# Создатель

Николай Н. Плетнёв

Как появилась вселенная и кто мы в ней? Вечные вопросы человечества, к которым герой рассказа применил научный подход. Изображение для обложки взято с сайта wikimedia и изменено.

Задавались ли вы вопросом, откуда взялась Вселенная? Это волновало и меня. Ни одну из многочисленных теорий нельзя назвать окончательным ответом, так что я, молодой учёный, пытался пролить больше света на этот вопрос.

Сложно объяснить, когда именно произошла эта история. Скажу лишь, что вы уже очень близки к тому моменту.

Ещё в детстве, слушая рассказы отца о природе Вселенной, я не раз спрашивал его, откуда она взялась. Но он лишь трепал меня по голове, и предлагал найти ответ самому. Интерес привёл в библиотеку. Сперва я читал сказки, затем энциклопедии, а позже добрался и до академических трудов. В них обсуждалось множество теорий, чаще всего «Большой взрыв», но однозначного ответа наука не давала.

Чтобы разобраться в этом вопросе, я получил учёную степень в лучшем университете страны, и продолжил работать в его стенах.

Шли годы поисков доказательств одних теорий и опровержений других. Но однажды я понял, что завяз. Несмотря на усилия, ответ не стал ближе. Ничего нового к тому, что уже изложено до меня. Я рассказал об этом другу, и он, человек с непредвзятым взглядом, изменил мою жизнь. Хотя, что я говорю? Он изменил жизни всех людей. Изменил всё.

А началась история, как обычно, с мелочей.

Отопление в кампусах включалось только в конце осени, несмотря на ранние заморозки. Рассохшиеся окна сквозили, а заклеить их ни у кого не доходили руки.

Я поделился с коллегой переживаниями насчёт проекта, и он, вцепившись в кружку с горячим кофе, сказал так:

«Зачем топтаться на одном месте, когда в мире ещё столько неизведанного? Ты можешь взвалить на себя другую вселенскую проблему. Например, сделай так, чтобы в лаборатории всегда было тепло».

Вы думаете, я сразу пошёл заклеивать окна? Как бы не так! Я подошёл к этой проблеме, как настоящий учёный. Определил условия задачи и стал размышлять. Правильно поставить вопрос – едва ли не сложнее, чем найти на него ответ, поэтому я понял, что мне нужно лишь в начале весны.

После очередной бессонной ночи на работе, моё внимание привлёк бойкий утренний луч, пронзивший грязное стекло нашего кабинета. Комната наполнилась сиянием. Склянки и колбы с лабораторного стола отбрасывали яркие блики, переливаясь всеми цветами радуги. Я ощутил тепло, подойдя к окну. И тогда меня озарило.

Я задумался: что лучше всего обогревает планету? Солнце. А что такое Солнце? Звезда. Неплохо бы иметь в комнате маленькую звезду, разгоняющую холод и мрак. Но как укротить её? Ведь, по сути – это длительная термоядерная реакция с выбросом энергии. Вот откуда сияние и тепло. Впрочем, когда-то человек не умел добывать огонь, боялся его. А теперь использует себе во благо.

Я ломал над этим голову постоянно: находясь в лаборатории, по пути домой, пока ел, принимал ванну. Даже во время сна подсознательно думал, как сделать звезду. В итоге расчёты показали, что мне нужно изобрести прибор, собирающий ионы газа в одной точке при помощи магнитных полей. Впрочем, не буду утомлять вас скучными подробностями. К тому же это небезопасно. Скажу лишь, что я придумал, как разместить магниты так, чтобы прибор получился компактным, и не требовал силы тока большей, чем есть в бытовой розетке.

Изобретение получило имя «Астерон», ведь по-древнегречески «астер» значит «звезда». Но устройству ещё очень нескоро предстояло увидеть свет.

Скажу вам, что только тогда в моей жизни появились цель и неподдельный интерес. Идея поглотила меня целиком. С головой погрузившись в расчёты и чертежи, я совершенно забыл об окружающем мире. Чудом вспоминал, что нужно есть, чистить зубы и прочее. Времени на родственников и знакомых не хватало, так что я вырвал телефонный провод из розетки. Поначалу приходили встревоженные письма – и оставались без ответа. Некоторые приезжали проверить жив ли я, а иные оказались рады напрочь забыть о «чокнутом ботанике». Но это к лучшему. Я жил наедине со своей идеей, штудируя исследования и диссертации других учёных в этой области.

Прошло пятнадцать лет. Но если честно, они пролетели незаметно. И всё же, эти годы оказались потрачены не зря – я нашёл способ создать звезду! Мои расчёты гарантировали стабильное излучение без выделения радиации. Нужно лишь провести эксперимент, чтобы подтвердить вычисления.

К сожалению, в одиночку такую работу не выполнить. Требовалось оборудование, консультанты, финансирование. Я не мог собрать «Астерон» из подручных средств, тут нужна ювелирная точность в измерениях магнитного поля. Пришлось обратиться к исследовательскому университету, где я всё ещё числился сотрудником. Участвуя в проектах коллег, я отрабатывал оклад. Но эта работа лишь раздражала, ведь приходилось отвлекаться от более волнующего занятия – создания звезды.

Руководство университета заинтересовалось моей идеей, но дать разрешение для опыта согласилось только в том случае, если я расскажу о проекте научному составу, выступив с докладом.

О, как же трудно представить свои мысли в письменном виде! То, что существует в голове как образ, не так-то просто излить на бумагу. Около полугода ушло лишь на составление доклада. Перечитывая его раз за разом, я то и дело обнаруживал, что забыл упомянуть некую важную деталь. Мысли с трудом сводились в предложения, упорно не желая составляться так, чтобы звучать понятно. Собрать в одно целое записи на пресловутых салфетках, и свести данные в таблицы – воистину нелёгкий труд. Но мне это удалось, и в назначенный срок, преодолевая волнение, я вышел на трибуну.

Оглядел зал. Около сотни человек чопорно сидят в креслах и ждут, что выдаст этот сумасшедший. Да, репутация у меня на тот момент оставляла желать лучшего: учёный-затворник, который совсем не общается с коллегами, и занимается исследованиями не ради денег или признания, а исключительно из научного азарта. Им не понять.

Я начал свой доклад, не надеясь на бурные аплодисменты, но и того, что поднимут на смех тоже не ждал. Впервые я оказался в ситуации, когда сто пар глаз смотрят только на меня. Никогда ещё столько людей не вслушивалось в мою тихую и неуверенную речь. Состав присутствующих тоже добавлял нервозности. Сидевшие там студенты внимали, раскрыв рты. Но профессора, мнившие, что их превзойти никто не способен, откровенно скучали. Почтенные корифеи ёрзали в креслах, перешёптывались, посматривали на часы, всячески показывая, что эта идея недостойна внимания. Не дожидаясь окончания, многие из них ушли, хлопнув деревянными сидушками напоследок.

И всё-таки я закончил доклад, объяснив, как действует «Астерон». Пытался обрисовать будущее, в котором по утрам в каждом доме восходит собственное Солнце, но это вызвало усмешки. Раз или два кто-то робко хлопнул в ладоши, но эти не бурные овации, захлебнулись в презрительном молчании.

Когда зал опустел, ко мне подошли проректоры университета. Они сказали, что не возражают против проведения эксперимента, хотя, если вдруг он окажется успешным, его смело можно назвать чудом. Для подобных опытов над термоядерным синтезом требуется сложное оборудование – токамак или стелларатор, годы подготовки, сотни сотрудников. Нечего и надеяться, что у одиночки с миниатюрной установкой что-либо получится. Но я-то знал, что результат обязательно будет. Вот только не предполагал тогда какой.

***

Изготовление деталей для «Астерона» заняло три длинных месяца. Немало времени отняла и их проверка. Но вот, всё готово! Дата эксперимента назначена. Даже подписаны бумаги, по которым с меня вычтут деньги, если опыт приведёт к «порче дорогостоящего университетского имущества».

Я попросил старого друга содействовать мне в эксперименте. Но поймав его взгляд, ощутил укол вины. В памяти всплыли приглашения на свадьбу, на крестины сына и на его десятый день рождения – события, которые я пропустил. Ну разве до того мне было? Но теперь появилась уверенность, что если наш опыт удастся, смогу наверстать годы, пролетевшие мимо, – найду время для друга, для родственников, для той лаборантки, что поглядывает в мою сторону. Вот только исчезнет цель в жизни. А, собственно, почему? Снова задамся вопросом происхождения вселенной! Хоть и безнадёжно, но не так завораживает.

К счастью, друг всё-таки согласился мне помочь. Первый опыт мы решили провести вдвоём: я буду управлять процессом, а он поучаствует в роли свидетеля и оператора видеокамеры. В случае неполадок, напарник сможет потушить пожар или прервёт эксперимент, если я не смогу. Хотя, казалось бы, что могло случиться? Всё спланировано и расписано по шагам.

Я закончил сборку «Астерона» по своим же чертежам. Первый вариант получился довольно топорным. Цилиндр из закалённого стекла пропустит тепловое излучение и свет, но ограничит доступ к звезде, что убережёт от пожара. Внутри колбы – тонкие контакты электродов. Между ними и будут концентрироваться ионы из атмосферы, образуя плазму. Магниты и катушки сверху и снизу со временем прикроет лаконичный корпус. Этот, не больше стопки книг, прибор скоро обогреет каждый дом. Но для начала его нужно испытать.

Мы оделись в защитные костюмы, и закрылись в бункере. Друг включил видеокамеру, а я представился и объявил, глядя в объектив: «Девять часов утра, мы начинаем испытание „Астерона“». Затаив дыхание, я включил устройство. И ничего не произошло. Чувствуя, как рухнуло сердце в груди, я всё же отыскал в себе силы подождать ещё немного. Показалось, что прошло несколько минут, но таймер отсчитал лишь пару десятков секунд, когда внутри колбы появились фиолетовые ниточки. Они тянулись от магнитов к самым кончикам электродов. А между ними появилась точка света. Моя звезда.

О, какое счастье я испытал! Неужели мечта стольких лет наконец-то осуществилась? Но вместе с тем я испугался, что радость преждевременна. И всё же нет – точка медленно росла, превращаясь в белый огонёк размером с горошину. Возможно, я случайно открыл, как образуется шаровая молния – редкое и неизученное явление природы. Напарник, направляя камеру, приговаривал: «Горит! Удивительно! Звёздочка!».

Похоже, что термометр, прикреплённый к устройству, оказался бракованным – не указал на повышение температуры. Очень хотелось ощутить тепло рукой, но я не рискнул снять защитный костюм. Зато дозиметр не фиксировал увеличения радиации, а это важно.

Рост моей звезды остановился, не доходя до электродов. Поля магнитов сдерживали её в равновесии между ними. Всё, как я и рассчитал. «Астерон» можно выключить – заряженных частиц хватит на несколько часов выделения тепла и света. И это при таких несущественных затратах энергии! С улыбкой я потянулся к тумблеру. Впереди ещё столько работы – например, добавить схему автоматического отключения прибора.

Я обратился к объективу камеры, объясняя, как проходит эксперимент. Но коллега вдруг прервал меня, указав на звезду. Она немного пожелтела и увеличилась в размерах. «Ты ведь точно выключил прибор?», спросил он, прекрасно зная ответ. Фиолетовых разрядов больше нет, а значит, шарик плазмы не может расти. Но он рос, напоминая цветом желток яйца. Вот уже и контакты оказались внутри него. На всякий случай я выдернул «Астерон» из розетки, но это ничего не поменяло.

Сначала звезда увеличивалась медленно, но упрямо набирала скорость. Или это только иллюзия? Я зажмурился, открыл глаза – оранжевому шарику уже стало тесно в колбе, и он вышел за её пределы. Прямо сквозь стекло! Это невозможно! Наваждение…

Мы с напарником оцепенело наблюдали необъяснимый процесс. Вот уже исчез в сфере звезды «Астерон» – результат моих многолетних трудов.

Шар становился всё больше, но в комнате не стало теплее. Я понял, что звезда продолжает накапливать заряженные частицы, но не отдаёт энергию, а компонует в себе. И растёт. Причина вроде бы ясна, но у меня нет ни одной идеи, как это остановить.

Друг сорвал со стены огнетушитель, и направил раструб на тёмно-оранжевую сферу. Струя пены впитывалась безо всякой реакции. Баллон быстро опустел, и мой друг от досады бросил его в звезду. Нет, это явно не иллюзия, ведь иначе предмет вывалился бы по ту сторону плазменного шара, но он просто исчез. Нет его. А звезда есть, и она растёт!

В голове некстати всплыли соглашения про порчу университетского имущества, но напарник оторвал меня от созерцания моего же детища. Он прокричал, что пора выбираться. Но мы оказались в довольно неудобном положении: покинуть бункер стало не просто из-за звезды, висевшей посреди комнаты.

Почему же нас не спасают? Ведь наблюдают через свои камеры! Надеются, что бункер сможет сдержать звезду, которая поглощает всё подряд? Она слопала огнетушитель, съест и железные стены убежища, и бетон.

Звезда уже почти достигла двери, и мой друг, перепрыгнув через стол, бросился к выходу. Пока он возился с вентилем, открывая замок, плазменный шар вырос так, что зажал моего товарища в угол. Заметив это, он стал отчаянно молотить в дверь, и дико закричал, но в следующий момент его не стало.

Моё создание поглотило его, а я застыл на месте и ничего не сделал. Что я натворил? В голове вертелись вопросы – что сказать его семье, как объяснить его сыну, почему папы больше нет? И как же зовут этого мальчишку?

Неожиданно пришло осознание, что говорить никому ничего не потребуется – настал и мой конец. И, вероятно, не только мой. Оставалась надежда, что звезда одумается, перестанет расти и исчезнет, но с чего бы ей так поступать?

Я прижался к стене в самом дальнем углу бункера. Вот и всё. Ярко-алый шар ползёт ко мне, чтобы убить. И поделом. Наверное, будет больно, если он постепенно пожрёт меня со своей ползучей неотвратимостью. Нет уж! Умру быстро, прыгнув навстречу.

Не хватало сил ни на секунду отвести взгляд от идеального шара, пока тот неуклонно становился ближе. И когда звезда оказалась на расстоянии полуметра, я вздохнул, зажмурился, оттолкнулся от стены и прыгнул.

***

Всё изменилось. Я потерял все чувства. Лишился и телесной оболочки. Наблюдаю за растущим красным шаром, глядя прямо через стены, сквозь толщу земли. Вижу, как звезда, поглотив бункер, продолжает расти, поедая пространство. Она увеличивается всё быстрее и быстрее. Не вижу ничего, кроме неё, не думаю ни о чём ином.

Замечаю, что звезда меняет свой цвет. Она становится темнее, вбирая в себя материю. Вот уже почти весь город сожран, и из нашей прекрасной планеты большой язвой торчит инородный багровый шар. И его рост продолжается.

Я называю её звездой, но это нечто иное. Неизученное явление. Что-то, с чем мы ещё не сталкивались. Вероятно, такого феномена не существовало во вселенной. До недавних пор.

Шар распределяет энергию внутри себя, наращивая объём. Тусклый тёмно-багровый свет едва способен рассеять мрак космоса, а тепла, которого я так добивался, он не даёт.

Моё творение добралось до океана, но вода не способна его затушить – лишь впитывается, превращаясь в иную материю. Да, это катастрофа.

Сожрав целую планету, звезда продолжает свой неудержимый рост. Но уже видно, что накопленная энергия рвётся наружу ярко-жёлтыми трещинами на её поверхности. Она проглатывает Луну, соседние планеты, не останавливаясь в росте, даже находясь в пустом пространстве. Раздувается, словно исполинский воздушный шар. Достигнув Солнца, она уже во много раз больше него. Рядом с чёрной сферой, покрытой сеткой сочащихся светом разрывов, наше светило действительно выглядит жёлтым карликом. Оно вливается, словно капля воды, в недра искусственной звезды.

На время моё творение замирает, будто переваривая Солнце. Даже светящиеся щели гаснут, делая звезду абсолютно чёрной. Но потом сфера начинает обрушиваться внутрь себя – кусок за куском. Мгновение, и весь шар сжимается в одну точку. А потом происходит взрыв!

С дикой скоростью во все стороны несётся волна энергии, измельчая в пыль другие звёзды и планеты. Они становятся материей, из которой образуются новые объекты космоса, новый… мир?

Меня взрыв совершенно не задел. Я – наблюдатель. Мой взгляд охватывает почти бесконечное пространство. И повсюду мчится волна взрыва, перекраивая галактики на новый лад. Наша Вселенная уничтожена, но на её месте возникла другая.

Я смотрю, как материя сливается в шары. Образуются звёзды – большие, поменьше. Вижу, как появляются планеты, спутники, астероиды. Наблюдаю, как на некоторых планетах зарождается жизнь. Часть миров процветает, другие погибают.

Одна из таких планет привлекает моё внимание. Бурными волнами появляются на ней миллионы разных существ, заселяя пространство, но раз за разом почти полностью вымирая. Миг, другой – и я уже вижу людей. Они быстро прогрессируют, изобретая новые методы уничтожения лесов, зверей и себе подобных.

Сложно сказать, чем я являюсь сейчас. Скорее просто не существую. Не наблюдаю вокруг никого, кроме людей. Кроме вас. Но и вы не видите меня. Может быть, чувствуете? Замечаю множество разнообразных храмов. Люди верят, что есть некое существо там, наверху. Я слышу ваши молитвы, но могу их не слушать. Точно так же мне открыты любые ваши мысли. Разве я – Бог? Но ведь мы тоже верили во что-то, что выше и старше нас, молили его о помощи. А он точно так же не считал нужным и возможным на что-то повлиять.

Почему я один? Вероятно, потому, что я – создатель звезды, творец нового мира. А может, у каждого умершего своя вселенная, в которой невозможно существовать двоим?

Я размышляю, но смотрю на Землю. И вижу там себя.