ее за собой. Мария прочитала это в его прикосновениях. Она сорвалась с места и выбежала из дома. Теперь ветер был повсюду. Но не как злой озорник, а как очень преданный товарищ, или даже любимая собака, что постоянно заискивает внимания. Девушка не стала колебаться, она поддалась легкому игровому напору. И они вместе закружились, как это делают листья в порыве танцующего воздуха. Круг за кругом. Головокружение за головокружением. Вокруг все плясало под стать этой красивой паре.

Когда ветер убрал свой напор, и отпустил свои бразды ведущего в танце, Мария упала на траву, и стала кататься по ней. Она громко смеялась, да так, что слезы искреннего счастья катились из глаз ручьем.

Ветерок подлетел к ней снова, и стал гладить ее голову, плечи и руки, будто пытается успокоить. Но заметив, что эти слезы от непомерной радости, он сильным давлением поднял девушку, и вновь закружился с ней. Круг побольше, круг поменьше, перекаты, знак бесконечности, – они постоянно меняли движения и такт. Мария заметила, что у них очень много зрителей, – все джунгли собрались посмотреть на эту романтику. В огромных листьях, которые свисали с деревьев, девушка усмотрела большие зеркала. Она представила себе, что находится в танцевальном зале. В помещении, где великие танцовщики репетируют свой восторженный дебют. Музыка красочными переливами текла из ее сердца. Помпезный зал, зеркала, элегантный партнер, изящная музыка, – она находилась в танцевальном раю.

– Что со мной происходит? – Кричала она на весь лес. – Я испытываю глубокое счастье! И для этого мне не нужна роскошь, материальная и ценная!

Никто не отвечал ей в ответ. Да это и не требовалось. Ведь у нее есть ветер. Такой приятный и учтивый молодой человек…

Наваждение закончилось, когда она почувствовала, что ветерок откланялся и улетел прочь, оставив лишь свои еле уловимые следы.

Мария остановилась и замерла от удивления, – перед ней стоял Ваби-Манидо. Он искрился в улыбке. Его на редкость белейшие зубы так освещали лицо, что казалось, что он ангел, спустившийся с небес. Девушка улыбнулась ему в ответ. Она не сказала ни слова, но передала всем своим видом, что ждала его и скучала. Она видела в нем самого хорошего и доброго друга. Именно друга теперь, а не учителя. Она осознала, что он ее учил, ровным счетом так, как учила она его. Только шаман принимал обе стороны медали, а она до этого момента, ощущала лишь амплуа ученика. Но сейчас все изменилось, – они были на равных.

– Я удивлен, моя дорогая!

После этих слов они покатились со смеху.

– Насколько Вы чуткий человек, Ваби-Манидо! Вы показали мне свой мир. А он оказался и моим тоже, как и все остальные миры. Вначале я думала, что обучаюсь просветлению. А оно существовало во мне с рождения. И ему конца и края нет. Мир, и его расширение – вот мой путь!

– Я очень рад, что Вы это поняли, причем собственным сердцем, разумом, телом и душой!

Вам пора собираться в дорогу. Вас ждут Ваши родные и любимые люди. А мне тоже необходимо отправляться в путь, в свой собственный.

– Я так понимаю, что Вы не скажите куда? – С вопросом обратилась Мария.

– Правильно понимаете, скажу только – в неизведанное для меня. Но запомните Мария, – я всегда буду с Вами, хоть в разуме, хоть в высшем сознании. И когда Вы захотите со мной пообщаться, просто обратитесь, и я приду.

– Вы так быстро меня прогоните? – Улыбаясь спросила девушка.

– Ну не сразу, – почти смеясь, ответил шаман, – у меня в гостях Вы познаете еще одно чувство, а потом я Вас выгоню, точно выгоню.

Они оба обрушились смехом.

После того, как они оба успокоились, шаман пригласил Марию в дом. Он разжег небольшую самодельную печку и вскипятил на ней воды. Заварил в кувшине несколько сортов трав, пояснив, что не преследует в них глобальной пользы. Он будто прочувствовал. Что девушка хочет поинтересоваться по этому поводу.

– Я давно уже делаю многие вещи только для раскраски своих впечатлений, эмоций. – Сказал вслух Ваби-Манидо. – И польза от этого всего – движение. Раз я пока еще человек из плоти и крови, но имеющий осознание, что я энергия, я с удовольствием следую знанию: Чувства притягивают меня к этому миру, и за счет них, я двигаюсь. А движение, как я сказал – есть жизнь.

Шаман разлил с приятным ароматом травы по чашкам. Они вместе присели на удобную и мягкую накидку. Рядом стоял невысокий столик, на который они могли ставить свои чашки. Все было невероятно удобно и находилось в дружеской атмосфере.

Вначале они разговаривали на разные житейские темы, не вдаваясь в углубление заоблачных и таинственных тем. Много смеялись, рассказывая друг другу шутки. Причем они сопровождались смешными телодвижениями и забавными позами. Но когда Мария отвлеклась от разговора, она впала в легкую и нежную дымку забытья, шаман пресек ее ватное состояние неожиданным вопросом:

– Как вы думаете, потолок действительно ожил, пока я отсутствовал?

– Не перестаю удивляться, как вам удается все знать, не бывая поблизости, – поддержала разговор Мария, – И тут же всегда говорю сама себе: «Очнись, ты там, где все известно и читаемо!» Наверно, когда я создам свой мир, там будут личные секреты, которые буду знать только я! И да! – Я уверена, что потолок ожил так же, как и все, что я видела в своем видении. Удивление побудило меня создать эту энергетическую жизнь. Причем это свершилось и без вас. Значит я получила немного Вашего видения и знания.

– Вы очень точно разобрали на составляющие мою сущность Мария. И конечно же Вы правы, что все это происходило так же реально, как и то, что ваше сердце пульсирует. И естественно вы теперь можете совершать подобные путешествия без чьей-либо помощи. Вы научились сливаться с другими людьми, с их проекциями, знанием и возможностями. Все в начальном, или конечном итоге – едино. И именно это знание позволяет вам двигаться по пути самопознания. Вы не только расширяете свои знания – свое сознание, вы также расширяете их возможности, расставляя якоря – флажки своего нахождения и осмысления, куда всегда можно вернуться. А все потому, что Вы и так существуете везде. А находитесь там, на чем или ком заострено Ваше внимание. Существует то, что вы хотите видеть!

Мария не стала комментировать слова шамана. Она не то, что понимала их, или была с ними согласна, она хотела сказать то же самое, – она и являлась смыслом всего сказанного!

Девушка не заметила, как наступил вечер. В доме горело несколько свечей. Тени от них изящно плавали по стенам. Воск плавился, позволяя огню съедать себя в любовной страсти. Он каплями стекал по стволу свечи. То же состояние испытывала и Мария, – она стекала в своем очаровании, ей было очень приятно и уютно.

Прежний мир плавился, не исчезая, он только уступал место новому, тому, где новые впечатления, и конечно же удивление!


ИЗУМЛЕНИЕ.


Утро последнего дня в гостях у шамана выдалось очень чистым. По ощущениям, мыслям, и конечно же погоде. Солнце озаряло, небо сияло, а земля дышала. Джунгли чувствовали, что девушка скоро покинет этот край. Но они не расстраивались, им было известно, что она скоро улетит в те места, где есть их сородич – русский лес. Не понаслышке, а по личным внутренним ощущениям, джунгли имели эмоциональную привязку к березовой роще и сосновому бору. Возможно, это бы и звучало немного странно в реальном человеческом мире, но в мире сказки и волшебства, это раскрывало родство всего, что только существовало на этой планете, да и во всей вселенной. Изумление летало в воздухе!

Мария попросила шамана, в последний раз пройтись по джунглям. Ее интересовало какое-нибудь новое и интересное местечко, где они смогут спокойно посидеть и поболтать. Ваби-Манидо охотно согласился, и они без промедления отправились в путь.

– Дорога будет не длинная, но очень интересная. – Прокомментировал направление шаман.

Пока они шли, им на пути встречались небольшие возвышения, речушки, горы и даже большой скалистый перевал, который, впрочем, они одолели очень легко. По мере приближения места, где они должны были остановиться, на деревьях, кустах и траве стали появляться капельки росы. По плотности воздуха чувствовалось, что влажность повышалась. Все чаще и чаще стали попадаться канавки, заполненные водой, они напоминали маленькие болотца. Между ними многочисленными изгибами крутились ручейки, похожие своим нравом на горные речки. Трава под ногами приобретала странные формы, в виде водорослей. Словно они передвигались по дну моря. Все это мокрое великолепие дополнилось небольшим дождиком, чего Мария не видела здесь ни разу, за все свое пребывание.

Шаман взял девушку за руку, и они пробежали несколько последних метров вприпрыжку. Так, как это делают школьники, возвращаясь из школы домой. Они смахивали воду с листьев кустарников. Брызгались друг на друга. Шлепали по лужам, и играючи толкались.

Когда они добежали до места, то Мария чуть не соскользнула одной ногой с края небольшого обрыва. Шаман подхватил ее, и они остановились. Их рассмешила эта нелепость. Но, когда они отошли от смеха и выпрямились, Мария чрезвычайно сильно изумилась – после маленького обрыва начиналась череда разных по размеру озер. От небольших и средних, до огромных и совсем уходящих за горизонт. Мало того, что они были похожи на узоры коврового покрытия, так они еще и смотрелись, как лестница. – Многоступенчатая ковровая дорожка из озер всевозможных оттенков и размеров.

Изумление…

Это чувство испытывала не только Мария, но и Ваби-Манидо, хотя бывал здесь не один раз.

– Какое очарование! – Воскликнула девушка. – Сам Бог приложил к этому руку. Это точно его потусторонние шедевры.

– Именно Мария. Эти озера имеют такое расположение, что их не видно ни с вершин гор, ни с высоты птичьего полета. Да даже вблизи, с других точек обзора они не показываются на глаза. Вся система их расположения выстроена так необычно, что является зеркалом, – отражением себя. Именно поэтому, с любого места, кроме этого, виднеется только одно озеро! Такая вот иллюзия обмана матушки природы. И рукотворная роспись творца здешних мест.

Мария изумлялась этому все больше и больше, а когда она осознала, что познание этого самого чувства свершается именно в этот момент, и именно руками природы, она изумилась еще больше внутри изумления, которое исходило из нее внутрь ее глубины.

– Как это прекрасно! – Кричала она восторженно. – Огромное вам спасибо за такой чуткий и добрый подарок перед моим отъездом!

Они оба присели на небольшие гладкие камни, которые были словно уложены по краям всех озер. Они напоминали ровные борта бассейнов. Вокруг повисла тишина. Люди, молча и с удовольствием наблюдали за природой, она же в ответ наблюдала с изумлением за ними!

Мария смотрела на это многоликое разнообразие озер. По началу было не заметно сильное различие в цветах, только в оттенках. Но при пристальном всматривании, она увидела, что каждый из озер имел свой личный цвет, с очень мощной глубиной и пропорцией. Самое большое было кристально голубым, оно сливалось с небом, меняя реальность на абстракцию. То, которое шло вторым по размеру, имело синий цвет. Дно не просматривалось, но вода была очень чистая. Она смотрелась, как слеза на заднем синем фоне. Оба озера были идеально гладкими, олицетворяя собой штиль. А вот следующее озеро бросалось в глаза не только тем, что оно волновалось под завихрение ветра, именно в этом месте, но и своим ярко зеленым окрасом. Не обычного зеленого оттенка, как например, у соседнего озерца, а ядовито-светлого. Дальше на очереди было озеро с переливами синего и зеленого, причем не в размешенном состоянии, а в переплетении этих двух цветов. Казалось, что каждая волна имеет свой чередующий оттенок. Как зебра, только зелено-синяя. Но больше всех, Марию удивило озеро по середине, оно выражало себя каким-то болотом. – По краю росли растения, что-то похожее на камыши. Оно будто бурлило и кипело. А его цвет вообще выбивал из равновесия, – это было желтое озеро.

Девушка встала, затем опять присела, потом снова выпрямилась, наклонилась. – Она пыталась найти хоть какой-то ракурс своего видения, который раскроет, что озеро обычное и по цвету, и по состоянию, вдруг свет так преломляется, что путает ее восприятие.

– Ваше восприятие – это только Ваше восприятие! – Сказал шаман. Не пытайтесь подключить силы извне. Не природа окрашивает все вокруг, а Ваше осознание. Конечно, если Вы только не хотите опять стать рабыней положения, – заложницей системы, которая диктует Вам: что и как видеть. Ведь если не развита волевая внутренняя система, то всегда на помощь приходит та, которой Вы подчинитесь!

– Я Вас поняла Ваби-Манидо! Просто мне так хочется искренне изумляться этому, что я проделываю весь этот спектакль для себя и своего разума, как бы дразню сама себя.

– Невероятно Мария! Это Ваш триумф! Теперь Вы меня изумили… Браво!

Девушка с благодарностью посмотрела на шамана. Ей было настолько приятна эта похвала, что она расплылась в глупой, но очень милой улыбке.

– Я сейчас испытываю наивысший подъем своих впечатлений. – Продолжила Мария. – Это связано и с предстоящим отъездом, и с последними моментами в Вашей компании, с великолепием, которое я наблюдаю перед собой, и с тем, что Вы помогли мне погрузиться в умопомрачительную сказку, в которой я всегда теперь желанна!

– Да, Вы действительно цветете и пахните! – Сказал шаман. – И на Вашем фоне, я сам испытываю такую насыщенную гамму чувств, что и нового мира не нужно!

Мария почувствовала, как изумление входит в нее, но не как прежде, а как бы рассказывая, и показывая все то, что оно делает. Девушка поняла, что это новое знакомство с этим чувством. С полной подробностью и разносторонним подходом.

Она вернула свой взгляд к желтому озеру. Оно изменило свое настроение. Теперь оно было каким-то половинчатым, – одна половина оставалась желтой, а вот другая приняла красноватый оттенок. Эта перемена заставила видение Марии расплыться в фокусе. Она поняла, что вызвала наивысшее восприятие. То, которое может быть переменчивым по ее желанию. – Намерение действовало воочию. Девушка подключила свою фантазию, вуаля, – озеро вновь собралось в четкую картинку. Только теперь оно имело другую форму, не круглую, а абсолютно равноугольную, с прямыми краями и линиями. И лицезреть теперь можно было не только его поверхность, но и всю его внутреннюю часть, с живыми организмами. Окрас озера поменялся, – вместо красно-желтого, оно приобрело пять разных цветов, каждый из которых находился на своем отдельном объемном куске. Все это зрелище походило на трехмерную схему-таблицу. Где озеро разбиралось по частям. Мария еще не понимала, для чего ее сознание прибегает именно к этой проекции, но изумленный разум девушки был не прочь этой необычной схемы. Он словно изучал то, что было давно уже изучено, но только с новым восприятием увиденного.

Мария повернула голову, и ее мысли изумились еще больше разума, они напором стали вырываться наружу:

– Ваби-Манидо! – Крикнула она. – Вы тоже участвуете в этом видении?

– Именно! Участвую! – А проектор здесь вы! Захотите, и я исчезну.

– Нет, нет, что Вы… – Растерянно залепетала девушка. – Оставайтесь, я очень рада Вашему присутствию.

Шаман рассмеялся, что вызвало смех и у Марии.

– Как пожелаете! – Ответил, строя лисью мордочку, шаман.

Ваби-Манидо указал на волнение в этом странном озере. Что-то внутри его оживало. Вода представляла собой плотную оболочку, будто бы это кожа. Желеобразная фигура, когда-то имеющая образ озера, расходилась разными наплывами во все стороны. Все походило на множество людей, находящихся в общем латексном чехле, растягивающие его в разные стороны руками и ногами.

Мария так была изумлена этой чертовщиной, что никак не могла поверить, что это восприятие ее собственное. Она до последнего думала, что это дело рук шамана, и его изощренного сознания. Но когда этот форменный и живой мешок с сущностью озера начал трансформироваться в великолепную и ранимую розу, девушка тут же поймала себя на месте преступления, – именно роза и желание ее увидеть, плотным наслоением сидело у нее в разуме.

– Я не верю своим глазам! – Громко и истерично произнесла Мария.

– Вы не верите себе? – Улыбаясь, спросил шаман.

– Как такое возможно? – Никак не успокаивалась девушка. – Я осознаю, что это сработало мое намерение, но моя память отказывается прокрутить сам процесс этого действия.

– И именно из-за этого, Вы готовы пойти на поводу у разума, и воспринимать только часть этой информации?

– Я не совсем Вас понимаю, – пробормотала Мария, – но очевидно, что да! – Я не до конца верю в то, во что почти поверила. Я это сделала! Но как?

– Отключите свою внутреннюю болтовню! – Очень твердым голосом заявил Ваби-Манидо. – Из-за нее Вы сейчас потеряете то волшебство, которое созидаете. Иногда не стоит разбираться, как это все устроено, просто нужно делать!

Наслаждайтесь своим изумлением! Пусть оно начинается здесь – в красочном представлении живого озера, которое Вы проектируете своим сознанием, потом продолжается слиянием с Вами, А напоследок пусть оно ведет Вас по жизни.

Для Марии эти слова уже звучали, как эхо. Они отражались от ее навязчивых мыслей. Эти рикошеты помогли успокоить внутренний диалог. Девушка стихла, и в полной тишине смогла погрузиться в изумление. Это сладкое чувство раскрыло еще больше ее восприятие, как истинный помощник и друг.

Она вновь начала вглядываться в свое видение, где озеро опять стало озером. Как только ее взор сосредоточился на воде, картинка начала расплываться. Девушка почувствовала, как вошла в высшую степень осознания. Тело стало хаотично дрожать, выражая собой стремление. Зрачки жадно расширялись, а веки перестали шевелиться. Разум сосредоточился на представлении, он даже не пытался влезать.

Озеро словно на перемотке вернуло себе структуру вязкого мешка с шевелением внутри. Эти внутренние движения массы продолжались довольно долго. Но это не надоедало. Фигура постоянно менялась, перестраивались и цвета, причем не оттенками, а резкими сменами на противоположности. Затем всю эту скульптуру будто вывернуло наизнанку. Внутренняя часть имела прозрачный белый цвет. Как только шевеления прекратились, вся полость словно натянулась во весь размер видения девушки. Все стало белым и прозрачным. Абсолютно все! Проглядывались только контуры, когда-то существовавших озер, природы, неба, солнца и Ваби-Манидо.

Эти контуры начали раскрашиваться в иные цвета, не как в обыденной реальности. Мария ясно осознавала, что именно она является программистом новой картины – новой реальности. После раскраски, она придала им объем, но не тот, что привычен, а добавляя мерности в проекцию. Теперь все вокруг находилось и внутри Марии. Она была предсказателем и исполнителем.

Было еще что-то, что она ощущала странным чувством, которое и чувством-то нельзя назвать. Девушка понимала, что ее сознание действует очень быстро, и разум не успевает привыкать к этим знаниям. Именно поэтому она не могла внутри себя подобрать новой сущности, которая приходила на смену эмоциям.

Ей начало казаться, что это иное, что-то знакомое и родное, но пришедшее через десятые врата восприятия. Она ощущала, что возможно, это сознание одного из членов семьи, который в дальнейшем окажется наиболее сильным строителем реальности, и через призму общего восприятия он передает какую-то информацию.

– Не вдумывайся! – Зазвучал голос.

Он точно не был голосом, который звучит из привычного человеческого состояния. Он не являлся голосом шамана, или кого-либо из знакомых людей.

– Не думай! – Продолжилась голосовая вибрация. – Отпусти ситуацию. Просто наблюдай. Изучай. Все придет, ведь оно уже твое. Тебя научили, как и что видеть. Потом тебе захотелось лишь то, чему тебя обучили. Теперь ты пытаешься просто видеть. Обучи себя знать то, что просто существует вне тех, кто тебя обучал!

Мария поняла, что ей срочно нужно отвлечься от голоса, потому что он источал мощнейшую силу. Она давящей пульсацией мешала девушке дышать. Она знала, что и дыхание всего-навсего привычка, от которой можно отучиться в новом мире. Но пока она не могла этого себе позволить. Разум хоть и не вмешивался, но он краешком глаза наблюдал за тем, что происходит. – Она будто бы стеснялась сама себя, и своих проявлений.

Мария последовала совету – наблюдать, и отключила все возможные функции существования разумного. Изумление вновь вернулось. Приобняло девушку, стало показывать все то, что она еще не досмотрела в своем видении.

Разукрашенная и объемная картинка нового мира ожила. Она стала отделять все персонажи от себя, пока фон полностью не слип от новых созданных образов. Этот фон представлял из себя сознание во плоти. Он обдался ярким светом, свернулся и исчез, не то в пространстве, а не то в самой Марии.

Новые образы будто уже были запрограммированы на жизнь. Без участия сознания они приняли невидимые источники жизни, и все вокруг ожило. По некоторым казусам и ляпам Мария поняла, что это только зарождение нового мира. Оцифровка этой проекции была еще сырой, такой же, как и способности разума девушки – принимать то, что она же и произвела в своей фантазии.

Девушка всем свои существом знала, что она является родоначальником этого мира. Она архитектор! И первоначальное зерно, закопанное в основу сознания этого мира – изумление. То чувство, которое помогает Марии проращивать росток нового, через дебри привычного и старого.

Персонажи, предметы, окружение, основа, еще не имели четких и идеально прорисованных контуров. Но они старались совершить это с собой. Входя в Марию, проходя через нее, и выходя в зарождение любви. Девушка понимала, что ей еще предстоит много работы в этом мире. И возможно продолжение в написании сценария, прорисовки текстур, создание жизни, программирование основ, будет передано одному из сыновей, или обоим. Только сейчас, она должна взять на себя зарождение этого изумления. – Мир, где будет жить она, ее семья, и все те, кто ей дороги.

Видение вдруг начало размываться и волнами исчезать. Сначала изящные прорисовки, затем общие цвета, а после них стерлись и грубые линии. Прежний светлый фон распростерся во весь объем восприятия. Ничего…

Мария поняла, что это были лишь сырые наброски ее задумки, ее намерения. И сейчас это все исчезло, потому что ей пока не хватает силы – энергии, чтобы продолжать. Но она была уверена, следуя дальше своим путем, – она накопит необходимую силу для продолжения созидания. И этот чистый лист – светлый фон вновь раскрасится ее фантазией, только уже более глубинной и продуманной, с тем разумом, который будет шагать в ногу с ее сознанием.

– Все это будет, – повторяла она про себя, внутри себя, в своих мыслях, – а пока я могу изумляться той способности, тому знанию, которое я обрела. Многое еще предстоит пройти. Это только начало! Начало пути, которое при желании может бесконечным!

Светлый фон исчез. Рябь пошла вместо видения. Это означало, что девушка возвращается в привычный мир. Стали проявляться очертания озер, знакомой местности, а самое главное – шамана. Мария настолько была счастлива его видеть, что ее изумление перешло границу обычного восприятия, и картинка озерного пространства тут же приняла естественный вид реальности.

– С возвращением в прошлый мир! – С нотками поздравления сказал Ваби-Манидо.

– В прошлый? – С улыбкой переспросила Мария.

– Несомненно, – продолжил шаман, – на этот раз, это было не просто погружение, сновидение, или медитация, Вы касались знания! – Силы! А заключалась она в созидании себя. Себя и своего нового мира. Да, он еще сырой, непродуманный, но осознание его вы получили, и теперь никогда не отпустите из себя.

– Я теперь постепенно буду перебираться туда? – Немного растерянно, но изумленно спросила девушка.

– Очень смешно звучит – перебираться. – Покатившись от смеха, словно крякнул шаман.

Мария не сдержалась и поддержала Ваби-манидо своим звонким смехом.

– Не забывайте никогда, моя дорогая, – с серьезным лицом молвил шаман, – Ваш путь – это дорога к себе, к своему миру, к своему Я. Вначале Вы ищите Бога, затем Бога внутри себя. Ну а потом Вы осознаете – Бог – это Вы! Именно поэтому, конечная точка Ваших поисков не наступит никогда. Это бесконечный процесс, если вы конечно же захотите этого, не обнулив свое осознание во всех мирах. А это будет происходить. – Тот, кто познал вечность, тот вечен, а следовательно – он пройдет все, что только существует и не существует, создавая, перевоплощаясь, забывая, умирая, воскрешая, рождаясь!

А перебираться, или нет, это лично ваша сила осознания. Вы и Вы – мир. В Вас, через Вас, из Вас, и для Вас!

Мария расхохоталась. Ее смех был похож на истерический. Он вбирал в себя все возможные экстатические струны. Все мыслимые и немыслимые вибрации. Смех содержал все чувства, любые возраста и бесконечность. Шаман не мог себе отказать поддержать это воодушевление, они оба смеялись. Соединившись, все вокруг растворилось внутри.

Шаман сказал, что им пора возвращаться. Мария была не против. Все, что возможно было в этой прогулке она получила. Переливы настроения исчезли навсегда, настройка теперь была заключена лишь в ней самой, – подвластная и контролируемая только ей, она и являлась настройкой.

Они окинули взглядом изумления просторы озер, их сказочную дальность и глубину. И двинулись назад, но не в себе, а только в мире материальных нюансов.

Джунгли буквально улыбались им. Все сверкало, искрило, дышало и радовалось. Вся имеющаяся зелень обрела еще большую сочность и насыщенность. Жизнь наполнялась большим объемом, чем обычно. Да и «обычно» приняло на себя иную структуру и осмысление. Казалось, что весь лес видоизменялся, отбрасывая четкие линии, и приобретая сладковатое притяжение размытых форм, – джунгли трансформировались в конструктор души. Небо свисало декоративной люстрой на пружинных шарнирах. Оно постоянно менялось в своем цвете. – Спектр всех приближенных к синему мерцал. Причем отголоски этого видоизмененного светового разрешения отражались на всей поверхности леса. А в местах, где были родники или речки, голубое зеркало космической души сливалось с ними в одно целое, разбавляя своим мерцанием оттенков.

Подходя к дому шамана, Мария изумилась, у двери стояли ее вещи. Она не видела, чтобы их собирал Ваби-Манидо, а тем более она. Но этот факт не сбивал ее с толку. Она понимала, что настала пора прощаться. Впереди ее ждала дорога домой, туда, где все только начинается.

– Прощайте Мария! – Нежно произнес шаман. – Но всегда знайте, – это «прощай» может служить Вам, как «до свидания»! И в любой момент Вы сможете увидеть или почувствовать меня. Духовное родство – самое сильное родство во всем реальном и нереальном пространстве, и даже, в безпространствии.

– Спасибо огромное Вам, Ваби-Манидо! Я познала Вас, Ваш мир, Любовь в Вас, – Я познала – себя, свой мир – любовь!

– Что Вы чувствуете Мария?

– Изумление!

Внезапно из джунглей вышел молодой человек, он был проводником. Мария последовала за ним, оборачиваясь и провожая взглядом шамана. Когда она осознала его слова, что они теперь единое целое, и всегда вместе, она отпустила взгляд, отвернулась, и направилась вперед – к изумлению!


ДОРОГА НА ПОВЕРХНОСТЬ.

Четвертая часть.


САМОДОВОЛЬСТВО.


Спокойное и равномерное покачивание. Чем-то схожее с движением на водной глади. Воздушное и вечно мимолетное. Ощущение глубокой невесомости. Нет тела, отсутствуют твердь и соприкосновение. Из известных звуков, доносится только молчание и тишина. Взгляд устремлен в видение несуществующего, – словно из ничего есть все.

Мария смогла очнуться только в самолете, на обратном пути домой. Дымка забытья отняла у нее воспоминания с момента прощания с шаманом, и до настоящего момента. Она не могла вспомнить, встречалась ли она еще раз с Эндрю, провожатым из племени, который показывал ей чудотворное озеро. Виделась ли она опять с Джимом – проводником из Икитоса, или Михаилом – проводником в Лиме, другом Вадима – ювелира. Мария знала только одно, раз она упустила эти события во время своего возвращения из Перу, они не имели особой важности. Да и сама важность больше не волновала девушку. Она ощущала некое господство над собой и своим восприятием.

Самолет уже набрал достаточную высоту, и на борту все оживилось. Движение было во всем. В людях, интерьере железной птицы, во внутреннем состоянии, и конечно же за бортом. По другую сторону иллюминатора все сливалось в голубом свете. Но несмотря на это, были видны очертания земли, и даже глубина космоса проглядывалась невзначай. Круглое окошко передавало не застывшую картинку цветов, а полноценную жизнь в движении. И это не было связано с полетом самолета, это выражалось глубоко в подсознании.

Девушка не шевелила головой, за нее всю работу делали глаза. Они перебегали от околооблачного пространства, до каждого незначительного предмета на борту. Каждая вещь, что встречалась ей, была связана с тем или иным человеком.

В самом начале летал небольшой и пушистый волан, его аккуратно запускали через кресло детишки. Мальчишки держали в руках механические ракетки, больше похожие на пистолеты – новшество игрушечной промышленности. Они были очень поглощены своим занятием, и получали искреннее веселье, и скорее всего, больше от невинной шалости для внутреннего порядка на борту.

Рядом неподвижной пеленой висели газеты и журналы, это было увлечение для родителей. Они словно семейка из прошлого, заменяли современные гаджеты на предметы старого и доброго обихода. А здесь это смотрелось еще более иронично.

Неподалеку маячил солнечный зайчик. Исходил он от мужчины в очках, который с явным любопытством наблюдал за игрой мальчишек. Зайчик из света и человеческой радости летал дугой по потолку самолета, в такт бесшумных выстрелов из ракеток.

Ближе к Марии, доносился шелест пакетов. Одна молодая пара доставала из них разные сувениры, рассматривая, и вспоминая свое путешествие. В одном из них было очень много магнитов. При пристальном рассмотрении, Мария увидела, что надписи на них были совершенно разными. И это были не только названия городов, но и стран. Насколько это было поразительно встретить людей, которые возможно возвращаются домой из очень длительного путешествия. Даже в очертаниях их лиц и цвете кожи, проглядывались нотки всего земного шара. Будто бы они стали безликими, слившись со всеми людьми на планете.

На соседнем кресле мирно покоилась шариковая ручка. Она свободно лежала в руке молодой девушке. Другая рука была занята большим блокнотом. Открытые листы были чистыми. Это явно писательница. Задумчивый и жадный взгляд, что разглядывал все внутреннее пространство самолета. Чистые листы раскрывали зарождение вдохновения. Того порыва, той воли и духа, что накапливается в человеческой оболочке. И вот-вот выстрелит шальным талантом на белую поверхность будущего шедевра.

– Так волшебно, – подумала Мария, – будто бы я очутилась в воронке времени между многочисленными мирами чувств и озарений! Все такое умиротворенное и степенно сладостное. Неужели этот полет лишь скачок одного мига? Всего лишь часть мимолетного и несуществующего?

Нет! Определенно, нет! На этом борту творит вечность. Расписывается любовь и ее страстные оттенки эмоций! Этот полет и есть – вечность!

Мария не успела заметить, как самодовольство проникло в ее разум. Оно, как повелитель всего, считало, что именно оно сотворило эту проекцию. А через него, эта волшебная сказка данного видения – заслуга восприятия девушки.

– Я настолько твердо шагаю по своему пути, что моя реальность начала приобретать завершенные очертания. – Повторяла про себя Мария. В ее голосе звучала такая твердая уверенность, что разум заблокировал любое осознание. – И возвращаюсь домой истинным победителем. Я смогла, сумела. Даже все вокруг подчиняется моему восприятию. Я вершу свою реальность, – эту жалкую, и кем-то не до конца продуманную, и ту новую, что созидается моим сознанием. И очень скоро я подчиню его своему разуму. Я выстрою новый мир! Тот, что будет моим!

Любые проявления прежней и осознанной Марии были недоступны. Даже ужасающая улыбка появилась на ее лице. Самодовольство заняло свой трон, раздирая прежние чувства и их познание. Эта эмоция так гордо восседала на королевской ложе, что вообще не замечало ничего и никого, кроме себя. Оно чувствовало свое безоговорочное царствование.

В самолете воцарилась тишина. Прекратились движения, затихли все возможные звуки. Единственное, что не покидало восприятие, так это приглушенный гул двигателей на заднем фоне. И среди всей этой глухоты появился еще один звук, – это было легкое похрюкивание девушки. Нет, не от внезапного засыпания. Мария настолько вошла в самодовольство от воцарившейся тишины, и мысли, что это всё именно она создает, что легкий внутренний смех самодовольства вырывался наружу в виде хрюканья. После продолжительной свинячьей радости, она уснула.

Сон плавно перетекал в погружение. Сторонний и далекий гул самолета открылся в новом звуковом диапазоне. Он словно узкий коридор провожал девушку в сновидение. Когда шум от двигателей прекратился, обернувшись в ватные отголоски, сон полностью перешел во вторую реальность, ту, где Мария недавно поселилась. На этот раз, она не была в новом мире, который предстояло создавать. Пространство походило на длинный проход между двух главных комнат. Что-то вроде межпространственного коридора.

Девушка смогла рассмотреть себя, то ли она отражалась в стенках этого коридора, или же это видение было смоделировано внутри, она не знала. Но факт своей зеркальности оставался фактом. При долгом всматривании в себя, Мария поняла, что она как-то изменилась, а скорее всего – видоизменилась. Лицо было странно непохожим, да и одежду она на себе не узнавала. Самое явное и мощное, что бросалось в глаза, и точно принадлежало ей, – это была ее лисья улыбка. Девушку будто прошибло током. – Улыбка отделилась от лица и упала на землю. Та судорожно начала дергаться и метаться, словно имела конечности для этого. Затем эта двухмерная картинка стала наполняться, обретая объем, как визуальный, так и по ощущениям.

Мария начала протирать глаза, да так старательно, что это отразилось на осмыслении: «Зачем делать подобные жесты привлечения к себе внимания в сновидении?» Она тут же убрала руки от лица, и чуть ли не упала на заднюю точку. Перед ней стояло странное существо. Вернее, его и существом то нельзя было назвать, во весь ее рост перетекала оболочка света. Девушка знала, что это бывшая улыбка, обращенная в пузырь энергии. Откуда? Это ей было не известно, она просто осознавала эту должность. Марии стало не по себе, голова закружилась, в горле запершило, и сильно затошнило. Она явно больше не улавливала осмысления, что находится во сне, которым можно управлять. Она ощущала себя в кошмарной реальности, где она не имеет силы самообладания.

Как только девушка почувствовала глубокую беспомощность, пузырь света уплотнился, трансформируясь во что-то твердое и более значимое. Мария почувствовала, как поверхность, на которой она стояла уходит из-под ног. Теперь перед ней находилась сущность, явная тварь потустороннего мира. И чем больше девушка терялась сама в себе и своем восприятии, тем больше это чудовище утверждалось в себе, пока не превратилось в страшную фигуру полузверя, получеловека.

Из этой образины доносился, леденящий душу звук. Вначале отголосок. Затем отдельный тембр. А после этого, тварь заговорила:

– Здравствуй Мария.

Девушка не отвечала, она съежилась и побледнела. Ноги тряслись, а руки были прикованы к телу, да таким напряжением, что корежились под своим же напором.

– Почему же ты не отвечаешь? – Никак не могло угомониться нечто.

Мария попятилась назад, споткнулась и упала.

– Не бойся меня, ведь я же – это ты. И если раньше ты меня выгуливала иногда, как своего питомца, то сейчас ты настолько мощно взрастила меня, что я стал отдельной личностью. Мне очень нравится, с какой любовью ты отдаешься мне в последнее время.

Девушка закричала, да так сильно, что самодовольство исчезло. Мария огляделась по сторонам, никого. Она увидела в конце коридора яркие краски. Это был ее вновь придуманный мир. Она была уверена, что там найдет защиту.

– Уж я точно создам там оружие против этого наглого монстра. – Шептала девушка, поднимаясь.

Она вскочила и побежала по направлению ярких красок.

– Какая наглость! Какая наглость! – Кричала Мария. – Как бы не было, это моя эмоция, я вправе решать, являться ли ко мне в сновидении, или же нет. И только я буду решать, самодовольна я, или нет!

Она бежала, спотыкаясь. Волосы развивались на ветру. Вначале девушка не придала этому значения, но потом ей стало не по себе, – уж очень явно выделялся этот акцент ветрености. И она не ошиблась, ветер усилился, упираясь ей в грудь, затем и во всю переднюю поверхность. По мере того, как Мария начинала прилагать большие усилия сопротивлению ветру, тот удваивал свою мощь.

Прошло достаточное количество времени. Мария не придавала сильного значения этому, но время в этом сновидении существовало. Оно словно, пробегающие деревья мимо окон поезда, пролетало по коридору какими-то видимыми обрывками. Мария четко осознавала это видение и его правдивость.

Бег никак не заканчивался, девушка уже чувствовала усталость, но не такую, как в обычном мире, а какую-то неопытную. Будто бы тело просто капризничает, но сил еще полно. Мария смотрела на выход коридора и его стены, сколько бы она не старалась приблизиться, ей никак это не удавалось. Как дальняя комната с ее новым миром была далеко, так она и оставалась на прежнем месте.

– Что за чертовщина! – Кричала Мария. Казалось, что она специально прибавляла громкость своего голоса, будто для кого-то. Но поблизости не было ни души.

Когда девушка поняла, что это тщетные попытки, она остановилась. Первым делом огляделась, восстановила дыхание, и присела на корточки, чтобы подумать. Она потупила взгляд на стену. Эта поверхность уже не казалась той стеной, что являлась коридорной, что-то странное творилось с ней. То ли видение теряло четкость, то ли у девушки нарушилась координация. – Стена обратилась потолком, тот другой стеной, и так по кругу. Когда Мария осознала это, коридор перевернулся, и она упала. Потом снова, и снова, и снова.

– Да что происходит? – Кричала девушка. – Я будто бы в стиральной машинке!

Не успела она закончить свой вопль, как перед ней оказалось то самое чудовище. Только оно уже было немного больше и плотнее.

– От меня не скрыться леди. – Ехидно шипело существо.

Самодовольство начало крутить и вертеть Марию в разные стороны. Не прикасаясь. И ему это удавалось достаточно легко. Откуда не возьмись, вернулся ветер, что мешал девушке бежать в сторону ее фантазийного мира. Он словно был помощником у самодовольства. Они все втроем закружились по коридору. Все походило на бесконечную вереницу замкнутого пространства, где выходы с двух сторон являлись лишь обманом, – визуальной подменой действительности.

Каким-то чудом Мария смогла вырваться из плена двух озорников. Те в недоумении, как ей это удалось, погнались за ней. Причем ветер испытывал только радость и игривое настроение, а вот монстр-самодовольство имел конкретные виды на девушку. – Он явно хотел поработить ее. Так же, как она старалась позабыть о нем. Но схватка была неравной. Отделившееся чувство имело уверенный и грозный вид, а вот Мария испуганный и растерянный.

– Ничего, ничего, – кричало вдогонку самодовольство, – Ты меня породила, но опекунство над тобой возьму я! И ты ничего с этим не поделаешь. А опомнишься лишь тогда, когда будешь полностью в моей власти.

Как я горжусь своей изобретательностью!

Мария поняла, что ее движения стали осуществляться реально. Бег стал бегом, а далекая комната начала приближаться. Мир, который она так мечтала выстроить вдруг вновь стал реальностью. Единственное, что могло ей помешать, так это самодовольство, которое пыталось догнать ее и украсть ее разум.

Внезапно по всему внутреннему пространству пошла вибрация. Затем она перешла в плавные покачивания, а где-то вдали слышался знакомый гул. Мария узнала в нем звук двигателей самолета из привычного мира.

– Только не это! – Вслух сказала Мария. – Если я сейчас проснусь в реальном мире, то самодовольство так и останется в состоянии погони за мной. Мне ни в коем случае нельзя уходить из сновидения.

Видоизмененное чувство слышало причитания девушки. Оно бежало и потирало свои скрюченные ручки, это был жест удовольствия и победы. Единственное, что настораживало эту назойливую эмоцию, так это странное поведение Марии, будто бы она играет какую-то роль. Эти мимолетные мысли противной сущности очень быстро закончились, жажда победы перечеркивала всю логику. Тем более самодовольство знало, что Мария проходит трансформацию своего сознания, а соответственно, она вполне может быть странной.

Погоня длилась недолго. После возможности двигаться реально, коридор закончился очень быстро. Уже было совсем рукой подать до цветного мира, как вдруг Мария упала. Она ощутила сильное давление сверху. Это было ее чувство. Оно ползло по ней, пытаясь крепко цепляться. Его цель была голова девушки. Мария увидела, как чудище подползает к ней, и смогла волей собрать всю свою силу, и оттолкнуть самодовольство от себя. Пока существо барахталось от толчка в ногах, девушка вскочила и шустро нырнула в свой новый мир.

– Как же здесь уютно, – прошептала она, – и неважно, что все еще не придуманное и необдуманное. Пусть здесь покоятся лишь наброски моего сознания, но тут определенно заложена моя душа. Именно поэтому это место самое защищенное и спокойное для меня.

Мария не зря говорила шепотом. Самодовольство еще не знало, что эта раскрашенная мазня, – будущий мир фантазий девушки, где она искала убежище от надоедливой эмоции. Чудище влетело за ней, спотыкаясь, и очень желая поймать Марию в свои крепкие объятия. Но не успев схватить ее, самодовольство почувствовало на себе необычайную давящую силу, которая словно разрывала его. Когда эмоция поняла, что попалась в ловушку, было уже поздно. Мир разноцветной мазни начал трансформироваться. Вход исчез, блокируя выход отсюда. А размазанные контуры стали приобретать отчетливые очертания. По всему периметру появились четкие линии и читаемые образы. Вверху появилось что-то вроде неба, но по визуальным ощущениям, оно было более выразительным и глубинным. Определенного цвета у потолочного пространства не было, палитра постоянно менялась. А затем и вовсе разукрасилась каким-то орнаментом, немного схожим с цветочной поляной. Небо нового мира – это холст предстоящих задумок. Оно не имело понятного горизонта или соприкосновения с другой поверхностью. Это была живая субстанция, которая то удлинялась, когда к ней был прикован взгляд, то сжималась, в моменты своей ненужности. Пола, или что-то вроде земли еще не было, вместо него простиралось все то же массообразное небо. Только внизу, а точнее сказать, по другую сторону цветочной фантазии. Преобладали более жесткие и темные оттенки, а еще все было в мелких черточках, похожих на насечки в цементе для присоединения какой-то поверхности.

Даже девушка испытывала небольшое головокружение от этой неопределенности, хотя ее сознание придерживало разум, раскрывая секрет, что это именно оно сотворило это чудо. А что говорить про самодовольство… Его растерянность не знала границ. Он попал в дебри, которые ваяла Мария. И уж точно, здесь не было пригласительного для непрошенной эмоции. Она нервно сжалась и превратилась в маленький комок. А затем и вовсе обратилась в ту самую самодовольную улыбку, что была на лице Марии, вначале сновидения. Улыбка валялась и не знала, что ей делать. Связь с девушкой она больше не чувствовала. Они были разделены этим великолепием, которое Мария называла своим новым миром. Чувство понимало, что она окрепла и обрела силу, которая даровала ей защищенность.

– Как бы не так, – пропищала самодовольство в образе жалкой улыбки.

Сквозь призму бесконечных границ нового мира, девушка почувствовала вибрацию. Вновь схожую с той, что возникала до этого. Она походила на что-то из привычного мира.

– Точно! – Вспомнила Мария. – Это опять проделки чувства. Оно каким-то образом использует проекцию самолета.

Как только девушка произнесла эти слова, вибрация усилилась. Затем к ней присоединился соответствующий звук. А потом произошел провал, схожий с вхождением в вакуум. Мария осознала, что это падение самолета. Знание об этом пришло само по себе.

– Неужели это чудовище вызвало настоящее падение в том мире, чтобы достать меня здесь? И как это возможно?

Тем временем колебания участились, и вибрация сменилась на сильные покачивания, как при шторме на море. Это стало настолько явным, что Мария шаталась из стороны в сторону. Она уже не видела ни разноцветного спасения в этой фантазии, ни самого осмысления, что это пространство ее надежная крепость. Покачивания сменились на мощные толчки, и девушку швырнуло в сторону. Бросок сопровождался сильным железным скрежетом. Мария старалась не думать, она не хотела привлекать гнусности из событий реального мира в разум.

– Успокойся! – Вторила она себе. – Все в порядке. Это всего лишь проделки самодовольства. Оно пытается меня ослабить.

Но никакие внутренние уговоры не помогали. Мария испытала новый толчок. Прежний гул взорвался титаническим и оглушающим громом.

– Это конец? – Жалобно прошептала Мария. – Я останусь здесь? В своем не освоенном мире, да еще под властью самодовольства?

Она вжалась в комкообразную позу. Было непонятно, где начиналось и заканчивалось ее тело. Дрожь пробегала по всему организму, это было видно невооруженным взглядом. Улыбка поменяла свою форму, образовав целое лицо. Оно сияло наглостью. Чувство понимало, что девушка ощущает себя ничтожной и незащищенной. Сущность вновь начала расти, уже набирая силы в том месте, которое совершенно недавно внушало ей ненужность, и некую незавершенность. – Теперь самодовольство знало, оно существует независимо и безраздельно, и ему предстоит заполучить здесь господство.

И как только оно склонилось над дрожащей Марией, та внезапно поднялась, имея внушение твердого восстановления духа. Выпрямилась, и нежно улыбнулась.

Самодовольство опешило. Только что жалкая и беззащитная девушка, стояла уже перед ним в совершенно спокойном и уравновешенном состоянии. Причем, она излучала искреннее добро и счастье. Любовь окружала ее, как аура святого.

Чувство впало в стопор. У него не было шансов на обратное. Внезапный столбняк, вызванный молниеносной реакцией Марии, отключил в нем любые разумные проявления. Чувство любви, в котором существовали и все остальные чувства, притянуло к себе сбежавшего проказника. – Самодовольство не имело сил сопротивляться. Его былой вид трансформировался вновь в улыбку, но на этот раз в милую и красивую.

– Как же так? – Спросило чувство, не имея даже намека на грубость в голосе.

– Я с тобой играла! – Ответила Мария.

– Играла? – робко проронило самодовольство.

– Конечно! – С нежностью ответила девушка. – Я поняла, что не только могу познавать чувства, дружить с ними, пользоваться, но и могу играть с ними. Ведь это есть все я! Ты, мой прежний мир, этот новый мир. Я собираюсь жить бесконечно, неужели я ограничусь мимолетными познаниями. А затем буду свои чувства прятать навсегда. Нет! Я знаю, любая трансформация во мне будет проходить постоянно и многогранно. И если я внушила тебе, что ты плохое чувство, то ты и было плохим! А теперь я вижу тебя добрым и нужным мне, таковым ты и являешься.

Теперь я не самодовольна… Сейчас я очень довольна собой! И испытываю искреннее наслаждение. Я испытываю любовь!

Чувство нежно улыбнулось, и легкой пушинкой растворилось в девушке. Мария посмотрела на новый мир. Он приобрел более выразительный и сказочный объем.

– До скорой встречи, мое детище! – Сказала она доброй ноткой в голосе. – Мы еще увидимся. И спасибо за эту чудную игру с моим, теперь уже любимым самодовольством!

Мария открыла глаза. Самолет совершил посадку. Это была Москва – сердце ее родины!


СПОКОЙНО-СОЗЕРЦАТЕЛЬНОЕ НАСТРОЕНИЕ.


Спускаясь по трапу самолета, Мария жадно вдыхала воздух полной грудью. Она знала, что он ничем не отличается от того, что парит в любой другой стране. И ее страстное поглощение кислорода, всего-навсего игры ее разума. Но девушка настолько восхищалась этой умственной подменой, что совершенно не хотела рушить это восприятие из прошлого. Того прошлого, которое являлось настоящим, только с одной маленькой поправкой – любое удовольствие можно вызвать искусственно.

Погода выдалась достаточно прохладной. Но это чувствовалось лишь подсознательно. Телесных ощущений не было, и девушка чувствовала себя комфортно. И когда мозг ощущал какой-то нехватки в своих процессах, Мария тут же смотрела на свои руки, вернее. На их кожу. Это вызывало незамедлительный озноб. – Тело становилось гусиным, – покрывалось мурашками. Вначале девушка восторженно замечала это, а затем успокаивалась, и принимала совершенную внутреннюю тишину. Спокойно-созерцательное чувство охватывало все ее существо.

Затем это настроение перекидывалось с взора на движение, потом на осмысление, а после этого и в самые глубинные и потаенные уголки ее сознания. Что позволяло мило наблюдать за собой, рядом находящимися людьми, и полноценной аурой аэропорта. Хоть асфальт и сливался в цвете с основным зданием, но весь периметр воздушной гавани странным образом мерцал, имея разные оттенки синего и красного. Это задержало Марию на несколько минут, она никак не могла оторваться от своих спокойных наблюдений, и сделать всего один шаг, чтобы оказаться в помещении. Это свершилось лишь тогда, когда девушка очнулась, – она осталась совершенно одна, и весь ее рейс давно проходит таможенный контроль.

Мария стояла в общей очереди, каждый новый шаг приближал ее к возвращению домой. Неизведанные чувства сжигали девушку дотла. Она понимала, что это всего-навсего условности материального мира, когда находишься со своими близкими на одной энергетической волне, но не можешь прикоснуться к ним разумно. По крайней мере так, как это привык делать прежний ум. Каждый человек смиренно стоял друг за другом. Не было явного веселья, споров, или выкриков. Складывалось впечатление, что все в этой очереди – это проекция спокойно-созерцательного настроения. Мирного и блаженного созерцания.

Девушка выполняла минимальные движения. Передвигались только ноги и степенно поворачивались глаза. Каждая клетка в организме имела ощущение милого баланса. Той золотой середины, что настает в моменты, когда больше нет испепеляющей любви и съедающей ненависти, когда чувства остаются на месте, в той точке, что всегда посередине. Подойдя к окну, она услышала странную речь. Ее мысли раздвоились. Одни говорили так же уравновешенно и спокойно, как настроение, а другие в недоумении пытались уловить несоответствие происходящего, – аэропорт в России, таможенники соотечественники, и соответственно язык, на котором они должны разговаривать – русский. Но по непонятным причинам Мария не могла уловить диалекта из окна. Все звучало коряво и далеко от ее родного языка.

В момент, когда девушка поняла, что спокойное созерцание ввело ее в некий туман разумности, она попыталась развеять его, запуская болтовню привычного мира. Она начала задаваться такими вопросами, как: «Что это за страна?» «Что это за язык?» «Как долго я здесь отсутствовала?» Это помогло спуститься на землю. На сцене появился разум, которого немного отодвинули на задние ряды после длительного и волшебного путешествия. И когда ум понял, что его просят помочь, он сразу же разъяснил ситуацию на понятном диалекте. И из окна стала доносится родная речь, она же слышалась из громкоговорителей аэропорта.

– Как же я долго отсутствовала. – Сказала про себя Мария. – Научившись понимать все языки мира, я чуть ли не отвыкла от сонастройки родного и привычного.

После всех документальных формальностей, она решила не торопиться и побыть немного внутри здания. Внутреннее убранство аэропорта пестрило модернизмом. После долгосрочного путешествия девушка отвыкла от подобного полета фантазии человека. Нет, в линиях интерьера читались нотки, взятые из природы, но так, как их исполнили разум и руки человека, не мог создать больше никто. Эти мысли противостояли друг другу в голове Марии. Одна часть ее кричала, что все уже давно создано и придумано, и все, что она наблюдает – это продукт повтора. А другая спорила на тему того, что все забытое – есть умершее, а повторность – это зарождение нового.

Эти баталии заставили девушку удивиться с самой себя. Она знала, что этот спор пустой и нелепый, а ум, который его обсасывал, словно оставался в этом здании, с момента ее отлета отсюда в Перу, поджидая ее возвращения. И вот он! Красавец! Дождался…

Мария улыбнулась. Она посмеялась внутри себя над тем, как создала эту ситуацию, проиграла, и смогла сторонне пресечь ее, всего лишь обернув все в юмористический спектакль. Как только девушка разрешила в себе все роли по съемке внутреннего кино, она смогла успокоиться. Мария расслабилась, отпустила мысли. И вслед за этим пришло знание, – как бы она не пыталась уйти от себя, или своего пути, но очередное чувство, что она познавала, – было созерцательным спокойствием. Это знание, исходящее из сознания, плавно перетекло в разум, и заняло вновь свое место «у камина в центре комнаты».

Девушка погрузилась в свое восприятие. Оно было обычным, но имело истинное блаженство. – Напротив нее находился огромный столб, похожий на колонну. Его макушка заканчивалась у основания крыши. Он имел лишь декоративный смысл, так как не касался несущих балок. По кругу, он был обшит полукруглыми щитами, которые имели зеркальную поверхность. Невозможно было понять, поверхность была стеклянной, или же металлической, но явная четкость отражения завораживала. Они излучали теплый и уютный свет, что пробивался к ним из зеркальной крыши. Напротив самых нижних рядов зеркальной поверхности стояла девочка. Она мило разглядывала свое отражение. Это длилось достаточно долго, что позволило Марии утонуть в этом умиротворении. Затем девочка начала кривляться, показывая столбу разные рожицы. Всяческие пантомимы набирали скорость воспроизведения. И вот уже малышка выражала собой целую театральную труппу. Постепенно представление обрело озвучку. Складывалось впечатление, что в этот театр подвезли новейшую и мощную акустику, – именно в этом месте, из всего здания, находились неподалеку огромные билборды, установленные так, что звук отражался от них колоссальной мощностью. Мария не вмешивалась в это представление своими мыслями, хотя разум где-то на пригорке пищал о чем-то. Она по-прежнему была сторонним наблюдателем, который созерцал. Еле слышный писк пытался донести, что все в жизни так и происходит. – Любой человек – это клоун перед зеркалом. И все его потуги – бессмысленная трата времени. Девушка вновь посмеялась над прежним ворчуном, даже не объясняя ему, что это и есть жизнь. С ее взлетами и падениями. Смыслом и бессмыслицей. Любовью и ненавистью. Самомнением и отражением.

– Я вернулась домой не для того, чтобы ты меня учил, кто и как неправильно живет! – Прошептала про себя Мария. – Я возвращаюсь в то тело, где нет обсуждений, а есть лишь наслаждение. Любовь ко всему! И сегодня я буду испытывать спокойно-созерцательное настроение!

Писк прекратился. Производимая его субстанция, поняла, что перед ней совершенно иной человек. Тот, в ком зарождается любовь!

Тут же Мария получила невероятное представление. Девочка, которая будто бы кривлялась, обернулась в настоящую актрису. На заднем плане заиграла музыка. Она доносилась из какой-то кафешки. Поблизости бегавшие мальчишки присоединились к игре малышки, и они вместе начали подпевать и пританцовывать в такт музыки. Все это великолепие отражалось в бесконечных переливах зеркальной поверхности, создавая впечатление целого народного хора песни и пляски. Взрослые, сидевшие неподалеку, начали пристально наблюдать за концертом. Все радостно подпевали и аплодировали. Умилению от этой картины не было предела. Когда актерский состав заметил присутствие многочисленной публики, все рассеялось. Девочка и мальчишки растворились в толпе, прощаясь раскрасневшимися лицами от неловкости. Музыка прекратилась. А зеркальная поверхность утратила статус телевидения. Мгновение, и все превратилось в рутину.

– Какой неоценимый дар я познала! – с восхищением воскликнула внутри себя Мария. – Спокойное наблюдение! И весь мир проигрывает тот спектакль, который у тебя на сердце!

Девушка вышла на улицу. Вдохнула полной грудью городской воздух, который первый раз показался ей сладким и приятным. И направилась к метро.

В ожидании своего автобуса до родного города, она ласково осматривала окрестности. Внутри царило безмятежное воодушевление. Оно ровными слоями накладывалось на восприятие старого и нового мира. – Все те же краски, очертания, силуэты, но в новой оцифровке. Будто бы любое стороннее чувство было лишь своим, даже самое, для кого-то мерзкое. Наблюдение, созерцание…

Автобус был забит полностью. Он был небольшой, и в среднем классе. Но Мария ощутила такой комфорт, что чья-то духота, или холод, находящиеся на этом же рейсе, совсем не затрагивали ее. Она спокойно и мирно наблюдала. Ей невероятно было приятно смотреть на людей, которые были увлечены поездкой. Именно увлечены! – Жизнь внутри кипела. Все вырабатывали такой огромный поток энергии, что это бросалось в глаза. Здесь была любовь, ненависть, страх, злоба. И конечно же спокойное созерцание. Оно досталось лишь ей. И Мария балдела от этого.

Взор девушки перекинулся на окно. На удачу, она села именно у центра самого большого и просторного окна. Автобус был невероятно чистым, именно поэтому у Марии появилось подвижное видение с высоким разрешением. Она страстно впилась глазами в просторы русской природы. В бесконечные поля, пышные леса, и сладкие для сердца водоемы. Но как только она почувствовала, что ее взгляд замылился, и виднелась лишь травинка, пробегающая за травинкой, а за ней еще одна, и еще… Мария отпустила страсть, забыла великолепие, отпустила вновь мысли, – она снова почувствовала блаженство – безмолвное созерцание.

Природа преобразилась. Нарядилась опять в праздное. Глаза девушки ласкали всю эту благодать. Они таяли в дымке счастья. Каждый кустик передавал жизнь. Каждое дерево взрывалось от мощной энергетики. Небо не имело привычный голубой цвет, на этот раз оно было разукрашено в глубинный синий тон, – оттенок бескрайнего и всепоглощающего космоса. Мария очень долго наблюдала за бесконечностью, пока ее глаза не закрылись.

На горизонте появился сон. Легкий и приветливый. Совершенно не имевший смысла и правил. Он легкой шалью укрывал каждый миллиметр тела девушки. Складывалось ощущение, что он дополнял собой реальность, где Мария спокойно наблюдала за движением мира. Как только пришли эти ощущения, тут же стали прорисовываться четкие контуры автобусного окна. После этого появились и заоконные пространства. Пробегающие деревья, поля и реки, озера с многочисленными облаками. Редкое солнце, что искренне улыбалось. На секунду Мария задумалась, и ее мысли позволили обратить внимание на то, что она мыслит очень реально, ни как во сне. В этот момент она поняла, что погрузилась не в сон, а в свое дополнительное восприятие, в то осознание, что пытается подарить ей новый мир. Только на этот раз Мария не сразу погрузилась в построение нового мира, она смогла остаться в старом, но с явным подтекстом чего-то. И как только старое и привычное стало раскрашиваться чужеродными цветами, девушка осознала, – это пример того, как можно не просто созерцать, но и запоминать эскизы привычного, для создания нового и желанного. Мария попыталась перенять эту практику, чтобы создать что-нибудь необыкновенное. Попытка, еще… Она старалась! Но все было тщетно. То исчезала картинка привычного мира, то она превращалась в обычную мазню. И тут до девушки дошло, – она старается, пытается – ее разум навязывал обычные действия создания обыденного мира. К ней пришло знание, что и в этом восприятии можно уловить спокойно-созерцательное настроение. Как только она это прочувствовала, видение плавными эскизами разукрасило привычный мир естественными для него красками. Это позволило наблюдать обыденное. А потом, без лишних потуг, из общего фона привычного мира стали вырезаться отдельные силуэты. Они словно переносились куда-то. Затем картинка резко переменилась, причем все это время Мария лишь наблюдала. Она очутилась в своем новом мире. В том самом, где проходили недавние игры с самодовольством.

– Такое ощущение, что это неугомонное чувство все здесь переделало, отправляясь восвояси. – Промелькнула мысль.

Вокруг и впрямь все имело очень строгий вид. Не тот, что был создан изначально. Мария попыталась убрать, вновь возникшие, и надоедливые мысли, и все сразу же ей открылось. – Теперь перед ней были строгие наброски силуэтов двух миров, из которых она может создавать то, что будет в ее воодушевлении. Это ей напомнило работу в фотошопе. И она сразу же вспомнила, как у нее ничего не получалось сделать в этой сложной компьютерной программе, когда она старательно нервничала. И только, когда она отпускала свое рвение, и просто делала, у нее все выходило. Этот мыслительный процесс был намеком, на все тоже спокойное созерцание.

– Уж этот урок по познанию чувства я запомню в полном объеме, – как бы улыбаясь подумала Мария, – все, везде, внутри и вокруг указывает на тишину разума. Я осознала! – Творить, значит созерцать. Творить, значит брать и давать. Творить, значит жить!

Все пространство заполнилось смешенным светом. Не тем, что привычной строкой описывался в книжках. Этому яркому Божеству были пририсованы разнообразные гаммы чувств. Он играл такими мощными переливами, что новый мир предвещал что-то грандиозное и умопомрачительное. На этот свет Мария смогла наложить очертания из двух миров. Разделяя их составляющие в одном месте, и соединяя в другом. Получалась разбавленная картина чего-то непонятного, но очень страстного и необычного.

– Я чувствую, как мое вдохновение работает. – Кричала радостно Мария. – Нет больше желания иметь и властвовать. Не хочу больше карабкаться по лестнице приоритетов и власти. Намереваюсь создавать и отдавать! Созидать и не иметь на это право!

Девушка поняла, что ее спокойное созерцание оставалось тем же, но в нем появилась новая отличительная черта, – это чувство теперь не только наблюдало, но и дарило.

– Я хочу делать просто так, не для себя, не для кого-то, просто так!

Два мира соединились в этом месте, вычеркнув то, что казалось привычным. Каждая линия и каждая точка теперь были созданы с ноля. Все эти материалы брались из ничего, так как не имели смысла и значения.

– После изумительного фундамента, я буду созерцать безмятежность. – Продолжала Мария. – Это позволит укрепить основу этого мира. Отдаляя ту разумную составляющую, что поработила привычный мир. Я не отрицаю, что и здесь есть система, и она будет уплотняться. Но пока я хочу наслаждаться зарождением. Каждый ребенок знает, интереснее собирать конструктор, чем в него играть!

Многообразный свет заполнился рисунками из великолепия. Привычность и мазня начали приобретать красивые очертания. Теперь новое небо, разноцветной палитры, не было чем-то бесконечным и шарообразным, оно разделялось само в себе. – Многие тысячи небесного волшебства внутри одного и общего. Оно по-прежнему не имело разделений с несуществующей землей – нижней поверхностью, но оно также получило свое разделение внутри себя. Все было усеяно поверхностями внутри поверхностей. Произошло деление, без делений.

Мария заприметила небольшую точку вдалеке. Она явно была не ее продуктом творения. Спокойно-созерцательное настроение помогло девушке осознать, что это был человек из привычного мира, но который умеет перемещаться сквозь чужие намерения. Только он еще по каким-то причинам скромничает, и остается на отдаленном расстоянии.

Девушка сфокусировалась на нем, и тут же перенеслась к нему.

– Здравствуйте Мария! – Произнес Ваби-Манидо.

– Здравствуйте мой дорогой! – Радостно поприветствовала девушка.

Некоторые контуры нового мира стали меняться, и даже расплываться в своей четкости.

– Не теряйте в себе спокойного созерцания! – Сказал шаман. – Чтобы не случилось, это Ваш мир, и ровное спокойствие поможет Вам творить здесь, не обращая внимания на противоречия привычного мира. Привыкайте, что именно Вы здесь творец!

После слов Ваби-Манидо, все контуры приняли вновь свое великолепие. Мария смогла извлечь урок шамана. Она осознала, что творить она сможет только спокойной и твердой рукой.

– Спасибо Вам огромное! – Поблагодарила девушка. – Вы всегда выручали меня. Я не спрашиваю, как Вы очутились в моем сознании, но я очень приятно удивлена. И как оказалось, при этом удивлении, я могу оставаться совершенно уравновешенной, и спокойной!

Слова девушки тут же отобразились на внутренних процессах нового мира. Все вокруг зашевелилось, словно милая уравновешенность этого места дополнилась счастьем. Мир начал приобретать привычные очертания, не имея ни одной привычной линии или краски.

Еще мгновение, и Мария получила мимолетное осознание, которое тут же почему-то улетучилось, будто его осмыслению еще не время. В нем говорилось, о том, как. где и из чего будет все создано. Девушка получила внутренние напутствия своего Я. Теперь ей оставалось не продумывать эти действия, создавая планы привычного мира. Сейчас она могла просто действовать, имея подсознательную, сознательную и истинную основу.

– Так работает намерение! – С восторгом произнес шаман.

– Я все больше и больше начинаю познавать его! – Ответила Мария.

Больше Ваби-Манидо не сказал ни слова. Как она не пыталась вывести его на разговор, но он стоял неподвижно, как застывшая фигура из гипса, только в цвете. Девушка поняла, что остался лишь его след, его силуэт. А сам он приходил всего на миг, для доброго приветствия и помощи в осознании. Шлейф приятной ауры после его ухода напомнил о том, что он пришел из своего мира, и эта наэлектризованная дымка – результат слияния трех миров. Мария молча попрощалась с шаманом, и его образ исчез.

Девушка впала в небольшой стопор. После ухода Ваби-Манидо, ее словно подменили. Ее легкое созерцание испарилось. На его смену пришла неуверенность и забывчивость. Мария больше не могла создавать.

– Скорее всего, это знак, – Говорила она себе, – что я должна балансировать своим присутствием и в привычном мире, и в новом. Скорее всего я могу остаться здесь навечно, и по неопытности, все так и останется в сыром виде. Не зря, и сам шаман постоянно переходит то туда, то обратно, получая знание и силу. Да и вообще, значит я пока нужна больше в том мире, чем здесь. Тут мой путь начат, и он будет длиться вечно, если я этого захочу.

На этот раз не было никаких пробуждений или плавных переходов. Девушка даже не заметила разницы в своем возвращении. Моргнувши, она осознала, что уже находится в обыденном. Она сидела в своем автобусном кресле и смотрела в окно.

Спокойно-созерцательное настроение вернулось к ней. И тут она поняла, – Это чувство прервалось в мире воодушевления, так как оно там больше не работало. Мир лишь создавался, а соответственно, нужно было действовать, а не просто смотреть. И именно в привычном мире было, что созерцать, и чему учиться. Именно здесь она могла наблюдать, получая уроки и знания.

Девушка улыбнулась. Ей стало очень приятно, что она имела возможность быть и там, и здесь, независимо от своего желания. Ведь она понимала, что залетное настроение могло спокойно сбить ее с толку, и отвернуть от того мира, или же наоборот оставить там навечно. А так, она могла наслаждаться двояким состоянием. – Дуальным восприятием.

Она посмотрела в окно, и созерцание открыло всю прелесть привычного, но волшебного мира.

Солнце уже убежало за горизонт, но его славные остатки гордо освещали поля. Небо слегка стало серым, то ли из-за туч, а возможно из-за смога. Все было прекрасным и без обозначений. Причем закат в некоторых местах разукрашивал серость в красноватый оттенок, что придавало этому художеству пять баллов, по пятибалльной шкале. Разум Марии конечно же оценивал эту красоту, но вот тихое безмолвное наблюдение помогало делать это умиротворенно и отстраненно.

Из-за потемнения, вся пролетающая зелень за окном, казалась одним большим темно-зеленым ковром, с нескончаемыми и пышными ворсинками. Редко пробегающие озера, отсвечивали яркость луны, которая пришла на смену солнцу. Она горящей искрой отражалась в глазах Марии, что придавало ее выражению лица противоречие, – мимика находилась в покое, а вот зрачки пылали пламенем.

– Насколько я счастлива! – Прошептала девушка.

В окне появилось отражение маленького ребенка, судя по всему девочки. Малышка нежно улыбнулась. Мария ответила взаимностью. Они еще долго смотрели друг на друга, пока автобус мирно покачивался. Их улыбки соединялись в счастье, а глаза в спокойно-созерцательное настроение.

Все вокруг купалось в созерцании!


ВОСХИЩЕНИЕ.


До родного города было уже рукой подать. Совсем на подъезде Мария задумалась о семье. О ее структуре, основе и чувственной составляющей. По мере того, как она начала углубляться в разумные разъяснения, семейная идиллия начала разрушаться. Скопилось столько противоречий, что девушка погрузилась в странную сценку, проигранную ее разумом.

Место, где все происходило, был небольшой городок. В этом поселении жил и работал глава города. Он являлся законопослушным семьянином. И все своды, правила и законы администрации писались с его образца, а вернее с порядков в его семье. В городе были четкие разделения на семейные пары, и на одиноких людей. Те в свою очередь тоже делились на низший класс – чуть ли не звереподобных существ, кто вообще не хотел семью, обрекая себя на вечную свободу. И на одиночек, которые стремились найти пару – они походили на охотников. Мэр города всегда с презрением относился к низшему классу одиноких людей. Эти звери, по его мнению, вносили в жизнь района только разврат, легкомыслие и полное неповиновение. Другим, одиноким, ищущим свою любовь, предоставлялись снисходительные правила: они могли искать себе пару, подбирая к себе соответствующие параметры. А к зверям у них должно было быть предвзятое отношение, но тем ни менее, они вправе были заниматься с ними телесными и умственными играми. А бесполезных низших людей отлавливать и запирать в вольерах. Те одинокие люди, которые слишком долго не могли найти себе пару, слоняясь в одиночестве, да еще и не приносили пользу, от поимки животных, тоже определялись в статус низших людей. В семьях существовали неукоснительные правила: они всегда должны были находиться вместе, их сходство доводилось до сто процентного соотношения, даже с помощью хирургического вмешательства, не говоря уже о интеллектуальном. Им разрешались совместные отпуска. А в случае отклонения от норм поведения – ссор и эмоциональных конфликтов, их заставляли заводить детей, которые всегда вносили в семейную жизнь свежесть и благоразумие. Детей тут же подстраивали под нормы семей, как внешне, так и внутренне, причем любыми доступными средствами. Все это проделывалось, чтобы дети в дальнейшем не превращались в одиночек, а что еще хуже, в зверей. Низший класс мог заниматься, чем угодно, как в умственном, так и в телесном плане, причем с кем и когда угодно. В семьях же напротив, можно было позволять себе вольности лишь в кругу семьи. Одиноких охотников в этом плане, город обделял больше всего. Мораль администрации – закон, запрещал им умственные и телесные игрища лично с собой. Они должны были находить таких же одиноких по согласию, где должна была присутствовать взаимность и схожесть. Или же с зверями, но в тайне от общества семей. Это не наказывалось по закону, но и не приветствовалось. Звери – низший класс одиночек, всегда старались тянуться к мошенничеству. Они облачались в семьи или одиноких охотников, и подобно оборотней жили временно полноценной для общества жизнью. У них был свой блат на верхах. Там они могли доставать поддельные документы, обманным путем знакомиться с одинокими охотниками, под видом таких же ищущих особ. Дело доходило до того, что их за хорошую плату могли пристроить в семьи, где недавно скончался один из супругов. На самом деле, все это правдострастие было лишь глянцевой обложкой добропорядочного города. С его законами и подзаконными актами. На деле же, весь город жил по звериным повадкам. Все друг от друга скрывали свою истинную сущность. Единая трансформация семей, под один шаблон, была всего лишь проработанная система, имевшая постоянные сбои. И чтобы хоть как-то ее скрывать, власти постоянно придумывали маски, костюмы и роли для таких случаев. Что в конечном результате привело к лживой пародии на любовь. В искреннем плане, все и все давно перемешались, семьи, одинокие охотники и звери. Только была главная сцена, и существовало закулисье. Этот город существовал, как хаотичная и сломанная машина эмоций, спрятанная под скафандр в виде лисьего костюма. – Чувства игровой трансформации. Снаружи это была самая обычная, но страстно любящая семья. А внутри совершались проступки, которые не подлежали никакой критики. – Люди видоизменялись, обманывали, заставляли и принуждали подменным путем. И правили всем этим безобразием те, у кого хватало больше трезвости, ума и хитрости. – Кто обладал большей силой!

Мария очнулась от своей фантазии, когда увидела город, они въезжали в него. Девушка страстно восхитилась этому, и тому, что недавно пришло к ней на ум. Это совершенно ее не возмутило. Она понимала, что какая бы гадость не пришла в голову, все это существует в виде правды так же, как и является ложью. Смотря какой угол зрения, предпочитает человек!

Родной вокзал встретил Марию с восхищением. На что получил аналогичный восторг. Девушку радовало все. – Именно та банальность и серость, от которой она убегала в дальние края. А теперь это было самое чудесное место на свете. И было совершенно неважно, из чего были сделаны стены, или во что они были покрашены. Какого цвета было небо. Светило ли солнце. Мария просто-напросто восхищалась своему любимому городу. Она прекрасно понимала, что разум специально произвел ей фантазию про семью и зверей, чтобы хоть как-то окунуть в уныние. Ведь за печалью всегда приходило счастье.

– Мой дорогой ум, – сказала про себя девушка, – совершенно было не обязательно этого делать. Я научилась радоваться всему. Причем просто так. Теперь я могу без черно-белой зебры ощущать движение и цель.

Странное ощущение не покидало Марию. Она ощущала необычайную легкость. Причем она заключалась не только в душевном порыве, но и в телесном состоянии. Девушка взглянула на руки.

– Вот это сюрприз! – Сказала она вслух.

Ее руки были пусты. Сумка с вещами пропала. Автобус давно отъехал, а желания искать ее не было никакого. Она махнула с улыбкой рукой, и весело зашагала. Страстное настроение перебивало любые бытовые неприятности. Теперь они не имели никакого значения для Марии. Обрадованная своим легким воодушевлением, девушка решила пройтись до своего дома пешком. Ей так сильно хотелось разглядеть привычный, но родной город новыми и счастливыми глазами, что она даже не стала обсуждать в себе это решение. Ноги резво передвигались в такт движений рук, которые словно плескались из стороны в сторону.

Очень веселая и забавная мелодия крутилась в голове. Складывалось впечатление, что кто-то специально напевал ее, чтобы зарядить разум еще большим порывом. Со всех окрестностей доносилось щебетание птиц. Они были повсюду, на крышах и балконах домов, на деревьях, россыпью расположились на земле и асфальте. Как в старые и добрые времена, когда она девчонкой с вдохновением носила красный пионерский галстук. Восхищение жизнью из прошлого теперь соединялось с настоящим. Восторг двух эпох слился воедино, раскрывая в себе замысел вселенной. Ту искру счастья, что была заложена в вечном и нетленном.

Солнечные лучи освещали каждое лицо, что попадалось Марии на глазах. Волшебно-улыбчивые прохожие ликовали своим радостным настроением. Они восхищались друг другу, заряжаясь от солнца, и возвращая эту мощную энергетику ему обратно. Люди не были похожи на привычную серую массу, которая утопает в своей рутине. Каждый приветствовал искристым взглядом. Широкой, и до неприличия обалденной улыбкой. Они были одеты в пестрые и переливающиеся одежды. Каждая из которой, будто бы соревнуется с предыдущей в цирковом конкурсе нарядов.

Появились рисунки на стенах зданий. Не обычная мазня шкодников, а полноценные цветные шедевры. Разнообразие тематик поражало. А на асфальтовых дорожках было множество веселых рисунков мелом. Видимо, тут проходил праздник, где присутствовали детские конкурсы художественной фантазии. Изумительно, – Было очень много картинок с изображением голубых шаров в образе земли, и белых прекрасных птиц – голубей мира.

– Что здесь происходит? – Восхищалась Мария. – Неужели я создаю не только новый мир, углубляясь в свое сознание, но и разукрашиваю своим настроением привычный и обыденный мир? Как это все прекрасно наблюдать и чувствовать.

По обочинам дороги стояли деревья, все увешанные разноцветными ленточками. Некоторые, даже украшались декоративными оградками у своего основания. Ленточки задорно вздымались и качались на ветру. Ветки вторили этим движениям, дополняя картину общей радужной сущности города. Все небо было усеяно белыми парашютами. Над ними кружились кукурузники, выполняя сложные пилотируемые трюки.

Не было определенной праздничной даты. Не проводились общегородские мероприятия. Так действовало восприятие девушки. Оно переходило все возможные и невозможные границы существующего и несуществующего. И скрывалось оно не только в одеянии города, но и в самом глубоком настроении девушки. Мир просто-напросто пел и танцевал. Все внутри и вокруг ликовало и восхищалось. Город сейчас проживал самое чудесное свое состояние. Он словно являлся живым организмом.

Чем ближе Мария подходила к своему дому, тем больше в красках привычного мира она замечала сходство со своим новым миром – шедевром сознания. Везде чувствовалась ее рука, очень легкая и нежная. Очертания силуэтов были настолько непрофессиональными, что казалось их рисует ребенок. Совсем неопытный художник, который только учиться созидать и творить. Именно эти ощущения зарождались в девушке. Она уже не могла определить ту точку, с которой она начала свой новый путь. Бесконечность настолько вышибла из нее ориентир во времени и пространстве, что любая попытка поставить флажок разумности на карте вдохновения заканчивалась пустотой. На которой Мария вновь начинала рисовать новый мир.

– Неужели я так и не закончу свой шедевр? – Вслух спросила она сама себя.

На противоположной стороне дороги, на перекрестке, где она остановилась, стоял мужчина. Он одобрительно кивнул. Он не являлся знакомым девушки. Но и поблизости с ней никого не было, а мужчина явно смотрел ей в глаза и продолжал одобрительно кивать, как бы подтверждая ее мысли. По асфальту пронеслась мимолетная тень, не то от проехавшей машины, не то от качающегося на ветру дерева. В этот момент Мария моргнула, и ощутила изменения во внешнем. Мир по-прежнему переливался теми же красками, воодушевляя столкновением времен, но что-то явно измененное скрывалось от глаз девушки. Она посмотрела вновь на мужчину на противоположной стороне дороги, – это был Ваби-Манидо. Он искренне улыбался и вторил свои кивки, оставляя на поверхности лишь один ответ на вопрос Марии: «Когда ты закончишь свой шедевр, он уже будет не твоим! А пока наслаждайся тем, что он никогда не закончится – мир можно воспринимать бесконечно!»

Мария обрадовалась такой встречи, и когда загорелся зеленый свет светофора, она рванула к шаману. На середине пути, где они встретились, мужчина улыбнулся, он встретил приятный взор и улыбку девушки. Но она тут же пробежала мимо, – это был не Ваби-Манидо, а всего лишь на всего его далекий, но глубинный образ, что был пойман восприятием Марии. Девушка зажмурилась и приятно хихикнула.

– С этим мудрецом не соскучишься! – Прошептала она довольно. – Ну раз бесконечно, значит бесконечно!

Ветер впился в ее волосы, принеся с собой восхищение. Оно переплелось с восхищением Марии, и внутри все взорвалось наслаждением. Девушка прибавила шаг, теперь она могла восхищаться городом, своей страстной походкой, грандиозным настроением, и предвкушением встречи с родными людьми.

Рядом с домом показались места, где Мария провела множество земного времени. Старая и затрепанная ностальгия ворвалась в сердце. Но, как-то по-иному, не так замылено и обыденно. Словно сама вечность дарила это чувство, дополненное восхищением, а не привычным вспоминательным унынием. Ностальгии не за что было цепляться. Не было привычной человеческой защиты, важности или обременений. Существовала лишь внутренняя пустота, которая наполнялась любовью.

– Сейчас я вижу истинную силу восхищения! – С восторгом думала Мария. – Это чувство околдовывает все на своем пути. Переворачивает любое восприятие, дополняя собой само себя, и все миры одновременно.

Промелькнула знакомая школа, детский садик, магазинчик былых и настоящих времен. Все было прежним, но с какой-то сказочной и вдохновенной окраской. Причем все эти декорации города постоянно менялись, да так явно. Что казалось – это театральная сцена. Одно оставалось неизменным, – глубина души этого города, страстная душа Марии, и палитра восприятия были едины! Они оставались основой всего того, что рисовалось вне сердцевины. Ядро земли грело так же сильно, как и припекало солнышко на небе.

– Иногда я вхожу в такую наивысшую степень сознания, – говорила про себя Мария, – что вижу то, что не описать привычным и разумным языком. Я настолько ощущаю свое единение со всем, и наоборот, что мне даже не хочется искать истину, которой на самом деле нет!

Мария подошла к своему дому. Аккуратно и беззвучно открыла дверь. Она очень хотела сделать сюрприз. Подарить любимым восхищение неожиданности. Тем более, что она не сообщала заранее, не то, чтобы о своем приезде, но и о намерении вернуться в ближайшее время. Спонтанность возвращения, руками шамана, было и для нее огромной неожиданностью.

Девушка бесшумно закрыла за собой дверь, стремительно разделась, и незамедлительно пошла искать семью. Она кралась, как пантера. Каждое ее движение дополняло предыдущее своими плавными переходами. Шаг за шагом, ей удавалось становиться все более беззвучной. Было такое ощущение, что само помещение издавало больше звуков, чем тот вакуум, который проецировался Марией. – Кошка в засаде, она медленно и плавно передвигается, она выслеживает свою добычу. И эта добыча – неожиданность, которая накроет всех, кто попадется ей на пути.

Дом был заботливо прибран. Везде сияла чистота и свежесть. В каждой комнате стояла ваза с цветами. Воздух был переполнен благоуханием цветочного аромата. Любая стеклянная и зеркальная поверхность сверкала блеском, от лучей проникающего солнца. Уборная ослепляла своей белизной. Мария не ожидала такой кристальной чистоты, и дело было не в том, что дом остался без хозяйки, просто эта кристаллизация помещения выделялась так явно, что заставляла забыть обо всем остальном.

Девушка обошла практически весь дом. Везде было пусто. Оставалась лишь кухня. Может быть родня предчувствовала мое возвращение, и приготовила сюрприз, собравшись в излюбленном семейном месте. Она приоткрыла дверь, – никого. Но что было поразительно, стол был усыпан угощениями. И повсюду было очень много цветов.

– Я попала в оранжерею! – Восхищалась Мария.

Внутри девушки была милая пустота. Ее не съедали вопросы: где все? И почему такое изящное убранство дома пустует? Она даже не пыталась подумать, что возможно они встречают ее, или же наоборот готовятся к иному празднику. Единственное, что крутилось в голове – это мирное восхищение своего возвращения домой!

Мария тихонько присела. Ее взгляд расширил угол восприятия, она одновременно любовалась солнечным днем за окном, и блаженным спокойствием наичистейшего, теплого и родного сердцу дома.

Капельки влаги, лежавшие на лепестках разнообразных цветов, пропускали через себя солнечный свет. Тот ярким взрывом отражался на стенах, полу и потолке. Необычайная светомузыка, летающая по всей кухни, зачаровывала голубей, сидевших на карнизе за окном. Форточка была слегка приоткрыта, и Мария могла упоительно слушать, как птицы передают свое восхищение через нежное воркование. Через некоторое время, карниз был просто переполнен птичками. Вместе ютились голуби и воробьи. У них не было заинтересованности в пище, так как они только глазели в окно. Им настолько нравились переливы света, которым наполнилась кухня, да еще в многообразной палитре, что их маленькие глазки имели вид гипнотического озарения.

Мария не знала время. Не чувствовала его, и даже не хотела к нему прикасаться. Та вечность, в которой она сидела тихонько на своей любимой кухне, пусть в полном одиночестве, обволакивала ее с ног до головы туманом восхищения. Не чем-то или кем-то, а восхищением глубоким и внутренним. Без каких-либо еще сопутствующих чувств и настроений. Бесконечность показывала Марии, как возможно быть никем, ничем, и обладать счастьем, не обладая.

Кухня еще больше закружилась в танце переливающегося света. Цвета менялись с такой невероятной быстротой, что стала проявляться какая-то картинка, на фоне стен той самой кухни. Мария думала, что она начинает погружаться в осознание, – в свой новый мир. Она не сопротивлялась, хотя сейчас, ей конечно же больше всего на свете хотелось находиться здесь, в этом привычном мире, где она вскоре встретиться с семьей. Она попыталась расширить глаза, чтобы не углублять погружение.

Она моргнула…

Но на этот раз, ее осознанность обманула ее. Мария не погрузилась в свою фантазию. Это грандиозное предвкушение чего-то потустороннего, на самом деле было предчувствием, что ее семья рядом. Они просто-напросто каким-то чудом увидели, как она приближается к дому, и спрятались все в подвале.

Сюрприз удался. Все вбежали в кухню с радостными возгласами. Смех разливался повсюду. Счастливые крики, объятия, поцелуи, все смешалось в одном и необъятном восхищении. Вселенная приготовила двусторонний сюрприз, – зеркальное счастье всех членов семьи.

Мария ликовала! Невероятные события ворвались в ее жизнь. Словно музыка играла самые главные свои ноты. Высокие и низкие частоты встретились в едином порыве, отодвигая все формальности, и превращая середину в точку без колебаний – во всемирный баланс. Девушка знала, что раньше она обладала низкими вибрационными волнами, что оставляло ее в постоянном ожидании чуда. Затем она познала высокие колебания, что продвинуло ее в одну прямую с намерением – неукоснительным существованием. А теперь, она смогла осуществить магическое превращение, которого добиваются все живые существа, – Мария обрела золотую середину. Тот центровой гвоздик, где крепится основание маятника. Теперь она могла чувствовать, или же нет, а еще и находится в равновесии.

Они не задавали друг другу вопросы о том, как так получилось, что все они друг друга чувствовали, сближение, встречу, нарастающую любовь. Безмолвно было решено не касаться сейчас этой дилеммы. Подсознательно, а возможно уже и постоянно-сознательно вся семья чувствовала, что, когда меняется один человек, то и все вокруг него меняются, оставляя погрешности для баланса остальных. Как с ложкой дегтя в бочке меда, только более тонко.

Конечно же все ответы на вопросы дает высшая степень сознания, в которую входит человек, иногда на миг, иногда навечно. Где раскрывается смысл разделения и баланса частот. И мировосприятия всех в целом людей, нескольких, или же одного видящего. Сейчас был именно такой период, когда семья воссоединилась в одном порыве. В одном чистом сознании. В одной силе. В одном восприятии.

– Как же я вас всех люблю, мои дорогие! – восхищалась Мария.

– Как же мы тебя безумно любим, наша родная! – Вторили все члены семьи, восхищаясь самим восхищением!

Солнце завершало свой видимый полукруг. Птичья свора давно покинула карниз, давая возможность семье побыть наедине. На смену разноцветным отблескам света, пришли блуждающие тени. Они не пугали своим видом, наоборот, медленно плавали по интерьеру кухни. Зажглись свечи, что было необычным и новым для этого дома. Это задало новое амплуа теням, они словно закружились в ритме танца черного с белым.

За окном разгулялся ветер. Он дул с таким напором, что заставлял рядом стоящее дерево рукоплескать своими пышными ветвями. Они, как ладошки бились друг об друга в аплодисментах. А время от времени начинали играть в детскую игру «ладошки» со стеклом окна. Иногда стук был таким сильным, что Мария невольно поворачивалась посмотреть на потемневшее заоконное пространство. И в один момент, на стекле появился силуэт шамана. Он радостно махал девушке. Его страстная улыбка источала свет такой силы, что иногда казалось, что он стоит напротив воплоти и улыбается. Мария помахала в ответ. Всем остальным этот жест был невидим. Обстановка была настолько веселой, что это все смотрелось, как проявление радостных эмоций.

Шаман что-то сказал, это читалось в шевелении его губ. Мария попыталась приглядеться. Она сосредоточилась, и картинка с его изображением еще больше размазалась. Ваби-Манидо растянул пальцами рот в улыбку, указывая на то, что девушка сильно много сил придает значению своего фокуса видения. И что ее серьезность теряет смысл нынешнего чувства. Затем он сделал волнообразные движения рукой перед лицом, что раскрывало суть его отражения в окне, – он пришел из другого мира, только, как образ, и не нужно возводить это явление в важность.

– Восхищайтесь Мария! – Прочитала девушка по губам шамана.

– Я восхищаюсь! – Прошептала в ответ Мария.

Природа готовилась ко сну. За окном совсем стемнело. Только Мария и ее семья совершенно не имели планы на сон. У них впереди была целая ночь, чтобы поделиться впечатлениями от разлуки. Они мирно сидели за столом. Было неважно, кто, и что ест и пьет. Застолье просто-напросто объединяло людей в общем порыве страсти. А страсть настоящего выражалась в восхищении!


УВАЖЕНИЕ.


Возвращение домой, окунуло Марию в новый этап ее жизни. Она приняла дары обыденной жизни, не упуская из виду осознанность. Ей были видны границы тех возможностей, что переносили ее по счастливым островкам восприятия. Конечно же вся эта волшебная воздушность соприкасалась с другими вибрациями, если брать во внимание извечное деление сущностей на низкие и высокие частоты. Ее духовный путь переплелся с домашним бытом, походами по магазинам, общением с друзьями, с семьей. Но все было каким-то более отстраненным. Она являлась больше наблюдателем, нежели прямым участником. И можно было заметить, что привычный мир очень изменился. – Все ее вдохновение, душа, которые имели теперь более расширенные грани восприятия, передавались и на людей, окружающих ее. И неважно было, кто стоит на ступень выше или ниже, мир будто трансформировался в ногу с разумом Марии, который неукоснительно следовал за сознанием. Ум теперь получал определенную и необходимую информацию, а не постоянную кашу из внешних и хаотичных источников. Она владела картой внутреннего пути, не нагружая себя лишними данными – расстоянием, временем и прочим ненужным мусором. Девушка была универсальна и пуста внутренне. И эта пустота выражалась не в глупости, а могущественном безмолвии. Ведь именно его, каждый ищущий пытается обрести, а не замысловатую и разумную вещь.

Иногда Марии казалось, что она очень похожа на одну героиню из фильма, которая всегда хотела избавится от эмоций. А когда ей все-таки удалось добиться этого, она стала похожа на сломанную куклу, у которой была неполадка подвижности лицевых мышц. Что явно бросалось в глаза остальным людям. И ей пришлось заново учиться выражать эмоции, только уже играя их. Но подобные мысли были лишь пощечиной от старой жизни, которая никак не хотела уходить без боя. Старый мир постоянно подкидывал всякие гадости и неурядицы былого. – Людей, которые когда-то причинили боль, потом исчезли, и вновь появились на горизонте. Это все были определенные ступеньки, которые необходимо было преодолеть, иначе можно было скатиться вниз. Конечно же постепенно все эти нюансы исчезали. И Мария училась обходить их, не замечая. Но также она осознавала, что любой путь всегда будет иметь соответствующих людей, декорации, и события. А соответственно и ловушки, которые в другом мире могут показаться ерундой, а в нынешнем, настоящим препятствием.

И вся эта структура восприятия и перехода из мира в мир, открывалась девушке явной картиной. Находящиеся рядом люди менялись вместе с ней, в питании, привычках, поведении, в чувственной манере общения. Степень ее внутренней тишины – внутреннего диалога, всегда отождествлялась с состоянием внешних факторов. Она видела, что воспроизводила, и воспроизводила, что видела. Как внутри, так и снаружи.

Единственное, что она железно усвоила для себя, так это тот факт, что человек получает воодушевление – свет, в том случае, если что-то отдает. И это может касаться чего угодно. Например, переход на сырую пищу с вареной, на неедение с едения, на безмыслие с постоянного обдумывания, на одиночество с общения, на бедность с богатства, – некий аскетический переход. И это все не понималось буквально, на уровне разума – это лишение имело более глубинное осмысление. – Приятие являлось намерением!

Единственное, что беспокоило Марию, так это отдаление от своей фантазии. – Новый мир перестал являться к ней. Она больше не созидала его основу. Ведать сильное погружение в мир других людей, а именно ее семьи, вновь отдалили ее от чего-то возвышенного и созидательного.

Но девушка не очень переживала по этому поводу. Она знала, что всему свое время. И бесконечность дарует любое исполнение желания, лишь не имея на него важность. И это вскоре сработало. Когда она ходила по своим делам, она неожиданно для себя поняла, что стоит на той самой улице, где началось ее сказочное путешествие. Перед ней стоял дом-мастерская ювелира Вадима. Она совершенно забыла про него.

– Я даже не навестила своего наставника и друга по приезду! – Прошептала она про себя. – Как же это вылетело из моей головы? Что за казусы моего разума?

Она стояла с глупым видом, уставившись на дверь мастерской.

– Кажется я догадываюсь в чем тут дело! – Сказала она вслух. – Эффект неожиданности всегда направляет в новое русло, когда в системе затор. – Как болезнь, стресс, или же потеря памяти. Бесконечность вновь дарует мне сюрприз!

В девушке проснулось такое сильное уважение к матери природе, что она стала часто дышать от переполнявшего чувства. Эта эмоция раскрывалась не статусом личности, а внутренним восхищением той идеи, что сказана своими же устами, но забыта, чтобы ее услышать вновь из чужих уст!

Она подошла к двери, протянула руку, чтобы открыть ее, но таинственная сила не дала ей этого сделать. Странное ощущение появилось в области шеи. Вначале это было жжение, а потом и вовсе появилась тошнота. В глазах помутнело. Голова закружилась. Молниеносные мысли промелькнули у Марии. Она думала, что возможно это из-за питания, о котором она совсем позабыла, а может из-за сна, ведь теперь она не обращала на него никакого внимания. Или все дело было в ее пути, – девушка полностью упустила тот момент, где начиналась грань нового, старого, реального и нереального. Ее жизнь просто была, а не существовала, или велась, или проходила.

Мария осознала, что все эти мысли лишь игры разума. Она с восторгом прониклась уважением к этому проказнику.

– Ты всегда пытаешься вернуть меня в эмоциональную подпитку, – обратилась она к своему уму, – и никогда не упускаешь шанс завладеть всем, что со мной связано. Но прими к сведению, теперь я постигаю свою целостность. И нам придется жить в мире и согласии. И не забывай, если, впуская в меня управление извне, ты порабощаешь меня, то и тебя порабощают. И как ты вовлекаешь меня в свои игры, также манипулируют и тобой. Все всегда взаимосвязано. Конечно же мы не узнаем, когда будем ходить на поводу, так как начальное всегда есть в конечном. Но пожалуйста, будь бдителен к внешнему, а не ко мне! Ведь я, – это ты!

Мария удивилась своему обращению. Будто бы оно звучало из сознания. Из той искры, которая имеет намерение построить что-то свое, пусть даже и уже кем-то или чем-то построенное. Она прекрасно знала, что все является всем, так же, как и ничем. Но она всегда поддавалась этим играм ума, разговаривая с ним, так как это придавало особый интерес и смысл в самопознании. Ей намного было интереснее идти, спотыкаясь к озарению – чистому сознанию, нежели добраться туда быстро и легко, оставаясь там вечным ничем.

После того, как она успокоила свою внутреннюю болтовню, состояние тела нормализовалось. Разум просветлел, а сердце мягко зажурчало, вместо бешеного стука. Единственное, что не совпадало с привычным, это то, что вокруг все потемнело. Девушка обернулась, и чуть ли не рухнула от удивления. Сзади не было никакого явного видения, только кромешный мрак. Причем дверь в мастерскую оставалась отчетливо видна. Все походило на холст художника, который нарисовал лишь дверь, а остальное пространство закрасил черной краской.

И только после того, когда на черный фон была внезапно наложена знакомая волшебная палитра, Мария поняла, что погрузилась в новый мир. Здесь в ее сознании все оставалось таким же, как она нарисовала, но прибавилось явное отличие – дверь ювелирной мастерской из привычного мира.

Девушка подумала, что это знак к новому творчеству. Она начала старательно разукрашивать дверь, и все, что к ней прилегало. Но ее фантазия стекала мокрыми подтеками. А затем и вовсе теряла какой-либо цвет и форму. Мария продолжала снова и снова. Но единственное место, куда приставала структура и краска, была она сама. И через некоторое время, девушка была похожа на небрежного маляра.

Она сбилась с толку. Не понимала зачем здесь находится. И что от нее требуется, если вдохновение спит самым глубоким образом, а все попытки исходят из глупых-разумных стараний.

– Мне необходимо успокоится! – Уравновешенно сказала сама себе Мария. – Даже здесь я занимаюсь болтовней и попытками обрести важность.

И как только девушка стихла внутри себя, сладкой волной проплыло уважение к самой себе. Это зажгло искру надежды. Та помогла разжечь пламя озарения. А оно указало на дверь в ином свете восприятия.

– Я осознала! – Восторженно крикнула Мария. – Эта дверь является связью двух миров. Не ее нужно воплощать в шедевр, а именно она поможет пройти дальше в моем пути. И здесь, и там, эта дверь – это проход в дальнейшее созидание. Мне нужно было проделать огромное и содержательное путешествие, чтобы вновь прийти сюда. Путь всегда состоит из застоев и продвижений. И эта дверь – это движение вперед. Вот для чего я забыла о Вадиме. Осознание должно было вспыхнуть новой силой, а это возможно только при эффекте неожиданности.

Как только она это произнесла, картинка прояснилась. Мария вынырнула из осознания, вернувшись в привычный мир, где перед ней находилась дверь мастерской.

Она постучала. Дверь открылась, она оказалась не заперта. Девушка прошла внутрь.

– Здесь ничего не изменилось с момента моего отъезда, – подумала Мария.

Неказистые витрины странным образом вписывались в общую целостность интерьера. Ремонт был ветхим, как и все здание, но это не сказывалось на презентабельности этой мастерской. Каждый предмет имел свое дополненное и соответствующее место. Грязи или пыли не было вообще. Эту тонкость можно было определить по проникающим в окна солнечным лучам, – они являлись чистейшей прозрачностью. Складывалось впечатление, что даже малейшие атомы чего угодно не пересекают свет. Часы, висевшие на стене, стояли. Они напоминали, что время существует лишь тогда, когда о нем вспоминаешь, и заводишь механизм исчисления. Все стекла в помещении были идеально вымыты. Они отражали переливы солнца, ламп освещения и украшений, которые здесь были повсюду. В виде готовых изделий, заготовок, и материала, что ждет своей участи на переплавку. Мария проникалась бесценным уважением к хозяину лавки из-за вездесущей структуры, соединяющей разность: уют, порядок, воодушевление, и как не странно, творческий хаос. Каждый, кто входил в этот магазин-мастерскую, мог погрузиться в свой родной мир, исходя из своего родного восприятия.

Кота Василия нигде не было видно, как и самого Вадима. Это не слишком смущало Марию, но она будто предчувствовала очередной сюрприз судьбы. И когда она взглянула на помещение для отдыха, середину этой комнаты было хорошо видно через дверной проем, она заметила там мольберт. На нем была картина. Издалека сложно было разглядеть, что на ней нарисовано. И Мария решила подойти поближе. Пока она продвигалась к нему, мысли поднимали ее выше облаков. Она была окружена еще большим уважением к ювелиру, и именно оно заменяло сейчас ей крылья.

– Человек такого нескончаемого труда над собой, и над своим миром, наверно никогда не остановится в своем познании. – Думала девушка про себя. – Теперь он решил заняться живописью. Это просто великолепно. Я всегда хотела вдохновляться творчески, а вокруг люди просто берут и делают это. Они, как настоящие маги, которые знают, что смерть неизбежна, даже для вечности, – не прячутся от нее, а берут, и просто двигаются с таким напором, будто это последний день в их жизни.

Когда Мария подошла к холсту, она обомлела. В ее разуме, душе и теле уже не находилось простое человеческое уважение. Это было всеобъемлющее, светлое и бесконечное уважение. И оно раскрывалось не как чувство, а как что-то совсем неизведанное и возвышенное. – Холст изображал ее новый мир. В том состоянии, в каком он находился именно в этой точки ее сознания. Те же краски, структуры, смысловые видения. Картина передавала весь спектр ее нынешнего восприятия. Складывалось впечатление, что это не она смотрит на холст, а именно он – новый мир, через полотно наблюдает за ней.

У Марии закружилась голова. Появилась легкая слабость. Но все эти симптомы не раскрывали суть ее плохого самочувствия, наоборот, она была на седьмом небе от счастья. Такое Божественное совпадение перечеркивало все к чему она пришла. Это еще раз доказывало то, что любой мир фантастики – есть реальность, и переходя из него в другой мир, обязательно встретишь иную фантастику, с еще большим размахом. И пусть она уже встречалась когда-нибудь тебе в жизни, в детстве или ином временном промежутке, но восприниматься она точно будет по-новому. Вселенная в любом случае преподнесет этот новый шедевр, как что-то вновь придуманное или рожденное.

– Добрый день Мария! – Услышала она за спиной.

Девушка повернулась и расплылась в приветственной улыбке. Это был Вадим, все тот же чарующий красавец. Но теперь он предстал в новом амплуа, – он еще больше помолодел, постройнел, и наполнился каким-то взрывным светом. И при всех этих внешних характеристиках, он не воспринимался, как сексуальный молодой человек, от него веяла святость и лучезарность, спокойствие и нежность. Он олицетворял собой мудрую вселенную, которая не имеет никакого влечения, лишь умиротворение.

– Добрый день, дорогой Вадим! – Еле слышно ответила девушка, казалось, что у нее от волнения отказали речевые функции.

Мария разложилась на атомы в этот момент. Она не представляла собой единый организм. Сейчас она была энергией. Все частицы ее структуры волновались по спирали. Волна за волной. Виток за витком. Девушка ощущала, что все ее существо наполняется вселенской музыкой. Она и являлась этой самой блаженной и величественной музыкой. Мария испытывала тот душевный порыв, что бывает провалом в бездну при прослушивании любимой композиции. Вся ее структура вибрировала и издавала мощные колебания. Она уже не могла вспомнить, что является человеком. Сила, обрушившая это влияние, раскрывала ту проекцию, которая обманом разума интерпретировала реальность, и взаимосвязь в ней.

– Я перенял Ваше чувство! – Добрым и нежным голосом произнес Вадим. – Я испытываю самое глубинное уважение, какое только может иметь природа. И это уважение связано только с Вами. Я безмерно ощущаю вашу чуткость, с какой Вы появились здесь. Невероятно! Но Вы достигли поразительных успехов в поднятии своих вибраций – своего тонкого тела. Именно поэтому я так ясно вижу Вас и Ваш мир. Именно таким способом я смог изобразить его на полотне. Это возможно при наивысшей степени энергетической взаимосвязи.

– Мне кажется, или я слышу в Вашем голосе нотки удивления? – Спросила Мария. – Что, кстати, не свойственно для Вас.

– Если честно, то да! – Ответил Вадим. – Я рисовал эту картину, улавливая лишь одностороннюю связь. Я думал, что чувствую Ваш дух, Ваше сознание, исключительно из-за своей силы. Я и представить себе не мог, что Вы настолько выросли духовно, что именно Вы передавали мне всю эту информацию, а я был лишь ретранслятором самому себе. Вы великолепны Мария! Это я Вас искренне уважаю, за тот путь, что вы совершили, и будете вершить!

Мария ласково улыбнулась.

– Да, да, дорогая, – продолжил ювелир, – иногда ученики превосходят своих учителей. А дело в том, что мы лишь дополнение друг друга. Мы ничто без друг друга. Само ничто – ничто без самого себя.

– Я очень ясно Вас понимаю! – Обрадовалась Мария.

– Ну конечно же! – Радовался в ответ Вадим. – Мне нет больше нужды ловить Ваши вибрации, или расширять ваше сознание и знание. Вы теперь единица, которая равна нолю. Вы сами можете созидать, передавать и умерщвлять.

На подобный шедевр, что Вы сейчас создаете, я говорю про Ваш мир, у меня ушли годы. Многие и представить себе не могут, что значит отказаться от обыденного, стирая свое я. И при этом, начать создавать новый мир, с совершенно чистого листа.

– По началу мне показалось, что я способна только на подобную мазню. – Страстно заговорила Мария. – Но, когда мне удалось поймать ветер озарения, я осознала, что любой мир – это мазня в первозданном виде. И она становится шедевром только после истинного воодушевления – вложения в него страсти и намерения жить.

– Именно Мария! – Я полностью с Вами согласен. – Кричал вдохновленный ювелир. – А вы чувствуете, как Ваши мысли сливаются с моими, и складывается ощущение, что мы говорим одновременно, и одно и то же?

– Конечно да! – С таким же восторгом вторила Мария. – Более того, я чувствую, как мы чувствуем эту чувственность. Как тот оператор, который следит за передачей своих эмоций в своей же кинокамере.

Они молча присели, утопая в своей наивысшей степени осознания, которая доступна лишь при присутствии оппонента, своего отражения, или же глубокого самопознания.

К ним выбежал рыжий кот. Он также выражал людям свое уважение. Ему было очень любопытно, почему они сейчас находятся в такой выразительной гармонии. Которая притянула его интерес. Василий вилял хвостом, определенно улыбаясь своей кошачьей мимикой. Как ни странно, но и он смог подключиться к тонкому чувству двух людей. Возможно бы кто-то извне не смог бы настроиться на их волну трио, их чувственность, но им это удалось. Все помещение заливалось невидимым счастьем, но оно было таким плотным, что ощущалось любыми из рецепторов.

Как и в прежние времена, в это помещение пришла сказка. Доброе, размеренное, спокойное и умиротворенное волшебство. Воссоединение двух точек, вышедших из одной, выражались душами двух людей, что находились здесь. Им было приятно находиться рядом. Без слов, жестов, взглядов. Просто так.

Мария погрузилась в очарование своего настроения. Ей привиделась эта комната, в виде целой планеты. С ее многообразием и единением. Она воочию увидела каждый уголок, каждый сантиметр земли. Все континенты, острова, страны, города, людей, отдельные личности. Девушка чувствовала сильнейшее уважение к этой планете. К Богу, который являлся этой планетой. К Богу, который был в ней, в Вадиме. К себе самой. И это уважение являлось любовью, страстной и всеобъемлющей. Она чувствовала каждую травинку, каждое насекомое, абсолютно все частички вселенской энергии. И именно в этот миг, в это осознание, так чувствовал и ювелир, кот, все люди вокруг и везде. Все чувствовало Бога внутри себя, и вовне. Ведь каждая частичка существующего и несуществующего и была Богом!

И было неважно, что обозначало это слово, и кто его придумал. Для определенного кодового замысла, или для веры. На любом языке, в любом восприятии, в каждом мире – Бог существовал, так, или иначе.

Незаметно на город наступила ночь. Она будто перепрыгнула вечер, с его сумерками. Такая отважная и дерзкая, мать теней накрыло все, что попадалось взору. И лишь человеческих рук дел, освещали отдельные участки внутреннего и внешнего убранства города. Погода стояла теплая, хотя и пасмурная. Проказник дождик собирался пролиться на землю, но не спешил с этим, дразня все живое. Ветер подхватывал это игровое настроение и разбрасывал пыль по всем городским улицам. Редкие прохожие закрывали лица, будто самое ужасное, что могло произойти, уже произошло. Пыли было очень много, когда она поднималась в воздух, казалось, что это буря в пустыне. В городе давно не поливался асфальт, да и дождя очень долго не было, что являлось странным для этих мест. Изменилось все, начиная от настроения, и заканчивая видом города. Он словно переоделся в актерский костюм, хорошо загримировался, да еще и переродился самосознательно.

– На сегодня хватит сказок, – тихо сказала Мария.

– Пожалуй, что да! – Ответил Вадим.

– Я очень люблю наши посиделки, тем более мы давно не виделись, но я до сих пор не могу насладиться семьей. Будто бы прошла сорокадневный пост, только всего сразу: разума, души и тела.

– Я вас прекрасно понимаю. Да и меня ждут.

– Девушка? Кокетливо спросила Мария.

– Да!

– Какая-то чувственная дорога?

– Да, но, не в личном плане, а как у Вас!

– Она что-то ищет?

– Да, но не может найти пока!

– Надеюсь, она не будет торопить события, а станет просто двигаться. Вечность любит движение.

Они оба рассмеялись.

Вадим проводил Марию. За ней приехало такси.

– До встречи, – ласково произнес ювелир, – ждать не буду, так как Вы придете в нужное время, и в нужное место.

Теперь смех звучал по обе стороны двери.

Машина уехала, и лишь ее тень, склоняясь к тротуару, напоминала о чувстве уважения, которое соединило в свои объятия двух знакомых. А может быть две родные души. Или одно целое!


СПОКОЙНАЯ СОВЕСТЬ.


Прошел целый год в беспамятстве нового осознания. Тот самый визит к Вадиму перевернул многое на пути. Мария решила не спешить со своим новым миром, куда решила уйти в процессе. Она плотно занялась семьей. Это не было познанием чего-то нового, выходившего за рамки ее восприятия. По состоянию, она находилась на месте, двигаясь вперед по земным меркам. Девушка соблюдала баланс тела, души и разума. В меру трудилась, отдыхала, веселилась и грустила. Не было тоски по своим приключениям самопознания. Будто бы высшая сила вселенной просто-напросто переключила в ней тумблер на среднее положение. Не давая духовно, как расти, так и откатываться назад. Нет, это не исчислялось поступками, или же святостью. Мария чувствовала себя ровно. Ведь даже люди, получившие глубокий стресс, обретая сверх способности себя, обычно, рано или поздно доживают свою бесконечность в обыденном состоянии. Так и у нее, все указывало на то, что разум девушки принял все новое, закрепив за этим статус реальности. Душа успокоилась, совершая домашние полеты. Тело получило определенную середину в своем состоянии. И что самое главное, Мария не испытывала зудящего состояния сознания, которое всегда ищет движение к неизведанному.

За всеми этими процессами явно стояли высшие силы. Пусть даже и ее разума. Программа по улучшению себя была бесшумно отключена. Единственное, что иногда напоминало ощущение полета в космосе, была музыка. Мария обожала уединение с любыми мелодиями. Она не вдавалась в подробности и структуру этого Божества, но музыка давала ей живые крылья. Причем, если вначале она ее просто слушала, то со временем, девушка превратилась в истинного гурмана и ценителя. Она освободила одну из комнат от всего лишнего, вернее от всего, кроме аппаратуры для акустики. Техника у нее была подобрана с умом. Любая частота не была обделена вниманием. Посередине стоял диванчик, который помогал погружаться в музыку с головы до ног, всем сердцем. Девушка не копалась в бесконечных книжках, где раскрывались секреты становления нот, основ мира, с его изобретателями и фантастами. Но она ясно чувствовала зарождение мира в музыке. Она осознавала, что все вокруг и внутри состоит из того же, из чего и музыка. Каждую волну, колебание, вибрацию Мария ощущала на себе с полным вдохновением.

Как и обычно, в один из прекрасных дней, она выбрала время, когда никого не было дома. Выбрала несколько композиций, занеся их в поочередный плейлист. Все они отличались друг от друга, по темпу, манере исполнения и направлению. – Это выражалось неукоснительной потребностью испытывать все имеющиеся чувства. Поставила рядом стакан с водой, чтобы не отвлекаться на телесные нужды. Укрыла ноги пледом, для создания киношного комфорта. Задернула плотные шторы. И включила музыку.

Мелодия играла тихо. Каждый раз, Мария делала такое вступление намеренно. Она нежно смаковала ощущения. А предвкушение всегда начинается с небольшого и незначительного. Играла медленная композиция. Классика переплеталась с современной аранжировкой. Слышался оркестр, народные инструменты и немного компьютерных звуков. Девушка таяла от ватного счастья, в которое погружалась. Тело потихоньку немело, разум отключал любые мысли, сердце билось в такт с каждым тоном и полутоном. Душа набирала обороты, кружась в околоземном пространстве. Она уже ощущала свой скорый старт в космос. Вселенная легким напевом приглашала в свое царство. В ту свою часть, где Мария еще не была, но очень хотела бы побывать. Постепенно звук начал нарастать. Многоканальное звучание стало раскрываться в полной мере. Диван под собой уже не чувствовался. Веки не приходилось сжимать, глаза сами по себе не открывались. Темнота начала разбавляться разными оттенками, но очень степенно и ласково. Тело отключило свои функции. И все, что оставалось разумным улетучилось туда, куда решила стартовать душа девушки.

Когда звучала третья по счету мелодия, Мария уже отсутствовала в комнате полностью. Музыка не являлась тем, что она слышала вначале. Все перешло на вибрационный способ передачи информации. Звуковые волны не воспринимались на слух, – их было видно, они читались другим восприятием. Темп вибраций нарастал. Внутри, снаружи, все делилось на такие мельчайшие частицы, что уже было непонятно, где существование, а где обычная фантазия.

Марию отключило полностью. Она давно не испытывала ничего подобного. Девушка пребывала в настоящем экстазе. Как это бывает при полной луне. – Определенной программе, которую задали человечеству для нахождения во власти кукловода. Некий код для определенных, лично бесконтрольных действий. Целый год земного целомудрия исчез полностью. Основательно и бесповоротно. Сознание Марии вернулось на ту точку, где пыталось пройти дальше. И оно теперь явно передавало разуму, что пора двигаться, и что только познание нового сможет даровать истинную свободу.

Мария теперь видела музыку так, как ее видит любая вселенная, без ярлыков и определенной последовательности. Мелодия являлась энергией, которая побуждала девушку на решительный шаг. И она его сделала, – она осознала, что находилась в застое, и ее душа рвется на свободу.

Как только пришло это осмысление, она тут же очутилась в своем новом мире. Сильнейшее экстатическое чувство прошибло все ее существо. Если сравнивать с земными ощущениями, и тем восторгом, что она почувствовала при возвращении в свою фантазию, то привычная людская просто блекла, и казалась несуществующей.

Теперь она поняла, что ей не хватало, чтобы вновь вернуть восприятие движения. – Ей не хватало музыки. Но не той, что слушают, а той, что является всем. Новый мир блистал красками, он словно от всей души радовался появлению Марии. Ее отсутствие и заземление привело к застою и здесь. Вроде бы новый мир был прекрасен, но его не научили, как можно создавать самого себя в отсутствии архитектора. Теперь в проект была добавлена музыка. Ее слияние с новым миром искрило энергетическими раскатами, настолько сильной была связь. Неопытные рисунки из двух миров, как общее лекало чего-то нового, теперь получили живую структуру. – Музыку, которая могла самостоятельно расширять и углублять все, что существовало.

Конечно же Мария не упускала разумную составляющую. Ей было не важно, из какого мира она берет основу музыки, но ей хотелось слагать ее из неизведанного. Она тут же отбросила математическую связь привычного трехмерного мира, с его тонами, полутонами, нотами, и соотношением с земными параметрами, заключенными в число Пи. Девушка позволила черпать знания из сознания, обходя ум. Чтобы она могла плавать в понятиях нового мира. – Так будет интереснее его познавать после создания. Именно это и сделал Бог, который создал землю и людей. Он просто-напросто потом растворился в многочисленном подобии, чтобы заново чувствовать и познавать то, что было им создано.

Музыка теперь являлась цементом между кирпичами зарождения мира. Она прогибалась под все нюансы и прихоти. Склеивала любые неровности, превращая их в шедевры нивелирного дела. А после одобрения отдельных частиц – кирпичей мироздания, на ее существование, она твердела по подобию высохшего цемента, создавая общую и дополненную структуру.

Не было привычных звуков, телодвижений, порывов танцевать, все это уже являлось чем-то большим. Весь новый мир будто являлся музыкой.

Мария теперь только наблюдала, не имея своего мнения. Ведь, как только она пыталась что-то осмыслить, тут же появлялись сложные таблицы с непонятными иероглифами, – они раскрывали всю сущность возникновения слияния нескольких миров, но уже математическим языком. И как не странно, при углублении, она начинала понимать этот язык новых цифровых и буквенных значений. Девушка тут же отстранялась от этого занятия. Вспоминая, что еще успеет побыть в шкуре ученого, который все это заново откроет, да еще с обновленным воодушевлением и восторгом. А пока ей хватало того счастья, которое она испытывала от стороннего создания мира. Как это прописано в земной библии, где нет расширения на науку и противопоставление сущему глазами всех.

Новый мир ликовал, ему очень нравилось созидаться, не вдаваясь в подробности. Он словно ребенок, который делает, потом задает вопросы, а затем начинает понимать, что лучше бы не спрашивал. Ведь это принуждает к осмыслению обязанностей. А если все поверхностно, то и жизнь становится легче.

– Ох уж эта музыка! – Восторгалась Мария. – Даже в новом мире она умудряется просто плясать, созидая жизнь!

Мария очнулась, музыка затихла.

Она ясно вспомнила, что проходит путь, в котором совершила временную остановку. Девушка с кристальной чистотой прочувствовала всё, что проходила на пути самопознания. И теперь она могла с полной уверенностью понять, что у нее спокойная совесть. За то, что она не забыла свою душу, а лишь отлучилась на время, чтобы уделить семью любящим взором.

Теперь она смогла это осмыслить глубоко и мощно. Флаг старта на карте создания нового мира вновь был установлен. Это была новая точка отсчета дороги в неизведанные дали. И совесть была не просто спокойной, а невероятно умиротворенной. Любые процессы внутри и снаружи теперь стойко укоренились в новом восприятии. Что позволяло шагать дальше.

Мария попыталась сравнить свой путь знания со своей человеческой структурой. На горизонте видения тут же всплыли реальные и осмысленные сравнения: Она пыталась обрести спокойствие, она к нему пришла, и собирается идти также – семья всегда была и будет рядом. Она желала познать чувства с иной стороны осознания, ей это удается с успехом – дома царит уют и порядок. Она очень хотела встретить новых людей, завести интересные знакомства, это получилось – Любовь и связь с семьей не только не ослабла, но и разгорелась еще большим пламенем. Ей нужно было воочию убедиться, что духовный мир и материальный едины, она обрела это знание в своем путешествии, где каждый шаг сопровождался магическим перевоплощением – хоть она и постигает казусы для обычной жизни, но она по-прежнему остается для всех той же женой, мамой и бабушкой. Мир людей не только впустил ее, но и подарил осознанность, что все едино – теперь она могла быть одновременно и в любом конце вселенной, и всегда находиться дома с любимой семьей.

По ее разуму стекало нескончаемое информационное поле сравнений. И все указывало на то, что единство и общность есть во всем. И как все исходит из одного, также одно прорастает из всего.

Неожиданно хлопнула дверь. Мария вышла посмотреть, кто там пришел. На пороге стоял старший сын. Он нежно улыбнулся и поприветствовал ее. Девушка ласково улыбнулась в ответ.

– Привет родной! – Сказала она. – Проходи, я ждала тебя.

– Привет мам! – Ответил Петр.

Он по традиции прошел в кухню. Это была обитель всех встреч и переговоров.

– Как ты поживаешь? – Заинтересованно спросила девушка.

– Все отлично! – Вскользь бросил сын.

Мария всегда серьезно относилась к вопросам о жизни Петра. Он был человеком крайностей. Все его личности дополняла легкоподвижная психика. Но несмотря на это, девушка возлагала всегда на сына большие надежды, по крайней мере, до того момента, как начала заниматься самопознанием. Сейчас она уже не отдавалась с головой большой важности в судьбах людей, пусть и даже самых близких. Она понимала, что вселенная творит благо, когда человек терпеливо наблюдает и движется, не производя лишнее давление. Но все-таки, Мария отдавала огромную часть осознания старшему сыну. Именно в нем она видела легкость для привычного мира, и в то же время, мастерство художника в созидательном плане, – она знала, что именно он продолжит ее путь по созданию нового мира, если она вдруг не захочет больше этого делать. А причин на это было масса: сюрпризы бесконечности, заинтересованность в создании еще одного мира, новый путь самопознания, исходя из точки сборки в своем сознании.

– Как успехи в семье? – Продолжила она материнский опрос.

– Как всегда, полная гамма чувств.

В своих ответах парень всегда акцентировал внимание на ироничную интонацию. Он в любом вопросе нес улыбку и легкую страсть. И все было дело в том, что он сам проходил свой внутренний путь трансформации. Бурное прошлое, как и у любого человека, тяготило своим перенасыщением. И теперь он тянулся к свету. Читал определенную литературу. Бросил все известные вредные привычки. Одним словом, старался обрести свое я, без налипших системных костюмов.

Все это промелькнуло у Марии в голове. И она тут же испытала спокойную совесть за себя, как матери, и за сына, который старается быть светом, пусть пока еще мерцающим.

Они никогда не разговаривали на тему вселенной и Бога внутри себя. Обходились стандартными семейными речами. Но оба чувствовали, что момент истины, где встретится их осознанность еще наступит.

– Ну расскажи, как поездка, – внезапно спросил Петр, – наедине я лучше смогу воспринять твои ощущения.

– Даже не знаю, с чего начать, – отозвалась Мария.

– Описывай, как чувствуешь! Будь уверена, я понимаю, что ты ездила туда не за банальными приключениями на фоне леса.

– Ты прав…

Мария загадочна замолчала. Ей было непривычно говорить с сыном на такие темы, тем более, если это касалось сказочных полетов, противоречащих обыденной реальности.

– Я знаю, что ты в поисках себя! – Твердо заявил сын. – Расширение сознания проходит на любом отрезке той или иной жизни. Любая сущность расширяется или углубляется, все зависит с какого ракурса на это смотреть. И мы не всегда ощущаем тот свет, что ощущает рядом стоящий человек, хотя этот свет льется постоянно. Просто мы его не замечаем.

Девушка была ошарашена. Она никак не ожидала, что этот разговор так быстро трансформируется во что-то духовное.

– Да… – Не многозначно ответила она.

– Ты же сейчас чувствуешь эту осознанность, – продолжил Петр, – и понимаешь, что и слова-то не нужны. Просто я хочу донести до тебя, что твой мир действительно изменился, а вместе с ним и мы. На этой степени твоего восприятия, подтянули свое восприятие и мы. Мы не можем существовать рядом, пронизываясь совершенно разными мирами. Либо частицы восприятия находятся рядом, либо полностью вся структура, а если мы не соприкасаемся и в виде энергии, – значит нас не существует.

Мария страстно закивала головой. Этот жест означал, что сыну больше ничего не нужно говорить. Все и так ясно.

– Да сынуля, – наконец сказала она, – Если вычеркнул себя из того или иного мира, где есть определенные существа, – умереть, то они больше не будут в том виде, из-за которого захотелось умереть. Либо в другой энергетической структуре, либо вообще никак. Это, как в жизни. Устал от гнета какого-либо человека. Избегаешь его, но он все равно появляется в твоей жизни. Значит именно ты исполнитель этих встреч. Осознал это. Исключил его из любой своей памяти. И он исчезает полностью из твоего мира. Но это не значит, что он исчез из своего мира, или измерения.

После этих слов, они долго стояли молча. Частые мурашки по всему телу, и воодушевленная легкость внутри, раскрывали наивысшую степень своего сознания, но разум еще немного отставал. Он постоянно пытался донести и одному и другому, что они могут неправильно друг друга интерпретировать, и что между ними образуется пропасть из фантастики.

– Слышишь этого болтуна? – Радостно произнес сын.

– Ага! – Улыбаясь ответила Мария.

– Даже сейчас, когда мы настроены на абсолютно одну волну, он пытается обратить все в блеф. Как и все на этой планете. Он так всегда поступает. Позволяет вначале лететь за душой, подтверждает все аномалии, как реальность, а потом начинает понимать, что его высовывают из зоны комфорта, где он главнокомандующий со своей диктатурой. И что теперь он может оказаться в неизведанном навсегда, не имея возможности бросить разумный якорь.

– Это закономерно, – ответила Мария, – разум – это клей всего. Он из ничего и хаоса делает структуру. Многие люди, которые идут путем просветления убегают от разума. Но без него мы бы не были теми, кем являемся. А существовали в виде энергии, еще чего-то, но и там, нас бы связывала субстанция наподобие разума – структура, система. А иначе, мы бы были вообще ничем. Так что нам на любых этапах своего становления необходимо мериться с его существованием, а лучше любить и быть единым целым. Ведь он еще тот игрок, может обманным путем так загнать в свои игры, что уберет все логические связи для нас, оставив только управление для себя.

– Ох, мамуль! Безмыслие – наше спасение от всего. Тишина, после которой любая болтовня будет шедевром!

Они оба расхохотались.

– Не говори, родной, – поддержала девушка, – так и есть. Вот и сейчас он нас сделал такими сверхумными, а на деле мы занимаемся пустой философией.

Громкий смех вновь разлился в кухне.

– Мам, так приятно с тобой говорить. А тем более в новой манере общения. Это очень необычно!

– Согласна!

– Не знаю почему, но моя совесть сейчас спокойна за нас, – неожиданно сказал Петр.

– Вот это уровень нашего восприятия! Ты повторил сейчас то, что я прохожу в своем познании.

– Это не удивительно. Я сам очистив свой разум и тело очень часто встречаю подсказки внешнего тому, что осознаю внутренне. Так и раскрывается суть восприятия – вижу, что хочу видеть. Но расскажи мне поподробнее, чего такого я затронул, что ведомо только в твоем мире.

– Человек, который мне помогает в самопознании, – начала Мария, – дал мне определенное задание. Он ювелир. Золотых дел мастер. Я однажды принесла ему все золотые украшения, которые остались от моей мамы, твоей бабушки. Моя душа почувствовала, что я обрету свободу, избавившись от привязки к этим предметам.

– Да, я помню, как ты безмерно страдала после кончины бабушки. – Сочувственно, но не нагнетая интонацию, произнес сын.

– И мой ход оказался верным. – Продолжила Мария свой рассказ. – Я попала в нужное место, к нужному человеку, и этому поспособствовала вся вселенная, а точнее, моя душа. Так всегда бывает, когда разум сам себя закрывает в тюрьму из мыслей. На помощь приходят иные спасательные силы – болезнь, удар молнии, или осознанный учитель, в общем любое кардинальное изменение. Помимо того, что он переплавляет металл, он еще и трансформирует людей. В процессе я познала, что мы все являемся магами. Входя в чужое, являющимся своим. И тот, кто сильнее, дополняет ищущего истину. И этот процесс нескончаемый, так действует баланс! Он посоветовал мне каждое украшение, что я принесла облачить в личность чувства, чтобы в последствии сбросить все личности, и стать свободной от любых оков. Я должна была научиться любить все что вовне, так как это продукт моего восприятия. А итог, но заметь, не конец!

Девушка с напором акцентировала эту фразу, раскрывая то, что любой финиш – это начало нового старта.

– А итог, – продолжила она, – это переплавка всех украшений в одно. Как символ озарения, просветления, осознания, называй, как хочешь. Но я и предположить не могла, что в поисках эмоционального спокойствия, обрела нечто большее. Я нашла тропинку в темном царстве, и ведет она в создание нового мира. И мне не важно, фантазия это и игры разума, или же это фантастическая реальность, которая обязательно наступит. Одно я осознаю очень ясно – Я настолько счастлива. Я испытываю бескрайний полет души. Это просто чудо какое-то, знать, что мир, который тебя окружает, – это всего лишь границы определенного. А за ними – вечность.

– Это невероятно! – Подхватил Петр. – И что самое главное, я воспринимаю каждое твое слово. И мне, как и тебе, совсем не важно, воспринимает ли эту информацию разум, или же что-то иное.

Сколько бы я не стремился к своему личному познанию, всегда прихожу к одному – истины нет, и все относительно!

– Я больше того скажу, не знаю почему, но мне очень бы хотелось передать тебе эти знания и созидание нового мира. Если ты, конечно, не имеешь другие планы. Вдруг это покажется тебе подражанием, а не чем-то новым.

– Так, или иначе, я согласен. – Поддержал радостно сын. – В любом случае никто не узнает, повторно ли это вне НИЧТО, так как все уже существует, даже, если не открыто. А твой новый мир, это все равно начальная трансформация старого, откуда-то же ты берешь материалы. Они рождаются в тебе: входят и исходят одновременно. А мне главное научиться созидать то, что вне привычного трехмерного разума. – Это станет фундаментом уже для моего нового мира. И таким образом мы все равно будем все едины, бабушка, ты, я, вся наша семья, все народы и существа, и конечно же неизведанные энергии.

В доме воцарилась спокойная совесть. Она познала сама себя, и тот факт, что все и так спокойно и блаженно. После чего, чувство улетучилось в самые глубинные дали двух любящих сердец, матери и сына.


ЧУВСТВО ОБЛЕГЧЕНИЯ.


Утро нового дня не отдавало себе, как прежде отчета. Оно не копалось в себе, не старалось понять, что в нем такого нового, и где заканчивался предыдущее утро. Рань также не чувствовала временных разделений между собой и остальными промежутками дня и ночи.

Солнце вообще не подозревало о возможности так мыслить. Оно всегда ощущало себя статично. А точнее сказать, вечно и непрерывно. Оно очень любило наблюдать лишь за внутренними процессами. Именно они даровали ему жизнь всеобъемлющую. Именно эти движения глубины раскрывали для ярило всю суть вселенной.

Ветер, что постоянно стучал в окно, хотел возвестить, что он никуда не уходил, а только затихал в людские часы для сна. Эта игривая сущность из воздуха была полностью солидарна со своими предшественниками из сна Марии.

Девушка даже во сне пыталась перевернуть мир. Иногда она просто забавлялась со своими снами, изменяя и переставляя разумные составляющие. Также, Мария очень любила превращать сон в сновидение, трансформируя обычное наблюдение в управление процессами. А порой, когда она осознавала, что сновидение превращалось в реальность, девушка бросала якорь разума в эту реальность с небольшим нюансом, – она немного изменяла восприятие между сновидением и реальностью, размывая их границы. Она понимала, что кардинальных перемен создавать не стоит, иначе можно потерять почву для земной психики, но и подобные мысли она проецировала лишь для элементарной разумности восприятия. Иными словами, она смаковала обучение магии, не желая получить полное намерение – исполнение всех желаний на блюдечке с голубой каемочкой.

Иногда ей даже становилось не по себе, из-за того, что все волшебство, о котором она мечтала в детстве начинает сбываться. Именно по этой причине, она тут же внушала себе, что это лишь банальные сны, которые так будоражат ее воображения. Она оставляла право за сознанием быть вершителем неизведанного и волшебного. Разум же, Мария старалась сильно не обижать, отгораживая небольшим занавесом материального мира. Пусть и как прежде, но с оговоркой на краткосрочное и подконтрольное раздвижение этих самых кулис. – Она степенно знакомила его с тем, что дарит вечность.

Так и в этот раз. Она абсолютно не спала ночью, как это она делала раньше. Мария забегала в свой новый мир, где не упустила возможности произвести пару созидательных манипуляций. Она летала в фантастических мирах, которые являлись ей из неизведанного, которое в свою очередь приходило из непознаваемого. Находилась в реальности, но с пропорциями сновидений. А «проснувшись», девушка потянулась, как ни в чем не бывало, и широко зевнула, наблюдая за реакцией разума. Тот не реагировал на банальную вещь, – что обычно человек зевает, когда неукоснительно хочет спать, засыпает, или притворяется, что спит. Хотя она была свежей и совершенно бодрой.

Это раскрывало тот факт, что ее разум спокоен за нее. И все ночные похождения считает только сном, не более. Он потихоньку привыкал к тем маленьким казусам, что Мария подсовывала из сознания, добавляя их в свой список разумной реальности, – этого для нее было более, чем достаточно. Она знала наверняка, что, когда она сможет путешествовать по мирам, не опираясь на земное время и пространство, ее ум будет принимать этот факт неотъемлемой природой своего существования.

Мария присела на кровать, оперлась спиной о стену. Приняв удобную позу, она уставилась в сияющее светом окно. Солнце будто энергия воспоминания проникло в ее кожу, через весь организм добралось до самых глубинных воспоминаний своих похождений в сновидениях этой ночи. Прикрывшись ширмами от разума со всех сторон, как стенами в кинотеатре, она начала перепросмотр своих видений.

Перед ней была девушка, вернее образ. Размытый и совсем не органический, – в виде энергии. Она посмотрела на свои руки и удивленно воскликнула:

– Кто я?

Сердце бешено стучало. Оно просто-напросто выпрыгивало из груди. Руки были точно не ее. Она попыталась успокоиться. И это ей удалось после продолжительного самоконтроля. Как только внутри наступила внутренняя тишина, будто она провела многочасовую медитацию, она осознала, что в ее сновидении, она – это ее сын Петр. Мария начала жадно осматривать тело сновидения.

– Руки точно его, – говорила она сама себе, – одежда. Да, определенно я в теле сына.

Девушка почувствовала сильное облегчение. А затем ее переполнили глубокие чувства, а вернее одно, – то самое облегчение, но наполненное любовью.

– Конечно же я чувствую нежную любовь! – Воскликнула она сама себе. – Ведь это тело моего родного сына.

Но потом она еще больше вдохновилась, ведь это было видение, а соответственно она поселилась не в его теле, а в сознании. Став одной сущностью.

– Как это необычно и грандиозно, – гладила себя мыслями девушка. – Теперь можно сконцентрироваться, зачем-то же я очутилась в сознании сына.

Она отбросила восхищение, чувственность, мысли. После сильной, но сбалансированной концентрации, она смогла увидеть то, что сейчас проецирует сознание Пети:

Он находился в вакууме. Вокруг не было ничего. Словно мир – это вязкая на взгляд субстанция, но по ощущениям невесомая. Потустороннего не чувствовалось. Лишь этот замкнутый мир. Перед ним были границы, что-то вроде граней прямоугольника. Вдруг пустоты границ начали заполняться белой массой. Она постепенно разгладилась и приняла вид холста. С одной стороны – это было двухмерное полотно, но с другой являлось многомерным пространством. Это раскрывалось тем, что в глубине полотна чувствовалась многогранная жизнь.

Мария увидела, как рядом с полотном начал проявляться образ. Она поняла, что образ – это работа ее сознания, а точнее сказать, ее сына. А вот полотно – это проявление разумности, исходя из осознания. – Сознание вдохновлялось и творило, а разум воплощал все в материю, – полотно.

По мере того, как образ дополнялся структурой и красками, полотно заполнялось черно-белыми контурами.

– Скорее всего, разум всегда опаздывает в своем восприятии, – подумала Мария, – Ему нужно время, чтобы перенести насыщение на полотно.

Образ показал пышный и рыжий объем, – на полотне появились очертания волос, но в графитовом исполнении. Образ вдохнул жизнь и пульсацию, – полотно изобразило черты лица в черном исполнении.

Мария увидела картину девушки на полотне. Она была нарисована разумом сына. Пока еще сырой материал. Ведь девушка имела только черные контуры и заретушированный серый объем. А вот образ передавал более полное восприятие, хотя там не было земных линий, они больше походили на танец энергии. Через образ Мария могла понять, что многое предстоит дополнить в разумном полотне. Оно выглядело, как шаблон, некая матрица. Например, по образу читались родинки, на левой щеке и под уголком губ, – на полотне их не было. В образе, все лицо девушки было усыпано веснушками, – полотно не имело таких вдохновительных деталей. И сознание диктовало, что цвет ее волос – рыжий, разум же плавал около черного и белого.

– Он только еще учиться создавать! – Обрадовалась успеху сына Мария. – А это значит, что и без моей помощи процесс запущен. Он созидает. И это не банальное разумное желание, которого хочется добиться. Это самая настоящая фантазия с осознанием.

После этих мыслей, полотно начало насыщаться красками и живым объемом. Теперь и образ сознания имел пульсацию жизни, и полотно обрело основу для существования. – Оно оживало. Рыженькая девушка из сознания Петра зашевелилась, она улыбнулась и поприветствовала своего создателя, все это читалось в энергетической структуре образа. В разуме – на полотне, девушка также вторила движениям и приветствию. Она была настолько реалистична, что восприятие Марии резко углубилось в осознание иллюзорности любого мира.

– Какое радостное облегчение я испытываю. – Сказала сама себе Мария. – Это такое нужное сейчас, и в то же время легкое чувство, что я вся переполнена любовью. – Мой сын на одном уровне сознания со мной! – Он создатель! И скоро мы вместе дополним мой, вернее наш мир!

Раздался звонок. Это был телефон Марии. Она тут же очнулась от своего перепросмотра видений. Она медленно потянулась, размяла руки и ноги. Ее движения были вальяжными и осмысленными, будто она чувствовала сколько времени потребуется, чтобы на том конце не прервали вызов.

– Алло! – Негромко ответила Мария на вызов.

– Привет! – Раздался голос.

Это был сын. Он словно чувствовал недавние события.

– У меня такое впечатление, что я сейчас, вернее, только что с тобой разговаривал, да и ночью снились сны, связанные с тобой. – Протараторил Петр.

– А про что сны? – Спросила Мария.

– Ты создавала картину, она являлась твоим разумом. – Ответил Петр. – А исходило это все из образа, что являлось твоим сознанием.

– И что я изображала на картине?

– Это была девушка, – ответил сын, – на холсте она была написана карандашом, а в образе, она была объемной и живой рыжеволосой красавицей. Потом и картине передалась реалистичность, – разум принял это восприятие и дополнил черно-белую девушку красочным существом.

Повисла небольшая пауза.

– Я просто-напросто поражен этому, – продолжил он, – Но в основном из-за того, что прожил все это так вдохновленно, что все мои чувственные рецепторы зашкаливали эмоционально.

В трубке раздавалось лишь дыхание после слов Петра.

– Мам! Ты еще здесь?

– Да, родной. – Ответила наконец Мария. – Я очень впечатлена! Именно поэтому мне очень трудно говорить. Я видела все то же самое. Как будто я находилась в твоем сознании, и именно ты создавал этот шедевр.

– Я забыл сказать, – закричал удивленно сын, – что тоже видел этот сон, находясь в роли тебя.

– Похоже мы достигли высшей синхронности! – Подытожила Мария. – Помнишь, мы говорили с тобой про новый мир, и про то, что мне понадобиться помощь в его создании?

– Да!

– Так вот, этот процесс уже запущен, – восторженно произнесла девушка, – наша в этом заслуга или нет, но вечность позаботилась об этом. И наше совместное намерение сработало. И пока оно пробивает почву для нашей внутренней связи.

– Мне приходило это в голову, но я тут же отбросил эти мысли, – тут же выпалил сын, – вернее, эту версию исключил мой прагматичный разум.

– Как бы ни было, но это фантастика! – Радовалась Мария.

– Согласен полностью!

Небольшая пауза на линии раскрывала задумчивость обеих сторон. И мать, и сын пытались осмыслить то, что не требовало осмысления. Все вершилось по их намерению, но без их прямого и разумного влияния. Так было предначертано именно этим совместным путем.

– Я очень хочу познакомить тебя с Вадимом, – ювелиром. – Сказала наконец Мария. – Думаю, нам есть, что обсудить. Мы пока еще плаваем в совместных полетах по сознанию, но он нам поможет.

– Я согласен с тобой, – поддержал сын. – Мне очень интересна эта встреча. Хотя, я уверен, что мы и без него сможем обучиться всему, что нам только необходимо.

– Конечно, Петь! – Но поверь, это знакомство уже предопределено, и тобой, и мной. А скорее всего, и Вадимом.

Мария словно подбирала слова своим продолжительным молчанием, но видимо она собралась с мыслями, и сказала:

– Что ты сейчас испытываешь родной? Какое чувство?

– Я будто видел этот разговор. – Начал свой ответ сын. – Давно, да и постоянно. И меня он очень волновал на подсознательном уровне. Я всегда знал, что рано или поздно мы к нему подойдем. Это всегда оставляло след неопределенности, что слегка меня беспокоило. Нет, в хорошем смысле этого слова. Но сейчас, когда этот разговор состоялся. А более того, все это является невероятной реальностью. Я чувствую сладостное облегчение! И мне кажется, что это чувство проговариваешь и ты в себе, – я говорю про твой путь познания эмоций.

– Ты совершенно прав! – Раздался веселый голос Марии. – Бросай все свои дела, и приезжай ко мне. Хочу побыть немного наедине с тобой, поболтаем, а потом поедем знакомиться с ювелиром.

– Хорошо! – Ответил сын. – Скоро буду.

Петр пришел через пару часов после звонка. День выдался очень позитивным. Погода радовала взгляд. И они отправились прогуляться в парк, по дороге к Вадиму. Был будничный день, и они смогла насладиться спокойной прогулкой. Парк расцветал на глазах. Это выражалось благоуханием зелени и цветов. Некоторые новшества, в виде газонов с автоматическим поливом впечатляли. Как только солнцестояние превышало определенное количество времени, включались датчики полива. Вода мелкими струйками разбрызгивалась по всему периметру цветущего великолепия. Солнечный свет подхватывал инициативу, и вот множество тысяч сверкающих разными цветами капель, взрывались красочным зрелищем. Технологии современного мира переплетались с оттенками природы. Одно дополняло другое. Здешний лес, выращенный людьми, отплачивал своей красотой и величием. В воздухе стоял приятный аромат живой древесины. Птицы прекрасно понимали, что весь этот спектакль для очарованных Марии и ее сына, и выкладывались на всю катушку. Их песни разлетались по всему парку, отражались от высоких деревьев, и многоликим эхом возвращались к своему источнику. Редкие прохожие приветственно улыбались и здоровались. Казалось, что это место наполнено вежливостью и радушием. Музыка в этот день не играла в громкоговорителях, что позволяло наслаждаться с упоением звуками природы. А здесь она ничем не уступала диким лесам. Да и сама степень этой дикости находилась внутри каждого листочка. На высокой сосне сидел дятел, он с глубоким чувством облегчения смотрел на людей. Ведь ему совершенно не хотелось есть, что-то таинственное кружило ему голову, – именно поэтому, он не стучал клювом по дереву. Парк был переполнен любовью. Даже сама любовь имела возможность наполняться сама собой!

– И слов не нужно, чтобы осознавать жизнь! – Сказала Мария.

– Да! – С интонацией всеобъемлющего согласия поддержал Петр.

Они вышли из парка, с другой стороны, от входа. Обернулись, и еще раз проводили взглядом зеленого красавца.

К мастерской ювелира они решили идти пешком, чтобы у них было достаточно времени для доброй болтовни.

– Можно сильно пока не углубляться в осознание того, что мы делаем, и о чем говорим. – Сказала Мария. – У нас будет еще возможность осознанно пофилософствовать. А пока я больше склонна приятно сплетничать и шутить над всей этой мудростью.

– Да уж, – согласился сын, – тем более истины в этом мире, да и в других тоже, уж точно не найти. И можно спокойно залезть в такие дебри, что потом придется искать путь самонезнания.

Они оба расхохотались.

– Скорее всего, – продолжила Мария, – человек всегда в поиске чего-то нового. Именно это является таким всплеском разносторонней информации. Все бегут от старого, прикрывшись новым, что когда-то было старым. И именно по этой причине обыденное превращается в фантастику, а потом наоборот, – Придуманное обретает почву реальности.

Да мам, как ни крути! – Хитрым прищуром сверкнул Петр. – Ты, кстати, хотела с юмором пообщаться, а сама углубляешься в красивые пируэты словообразований. Черт! Да и я сам туда же!

Они вновь разразились смехом.

– От этого уже никуда не деться, – прокомментировала Мария, – Расширение сознания, – это увеличение знания, а вернее – это возможность воспринимать большее поле всеобъемлющего знания. Прямо из вечности. Тут ничего не поделаешь, – разум получает сильную прокачку, и, естественно, начинает умничать, хотя должен безмолвно наблюдать и учиться жить счастливо.

– Как ты точно и красиво подметила, – воскликнул сын.

– Вот мы почти и пришли, – внезапно сказала девушка. – Не знаю почему, но я очень волнуюсь, что на меня нынешнюю ну очень непохоже. Значит эта встреча довольно знаменательна на нашем пути.

– После твоих слов, и я немного засуетился, вернее внутри все переворачивается. – Поддержал Петр.

Но когда они подошли к двери мастерской, им без стука открыл дверь Вадим, и ласково улыбнулся. Это приветствие развенчало все лишние сомнения. Они оба испытали чувство облегчения.

– Я приветствую вас! – Радостно произнес Вадим.

– Добрый день! – Хором произнесли мать и сын.

– Я вас ждал. – Продолжил ювелир. – И именно сегодня, все аж прям зудело от этого.

Они радостно приняли шутку, и рассмеялись. После чего прошли в мастерскую, расположившись на удобном диване в комнате отдыха.

– Чувствую, вы уже оба создаете что-то уникальное и новое! – Сказал Вадим, удаляясь за чайником.

– Да, Вы как всегда проницательны! – Крикнула Мария ему вдогонку.

Прибежал рыжий кот. Он обнюхал нового гостя. Петр ему очень понравился. Ведать его сладкая юношеская энергия дополняла игривую силу кота. Тот прилег рядышком и с облегчением вздохнул, – кот словно знал, что это чувство их всех сегодня объединяет. Тем более эта эмоция и ему нравилась сейчас, – просто он не очень любил чужаков с отрицательной энергетикой. Которая могла закончится для него даже пинком. Нет, дело было не в нем самом, и в отражении реальности, в этой мастерской всегда бурно смешивались энергии из-за рода занятий ювелира. И иногда сюда захаживали личности, которые стремились всегда противоречить балансу природы, – они целенаправленно искали свет, чтобы омрачить его своим присутствием. Было неизвестно, понимал ли кот все эти шутки вселенной, но уж Вадим точно знал, что где убудет, там прибудет, и старался передать это настроение даже своему любимому питомцу.

Ювелир вернулся и разлил чай по чашкам. Поставил на стол вазу с свежими цветами, у него была небольшая оранжерея в мастерской, которая плодоносила на редкость постоянно и круглогодично. Цветы тут же наполнили все помещение упоительным ароматом жизни. От этого восприятия, глаза видели не вазу срезанных растений, а дивный сад посреди каменных джунглей. Свет, проникающий в мастерскую из окон, ласкал цветы заботой. Он нежно поглаживал бутоны, превращая их в разноцветные взрывы впечатлений. Каждый лепесток вкушал солнечную энергию, а в благодарность, живое соцветие искрило радостью. Через некоторое время черты помещения и вовсе пропали. Петр почувствовал, что ему будто бы что-то подсыпали галлюциногенное. Это состояние передавалось и Марии. Им еще не было известно, что это сказочное восприятие им передает ювелир, по средствам обычного и приятного внимания.

Мария и Петр теперь ясно осознавали, что чувство облегчения пришло к ним из глубины, но не как банальное успокоение, или телесный сброс чего-то ненужного. Это чувство врывалось нежной легкостью. – Свобода и любовь переполняли девушку и ее сына.

– Это невероятное ощущение, Вадим. – Прокомментировала свое состояние Мария.

– Полностью поддерживаю, – добавил сын.

– И заметьте, для этого ничего не требуется, – сказал ювелир, – только внутренняя любовь. А уж она знает, как действовать внешне.

Кот Василий облизнулся, вскочил, и с полным чувством облегчения за души людей убежал прочь.

Паук, который свисал с потолка на своей длинной паутине, и смотрел на людей чрез множество своих глаз, иронично усмехнулся. Он явно осознавал, что любая эмоция, в своей основе и есть – любовь.

Пролетавшая мимо него муха, знала это, и решила в этот раз не попадаться в лапы любви. Она мирно прожужжала над головой Марии, подсказывая ей, что новое знакомство Петра и Вадима обвенчается интересным и продолжительным путешествием. Ведь ювелир сам всегда любил повторять, что каждый человек, каждая мысль, слово или действие – не случайный замысел вселенной. И если ей довериться, сказав ей – «Да», то она пойдет на все, эта самая вселенная, чтобы одарить все и всех – этим самым «Да»!


ЧУВСТВО УДОВЛЕТВОРЕННОСТИ СОБОЮ.


– Думаю, нам не стоит тянуть. – Резко сказал Вадим. – Разговоры могут длиться вечно. Давайте погрузимся все вместе в сновидение, а через него попадём в Ваш мир Мария. Тем более Вас ждет там сюрприз.

– И какой же? – С большим нетерпением поинтересовалась девушка.

– Всему свое время, – хитрил ювелир, – а говоря нашим новым и магическим языком, – всему свое восприятие.

Девушка потирала руки и радовалась, как ребенок. Сын, глядя на нее находился в похожем состоянии. Он понимал, что шутки реального мира закончились там, за дверью мастерской. И с этого момента, здесь и сейчас, может произойти все, что угодно.

Вадим задернул шторы, что создало мягкую полутемную обстановку. Принес несколько свечей и ароматизированных палочек. – Он всегда предпочитал более приземленные ритуалы, такие же, как в любом фитнес клубе.

– Неужели все эти примочки работают, – указал на свечи Петр.

– Конечно! – Ответил ювелир. – Но не в том плане, о котором ты подумал. Ведь ты спрашиваешь про волшебство? Про погружение?

– Да!

– Не ищи здесь связь с материей, или разумным смыслом. – Продолжил Вадим. – Не научиться словам: «Сим-Салабим» у противоречащего самому себе разуму. Он всегда будет знать, что волшебство где-то далеко. Ведь он умный, и он основа мира. И даже, когда ты постепенно придешь к этому волшебству, разум сможет убедить тебя, что это научный факт. Иными словами, он мир сказки обратит в мир реальности. И не пытайся сейчас это осмыслить. Осознание этого – это осознание этого!

– Я это осознаю, как это не странно! – Сказал Петр. – Именно сейчас, и именно эти слова я чувствую, я их знаю! И мне даже не приходится размышлять над ними.

– Это и есть волшебство! – Прокомментировал Вадим.

– Вечно бы вас слушала, – вмешалась Мария.

Они рассмеялись.

– Но у нас иная цель, – просмеявшись, сказал ювелир.

Он зажег свечи и ароматические палочки. Включил медленную восточную музыку. И достал бубен. Это было для Марии чем-то новеньким. Раньше Вадим никогда не использовал подобный инструмент для погружения.

Медленный ритм способствовал странным ощущениям спокойствия. Вадим не пытался выбивать определенный ритм, это получалось само собой. Удары то нарастали в скорости, то замедлялись в звонкий отголосок. И только когда бубен стих, гости вспомнили, что на заднем фоне еще играет музыка. Она настолько слилась с ритмом бубна, что не воспринималась буквально.

Аромат от ванили и сандала распространился по всему помещению. Казалась, что он проникал в организм не только через дыхательные отверстия на теле, но и через каждую пору, причем, передавая через нее информацию о запахе.

Приглушенный свет, медленная музыка, страстное благоухание, и возобновившийся ритм бубна слились воедино. Теперь это было не просто восприятие, а самое настоящее единое живое существо. Оно объединяло в себе все перечисленное, и конечно же людей. Они уже не могли разумно мыслить, что и как с ними происходит.

Глаза у всех троих закрылись одновременно, и как на автомате. Головы тяжелели, но не по ощущениям, а по своей связи с телом. Казалось, что разум остался в комнате, а все тело начало парить над ней, а потом и вовсе покинуло эти места.

Вокруг и везде была кромешная тьма, и не потому, что глаза были закрытыми, а по более глубинным ощущениям. Люди перемещались по какому-то темному тоннелю. Скорее всего это был переход в сновидение. Стенки не ощущались привычным взглядом, но явно были границы, схожие с продолговатым замкнутым пространством. По мере того, как тьма начала разбавляться с более нежными оттенками, замкнутость расширялась и удлинялась, но не теряла своих глубинных свойств.

Вначале они все втроем просто летели по этому тоннелю, затем и само пространство начало вращаться вокруг них. Причем в одну сторону, а невидимая оболочка – границы тоннеля в другую. Эта центрифуга еще и толкала вперед, и это чувствовалось телесно, не то, чтобы на сознательном уровне. Что в свою очередь, еще больше восхищало людей. И если вначале они страстно пожирали глазами мрак, пытаясь осмыслить то, что с ними происходит. То теперь они радостно глазели, легко и непринужденно.

Во всем этом движении, и в игре теней читался подтекст чего-то реального, ведь на фоне сновидения играла все та же музыка. Да и бубен было слышно. Мария и Петр взглянули на Вадима, тот продолжал бить рукой по бубну. Это все происходило одновременно и в привычном мире, и здесь, в промежуточном.

Когда мрак совсем разбавился разными оттенками, он впустил в себя свет. Тот, недолго думая взял бразды правления в свои руки, вытеснив мрачного хозяина этого тоннеля. Это означало, что промежуточный мир закончился, и начался новый – общее на троих сновидение.

Он ничем не отличался от привычной реальности. Вокруг людей была все та же комната отдыха в мастерской. Но глубинное чувство знало, что за ней нет ничего, только бесконечность. Предметы в комнате имели немного искаженную форму, и все потому, что легко поддавались изменению от плавающего восприятия людей. – Каждый смотрел неопытным взглядом сновидения, а здесь любой взгляд являлся намерением быстрой трансформации. И когда один человек смотрел на любой предмет, то тот дополнял свою привычную форму тем настроением, которое сейчас было у человека, – его мнение на этот предмет. А в момент совместного взгляда всех участников сновидения на один и тот же предмет, он причудливо и многолико искажался. Это раскрывало всю суть ярлыков, к которым так привыкли люди на земле. Они настолько там устоялись в своей разумности, что являлись непоколебимо твердыми и постоянными. А здесь, где фантастика граничила с реальностью сновидения, все было еще непознанным и новым, а соответственно не имело законной структуры.

– Как вам такое знание? – Спросил ювелир.

– Очень необычно! – Восторженно ответила Мария.

– Настолько разоблачающее видение интерпретаций нашего мира, что восприятие мощными импульсами даже немного пугает разум. – Прокомментировал Петр. – Хорошо, что он до конца не верит в сознательное и реальное путешествие, а думает, что это обычный сон, или медитация. А иначе пришлось бы туго!

– Отпустите эти мысли. – Посоветовал Вадим. – Сейчас в вас говорит разум, причем он общается сам с собой! Старайтесь просто наблюдать, и передавать мне эти ощущения. Я их осознаю, но мне хочется знать, успокоился ли ваш ум для дальнейшего путешествия.

– Я Вас поняла, – тут же сказала Мария, – я чувствую необычайную легкость. Нет дискомфорта. Мой разум готов двигаться дальше.

– Совершенно согласен. – Поддержал сын. – Во мне нет страха и неуверенности. Все мое существо готово продолжать.

Вадим развел руки, сделал несколько круговых движений ими. Он описал пространство комнаты. Которая просто-напросто начала растворятся сама в себе, – то затирались какие-то ее фрагменты, то наоборот, начинали выражаться ярче и отчетливее. Все походило на пребывание в виртуальной реальности, где основа была из осмысления реальности, а прорисовка из компьютерных возможностей.

– Вы видите это великолепие? – Громко спросил Вадим.

– Да, еле слышно ответили сын и мать.

– Я не слышу. Вы точно видите эту сказку, но она кажется вам реальностью? – Уже восторженно крикнул ювелир.

– Да! – Раздался ответный крик Марии и Петра.

– Так это все наше совместное творение! – Продолжал ликовать Вадим. – Это все ваше созидание. Это и есть реальность! Та, которой вы сами намеревались быть! Отпустите свои мысли привычного. Не волнуйтесь, разум кинул якорь в привычном и обыденном. Попытайтесь обрести крылья. И вы осознаете – это чудо реальность, как и та реальность, что для вас является реальностью.

Что вы чувствуете?

– Удовлетворенность собой! – Прокричали в ответ все трое хором.

– Это обычная эмоция насыщения? – Риторически задал вопрос Вадим.

– Нет! Ответила Мария.

– Это чувство благодарности! – Поддержал Петр. – И она всеобъемлющая. Бесконечность благодарит себя и нас. Мы благодарим себя и ее. Вселенная и мы едины, бесконечность и есть – мы. Единство удовлетворено собой, а соответственно оно может творить дальше!

– Чертовски, верно, – засмеялся ювелир.

Они все втроем искренне и по-детски наивно смеялись. А комната дрожала в такт их настроению, пространство гуляло ходуном.

– Это и есть жизнь! – Продолжил Вадим. – И теперь она дает вам урок через чувство удовлетворенности собой, – Как можно творить, созидать, рождать не только в одиночку, но и всем вместе. Ведь одиночество – это восприятие всего!

Внезапно комната стала стираться вовсе. Это было похоже на работу ластика на бумаге. Общая картина оставалась нетронутой, а отдельные фрагменты ровными полосками исчезали. На их месте образовывались пустоты объемного содержания. Словно, это ничто, но в то же время все возможное.

Тело у Марии сковало сильными тисками. Она осознавала, что оно здесь также абстрактно, как и реально. И что им можно спокойно управлять. Или вовсе отключить функцию ощущения. Но по каким-то неведомым причинам она не хотела этого делать. Девушка ловила кайф от любого восприятия, и здесь не было деления на хорошее и плохое.

Петр ощущал все тоже самое. Более того, у обоих не было принадлежности к какому-либо полу. Они не осознавали себя мужчиной или женщиной. Они просто существовали без каких-либо принадлежностей. Казалось, что все маски сброшены, а костюмы сложены в дальний ящик. И только разум иногда напоминал, что этот самый ящик, хоть и далеко, но совершенно досягаем. И при возникновении трудностей он, – ум, готов прийти на помощь и облачить тело в старую структуру, чтобы вернуться на землю.

Когда комната полностью была стёрта, исчезли и границы видения. – Тот самый угол обзора, который не давал посмотреть сквозь видимое. Все вокруг было неизведанным, но покоряемым для восприятия. И как только люди о чем-то начинали думать, это тут же появлялось. Причем не отделяя эту картинку от общего неизведанного, а лишь вставляя ее в это самое общее. Это даровало самое настоящее видение сквозь время и пространство, независимо от любых законов и правил.

На общем фоне неизведанного появились три мира. Все они были разными, но связанными одним существом. Разное – это была интерпретация. А одно существо – энергия, выходившая из неизведанного. Так бесконечность раскрывала свое творение сознанием людей. – Это были миры Вадима, Марии и Петра. Каждый мир имел одинаковую основу, она из вечности проходила через привычный мир людей, – человеческую матрицу, и созидала становление новых миров. Соответственно, они были идеально похожими, и совершенно разными.

По их разрешению в четкости и прорисовки было ясно, что каждый из них имел разную степень оснащения. – Сколько трехмерного времени, и вселенской энергии через каждого создателя было потрачено на мир, таким он и был. У Вадима мир пестрил и разрастался с огромной скоростью, – это была отдельная вселенная. Самостоятельная и живая сущность. По ней можно было спокойно создавать новое вселенское знание. Причем этот мир был уже полностью автономным. Ему не требовался взгляд создателя, чтобы в нем начиналось движение. Ювелир мог спокойно создавать другой мир, что он, собственно, и делал, не отвлекаясь на этот, лишь изредка посещать его просторы для ласковых воспоминаний, – проживаний структуры создания. Мир Марии имел общую основу, и задатки становления. Он не мог еще сам по себе жить и расширяться. Он словно сырая компьютерная программа, которая имела движение лишь тогда, когда создатель, или игрок имел в нее прямое видение. Мир Марии не мог сам собирать свою четкость восприятия, он иногда расползался, как неуправляемая жижа, а иногда внезапно выдавал неведомую и неподконтрольную натуру. Но этот мир имел большее вдохновение, чем мир Вадима. Так как он ждал каждый взгляд и мысль Марии. Он засыпал без нее, но просыпался и старался яростно существовать, когда она вдыхала в него свое внимание. Мир Петра имел ляпы творчества. Вдохновение и созидание в чистом виде. По нему нельзя было прочитать что-то разумное, нельзя было понять задумку. Но именно он и являлся самым лакомым кусочком бытия. Это была искра надежды и намерения. Именно этот зародыш пылал огнем вечности. А все потому, что он ближе всего был к основе известной вселенной, к источнику – вечности, он больше всего походил на ничто, – сладостное безмолвие!

Видение исчезло. Вокруг и внутри образовалась пустота. Не было осознания чего-либо, просто белый свет, и все. Появились черные вертикальные полоски, как рябь на экране. Только в негативном восприятии. – Наоборот. Полосы были живыми, и постоянно двигались. Горизонтально они имели маленькую амплитуду движения, вертикально же они вращались нескончаемо и неуловимо. Вновь провал, и все вокруг белое. Свет заискрил своим давлением. Затем на этом фоне появились темные пятна. Они были похожи на блуждающие сами по себе тени. Они как бы отдалялись, затем вновь приближались. Захватывая, обволакивая собой. Мария поняла, что она оторвалась от общего сновидения, и попала в личное осознание чего-то. Ее немного ужасал тот факт, что она теряет свое внутреннее безмолвие. И из наблюдателя превращается в персонаж для действий. Причем ее роль второстепенная и очень шаткая. А тени, блуждающие рядом, и старающиеся напасть, имеют главную роль в этом спектакле познания.

Девушка попыталась отвлечься и тени исчезли. Но пытливый ум не мог успокоиться. Он постоянно вспоминал видение, и задавал сам себе вопросы: «Что это за тени, и что вообще происходит?» И вновь вернулось состояние беспокойства. Тени вернулись на сцену. Они начали опять кружиться и накрывать собою, время от времени. В моменты их нападений, Мария ощущала сильное истощение. Словно аккумулятор садится, и энергии хватает только на потускневшие фары. Ими было восприятие девушки. Она слегка была оглушена этими непрошенными гостями. Ум все больше и больше раскручивал трагедию. Мария уже чувствовала, как все силы покидают ее. Ей даже было невдомек, что это сновидение, и разум можно успокоить мыслью, что все нереально. Процесс нападений продолжался, и девушка ощущала всю угрозу погибели.

– Это сущности, которые тебя пожирают. – Внезапно произнес внутренний голос.

– Но как они могут это делать, когда человек – верхушка пищевой цепи, – Совершенно неожиданно отозвалось внутри Марии.

Теперь девушка чувствовала свою беспомощность. Высшее осознание покинуло ее. Она могла теперь только наблюдать свое пожирание, и беседу болтуна разума самого с собой.

– Да конечно же это возможно, – продолжился диалог.

– Кто они такие?

– Сущности высших миров. Которым нужна человеческая энергия. Человек поднялся до небес со своим величием на земле, но он не обрел власть на небесах. И здесь есть кому им полакомиться. Неужели ты думаешь, что познание пищевой цепи когда-нибудь заканчивается? Оно длиться бесконечно. Все перерабатывается.

– Я понимаю, когда слышно чавканье и переваривание, но, чтобы так…

– Если все образуется из ничего, то оно туда и уходит. Если из энергии происходит жизнь, то жизнь и разлагается на энергию. И вселенная знает множество способов, как пожирать, независимо от наших способностей осознавать и воспринимать.

– А можно подробнее.

– Конечно! Человек, на определенном уровне своего развития, черпает энергию из потребления пищи. На другом уровне из эмоций. На следующем из чистой энергии – энергия из энергии. И так далее. И человек на разных этапах своей внутренней эволюции осознает тот факт, который доступен его восприятию. – Что есть пища, и есть потребитель. И естественно в разных мирах восприятия сущности выглядят по-разному. А в чистом поле энергии, – в вечном, энергия просто существует. Но в нашем разуме для достижения движения необходимо потреблять, – круговорот той цепи, о которой ты говоришь. Это сущность хищного разума – трехмерного мира. Мира, где рождение и смерть в том виде, в котором ты их знаешь.

Мария поняла, что этот разговор не закончится никогда. И ум будет с удовольствием обсасывать тему рождения и смерти. Той самой бесконечности, которая играет свою роль на земле. Как только это осознание пришло, девушка тут же вспомнила про безмыслие. Тот вакуум, который помогает выбраться из любой пропасти на пути. Высшее осознание вновь пришло на помощь. Оно пояснило, что мысль о замкнутости приходит из замкнутого осознания. Того, что лениться постоянно творить, а ступает только по известному. А самый легкий способ достичь этого, – это брать рождение и смерть за основу, внедрять туда любую известную проекцию, и наделять ее сущностью хищника. Итог, – в любом случае ты жертва, которая потребляет, но сама будет употреблена. – Идеальный источник любованием круговорота энергии.

– Как же разум любит эмоции, и осмысление, что они двойственны. – Подумала Мария. – Что есть плохое и хорошее. И на каждом этапе моего пути, он старается подсунуть мне эти идеи. Как хорошо, что со мной всегда осознание очищения. – Внутреннее и внешнее безмолвие.

Мария тут же почувствовала удовлетворенность собой. После чего, она переместилась в совместное сновидение.

– Поздравляю вас, моя дорогая. – Сказал Вадим, сидевший на диване. – Вы теперь легко перемещаетесь по своему восприятию реальности. Это позволяет Вам быть путешественником по снам реальности. – Сон в сне, и так до бесконечности. Но сразу подчеркну – Вы сами решаете, где Ваша реальность, и ее границы. А само путешествие бесконечно.

– Так я что? – Опешила Мария. – Нахожусь не в той комнате, где мы погружались, а в той, где уже были погружены, и смогли увидеть свои миры воочию, как отдельные части одного целого?

– Именно! Вот почему Ваш разум вновь Вам диктует фантастику дуальности эмоций. И выдергивает из совместного сновидения. Он всегда, на любом этапе просветления будет это делать. Но постоянно будет завуалированно менять тактику. Чтобы Вы вернулись в тот мир, где вас просто-напросто поедают, так, как и вы едите кого-то. Там ему меньше всего работы предстоит над собой, а лишь одни наслаждения – потребление чувств, – энергии привычного мира.

Мария оглянула комнату. Она по-прежнему была обычной, но с одной маленькой хитринкой новой реальности. Она позволяла смотреть на себя, не имея нравственного обсуждения. Комната дышала добром и любовью. Все помещение было наполнено светом, который обычный человеческий глаз не сможет увидеть. И этот свет горел таким чутким восприятием и осознанием, что внутреннее безмолвие наступало само по себе.

Рядом сидел сын. Он смотрел на нее ласковыми глазами, из которых лилась чистая слеза, но не привычного мира, а слеза кристального видения. Мария видела не просто сына, или ярлык с разными привязками, девушка смотрела на любовь в чистом виде. Петр осознавал ее видение, и воспринимал все происходящее так же.

– Мы еще задержимся здесь. – Сказал ювелир. – Наше сновидение еще не закончено. Хотя вы уже осознаете то, что мы достигли определенных успехов. Нам удалось вместе погрузиться. Увидеть мир каждого по отдельности, воспринимая их, как единое целое. И мы, через восприятие Марии, сумели познать чувство удовлетворенности собой в том виде, в каком оно течет в вечности. Это не просто эмоция хорошего или плохого, это чувство наблюдения и любви. Скажите ему спасибо, и отпустим его все вместе. Пускай оно будет с нами, но без нас.

– Спасибо. – Сказал Петр.

– Огромное спасибо. – Повторила с самой искренней любовью и пониманием Мария.

Они переглянулись все вместе, радуясь тому, что все во вселенной можно осознать, не имея на это мнения.

– Дальше мы попытаемся созидать вместе, – продолжил Вадим, – Погрузимся еще глубже в свое осознание. Тем самым прикоснемся к высшему. Будьте уверены, реальный мир, где мы бросили якорь, не упустит нас из виду, и в любой момент мы сможем вернуться. А пока наслаждайтесь путешествием. Оно только начинается. Нам предстоит еще бесконечное множество раз проговорить и прочувствовать безмолвие, – тишину, которая рождает шедевры.

Петр и Мария, вы сможете познавать вечность так, как вы этого захотите. Только к этому нужно прийти. Ведь это чистая мысль. – Это намерение!

Комната исчезла, а вместе с ней, и визуализация друг друга. Но новое восприятие помогало им осознавать друг друга, и то, что они существуют также, как и любые создаваемые миры, связанные с привычным.

Мария чувствовала, что пустота, которая наступила – это чистый лист бесконечности, на котором они будут творить.


ГОРДОСТЬ.


Сколько прошло времени в привычном мире было неизвестно, но здесь оно не чувствовалось вообще. Даже любой намек из разума исчез. Это были неповторимые ощущения. Вечность осознавалась воочию. Так, как это и должно быть, без всяких графиков, таблиц и циферблатов. Не было напоминаний, вездесущих советчиков. Все текло само по себе, во имя творения и жизни. Именно поэтому, сновидение меняло привычные черты внешности. Мария, Петр и Вадим, словно не имели определенной внешности вовсе. В привычном мире, трус разум всегда пытался закреплять определенные черты, меняя их только со временем. А любые изменения, он окрестил мимикой и работой мышц. Но именно в новом мире, – в сновидении, куда погрузились люди, разум мог плавать и ошибаться. Здесь он не мог контролировать все, забирая бразды правления в свои руки. Поэтому внешность менялась постоянно и с огромной скоростью. А внутреннее расширенное видение помогало людям уловить эти постоянные изменения. Это все походило на перелистывание нарисованных кадров, нежели на плавное их течение на кинопленке, во время просмотра. Между любой фразой, настроением, движением, наступала пауза, которая показывала всю структуру нынешнего состояния. Таким образом, новый мир давал возможность в полном объеме наслаждаться процессом движения. Сновидение учило людей, как нужно получать удовольствие от самого просмотра, а не от приближающегося конца.

Мария была очарована таким порядком вещей. Ей очень нравилось наслаждаться каждым мгновением их совместного путешествия. Все детали сновидения можно было разглядывать бесконечно, и только сознание решало, когда двигаться дальше, и с какой скоростью.

Но, как только Мария почувствовала гордость за то, что она умеет проделывать такие фантастические трюки со своим восприятием, тут же отчетливая перекадровка исчезла. Мир, который она воспринимала, теперь ничем не отличался от прежнего и привычного. Все просто-напросто утекало, как вода. Стремясь куда-то успеть. Ведь все опять стало связывать себя с временем. Гордость вырвалась из девушки, и громким голосом заявила, что она и есть источник всего этого великолепия. И именно она помогает двигаться дальше в восприятии.

Девушка впала в ступор. Она не могла понять, в чем тут дело. И почему фантазия нового мира прекратилась. А все вернулось к устройству привычного мира. Лица не выражали определенных эмоций. Тела не давали изящных поз. Не прослеживалась великолепная игра чувств. Исчезли выразительные пейзажи. Все стало обыденным и невзрачным.

Мария тут же осознала, что придала большое значение своей гордости. И ее восприятие трансформировалось из наблюдателя в судью. Гордость превратилась в самомнение. Чувство спокойной радости за себя, как за единое целое с миром улетучилось.

Совместное путешествие было под вопросом. Каждый начал смотреть в свою сторону, и обсуждать все происходящее, исходя из своих переживаний, да так явно, что это выглядело, как властные указания.

– Что происходит? – Спросила сама себя Мария. – Ну ладно я растерялась, и вернулась к прежнему ворчливому состоянию. Но, как насчет Вадима? Он осознанный человек. Как так получилось, что он поддался болтовне разума.

Ответ не последовал. Ни она сама не смогла вернуть чистое сознание и ответы на все вопросы. И никто другой не пришел к ней на помощь. Словно, как и предвещал ювелир, разум нашел лазейку растерянности девушки, да и всех остальных, и забрал их в свой привычный устой. Вокруг все потемнело. Чернота начала заполнять то сновидение, где они начинали свое великолепное путешествие. Не было ни миров, ни комнаты отдыха. Да и они сами начали обретать лик серой массы, которая вечно недовольна жизнью. Плотный поток унылости охватил все существо.

Сама же гордость пропала. Она слилась с людьми и окружением. Чувство не стало явно ликовать, чтобы не спугнуть людей с продвинутым сознанием. Оно спряталось за спинами новой реальности, превратив ее в привычную. Да так мгновенно, что от вдохновения не осталось и следа.

Мария ощутила сильную усталость. Бессилие отключило ее восприятие. Она погрузилась в ту темноту, которая наступает в глубоком сне. В том сне, где человеку необходимо набраться сил и энергии после проделанной огромной работы разума и тела.

Тишина.

Нет ничего.

Слабый свет проскользнул сквозь небольшое отверстие в пустоте. Нежный и ласкающий свет. Он как молочная речка аккуратно скатился по невидимым холмам, и начал разливаться по центру темного вакуума. Свет принял форму глаза, который то и дело моргал. После каждого закрытия становилось холодно и одиноко, но как только он открывался, внутри становилось тепло и радостно. Мария смогла осознать, что смотрит. И ее видение становится четким. А свет, в виде глаза – это и есть самый настоящий глаз. Причем он излучал такую знакомую доброту, что девушка смогла расслабиться от преждевременного испуга.

– Все в полном порядке! – Говорила она сама себе. – Я просто поддалась внезапной эмоции, и забыла все то, что меня вдохновляло на создание нового мира. И я уверена, что все поправимо. Главное сейчас вспомнить то безмолвие, которое всегда меня спасало.

Девушка успокоилась. Она даже ощутила, как чувство гордости, которое праздновало свою победу, утихомирилось. Оно поняло, что переборщило со своим преждевременным восторгом. И с тем, что поверило в свои силы.

– Ведь гордость может быть обычным ветром. – Продолжила разъяснения для себя Мария. – Легким бризом с моря. Ласковым и таинственным наблюдателем. А возможно, гордость – это вечность без хорошего и плохого.

После этих слов, глаз из света заморгал с большей интенсивностью. Он дополнился еще одним глазом, и что-то невообразимое стало принимать черты лица. Картинка видения прояснилась. Мария увидела лицо Ваби-Манидо. Шаман смотрел на нее любящим и искренним взглядом.

– Мне иногда кажется, что Вы специально попадаетесь в подобные ловушки разума для того, чтобы встретить меня. – Сказал с улыбкой на лице шаман. – Это ваш ритуал по вызову меня. С одной стороны, Вам известны все стороны восприятия чувств. И Вы спокойно можете управлять ими, не предавая им значения. Вам подвластны наблюдение и безмолвие. Путешествие по мирам с разным восприятием. Но, с другой стороны, Вы постоянно пытаетесь вновь вернуть себя в рабство. И это не обязательно поклонение эмоциям. Вы готовы отдаваться любой энергии. И я даже очень рад этому. Вы являетесь живой, и не забываете не один из своих пережитых миров. И мне очень симпатична та безысходность, перед которой вы складываете лапки, – это потешно смотрится. А кто еще сможет меня так рассмешить?

Мария покраснела. Она это осознала так ясно, что все ее тело сновидения окрасилось багровой краской. Ей стало неловко, что она попалась шаману своими мыслями. Он их читал так ясно, что ей становилось неловко.

– Вы как всегда правы. – Подтвердила слова Ваби-Манидо Мария. – Только я никак не пойму, почему именно вы пришли ко мне на помощь?

– О какой помощи вы говорите? – Прищурился хитро шаман.

– Я начала углубляться в свою утрированную важность, где мое же чувство, украло у меня свободу. – Я погрузилась в ненужную болтовню и обсуждения своих переживаний, причем, на пустом месте! А спасли от этой бездны именно Вы. Хотя рядом был Вадим. Я думала у него кристально чистое осознание, и он сильный сновидящий. И уж точно не упустит ни одного члена своей группы обучения. А теперь получилось, что я здесь потерянная с Вами, а он там, и с ним мой сын. Кто знает, что и с ним может приключиться?

– Начнем с того, – ответил шаман, – Что постарайтесь успокоить свой диалог. Вы осознаете, когда безмолвие Вам помогает, но никак не можете осознать, когда снова начинаете от него удаляться!

Мария глубоко вздохнула и закрыла глаза. Но ничего не получилось. Мысли вращались внутри с такой бешенной скоростью, что она начала нервно дергаться.

– Мария, иногда, чтобы не думать, нужно просто не думать. – Пояснил шаман. – И фокусы в обычном мире со вздохами и отвлечением на другие мысли в бесконечности могут не сработать. Тут Вы не можете делить себя на разум, тело и душу. Это лишь глупые фантазии трехмерного мира. Где одно пытается свалить вину на другое. И целостность становится раздробленной вселенной.

Мария осознала. Она просто-напросто перестала думать, не спрашивая себя преждевременно: «Как это сделать». Она испытала намерение в действии. Не обсуждая и не обвиняя кого-либо. Да и осмысление, что виновата гордость, исчезло. Девушке удалось поймать внутреннюю тишину.

– Вы большая молодец. – Сказал шаман. – Освоили в очередной раз правило вечности: «Хочешь достичь, – двигайся!» Это и есть намерение и безмолвие.

И когда вы смогли успокоиться, я акцентирую ваше внимание на другом. – А откуда вы знаете, что это именно я? И что в другом восприятии вы не находитесь все втроем: Вы, Петр и Вадим. Спокойно бороздите просторы новых миров, и знакомитесь с созиданием вечности? А здесь только наши фантомы из мыслей. И как вам понять, что ум, которого Вы так избегаете, стараясь обрести сознание, не является единым целым с этим сознанием? А может быть разум устраивает вам все эти игры на Вашем пути, им же придуманным?

Мария упала в вакуум. Слова шамана так ее оглушили, что она не сумела опомниться. Единственное, что она контролировала, так это безмолвие. Она просто наблюдала за своими ощущениями, и за тем, как падает в бездну бездействия.

– Да Мария. – Продолжил Ваби-Манидо. – Никогда не стоит расслабляться. Жизнь не в поиске Грааля. Жизнь – это движение и есть. А движение всегда в универсальности. Где нет противоречий. Вы всегда должны помнить, что Ваша жизнь – это ваше знание. Именно Ваше, а никого-то другого. Успех счастья заложен в своей целостности. А пока что вы пытаетесь разбить себя на куски. Это проявляется в разделении разума, тела и души. В том, что Вы вините по-прежнему кого угодно, но только не саму себя. И вы действительно до сих пор считаете, что вокруг чьи-то игры, а не ваши собственные. Вот когда вы наконец осознаете, что именно Вы источник вашего восприятия, Вы ответите на все свои вопросы. И в этот момент, не кратковременного осознания, а момент вечного сознания, Вы воспримете свой разум, душу и тело, как единое целое, что позволит Вам открыть для себя знание, – я, Вадим, Ваша семья, привычный мир, новый мир – это только Вы!

Девушка осознала эти слова, но она также понимала, что это осознание будет длиться не долго. И что спектакли с познанием чувств, которые она и так давно познала будут продолжаться. Именно это и раскрывало ее путь, то движение, к которому она так стремится.

– Вы и были моим сюрпризом, о котором мне сказал Вадим перед погружением в сновидение? – Кротко спросила Мария.

– Я вам больше того скажу, – ответил шаман, – Вы сами и есть тот сюрприз, который приготовили для самой себя!

После этих слов Мария поняла, что Ваби-Манидо передал ей то, что хотел. Она мысленно попрощалась с ним, и он исчез. Краешком осознания она касалась той внутренней науки, которая ведала ей об этом видении. Она раскрывала тот факт, что именно она, и ее цельная сущность вела ее по этому пути. Но это знание было еще пока очень тусклым. Что и заставило Марию прибегнуть к внутреннему безмолвию, она не хотела вновь вернуться к обсуждению своих эмоций. Только не в этот миг. Гордость увидела в девушке потенциал бойца. Она поняла, что ее не только считают хорошим или плохим – ярлыком восприятия, а осознают ее, как целое с разумом, телом и душой. Гордость села на последнюю мысль, уходящую в глубь Марии. Она решила пока затаиться до лучших времен, когда девушке понадобится ее помощь, как учителя и наставника.

Все ощущаемое пространство начало издавать колебания. Менялось его содержание. Вакуум пустоты сменился на что-то более живое и вообразимое. Затем появился свет. Яркий и пронизывающий свет. Он, как солнечные лучи грел собой. Приятно ласкал и немного даже щекотал. Потом взрыв.

Девушка открыла глаза. Она оказалась в комнате отдыха. Где после слов Вадима о совместном созидании, они должны были погрузиться в восприятие белого листа, как символа создания нового мира. Мария поняла, что миг общения с гордостью и шаманом был ее личным уроком перед путешествием. И только эта эмоция будет являться ключевой формулой для дальнейшего пути. И ей придется взять в кулак все свое осознание, и прочувствовать заново, что гордость – это ее цельная сущность, которая не гордится, а радуется.

– Ну что, погружаемся глубже? – Спросил Вадим.

– Да, – смело ответила Мария.

Зазвучал бубен. И вместе с ним заиграла музыка. Мария смотрела на Вадима, но не видела, чтобы он бил в бубен или включал музыку. Это происходило, само собой. Звуки были отчетливыми, но далекими. Это странным образом ложилось на слух. Затем ювелир включил музыку, и взял в руки бубен. Он начал, не спеша отбивать ритм. Мария прочувствовала когнитивный диссонанс, как телесно, так и сознательно. Она сидела в недоумении от происходящего. Эхо музыки и бубна имело слишком большой интервал отголосков. Это явно бросалось к восприятию. И тут Мария осознала. – Прежнего мира, сновидения, откуда она погрузилась в познание гордости вместе с шаманом, не было видно, но было хорошо слышно, пусть и с отдаленным восприятием. А новое сновидение, куда она вернулась из видения Ваби-Манидо, легло временным несоответствием на прежнее. Причем, и тот и другой мир были переходящими сновидениями. Привычный же мир находился позади них.

– Получается я совершаю третье погружение. – Прокомментировала Мария свои мысли. – Сон в сне, в сне…

Она решила отпустить эти мысли, пока ее разум не околдовал своим пустым очарованием. И тут же она вернулась в само погружение. И на этот раз совместное. Они все втроем взялись за руки, и чистый лист, с которого они начали, стал трансформироваться в структуру. В живую и движущуюся платформу. Белый цвет фона сменился на разноцветные мазки. Они имели ровную, но в то же время хаотичную прорисовку. И каждый отдельный цвет состоял из своего собственного объема. Это было похоже на рельеф. Он постоянно менялся, это зависело от насыщения красками, ярче – больше объем, тусклее – меньше. Все пространство жило немыслимой жизнью, настолько независимой и мощной, что восприятие людей немного сбивалось с толку. Выглядело так, будто они программы, в которые проник сильный вирус. Общие функции еще работали, а вот мелкие детали имели искажения. Оцифровка видения наглядно глючила.

Они все втроем взялись за руки, по жесту Вадима, и их тандем закружился в пространстве. Они будто были отделены от общего здешнего мира.

– Каждый цвет и объем – это наши чувства, которые присутствуют в нас сейчас. – Пояснил ювелир. – здесь весь их спектр. И разная сила их рельефа – это преобладание одной эмоции над другими. Именно в тот момент, когда наблюдатель смотрит. Мы с вами вместе наблюдаем эмоции, как некие сгустки энергии. Это промежуточный процесс создания мира. Этот мир не является не моим, не вашим. Это наглядное пособие того, как эмоции, в виде энергии, стоят, между нами, привычным миром, и новым, который мы собираемся создавать. И чувства здесь играют роль красок, которые мы позаимствовали из имеющегося – из привычного мира. А наносится они будут на полотно нового созидаемого мира.

Конечно же в процессе вашей обучаемости, вы сможете создавать краски, с осмыслением, что и они вами созданы. Они будут иметь другие законы, не такие, как в трехмерном мире. Но пока ваш разум далек от осознания бесконечности, вам придется брать материал из привычного. И поверьте, это продлиться не долго. На самом деле, это уже реально существует, просто восприятие немного коротит из-за разногласий вас и вечности. Но как только вы пройдете полную оцифровку, и поверите в свои силы, и в то, что возможности вселенной безграничны, осознание воплотиться в знание. – Вот тогда вы сможете созидать не только мир, но и его исходные материалы.

– Все очень похоже на руку художника, который добывает из природы краски, смешивает их и наносит. – Сказал Петр. – Как в реальном мире.

– Все правильно! – Подтвердил Вадим. – Но дальше еще интереснее! Вы будете становиться не просто художником, который добывает из природы краски. Вы сами станете той природой, которая порождает эти самые краски. Все будет исходить изнутри, и независимо от кого-либо, или чего-либо. Вы будите источником. Но пока в вашем сновидении, затем в новом мире, а потом и привычная реальность воплотиться в то, чем вы и будете являться – создателем.

– Какой объемный и великолепный процесс единения. – Прокомментировала Мария. – Не сравнится с тем, что я называла путем. – Самопознание чувств. Теперь это становится похоже на глобальную трансформацию всего, что только существует внутри и снаружи.

Мария задумалась.

– Отпустите мысли Мария. – сказал Вадим. – Сейчас это пустое. Они начнут Вас кружить вокруг одной и той же точки. Давайте лучше рассмотрим чувство гордости. То чувство, которое Вас так заботливо подключает к своему настроению, а точнее сказать – к Вашему. Оно сегодня хорошо потрудилось. И да, оно здесь тоже присутствует. В этом рельефе эмоций.

Мария и Петр отвели взгляд от Вадима, и пристально начали смотреть в пространство, где прежний белый лист являлся уже настоящим произведением искусств. Ковер из цветных и объемных волн был повсюду. В этом пространстве не существовало верха или низа, не было ширины или высоты, право или лево, длины или долготы, все сливалось в общее развернутое пространство. Волны из эмоций были вроде бы перед глазами, но в то же время они ощущались внутри. Это была вездесущая сущность.

И особенно яростно выделялась одна объемная радуга. Она словно специально обращала на себя внимание. Ее волнение было очень заметно. Она то вздымалась над остальными изваяниями, то углублялась в общую массу с неистовой силой, а иногда проделывала боковые колебания, да с такой мощью, что закрывала все остальное пространство.

– Видите, как она хочет с вами познакомиться и подружиться! – Воскликнул Вадим. – Это чудо – это ваша гордость. Причем здесь, в совместном видении, она наша общая.

Не успел ювелир произнести эти слова, как гордость, в виде объемной живой сущности начала полыхать ярче. Она стала пульсировать и раздуваться. И это раздутие проходило, как вовнутрь, так и наружу. И это не только было видно, но и ощущалось всем ясным восприятием.

Затем из гордости, в виде волнообразной и объемной энергии, начали появляться такие же объемные отростки, она словно поглощала этот мир. Перерождая его в себя. И это не смотрелось как-то угрожающе, наоборот, это великолепие смотрелось, как создание шедевра. Люди просто-напросто пооткрывали рты. Их глаза жадно пожирали это зрелище. И уже не казалось, что они смотрят, все исходило из них. Не они, не чувство гордости не были чьей-то проекцией. И люди, и эмоция слились воедино.

Мария почувствовала, как она стала переполняться этим чувством. Она наполнилась им до отказа. Превратилась в более объемную сущность. Да и краски, что присутствовали в гордости, являясь оттенками переживаний, также передались девушке. Но Мария сразу же почувствовала разницу в ощущениях, между той гордости, которая переполняла и досаждала ее до встречи с шаманом, и этой, лучезарной, приятной и объемно-красочной. В ней не было заносчивости. Она не являлась чем-то хорошим или плохим. Нынешняя гордость являлась творцом и художником.

– Я забыл спросить Вас Мария. – Внезапно сказал ювелир. – Как прошла встреча с Ваби-Манидо?

Вадим хитро улыбнулся.

– Я поражена! – Ответила кратко Мария, замолчав после этого на некоторое мгновение.

– Вы задаетесь вопросом, откуда я это знаю? – Продолжил интриговать Вадим.

– Конечно же да! – Уже без напряжения сказала Мария.

– Не волнуйтесь, – сказал ювелир, – это не наши с ним шутки. И все, что он вам сказал по поводу игр Вашего разума правда. Вы воспринимаете мир так, как Вы его воспринимаете. Пока Вам не ведома сила Вашего разума, который, кстати, является и душой, и телом – единым целым. Но вскоре Вы обретете покой в этом знании. И Вы осознаете, что все, что Вы намереваетесь, – исполняется. Любая мысль, слово, осознание, знание.

Ваш разум сейчас привыкает к Вашему новому восприятию. И он постоянно подкидывает вам испытания для проверки. Проверки для вашей воли, Вашему духу, которых также люди предпочитают разъединять. Но как не рассуждай, не придумывай новых названий, вечность останется вечностью, и все, что из нее вытекает, тоже будет являться вечностью.

И ничего не бойтесь! Идите только вперед. А мы вас всегда поддержим. Я, Ваби-Манидо, Ваш сын, который теперь тоже в команде созидателей. Не забывайте отпускать мысли, и возвращаться к безмыслию. Это всегда поможет в осознании чего-либо. Вы всегда будете знать, насколько все относительно и многогранно. И что любая правда – является ложью, и наоборот. Так что, именно Вы являетесь главной в этом сновидении…

Он сделал паузу.

– Или наоборот! – Продолжил наконец ювелир с улыбкой на лице. – Кстати! Теперь Вы осознали, что гордость – это произведение искусств, а не что-то хорошее или плохое?

– Да! – Радостно произнесла Мария.


ЧУВСТВО БЕЗОПАСНОСТИ.


Яркий свет. Он так слепит, что Мария не может открыть глаза.

– Неужели чувственный ковер из эмоций так сочно сверкает? – Спросила она сама себя.

Небольшая тень, будто бы от облака. И ей все-таки удалось приподнять веки. Свет уже не резал взгляд, и можно было спокойно раскрыть очи широко. Каково было удивление Марии, когда она поняла, что лежит в своей кровати, в своей комнате.

– Как я здесь очутилась? – Опять последовал умственный вопрос.

Девушка потрогала подушку, затем ущипнула себя. Все было абсолютно реальным.

– Хотя теперь не поймешь, что реальность, а что сон. – Засомневалась она.

Она посмотрела на свои руки. На пальце красовалось колечко, то самое, которое досталось ей от мамы. Оно было без пробы, и ювелир решил, что это символ ее пути. Что он такой же золотой, но без клейма. Именно поэтому было решено его не переплавлять, а оставить, как зарождение нового и безликого. Небольшое колечко, в виде крестика с красивым камнем, сверкало на солнце.

– Я точно в привычном мире! – Подытожила она.

Она знала, что в реальном мире это кольцо всегда ее сопровождает. Но в ее погружениях, кольцо всегда отсутствует. Она интерпретировала этот факт поиском. В реальном мире она уже целая сущность, имеющая любое озарение – кольцо, а через внутренний мир самопознания, она должна его найти, – осознать, что в ней есть все, к чему она стремиться.

Мария тут же вспомнила маму. И ее чуткий и любящий взгляд. Которого ей всегда не хватало. Ей всегда казалось, что мать чересчур с ней строга. И только после ее смерти, девушка наконец осознала, как та ее сильно любила. Сейчас Мария не имела ни капли сомнения в заботе мамы. Она понимала, что это кольцо, как и забота мамы, как и путь самопознания были всегда в ней, но по неведомой причине для людей, она все равно искала их.

– И почему это самое озарение приходит так мимолетно, – прошептала Мария, – а потом улетучивается, и заставляет за собой бегать?

Наверно все дело в движении. Без него не было бы той жизни, которую мы наблюдаем. А существовал бы только вакуум. – Вечность. А до него нужно дорасти. Ведь мы в тишине и часа провести не можем, чтобы наш разум не маялся.

Она посмотрела в окно. Картина стояла чарующая. Свет от солнца разливался по всему миру. Он затекал на оконные рамы, стекал по стеклам, и наполнял всю комнату. Казалось, что он смыл все уличное убранство, и за окном лишь свет в одиноком исполнении. Но эта сольная симфония так радовала взор, что не хотелось больше ни о ком, и ни о чем думать.

– Как приятно возвращаться на землю, – подумала Мария. – Вот почему многие сновидящие не уходят в вечность, исчезая там навсегда. А хотя бы изредка забегают на родину. Милый дом – это ласковая привычка, которой всегда можно поддаваться. Ну, где еще можно так насладиться видами, – только в том месте, где ты думаешь, что создатель другой, а не ты. Это так прекрасно наблюдать за чужим творчеством. Оно интересно и страстно читаемо. Свое же творение вдохновляет при создании, но не при прочтении!

В комнату вошел сын.

– Привет соня, – радостно поприветствовал маму Петр.

– Привет родной, – ответила Мария.

– Я специально тебя не будил, чтобы ты испытала весь вкус своих вопросов без ответов, как и почему ты здесь очутилась. – Сказал сын и тихонько рассмеялся. – Посмотри, какое праздное солнце тебя встречает!

– Да! Оно ослепительно нежное. – Ласково произнесла Мария. – Такое сладостное чувство безопасности на меня накатило, по той причине, что я оказалась дома, в своей кровати. Именно из-за этого, я не сильно переживала по поводу странного скачка из мастерской в наш дом.

– Чувствую, именно эта эмоция окутала тебя своим знакомством! – Улыбнулся сын.

– Да! – Радостно ответила Мария.

– Все, как всегда вовремя! – Продолжил Петр. – Вселенная дарует уроки, как внешне, так и внутренне. Это очень забавно, и к этому не привыкнуть. И мне это очень нравится.

– А ты сам знаешь, как мы здесь очутились, – не удержалась Мария от вопроса, – или мы оба были в отключке, до нашего пробуждения?

– Если честно, то я сам опешил, когда проснулся здесь. – Ответил сын. – Причем у меня были планы у себя дома, после похода к ювелиру. И конечно же, как и ты, я не помню ни конца погружения, ни возвращения в твой дом. Будто бы произошел провал в интеллектуальной памяти.

– Да, да, – поддержала Мария, – именно интеллектуальный провал. Потому что интуитивно, я чувствую, что знаю, как все закончилось, и как мы здесь очутились. Ведать разум не хочет признавать нашего перемещения в пространстве.

– Именно это я тоже хотел сказать, – подхватил Петр.

Легкая тень, от проплывающего облака в окне, сделала его лицо выразительно смешным. Мало того, что он загадочно хмурил нос и лоб, так еще эта визуальная маска супергероя из фильма придавала его силуэту комичности. Мария рассмеялась.

– Ты что-то знаешь, чего не знаю я? – Спросил удивленно Петр.

– Нет! – Ответила Мария. – Это тень от облака поведала мне, что твой ум сейчас напрягается вспомнить то, что специально забыл. Тем более, я уверена, что это именно ты знаешь то, чего пока не знаю я. Твой же ум проснулся раньше!

Мария улыбнулась.

– Это точно подмечено. – Улыбнулся в ответ сын. – Я звонил Вадиму. Не помню этого факта, но в моем телефоне записан его номер.

– И что он тебе сказал? – Любопытно сузила глаза Мария.

– Можно сказать, что ничего того, что хочет услышать мой рассудительный интеллект. – Ответил Петр. – Он не ответил, как мы сюда попали, и как все закончилось. Единственные его слова были: «Вы сами все осознаете», и потом он говорил про сознание.

– А что именно он говорил про сознание? – Поинтересовалась Мария.

– Вадим предвидел, что и ты будешь задавать те же вопросы. – Продолжил сын. – Он пояснил, что мы пытаемся опять прибегать к таким вопросам интеллектуально. Что совершенно бесполезно, на этом уровне сознания. Он также дал мне разделение сознания, для более разумного понимания. И это звучало так: есть сверхсознание – интуиция, высшая для нас сущность из бесконечности. А есть сознание – интеллект, разум, наш привычный и обдуманный мир. А существует подсознание – инстинкт, механическая память, и реакция. И все эти три сферы сознания воспринимают друг друга, но всегда исходя из своего восприятия. И определенные вещи необходимо осознавать только с той сферы, в которой они происходят. Одному кролику не объяснить другому, на инстинктивном уровне, интеллектуальные процессы человека так же, как одному человеку не объяснить разумно другому, интуицию высших существ, ну, например, ангелов. Ювелир сказал, чтобы знать, нужно вырабатывать это знание практикой, а не слепой верой. И если хочется осознать, то необходимо осознавать, а не прибегать к инстинктивному анализу. Это, как разговаривать по радио, думая, что говоришь по телефону. Сверхсознание – интуиция сможет это сделать, так как ему вообще посредники в этом деле не нужны, а сознание – интеллект будет выполнять это действие с дуальными возможностями, как и все, в принципе, что он делает, – разумно, притворяясь, что это возможно, и с юмором, обращая весь спектакль в абсурд. А про подсознание – инстинкт, и говорить нечего, он просто-напросто будет это делать на автомате, как программа, не имея осмысления, – по памяти и механически. Держать радио у уха, и шевелить губами.

– Невероятно развернутый ответ, – улыбнулась Мария, – Целое послание с юмором для нашего мозга. Чувствуется подтекст от Вадима. Теперь чувство безопасности еще больше укоренилось во мне. Ведь с этими словами, он как бы говорит: «Безмолвие! И будет спокойно»!

– Я, кстати, тоже об этом подумал, – Сказал Петр. – Значит его послание точно до нас дошло. Мы пытаемся взорвать интеллект, когда стоит успокоится, и отпустить мысли, а знание – воспоминание, само придет интуитивно. – С высшим осознанием, которое, слава Богу, нам доступно.

– Да, это замечательно! – Подтвердила Мария. – И все дело в степени очищения. Тела, разума, сознания, да чего угодно! Чем чище, тем тише. Чем тише, тем лучше воспринимается. Не зря многие земные умы, на интуитивном уровне знают, что бесконечность – высшая структура – есть вакуум, безмолвие. Оттуда легче созидать то, чем мы являемся.

– Согласен! – Кивнул сын. – Вадим еще сказал, что он сегодня рассматривал украшения, которые ты отдала ему на переплавку. У него две чаши. Из одной он вынимает по одному украшению – это прежняя ты, а в другую складывает – это символ тебя новой. Он увидел один незначительный нюанс, который его немного огорчил.

– Что еще за нюанс, – забеспокоилась Мария.

Она немного побледнела, не теряя рассудок, но чувство защищенности покинуло ее, как ненужная и забытая вещь. И Мария осознала это.

– Украшение, которое символизирует чувство защищенности, оказалось не драгоценным.

У девушки пропал дар речи, и она замкнулась на время в себе.

– Я пока оставлю тебя мама, думаю тебе нужно побыть наедине с собой, чтобы наш разговор не загнал твой ум в тупик. – Сказал Петр. – Попробуй об этом не думать. Все само собой разрешиться. Вот увидишь.

Сын вышел из комнаты. Мария хотела прокричать ему в след, что эта новость очень важна для нее, вместе с этим, она чудовищно неприятная, ведь под сомнение может попасть весь путь. Но она сдержалась, и последовала совету успокоиться. И ей постоянно приходилось контролировать свои мысли. Как только она впускала их, разум тут же начинал уносить ее в свою тюрьму.

– Как так? – Проносились внезапные мысли. – Все так хорошо шло. Могло произойти внутри все что угодно. Да и само путешествие пусть бы было под сомнением. Но не такое! Украшения не могли подвести. Даже главное кольцо, которое не имеет пробы, оказалось золотым. А это нет. А значит его невозможно переплавить вместе с остальными…

Подобная вереница мыслей продолжалась бы еще достаточно долго, но девушка вовремя спохватилась. Она взяла себя в руки, и успокоилась. Мария начала искать и визуально, и мысленно объект, на который можно было бы отвлечься. Но ничего не получалось. Любое отвлечение перебивала назойливая мысль об украшении. И тут на помощь пришло недавнее видение шамана, который посоветовал просто действовать, а не искать причину к действию. Она отпустила все мысли. Забыла о своем поиске отвлечения, и сказала сама себе:

– Все это полнейшая ерунда! И маловажный факт. Да и вообще, какая разница, что количество грамм золота будет не соответствовать чувствам.

Она осознавала, что это и впрямь пустяковый случай. Но ум не хотел успокаиваться, уцепившись за символичную переплавку, так как понимал, что это единственный факт, который мог сбить девушку с толка. А ему ну уж очень хотелось поиграться. И именно поэтому она подобрала эти слова успокоения сама для себя. Что и увенчалось успехом. Мария смогла поймать внутреннюю тишину. Тело перестало судорожно трястись. Мысли прекратились. Сердце успокоилось, и восстановило обычный ритм.

Чтобы закрепить это состояние, Мария подошла к окну. Она присела на стул, положила локти на подоконник, подперев руками подбородок. Девушка долго и упорно сохраняла ровное состояние, глядя на солнечные переливы, в почти высохших лужах. Но затем, она увидела маленькую девочку, которая сидела в одиночестве в песочнице. Но ей не было одиноко и грустно. Она широко улыбалась, всматриваясь в маленький цветочек у нее в руках. Девочка сидела в такой позе достаточно долго. И по ней было понятно, что ей ничего в этот момент не нужно. Она ничем не обеспокоена. Ее не тяготят бытовые проблемы. Тело, дух или разум. Девочка просто-напросто наслаждалась тем. Что она была сама собой, и имела такой Божественный дар, как счастье от обычного любования цветком.

Мария испытала такое сильное чувство защищенности, что страстное тепло пронеслось по всему телу бешенным потоком. Она аж расплакалась от счастья. Ей показался случай с украшением такой мелочностью, которая отобрала ее внутреннее спокойствие, что она осознала, как иногда очень нужно принимать безмолвие, – уравновешенный баланс вселенной.

Девушка встала, и направилась искать сына. После того, как она его нашла, она тут же попросила ее поддержать, и сходить с ней к ювелиру.

– Ты до сих пор переживаешь об украшении? – Спросил тихо сын.

– Нет дорогой, – ответила Мария, – ничто не заставит меня свернуть с моего пути. Я просто хочу опять прикоснуться к высшему осознанию. А мы пока с тобой топчемся в лапах у интеллекта. И Вадим нам сможет в этом помочь, – разогнать надуманную тоску.

Сын нежно улыбнулся, обнял мать. Они оделись и вышли из дома.

Дорога до Вадима оказалась очень веселой. Мария и Петр постоянно шутили. Они совершенно не старались затмить мысли об украшении. Это получалось само по себе. Стоило им только отпустить плохие мысли, как они тут же улетучились насовсем. С одной поправкой – пока люди их вновь не позовут. Чувство защищенности знало об этом, а, следовательно, оно защищало себя и людей обычным присутствием, не более. Эмоция осознавала сама себя, и понимала, что она существует, когда существует.

Проходя мимо большой березы, Мария заметила стаю ворон. Они, как черные тучи свисали над головой. Постоянно каркали, а некоторые кружили, как жаждущие стервятники. Девушка специально впустила эти мысли, чтобы проверить работу интеллекта, и его инстинктивных функций. Они не заставили себя долго ждать. Тут же по телу пошли реакции, напоминающие что-то не очень приятное. Мария не давала волю рассуждениям и мыслям, поэтому эти реакции – ощущения, так и не показали своего лица. Но Мария осознала действие болтливых чувств. Тут же она переключилась на яркое солнце, которое озаряло все на своем пути. Оно так яростно блестело, что щурилось само от себя. Это выглядело забавно. Девушка улыбнулась, восприняв воодушевление и радость. С этим настроением она вновь посмотрела на ворон. Те семейной и доброй стайкой ютились на ветках дерева. Они начали издавать такие поразительные звуки, что они стали походить на воркование, с легким мелодичным потрескиванием. Остальные же выполняли неописуемые и виртуозные трюки в небе. Мария так заразилась этим зрелищем, что совершенно забыла про то, что хотела сравнить свое многогранное восприятие, исходя из работы разума. Девушка погрузилась надолго в наблюдение за смешной и милой семейкой пернатых, пока Петр не взял ее за руку.

– Мне уже и не ловко говорить, так как это все похоже на отражение нас самих, – сказал сын, – но я проделал то же самое со своими эмоциями, по отношению к воронам.

Мария улыбнулась.

– Я представляю, что нас ждет дальше, раз сейчас мы выделываем такие фантастические трюки, – молвила Мария, – которые, кстати, для многих являются привычной и однообразной жизнью. Мы с тобой, по-видимому, учимся, как жить заново – глазами младенца.

– Это уж точно! – Поддержал Петр. – Я совсем недавно, и смотреть бы не стал в сторону птиц. Ну летают себе на заднем фоне. И что? А сейчас, что-то перевернулось в сознании. И это так здорово. В поисках счастья, я понял, что оно всегда рядом, главное уметь видеть.

Совсем забыл тебе сказать, мам, я начал так остро чувствовать ту эмоцию, которую ты должна познавать, что меня прям, вдохновляет этот процесс. Я сейчас испытываю такое сильное чувство защищенности, что меня аж искрит от внутренней теплоты. И я не могу этого объяснить разумно.

– Не стоит. – Тут же подхватила Мария. – В любом случае, ту информацию, которую ты проговариваешь, твой ум начинает выискивать во всем. И она конечно же тебе встречается. И с каждым разом, все больше и больше. Не успеешь опомниться, как подобная тренировка превратиться в знание. И ты будешь воспринимать все уже на интуитивном уровне. Я это осознаю, но, как и ты, пока еще в процессе обучения. Именно поэтому говорю, что дальше будет только интереснее. Когда мы пару сотен раз споткнемся, и осознаем, что это знание всегда было с нами!

Мария взяла Петра под руку, и они пошли дальше. Погода выдалась шикарной, что в последнее время было не новостью. Постоянно приподнятое настроение людей отражалось и на небе. В той дали, откуда на них смотрел амур. Он пытался осознать, что же осознают эти люди…

Они подошли к мастерской. Настроение великолепное. Теплый воздушный зной приятно окатывал с головы до ног. И он не был проявлением солнца. Это ощущение исходило из других, но потаенных мест. Возможно, внутренний баланс помогал проявляться внешнему чуду. А может быть сам Бог окутывал своей заботой.

Дверь была заперта. Они постучались, но никто не открыл. Момент ожидания продлился очень долго. Рядом проходившая женщина, сообщила, что мужчину, который здесь работает, вроде бы увезли на карете скорой помощи.

Мария увидела слегка испуганные глаза Петра. Но он больше никак не проявлял этот испуг внешне, поэтому девушка не стала успокаивать его. Сама же она испытывала стойкость и сбалансированность всего организма. Ее предыдущее познание чувства защищенности настолько осело в разуме, что она осознавала его непоколебимо.

– Все будет хорошо! – Произнесла Мария вслух. – Либо это недоразумение, – ошибка случайной женщины. Либо это всего лишь игры Вадимы, а точнее их разума.

– Соглашусь с тобой, чтобы не поддаваться панике! – Одобрил сын.

– В крайнем случае, – продолжила хладнокровные рассуждения девушка, – от вселенной можно ждать чего угодно, и Вадим действительно мог угодить в больницу. Тогда, мы все размеренно взвесим, и решим, что делать дальше. И я не в коем случае не собираюсь привязывать этот случай с украшением.

– Но ведь ты об этом сказала, – перебил ее Петр, – а, следовательно, ты уже проводишь связь.

– Не спеши делать выводы! – Оборвала его Мария. – Эти умозаключения сделал интеллект, который беспокоится о твоем душевном состоянии. Я же на самом деле осознаю, что все будет замечательно в любом случае.

– Я тебя понял! – Прокомментировал свою задумчивость Петр. – Можешь быть спокойна. Я в норме. И чувствую так же, как и ты. Тем более, если бы мы паниковали, то догнали бы ту женщину, и переспросили бы ее, в ее уверенности.

Мария улыбнулась.

– Вот мы с тобой стали философами. – С улыбкой на лице произнесла она.

И они тут же направились, в сторону уходящей женщины.

– Точно. – Подтвердил на ходу сын. – Превратились в болтунов, хотя можно развеять все сомнения двумя вопросами.

– Вы не скажите, – проронила Мария, когда они догнали женщину, – как выглядел тот мужчина, и в какую больницу его увезли?

Женщина описала Вадима. И сказала, что скорее всего его увезли в первую больницу.

– А что с ним, Вы не знаете? – Поинтересовался Петр.

– Мне показалось, какое-то удушье. – Ответила женщина. – Он задыхался.

Они поблагодарили женщину, и направились в первую больницу.

Поиски в самой больнице затянулись надолго. Никто, ничего вразумительного сказать не мог. Пока одна добрая на голос медсестра, не пообещала справиться о том мужчине, которого они описали. Мария и Петр поблагодарили ее, и остались в приемном покое ожидать вестей.

– Ты сама-то хоть не переживаешь? – Спросил Петр у матери. – Все-таки дело уже набирает серьезный оборот.

– Нет! – Совершенно спокойно ответила Мария. – Если я буду думать, что дело набирает оборот, то оно наберет этот самый оборот. Возможно чувство защищенности помогло сегодня обрести стержень. А может быть Вадим научил меня самообладанию в любой ситуации. Но скорее всего, мне помогает интуиция. – Мой новый мир. В глубине себя, я знаю, что все в порядке. Этот человек не ушел бы в курьез, не предупредив нас, так как он совершенен в своем разуме, и тем более теле. А это все походит на мозговой штурм, именно для нас.

– Ты знаешь! – Сказал Петр. – Теперь, я вижу, истинно, что твое самопознание, к которому присоединился и я, самое настоящее волшебство! – Оно меняет людей, восприятие, мир. Я даже чувствую себя по-иному, нежели раньше. И я также ощущаю внутреннее спокойствие. Я уверен, что все с нашим другом хорошо. А этот завуалированный случай – это испытание только для нас, и ни для кого больше. Огромное спасибо чувству защищенности! Я по-новому узнал его. Теперь оно для меня является стойкостью духа, а не обычной защитой. – Это воля быть сильным, и знание – хорошего исхода!

Мария улыбнулась, и по-родительски, с самой искренней любовью обняла сына.


ПРЕДВКУШЕНИЕ.


Мария никак не могла понять, почему она находится в предвкушении. Вернее, это было непонятно ее разуму. Интуитивно она знала, что ее внутреннее безмолвие помогает ей ожидать с любовью новостей. Какими бы они не были.

В помещении была аптека. Молодая женщина вдумчиво выбирала себе лекарства. Молодая, потому что она имела легкость внутренних движений. Женщина, потому что сохраняла постоянное сосредоточение на своем выборе. А выбирала лекарства, потому что она разглядывала витрины и закатывала постоянно глаза, вспоминая, что же ей не хватает в ее рационе для полного счастья. В итоге, когда женщина подошла к мужчине, по-видимому, ее мужу, она пожаловалась ему, что купила очень много лекарств, которых и не предполагала покупать. Вначале она находилась в предвкушении, из-за того, что хотела найти витамины, которые сделают ее кожу моложе. Но в процессе этого непрекращающегося предвкушения, она скупила половину аптеки. Каждое новое лекарство, предлагаемое фармацевтом, помогало сгладить побочный эффект предыдущего. Каждое из них могло сотворить чудо для женщины – даровать неподдельную юность тела. Но они несли в себе нюансы, – предостережения, которые порождались из страхов, на создание новых страхов.

Мария слушала этот диалог, и находилась в предвкушении, чем же закончится эта история. Она совсем отпустила мысли о Вадиме, так, как знала, что эта информация, рано или поздно, дойдет до нее. Сын в это время слегка дремал, он находился в каких-то своих думах, незатейливо созерцая стену больницы.

– И что мне теперь делать с этими лекарствами? – Спросила женщина у мужа.

– Не знаю. – Тот развел растерянно руками.

– Ты всегда ничего не знаешь! – Тут же произнесла грозно женщина. – Аптекарша надурила меня, насовала лишнего, а ты молчал.

– А что я мог поделать? – Опешил мужчина. – Твой же выбор купить это средство. Я в этом ничего не понимаю, и думал, что так и нужно.

– Ты так невнятно объясняешься, из-за того, что тебе все равно. А не было бы все равно, ты бы понял, что я ошибаюсь.

– Сходи и верни эти лекарства, – придумал умный ход мужчина.

– Как я теперь это сделаю? – Не могла угомонить свой пыл женщина.

– Ты покупатель, а покупатель всегда прав. – Нашел объяснения муж. – Скажи, что потеряла контроль, и набрала то, что тебе противопоказано, из-за предвкушения чудотворного действия первого препарата.

– Да это какой-то бред! – Рухнула всей своей ненавистью женщина!

Мария улыбнулась.

– Действительно бред! – Сказала про себя Мария. – И бред в том, что я это все слушаю.

Она отвернулась и прикрыла глаза, решив немного отвлечься, от того, что погрузилась в бессмысленный диалог.

Но внезапно она широко открыла глаза, и чуть ли не вскочила.

– Предвкушение! – Крикнула она мысленно. – Это мое чувство, которое идет следом в познании. И я это осознаю. Именно оно помогает мне сохранять такой внутренний баланс в ожидании вестей о Вадиме. И именно диалог, этих мужчины и женщины, раскрывает суть моей навязчивости и важности ко всему. И как чудесно, что это чувство в самом начале познания является моим учителем, а не в конце, когда я начну осознавать его. Предвкушение – это эмоция чуткая только своей мимолетностью. Но не погружением в нее. Именно это я сейчас и делаю. Предвкушаю новости о Вадиме, но не обсуждаю их предварительно внутри, тем самым не наигрываю ненужные и лишние переживания. А этот диалог мужчины и женщины раскрывает всю суть моего осознания. Женщина предвкушала, и забылась. Она погрязла в эмоцию, не осознавая, что она только помощник для порыва, но не для углубления в проблемы. Даже муж ей это сказал, только на своем языке, но она не слышит. Она в предвкушении чуда, но не видит того, что это чудо уже в ней. Предвкушать, не ожидая – мой выбор.

Суть, о чем думала Мария, была настолько многогранна, насколько и пуста. Но девушка верила в свое осознание, и следовала ему.

Сразу же после этих слов, Мария вошла в вечность. Видение изменилось, и привычная больница преобразовалась в новую энергетическую субстанцию. Девушка поняла, что предвкушение стало благодарно работать на нее, и разукрасило ее восприятие более сочными красками. Теперь она могла воочию наблюдать, как ожидание может стать сладостным моментом вечности.

Потолок свисал в непривычном розовом цвете. Он колыхался, как волна. – Жидкая, и постоянно вращающаяся субстанция, то спускалась до середины, то поднималась вверх, уходя в неизведанную глубину. Человеческий взгляд не успевал следить за её движениями, она словно, какой-то вселенский подсказчик, постоянно, что-то хотела сказать. Вероятнее всего, в ее движениях была определенная речь. Мария думала об этом не спроста. Стены, также, шевелились, только менее направленно и далеко. Их окрас был золотым, причем с переливами бриллиантового, что странным сочетанием бросалось в глаза. Пол не имел устойчивости вообще. Его привычная твердь исчезла вместе с обыденным восприятием. Он, как скейтборд постоянно уходил из-под ног. Пытался выполнить непонятные и самостоятельные трюки. Цвет же его поражал еще больше. Пол имел ядовитый зеленый оттенок, но постоянно дополнялся нежным красным, что помогало смотреть на него с приятием добра. Окна помещения, хотя это существо уже нельзя было назвать помещением, трансформировались в вибрирующие квадраты неправильной формы. И их неправильность читалась только трехмерным видением, здесь же, при новом понимании, можно было воспринимать их, как источник звука. Именно из них доносилось проявление того голоса, что хотела выразить бывшая комната. Окна складывались конвертом, и напоминали рот, что шевелился и пытался, что–то поведать.

– Ты понимаешь, что это реальность? – Раздался голос, из окна.

Мария даже не удивилась. Она настолько уже привыкла к подобным выпадам запредельной реальности, что ее эмоциональный фон становился подконтрольным. Единственное чувство, что сейчас ее окружало мощной аурой, было чувство предвкушения. Она его так ясно осознавала, что вся ее сущность находилась в нем. Именно оно и вызывало интерес в том, что происходит. А так, как она направляла туда свой интерес – энергию, картинка с этим разноцветным видением жила.

– Конечно понимаю, – ответила Мария, – иначе мне не продвинуться дальше на своем пути. Я даже с удовольствием возьму эскизы из этой красочной и живой комнаты для своего нового мира. Они настолько необычны, что я не вижу ни одного сходства с привычным миром. Все является каким-то уже дополненным. И это не мешает вдохновению. – как только я о чем-то подумаю, это воплощается в моем восприятие, и через какую-то неведомую для меня призму, отображается здесь.

Не успела она это договорить, как говорящее окно превратилось в темную дыру. Мария знала, что это получилось из-за ее мысли. – Ей очень захотелось посмотреть вглубь этой сущности, которая с ней заговорила.

Глубина оказалась настолько проницательной, что всасывала в себя взгляд, да так сильно, что это ощущалось на всех уровнях.

– Ты бесконечность? – Спросила Мария.

– Называй меня, как хочешь, ответила бездна.

– Я назову тебя таинство! – Тут же произнесла девушка.

– Красиво! – Послышалось из темноты, да так страстно, что Мария ощутила еще большее предвкушение от этого диалога.

– Таинство, потому что хочется загадки! – Пояснила с пылающими глазами Мария. – Я поняла, почему до сих пор не являюсь тобой – бесконечностью, и не осознаю вечно. Я лишь довольствуюсь вспышками, предвкушая раскрытие секретов. Хотя ответы всегда находятся во мне. Я осознаю, что здесь, в новом мире, в привычном, все будет так, как я этого вознамерюсь…

Мария сделала небольшую паузу. Ее глаза засверкали сильнее.

– Но так хочется иногда быть неопытной, и осознавать себя лишь человеком! – Закончила она.

Таинство сменило окрас. Это выражалось переменой внутреннего содержимого бездны. Она густела и перетекала из одного состояния в другое. Наконец, бесконечность остановилась на чем-то похожем на сметану, только в красном цвете. Да и эти представления были несопоставимы. Сметанная густота будто бы разбавлялась, или наоборот, становилась гуще. А красный не имел точного видения, он словно являлся красным, но в тоже время отражал и другие оттенки, совершенно ему противоположные.

– Так создается реальность? – Спросила девушка.

– Да, – сухо ответило таинство.

– Являясь всем, не представляет из себя ничего определенного? – Продолжала сыпать вопросы Мария.

– Да…

Девушка знала, что ее вопросы бессмысленны. И бездна будет отвечать ей в той степени, которую сейчас принимает ее разум, – приятие.

– Мне просто очень интересно с тобой пообщаться. – Неожиданно, даже для себя, произнесла Мария.

– И мне с тобой! – Прозвучал ответ из красного, который уже являлся черным.

– Я разговариваю сама с собой… – Вдруг потеряла нить предвкушения Мария.

– Ты всегда разговариваешь сама с собой. – Пояснила вечность. – Слышишь себя, видишь себя, воспринимаешь себя. И предвкушаешь только то, что ожидаешь из себя. Точно также и я, мы всегда порождаем собеседника, надевая на него маску отдаленности. Специально, не замечая схожести. Это похоже на сон, который создали мы, но смотрим его от третьего лица.

Мария испытала предвкушение снова. Она с упоением слушала каждое слово из вечности.

– Вот почему, ты то теряешь свое чувство, то оно вновь тебя посещает. Все всегда в тебе. Любые вопросы и ответы. Я – твой собеседник, созданный тобой же. Ты обретаешь со мной предвкушение того, что я скажу что-то новое и волшебное. А теряешь, когда понимаешь, что я – вечность, – это ты и есть. А какой смысл у себя спрашивать, когда ответ уже давно дан? – Вот они, твои мысли. И их ты стараешься оставить незамеченными, чтобы потом их внезапно услышать.

Мария осознала, что раздвоилась на два восприятия. Одно понимало ее целостность со всем. Другое по-прежнему держало все на расстоянии. Именно поэтому, вечность продолжала говорить, а Мария ее слушала и предвкушала чудо озарения.

– Ты интересный собеседник! – Сказало таинство.

– И мне с тобой приятно общаться! – Отблагодарила тем же девушка.

Мария подловила себя на мысли, что кокетничает сама с собой, причем уже явно, именно с собой.

Вдруг вечность внезапно исчезла. Осталась лишь стена, которая вибрировала пустыми звуками. Она не выпускала их, и не впускала в себя ничего. Но вибрация существовала. И Мария это осознавала. Она на секунду задумалась.

– Вибрация, скорее всего, исходит от вечности, которая решила поиграть в прятки. Она интригует меня, оставляя за собой статус таинства.

Мария почувствовала, как мурашки пошли по всему телу. Девушка испытывала экстаз от происходящего. Это ощущение было намного сильнее земных восприятий. Даже момента, где впервые пробуется плод запрета.

Теперь предвкушение осознавалось не разумом, а высшей интуицией. Сама вечность была наставником, который знакомит с чувством, которое, в свою очередь, может быть больше, чем чувством. На данный момент, предвкушение показывало, как от одного короткого мига возможно получить весь спектр наслаждений. – Все оттенки бытия и небытия.

Мария не думала о Вадиме, о сыне, о больнице, где находилось ее материальное тело. Она даже не пыталась представить, что все эти сущности сейчас делают. Она ясно осознавала, что в ее мире, они не существуют, пока она не начнет их воспринимать. И что они существуют в своих мирах, где также воспринимают и ее.

Стена перестала издавать немую вибрацию, и осветила ее слабым звуком. Причем он не совпадал с привычным восприятием. Вибрация была зудящей, а звук доносился плавный и долгоиграющий. Эта разность так воодушевила Марию, что она начала сама воссоздавать пространство в стене, для дальнейшей прорисовки вечности. Она решила не ждать, когда таинство вернется, а стала создавать эту реальность.

– Если такое несоответствие ощущений существует, то значит может быть что угодно. – Сказала сама себе Мария. – Значит не меня вечность, а я ее могу созидать. В любой последовательности, и с любыми акцентами на существование.

Пространство в стене вроде существовало, но в то же время, оно было отдельным. Один угол зрения диктовал, что это всего лишь пятно на необъятной стене. Другой пытался показать, что стена – это всего-навсего кусок, фрагмент этого пространства. И тут Мария осознала, вечность не исчезала, она всегда находилась здесь. И в любой момент ее любования, то стена являлась вечностью, то внутреннее темное пространство в центре стены было таинством.

Как только Мария это поняла, игры разума удвоили ее восприятие. Она одновременно погрузилась, и в бесконечную стену, которая имела яркий свет. И в поглощающую черную дыру. Девушка ощущала эту мутацию воочию, словно стояла перед зеркалом, а в отражении, ее глаза сверкали разными цветами. Причем, каждый по отдельности, еще являлся и хамелеоном.

Мощный взрыв восприятия!

Это случилось, когда предвкушение перешло привычную границу, даже для сновидения. И теперь, Мария могла осознавать сразу же несколько картин. Внутреннее пространство – вечность, стена – вечность, стена и внутреннее пространство – вечность, отражение – вечность, один глаз в отражении – вечность, другой глаз в отражении – вечность; внутреннее пространство, стена, глаза и отражение – вместе взятая вечность. – Девушка видела все фрагменты по отдельности, и одновременно вместе, осознавая это видение.

–Что это со мной? – Спросила она сама себя. – Я будто бы сеть, – информационная! Я словно программа, создающая программы. Я представляю из себя – энергию, но только осознаю это материально и нематериально одновременно. И мой разум допускает это, хотя и знает, что это уже не простое сновидение, а реальность. И не важно какая, первостепенная, или самая хаотичная.

– Ты ощутила себя вечностью! – Раздался голос из глубины.

– Я уже ощущала себя бесконечным, – сказала девушка, – но теперь это более сильное чувство.

– Нет предела восприятию! – Опять произнес внутренний голос, который доносился из видения стены. – Каждый раз, на любом этапе своего движения, осознание себя вечностью будет неповторимым. В противном случае, осознание не потребуется – вечность будет вечностью, без посредников из себя!

Марию выстегнуло это сочетание понятий. Они не обдумывались, они были истинными. Девушка потеряла все ощущения, наступило полное безмолвие. И стена вместе с пространством внутри, вместе с отражением и самой Марией, превратились в общую пустоту.

Тишина…

Еле слышные звуки начали пробуждать Марию, которая провалилась в вакуум. Вначале это были отголоски непонятного. Затем отчетливые, и даже мелодичные звуки. И наконец, они раскрыли в себе обычный земной шум, – голоса людей, звуки соприкосновения металла, дерева, стекла, да чего угодно.

Вслед за этим, стала проявляться картинка. Размытая, потом более четкая, словно на размазанный холст добавили контуры отдельных границ. Мария увидела движение в больничном пространстве.

К этим отдельным, и по очереди всплывающим ощущениям, добавились запахи. Первым делом, общие и непонятные. После этого, они разделились на приятные и не очень, а завершилось все тем, что благовонии привычного мира вписались в картину увиденного и услышанного.

Сын оставался в той же позе, словно Мария не отлучалась ни на секунду. Как будто бы она вошла в отдельный кадр фильма, поставив на паузу основное произведение. Она поняла, что вышла за рамки разумного, посетив середину восприятия – вечность, баланс.

Она про себя поблагодарила предвкушение, за это упоительное путешествие. И тут же, незамедлительно получила от чувства ответ. – К ним подошла медсестра.

– Шестая палата, второй этаж. – Произнесла та.

– Огромное спасибо за помощь, – поблагодарил Петр.

Они поднялись и проследовали по указанному направлению.

Пока они поднимались, девушка подумала, что они за все время ни разу не назвали ни фамилии, которой они вообще не знали, ни имени ювелира, описывая только внешность. И при этом, им указывали путь, где они могут найти Вадима. Это казалось странным, но не настолько, чтобы в чем-то сомневаться, тем более после таких полетов в своем восприятии миров.

Они зашли в палату беспрепятственно. Не было вопросов про степень родства, времени посещения, хотя все остальные ожидали внизу, в комнате посещений. Да и Петр на редкость стал более молчаливым, чем обычно. Ремонт в помещении восхищал. Все было сделано и расставлено по последнему слову техники, будто бы эта комната находилась на отдельной территории, от всей основной больницы. Палата была оснащена не только отдельной душевой с туалетом, но там также присутствовала небольшая кухня. Телевизор, что висел на стене был настолько огромным, что перекрывал всю эту стену. И к нему еще прилагалась акустическая система. Кондиционер источал приятный аромат, по-видимому, в него был встроен ароматизатор. Приятные запахи дополняли многочисленные цветы, расставленные в вазах, по всей комнате.

Мария очень удивилась. Ей уже начало казаться, что реальность немного расплывалась, дополняясь сновидением. Уж очень сильно палата походила на самый шикарный номер в отеле. Девушка находилась на грани очередного взрыва предвкушения. Она очень хотела узнать, чем же закончится вся эта реальная фантастика.

Мужчина, лежавший на кушетке, повернулся к ним и поздоровался. Он абсолютно был похож на Вадима. Но что-то его также отдаляло от ювелира. Девушка почувствовала, что это очередные игры разума, и повернулась к Петру, чтобы посмотреть на его реакцию. Тот совершенно спокойно поздоровался с Вадимом в ответ.

Девушка присела на стул и также поприветствовала ювелира.

– Что случилось? – Спросила она немедля.

– Уже все в порядке, – ответил Вадим.

– Настолько быстро развернулись события, что мы не успели отреагировать обычным способом. – Прокомментировала свое недоумение Мария. – Скорая, больница, а теперь эта палата, в виде хором, да и Вы, лежите себе спокойно, уже в полном здравии.

– Ну я бы не сказал, что все быстро произошло, – поправил ювелир, – я здесь нахожусь уже третью неделю.

Тут и Петр удивленно захлопал глазами. Он посмотрел на мать, и по его взгляду стало понятно, что он вообще в глубокой растерянности. Будто бы его усыпляли, и затем внезапно пробудили.

– Как такое возможно? – Спросила Мария. – Вас буквально три часа назад привезли сюда.

– Может быть Вы плаваете в понятиях времени? – С улыбкой на лице спросил Вадим.

Мария не смогла понять этого разумно, но она осознала всю игру их воображения, которое диктовал интеллект. Она тут же вспомнила, как предвкушение превращалось в буксир к неизведанному и запутанному. К ней также вернулось знание, что любое чувство может завладеть разумом, если ему отдаться сполна. После этих мыслей, она смогла успокоить свой пыл предвкушения, и обрести внутреннюю тишину.

Словно в фильме, реальность стала раздваиваться на две части. Одна искрила своим нереальным волшебством, другая же показывала всю привычность жизни. И как только Мария решила, что больше нет нужды погружаться в предвкушение, которое, хоть и дарит сказку из вечности, но уводит от сбалансированных ощущений. Она осознала, что таким образом может улететь в эту самую вечность, не оставив якоря в реальном мире.

Девушка выбрала восприятие привычной жизни, оговариваясь внутри себя, что именно в этом конкретном случае. Тут же дуальность картинки исчезла. Палата превратилась в обычную крашеную комнату, с кроватью из железа, и одинокой тумбочкой. Никакого кондиционера, телевизора, а тем более цветов не было. А самое главное, что поражало обретенное восприятие – у мужчины поменялась внешность, теперь это был не Вадим.

– А кто вы собственно такие, – спросил он.

– Мы ошиблись! – Произнесла в ответ Мария, взяла сына за руку, и они вышли наружу.

– Ничего себе, игры разума! С широко открытыми глазами прошептал Петр.

– Да уж! – Подытожила Мария.

– Я словно вынырнул из сна, – сказал Петр.

– Представляю себе. – Поддержала девушка. – Если уж я все осознавала, не бродила в полудреме, как ты, и то, сейчас будто очнулась. Ох уж это предвкушение!

– Да! Спасибо ему огромное.

Они вышли из больницы.

– Ну, где вы пропадаете? – Раздался голос, доносившийся с лавочки возле здания. – Вижу предвкушение хорошо с вами поиграло! Давайте отпустим его. Думаю, вам хочется о многом меня спросить.

Это был Вадим! И на этот раз, Мария это осознавала.


УДОВОЛЬСТВИЕ.


Когда Петр и Мария увидели настоящего Вадима, они испытали истинное удовольствие.

– Давайте прогуляемся по аллее, которая находится здесь, недалеко. – Сказал ювелир. – Там вы мне и расскажите о своем путешествии.

– Конечно давайте, – ответили хором радостные мать и сын.

Серые невзрачные дома дополнялись растущими цветами, которые росли во всех придомовых клумбах. Это смотрелось так красиво, что захватывало дух. Не было отдельных очертаний зданий, или же растений. Они сливались в общую картину удовольствия. Тонкие струйки солнечных лучей не обжигали, и даже не пытались ослепить, они вежливо ласкали. Вроде бы были рядом, но в то же время являлись чем-то внутренним. Тело, разум и душа, получали экстатическое удовольствие. Сейчас они осознавали себя целостностью.

– Как приятно познавать красочное чувство после безмолвия. – Сказала Мария. – Словно закрыл глаза от серости, а открыв их увидел яркие краски. Хотя не отводил головы.

Это настроение испытывал и Петр. Он шагал с таким довольным взглядом, что искры из глаз высыпались на дорогу. Вадим чувствовал эти ощущения своих друзей, и испытывал удовольствие, не задумываясь о том, откуда оно берется.

Улица сузилась, будто воронка, а за горловиной появилась аллея. Это было поистине рукотворное произведение искусств. Словно одна душа побудила ненасытный разум созидать природу множеством тел. Все было настолько гармоничным, что это явно бросалось в глаза. Красота этого места разливалась везде, не забывая вливаться в сердца прогуливающихся людей. Деревья имели аккуратные укладки. Они стояли друг за дружкой в парадный ряд. Их стать и мощь вдохновляла на поэзию. Кустики были аккуратно причесаны, с заплетенными в свои косы цветами. Их окружали ожерелья из аккуратно выложенных камней. Цветы, в отдельных небольших клумбах, распускали свои чары. Их ароматы пьянили всех, кто здесь находился, отпуская отголоски милых запахов по миру. Дорожки были выложены декоративным камнем, да с такой любовью и точностью, что взор терялся в абсолютно ровной плоскости. Границами между дорожками и растениями являлись бордюры, имевшие необычайную форму. В некоторых местах – это была ровная поверхность, а иногда – задуманная неровность булыжников. Повсюду стояли оградки и лавочки из кованного железа, с изящными изгибами и формами. Такой же стилистики придерживались и фонари на столбах, – это были поразительные колокольчики на стеблях. – Те еще модники. По всем деревьям были развешаны кормушки для птиц, которых здесь было неописуемое разнообразие. Это говорило о том, что удовольствие находится там, где жаждущий на это человеческий глаз. Пернатые летали редко, они в основном сидели на ветках и кормушках. Будто бы сами наблюдали за этими красотами. Не забывая подсматривать за людьми. Здешний мир был разукрашен созиданием и удовольствием.

– Как вам здесь, – риторически спросил Вадим.

– Я словно никогда здесь раньше не была. – Ответила Мария. – Хотя это не так. Я испытываю такое непомерное удовольствие, что готова расплакаться от счастья. Теперь я осознаю, что значит смотреть на мир после пустоты. – Ты его созидаешь заново, и как ребенок восхищаешься каждым его проявлением. Опять забывая, что все это создает твое восприятие.

– Точнее и не скажешь, мам! – Поддержал Петр! – Вы, как волшебник, Вадим! И все вопросы о нашей погоне за Вами отпали. После таких волшебных впечатлений, начинаешь понимать, как неважно мироустройство. А страсть и любовь, лишь в своей основе.

– Да! – Подытожил ювелир. – Корни! – Вот источник всему. Где ощущаешь корни, там и нужно ухаживать, не обрезая бездумно ветви.

– Так, что же все-таки произошло? – С улыбкой спросил Петр. – Как так вышло, что мы искали Вас, а нашли совершенно другого человека?

– Игры разума! – Коротко ответил ювелир.

– Но, как тогда Вы здесь оказались? – Требовал разъяснений Петр.

– Так разум-то один на всех! – Рассмеялся Вадим. – Вас кружила эмоция, вовлекая в свой спектакль. А я…

Вадим замолчал и посмотрел на небо. Вышина играла переливами голубого. Настолько далекая и глубокая, насколько близкая и глубокая. Казалось, что появилась радуга. Но она так слабо виднелась, что представляла из себя несуществующий фантом.

– Разум один на всех, – продолжил ювелир, – и он очень предсказуем. Когда я вас не дождался в мастерской, я понял, что хочу немного прогуляться. Я вышел на улицу, и встретил женщину, которая сообщила, что моего соседа, арендующего поблизости магазин, увезли в больницу. Я тогда еще удивился, ведь он давно, как там лежит. А до этого, я как раз думал о нем. – Мы с ним очень похожи внешне, хотя он только начинает жизнь. Но он постоянно оказывается в разных передрягах со своим здоровьем. Почему передрягах? Да потому что он настолько же неспокоен, насколько беспечен в своем осознании, – он настоящее воплощение страхов и переживаний. Он всегда мне служил примером, как не стоит жить.

– Вы не пытались ему помочь? – Спросила Мария. – Хотя бы советом.

– Невозможно помочь тому, кто не хочет помочь сам себе, – не слышит себя! – Пояснил Вадим, и отрезал дальнейшие объяснения по этому поводу. –

Вадим задумался.

– А когда я понаблюдал за женщиной, что сообщила мне о скорой, – продолжил ювелир, – Я убедился, что это игры разума. – Во-первых та женщина сообщала эту новость всем подряд, кто проходил мимо. Скептики скажут, что она не в себе, а я предположу, что она банальная программа для игры моего разума. В которую я начал играть, когда слишком глубоко погрузился в размышления, касаемо моего соседа. А во-вторых, я думал о том, немного ранее, что мог пройти такой же абсурдный путь, как и тот бедолага, что лежал в больнице, если бы не строил свою жизнь сам.

– Какая дедукция! – Восхитился Петр.

– Это всего-навсего осознание логики интеллекта! – Подчеркнул Вадим, как бы не делая акцент на важность этих слов. – Уж, если мы создаем новые миры, то заниматься программированием в этом мире, или хотя бы разгадывать ребусы разумных головоломок, мы точно способны.

Так вот! Ваше отсутствие, я конечно же связал с этой женщиной, и нашим, теперь уже, совместным представлением ума. Я понял, что она вас перехватила, и сообщила новость. Хоть я и знал, что он лежит в больнице, но не знал в какой. И я решил пойти по вашим следам. А они тянулись от моего вопроса к этой женщине: «В какую больницу увезли мужчину?» И вот я здесь, перед вами!

Ювелир рассмеялся, чем вызвал взаимную реакцию. Они все втроем держались за животы. И со слезами на глазах хохотали во все горло.

– Ну разве это неудовольствие? – Произнес Вадим, успокоившись. – Самое настоящее удовольствие! Знать, как все эти игры забавны, участвовать в них, но незатейливо, и с детским любопытным задором. Только так можно прожить счастливую земную жизнь. Иметь, не имея!

Ну и тем более, предвкушение плавно привело нас к удовольствию! Путь продолжается! И я чувствую, что скоро, вы сами будите и машинистами, и начальниками, да и хозяевами поезда! Где наши пути разойдутся, но только на тот миг, на который мы сами дадим согласие. А пока наслаждайтесь – весь мир – это удовольствие!

Вадим раскинул руки, и как по волшебству, в небо взмыли сотни птиц. Они взорвались красочным салютом, украшая удовольствие восприятия.

Откуда-то издалека стала доноситься музыка. Она элегантными переливами ложилась на всю поверхность земли. Чувствовалась каждая нота, каждая часть этой вселенской вибрации. И как не странно, у нее не было источника. Музыка имела отражение, отголоски, но она ниоткуда не исходила. Это выражалось тем, что она исчезала в тот момент, когда ей станет это угодно. Ни внутренняя тишина, ни органы чувств, ни внешние источники не могли ее прекратить. Мария чувствовала каждую мурашку, которая порождалась из-за музыки. Это ощущение не являлось для нее единоличным, Петр и Вадим испытывали тоже самое воодушевление. Мотив был неизвестен. Более того, музыка не имела привычного земного оттенка, с его правилами и расстановками. Она была до оглушения хаотичной. Но поистине прекрасной! Люди, наслаждающиеся ее звучанием, испытывали ясное и милое удовольствие. Весь мир поддерживал Марию, в ее познании этого чуткого чувства.

Вадим пригласил Марию и Петра к своему знакомому в гости.

– Ну раз так прекрасно проходит день, пора его разбавить еще большим удовольствием, сказал он праздным голосом. – Здесь недалеко.

Они свернули с аллеи. Но мир цветов и красок не прекращался. Все дворы, которые они проходили, пестрили яркими окрасами. Все было ухожено с такой нежностью, что слов для описания не находилось.

– Город преобразился! – Сказал Петр, подыскивая слова в своем ошарашенном разуме. – Либо я этого не замечал раньше, следуя серым впечатлениям и мыслям, либо что-то переменилось во мне!

– Я только об этом подумала, – поддержала его Мария.

Каждый двор имел свой определенный стиль. В одном, это была тема животных. В другом, стилистика моря. В третьем, все походило на космическую станцию. Детали были проработаны с невероятной точностью. Словно над этими шедеврами работали мастера высокой квалификации и мощного душевного порыва. Да и дома были разрисованы под тему двора.

– И когда это все успели сделать? – Поражался Петр. – Столько вдохновения.

– А вы не допускаете, что именно вы воспроизводите этот рай? – Неожиданно спросил Вадим.

– Я это тихонько в глубине своей осознаю, – ответила Мария.

– Почему же тихонько? – Поинтересовался ювелир.

– Ну я пока еще не готова осознавать себя волшебником, – прокомментировала Мария, – Очень хочется идти к этому состоянию не спеша, вкушая каждый момент познания. А иначе, один щелчок и вечность. А это уже не интересно, по крайней мере для человека. А я им пока собираюсь оставаться.

– Разве плохо, – щелчок и исполнение любого намерения? – Поинтересовался Петр. – За этой возможностью гоняется все человечество.

– У людей нет степени насыщения, – ответила Мария, – из-за этого щелчка они будут переполнять себя до взрыва. А баланс… В нем и не хочется никакого моментального исполнения. Там и так все гармонично!

– Совершенно с Вами согласен! – Отозвался Вадим. – Нам еще предстоит осознать этот баланс. И кто знает, может быть в нем мы уже не будем являться людьми. Ведь вечность – актриса непостижимая!

– А посмотрите, как меняется реальность, исходя из нашего восприятия, – оборвал их Петр, – во дворах полно детей. Они не сидят дома перед мониторами, а играют все здесь. Вместе и дружно. Детский смех разносится эхом по всем улицам города. И природа приветствует такой праздник детворы. Яркое солнце ласкает их своим вниманием, а растущая зелень источает такой заряд кислорода, что аж голова идет кругом.

Мария посмотрела на сына, и улыбнулась. Она с удовольствием слушала его. Ей даже не приходилось смотреть на детей, чтобы восхищаться, слова Петра раскрывали всю суть происходящего.

– Это сказочное удовольствие! – Поддержала Мария.

– Это верно, – присоединился ювелир.

Они вошли в частный сектор, где многообразие цветных картинок продолжилось. Дома вырастали на любой вкус и цвет. Деревянные, кирпичные, из сборных конструкций, с резной отделкой, покрытые мрамором, практически полностью стеклянные, Усеянные растительностью, с нескончаемыми водоемами. Но место, куда они направлялись, обнаружило себя издалека. Марии и вопросов не понадобилось, она знала, что это именно тот дом, где живет друг Вадима.

Это был настоящий бревенчатый дворец ручной и изысканной работы. Множество башен разных высот дополняли его. Крыши были сделаны в виде конуса, из бронзовой черепицы, а завершали их рост кованые пики с разными фигурами, самая центральная была сделана в виде золотого кричащего петуха. Окна поддерживали стилистику замков, – изящной округлой формы. Единственным отличием, были разноцветные переливы из-за тонировки стекол. Двери являлись громоздкими дубовыми щитами, верх полукругом, а обрамление из того же кованого темного железа. Двор имел большую территорию, даже слишком, чтобы его сразу же охватить взглядом. Забор, окружавший его, состоял из бревен, отшлифованных камней и железа. Он дополнял замок своей мощью и неприступностью. Дорожки по периметру красовались своими изгибами и лучезарной алой плиткой, что бросалось в глаза, как вдохновение хозяина. Везде были бревенчатые строения, для быта и развлечений. Они словно небольшие теремки дополняли картину старинного города. Но самое изящное, что находилось там, это фигуры из дерева. Они обладали великолепной схожестью с персонажами. Была видна чуткая рука мастера, который не пожалел своего воодушевления, и передал всю красоту и точность. У самых ворот, стояла высоченная фигура змея Горыныча. Он свирепо смотрел на улицу, контролируя охрану входа на территорию. Его три головы были повернуты в разные стороны, для лучшего обзора периметра владений. А самая средняя, еще и огонь пускала, – это была красная воздушная ткань, колыхающаяся на ветру, смотрелось так натурально, что хотелось аж пригнуться, чтобы огонь не смог достать. Разные сказочные персонажи были усеяны везде. Они имели такую реалистичность, что заставляли останавливаться по долгу возле себя. Еще одна изюминка этого места ласкала взор, небольшие животные свободно перемещались по двору. Это были, как домашние питомцы, так и выходцы из дикого мира. Они жили в гармонии и спокойствии. Животные были приветливыми и дружелюбными. Каждый в отдельности старался произвести на себя впечатление, заигрывая, и одаривая своим вниманием. Во дворе находилась детская зона, множество качелей, горок, каруселей. А самое изумительное, у детей был свой миниатюрный двор с замком – точная копия основного двора, только в уменьшенных размерах. В одном месте, забора не было вовсе. – Там был обрыв с ровным травяным покрытием. Взгляду открывалась смотровая плоскость. Она доходила до самого горизонта, стремящегося в бесконечность. Внизу протекала река. Она огибала небольшие холмистые берега, и мирно махала в знак приветствия деревьями, что стояли по берегам. Вид был настолько потрясающим, что разум отказывался комментировать этот шедевр восприятия, все существо находилось в экстатическом созерцании. Вниз, к речке спускалась тропа, она была выложена из круглого мелкого камня. По бокам дорожки росли цветы, имевшие неподдельное очарование. У самой реки была небольшая избушка в том же стиле, что и весь двор. Небольшой причал вмещал несколько разных лодочек, от обычной деревянной и прогулочной, до скоростной моторной. Там были несколько удобных скамеек, и место для ловли рыбы. Рядом располагался маленький песчаный пляж, с шезлонгами и зонтами. Это дополняло уютную любовь, с которой все было воплощено в жизнь.

Хозяева не выходили. Видно, они знали, что гостям стоит осмотреться вначале, и влюбиться в эти просторы сказки, сделанной руками человека.

– Теперь понятно, почему мы пришли именно сюда! – Восторженно сказала Мария. – Я испытываю одно сплошное и грандиозное удовольствие!

– Это и впрямь удовольствие! – Поддержал сын. – Невероятно чудесно находиться здесь. Просто видеть и страстно наслаждаться этими видами.

Дверь дома открылась, и оттуда вышел мужчина. Он был одет в халат, похожий на царские одежи. Его походка сияла светом. Свет исходил с такой силой, что это было заметно невооруженным взглядом. К тому же небо было абсолютно чистым, это открывало солнцу колоссальные возможности проявлять себя. Оно слепило с такой мощью, что в дополнении со светом, исходящим от хозяина дома, получался большой вселенский взрыв. И естественно лица не было видно, что оставляло небольшую интригу в знакомстве. Он подошел не спеша, соединил ладони лодочкой, и поклонился. Это выглядело очень необычно. И как-то по-экзотически. Гости поприветствовали его в ответ.

– Как вам эти чудесные просторы? Я сам до сих пор восхищаюсь! – Не дожидаясь ответа от гостей, ответил на свой вопрос хозяин.

Его голос был очень вежливым. И необычайно приятным на восприятие. Он словно ласкал своим звучанием. Лица по-прежнему не было видно, но его приятный баритон напоминал Марии что-то отдаленное, но знакомое. И когда мужчина встал спиной к солнцу, девушка чуть ли не упала от сильнейшего удивления. – Перед ней стоял Ваби-Манидо.

В ушах у нее заиграла спокойная и мелодичная музыка. Глаза не смотрели, как обычно, они словно теряли зрение. Уши ощущали ватное и тяжело проницаемое состояние. Девушка думала, что погружается в какую-то неопределенную реальность, ну или, по крайней мере, ее сознание отключилось от внезапного поворота событий.

– Как Вы Мария? – Спросил шаман.

– Выходите из шока! – Поддержал ее ювелир.

– Мам, что с тобой? – Беспокоился сын.

Мария присела, на рядом стоящую лавку. Она широко улыбнулась, что означало – она в полном порядке. Подняла руки к небу и затрясла ими, изображая немой вопрос: «Как так?»

Все дружно поддержали ее, и раздался задорный смех, который разливался по всему двору, и даже намного дальше.

– Я не перестаю удивляться! – Успокоившись, произнесла Мария.

Она держала руками голову, и трясла ей в восторженном недоумении.

– Что это? – Продолжила она. – Это сон? Это сновидение? Или же какое-то необычное совместное погружение?

– Думается мне, что сейчас Вы испытываете удовольствие! – Сказал Ваби-Манидо. – Так же, как и познаете это самое чувство. И случайностей не бывает, как и не бывает снов. Все реальность, а назвать ее можно, как угодно.

Мария вскочила, и сильно обняла шамана. Девушка прослезилась. Она видела, что тоже самое испытывает Ваби-Манидо, причем он не играл эту чувственность, а проживал, да так рьяно, что все остальные к ним присоединились. И теперь под ярким и восторженным солнцем, обнимались четыре очарованных от удовольствия человека.

– И это еще не все загадки вселенной, чтобы получать удовольствие, – сказал шаман, – Это чувство может приходить бесконечное количество раз. Главное помнить об этом, и звать его в любое время, осознавая, что и время лишь гость в вашем восприятии.

– Ну как Вам, Мария? – Спросил Вадим. – Открывается озарение, что после тишины и чистого листа наступает творение своего намерения?

– Очень много непонятного и необъяснимого, – ответила девушка, – Но сейчас это не имеет никакого значения. Я испытываю блаженное удовольствие от происходящего! И да, я осознаю намерение. Я невероятно сильно хотела еще раз увидеть Ваби-Манидо, причем, чтобы и Вы Вадим присутствовали. Это невероятно, но оно так и получилось!

– В вечности возможно все, – сказал ювелир, – если только не облачать ее ярлыками. Она способна творить чудеса для любого восприятия. В бесконечном есть все!

– Очень рад с Вами познакомиться Ваби-Манидо! – Решился на слово Петр. – Наконец-то я увидел легендарного шамана Перу! Мама о Вас много поведала. И эти рассказы были чудесными и волшебными. Я разделяю удовольствие вместе со всеми, хоть я и новый человек в вашем совместном мире.

– Удовольствие – чувство общее, и Божественное! – Сказал шаман.

– Удовольствие – чувство, которое заставляет двигать восприятие. – Сказал ювелир.

– Удовольствие – это мое чувство! Я его познала! – Сказала Мария. – Восприятие – есть удовольствие!


РАДОСТЬ.


– Какая радость, что мы с Вами встретились! – Сказала Мария шаману, когда они вошли в дом. – Но все-таки, объясните мне, как Вы тут очутились? – Я иногда вываливаюсь из сознания, и моему разуму приходится все разъяснять.

– Все очень просто, – ответил Ваби-Манидо, – также, как ясный день. – Светло и солнечно!

– Я это понимаю, но все же! – Расхохоталась Мария. – Это Ваш дом?

– У меня нет дома, – пояснил шаман, – я всегда свободен. А то, что вы сейчас видите, всего лишь Ваше восприятие. Так же, как и мое. Наше общее намерение привело нас в это место. А чей это дом, совершенно не важно. Вы же не удивлялись моей ветхой хижине в джунглях, и не спрашивали, моя ли она.

– И впрямь! – Подтвердила девушка.

Она вспомнила прежний образ шамана. Это была выдающаяся роль. И подходящий костюм, с декорациями. – Полуразрушенная хижина стояла посреди диких и непроходимых джунглей. В ней практически не было удобств, но там ощущалась уютная и скромная любовь. Двор не имел ограждений, но животные, что там обитали, никогда не уходили обратно в джунгли, словно они были домашними. Шаман их не кормил, не привязывал, но они чувствовали себя там преданными месту. Даже растения немного отличались от тех, что росли поодаль от дома. Будто осознание Ваби-Манидо проводило немыслимую границу своего временного мира. Сам он выглядел, как настоящий шаман из книжек. – Многочисленные ожерелья и самодельные талисманы по всему телу, и в руках. Ветхие, но стилизованные под индейцев одежды. Постоянно меняющаяся внешность, исходя из учений и событий иного рода. Ритуальные процессы и заклинания, которые он впоследствии, сам же и высмеял. Тяга к костру, что, как выяснилось – было лишь средством для улучшения восприятия Марии. А если разобраться, то Ваби-Манидо был обычным человеком, который создавал ауру волшебства, не более. Мария сама творила свою реальность!

А теперь перед ней сидел совершенно современный человек. С короткой ухоженной стрижкой. Абсолютно молодой и очень мускулистый. Его Перуанский загар исчез без следа. Кожа сияла на солнце, но каким-то сибирским оттенком. Тело гладкими переливами, словно кричало, что только что из спа-салона. Такая же проникновенная речь, но с европейским шиком. Взгляд такой же глубинный, но играючи оценивающий. Халат был выполнен в стиле – насыщения от тепла золота. – Он смотрелся невероятно богато и изящно. Ваби-Манидо соответствовал этому дворцу, где они находились.

– Не знаю почему, но у меня вырывается вопрос. – Вдруг проронила Мария. – Это Ваше настоящее имя, или же псевдоним?

В разговор вступил Вадим. Он искренне улыбался, превращая монолог Марии в шутку.

– А что может быть нашим, или не нашим? – Спросил ювелир.

– Вы до сих пор пытаетесь цепляться за реальность, которая всегда трансформируется под Ваше любое восприятие? – Обратился шаман к Марии.

– Видимо, да! – Ответила девушка таким голосом, словно он исходил из глубинной, но инородной сущности.

Она осмотрела интерьер дома, он был выполнен в шаманском стиле. Хотя, когда они заходили в замок, он казался с современной внутренней отделкой.

– Что может быть реально? – Вновь спросил Ваби-Манидо.

– Моя радость, что я Вас увидела, и даже смогла обнять! – Девушка рассмеялась, сняв напряжение своего разума, который пытался обдумать, все сказанное.

– Не уподобляйтесь компьютерной программе Мария! – Сказал Вадим. – Вы, конечно, никогда не узнаете, что Вы за программа… Но пытайтесь менять свое восприятие, – пропускайте через себя любую энергию, что втекает. И просто наблюдайте, как все Ваше существо пытается следовать чему-то, или кому-то. – Некий поиск Бога. Осознание может Вам даровать любое восприятие, что Вы программа, или программист, Бог или Его творение. А можете осознавать свое единение со всем Сущим. И просто-напросто быть им!

Милая и страстная радость протекла по всему организму Марии. Будто она дословно восприняла слова Вадима. Каждое сказанное слово воочию, душой, телом и сознанием.

– Испытывайте радость, пока она является таковой Мария. – Сказал шаман. – Вечность – это темнота, глубина загадки непостижимого. Свет – это озарение, осознание мимолетного знания, которое тут же исчезнет, потому что вечность поглотит его. Не вдавайтесь в размышления о плохом и хорошем. Это ни к чему не приведет. Так устроены человеческие мозги. Это путы вселенной. Лабиринты, где обязательно будут всегда отражаться противоположности. Именно поэтому человеческое восприятие дарует мозг в виде нескончаемых поворотов. Откуда они приходят, туда же они и уйдут. Вот почему на протяжении всего пути, мы беспристрастно повторяем одну и ту же противоположность лабиринтам – это безмыслие. Пустота вечности. Мрак и свет в едином обличии. Где нет слов и мыслей.

– Вы чувствуете, как вас затягивают мысли, которые порождаются сказанными словами? – Вступил в разговор Вадим. – Вы осознаете, как Ваш неспокойный мозг пытается ухватиться за несуществующий бред, и провести вас по путам разума. Но рано или поздно вы придете к радости, ведь для этого и созданы эти самые лабиринты. Так зачем ходить вокруг да около? Осознавайте эту радость во всем! Каждый миг. Можете засыпать, уходя в вечность, но возвращайтесь, впитывая в себя радость снова и снова. Испытывайте ее во всем, даже в ненависти. Будьте истинны, хоть истины не существует. Созидайте свою реальность!

Мария взорвалась от ощущений внутри. Она не могла совладать с той силой, что входила от гипнотических слов ее собеседников. Петр в это время находился в отключенном состоянии.

– Ему не обязательно сейчас все это воспринимать. – Прокомментировал шаман состояние сына. – Он всегда будет черпать лик осознания из Вас, дополняя Вас. Он и есть Вы!

Петр посмотрел на мать, улыбнулся, но его глаза были пустыми. Перед ней сидела настоящая кукла, имевшая лишь механические функции.

Марию стало колотить. Тело поймало сильный озноб. Девушка не понимала своих внутренних реакций. Она осознавала абсурдность происходящего, – с одной стороны – она чувствовала радость, и возвышалась до небес из-за этих ощущений, с другой – Мария осознавала всю глубину мрачной вечности. Но эти два противоположных осознания не разрывали ее на части. Наоборот, она воспринимала себя, как никогда, самым целым существом во всей вселенной.

Девушку трясло, она закатывала глаза. Но ее видение не ухудшалось, наоборот, оно обострилось до фантастически высокого уровня. Она видела, как радость вытекала из ужаса, тот исходил из любви, любовь трансформировалась из ненависти. И так до бесконечности, где они сливались воедино, и потом растворялись в темноте, являясь мерцающей вспышкой света.

Никогда прежде, Мария не осознавала радость с такой многогранной плоскости сторон. Где не существовало ни времени, ни плоскости, ни самих граней. – Это было необъяснимо!

Комната, где они находились, наполнилась светом. Мрачный фон вечности исчез. Вечность превратилась в свет, бескрайний и непостижимый. Девушка в этот миг знала, что все представления, которые она видит, слышит, ощущает, исходят из разумных объяснений, которые существовали на земле – бесконечное земное существование, в том состоянии, которое всегда преподносится людям, исходя из их восприятия.

Свет начал переливаться с более яркого состояния, на более тусклое, и наоборот. Иногда этот процесс напоминал вхождение в тьму, и назад. Мария думала, что больше не находится в привычном мире, а оторвалась, и блуждает в просторах несуществующего.

– Мы медитируем? – Единственное, что она смогла произнести дрожащим голосом.

Раздался задорный смех. Причем смеялись все, ясно осознающие шаман и ювелир, ошарашенная Мария, и даже заколдованный Петр. Смех разряжал обстановку, где искрила неведомая энергия. Он нес в себе радость, в том состоянии, в котором его должна была постигать Мария. – Радость была чувством, и в тот же момент – ничем.

– Нет! – Наконец ответил шаман. – Мы еще успеем помедитировать. А сейчас мы наслаждаемся Вашей благосклонной эмоцией! И она нас всех очаровывает. Не думайте, что только Вас. Вы лучше прочувствуйте – осознайте, как реальность подделывается под фантастику, выдавая ее за себя. Это случается, когда нет выбора. Так и с Вашим чувством, – оно будет с Вами, когда не будет другого выбора!

– Выбирайте! – Сказал Вадим!

Дом наполнился светом! Он передавал оттенок красного заката. Все дружно решили выйти наружу и полюбоваться этой красотой. Вечер протекал очень плавно и спокойно. День оказался забавным и игривым, и это настроение никак не хотело уходить.

Собеседники расселись по лавкам, их расположение было у обрыва. Вид открывался шикарный. Солнце, а вернее красный огненный шар, находилось как раз посередине смотровой площадки. Оно словно не закатывалось за горизонт, а расплавляя землю, впивалось в нее своей мощной энергией. Лавки были очень удобными, деревянный настил проминался под весом тела, да так необычно, что казался ортопедическим матрасом. Вся плоскость, что являлась землей и горизонтом, будто пружинила. – Имела неустойчивую гибкость. Небо вторило планете, оно извивалось красно голубыми переливами, готовясь стать черным.

– Расслабьтесь! – Сказал шаман. – Выдохните все мысли из себя, и вкусите всю ту радость, что вам приготовил этот грандиозный закат. Он творец впечатлений, тех, которые мы сейчас ленимся создавать. Именно поэтому, природа созидает это волшебство за нас. Очень много в этом, и других мирах волшебников, которые вносят свою лепту в создание этих праздных простор восприятия. Мы зачастую смотрим на огонь или воду, только из-за того, что нам нечего в этот миг показать самим. Вечность готова распахнуться перед нами, даруя безвременную жизнь. Но разве мы готовы? Мы порой устаем от века, ворчим из-за неудачного года, расстраиваемся по недельным пустякам, – вот она наша вечность.

– Обожаю смотреть! – Поддержал Вадим. – Иногда выныриваю из своего мира, и понимаю, есть готовый, где всегда можно созерцать и восхищаться.

– Какая радость! – Как заговоренные, произнесли хором Петр и Мария.

Солнце вконец расплавило землю, слившись с ней в один яркий силуэт. От свечения исходили волны пространства, которые бывают от раскаленной поверхности в знойный день. Холм был похож на вулкан, действующий, и готовый поглотить все на своем пути. Это совершенно не пугало, а наоборот восхищало и притягивало. Смерть здесь не действовала. Она сама сидела в сторонке и любовалась закатом, понимая, что в такие моменты можно оставить все дела на потом.

Люди взялись за руки. Это произошло автоматически, без какой-либо договоренности. Они замыкали энергию, которую черпали из восприятия. Картинка постепенно менялась. Закат начинал трансформироваться во что-то новое и необъяснимое. Уже не было видно холма, реки и раскаленной картинки, впереди вращались визуальные абстрактные объекты. Парадоксальная психоделика искажала прямое видение, все было похоже на извилистые игры разума. Иногда Мария и Петр испытывали состояние, приближенное к глубокому трансу, причем не личного, а внедренного извне. Тело испытывало одновременно и радость, и гипнотическую безразличность. Сущность раздваивалась на две половины, одна была разумной, и испытывала чувства от представления, другая имела внутреннюю тишину, и безмолвно созерцала. Люди осознавали это, и то, что обе половины – это один и тот же человек, как и весь мир. Как и все миры!

В привычном мире солнце давно бы уже зашло. Но, по-видимому, люди переместились в просторы сновидения, так как вокруг была кромешная тьма, за исключением звезд странной формы, и отчетливого островка, уходившего солнца. Оно уже не было похоже на расплавленную и мощную сущность. Теперь это была обычная цветная часть какой-то геометрической фигуры.

– Мы попали в мир, где все имеет границы, причем даже визуальные. – Сказала Мария.

– Точно! – Подтвердил Петр. – И здесь это бросается в глаза! Складывается впечатление, что здесь нет единства, – общей энергии. Все выпадает по отдельности, из общей картины. Это так необычно воспринимается, что хочется даже над этим смеяться.

Они все вместе расхохотались.

– И здесь присутствует радость! – Произнес шаман. – В месте, где всему нет дела до того, что оно все! Здесь вообще не хочется соединяться с чем-либо, хотя радость просто-напросто переполняет!

Они вновь засмеялись. Настроение было превосходным. – Просто так! Казалось, что этот необычный мир постоянно источает веселящий газ. И когда он разбавляется с несуразной атмосферой разобщенности, наступает пик восхищения.

– Так необычно ощущать воодушевление в новых местах, пусть они и сотканы из привычного. – Сказал ювелир.

Отдельные фрагменты этого мира действительно смотрелись очень потешно. Не укладывалась в голове и мысль, как же существует мир, не имея себя единого. Все было похоже на пособие для малышей, где нужно вырезать фигурки по тематике. А потом раскладывать на отдельные листочки.

Но постепенно этот абсурд видения начал гармонировать с восприятием. Мария осознавала, как привычный мир забывается, а этот, с его отдельными фигурками, начинает заполнять освободившееся пространство воспоминаний. Отдельная реальность превращалась в то место, где люди зародились. И с каждой новой вспышкой осознания, мир фигурок становился единственным знанием людей.

Как только разум Марии переполнился этой информацией, ее тело тут же превратилось в отдельно существующие части. Причем это было настолько явным, что невероятно естественным. Еще мгновение, и от людей остались разрозненные куски. Они смешались, и образовали суповой набор.

На этом восприятие не останавливалось. Части человеческих тел разлетелись по всему воображаемому пространству. И тот смысл, который присутствовал вначале, исчез. – Теперь это был не просто мир отдельных частей, а реальность необъяснимого и отдельного.

Не важно, сколько это продлилось, но то, что это было фрагментом из вечности, уж точно. Все бы так и осталось без изменения. И люди бы навсегда застряли здесь. Но в этом мире, помимо разъединяющей, присутствовала еще какая-то сила. Она явно исходила из другого мира. – Как глаз Божий. Наблюдала за происходящим, и ждала своего момента, – то озарение, когда можно будет действовать. И этот момент настал, когда в мире разрозненности все начало разъединяться на более мелкие составляющие, отделяя друг друга на немыслимые расстояния. Сила стала что-то собирать, как пазлы. Она отыскивала отдельные фрагменты, и соединяла их. Когда целая фигура была собрана, она пропиталась силой, и осознала, что она – есть человек. И этот человек, – это Ваби-Манидо. Опытный игрок с реальностью оставил небольшой якорь в привычном мире, в виде силы, что проникала везде. И эта вездесущая субстанция смогла проникнуть к своему источнику, – что ее создал.

Затем, шаман стал собирать все остальные пазлы, недостающей картины. Ведь здесь было четыре человека. Это уже была более сложная задача. И не из-за того, что шаман забыл, как выглядели его спутники. Просто он не мог удержаться от юмора. Он был им пропитан, так же, как и его реконструкция друзей. Ваби-Манидо умышленно путал части, превращая их в смешную мешанину. Голова Марии, туловище Вадима, и ноги с руками Петра.

– Хорошо, что они этого не осознают! – Смеялся про себя шаман.

Когда все части были собраны правильно, Ваби-Манидо и тут не удержался, он раздал каждому восприятие от другого. Вначале все было тихо и спокойно, люди приходили в себя. Но затем получился взрыв эмоций. Причем они были здешними, под стать разрозненному миру. – Люди, увидев себя, напротив себя, и осознав, что это не отражение, впали в механическое состояние. Это спровоцировало новый процесс разделения на части.

– Переборщил. – Посмеивался шаман. – Видно радость в этом мире более мощная, чем в привычном. Придется начинать заново.

Потом он замер.

– А может так их здесь и оставить, – сказал он про себя совершенно серьезно. – Толка от них никакого, все учатся и учатся, когда стоит просто жить.

Он отвернулся в другую сторону, но тут же повернулся и расхохотался.

Ладно, я шучу! – Сказал он сам себе. – Пора освобождать их.

В этот раз процесс был более быстрым. Шаман действовал виртуозно. Он собирал фрагменты с заботой и любовью, прорабатывая каждый осознанием, – каждую часть по отдельности. Это был своего рода подарок от него. Ваби-Манидо знал, что это им поможет в дальнейшем. Даже сильному духом Вадиму. Так же шаман вернул каждому их чувство, которое привело в этот мир. – Он наградил их радостью.

– Что с нами было? – Спросила Мария, когда к ней вернулось осознание.

– Вы блуждали в себе, – ответил с улыбкой шаман.

– Единственное, что я ощущал все это время, так это – радость! – Поведал свои переживания Петр. – Когда мы очутились в этом мире, когда погрузились в небытие, и сейчас, по возвращению в тело.

– Радость можно нести сквозь что угодно, внутри кого-угодно, всегда! – Воскликнула Мария. – Насколько она страстна и приятна. Как замечательно, что мы смогли познать это чувство вместе!

– И не только мы его! – Поправил шаман. – Радость познала нас, с тем восприятием, что у нас есть. Осознавая вечность – вечен. Уходя из нее – подвижен. Мы постоянно меняемся, и радость вместе с нами. Она может быть умиротворенной, а бывает и взрывной. Радость может быть в горе и в любви. Радость и есть любовь!

Мир отдельных картин начал вибрировать. От незначительных колебаний, и по нарастающей. Вначале все двигалось хаотично и независимо, даже люди. Затем отдельные части начали дополняться вибрацией от соседних кусков. Немного погодя, вся вибрирующая масса стала колебаться в общем ритме. Уже не важна была частота, само единение вибраций восхищал. Мир становился единым звуком.

Легкая пелена восприятия прекратила эти колебания. Все стало неподвижным и степенным. И когда люди пришли в себя, они испытали самую живую и нераздельную радость – Они вернулись в привычный мир.

Впереди виднелась расплавленная от солнца земля. Этот отрывочек великолепия сливался с общей картиной родного мира. Когда солнце окончательно скрылось за горизонтом, показалась луна. Она ждала своего момента. Того мига, когда люди смогут наблюдать ее танец. В паре с ней было небо, темное и глубинное. На подтанцовке мерцали скромницы звездочки. Они вместе так были прекрасны, что глаза слезились от радости. Все было гармоничным и единым.

Река отражала лунный свет. Его дорожка проходила ровно посередине воды. Они вместе изгибались и уходили вдаль. Туда, где кристальная и быстрая река соединяется с мировым океаном, – образом чистоты и непорочности. Зеленое покрытие холма из травы стало темным, но по-прежнему, восхищающим взор. Местами, отдельные травинки, являющиеся одним целым с травяным покрытием, отображали отблески от звездочек. А в общей картине восприятия, все казалось темно-светлым ковром. Это прибавляло общности многоуровневую радость, во всех ее оттенках.

Воздух также передавал это настроение. Дул теплый и приятный ветерок. Он приносил с собой добрые ароматы растений, благоухание цветущей ночи. В каждой частице кислорода была заложена информация о мире. О его едином целом состоянии!

Мария посмотрела на друзей, они сияли от счастья. Сын, открыв рот показывал всем своим видом, что он удивлен каждой своей клеточкой. Мир приветствовал их, а они его. Лица отражали свет от звезд, луны, и отблесков земной поверхности. Люди были пронизаны радостью. Мир вокруг и внутри являлся радостью.

– Как же прекрасно жить! – Сказала изумленная Мария.

– Невероятно прекрасно! – Поддержал Петр.

– Жизнь – есть жизнь! – Дополнил Вадим.

– Мы – есть жизнь! – Крикнул в небо шаман.

Они радостно обняли друг друга, застыв в общем объятии.

– Я познала радость! – Будто пропела Мария!


ЛИКОВАНИЕ.


После последней встречи с шаманом прошло достаточно времени, чтобы погрузиться в обычную жизнь с головой. Превосходный закат, который погрузил друзей в мир разделений, оказался последним, что в тот миг они наблюдали вместе. Как они добирались домой, после каких фраз или действий, Мария не помнила. Она осознавала то, что, как бы она не пыталась стремиться к единению, все время приходила к раздвоению восприятия. В обычной жизни у нее сохранялись только обыденные дела, в высшем же осознании, она помнила и осознавала абсолютно все. Это давало ей возможность скучать по своим путешествиям в привычном мире. И не из-за того, что ее путешествие являлось чем-то незабываемо красочным, совсем наоборот, потому что она ничего не помнила. Ее съедало ликование предвкушения и любопытства. Тех самых чувств, что она познала, но теперь с очень весомым плюсом, – ликованием. Все больше и больше Мария входила в состояние любви. Хоть ее раздвоение и включало в себя два восприятия, но оба они несли в себе счастье. Девушка училась жить движением, причем ликуя от каждого проявления. Уже ничего не имело свою цену, все являлось само собой, просто так. И это давало возможность открывать не только новые миры, но и познавать привычный мир глазами ребенка, у которого еще нет своих представлений. Конечно же выйдя из одной системы разумности, она входила в другую, но это было по-новому, и с предвкушением вечности. Не той что описывают в книгах, а той, которая оставляет право творить лично, не обременяя других собой. Так как другие и есть ты!

Мария познавала чувство ликования. Ей было не обязательно входить в высшие слои осознания. Она и в своем привычном мире отлично справлялась с этим заданием. В ювелирной мастерской приближался миг полной ее трансформации, конечно же в материальной символике – переплавкой старых украшений. Дома эти изменения происходили разумно и телесно. Вся ее семья смотрела на жизнь по-новому. Они больше не выполняли свои заурядные бытовые функции. Они все дружно ликовали внутри себя. – Каждое их движение сопровождалось любовью, хоть она и включала весь чувственный спектр.

Старший сын Петр начинал познавать мир своей мамы. Он еще не очень ясно осознавал, что этот мир является и его. Все зависело от того, как он это воспринимал. Петр знал, что он еще только учится быть, именно поэтому, ему была далека идея созидать так, как это делает Бог. А в глубине души всегда горела звезда надежды – этот миг, который существует и сейчас, скоро наступит! И он – сын своей матери, достигнет этого просветления! Ведь именно ему следующему в очереди создавать свой мир.

Муж Фред занимал всегда нейтральную позицию. Его любовь ликовала без причины, сама собой. Он был из тех людей, которые от природы имеют внутреннюю тишину. Фред без каких-либо препятствий входил в состояние безмолвия. Мог посещать любые миры, создавать свой собственный. Он не копался в себе, не искал истину и просветление. Он оставлял право существовать и реальности, и фантастике. Фред представлял из себя механизм вселенной, который просто выполняет функцию бытия.

В этой замечательной семье жил еще один сын Марии. Младший и любимый всеми Григорий. Парень вращался в своей среде молодых людей. Они всегда находились в стадии познавания чего-либо. Они никогда не унывали, и пока еще не обрели удручающее состояние усталости. Ликование билось в жилах от природы, не зарастая системными уловками разума.

Конечно же вся семья, включая Марию, не проявляла свои шаги к познанию мира так яростно, как это делают некоторые мистики любых реальностей. – Те люди, которые практически теряли восприятие себя, как людей. Которые превращались, в сущности, далекий от привычных. Блуждая по просторам вечности. Но Мария и ее семья, не осознавая этого, находилась периодически в этом состоянии. Все дело было в разумном якоре, который цеплялся умом за земную жизнь. И это было прекрасно – ликование земным радостям вдохновляло неимоверно сильно.

Семья потеряла счет времени. Люди перестали спешить, постоянно смотреть на часы. Их не волновали больше проблемы, и именно из-за этого они исчезли. Слово здоровье вообще исчезло из обихода. Больше не было нужды обозначать это понятие. В организме все было гармонично и превосходно. Беды и проблемы мира испарились. Вначале из-за того, что семья перестала впитывать стороннюю информацию, – наигранную болтовню. А затем и по той причине, что проблемы сменились на ликование души! – Порыв движения без обдумываний.

А самое главное, страхи больше не являлись таковыми. Они приобрели новую сущность – эти переживания воссоединились с вдохновением творить, потеряв себя, как единоличное восприятие.

Вначале пути Мария думала, что погрузиться в другой мир полностью. В тот мир, где нет эмоционального страдания. Но получилось так, что она осталась в прежнем мире, научившись путешествовать по другим мирам. Странствовать по многогранным сторонам восприятия. Следующий шаг, который она ожидала свершить, это отпустить тот мир, который она заново созидала. Именно сейчас, когда она поняла принцип течения энергии воочию, девушка смогла осознать, что шаги свершаются непринужденно, когда им не ставится подножка. А ее можно поставить только самому себе!

Сегодня Вадим пригласил Марию в гости.

А сегодня – это стало очень далекое понятие для девушки. Она потеряла счет времени. Вначале она пыталась избегать какие-либо исчисления. – Следить за временем, следовать шаблонным цифрам. Она не смотрела на градусник, термометр. Убрала все часы в доме. Перестала отвечать на вопросы, касаемо дат, хоть праздника, или печальных событий. Мария поставила несколько напоминаний в телефоне, которые помогали хоть как-то иногда обращать внимание на системные нюансы. Что, собственно, она потом хотела исправить – приучить себя действовать только спонтанно, и по желанию, невзирая на время. Она уже предвкушала ощущения вечности, и знала, что всегда являлась ею. Но раньше, как и все люди следовала задумке смерти – времени, поэтому разговаривала с вечностью на разных языках.

И сейчас, когда ее пригласил к себе в гости Вадим, Мария не задумываясь собралась, и пошла к нему. Совершенно не копаясь в своем графике дел.

Девушка по дороге вспоминала их последнюю встречу. Это были незабываемые моменты восприятия. Память ликовала, она была благодарна Марии за то, что та хоть иногда обращала на нее внимание. Ведь без времени, и память уходит на задворки ненужного.

После того, как закат сменился звездным небом, они попрощались и разошлись по домам. Шаман остался в своем загадочном особняке. Сын уехал к себе домой. А Вадим в ту ночь улетел в другую страну. Цель его путешествия была не известна. И телефонный звонок от него, говорил о том, что он вернулся. И естественно, после его приглашения Мария пошла его навестить.

На одной из улиц, шёл масштабный ремонт дороги. В план была заложена не только реконструкция полотна, но и различных магистралей под асфальтом. Поэтому улица была в буквальном смысле перерыта со всех сторон.

Мария не заметила, как оказалась в самом эпицентре ремонтных работ. Она настолько углубилась в свои воспоминания того совместного вечера, что не подумала обойти эту улицу стороной. Девушка была поглощена собой, и когда она очнулась в реальном мире, она очутилась в яме от сточных вод. Падение было невысоким, поэтому она не ощутила боли в теле. Эта абсурдная ситуация заставила ее рассмеяться. Даже грязная яма, где собирались очистительные стоки города, не смогли переломить ее ликования. Это чувство нежно ласкало ее восприятие, объясняя, что можно жить весело и непринужденно.

В какой-то момент, Мария подумала, что вообще не падала в эту яму, а каким-то чудом телепортировалась сюда для очередного познавательного урока от вселенной. Уж больно чистой оставалась ее одежда, хотя она очнулась в полулежачей позе. На самом дне ямы, под ногами, была решетка коллектора, для стока воды, поэтому грязь достигала только подошвы ботинок. Из коллектора доносились странные звуки. Они были похожи на завывание ветра, но с четкими железными отголосками. Будто бы ветер передвигал железные изделия. Мария прислушалась, и звук дополнился мелодией, но словно звучащей из громкоговорителя. Затем звуки перемешались, и осталась только мелодия, но ветра, передвигающего железо.

Девушка осознавала, что ее слуховые рецепторы играют с ней какую-то шутку. И хотела было прекратить это прослушивание, переключившись на обдумывание, как вылезти из этой ямы, но мелодия не отпускала ее. И это было настолько очевидным, что Мария начала даже вглядываться сквозь решетку.

Кроме полной темноты, там ничего не было видно. Мелодия же постепенно превращалась в отдельное музыкальное произведение. В котором присутствовали задатки симфонического оркестра. Громкость нарастала, переливы становились более четкими и упоительными. Складывалось впечатление, что внизу находился не коллектор для сточных вод, а концертный зал.

Мария, слушая эту симфонию, даже забылась. Она превратилась в тех мальчишек и девчонок, которые ликуют от наступления весны, в отличие от взрослых. Детишки радуются тому, что можно одновременно играть с снегом, который никак не хочет таять, и с грязью, по которой можно задорно шлепать, да еще и в войлочной – промокаемой обуви. Все эти мероприятия повседневности в погоде, ну уж очень раздражают взрослый народ. Что нельзя сказать о маленьком населении планеты. Мир – луж, ручейков, грязного снега, но такого родного и любимого!

Девушка практически опустилась на колени, в самую грязную лужу у коллектора. Она не замечала ее вовсе. Со стороны такой жест может быть и смотрелся бы сумасшествием, но в голове Марии таких мыслей не возникало. Она была счастлива. И каким-то внутренним чутьем, девушка ощущала приближение озарения. Того самого, к которому она шла по своему пути. Все чаще и чаще ей являлось осознание, что она уже обрела любовь, просто до нее не нужно дотягиваться. Эти функции выполняет ее тело, которое привыкло к тому, что счастье нужно заслужить, что до него нужно дорасти… И именно в моменты наступления в душе детской непосредственности, Мария разрушала эти стереотипы счастья – такого далекого и неосуществимого.

Музыка то затихала, до взрывалась вновь. Это давало разные наплывы настроения. Но не от плохого до хорошего. А от хорошего, до очень хорошего.

Яма начала разукрашиваться яркими красками, закрашивая серые и коричневые тона. Появились цветочки, бабочки, травка. Сток воды издавал шум горного водопада. Вокруг все было заполнено благоуханием лета. Звуки строительной техники стихли, на смену им пришла музыка. Теперь она исходила не только из ямы, – она была повсюду.

Мария даже не задумывалась над тем, что с ней происходило, по поводу погружений, сновидений, психоделических провалов. Она лишь испытывала детское ликование. Тот период вечности, когда не задаешься вопросами, зачем и почему. Это был миг счастья! – Счастья – просто так!

Внезапно пошел снег. Он падал огромными пушистыми хлопьями. Несмотря на приличную жару в воздухе, снежинки не таяли, достигая лица девушки. Мария испытывала настоящие экстатические спазмы по всему телу. Это передавалось вглубь, все глубже и глубже. В самые недра восприятия. Какой сейчас был сезон, год, или время суток, девушка не имела представления. Все соединилось в один поток младенческого счастья. Того счастья, которое еще не знает границ своего путешествия, – самого искреннего и сильного счастья!

Снег покрыл всю яму, без остатка. Чувства переплетались своей гармонией. Они по-разному сверкали, но являлись чем-то целым. – Разные оттенки одного цвета. Лето, зима, весна, осень, но общего воодушевления. Как здесь, в этой яме – приличная глубина, но очень светло, грязь, но покрыта ярким снегом, воздушный зной, но ощущение зимнего холода. А под всем этим белым покрывалом – цветущая жизнь.

Как только Мария вспомнила про цветы и бабочек, снег тут же растаял, не оставив и намека на лужи. Всю влагу вобрали в себя растения. Это придало им еще большей силы, и они смогли разрастись. Это выглядело фантастически. Небольшие кусты превращались в роскошные деревья. Низкая травка, в пышные кустарники. Бабочки воплощались в птиц, разных размеров, и разного окраса. Горный водопад трансформировался в морской прибой у крутых скал. Здешняя природа ликовала и праздновала. Она чувствовала, как девушка смотрит на ее проявление с любовью!

Кто бы мог подумать, что такое счастье может случиться в обычной строительной яме. И чувства человека не будут ему мешать жить, а наоборот, будут помогать воспринимать ликование во главе всех чувств! Мария не верила тому, что не может поверить в реальность этого шоу. Впервые, ее раздвоенное восприятие взрывалось одинаковыми чувствами. И на том, и на этом уровне осознания. И привычный мир, и мир фантазий, сливались в одного человека одновременно. И девушка наблюдала это, как будто она смотрит виртуальное представление в Диснейленде. Но с одним маленьким отличием – ее разум соглашался с сознанием, что это была не виртуальная реальность, а реальность, которая существовала независимо от чьего-либо мнения.

Это осознание, в первый раз, помогло Марии наблюдать за тем, как она переходит в другую реальность. Она не очнулась сверху, недалеко от ямы. Ее никто не вытаскивал. Девушка не погружалась в другое измерение. Мария вышла из ямы по тропинке, которая была похожа на небольшую тропинку в виде лесенки. Пока она поднималась, внутренний климат менялся на привычный. – Постепенно, и осязаемо.

Девушка вышла наружу, а мир волшебства вновь превратился в яму с коллектором для стока воды. Она посмотрела вниз, там и следа не осталось от сказки. И все потому, что ее ждали дела в привычном мире. Странная серьезность накатила на Марию. Девушка прошла через всю территорию дорожно-ремонтных работ беспрепятственно. Ни один работник даже не взглянул на нее, хотя вся территория была под запретом для прохода.

– Вот так волшебство открывает все двери мира! – Иронично сказала про себя Мария.

Пока девушка шла к Вадиму, погода так и заигрывала с ней легкими вспышками несоответствия. Скорее всего природа присоединилась к ней в познании ликования. Словно это чувство было очень важной ступенью в познании бесконечности.

Мария шла не спеша, и постоянно улыбалась. Улыбка не сходила с лица вообще. Словно в лицевых мышцах случилось замыкание. Да и ощущение легкости во всем теле придавало этой улыбке необыкновенный шарм. Мария давно не смотрелась в зеркало, убирая эту привычку, наряду со всеми механическими привычками к ряду, но она волшебным образом помолодела еще больше. Словно вечность раскрыла ей свои секреты. И это было внутреннее знание, которое невозможно обрести через крема, мази, медикаменты и операции на теле. Омоложение было заложено в особой программе ее разума, с которым она научилась входить в согласие и единение. Мария и впрямь выглядела, как шестнадцатилетняя девочка.

Неожиданно, девушка увидела себя в отражении витрины магазина. Она замерла, не в силах пошевелиться. Это было вызвано тем, что ее отражение двигалось отдельно от ее реальных движений. А именно лицо. Оно по подобию погоды, меняло свой облик мгновенными, но плавными изменениями.

– Что за цифровые глюки? – Возмущенным голосом спросила сама себя Мария.

Она пристально смотрела на лицо, то менялось постоянно, от самых юных образов, до самых старых и морщинистых. От красивых, до безобразных. От натуральных, до неестественно придуманных.

– Я точно попала на какую-то странную волну восприятия. – Бормотала про себя девушка. – Неужели моя человеческая матрица начала давать сбои?

После того, как она это сказала, лицо сменило несколько образов, и это были члены ее семьи. Мария перевоплощалась поочередно в каждого из них, да так детально, что невозможно было усомниться в подлинности аватара. Смена лицевого амплуа проходила очень плавно, что позволяло рассмотреть каждую отдельную частицу общей картины. И это были не просто пиксели, а энергия в чистом виде.

– Ничего себе! – Раздалась смехом Мария вместо обыденного испуга. – Ничего не ела, не пила, а распадаюсь визуально на атомы…

Только сейчас Мария осознала, как ее путь самопознания помогает ей самообладать собой. Возможно, обычный человек давно бы потерял контроль разума, и отпустил бы вожжи с психикой. Но только не она! Девушка ясно воспринимала то, что все в этом и других мирах возможно. А именно поэтому она даже не нуждалась в малейшем контроле, как это было раньше. Теперь Она была способна воспринимать любую реальность многогранно и неукоснительно.

– Как еще познать фантастику, если не довериться приятию несоответствия с реальностью? – Вырвалось в уме Марии.

Девушка была поражена! Счастливое ликование помогло ей обрести баланс в разуме. Ум не осуждал, не ворчал, не пугался, не пытался опровергнуть, – он убеждал Марию, что все, что она видит – реально! Разум логическими разъяснениями говорил ей, что раньше он не позволил бы ей наблюдать такое. Но теперь, когда она более подвижна в своем восприятии, и ее точка сборки сознания постоянно передвигается по мирам, поясняя и доказывая, что это реально, разум сам пытается наладить с ней контакт. Он признает, что возможно все. И если кажется, что есть несоответствие, то это всего лишь жалкий крик старого восприятия, которое хочет господствовать, не впуская фантастичность в образе реальности. А уж этот образ, всегда являлся образом, и таковым останется навечно.

– Что есть реальность? – Ухмыльнулась Мария…

Мария практически подходила к мастерской Вадима. Этот путь оказался уже совсем привычным. Скорее всего, он входил в очередную систему, которая наслаивалась на восприятие. И Девушка понимала, что вскоре ей придется сменить этот постоянный образ, чтобы дальше следовать правилам вечности. А в бесконечном все привыкло течь, не задерживаясь. Постоянно и не поворачивая назад. Задний ход существует лишь для тех, кто не знает, что все дороги куда-нибудь да приводят, а те в свою очередь ведут дальше, и так до бесконечности.

– Теперь понятно, почему мы встретились с шаманом при таких неожиданных обстоятельствах! – Восклицала внутри себя Мария, осознавая ликование всей сущности. – Мне была необходима встреча с ним. Но мои воспоминания являлись затором в жизни – тупиком на пути. И моя реальность – мое новое богатое на впечатления восприятие помогло решить эту проблему. – Не я вернулась к тому, что ожидала, а это самое пришло ко мне, в мой мир, в мои правила. Но как бы не было, я ясно осознаю всю бренность этих мыслей. – Вечность дарует тишину, а мы лишь ее отголоски со своим движением!

Мария внутри себя, сама себе, объясняла, что она не зря сравнила дорогу от дома до мастерской Вадима. Как и любая рутина, что заковала в свою тюрьму исполнительности, эта дорога со временем превратилась бы в постоянство. А разум уж очень болезненно относится к однотипности. Он всегда старается любыми способами разбавить цвет оттенками, чувство эмоциями, тишину движением, и наоборот. Ведь вечность и так знает тишину, зачем ей еще и постоянное безмолвие внутри нас…

Девушка брела неспешно и ликовала от того, что могла подобным образом размышлять. Это неимоверно вдохновляло ее. Она представляла себе, что же там, за горизонтом этой реальности. Как все будет происходить без Вадима и Ваби-Манидо. Ведь рано или поздно вечность потребует сменить эту тропинку на более обновленную и одухотворенную.

Мария шла и представляла себя апостолом. Который направляется сообщить великую весть. Ту истину, которая подарит новому времени новую историю. Без шаблонов и ярлыков. Без приказов и послушаний. Девушка видела вечность, как бесконечную артерию, без задержек и заторов, и она ликовала от этого знания. Но также она осознавала, что и ликование должно пройти, хотя бы на миг, иначе это будет вечное ликование, а для человека не бывает односторонней медали. Он настроен видеть противоположности.

И Мария была готова к этому. К осознанию себя, как человека! К существу, чья программа велит отражать не отражаемое. Противопоставлять не противопоставляемое. Знать, что без отражения – это абсолютная вечность, тишина и безмолвие – баланс, ничто!

– Я очень люблю свои чувства, до сих пор! – Сказала Мария, вздыхая, но не имея тяжести на душе. – Именно поэтому я иду этим путем! Понимая, что иду, пока могу отражать каждый свой шаг в другом шаге. И возможно, рано или поздно, мне придется уйти в себя, в свое уединение для того, чтобы придумать мир с меньшим отражением и чувственностью, но пока я готова с огромным ликованием идти рядом с людьми, которые дарят мне это самое отражение через себя.

Я – есть вечность! И я осознаю себя человеком, через отражение других людей, являющихся мной!

Мария не заметила, как день сменялся ночью. Потеря времени уже становилась привычкой. И этот факт она готова была перевернуть с головы на ноги, для дальнейшего движения.

А пока! Солнце заходило за горизонт. Его постоянная поклонница луна выходила на сцену, для дачи нового представления. Все птицы, животные, растения и люди собирались поглазеть на это сказочное вдохновение высшей души. Всем невероятно сильно хотелось наблюдать, а не только давать эти самые представления. И сейчас, главную роль отхватило себе чувство ликования! Оно так старалось всем понравиться, что забыло, – оно уже является любовью!

А любовь является ликованием!


ВОСТОРГ.


– Что происходит? – Раздался голос во тьме.

Блуждающая по окрестностям ночь, заприметила потерявшуюся душу. Она словно рождественский дух прошлого, настоящего и будущего искала сама себя в потемках. Ночь наклонилась, чтобы осмотреть эту душу, забившуюся в самый дальний угол во всей вселенной, и она увидела Марию. Девушку, которая шла к своему другу в реальном мире, но провалилась в промежуточный. Тот, где нет пустоты вечности, и где не существует земного времени.

– Что со мной? – Вновь раздался голос, но теперь из определенного источника, и им была Мария.

Ночь обрадовалась. Перед ней была девушка, которая начинала терять рассудок. Запутавшаяся в себе. Не понимающая, где реальность, а где мистика. Обычный поход в гости, без каких-либо сложностей, и на тебе, – внезапное помутнение разума. Царица теней захотела поближе разглядеть бедолагу. Ей очень понадобилось узнать в лицо ту, кого сейчас заберет в свой гнет безличия и мрака. Каждая частичка ночи трепетала в восторге от приближающейся награды – приобретение заблудшей души, от которой отказался разум. Уж ночь знала, что с ней делать, и как поступить с трусливым разумом. Ночь решила отправить труса в долину страхов, где всем заправляют эмоции. И они там не просто правят, а господствуют единолично, не отпуская никого и ничто из своих оков.

– Как так вышло, что я потеряла самообладание над собой? – Бормотала Мария. – Вместо того, чтобы испытывать восторг, который я сейчас должна познавать, его испытывает ночь – обратная сторона света. Эта сущность вкушает неподдельное чувство, и я ощущаю его на себе. Но в противоположном смысле, так как оно не мое, а ночи.

Мгла потирала ручки. Все ее лицо искажалось страшной гримасой. Эта маска изображала ненасытность. Она чувствовала приближение большего восторга. Ведь он подпитывался энергией девушки, а вернее ее чувствами. Каждая эмоция сливалась в общий чан эмоциональной воли. Того двигателя, что заставляет вращаться планеты, не говоря уже о людях.

Дверь мастерской была видна. Словно темный тоннель заканчивался небольшим просветом, где и находилась заветная дверь. Мария видела ее, но не могла и пошевелиться, чтобы добраться до нее. Ночь смаковала каждое мимолетное проявление слабости девушки.

– Раз разум покидает это дитя, – радовалась ночь, – значит она скоро и дверь перестанет видеть. Ту небольшую надежду, которая приведет ее в свет. – В мир озарения на своем пути. И я наконец-то смогу развеять прах ее чувственности по окрестностям своих владений.

Мария слышала это, и ее глаза мутнели, будто последние вспышки осознания покидали ее. Кожа темнела, тело двигалось все медленнее и медленнее. Мрак практически слился воедино с Марией. Ночь превращалась в девушку, а та сливалась в единое целое с мглой.

– Надеюсь тебе понравится в моих вечных объятиях! – Восклицала ночь, предвкушая свою победу. – Твоя борьба, как и все остальное, рано или поздно, закончится поражением, а это на руку лишь мне!

– Рано радуешься! – Крикнула Мария.

Девушка убрала с лица образ жертвы, и улыбнулась во весь рот, да так, что ослепила своей белоснежной улыбкой ночь.

– Что за реальность? – С издевательским сарказмом бросила Мария. – Как только перестаешь радоваться, твое чувство тут же пытается подобрать кто угодно, лишь бы занять твое место.

Мария всем своим видом показывала, что весь этот спектакль она устроила специально, чтобы доказать, что и она может управлять чувствами и своим восприятием.

– Ты уж прости ночь, – сказала Мария, – но я пытаюсь прийти к единению своего существа. И для этого я устраиваю такие испытания. Высшая материя, которая управляет сознанием людей еще не привыкла к тому, что есть сильные мира сего. Но я-то уже осознаю, как устроена чувственная взаимосвязь, где баланс приходит только изнутри. Но тем не менее, мне очень приятно, что в мои сети озорства попадаются такие королевские особы, как ты!

Ночь очень польстилась этими словами. Они ей стали очень приятны, не смотря на неожиданный поворот событий.

– Я понимаю, что раньше только я попадалась на уловки бытия, – продолжила Мария, – и только я становилась заложницей чувств. Но все переменилось! И именно с того момента, как я научилась быть актрисой по жизни. И мое мастерство дошло до такого высокого уровня, что мои спектакли смотрят не только люди, но и Божественные существа, вроде тебя! О великая ночь!

Мария специально выделила интонацией последнюю фразу, и это сработало. Ночь улыбнулась.

– Ну вот видишь! – Продолжила Мария. – Ты опять восторженна! Но уже по другому поводу. Ты можешь испытывать восторг в любом состоянии своего восприятия. И ты являешься хорошим учителем! – А соответственно, и я властна испытывать восторг во всем. И от всего. Внутри себя, а значит и снаружи.

– Восторг! – Сказала завороженная ночь! – Он бывает, когда другим не до восторга! Когда кто-то восторгается. Если нет восторга нигде, он все равно существует. Мы сами властны решать – испытывать восторг нам, или нет!

Ночь оценила по достоинству чувство юмора девушки, и то, как она ловко ее провела. Мгла испытала искренний восторг. И это чувство оказалось взаимным!

– Доброй ночи! – С улыбкой на лице произнес Вадим, когда Мария добралась до него.

– Доброй! – Ответила девушка, отличаясь своей лучезарностью.

– Вижу Вы полны энергии! – Сказал ювелир. – Скорее всего дорога от дома до меня была полна сюрпризов…

– И не говорите. – Рассмеявшись, молвила девушка.

– Как Вам ночь? –Продолжил Вадим. – Она сегодня очаровательна! В этой блуднице чувствуется восторг!

– Вы очень тонко подметили! – Хитрой лисой парировала Мария. – Именно это чувство нас сегодня объединило с этой прелестницей.

– Я вижу, что Вы подходите к тому моменту, когда наши дороги разойдутся… – Невнятно сказал Вадим. – Скорее всего, Вы уже знаете, что вся та реальность, которая сейчас в Вас – это лишь проявление Вас. И чем ближе вы подходите к этому озарению, тем больше будет возникать потребность попробовать вершить в одиночестве.

– Я понимаю, о чем Вы пытаетесь сказать! – Поддержала Мария. – Более того… Я даже вижу, как я вновь возвращаюсь к тому состоянию, где мне будет скучно без отражения себя в людях. И я … снова творю не единолично, а под потоком мыслей других людей.

– Понимаете, как это бесконечно? – Шепотом сказал ювелир.

– Более чем!

– Давайте лучше вместе войдем в медитацию! – Предложил Вадим. – Там мы сможем развеять эту замкнутость.

– С удовольствием! – Поддержала девушка. – А если не секрет, куда Вы отлучались? Я на мгновение подумала, что мы больше не увидимся.

– Это была репетиция нашей разлуки, – ответил ювелир, – Ведь для Вас сейчас, что миг, что вечность – одно и то же!

Мария после этих слов отключилась на миг. Она пролетела этот клочок вечности бесконечно, осознав различие и единство этого восприятия.

– Я просто-напросто немного устал от тишины, – продолжил Вадим, и тут же добавив более тихо, – заскучал в вечности… Мне захотелось явных механических усилий. Я сел на первый попавшийся рейс, и улетел в другую страну.

– А потом обратно? – Поинтересовалась Мария.

– Да. Только уже без самолета…

Вадим присел на коврик, где они собирались медитировать, и его лицо застыло в состоянии обеспокоенности. Будто бы он осознавал всю бессмыслицу всего существования. Того, что, возвращаясь уходит…

Мария присела рядом. Она понимала, что он пытался убежать от той фантастики, которая стала реальностью, попробовав вспомнить ощущения привычности – механического полета в самолете. Но получилось так, что обратно он вернулся не телесно, а душой. Тем не менее, сейчас он сидел совершенно материальным и обыденным. И это давало ему право воспринимать, как тело неумолимо уходит в вечность.

– Я сейчас чувствую все тоже самое, что и Вы! – Сказала Мария. – Я ощущаю всю эту безысходность разума, который понимает, что он больше не будет прежним.

Они оба погрузились в мрачные мысли.

Вдруг Вадим махнул рукой, и приказал отпустить все думы. Успокоиться внутри и осознать безмолвие.

В таком состоянии они просидели так долго, что даже вечность усмехнулась над своим нетерпением.

Когда они одновременно открыли глаза, то оба улыбались. Их охватывал сильнейший восторг.

– Вот для чего мы познаем свои чувства! – Сказал Вадим. – Какими бы они не были, но мы можем осознанно их вызывать!

– Согласна с Вами! – Восторгалась Мария.

– А внутренняя тишина помогает развеять любые стороны от медали, что бросает нам вечность. И после этого вакуума, совершенно легко воспринять восторг в самом чистом его виде!

Невероятно праздное и яркое солнце пробилось сквозь тяжелые шторы. Вадим освободил окна от плотной ткани. Все помещение наполнилось восторгом.

– Для того, чтобы отступила тьма, – сказал ювелир, – не стоит ее выгонять, убирать, или выносить ведрами. Достаточно впустить хоть немного света!

Они по-доброму обнялись. Искреннее счастье переполняло их. Яркий и теплый свет укрывал Марию и Вадима своей заботой.

– Давайте встретимся с шаманом! – Внезапно сказал ювелир. – Этот проказник знает множество способов удвоить наш восторг.

– Давайте! – Поддержала Мария. – Мы к нему пойдем?

– Нет, – заулыбался Вадим.

– Поясните, – приветствовала взаимностью чувство юмора девушка.

– Мы все-таки попробуем помедитировать, и в этой тишине мы встретим что угодно, и кого угодно. – Пояснил Вадим.

– То есть, до этого мы не медитировали? – Продолжала шуточную форму общения Мария.

– Мы просто очистили ум! – Ответил ювелир, но на этот раз, его голос был очень серьезным. – Именно безмыслие помогло нам впустить восторг. А теперь, мы воспользуемся помощью тишины, чтобы немного попутешествовать.

– Очень не терпится! – Потирала руки восторженная Мария.

– На этот раз мы не будем создавать приглушенную обстановку. – Пояснил Вадим. – Мы не станем убирать свет, посторонние звуки.

Он встал, и открыл окно. Внутрь комнаты тут же проникли уличные звуки. Они мощным напором переполнили все помещение.

– Думаете получится? – Спросила Мария.

– Конечно! – Совершенно спокойно ответил Вадим.

И как по заказу, на карниз прилетели птицы. Они весело запели. Складывалось впечатление, что все было подстроено специально.

– Нам нужна внутренняя тишина! – Сказал ювелир. – Все остальное является тем, что мы позволяем в себя впустить.

– Вы хотите сказать, – перебила Мария, – мы сами воспроизводим этот свет и эти звуки, и сами можем убрать все это?

Мария произносила эти слова с горящими и восторженными глазами. Чистое сознание посетило ее, то озарение, которое идет из глубин.

– Совершенно верно! – Подтвердил Вадим. – Мне очень нравится, что мы теперь на одной волне восприятия. Эти звуки и этот свет, пришли к нам, потому что мы этого захотели. Мы намеренно создали все это. Вся та реальность, что у нас есть – это наша возможность созидать! Многие люди забывают об этом, считая, что все вокруг лишь механизированная программа. Через наблюдение, мы властны познать, что можно иметь, не имея, создавать, не создавая. – В нас есть все, чтобы иметь, не имея это!

Мария сидела и восторгалась. Ее глаза по-прежнему сияли. Все, что сказал Вадим нельзя было понять разумно. Это нужно было только воспринимать, знать, осознавать.

Они присели вновь на коврик. На этот раз Вадим сказал, что и позу они не будут подбирать.

– Подойдет любая, сказал он, – все есть чистое сознание и просветление, но при этом слон не садиться в позу лотоса, чтобы познать свое существо.

Они оба рассмеялись.

– Будем учиться волшебству, без кем-то придуманных поз и ритуалов. – Дополнил ювелир.

Мария поняла его буквально, и прилегла, поджав под себя ноги. Именно эта поза сейчас давала ей спокойствие и уют. Вадим оперся спиной о стену и расслабился. Они долго смотрели друг на друга, испытывая искренний восторг. Затем глаза закрылись сами собой. Не от надобности, а от приятных ощущений.

Свет теплым покрывалом гладил людей. Он грел их своей энергией. И прикасаясь к ним, яркое существо также испытывало восторг, дополняя людей собой. Являясь их частью. Они и были все вместе светом!

Шум за окном не прекращался. Но Мария ощущала его лишь далеко в разуме. Там, где есть место для всего, в райском саду великолепия. В том месте, за которым нужно уметь ухаживать. И у Марии это хорошо получалось. Именно поэтому, все посторонние звуки исчезли вовсе.

Наступила тишина. Милая и нежная. Громкая, и никакая! В ней содержалось все, что только может понадобиться для жизни. Тишина несла в себе восторг.

Глаза не видели, уши не слышали, нос не мог воспринимать запахи, не ощущался вкус, но в этом волшебном безмолвии существовало все в более чувственном проявлении. Гармония взрывала своим напором, хотя люди привыкли считать середину и баланс – ничем. И Мария ощущала сильнейший экстаз от несоответствия разумности. Было тихо, но бурно, тяжело, но легко, сладко, но горько, уныло и восторженно одновременно. Девушка воспринимала баланс по-новому. Когда можно видеть, знать и чувствовать каждый оттенок по отдельности, вместе, по-отдельности и вместе одновременно. Словно ей одели шлем виртуальной реальности для Бога.

Восприятие стало тонким и грубым, мощным и слабым. И каждая перекадровка этого осознания замирала в вечности, раскрывая каждый свой отдельный эпизод – осмысления единства и разности чувств. Мария видела всю серьезность и истинность этого, и в тоже время она знала, что это всего лишь «болтовня» энергии.

Как часто она все это читала в разной литературе, не осознавая. Как много авторов ей казались лишь фантастами с набитой рукой вдохновения, выдававших себя за ученых или просветленных. И она все эти залежи информации считала лишь интересным чтивом, в которое можно было верить, стремясь к этому. Но именно сейчас, она воспринимала эту информацию от первого лица, причем – от единственного лица тишины.

В этом безмолвии очень легко было различать чувство восторга. Девушка спокойно отделяла его из общей массы эмоций. Возвращала обратно. Лепила восторг из любви, а любовь из восторга. И это было красочным представлением, – мастерить из чувств! – Не чувствовать, и даже не управлять, а созидать из чувств все, что ей только захочется.

Она видела чистый лист, причем он не ассоциировался с белым листом из реальности. Это было полотно из вечности, – пространство без пространства – тишина и ничто. Но Мария осознавала его, как свое начало. Причем, она была одновременно и началом, и начало было ей. Теперь ей был понятен смысл наращивания и потери энергии. Набора веса, и его потери. Мыслей и тишины. Девушка видела очищение так же, как могла это знать разумно и воспринимать за пределами человеческих возможностей.

Чистый лист начал заполняться красками, и в этот момент Мария поняла, она заново проходит тот миг, когда создавала свой новый мир. Только теперь это происходило не после внезапного погружения, а после пошагового осознания медитации из реальности, тишины из медитации, чистого листа из тишины, и своего мира из чистого листа. Она видела каждую частицу энергии в любом ее проявлении. И каждая частица этой самой энергии показывала поэтапно, и пошагово, как она является одновременно единым целым со всей энергией, с отдельными группами частиц энергии, и в своем одиноком обличии перед целой бесконечностью ничего…

Мария тут же вспомнила философию палки о двух концах, отражение зеркала, смысл вечности, все и ничто. И вспомнила она это все через разум и мысли. При этом она могла осознавать это Божественным светом. Все это она видела, как материально, так и духовно. Как свет сознания, так и конструктор из деталей лего.

Она заново смогла пронаблюдать, как создается ее новый мир глазами Бога, но руками рабочего человека!

Краски прибавлялись, изменяя прежнюю структуру. Теперь полотно с шедевром выглядело, как плата очень важного элемента в искусственном интеллекте. Причем Мария не находилась в этом мире, как это было прежде, она играла роль создателя без личного участия. Она могла быть одновременно программистом, но с функцией ощущений чувственности мира.

На горизонте появился Вадим, вернее образ его лица. Он словно генеральный архитектор на доске почета наблюдал, как она смотрит на него. Взаимосвязь была очевидной, хоть и для привычного мира нелепой. Они оба осознавали, что в этой медитации соединились все возможные варианты событий из вечности. И Мария, и Вадим создавали свой внутренний мир, при этом, наблюдая, как это делает другой. Они воспринимали друг друга многогранно, – видели друг друга, как голограмму – картинку наблюдателя, ощущали живое присутствие, знали, что находятся рядом с друг другом, и в реальном мире, и здесь – на пересечении миров, медитации, погружения и виртуальной реальности. При этом, они друг другу советовали нюансы созидания своих миров, как материально – голосом, так и с помощью интуиции – высшего осознания. Мария не понимала, как это работает, но слышала об этом в фантастических фильмах, там подобную передачу информации называли телепатией.

На миг Мария задумалась. И к ней вернулась прежняя функция думать – осмысление разума. Она вспомнила свое путешествие в Перу, и то, как она не могла поверить в реальность своих погружений в сказочные миры. И что ей казалось, – шаман был сущностью из потустороннего. Но теперь, когда они оба с Вадимом погрузились в медитацию, и из нее перенеслись в миры, реально существующие, но за пределами человеческого разума, к ней пришло осознание – она также является запредельной сущностью. И что подобный феномен доступен любому человеку, кто захочет ощутить себя чем-то большим, или меньшим, в пределах вечности.

А самым главным шедевром и образцом созидания миров – был восторг. То чувство, которое помогало оставаться в нем на столько, на сколько хватало желания наблюдателя или создателя. Мария видела теперь эмоции в ином свете, нежели раньше. Она уже знала, какими источниками, или инструментами может быть чувственная энергия. Как все это великолепие, а именно – восторг, способно являться всем и ничем одновременно. Сейчас Мария осознавала, что привычный мир является простым болтуном, не более. И только отдельная массовость чувств рождает определенные законы и правила трехмерного шарика в необъятном космосе вечности.

– Что Вы хотите от нового мира, – вдруг раздался голос Вадима, который из многогранности своих образов трансформировался в один – образ материального тела, но в медитации, – объясните, но человеческим разумом?

Мария задумалась, и тут же смогла пронаблюдать за тем, как она думает. И тут же пришло осознание, что теперь девушка может анализировать все процессы своего существования в любых своих проявлениях. Она сразу поняла, что от нее требует ювелир. Девушка одновременно могла проследить осознание надобности мира, осмысления этого, душевного порыва для этого, и что не странно – посмотреть на все это с интересом и безразличием одновременно.

– Вижу вы ощущаете тот волшебный миг, – вновь сказал Вадим, не дождавшись ответа, – когда человек может видеть, знать, слышать, осязать, вкушать обоняние, воспринимать, любить и ненавидеть вкус, осознавать, думать, говорить, и быть тишиной одновременно!

– Вы совершенно правы! – Ответила Мария.

Восторг переполнял все ее существо от осознания тишины. Того ощущения, где любое ничто превращалось в богатство души.

– Я вижу восторг! – Сказала Мария. – Я его чувствую. И понимаю человеческим разумом, что в новом мире хочу испытать это чувство. Так же, как в привычном, или по-новому, или в немыслимом и неосознаваемом качестве, и конечно же при всех этих проявлениях одновременно. Мне очень хочется, чтобы это был мир восторга! Чтобы восторг и являлся этим миром. Я ощущаю в этом мире бесконечный восторг.

Девушка на миг замолчала.

– И я очень хочу, чтобы в этом мире иногда не было этого чувства, – продолжила она, – Потому что в любом существовании еще много чего интересного…


ДОВЕРИЕ.


Сильный восторг плавно перетекал в умиротворенное доверие, которое очень сильно подходило по своей структуре этой совместной медитации. На этот раз Мария и Вадим, на довольно цепкий период погрузились в себя. Медитация переросла в глобальную внутреннюю стройку, где чувства играли ценную роль для созидания. Доверие было двусторонним, и Вадим полагался на помощь Марии, так же, как и она на его опору. И обе эти стороны надежного чувства имели одну и ту же основу – бесконечность.

Как и во всей вселенной, где зажигаются и гаснут отдельные звездочки общего космоса, так и в этой медитации, Мария и ювелир горели ярким светом. Свет воплощал в себя энергию сотворения мира. И уже было совершенно не важно, кто зародил первоначальный мир из всей бесконечности. Была ли это банальная реальность, или же путь эволюции, созидание энергии, или же преображение из ничего во все, как и теория большого взрыва, люди не задавались сейчас этим вопросом. Они научились точке отсчета своих событий. Например – создание нового мира. Такого же островка сознания, как и неожиданной мысли. Как рождению побега, или первого весеннего звука на заре. Как капли, что взлетела над морем от всплеска рыбы, но обязательно в него вернется для создания новой капли. Того самого отсчета – времени и пространства. Любого из вечности мига, и очередной границы восприятия.

И доверие служило невероятно мощным клеем в их совместной работе. Таким же связующим, как и всеобъемлющий разум. В понимании бесконечности, это и являлось одним и тем же. Привычный мир делился своими шедеврами восприятия – энергией, чувствами, людьми и осознанием. Все это проходило через доверие людей, которые совместно пытались создать новый мир. Новое и парящее сознание людей, через их ум, сотворило отдельные кирпичики фундамента нового мира. А затем и основу, где все привычное и старое, через новое восприятие, становилось загадочным космосом, с иным названием, восхитительными сущностями с загадочными и прекрасными процессами внутри, обновленными законами и правилами разума, что старался в процессе сотворения перенять бразды правления у Марии и Вадима. Ведь любая хорошая, и рожденная задумка, всегда потом становится востребованной в любом из миров. – Жизнь есть жизнь, она течет одинаково и постоянно, иногда лишь засыпая, умирая, или выдерживая паузу, длинною в вечность.

За счет доверия Мария могла осознавать, как некоторые нюансы сотворения мира Вадима помогают ей копировать то же самое, но с небольшим акцентом, что это ее задумка. Девушка только гадала, что вначале придумать, – круглую основу, или же плоскую, а может быть это будет энергетический туман в виде жизни. Она понимала, что вначале будет очень трудно уйти от стереотипов тех знаний, которые уже имеются. Когда она пыталась фундамент превратить в жизнь, получалось что-то на подобие вселенной. Когда она рисовала основной каркас новой жизни, выходила готовая, и знакомая галактика. Вместо неизведанного интерьера получалась родная земля, причем того же размера и формы. И если она закладывала хоть какой-то алгоритм жизни, вокруг она видела структуру времени и пространства.

Мария осознавала и эти строки автора, которые рассказывают о ней, и о ее чувствах. Она словно создавала мир, читая, как создавали ее. Девушка ясно понимала, как изящен разум, что не дает размыть границы между реальным рождением – движением, и созиданием духом – написанием, прочтением.

Самое восхитительное для нее были эти самые полеты от реального восприятия своих чувств, где ты являешься всего-навсего их марионеткой, до отдельного восприятия доверия, где ты сам его создаешь, а потом соединяешь с доверием человека, который видит все так же, как и ты.

У Марии уже были свои архивы по созданию мира. Они представляли собой бумажную документацию, мысленные склады, виртуальную реальность, энергетические поля, визуальные эффекты. Все это было необходимо лишь для того, чтобы воспринимать новый мир, как что-то существующее и разумное. В ином случае Мария понимала, что этот мир создавался бы в ином осознании, где ее желания и намерения добиться реальности создаваемого превратилось бы в крах. – Осознание существовало бы в осознании, разум в разуме, душевный порыв в душе. А так, она постепенно училась, какого это знать, осознавать, воспринимать, быть ничем – одновременно и по-отдельности.

Конечно же входя в медитацию, Мария всегда ощущала одно и то же – она видела тишину. И создание нового мира, была лишь прихоть разума, который выходил из вечного.

Но девушка не мешала этому процессу. Если ей было суждено жить, то она ценила эту возможность. Жизнь являлась для нее движением, а соответственно, созиданием нового, пусть оно даже и разнилось с просветлением – тишиной. Именно поэтому Мария всегда приходила к своему внутреннему балансу из трех столпов привычного мира: зла, добра и золотой середины.

Многие архивы, которые содержали построение мира расширялись до небывалых размеров, что приводило к созданию целых комнат и даже зданий под всю научную структуру созидания. Это еще раз доказывало девушке, что разум ненасытен. И единственный способ уйти от его оков – это войти в безмолвие.

– Вот почему Боги покидают свои созданные миры! – Подумала Мария. – Рано или поздно, они осознают, что нет предела их насыщению. Хоть в зле, или в добре. И мир остается только покинуть, оставляя его безмолвным собой, как внутри, так и снаружи. Для обычного человека это выражается постоянным безмолвием Бога, так как он привык знать, что живет всего один век, а для самого Бога это миг внутренней медитации, где через тишину он познает начало и конец этого мира.

Девушка заметила, как Вадим с доброй, но хитрой улыбкой наблюдает за ее размышлениями. Она улыбнулась в ответ.

– Не впадайте только в безысходность движения! – Поддержал ее ювелир. – Путь, это то, что у нас есть, помимо тишины.

Мария прочувствовала искреннее доверие к этому человеку. К другу, который давно прозрел в себе, но продолжает двигаться, чтобы помогать таким заблудившимся частицам энергии, как она, просветляться и познавать капризы вечности.

– Кстати, – сказал Вадим, – доверие – то ласковое чувство, которое помогает творцу покидать свой мир во время вечной тишины. Ведь он оставляет созданное творение на плечах своего народа – тех, кто является его подобием! И это сокровенное чувство всегда имеет свойство отражаться. Оно полным приятием передается людям, те в свою очередь наслаждаются им, и передают его обратно, своему творцу. Получается замкнутый круг чистого доверия!

Мария увидела, как все пространство ее нового мира содрогнулось от услышанной истины. Волны мощной энергии прокатились по всему пространству. Мир било и трясло от сильного настроения извне. Девушка улыбнулась, поняв, что сказанное Вадимом было закреплено сильным доверием к ней, и к тому, что он ей ведал. Созданные здания и комнаты с архивами новых зданий вибрировали с такой силой, что многое содержимое перемешивалось хаотично. Девушку это немного насторожило. Она даже немного утратила часть того доверия, что обрела.

– Никогда не сомневайтесь в себе! – Произнес Вадим. – Ведь доверие к кому-либо, это доверие прежде всего к себе! Это то чувство, что рождается только своей истиной, и, если Вы почувствуете его утрату, значит Вы утратили именно свою истину.

Медитация учит Вас тишине – тому безмолвию, где все можно начать с ноля, или же оставить в покое. Безмолвие – это любовь в чистом виде, так же, как и ненависть, а также – это ничто, из чего родится все. Тишина дает пример того, что любые знания бренны. И то, что они перемешались в Ваших архивах – ничего страшного. Это всего лишь наработка чего-либо…

Мария ощутила, что доверие возвращается, но не поняла смысла объяснений. Вадим это понял.

– Вы, – продолжил он, – всегда вспоминайте тишину – медитацию, безмолвие. Они буду помогать Вам вернуть любое доверие к миру. Познавая вечность, Вы осознаете, что нет времени, и никогда не было. Оно создано лишь для движения, что выходит за рамки тишины. Созданный мир, как и его растущие знания, границ своих не знает. Взрыв всегда происходит от того, что разум понимает безысходность своего растущего насыщения. – Он уничтожает прежнее, чтобы войти в тишину, после чего он сможет вновь познать познанное, но с прежними чувствами. Доверие зарождается с тишины, с начала! Как и любой мир, любое творение. Для этого создана медитация, сон, смерть – это взрыв, после которого все можно начинать заново!

Девушка почувствовала, как доверие вернулось с полной силой. Невероятно жгучее, но приятное. Она вновь могла осознавать, что созданные ей знания, касающиеся ее нового мира – это лишь очередная ступень, которую можно пройти, вернуться назад, остаться на ней. Или же найти внутри – создать, новую лестницу, с новыми ступенями, что будет обозначать только одно – она может жить вечно, осознавая!

Внезапно картинка исчезла. Пропал взор Вадима. Испарились очертания нового мира. А самое главное, чувство, которое вершило здесь истину также кануло в небытие. Доверие переманило на свою сторону всю существующую реальность и пропало.

Мария ощущала лишь пустоту. Тот самый восторг, к которому она стремилась. – К тишине. Постепенно это ощущение захватило все, что только напоминало ей о ее человечности.

– Стремилась познать доверие, а перескочила сквозь мыслимое к вечности! – Крутилось в голове Марии.

Видение начало рябить. Картинка постоянно менялась. То всплывала комната мастерской, где они медитировали с Вадимом в привычном мире. То появлялся новый мир с его сырой и прорастающей основой. Мелькал дом с семьей. Дети и муж вели себя странно, они в один момент прощались с ней, а в другой миг встречали ее в объятиях. Иногда на горизонте видений появлялся Ваби-Манидо. Шаман то по-доброму смеялся, очерчивая своей дружелюбной аурой доверие, то отталкивал своим мрачным видом, который искривлял его лицо и тело.

Мария никак не могла понять, что происходит на самом деле. Теперь она потеряла не только доверие к этой медитации, но и к своей психике, восприятию, и даже осознанию. Так неуверенно она не чувствовала себя давно. Словно любой из существующих миров исчез без следа. Она знала, что рано или поздно придет в вечное безмолвие, в то состояние, где нет смысла испытывать человеческую волю к движению. В то состояние, где все и есть тишина. Медитация, без медитации. Но девушка никак не могла представить себе, что это уже может случиться. Ведь каждый желающий просветления, не готов получить его мгновенно и навечно, так как является всего лишь жалкой попыткой уйти от просветления. Ведь там невинность – ничего.

Девушка вспомнила, как шаман предупреждал ее, что путь нужно любить любой… И осознавать, что нет расстояния от временного пространства до пустой бесконечности. Именно из-за того, что не каждая вспышка вечности может осознавать саму вечность так, как вечность осознает все вспышки, необходимо наслаждаться всем… Доверием и недоверием…

Мария не могла понять эти слова разумно, но они многое раскрыли духовно. Ведь она стремилась к тому, что может никогда больше не вернуть то, что она имеет и любит. Либо ей пришлось бы через осознание себя ничем посетить вновь свое бренное тело, и семью, которая у нее и так сейчас есть.

– Это точно невозможно! – Сказала она про себя. – Мы даже полноценный день с родственниками не можем провести, чтобы хоть в чем-то не разочароваться. Что уж тут говорить о возвращение одинакового осознания в одно и то же тело… Это будет всего лишь мертвым воспоминанием жесткого диска. А оперативная память здесь и сейчас, дана мне в этом восприятии. Вот почему мне просто необходимо познавать доверие здесь и сейчас в любых его проявлениях, пусть я даже и умру телесно! Я не должна отпускать восприятие и думать, что схожу с ума.

Смена картинок прекратилась. Восприятие Марии нашло точку опоры для ее земной психики. Она смогла увидеть одновременно все кадры ее восприятия. – Комнату мастерской, где они медитировали, родной дом с семьей, шамана, причем в перуанской хижине. Девушка могла держать в фокусе все эти эпизоды из жизни, причем облачая их временем, – перематывать взад, вперед, ставить на паузу, вставлять в свой новый мир в разных ракурсах. Только теперь это было осознанно, а не с потерей восприятия и беспомощной перекадровкой.

Появилось видение Вадима.

– Вижу Вы все больше и больше начинаете узнавать медитацию в своем первозданном виде, – сказал ювелир.

– Думаю да! – ответила Мария.

– Разуму очень тяжело довериться тишине! – Продолжил Вадим. – Конечно же мы стремимся к ней, думая, что там спокойствие и благодать. Но мы и представить себе не можем, насколько она безмолвна и всеобъемлюще страстна. Вот поэтому наш разум начинает устраивать спектакли, будто бы ему стало страшно, и он теряет почву под ногами. Ведь он уже тогда не будет той вспышкой, что привела его к этому безмолвию…

Мария именно в этот миг кристально ясно осознавала все эти слова, пусть они были сказаны разумно. В конечном счете и разум – это произведение искусств из тишины.

– Теперь давайте встретимся с шаманом, – сказал Вадим, – ведь я Вам обещал сделать это… Попробуем довериться ему и познать тишину еще глубже. Ну, чтобы с ума не сойти…

Вадим улыбнулся, и они оба рассмеялись. Мария ликовала, она могла по-новому воспринимать реальность – В медитации ощущать одновременно безмолвие и радость от разумного проявления…

Все стихло. Не по просьбе ювелира, или по личному желанию Марии. Это случилось само по себе. Безмолвие пришло так властно, и в то же время невинно, как это бывает при наступлении озарения – просветления. Скромная, но экстатическая тишина стерла любое восприятие.

Чистое сознание.

Тишина.

Видение пустого мира.

Мария ощутила себя вновь живой. Она прошла целый круг озарения. Вход из всего в ничто, и обратно. Она чувствовала свое тело, разум, душу, но не как в привычном мире, а промежуточно. Пик медитации был пройден, а соответственно она блуждала где-то в средних мирах.

Появилось пространство. И что-то похожее на время – оно двигалось, меняя свой лик. Девушка опять увидела комнату, где они занимались медитацией. Она лежала все в той же удобной позе, Вадим, упершись в стенку спиной находился рядом.

Вдруг Мария ощутила, как возле нее кто-то появился. Она перевела видение… Это был ювелир. Мария немного опешила, Вадим виделся ей сразу же в двух плоскостях. Еще бы немного, и она растерялась, но неведомая сила держала ее самообладание в кулаке. Этой силой оказалось доверие, чувство, соединяющее сущности. Девушка смогла успокоиться и сосредоточить свое видение на двух картинках одновременно. На той, где они медитировали в мастерской, и на этой – где ее внутреннее Я соединилось с внутренним Я Вадима, именно здесь, внутри медитативного состояния, где она могла наблюдать за их телами.

– Не пугайтесь! – Сказал внутренний Вадим, который только что украдкой появился. – Мне очень хотелось, чтобы мы здесь встретились быстрее, чем нас посетит шаман.

– Очень загадочно…– Вопросительно сказала Мария.

Вадим нежно улыбнулся. Причем эта улыбка посетила и того Вадима, который находился в мастерской – его земное тело. Мария изумилась. Было невероятно чутко наблюдать за тем, что восприятие наблюдения многогранно, – девушка осознавала все стороны восприятия: того, что находится в ней в комнате, и этого, что является ее внутренним Я.

– Ошеломительные ощущения, правда? – Спросил Вадим.

– Не то слово! – Ответила радостно Мария.

– Вы мне доверяете? – С лукавым взглядом спросил ювелир.

– Конечно да! – Совершенно спокойно ответила Мария. – Меня не сбить с толку, сейчас доверие – есть все мое существо. Тем более, я уже привыкла к вам, шутникам. Уверена и Ваби-Манидо приложил свою руку к этому спектаклю. Посмотрим, что будет дальше…

– Нельзя сказать, что вы меня удивляете, – сказал Вадим, – но такими темпами, скоро Вы будите преподавать нам уроки восприятия.

Они оба рассмеялись. Тела в мастерской, находившиеся в медитации также шевелили губами, изображая смех.

На миг Мария осознала себя той, что находится в комнате, ощущая наблюдение со стороны. Затем она осознала себя наблюдателем, что смотрит за ней в медитации. Потом она осознала себя целостной: могла наблюдать за собой в комнате, и за собой, наблюдающей внутри сознания. Мощная энергия пронизывала все ее существо. Волшебство больше не казалось таковым, это была реальность. Видение со всех точек восприятия.

Девушка чуть не провалилась в экстатические переживания, как вдруг она почувствовала что-то теплое на своей руке. Эти ощущения были и у внутренней Марии, и у той, что медитировала в комнате. Ее взял за руку ювелир, и телесно, не открывая глаз, и внутри медитации, в качестве наблюдателя.

– Не покидайте меня! – Сказал Вадим. – Я понимаю, что эти ощущения истинное наслаждение, и не всегда удается воспринимать себя одновременно в разных мирах. Но на небольшой отрезок вечности я могу Вас потерять…

Он улыбнулся, словно шутка про кусок вечности была восхитительной.

– У меня еще есть сюрприз для Вас, к которому мы никак не подойдем. – Завершил Вадим. – Смотрите!

Он указал на комнату, где они медитировали. Мастерская вся переливалась редким светом, что пробивался сквозь могучее дерево за окном. Блики, напоминающие листочки, множеством солнечных зайчиков вращались по всей комнате. Мария и Вадим неподвижно находились в своих медитативных позах. Легкий ветерок, проникающий в приоткрытое окно, трепал им волосы. Но настолько нежно и заботливо, что локоны ложились ровными и красивыми прядями. Что-то таинственное и волшебное летало по комнате. И это было не ощущение потустороннего, от наблюдения себя со стороны, а сказочное восприятие из детства – наивное и новое – непознанное.

Вдруг в комнату вошел Ваби-Манидо. Он прошелся взад и вперед, рассматривая медитирующих. Посидел возле каждого, строя смешные рожицы, и пристраивая рожки из пальцев.

Мария слегка хихикала, наблюдая эту картину, тело в комнате вторило улыбку. Она посмотрела на Вадима – внутреннее Я девушки созерцало внутреннее Я Вадима, и он вновь указал на комнату, где они медитировали.

– Смотрите! – Сказал ювелир. – Не отвлекайтесь, дальше еще интереснее!

– Мне даже немножко не по себе, – слегка лукавила Мария.

– Вы доверяете мне? – Спросил Вадим.

– Да!

– А шаману?

– Конечно!

– Тогда просто наблюдайте, – улыбаясь, сказал Вадим.

Тело ювелира в мастерской улыбнулось сверкающей улыбкой, что поразило наблюдавшую Марию.

Шаман увидел эту лучезарную улыбку, рассмеялся, и обернул свой взор ровно в том направлении, где было сосредоточено видение внутреннего Я Марии. – Ваби-Манидо из привычного мира посмотрел в «глаза» девушке в промежуточном мире медитации.

– О, Боже! – Вскрикнула девушка! – Он из обыденного мира увидел наш образ потустороннего!

После этих слов шаман помахал рукой, обращаясь к наблюдающим.

– Да! – Сказал Вадим. – Это фантастика! Но не такая, чтобы мы на ней заостряли внимание!

Ваби-Манидо присел рядом с Марией и Вадимом, а вернее с их земными телами. Он закрыл глаза, и его тело стало по виду бездыханным.

– Он входит в медитацию? – Спросила наблюдающая Мария.

– Совершенно верно! – Ответил наблюдающий Вадим.

И мгновения не прошло, как рядом с наблюдающими появился шаман. Он поприветствовал друзей, и указал на комнату, где застыли в смешных позах медитации их тела. Мария и Вадим посмотрели туда, восприняв этот жест намеком на юмор. Это и вправду было поистине смешно – переливающаяся от света комната, как в ночном клубе, и три неподвижных, но улыбающихся тела в самых разных и смешных позах.

Они, наблюдающие, все втроем расхохотались. Тела, находившиеся в мастерской, вторили мимикой немой смех.

– Как Вам Мария доверие? – Спросил шаман.

– Это не чувство! – Ответила Мария. – Это шедевр, из которого можно лепить все что угодно!

– Это Вы шедевр! – Сказал Вадим, обращаясь к Марии.

Они вновь рассмеялись. Смех мощной энергией переполнил все мыслимое и несуществующее пространство, как привычного мира, так и этого промежуточного, где они могли созерцать свои умиротворенные и молчаливые тела.

Тишина раскрывала свое доверие людям, которые доверились ей!


УВЕРЕННОСТЬ.


После непревзойденного фокуса с реальностью от шамана, Мария отключилась разумно. Она испытала истинный экстаз в своих чувственных состояниях. Восприятие перенесло точку сборки на новый уровень. Теперь якорь осознания находился на более глубоком дне. Дно измерялось не своей далью в глубине, а своим мощным безмолвием. Настолько громким, что вакуум беззвучия разрушал все остальное без следа.

Это состояние передалось и земному телу. Оно обмякло, и словно расползлось по полу, теряя свои привычные формы. Кожаный коврик лежал потешно на полу, но он не выражал собой погибшее умиротворение, он являлся тишиной – просто красивой картинкой.

Внутреннее Я Марии, в промежуточном мире, будто обрело крылья. Наблюдающая девушка стала парить в прострации. Комната с телами отдалялась, да и наблюдающие Вадим с шаманом начали пропадать из видимости. Марию уносила неизведанная сила. Мощная энергия толкала ее в глубину сознания.

Все исчезло…

Мария знала. Что вновь достигла пика медитации – всеобъемлющей тишины. Вокруг и внутри не было ничего. Даже ощущение присутствия хоть какой-то энергии пропало. Пропал разум, и его поиски истины. Исчезло деление на Творца и творение. Пропал любой смысл…

Чистота, красивая и светлая! Уверенность посетила тишину.

Вечность приняла Марию, за свое лучшее творение. Их уверенность сейчас соприкасалась единым восприятием. Бесконечное радовалось тому, что у него есть такая функциональная губка, как Мария. – Она могла впитывать жизнь, но при необходимости легко выжимала сама себя. Становясь тишиной, как внутри, так и снаружи.

Безмолвие пропало. Оно, как обычно было лишь вспышкой света – кратковременное осознание вечности. Тишина сменилась очередным миром для познаний девушки. – Это был мир уверенности! Человеческого чувства, и космического существа движения. Этот мир представлял собой напор, не волю, которую еще нужно было растормошить и замотивировать, а чистый и мощный напор. У него не было истока, напор исходил из своей замкнутости. Но он и как все остальное, был связан с Сущем нитями света. Как сказали бы земные ученые: «Теорией струн». – всеобщего великого начала.

Мария наслаждалась своим видением. В уверенном мире не было место сомнению. Благо он был замкнут сам в себе, иначе бы он давно захватил все сущее. При этом, мир уверенности не расстраивался, его частичка была повсюду. Даже наблюдающая Мария прибывала в полной уверенности в себе, в эти моменты. Она ясно ощущала тот же самый напор всем своим существом. Даже небольшая сценка из физики разыгралась у нее в видении. Как маленькая частичка отделилась от Бога, посчитав, что она заперта в нем, как в клетке. Оказавшись наедине с собой, она решила дать себе название, и не придумав ничего нового, назвала себя – клеткой. Ирония судьбы заставила ее скучать долгую вечность, но бесконечность сжалилась и разрешила ей действовать разумно. – Она начала делиться на полушарии. И вот уже целый народ из клеток существовал по подобию Божьему. Но вскоре и этого стало мало. Клетка захотела господства над другими, не такими, как она сама. Но разделившись на атомы, а потом на электроны, в сед за ними на кварки, и на нити Всесущего, клетка осознала, что недалеко ушла от своего Бога. Она оставалась его подобием. Но Бог не знал об этих переживаниях. Он даже не видел, как клетка блуждает по бесконечности в поисках движения. И все потому, что он отказался от подобного восприятия, став тишиной! – Он и был вечность…

Мария, уверенная в своем осознании этого, была на седьмом небе от счастья. Ей очень нравился уверенный мир. То, как она перенимает его сущность внутри себя. И она балдела от небольшого представления, исходящего из этого мира – от видения деления клетки. – Божественной частицы.

Она ясно ощущала присутствие Бога, науки, вселенной, вечности, и конечно же себя – одновременно.

Мир стал озаряться невероятно пронзительным светом. Со всех мыслимых, и несуществующих сторон. Можно сказать, что свет не присутствовал, а он и был этим миром уверенности и напора. Это передавалось не только ощущениями внутри наблюдающей Марии, но и в отражении ее абстрактных глаз. – Свет сверкал, переливался, отражался, проникал – и все это было кристальными и чистыми человеческими очами. Девушка знала, что через ее видение свет пропитывает все ее существо. Это выражалось милым и добрым теплом в восприятии.

– Мне знакомо это нежное тепло! – Сказала сама себе Мария. – И я думаю… Нет, я уверена, что это тепло исходит от моей истинной сущности, – от моих друзей! Именно в них выражаюсь я, а они во мне.

Чувство уверенности не обмануло девушку. Мир напора и нескончаемой воли посетили Вадим и Ваби-Манидо.

– Очень скоротечно Вы нас покинули, – улыбаясь сказал Вадим.

– Нам пришлось Вас искать. – Поддержал шаман.

– И как Вы меня нашли? – Спросила Мария, не вкладывая в вопрос смысл получения ответа.

– Мы и есть Вы! – Сказал шаман, и наступила тишина.

Мария, а вернее ее наблюдающее сознание стало безмолвным. И не то, чтобы оно вновь очутилось в вечности, в тишине. – Сознание испытало личную и глубинную тишину, не испытывая тишину вокруг.

– Неужели Вадим и Ваби-Манидо – лишь моя фантазия? – Проходила информация внутри сознания девушки.

Этот вопрос звучал не как обычно, исходя из разума. Он слышался из вечности, и Мария ощущала эту вечность, имея осознание, что она и есть вечность.

После этого озарения вопрос отпал сам собой.

– Будьте в себе увереннее! – зазвучало внутри сознания Марии, будто голосом шамана, исходящего сквозь ювелира от самой вечности.

Девушка взрывалась, как шар информационного потока, испускаемого из высших материй Всесущего. Ее насквозь пронизывало осознание того, что она является всем. – Вадимом, шаманом, вечностью, собой и миром уверенности.

– Я уверена! – Произнесла она.

– Правильно, – Прозвучал голос, переплетенный голосами шамана и ювелира, с нечто большим, – только так ты сможешь вершить свою реальность. И в этой реальности ты будешь выбирать, иметь таких друзей, как мы, или же быть нами, или же жить только осознавая фантазии, либо воспринимать реальность за фантазию и наоборот…

Голос много еще что говорил. Но все это было лишь продолжением сказанного. Целая цепочка понятий и смысловых путаниц тянулась от неизвестного источника, через Марию, и куда-то вдаль.

Мир уверенности завибрировал. Он трясся, как промокшее и замершее существо. Что-то неведомое происходило с ним, будто он распадался на атомы. Это была некая показательная сцена того, что случается с сущностью, которая теряет уверенность.

Девушка поблагодарила мир за этот поучительный спектакль своим укрепившимся чувством. Она еще больше стала уверенна в себе. Причем она осознавала, что испытывает это ощущение не только она – наблюдающая – сознание, но и ее земное тело, с его разумными мыслями.

Вадим и Ваби-Манидо поддержали ее, закрепив свое восприятие уверенности. Они переплели все три сознания в одно общее. Вечность порождала это трио, и в то же время, это трио порождало вечность. И все это закреплялось уверенностью.

– Как Вам наше путешествие? – Спросил шаман.

– Это что-то новенькое и очень утвердительное! – Ответила Мария.

– Так для этого все и делается! – Поддержал их беседу Вадим. – Мы вершим фантастику, которая является реальностью. Мы здесь, внутри своей медитации, внутри и снаружи тишины. И мы в наших телах. Там, и здесь одновременно…

– Разве это может сравниться с покупкой нового авто? – С хитринкой спросил шаман. – Или с получением новой должности, или с обретением всего золота привычного мира?

– Конечно нет! – Уверенно ответила Мария. – Сравнится не может! Но любое проявление вечности – есть чудо, будь то золото, или же путешествие по мирам. Главное воспринимать с удовольствием!

– Вот почему Вы так ценны для нас! – Сказали хором шаман и ювелир! – Ваша уверенность будет дополнять нас, когда мы будем отходить от нее…

Мир уверенности начал укреплять свои позиции. Его структура из мягкого и нежного, стала превращаться в более жесткое и утвердительное. Причем нежность и доброе видение не утратили свои свойства. Мария понимала, что все это соотношение плотности и ласки было в большей степени фантазией, которая исходила из своих личных переживаний. И мир напористого чувства лишь вторил этому восприятию.

Девушка с любопытством наблюдала не только за переменами мира, ей была также очень любопытна реакция друзей. Обычно они вели себя во всех путешествиях по восприятию, как всезнающие и мудрые учителя. Но здесь, и они терялись от того великолепия, что творилось вокруг.

Небо постоянно разукрашивалось разными цветами и орнаментами. Будто оно не предназначено для чьей-то фантазии. Например, как небо земли, где взгляд человека рождал глубокое вдохновение, – полет для творчества. Ведь, как известно, чистое пространство всегда позволяет додумывать то, чего пока нет. Здесь же небо постоянно менялось. Это был некий проектор высшего произведения искусства. И все, что оставалось делать, это только наблюдать. Ничего очень необычного не было, люди привыкли лицезреть чужое творчество, например – фильмы, но в этом небе был очень весомый нюанс – рисунки были бесконечны в своей разности. Они не старались вызвать попсовость для постоянного зрителя, они совершенно не читались, так как не имели смысла. Но их красота завораживала.

– Это чудо какое-то! – Восхищалась Мария.

– Ооооо! – Что-то непонятное звучало со стороны Вадима.

– Даже не верится, что это возможно! – Сказал протяжно шаман.

Мария понимала, что эти мужчины большие ловкачи на трюки по выражению чувств. Но на этот раз, это мастерство не читалось в них. Словно они действительно провалились в очарование этим миром.

– Первый раз вижу, как вы засыпаете в чьей-то реальности. – Сказала изумленная девушка. – Вы словно отсутствуете, и вас контролирует чья-то информация…

Они оба повернулись и улыбнулись.

– Нет! Не может быть! – Как капризный ребенок запищала Мария. – А я поверила, что вы на самом деле стали обычными людьми, без высшего и бдительного осознания.

– Дорогая Мария, – сказал шаман, – запомните раз, и навсегда! – Если Вы захотите, Вы осознаете, что Вы прозрели, и это будет вечно. Если Вы захотите, то Вы заснете, в любой момент. Будите жить. Умрете. Полюбите или возненавидите…

Он не стал дальше продолжать, так как все понимали, что любая речь может продолжаться вечно.

Изменения происходили не только в мире уверенности. В мастерской, в привычном мире, где находились их тела, все переливалось светом. Только он уже не был похож на солнечный, как прежде. Он имел невероятный и многообразный спектр. Причем, каждый отдельный пучок света постоянно менял оттенки, как в разноцветной неоновой лампе. И в этом пучке находился еще отдельный в своей основе цвет, – будто внутри неона проходил лазерный луч. И каждая нить, будь она неоновая, или лазерная, еще делилась на разные оттенки внутри себя, делясь на разноцветные сектора. Такая игра цвета могла бы взорвать любой человеческий мозг, только в данный момент все это великолепие наблюдал лишь высший разум. Люди же находились в своих неподвижных позах, и помогали беспрепятственно путешествовать сознанию. – Тела были орбитальной станцией, а внутреннее Я – наблюдатель, космонавтом в открытом космосе.

Мастерская была наполнена неповторимо теплой и страстной обстановкой. Не из-за человеческого отношения, а более высшего проявления чувств. Словно высшая энергия из мира уверенности входила в наблюдателей, проходила через их земные тела, и выливалась в помещение, где находился источник медитации.

В какой-то момент оба мира, и привычный, и мир уверенности объединились в своем осознании единого пространства. – Они стали дополнять друг друга. Будто один мир накладывался прозрачной картинкой на другой.

Когда восприятие Марии концентрировалось на мастерской, то помещение наполнялось фантомами из мира уверенности. Это были практически прозрачные, но цветные узоры и очертания. И не смотря на свою размытость, в материальном мире они выглядели уверенно твердо. Причем, структура самой мастерской стала более насыщенной, словно старый монитор сменили на более современный, с пометкой – более реалистичный. Краски стали сочнее, мерности измерения дополнились новыми функциями, а привычное восприятие сменилось на намерение прямого действия. Различия между темным и светлым исчезли. – Читалась не только противоположность, но и углубление оного и того же. Помимо аналитического мышления появилась функция обратного анализа, – созидание лишь вспышкой озарения, без воспоминаний. Каждая отдельная составляющая мастерской имела личное намерение творить, без надобности наблюдателей. Теперь эта комната сама по себе являлась наблюдателем внутри себя. Словно живая сущность, она восхищала сама себя, и девушку, которая пыталась одновременно следить за шедеврами комнаты, и своими личными, – она прикладывала и свое творческое намерение. Менялось все, стены, потолок, пол, тела людей, внутреннее убранство – все дополнялось, и в то же время распадалось. И это не выглядело, как хаос. Здесь присутствовал и разум привычного мира, и более высшее восприятие, сознание, и конечно же вдохновение. Уверенность порождала в привычном мире напор в самостоятельном творчестве.

Когда же восприятие Марии концентрировалось на мире уверенности, то на его сущность накладывалась структура трехмерного мира. Это выглядело более забавно, чем в предыдущем варианте. Мир уверенности, где созидание творческим напором меняло все постоянно, не переставая восхищать, неохотно впускал земные законы. И материя, как бедный родственник ютилась, как бы рядышком. Словно специально созданный 3D кинотеатр для обывателей, которые никогда не поймут, что все и есть виртуальная реальность – полет энергии. Но это продолжалось не долго. Как и все, что выходит из вечности, имея одну основу, рано или поздно объединяется, проводя цикл соединения и дробления постоянно. Поэтому забавное видение сменилось на шедевральное упоение. – Материя своей грубостью внесла твердые очертания в постоянно сменяющийся напор. Мир уверенности дышал свежим воздухом – сладкой ленью бытия. Мария даже отметила свое новое состояние, после каждого творения: смена цвета, основы, структуры, сущности, хотелось просто созерцать. И мир уверенности испытывал такие же ощущения.

– Что Вы думаете об этом? – Спросил наблюдающий шаман.

– Это что-то новенькое! – Ответила наблюдающая Мария. – Я еще ни разу не погружалась, так глубоко, чтобы воспринимать несколько миров сразу, причем ощущать их материально.

Восторг и уверенность Марии плескались через край. Это было видно по энергии, которой она была переполнена, и по тому, что эта мощь искрила, даже издавая реальные звуки.

Наблюдающий Вадим при этом отсутствовал. Он экспериментировал с наложениями одного мира на другой, это творчество зомбировало его так сильно, что он не воспринимал Ваби-Манидо и Марию вообще. Они это прекрасно понимали, и старались не мешать ребенку играться с новыми игрушками.

– И вдвойне приятно наблюдать Вадима! – Дополнила девушка. – Он сегодня на редкость изумителен в своем наивном состоянии. Пусть нас всех охватывает чувство уверенности, и мы его заново познаем, но Вадим при этом умудряется быть уверенным в себе создателем и творцом, и в тоже время наивным и маленьким наблюдателем, которому дали собирать новые и безумно интересные пазлы.

– Поверьте! – Сказал шаман. – Даже вечность любит быть наивной и впитывающей малюткой! Восприятие переменчиво неизменно.

Это неразумное несоответствие не смутило Марию, наоборот, она ясно осознала этот красивый термин.

Мария испытала новое уверенное удивление – теперь она одновременно накладывала миры друг на друга, концентрируя восприятие и там, и там. Без здесь! Больше не велась параллель между ними, миры сотворяли друг друга, разрешая наблюдающим помогать им. Девушка тут же вспомнила один из разговоров со своей хорошей подругой, где та говорила про волшебников. Мол, она верит, что они существуют, но в ином измерении. Теперь Мария знала, что они действительно существуют, но не только в другом измерении, а везде…

Картинки двух реальностей начали разъединяться. Мир уверенности и привычный мир остановили свое наложение. Теперь все воспринималось разрозненно.

– Нам пора закругляться! – Сказал шаман.

– Выходить из медитации? – Спросила Мария.

– Мы давно уже не в медитации, – ответил Ваби-Манидо, – моменты тишины и пустоты – вот была наша медитация. А сейчас действует полет фантазии.

– Но ведь все так реально! – Запротестовала девушка.

– Под словом фантазия, – сказал шаман, – я скрываю смысл вдохновения. Но то, что это реально, сомнений нет никаких.

Они испытывали настолько сильное чувство уверенности, что Мария согласилась с шаманом, – пора покидать этот полет души. Познанное чувство больше не нуждалось в таких примерах, как мир уверенности. Теперь эта эмоция легко читалась и разумно, и осознанно.

– А как же Вадим? – Спросила Мария. – Он вроде не собирается обратно…

Ювелир по-прежнему находился в конструктивной реальности. Он, как воодушевленный художник возился с миром уверенности, не замечая, что функциональность творения потеряна. – Он уже не созидал, а только наблюдал, что говорило о конце путешествии.

Невероятно мощный напор силы начал в буквальном смысле выталкивать наблюдающих из мира уверенности.

– Вадим просто-напросто наслаждается. – Сказал шаман. – Но он тут же последует за нами, уж поверьте.

Марии даже не пришлось обдумать это, она была уверена, что сказанное правда.

– Мы настолько хорошо узнали Ваше новое чувство, – продолжил Ваби-Манидо, что его теперь легко перенести с собой в привычный мир. Теперь уверенность вечна.

Видение начало рябить. Исчезать и появляться вновь. Все стало похоже на экран телевизора, где пропал сигнал от антенны. Черные и белые частицы заполняли все восприятие. Вибрация била со всех сторон. Даже тела в мастерской испытывали легкую дрожь.

– Бурное возвращение, после такого мягкого вхождения, – подумала Мария.

Она понимала, что подобное представление реальностей несет в себе неограниченную энергию, и именно поэтому этот мощный заряд таким образом будоражил обратную дорогу домой. Вибрация не мешала, не создавала дискомфорт. Наоборот, она вызывала приятные и уверенные ощущения.

Внезапно все стихло.

Безмолвие, пустота…

Наблюдающие вновь достигли пика медитации.

После чего, Мария увидела, как в мастерской открыл глаза шаман, вслед за ним ювелир.

– Значит и мне пора, – подумала девушка.

Перед полным возвращением Мария смогла понаблюдать еще за одним подарком медитации, – она, наблюдающая, увидела, как ее тело в мастерской открывает глаза. И в один миг ее видение могло лицезреть и реальный мир, и мир, где она могла наблюдать за своей земной жизнью…

– С возвращением! – С улыбкой на лице сказал шаман.

– С прибытием! – Поддержал довольный ювелир.

– Путешествие, так путешествие! – Восхищалась Мария.

От переполняющих чувств они смеялись и плакали одновременно, как ребенок, который еще не умеет пользоваться своими эмоциями.

– Я уверена! – Сказала Мария. – Теперь я во всем уверена!

– Вы уверены? – Шутливо спросил Ваби-Манидо.

– Я уверена в своей уверенности, – ответила девушка, – и даже в вашей с Вадимом!

Они расхохотались и обнялись.

А мастерская словно до сих пор была наполнена миром уверенности. Его вдохновением, напором и бесконечным творчеством.

– Я уверена! – Раздалось эхо Марии с опозданием…


УМИЛЕНИЕ.


Новое утро!

Яркое солнце нежно прокралось сквозь щель между двух плотных штор. Оно приятно ласкало и приветствовало. Мария умилялась, лежа в постели. Мягкое одеяло щекотало тело. Сон, который приснился ночью, оставил красочное впечатление. Он не изображал чего-то запредельного, а просто раскрывал привычные будни в семье. Но это было настолько приятно и очаровательно, что девушка еле слышно мурлыкала.

Рядом, тихонько посапывая, спал муж. Обычно он вставал раньше всех. Но видимо и ему снилось что-то изумительное. Фред загадочно улыбался сквозь сон. Его лицо светилось от счастья. И это выглядело более грандиозно из-за лучей солнца, которые озорничали на его закрытых веках.

Мария не хотела его будить, поэтому она беззвучно лежала рядышком и смотрела на своего любимого с такой искренней страстью, с какой способно наблюдать лишь Божественное существо. Девушка всеми своими фибрами ощущала умиление.

– Как же я счастлива! – Думала она.

Мария не вспоминала предыдущее путешествие по медитативному миру. Они разошлись очень быстро, получив от странствия все чего хотели. После познания уверенности, все трое испытали истинное умиление, это открыло новую главу в их дружбе.

Единственное, о чем девушка думала в это прекрасное утро, о своей семье.

– Как хорошо, что они у меня есть! – Шептала умиленная Мария. – Как хорошо, что я – это я!

День выдался бурный. Вся семья решила отправиться в небольшое путешествие. Своим ходом, по соседним областям. Они так давно не проводили вместе время за пределами дома, что и позабыли, как это делается. Да еще и Петр купил большую семейную машину, где могло поместиться отделение солдат. Так и было решено! – семейное путешествие.

Все находились в приподнятом настроении. Сборы настолько увлекали всех членов семьи, что шум в доме стоял неимоверный. Радостные вскрики и веселый смех сотрясали стены. Мария внешне была похожа на забавного ребенка, который постоянно смеялся, но внутри она питала тихое умиление. Но не из-за того, что это чувство было на очереди в познании, а из-за искренней нежности ко всему происходящему.

Этот день был посвящен только сборам и походу по магазинам. Словно они собирались на курорт. Было решено, что во время всего путешествия они не будут отвлекаться на сувениры и покупки. А окунуться с головой и полностью в обаяние взгляда. Их главной задачей в дороге будет – лицезреть мир. Воспринимать его таким, какой он есть. Конечно же не занимая разум бытом. Мелкие перекусы своими силами, а искушение было решено утолять в барах и ресторанах. Мария забыла на время свои тараканы с питанием, так как не все члены семьи питали слабость к поглощению энергии. А ей, ну уж очень хотелось быть со всеми на равных. Тем более, что она теперь знала, что пища, как и многое материальное воплощение – это лишь удовольствие, а не способ существовать.

– Дорогая! – Внезапно обратился муж в одном из магазинов. – Я знаю, что вы с Петром путешествовали по загадочным мирам, вместе с вашими новыми друзьями. Он так животрепещуще описал мне эти погружения, что я тоже захотел испытать подобное. Тем более, мы одна семья! И я не хочу отделяться от вас!

Фред ласково улыбался, он словно испытывал то же умиление, что и Мария.

– Конечно же родной! – Ответила девушка. – Это все равно бы когда-нибудь случилось. Все нужно попробовать в этой жизни, раз она дает это. Человек начинает стареть лишь из-за того, что ему все становится пресным и привычным. Но если верить в фантастику, и следовать ей, то можно быть юным и счастливым вечно!

Умиленные супруги обнялись. К ним подошли дети и внуки, поддержав своими объятиями. Они радостно смеялись и целовались. Посетители магазина испытывали то же умиление, что и семья. Ведь они смотрелись, как эталон вселенского счастья.

Следующее утро началось так рано, что реальность спутала время суток. Даже Мария удивилась, как внезапно они оказались в машине, летящей по трассе. Утренний туалет, процесс надевания одежды, посадка в авто, просто-напросто вылетели из памяти.

– Наш мозг, – подумала Мария, очнувшись в машине, – действительно, как кишка, – извилистая трубка для прохождения того, что просто должно пройти… Мысли – пища…

В ее голове возникла картинка, которая раскрывала визуальное сходство этих двух «кусков мяса». Прежняя Мария бы ужаснулась от такой картинки, и от странных мыслей. Но сейчас она сидела в машине с семьей, улыбалась им, отвечала на их шутки, а внутри прокручивала кадры сравнения мозга и кишки. – Это умиляло ее.

– Как же это здорово освобождаться из человеческой тюрьмы, – думала Мария, – Наконец-то я могу просто фантазировать внутри, оставляя привычное состояние для окружающих. И мое умиление не от того, что я испытываю радость от отвратительного, не выдавая его людям. А из-за нелепости человеческого осмысления. – Теперь я могу смеяться над чем угодно, зная, что все это лишь рисунки воображения, даже моя плоть…

Девушка не вкладывала глубокого смысла в эти мысли. Она иронично разговаривала сама с собой. Теперь в ее арсенале было оружие – она в любой момент могла остановить любые мысли тишиной и безмолвием, даже самые мощные и разрушительные.

– Как приятно испытывать этот бесконечный внутренний свет! – Продолжала думать Мария. – Теперь понятно, почему любая реальность только здесь и сейчас! – Каждый находится в том восприятии, в каком ему комфортно. И никогда не доказать одну правду, если внутри другая.

Одна часть Марии ясно осознавала эти путанные мысли, а другая смотрела на них с ухмылкой, понимая, что это всего лишь мысли – продукт пищеварения…

Погода была слегка пасмурной, но это нисколько не портило настроение семье. Они уже привыкли к тому, что можно просто быть. И радоваться этому! Ведь любая погода может быть многогранной на совершенно разные эмоции. Все зависит от того, насколько далеко уходит мысль от первоисточника – тишины.

Серое небо дополняло серый асфальт, по которому они ехали. Они словно сливались в едином начале. И это раскрывалось не только цветом, а уплывающей дымкой горизонта, – дорога и небо сливались, не имея разрыва.

При этом солнце не исчезло из реальности. Оно рисовало святой ореол с той стороны туч. А с этой стороны этот шедевр смотрелся поистине грандиозно. Мария умилительно наблюдала за тем, как Всесущее творит. Она вспомнила вчерашнюю встречу с одной девушкой в магазине, которая в один момент словно стала заговоренной. – Она ни с того, ни с сего начала повторять о бесконечном творении, где никогда не отыщешь источник, если его не искать… Ведь икона оживает только тогда, когда на нее смотришь…

– Очень комфортабельная и красивая машина! – Похвалила сына Мария, спохватившись, что уходит в ненужные мысли с головой, – Очень большая, удобная, и как раз вмещает всю нашу большую семью.

Все тут же подхватили эту тему. Обсуждение оказалось очень живым и бурным. Мария вновь испытала новый толчок умиления, – ей было невероятно приятно осознавать, что она легко переключается со своих тараканов в голове, на обыденные и простые обсуждения, те, что так привычны этому материальному миру. Ведь совсем недавно она страдала от одной только мысли, что Бог на земле – это деньги. А теперь над этим можно было по-доброму посмеяться… – Какой бы ни был Бог, но, если он связывает людей, значит он заботливый и настоящий! А уж какие мысли на этот счет посещают этих самых людей – это их личное дело.

Деревья за окном пробегали, не останавливаясь. И на каждой красивой полянке Мария думала, что как бы было хорошо сейчас остановиться на ней и просто посидеть, посозерцать. Конечно же она знала, что это лишь человеческая надобность – что-то заполучить. Ведь окажись она на этой полянке, подобное сильное желание исчезло бы очень быстро. Но именно сейчас так прелестно и умилительно думать о каждой полянке, желая ее, и мечтая о каждой. При этом полянки не кончались, они бесконечной вереницей становились все изящнее и красивее. Словно Мария все больше и больше разгоняет свое восприятие…

Первый ночлег было решено провести в небольшой деревне. По случайности, заехав в селение, семья решила набрать колодезной воды, и познакомилась с очень милой старушкой, которая сама предложила им переночевать.

– Куда путь держите? – Спросила пожилая женщина, после знакомства.

– Мы решили немного попутешествовать в кругу семьи, – ответила Мария, – Объехать близлежащие города и деревеньки. Посмотреть на красоту нашей матушки земли.

– Хорошее дело! – Сказала старушка. – Только вот уже поздно, а до следующей деревни прилично ехать, пол ночи прокатаетесь. А отдыхать необходимо.

– Да мы и хотели такого рода приключения, – улыбаясь, сказала Мария, – внезапность и выход из зоны комфорта. А ночь не страшна, мы можем и по очереди за рулем сидеть.

– Я не то, чтобы беспокоюсь, – не успокаивалась старушка, – вы люди взрослые, но мне очень хочется показать свое гостеприимство. Не знаю почему, может быть из-за того, что я совсем одна живу, и компания мне только на пользу. А может быть – это обычная интуиция – зов сердца…

Старушка выглядела такой милой, когда предлагала свою помощь, что семья не стала долго упираться, и в полнейшем умилении от ее доброты, согласилась на ночлег.

Деревня действительно оказалась очень маленькой, домов семь от силы. Перед тем, как зайти в дом, семья решила прогуляться по окрестностям. Домики все были ветхими, но обслуженными. А один дом отличался от всех остальных, он практически блестел своей новизной. Старушка объяснила, что этот дом принадлежит одному молодому человеку, который перебрался сюда из города, в совершенном одиночестве. Он никогда не распространялся, кто такой, и чем занимается, поэтому о нем знали только то, что он очень отзывчивый молодой человек. Именно он помогал всей деревне в обслуживании домов, заборчик поправить, крышу, и прочую необходимость. За это жители его очень любили, и уважали его скрытность в отношении своей личности, не задавая лишних вопросов. Вся же остальная деревня – это были люди пенсионного возраста.

Этот рассказ о любви практически незнакомых людей обволакивал еще большим умилением восприятие Марии. Это же очаровательное настроение передавалось всей семье. В этом путешествии они были единым организмом, с единой душой и разумом.

Несмотря на свой преклонный возраст, все жители деревни оказались очень бодрыми и веселыми людьми. Именно поэтому многое по хозяйству они делали сами. И деревня выглядела очень ухоженной. Подстриженная травка, цветущие сады, красивый подход к озеру. Растительность этого места изумленно умиляла. Все цвело и издавало сладкий аромат. Природное озеро, как декоративный пруд, было изящно. Оно словно имело очистительную систему. Даже кувшинки и камыши выглядели аккуратно красиво. А постоянно квакающие лягушки, дополняли картину умиления. Эти просторы великолепия смотрелись, и как что-то красочно искусственное, и как дикое и выразительное.

Экскурсия по деревне напомнила Марии ее виртуальные путешествия – медитацию, сновидения. Она не могла найти в них никакой разницы. Восприятие действовало одинаково, что на уровне материального путешествия, что за гранью фантазии. Это еще раз подтверждало иллюзорность всего. Не в смысле, что все иллюзорно, и ничего не существует. А в том смысле, что иллюзорно именно то, что можно не считать своей реальностью.

– Каждый создает свой мир! – С умилением думала Мария, когда прогуливалась по деревне. – Естественно, сейчас это связанно с привычным миром, так как я единое целое с человеческим разумом, – города, деревни, планеты, галактика, вселенная… Но это всегда можно изменить, дополняя фантазией, – того, что уже существует в безбрежной вечности. И я совершенно сейчас не хочу думать о своих привязках к привычному миру. К своей семье. И к чувству – любовь… Пока, я просто хочу всем этим наслаждаться! А дальше, будет дальше…

Чувство умиления отдавалось сполна. Оно окружало девушку и внутри, и снаружи. Оно и являлось Марией! Теперь она могла осознавать, что любое чувство вытекает из любого другого чувства, независимо от того, как к нему относится человек. Именно поэтому «положительные» человеческие чувства так приятно сейчас обихаживали девушку. Показывая, что будет так, как она захочет. И для того, чтобы быть счастливой, здоровой и любящей, не обязательно что-то или кто-то… Для этого всего-то нужно быть счастливой, здоровой и любящей!!!

После того, как они обошли всю деревню, вдоль и поперек, вместе с лесным массивом вокруг селения, было решено вернуться в дом гостеприимной старушки. Когда они возвратились, та стояла в калитке, широко улыбаясь и встречая, словно самых дорогих гостей. Бабушка переоделась по такому случаю, и выглядела, словно древнерусская красавица, что собралась на праздник деревни.

Дворик был небольшой, но очень аккуратный на вид. Здесь находился свой личный колодец, из резных досок и старинного ведра. Два сарая, один с утварью, другой с домашними животными. Набор был стандартным, пару коз, куры с петухом и одна корова. Но эти животные отличались неким изяществом. Их внешний вид был на высоте, словно они снимались в художественном фильме. Мария не просто умилялась, но и сильно удивлялась, сколько же внимания и заботы необходимо, чтобы содержать двор в таком порядке.

При пристальном рассмотрении старушки Мария заметила, что в новом одеянии та выглядела лет на тридцать моложе. Бабушка просто-напросто трансформировалась в женщину, не имея больше и следа от старины. Ее движения стали более бойкими и точными. Речь лилась ровно и звонко. А все, к чему она прикасалась, тут же становилось умелой работой. Семья даже не успела проследить, как стол во дворе был накрыт, а животные загнаны в сарай. При этом бывшая старушка сияла от радости и горела алым румянцем.

– Милая у вас семья, – сказала бабушка, когда они сели за стол, – Я просто умиляюсь, глядя на вас.

Старушка будто бы подмигнула, кинув хитрый взгляд в сторону Марии. Девушка подумала, что ее разум разыгрался не на шутку, показывая, что старушка что-то знает… Или же она и впрямь чувствует мое состояние познания себя, – думала Мария.

– Спасибо Вам большое! – Ответила на комплимент девушка.

Все тут же начали нахваливать старушку. Хором выкрикивая, какой у нее замечательный дом вместе с хозяйством.

– Как же Вам удается поддерживать двор в таком порядке? – Спросил сын Петр. – Не во всех городских квартирах, причем у молодых семей, встретишь такую чистоту.

Старушка разрумянилась еще больше. Ей стали очень приятны подобные комплименты.

– Не вся та реальность, которую мы привыкли видеть, может быть вокруг, где нас нет! – Ответила странным, и более молодым голосом бабушка.

Теперь она и впрямь стала молодой женщиной. Это немного удивило семью, всех, кроме Марии. Девушка уже не удивлялась таким фокусам природы. Она лишь умилялась, глядя на хозяйку дома.

– Не думайте, моя дорогая, что Вы такая одна, кто ищет себя! – Продолжила бабушка. – Это мир иллюзий, где все создано по подобию… Мы ступаем по пятам… Хоть тут, хоть там!

И когда мы обретаем волшебство в своей жизни, то оно становится волшебным! Ведь именно это мы от него и ждем! Но всегда продолжаем сильно удивляться, словно не этого ожидали. Да это, и прекрасно!

Хозяйка рассмеялась так звонко, что все заразились этим смехом, подхватив его ритм и задор.

– Иногда, – продолжила бабушка, – становится тяжело остановится. Ведь вечность непредсказуема на обороты. И сказка начинает заменять реальность. После чего мы стараемся найти твердую почву, как раньше. – Хоть что-то знакомое и материальное. Кому-то это получается, и все вертится по кругу. А кому-то нет… Они так и растворяются в неизведанной и новой реальности, забывая прежнюю. Ну а в прежней… Ту можно пожелать, как хочешь. Человек просто исчезает, или же бывают разные варианты…

Все настолько пристально ее слушали, что казалось, даже животные затихли, впитывая интересную информацию.

– Главное жить! – Продолжила хозяйка. – Придумывать себе радости и печали. Находить силы, которые и так бесконечно заложены в любом существе. Питать интересами разум, чтобы он не скучал и не просился на постоянный покой. С любовью относится к любому своему делу. Заниматься им от души, а не по чьему-нибудь указанию. Не из-под палки!

Все дело в том, что мы устаем даже от того века, который нам выделен, и который мы считаем слишком коротким. А на самом деле, озарение, просветление – увидев бесконечность, хотя бы раз, пусть даже не осмыслив это, мы начинаем терять интерес к жизни. Ведь любая вспышка осознания говорит: «Что там больше ничего нового нет! И нужно фантазировать любовь к жизни самому, как любому, кто решил обрести внутри Бога!»

Мария не заметила, как погрузилась в некий транс. Видение смыло привычность. Перед глазами был только свет, и женщина, которая говорила. Она, словно выливалась из света, потом обратно, затем свет выходил из нее, входя обратно. Это длилось бесконечно, пока свет и женщина не слились воедино.

На горизонте появилось умиление. Чувство, которое приняло человеческий облик. Это был настоящий человек из плоти. Но Мария точно знала, что это ее чувство. Она также знала, что это чувство всеобъемлющее и непостижимое.

Человек подошёл к девушке. Во всяком случае, она так это воспринимала. Мария не растерялась и тут же задала вопрос:

– Ты действительно умиление?

– Конечно! – Ответил человек.

– Но, как такое возможно? – Спросила Мария.

– Все возможно, также, как невозможно ничего. – Ответило чувство.

Мария осознала, что спрашивать бесполезно, так как она услышит лишь путы ума. Того ума, что является общим, с его пространством и временем. Девушка решила пользоваться только разумом. – Своим единичным умом, – спонтанностью и наблюдением.

– Почему я вижу тебя непознаваемым? – Спросила Мария, как только почувствовала, что вопрос идет из сердца, и имеет осознанный ответ. – Ведь все остальные чувства я познала, причем они, можно сказать, легко познаваемы. А именно ты, кажешься необъятным, непознаваемым и всеобъемлющим…

– Все правильно! – Ответил человек, образ которого исполняло чувство умиления. – Чтобы вкушать бесконечность, и радоваться ей, всегда нужно фантазировать. И находить что-то новенькое… Именно я пришло к тебе, чтобы поведать – все, что познается, является непознанным, и непознаваемым. Либо вечность станет стара и ненова, утратив сущность бесконечности. Это нужно осознать, ум этого не поймет. Лишь твой разум: Раз, ум, – вспышка осознания, достойны это познать! И каждую подобную вспышку – свет, осознание, просветление, познание, тишину, медитацию, – называй, как хочешь, можно проживать снова, и снова, и снова…

Именно поэтому, здесь и сейчас есть все, ровным счетом, как и ничего. Ты, лишь то, за что ты цепляешься в этой бесконечности. И я – умиление, даю тебе шанс осознать новое, что познанное можно обнулить, если не можешь придумать ничего нового, цепляясь за привычный мир. Вот почему ты познаешь то, что всегда было в тебе познанным…

Мария стояла и по ее щекам текли слезы. Она совершенно не думала о том, что недавно сидела с семьей за столом, слушая умные вещи. Но сейчас, когда она оказалась в очередной вспышке высшего осознания, все предыдущее стало тленным.

Девушка ясно осознавала, что способна идти путем познания бесконечно, даже находясь в основе своего трехмерного мира, где четвертым измерением является время. Движущимся или неподвижным, – все зависит от личного восприятия и намерения быть!

Вспышка. Еще… Еще…

Девушка очнулась.

Она по-прежнему сидела за столом. Рядом с семьей.

– Вот Вам и ответ! – Сказала бабушка, вернув себе прежний старческий вид. – Не стоит понимать умом. Иногда можно просто помолчать и понаблюдать. Вечность сама покажет, как можно жить любя, – бесконечно!

Вот, почему, мы то старые, то молодые, то веселые, то грустные, то больные, то здоровые… То бессмертные, то смертные… Все зависит от того, устаем ли мы находиться в том, что является вечностью. А осознание ее – это, либо постоянно новое…, либо – уже надоевшее…

Тишина… Фантазия… Тишина…

Либо фантазия… привычное… Смерть…

Мария не испугалась последних слов. Смерть не звучала, как что-то страшное. Она лишь служила подсказкой к тому, что можно умиляться вечно! Заново, и всеобъемлюще!


БЛАЖЕНСТВО.


Еле уловимый аромат дымка. Кромешная тьма деревенской ночи. Приятное тепло от русской печки. Мягкие и многослойные перины с подушками. Нежные пуховые одеяла.

Блаженство…

Мария практически засыпала, не стараясь, быстро погружаться в сон. Ей хотелось еще немного насладиться тем блаженным уютом, которым был пропитан весь дом. И не то, чтобы девушка вспомнила далеко забытые переживания из детства, где она гостила в деревни. Нет. Это были совершенно новые и грандиозные чувства, которые объединяло одно, и очень волшебное – блаженство.

Девушка чувствовала все. Она даже понимала, что этот путь заканчивается, после которого начнется новый. И это читалось в том, что она снова испытывает наслаждение от простого и обыденного. Не входя, даже, в заоблачные погружения. И этот скромный, но безумно комфортный деревенский домик способствовал этим ощущениям.

– Я теперь постоянно испытываю счастье, любовь и добро! – Подумала Мария. – Реальность или сновидение, семья или эта деревня, это лишь мои человеческие привязки для радости и тепла. На самом же деле, я научилась испытывать любое чувство, как и когда захочу, причем просто так!

Окошко было приоткрыто, поэтому две таинственные атмосферы соединялись в один теплый и ароматный воздух. С улицы дул приятный цветочный ветерок. Он перемешивался с гостеприимным воздухом дома. И они кружились в едином порыве тихой страсти, настолько тихой, что ее было не слышно, но чувствовалась она ясно и гармонично. Пряный аромат цветов, что доносился из окна, был настолько многоликим, что невозможно было уловить, какие это цветы. И эта симфония разноцвета не путала мысли, наоборот, она восхищала, оставляя лишь блаженство восприятия.

Ну, как же без сверчка. Того, кто пробуждает любые человеческие сердца. Того, кто ублажает любой ночной слух. Как по заказу, их было огромное множество. Но особенно выделялся один, самый звонкий и пылающий голос. Он будто бы знал, что именно сейчас его слушает самая таинственная девушка на свете. И его песня постоянно дополнялась новыми и упоительными переливами.

Когда ветерок усиливался, шторы покачивались, и полнейшая темнота комнаты разбавлялась светом от луны. Эта чаровница скромно улыбалась своим сиянием. Блистала и притягивала к себе. Это смотрелось загадочно из-за редкого появления, ветерок не баловал частыми всплесками. Но так было даже лучше, ожидание света делало его более желанным и красивым. Даже муха, которая застряла между оконными стеклами билась в экстазе, когда луна показывалась в комнате, та тут же начинала радостно жужжать.

Даже слабый аромат дымка из печки не душил своей навязчивостью. Он скромно и изредка попадал в поле деятельности обоняния. И складывалось впечатление, что дым исходит от ароматической свечи, а не из приоткрытой заслонки. Он походил на удивительное переплетение запахов иланг иланг, и как не странно шашлыка.

Печка грела невероятно чутко. Это не было обычное тепло, оно проникало во все мыслимые и немыслимые телесные и разумные ощущения. Тот случай, когда внутри организма складывается сбалансированное восприятие.

– Боже! Какое блаженство! – Повторяла про себя постоянно Мария.

Она вначале потянулась, вытягивая все тело, при этом, испытывая сильную любовь к этому месту. А затем свернулась в позу эмбриона, подоткнув со всех сторон одеяло, и в милом блаженстве уснула. Она не погрузилась в сновидение. Не перенеслась в другой мир. Мария просто-напросто уснула обычным, но очаровательно сладким человеческим сном. Ветерок утих, исчезла луна, успокоилась муха, замолчали сверчки, и наступило тихое блаженство.

Новый день. Яркое солнце. Семья проспала так долго, насколько позволил расслабленный организм. Вся живность за окном давно слагала свои песни. Они переливались разными очаровательными отголосками. Птицы, животные, насекомые, слышно было всех. Даже людские голоса доносились отчетливо, в казалось совершенно глухой деревне.

Было решено отправиться на озеро. Искупаться, понежится на солнышке, раз оно так приветствует. И отправляться дальше, к местам, где должны побывать влюбленные глаза.

Оказалось, что рядом находились и озеро, и пруд. Их разделяли небольшие цветущие кусты. Озеро было прозрачным, чистым и отражало в себе солнце и голубое небо. Пруд же был более темный, заросший, но не менее великолепный. Его грациозно дополняли утки, которые дремали, качаясь на воде. Полно было квакающих лягушек. Природа ясно понимала, кому, что больше нравиться. Именно поэтому семья разместилась у озера, где можно было искупнуться. Тем более, здесь открывался чудесный вид на деревню, лес, поле, и тот же самый пруд.

Вода оказалась невероятно теплой несмотря на то, что утро недавно закончилось. Дно из нежного песка приятно щекотало пятки. Ветерок, тихонечко бегал по глади воды, даже не касаясь ее. Это ощущалось так необычно, – ветерок и полный штиль на воде. Озеро буквально переливалось, как драгоценный камень. Вода отражала каждый лучик солнца, который любознательно посетил эти воды. Будто они друг друга искали вечно, – жидкая прохлада и теплое свечение.

Блаженство…

Мария испытывала только это чувство. Хотя, она осознавала, что все остальные никуда не делись, а лишь находятся именно в этой главенствующей эмоции, по крайней мере сейчас.

Когда девушка зашла в воду, все ее тело испытало странные ощущения. Они не были похожи на обычные, – холод, жара, сырость, сухость, приятно, неприятно. Ощущения напоминали свободное падение с парашютом, но до его раскрытия. Внутри все перевернулось с ног на голову. Блаженство опять напоминало о себе. А когда Мария нырнула на глубину, то очутилась в совершенно ином мире. Будто бы это была не вода, а земная поверхность, но в состоянии невесомости. Тело давало понять, что оно абсолютно сухое, и разум принимал эти сигналы. Невесомость, а вернее отсутствие гравитации также укрепляло свои позиции осмысления. Девушка понимала, что ей дается возможность ощутить нечто волшебное в естественных условиях, имея иное восприятие.

– Почему бы и нет! – Думала Мария. – Разум все готов проглотить, когда верит. А я его уже натренировала на всякие странности для бывшего и привычного мира.

В какой-то момент она поняла, что пузыри воздуха не выходят из ее рта или носа, но она по-прежнему находится под водой и дышит. Как только она об этом подумала, тут же появилась потребность в воздухе. Но она решила проверить свое новое восприятие. Мария отпустила мысли, забыв, что находится под водой. О чудо! – Она опять ощутила себя не в воде, а на поверхности, но в невесомом состоянии. Дыхание восстановилось. Без надобности дышать. Очертания воды пропали – состояние жидкости, вокруг стало ясно, как на поверхности земли. Она даже смогла разглядеть небо. Пусть немного не похожее на земное, но его состояние было приближено к атмосфере. Даже проступала некая синева с фиолетовым оттенком.

Рядом пролетали неведомые сущности, которых Мария никогда не видела. И когда она снова начинала мыслить разумно, сущности меняли свое состояние, превращаясь в рыб. А за ними тут же пришло осмысление, что она под водой, и ей не хватает воздуха. И все по новой.

Мария вновь отпустила мысли. Но круг за кругом все подобные состояния восприятия повторялись.

– Я поняла, что нужно делать! – Подумала она про себя.

Девушка поймала внутреннее безмолвие.

Тишина.

Затем она ощутила блаженство…

И мир невесомости вернулся. Только на этот раз полностью и окончательно.

– Как же все-таки медитация помогает! – Прозвучал внутренний голос. – После тишины все возможно. Любая жизнь, любое осмысление, осознание. Любая вспышка света! Ох уж это ничто! И впрямь из него получается все!

Сборы получились быстрыми. Перед дорогой сходили в лес. Пособирали грибов и ягод. В знак благодарности хозяйке дома. Попрощались и поехали дальше.

Блаженство от воспоминаний проведенной ночи не покидало всю семью.

Дорога оказалась шумной. Все были в таком приподнятом настроении, что оно просто-напросто фонтанировало. Все вместе дружно смеялись и обменивались впечатлениями. Слова вытекали прямо из сердца, поэтому они были очень простыми и обыденными. Без лишних подсознательных речей, вычитанных из книжек.

Ближе к вечеру пошел дождь. Тучи вначале скромно собирались, топчась у порога. А затем, когда их прибыло в гости достаточно много, они также, как и люди затянули свою бурную беседу. Дождь не испортил настроение. Наоборот, стало как-то более уютно. Это тот случай, когда любовь видит только любовь. Капли красивой диагональю стекали по стеклу автомобиля. Ветер и скорость подхватывала влагу и стремительно уносила вдаль, в то место, где был пройден путь, а для кого-то он только начинался.

Серый асфальт стал черным. Он словно ожил, казалось, волнение поверхности дороги, как при сильной жаре. Да и плотный напор брызг от встречных машин поднимался так высоко, что представлял из себя продолжение пылающего и живого асфальта. Темная сущность не выглядела грозной, в ней была некая добрая красота. Постоянно движущиеся очертания напоминали изящный танец.

Блаженство…

Марию не покидало это чувство ни на секунду. Вся реальность, что была вокруг, напоминала виртуальный мир, который пытается передать свою красоту в новых нарядах восприятия. Земля, небо, все двигалось и издавало непривычные звуки. Разум позволял просмотреть на привычный мир с иной стороны. С той, которая раньше не существовала в видении семьи, но являлась существующей в видении тех, кто впускал ее. Это еще раз доказывало то, что все относительно, как и постоянно.

Первый город, в котором было решено остановиться, был выбран по случайному принципу – понравилась протяженная набережная. Именно на ней был найден отель, с шикарным видом на широкую и извилистую реку. Ее воды напоминали темный и живой асфальт, что показывал свой танец во время пути. Здесь же, река пошла дальше, она соединялась с небом без каких-либо отличий. Это была сплошная стена танца.

Отель был выполнен в старинном стиле. Вернее, его строение – это старинный дом-музей, а интерьер представлял из себя ремонт и мебель под старину. При этом он выглядел очень праздно и пестро. Словно, оформлением занимался художник с богатым внутренним миром, который именно в этом здании раскрылся максимально возможно. Номера искрили роскошью. Не в материальном плане, а в богатом восприятии. Уют и красота пленили и усиливали чувство еще сильнее.

Блаженство…

Как и всем любящим и блаженным, комната Марии подкинула еще один приятный сюрприз. Она была с камином. Красота старины, камин с потрескиванием живого огня, окно с видом реки, воссоединенной с небом, танцующим дождем, кресло, горячий чай и теплый плед. Девушка уже точно отрывалась от реальности, заменяя ее сказкой. Причем осмысление того, что это материя этого мира, не мешало находится в волшебстве.

– Как тебе наша совместная поездка? – Спросила Мария за чаем мужа.

– Это истинное блаженство! – Не задумываясь, ответил Фред.

– Мы действительно одно целое! – С любящей улыбкой, ласково прошептала Мария.

– Конечно же, – поддержал муж, – это ясно в любой из возможных реальностей.

Они очень долго просидели за беседой. Уютная обстановка располагала на душевные и семейные разговоры. Дети и внуки испытывали то же блаженство у себя в номерах. Общий настрой исходил из любви. Вечной и всеобъемлющей.

Ночное освещение города порадовало глаза. Оно в сочетании с огнем в камине рисовало на стенах смешные тени. Они напоминали персонажей из различных сказок, что очень подходило к волшебным ощущениям этого вечера.

Блаженство…

Мария лежала в кровати и думала о тишине. С одной стороны, это было парадоксально, а с другой, имело очень глубокий смысл. Ища себя, свой внутренний мир, она все больше и больше осознавала, что поиск – это только движение, не более. Что всегда все было, есть, и будет внутри нее, все, чего она только бы захотела, или же не пожелала бы. Через мир фантазий и намерения, Мария пришла к осмыслению безмолвия. Из которого рождается все, что только возможно и невозможно. Путешествие материального мира, и странствие по сновидениям ничем не отличались, имея полный спектр чувств и событий, волшебства и приключений. Каждый день, как имел смысл своего значения, так и нет, был временем, и не являлся таковым, состоял из минут и часов, и представлял из себя вечность. Фантазии потустороннего мира были великолепны настолько, насколько они были прекрасны здесь, на земле, в ее воодушевленных творениях. Вдохновение бесконечно, и оно готово давать бесконечную жизнь тому, кто ее принимает, не уставая двигаться, или же находиться просто в тишине. Все ближе и ближе подходило осознание того, что здесь и сейчас – это здесь и сейчас. Что мысль так же материальна, как и мимолетна. Что личная судьба лежит только в личных руках, так же, как и в руках Бога, когда свои руки перестают творить. Что поиск всегда заканчивается находкой, если этого желаешь. А финиш может быть окончательным, если не смакуешь и не оттягиваешь постоянный, а вернее вечный поиск. Она понимала, что усталость можно прервать забытьем, или же мыслью о новом, отдыхом, или же напором жить. Мария видела жизнь и смерть теперь со всех сторон, с тех, которые возможны и нет… И эти две точки прямой на карте вечности, раскрывали всю сущность вселенной, которая являлась Богом, человеком, частичкой, энергией, до самой невообразимой фантазии, которая только существует, или же ждет своего открывателя – фантазера. Теперь Мария могла понять разумно, ощутить чувственно, осознать интуитивно, воспринять душевно каждую книгу, что прочитала, каждое слово, что услышала, так, как это только возможно, и нет. Тишина помогла искренне прочувствовать теорию относительности, смысл многогранности, и видение многоликости. Познать природу споров и несогласий, осмысление мира и войны, черного и белого. Теперь легко читались три кита, на которых уверенно стоял материальный мир, пряча внутри себя бесконечное множество измерений, тех, что можно знать, чувствовать, видеть, или же быть слепым по отношению к ним. Девушка прекрасно понимала, что ее путь, который начинался с познаний чувств – бесконечен, внутри и снаружи себя. Что эта дорога может иметь множество названий, понятий, поисков и находок, задумок и целей. Жизнь, как движение имеет разум до той поры, пока эта жизнь хочет разумно существовать. Именно поэтому, человек наделяет сущности этого и других миров разумом по своему разумному усмотрению. Если готов любить или ненавидеть, то исходя из своих разумных потребностей одеваешь эту самую разумность на отражение так, как оно должно быть именно в этот миг. Миг, не имеющий четких границ и ограничений. Девушка теперь знала свой предстоящий сон, что он безбрежен, что он может спать, а может бдеть. Может существовать, как подзарядка для организма, а может иметь функцию обнуления мыслей – очищение усталости восприятия. Может представлять собой путешествие по загадочным мирам, а может являться входом в комнату, где все великие находили свои открытия. Мария чувствовала свое вдохновение так ясно, как никогда прежде. Она знала, что это может только усиливаться, если этого желать, а вернее, если это просто делать и чувствовать. Теперь можно было смеяться над тем, что являлось самой важной серьезностью, и хмуриться над самой потешной мыслью во вселенной. Тишина позволяла делать все, что только может охватить человеческий и нечеловеческий ум, а также всеобщее безмыслие. Эти две стороны одного и того же отражения, замкнутого в себе – ничто, и все, теперь раскрывали свою природу более расширенно. Настолько, насколько охватывал взор бесконечности. Они порождали друг друга! И тишина, как искренний помощник, являлась точкой отсчета для их непрерывных игр. Не споров, как принято у человека, ищущего, а простых и наивных игр на интерес. Как творение из вечности, где любое движение – это вдохновение на созидание!

Тишина раскрывала чувство блаженства!

Тишина создавала его заново!

Тишина и есть блаженство…

Темно и холодно. Ничего не видно. Ощущение открытого пространства. Ветер завывает так сильно, что в ушах скапливается стойкая звуковая завеса. На лицо попадает что-то прохладное, но очень быстро превращается во что-то мокрое. Похоже на снег.

– Как такое возможно? – Спросила сама себя девушка. – Я недавно находилась в самом уютном отеле на земле, а теперь, словно нахожусь на пике северной горы.

Не успели эти мысли дойти до своего логического разъяснения, как открылся вид. Мгла немного отступила, за темным конусом появился небольшой кусочек света. Это скромная луна показала свое приветствие. Она своим свечением очертила силуэт горы, вернее его самой высокой точки. Гора засверкала, как что-то драгоценное и изумительное. Было похоже на то, что гора покрыта свежим слоем снега, который переливался от заигрываний луны.

Теперь холод и сильный ветер стали обоснованными. Мария не стала увлекаться мыслями, как она сюда попала, потому что знала, что наткнется на преднамеренный обман. Она решила просто понаблюдать. Девушка села, расслабилась и отпустила все телесные ощущения. Она смотрела на краешек луны, который хитро выглядывал из массивного конуса великой и заснеженной горы. Ей сразу же стало так легко и приятно. Один только вид этого великолепия вызывал блаженство. И это, не говоря о том, что внутренняя тишина и телесная пустота вызывали экстатические взрывы.

– Стоит вовремя отвлечься от ненужной болтовни, – сказала Мария, – как восприятие дарит блаженство без всяких оберток, просто так, и на ладошке.

Свет луны освещал всю поверхность горы, но одна ее часть была в затемнении. Причем этот небольшой обрывок темноты сильно смахивал на человеческий силуэт. Мария доверилась интуиции и обернулась. Позади ее стоял мужчина. Вокруг была тень, но само очертание его силуэта светилось, как ореол святости.

– Вадим! – Крикнула Мария в сторону светящегося мужского очертания.

– Здравствуйте Мария! – Ответил голос Вадима.

Мужчина двинулся вперед, и когда свет луны достиг его лица, перед девушкой появился, действительно Вадим.

– Необычный выбор для встречи, – сказала Мария, – сновидение, гора, снег и Вы!

– Мы давно с Вами ничего не выбираем! – Ответил ювелир. – Стремясь стать наблюдателями, мы ими становимся. Доверяемся вселенной, ее изобретательности, и плавно подходим к вечности. Кто умеет не только говорить, но и молчать, доверяясь любым проявлениям природы, тот и получает бонус: все и ничего!

Раньше бы Мария не поняла этих слов. Но теперь она их не слушала, а воспринимала всем своим существом. Поэтому она знала, как они прекрасны и блаженны. Не имеют секретов, хотя полностью неведомы!

– Вы правы! – Подтвердила Мария.

Они смотрели друг на друга, не задаваясь вопросом, как и почему они здесь, и что это за реальность. Они просто наслаждались моментом.

– Как Вам путешествие с семьей? – Наконец спросил Вадим.

– Очень необычно, ново и блаженно! – Ответила Мария.

– Блаженно… – Прошептал ювелир. – Знаю, что это чувство принесло Вам очень много красивого и возвышенного!

– Да! Безусловно! – Подтвердила Мария.

– Вы прочувствовали, – продолжил Вадим, – как реальность растворяется в Вас, показывая, что все меняется, по-вашему, и общему усмотрению? Что любое путешествие одинаково, будь это фантазия, или же телесное путешествие по земле?

– О, да! Ответила девушка. – И это чувствование так необходимо! Всем и каждому. Ему, подобию, и даже несуществующему. Реальность и материя очень умная вещь, она помогает понять духовное. Это неотъемлемые части целого, и вместе они разъясняют единство всего. Фантазии и реальности.

– Мне пора! – Сказал Вадим. – Я немного соскучился по Вам, вот и пришел к Вам во сне. А может в сновидении. Или в реальности…

Они оба рассмеялись. Их взгляды заискрили мощным светом блаженства. И Вадим, и Мария, оба знали, что блаженно то, что является блаженством!


БЛАГОДАРНОСТЬ (ПРИЗНАТЕЛЬНОСТЬ).


Ночные похождения закончились так же быстро, как заканчивается любой несуществующий миг вечности. Ночь оказалась очень гостеприимной и уютной. Она подарила всем по заслугам. Кто просил сил, она вернула их после трудного дня. Кому понадобилось здоровье, она восстановила и эту земную придумку. Некоторые жаждали веселья и движения, и здесь ночь пришла на помощь. А кто творил свои разумные или просто творческие шедевры, тому дама мрака преподнесла и такую возможность. Ночь получила признание – ее благодарили. Причем признание питало не эго, а просто любовь из тишины, да и благо даровалось с обеих сторон, взаимно!

Наутро Мария проснулась с такой великой благодарностью на сердце, что ее грудь бешено пульсировала, а разум не мог подобрать слов для ее выражения. Все вокруг изменилось еще сильнее, чем прежде. Реальность рассыпалась на глазах. И это был тот незабываемый и поразительный случай, когда растворение реальности происходит не от какого-то краха, а от мощного и страстного чувства благодарности. Любовь переполняла все существо Марии.

Изменился даже номер, где они с мужем ночевали. Все стало более современным. В интерьере появилось много стали, пластмассы. Округлые линии сменили углы и края. Пастельные и светлые тона уступили место ярким и пестрым цветам. Комната оставалась такой же, но с кардинальным отличием. И это невозможно было объяснить логически. Словно одна реальность наслоилась на другую, забыв закончить последние штрихи наложения в редакторе.

Девушка лежала, смешивая благодарность с изумлением. И это ей удавалось очень спокойно. Она это осознавала, и баловалась с восприятием чувств с небольшой хитринкой. Ведь она знала тишину, а в определенном сознании, она и есть тишина.

Когда проснулся Фред. Мария нежно обняла мужа и поцеловала. Они, как юные скромники слегка поласкались под одеялом, и Фред заказал кофе и завтрак в номер из отельного ресторана.

– Благодарю тебя любимый за эту поездку! – Сказала Мария. – Благодарю за нас с тобой, за наших детей! Благодарю!

– И я тебя благодарю! – Ответил очарованный муж. – Искренне благодарю!

Номер наполнился странным свечением. Словно любовь показала свою материю. Будто бы она решила наконец-то познакомиться с людьми в прямом контакте. Любовь ощущалась не только интуитивно, но и визуально, телесно.

– Ты не замечаешь перемен в номере? – Спросила Мария, чтобы проверить свое восприятие.

– Он стал более светлым и счастливым с нашим появлением! – Ответил радостный Фред.

По его ответу Мария поняла, что тех перемен, которые пронизывали ее сознание, муж не видел. Его прежняя реальность наслоилась равномерно на новую без ляпов в хорошем редакторе. Это означало только одно! Нет, Мария не сходила с ума, пусть эти мысли останутся в разуме скучных обывателей. Мария обзавелась необычным видением. Теперь она могла видеть слои измерений.

– Многое, что кажется людям ляпами, обмороками, смертями, дежавю и прочими мозговыми глюками, на самом деле есть – замочная скважина в кабинет творца. – Думала Мария, глядя на счастливого мужа. – И я так благодарна, что эта щелочка иногда открывается. И делается это специально, чтобы подарить надежду на более глобальное просветление. По крайней мере для тех, кто его еще не познал в себе. А это озарение вечно и всегда там, как и везде. Как и нигде…

Замкнутость мыслей быстро ушли, после наступления тишины…

Комната заискрила светом с большим напором. Настроение возвысилось до небывалых высот. И в комнату зашли внуки и дети. Номер наполнился счастливым и семейным духом. Именно такие моменты заставляли Марию балансировать между реальностью, фантазией, и их нерушимой связи. В этот миг тишина показывала свое величие, что она может все и ничего одновременно. А любовь ей в этом помогала. Она искренне хотела, чтобы всем было хорошо и уютно в этом, наполненном счастьем номере!

После небольшой прогулки по набережной, было решено продолжить путешествие. Семья мысленно оставила благодарность этому чарующему городу, и дорога вновь встретила своих новых друзей. Погода стояла ясная. Радость не оставляла Марию, и она предложила поддержать забавную традицию петь в машине. Все дружно согласились, и асфальт разукрасился переливами веселых песен.

Мария заметила, что привычное общение, которое раньше сопровождало семейный быт исчезло без следа. Пропали споры, рассуждения, кто прав или виноват. Тем более утратила свою силу вездесущая политика. Они просто-напросто мирно беседовали, и сопровождали разговоры незатейливыми шутками. Теперь девушка видела воочию, как меняется реальность мысли. Того нескончаемого локомотива дум, к которому всегда прицеплялись дополнительные вагоны. Разум нашел идеальный выход из нескончаемых ненужных мыслей. Тишина, что несла в себе баланс, была причиной этому.

Мария подумала о бесчисленной армии ученых и творческих личностей, которые всегда находились, находятся и будут находиться в поиске чего-либо. Возможно нового, но кем-то забытого старого. Теперь она понимала, как многие умы в поиске истины, рано или поздно находили образную стену безмолвия – вспышку осознания вечности. И после чего, они становились просто наблюдателями, постепенно уходя, каждый в свой собственный мир. Мир счастья и любви.

Девушка была искренне признательна этому бесконечному миру относительности. Где каждый может найти то, что уже существует, или то, что только ждет своей очереди на таинственную фантазию. Познавая чувства, Мария смогла принять осмысление, что и чувства познают тех, кто к этому открыт.

На горизонте показалось огромное изумрудное пятно. Оно, словно зеркало отражало небесную гладь. По бокам стояла череда лесного забора. Это было похоже на вход в страну зазеркалья. Возможно, кто-то и видел это великолепие, как обычное водохранилище, но только не Мария. Ее видение изменялось только в лучшую сторону, не имея границ. И пусть ее новое восприятие не имело хорошего и плохого, но вся сущность просто кричала, что становится только лучше.

К водохранилищу была хорошая асфальтированная дорога, и они тут же, без обсуждений свернули на нее. По мере приближения водной громадины, мир зазеркалья только укреплял это восприятие. Вся семья испытывала мощное воодушевление. Внутри все переворачивалось с ног на голову. Тело покрывалось мурашками, а разум терпеливо молчал, давая возможность душе обрести творческий порыв.

Как по заказу, лесной забор также блистал своим изяществом. Он был разделен на две половины. Слева стояла березовая роща, а справа сосновый бор. Глаза от такой страстной картинки разбегались, не имея возможности сфокусироваться. Большая туча птиц, которые длинной волной накрывали верхушки деревьев, служила виртуальной крышей прохода в зазеркалье. Смотрелось это очень грандиозно.

– Как творчески! – Думала Мария. – Этот и другие миры мы рисуем вместе, и все зависит от того, насколько богат наш внутренний мир.

Мир зазеркалья начинался с маленьких овальных зеркал. Множество озер приветствовало своих посетителей. Разных по величине, по ландшафтному оформлению. Это были красочные кустарники, будто аккуратно подстриженные природным садовником. Разные по своим видам и цветам полевые цветы. Они мощным напором передавали свое благоухание. Травка, которая окружала озера, выполняла роль живого и сочного ковра. И что примечательно, возле каждого озера стояло несколько яблонь. Было неважно, чьих это рук дело, Бога или человека, но такой эскиз на общем полотне зазеркалья радовал воодушевленный взор.

– Непередаваемая красота! – Воскликнул Петр. – И здесь нечего больше добавить!

– Как ты прав! – Поддержала Мария.

– Мы въезжаем в рай! – Отозвался Фред.

Внуки заискрили радостными возгласами. Машина наполнилась сказочной добротой. Семья испытывала глубокую благодарность этому месту. Земля по-новому раскрывала свои просторы. Она показывала людям, что никогда не исчерпает своего творчества. Стоит этого только захотеть!

Они остановились на небольшой стоянке, где никого не было. Хоть эти места и казались волшебными и потусторонними, но дорога, которая пролегала через это очарование являлась проезжей между двух населенных пунктов. И поэтому это место не имело статус – туристическое. Хотя, в прямом смысле этого слова, этот маленький и сказочный мир представлял собой рай!

Недалеко от стоянки виднелся еще более меньший мир волшебства, – точная копия большого парка. Ограда из цветущих кустов, маленький прудик, а посередине проходила пешая тропинка, вся усеянная полевыми цветами.

– Какое сходство! – Воскликнула Мария, посмотрев вначале на сам парк с его озерами, лесами, как забор, и проезжей дорогой посередине, а потом на его зеркальное отражение, только в уменьшенных масштабах, как макет.

– Если бы ты не сказала, я и не заметил бы! – Изумился Фред. – Твое восприятие и впрямь изменилось на сто процентов, раз ты находишь такое чудо среди обычного. И тебе удается заражать этим восхищением и нас!

Муж обнял Марию с глубинной признательностью.

– Маленький мир! Маленький мир! – Кричали радостные внуки.

– Гриш, посмотри, и впрямь безумное сходство! – Обратился удивленный Петр к младшему брату.

– Да! Такое блаженство для глаз! – Ответил Григорий.

– Нам нужно быть ближе к маме, еще и не такое увидим! – Воскликнул Петр.

Они все вместе обнялись. Дети и муж были очень благодарны Марии, а она чувствовала только взаимность и всеобъемлющую любовь.

Было решено остановиться в этих местах на ночлег. Они взяли палатки, необходимые вещи, и отправились на поиски уютного пятачка. Обойдя маленький рай, семья впала в сильнейший восторг. За ним был еще один, являясь более меньшей копией.

– Они расположились тут по принципу русской матрешки! – Засмеялась Мария.

По краям, словно оградка были кустики, напоминающие длинные цветы, внутри был малюсенький водоемчик, что-то вроде подземного источника, а посередине проходила тропка, но такая тоненькая, как будто ее протоптали муравьи.

– Здесь и остановимся! – Сказал Фред. – Все за?

– Да! – Протяжно и звонко прокричала семья.

– И малышам будет интересно играть здесь, – сказала Мария, – это словно выращенная миниатюра для детского сада.

Все рассмеялись.

Мужчины с явным старанием очень быстро установили большую палатку, в которую могло уместиться две семьи. Принесли сухих дров и хвороста, специально для вечерних посиделок. Мария набрала чистой и вкуснейшей воды из источника. И они пошли все вместе прогуляться.

Это место было очень удалено от населенных пунктов, но оно смотрелось, как ухоженный человеческими руками парк. Травка везде имела подстриженный вид, ровная и необычайно сочная, с ласковым зеленым оттенком. Было очень много насекомых, но они совсем не мешали, а дополняли своей разноцветной красотой. Все они держались своими группками, изучая и наслаждаясь природой, как это делали люди. Особенно была приметна тучка из бабочек, разных видов и размеров. Они, как расписная вуаль, волнами порхали на скромном ветерке. Рядом с ними, на больших зеленых кустах обосновался родильный дом. Мария впервые увидела, как в естественных условиях созревают куколки. Они отличались по размеру и цвету, что говорило о их подрастании. Одна из них, даже, на глазах появилась из кокона. Малышка выбралась смятой и невзрачной, но, как по взмаху волшебной палочки, она тут же превратилась в истинную красавицу, расправив свои красочные крылышки.

– Сегодня день сюрпризов? – С восторгом спросил у жены Фред.

– Сегодня, и всегда, это и есть сюрприз! – Улыбнулась загадочно Мария.

– Я бескрайне благодарен тебе любимая! – Поцеловал Фред Марию. – Я знаю, что это чудо связано с тобой! И это правда, когда говорят: «Если один поверил в сказку, и начал ее создавать, то и близкие, и родные люди, которые хотят прикоснуться к его волшебству, также попадут в этот чудотворный мир блаженства.

– А я тебе благодарна милый! – Ответила Мария. – Мы созидаем эту таинственную историю вместе!

Вечером, когда солнце оставило после себя лишь ярко-красный след на перистом от облаков небосводе, зажгли костер. Он казался особенно обаятельным именно сегодня, в тот человеческий разумный отрезок вечности, в который сходились многие реальные, магические, существующие и потусторонние силы. – Любовь! Именно она ожидала своей очереди на познание. Именно из нее выходили все остальные чувства, которые являлись лишь оттенками энергетической мощи, что вырабатывает человек. Силы, которая вращает мир, да что там – миры вокруг, около, внутри и снаружи человеческого существа.

Лепестки пламени жадно поглощали глоток воздуха, облизываясь и изрыгая газы отработки пищи. Сухие, но когда-то живые обломки древесины, беспрекословно подчинялись огню. Именно он сейчас мог позволить себе все, что угодно, раз даже люди приковали к нему свой взор. Семья сидела бездвижно, словно их взгляд украл маг и чародей современного мира – интернет. Огниво благодарило своих зрителей, взрываясь искрами, и выписывая круговые движения вверх, к самому небу. Черная материя космоса, которая утратила свет большого солнца, с радостью принимала огонь в свои объятия, ей сейчас в радость была любая противоположность. Эти страстные объятия смотрелись очень изящно и страстно. Не так, как обычно, когда костер просто горит, а небо просто темное от наступления ночи. Они соединились в одну сущность, и она изображала счастье и признательность за этот союз.

Мария повернулась к семье, и так загадочно и глубинно улыбнулась, что все одновременно поняли, что что-то сейчас будет происходить.

– Настало время вам всем показать хотя бы краешек того мира, что создаю я! – Произнесла девушка, давая четко понять, что это не шутка. – И ты Фред просил, да и Гриша не видел.

Не то чтобы младший сын, но и муж испытали небольшой холодок по всему телу. Мария попросила всех закрыть глаза, и принять ночь, как единственное видение на этот миг. Все подчинились. На этот момент Мария уже погрузилась в медитацию. Тишина показала ей вечность, а потом вспышка света разбудила ее в другом мире. Где она уже мирно и непринужденно беседовала с Ваби-Манидо.

– Я бы хотела представить Вас моей семье, – сказала сновидящая Мария, – вернее тем, кого Вы еще не знаете.

– Если честно, то я уже знаю всех, причем лично! – Ответил с хитрой улыбкой на лице шаман потустороннего мира.

– И я пропустила этот момент? – Спросила Мария, не выражая удивления.

– Конечно же нет! – Продолжил Ваби-Манидо. – В бесконечном ничего не пропустишь, можно только забыться. Спящие век или половину века, обычно вообще не вспоминают моменты из вечного, лишь вспышками, которые считают галлюцинациями или дежавю. Но Вы же не простая спящая.

Шаман искренне засмеялся. Мария осознала шутку во всех ее гранях восприятия, и рассмеялась в ответ.

– Вы иногда просыпаетесь! – Опять продолжил свои объяснения шаман в шутливой форме. – Открываете глазки, радуетесь, помните, а потом их снова закрываете. Ведь, если я Вам скажу, что я Вас знаю совсем другой, той, что уже создала тысячу миров, и множество разных реалей, Вы возможно просто интуитивно согласитесь с этим, а разумно махнете на меня рукой!

– Конечно же махну! – С блеском в глазах ответила Мария. – Я еще не готова стать тем, кем всегда являлась – вечностью. И я специально не собираюсь пока в полном объеме осознавать, что прошла замкнутый вакуум всего, бесконечное множество раз. Я пока Мария – жена, мама, и бабушка обычных и любимых людей!

– Я Вам очень благодарен Мария за этот ответ! – Прослезился Ваби-Манидо. – Так озаряюще проницательны Ваши чувственные мысли, что они помогают Вам познавать себя еще более глубоко. А особенно мне нравится обычная, но безмерно теплая и человеческая любовь к своим родным!

После этих слов, лицо сновидящего и немного демонического шамана поменялось на доброе личико обычного мужчины в возрасте. Это так поразило Марию, что она тут же обняла его с признательностью.

– Довольно слов! – Улыбнулась Мария. – Моя семья уже наверно блуждает по темным коридорам безмолвия. Пора Вам с ними познакомиться, но именно сейчас, когда с нами Госпожа благодарность.

Они оба улыбнулись друг другу, и яркая вспышка света стерла их недавнее присутствие, мысли и слова.

Свет…

Постоянный и пронзительный свет. Заполняющий все вокруг и себя изнутри. Яркость такого высокого уровня, что человеческий глаз, находясь на земле не смог бы его воспринимать нормально, а только в сопровождении ожога.

Начали появляться островки материи. Непонятной, и не отчетливо видной. Эти пятна тверди помогали понять, что Мария и Ваби-Манидо выбрались из полной тишины, из медитативного состояния. Как только пришло это осмысление, островки материи начали собираться в одну общую картину. Это поражало воображение. Словно новый мир вырисовывался прямо на глазах.

Пропасть вечности сменилась на ощущение времени. – Заработала разумная часть Марии. Она понимала, что ее тело находится где-то там, за горизонтами реального и нереального, но разумность сновидящего тела девушки присутствовала и раскладывала по полочкам мысли не только о времени, но и всю трехмерную бытность.

После разумности, материя, которая вышла из света, срастаясь из отдельных кусков, начала трансформироваться во что-то знакомое и родное. Это была зеленая опушка, в виде основы, на которой сидела ее семья. Они находились в потерянных позах, – тела были обмякшими, а головы хаотично поворачивались туда-сюда. Глаза их бегали растерянно и удивленно. Но, как только они увидели Марию, то сразу же обрели нормальное уравновешенное человеческое обличие.

– Привет дорогая! – Обрадовался Фред. – Мы немного растерялись, не зная, что случилось. Хорошо, хоть Петр уже путешествовал с тобой в медитации, и немного нас успокоил.

– Но видимо, не до конца! – Рассмеялась Мария.

– Почему такая реакция? – Улыбнулся в ответ Петр.

– Видели бы вы себя! – Прокомментировала Мария. – Тела, как на шарнирах, а выражения лиц, словно вы летели в бездну.

– Ну, можно и так выразиться! – Поддержал шутку, не шутя, младший сын Григорий.

– Признаю! – Согласилась Мария. – Я и сама до сих пор не могу привыкнуть к некоторым странностям этих путешествий. Чего ждать от вас… Но в основном я поймала нотки юмора из-за того, что и наши тела сновидения ведут себя так, будто обычные, земные. Просто иронично…

Семья поняла Марию, как это не парадоксально.

– Хочу вас познакомить со своим очень хорошим другом и наставником, – праздно произнесла Мария, – Знакомьтесь Ваби-Манидо! Возможно раньше он и был для меня просто волшебником и шаманом, но сейчас я и в этом не уверена. Мне кажется, что он некто и нечто большее.

Шаман мгновенно покраснел, будто они очутились на экране мультфильма. Так он выразил свое признание и благодарность Марии.

– Очень приятно! – Хором произнесла семья.

Ваби-Манидо не ответил, лишь улыбнувшись. Но каждый из членов семьи услышал внутри себя его ответное приветствие. Это было так грандиозно неожиданно, что они опять немного растерялись.

– Не думайте, как обычно! – Вдруг произнес шаман. – Не старайтесь все объяснить разумно. Не гадайте, где реальность, там, где вы начали свою медитацию – на озере, или здесь, на просторах нового и загадочного. Ведь на самом деле, если вы видите сон, что вы бабочка, это не значит, что это на самом деле так! А вдруг, это именно бабочка смотрит сон, про то, что она, есть вы! Все относительно! И всегда было.

Они все вместе рассмеялись.

– Спасибо огромное любимая! – Сказал Фред. – Это такое необычное путешествие. Я и представить себе не мог, что в путешествии можно попасть в другое, более глубинное.

– И это еще не все! – Ответила Мария. – Возможны бесчисленные и многоуровневые погружения. Все зависит от намерения и фантазии.

Уже не чувствуя разницы в родстве или знакомстве, они все вместе, вместе с Ваби-Манидо обнялись, да так нежно и чувственно, что здешняя реальность исполнила сильную энергетическую волну. За ней еще одну. И через мгновение, это уже была невероятно приятная вибрация потусторонней материи.

Каждый из них был страстно благодарен за это путешествие, и особенно за встречу нового с привычным…


СИМПАТИЯ.


Пряно-сладкий аромат ванильных пирожных. Настолько сильный и проникающий, что начинает кружиться голова от удовольствия. Необычный ветерок доносит вкусные нотки более грациозно. А необычный, потому что он будто бы не дует, а создается изнутри, вырываясь наружу, подхватывая ваниль и утаскивая вновь внутрь всего существа.

– О, как пьянит этот блаженный аромат! – Прозвучал внутренний голос, еще не осознавая, кто он такой.

Помимо аромата стали прослеживаться очертания чего-то. Чего-то там впереди. А возможно совсем рядом. Но точно, что это являлось чем-то осязаемым. Появился цвет видения. И на горизонте показалось что-то знакомое.

Пробуждение…

Красивая зеленая полянка, она словно длинный и извилистый палас, с предметами, что вызвали возвышения, под ним. И эта полянка живая. Она не то, чтобы сочная и растущая, ее живость заключается в постоянном движении. Будто бы этот палас, то натягивают с разных сторон, то отпускают. При этом, поднимая, и спуская вниз.

– О, какое чудо! – Произнес внутренний голос. – Этот чуткий и чарующий аромат ванили доносится с этой животрепещущей полянки. Это завораживает еще больше.

Небольшая пелена видения, которая мешала зреть четкие очертания поляны, исчезла. Теперь можно было разглядеть необычные цветы, что росли на этом волшебном паласе. Цветочки имели форму кувшинок, но смотрелись более плотно и заполнено. Цветочки красовались с некой внутренней искоркой, – они также, как и полянка являлись живыми, подвижными. Их вращения напоминали танец по кругу. Эти малютки кружились с таким восторгом, что он был явным и даже показательным.

– Какие милые крохи! – Сказал внутренний голос, испытывающий всеобъемлющую симпатию. – Такие страстные симпотяшки!

Фокус видения приблизился, и кувшинки автоматически трансформировались в прикольные корзинки пирожных.

– Как необычно! – Воскликнул внутренний голос.

Теперь аромат ванили явно обволакивал все существо, из которого исходил внутренний голос. Уже не было сомнения откуда он исходит. Пирожные, которые устелили всю полянку, и исполняли странный, но изящный танец, точно являлись ванильными, и по виду очень вкусными.

Существо испытало такое знакомое чувство, что оно вихрем взорвало что-то внутри. Мощной цепной реакцией возникло осознание – это чувство симпатии к этому растущему и ванильному миру. Причем, оно явно принадлежало одному из существ планеты земля. А конкретно…

– Я испытываю такую всеобъемлющую симпатию, что она помогла вспомнить мне, кто я! – Воскликнула Мария.

Девушка обняла сама себя от восторга. Да так сильно, что она ощутила это телесно.

– Значит я материальна? – Спросила она сама себя.

Она попробовала ущипнуть себя, но пальцы провалились в туманной плоти. Но ощущения прикосновения и боли ощущались явно.

– Странно и непонятно! – Сказала Мария.

Складывалось впечатление, что она находится в очень реалистичном сне, в котором она вспомнила только, кто она, и больше ничего.

– Ты невероятно симпатично смотришься на фоне этой живой картины! – Внезапно прозвучал голос мужа, который она сразу узнала.

– Я приятно удивлена! – Ответила, улыбаясь Мария.

– И что же тебя так удивляет? – С восхищением продвинул свою шутку Фред. – Именно ты у нас продвинутый путешественник по мирам!

– Именно этому! – Смеясь, ответила девушка. – Я собиралась познакомить тебя с подобными приключениями внутреннего мира, а на деле, ты внезапно приходишь ко мне, когда я заблудилась в нескольких слоях восприятия – в измерениях.

– Так это всего лишь несколько сновидений внутри сновидений… – Играя с терминами произнес Фред.

– Ты прав! – Испытывая глубокую симпатию к мужу, сказала Мария. – Благо, что теперь я всегда осознаю одну простую, хоть и всеобъемлющую и всепоглощающую вещь, – Найдя прозрение, светоч, исходящий из ничего и создающий все, никогда, и никто не станет единственным создателем и учителем. Как бы этот Бог, существо, человек не старался поведать мирам свою истину, всегда найдется кто-то, или что-то, кто не примет ее, забудет или изобретет свою…

Мария замолчала, она испытывала настолько сильную симпатию, не только к мужу, но и к себе и всему сущему и небытию, что даже здесь, в теле путешественника по мирам, она осознавала любовь! Любовь, как на земле, и в любом другом месте! Любовь сильную, и несуществующую, всесущую, и нереальную, самую сложную и самую простую!

– И в любой момент… – Продолжила Мария с некой расстановкой и паузами. – К этому создателю или человеку, Богу или существу придет тот, кто окажется на одну ступеньку ближе к тишине и безмолвию, к вечному и безвременному… Как ты, мой самый симпатичный на свете человек, самый любимый и родной… Ведь именно ты, на миг, стал моим Богом и учителем, сказав обычные слова, в момент моего неведения, где я, и кто я: «Ты невероятно симпатично смотришься на фоне этой живой картины!»

Они оба рассмеялись, нежно обнялись, и соединились страстным поцелуем. Больше нечего было добавить к этим словам.

Мир, в котором они оба оказались, начал расслаиваться. Он показал свою основу, которая исходила из другой – из другого мира, а тот из другого. И так до бесконечности, до того момента, где нет ничего, но уже начинает создаваться. Этот прекрасный сон, что исходил из множества снов, подарил эту скромную полянку с кувшинками цветов из ванили. Это чудотворное сновидение даровало не только чувство симпатии ко всему, что существует и нет, оно еще наглядно показывало секрет простой и обычной луковицы, где все едино, отличаясь только визуальным размером и радиусом колец.

Слои этого мира имели похожую структуру, только на каждом слое эта полянка имела другую форму, цвет, название и осмысление этого.

И на одном из них летало небольшое существо. Оно было похоже на бабочку, изящно-красивую. Существо с всепоглощающей симпатией смотрело на свой мир. На свою полянку, которая имела смешную, по земным меркам, форму. Существо не думало. Не копалось в себе, кто оно, что оно. Оно считало себя самым прекрасным и единственным. Оно являлось Богом этого мира…

Слой за слоем…

Мир за миром…

Эта картина повторялась везде, только менялось визуальное осмысление, менялась полянка и существо.

Видение увеличилось, и стало возможным разглядеть глаза этого существа. Они отражали бесконечные слои миров. Они отражали вечность, при осознании, что это существо единственное, что это существо – Бог!

Мгновение…

Сильная чувственная вибрация – энергетическое волнение…

Перед бабочкой появился человек, а в других мирах – перед существом появилось другое существо. Невероятно превосходное и мощно красивое. И настолько оно было величественным, что существо, которое считало себя единственным и неповторимым – Богом, тут же испытало к нему самую страстную на свете симпатию – любовь!

Существо Бог признало другое существо Богом!

…

Вспышка света…

Безмолвие…

После продолжительного беспамятства, Мария вновь обрела умение осознавать. Она увидела рядом мужа, а через миг и дети появились рядом.

– Интересно, где это мы? – Спросила, словно у пустоты Мария.

– Об этом наш разум умолчит! – С расплывчатой улыбкой сказал Ваби-Манидо, внезапно появившийся, словно откуда-то сверху.

Они все вместе стояли немного озадаченные, не то, чтобы они пытались найти ответы на свои вопросы, просто их обуревали смешанные чувства любви, злости, ненависти, и конечно же симпатии. Причем эта помесь земных чувств нисколько не разочаровывала их, наоборот, Мария заметила, чем дальше отправляешься путешествовать от земли – своего измерения, тем больше пропадает надобность в привычном смысле этих самых чувств. В сновидениях чувства не описываются по ощущениям, никак энергия, связь, эмоции, или иная белиберда земных писак, они здесь просто присутствуют, как интерес к чему-либо, например, к жизни, к движению.

– Симпатичный мир! – Произнес шаман. – И чувство, которое Вы познаете, Мария, невероятно мощно в этом помогает!

Они все вместе рассмеялись.

– Да! – Громко заявила девушка. – Я уже в некой растерянности по поводу чувств, ведь они перестали быть тем, чем я их считала. Да и вообще, чувства теперь, как живые и совершенно отдельные существа. Со своей историей и жизнью.

Мария улыбнулась.

– Ну вы меня поняли, – продолжила она, – То, что они являются с нами единым целым, а в другой миг отдельными существами, и есть движение – жизнь из небытия, безмолвия.

– Ой, как много опять информации! – Сказал Петр.

И они вновь все вместе рассмеялись.

– А слушайте! – Внезапно сказал Григорий. – Этот мир и вправду симпатичный, хотя и неописуемый. Значит твое чувство мама – это симпатия!

– Как приятно! – С нежной и любящей улыбкой, произнесла Мария. – Не зря интуицию называют потусторонним знанием, стоящим над инстинктом, умом и сознанием.

– На самом деле, – вмешался шаман, – мы настолько углубились в себя, – из сна вошли в несколько других, и так далее… Что интуиция стала обычной коммуникативной связью, как например, телефон. Так это ощущение потустороннего ума называют на земле – интуиция, а так, это обычная перетекающая энергия – чистая связь, не более. Именно поэтому, мы здесь общаемся, испытываем чувства. Мы вроде спим в медитации, но в тот же вечный миг, мы находимся и шире, и глубже.

Никто не стал обдумывать эти слова. Они несли в себе, как истину, так и тишину бессмыслия.

– Интересно, как глубоко мы забрались в глубь себя? – Спросил Петр.

– Или, как далеко мы отдалились от привычной материи? – Поддержал Фред.

– Думаю, достаточно глубоко и далеко одновременно, как бы это парадоксально не звучало, – прокомментировал шаман.

– Да и не в этом суть дела! – Мягким голосом произнесла Мария. – Самое главное, что мы ощущаем все спектры осознания симпатии! Так страстно, и в тоже время безмятежно.

– Да, очень приятное чувство! – Поддержал муж.

Как только он это произнес, новый мир завибрировал. Словно ему стали приятны слова людей. Он вспыхнул ярким светом, более ярким, чем это возможно для человеческих глаз. Но здесь, в состоянии погружения, это воспринималось легко и нежно, и с большим удовольствием.

Вновь появились телесные ощущения, как в материальном теле. И по состоянию, оно словно обволакивалось чем-то плотным и тяжелым. Появились разумные размышления, и они говорили о том, что снова происходит погружение в более глубокое сновидение. Мир взорвался от вибрации…

Мрак…

Свет…

Ничего… Тишина!

После глубокого безмолвия появились еле слышные звуки, напоминающие шипение. Они отголосками отражались от невидимой поверхности. Пусть она была прозрачной, но это хотя бы говорило о том, что здесь присутствует какая-то материя, пусть совершенно не схожая с земной. Причем было понятно, что некоторое шипение отражалось эхом, а иное проникало за материю, как бы впитывалось в губчатую поверхность. Вероятнее всего, это была некая мембрана здешнего мира. Она помогала настроить слух на звук этого пространства. С одной стороны, он напоминал ультразвук, но с другой, был совершенно читаемым человеческим сознанием.

Мария поняла, что все это осмысление пришло именно к ней.

А через мгновение, она осознала, что это совершенно знакомый звук. И симпатия сильным напором наполнила все ее существо.

Помимо звука, она еще могла видеть, и первое изображение, которое она восприняла, была ее семья и шаман. Как только они приняли объем – что-то схожее с обычной земной структурой, девушка поняла, – она может с ними говорить, ну или хотя бы передать свои мысли сновидящего разума. Так работала новая коммуникация, которую она уже успела освоить – интуиция, простым языком.

– Мы не просто погрузились в более глубокий сон или сновидение, – обратилась Мария к попутчикам, – мы наконец-то добрались до мира, который я создаю. Я его узнала не только по звукам, которые созидала сама, но и по личным ощущениям.

Не успела она передать эти мысли семье и шаману, как звук превратился из шипящего в мелодию. Да настолько изумительную, что симпатия отщепилась в девушке, и одну из своих частей направила наружу, как некое отдельное существо. Эта частица разделилась на равные доли, ровно по количеству оставшихся людей сновидения, и каждая отдельная часть мгновенно проникла в каждого члена путешествия. Вспышка и сильная вибрация…

Все испытали такую сильнейшую и всеобъемлющую симпатию, что мелодия усилилась и заполнила весь мир. Теперь это была не пустота со странным шипением, теперь это был полноценный структурированный и живой мир с собственным разумом и сознанием. А их источником являлась Мария. Это стало сразу же понятно, – Любое ее проявление мыслей, движений и слов, сопровождались глобальными, и не очень переменами мира.

– Невероятное великолепие! – Произнес зачарованный Фред.

– Это что-то колоссальное! – Поддержал Петр. – Нечто совершенное и грандиозное. Вроде бы схожее с нашей землей, но отличное на целую вечность.

Сын и сам не поверил своим словам, но они выражали общее мнение, а соответственно не он их говорил. Петр лишь исполнил их воспроизводство, а их сущность исходила от всех, и в первую очередь, от Марии.

Мир словно принял этот комплимент, и ответил своей симпатией к людям. Вокруг все переродилось новой структурой, основой и визуальными силуэтами. Теперь он действительно стал похож на родную землю. Но именно по ощущениям, а не по видению материи.

– На самом деле он другой, – прокомментировала Мария, – то, что вы сейчас наблюдаете, это лишь для вашего привычного восприятия, – чтобы вы могли привыкнуть к самой сути этого мира.

– Я осознал! – Воскликнул Петр. – Ты создаешь мир, который принимает любое обличие, да что там, любую сущность.

– Ты совершенно прав, мой дорогой! – Ответила девушка. – Этот мир является намерением в чистом виде! Но он еще пока на стадии созидания, как сырая компьютерная программа, где предстоят осмысленные доработки, но исходящие из сердца – из интуиции. Именно сейчас я осознала, что эта новая коммуникация неспроста пришла к нам – она, как обучающая аннотация для создания нового мира.

– Грандиозно! – Похвалил, без явной хвальбы, Ваби-Манидо. – Вы, Мария, намного глубже, чем я Вас представлял, и обскакали нас всех. Вы создаете мир волшебства, который будет служить пристанищем всем тем, кто не нашел себя в иных мирах. И он всегда сможет подделаться под любого, причем для каждого в отдельности, не затрагивая других.

– Это словно искусственный интеллект, но на уровне Бога! – Сказал восхищенный Григорий, опираясь на акцент тинэйджера.

Мир будто бы испытал оргазм от этих слов, он словно дернул за струнки души самого главного чувства в этот миг – симпатии. И она объединила всех одним восприятием, да такой силы, что люди расплылись, в буквальном смысле, в экстатическое состояние!

Вспышка…

Симпатия…

Всепоглащающая симпатия!

Мария вновь увидела слои тех миров, через которые они сюда попали. Коммуникация – интуиция, да вдобавок видение слоев пространств, это сильно будоражило восприятие девушки. Словно ученика, которому присваивают статус мастера, причем не люди, а высшие силы.

Новый мир Марии тут же подстроился под ее ощущения, и вся его основа разделилась на слои. Он стал похож на многоэтажный дом. И на каждом этаже были окна – отдельные миры, как государства на земле. Окна источали разную палитру красок света. Гамма настолько пестрила и переливалась, что мир стал похож на ночной клуб. Из каждого окна доносилась музыка, своеобразная и неповторимая. Эти звуки уносили воображение далеко за пределы земного разума. И выражено это было тем, что мелодии воспринимались не только на слух, но и всеми мыслимыми и немыслимыми органами чувств. Тела сновидений от этих звуков колыхались самопроизвольно. И по состоянию нового мира Марии было понятно, что девушка испытывает сейчас необъяснимые переживания, совсем не связанные с привычными. Это как любовь и ненависть в одном флаконе, только в бесконечное число раз мощнее. Мир исполнял колоссальную симпатию, и по ощущениям и визуально. Вся семья и Ваби-Манидо являлись счастливыми наблюдателями волшебного намерения – чистейшего исполнения того, чего страстно хочется больше всего. И это не выражалось земными мерками: золото, власть, управление, это выражалось запредельной любовью!

– Какое здесь все симпатичное! – Произнес Фред, не осмысливая своих слов, и того, что он это произносит.

– Симпатия внутри меня! – Сказал Петр, не отрываясь от впечатлений.

– Этот мир – мир симпатии! – Вдохновленным шепотом сказал Григорий.

– Есть мы и этот мир, или нас нет, но все осознаваемое вокруг и внутри, и есть симпатия в чистом виде! – Не открывая рта, сказал шаман.

Они все вместе посмотрели на Марию. Она будто бы дирижер, который управляет мировым оркестром, причем специально для четверых слушателей и зрителей, молниеносно передавала свое внутреннее и обновленное Я миру, а тот исполнял фантастические шедевры видения. Причем, девушка одновременно управляла процессом, и наблюдала за его исполнением, как и другие участники.

В этот миг, Петр осознал ту связь с этим миром, которая принадлежала именно ему – он чувствовал, что именно он создатель этого мира… Не приемник матери, а именно создатель…

– Сейчас просто наслаждайся дорогой! – Передала свои интуитивные мысли Мария Петру. – Когда к тебе придет осознание вечности, ты будешь знать точно и ясно – ты здесь создатель…

Мария посмотрела на свою руку, на пальце сверкало кольцо. То самое, из-за которого все начиналось. – Мамино. Кольцо без пробы и ясной истории. Та частичка вечного, которая всегда неизменна, чтобы не менялось, не познавалось, и не переплавлялось…

Мария смогла абстрагироваться от мира, от управления им, от своих попутчиков. Она вновь ощутила то знакомое чувство, что испытывала всегда на земле – обычную человеческую симпатию. Легкую и славную. Нежную и упоительную.

Мир покрылся розовой дымкой, невероятно сладкой по ощущениям. Он стал таять на глазах, не выдавая ни одной частички уныния. Только симпатия, мощная симпатия, самая полная и глубинная симпатия.

Приятная вибрация…

Вспышка…

Тишина…

Нет ничего…


СТРАСТЬ.


Яркое и нежное утро! Легкая прохлада земли. Мягкий ветерок.

– Я вернулась! – Шепотом произнесла Мария, поняв, что ее встретило утро на той самой зеркальной лужайке. По палатке пробежала тень. Девушка осмотрела все внутри, никого.

– Значит семья уже проснулась, – подумала Мария.

Проход в палатку открылся, и появилось сладко-довольное лицо Фреда.

– Доброе утро любимая! – Сказал самым нежным голосом муж.

Он прошел внутрь и лег рядом. Его обаятельные объятия зажгли страсть в Марии. Последовал внеземной поцелуй…

Страсть!

Тело Марии перестало слушаться. Нет, это не было простым предвкушением близости, любви или секса, тело ощущало что-то новое и экстатическое. Это была страсть, но необычная, непривычная земным существам. Страсть, которая исходила из недр всего сущего. Страсть, создаваемая самим Создателем!

– Что это? – Прошептал в недоумении Фред.

– Ты испытываешь тоже, что и я! – Сказала Мария.

– Я еще никогда не чувствовал ничего подобного! – Вырвался наружу ошеломленный голос мужа.

– Это страсть! – Прокомментировала Мария. – Но не та, к которой мы привыкли. А истинная и самая чистая. – Первоисточник! И теперь мы способны не только мимолетно улавливать ее, как все люди, но и долго находится в этом сущем состоянии.

– Мне кажется, – перебил муж, – еще мгновение, и я сам стану страстью!

– Так и есть! – Добавила девушка.

– Неужели на нас так влияют эти путешествия по мирам, где мы обретаем что-то новое и неземное? – Спросил воодушевленный Фред.

– И да, и нет! – Ответила Мария. – Это всегда было в нас! Все зависит от того, как мы меняем свое восприятие! Как мы чувствуем и живем. А путешествие – это лишь небольшой толчок к своему потенциалу!

– Это просто невероятно! Это просто невероятно! – Повторял завороженный муж. – Наши возможности, поистине безграничны!

– Мы и есть эти возможности! Мы без границ! – Поддержала Мария.

Палатка заходила ходуном. Ее волнения будоражили сердце. Внутри все обрывалось, – так страсть демонстрировала себя.

Внутреннее убранство палатки сменилось с синего цвета на ярко желтый. Затем желтый поменялся на ярко-голубой, а следом на чистый белый. На белом фоне замелькали картинки, напоминающие, то лес, то что-то похожее на город. Серое перемешивалось с зеленым. И наконец, цвета взорвались единой смешанной палитрой. Если бы обычный человек посмотрел бы на это зрелище, то он ничего бы не заметил. Но новое восприятие супругов настолько стало утонченным, что они просматривали целую историю. Это была экранизация того, как все зарождалось и создавалось. Из пустоты образовывалось Сущее.

– Это похоже на сон! – Прокомментировал Фред.

Он испытывал такую мощнейшую страсть, что не мог сказать ничего другого.

– Страсть! – Единственное, что ответила Мария.

Они переглянулись и закатились истерическим смехом.

– Мы, как два сумасшедших! – Хихикая, сказал муж.

– Но таких страстных и реальных, что дальше некуда! – Поддержала Мария, делая акцент на долю юмора.

– Да! – Подтвердил Фред. – И ничего больше не нужно! Все само по себе! Страсть сама по себе! С ничего! Просто так! Но такая глубинная и всепоглощающая!

После слов мужа, Мария осознала, что необязательно проходить какой-либо путь! Достаточно просто прикасаться к любви – к страсти!

Дорога из этого волшебного места оказалась в тумане. Причем, и в прямом, и в переносном смысле. Небо нахмурилось, и надело серый окрас уныния. Но не того, что чувственно досаждает людям, а поэтичного и блаженного. В разуме также господствовал туман забытья. Такой нежный и приятный, что не хотелось ни о чем думать.

Складывалось впечатление, что машина управляла сама собой. И водитель Фред, и его постоянный штурман Мария смотрели на дорогу, как в пустоту. Там не было ничего. По крайней мере, именно сейчас, в этот отрезок вечности этих людей.

Редкие островки деревьев по обочине дороги сменились на более густой лес. Редко встречающиеся озера пропали из виду. Стало немножко темновато. Дорога немного ухудшилась по состоянию покрытия, если взять среднестатистическое мнение жителя мегаполиса. Небо почернело, а солнце будто отвернуло свой взор от голубого шарика.

Ни Мария, ни ее спутники не замечали никаких изменений, они пребывали в состоянии страсти. Только той, что не познается обычным системным разумом. Возможно системно-фантазийным, но не простым и заурядным. В машине царила механическая атмосфера. Все делалось на автомате, и управление транспортом, и спокойное внешнее молчание. Внутри же каждого члена поездки царил страстный покой – милое ничто…

Асфальт закончился, остался только гравий. Он мощными ударами массажировал днище авто, вылетая при этом в разные стороны, словно салют в руках школьников. Удары были мощными, очень. Но люди этого не замечали. Раздался сильный гром. Вспышка неземной силы – молния. Небеса мощным потоком выбросили свои эмоции вниз. Дождь был похож на мгновенно вылитое ведро, только в бесконечном процессе. Лес уже стоял непроглядным и высоченным забором. Он бешено вращался в разные стороны, как болельщики на футбольном матче, – ветер беспардонно таскал его за руку, как непослушного ребенка.

В машине стояла абсолютная тишина. Но настолько страстная, что было слышно, как поет свою постоянную песню муха. Возможно, она единственная замечала внешнее буйство природы, поэтому заглушала свое волнение песней своих маленьких крылышек.

Небо перекрасилось с черного на совершенно глубокий черный, да такой, что и черной дыре не снилась подобная проницательность. Молния перестала бить, и гром усмирил свои призывы к шуму, именно поэтому не было видно ничего. Гравий сменился на глиноподобную жижу, дорога стала похожа на длинное болото, с замашками реки. Грязь летела во все стороны, покрывая машину до последнего миллиметра. Колеса превратились в лыжи, и железное чудовище в глиняной шкуре стало скользить из стороны в сторону, виляя задом, как корова на льду.

Дождь, как туман. Стены из непроглядного леса. Потолок небывалой черной массы. Плывущая грязная дорога, оттенка нынешнего неба. Мрак.

В салоне авто даже муха успокоилась. Она будто поймала ту волну очарования, на которой находились люди. Они не думали, они просто страстно находились в себе. В своем мире. В мире, который исходил из множества миров, внутри таких же содружеств из миров. Внутри, машина напоминала пористый шоколад, где пузырьки были окружены шоколадом. Неважно, горьким или молочным, ведь в обычной системе принятых мнений, находятся те, кто считает любой шоколад сладким убийцей. Но только не в этой машине. Здесь пористый шоколад источал блаженное единство. – Страсть! Каждый пузырь был неповторим, имея свой внутренний мир, но в то же время, полностью похож на тот, что находился рядом – через прослойку сладкого шоколада.

Глубокая яма…

Трамплин…

Машина стремительно начинает набирать обороты вальса. Музыка природы громче и сильнее. Круги танца мощнее…

Машина аккуратненько приземляется на колеса. Но не на дороге, а на обочине, где по чистой, а может и нет случайности оказывается карман в лесном заборе.

Сильная вспышка молнии…

И внезапный яркий свет.

Голубое небо, ласковое солнышко. И страстное щебетание разных птиц.

От былого урагана не осталось и следа. Как по волшебству, по одному щелчку пальцем. Машина остановилась в аккурат между деревьями и кустами, причем размер этой природной парковки не превышал габариты авто.

– Страсть! – Произнесла Мария.

Никто ничего не ответил. Все находились в подобном состоянии, и комментировать его не спешили, так как просмотрели эту дорожную ситуацию, как романтический фильм.

– Страсть, – вновь произнесла Мария, – это чувство так переключило наш разум, что мы перестали разделять реальность, сон, риск, любовь. Мы ощущали именно страсть, которая показала, что человеческое восприятие способно, не только обезопасить, но и режиссировать любое видение, независимо от общего сценария мира. Ведь в этом сценарии, исходя из нашего восприятия смоделированы все существующие, и несуществующие действия, и состояния покоя.

После этих слов все повернули головы в сторону Марии. Будто неведомая космическая программа говорила за нее. И в ней были важны не слова, а код, заложенный в них. Никто не разбирал смысловых значений, все просто осознали это!

– Ты очень интересный собеседник! – Иронично пошутил Фред, когда они все вместе отошли от страстного забытья. – Я влюбляюсь в тебя все больше и больше.

– Ты влюбляешься в то, что я позволяю тебе видеть! – Внезапно ответила Мария, и муж заметил, что эти слова будто бы были не ее, а кого-то возвышенного, даже божественного.

Зависла пауза. На этот раз все стали размышлять над этими словами, как дети над тем, что им подарят на день рождения. Ситуация стала похожа на легкое забытье, будто высшие силы забрали у Бога осознание, и он превратился на миг в человека.

– Любой мир, система, – продолжила Мария, – как первоочередная вспышка света из мрака, или наоборот, из пустоты порождает любовь – подобие этой вспышки – любви. И чтобы она притягивала что-либо, ей необходимо показывать себя. Как при встрече двух человек, в которых выстрелит стрела Купидона – любовь, возникшая в них, знает, что показать противоположному. Пока любит один, любит и другой, даже, если эта любовь – ненависть. Что является, по сути, одним и тем же! Разделения лишь формальности интересов разума, и более мощных процессоров.

– Да мам! – Сказал Петр. – В этот раз ты загнула сильно! Действительно в тебе говорит страсть. Причем запредельная для нашего осознания.

– Ведать есть вещи, – ответила Мария, – которые вечность делит на части, раздавая, иногда, разными порциями каждому. – Если взять во внимание человеческое время. А в целом, всем все, и в полном объеме. – Если взять эту самую вечность.

За окном автомобиля появился туман, да такой плотный, что скрыл окружающий мир, оставив в пределах видимости только салон машины.

– Вот, например, сейчас, – сказала Мария, – мы наблюдаем только нас, без того, что за пределами этого авто. Нашу интересную беседу. Нашу страсть, с которой мы общаемся – нашу любовь. Наша реальность показывает нам то, во что мы влюблены. И только от нас зависит, как мы к этому относимся, с любовью, или с ненавистью. Если, повторюсь еще раз, мы различаем это единое целое – делим на два или еще на большее количество частей.

Машина будто наполнилась флюидами. Все попутчики испытали такие сильные толчки страсти, что внутри все завибрировало.

Вспышка…

Когда все начали переглядываться друг на друга, они не поверили ни своим глазам, ни своему разуму. Их лица менялись мгновенно. Каждый видел в одном человеке разные лица присутствующих. Мария увидела, как у мужа лицо менялось на ее собственное, затем на одного сына, потом на другого… И так со всеми…

Этот процесс начал ускоряться. И вскоре лица обрели структуру, схожую с изменяющейся виртуальной реальностью. Все расходилось и соединялось, то ровными, то неказистыми пикселями. Пока, наконец, все лица не обрели единое очертание – единое лицо, но с неопределенной внешностью. В тоже время, с узнаваемой и знакомой…

Вспышка света…

Туман за окном рассеялся.

Яркое, но нежное солнышко вновь заласкало лица присутствующих, причем в уже привычном состоянии. – Каждый вновь получил свою внешность обратно, как дар земли при рождении.

– Что это было? – Спросил Фред, когда немного отошел от странного мимического представления.

– Похоже, – сделав паузу, пробормотал Петр, – Мы перешагнули черту дозволенного в нашей реальности.

– Успокойтесь! – Властно, но нежно сказала Мария. – С реальностью невозможно зайти слишком далеко, перешагнув черту дозволенного, если разум успевает за сознанием. И баланс в помощь!

– Ты права! – Подтвердил, успокоившись Фред. – Пусть я не ожидал такого поворота событий, но это совсем не вышибло меня из разумного. Словно я познакомился с чем-то божественным, оставаясь на твердой земле. Внутри спокойно и легко, да и снаружи все быстро вернулось в привычное русло.

– Так всегда бывает, – прокомментировала Мария, – когда вовремя отпускаешь беспокойный разум, выбрасываешь мысли и просто наблюдаешь. Пусть Бог нас создал, Он един, и мы его подобие. Но сознание каждого человека, я не говорю о других сущностях, является, как целым и общим, так и отдельно шедевральным! Это, как истина, – она есть, ее нет, и у каждого она своя…

– Обожаю теорию относительности! – Воскликнул Петр.

– А как я ее люблю! – Со смехом прокричал Фред.

– Тишина… – Еле слышно прошептали все вместе.

После продолжительной паузы в машине раздался громкий и дружный смех.

Машина тронулась дальше. Отчетливого плана куда направляться у семьи не было, но они точно знали, что следуют правильным путем. Незаметно, но дорога трансформировалась в идеальную асфальтированную. А придорожный пейзаж преобразовался в поля с небольшими пригорками, на которых росло много цветов и кустарников. Окна были приоткрыты и в салоне стоял блаженный аромат полевых цветов. Он был настолько нежным и приятным, что все тут же провалились в очередную бездну страсти. Да и глаза баловались с этим чувством – вдоль всей дороги тянулась извилистая река. Она так яростно забавлялась со своим потоком, что блики, отражающие солнечные лучи развивали огромную скорость, разбегаясь в хаотичном бешенстве.

Мария сидела смирно, но ее тело настолько размякло от страстного удовольствия, что она его совсем не чувствовала. Можно сказать, его не было вовсе. Только мягкая тишина и далекие нежные мысли, которые даже не касались ее разума. Они просто летали рядышком.

Мысли были похожи на чей-то диалог, причем девушка не участвовала в нем. В нем говорилось, что она вновь помолодела… Еще больше. Недавняя трансформация лиц помогла понять ей, что реальность переменчива, причем, как степенно, так и мгновенно. Все зависит только от разумного якоря – точки сборки – восприятия – сознания, – той самой точечки в вечности, где разум соглашается с сознанием, где наступает баланс – чистое намерение!

Возможно бы на этом и закончилось путешествие Марии. И она через познание страсти обрела бы любовь, – всеобъемлющую и всепоглощающую. Но ее знание подсказывало, что, обретя все, можно потерять все. Остаться ничем, и всем одновременно. А это немного не совпадало с человеческой природой, которая всегда ждет идеальный баланс – Бога, спустившегося на землю… Ей так хотелось еще побыть человеком, страстным и наивным, желающим и узнающим. Человеком, который отпускает время лишь на миг, заглядывая в вечность, в пустоту, и в всебытие. Человеком, который знает намерение, но при этом лишь стремиться его познать. Человека, который путешествует только потому, что движение отличает его от иных сущностей, которые имеют скорость передвижения, отличную от той скорости, что известна Марии.

Девушка ощущала такую страстную легкость, что немного погодя и разум отправился вслед за телом. А потом и внутренний наблюдатель, сознание, пропало в салоне автомобиля.

– Приятно Вас встретить здесь! – Произнес голос в пустоте.

В ответ тишина…

– Вижу Вы уже научились управлять скоростью восприятия, – продолжил свой монолог голос из пустоты.

Тишина…

– Да и не только скоростью, но и вектором осознания, – вновь раздался голос, – Вас сейчас и человеком нельзя назвать, хотя я чувствую, что в глубине потустороннего, Вы знаете, что вы, и человек, и нечто большее…

Опять тишина…

– Я еще такого не ощущал! – Воскликнул страстно голос. – Я вне времени и пространства, вне обычной реальности общаюсь, но нет ответа. А я все равно его получаю, там, где-то в глубине. И я все осознаю. Вы действительно продвинулись к свету, да так близко, что и расстояния невозможно определить.

Тишина…

Что-то далекое снаружи, но близкое внутри осознавало этот монолог. Но осознания себя не было…

Тишина являлась пустой, но при этом, она была страстью!

– Теперь я чувствую интуитивно, что должен Вам напомнить, кто Вы… Более сильная сущность внутри Вас говорит мне об этом. Она исходит прямо из вечности. Именно оттуда она обрела Вас – Ваше земное Я. И в этот миг вернулась в свое восприятие – осознания себя, как высшей сущности света. А теперь она хочет вновь вернуть себе Ваш нынешний разум.

В ответ тишина… Но уже более мягкая – с легким ропотом осмысления чего-то или кого-то…

– Вы та девушка, что познаёт страсть! – Продолжил голос возвращать что-то или кого-то к «реальной» жизни.

Тишина страстно завибрировала. Свет разбавился мраком, разделяясь на множество разных цветов. Посередине этой палитры возникла радуга. Необычайно красивая и яркая. Она, как и земная, разрезала сферу – пространство, разделяя материю на разные слои. Внутри этого зрительного великолепия появилась точка, которая добавила восприятие – самоосознание.

– Вы Мария! – Завершающим тоном, произнес голос.

Радуга исчезла, и материя соединилась.

– Руки, мои руки! – Подумала Мария, когда к ней вернулось сознание, разум, и даже визуальное тело.

Ваши! – Произнес голос.

– Я в сновидении? – Спросила, осознающая себя Мария.

– Можно и так назвать, да и как угодно! – Ответил голос, интонация которого трансформировалась в нотки схожие с голосом ювелира.

– Я начинаю приходить в себя. – Сказала Мария, осознающая, что ее вернул в привычное человеческое состояние именно Вадим.

– Вы всегда были в себе… – Повисла пауза, потом ювелир продолжил. – просто Ваш разум не пускал Вас так далеко, – в сознание более светлых сущностей. И сейчас Вы вернулись из своего нового мира, из своей новой оболочки – сущности света.

– Я кажется поняла! – Воскликнула Мария. – Это как вечность, которая делит себя до самого мельчайшего микроба, а микроб осознает себя, как единое целое со всем – являясь все той же вечностью.

– Правильно! – Поддержал страстной интонацией Вадим.

– Но как Вы здесь оказались? – Спросила Мария.

– Как и в предыдущем примере, – Вадим показал пальцем вверх, указывая на сравнение вечности и микроба, – Мы связаны с вами теперь навечно. Как единое в целом, и целое в едином – одно и то же… Каким-то образом, но я вас всегда слышу, когда Вам необходимо мое присутствие. Причем я слышу, когда вы связываетесь по новому каналу связи – интуиции с Ваби-Манидо. И более того, мы теперь чувствуем и всю Вашу семью!

– Это чудо! – Прокомментировала Мария.

– Это страсть! – Сказал Вадим!

– Да! Это страсть! – И я страстно ее познала! Я это чувствую!

Свет сбавил свои обороты, и Мария смогла разглядеть Вадима. Он ласково улыбался, напоминая ей их первую встречу, только сейчас его лицо трансформировалось, как в салоне авто, у ее семьи. И когда трансформация остановилась на ее собственном образе, она смогла увидеть себя, как в зеркале.

– Боже! Какое чудо! Какая страсть! – Радостно произнесла Мария.

– Вы и есть страсть! – Ответила ее копия, но голосом Вадима. – А мне пора… Вечность ждет…

Сильный световой всплеск. И множество делений, похожих на многочисленные земные радуги. Словно реальность дополнялась цифровым форматом… Вспышка…

Мария открыла глаза, будто она проснулась. Она находилась в салоне движущегося автомобиля. А рядом находилась ее любимая семья. Она страстно окинула их взглядом.

– Спасибо Вам Вадим, – произнесла она про себя, – а вернее – мне…


НЕЖНОСТЬ.


Нежный и сладкий сон! Пушистые облака, впитавшие влагу горных рек. Крутые склоны гор, имеющие зеленое одеяние. И ровный ветер. Настолько сбалансированный, что любой предмет, попадающий в его объятия, застывает на месте. Он источает запах гор, рек и облаков. Легкий и незаметный аромат. И до всего этого не нужно добираться, дотягиваться. Об этом нет надобности мечтать, стремиться посетить, или когда-нибудь увидеть. Это волшебство здесь и сейчас, именно сейчас… В тот миг, который настал для восприятия. И он кричит о том, что он настал для любования им. Не для записи под корку, чтобы потом сожалеть, что это прошло, и проговаривать про себя, как же было хорошо. И не для мечтаний, которые вскоре должны обрушиться намерением, если, конечно, сжимать кулачки и с приоткрытыми глазами плевать через левое плечо. А для того, чтобы поистине познать этот миг сполна, прочувствовать. Осознать! Насладиться не запахом, а всем аппетитом, который только существует во вселенной, да и за ее пределами.

Нежность…

Сон становится все нежнее и нежнее! Слаще сладкого! Бархатное поле. Усыпанное неожиданными цветами, – не малышами с полей, а высокими звездами из цветочных магазинов. Просто так… Не на продажу. Для нежного восприятия! На один из цветков прилетела бабочка. Ее крылья похожи на павлиньи перья, но с более легкой и яркой отделкой. Даже ее крошечное тельце не напоминает насекомое, оно больше похоже на что-то божественное, ранимое и конечно же нежнейшее… Нежнее нежного! Бабочка не ищет смысла в цветке, не кушает пыльцу, не пьет росу, она ласково наблюдает за его цветением, вдыхая его аромат… Незаметно для восприятия обычного человека, но по обыкновению для осознания чистого света.

Нежность…

Сон уже не ощущается, как сон. Он является самой нежностью! С небес смотрят глаза, не Бога, не человека, просто глаза… Глаза… Они не в поисках. Они обычные наблюдатели. Они воспринимают горы, реки, небо, облака, поле, цветы и бабочку, как любовь. Тишина и наблюдение. Нежное и страстное!

Внезапная остановка кадра…

Пустота.

Яркий свет, исходящий из тьмы, делящийся на бесчисленное количество цветов.

Та же самая картина, – тот же сон, но перенесенный на иной холст. В мир иного порядка. Разума и восприятия. Небо – это мягкая матрица, с ощущениями тепла и любви. Горы – это твердь для исполнения желаний. Облака – это воздушный транспорт для свободного перемещения. Реки – это наземные и комфортабельные эскалаторы, поле – это основа мира с чистым намерением. Бабочка – это существо любви – любовь без надобности желать, без надобности иметь, имеющееся. А глаза – это сознание – художник без осмысления шедевра, без потребности публики и признания, – это просто глаза…

Все вокруг обратилось неизведанным.

И небо, и облака, горы, реки, поле, бабочка и глаза превратились в некую незнакомую структуру, по любому восприятию.

– Это мой новый мир! – Произнесла Мария, осознавая себя во сне. – Многое здесь не похоже на земное представление, но оно так отлично ново, что хочется его не только создавать, но и познавать.

Как только Мария произнесла эти слова, мир привычно завибрировал. Это возвещало о перестроении точки сборки – пора возвращаться в земное тело.

Мария открыла глаза… Она лежала на мягком пледе, укрытая шелковым платком. Неподалеку резвился муж с детьми и внуками, это стало понятно по их задорному смеху. Девушка подняла голову, открыла широко глаза и замерла от нежности. – Все, что она видела во сне, было здесь – реальным. Но только с очертаниями привычного, каким его воспринимают люди – небо, облака, горы, реки, поле, цветы, бабочка и… Мария осознала, что глаза ее…

Девушка отпустила мысли, уловила безмолвие. И все это великолепие открылось с другой стороны – в нем появились нотки нового мира… Как сказка, идущая из сердца!

Мария испытала такую нежность, что не смогла удержаться и вновь сладко уснула.

Пробуждение…

Нежность…

Мария открыла глаза, рядом с ней сидела семья, образовав кружок.

– Как, и когда мы сюда приехали? – Спросила Мария.

– Мы задавали друг другу тот же вопрос, – отозвался Фред, – Но тщетно… Это произошло само по себе, будто мы страстно этого желали, и желание превратилось в намерение. И вот мы здесь! Тут так прекрасно!

– Мам, – обратился Петр, – Ты испытываешь глубокую нежность? Просто, мы ее ощущаем, делимся ей, и впитываем друг от друга! Я даже не могу это объяснить разумно…

– И не нужно! – Ответила самым нежным голосом Мария. – Я ее испытываю всем своим существом, причем она исходит, как из меня, так и входит внутрь, в самую основу! Это, как человеческий глаз – первоисточник восприятия и сущего, хотя вектор его движения в обе стороны.

– Уже вечереет, – сказал Фред, – может быть проедем в деревню, не знаю откуда, но я слышал, здесь есть неподалеку деревушка. Там живет старообрядец. Поговаривают, что он, как мост между нашим миром и другими. Нашим временем и бесконечностью.

– Я кажется догадываюсь, о чем ты говоришь, – поддержала Мария, – Если мы в той области, о которой я думаю, то это так и есть.

– Я просто посмотрел в навигаторе… – Муж сделал паузу, потом продолжил. – По этим координатам, плюс, минус, расстояние от средней точки России до каждой области, находится деревня, где есть дом, а в нем живет один и тот же старец.

Фред ухмыльнулся, будто не верит своим словам, но очень хочет проверить эту легенду.

– Поехали! – Поднялась Мария, нежно поцеловав мужа.

Они быстро собрались, сели в машину, и только пыль на проселочной дороге напоминала о их временном нахождении здесь.

Дорога пролегала через лес. Навигатор очень быстро отказался ловить сеть. Это не мешало, наоборот, семья вновь отключила разум, облачившись в нежное состояние забытья.

Лес сгущался, надвигая тени на просветы, где еще доставало солнце. Еще немного… И тени слились с общим мраком ночи. Семья не реагировала, люди не беспокоились, что наступила темень, а дорога практически исчезла, оставляя лишь ухабы и узкую колею. При этом машина ехала уверенно и плавно, а семья нежно дремала в тишине, оставляя только механические рефлексы, а именно Фред.

Показалась луна, которая проспала свой выход. И как бы в неловком состоянии от своего проступка, она засветила так ярко, что можно было перепутать ночь с днем. Дороги не было, тянулся только нескончаемый коридор с травяным покрытием. По краям по-прежнему стояла непроглядная стена из деревьев. Это был самый натуральный путь в один конец. – Навигатор из природной реальности.

Салон автомобиля наполнялся нежностью все больше и больше. Словно все началось с одной частички, которая стала передавать свое восприятие окружающему миру. Нежность и так была здесь сущим. Но она решила поиграть с людьми в нарастающее присутствие. Зарождение – знакомство – познание – сущее – исчезновение – зарождение… Даже семья умудрилась взять друг друга за руки, передавая свое тепло нежности, вбирая благоговение у рядом сидящего. Складывалось впечатление, что и руль был предоставлен сам себе, а машина передвигалась за счет неведомых сил, что гнали ее навстречу новому, неизведанному.

– Мы скоро приедем, – интуитивно произнес Фред.

– Да! – Подтвердила Мария. – Я это чувствую.

– Точно, – отозвался Григорий, – и я это ощущаю, а еще что-то приближающееся.

– Это оно и есть! – Воскликнул Петр. – И место, и ощущение нарастающей нежности.

– Да, да! – Звонко затрещали внуки, не вкладывая в эту радость смысл.

Резкий склон, облегчение моторного звука…

Вспышка света…

Лес резко кончился, а перед машиной внезапно появился дом, а свет, что ослеплял, исходил от фонаря на столбе, причем он казался горящим факелом.

– Какое чудо! – Произнесла Мария. – Так и есть! Это факел, причем огонь такой мощный и яркий, что освещает все вокруг.

Все замерли в нежном ожидании волшебного бытия…

Пламя от факела плясало на ветру. Да так яростно, что по двору прыгали потусторонние тени, и они не казались, а являлись живыми, и очень выразительными. Дом напоминал старую усадьбу с резными фресками. Его цвет блуждал от темно-серого до сильно-черного, с элементами висевшей плесени. Складывалось впечатление, что этой хижине тысяча лет. А вот сам двор был усеян цветами и изящными деревьями, все находилось в полном цветении, и издавало такой фантастический аромат, что отвлекал от мрачной старости дома. Даже наоборот, избушка казалась дворцом.

Семья нежными глазами смотрела на этот уголок иного мира. Они не отдавали себе отчета – не пытались осмыслить свое нежное наблюдение. Это происходило само по себе, словно их заколдовали.

Во дворе бегал огромный белый и пушистый пес. Он так напоминал тучку, что Мария расхохоталась, не приходя в себя. Все остальные поддержали ее, и через мгновение предстала упоительная картина. – Сказочное место, таинственный дом, двор с намеком на райский сад, и завороженная семья, которая из всех разумных и двигательных функций выдавала лишь хохот, на виляющую хвостом тучку с преданными и нежными глазами.

Пес не лаял, не скулил, не вел себя, как обычные собаки. Он притворялся единственным хозяином дома, приветствуя, как-то по-человечески… Именно так его воспринимала семья гостей, потому что они все, по очереди, поздоровались с меховым чудом.

Еще бы несколько секунд таких взаимных нежных взглядов, и они все вместе с собакой погрузились бы в вечность нежности, без возможности возвратиться оттуда. Но дверь дома распахнулась, и на пороге появился человек. Свет от факела не доставал его лица, поэтому он оставался пока инкогнито. Хотя его силуэт кого-то напоминал Марии. Пес тут же убежал на задний двор, уступив место человеку. Тот, не спеша, подошел к редкому забору, раскрывая руки в абстрактное приветствие. У него засияла улыбка, это единственное, что можно было разглядеть. Но когда пламя факела в очередной раз пустилось в танец с ветром, свет обаял лицо хозяина дома.

– Я поражена! – Сказала Мария, изобразив позу статуи.

Все замерли, но не от нежного беспамятства, как прежде, а от возвращения разума, который переворачивался в себе от увиденного. Перед ними стоял Ваби-Манидо.

– Приветствую вас путники! – Громко произнес доброжелательную речь шаман. – Вы проходите, а то ваше изумление уж сильно наигранным кажется. Ведь вы же теперь покорители реального и нереального, создатели новых миров и корректировщики привычного мира. А удивляетесь моему нахождению здесь…

– Мой дорогой! – Отойдя от легкого шока, произнесла Мария. – Так в этом и прелесть, что мы способны, как дети наивно удивляться мелочам, чтобы не происходило с нашими мозгами. Я имею в виду путешествия по своим фантазиям.

Все оценили шутку и громко рассмеялись.

Калитка распахнулась, и все вошли во двор. Тут же прибежал пушистый пес. Он и теперь вел себя, как человек, словно не хвостом вилял и ласкался, а приветствовал, совершая поклоны головой. Это смотрелось, с одной стороны забавно, а с другой, совершенно неописуемо.

Шаман пригласил всех в дом, чтобы показать, где они будут спать, давая понять, что он сам выберет промежуток времени, на который они останутся здесь.

Когда они очутились в прихожей, Мария ощутила волну вдохновения и проницательности – интерьер был выполнен в современном стиле, более того, это оказался умный дом. Все это поняли после нескольких двигательных и голосовых команд шамана, – менялся климат, музыка, освещение и многое другое. Так Ваби-Манидо продолжал удивлять своих гостей, разбавляя реальность с волшебством.

– Люблю ваши фокусы! – С хитринкой в голосе, сказала Мария.

– Это еще не фокусы… – Ответил Ваби-Манидо.

Он подошел к Марии и нежно взял ее за руку, словно он испытывал вселенский трепет к ней. Затем он показал рукой на большую гостиную, которая никак разумно не помещалась в этом доме, если смотреть на него снаружи. И взмахом кисти, он раскрыл свое намерение, чтобы гости, кроме Марии, прошли туда и расположились отдыхать. Интуитивная связь сработала, и они отправились устраиваться. Мария же проследовала без единого вопроса за шаманом, который направился наружу, во двор.

Вроде, Мария увидела уже знакомую картину придомового двора, выйдя наружу, но как только дверь захлопнулась за ней, картинка сменилась, причем в замедленном моменте, как переключение кадров. Постепенно тьма сменилась днем. Русский лес уступил место джунглям, а привычный крик кукушки трансформировался в звуки тропических зверей.

Девушка протерла глаза, как наивная школьница, которая хочет показать своим видом, что она удивлена. Это не помогло, и перемены восприятия завершили свою трансформацию. Все вокруг вернуло Марию в джунгли Перу. И это были не воспоминания в голове, а осознанное восприятие реальности, здесь и сейчас.

Она обернулась, дом являлся той самой хижиной, в которой она гостила в Перу. Тот же теплый и душистый воздух. Мелкие животные, что постоянно бегали по внутреннему дворику. А вдалеке виднелась гора, на которой она медитировала вместе с Ваби-Манидо.

Мария пристально посмотрела на шамана.

– Помните, и осознавайте! – Сказал Ваби-Манидо. – В любой момент из вечности, когда Вы будите знать, что Вы являетесь всем, или над всем, показывая фокусы с реальностью, и считая, что именно Вы просветленная сущность – вечность, а все остальные лишь ученики, вечность обманет Вас… Так, хотя бы ради юмора. Преподнося того, кто более просветленный, хоть это и невозможно. Просветление – есть вечность, все и ничто. И неважно, действительно ли Вы вечность, Вы сами себя обманите…

Мария зависла…

– Видите, как бывает! – Прокомментировал шаман ступор Марии. – Хотя, Вы неоднократно осознавали эти простые слова для просветления, но не для обычного разума. И даже были учителем для меня в некоторых Ваших мирах.

Повисла пауза.

– Вечность являясь Вами, добросовестно проигрывает свою роль, иными словами, – продолжил шаман, – лишь иногда напоминая себе, кто она (Вы), вспышками осознания – просветлением. Хотя это все всегда есть, – Вы – вечность – Вы…

Он щелкнул пальцами и Мария вздрогнула. Она тут же вышла из стопора поисков разумного.

– Я осознала! – Сказала, улыбаясь Мария. – Снова! Хотя, только что я спала сама в себе!

– Естественно! – Ответил, поддерживая нотку юмора, шаман. – Вы, я, вечность, все мы едины, и нет разницы, на каком уровне сознания. Ведь сознание и есть реальность нас. А разность сознаний – это только интересы вечности, интересы из ничто, которое хочет разнообразия.

Они оба рассмеялись, осознавая приближающихся пут разума, которые обманным способом рассуждают о вечности.

Ваби-Манидо сделал глубокие круговые движения руками. Мария тут же почувствовала, как рассуждения улетучились. Их сменила нежность, то чувство, что перекрывает все… А после этого взрыва удовольствия наступила тишина. Полное и всепоглощающее безмолвие. Именно в этот миг Мария увидела вечность… – Себя!

Они оба стояли, и с нежным восприятием наблюдали за джунглями. Не рассуждая, и не имея суждения об увиденном. Полная и безмятежная тишина внутри дарила нежную сказку снаружи.

Дул теплый тропический ветерок. Небо имело такую прозрачную и проницательную синеву, что глаза нежно ослеплялись. Джунгли источали радушный аромат и издавали приветливые звуки природы. Манящим шипением бурлил водопад, что так нравился Марии. Было даже видно, как некоторые члены племен занимались сбором хвороста у подножья горы. И все это было здесь и сейчас. Не воспоминания, не фантазии или сон, а самая настоящая реальность, как твердь скалы в руках человека.

Нежность…

Мария испытывала такие переливы и подъемы сил – энергии, что стала замечать за собой некое свечение. Словно ее заряжали через розетку, как севший и включенный фонарик. Она уже не ощущала тела, не мыслила разумно, она осознавала. Она и была чистым сознанием.

Вспышка света…

Тьма…

Свет – тьма…

Иллюминация вездесущей энергии разрывала на части любое восприятие, но только не Марии, так как она являлась вечностью. Черно-белый танец света и его обратной стороны плавно перешел в сильную вибрацию, вначале в громкую и редкую, а затем в зудящую и нескончаемо быструю.

Взрыв эмоций – энергии…

Пустота – ничего!

В доме, куда они первоначально приехали, все оставалось без изменений. Семья незаметно для себя ждала Марию, занимаясь своими делами. Причем они просто сидели в медитативном состоянии, блуждая по сновидениям земного быта, – тело находилось в покое, а разум, околдованный сознанием, занимался обычными манипуляциями: раскладывал вещи, застилал постель, готовился ко сну.

Если бы в этот момент Мария и шаман были бы внутри дома, то они смогли бы наблюдать впечатляющую картину – кроме комнаты, где находилась семья, больше ничего не было… Кромешная и непроглядная пустота, не имеющая цвета и определения. Даже бы ничто сильно удивилось бы такому вакууму несуществующего.

Снаружи все обстояло по-другому. Реальность раздвоилась на две части, как превью 3D фильма. Верхняя половина изображала дом, куда приехала семья, а нижняя хижину джунглей. Кроме этого ляпа реальности, здесь присутствовала сущность, вернее высшая и очень тонкая – это было сознание. Сознание одно на двоих – шамана и Марии. Хоть они являлись в этот миг вечности самой вечностью, но в этой реальности они составляли одну единицу всеобщего сознания, пусть и на двоих.

Вечность же, которой стали шаман и Мария, не обращала никакого внимания на ту реальность, где раздвоилась материя хижин. Она пронизывала все, что только было в этом промежуточном мире – семью, Марию, шамана, и около осмысленную материю.

Так бы и продолжался этот эпизод поглощения вечностью всего сущего, но на сцене появилась нежность, настолько пронизывающая и всепоглощающая, что великое ничто обратило на нее свое внимание, отдав незаметный сигнал вечности прекратить это самолюбование. Уступив место молодому сознанию.

Вспышка света…

Тьма…

Свет – Тьма…

Все повторилось.

Мария, вернее ее сознание, отделившееся от сознания шамана, вернуло себе разум девушки. Она увидела себя и Ваби-Манидо.

– Пора возвращаться Мария! – Произнес шаман.

– Я услышала в вашем голосе нотки разлуки, хотя и чутко нежные. – Сказала Мария.

– Так и есть! – Продолжил Ваби-Манидо. – О разлуке вы узнали от Вашей новой связи с сущем – от интуиции, а о нежности Вы не узнавали… Вы и есть теперь сама нежность. Та, что преодолевает все на свете и за его пределами. Та, что является всем для Вас и ничем, кто ее не принимает!!!

– А разлука? – Мария замолчала, не продолжив вопрос.

– Разлука – это пустяк, – ответил Шаман, – ее мать вечность так забавляется, скучая и встречая.

Он сделал паузу, и Мария поняла все, что он хочет сказать.

– Вам пора возвращаться к семье, и сделать последний, но не окончательный рывок к себе! К своему самопознанию. Который Вы конечно же забудете, если желание быть человеком пересилит. Все сказания о просветлении вам уже не нужны… Вы всегда есть – свет!

– Тогда не прощаемся! – Воскликнула Мария.

– До свидания! – Улыбнулся шаман. – Передавайте привет Вадиму… Он-то точно вам встретится по возвращению домой.

«Возвращение домой» шаман выделил определенной интонацией, которая раскрывала суть дома – он там, где есть сознание!

– Нежно Вас целую и обнимаю, – сказала Мария, не вкладывая в это земной смысл.

Вспышка света, но на этот раз разбавленная тьмой, что еще никогда не видел глаз человека…

Пустота и тишина…


ЛЮБОВЬ.


Мир перевернулся! Развернулся и исчез!

Любой мир!

Безмолвие созидает любовь!

Любовь непонятную и неопределенную, как извечный вопрос: «А что такое любовь?» Любовь также существующую, как и никогда не рожденную, но всеобъемлющую и всепоглощающую. То чувство, что является чувством только в человеческом разуме. Чувством, как энергией, являясь движением. Любовь с одной стороны, и ненависть с другой, как обратная сторона медали, как черное и белое, но неразрывное. – Как одно и то же, но разделенное для отражения самой себя!

Закрывая одну историю бытия, любовь проходит через сущее, затем через небытие, а потом создает другую историю. Для кого-то новую, для кого-то обновленную, а для кого и подобную, как все истории всех миров, вышедших из глубокого и недосягаемого ничто.

Любовь есть, и ей совсем не нужны мнения о ее существовании. Любовь открыта для открытого восприятия, и закрыта для несуществующего – спящего, и то, только на тот миг, пока оно спит… Ведь любовь охраняет этот сон, тихонько и ласково, нежно и по-матерински заботливо. И даже проникая в сон, и в сновидящего, не раскрывая ему, что она вокруг, рядом и внутри.

Любовь наступает не постепенно, как в случае пути к познанию Марией себя. Это только ощущения для ожидания и предчувствия безмерной благодати. Любовь есть всегда, даже в несуществующем. И не важно, как она определяет себя, какими терминами и обозначениями. Является ли она всем, или ничем, предметом, или человеком, чувством, или током в проводах, земной эмоцией, или вселенской связью частиц, любовью, или ненавистью…

Но как же обрести любовь, если она есть все и всегда? Просто-напросто необходим ум – процесс бесконечных рассуждений – мыслей, исходящих из подобных мыслей, но с разных сторон относительности. А он всегда придет на помощь, и забудет любовь на миг, вечный или обманно вечный, когда он замкнут временем. Он просто притворится, что любовь исчезла, оставив ненависть, или другие оттенки любви, до бесконечного разветвления разумных терминов… И именно в этот самый миг, разум будет изобретать путь выхода в любовь, которая никогда, и никуда не уходила. И тогда она становится сюрпризом, ради которого стоит жить – двигаться вперед. В то прямо, что является и лево, и право, и обратно, и в сторону своих же следов…

Любовь вышла из Марии, никогда не покидая ее. Пропитала страницы этой книги, ее слова, буквы, и любую энергию, связанную с этой историей, которая всегда была, есть и будет правдой.

И именно в этот миг, любовь исходит из того мира, что создавала всегда Мария. И кто знает, возможно тот самый мир и есть ваш собственный. Мир, вытекающий из любви, и входящий в нее навечно!

Любовь искрящая, и самая тихая на свете.

Любовь…

То, что именно сейчас застыло в разуме, теле и душе девушки, которая является чистым сознанием. Сознанием, которое ласково называет себя Марией…


Тишина и пустота… Но Мария осознает себя, хотя чувствует, что внутренний и внешний мир потух. Она также осознает недавние мысли о любви, но не разумные, а бессловесные и нечитаемые – мысли высшей формы разума, который называет себя сознанием, «с хитринкой в глазах…» Девушка ощущает себя любовью!

Тишина и пустота… Фред видит сам себя, как кого-то, или даже что-то бестелесное, светящееся. Он видит не глазами, а более глубинным видением. Мужчина понимает разумно, что разум ему не мешает своими мыслями, наоборот, он остается безмолвным. Посылая лишь сигналы от сознания. Фред ощущает себя любовью!

Тишина и пустота… Петр вибрирует телом, но не плотью из мира земли, а телом сущего – тонким, несуществующим для глаз человека. Вибрация настолько сильная и быстрая, что незаметна вообще, даже для высших существ из любых миров. Пётр ощущает себя любовью!

Тишина и пустота… Григорий излучает такой свет, что сам свет поражен от увиденного. Мальчик сам является светом. Его внутренняя сила, сложенная из собственного потенциала и молодого напора, заставляет все вокруг ослепляться от его излучения добра. Григорий ощущает себя любовью!


Темнота… Словно свет не виден из-за закрытых глаз, но на более энергетическом уровне. – Темнота, сплетенная из лоскутков света, как бы это не звучало парадоксально. Настолько пронизывающая воображение, что оно неотличимо от материи трехмерного мира.

Мрак видит четыре сознания, ощущающих себя любовью. И это видение взаимно. Четыре лучика света вселенной, исходящих из самого истока сущего, созерцают глубину черного мрака.

И свет, и тьма являются друг для друга магнитом, меняя постоянно в себе полярности – меняя себя в себе, и меняя оппонента в оппоненте, также, как и друг друга в друг друге.


Свет постепенно становится тьмой. Свет мгновенно становится тьмой…

Тьма постепенно становится светом. Тьма мгновенно становится светом…


Также, как в машине, семья меняется между собой. Только на этот раз не лицами, а полностью телами, осознавая это, и мысля об этом разумно. – Вспышка света – чернь – вспышка света – чернь…


Фред становится Марией, затем Петром, а потом Григорием, Мария трансформируется в Фреда, затем в Петра, потом в Григория. Петр превращается в Фреда, затем в Марию, а потом в Григория. Григорий перевоплощается в Фреда, затем в Марию, потом в Петра…


Происходит переплетение и смешивание миров. Как ДНК косичка, реальности сплетаются в единую структуру сущего, одновременно, разделяясь на отдельные реальности, что меняются между собой. Полная неразбериха… Хаос… Хаос, исходящий из любви…


Озеро. Обычное небольшое земное озеро, по расположению под Москвой. Берег искусственно срезан экскаватором, и по всему побережью насыпан ровным слоем песок. Изумительная погода, яркое солнце, прозрачное небо, теплый, но охлаждающий ветерок, вода – парное молоко. Весь пляж усеян людьми. Кто на одеяле, кто на траве, с палатками, матрасами, а некоторые с целым туристическим комплексом. Каждый уголок – личный, семейный или дружеский мир, по-своему неповторим и прекрасен. В каждом есть любовь.

Небольшая тучка бросает на пляж тень, разбавляя солнечные лучи переливами от темных поверхностей. Блики. И каждый отдельный мир начинает соединяться в общую массу – люди становятся совершенно похожими. Они одинаково едят, загорают и купаются. Совместно произносят одни и те же фразы и даже думают одни и те же мысли…

Миры дополняют друг друга, меняются между собой, трансформируются в друг друга, объединяясь и разъединяясь. Свет и тьма в них повторяет их движение. А вместе они исходят из любви!

И где-то посередине, в центре лагеря одной из семьи, стоит стол. На нем салат, приготовленный с любовью для семьи. А в нем плавает частичка, которая меньше любого кварка. И именно в ней блуждает сознание, которое объединяет в себе четыре сознания семьи Марии из привычного мира, но в воплощении сновидения – в созидании нового мира…

И весь этот нескончаемый замкнутый круг охватывает любовь – все-я-любовь!


Мария вынырнула из этого видения с мощным энергетическим взрывом. Ей даже показалось, что она образовала что-то похожее на ядерный гриб, только невидимый, на более тонком уровне.

– Происходит постоянная трансформация! – Подумала она про себя. – Я уже не успеваю за переменами в разуме, теле. А особенно в сознании, которое не цепляется, как прежде, передвигая точку сборки, оно уже охватывает все. Да так глубоко, что меня постоянно пронизывает энергия сущего.

Она задумалась. Не обращая внимания на то, кто она – земное тело, тело сновидения, медитативное состояние, или же чистое сознание, воспринимающее рассуждения ума…

– Я определенно к чему-то приближаюсь! – Продолжила она после небольшой паузы. – Любовь наполняет меня всеобъемлюще, переливаясь через края моей сущности в движение бытия. Я ощущаю такое единство, что оно сравнимо с светом благодати, которое я испытываю при вдохновленном состоянии.

Семья слышала эти мысли Марии, но они не могли определить, откуда они исходят. Были ли они телесными, или же доносились интуитивно. Каждый член семьи находился в прострации – в промежуточном мире, в пустоте. Они не видели друг друга, не ощущали, но осознавали.

После последних событий во время путешествия, где они посетили волшебную хижину Ваби-Манидо, семья никак не могла вернуться в свое привычное состояние. Их разбросало по просторам сознания, можно сказать вселенной – вечного бытия.

Каждый из них существовал, но не мог себя определить. Доходило до того, что они путали себя с другими… Сознание не могло определить точную сущность в себе, осознавая при этом просторы миров и их существование.

Единственное, что успокаивало вибрацию неизведанного внутри сознания, это любовь. Она ощущалась на любом уровне восприятия. И человеческим воодушевлением, с эмоциональными оттенками. И всеобъемлющим осознанием сущей благодати. И переплетением света и тьмы…

Одно было точным – они обладали единым видением. – Яркий и добрый свет, разбавленный страстной, с приятной прохладой тьмой. Энергетическая поддержка в виде подпитки жизни, мелькающая радужными раскатами. Мягкая и мелодичная музыка, исходящая словно из-под корки. И постоянно, везде, без определения источника, присутствующая любовь!

– Я могу с вами говорить? – Спросило сознание Марии, не зная, слышат ли ее, и могут ли ей ответить.

Этот вопрос прозвучал одновременно из каждого сознания. И также одновременно он был услышан.

– Да! – Прозвучал ответ из каждого сознания семьи, объединяясь в единое эхо.

– Я само спрашиваю, и само отвечаю, – прозвучал уже единый глас общего сознания, без определения Я, и тем более человеческого пола.

– Что же я сейчас такое? – Прозвучал вопрос сознания к сознанию.

– Любовь! – Послышался ответ внутри сознания.

Дальше сознание замкнулось само в себе, не задавая вопросов, не отвечая, но ведя «диалог» на более тонком уровне, даже более тонком, чем интуиция. – Отражение сущего общалось с отражением сущего, и все это происходило на просторах вечного ничто…

В этот миг, любовь ласково отщипнула от себя кусочек счастья, и слепила из него узкую, но бесконечно длинную дорожку. Она служила для обратного пути Марии и ее семьи. Только «обратно» включало в себя все возможные и невозможные направления. Материальные и нематериальные. Любовь осознавала, что ее практически нашли, причем навечно, но она хотела еще немного поиграть в иронические прятки. Именно поэтому ее дорожка была усеяна цветами волшебного благоухания, облаками космической красоты, и ярким сиянием самого красочного солнца во всех вселенных.

– Уж эта дорожка точно отвлечет от меня, – думала любовь, – пусть на миг, но это даст мне шанс вновь ощутить страстную жажду людей в поиске меня.

Любовь улыбнулась, и с хитрой ухмылкой вернулась обратно в свое основное видение – к объединенному сознанию семьи.


Путешествие по областям подошло бы к концу, но все дружно решили съездить еще раз, но только после неотложных дел дома. Того дома, что еще пока манил, но уже готовил взлетную полосу. Тем более, любовь показала, что не имеет определенного места жительства. Она повсеместно. А неотложные дела сверлили лишь неспокойный разум, который понимал, что скоро от него откажутся в том плане, в каком он служил людям. Возможно, это была встреча с Вадимом, хотя Мария поняла, что встреча – это внутреннее намерение. Возможно, это было прощание с родным городом, как с последним пристанищем для несвободы духа, хотя Фред осознал, что дух такая же мысль, которая ведет, а якорь степенности – обычная лень. А может быть, это был новый этап своего нового Я, хотя Петр теперь знает, что Я – очередной якорь восприятия, душевный порыв или осада, мысль – пристальный взгляд осознания. Или, возможно, это был квантовый скачок – переходный возраст, хотя Григорий познал всю абсурдность возрастного перевала, тем более, когда лицезришь вечность.

Иными словами, без рассуждений и поисков смысла, было решено вернуться на отправную точку.

Как и прежде, а к этому прежде семья успела привыкнуть, обратная дорога стала незаметной. Никто не думал о том, как, где и когда они очутились в машине, возвращаясь домой. Не было точных воспоминаний о промежутке между хижиной Ваби-Манидо и автомобилем.

Внутри царила любовь! Она питала каждого по отдельности, объединяя их в общем пире энергетического экстаза. Любовь настолько переполнила все сущности семьи, что для другого не осталось места. И не то, чтобы она вытеснила все остальные чувства. Просто любовь стала всем, объясняя людям что она может быть разной… Если это воспринимать! А может быть собой – любовью всепоглощающей… Если это воспринимать!

Путь лежал по той же дороге, но местность была неузнаваемой. Словно семья ехала в другом мире, в измененном сознании. Конечно же любовь волшебная сила, и именно она вдохновляла на иное восприятие. Но Мария, Фред, Петр, Григорий и естественно божие одуванчики внуки, не разбирали это видение на части. Они просто-напросто внимали любовь такой, какая она есть – порывом ветерка, солнечным лучом, голубым небом, и самой воодушевляющей сущностью – тишиной, блаженным безмолвием.

Возможно, простому обывателю показалось бы странно и непонятно, а возможно и, казалось бы, сумасшествием то, что создался вакуум в любви, а разумно – это пустота. Но семья Марии испытывала грандиозное наслаждение! Причем это касалось любого места, да хоть салона автомобиля. Где они не знали ни времени, ни пространства. Тут же создавался мир, новый и интересный, который отрезал стремление чего-то желать. Новый мир являлся намерением, а это все сущее без надобности им владеть.

Это и был секрет создания нового мира Марией. Созидания того, что уже является на просторах бытия – сущего внутри великого ничто. Теперь-то Мария понимала, что создание мира, это не просчет времени, например, на семь дней творчества. А это – внутренняя сущность, благоговение, творчество, порыв, и даже неделание, о котором так любят толковать просветленные люди. Созидание мира – это движение, часть общего потока, притворившегося отдельным сознанием, разумом, душой и телом…

Автомобиль, не спеша двигался по дороге, а внутри его железной оболочки сидела Мария. Та девушка, что искала любовь. Искала то, что всегда было с ней, в ней, и снаружи. И никто не знает, действительно ли она ехала с семьей, или же одна, создавая свой мир исходя из своих ощущений – рисуя реальность. Даже она сама не пыталась думать на эту тему, она лишь осознавала свое присутствие, присутствие семьи – она осознавала себя осознающей – сущностью, что смотрит из вечности, создавая земную реальность. А как известно, земля – это люди, семья, дорога куда-то: движение энергии, частиц, коммуникации, существ. Именно поэтому внутри железной оболочки авто ехала Мария…


Уже ставший родным, город встретил семью настолько радушно с любовью, что даже разум немного всплакнул из-за грядущих перемен сознания. Он прекрасно понимал, Мария стала легким светом, и он не имеет определенного пристанища, а тем более якоря для грядущей старости… Разум также знал, что как бы он не прятал свое подобие высшего ума, выделяя свою индивидуальность – покорение сознанию, все равно Мария обрела истинную любовь – любовь без истин. Любовь всеобъемлющую, а значит она больше не принадлежит ни разуму, ни телу. И даже сознанию – временному нахождению, в качестве наблюдателя. Оно прекрасно понимало, что человек, посетивший бескрайние просторы просветления, готов не только к вечности, но и к великому ничто.

Машину оставили около дома, вещи не стали разбирать, а только выгрузили в дом. Было решено погулять по городу.

Солнышко было щадящее, давая возможность людям гулять без изнуряющей жары. Небо при этом было без облаков, даря зеркальное отражение земли. Присутствовал и ветерок, не жаркий, и не холодный. Казалось, что он не имел и срединного баланса, будто его режим был включен на автоматический климат, по ситуации. Люди встречались, на исключение очень радушные и приветливые. Их глаза сияли каким-то необычайно теплым светом. Складывалось впечатление, что все прохожие, это либо друзья, либо родственники. Улочки были политы городскими службами, по ощущениям прошел дождь, – свежесть настолько радовало восприятие, что в груди распирало вдохновение. Этому способствовал и новый взгляд – казалось на каждой улице что-то поменялось, будто прошел косметический ремонт города. И это было таким явным, аж не верилось, что это та самая страна, и тот самый город. Появились голуби на площадях, которые постепенно исчезли из городов, радуя взгляд во времена детства Марии. По всему побережью местной реки сидели рыбаки, причем, многие со своими семьями. И этот факт также перестал преобладать в последнее время – из-за увеличенной скорости жизни. А тут… Мир перевернулся в своей степенности и размеренности. Дороги были практически пустыми, на глаза попадался лишь общественный транспорт и такси, при том, что в этом городе не было метро. А растяжки над дорогой сплошь и рядом были увешаны праздничными лозунгами, фонарями и цветами, хотя праздника не намечалось, да и позади не проходило торжеств. Газоны и клумбы были усеяны узорами из цветов, и это касалось не только центра города, но и всей его протяженности. Все стало каким-то игрушечным, приятным на взгляд, и даже по космически фантастическим.

– Что же это за великолепие? – Спросил Фред, зная ответ.

– Это любовь! – Ответила такой же риторикой Мария.

Дети и внуки вообще молчали, они испытывали такой прилив сил от увиденного, что у них пропали все телесные функции. Ребята могли только наблюдать – воспринимать.

– Не мир меняется! – Сказал Фред. – Мы меняемся! Пришла любовь.

– Мы взаимны теперь! – Поддержала Мария. – Мы меняемся, мир меняется, мы можем менять мир, он может менять нас. Мы и есть любовь. Мир – любовь, мы – любовь, мы – мир!

Родители держали за руки детей, дети держали за руки родителей. Дети держали за руки внуков, внуки держали за руки детей… Любовь держала их всех за руки, а они ее.

Всю их прогулку рядом летала одна и та же бабочка. Она была похожа на ангела, с неземным узором на крылышках. Бабочка в основном держалась поодаль, чтобы не мешать страстному восприятию людей – ее красота действительно была неописуемой, и могла отвлечь на себя внимание. Но изредка, она приближалась и описывала изящные воздушные пируэты. Так реальность проверяла, насколько семья окунулась в сказку – настоящую материю их сознания. Бабочка, как преданная собачка, постоянно была рядом, что смотрелось очень забавно. При этом, она была совершенно свободной, и не имела и намека на привязанность к людям. Конечно же любовь соединила их путь. Любовь!

Любовь знала, что она завершала путь Марии. И это завершение вело к началу нового пути. Причем новый путь обещал быть очень свежим и молодым, а ни как привыкли люди: путь сопровождающий время – путь к старости. Эта новая дорога, завершающая путь Марии, вела от любви к любви. Только она пока об этом ничего не ведала девушке.

Великое ничто для этого и создало подобную меняющуюся реальность, словно это видеоигра, но с вечным онлайн движком. И даже вселенная еще не знала, что хитрое ничто готовит для Марии. Ведь она являлась частью этого самого ничто, так оно хитро проговаривало про себя…

А может Мария – это и есть глобальное ничто?

…

Прошло немного времени, когда семья успела привыкнуть к своим обычным делам. Помимо этого, параллельно, обсуждался вопрос о переезде. Было решено не спешить с запредельным путешествием по направлению сознания. Альтернативой выступил разум – он намеревался осуществить перемены, пока земного масштаба.

В одно прекрасное утро, когда Мария вскочила ни свет, ни заря, она внезапно направилась посетить Вадима. Хоть она и хотела встретиться с ювелиром по приезду домой, но этого не случилось по одной простой причине – когда любовь посещает человека, он автоматически становится только легким наблюдателем, доверяясь сознанию. А уж оно точно не имеет привычки чего-то желать, тем более без насыщения. Вот именно поэтому, семья по приезду, отдалась сладостным полетам в себе. И именно в это утро пришло время для визита. Так захотела душа Марии…, и она с удовольствием «подчинилась».

Она с легкостью добралась до мастерской. Снаружи явно все переменилось. Витрина была усыпана золотом, словно его высыпали, как гравий на дорогу. Мария не обратила на это внимания, и не только потому, что блеск золота ее больше не прельщал, а еще потому, что приближающаяся встреча с Вадимом, итак, искрила впечатлениями, будто вокруг стояла атомная электростанция, выбрасывающая в свободный полет всю свою энергию.

Также поменялась вывеска. Она напоминала билборды из фантастических фильмов – реклама была живой, и постоянно двигалась, не имея основы для механизма или дисплея.

Крылечко пропало вовсе, на его месте появились колонны, не имеющие ничего общего с декором. Они будто были выбиты из массивного куска скалы, причем, когда-то здесь вросшей в землю… Именно этот факт удивил Марию. Это невозможно было описать, настолько грандиозно смотрелась мастерская с этими колоннами, на фоне обычных магазинов. Благо любовь переполняла Марию, и не только, как познаваемое чувство, но и как жизнь этого мига, из всей вечности.

Двери распахнулись сами, Мария осмотрела новшество, но механизма и определителя движения не заметила.

– Маленькая хитрость Вадима! – С улыбкой проговорила про себя Мария.

Девушка прошла внутрь. Интерьер поменялся полностью. Мастерская стала больше похожа на ночной клуб. Везде была неоновая подсветка, мерцающие диоды, и даже играла психоделическая музыка.

Странная нелепость сразу бросалась в глаза, – окна были без тонировки, но прямые солнечные лучи внутрь не попадали, именно поэтому стоял полумрак, разбавленный электрическим свечением.

К ногам Марии сразу же подбежал кот, и начал ласкаться.

– Вадим завел нового кота. – Произнесла про себя девушка.

Пушистый наглец умудрился запрыгнуть на руки, выпросив такую привилегию. Он тут же свернулся калачиком и замурчал. Что-то было в нем необычайно знакомое. И когда Мария всмотрелась в глаза кота…

– Не может быть… – Проронила она.

Кот словно улыбнулся, зная мысли Марии.

– Это же Василий, – прошептала девушка, – только он совершенно не похож визуально. Но я точно знаю, что это он… – Интуиция.

Кот приветливо облизнул руку Марии, одобряя ее предположение, исходящее из прямого знания. Еще немного потерся мордочкой, и скользнул в темный угол помещения.

Мария услышала приглушенный звук из комнаты отдыха, и прошла прямиком туда. Перед ней вырос, будто из шляпы фокусника, мужчина. Он приветливо улыбнулся и поприветствовал девушку.

– Здравствуйте, – ответила Мария.

– Как Ваше настроение Мария? – Спросил незнакомец.

– Хорошо! – Ответила девушка. – Мы знакомы?

Как только она это спросила, сияющая улыбка мужчины заставила Марию взглянуть в его глаза. История повторилась. Как с котом. Интуитивно, Мария узнала ювелира, мужчина точно был Вадимом.

– Что это за фокусы? – Засмеявшись, спросила Мария.

– Это любовь! – Ответил Вадим, завершая фразу серьезным выражением лица. – Вы любовь! Я любовь! Эта странная ситуация – есть любовь. Любовь привела Вас ко мне первый раз. И вновь любовь доставила Вас ко мне, именно сейчас, когда Вы осознали ее. Вы теперь знаете, что все любовь!

Мария настолько обмякла от этих слов, что не заметила, как присела на кресло.

– А моя внешность… – Продолжил Вадим, – Всего-навсего пример единства… Пример любви… Что есть внешность? Что есть я? Что есть Вы? Ваша семья? Реальность? Мир привычный и новый?

Что есть Ваш путь? Где его начало, и где его конец? И существуют ли они? Видели ли Вы именно меня и моего кота, при нашей встрече? Встречали ли Вы истинного Ваби-Манидо в Перу, или в России?

Были ли все эти люди другими людьми, а не Вами? Ваша семья – это отдельные личности, или же это все Вы?

Вы – Ваше сознание – мир – любовь… И так до бесконечности.

Мария застыла в едином порыве. Она не могла не двигаться, не издавать звуки, не говоря о словах.

– Вы искали путь? – Продолжил вопросительную речь Вадим. – Вы искали любовь? А может быть Вы искали себя? Как это делают все люди, и не люди из любых миров… Кто-то ищет друга, супруга, семью, истину, правду… Возможно они все ищут только себя, как отражение от себя? Ведь без ненависти не узнать любовь! Без мужчины не узнать женщину. Без Вас не узнать путь, любовь – себя!

Вадим отлучился ненадолго. Он принес большое зеркало и поставил его напротив Марии.

– Всмотритесь Мария! – Спокойно сказал Вадим. – Успокойте свои мысли, отключите разум. Достигните полного безмолвия, и просто наблюдайте.

Как только Мария поймала волну, что недавно ее захлестывала вдохновением, пришла любовь. И это девушка узнала уже даже не интуитивно, а осознавая. Ее чистое сознание убрало все помехи и снаружи, и внутри. Пришла тишина…

На мгновение видение пропало. Свет, сменяющийся тьмой, растворился в себе. Вакуум… Ни то, ни се. Ни плохо, ни хорошо. Ни черное, ни белое. Ничто…


Внезапное включение в реальность, но странную и неопределенную…

Мария вновь видит себя в отражении. Также ей, видно, Вадима, который стоит недалеко от нее. Вдруг отражение стало расходиться волнами, от центра к краям. Волны, превращающиеся в мелкую вибрацию, начали выходить за края зеркала. Теперь все видение представляет собой волновую картинку.

Когда восприятие вернулось в привычное состояние, девушка смотрела себе в глаза в отражении. Этот взгляд был настолько проницательным, что она будто бы глядела на себя изнутри. Она являлась собой. Истинной собой, без мыслей, одежд, ярлыков, мнений, без всего, что можно обсудить…

– Теперь, когда Вы чисты духом, – молвил Вадим, – отведите взгляд, а потом вновь всмотритесь себе в глаза.

Мария так и сделала. И когда ее глаза встретились с глазами в отражении, отражение пропало… Мария видела только любовь, она воспринимала ее всем своим существом. Мария больше не существовала, – она являлась любовью!

– Когда твои эмоции отступили, – первый раз за все время Вадим обратился к Марии на ты, – посмотри на свои руки. И это я говорю тебе – ЛЮБОВЬ!

Тело Марии, и в то же время совершенно чистое существо в сознании посмотрело на руки, они были неузнаваемы, в прежнем состоянии. Но существо это не заметило, оно было настолько чистым листом, что не знало ничего того, что может о чем-то или о ком-то напоминать. Единственное, что увидело сознание, это было кольцо, то самое, у которого не было пробы, и с которого начался путь к себе… Оно настолько ярко сияло, что свет в мгновение ока изменил его. Оно стало абсолютно новым и невероятно сияющим.

Сознание отвело от кольца взор, посмотрев на лицо своего земного тела…

Любовь взорвалась экстазом. Перед сознанием, в отражении, сидела мама Марии – Ирен. И сознание приняло себя, как Ирен… Оно и без отражения ощущало себя Ирен.

Затем Ирен перевела взгляд на Вадима, но там стоял Фред, муж Марии. Один миг, Ирен моргнула, и Фред трансформировался в Савелия – мужа Ирен, отца Марии.

Любовь взорвалась мощным светом, расплескивая энергию в виде вибрации. Она источала глубинную жизненную страсть.

Сознание наблюдало. Оно принимало каждого из этих людей…

Вспышка…

Перевернутая реальность явилась воочию. Уже никто не являлся собой. Не было Марии, Фреда, Ирен, Вадима, Савелия. В зеркале отражалось зеркало. Чистое и ясное. Отражение пустоты, но такой сознательной, что никакая энергия не могла с ней сравниться.

Исчезло видение бесконечного отражения. Исчезла бесконечность. Произошел квантовый скачок. Ничто вновь познало себя, обнулилось… Через сознание Марии оно пришло к любви, а через любовь к себе. Как и любое существо, материальное и нет, существующее и нет, которое ищет что-то или кого-то, а находит только себя…

Ничто, которое создало сознание Марии, чтобы проиграть человеческую игру – от рождения и до смерти, но не как начала и конца, а всего-навсего раунда этой самой игры, познало интерес. Интерес игры в человеческий разум с ярлыком – Мария… До самой ее прокачки.

– Пора двигаться дальше, – сказало сознание, – теперь можно переродиться в себе – трансформироваться в новом аватаре восприятия…

Зеркало вновь вернулось в восприятие, а за ним человек, сидящий напротив зеркала. Сознание увидело себя, обходя телесную оболочку. Оно облачилось в любовь… А любовь открыла в себе личность. Так, для интереса.

Человек посмотрел на себя. Его лицо больше не менялось.

– Мария… – Произнес человек. – Почему я помню это имя? Это я?

Человек взглянул себе в глаза, в отражении зеркала. Внешность была неопределенной, и будто меняющейся…

– Я знаю, что я искал себя, – произнес человек, – но я не знаю, нашел ли я себя. Возможно, я был Марией.

Человек обернулся, в комнате больше никого не было.

Он посмотрел на себя вновь… Перед зеркалом сидел Петр, старший сын Марии, из той реальности, которой он не знал – не помнил разумно. Тот самый человек, кому Мария хотела передать созидание нового мира…

Сознание переродилось так, как ему захотелось – намерение и есть чистое сознание.

– Кто я? – спросил человек, который был наречен в одном из миров Петром…


Ни смерть, ни рождение, и наоборот, не являются началом и концом – в любой сознательной форме восприятия!

Человеческая игра продолжается…


Чувства

Павел Нефедов

Добразла вам!


мой сайт:

https://sites.google.com/view/pavelnefedov/


моя музыка:

https://soundcloud.com/user-55757979


https://www.youtube.com/c/PavelNefedov

https://vk.com/nefedov1994

https://www.instagram.com/1pavelnefedov/

https://ok.ru/pavel.nefedov.1994

https://www.facebook.com/pavel.nefedov1994

https://twitter.com/nefedov1994

https://vm.tiktok.com/b3cc3P/


Обложка.

Автор: Павел Нефедов

Модель фотографии: Корбут Марина

AP Ps CC (psd)

https://sites.google.com/view/pavelnefedov/