Никита Мышев
Гибель Лириана

Часть первая. Феникс

Пролог

Война, охватившая весь левый материк Лириана, делила воинов на две категории – слабых и сильных. Первые становились мужественнее и сильнее, вторые же начинали воспринимать мир иначе, понимая, что в жизни действительно важно спокойное, мирное небо над головой. Но забирала война и тех, и других.

Защитники своих земель собирались со всей округи, дабы оттеснить врага, а после и вовсе упокоить его навсегда. Магическо-боевая академия Гринштам направляла своих выпускников (будь то обычный волшебник, воин с мечом или лучник) на битву, а с ними иногда отправлялись и их преподаватели.

Из замка Вечного Снега призывали всех действующих некромантов, даже тех, кто только проходил обучение. Считалось, что полученных знаний в академии было достаточно, чтобы отправиться в бой. В действительности молодые маги и бойцы с оружием в руках гибли в первых же рядах.

Основные силы врага были направлены на славный город Аспей, который до некоторого времени считался одним из самых безопасных городов левого и правого материков.

Началось все с того, что древняя раса глуров, жившая в глубинах Карантового моря, решила выбраться на сушу, а вследствие этого и занять всю местную территорию. Никто не знал, как им могло не хватить места в огромном море, но что-то все-таки подтолкнуло их на такой поступок. Из себя же они представляли смешение земных троллей, канувших в историю еще задолго до начала войны, и подводных обитателей. Ростом они были метра два, не меньше, на голове ни единого волоса, на длинных ступнях между пальцами были перепонки, чтобы лучше плавать, а кожа их была светло-голубого оттенка.

Вместе с людьми в битве также участвовали и гвермонды – внешне не отличавшаяся раса от человека, но обладали они улучшенными качествами: зоркое зрение, большая выносливость, хорошее здоровье, да и жили лет на пятьдесят, а то и сто больше, чем среднестатистический человек. Единственные, кто отказались в те времена участвовать в войне – Валунские гвермонды. Но о них мы поговорим позже.

Страшно было наблюдать все бедствие материка, зная, что враг не собирался останавливаться, а силы собранные в Аспее потихоньку заканчивались. Между нападениями на город были перерывы, но новые заходы происходили совсем неожиданно, и они могли произойти хоть днем, хоть в позднюю ночь. Были и совсем страшные ночи, когда луна пряталась и переставала освещать поле битвы, и тогда магам периодически приходилось отправлять огненные сгустки, тратя свою силу, чтобы хоть малейшим образом осветить подступ врага.

Глуры уничтожали десятки соколов, отправленных на правый материк Лириана для передачи весточек о помощи. К сожалению, ни один из них так и не достиг своего места назначения из-за выставленных часовых глуров по всему периметру материка. Они успешно пользовались магией воды, поэтому сбить бедную птицу не составляло труда.

Вся земля пропиталась войной. Лежало множество падших бойцов. Красочные листья деревьев и зеленая трава были выжжены магией, река Кера окрасилась в алый цвет крови. Горы, словно зная о том, что происходит, образовывали около себя огромное количество туч, а они в свою очередь поливали землю слезами горечи. Дни работников Аспея приостановились. Рыбаки не могли больше выбраться на побережье, лесорубов не подпускали к вековым стволам леса Синих Волков. Кузнецы работали не покладая рук.

Глуры обладали не только магией воды, но имели и обычное оружие, кое в распоряжении было у людей и гвермондов. Поэтому битва была равной – в стальном и магическом столкновении.

Накал ситуации произошел, когда глуры попытались освободить заключенных подземной тюрьмы, что было очень странно, учитывая расстояние водного пространства между основным материком и небольшим островком с замком Вечного Снега. Видимо, глуры считали, что можно устроить бунт и объединенными силами захватить замок, но вся история с освобождением прекратилась еще на первом этапе.

Длилась война около трех-четырех месяцев. Все глуры были повержены и сброшены обратно в свое море. Это и стало роковой ошибкой, которую позже пришлось исправлять. Захороненную армию на дне моря оставили на какое-то время, но проблема возникла со стороны Валунских гвермондов.

Они отличались от обычных гвермондов отсутствием сердца, а также жили очень долго. Единственной причиной их смерти могло стать отрубание головы.

Чародеи материка Лириана проходили обучение в академии Гринштам, где они получали основные знания магии, после чего их привязанность к одной из стихий определял камень Фаталиты. Всего было шесть стихий: вода (синее пламя), земля (коричневое), воздух (светло-голубое), огонь (оранжево-красное), некроманты (зеленое). А последней была гвермондская стихия (объединение всех пяти огней стихий), которой обладали Валунские гвермонды, чем и пугали местных жителей.

Боялись все, даже Фаллард – лорд-декан академии Гринштам, а также Элизар – король замка Вечного Снега. Валунские гвермонды обладали силой, с помощью которой могли спокойно восстановить всю армию глуров. Никто с материка не мог предсказать, зачем им это вообще может понадобиться, но расу с такой силой можно было бояться всегда. Первые настороженные мысли появились, когда Валунские гвермонды отказались участвовать в войне, которую они бы завершили за неделю.

После войны, по согласованию совета академии Гринштам и замка Вечного Снега, был сформирован тайный отряд, целью которого было уничтожение расы Валунских гвермондов. Не каждый отважился присоединиться к такому отряду, понимая, что биться против созданий, обладающих сразу всеми стихиями, было просто непосильно многим. Тем не менее отряд был сформирован довольно быстро и насчитывал в себе около пятидесяти боевых магов.

Все Валунские гвермонды жили в горах, куда и был нанесен основной удар, после которого отряд уменьшился до восьми человек. Спасало то, что гвермондов в горах было очень мало, численность их маленького города насчитывала человек шестьдесят. Спас отряд эффект неожиданного нападения, с помощью которого удалось незаметно для всех уничтожить по меньше мере десятерых.

Восемь волшебников стали гнать оставшихся гвермондов по всему материку, но прятаться им оставалось недолго. Из всех собранных чародеев в живых остался только один, и тот чуть не погиб, убивая последнего из Валунских гвермондов.

Единственно оставшийся маг-герой после тяжелой победы над последним врагом решил отойти от любых военных и боевых действий и начать спокойную жизнь в мире и согласии. Но такое решение не заставило долго ждать подвоха, и чародею на пути к сладкой жизни попался молодой юноша из рода обычных гвермондов, существование которого поставило под сомнение всю стабильную и мирную жизнь обоих материков Лириана.

***

Погода за окном лечебного крыла академии Гринштам была по-осеннему унылой. Тропы и землю заливал дождь, предвещая приближающуюся зиму. Солнце не выглядывало из-за туч уже несколько дней, а в домах все чаще и чаще разводили огонь в каминах, чтобы немного прогреть помещение. Молнии рассекали небеса, доходя до земли, вследствие чего многие из крестьян начинали больше молиться, боясь, что они разгневали местных Богов. Но даже такие условия не означали, что жители больше не увидят солнца и не почувствуют теплой погоды. Бывало и такое, что природа давала всем последний шанс насладиться вдоволь приятными деньками перед наступающими морозами.

Замку Вечного Снега привыкать не приходилось. Несмотря на его название, снег там был не всегда, но зима начиналась гораздо раньше, чем на обоих материках. Холод же пробирал до костей, как нигде больше в мире. Если верить местным стражникам, то в подземной тюрьме люди часто умирали от переохлаждения. Но даже если кто-то и возмущался таким отношением к заключенным, то правители замка отвечали очень легко и непринужденно: «Тем, кто не нарушает закон, бояться нечего. Остальным лучше не совать свой нос не в свои дела». Так выражался и сам король замка Вечного Снега.

Женщина-лекарь бежала по коридору, чтобы быстрее добраться до одного из самых важных больных за последнее время. В руках у нее были бинты и несколько склянок с травяными настоями. Еще совсем недавно лекари думали, что мага спасти не удастся, но его крепкий организм и стремление к жизни доказали обратное. Сейчас он лежал совсем один, все остальные койки были на удивление пустые.

– Как себя чувствуете? – спросила его целительница, приподняв ему подушку, чтобы немного ее взбить.

Больной лежал на койке, молча уставившись в потолок. Женщина сначала не захотела переспрашивать мага, но, после непродолжительной паузы, он заговорил:

– Ощущение, словно меня скинули с самой высокой башни нашего замка.

– Вы наш герой. И выжили чудом. Боги помогли вам в схватке, это и ребенку будет понятно. – Женщина-лекарь ехидно улыбнулась и продолжила свои приготовления к перевязке. А вот заставить взрослых мужчин пить травяные настойки – дело не из легких. Проще вновь было отправить их на войну, чем убедить влить в себя лечебные травы, а если они и соглашались пить, то выбирали спиртные напитки, да покрепче.

За окном вновь прогремел гром, сверкнула молния, и по стеклу стали скатываться капли дождя, превращаясь в миниатюрные реки. Удивительно происходило и лечение в магической академии, так как приходилось поправлять здоровье народными средствами и лекарствами. Даже учитывая количество чародеев в академии, ни один из них не имел дара целительства. Не существовало такой магии, ни в каком виде. Даже малейшие порезы нельзя было залечить сгустком светлой энергии. Единственными, кто мог повлиять на человеческое здоровье, были некроманты. Они поднимали мертвецов из могил и могли отправить их обратно под землю. Но восставшие оставались мертвыми, так что такую магию нельзя было назвать вмешательством в здоровье.

Волшебник безысходно выпил лекарство, принесенное женщиной. Видимо, ему было настолько плохо, что согласен был буквально на все. Целительница быстро перебинтовала грудь магу, которая была похожа на выжженное поле.

Лицо больного было в шрамах и ожогах. Последний его соперник изрядно постарался с огненной магией. Когда чародея доставили в лечебное крыло, то на нем почти не было одежды. Местами она была разорвана, словно ее изгрызли волки, а местами выжжена, как при оставленной одежде в горящем доме.

За дверью показалось лицо молодого человека, который был одет в характерный для лекарей халат с вышитым знаком целителей на груди – капля крови, свисающая с большого дерева.

– Простите, к нашему волшебнику посетитель, – произнес он полушепотом.

– Я сказала, что ему нужен покой. Гони всех вон, никого не пускай, – ответила женщина, закончив перевязку.

– Простите, пожаловал сам лорд-декан, – уже еле слышно сказал юноша.

В лечебном крыле наступила тишина, только гром смог нарушить ее.

– Пропустить, – сказал маг, закашлявшись и скорчив лицо от боли.

Женщина взглянула на волшебника, потом посмотрела на молодого помощника и кивнула ему, показывая, чтобы гостя пропустили. Сама же она поспешно покинула помещение, а в крыло зашел статный мужчина в черном плаще, с короткой стрижкой, небольшой щетиной и шрамом под глазом. Он подошел к больному:

– Брам?

– Забыли мое имя? Или думаете, что я принял другое имя за последние несколько часов? – ответил ему маг.

– Всегда не любил твои специфические шутки.

– Простите, лорд-декан, уж какие есть.

– Можно просто по имени, не нужно официально. Уж кому, а тебе можно.

– Будет исполнено, Фаллард, – прохрипел Брам.

– Выглядишь не очень, если честно.

– Последний Валунский оказался сильным, огнем любил баловаться.

– Это я заметил по твоему виду. Расскажешь, как все было? – спросил лорд-декан, присев на соседнюю койку.

– Что вас именно интересует?

– Например, как маг стихии ветра справился с огнем? Не лучшее сочетание получается порой.

– Не скажу, что было легко, пришлось потратить последнюю энергию.

– Если бы потратил слишком много, а угадать тут сложно, то ты бы погиб на месте. Ты же знаешь методы использования силы, – спокойно ответил Фаллард.

– Знаю, но если бы не рискнул, то он мог бы уйти.

– И что ты применил?

– Создал вихрь в области его шеи, а он уже смог оторвать голову. – Брам хитро улыбнулся.

– Очень мощный и концентрированный вихрь? Как интересно. Стоило того, чтобы рисковать ради такого?

– Я тогда остался последним из отряда, какая мне уже была разница. Думал, что если погибнут все, то так будет лучше.

– Риск ты любишь, но в этот раз он оправдался, – сказал Фаллард. – Ладно, отдыхай, набирайся сил. Не буду тебе мешать. Как сможешь ходить, заходи ко мне, побеседуем.

– У меня был к вам вопрос, – прохрипел маг.

– Можно на «ты».

– Мне привычнее на «вы» с лордом-деканом.

– Хорошо, спрашивай, – сдался Фаллард.

– Ради чего мы бились? Как мне понять, что это было не зря? Зачем созвали совет и зачем организовали тайный отряд? Разве были сведения, что Валунские готовят что-то против нас? – Брам проговорил быстро все свои вопросы, будто его хотели перебить.

– Сказал вопрос, а задал двадцать. Брам, пойми… многие истинные причины действий понимаются лишь через призму времени. Возможно, нужна некая зрелость твоим словам, чтобы самому себе отвечать на все желаемые вопросы.

– Я не ученик академии, чтобы мне так отвечать. Я довольно зрел и могу сам смотреть на вещи под иным углом. Но мои вопросы остаются открытыми, поэтому пожалуйста, лорд-декан, ваша милость, соизвольте мне ответить хоть на один из заданных мною вопросов.

Фаллард тяжело вздохнул, посмотрел в окно, встретил взглядом очередную вспышку молнии, а потом, тяжело задумавшись, решился ответить хоть каким-нибудь способом:

– Многих вещей люди и гвермонды нашего материка боятся с самого момента создания всего, что мы имеем. Многие страхи порождаются неизвестностью, и именно она заставляет нас бороться неизвестно с чем. Но мы всегда должны помнить, что с любыми проблемами, как и с болезнями, лучше бороться сразу, срезать на корню, не дав развиться дальше. Я могу сказать тебе, что никаких данных о Валунских гвермондах у нас не было, а также мы совершенно не знали, что они могут сделать. Да, они могли восстановить всю армию глуров, но не одни, а с помощью двенадцати некромантов, но большего мы не знали. Мы, как и всегда, испугались неизвестного, поэтому и решили действовать кардинально. Люди не готовы были ко второй войне, но я очень рад, что ты изменился. Ты вступил в отряд храбрым боевым магом, а теперь ты победил, возмужал и поумнел. Ты начал задавать правильные вопросы, но они не подходят к роли человека, который должен выполнять приказы без обсуждений. У меня к тебе один встречный вопрос, если позволишь.

Чародей лишь кивнул, внимательно выслушав речь лорда-декана. Фаллард в свою очередь продолжил:

– Куда хочешь податься после выздоровления?

– Хочу спокойную и размеренную жизнь, без всяких проблем и сражений, – ответил Брам.

– У меня есть место в академии для тебя.

– Что еще за место?

– Мне нужен учитель магии. Ты же хотел спокойную жизнь, вот у нас в Гринштаме и отдохнешь.

– Заманчивое предложение, конечно, но я даже не знаю, – засомневался волшебник.

– Не торопись, подумай… время у тебя еще есть. Поправляйся. В любом случае жду тебя у себя, – закончил говорить лорд-декан, встал с койки и направился к выходу. Брам продолжал лежать на спине, смотреть в потолок и раздумывать над новым предложением.

Глава 1. И грянул гром

С момента посещения лордом-деканом лечебного крыла прошло одиннадцать лет. Браму стало легче и, как обещал, он посетил Фалларда после полного физического восстановления. У них был долгий разговор о жизни и работе в академии.

Сама же магическо-боевая академия Гринштам продолжала работу в штатном режиме. Люди и гвермонды вместе обучались на достойных лучников, воинов, магов. Лишь одному из трехсот удавалось получить зеленое пламя у камня Фаталиты, и того сразу отправляли в замок Вечного Снега, дабы продолжить обучение там.

Брам вжился в роль учителя и преподавал страшим курсам занятия по практическому применению магии ветра. Ученики академии изначально недолюбливали уроки по изучению стихии ветра, но Брам уверено доказал всем, что данная практика может быть чрезвычайно интересна.

На уроках истории решили не заострять внимание на отряде против Валунских гвермондов, чтобы не оскорблять их обычных собратьев, которые по сей день находились в академии. Со временем изучение тайного отряда вовсе прекратили, и лишь некоторые слухи могли разноситься между учащимися.

Солнце затейливо озаряло всю академию и его окрестности. В небе порхали птицы. Но многие знали, что скоро такая прекрасная летняя погода будет меняться не в лучшую сторону. Ясное голубое небо покроют тучи, солнце спрячется за ними, а фермеры с нетерпением начнут ждать первых дождей, помогающих поливать поля и огороды.

Учебный год подходил к концу, а значит скоро в свет выпустят целый поток воинов и боевых магов. Многие из них отправятся на правый материк Лириана, а кто-то пожелает остаться в родных краях своей академии.

В одном из кабинетов проводил последний урок в году один из почтеннейших волшебников всего материка. Его уважали, как учителя и как человека.

Брам выглядел иначе, чем во времена тайного отряда и войны с глурами. Лицо стало мудрее и мужественнее, глаза потускнели, познав истинность жизни. Волосы его были чуть выше плеч, одна прядь на лбу покрылась сединой, а по вискам ровной дорожкой спускались бакенбарды, которые так ему были к лицу.

– Дорогие друзья, – начал маг, – вы всегда должны помнить, что магия ветра может быть обманчива, поэтому пользоваться ею надо крайне осторожно. Она может сыграть роль друга, а может оказаться и вашим соперником.

– Как же собственная сила станет противником? – спросил один из учащихся.

– Могу легко вам продемонстрировать. – Чародей подошел к небольшому камину, который располагался возле окна, и стал разводить крошечный огонь своими руками, даже не потратив на это малейшую энергию силы.

– Почему вы не хотите использовать силу, чтобы быстрее разжечь пламя? Искрой ведь долго… – растерянно спросил другой ученик.

– Здесь все просто, – ответил учитель, – к своей силе нужно относиться с трепетом. Не нужно попросту пользоваться ею, если есть возможность обойтись без нее. Понять это трудно в спокойной домашней обстановке. Но находясь где-нибудь в лесу, на исходе вашей силы, вы можете потратиться, чтобы разжечь огонь, но после того, как вы увидите рядом с собой синего волка, вы потратите последние силы на защиту. А это может оказаться фатальной ошибкой. Вы погибнете, потому что не рассчитали сколько в вас осталось энергии. И тогда вашему мертвому телу уже не нужен будет огонь, весело мерцающий и обогревающий землю.

– А если в бою против синего волка потратить всю свою энергию, получить рану и быть неспособным использовать немного силы для огня, а руки в крови и совсем не слушаются, что тогда делать? Как добыть огонь? – спросил еще один из учащихся.

– Как много у вас вопросов. Чем старше курс, тем их больше.

– Вы все же не ответили, – продолжил настаивать ученик.

– Молиться в таком случае, другого способа не знаю.

По залу прокатился легкий смешок, а Брам в это время закончил разводить огонек в камине.

– Смотрите, – сказал он, указывая на огонь, – если я сосредоточу малую энергию, то это лишь подкормит пламя, и оно разрастется больше прежнего. – Маг это продемонстрировал, а потом продолжил: – А теперь я сосредоточу вихревый поток, хоть и маленький по диаметру, и мощной волной ударю по огню.

Пламя потухло. Маленький воздушный вихрь потушил его, не оставив шансов разрастись еще больше. Учитель оглянул кабинет и увидел понимающие взгляды старшего курса. Он всегда это любил. В мелочах постигалась истина, и ее нужно было засовывать в молодые неокрепшие умы, пока они не столкнулись с подобными проблемами в жизни.

– Именно про это я и говорю, – подытожил Брам. – Использовать стихию ветра нужно осторожно, зная каждый ее нюанс. Поэтому тяжело бороться магу ветра против мага огня. Если же кто-то из вас увидит стихию ветра на камне Фаталиты, то помните мои слова. Стихия ветра безумно сильна, но и ответственность за ее использование на вас возлагается невероятная. Всем спасибо, на сегодня урок окончен.

Ученики тихо собирали свои вещи и покидали кабинет. Брам подошел к окну и стал рассматривать летнюю природу, пока она давала такую возможность. Идти он никуда не хотел, хоть уроков на сегодня больше не было запланировано, да и вообще ему нравилось сидеть в тишине, обвивая себя плющом из собственных мыслей.

В коридоре послышались радостные возгласы. Скоро все соберутся на площади, прямо перед камнем Фаталиты, где и будет предрешена судьба многих учащихся.

Солнце, выглянувшее из-за облака, ударило лучом Браму прямо в глаза, что и оторвало его от размышлений. Он отошел от окна, сел за дубовый стол и стал вспоминать, как некогда сам выпускался из Гринштама, как камень впервые ему показал, что его судьба принадлежит ветру. Тогда, будучи мальчишкой, он испугался, думая, что это самая слабая стихия. Но с опытом и временем он понял, что это не так. В очередной раз ему удалось это доказать в тайном отряде. Особенно в последней битве. Огонь и воздух плохо сочетаются. Но Брам рискнул, и риск его был оправдан.

– Да уж, сколько лет прошло и сколько событий, – прошептал маг, не понимая, что говорит вслух.

Каждое его воспоминание об отряде и войне отливалось тревожностью на сердце. Веки стали тяжелыми, словно покрылись свинцом. Один из сильнейших волшебников мира не осознал, как провалился в сон, а все последующее ему казалось явью…

Шел проливной дождь над маленькой и давно покинутой деревушкой. Жители поспешно бежали из нее после того, как одно из кладбищ начало буйствовать. Мертвые вставали из могил и кидались на всех местных жителей, будь то маленький ребенок, женщина или старик. Брам лежал в развалинах одной из сторожевых башен. Вокруг все было в пыли и копоти. Сил подняться у него не было. Ему было тяжело даже пошевелить губами, не говоря уже про то, чтобы встать и покинуть поле боя.

Да, изрядно его потрепал Валунский гвермонд. Он был последним из своего рода, но, кажется, самым сильным. В голове у Брама была пустота. Полная тишина, никаких мыслей и эмоций. Ему даже не приходило в голову подумать о том, жив он или нет. А ведь многие бы и не поверили в то, какую магию применяли оба бойца. Не каждому по силе было сосредоточить в руках поток ветра с половины материка, чтобы собрать всю воду дождя и опрокинуть на огненного мага. Брам смог, и после он считал, что сил на остальное остаться не могло.

Издалека послышались тихие зазывания людей. Голоса было трудно разобрать, к сожалению, не из-за шума дождя, а из-за контуженой головы.

– Есть кто живой? – кричал неизвестный.

Голос приближался к Браму, но узнать он его никак не мог. Вскоре крики прекратились, а потом голос прозвучал прямо над лежавшим чародеем.

– Ты… живой?

Брам собрал всю волю в кулак, чтобы произнести слова, хоть и не очень внятные:

– Да.

– Боже правый… живой. Брам, ты как?

– Хочется тепла и барана из таверны.

– Ты лежишь в полумертвом состоянии и все равно умудряешься шутить? – спросил его давний приятель Медир – маг воды, не состоявший в отряде.

– Какие шутки? С едой нельзя шутить, я бы целого барана съел.

– Брам, ты не исправим, а знаешь… Брам? Брам…

Чародея толкнули в плечо, и тот пришел в себя после сна. Перед ним стоял один из его учеников, который осмелился потревожить сон учителя. Но сновидение не было приятным, поэтому никто ничего не имел против.

– А, что случилось? – спросил волшебник.

– Простите, что разбудил вас, профессор (именно так они называли своих учителей).

– Не просто так ведь будил, что стряслось?

– Скоро на площади будут собираться люди. Церемония камня Фаталиты… ну вы знаете. Не хотели бы присоединиться? Вас ученики любят. Многие будут рады.

– Боюсь, мне там делать нечего. Извини, посижу немного здесь, устал сегодня.

– Вы уверены, профессор? – Настойчивость ученика даже насторожила мага.

– Уверен, уверен. Ступай, а то пропустишь самое интересное.

После этих слов юноша вышел из кабинета, еще раз извинившись за беспокойство. Брам больше не хотел проваливаться в такие сны, но являлись они ему чаще, чем ученики приходили к нему на уроки (а их они никогда не пропускали).

Маг встал, немного размялся, покрутил шеей и вновь подошел к окну. У двери послышался шорох шагов.

– Нет, я не передумал, – сказал Брам, думая, что к нему снова вернулся тот же самый ученик. Но это был не он.

– Не передумал? Что именно? – спросил его Фаллард.

Брам растерянно повернулся, не ожидая увидеть такого гостя.

– Лорд-декан, доброе утро. Не ожидал вас увидеть.

– На площадь, я так понимаю, ты не идешь?

– Нет, решил посидеть здесь. Чего мне там делать?

– Брам, тебе тридцать восемь лет, если мне не изменяет память?

– Все верно.

– И ты был самым могущественным магом из молодого поколения. Редкость такая, что словами не передать.

– Решили былое вспомнить? – насторожился волшебник, боясь, что придется вновь упоминать неприятные моменты жизни.

– Нет, не былое. Тебе тридцать восемь, а воображаешь из себя старика-мудреца. Сидишь у себя в одиночестве. Побудь с людьми, нужно расслабляться.

– Не получается у меня с народом расслабиться, одному проще.

– Ничего не проще, – парировал лорд-декан, – давай отправляйся на площадь. Я там должен присутствовать, но у меня дел по горло. Буду у себя в башне. А ты потом доложишь мне, как прошло распределение. Чего интересного видел.

– Вы же знаете, что ничего интересного там нет. Только счастливые выпускники академии.

– Может камень покажет нам нового некроманта, почем ты знаешь? Давай, давай, собрался с мыслями и вперед.

– Но…

– Никаких «но». Считай, что это прямой приказ. Надеюсь, что ты еще не забыл дорогу до башни. Профессора академии ко мне часто заходят. Все. Но не ты, – сказал Фаллард грозно, но довольно дружелюбно. К Браму он относился с особым трепетом.

Маг недовольно вздохнул, но согласился пойти. Как он понял, выбора оставлять ему не желали. Лорд-декан медленно удалился, не попрощавшись. Брам последовал за ним, закрыл дверь кабинета и пошел в сторону площади.

По пути все обучающиеся молодые люди здоровались с Брамом. Быть у всех на виду он не очень любил, поэтому на приветствия неохотно кивал и пытался выдавить скромную улыбку.

В самой академии учились исключительно люди и гвермонды мужского пола. Девушки были в другой магическо-боевой академии под предводительством лорда-декана Мисс Альвы. Брам не был с ней лично знаком, но по многим разговорам и слухам можно было представить лишь превосходную волшебницу, умную, да и прекрасную на вид. Находилась ее академия на правом берегу. Считалось, что именно там жизнь была гораздо спокойнее.

Левый материк был более суровый, поэтому здесь и возвели академию для юношей. Многие верили, что суровые условия быстрее закаляют сильный дух молодого мужчины. Возможно, так оно и было.

В академии было шумно: ученики сновали из угла в угол, перебегали из кабинета в кабинет и просто спешили на площадь, дабы увидеть церемонию. Маг проходил по коридорам старого замка и рассматривал его окрестности, когда подворачивался момент, переходя из одного крыла в другой по мосту.

Вскоре он вышел к уличным секциям, которые делились заборами, словно стены кабинетов. Каждая секция предназначалась уже не волшебникам, а бойцам и лучникам. Повсюду стояли манекены и мишени. Бывало, что уменьшенные мишени висели и на самих манекенах, имитируя цель в виде головы или груди. Для бойцов с мечами устанавливали отдельные манекены, набитые более плотно, чтобы дольше продержаться против стального натиска учеников. Как правило, после оного занятия приходилось менять сразу все манекены.

Брам никогда не наблюдал, как занимались ученики, не обладающие магией, поэтому весь процесс его немного увлек. В первой секции он встретил целую группу учеников с мечами: каждый из них стоял у своего манекена, и все они точным ударом поражали шею соперника. Их преподаватель задумчиво ходил за их спинами, наблюдая за техникой и силой удара каждого. Тех, у кого получалось неправильно или слабо, учитель толкал в плечо. Каждый раз толчок выглядел все сильнее и сильнее, поэтому некоторые из учеников даже начали ударяться о впереди стоящий манекен.

В следующей уличной секции занимались лучники. Весь их урок проходил грациозно. Брам в тот момент понял, что искусство стрелять из лука сравнимо с красивейшими уроками по магии. Ученики стояли в ряд, каждый из них держал при себе свой лук и колчан со стрелами. Учитель вышел вперед и продемонстрировал младшему курсу, что такое настоящее искусство лучников. Он надел себе на глаза плотную повязку, выхватил из колчана три стрелы, поставил их в нужную позицию, натянул тетиву, развернулся на сто восемьдесят градусов и выставил руки вперед. Стрелы полетели в разные направления и пронзили три мишени одновременно.

Брам восхитился лучниками и пошел дальше, подходя все ближе и ближе к площади. Но когда до нее оставалось всего несколько шагов, неприятный для мага голос остановил его.

– Даже не поприветствуешь? – Это был его старый знакомый из академии, любящий поиздеваться над робостью и отстраненностью Брама.

– Ты все проводишь уроки по владению мечом в бою, Заниз? – спросил маг.

– Представь себе, великий волшебник, провожу.

– Боюсь, когда-нибудь он тебе не пригодится.

– Ты хотел сказать пригодится?

– Нет, не пригодится, ведь когда ты достанешь окончательно… – Брам пододвинулся к своему знакомому и продолжил говорить на ухо: – Я такой устрою вихревой поток в твоей голове, что у тебя все лопнет, начиная с мозгов и заканчивая языком. А своим мечом, я боюсь, ты сможешь попасть только себе в колени.

Чародей отошел чуть дальше от своего ненавистника и мило улыбнулся, будто перед ним стоял лучший друг. Учитель владения мечом даже не стал отвечать, лишь кинул злостный взгляд на Брама. Но когда тот ушел, он процедил сквозь зубы:

– Это мы еще посмотрим.

Площадь наполнялась новыми восторженными красками. Молодые люди и гвермонды занимали свои места. Каждому хотелось подойти поближе, но не всем это удавалось. Выпускников выставили ближе к камню Фаталиты, который собой представлял булыжник два метра в высоту, а в его середине были выбиты древние символы, обозначавшие пять действующих стихий.

Брам встал позади всех, прислонившись к мраморной арке, украшенной золотой росписью местных мастеров. Настроение на площади было праздничное. Не понимали этого только сами выпускники, волновавшиеся перед самым важным событием в их молодой жизни.

К камню вышел лорд-декан академии, и все дружно начали ему аплодировать.

– Приветствую вас, мои юные друзья! – На площади воцарилась тишина, и он продолжил: – В этот светлый, праздничный день нашему общему событию благоволит все, что мы имеем. Боги знают, что сегодня выпускаются новые мастера своего дела. Солнце светит как никогда. Ветра нет, он не хочет даже пытаться уносить радость и всю ту атмосферу, что воцарилась над нами. Я с большим удовольствием хочу поблагодарить вас за мужество, которое вы проявили при обучении. То упорство, которым обладаете, вы должны использовать всю свою жизнь. Ваши приключения и невзгоды начнутся именно с сегодняшнего дня. Вы вступаете на тропу взрослой и ответственной жизни, поэтому не забывайте то, чему вас учили. Также не забывайте и тех, кто смог вложить в вас все эти знания. Я уверен, что каждый из вас в совершенстве овладел практическими навыками применения магии, обучился искусству владения мечом и луком. Мне хочется лишь предостеречь вас о том, что использовать свои навыки при каждой возможности не стоит. Будьте всегда опытны и тверды в том, что вы делаете, но никогда не забывайте, что есть еще одна способность, которую надо использовать чаще остального. Эта способность вкупе с другими даст вам неимоверную силу, с помощью которой вы будете преодолевать любые трудности на своем жизненном пути. А имя ей – мудрость. Я слезно прошу меня простить, но мне нужно заняться важными делами нашей академии, и поэтому не смогу присутствовать на церемонии. Засим я откланяюсь, надеюсь на ваше понимание.

Фаллард поклонился и стал покидать площадь. Толпа аплодировала еще громче прежнего. Брам поддержал их неуверенными, еле слышными хлопками. Лорд-декан окончательно покинул площадь, а на его место вышел один из его заместителей. Брам его знал, правда, никак не мог вспомнить его имя. Старик был низкого роста, на голове виднелись редкие седые волосы, а глубокие морщины указывали на его старость и мудрость пройденных лет. Он подошел к камню Фаталиты и громко заговорил своим сиплым голосом:

– Уважаемые выпускники, прошу на протяжении всей церемонии вести себя предельно тихо и относиться с уважением друг к другу. Я буду называть имя, и тот, кому оно принадлежит, – старик показал свиток в своих руках, – должен будет подойти к камню Фаталиты, приложить свою ладонь к пяти символам стихий и ждать заветного ответа.

Среди выпускников началось волнение. Каждый хотел поскорее услышать свое собственное имя и выйти ко всем известному камню. Старик открыл свиток, пробежался по нему взглядом, потом вернулся глазами на самый верх списка и начал оглашать имена:

– Клауд Рофер!

Вышел первый юноша-маг. Его поддержали овациями даже те, кому не суждено было выйти к камню сегодняшним днем – бойцам с мечами и лучникам. Клауд приложил свою ладонь к каменной плите, после чего сделал шаг назад. Каждый из вырезанных символов загорелся ярким светом, потом они все потухли, и прямо перед ними, в воздухе, появился яркий огонек коричневого оттенка.

– Стихия земли! – воскликнул старик. Зал вновь зааплодировал.

– Дорф Крун!

Второй молодой человек, возможно гвермонд, вышел к камню и проделал те же самые манипуляции. В воздухе появился светло-голубой огонек. Не успев выслушать вердикт, Брам одобрительно улыбнулся.

– Стихия ветра! – Очередные овации.

Церемония длилась недолго, минут тридцать. Получилось много достойных волшебников. Больше всех оказалось магов воды и огня. Собственно говоря, они лидировали каждый год. Самой редкой из них являлась стихия земли (не учитывая редких некромантов). Список почти подошел к концу, и старик высказался, ухмыляясь:

– Сегодня мы заполучили множество хороших стихийных магов. К сожалению, мы не получили ни одного некроманта. Зеленое пламя – всегда желанное в наших кругах. Но! У нас остался последний претендент на его звание. Возможно, именно он приложит свою ладонь и увидит зеленый огонь надежды.

На площади воцарилась тишина, как при первых словах лорда-декана. Старик вызвал последнего юношу:

– Арион Сток!

У камня оказался он, и старик впервые заговорил с выпускником:

– Волнуешься, юный гвермонд?

– Конечно, – согласился Арион.

– Желаешь ли ты увидеть зеленое пламя?

– Думаю, что да, сэр. Но я буду безмерно благодарен любому пламени, которое покажет мне камень Фаталиты.

– Тогда не медли, прислони свою ладонь к печатям. Узнай свою судьбу.

Гвермонд подошел к камню чуть ближе, неуверенно выставил свою руку перед собой и сделал решающий шаг. Его ладонь коснулась холодной поверхности камня. Солнце скрылось за небольшим облаком, а с севера подул прохладный ветер. Символы, как и всегда, зажглись светом, потухли, а потом преобразовали перед собой огонек.

Но он был не один. Перед камнем возникло пять маленьких огоньков – оранжево-красный, светло-голубой, коричневый, синий и даже зеленый. Спустя время, все они объединились в одно крупное пламя.

Старик оторопел и не смог сказать ни единого слова.

– Что это значит? – спросил его Арион.

Ответа он не получил. Но во всем зале знали только два человека, что это означало – старец, объявлявший выпускников по списку, и один маг, стоявший позади всех и наблюдавший за происходящим. Но он не верил собственным глазам. Старик окончательно потерял дар речи, зал молчал. Арион так и не понимал, какая из стихий ему досталась.

На площади начались перешептывания по поводу того, что бы все это могло значить. Кто-то говорил, что Арион – некромант. Зеленое пламя ведь было. Но остальные понимали, что помимо зеленого появились и все остальные. Огонек висел в воздухе и не пропадал. В нем сочетались сразу все цвета, словно пламя поделилось на цветовые сектора. Ветер на площади усиливался. Брам поспешно решил покинуть ее. Последнее, что успели заметить – его развивающийся на ветру плащ.

***

В дверь высотной башни Гринштама громко постучали. Такая спешка могла предвещать только войну. Сегодня что-то пошло не так, и Фаллард это прекрасно понял, не успев ответить на стук.

– Войдите, – взревел он напряженно.

В кабинет к лорду-декану ввалился маг с растерянным видом. Не успел он отдышаться после крученой лестницы, как начал тараторить, съедая половину произнесенных букв.

– Брам, успокойся, выдохни и продолжи говорить нормально.

Чародей послушался его совету, а потом рассказал:

– Кажется, у нас беда, уважаемый лорд-декан.

– Учитывая то, как ты ворвался ко мне в кабинет, это заметно. Что стряслось-то? Ты мне лучше скажи, некромант появился?

– Некромантов нет в этом году, к сожалению.

– По какому еще поводу ты мог так ворваться в мой кабинет, зная, что я занят?

– Гвер… – начал было Брам, но поперхнулся слюной. – Гвермондская стихия, лорд-декан.

Глаза Фалларда округлились, а сердце заколотилось быстрее. Он обдумал сказанное Брамом и решил, что его старый знакомый опять решил пошутить. В этот раз неудачно.

– Ты считаешь, что это смешно? – спросил Фаллард мага.

– Что именно?

– Врываться в мой кабинет, когда я занят, и кидаться такими заявлениями? Это по-твоему смешно?

– Сэр, прошу вас. Нет никаких шуток.

– Ты на площадь ходил вообще или пошел и вина перепил?

– Я ни капли в рот не брал, клянусь вам.

– Верю, – ответил лорд-декан, – тогда скажи мне вот что…

– Слушаю вас.

– Напомни мне, что такое гвермондская стихия.

– Сила всех пяти стихий, объединенных в одну. Обладали такой силой исключительно Валунские гвермонды.

– Которые были… что? – с насмешкой подсказал Фаллард.

– Были уничтожены.

– А кем был уничтожен последний из их расы?

– Мною…

– Повторю свой вопрос, ты считаешь это смешным?

– Я не глумлюсь над вами, лорд-декан.

В этот момент в комнату зашел старик с площади. В руках у него все также был свиток с именами.

– Несфер? – Фаллард посмотрел на старика.

«Так вот как его зовут, – подумал Брам».

– Лорд-декан, с вашего позволения… – промямлил старик.

– Говори, – грубо скомандовал Фаллард.

– Я боюсь, что у нас там… гвермондская стихия.

– Да быть того не может! Вы меня решили вдвоем развести?! Я вам девственница из академии Мисс Альвы что ли?!

Старик взглянул на лорда-декана, окинул взглядом мага, но тот молчал.

– Лорд-декан, многоуважаемый, пять огней объединились в одно пламя. Камень Фаталиты врать не будет, а говорить об его неисправности и смелости не хватит. Магия работает всегда.

– Нам незачем врать вдвоем, лорд-декан. Если не верите, сходите сами посмотрите, – сказал Брам.

– Нет, меня точно здесь за идиота держат. У меня куча дел, а вы со своей… своей… – Фаллард сплюнул от злости, встал со стула и направился к выходу. – Я сейчас вернусь, ждите здесь. И пусть наши Боги дадут вам здоровья, если это окажется злостной шуткой.

Маг и старик остались в высокой башне, пока лорд-декан ушел на площадь, чтобы проверить ситуацию.

– Несфер? – обратился Брам к старцу.

– Да?

– Как это возможно?

– Я не знаю.

– Есть хоть какие-то мысли?

– Нет.

– Может, камень уже того? Вышел его срок работоспособности? – спросил чародей.

– И речи быть не может. Я ведь уже сказал.

– Святые Боги, помилуйте.

В кабинет вошел Фаллард. Лицо его не выражало никаких эмоций. Он прошелся по кабинету, сел за стол, взглянул на потолок, тяжело выдохнул, а потом обратился к старику:

– Несфер, что ты сказал молодому человеку?

– Гвермонду, – поправил его волшебник.

– Не столь важно, – отрезал Фаллард. – Так что ты ему сказал?

– Ничего, лорд-декан. Сказал, что какая-то ошибка и поспешно удалился с площади. Всех остальных я отпустил, а совсем юный маг ждет где-то внизу.

– Его имя? – угрюмо спросил лорд-декан.

– Арион… Арион Сток, – ответил ему старик.

– Ясно.

– Что ничего не ясно, – добавил Брам.

– Брам, давай хоть сейчас без твоих шуток.

– Хорошо, лорд-декан. Прошу прощения.

– Несфер, созывай Совет, пусть каждый участник откладывает свои дела и бежит на встречу. Собираемся в малом зале переговоров, так и передай всем. Через пятнадцать минут, чтобы все были в сборе. А теперь свободны.

Брам и Несфер начали покидать кабинет башни.

– Брам, постой, – остановил его Фаллард. – На Совете ты должен присутствовать. Возможно, понадобится твой совет.

– Это обязательно? – спросил маг.

– Обязательно.

В малом зале переговоров воцарилась жизнь. Старейшины совета, помогавшие в принятии важных вопросов, рассаживались по своим местам вокруг огромного овального стола, сделанного из красного дерева. Лорд-декан занял главенствующее место, Брам оказался возле него.

– Присаживайся, – указал Фаллард магу на соседний стул.

Брам знал не всех собравшихся старейшин. Около него оказался Несфер, дальше был Назиф, за ним сидел Курш, потом Юзар, затем Экль. Про остальных он даже и не слышал. Когда все угомонились, расселись по своим местам и перестали обсуждать местную погоду и повод собрания, лорд-декан встал и обратился к присутствующим:

– Дорогие мои, я собрал сегодня Совет не просто так. У нас появилась проблема, которую нужно решать как можно быстрее. Хочу сразу сказать, что речь не идет о войне, пугаться не нужно. Живем мы сейчас в достаточно дружелюбное время, но все может обернуться в плачевную для нас ситуацию. Как вы знаете, сегодня прошла церемония камня Фаталиты. Было множество счастливых выпускников магов, получивших свою судьбу в виде стихии. К сожалению, сегодня мы не получили ни одного некроманта за весь выпуск. Но не это напугало меня и свидетелей произошедшего. – Фаллард указал на Брама и Несфера. – Камень Фаталиты показал необычайную стихию одному из выпускников магическо-боевой академии Гринштам. Он получил сочетание пяти стихий, объединенных в одно пламя. Да, господа, вам не послышалось, юноша получил гвермондскую стихию. Сам он гвермонд, а не человек. И имя его Арион Сток.

Новость поразила стариков до беспамятства. Они обсуждали молодого волшебника расы гвермондов, словно сидели на базаре.

– Попрошу тишины! – закричал лорд-декан.

Все умолкли, но после наступившей паузы поднялся Курш:

– Как же это понимать, лорд-декан? Как же это возможно? Вы уверены в своих словах? И не говорите ли вы со слов своих друзей?

– Ничего подобного, говорю я так, потому что сам видел это пламя. Конечно же, мне самому не верилось в подобное, когда я услышал такую новость от Брама и Несфера, но все же пришлось проверить это самому и погрузиться в бездонную бочку страха.

– Так что же нам делать с этим молодым магом? Нельзя же за ним не следить, когда он может обладать такой неведомой силой, – высказался один из старейшин.

– Это мы и собрались выяснить всем Советом, – ответил за лорда-декана Несфер. Сам Фаллард лишь одобрительно кивнул.

– И все же интересно узнать, – говорил Экль, – как же он смог получить такую стихию? Не может ли он принадлежать к роду Валунских гвермондов, а не обычных, как мы все думаем?

– Исключено, – сразу прервал его Фаллард, – мы все хорошо здесь знаем про тайный отряд, а перед вами сидит человек, убивший последнего из их расы. Вы прекрасно помните эту историю.

Все старейшины посмотрели на Брама. Да. Они помнили всю историю борьбы с Валунскими гвермондами, ведь именно по их совету и был создан тот самый тайный отряд. Брама знали все, поэтому таить здесь было нечего.

Бормотание стариков продолжалось еще некоторое время, пока им самим не надоело обсуждать совсем уж несуразные теории заговоров и упущения Валунских гвермондов. Фаллард присел обратно на свое место, дожидаясь внятного совета по дальнейшему плану действий. Каждый из старейшин выкрикивал свои версии событий (хотя обычно Совет проходил очень дисциплинировано).

В зале раздалось три глухих удара. Лорд-декан застучал кулаком по столу, призывая всех собравшихся к тишине.

– Можно хоть немного спокойствия?! – завопил он. – Если есть у кого предложения по делу, то прошу встать и высказаться. И сделайте это по одному, а не все разом.

Из-за стола неуверенно встал один из стариков:

– Может ничего с ним делать не надо? Пусть себе живет, просто нужно уберечь его от знаний о его настоящей силе.

– Гвермонды живут долго, сколько потребуется скрывать его силу? Да и как мы это сделаем? Как-нибудь и где-нибудь он все равно узнает обо всем. Всегда найдется тот, кто сможет ему рассказать все подробности. И не всегда этот кто-то может быть живым. Книги тоже хороший источник информации. Вот где настоящий рудник знаний.

Старейшина сел обратно за стол. За ним встал Юзар:

– Может полное уничтожение?

Гробовая тишина. Кажется, что каждый из них хотел предложить подобное, но все боялись высказаться.

– Хватит уже жестоких убийств и насилия. Юноша ни в чем не виноват и не живет в военное время. Он будет жить, подобное даже не обсуждается. Еще варианты? – спокойным голосом ответил Фаллард.

Юзар сел обратно, а за ним встал Несфер:

– Давайте отправим юного гвермонда в замок Вечного Снега. Там и некроманты обучаются. Они, я думаю, знают, что с ним делать.

– Отличное решение, – поддержал его один из старейшин.

– Да, но его придется отправить своим ходом через весь материк Лириана. Нашу академию и замок Вечного Снега соединяет один единственный портал, но и им могут воспользоваться только некроманты, к огромному сожалению. А Ариону придется перейти через степи, лес Синих Волков, город Аспей, реку Керу, пройти меж гор Близнецов, а там и Карантовое море поджидает. Он в пути погибнет, молодой еще слишком, – объяснил лорд-декан.

– Тогда надо отправить его с кем-то, – пробубнил Несфер. – Выбрать сильного мага, который не побоится пробираться сквозь все трудности, ведя за собой юного выпускника. Защищая его и помогая во всем. И я думаю, что у нас есть такой отважный воин. – Несфер посмотрел на Брама.

– Ну, нет… – сказал маг.

– Прошу проголосовать тех, кто считает, что нашего величайшего чародея Брама нужно отправить вместе с Арионом в поход до замка Вечного Снега?

Все старейшины подняли руки в знак согласия.

– Ну, нет же… – пробурчал Брам.

– Решено! Я немедленно отправляю сокола, дабы предупредить Элизара, короля замка Вечного Снега, о происходящем.

– Нет… – уже прошептал Брам.

– Совет окончен, всех благодарю за присутствие. – Вставая со стула, Фаллард наклонился к Браму и сказал ему напоследок: – Ты ведь помнишь, что приказы обсуждать не стоит?

– Помню… лорд… декан.

Глава 2. Путь невозвратный

Вечерело. Ученики академии уже успели разойтись по своим спальням. В воздухе витали легкие нотки теплого ветра, разбавленного прохладными порывами с севера. Гранитовые и мраморные покрытия, брусчатка площадей и мостов, растения и маленькие обитатели живой природы успели остыть и полностью пронзились холодом. В академии зажигали факелы на всех постах, в комнатах и залах разжигали камины. Лишь стражники, привыкшие к холодным дозорам, неумолимо стояли в стороне от огня, наблюдая за долинами, растянувшимися по периметру Гринштама.

Ночи на левом материке Лириана становились все холоднее и холоднее. Чего нельзя было сказать про правый материк, где всегда было на порядок теплее. Многие в академии еще не спали. Свет от пламени факела или камина горел и в высокой башне, где, как король, восседал глава всей академии – лорд-декан.

Он сидел за своим рабочим столом, просматривал пришедшие за весь день письма и при желании или по нужде отвечал на них, немедленно отправляя ответ с помощью гордой и красивой птицы. Сокол – создание быстрое и невероятно умное, поэтому и славилось, как символ силы и свободы. Свободы физической и свободы ума.

В дверь кабинета лорда-декана тихонечко постучали костяшками пальцев. Фаллард уже заранее знал, кто к нему наведался в столь поздний час, поэтому его ответ последовал незамедлительно:

– Заходи, Брам.

Маг вошел в кабинет, закрыл за собой дверь и подошел к рабочему столу.

– Присаживайся, – сказал лорд-декан, указывая на единственный свободный стул возле камина.

Волшебник послушался и сел на стул, тяжело вздохнув. Больше он ничего не говорил, поэтому высказался Фаллард:

– В твоем вздохе чувствуется вся боль и отчаяние принятого нами решения. Неужели все так плохо? В чем проблема? Мне кажется, что так вздыхать могут только уставшие за многие столетия горы, обдавая нас свежестью и прохладой.

– Почему на Совете никого не интересует мое мнение? Почему вы выбрали меня жертвой?

– Но-но. Почему же сразу жертва? Мы не отправляем тебя на смерть, просто хотим, чтобы ты помог добраться юноше до замка Вечного Снега. Жертва отправляется на смерть, мы же отправляем в небольшое путешествие. Считай, что даю тебе отдых от академии.

– Я выбрал спокойную жизнь, чтобы не встречаться с подобными трудностями. Лишь по этой причине я согласился работать в Гринштаме. Да и вы прекрасно знаете, что путешествие не «небольшое», как вы говорите. Сколько мы будем пешком добираться? Две недели? Месяц? Два?

– Я выдам вам хороших скакунов.

– С ними легче, но не везде с лошадьми можно будет пройти.

– И все же. Вы найдете множество мест, где сможете отдохнуть, а как доберетесь до города Аспей, расслабитесь там хорошо. Кровать себе найдете, выпьете, можете и в бордель наведаться, если приспичит.

– Да зачем нам публичный дом? Без того проблем будет хватать.

– Не пойму я что-то, – вздохнул Фаллард, – какие проблемы могут быть у такого сильного волшебника? Ты боевой маг или кто?

– Сильный или нет, суть не в этом. Я был боевым магом. Теперь я обычный учитель академии.

– Что же тебе мешает вспомнить былое? Тряхнуть, как говорится, стариной?

– Обещание самому себе, – с горечью произнес Брам.

– Какое еще обещание? – удивился лорд-декан.

– Не вступать в схватки. Не навредить кому-либо магией.

– Странно, конечно, слышать такое от тебя. Но, видимо, в твоей голове что-то серьезно переключилось, раз уж ты так заговорил после войны и тайного отряда.

– Вы ведь… – запнулся Брам. – Вы знаете, что нас ждет в пути. Спокойного путешествия с тихими ночлегами не будет. Что нас ждет? Звери? Нечисть? Разбойники? Холод и тьма? Ладно меня не жалеете, но почему должен страдать наш юный выпускник?

– Я думаю, ты прекрасно справишься со своей задачей. Ты никогда меня не подводил. А по поводу твоего обещания могу сказать одну вещь. Обещание – не клятва. Можно и нарушить.

– Для благочестивых людей и гвермондов обещание является клятвой. То и другое нарушить нельзя, иначе стоит себе язык отрезать и больше никогда никому ничего не обещать.

– Но ведь попав в ситуацию, когда тебе будут угрожать, ты начнешь защищаться, не так ли?

– Этого я и боюсь.

– Странно мне все это слышать из твоих уст, Брам. Но надеюсь, что ты образумишься и никуда не сбежишь. Нужно помочь молодому гвермонду. Нельзя его оставлять без надзора. Сила пяти стихий…

– Кстати, о нем… Вы рассказали ему, почему его отправляют в замок Вечного Снега?

– Нет, не рассказали.

– Мне тоже не стоит?

– Думаю, что Совет дал бы тебе запрет на разглашение информации. – Фаллард перешел на шепот и продолжил: – Я лишь могу сказать, чтобы ты оставил этот вопрос на свое усмотрение.

– Хорошо, я вас понял.

– Да, кстати. – Лорд-декан встал из-за стола, подошел к сундуку, который стоял за его спиной, открыл его, достал оттуда небольшой тканевый сверток. – Вот, держи. Подарок от меня.

– Что это?

Фаллард раскрыл сверток. На столе оказался небольшой серебряный кинжал. На узорчатой ручке был маленький алый камень, сверкающий так же ярко, как бриллиант, переливающийся на солнце.

– Кинжал Толкмара, – с гордостью произнес лорд-декан.

– Предлагаете отбиваться руками?

– Не язви, не люблю это. Здесь, пожалуйста, прояви уважение. Кинжал Толкмара – один из древних артефактов, который тщательно охраняется в нашей академии. Пару часов назад я был в хранилище и забрал его оттуда. Ты ведь помнишь, что раньше маги ходили с посохами?

– Посох придавал магу силу в бою и больший запас внутренней силы. Лишь немногие обладали ими. Насколько я знаю, один или два профессора академии имели их в своем магическом арсенале.

– Все верно. Сейчас посохи не применяют, даже не знают где они. Кажется, один из них похоронен вместе с его хозяином. Их основа была сделана из дерева, с которого начался наш мир. Если бы кто знал, где оно стоит… Никакой информации больше нет, даже в древних философских трактатах.

– А этот? – Брам уставился на кинжал Толкмара. – С ним что?

– В давние времена одному умельцу удалось сковать такой вот кинжал. Ядром его также является часть того самого дерева, что и придает силу своему владельцу. Если будешь на исходе сил, помни, что он с тобой. Он поможет. Но не переусердствуй, один раз у тебя это почти получилось.

– Так вы хотите отдать его?

– Хочу, – ответил Фаллард.

Брам медленно поднял кинжал, осмотрел его со всех сторон и убрал под плащ.

– Не думай, что хотел убрать тебя подальше, – продолжил лорд-декан, – просто не могу никому больше доверить такое важное поручение. Сокол уже отправлен в замок Вечного Снега. Не знаю, когда мы сможем получить от них ответ, но я уверен, что они тебя ждут. Такой экземпляр, как Арион, их не может не привлечь.

– Будем на это надеяться.

– Дорогу-то помнишь?

– Нет, слишком долго сижу в академии.

– Ну, ничего. Память быстро вернется, как только встретишься со старыми воспоминаниями лицом к лицу.

– Будут последние напутствия? – спросил Брам.

– Аккуратнее в лесу.

– Я и забыл про него совсем.

Брам кивнул головой, таким образом попрощавшись, и пошел к двери.

– Выспись хорошо, – сказал последнее напутствие Фаллард. Ответа не последовало.

В башне было тихо, как и во всем замке, словно люди провожали их в последний путь, заранее скорбя о молодых путешественниках. Вечер близился к ночи. Ветер доносил до академии приятный свежий бриз Карантового моря

В спальнях и общих комнатах гасли огни каминов. Неяркие факелы, висевшие на стенах, тускло освещали непроглядные коридоры замка. Все готовились ко сну. Не позволяли себе спать одни лишь стражники, стоявшие на своих постах, а также лорд-декан, чье окно еще долго мерцало во тьме.

***

Утро выдалось довольно прохладным. После сна пробуждались не только люди, но и природа. Кроны деревьев медленно колыхались, вдыхая свежий воздух, доносящийся с севера. Трава умывалась утренней росой, пышные облака расступались в небе, уступая место еле греющему солнцу, а ясное голубое небо приветствовало всех проснувшихся в это ранее время.

– Открыть ворота! – закричал один из стражников.

Массивные врата магическо-боевой академии Гринштам раскрылись перед одним единственным магом. Не успел он выйти за пределы замка, как сзади послышалось тяжелое закрывание дверей, сопровождавшееся глухим ударом. При себе у чародея имелся один единственный мешок за плечами, и тот выглядел довольно потрепанным.

Волшебника ждали два человека и молодой гвермонд. Рядом с ними находились два хороших скакуна. Брам подошел к троице, поприветствовал их, кивнув каждому.

– А ты изменился, – заметил лорд-декан.

Брам отрезал клочья своих длинных волос. Теперь его украшала новая прическа: короткая сзади и по бокам, но не состриженная спереди, так, чтобы седая прядь элегантно свисала со лба.

– Вы будете меня сопровождать? – спросил Арион.

– Именно так, – ответил Брам.

– Мы с Несфером решили лично проводить тебя и проконтролировать, чтобы все прошло успешно, – начал Фаллард. – Как и обещал, вот вам две лошади. И предоставил их наш местный конюх. Если верить его словам, то это лучшие скакуны нашего материка.

– Я все же не пойму, – запыхтел выпускник, – зачем мне надо идти такой долгий путь до замка Вечного Снега?

– Просто так нужно, не надо задавать лишних вопросов, – упрекнул его лорд-декан.

– Но я прочел, что камень Фаталиты пятью огнями показывал гвермондскую стихию!

Трое из них переглянулись. Никто ему ничего не ответил, будто они и вовсе не услышали слова молодого гвермонда.

– Желаю вам удачи в вашем путешествии. А теперь, ступайте. Да помогут вам Боги.

Лорд-декан и его верный помощник Несфер удалились. Брам остался наедине с Арионом. Они смотрели друг на друга, молчали.

– Ну что, мой юный друг, по коням.

Брам одним рывком запрыгнул на скакуна, схватил за поводья и стал дожидаться, пока гвермонд сделает то же самое.

Арион взобрался на лошадь, хоть и не с первого раза у него это получилось, и они двинулись в путь, делая шаг навстречу всем своим приключениям, которые могут случиться по пути. Сам гвермонд не понимал на что идет, а вот по нервному выражению Брама можно было догадаться, что ему не только лень было ехать. Он ждал гораздо большего. Ждал неминуемой беды.

Спускались они с небольшого холма, на котором и стоял Гринштам. Неожиданно для себя Брам развернул лошадь и, остановившись в ступоре, стал наблюдать за замком.

– Что-то случилось, профессор?

– Не называй меня профессором, можно по имени. Не в стенах академии уже находимся, да и путь далекий.

– Так что произошло? Что-то забыли забрать? – Арион похлопал рукой по своему мешку за спиной.

– Нет. Не забыл. Просто давно не выходил за пределы академии. А так далеко…

– Вы же славитесь в академии, как один из сильнейших чародеев. А боитесь выйти за пределы родных стен?

– Нет ничего роднее своего дома. Ладно, вперед.

Они начали спускаться дальше, пока не вышли на ровную и просторную поляну, где по пути им встретились дома фермеров. Каждый из рабочих вспахивал огороды, водил свой скот, а при виде двух магов академии махал руками.

– Славные люди, – с гордостью заговорил Арион. – Мне отец еще с самого детства рассказывал, что физический труд надо ценить, как ни что иное. Вы только представьте себе, они пашут на полях целыми днями, устают как черти, на ногах еле стоят до ночи, встают раньше всех, а потом плоды их труда частично поступают в академию и в славный город Аспей. А вы их видите? Они угрюмы и злы от усталости? Нет! Видите?! Руками нам машут, приветствуют, а на лицах улыбки. Удивительно ведь как!

– Полностью с тобой согласен, а отец твой мудрый человек, таким понятиям нужно людей с малых лет обучать. А почему ты говоришь «славный город Аспей»?

– Вы ведь были в нем. Знаете о его славе.

– Верно сказано, был в нем. Именно по этой причине никогда не осмелюсь называть его «славным».

– А что вам в нем не нравится?

– Успеем до него дойти, поймешь, о чем я толкую.

Скакали они медленно, не спеша, внимательно осматриваясь по сторонам. Мимо них плавно проносились засаженные поля. Фермеры продолжали без устали приветствовать волшебников, словно героев, вернувшихся живыми с войны.

– Это мне так кажется? – запаниковал Арион.

– Что именно?

– Вон там, вдали. Видите?

– Ничего не вижу, что не так?

В это время, в двухстах метрах от них, у одного из фермеров были проблемы. Нет, не с урожаем и прочими бытовыми вещами. К мужчине лет сорока пяти подошли трое неизвестных, в руке у каждого из них было по кинжалу, а их губы скрывались под плотными платками синего цвета.

Арион дернул поводья, и его конь рысью помчался к нападавшим. Брам, не понимающий, что происходит (а про способность гвермондов видеть на довольно дальних расстояниях он и вовсе забыл), помчался вслед за ним. Приблизившись к дому фермера, Брам сразу же распознал разбойников.

«Уже и по утрам захаживают в гости, совсем обнаглели, – подумалось ему».

Гвермонд слез с лошади, бросил свой мешок на землю и побежал к грабителям. Брам последовал его примеру.

– Отойдите от него! – яростно закричал Арион.

Троица обернулась, посмотрела на мага. А после из-под платков послышался звонкий смех.

– Последний раз вас предупреждаю! – вновь завопил гвермонд.

Брам понимал, что горячая молодая рука гвермонда может в любой момент взметнуться в воздух, готовясь применить атакующее заклятие. Фермер стоял неподвижно, дожидаясь развязки утренней истории. Он знал, что маги из академии не бросят его в беде, но не имел понятия, как быстро они разберутся с проблемой.

– Господа, давайте успокоимся и мирно все обсудим, – заговорил с разбойниками Брам.

– Намекаешь, что у нас даже шанса нет, с вами разобраться? – негодовал один из разбойников. – Да я уверен, что твой малой дружок слабенький, даже ни один Бог не поможет ему в драке.

– Я тебе сейчас все лицо огнем выжгу, мерзавец! – озлобленно закричал Арион.

– Успокойся, – Брам жестом руки показал гвермонду, чтобы тот умерил свой пыл, – не нужно никого выжигать, мы мирно разберемся, и каждый останется доволен.

Но только он успел отвернуться от своего юного спутника, как тот начал вскидывать руки вверх, явно готовясь к атаке. Слишком предсказуемо для Брама, первым заклинанием Ариона оказался направленный огненный шар. Вещь эта, конечно, интересная и довольно сильная (можно действительно выжечь лицо кому захочешь), но и у данного заклинания были свои минусы, и Брам прекрасно о них знал. Популярность же такой магии была вызвана скорее своей зрелищностью и простотой в использовании.

Пока огненный шар еще не успел полететь в сторону разбойника, Брам взмахнул своей рукой, толкнув руку Ариона потоком воздуха, тем самым заставив ее смотреть вверх. Это и был самый главный минус заклинания. Оно являлось направленным, и шар нужно было контролировать своей собственной рукой, как будто вы хотите кинуть яблоко или любой другой плод округлой формы.

В итоге шар улетел в небо, а Арион негодующе уставился на своего спутника.

– Это что было?

– Я сказал, что мы поговорим мирно, если не собираешься общаться, то вернись к лошади и не мешайся, – вновь надавил на него Брам.

Двое из разбойников даже рассмеялись от несуразности данной ситуации. Брам, в свою очередь, достал из кармана золотые монеты и протянул разбойникам.

– Все, что есть, – солгал он.

Но, кажется, они поверили. Взяли золото и ушли прочь. Фермер и два мага лишь долго наблюдали за их отдаляющимися спинами.

– И что же это было все-таки? – спросил Арион.

– Не нужно обвинять своего наставника в неправильности действий. Он мудрее и опытнее. Я согласен, что никакой агрессии и насилия здесь не надо. Хоть иногда и хочется настучать им по головам. Но что обычный фермер может им сделать? Подходят несколько вооруженных человек и требуют всего подряд, – сказал фермер.

– И часто к вам так приходят? – возмутился Брам.

– Бывает иногда, но утром в первый раз. Видимо, совсем ничего нет.

– Почему в академии не в курсе, что к вам заходят разбойники?

– Как-то не доводилось говорить. А стоило?

– Стоило, – ответил фермеру Арион. – Наш замечательный лорд-декан не оставит таких преданных работников полей.

– Значит нужно ему передать. Вы заходите ко мне в гости, посидите немного, устали небось в дороге. – Фермер мило улыбнулся. – Меня, кстати, Гер зовут.

– Боюсь, что путь у нас длинный, да и не устали мы толком еще, нужно дальше отправляться, – ответил ему Брам.

– Нет-нет, – настаивал Гер, – заходите ко мне, хоть ненадолго. Отблагодарить вас я должен за помощь. Налью вкусный чай. Или вина, если хотите.

– Давайте же, чего нам спешить, путь долгий, хоть с человеком пообщаемся, – заговорил гвермонд.

– Ну хорошо, – согласился Брам. – Только недолго. Чая будет достаточно.

Троица направилась в дом фермера. Двухэтажное здание выглядело довольно просто, вовсе не богато, но внутри было уютно и очень чисто. На первом этаже была одна большая комната со столом и печью, рядом была кухня, а на втором этаже располагалась спальня. Посуда и мебель были старыми и потертыми, видно, фермер не мог позволить себе приобрести что-нибудь новое. Возможно, ему это просто и не надо было.

Гер усадил своих гостей за стол. За окном играючи пели птицы, а ветер гонял опавшие листья с деревьев. В доме распространился нежный запах черного чая, и старый, местами ржавый чайник оказался на столе.

– Хотите кушаний отведать? – спросил фермер, усевшись с ними за стол.

– Благодарю вас, но откажемся. И так отвлекаем вас от работы, – сказал Брам.

– Что вы, что вы… отвлекают меня разбойники своими нежданными приходами. Порой и ночью могут зайти. Стучатся так громко, что весь дом трясется. А прятаться… нет смысла. Сами зайдут. Без спросу. Вот и бегаю со второго этажа, чтобы им дверь поскорее открыть.

– Ваша жена, наверно, сильно пугается, когда они приходят, – встрял в разговор Арион.

– Я один живу, не пугается никто, кроме меня.

– Неужели не захотели связать свою жизнь с одной единственной женщиной?

– Почему же? Я связал. Померла она. Болезнь ее скосила. – Лицо фермера омрачилось.

– Простите, – извинился Арион. – Я не знал.

– Ничего страшного. Хотя нет. Страшного много. Но не для вас. Ответьте мне на такой вопрос, милые мои маги.

– Спрашивайте все, что вас интересует. – Брам отпил немного чаю.

– В академии лечат магией? Могли бы помочь моей любимой?

– К сожалению, нет, не лечат. Единственное, что нам неподвластно, так это лечить силами стихий. Если болезнь нетяжелая, то, конечно, есть много лекарств и хороших лекарей. Но если болезнь тяжелая, запущенная, то, скорее всего, ничего уже не поможет.

– Ясно. Просто давно хотел узнать. Интересно как. Столько всего можно, такие вещи вы можете вытворять, но не лечить. Вы ведь вроде и мертвецов поднять из могилы можете? – продолжил спрашивать Гер.

– Мы – нет. А вот некроманты запросто. Поднимают их из могил, вгоняют обратно. Весь спектр развлечений. – Брам задумался. – Скажите, а зачем вам это?

– Просто интересно, не подумайте ничего плохого. Я не собираюсь поднимать свою жену из мертвых. Не по-людски это. – Фермер захохотал. Смех его раздался по всему дому. То ли нервозный, то ли от представленной им в голове ситуации.

– Так и куда вы направляетесь?

– В замок Вечного Снега.

– Что же заставляет вас путешествовать так далеко?

– Одно важное дело. Прошу простить, но есть определенные вещи нашей академии, которые я не могу разглашать каждому встречному, – сказал Брам.

– Понимаю вас, понимаю. – Гер потер свою бороду. – А как же вы планируете пройти весь путь? Неужели на лошадях только?

– Сегодня к ночи нужно будет добраться до таверны Предлесья, там мы отдохнем, а дальше, рано утром, нужно скакать в лес Синих Волков.

– А море? Ведь нужно преодолеть как-то море? Магия поможет? – без устали продолжал расспрашивать фермер.

– К сожалению, даже тут нам не поможет магия. На краю материка находится порт Четырех Ветров. Туда мы и держим свой путь.

– Боже, бедные. Как же вы пройдете через этот страшный лес? На лошадях дня два уйдет без привалов.

– Это я знаю, придется потихоньку пробираться с привалами. Надеюсь потратить не больше трех дней. И то, если выживем.

– Да помогут вам Боги, – подытожил фермер.

– Я что-то не совсем пойму. Мы в лесу будем больше двух дней? И что значит «если выживем»? – удивился Арион, поперхнувшись уже остывшим чаем.

– Я думал, тебя предупреждали, что путь нас ждет нелегкий.

– Говорили что-то подобное. Ладно, я ведь с одним из сильнейших профессоров академии.

– Прекрати говорить свое «профессор».

– Хорошо.

– Прошу нас простить и благодарю за теплый прием. Пора нам отправляться в путь. Нужно еще до таверны добраться, – обратился Брам к фермеру.

– Конечно, конечно. Вина точно не хотите?

– Нет, благодарю вас.

– Бывал я один раз в своей жизни в этой самой таверне. Нет там хороших людей. Дикие все такие. Неотесанные, – сказал Гер напоследок.

Брам и Арион взяли свои походные сумки, накинули на себя, сели на лошадей и, попрощавшись с дружелюбным фермером, отправились в дальнейший путь.

Постепенно наступали сумерки. Окрестности покрылись легкой сизой дымкой тумана. Ветер стал заметно прохладнее, а вся живая природа приготовилась отходить ко сну. Двое путников без устали скакали оставшийся день, чтобы в итоге добраться до таверны вовремя. Лишь однажды они остановились, сделали привал, развели огонь (Арион использовал магию, за что и получил наказание в виде часовой лекции об экономии внутренней энергии, какую Брам давал каждый раз в академии), перекусили булками, курицей и запили все водой.

Гвермонд признался наставнику, что никогда не пробовал вина, так как на алкоголь был строгий запрет во всей академии. И что у него появилось такое желание, когда вино предложил им фермер. Брам же соврал о бесполезности напитка, скрыв информацию о том, что сам иногда выпивает бокал (а то и два) вина перед сном, когда мысли одолевают любые попытки уснуть. Вино в этом случае спасало как нельзя лучше: успокаивало, помогало отбросить в сторону лишние мысли и фантазии, хоть и на время, которого всегда было достаточно, чтобы погрузиться в глубокий сон.

Поля фермеров постепенно сменялись начинающимся лесом. Ветви окутывали узкие тропы, ведущие к таверне. Каждое дерево словно оживало ночью и превращалось в ночного стража, без устали следящего за покоем леса.

Тьма медленно сгущалась. Когда стало совсем темно, в конце небольшой тропы показались блеклые огни света.

– Вот она. Таверна. Хорошо, что добрались, – начал Брам. – Вперед, отдохнем там. Но запомни, не нужно лезть на рожон. Люди там и правда недружелюбные.

Двое волшебников спешились и медленно подошли к главному входу в таверну. Массивная дверь из дерева подсвечивалась двумя яркими факелами, а из окна двухэтажного здания доносился гогот пьяных воинов и прочих скитальцев.

– Говорить буду я, пожалуйста, помни это, – еще раз дал наставление Брам.

Дверь распахнулась, и путников обдало кислым запахом перегара и пота, а также терпким душком дешевого табака, коим любили баловаться многие из присутствовавших. К чародеям подбежал молодой юноша (по виду из бедных) и сказал, что отведет лошадей в стойло, может их оставить там и на ночь. Брам сразу же согласился, дав три сребреника парнишке и накинув еще два, чтобы тот покормил лошадей.

Арион и его учитель прошли вглубь заведения, остановились у стойки, где их встретил хозяин таверны. Многие, сидевшие за столами, пристально наблюдали за пришедшими гостями. Уж сильно они выделялись из местного колорита. Да и маги захаживали не так часто. А кто являлся чародеем, люди чувствовали сразу. Говорили, что от них веет особой аурой. Видимо, в этом была виновата внутренняя сила.

– Скажите, – Брам обратился к хозяину, – у вас не будет две койки до утра? Очень нужно переночевать в теплом и укромном месте.

Хозяин, полноватый мужчина, скорее всего человек, лысый и морщинистый, ответил довольно громко, словно хотел, чтобы все слышали его отказ.

– Мест нет, все занято, не могу вам помочь! Отведайте лучше наших напитков, лучше любого сна.

– Нет уж, простите, нам нужны две кровати. Сколько стоит одна?

– Цена тебе не поможет, мест все равно нет. А так, за четыре сребреника отдаю обычно. Народ здесь небогатый ходит.

Брам нахмурился, подумал, а потом попытался незаметно достать из кармана деньги. В его ладони оказалась золотая монета.

– Этого хватит, чтобы найти нам место?

Хозяин таверны пристально посмотрел на монету, взял ее в руки, рассмотрел, проворачивая ее в руках, а после перешел на шепот:

– Думаю, можно найти койку. Но я вам не соврал, мест и правда нет. Одна из комнат является моей, в нее я гостей обычно не пускаю. Для вас могу сделать исключение. Вы ведь из академии, верно?

– Именно так.

– Ну хорошо. Поспите у меня, но немного позже. Пока у меня много дел, не могу туда вас пустить. Отдохните немного с дороги, выпейте. У меня есть отличное пиво и вино, угощайтесь. Налью вам первые за счет заведения.

У Ариона даже глаза загорелись от услышанного. Брам лишь снисходительно к этому отнесся, ничего не высказав своему бывшему ученику.

Хозяин принес две кружки пива с пышными шапками пены.

– Прошу вас, угощайтесь и заказываете еще. Чуть позже помогу вам занять ваши спальные места.

– Покорнейше благодарю вас, – ответил Брам.

Двое магов выпили пиво, после чего позволили себе еще по кружке фруктового эля. За все заплатил Брам, который взял с собой в дорогу немалое количество денег. С монетами помог ему и сам лорд-декан академии. А вот у выпускника не было ни гроша.

Прошло довольно долгое время после их прихода. На дворе уже была глубокая ночь, а народу в главном зале уменьшилось втрое. Многие из посетителей ушли спать, заранее заплатив за свои места.

К волшебникам подошли четверо: двое из них были изрядно пьяны, а двое других хорошо себя контролировали, хоть тоже были под сильным воздействием алкоголя.       Изначально Брам делал вид, что не замечает незваных гостей, понимая, что они, как минимум, хотели задать множество вопросов. Агрессию Брам научился чувствовать еще со времен войны.

– Дорбой ночи, гспда, – неуверенно произнес один из скитальцев.

Именно так бы их сразу описал Брам – скитальцы. Все четверо выглядели слишком побитыми и грязными. В ножнах у них виднелись старые, явно испробованные в бою мечи. Но они были давно не вычищены, как и вся их одежда: грязные от копоти плащи, измазанные ботинки в глине, а торс был местами изрезан.

Арион тут же повернулся к незнакомцам, как только услышал их голоса. Брам кивком головы попросил его не обращать на бродяг никакого внимания. Тогда ему это показалось лучшим вариантом, но такое поведение разозлило гостей.

– Что-т не пму, я к кому обращаюсь?! – повысил голос один из пьянчуг.

И вот тогда Брам решил обратить внимание на пьяную компанию и развернулся к ним:

– Доброй ночи.

– О, гврить можшь, уже хршо.

– Вы что-то хотели? – поинтересовался Арион, которого просили молчать и не вмешиваться.

– Смтри, втрой тож говорливый, – продолжал говорить все тот же пьянчуга. Видимо, он в их компании являлся главным. Остальные лишь угрюмо кидали свои взгляды на магов.

– Вам чем-то помочь? – спросил Брам.

– Жалкий червь! Тебя не учили в своей академии, как разговаривать с великими следопытами? – завопил менее пьяный варвар.

– Не переживайте, учат нас хорошо в академии, со следопытами мы дружим, а вот с такой кучей пьяных неудачников, которые максимум свои собственные следы найти смогут, нам вести разговор не о чем, – вновь вмешался Арион.

«Зачем же… Все не так и все не этак, – подумал Брам».

– Опа, какой смелый малый у нас тут, не терпится свои силы проверить после академии? Всю жизнь ненавидел магов, ничего руками делать не умеете, одной силой своей и пользуетесь, но даже тебе она не поможет, щенок ты недоделанный.

– Арион, успокойся, помолчи, – обратился к нему Брам. – А вы, господа, скажите, что от нас хотите? Я уверен, что мы сможем договориться.

– Такие, как вы, сюда не часто заходят. Вы ведь только и сидите в своей крепости, либо убегаете на правый материк. Видите ли, там жизнь лучше. Да что вы знаете о жизни-то? Маги, может, и захаживают сюда, а вот такие юнцы… – Один из следопытов посмотрел на Ариона. – Никогда здесь еще не видел. Чего ты тут забыл, малыш?

Арион сдержался и промолчал, следуя совету своего наставника.

– Мы в пути, просто нужно добраться до одного места. Без бед и происшествий. Скажите, пожалуйста, что же вы хотите? Чем мы можем помочь?

– Ненвиж влшебникв! – взревел самый пьяный и упал на пол, запутавшись в собственных ногах. Его друзья помогли ему встать.

– Мой друг хотел сказать, – продолжил скиталец, контролировавший себя лучше остальных, – что мы ненавидим магов.

– За что же вы нас так ненавидите? – спросил Брам удивленно.

– Молодой-то, еще понятно, ничего не помнит, ничего не знает. А ты-то забыл про войну?

– Есть вещи, которые хочется забыть, но не получается.

– То-то и оно. А все чертовы почести достались волшебникам!

– Какие еще почести? Не пойму, о чем вы?

– После войны никто и не упоминает следопытов, работавших не покладая рук. Сколько мы всего сделали для победы! Скольких врагов убили! Сколько дали информации по выслеживанию врага! А в итоге что? Про нас забыли. В академии не упомянули. Левый материк вообще не в курсе, что мы активно боролись против общего врага. А все лавры нашим магам! Ведь они так защищали нас! Гнусные сволочи!

– Не знаю, про что вы говорите, в городе Аспей были награждены многие маги, лучники, воины. Те, кто выжил в войне и доблестно защищал родной материк от нападения врага.

– Ты еще смеешь врать нам?! Да я если захочу, то докажу тебе, что любой следопыт может быть сильнее чародея. Мы быстрее, проворнее, умнее.

– Бесполезный разговор, прошу вас, оставьте меня и моего юного друга в покое. Мы не хотим с вами ругаться, а тем более уж вступать в боевой конфликт. Мы сейчас уйдем спать, и больше вы нас не увидите.

– Думаешь, что можно так легко от нас отделаться, червь волшебный?

– Просто я вас прошу не подходить к нам, давайте мирно разойдемся и забудем про наш разговор.

– Так же мирно, как вы поступили с бедными Валунскими гвермондами? – Следопыт хитро заулыбался.

– Довольно! – повысил голос Брам. – Отойдите от нас, я заплачу. Сколько вам нужно? – Он достал из внутреннего кармана две золотые. – Этого достаточно?

Следопыт внимательно изучил сверкающие монеты, после чего одним движением левой руки подбил ладонь Брама так, что деньги улетели в сторону. А правая рука скитальца оказалась около горла Брама. Совершенно мистическим образом в ней оказался маленький кинжал. Никто из людей даже заметить не успел, как следопыт так быстро и бесшумно смог достать оружие.

Арион вскочил с места, но трое других пьянчуг тут же пригрозили ему, и тот сел обратно.

– Если бы я захотел, – заговорил нападавший, – я бы тебе уже горло перерезал, как скоту. Даже рука не дрогнет. Понимаешь о чем я, волшебник? Ты бы был уже мертв, я ведь знаю, вы не лечите раны магией.

«Не лечим, – подумалось Браму».

– Довольно! – закричал подошедший к компании хозяин таверны. – Выметайтесь из моего заведения, либо я вас больше никогда сюда не пущу.

– А тбе хватит сил нас сюдэ не пускать?

– Я всю жизнь нахожусь возле леса. Синих волков не боюсь, а вас и подавно. Чего мне пугаться? Пьяных и вонючих бродяг? Выметайтесь, живо! Проспитесь где-нибудь. Разрешу вам войти минимум через сутки. Не раньше.

Все посетители таверны отводили взгляды от потасовки. Холодное лезвие отодвинулось от грубой кожи Брама. Следопыты молча двинулись к выходу, никому ничего не сказав напоследок. Хозяин таверны осмотрел двух магов грозным взглядом, после чего вновь удалился прочь.

– Ты даже наглеть не стал? Странно видеть такое твое поведение, – заметил Брам.

– Я подумал, что если мы устроим драку, то нас выгонят, и мы останемся без ночлега, – ответил ему гвермонд.

– Мудро, Арион, мудро. Как я и говорил, рожденный умным будет покорять вершину мудрости с возрастом. Рожденный глупым будет спускаться ниже с каждым днем. Ну, а если честно… Ты испугался просто?

– Я занервничал, но не сказал бы…

– Не лги мне.

– Да, я испугался, профессор.

– Просил ведь, не называй меня так больше. Можно по имени и на «вы».

– Хорошо, понял.

– И больше не ври мне никогда. На вранье далекий путь проложить мы не сможем.

– Понял вас… Брам.

Через десять минут после неприятного инцидента двух магов провели в комнату хозяина таверны и показали, где им можно спать. К сожалению, перед собой они увидели лишь одну кровать. Вторая собой представляла покрывало, постеленное на пол рядом с окном. Брам с легкостью уступил Ариону кровать, сказав, что жесткий пол будет даже полезен для его спины. Сама комнатка была маленькой. Каждый ее уголок был пропитан запахом табака, доносившегося с первого этажа. Кроме кровати, окна, рабочего стола и свечи на нем, больше ничего не было.

Они быстро улеглись на свои места, понимая, что вставать им очень рано, а устали они неимоверно. В первый же день им удалось нарваться на две неприятные компании, которые хотели кого-нибудь убить или ограбить. Что же их могло ждать дальше, они могли только догадываться. Точнее говоря, подобное мог себе представить Брам, ведь юный гвермонд даже близко не знал, что может происходить в таинственном лесу Синих Волков. Он понятия не имел, кто же такие эти синие волки. Про них рассказывали, конечно, на одной из лекций в академии, но настоящее представление всего ужаса могло быть только после прямой встречи с ними. Чего очень надеялся избежать Брам, понимая, сколько всего страшного еще таится среди непроглядных ветвей могучих древних деревьев.

Маги уснули быстро. Но так же быстро, буквально через два часа, проснулся Брам посреди ночи. Где-то вдали начали выть волки, словно предупреждая о наступившем темном времени суток. С первого этажа доносились негромкие разговоры людей. Наверно, это было единственное заведение, которое работало круглосуточно. Именно по этой причине хозяин таверны так легко отдал свою комнату, ведь он по-прежнему работал внизу.

Но разбудило Брама не это все. Не мысли, не разговоры, не волки. Да и к запаху табака его нос уже привык и почти не чувствовал. Разбудили его крики. Кто-то страдал. Что-то нечеловеческое, но спросонья было не разобрать. И потом он осознал – лошади. Какой-то непослушный жеребец отказывался следовать за своим хозяином. Так показалось наивному магу. Но позже шум прекратился.

Брам встал с пола, тихонько прошелся по комнате, слегка задев одну из сумок ногой. В темноте было не разобрать, где и что лежало. Выйти тихо из комнаты не удалось, дверь предательски заскрипела, но сон юного гвермонда это не потревожило. Брам быстрым шагом спустился по лестнице на первый этаж, прошелся через зал, где сидели всего несколько человек, и подошел к двери, ведущей на улицу.

Как только дверь распахнулась, перед волшебником оказался молодой человек, который несколько часов назад так любезно отвел и накормил их лошадей. У мальчишки наворачивались слезы, говорить ему было трудно:

– Простите меня! Я ничего не мог поделать!

– Успокойся, что случилось? – спросил чародей.

Но мальчик ничего не смог ему ответить, продолжая рыдать. Его указательный палец был направлен в сторону небольшой конюшни. Брам молча проследовал по его направлению и вскоре очутился у стойла со своей лошадью.

Немая сцена. Ничего вокруг не происходило, никто не издавал ни звука и не подавал голоса. Лучше бы лошадей своровали, увели куда подальше, продали бы где-нибудь в городе, но нет…

На земле растеклась алая лужа крови. Массивное животное лежало с запрокинутой головой. Шея была перерезана.

Брам лишь мимолетно бросил свой взгляд на соседнее стойло, где должна была быть лошадь Ариона. Та же самая картина. Конечно же, он знал, чьих это было рук дело.

Глава 3. Под тенистыми деревьями

– Просыпайся. – Кто-то слегка похлопывал Ариона по лицу. – Просыпайся, кому говорю.

Гвермонд с трудом открыл слипшиеся веки. Все вокруг плыло. Перед ним возле кровати, немного склонившись, стоял человек.

– Просыпайся давай, это я, – прошептал Брам.

Арион окончательно пришел в себя, поднялся с кровати, потянулся и громко зевнул.

– Который час? Темно еще как-то, – спросил он.

– Примерно пять часов утра. Не темно, но солнце еще не взошло. Нужно собираться и уходить

– Позавтракаем хоть?

– У меня что-то аппетита нет, но пойдем спустимся.

Маги пришли на первый этаж, где уже с самого утра находились люди, которые выбирали алкоголь вместо нормальной жизни. Брам подошел к хозяину таверны, работавшему всю ночь напролет.

– Хочу еще ра… – начал хозяин, но Брам его прервал.

– Не стоит, забудьте, вы не виноваты.

– Позвольте хоть завтраком накормить вас за счет заведения.

– Хорошо, от этого не откажусь, – согласился маг. – Принесите что-нибудь на свой выбор, мы будем за столом.

– Сию секунду, сэр. Табаку не желаете? Угощаю!

– От табака откажусь, а то еще молодому захочется, так вообще голову вскружит ему.

– Думаете, что он не пробовал в таком возрасте?

– Он еще ничего не видел, кроме академии. А там за порядком следят строго. Даже за профессорами.

– Как все важно у вас. Хорошо, присаживайтесь, располагайтесь. Сейчас принесу вам завтрак. Пить будете что-нибудь легкое?

– Легкого не надо, парень еще не знает про лошадей, давай вина.

– Уже лечу. – Хозяин таверны исчез на кухне, а Брам вернулся за стол, где его ожидал Арион.

Гвермонд засыпал на ходу, даже приложиться на стол успел лбом, возможно, даже уснул.

– И как же ты в академии просыпался рано?

Гвермонд сразу оживился, поднял свою голову:

– Верите или нет, но также тяжело. Всегда проблема с этим, даже если сплю долго и сладко. Ничего не помогает.

«Вино на ночь помогает, – промелькнула мысль в голове у Брама».

Через несколько минут у них на столе уже лежали две тарелки с жареными яйцами и здоровыми мясными колбасами. Вина хозяин налил много, даже больше чем следовало.

– Ого, вино утром, – удивился Арион.

– Мы ведь не в академии, ты кушай, пей.

– Вы говорили, что у вас аппетита нет, а сами заказали себе еды.

– Это большая разница. Аппетита нет, но есть надо. Мы с тобой вообще-то в лес Синих Волков отправляемся, – сказал Брам. – Ты ешь давай, мне тебе еще сказать надо одну новость.

Арион охотно закидывал еду в рот и запивал все вином.

– А вы видели этих самых волков?

– Один раз, и то издалека.

– Здорово.

– Ничего не здорово, ты ведь их не видел.

– А что за новость-то у вас для меня?

– Новость… – Брам запнулся. – Лошадей наших зарезали этой ночью. Теперь мы без транспорта.

– Те самые пьяницы? – спросил Арион без энтузиазма. По нему было видно, что он расстроен, но не удивлен. Проявленное спокойствие скорее удивило самого Брама.

– Больше чем уверен, что это они.

– И что нам теперь делать? Возвращаться в академию?

Брам задумался, но твердо ответил:

– Нет.

– То есть, как нет?

– Возвращаться не будем. Ты себе хоть представляешь, сколько нужно будет потратить времени, чтобы преодолеть все расстояние на своих двоих?

– Впереди-то еще больше расстояния, чем позади нас, почему бы не вернуться за новыми лошадьми? Да, может, и повозку сможем увидеть по пути.

– Я предполагал, что подобное может случиться. – Брам закинул кусок колбасы себе в рот. – И, если честно, с лошадью будет дальше труднее.

– Как же с ней может быть труднее? Я не пойму никак.

– В лесу нам пришлось бы все равно тащить ее за поводья. Там нет широких троп, чтобы спокойно себе скакать. Не думаю, что после леса нам бы лошади не пригодились, но это уже другой разговор.

– То есть мы продолжаем свой путь?

– Безусловно.

– Не сказал бы, что данное решение мудрое.

– Вот и не говори.

Арион продолжил есть свой завтрак, сильно приложившись к вину.

– Ты так не налегай, нам же в путь еще, – пригрозил ему Брам.

– Да, простите.

– По поводу лошадей не переживай, будем думать, что делать дальше. Нужно лес преодолеть, а там уже посмотрим. Может, сможем в Аспее найти лошадей. Все равно мы там задержимся ненадолго, думаю, найдем кровать, а лучше две, не как здесь.

– Я так давно хотел увидеть город Аспей, – сказал Арион. – Мне столько раз говорили про него родители в детстве. В основном в письмах, честно говоря.

– Поверь мне, ты увидишь его и поймешь, что он не такой хороший, как о нем говорят. Слишком много грязи. И я говорю не про грязь на дорогах. Тут дело в людях. В самой жизни города. В тех, кто управляет этим городом.

– Не могу поверить таким словам после всех рассказов.

– А твои родители были там?

– Не знаю, наверно были, раз уж так красочно рассказывали.

– А где твои родители сейчас? – Кто-то из утренних гостей громко отрыгнул. Маги лишь мимолетно посмотрели на пьянчугу.

– Погибли. Они хотели переправиться на другой материк. Думал, что закончу академию и сразу метнусь к ним. С родителями повидаться, да и поработать там.

– А чего же не хочешь в своем «славном городе Аспее» остаться? Раз уж так красочно отзываешься о нем.

– Да говорят ведь, что на правом материке гораздо лучше условия, да и больше он раз в двадцать. Есть где разгуляться, мир увидеть. А тут что? Материк левый не очень большой-то.

– Родители не говорили тебе про правобережную угрозу соседнего материка?

– Что еще за угроза?

– Ты ведь знаешь, кто живет на правой стороне материка? Там, где начинаются пустыни.

– Вы про орков пустыни?

– Именно про них. – Брам кивнул головой.

– Так их почти не осталось ведь, живут остатки их племен в шалашах маленьких. С ними, вроде, договор какой-то составили. Пакт о ненападении. Разве не так?

– Все верно говоришь.

– Так почему вы их называете «правобережная угроза»?

– По опыту тебе могу сказать, что такие маленькие селения несут в себе гораздо больше опасности, чем люди и гвермонды думают. Вот тебе кажется, что их там мало, живут кое-как. А на деле они гораздо сильнее, просто сидят тихо себе, живут, никого не трогают. Еще до нашего с тобой рождения с орками дела обстояли скверно. Они зубы свои показывали, не любили молчать. Да, их утихомирили, и теперь они дальше своих пустынь выйти боятся. А возможно и не боятся. Может, так все и задумано. Да, их мало, но кто мешает им поднять свою популяцию? Вырастить новых орков, подготовить бойцов. Им могут и помочь в этом, предателей везде хватает. Никто не обращает внимания на орков пустыни, а я иногда о них вспоминаю, помяни мое слово, не зря. Мы еще увидим их в деле. Возможно, мы с тобой уже будем мертвы к этому времени, но исключать такого исхода не следует.

– Но ведь есть пакт, – противился Арион.

– А что этот пакт? Клочок бумаги, на котором поставили по своему крестику люди, орки и гвермонды? Какой от него на самом деле толк? Только вдумайся, Арион, вот ты захотел развязать войну, у тебя есть достаточно сил, припасов, оружия, тактики, нужных лидеров, которые поведут твоих бойцов на сражения. У тебя неимоверное, даже дикое животное желание грызть, уничтожать и захватывать территории, устанавливая свою власть. Скажи, тебя в такой момент сможет остановить подписанная бумажка?

– Думаю, что нет.

– Вот и я так считаю, – подытожил Брам.

Волшебники не заметили, как доели свой завтрак, да и заговорились они. Пора было выдвигаться в путь. Они вернулись в свою комнату на втором этаже, сумки закинули на плечи, спустились на первый этаж, попрощались с хозяином таверны (вновь выслушивая сотни извинений), а после вышли на улицу.

Прямо за таверной находился необъятный лес. Он встретил путешественников громадными стволами тысячелетних деревьев, ветви которых так и заманивали зайти вглубь леса, плавно покачиваясь на ветру.

– Ну что, вперед, – проговорил Брам.

Зайдя в лес, маги ощутили на себе, как тяжело проходимы пути между деревьев.

– Я думал, что тут хоть как-то пытались тропы расчистить, спилить деревья и выкорчевать кустарники.

– Пытались, но каждый раз, когда работники уходили из леса на ночь, то на утро обнаруживали полностью заросший путь, который они вчера успели расчистить. Лес не хочет, чтобы через него прокладывали тропы для повозок, странствующих путников и всего остального, чего не должно быть в лесу. Это тебе лишь кажется, что лес – набор деревьев и кустов, а на деле это такой же живой организм, как и наш с тобой. Его надо уважать, либо он тебя быстро накажет за любое непослушание.

В глубь леса, можно сказать по прямой линии, маги пробирались часа два. Брам иногда ломал ветки, чтобы оставить след того, где они уже проходили.

– Разве мы можем заблудиться тут? Мы ведь просто по прямой идем, – спросил Арион, расчищая руками торчащие во все стороны ветки и листья.

– Я один раз уже ходил через лес этот. Поверь мне, нужно отмечать иногда свой путь. Даже если идти по одной прямой, то все равно лес заставит тебя повернуть не туда. Насквозь его пройти можно довольно быстро, но чары леса заставляют путника блуждать кругами по несколько дней.

– Нам тоже придется несколько дней скитаться по лесу?

– Не знаю, – сказал Брам, – тут как повезет. Кто-то до ночи выбирается, кто-то неделю ходит, кто-то на всю жизнь здесь остается. Так и не может найти выхода.

– Страшно как-то тут оставаться на всю жизнь.

– Это не самое страшное, что может случиться с нами в лесу.

– А что же еще? – удивленно спросил Арион.

Брам, отмахиваясь теперь не только от веток, но и от надоедливой мошкары, ответил ему:

– Здесь много разной живности. Дружелюбной и не очень.

– Например?

– Синие волки.

– Про них я наслышан, а кто еще?

– Здесь есть очень опасное место – лесное болото.

– И чем оно опасно? – спросил Арион.

– Говорят, что оно живое само по себе, либо в нем живет древнее создание, которого никто еще не видел. Болото засасывает, забирает все жизни, которые случайно вступили в него своею ногой.

– Можно ведь просто не вступать в болото? Обойти его?

– Конечно, можно. Правда, само болото – половина беды.

– Что еще?

– Упыри, – Брам понизил голос. – Упыри здесь бывают.

– Вы лжете!

– Ни в коем случае.

– Те самые упыри, которые питаются людьми и гвермондами? Кровь поглощают, как вино?

– Именно. – Услышав сравнение Ариона крови с вином, Брам даже нахмурился.

– Я думал, что это страшилки для детей, чтобы те не ходили в лес.

– Я тебе больше скажу, эти страшилки абсолютно для всех. Для детей и взрослых. Чтобы никто из них не ходил в лес. По крайней мере, неподготовленные не должны переступать порог лесных врат.

Маги сделали небольшой привал, развели костер, перекусили тем, что было в сумках, а юный гвермонд умудрился даже кролика поймать. Быстро пожарив его на огне (разведенного руками, естественно), чародеи набросились на свежеприготовленную тушку. В том, что это было самое вкусное, что они ели за последнее время, согласились оба.

В лесу были и свои плюсы: свежий воздух, аромат деревьев, кустарников, цветов и ягод. Все это способствовало моральному и физическому успокоению. Дыхание выравнивалось даже у самых заядлых курильщиков табака, сердце билось ровнее, без перебоев, а пульс немного замедлялся. Казалось, время само по себе замедлялось. И именно поэтому день был невозможно долгим.

Путешественники брели дальше, надеясь не нарваться на что-либо неприятное. День клонился к вечеру. Ночь здесь наступала раньше, чем обычно, ведь слабый свет заката совсем не проникал в густой лес. Маги ускорили свой шаг, пытаясь преодолеть как можно больше расстояния перед их первой ночевкой в лесу.

Когда молодой гвермонд совсем запыхался, он остановился, отдышался, а его взгляд приковала одна из веток.

– Посмотрите!

– Куда? – спросил Брам.

Арион указал на сломанную ветку неподалеку от них и сказал:

– Мы…

– Ходим по кругу, – закончил за него Брам.

– Это то, про что вы мне рассказывали? Лес не дает…

– Именно.

– Что же нам делать? – боязливо спросил Арион.

– Что и до этого. Идти дальше. Выбора у нас нет, надо отыскать путь.

– Но мы ведь даже не сворачивали никуда!

– Не кричи так, не привлекай лишнего внимания местных обитателей. Да, мы не сворачивали, но такова судьба. Лес водит своими путями, мы не можем их выбрать. Захочет – выпустит, не захочет…

– Захочет, – прервал гвермонд.

– Будем на это надеяться, а сейчас давай сделаем привал. Пора отдыхать, да и ночь уже близка.

Маги нашли неподалеку дерево, под могучими ветвями которого было достаточно свободного места для ночлежки. Костер развели быстро, сумки оставили у основания дерева. Ложиться пришлось на землю, укрываясь собственными плащами. Оставаться без присмотра было опасно, поэтому они договорились дежурить ночью по очереди.

Первым не спал Арион, дав своему учителю отдохнуть после долгого пути. Брам погрузился в сон, как только укрылся плащом. В очередной раз ему что-то снилось. Что-то из прошлого. Он немного стонал. Видимо, снилась война.

Арион внимательно вслушивался в каждый ночной шорох. Любая тень, созданная горящим костром, казалась предательской. Вот она дружелюбно составляет компанию, а уже через секунду хозяин этой самой тени может наброситься. В основном, конечно, это были тени от веток и листьев. Задул ветер, прибавивший еще больше работы дозорному. Казалось, что каждый шаг врага мог скрыться в шелесте листьев, колышущихся от легкого ветра, а также в мелодии медленно покачивающейся травы.

Сидеть на земле было тяжело: затекали ноги, уставала спина, да и в сон клонило гораздо больше в сидячем положении. С каждой минутой Ариону все сильнее хотелось передать эстафету Браму.

Костер периодически начинал гаснуть. Юный гвермонд позволял себе применить немного силы, дабы поддержать пламя, не прилагая физических усилий. Весь близлежащий хворост давным-давно закончился.

– Великий Лириан, помоги нам. – Арион встал и начал молиться главному из Богов. – Прошу у тебя помощи, Великий. Может не хватить у нас сил, чтобы преодолеть каждое испытание могущественного леса. Дай нам возможность закончить наше путешествие.

После молитвы время шло немного быстрее. Первая половина ночи прошла, и гвермонд стал будить своего наставника:

– Эй, просыпаемся. – Арион легонько толкнул Брама в плечо.

Быстро проснувшись, второй маг вскочил на ноги и подошел к огню.

– Теперь можешь и ты поспать, – сказал он, но Арион к этому моменту уже видел сладкие сны о родном доме и родителях.

Ранним утром на рассвете волшебники позавтракали и отправились в путь дальше. Пробирались они около часа, пока не наткнулись на недавно собственноручно сломанную ветку. Траекторию пути в очередной раз пришлось изменить, надеясь, на правильность принятого решения. Казалось, что лес издевательски подшучивал над героями.

– Ты, кажется, вчера молился? – спросил Брам.

– Я думал, вы спали.

– Так и есть, но проснулся на твоей молитве.

– Простите, не хотел разбудить вас, – извинился Арион.

– Ничего, ты здесь ни при чем. Я сам по себе проснулся, а потом услышал твой шепот.

– А вы видели Великого Лириана? – спросил гвермонд.

– А разве его можно увидеть?

– Конечно! Есть лишь некоторые, кто видел Великого Лириана. Иногда он является в жизни, иногда приходит во сне. Каждому по-своему.

– А ты его хоть раз видел? – иронично спросил Брам.

– Нет, никогда. Он ведь является великим людям. Героям материков Лириана. Я подумал, что вы могли бы его увидеть.

– Не думаю, что я великий, и уж точно не герой наших материков.

– Зря вы так, люди о вас другого мнения.

«Хорошо, что ты еще не знаешь всей истории про Валунских гвермондов, – подумал Брам».

Маги продолжали пробираться через лес. На этот раз их преследовало неимоверное везение. Уже на протяжении получаса они ни разу не наткнулись на сломанные ветки. Видимо, путь был выбран верно. Возможно, лес решил выпустить из своих чертог. А возможно, сам Лириан помогал им в нелегком пути.

На одном из участков леса стало гораздо просторнее, словно кусты, деревья и трава расступились перед идущими путешественниками. В воздухе появились нотки неприятной гнили. Пахло тиной. Смешение различных запахов напугало гвермонда, а Брам прекрасно знал, на какую очередную неприятность они нарвались.

Он рванул немного вперед, обгоняя своего юного спутника. Перед ним раскрылась довольно большая поляна, вся в кислотно-зеленом оттенке.

– Это… – начал Арион.

– Болото.

– Уходим в другую сторону?

– Нет, надо его обойти. За ним будет выход из леса. Правда, дорога не близкая, но уже будем знать, что идем в верном направлении.

– Вы ведь говорили про упырей.

– Говорил, поэтому гляди в оба. В случае нападения становимся спиной к спине. Вспомни все, чему тебя учили в академии. Вперед, – скомандовал Брам.

Путники двинулись дальше, огибая широкое болото. Вступив на мягкую землю, маги увидели, как вода ожила: по поверхности прошла легкая рябь, а местами появились мелкие пузыри.

– Такое ощущение, что в воде кто-то есть, и мы потревожили его сон.

– Так примерно все говорят, но никто не знает, что в этом болоте. Даже магия его не берет, – прошептал Брам. – Давай тише, мы ведь не знаем, что там может быть, нужно уже быстрее пройти.

Не успев дойти до конца болота, Брам схватил Ариона за руку, и оба замерли в ожидании. Где-то недалеко от них раздался глухой звук. Заскрипела ветка, а после послышалось хлюпанье, явно доносившееся не из болота.

– Приготовься, – сказал Брам.

– К че… – не успел спросить Арион.

Перед ними с дерева спрыгнуло существо. Создание, необъяснимое природой. Наступил момент, когда некоторые страхи детства оказались правдой. Горькой и порой очень жестокой правдой.

Облик упыря не был похож на те описания, которыми пугали родители своих детей. Он был гораздо страшнее. Немного вытянутая серая морда, глаза черные, как у безумца, на голове легкий седой волосяной покров, вместо зубов четыре огромных клыка, как у саблезубого тигра, а спину украшали два потрепанных кожаных крыла. На человека или гвермонда это создание похоже не было.

Кусты по бокам зашевелились громче. Упырь, представший перед ними, был не один. Справа от героев кто-то зашевелился активнее остальных. Маги не двигались, а вот на них уже надвигался силуэт упыря.

Арион, не обдумывая свои действия, прижал свои ладони друг к другу, словно хотел похлопать, и начал медленно их разводить. Брам подумал, что молодой гвермонд опять использует огненный шар. Но это было не так. Пламя Дракона – заклинание действительно эффективное против упырей. Наверно, Арион лишь угадал с его использованием.

Брам сразу же подхватил инициативу и принялся помогать своему соратнику. Как только Пламя Дракона начало образовываться перед Арионом, Брам сделал жест рукой, точно толкая ладонью в стену. Сильный порыв ветра подхватил пламя и усилил его эффект. Упырь, бежавший с правой стороны, упал замертво. Все его тело сгорело за считанные секунды, оставив после себя горстку пепла.

Вторым побежал на них упырь, который спрыгнул с дерева. Брам развернулся и, взмахнув рукой, откинул упыря магией, насадив того на острый обрубок сломанного дерева. Существо недолго дергалось, пытаясь освободиться, но кол торчал из груди почти на полтора метра.

– Сверху! – закричал Арион.

С одного дерева, прямо на Брама, летел упырь, широко расправив свои крылья. Маг успел отскочить в сторону, а гвермонд моментально сжег и этого упыря (видимо, магия огня ему нравилась больше всего остального).

Наступил момент, когда никто из врагов не спешил нападать, но их передвижения в деревьях и кустах были отчетливо слышны.

– Не расслабляйся, они еще не успокоились, – заговорил Брам.

Затишье. Маги оглядывались по сторонам, следя за каждой травинкой. Больше никто из незваных гостей не показывался.

И вот опять. Но в этот раз не по одному. На магов выскочили сразу трое упырей. Бежали они в линию, а скорость их была чудовищна. Брам понял, почему ему всегда говорили, что от этих созданий убежать невозможно. Только сражение. Ни один человек или гвермонд не смог бы развить такую скорость передвижения. Даже на лошадях.

Каждый из волшебников приготовился применить очередные заклинания, как в этот момент на упырей вылетел кто-то другой. Не успев разглядеть, кто именно это был, первый упырь лишился головы прямо на бегу. Остальные двое развернулись к вновь прибывшему. Незнакомец, крепко державший меч в руках, отрубил еще одному монстру руки и голову, третьего упыря он разрезал пополам.

Чародеи замерли в ожидании. Больше никаких упырей не было видно. Кажется, это были последние силы. Воин стоял на кровавом участке поля битвы. Ничего не говоря, он осмотрел Брама и Ариона. После чего улыбнулся и подошел к магам ближе.

– Что вас заставило прийти в лес, покинуть свою академию? – спросил незнакомец.

– Очень веские причины, – ответил ему Брам.

Странник улыбнулся, Арион недоверчиво на него посмотрел.

– Как вас звать?

– Я – Брам, а это мой юный помощник – Арион.

– Брам? Где-то я слышал это имя. Вот прямо уверен, что слышал.

– Вряд ли.

– Меня зовут Морн, господа. К вашим услугам. – Воин сделал кривой реверанс.

– Морн? – озадачился Брам. – Я про тебя слышал. Да, точно… Морн-убийца? Верно?

– Ложь. Грязная никчемная ложь. Я не убийца и даже не разбойник. Я воин одиночка, мечущийся по материку в поисках ответов и спокойствия.

– В лесу ты их не найдешь.

– Возможно.

– А почему вас прозвали убийцей тогда? – задал вопрос Арион.

– История долгая. – Морн убрал меч в ножны и прикрыл его плащом. – Да и будет ли вам интересно?

– Думаю, что мне будет. Нам ведь надо знать с кем мы общаемся.

– Если в двух словах, – сказал Брам, – то человек перед нами отказался однажды выполнять приказ, за что его выгнали и прозвали убийцей, дабы испортить будущую жизнь плохой репутацией. Я верно говорю?

– Все верно. – Морн кивнул.

– Значит, вы не настоящий убийца? – вновь заинтересовался гвермонд.

– Вопрос этот спорный. Я обычный человек. Но вот на твоих глазах я убил трех упырей. Я считаюсь убийцей?

– Думаю, что да, – ответил Арион.

– Но ведь и ты убил до меня нескольких чудовищ, значит ты тоже убийца?

Арион ничего ему не ответил, лишь молча глянул на Брама.

– Куда вы путь держите, путники?

– В замок Вечного Снега.

– Если вы не против, то я присоединюсь к вашей компании, – промолвил Морн.

– Думаю, что не против, впереди нас ждет еще далекий путь. А разве тебя пустят в замок? – спросил Брам.

– Пустят. Я выполнял некоторые поручения короля этого замка, поэтому отношение там ко мне довольно лояльное.

За спиной у троицы забурлила вода. Болото вновь ожило, но в этот раз масштабы бедствия были гораздо больше. Над поверхностью воды показалось нечто, сначала напоминавшее огромный мокрый булыжник, покрытый зелеными водорослями.

Камень рос в своих размерах, показываясь над водой все больше и больше. Булыжник начал приобретать свою форму, и троица поняла, что это вовсе не камень. Спина неизвестного им монстра разгибалась.

Перед ними предстало чудовище, размером с двухэтажный дом. Весь горб был укрыт пеленой из водорослей. Голова была похожа на лягушачью, а руки напоминали два длинных ствола дерева, на конце которых были присоски, как у осьминога.

– Это что еще за… – поразился Арион.

– Болотник. – Морн вытащил меч. – Не думал, что он все еще живой.

Длинная рука болотника замахнулась на путников. Брам и Морн успели отскочить в сторону, а вот весь удар пришелся на Ариона. Он отлетел на много метров, ударился о дерево и потерял сознание. Теперь же против болотника сражались только двое. Бежать не удастся, так как Арион лежал неподвижно. Брам заметил, что он дышит, и это уже успокоило его душу.

– Надо его немного выманить! – закричал Морн. – Я не смогу лезть в болото с одним мечом!

Воин отбежал в сторону, давая понять Браму, чтобы он привлек внимание на себя и заставил болотника выйти из своего вечного жилища. Но насколько помнил волшебник, духи болота никогда не покидали его пределы. Как минимум, нельзя их было заставить сделать это добровольно.

Брам попробовал применить воздушный толчок в спину, но болотник даже не шелохнулся. А сил маг потратил на это заклинание много.

«Видимо, этого будет мало, – подумал Брам».

Чародей откинул плащ назад, хоть и не хотел показывать свое сокровище. Кинжал Толкмара поднялся в воздух и завис прямо перед Брамом. Маленький камешек засветился кровавым цветом. Волшебник проделал ту же самую магию, но сила была гораздо больше. Брам чувствовал ее в своей крови, во всем своем теле.

В этот раз сил хватило, и воздушный толчок заставил болотника сделать несколько неуверенных шагов. Но дело было сделано. Враг покинул свое безопасное убежище. Брам тут же спрятал кинжал под плащ, а Морн уже летел на чудовище с мечом.

Первым делом воин подрезал ноги. Он безжалостно рубил их мечом, пока болотник не сдался и не упал замертво на землю. Его длинные руки начали биться в отчаянии и сносили все, что было вокруг. Близстоящие деревья, кусты – все летело по сторонам. Руки достали и до болота. Волна грязной воды накрыла Морна с головой. В стороны летели мертвые рыбы, улитки, водоросли и многое другое.

Монстр упал на землю, сотрясая все окрестности.

– Нужно по голове теперь бить! – закричал Морн.

Брам, недолго думая, сорвал с помощью вихря один огромный ствол и обрушил его на голову болотника. По округе раздался треск. Видимо, таким звуком сопровождался размозженный череп или переломанная челюсть чудовища. По земле, прямо из головы, начала растекаться мутно-зеленая лужа.

– Думал, что будет труднее! – выпалил Морн, одновременно пытаясь отдышаться после боя.

– Мне казалось, что это лишь россказни местных жителей. Мол, не ходите к болоту, нечего вам там делать.

– То же самое дети думают про упырей. Им ведь про них еще в детстве рассказывают, но далеко не все с ними встречаются. Даже взрослые многие умирают, ни разу не увидев настоящих чудищ. – Морн убрал свой меч и подошел к Браму. – Кинжал Толкмара, не ошибаюсь?

– Откуда ты знаешь про него?

– Я воин, а не разбойник вечно пьющий в таверне. У меня много знаний в голове, ты меня пока недооцениваешь. Ну ничего, я никому не скажу. Такой кинжал с собой носить… Не знаю, кто тебе его дал, но, видимо, тебе сильно доверяют. Что же у вас за важное такое путешествие до замка Вечного Снега?

– Этого сказать не могу, – убедительно отрезал Брам, – но поверь, дело действительно важное.

– В этом я больше не сомневаюсь. Пойдем, приведем в чувство твоего друга. Он, кстати, человек?

– Гвермонд.

– Ясно. Живут дольше нашего, значит и мук у них гораздо больше. Да и выглядят вечно молодыми, борода ведь у них никогда не растет.

– Это точно, – сказал Брам и посмотрел на гладкое лицо Ариона.

Чтобы привести его в чувство, пришлось плеснуть на него воды из фляги. Каждый глоток живительной влаги был на вес всего золота в мире, но выбирать не приходилось.

Арион пришел в себя, осмотрелся вокруг, увидел мертвое чудище и поежился от отвращения. Затем троица обогнула болото и снова вышла на тропу таинственного леса, скрывающего много всего неприятного.

Говоря о бедах леса, нельзя было не упомянуть и его красоту. Это больше всего и сбивало всех путников, что строили свои дороги через лес Синих Волков. Красота и гармония деревьев заставляла на время забыть обо всех своих проблемах, после чего можно было запросто получить удар по голове. Никому не верилось, что в таком грациозном лесу на людей могут напасть. Это многих и губило.

Путники проделали довольно долгий путь, иногда останавливаясь на небольшой привал. Начинало темнеть, поэтому путешественники были вынуждены сделать еще одну ночную остановку с костром. Только на этот раз их было трое, поэтому караулить по очереди было гораздо удобнее, и дозор занимал значительно меньше времени, чем раньше.

– Надеюсь, что это наша последняя ночь в этом лесу, – высказался Арион.

– Уже надоело? – спросил его Морн.

– Хочется выбраться отсюда, если честно.

– То-то и оно. Тебя просто в лес заслали. А представь, если бы ты в войне участвовал. Страшное это дело, гораздо хуже этого места. Поверь, на войне даже хотелось убежать в лес, дабы не видеть того, что происходило за его пределами.

– Мне даже представлять такое страшно.

– Засыпай давай, – промямлил Брам, – тебе вставать следующим.

Сам же он не спал все время до своей очереди, опасаясь, что нельзя было целиком доверять их новому компаньону.

Ночь прошла быстро, начало светлеть. Позавтракав, путники собрались и пошли дальше, пробираясь через лес. Ветки, словно лианы в джунглях, преграждали им дорогу, но все они радовались, что по пути им больше никто не попадался.

Троица больше не встретила ни упырей, ни болотника, ни другой мерзкой живности, готовой с ликованием полакомиться свежим мясом. Лес, смирившись, что путники сильны своим духом, пропускал их дальше, не заставляя бродить кругами и терять драгоценное время.

Запасы еды и воды, что были с собой, кончались. Путешественники понимали, что можно легко добыть себе любую живность в лесу, но вот найти воду было гораздо труднее. Вернее сказать, им этого не удалось на протяжении всего пути.

Ходить им пришлось еще целый день, пока они не осознали, что снова начинало темнеть.

– Я знаю это дерево, – сказал Морн, указывая на толстый вековой дуб. – Ему тысячи лет. Даже легенды вокруг него ходят всякие.

– И чем поможет нам это дерево? – спросил Арион.

– Очень многим, мой друг. Считай, что это наш указатель на выход из леса. Прямо за ним он и кончается. Нам осталось пройти минут семь.

– Превосходно. Значит, привал еще на одну ночь делать не будем, вперед! – скомандовал Брам.

– Постойте, это кто там впереди так бурно шевелится? Словно кто-то бегает. – Арион смотрел куда-то вдаль, западнее путников.

– Ничего не вижу. – Морн прищурился.

– Поддерживаю, – согласился Брам, – но доверься гвермонду, ты же знаешь их: слух лучше, а зрение как у орлов.

А потом они увидели. Нечто двигалось в их сторону, да с такой скоростью, что любой упырь мог позавидовать. Было видно лишь летящие в сторону деревья и кусты. Сила бегущего была неимоверна.

– К выходу! Бежим! Не останавливаемся! – заорал Морн во всю глотку.

Путники побежали за дуб и рванули по прямой. Очередное чудовище леса гнало их, следуя за ними по пятам. Начинало светать, густых деревьев становилось все меньше. Выход был все ближе и ближе. Свет яркой луны освещал дорогу. Брам и Морн успешно выбежали за пределы леса. Арион же пересек границу, но споткнулся об лежавший камень и упал лицом на землю.

Гвермонд повернулся на спину и замер в ожидании. Огромный волк, метра три в высоту, остановился прямо перед Арионом, возле деревьев. Брам и Морн наблюдали за поведением монстра. Сами они не двигались.

– Не шевелись, – прошептал Ариону Морн.

Волк скалился всей своей пастью, глаза его горели желтым пламенем безумия, а синеватая густая шерсть развевалась на легком ветру. А затем он ушел. Просто развернулся и отправился вглубь леса.

Троица переглянулась, явно ожидая услышать хоть какие-то объяснения. Начал говорить Морн:

– Они не выходят за пределы своего леса. Никогда. Тебе повезло, юный гвермонд.

– Это был синий волк?

– Именно он. Молись, чтобы это была твоя последняя встреча с ним.

– Насколько я знаю, синие волки не нападают просто так, если не чуют опасности. Странно… – удивился Брам.

– Все верно. Я сам этого не понял. Но их не обмануть. От кого-то из нас веет угрозой. Причем очень серьезного масштаба.

Морн помог Ариону подняться с земли. Гвермонд отряхнул с одежды прилипшую землю.

– Теперь можем передохнуть, поспим, а рано утром отправляемся. Дальше нас ждет Аспей. Там можно будет сделать долгую остановку, набраться сил и идти дальше.

– Главное, что из леса вышли, – сказал Брам. – Не зря ты Лириану молился, не так ли? – Он посмотрел на Ариона.

– Да, верно, – ответил гвермонд. – Мне кажется, что за это путешествие я увижу все, о чем мог мечтать. Упыри, синие волки, город Аспей.

– Дальше интереснее, – выдохнул Морн. – Тебе еще пережить путешествие на корабле надо. Карантовое море таит в себе опасности не меньше леса.

– Думаю, что после лесных скитаний мне уже ничего не страшно.

– Не пугай ты его так, а то еще обратно побежит. – Брам заулыбался.

– Не убежит, он сильный. А бояться стоит только ожидания встречи со своими страхами. Когда смотришь им в глаза, то это все пропадает. Чувствуешь себя иначе, – ответил ему Морн.

– Ладно, давайте уже делать привал, утром выступаем, – устало сказал гвермонд.

Глава 4. Город великий

Магов и воина встретили безграничные утренние поля, поросшие кустарниками, пшеницей, травой и яблоневыми деревьями. До города Аспей оставалось совсем немного, примерно один день пути, если идти без долгих остановок.

– Как же дышится свободно, – заметил счастливый Морн.

– В каком смысле? – спросил его Брам.

– Нет замкнутости, тебя не окружают деревья, много пространства. Свобода, одним словом. Легкие ничего не сдавливает, понимаешь?

– Кажется, понимаю.

Троица долгое время шла молча, полностью сосредоточившись на своем пути. Каждый из путников сильно устал за время пребывания в лесу, поэтому сил не осталось даже на разговоры. У всех было спокойное, но уставшее лицо. У всех, но не у Брама. Он прекрасно знал дорогу, по которой они шли. Только он знал, куда они придут через некоторое время. То самое место, которое снилось ему почти каждую ночь.

– Лицо у тебя хмурое, – сказал Морн, посмотрев на Брама.

Маг шел по тропе, ни на что не обращая внимания.

– Брам? – позвал его Морн.

– А? Прости, что ты сказал?

– Говорю, лицо у тебя хмурое.

– Нет, все в порядке. Устал просто немного, давно не выбирался в такие путешествия. Раньше казалось, что путь короче гораздо.

– С возрастом вообще восприятие мира меняется. Я ведь старше, могу тебя заверить, что твое мировоззрение будет постепенно меняться. Дороги будут казаться дольше, время будет идти быстрее, уставать будешь больше. А те вещи, которые в детстве казались невинной шалостью, будут вызывать у тебя опасение и настороженность.

– Что-то я не заметил, чтобы ты боялся бежать на упырей с мечом. Тем более уж на болотника. Ты ведь даже не дрогнул.

– Воины немного иначе это воспринимают. У нас нет той осторожности, которую используют все остальные люди. Мы всю жизнь бегаем с мечом в руках и отважно бросаемся на врага. Лучники и маги держатся в битве на расстоянии, поэтому их чувство отваги со временем притупляется.

– Разбойники тоже к такому типу относятся? Не перестают бояться с возрастом? – вмешался в разговор Арион.

– Разбойники… Как бы тебе сказать… – запнулся Морн. – Они всегда идут на все без страха, голова их вечно одурманена крепкими напитками, так и привыкают жить. – Морн задумался над своими словами и решил добавить: – Живут без страха, пока не наткнутся на настоящую угрозу.

– Какого рода угрозу? – спросил гвермонд.

– Например, тот болотник в лесу. При виде такого чудища, я думаю, они сразу убегут. А может, просто глупо погибнут. Не понимаю, что у них на уме. Гордое геройство или скрытая трусость.

– Совсем забыл, – вспомнил Арион. – Как вы победили того монстра?

– Брам раздавил его голову деревом, вышло интересно. – Морн засмеялся. – Ты мне лучше скажи. Вот мы говорим про возраст и отвагу. А как ведут себя гвермонды? Все, что я говорил, относится к людям. Ты не замечал подобное у старших? Кстати, что для вас старшие? Вы ведь живете гораздо дольше людей.

– Взрослый у нас считается после ста лет. Мой дед прожил двести шестьдесят четыре года, неплохо по нашим меркам, но и не максимум. А по поводу геройства сказать не могу. Гвермонды всегда ведут себя немного иначе, держаться лучше с годами. Как-то так. Мы ведь никогда не болеем. Нас не берет никакая зараза, нет проблем с внутренними органами. Мы даже пить крепкие напитки можем вечно, и нам ничего не будет. Никак на нас не отразится.

– А Валунские гвермонды…

– Да, верно. – Арион перебил Морна. – Валунские гвермоны могут заболеть, причем очень серьезно. Однажды их настигла жуткая эпидемия. Они умирали, как от чумы. Может это она и была. Такие истории всегда рассказывают нам родители, чтобы мы знали всю историю своей расы. А вот почему Валунские гвермонды были подвластны болезням – никто не знает. Да если и знают, то тщательно скрывают. Нам повествуют и про жестокую расправу с нашим народом гор. Страшные вещи. Надеюсь, весь тот отряд, который выполнял поручение, уже давно погиб. Такие жестокие люди не должны быть на этом свете. Говорят… говорят…

– Говорят многое, а правды никто не узнает, – проговорил Брам. – История постоянно переписывается. И делается это предводителями во благо себе, конечно же. Иногда приходится скрывать очень жестокую правду. Иногда скрывают и несправедливые расправы.

– То есть вы хотите их защитить? Весь этот отряд?

– Нет, я никого не защищаю, но думаю, что на то были веские причины. Ни одна война и ни одно сражение не происходят просто так. На все это есть ответы, как минимум, у одной из сторон.

– И какие могли быть тому причины? У вас есть варианты? – спросил Арион.

– Думаю, что боялись их отчужденности, а главное, боялись их силы.

– Сила пяти стихий? Так это правда?

– Да, – ответил Брам. – Возможно, поэтому они были подвластны болезням. Великий Лириан наградил их невиданной силой, но взамен отнял их защиту от болезней.

– Значит, я тоже обладаю пятью стихиями?

– Если бы мы могли однозначно ответить на этот вопрос, нам бы не пришлось отправляться в замок Вечного Снега.

– А если я все-таки обладаю пятью стихиями, что тогда?

– Тогда ты – Феникс, – ответил Морн за Брама.

– Феникс? В каком смысле? – удивился гвермонд.

– Возрожденный из пепла. Единственный в своем роде. Больше таких нет, насколько нам известно. Вот мы и дошли. – Морн указал на видневшуюся вдали деревню.

Путешественники шли молча до первых домов. Поселение оказалось заброшенным. Огороды и поля давно заросли пышной травой, в домах были выбиты окна. Только было неизвестно – выбили их разбойники или погодные условия. В центре стояла невысокая наполовину разрушенная сторожевая башня.

Брам прекрасно знал это место и эту самую башню. Именно она часто снилась ему по ночам, как самый кошмарный сон.

Погода явно ухудшалась. Небо затянули хмурые, серые тучи, а порывы ветра стали холоднее. Начал накрапывать дождь.

– Что это за место? – спросил Арион.

– Заброшенное поселение, – ответил Морн. – Здесь после войны произошла битва двух сильных магов. Вся земля вокруг пропиталась их силой, и мертвые начали подниматься из могил. Местным жителям пришлось покинуть деревню навсегда, оставив свои дома. Всем им попытались найти место в Аспее, но не знаю, где они в итоге нашли себе кров.

– Мертвые до сих пор ходят по этим землям?

– Да, до сих пор. Сюда иногда отправляют некромантов, когда кладбище совсем становится беспокойным.

– Мы можем встретить ходячих мертвецов? – спросил гвермонд.

– Да, – ответил Брам. – Но бояться их не стоит. Мы пережили лес, а ты даже пережил удар болотника. Так что неупокоенных не бойся.

– А из-за чего произошла битва тех двух волшебников?

– Этого мы не знаем, – ответил Брам.

– Башня разрушена. Тоже их рук дело?

– Да, – ответил Морн.

– Я поднимусь, посмотрю на масштабы разрушения, да и сверху вид интереснее.

– Не задерживайся, нам надо дальше отправляться в путь.

Арион поднялся по каменной винтовой лестнице, Морн и Брам остались у основания башни. Они продолжали осматривать заброшенную деревню. Им не верилось, что случаются такие моменты, когда приходится бежать из своего дома. Пустые постройки выглядели так, будто в них никто никогда и не жил. Представить себе такой масштаб беды было довольно трудно: мужчины хватали все, что могли унести на своих плечах, а женщины со слезами на глазах несли на руках своих детей. Повезло хотя бы тем, кому не досталось от рук восставших из могил.

– Брам – имя полное или сокращение? – спросил Морн.

– Сокращение, – робко ответил Брам. – А что?

– Думал, что в таком месте тебя нужно называть по твоему полному имени.

– Не понял?..

– Ведь это ты бился в этом поселении? С последним из Валунских гвермондов?

– Откуда ты знаешь? – удивился Брам.

– Я же говорил, что многое знаю. – Морн улыбнулся.

– Ни слова Ариону, он не должен знать.

– Это я уже догадался. Многое ты от него пытаешься утаить. Боишься, что убежит?

– Возможно. Не знаю.

– Он ведь когда-нибудь узнает всю правду. Долго скрывать ее не получится.

– Узнает, я это прекрасно понимаю. Но пусть это произойдет без меня. Позже. У меня одна цель – довести его до замка Вечного Снега.

– Так это правда? Камень Фаталиты показал все огни? Гвермондская стихия?

– Да, это так. Поэтому никто не знает, что с ним делать, – ответил Брам.

– Интересный случай, – прошептал Морн, – а тяжело их было убивать?

– Валунских?

– Да.

– Как тебе сказать… – Брам призадумался, а затем продолжил: – Единственная проблема с Валунскими гвермондами… У них, в отличии от обычных гвермондов, нет сердца.

– Вот этого я не знал. И что помогало их убить? – спросил Морн.

– Отрезание головы, можно просто на части тело разорвать. – Брам закашлялся. – Ладно, хватит об этом, Арион сейчас вернется.

Как только Брам произнес эти слова, из башни выбежал Арион, размахивая руками. Следом за ним бежало нечто похожее на ходячего мертвеца: лицо бледное, усохшее, на истлевшей одежде были куски сырой земли.

Арион развернулся и был готов дать отпор, как в этот момент мертвец оторвался от земли и начал парить в воздухе. Затем, прямо под ним, земля вскопалась сама собой, формируя ямку в виде небольшой могилы.

Тело живого мертвеца упало в эту яму, а она стала сама по себе закапываться. Все трое стояли в ошеломлении, пока из-за угла не вышел человек в черной мантии. Лицо его было прикрыто плотным капюшоном.

– Никогда не видел работу некроманта своими глазами, – поспешил заметить Морн.

Говоря об остальных, Арион никогда не видел некромантов. Темные маги любили работать поодиночке и не показываться на виду. Брам видел их на войне, но никогда не наблюдал за тем, как они успокаивают кладбище.

– Что вы здесь забыли? – спросил некромант, откинув свой капюшон.

Его лицо казалось очень молодым, даже трудно было сказать, что такой человек закончил академию, а про отдельное обучение некромантов в замке Вечного Снега и речи быть не могло.

Смотрели некроманты на всех враждебно, и это было им свойственно. Некроманты с давних времен относились ко всем с некой осторожностью, словно весь мир – враг. Разговоры они любили вести исключительно с себе подобными. Некоторые из них даже смотрели на весь остальной мир с презрением, явно с желанием показать, что некроманты —магическая верхушка двух материков Лириана. Боевые маги соглашались с тем, что некроманты в чем-то были гораздо сильнее, но ставить себя на самый верх эволюции было относительно глупо.

– Мы лишь путники, идущие к замку Вечного Снега, – ответил Брам. – Кладбище до сих пор настолько неспокойное?

– Как видите, – сказал некромант. – В последнее время кладбище стало гораздо беспокойнее. Если раньше нас сюда отправляли по одному, то сейчас мы часто приходим целой группой.

– С чем же это связано? – спросил Морн.

– Вам это зачем знать? – Некромант повысил голос.

– Простая любознательность. Простите, что не представились, будем же друзьями, меня зовут Морн, это Брам – профессор из академии Гринштам, а рядом стоит Арион. Он, кстати, молодой гвермонд, – отметил Морн, зная, что некроманты к гвермондам относились лучше, чем к людям. Неизвестно по каким причинам.

Некромант даже выдохнул после того, как всех представили, а после продолжил:

– Меня зовут Равен.

– Так почему же в последнее время кладбище такое неспокойное? – спросил Морн.

– Никто этого не знает, но многие думают, что это из-за пророчества.

– Что еще за пророчество? – спросил Брам, удивленно посмотрев на Равена.

– «И явится новый Бог, который принесет погибель старому и миру всему», – Некромант задумался, нужно ли говорить лишнее, но все-таки сказал: – Некроманты из-за этого пророчества даже хотят отказаться от подчинения замку Вечного Снега.

– Это почему еще? – спросил Морн.

– В подземную тюрьму кинули нашего предводителя. Имя его Хоган, может, вы слышали о нем.

– Я слышал, – отозвался Брам. – Почему же он оказался в тюрьме?

– Начал много говорить про пророчество и делать различного рода дела, которые не понравились королю замка Вечного Снега.

– Какого рода дела?

– Этого я не могу вам сказать.

Брам сильно задумался над словами некроманта, но больше никто из них не воспринял некое пророчество, как нечто серьезное. Некроманты могли вечно врать и шутить над многими вещами, даже над теми, которые касались смерти, но говоря о судьбах и пророчествах, они предпочитали никогда не лгать.

– Спасибо тебе за наш недолгий разговор, – поблагодарил его Брам, – но теперь нам пора отправляться дальше, хотим до заката успеть прибыть в город Аспей.

– Тогда желаю вам счастливого пути!

– А тебе успехов в работе и поменьше ходячих трупов, – сказал Морн напоследок.

Путники отправились дальше, проходя по безлюдной деревне. Они вышли на холмистую местность, которая славилась красивыми видами в самый разгар лета. По правую руку от них, далеко-далеко, уже виднелось Карантовое море. Но в данное время года погода менялась быстрыми темпами, а чем путешественники были севернее, тем холоднее становилось.

Яркие краски сменялись тоскливыми серыми пейзажами, небо все чаще и чаще заволакивало плотными облаками, не дававшими проникнуть солнечному свету. Ледяной дождь явно намеревался отдать свой пост медленным белым хлопьям снега, а северный ветер дул все сильнее, подгоняя надвигавшуюся зиму с ее суровым, но таким привычным для жителей материка климатом.

Троица сделала небольшой привал. Маги и воин съели последние припасы еды, выпили воду, оставив несколько глотков на случай крайней необходимости. Начало темнеть. Наступала ночь, и мрак медленно окутывал путников. До города оставалось совсем немного, поэтому на ночной привал никто не отважился, решив, что лучше дойти до Аспея совсем уставшими, но переночевать уже в нем.

– Смотрите, там, вдали! – встрепенулся Арион.

Вдалеке показались огни города. Свет излучали факела, висевшие около главных ворот.

– Ну, вот и пришли. Наконец-то сможем впервые отдохнуть после всех наших приключений, – прошептал Брам.

Около ворот их ожидали стражники, вышедшие на ночной дозор.

– Кто такие? Отзовитесь! – громко объявил один из стражников, который был коренастее всех остальных.

В свете факелов показались три лица. Стражники смогли их внимательно рассмотреть, да и сами странники смогли разглядеть всех, кто стоял у ворот. То были три человека в доспехах и с мечами на поясе. На стене находились два лучника, которые были удостоены чести поднять тревогу в случае нападения.

– Господа, мы пришли с миром. Меня зовут Брам, я профессор академии Гринштам, маг стихии ветра, рядом со мной стоит мой бывший ученик, ныне выпускник все той же академии. Нам поручили важное дело, и мы направляемся в замок Вечного Снега. А это Мо… – начал объясняться Брам. Морн его перебил:

– Галпер, меня зовут Галпер, – соврал он.

Чародеи посмотрели на него, но поняли, что лучше не встревать и не делать удивленного лица.

– А ты кем являешься, Галпер? – спросил другой стражник.

– Я обычный воин, сопровождающий двух магов.

– Неужели маги не справятся сами с проблемами?

– Справятся, но меч в руках профессионала никогда не бывает лишним, поэтому я их сопровождаю.

Первый стражник очень внимательно рассмотрел каждого из вновь пришедших. Затем он поднял правую руку, указав прямо в небо двумя пальцами: указательным и средним.

Тяжелые врата за его спиной начали открываться. Стражники отошли в разные стороны, уступая дорогу путешественникам, но продолжили с подозрением следить за каждым движением.

Путники прошли через главный вход. Позади них закрылись ворота. Город частично не спал, но многие огни в домах уже давно погасли.

– А где мы ночевать будем? – спросил Арион.

– Есть здесь одно место, хозяин дома открывает комнаты на одну ночь. Если хорошо заплатить, то можно и надолго остаться. Думаю, нам хватит одного дня, чтобы отдохнуть, восстановиться. Возможно, найдем себе лошадей, – сказал Брам. – Морн… или Галпер, как тебя зовут-то?

– Морн, – очень тихо ответил воин. – Просто в Аспее не очень любят мое имя, но как я выгляжу, знают далеко не все.

– Ну, хорошо, тогда будем звать тебя Галпер, пока мы находимся тут. Ты с нами будешь снимать комнату на ночь?

– Нет, не с вами. Боюсь, что здесь мы расстанемся, – ответил Морн.

– Разве тебе не нужно в замок Вечного Снега?

– Нужно, но я не знаю насколько здесь задержусь. Ночевать буду у своего старого знакомого. Вы меня извините, но места у него мало, все не поместимся. Вы завтра весь день будете в городе?

– Думаю, да. А послезавтра отправляемся дальше, – ответил ему Брам.

– Отлично, значит, если послезавтра на рассвете меня не будет около северных ворот, то ступайте без меня. Если же приду, то продолжим наш путь вместе.

– Договорились.

– Здесь мне налево, прощайте мои новые друзья, надеюсь, еще увидимся. – Морн медленно поплелся по узкой улочке.

– До встречи, – сказал Арион.

Маги проследовали по улице, ведущей в центр города. Дома мимо них сменялись своим благоустройством. На окраине города находились совсем бедные жилища, в которых обитали только продавцы, да ремесленники. Ближе к центру города здания выглядели гораздо солиднее. Тут уже было больше света в домах. Зажиточные люди могли веселиться всю ночь, разгуливая по местным тавернам и борделям.

Огромному количеству бездомных приходилось ночевать прямо на улицах. Мимо магов проходили и пьяницы, еле перебиравшие свои ноги.

– Как-то очень бедно выглядит город, – тихо заметил Арион.

– А я тебя предупреждал. Ты себе, небось, такого не представлял?

– Нет.

– Утром увидишь все его прелести. В рассвете дня, так сказать.

– Почему здесь так… грязно… противно?

– Город небольшой, хоть и крупнейший на нашей стороне. Ты ведь слышал, какой огромный по размеру правый материк Лириана. Вот там дворцы да крепости. Глаз не налюбуется. А что до нас… никому нет дела.

– А ты был на правом материке? – спросил гвермонд.

– Лишь однажды.

Маги пришли в дом, где хозяин открыл для них последнюю пустую комнату в помещении. Внутри было довольно тесно, хотя, конечно же, это было куда лучше, чем ночевать около еле горящего костра, окруженного вековыми деревьями.

Арион подошел к окну и увидел стоявшее вдалеке величественное здание, превышавшее высоту всех остальных построек. Вокруг стояли четыре башни, каждая из которых имела золотую крышу и расписные стены, сделанные из белого кирпича. Даже во тьме при тусклом свете факелов можно было увидеть всю красоту сооружения.

– Что это за здание? – спросил Арион.

Брам подошел к окну, бросил презрительный взгляд и ответил:

– Это поместье короля Микора.

– В городе Аспей есть свой король? Я ни разу не слышал о нем, – искренне удивился гвермонд.

– Ты о нем не слышал, потому что его никто не любит.

– Почему же?

– Сначала правил его отец Дефол Великий, а потом, когда он умер, на трон пришел его сын. Молодой и довольно глупый. Микор уже правит лет десять, и все надеялись, что он образумится, поймет, как надо править и что нужно делать. Многие также надеялись, что этот юнец поймет, что можно посмотреть на опыт его родного отца и сделать свои выводы по поводу правления. Но этого так и не случилось. Микор не захотел ни к кому прислушиваться, а лишь продолжал настаивать на том, чтобы ему повиновались беспрекословно. Конечно же, людям это не понравилось, потому что новый свод правил просто выводил людей из себя. На него даже делали покушения, но безрезультатно. Шесть человек, которые попытались убить нового короля, повесили прилюдно на площади, хотя такое даже не было принято в Аспее. Микор хоть и глуп во многих отношениях, но он прекрасно понимал, что люди с ним не согласны, поэтому первым делом он увеличил себе число стражников. В их отряд вошли даже наемные убийцы, а не подготовленные воины крепости. Но наемникам заплатили слишком много, чтобы они так просто предали короля, да и жили они в этом самом поместье. Наверно, живут до сих пор.

– А что за новый свод правил?

– Новые законы. Например, нельзя было выходить на улицу после заката. Все должны оставаться в своих домах. Разрешено такое было только самому королю и его стражникам. Любой неповинный наказывался. Ну и много других подобных законов вышло в давнее время. Потом он одумался и отменил этот свод правил, но люди все равно остались недовольны.

– Король Микор до сих пор правит?

– Да. Но сейчас он старается не наглеть, как тогда, когда был совсем молодым. Сидит в своем поместье, ест много пищи, постоянно пьет, а из ближайших борделей ему то и дело успевают приводить молоденьких девушек.

– Почему тогда народ не свергнет такого короля? – спросил Арион.

– Свергнуть короля просто так нельзя. Трон передается по наследству. Единственный вариант – покушение. Он был испробован, но безуспешно. Сейчас Микор сидит и не высовывается, поэтому люди рады и такому раскладу. Про него забыли и стараются не вспоминать.

– Вот поэтому я никогда о нем и не слышал, – осознал гвермонд.

– Именно, – подтвердил Брам.

Наступило утро. Лучи солнца последних дней осени пробивались сквозь грязное окно. Яркие полосы умудрились попасть на кровать, где спал Арион, что и заставило его проснуться.

Открыв глаза, он оглянул комнату, но не увидел своего верного путника. Брама нигде не было. Гвермонд присел на край кровати, потянулся, зевнул и встал с постели, чтобы посмотреть в окно. Несмотря на то, что солнце едва выглянуло из-за горизонта, люди на улице уже вели активную утреннюю жизнь. Ариону на секунду показалось, будто он попал в муравейник. Все бегали, как ужаленные, спеша по своим делам.

Арион еще раз оглянулся, осматривая комнату. Он был один. В дверь кто-то постучал. Колотили так сильно, что затряслось даже окно. Гвермонд аккуратно подошел к двери и спросил, не открывая ее:

– Кто там?

– Хозяин дома, откройте дверь, ваш друг передал вам письмо.

Арион открыл дверь. Перед ним стоял сгорбившийся человек, полностью седой и без двух передних зубов.

– Вот. – Хозяин протянул клочок помятой бумаги, который он назвал письмом. – Ваш друг ушел рано утром, попросил, чтобы я отдал вам это, когда встанет солнце.

Арион схватил бумагу, поблагодарив хозяина. Тот лишь слабо улыбнулся в ответ и отправился восвояси. Закрыв дверь, Арион глянул на записку, на которой чернилами было написано несколько слов: «Пришлось рано уйти. В сумке оставил тебе немного денег, найдешь ее около окна. Встретимся позже». И подпись: «Брам».

Арион тут же взял сумку, достал оттуда четыре сребреника и отправился на улицу. Первым делом он пришел в таверну, которая располагалась через дорогу от дома, где они спали.

Позавтракав, ему захотелось пройтись по улицам города, которые выглядели не так плачевно, как ему показалось в ночной тьме. Торговцы заполонили улицы, что мешало проходить большому потоку людей. Спустя некоторое время, прогуливаясь по улицам Аспея, Арион наткнулся на девиц, которые подзывали его к себе в дом.

– Заходи, красавчик! Мы уже соскучились! – кричали они, маня его руками.

– Что же вы хотите? – спросил гвермонд.

Девушки захихикали, поглядывая друг на друга. Одна из них закричала:

– Молодого и горячего! Заходи к нам, скорее!

Арион не понимал, что от него хотят, пока девушка не закричала следующее:

– Всего два сребреника, и я вся твоя, бери меня, где хочешь!

«Бордель значит, – подумал Арион».

– Нет, спасибо, нет у меня сейчас столько денег, чтобы тратиться, – ответил он, но подумал, что ответ прозвучал довольно глупо.

– Тогда у нас для тебя есть другое предложение! – закричала первая девушка, после чего отошла от окна.

Вместо нее появилась бабища, размером с трех молодых девушек. Ее груди свисали до основания ее толстого живота, а волосы были грязные и неухоженные.

Гвермонд быстро ретировался с того места, а сзади слышались насмешки молодых девушек. Желания брать себе кого-то в борделе у него не было, даже если бы деньги были его. «Любовь купленная – не является любовью». Так всегда говорил отец Ариона.

Пройдя несколько домов, гвермонд оказался на площади. Людей там было больше. Повсюду был шум и гам. В углах многочисленные кошки гонялись за крысами, а в воздухе смешивались запахи свежей выпечки и недавно пойманной рыбы.

Внимание привлекал мужчина, который встал на деревянный собственноручно сооруженный постамент, где он выступал с громкими призывами прислушаться к нему.

– Послушайте же! Дорогие жители нашего города! Неужели вам безразлична судьба Аспея! Такого не может быть, а если вы и скажете подобное, то я вам не поверю!

Арион подошел поближе к говорящему, около которого уже собиралась толпа зевак. Мужчина же продолжил:

– Вы все прекрасно знаете, что делал и что продолжает делать наш король Микор! Но задайте себе вопрос: «Признаю ли я его своим королем?» Многие из вас ответят: «Нет!» И на то есть множество причин. Мы все стали умалчивать и забывать короля Микора, но это все зря. Нельзя молчать о тирании, даже если она убежала к себе в подвал. Поверьте мне, она ждет своего часа, и мы все успеем поплатиться. Наш ненастоящий король строит заговоры против людей, ждет и думает, как сделать своему народу еще хуже. Вы боитесь борьбы?! Тогда я вас уверяю! Не стоит ее бояться. Нас можно забирать по одному, но победить сплоченный народ довольно трудно. Прислушайтесь ко мне, ибо я говорю только правду!

К выступающему подошли трое стражников, видимо, из личной охраны короля Микора. Двое из них держали алебарды, третий же не доставал свой меч из ножен.

– Ты идешь с нами, бегом! – скомандовал один из стражников.

– Потому что я выступаю для людей? У нас теперь и это считается наказуемым? Вас послал чертов король?! Да ему в аду гореть надо за свое правление! Позор своего отца!

Стражники не церемонились, поэтому взяли мужчину силой и потащили во владения короля. Арион, увидев беззаконие, решил заступиться. Он преградил дорогу охране.

– Отпустите беднягу, – сказал гвермонд.

– С чего бы это? – искренне удивился один из стражников.

– А чего он сделал такого? Просто говорит то, что думает. Нам нельзя уже размышлять и высказываться?

– Юнец, прочь с дороги, а то и тебя прихватим с собой.

Стражники двинулись дальше, но Арион не хотел уступать им дорогу. За их противоборством наблюдали еще некоторые люди, но многие разошлись по своим делам, не обращая внимания на потасовку.

– Я тебе последний раз повторяю, щенок, свали с дороги. Или ты вместе с ним выступаешь? Пойдем сразу с нами!

– Никуда я не пойду, а его отпустите, он ничего не сделал против закона.

– Публичные выступления без разрешения великого короля Микора недопустимы, а теперь пошел вон. – Стражник без алебарды сильно толкнул Ариона, да так, что тот упал на спину, ударившись копчиком о каменную брусчатку.

Гвермонд уже начал чертить руками символы в воздухе, чтобы ответить магическим ударом, но вдруг, он не смог ничего сделать. Арион ощущал, будто его опустошили, как делают это с кувшином, полностью наполненным водой. Он был пуст и больше не чувствовал в себе силу.

Виною тому оказался венок, который успел накинуть стражник на шею гвермонда после того, как он упал на землю. Двое других стражников схватили его руки и сцепили их железными кандалами. Арион прямо обомлел от непонимания.

– Видишь надписи на кандалах и венке? – Стражник указал, где они расположены. – Это древние символы. Запрещают чародеям использовать магию. Так что фокусы твои не получатся.

– Как вы узнали, что я маг? – спросил гвермонд.

– А кто еще при падении попытается в воздухе размахивать руками, вместо того, чтобы встать и дать по зубам в ответ? Правильно, чародеи. Но реакция у меня будь здоров. Венок, конечно, не так сильно сдерживает натиск вашей силы, но дает достаточно времени, чтобы сцепить тебе руки. А после этого все. Поражение.

Стражники подняли Ариона на ноги и повели дальше, направляясь прямиком к королю. Его владения оказались чересчур богатыми. Блеск золота слишком сильно слепил уже при самом входе в поместье. Стены были украшены блестящими росписями, которые были ранее замечены магами на башнях. Мраморный пол был натерт до идеального блеска и сияния. Ариона провели через долгие коридоры, уставленными стражниками. В конечном итоге они оказались в зале, где восседал король Микор. Из себя он представлял молодого, но очень толстого человека, лицо его было покрыто густой и некрасивой бородой, глаза были маленькие и черные, как у поросенка.

Король сидел за столом, похлебывая пиво из кубка (что было очень странно, ведь они чаще предназначались для вина, сока или медовухи), а около него было много людей его окружения. У каждого был кубок для напитков. На столе было целое изобилие мяса, включая зажаренных куриц, баранов и свинину.

– Всеми любимый и уважаемый король Микор, – начал стражник, – простите за то, что отвлекаю вас от трапезы, но были пойманы два нарушителя. – Ариона и мужчину с площади подвели чуть ближе к королю и поставили на колени. – Один выступал на площади с речами против вашей власти. Второй, который моложе, заступался за него при задержании.

Король хмуро посмотрел на приведенных, после чего недовольно ответил:

– Дайте мне договорить с моим гостем, затем разберусь с нарушителями.

Арион увидел, что перед столом, прямо напротив короля, стоял еще один человек, но лица его не видел, так как не поднимал головы.

– Значит, еще раз повторюсь, раз уж нас перебили, – продолжил король, – коней я предоставить вам не могу, все они используются стражей. Если уж вам не смогли помочь конюхи, то и я не смогу. Все, что есть. К сожалению, с лошадьми у нас дефицит.

– Хорошо, я вас понял, ваша светлость, – ответил гость короля.

Арион узнал этот голос сразу же, он поднял голову и закричал:

– Брам! Это вы!

Король удивленно взглянул на гвермонда, потом обратно перевел свой взгляд на Брама.

– Так вы его знаете? – спросил король.

– Да, знаю, ваша светлость. Этот тот самый гвермонд, про которого я вам говорил. Позвольте его забрать с собой, он заступился за нарушителя по ошибке. Молодой и неопытный, не понял того, что делает. Позвольте забрать его с собой, а на следующее утро нас уже и не будет в городе.

Король Микор призадумался, уставился на Ариона и объявил грозным голосом:

– Ладно, отпустите парня. А второго оставьте, мы с ним разберемся.

– Покорнейше благодарю вас, – ответил Брам и склонил голову в знак уважения и почтения.

Брам подошел к Ариону и с недовольством посмотрел на стражников. Один из них подошел к гвермонду и неохотно снял кандалы и венок с шеи.

– Все, свободен. Воля короля, тебе повезло.

Арион встал, посмотрел на всех присутствующих, сделал небольшой поклон королю, и вдвоем с Брамом они направились к выходу из поместья.

– А этого подальше от меня уведите, не хочу, чтобы мою трапезу нарушал этот нищий без мозгов! – взревел позади Микор.

Маги вышли из поместья. Брам осмотрел улицу и глубоко втянул воздух носом.

– Почему вы ушли так рано? – спросил Арион.

– Почему тебя привела стража самого короля?

– Я первый задал вопрос.

– А я второй, но не менее интересный, – сказал Брам, ухмыляясь.

– Тот человек ничего не сделал плохого, он просто выступал на площади, высказывая свою позицию.

– Понимаю, прекрасно тебя понимаю. Но есть вещи, которые запрещены. Это была одна из них. Люди могут противиться королю, но если делают это вместе. А один кричащий на всю улицу человек слаб и жалок. Он ничего не сделает и не добьется. Возможно, на его призывы кто-нибудь да откликнется, может, он даже когда-нибудь соберет свою маленькую компанию по интересам. Но мы этого уже не узнаем.

– Теперь его ждет наказание?

– Не знаю. – Брам задумался. – Не думаю, что его публично казнят, королю это сейчас не сделает почести. Может, посадят на пару дней в темницу или отправят на исправительные работы. Но они обычно предполагают работу в поместье самого короля Микора, а от такого человека будут ждать предательства. Ставлю на темницу.

– Ничего сделать нельзя? Вы не можете попросить, чтобы его отпустили?

– Я не знакомый королевской семьи, чтобы выступать с такими просьбами. А если и попробую, то меня посадят вместе с ним, и тогда тебе придется одному продолжить свое путешествие.

– Так вы просили лошадей? – спросил Арион.

– Да, просил, но мне отказали. Я ушел до рассвета, потому что хотел повидаться с конюхами. Думал, что рано утром у них еще не будут заняты лошади. Но ни они, ни король не смогли мне помочь, к нашему с тобой большому сожалению.

– И что теперь делать?

– Пойдем с тобой пешком, что еще остается. На рассвете выдвигаемся, а сейчас можем отдохнуть. Итак, мы так и будем стоять или пойдем уже куда?

– Есть какие предложения?

– Я знаю, что тут недалеко есть славный трактир, где разливают прекрасный эль. Думаю, ты не против со мной выпить.

– Конечно, не против, – ответил Арион с блеском в глазах.

– Только еще одна вещь…

– Да?

– Арион, давай перейдем на «ты».

– Хорошо, – согласился гвермонд.

Весь оставшийся день маги провели в пределах города, посещая местные достопримечательности, навещая местных трактирщиков, угощавших их своими изумительными напитками из бочек. Брам и Арион попробовали разного рода выпечку, которую никогда не найдешь в академии Гринштам.

Они посетили также и местное кладбище, где был похоронен король Дефол Великий. Возле могилы Брам рассказал еще несколько замечательных историй времен правления Дефола, и все они давали яркое представление тому, почему Дефол имел прозвище «Великий», и почему он так славился среди народа.

Погода ухудшалась с каждым часом. Зима была гораздо ближе, чем об этом думали люди. Первый снег в скором времени начнет плавно падать с небес, ложась на землю и покалывая кожу своим пронзительным холодком. Солнце заходило за горизонт раньше обычного, поэтому и световой день заканчивался гораздо быстрее. К вечеру облака плотно затянули небо. Начался мелкий и противный дождик, со временем набиравший обороты.

Волшебники укрылись в комнате, которую снимали за небольшую плату. Брам сидел на кровати и читал книгу при свете еле горящей свечи. Книжку же он смог найти на полках шкафа, располагавшегося на первом этаже – там, где обычно жил хозяин дома.

Арион долгое время наблюдал за дождем, а потом решил отвлечь Брама от чтения:

– Как думаете…

– Думаешь. Мы же условились разговаривать на «ты».

– Да, простите. То есть… прости. Как думаешь, Морн придет завтра к северным воротам?

– Я не знаю этого, я ведь не провидец.

– И не надо предсказывать будущее, просто скажи, как ты считаешь.

– Не знаю. – Брам задумался, отложив книгу. – Возможно.

– С ним путешествие было бы легче, не так ли? – спросил Арион.

– Морн, конечно, очень дружелюбный воин и искусно владеет своим оружием, такой боец всегда пригодится в опасном путешествии. Но он также скрытный.

– Скрытный?

– Да, именно. Не знаешь, что на самом деле можно от него ожидать.

– Мне он показался отличным человеком.

– Показался, – заметил Брам, – здесь главное слово. Давай ложиться спать, нам рано вставать.

– Хорошо, – согласился гвермонд.

Брам задул пламя свечи.

Глава 5. Подле горы

Наступило утро. Солнце в этот раз решило не выглядывать из-за облаков, поэтому на улице начало лишь тускло светлеть. Маги проснулись от громких стуков в дверь, которые были так знакомы Ариону.

– Ваше время закончилось, оплачивайте дальше, либо покиньте мой дом. Дам вам десять минут.

Никто спорить с хозяином не стал, поэтому волшебники собрались быстрее, чем за указанные десять минут и вышли на улицу. После ночи стало заметно холоднее. Легкой одежды и накидки было уже недостаточно, чтобы спокойно путешествовать. Но с собой у них ничего не было, так как никто не предвидел такого быстрого приближения холодного времени года.

Направившись к северным воротам, путники стали гадать, увидят ли они там Морна или нет. Арион был свято уверен, что воин придет. Брам же рассчитывал на другое. Северный выход из города оказался открытым, так как стражникам было разрешено его отворять с наступлением утра.

Выйдя за пределы Аспея, маги осмотрелись по сторонам. Никого не было. Слабый ветер шумел, тихонько завывая над бескрайними полями.

– Ну, что же, пойдем вдвоем, ничего не остается.

– Очень жаль, – расстроился гвермонд, – я на него надеялся.

– Ничего страшного, мы и вдвоем справимся. Самое страшное уже позади нас.

Едва путники отошли от ворот, их окликнул один незнакомец, бежавший к ним. Физические нагрузки, видимо, были для него непривычны, так как он весь вспотел и покраснел, как спелый помидор.

– Простите!

– Что такое? – спросил Арион, в то время как Брам стоял с непонимающим взглядом.

– У вас тут есть Блар?

– Может, ты имеешь в виду Брам?

– Ах, да, дурья моя башка. Брам, правда ведь! Есть такойча средь вас?

– Меня зовут Брам, чего хотели?

– Господин велишавый попросил вам сказать, шо…

– Какой еще величавый господин?

– Ах, да! – вспомнил незнакомец. – Забыл назвать его имя. Как же его там… черт меня возьми, забыл.

– Морн? – подсказал Арион.

– Нет, нет. Совсем другое имя. Еще на птицу похоже. Как гарпия.

– Галпер? – Брам заулыбался.

– Точно! Галпером господина кличут. Так вот он просил передать, шо сильно кланяться и извиняется, шо не пришел к вам. Не смог по личным делам. Но если пойдете на северо-восток, то найдете его подарок для вас. Господин сказал, шо он вам поможет.

– А по каким причинам Галпер не пришел к нам, он не сказал? – спросил Брам.

– Господин с моим знакомым промышляет. А я в ихние дела не лезу, так шо знать не могу, да и не смею.

– Хорошо, а что за странный такой подарок?

– Кажется, речь была про лодку. Господин сказал, шо разбойников нынче много на прямом пути. По реке, а потом через Валунские горы будет легче добраться. Это все, шо я знаю.

– Хорошо, благодарим тебя!

Незнакомец заулыбался, а потом побежал обратно в город. Стражники продолжали пристально следить за чародеями, не отрывая взгляда.

– Не зря я на него надеялся, – заметил гвермонд.

– Зря или нет, этого мы еще не знаем. Но лодка может пригодиться, если до нашего прибытия ее не украдут. Пойдем, а то и так заставляем стражников напрягать свое зрение. Уже измучились бедные наблюдать за нами.

Земля под ногами была еще мокрая после дождя. В воздухе витал приятный сладковатый запах недалеко растущих роз. Незаметно подкравшись, легкий туман окутал местность, словно взрослый гепард, подкрадывающийся к своей жертве. Из-за большой влажности вещи вмиг становились сырыми.

– Значит, я увижу Валунские горы?

– Тебя это удивляет? – спросил Брам.

– Думаю, что нет. – Арион потер свою шею. – Просто волнующе немного. Все-таки это знаменитое историческое место. Обиталище гвермондов – моих предков.

– Валунских гвермондов, все-таки они от вас отличались.

– Да, я это понимаю. Однако это мои предки, хоть и косвенно. Как жаль, что такой прекрасный народ погиб во время войны. Могли бы с ними сейчас познакомиться.

– Думаю, если бы ты получил все огни на камне Фаталиты в то время, когда они еще были живы, то тебя бы просто отправили к ним в горы, если бы захотел.

– Так ведь даже интереснее, да и путешествие заняло бы намного меньше времени.

– Это уж точно. Проплыли бы по реке и все. И расстались бы.

– Брам, я привык к тебе. Мы ведь продолжим дружить даже после замка Вечного Снега?

– Конечно, не вижу в этом проблем.

– Отлично! А ты ведь видел Валунских гвермондов во время войны?

– Да, – ответил Брам.

– Они доблестно сражались? Да и какие они по силе? Ведь мощь всех стихий…

– Которой обладаешь и ты, не забывай.

– Да, верно. Просто до сих пор не могу в это поверить.

– Понимаю. Я тоже.

– Так что ты можешь рассказать про жителей гор?

– Отважные, смелые, очень сильные маги. Доблестно бились во время войны, – соврал Брам.

Путники шли, пока вдалеке не показалась река Кера.

– Я, кажется, вижу лодку. Да, точно, это она, – обрадовался Брам. – Не обманул нас Морн.

– А это еще что за создание рядом?

– Какое создание? Ничего не вижу из-за тумана. – Брам прищурился. – Я знаю, кто это. Идем.

Маги подошли ближе к лодке. Возле нее стоял огромный песчаный монстр с массивным туловищем и руками. Завидев путешественников, существо не стало ничего делать. Арион приготовился для атаки, но Брам успокоил его взмахом руки.

Волшебники подошли еще ближе, после чего песчаное нечто рассыпалось прямо на месте. Ветер начал разносить песок по всей реке.

– Что это было? – спросил Арион, следя за последними песчинками, убегавшими от его взора.

– Песчаный голем.

– И что он тут забыл?

– Охранял лодку до нашего прихода.

– Так и какой от него толк, если, увидев нас, он рассыпался, и от него ничего не осталось?

– Песчаный голем работает немного иначе. Его создает сильный маг стихии земли, чтобы он охранял что-то. При виде чужих он нападет, по крайней мере, начнет защищать какую-либо вещь или владения. Если же подходит хозяин вещи или владений, то голем рассыпается.

– То есть он знал, что мы идем за лодкой?

– Именно, – ответил Брам. – Видимо, у Морна есть знакомый в городе, который довольно силен в магии. Не каждый сотворит голема, тем более песчаного.

– Здорово. Значит, в лодку?

– Конечно, запрыгивай.

Корыто, на котором им предстояло плыть, было маленьких размеров и довольно старое. Больше двух человек в него точно бы не поместилось. Маги закинули свои сумки внутрь лодки и ухватились за край. Брам схватил одно единственно лежавшее весло на берегу. Вытолкав свое небольшое судно с берега на воду, волшебники запрыгнули внутрь.

Туман закрывал весь обзор для путешественников. Казалось, словно ничего кроме реки не существовало. И то была видна лишь малая ее часть впереди. Брам продолжал медленно грести, смотря вперед, словно Харон, плывущий по реке Стикс.

– Брам, Кера ведь начинается в горах.

– Верно.

– Почему тогда нет сильного течения, которое должно нас сносить в Карантовое море?

– А ты смышленый. – Брам на несколько секунд прекратил ритмично двигать веслом. – Не знаю, что с этим сделали Валунские гвермонды, но многие думают, что это из-за магической нестабильности гор.

– Из-за того, что они там жили?

– Да. Но это слухи. Река движется, но очень медленно. Кажется, что она вообще спокойна.

– А сейчас в горах никого нет? – спросил Арион.

– Не должно быть. Ты про город мертвых знаешь?

– Какой еще город мертвых? – удивился гвермонд.

– Прямо перед горами, на склоне холма. Я покажу тебе и там же все расскажу. Сделаем небольшой экскурс.

– Там могилы?

– Не гадай, – жестко сказал Брам. – Увидишь.

– Ладно, ладно. Понял я.

Путь по реке продолжался долгое время, а туман начал понемногу рассеиваться. Берега вновь открылись взору путников. Вдали виднелись поля, холмы, деревья. Чем ближе они приближались к горам, тем гуще на берегах стояли деревья. Казалось, что их начинал окружать дремучий лес.

Дважды им пришлось остановиться на берегу, прежде чем сделать свой первый ночлег. Дорога сильно выматывала спустя столько времени в пути. Маги поочередно сидели у штурвала своего корабля, гребя веслом. Это был их самый спокойный отрезок пути. Один раз Брам даже позволил себе немного вздремнуть, пока его более молодой соратник направлял лодку дальше к горам.

Вдали уже прекрасно виднелись сами горы, а в особенности их снежные и массивные вершины. Брам и Арион уверено продвигались к своей цели, пока холодный пронизывающий до костей ветер делал свою работу.

Остановки пришлось делать чаще, так как путникам приходилось согреваться у костра. От холода руки совсем переставали слушаться, а двигать веслом в таком случае было довольно трудно.

В костер упали две большие ветки. Огонь начал медленно их обволакивать. Приятное потрескивание пламени продолжало играть свою мелодию для ушей и души.

– Это наша последняя остановка на берегу, – сказал Брам, присаживаясь рядом, чтобы согреться.

– Мы бы не успели до наступления темноты добраться до гор? Они вроде не очень далеко от нас.

– Ты брось забавы путешествовать ночью. Никогда не знаешь, чего можно ждать. А неизвестность, как говорится, пугает больше всего. Переждем на берегу, поедим, а утром продолжим путь. Пройдем быстро около подножия, а дальше через Близнецов двинем.

– Горы Близнецы?

– Их называют так, но я слышал, что это два спящих вулкана.

– А если они начнут пробуждаться? – поинтересовался гвермонд.

– Тогда они отрежут нам путь к порту Четырех Ветров.

– Будет нехорошо.

– Это не то слово, Арион. Будет просто… ладно, не буду выражаться. Но этого не случится. Говорят, они извергались только в самом начале сотворения мира Лирианом, а после умолкли на многие века.

– А вдруг именно для нас они начнут извергать лаву?

– Перестань строить детские догадки, тебе не к лицу, – сказал Брам, прикрыв глаза.

– Ладно, просто хотел немного пошутить.

Брам уже не услышал последние слова Ариона, так как он провалился в сон. Глубокий и, как всегда, страшный для Брама сон.

Наступило утро. Из-за деревьев доносились звуки щебета птиц. Дымка тумана окончательно рассеялась, и великие горы показались вдали во всей своей красе. Ветер почти стих, давая шанс путникам спокойно добраться до назначенного места.

Проснувшись, маги сразу прыгнули в лодку и поплыли дальше. Оставшееся расстояние было ничтожным исключительно для глаз, на деле же путешественники потратили много сил, чтобы, наконец, догрести до подножия гор.

Доплыв до конца, колдуны оставили лодку на берегу.

– Ну, вот и они. Валунские горы! – обрадовался Брам, осматривая вершины.

– Лодку оставим тут?

– Думаю, она больше не потребуется.

Они подошли ближе к горе, где прекрасно виднелся вход в пещеры. Огромная арка, высеченная Валунскими гвермондами, была красиво украшена росписями на древнем языке. Внутри было темно, огромное пространство плохо просматривалось из-за слабого дневного света. Эти места были давно покинуты прежними хозяевами, и было видно, что новых постояльцев здесь не появилось.

– Значит, здесь они и жили, – заключил для себя Арион.

– Да, здесь. Прямо в самой горе. – Брам обратил свой взор на небольшой холм, находившийся восточнее главного входа. – Это то, что я тебе говорил, посмотри.

На холмике возвышались невысокие поросшие мхом постройки. Они скорее напоминали верхние части колодцев, выступавших над землей. Все они были высечены из белого камня.

– Город мертвых? Про который ты рассказывал?

– Да, – с горечью в голосе ответил Брам.

Когда маги подошли ближе к холму, вороны взлетели в небо, образовав собой черное облако.

– Вороны? Так много? – спросил гвермонд.

– Подойди ближе и узнаешь больше истории.

Арион подошел к одному из крошечных домиков. В каждом из них было сделано узкое отверстие, прямо около земли. Он шагнул ближе, нагнулся, чтобы заглянуть внутрь и, ошеломившись, дернулся назад.

Внутри домика лежали кости. Огромное количество костей.

– Это… это в каждом?

– Да, кости лежат везде, – ответил Брам, подойдя ближе к Ариону.

– Значит, это своего рода склеп?

– Можно и так сказать. Однажды, еще в очень давние времена, до нашего с тобой рождения, в горах произошла страшная трагедия. Началась чума. Нужно было что-то делать, как-то спасаться, но Валунские гвермонды никогда не покидали своего обиталища. Оставлять все на самотек было нельзя, так как в горах погибли бы сразу все. Чума ведь вещь такая, никого щадить не станет. Ни детей, ни взрослых, ни пожилых. Тогда они придумали отстроить такие склепы рядом с горами, чтобы зараженные смогли сюда приходить. Больные шли целыми семьями, забирались внутрь и ждали своей смерти. Просто лежали и ждали своего рокового часа. Оставшиеся в горах молились. Они просили Лириана забрать души бедняг поскорее, чтобы те не мучились в ожидании своей смерти.

– Мне даже представить такое страшно.

– Многое в жизни очень страшно себе представить, а пережить гораздо хуже. Война, мор. Это далеко не все вещи, которые пугают, но о которых мы не задумываемся. Представь себе женщину, у которой погибает ребенок во время родов. А что еще хуже, когда родителям выпадает доля пережить своего ребенка. Все это очень страшно, но об этом никто не говорит.

Арион тяжело вздохнул. Он даже не знал, что ему лучше сказать в такой ситуации. Брам сказал за него:

– Пойдем, не стоит так углубляться в проблемы нашей жизни. Их не стоит забывать, но говорить о них ежесекундно запрещено. Иначе ты погибнешь. Умрет твоя душа, которая должна жить.

Волшебники спустились с холма. С неба посыпались первые снежинки.

– Вот и зима пришла, – сказал Брам, созерцая легкие и плавно падающие белые хлопья.

– Немного рано в этом году.

– Не рано. Раньше, когда месяца не делили на равные количества дней, первый снег означал наступление зимы. И было совсем неважно, начнет он падать раньше или позднее обычного.

– Брам, давай немного тут задержимся.

– Это зачем еще?

– Хочу зайти внутрь горы, посмотреть на все своими глазами. Когда еще такая возможность выпадет?

– У нас даже нет света, чтобы там осмотреться.

– Я видел два старых, ветхих факела у главного входа. Они висели на стене. Мы ведь сможем их разжечь с помощью магии, – уговаривал гвермонд. – Пожалуйста, мы всего одним глазком глянем и пойдем обратно, зиму нам все равно уже не опередить. Ты вот сам-то был в этих горах?

– Бы… – Брам понял, что его ответ может привести к тысяче вопросов, поэтому решил соврать. – Был или не был, какая разница. Нам все равно идти надо. Мы довольно близки к своей цели.

– Тогда я зайду один. – Арион начал удаляться.

– Вот ведь несносный, – промямлил Брам и пошел за ним.

Подойдя к входу, маги нашли те самые факела, взяли их и, применив свою внутреннюю силу, зажгли огонь. Внутри оказалось гораздо холоднее, чем на улице. Каменный пол был в пыли и грязи. Над волшебниками распростерся ровный и красивый свод потолка, с боков виднелись громадные колонны.

Слабый свет факелов освещал лишь малую часть того, что было внутри. Но даже в такой кромешной тьме гвермонду удалось различить робкие движения вдалеке. К сожалению, их он увидел не на уровне пола, а прямо на одной из колонн. На самом ее верху.

Брам попытался высмотреть, кто же их нежданный гость, но так ничего и не увидел, пока неизвестный или неизвестное не начало приближаться к ним.

– Вот не могли ведь мы просто пройти мимо гор и двигаться дальше, надо всегда залезть, куда не надо. – Брам вытянул одну руку с факелом подальше от себя, вторую он уже приготовил для заклинаний. Он знал, что добром это не кончится.

Арион сделал то же самое и был готов к защите. Создание на мгновение исчезло, а потом вновь появилось перед их взором. То была огромная многоножка с черным как уголь туловищем, желтыми конечностями и длиной не меньше восьми метров.

Она неожиданно остановилась перед путниками. Брам уже поднял руку, приготовившись к атаке, но громкий голос остановил его:

– Стойте!

Маги замерли в ожидании. Многоножка не двигалась.

– Мезира вас не тронет, дорогие гости. Она просто проверяет, кто пришел к нам домой.

Арион и Брам одновременно повернулись в сторону говорящего. Перед ними предстал старик. Кожа у него была сморщена, сам он был не выше полутора метров росту, а на голове не было ни единого волоска.

– Раз изволили явиться ко мне, то нужно вас принять, как родных мне людей. Пойдемте в комнату, налью вам горячий чай. – Старик стал удаляться в сторону коридора, сокрытого в сумраке. Затем он остановился и, слегка повернув голову, проговорил: – Мезира, не смущай наших гостей, можешь занять свое место.

Многоножка тут же зашевелилась, что-то фыркнула и отправилась обратно на свою колонну. Старик продолжил свое движение, еле-еле перебирая ногами. Волшебники, осмотревшись, отправились за пожилым незнакомцем.

Все вместе они прошли по коридору, освещая себе путь факелами. Свернули налево, направо и еще раз налево и оказались в маленькой, но уютной комнате. Особо прибрано здесь не было: стол был завален запылившимися бумагами и книгами, в углах висела паутина, а на огне в камине томился чайник в ожидании гостей.

– Значит, вы здесь живете? – спросил Арион.

– Присаживайтесь, нечего стоять, вам далекий путь еще предстоит, – сказал старик, указал на два стула возле стола.

Маги присели, то же самое сделал и незнакомец, только сесть он решил на пол возле огня.

– Откуда вы знаете, что нас ждет долгое путешествие? – продолжал спрашивать гвермонд.

– А чего тут знать? Кто же еще просто так без причин прогуливается до Валунских гор?

– Верно. И как же вас зовут?

– Люди зовут меня по разному, но я предпочитаю, чтобы меня называли Р.

– Р? – удивился Брам.

– Коротко и ясно. Вам запомнится это на всю жизнь, уж поверьте мне. Обычные имена забываются.

– Меня зовут Арион, а это мой друг Брам.

Слово «друг» немного смутило Брама, но он ничего не сказал.

– Брам – это сокращение, верно? – спросил Р.

– Да, сокращение.

– И какое же полное имя?

– Это неважно, я не называю его.

– Ваша воля, – промямлил старик. – Чай-то будете?

– Нет, спасибо, – ответил Брам, – нам скоро выходить надо.

– Ну что же, очень жаль, он очень вкусный.

– Скажите, так вы здесь живете?

– Можно и так сказать. Я бы не стал называть это место своим домом. Но в другом понимании вещей – мой дом там, где я живу. Я отшельник, скитаюсь по окрестностям, выбираю тихие места для ночлега. Знаете, горы оказались идеальным вариантом. Сюда ведь никто не заходит. Кроме вас, конечно же.

– Что же вас заставляет вечно путешествовать и жить отдельно от всех?

– Мы, гвермонды, живем долго и без болезней. Путешествия я люблю, а вот жизнь города не очень.

– Так вы гвермонд?! – завопил Арион.

– Хорошо, что не Валунский гвермонд.

– Это еще почему?

– Тогда бы я погиб вместе с ними, а я живой и радуюсь всему, что меня окружает.

– Да уж, слава Лириану, что спас нас от такого злополучия.

– Нет, не нужно славить Лириана.

– Что значит не нужно? – Вопрос Ариона получился резким.

– А за что? – Р провел рукой по своей лысине. – Уберег нас? Да, спасибо уж за это. Но если подумать, то можно понять, что ваш великий Лириан допустил такое. Истребил целую расу, если так можно сказать.

– С одной стороны да, но мы ведь не можем винить в этом Лириана. Его волю нельзя осуждать, на то могли быть свои причины, хоть я и не могу себе их представить, – настойчиво защищал Арион бога всех богов и создателя всего мира.

Старик призадумался, опустил свою голову, тяжко вздохнул, а после спросил:

– А что если вообще нет никакого Лириана и его воли?

– О чем это вы?

– Ну, просто представь, что нет никаких богов, а уж тем более главного бога – Лириана. Нет их всех. А погибли Валунские гвермонды из-за жестокости людей.

– Как нет?! – вспылил Арион, пока Брам продолжал молчать. – Вы хотите сказать, что не верите в существование Лириана? Это ведь абсурд!

– Почему абсурд?

– Как можно в него не верить? Он ведь создал наш мир. Вот горы, в которых мы сейчас сидим, ведь их тоже он создал.

– Кто вам это сказал?

– Нас ведь с детства учат основам мироздания.

– Учат? Нам ведают россказни о великих богах. И делают это люди, которым рассказывают такие же сказки в самом детстве. Человек или гвермонд рождается и получает не просто хорошую историю, а готовые шаблонные ответы, чтобы отвергнуть саму идею изучения мироздания, о котором вы мне говорите, юноша! Вы ведь никогда не хотели задаться вопросом о том, как все появилось? Правильно? У вас есть готовая история, которую вам рассказали в детстве. И все. Больше никаких доказательств или теорий. Лишь данный с младенчества ответ, который вбит вам в голову, лишая вас возможности думать.

– Совсем не понимаю, как можно не верить в самого Лириана.

– Не понимаете, потому что не хотите. Я вам отвечу, как это может быть. Только сильный и очень храбрый человек или гвермонд может себе такое позволить. Такие, как я, а таких меньшинство, живут с осознанием того, что в конце не будет ровно ничего. Тьма, да и только. Мы не верим в то, что некий Лириан заберет нас на свои небеса и позволит нам вечно там отдыхать. После смерти все пропадет, ничего не будет. Мы также живем с пониманием того, что никто из богов не простит нам наши грехи. Если мы совершаем что-то плохое, то живем с этим вечно и понимаем, что виноваты в этом сами. Мы живем и знаем, что никакой помощи от богов мы не дождемся, поэтому думаем своей головой и пытаемся решать свои проблемы сами. Вот как живет гвермонд, который не верит в великого Лириана.

Арион смотрел на старика с вытаращенными глазами. В комнате повисла тишина, никто ничего не говорил. Вода в чайнике закипала, издавая булькающие звуки.

– Ценим ваше гостеприимство, – начал Брам, – но нам пора уходить. Извините, что потревожили вас.

– Жаль, что так быстро уходите, чайник только закипел. Я вас провожу.

– Не стоит, мы помним, как выйти.

Чародеи встали со стульев и направились к выходу. Закрывая за собой дверь, Брам услышал шепот старика. Р перестал говорить на их языке. Брам не сразу узнал, что это за диалект. Проходя коридоры, Арион аккуратно спросил:

– Мне показалось или Р говорил на другом языке?

– Не показалось. Очень знакомый, но не могу понять какой.

Они вышли в главный зал с колоннами, прошли половину пути. В конце появился дневной свет от главных ворот. Брам неожиданно остановился.

– Что случилось? – спросил его Арион.

– Я вспомнил, что это за язык.

– И?

– Сектомпский. Раньше мудрецы разговаривали на нем, чтобы общаться с животными.

– И что это значит?

– Он разговаривал… приготовься…

Сзади послышались шаги, словно за путниками бежали несколько десятков воинов. Маги обернулись и увидели бегущую на них многоножку. Вдали коридора послышался крик старика:

– МЕЗИРА, ПОРА ОБЕДАТЬ!

Многоножка приближалась. Даже издалека было слышно, как клацали ее клыки в предвкушении своей добычи.

– К выходу, живо! – закричал Брам.

Чародеи побежали в сторону дневного света. Многочисленные шаги позади приближались. Выход был уже совсем близко, но Брам, обернувшись, увидел, что убежать не получится. Многоножка была готова преследовать свою жертву не только в подземелье.

Но едва они выскочили из пещеры, Брам моментально развернулся, вытянул руку с факелом перед собой, а второй создал в воздухе знак воздушного потока, чтобы применить больше силы, чем он мог сделать с силой огня.

Огромное пламенное облако образовалось перед магом, прогоняя многоножку. Она была не способна выйти из пещеры, боясь огня, но Брам не мог долго поддерживать такое пламя, чтобы вечно сдерживать Мезиру.

Арион, стоя позади, сложил руки в символ веры, поставил ноги вместе, а руки вытянул в стороны. Брам не ощутил сильного толчка энергии позади него, но результат не заставил себя ждать.

С небес спустилась молния, с громом поразив часть скалы над воротами. Главный вход завалило валунами, перекрыв дорогу многоножке. Брам перестал поддерживать огонь, поняв, что потерял достаточно сил. Он посмотрел на своего юного спутника.

– Как у тебя это получилось?

– Я почувствовал ярость, и поток силы словно хлынул из меня.

– Даже не все хорошие шаманы смогут вызвать молнию, да еще так точно ее направить. Ты ведь мог меня задеть.

– Не задел ведь, – воспротивился гвермонд.

– Да уж, спасибо и на этом. Но лишний раз так не рискуй. Одному отправляться в такой опасный путь будет нелегко.

– Да, я понял.

– И все же, – не унимался Брам, – как ты это сделал?

– Символ веры, – хлестко и с гордостью ответил Арион. – Меня переполнила некая злость, и мне захотелось доказать, что вера в Лириана может победить.

– Старик останется навсегда в заваленных пещерах.

– Ты так думаешь? Наверно, есть еще выходы.

– Возможно, хотя, если подумать, то такие отшельники, как он, всегда выбираются из передряг. Они хитрые до жути, так что им помощь со стороны никогда не требуется.

– Куда теперь? – спросил Арион.

– Пойдем напрямую к Близнецам. Пройдем меж них, а там уже увидим и порт Четырех Ветров – наше последнее место перед прибытием в замок Вечного Снега.

– Даже не верится, что спустя столько времени, мы, наконец, доберемся до него.

– Да, мне тоже, – согласился Брам.

Снег продолжал плавно падать на землю, холодный ветер немного успокоился.

Тишина.

Спокойствие, которым хотелось наслаждаться вечно. Созерцать виды гор и реки, просто отдохнуть душой.

Но нужно было идти дальше.

Глава 6. В погребальном месте

Снегопад усиливался с каждой секундой. Нежные и прохладные хлопья превращались в острые пики льдинок. Легкая одежда уже не спасала от холода. Путники не думали, что зима придет настолько рано. Материк погружался в глубины ледяного мрака. Снег укутывал землю ровным слоем белого покрывала. Он начал мелодично хрустеть под ногами путешественников, несмотря на то, что это было его первое приземление на землю, которое должно было окончиться постепенным таянием. Нет. Он не исчезал и не превращался в жидкую кашицу, а лишь засыпал все вокруг.

Брам и Арион пробирались сквозь буран, проклиная все на свете. У них не было сомнений, что погодные условия были самым жестоким испытанием для них двоих. В такие моменты понимаешь, насколько человек ничтожен перед природой. Каждый из нас по своему силен, но устоять перед силой стихии невозможно. Нельзя побороть ураган, насладиться прогулкой в сильную метель или спастись в бушующем море, которое так и норовит унести вас в свою обитель и устроить вам встречу с самой смертью. Гвермонд или человек – неважно. Перед природой все слабы.

– Давай потратим немного силы? Создадим магический барьер или воздушный поток будет относить снег от нас, – начал сдаваться гвермонд.

– Не стоит! – попытался перекричать начавшийся ветер Брам. – Мы потратим слишком много сил!

– А где мы сможем передохнуть? – закричал в ответ Арион.

– Я надеюсь, что мы сможем найти такое место. До гор идти не так далеко, но погода все портит. Устанем в два раза быстрее. Если не замерзнем насмерть.

Первая их остановка была довольно странной, учитывая место, где они находились. В нескольких километрах от гор, прямо на пустой долине, лежал огромный валун. Путники спрятались за камень и прижались к его холодной стороне, будто сдерживали последние ворота, через которые прорывался враг. На деле же они пытались максимально прижаться к громадине, чтобы ветер и снежные крупицы перестали их беспокоить хоть на мгновение.

План удался, но добыть в таких условиях хвороста было скорее невозможно, нежели трудновыполнимо. Ничего не оставалось, как использовать свою внутреннюю энергию на поддержание магического огня. Брам решился на такой фокус, предпочитая дать отдохнуть молодому гвермонду. Не успел Арион моргнуть, как в воздухе образовался сгусток чего-то светлого, теплого, приятного. Из свечения появился огонь и завис прямо в воздухе, на уровне груди путешественников.

Брам продолжал поддерживать огонь двумя руками, иногда вырисовывая вокруг него новые символы стихии огня.

– Хорошо получается огонь держать. Обычно такое выходит не очень у магов стихии ветра, разве не так?

– На войне я научился многому. Но и с детства мне было интересно изучать не только одну стихию, а охватывать весь спектр умений, подвластных людям и гвермондам. Такой огонь не тяжело сотворить, тут скорее техника нужна, много практики, чтобы удерживать его в одном месте и одновременно впускать в него энергию, чтобы не угасал.

Гвермонд уважительно кивнул, после чего плотнее подошел к пламени и стал отогреваться. Маги перекусили едой, прихваченной из города.

Затем произошло неожиданное.

Арион дожевал последний кусок своего лакомого кусочка, сделал несколько шагов в сторону, чтобы выглянуть из-за угла и проверить обстановку на дороге, как земля под его ногами провалилась. Она исчезла в буквальном смысле, как и сам гвермонд.

– Арион! – тут же спохватился Брам, подбегая к дыре в земле. Он подошел ближе, заглянул вниз и, томно, тяжело выдохнув, просипел: – Ничего не сломал?

Внизу лежал Арион, а вокруг него было насыпано много земли.

– Я в порядке, – отозвался гвермонд. Он встал, стряхнул с себя куски земли и осмотрелся вокруг. – Кажется, здесь подземный ход, правда не знаю, куда он ведет.

Рядом с гвермондом громко приземлился Брам. Откашлялся, а потом проговорил:

– Все лучше, чем в такую пургу идти, верно? – Он похлопал своего спутника по плечу.

– Да, верно. Но здесь ничего не видно. На ощупь пробираться будем или как?

– Нужно придумать чего. Поддерживать еще один огонь будет себе дороже. Вдруг путь под землей окажется долгим. Главное еще, чтобы он никуда не сворачивал, а то так и за неделю не доберемся до Близнецов.

– Кажется, у меня есть идея, – сказал Арион. – Как насчет бомбочек?

– Каких еще бомбочек?

– Бомбы-искры.

– Ты про забавы учащихся нашей академии?

– Да, именно. Можно кидать их вперед. Света они дают мало, но хоть что-то будет видно.

– Идея неплохая… давай попробуем.

      Маги пошли вперед по узкому коридору под землей. В стенах виднелись черви и другая живность земляного мира. Бомбы-искры летели по прямой, искрились кислотно-розовым цветом, а через некоторое время пропадали с легким хлопком.

Раньше такие хлопушки использовали на кораблях, либо в военных действиях (их очень хорошо видно в темноте на дальних расстояниях). Но времена прошли и про них благополучно забыли, пока кто-то из учащихся академии Гринштам не наткнулся в книге на информацию об их использовании. Делать их было совсем не сложно, да и силы практически не тратились при этом. Позже ученики стали их использовать в качестве издевок над сокурсниками: бросали искры в коридоры и срывали уроки. Опытные профессора не пугались и относились к таким бомбочкам спокойно, чего нельзя было сказать про сидящих за партами учеников.

Путь был до невозможности долгим, но волшебники предпочитали дорогу под землей в потемках, нежели идти, ловя в лицо бесконечные снежные потоки сурового начала зимы.

В конце длинного тоннеля оказался выход в огромное помещение. Здесь было темнее, чем в коридоре из земли. Тьма поглотила их полностью, просочившись в их внутренние органы. Не было видно собственных вытянутых рук. Брам применил ту же самую магию, чтобы осветить себе дорогу.

– Лучше я еще потрачу сил на пламя, а то далеко так не уйдем, не видя собственные ноги.

– А где мы? – спросил Арион.

– Точно сказать не могу, но предполагаю, что мы дошли до гор Близнецов. – Брам осмотрелся, поднял свой взгляд к потолку. – Очень похоже на то, что мы видели в Валунских горах. Будто их копали те же самые гвермонды. Только я никогда не слышал о том, чтобы они делали раскопки в Близнецах. Да еще и с тоннелем вместе. Странно это очень.

– Нужно пройти дальше, посмотреть, что здесь есть, найти выход.

– Это я и сам догадался, – проговорил Брам, продолжая осматриваться.

Маги двинулись вперед. Поворачивать было некуда, никаких проходов, щелей, дверей, окон, коридоров.

– Я что-то вижу, – сказал гвермонд, ускорив свой шаг.

Брам же ничего не видел, напрочь позабыв, что гвермонды лучше людей во всем. Видение в темноте не было исключением.

Гвермонд прошел вперед, резко остановился, повернув голову направо. Он начал подходить ближе к стене, внимательно рассматривая неизвестный ему предмет. Брам помчался за ним, постоянно щуря глаза, надеясь разглядеть хоть малую часть того, что Арион смог увидеть вдалеке.

Когда Брам подошел ближе к стене, освещая ее огнем, то увидел, что Арион рассматривал не предмет. То была каменная плита с единственно высеченным символом. Черный силуэт дракона. Его хвост и голова соединялись в одной точке, образовывая ровное кольцо. Конечностей не было. Арион аккуратно дотронулся до рисунка пальцами руки и удивленно спросил:

– Это еще что такое?

– Боюсь, что я опять бьюсь в сомнениях.

– Брам, ты никогда не слышал про раскопки Валунских гвермондов?

– Если честно, то нет. Видимо, их делали тайно… или же кто-то про это знал…

В голове у Брама пробежали тысячи мыслей. Вся история существования и деятельности жителей Валунских гор складывалась в один красочный пазл, дававший ответы на многие вопросы, которые теснились в голове у мага.

Тоннель, тайные раскопки в горах Близнецах. Что еще могли скрывать эти всесильные гвермонды? Только сейчас, спустя столько лет, Брам начал понимать, почему предводители пришли к решению вести тайную войну против них. Ведь горцы не участвовали в битве против глуров. На то были свои причины? Безусловно. Что-то замышлялось. Что-то тайное и очень страшное. Может они вели раскопки именно во времена кровопролитных битв? Очень на это было похоже, так как проделанная пещера выглядит поспешно заброшенной. Они не завершили начатого. Бросили свое дело на половине пути. Причина? Начавшаяся война против них. Единственное, что точно понимал Брам – это знак, выбитый на плите. Сначала он подумал про дракона, но ошибся. Нет. Это было не так. Про такой символ рассказывали лишь древние легенды. Неужели Валунские гвермонды смогли найти старый, как мир, миф? И Брам ответил для себя: «Смогли».

– Амфитер.

– Что?

Брам продолжал освещать плиту пламенем, внимательно осматривая рисунок.

– Это не дракон, как мы изначально подумали. Это амфитер.

– Что еще за амфитер?

– Можно сказать, что разновидность дракона, – объяснил Брам. – У них нет лап. Голова как у дракона. Кожа прочная, не пробить. Обычно удушают своих врагов хвостом, либо просто сильно им ударяют. Некоторые виды амфитер умели извергать огонь.

– То есть дракон?

– Скорее большая змея с крыльями.

– И зачем такой символ высечен на камне?

– Думаю, что это не просто камень. По древним сказаниям на нашем левом материке покоится сильнейшая из самых мощных амфитер. Мне кажется, что это не просто камень с рисунком, а самая настоящая надгробная плита.

– Хочешь сказать, что Валунские гвермонды смогли найти древнее существо?

– Возможно. В любом случае они просто нашли место захоронения.

– А они были способны оживить его? Или ее?

– Возможно. – Брам задумался, что именно это и могло повлиять на создание тайного ордена по борьбе с Валунской расой.

– Я не верю своим глазам и ушам.

– Я тоже, – согласился Брам.

– Я больше не жалею, что отправился в этот путь.

– А раньше жалел?

– Скорее да, чем нет. Но мы открыли очень важную вещь, не так ли? Почему про это молчат?

– Правители часто молчат. Не всю информацию можно предавать огласке. Может начаться праника.

– Даже если речь идет о таких масштабных проблемах?

– В особенности, если речь идет о таком.

– Брам… как ты думаешь? Если у меня сила пяти стихий, то я являюсь Валунским гвермондом?

– Магия, которую ты показываешь, неподвластна обычным выпускникам академии. Пускать направленный огненный поток, вызывать молнию с небес и точно поражать ею в цель. Все это тяжело даже опытным боевым магам, а ты это проделал без малейшего труда для себя. В тебе есть сила пяти стихий. Камень Фаталиты никогда не ошибается. Уж поверь мне. Еще ни разу за всю историю его существования не было никаких ошибок. Ты спрашиваешь, являешься ли Валунским гвермондом? Я тебе отвечу. Я считаю, и да и нет. Ты гибрид, чудом появившийся на свет. Не знаю, как это произошло. Но что есть, то есть. Я бы отказался от такого путешествия в замок Вечного Снега, если бы сомневался в том, что ты относишься к расе жителей гор. Но сомнения могут быть развеяны, так как не все Валунские гвермонды жили в горах вместе с остальными. У них нет сердца от рождения, а у тебя, насколько мне известно, оно есть. Поэтому я считаю, что ты – гибрид.

– Не все жили в горах?

– Были и такие, которые скрывались в городах, деревнях. Кто-то просто странствовал по миру. Они никогда не выдавали себя. Не называли своего настоящего имени, не показывали свои настоящие возможности. Им хотелось свободы, а не постоянной работы в недрах гор. Я их прекрасно понимаю, такая жизнь мне бы наскучила в первый же месяц. Возможно, что ты родился от одной из таких женщин. Возможно, она сбежала и жила отдельно от всех. Но все это лишь «возможно». Я не могу быть во всем этом уверен, а уж тем более уверять тебя поверить во все сказанное.

– Если честно, я плохо помню своих родителей. – Голос Ариона понизился. – Они погибли, когда я был еще совсем маленьким.

– Нам пора отправляться в дальнейший путь, – попытался сменить тему Брам, понимая, где его родители могли умереть.

Слишком многое приходилось скрывать и слишком во многом нужно было врать молодому гвермонду. Браму начало надоедать их приключение. Ему хотелось отдохнуть, вернуться в академию и продолжить преподавать уроки магии стихии ветра бестолковым ученикам. Вновь захотелось спокойствия. Это было и раньше. Старые чувства вновь хлынули на него потоком бурной реки.

Пройдя по непроглядным пещерам гор, волшебники обнаружили слабый отблеск света в конце. Выход. Из пробитой стены веяло морозной свежестью. Брам погасил огонь, который он поддерживал на протяжении всего пути. Силы вновь начали накапливаться внутри него. Он зачем-то крепко сжал через плащ кинжал Толкмара, убедившись, что он на месте. Яркий свет ударил в лицо. Чародеям пришлось прищурить глаза.

Буря стихла. Снег лежал пушистым мехом, никаких порывов ветра больше не было. Идти можно было спокойно.

– Что-то вдалеке виднеется. Похоже на башню, – проговорил Арион.

– Это не башня, а маяк, – ответил Брам, догадавшись, о чем идет речь.

– Значит, мы так близки к порту… как же его…

– Порт Четырех Ветров.

– Да, верно. Мы переплывем море и окажемся прямо в замке? Или нас еще что-то поджидает?

– К нашему счастью, мы окажемся прямо в замке, – выдохнул Брам.

– Успеем до наступления ночи?

– Увидим. Но ночевать негде. Идем без остановок.

Зима на материке длилась недолго, как и все остальные сезоны. Начиналась она быстро, обрушиваясь резким шквалом. Снег за мгновение мог засыпать все местности, поля, деревья и дома. Так же быстро на смену приходило солнце, растапливая снег и лед, как сливочное масло на сковороде.

Самая долгая зима была в восемьсот тридцать втором году. Тогда она продлилась два месяца и тринадцать дней. Для жителей такое было непривычно, да и многие не выдержали таких долгих холодов. Больше всех, конечно же, страдали дети и старики. Младшее поколение страдало от детской глупости: они просто замерзали на улице, плохо одевались, из-за чего часто болели, а порой хворали всю зиму. Старики же не выдерживали морозы в силу своего возраста. Малая подвижность сказывалась на кровообращении. Они замерзали даже в своих собственных домах.

Сумерки сгустились, когда герои не прошли и одну треть пути. На половине дороги до порта наступила глубокая ночь. Маги ничего не видели, но останавливаться не собирались. Брам надеялся на хорошее зрение Ариона, особенно на его возможность видеть в темноте.

– Долго еще? – спросил Арион, тяжело перебирая ногами и раскидывая снег в разные стороны.

– Видишь слабый огонек вдалеке?

– Да.

– Это уже огни порта. Осталось немного.

Гвермонд кинул вперед бомбу-искру.

– Нет! – заорал Брам, схватив соратника за локоть.

– Что случилось? – искренне удивился Арион, отдернув руку, чтобы освободиться от крепкой хватки мага.

– Нам нельзя привлекать внимание. Понимаю, что очень хочется немного света, но мы не знаем, чего можно ждать во тьме. Я тебе говорил уже несколько раз. Тьма – погибель. Она страшнее любого врага, так как ее нельзя изведать и изучить. Она живет своей жизнью и в нее нельзя вторгаться.

– Хорошо, я понял, прости.

– Ты уже извинялся несколько раз. Надеюсь, в этот раз ты так говоришь не для того, чтобы я отстал.

– Я не издеваюсь. Правда, я все понял. Прошу прощения.

– Пойдем, осталось совсем немного, там мы сможем отогреться.

Путешественники и вправду замерзли до мозга костей. Пока их еще трясло, как при небольшой лихорадке. Это им придавало сил, ведь если организм переставал трястись, считай все – помер. Тело сдавалось и больше не пыталось согреться еле заметными вздрагиваниями, чтобы выжить. Конечно, они могли разжечь огонь и временно отогреться, но в такие суровые моменты можно было забыть даже про такую вещь, как магия. Хочется жить по-людски. Отогреться дома у камина, да поесть горячей еды, которой не было с собой.

Тем более, Брам противился тому, чтобы жечь любой огонь, даже самый маленький. Он считал, что нужно идти скрытно от всех.

Волшебники добрались до порта, когда ночь еще не закончила свой дозор. Продрогшие и с прилипшим снегом на обуви и одежде, они стояли перед дверьми одноэтажного здания, в окне которого слабо мерцало пламя свечи, игриво колыхаясь от дуновений слабого ветерка.

Брам постучал в дверь так сильно, что все стены и крыша затряслись от негодования. Казалось бы, откуда у него было столько сил, чтобы ударить кулаком с такой мощью.

Дверь распахнулась, и перед путешественниками предстал мужчина средних лет. На голове у него были жгуче-черные волосы, телосложение было крепким, а цвет кожи смуглым. Три видных шрама украшали его тело: на щеке, на руке и над бровью.

– Милостивый Лириан! Проходите скорее, – заторопился мужчина.

Путники прошли внутрь. Волна теплого потока обдала их с ног до головы. В воздухе витал слабый запах рыбы и крепкого ядреного табака. Как оказалось, в комнате был и горящий камин. Помимо него здесь стоял стол с кипой различных бумаг и морских карт, а также груда разного мусора в углах помещения, начиная от кинутой на пол одежды и заканчивая предметами быта. Валялась в углу и книга, открытая на странице с каким-то непонятным рисунком.

Маги встали у огня, чтобы отогреться. Все молчали. Смуглый мужчина не тревожил незнакомцев вопросами о том, кто они такие, давая возможность хоть немного прийти в себя после долгого пути по морозу.

Кожа начала менять цвет с бледно-синего на светло-розовый. Хозяин помещения заметил изменения и решил начать разговор:

– Простите, вы голодные, верно? У меня нет еды сейчас, сами понимаете… ночь… повара спят.

– Все хорошо. Мы чуть позже перекусим остатками хлеба, который лежит у нас в котомках. С вашего позволения немного поджарим его на огне.

– Да, конечно, нет проблем. Что же вас привело в наш порт ночью?

Брам кратко рассказал, куда они отправляются, скрыв саму цель посещения замка. Все друг другу представились и немного расслабились после знакомства. Мужчину звали Мафуз, он был корабельным переписчиком. Следил за всеми бумагами и кораблями. Записывал, куда они отправляются и откуда приплывают, а также записывал всех, кто находился на корабле в качестве экипажа и в качестве путников.

– Господа, – заговорил Мафуз, – ближайший корабль до замка Вечного Снега отплывает завтра утром. Пока могу предложить вам лишь две койки, чтобы вы переждали ночь в тепле.

– Дорого это обойдется? – спросил Брам, понимая, что денег у него осталось уже не так много, как хотелось бы.

– Гости дорогие, не нужны мне деньги. Заплатите только за плавание на корабле, а брать с промерзших путников монеты себе не позволю. – Мафуз широко расплылся в улыбке, а потом добавил: – Давайте сразу же запишу ваши имена в журнал, чтобы утром не тратить на это время.

Он открыл большую книгу, лежавшую на столе, взял перо, макнул его в чернила, а затем протянул его Ариону, попросив самому записать свое имя. На странице появилась новая запись: «Арион Сток».

Подошла очередь Брама. Он взял перо, наклонился над столом, задумался, а потом начертал: «Брам».

– Простите, – произнес Мафуз, – это ведь неполное имя?

– Ну да.

– Нужно полностью, для отчета. Не могу допустить краткое написание имен.

Маг задумался над словами корабельного переписчика. Арион бросил взгляд на старый журнал с пожелтевшими страницами и впервые увидел полное имя своего наставника. На листе появилось еще несколько букв: «Брамсвелл Эомер».

– Замечательно! – обрадовался Мафуз. – Пойду доложу, что на корабле будут еще двое.

Переписчик удалился из дома и, доверившись новым знакомым, оставил их наедине.

Брам подошел плотнее к огню и уставился на его дергающиеся языки пламени. Отвлечься пришлось, когда позади него стало гораздо теплее и светлее. Он повернул голову и обомлел от удивления.

Арион успешно удерживал сгусток пламени, который они использовали в пещерах гор Близнецов.

– Как ты…

– Смотрите! – возликовал Арион. – У меня получилось с первого раза!

– Вижу. Как тебе удалось?

– То же самое ты спросил про молнию. И про направленный поток пламени. Теперь вот. Думал, будет сложнее, но если сконцентрироваться, то удерживать не так-то сложно. Да и сил уходит не так много.

Брам слушал своего молодого спутника, не понимая, откуда у него такая мощь. Да и сил на огонь Брам тратил невероятное количество. Ответ был прост, ведь он – маг стихии ветра. Но даже при таком раскладе он казался слабее выпускника академии.

– Ты невероятно силен, Арион. Будь осторожнее, владея такими навыками и способностями.

В дверь поспешно ворвался Мазуф. Пламя Ариона тут же погасло. В руках переписчика были две толстые накидки из шерсти.

– С вашей одеждой в такую погоду на корабле далеко не уплывешь. Нашел вот, старые, но хорошие, наденьте завтра.

Чародеи поблагодарили добродушного переписчика. Удача была на их стороне.

Глава 7. Великое море

Утро. Иней равномерно покрыл окна прелестными узорами, напоминавшими пути кораблей на просторах бескрайнего моря. Снег продолжал плавно падать на землю, образуя сугробы не только на земле, но и на крышах домов.

В доме, где путникам разрешили переждать ночь, было холодно и сыро. Камина не оказалось, поэтому отогреться пришлось крепкой настойкой, которую принес все тот же Мазуф. Обжигающая жидкость начала постепенно согревать желудки и тела магов.

– Как спалось? – спросил вошедший в дом переписчик.

– Гораздо лучше, чем лежать у костра на улице, – просипел сонный Брам.

– Что ж, друзья мои, я рад, что вам понравилось. Мне придется вас немного расстроить. Ваш корабль отплывает позже, чем мы планировали до этого.

– Что-то случилось?

– Нет-нет. Ничего страшного, – поторопился объясниться Мазуф, – просто никто не ждал такой близкой встречи с зимой, поэтому все пошло немного не по плану. Из-за сильного ветра, вечной метели, сугробов. Корабль подготовят быстро, а вам нужно немного подождать в порту, так как не могу сказать точного времени отправления. Но как только капитан даст мне знать, что отправляется, я тут же примчусь с вестями.

– Мы можем остаться в этом доме? Не очень хотелось бы мерзнуть на улице, нам уже и так этого хватило с лихвой.

– Конечно! Все для гостей нашего порта. Если захотите на славу поесть, то через шесть домов отсюда стоит замечательная таверна. Скажу вам откровенно, местный повар там готовит отменную баранину. А их эль… просто неземной восторг! Говорят, что его делают по тайному рецепту древних гвермондов! Поэтому обязательно закажите его к еде. К баранине, конечно же.

– Обязательно закажем, дорогой Мазуф. Благодарим тебя за твою доброту к нам, – вымолвил Брам.

– Да бросьте вы! Мне всегда приятно помочь нашим гостям. Со мной не так часто общаются. Обычно диалог короткий. Запиши этот корабль, запиши тот. Внеси еще несколько имен и так далее. Уже больше двадцати лет занимаюсь писаниной, и хоть бы кто поговорил со мной по душам.

– Долго добираться на корабле? – вопросил Арион.

– Трое суток – самое меньшее.

– Не своим ходом, так что не так плохо.

– Путь будет быстрым, вот увидите, – успокоил гостей Мазуф. – По правде говоря, зимой гораздо труднее перенести плавание. Холодно все-таки. Но я дал вам шерстяные накидки, так что совсем уж не замерзнете.

– Да, спасибо тебе за все еще раз! – выпалил Брам.

– Не стоит, не стоит. А теперь простите меня, нужно идти выполнять работу. Мне еще предстоит составить список экипажа корабля, идущего до правого материка. Да, кстати, не забудьте заказать эль! Много пить не стоит, вы все-таки на корабль собираетесь. Еще вывернет на палубу, а потом придется ловить вечно недовольные взгляды матросов. А они люди жесткие, суровые. Магов не очень жалуют.

– Мы ведь вам не говорили, что мы волшебники, – прервал переписчика Арион.

– Не говорили, да по вам видно. Вы хоть и потрепанные, но аккуратные. Воины и простые работяги даже смотрят на мир по-другому. Взгляд у них… жесткий. Как будто целыми днями смотрят на смерть. А чародеи себе такого не позволяют. Глаза добрее, наверно. Ладно, извините, я побежал. – Мазуф не успел услышать слова прощания, как уже выскочил из дома, вогнав внутрь морозную свежесть.

Маги по наставлению корабельного переписчика сходили в таверну и попробовали еду местного повара. На удивление, это была самая вкусная баранина, которую они когда-либо ели. Эль заказывать так и не стали.

– Если честно, не совсем пойму, ради чего мы так долго идем. Что именно должны решить в замке Вечного Снега? – спросил Арион, вернувшись в дом.

– Понимаешь… ты – феникс. Кажется, так сказал Морн. И в этом он абсолютно прав. Гвермондов с силой пяти стихий нет. Никто за ними не следит, больше они нигде не живут. Их просто даже нигде не обучают. Когда каждый из учеников академии получает свою судьбу в виде пламени камня Фаталиты, то все они знают, где обучаться дальше, в чем им лучше практиковаться. Наши редкие некроманты отправляются в замок Вечного Снега, но им повезло, так как только они могут пользоваться порталом некромантов. Поэтому они переправляются из академии Гринштам в замок за считанные секунды. Никаких проблем. Делают шаг и все. Готово. Остальные выбирают себе путь сами. Кто-то отправляется на правый материк, кто-то остается в академии, чтобы продолжить свое обучение, правда уже самостоятельно. Таких, правду говоря, очень мало. Все ведь хотят быть взрослее и сразу отправляются на поиски приключений. – Брам сделал незначительную паузу, откашлялся. – А что с тобой делать? Никто не знает, кому лучше взяться за обучение такого сильного мага. Никто даже не знает, почему ты появился на свет.

– А почему именно в замок Вечного Снега? Почему такой вопрос не решили в нашей академии?

– Такие серьезные решения не может принимать наш лорд-декан. Поэтому он сразу же написал письмо королю замка Вечного Снега. Элизару.

– И какое же решение они могут принять?

– Не знаю, думаю, что будут собирать совет. Надеюсь, меня на него допустят. Хочу знать, что они будут говорить. Не зря ведь я столько времени тащусь с тобой.

День близился к полудню. Снежные хлопья перестали посыпать землю. Маги смогли вдоволь отогреться перед своим последним рывком. На улице послышался гогот человека и крики кого-то еще.

В дом ворвался Мазуф, распахнув дверь настежь.

– Простите за шум, друзья мои. Иногда приходится кричать на пьяниц, околачивающихся возле домов и кораблей. Некоторые даже пытаются незаметно пробраться в трюм. Но в их состоянии это довольно сложно сделать тихонечко. Ну ладно, не буду вам рассказывать такие мелочи. Я к вам с новостью! Ваш корабль готов и отправляется через пятнадцать минут! Прошу на палубу!

Чародеи встали, взяли свои вещи, накинули шерстяные накидки и отправились прямиком за переписчиком.

Перед ними предстала огромная махина с опущенными парусами и красиво вырезанными по дереву головами различных созданий и чудовищ на бортах коробля. На палубе шумно бегали матросы, а рядом с ними уверенно ходил и следил за всем капитан корабля.

Путники поднялись на корабль.

– Счастливой дороги! – крикнул им вслед Мазуф.

– С ним и правда мало кто общается, – заметил Брам вслух.

– Спасибо! Удачи вам! – крикнул в ответ Арион, затем повернул голову к Браму и добавил: – Да уж, это правда. Таких, как он, еще поискать надо. Добрых людей нужно замечать чаще.

– Здесь я с тобой согласен.

Когда маги поднялись, на палубе их сразу же встретил капитан корабля. Он был маленького роста, с толстым от пива животом и пышными рыжими усами.

– Добро пожаловать, – низким басом процедил он сквозь зубы и клок волос под носом. – Меня зовут Рувьель, я к вашим услугам. Вы те два мага, про которых мне сказал Мазуф?

– Именно, – подтвердил Брам.

– Проходите. – Рувьель отошел в сторону, указывая рукой в отдаленную часть корабля. – Там вы сможете найти свою каюту. Много удобств она не обещает, всего лишь две койки и… ах, да, только две койки.

Путешественники прошлись по палубе. Никто из команды корабля не обращал на них внимания, все были заняты последними приготовлениями перед отплытием. Грозный низкорослый капитан выкрикивал команды, подгоняя своих подчиненных. Он явно не любил, когда отправление корабля приходилось задерживать.

– Чертова зима пришла! – кричал он.

– Так точно, капитан! – отвечали матросы.

– Мы и так задерживаемся, олухи! Быстрее шевелите ногами!

– Так точно, капитан!

– Еще немного и эта посудина превратится в глыбу! Заставьте двигаться себя и этот корабль!

– Так точно, капитан!

– Сколько вас можно ждать?!

– Так точно, капитан!

И так далее. Вся команда корабля привыкла к хмурому и твердому характеру капитана Рувьеля. Никто даже не обращал внимания на то, что́ именно он выкрикивал в их адрес. Он мог оскорблять их, унижать, приказывать, советовать дельные вещи. Никто его даже не слушал, но при этом, каждый отлично выполнял свою работу.

Брам и Арион поднялись к мысу корабля, осматривая дали, которые им предстояло покорить. Морское пространство с детства пугало Брама. Неизученные никем пучины могли таить в себе огромное количество страхов. Стихия, которую нельзя было полностью обуздать, подчинить себе. Если природа захочет что-то сделать в море, она сделает. Лириан сделает. Кто угодно, но не жители материка. И вот однажды, когда этого никто не ждал, сила морей пробудилась. И началась война. И из воды вышли глуры.

Воспоминания пробежали легкой дрожью в сознании профессора академии. Мирная жизнь. Где-то там. В академии. Скоро Брам вернется к своей привычной деятельности, он это точно знал.

– В море ведь ничего произойти не может? Никаких чудовищ, катаклизмов? – спросил Арион, пытаясь что-то высмотреть вдалеке.

– Катаклизмов, наверно, не предвидится. А вот по поводу морских созданий я тебе ничего обещать не могу. Мы, по идее, никого не должны встретить. Но даже в заброшенных Валунских горах мы повстречали многоножку и того старика. Что же мы можем еще ожидать от нашего путешествия?

– Каждый раз что-то происходит.

– Правильно заметил некромант, которого мы увидели в деревне. Что-то происходит. Что-то меняется. Я чувствую это всем нутром. Нестабильность нашего мира нарушена. Я только сейчас это понял.

– Считаешь, что нам что-то угрожает?

– Что-то или кто-то… я не знаю… мир меняется. Материк меняется. Это витает в воздухе, но мало кто замечает хоть что-то.

– А каков король замка Вечного Снега?

– Элизар? – Брам потер свою щетину. – Он…

– Скажи честно, я хочу знать.

– Боишься, что приговор в отношении тебя будет жестоким?

– Немного переживаю.

– Ты ведь не преступник какой, Арион, а простой выпускник академии. Хорошо, не очень простой, но все же выпускник, и ты ничего плохого не сделал. Не думаю, что тебя сошлют куда-то далеко, лишь бы тебя никто не видел. Казнить тебя тоже никто не собирается.

– И все же. Я никогда не был знаком с королем Элизаром. Никогда не видел, как он выглядит.

– Я тебе скажу откровенно. Элизар – самый жесткий и суровый властитель. Но, в свою очередь, он и самый справедливый. Понимаешь, такой человек, как он, мало ошибается. Любой его приговор является верным. Каждое его решение он объясняет, чтобы понятно стало всем. Иногда говорит прямо, иногда любит философствовать. Но он никогда не раскидывается приказами, как избалованная своими прихотями королевская девица. В каждом его слове, даже самом жестком на первый взгляд, есть мудрость и смысл.

Рассказ Брама прервали крики Рувьеля:

– Поднять якорь! Отправляемся в путь!

Железная цепь неистово загромыхала, поднимаясь вверх. Капитан занял свое место, внимательно наблюдая за двумя чародеями. Корабль двинулся, и ветер стал морозно обдувать лица магов.

– Например? – поинтересовался гвермонд.

– Что?

– Приведи пример его приговоров.

– Однажды, когда один человек провинился, король Элизар приказал его казнить. Причем сделать это публично, чтобы видели все. На площади моментально установили эшафот, привели виновного. Но перед тем как отдать его в руки смерти, Элизар лично вышел на площадь и встал пред народом.

– И что же он сказал людям?

– Попробую процитировать его слова. Но не дословно. «Внимание! Посмотрите на этого преступника, повинного в смерти своей жены и дочери! Погибли они по вине пьянств данного человека! Выражаясь фигурально, человек – сосуд, который можно наполнить знаниями, мудростью, умом. Перед вами пустой, даже разбитый сосуд, который нельзя восстановить ни при каких обстоятельствах. Именем всех Богов и Бога Лириана, я приговариваю виновника к смерти».

– Это было сказано по-философски? В этом был смысл?

– Еще какой. Нужно было видеть того подонка, которого трясло под лезвием секиры палача. По рассказам местных, его трясло перед распростертыми руками смерти. Но сам он убил своих любимых по своей глупости. Элизар сказал очень точно и верно. Разбитый сосуд, которому не помочь. Можно лишь выбросить. Так и поступили.

– Значит, строгий, но справедливый.

– Да, не бойся его решений. Повторюсь, ты не преступник. Не вор и не убийца. Он поможет тебе, я уверен в этом.

– Поверю на слово. Становится холодно, может, в каюту?

– Верно говоришь, идем.

Корабль рассекал морские просторы, подобно сколу горы, стремящемуся вниз. Голубые волны бились о борт корабля, хлестко обвивая их крепкими щупальцами, но отпуская через мгновенье.

Капитан Рувьель нервно покуривал трубку, стоя за штурвалом. Сизые кольца поспешно улетали за спину низкорослого и толстого мужичка. Матросы внимательно следили за происходящим на палубе, но некоторые давали себе время передохнуть, отдышаться.

Ветер оказался сопутствующим. Паруса максимально изгибались под его порывами. Рувьель был доволен быстротой его судна. Чем быстрее они доберутся, тем быстрее он сможет закинуть в себя кружку другую качественного пива. На корабле же никто себе не позволял дурмана. Строгие правила в плавании помогали команде и кораблю жить долго и довольно счастливо. Любое неповиновение наказывалось даже королем Элизаром. Однажды один из матросов позволил себе тайком пронести крепкий напиток на палубу, а затем, уединившись в трюме, выпил его залпом. Элизар тогда посадил бедолагу в подземную тюрьму на целый месяц.

Два чародея сидели в своей каюте на койках, мерно раскачиваясь то в одну сторону, то в другую.

– Выглядишь плохо. Побледнел, – заметил Арион, смотря на мучающегося спутника.

– Не привык к плаваниям, укачало немного.

– Гвермондов не укачивает, такие мы с рождения.

– Не болеете, не укачивает, вам вообще во много свезло в жизни. Люди себе такого позволить не могут.

– Ха-ха-ха-ха, – рассмеялся Арион.

– Чего смешного я сказал?

– Ничего, просто забавно. Знаешь, главное – держать свой внутренний стержень. Без разницы, к какой расе ты принадлежишь. Нужно быть сильным самому по себе и никогда не ломаться.

– Это твои слова? – процедил сквозь зубы уже позеленевший Брам.

– Нет. Их сказал кто-то из профессоров нашей академии. Не помню, кто именно, но слова действительно мудрые.

– Они мудрые. Правда сейчас мне это не поможет.

Дело приближалось к вечеру. Корабль так и не сбавлял обороты, стремительно несясь по волнам и преодолевая огромное морское расстояние. Маги поели и вышли из каюты. Браму стало легче на свежем и ледяном воздухе. Цвет лица возвращался к нормальному оттенку.

Гостей заметил капитан, который не выдержал и решил пообщаться:

– Эй, волшебнички, как настроение?

– Замечательно, – заторопился ответить Арион.

– Если так и дальше пойдет дело, то мы приплывем гораздо быстрее, чем предполагали. Попутный ветер нам в помощь.

– Слава Лириану за такую чудесную помощь! – возрадовался гвермонд.

– Да уж, спасибо Богам. Уже не терпится ступить на землю.

– Я думал, что мореплаватели любят море.

– Много думаешь, – брезгливо фыркнул Рувьель. – Море я люблю, но бабенок и пиво тоже люблю.

Брам прошелся вдоль палубы, не обращая внимания на хамоватого капитана. Арион проследовал за ним. Неугомонный Рувьель не унимался и что-то говорил им вслед, но чародеи не слышали его.

– Совсем скоро мы прибудем в замок. Еще немного, – строгим тоном произнес Брам.

Арион в ответ промолчал, томно смотря в непроглядные дали.

Облачное утро. Брам проснулся в каюте, сел на край койки, свесил ноги и коснулся босыми ступнями холодного деревянного пола. Ариона рядом с ним не оказалось, но насторожило его не это. Что-то непривычное для моря было вокруг. И вдруг он понял. Первое – корабль никуда не двигался. Второе – тишина. Было слишком тихо. Ни плеска воды, ни бесконечного топота матросов, ни выкриков причудливого капитана.

Маг вышел на палубу, но никого вокруг не увидел. Ни одной живой души. За штурвалом никого не было. Матросы пропали. Ариона не было видно. Корабль мирно стоял на месте. Брам проверил трюм – никого.

– Эй! – крикнул он в пустоту, надеясь привлечь внимание хоть кого-нибудь. Но он был один.

– Арион! – Брам прошелся к капитанскому мостику. – Рувьель!

Никто не отзывался. В морозной тишине послышались всплески. Чародей сразу же подбежал к планширу, откуда послышались звуки. Он перегнулся, давая себе возможность рассмотреть правый борт корабля.

Мелкие пузыри. Что-то неведомое бурлило из недр самого моря. Это было что-то манящее. Браму казалось, что он смотрит на самую драгоценную вещь в мире. Почему у него были такие мысли, он даже не задался вопросом. В голове был туман, рассеять который никак не получалось. Маг впился в одурманенное чувство жесткой хваткой, словно зверь схвативший зубами свою жертву.

Вода манила его, просила прийти к нему. Разговаривала с ним.

Брам послушался.

Его тело перевесило за борт, и он тяжело упал в воду, хватая ее распростертыми руками, как будто хотел обнять родную мать, с которой не виделся несколько лет. Задержать дыхание волшебник успел, но надолго ли его хватит? Ему не хотелось сопротивляться, всплывать обратно, вдыхать полной грудью свежий воздух. Вода была ледяной и сковывала любые движения. Мышцы начинали неметь. Брам и не думал себя спасать или начинать паниковать.

Но кто-то стал тащить его вверх. Чародея поднимали, но ему хотелось обратно. В самую пучину. Тело оказалось над водой. Брам приходил в себя, но теперь у него был шок.

– Человек за бортом! – дьявольски кричали с палубы.

Брама начали втаскивать обратно на корабль, предварительно привязав его к веревке. Спас его один из крепких матросов, который уже давно не боялся холодной воды морей.

– Брам! Брам! – закричал знакомый голос, когда самого мага окончательно опустили на палубу.

Его всего трясло. Изо рта вылились остатки воды, которыми он успел нахлебаться незадолго до спасения.

– Как вы?

– Что случилось?

– Как это произошло?

– Брам? Ты слышишь?

– Разойдитесь! По местам! Э! Ты как?

Многочисленные возгласы летали над неподвижным телом волшебника. Говорили все, но узнал Брам только двоих. Арион и Рувьель. Капитан разогнал матросов, приказав им работать дальше.

В глаза ударил яркий свет. Двое знакомых лиц над магом были довольно четкие, но со временем начали расплываться. По воздуху поплыли черные точки. Их становилось все больше и больше. А потом Брам провалился в черную дыру.

В сознание он пришел уже в своей каюте. Теперь все было как надо. Шумно плескались волны. Корабль кренило то влево, то вправо. За дверью каюты раздавались голоса команды и ворчащего капитана. Рядом, на соседней койке, сидел Арион, внимательно разглядывая очнувшегося Брама.

– Голова болит.

– Ты с такой силой ударился об воду, не удивляюсь, почему она у тебя болит, – ответил ему гвермонд.

– Что случилось?

– Не знаю, я проснулся раньше тебя, вышел посмотреть на море, после чего поднялся к Рувьелю. Да, он мне немного не нравится, но мне было скучно, я решил с ним поговорить про море. А потом смотрим, ты вышел на палубу, оглянулся, на нас не обратил никакого внимания, после чего подошел к борту и прыгнул вниз. Мы подняли панику и сразу же бросились на помощь. Хорошо хоть ветра не было, корабль шел довольно медленно. А если бы его несло, как вчера, то не знаю, где бы мы тебя сейчас искали.

– Я ведь… – Брам стал вспоминать отрывки того, как искал людей на корабле, – ведь я искал вас… вас всех. Никого не было на палубе, а корабль стоял неподвижно.

– Клянусь тебе, все было не так.

– И где же правда?

– Думаю, капитан сможет ответить. Пойдем, спросим. Ты в состоянии ходить?

– Да, мне как раз нужен свежий воздух.

Маги вышли из каюты и направились прямиком к Рувьелю. Не успели они спросить, как капитан начал задавать вопросы сам:

– О, как самочувствие? Не промерз до мозга костей? А то волшебнички-то слабоваты для таких приключений.

– Давай без оскорблений, а то покажу тебе настоящую силу волшебничков, ясно? – оскалился Брам, держась за больную голову.

– Ладно, ладно, чего ты, – сразу же успокоился Рувьель, вытащив дымящуюся трубку из зубов.

– Что произошло? Мне казалось, что на корабле никого не было, а потом провал в памяти, и я оказался в воде.

– Такое бывает, не страшно, – объяснил капитан.

– А подробнее можно? – настаивал Арион.

– Можно. Мы нарвались на косяк.

– Какой еще косяк? – не унимался Арион.

– Самый обычный. Косяк русалок.

– Разве про русалок говорят косяк? Так ведь про рыб обычно.

– Ты видел этих тварей с хвостами? Рыбы большего уважения заслуживают, чем эти дьяволицы морские. Ты их встретил в воде?

– Нет. – Брам отрицательно покачал головой. – Так почему я спрыгнул в воду?

– Такое часто происходит, но вам, как говорится, повезло. Русалки иногда выбирают себе жертву на расстоянии, а потом человек начинает бредить, видеть то, чего другие не видят.

– То есть я один видел, что корабль стоит? Они меня заманивали?

– Один. Выбрали тебя, уж не знаю по каким причинам. Везунчик, одним словом. Да и вообще благодари, что успели тебя вытащить, пока они тебя совсем на дно морское не утащили. Тут бы тебе уже никто не помог.

– Я слышал, что те, кого уводят русалки, остаются жить с ними навсегда, это правда? – спросил Арион.

– Еще чего. Брехня для детей. Русалки уводят жертву с собой, потом окружают ее, хватают за руки, ноги и голову и тянут со всей силы, пока беднягу не разорвет на пять частей. Все твое тело они съедают.

– Жуть, – прошептал Арион.

– Не то слово, – сказал Рувьель и засунул табачную трубку обратно в рот.

Корабль вновь поймал попутный ветер, развивая скорость на бесконечных просторах. Приплыть они должны были раньше обещанного времени, примерно к началу вечера следующего дня.

Наступившее утро оказалось холоднее обычного. Брам уже начал уставать от постоянной качки корабля, хоть его уже и не тошнило. Но от одной мысли, что они скоро ступят на твердую землю, ему становилось легче. Никаких происшествий за день не случилось. А ближе к вечеру маги услышали прекрасные новости, доносившиеся с грот-мачты.

– Вижу землю, капитан! – кричал один из матросов.

Чародеи вышли из каюты и подошли к носу корабля.

– Земля, вижу, – облегченно сказал Арион.

– Я вот ничего не вижу пока, – щурясь, сказал Брам.

А затем он увидел. Снежные края острова, где располагался замок Вечного Снега, увеличивались в своих размерах с приближением корабля к порту. На берегу стояло множество простых рабочих, а рядом с ними десяток стражи с оружием и факелами.

Труженики дожидались своей работы, ведь корабль, в основном, перевозил груз для замка, иногда подбирая таких путников, как Брам и Арион.

– Вот мы и прибыли, – громко объявил Рувьель. – Добро пожаловать, волшебнички, – брезгливо добавил он.

Корабль подобрался к порту вплотную, после чего вовсе остановился. Якорь был опущен. Для перехода на землю положили сходни. Первыми спустились маги. К ним тут же подошли двое стражников.

– Брамсвелл – профессор академии?

– Да.

– Арион – выпускник академии?

– Да.

– Его Величество вас ожидает. Король Элизар приказал сопроводить вас от корабля до замка. Пройдемте с нами. – Один из стражников махнул рукой, показывая, чтобы маги пошли вслед за ним.

      В итоге в сопровождении оказалось три стражника, которые провели волшебников по тропе, ведущей от порта через небольшую опушку. Свернув после нее налево, они наткнулись на транспортное средство, готовое их довезти до самого замка.

– Дилижанс? А почему не простая повозка? – удивился Брам.

– Король Элизар приказал подать дилижанс во избежание переохлаждения на обычной повозке. – Стражник открыл дверцу транспорта. – Прошу вас, заходите.

Маги залезли внутрь, устроившись на двух задних мягких сидениях. Двое стражников уселись напротив них, а третий сел около извозчика.

– Но! – прохрипел кучер, дергая за поводья.

Дилижанс дернулся и покатил по засыпанной снегом тропе. Мимо окон медленно проплывали деревья. Елки, в основном. Где-то с ветки на ветку перепрыгивали белки, заставляя сотрясаться все дерево. Пейзаж выглядел умиротворено, магам даже не верилось, что после такого путешествия в жизни может быть так спокойно.

– А какая вероятность, что на нас нападут разбойники? – неожиданно для себя спросил Арион.

Двое стражников покосились друг на друга, и один из них ответил с улыбкой на лице:

– У нас тут нет разбойников. Даже если кто-то и осмеливается им стать, стража Величайшего короля Элизара не оставляет ему шансов. Порядки у нас здесь строгие, так что людям за пределами замка и города бояться нечего. Волков только. Но они в лесу, туда обычно никто не ходит просто так.

Цоканье копыт приятным эхом раздавалось по всей округе. Брам внимал этому звуку, словно пытался сам себя загипнотизировать. Ему хотелось поскорее добраться до замка. Он точно знал, что Элизар примет гостей, как старых друзей, ведь ему написал сам лорд-декан – его старый приятель.

Путь оказался не таким уж далеким, как изначально предполагали маги. Минут через двадцать они увидели величие замка Вечного Снега. Дилижанс остановился прямо перед главными воротами города, в центре которого и возвышалась заветная крепость.

– На выход, – скомандовал один из стражников.

Чародеи послушно вышли на улицу. К дилижансу подошли еще четверо стражников, стоявшие у самих ворот в город.

– Обычная проверка экипажа, не переживайте. Мало ли кто вздумает бунт учудить или попробует незаконно провезти оружие. Как только проверят, поедем дальше, – успокоил стражник.

– Наверно, мы пешком можем пройтись, хочется отдышаться после корабля, спокойно пройтись.

– Ну, как знаете. Эй, Алгур! Пропусти наших гостей, их ожидает король Элизар к себе в гости!

– Так точно! – отозвался седовласый мужик, стоявший ближе всех к проходу в город.

Врата открылись, и маги молча прошли через них.

Глава 8. Один суд

Прямая дорога от главных ворот до входа в сам замок, была выложена брусчаткой. Новоприбывших гостей внимательно рассматривали со всех сторон. Местные жители знали всех и каждого в лицо, так как их остров был отделен от всех материков, поэтому люди здесь особо не менялись и никуда не уходили. По этой причине у всех здешних обитателей были довольно консервативные взгляды на жизнь.

Двое прибывших чародеев не останавливались ни на секунду, пока не дошли до заветного места. Они оказались возле огромных резных ворот.

– Вот мы и здесь, – констатировал Брам.

– Идем?

Но не успел Брам постучать в ворота, как они открылись, и перед волшебниками предстал человек, полностью одетый в тканевое одеяние с золотистыми росписями.

– Добро пожаловать, – сказал он. Голос его был чересчур тонкий для мужчины, не хватало гортанной хрипотцы. – Дорогие гости, мы вас уже давно ожидаем. С тех самых пор, как получили весточку от вашего лорда-декана. Прошу за мной. – Мужчина удалился вглубь замка.

Чародеи прошли внутрь, проследовали за незнакомцем по коридору и вышли в большой зал, видимо, предназначенный для заседаний совета короля. Посреди комнаты стоял круглый стол. В его центре расположился шандал.

– Вам надо будет немного подождать, – сказал мужчина в золотистом одеянии, после чего вышел из зала.

Магам не пришлось скучать и томиться в ожидании. Дверь вновь открылась, и перед ними предстал статный мужчина с длинной бородой, карими глазами и наполовину седыми волосами.

– Ваше Величество, – Брам упал на колено и преклонил голову.

Арион вовремя опомнился и повторил маневр, совершенный его спутником.

– Бросьте вы, поднимайтесь, – заговорил Элизар. – Вы такой путь огромный проделали, чтобы стоять передо мной на коленях? Вас и так потрепало, я-то уж вижу.

Чародеи одновременно и одинаково поднялись с колен, словно зеркальные отражения.

– Мы невероятно рады, что добрались до вас, король Элизар, – проговорил Брам, нервно сглотнув слюну.

– Сегодня же начнем созыв совета. Будем решать, что делать с нашим дарованием. – Элизар посмотрел на Ариона. – Иногда природа вытворяет чудеса, не так ли, молодой гвермонд?

– Так оно и есть, Ваше Величество, – тут же ответил Арион.

– Хорошо, тогда попрошу созвать совет примерно через час. Вам мы предоставим комнату, где вы сможете отдохнуть. Неохота ведь после дороги по морозу гулять?

– Ваше Величество, я бы хотел попросить вас разрешить мне присутствовать на собрании совета лично, – сказал Брам.

– Из каких это соображений?

– Я рисковал многим, ведя этого юношу через все тропы до вашего великого замка. Разрешите мне участвовать в совете, я хочу знать его судьбу из первых уст.

– Хорошо, позволю тебе. Через час ты должен будешь явиться в этот самый зал, где мы сейчас стоим. В совете будут принимать участие шесть старейшин, а точнее доверенные мною лица. Плюс я и ты. Итого восемь человек. Гвермонд будет ждать в выделенной для него комнате, либо может заниматься своими делами за пределами замка. Его на совет я не могу пустить. Негоже обсуждать человека в его присутствии.

– Да, Ваше Величество.

Час до начала собрания оказался самым долгим и мучительным для волшебников. Даже все время, затраченное на путешествие от самой академии Гринштам, не тянулось столь долго.

Король Элизар, как и обещал, выделил для путников отдельные хоромы, в которых им удалось отдохнуть и отогреться. Брам наблюдал в окно за падающими снежинками, полностью отдавшись своим раздумьям, а Арион нервно шагал из одного угла комнаты в другой.

– Пойду в замок, – спокойно сказал Брам.

– Надеюсь, все будет хорошо.

– Не переживай, я же говорил, ты не преступник.

К моменту прихода Брама, в зале уже собрались все участники совета, кроме короля Элизара. Маг уселся на один из свободных стульев. Из всех сидящих он узнал одного человека – мужчину с тонким голосом.

После Брама в зал вошел и сам король. Все присутствовавшие встали в знак приветствия.

– Я объявляю созыв совета открытым, прошу всех присесть, – громко объявил Элизар, присаживаясь на свое место. – Прошу вас заметить, что сегодня с нами еще один человек, который будет принимать участие в совете. Его зовут Брамсвелл, и сегодня он имеет право принимать участие в нашем собрании.

Участники кивнули в знак почтения.

– Я хочу заметить, что Брамсвелл играет немалую роль в жизни гвермондов, так как он входил в тайный отряд по уничтожению Валунских гвермондов.

Элизар прекрасно знал об этом, как и все участники совета.

– Итак, – вновь заговорил король, – объясню ситуацию в двух словах. Как мы все знаем, Валунские гвермонды, обладавшие силой пяти стихий, были уничтожены. Причины некоторым известны, но суть не в этом. Люди наших материков живут в мире с обычными гвермондами, которые не имеют никакого отношения к горным жителям, да и не обладают такой силой, как они. Но случилось страшное, даже жуткое для многих. На свет родился Арион Сток. Камень Фаталиты, что находится в академии Гринштам, показал юному гвермонду огни всех пяти стихий. Лорд-декан Фаллард попросил меня о помощи, так как никто не знает, что же делать с Арионом в дальнейшем. Его судьба никому не известна, а предпринимать что-то требуется. С такой потенциальной мощью, которой он обладает, нужен жесткий контроль. Брамсвелл, скажите совету, что по пути в замок было необычным? Может, проявление мощи, которой не должен обладать выпускник академии? Расскажите нам про Ариона.

Все члены совета повернулись к Браму, ожидая от него подробного рассказа. Сам же маг немного засмущался. Он ожидал более мягкого разговора, принятия решения короля о том, где Арион сможет обучаться в дальнейшем. «Жесткий контроль». Вот, что им действительно всем требовалось. Этого Брам и боялся, ведь никто и не моргнул глазом, когда создавали тайный отряд. Только вот он успел привязаться к своему спутнику.

– Мы внимательно слушаем, – настаивал Элизар.

Брам не знал, что именно сказать. Нужно поведать о том, что было на самом деле. Хуже не станет. Ариона не повесят прилюдно. Но кто знает?

– Он про… – Брам запнулся, откашлялся, а затем продолжил: – Он несколько раз проявил силу, которая неподвластна юному выпускнику академии.

– Нам нужны подробности, нужно знать, с чем мы столкнулись, – грозно проговорил король.

– Я бы отметил три момента проявления его возможностей. Я тоже входил в число очень сильных боевых магов в его возрасте, но я тренировался день и ночь, не спал, чтобы добиться результата. Работал на износ, опустошая всю свою магическую силу под конец дня. Но Арион все это делает без каких-либо тренировок. Первый случай был, когда он использовал направленный огненный поток. Мы бились с вурдалаками в лесу Синих Волков. Поразительно большой поток, я бы сказал. Потом возле Валунских гор он применил направленную молнию и поразил ею точно в цель.

– Направленная молния?! – взревел один старик с белыми волосами по пояс. – От выпускника академии?! Невозможно!

– Тишина! – зарычал король. – Мы все удивленны не меньше твоего, Луриус, но дай договорить нашему гостю. Брамсвелл, пожалуйста, продолжай.

– Да, конечно. Третий случай не такой шокирующий, как предыдущие два, но привлекает к себе внимание. Арион совершенно спокойно смог удержать огненный сгусток в своих руках. Он идеально его контролировал, когда даже маги стихии огня учатся такому не один день. Ему же удалось это с первой попытки.

В зале поднялся гул. Каждый из членов совета начал шептать что-то недовольное себе под нос, из чего и сложился шум.

– С ним надо что-то делать. Молодой гвермонд, обладающий такой силой, не может сам по себе спокойно ходить по нашим материкам. Он пока ничего не понимает, но ведь ему когда-нибудь расскажут о его настоящей силе, – сказал еще один член совета.

– А если он захочет воскресить отряд глуров? – сказал другой старейшина.

В зале повисла тишина. Все нервно переглянулись, ожидая услышать разумное мнение хоть от кого-то. В разговор вмешался Брам:

– Что за чушь? Зачем Ариону поднимать мертвую армию наших врагов из моря? У него огромная сила, а не отсутствие мозгов.

– Нельзя исключать любую возможность, – сказал Элизар. – Мы здесь принимаем важное решение, у которого могут быть серьезные последствия. Если таковым есть место, то нужно продумывать все заранее. Проще не баловаться с огнем в избе, чем потом тушить весь дом. Господа, есть какие либо предложения? Луриус, что скажешь?

– Нужно избавиться от него.

– Нет! – взревел Брам. Сердце его учащено забилось.

– Успокойся. Избавляться нам от него сейчас нельзя. Слишком многое поменялось со времен войны. Так что его смерть вызовет бурную реакцию, за которою нам потом придется отвечать.

– Тогда его нужно изолировать, хотя бы временно. Нельзя ведь его отпускать обучаться дальше.

– Возможно. – Элизар кивнул.

– Ваше Величество и уважаемые старейшины, наверно, я чего-то не понимаю, но не могли бы вы мне объяснить хоть одну рациональную причину того, почему здесь принимается решение об уничтожении или изоляции Ариона Стока? – промямлил Брам беспомощным голосом.

– Во-первых, – начал король, – ты сам входил в число тайного отряда. Вы безжалостно убивали Валунских гвермондов, а сейчас ты пытаешься защитить одного из них. Во-вторых, на создание тайного отряда было немало причин, ты, наверно, и сам догадываешься о них.

– Неучастие в войне могло означать, что гвермонды воскресят глуров?

– Верно.

– Они нашли захоронение древнего существа в недрах гор Близнецов, что еще сильнее доказывало то, что они что-то затевали?

– Верно.

– Какие же еще причины могут вас так настраивать против Ариона? Он один такой на всем свете.

Элизар обвел всех взглядом.

– Один, но он может породить потомство. Вдруг у него получится еще один отпрыск с гвермондской стихией? Что нам тогда делать? Вновь создавать отряд?

– Они даже знать не будут о жизни и идеях их павших в бою сородичей. Почему вы решили, что они тоже захотят пойти на войну против всех?

– В них это заложено, они всегда были и будут отшельниками.

Брам на этом сдался. Он не знал, что еще добавить. В этот момент он понял, что судьба Ариона совсем не в его руках. Даже его голос на совете ровно ничего не будет значить.

– Хорошо, объявляю начало голосования. Поднимите руки те, кто считает, что Ариона нужно отпустить и позволить ему спокойно жить на материке Лириана?

На удивление трое участников совета подняли руки, включая Брама.

– Поднимите руки те, кто считает, что Ариона нужно казнить?

Двое старейшин, не проронивших ни единого слова за все время обсуждения, подняли руки. Брама успокоила мысль, что их было всего двое против троих, значит, о казни можно было забыть.

– Поднимите руки те, кто считает, что Ариона нужно посадить в подземную тюрьму до принятия решения?

Вверх поднялись две руки. Брам облегченно выдохнул, успокоившись, что победило решение об освобождении юного выпускника. Но затем поднял руку и сам Элизар.

– Итак, – выдохнул король, – у нас три голоса за освобождение и три голоса за подземную тюрьму. Господа, предлагаю всем еще раз все обдумать и принять правильное решение, а пока мы откладываем наш совет. Жду всех в зале через два часа. Собрание совета объявляю закрытым.

Старейшины поднялись со своих мест и направились к выходу. Брам продолжал еще какое-то время сидеть на стуле, не понимая, что происходит. Все удалились. В комнате остался только сам король Элизар и маг с потупившимся взглядом.

– Как же вы допускаете мысль, чтобы посадить Ариона в тюрьму?

– Брамсвелл, ты видел, как голосуют старейшины. Я их поддерживаю в этом вопросе, но пока у нас вышло спорное голосование. Ты и твой спутник выглядите потрепанными. Пойдем, я прикажу приготовить для вас горячие ванны. Отмоетесь наконец, а то… – Элизар принюхался. – А то от вас уже пахнет скверно.

– Думаете подкупить меня горячими ваннами?

– И в мыслях не было. Просто тебе нужно расслабиться. И да, Ариону ничего не говори, а то удумает еще побег. Помни, если захочешь ему что-то рассказать до окончания второго созыва совета, я прировняю это к предательству короля. Это я понятно говорю?

Брам ничего не ответил, кивнул головой и направился к выходу.

– И попробуйте только отказаться от королевской ванны! Смердит, как от запойного разбойника из таверны!

Волшебники находились в доме, где их никто не трогал до определенного момента. Хоромы стояли вплотную к замку и были всегда готовы к приему важных гостей. Брам сидел в спальне с хмурым лицом, Арион находился рядом и все пытался выудить, что же сказали на совете.

– Ничего пока не ясно, скоро будет второе собрание.

– Думают, к какому учителю меня отправить дальше? – с надеждой в голосе спросил гвермонд.

– Вроде того, – соврал Брам, стиснув свои зубы от напряжения. В груди его щемило от волнения.

В комнату вошла молодая и красивая девушка. Ее появление заметили случайно, увидев лишь силуэт пришедшей фигуры. Шагов ее не было слышно, шла она очень тихо, стараясь передвигаться на мысках.

– Уважаемые гости, ваша ванная комната готова. Нужно будет натереть вас?

– Нет, – ответил Брам. – Спасибо большое, мы сами справимся.

Маги уже и забыли, что такое опуститься всем телом в горячую воду, получить неимоверное расслабление и забыться в моменте наслаждения. Но даже при такой обстановке Брама не покидали мысли, что по отношению к Ариону предпримут не лучшее решение.

Чародеи нежились в ваннах на протяжении десяти минут, после чего решили вернуться в комнату на втором этаже. Когда они вышли распаренные в коридор и подошли к лестнице, сзади с громким хлопком раскрылась дверь.

В помещении оказались пятеро стражников из личной охраны короля.

– Арион Сток? – спросил один из них.

– Да, – неуверенным голосом ответил гвермонд.

– Прошу пройти с нами.

– Куда его ведут? – встрял Брам.

– Не ваше дело. Арион, прошу, следуйте за нами, без лишних вопросов.

– Куда его ведут?! – заорал Брам.

– В подземную тюрьму, – проговорил хриплым басом стражник.

– Брам? Что происходит?

– Вы никуда его не поведете!

– Прекратить! – закричал стражник. – Любое сопротивление приравнивается к предательству Его Величества и самой короны!

Ариона схватили под руки и повели в сторону улицы. Он пытался сопротивляться, но не применял никакой магической силы, понимая, что такой поступок мог обернуться для него совсем плачевно.

– Брам! – истошно кричал он.

Но маг ничего не мог поделать против королевской стражи.

Началась метель, когда Элизар позволил себе пропустить кубок, наполненный вином, после принятого на совете решения. Давно он так не бился в догадках о правильности его действий. Каждый приказ король отдавал с точной уверенностью в своей правоте и поддержкой со стороны совета и самого Великого Лириана. Теперь же каждый порыв ветра отдавался сотнями различных голосов. Ему слышалось разное: «Верно решение» и «Сегодня ты ошибся». Все это сливалось в одну единую какофонию звуков.

В дверь гридницы постучали.

– Войдите!

В помещение вошел молодой прислуга, подошел ближе к королю, поклонился, а потом произнес тихим голосом:

– Ваше Величество, к вам очень просится один незнакомец, требует личной встречи с королем. Пытались его прогнать, говорили, что вы заняты, но он настаивал, чтобы мы назвали вам его имя.

– Брамсвелл?

– Верно, Ваше Величество.

– Пропустите его.

– Слушаюсь, Ваше Величество.

Слуга удалился, чтобы пропустить гостя к королю. Менее чем через минуту Брам ворвался в гридницу и быстрым шагом направился в сторону Элизара. Тот продолжал стоять у окна, наблюдая за метелью, и не обращал никакого внимания на пыхтящего мага.

– Я требую объяснений, – сказал Брам.

– Будь это кто-то другой, а не ты, я бы давно отдал страже приказ вывести тебя на площадь и быстренько возвести эшафот.

– И все же я жду. Я участник совета с вашего разрешения. Почему Ариона забрали в тюрьму?

– Извини, но пришлось так поступить.

– Почему не было второго созыва совета?

– Он был, только без твоего участия.

– Что значит без моего?

– Брамсвелл, я разрешил тебе участвовать в первом собрании совета, но про второе я ничего не говорил и ничего не обещал.

– Вы созвали совет, пока я был в ванной комнате? Чтобы я не проголосовал?

– Брамсвелл, я созвал совет экстренно, чтобы принять важное решение. Тебя не было рядом, поэтому пришлось провести собрание совета без тебя.

– Я думал, что вы мудрый правитель, король Элизар, – со злобой в голосе произнес Брам.

– Ну, если ты так разочаровался во мне, так прояви хоть мудрость со своей стороны. Пойми, Брамсвелл, мы сделали это из лучших побуждений.

– Вы хотите продержать его в тюрьме, пока про него все забудут? А потом тайно казнить?

– Я не знаю, что именно решит совет. Я не знаю даже, что решу я. Так будет лучше. Ты выполнил свое задание отлично. Тебя поставили сопровождать выпускника до замка Вечного Снега. Вот вы здесь. Оба живые. Ты – воин, выполняющий приказы. Всегда им был и будешь. Не нужно привязываться к людям, с которыми ты лишь временно. С Арионом все будет хорошо, а ты можешь возвращаться в академию. Лорду-декану я напишу письмо. Думаю, тебя наградят.

– Не нужна мне награда.

– Ты сможешь от нее отказаться, если тебе вообще ее предложат. Кстати, обратный путь будет легким. С правого материка нам прислали одного взрослого Рарога. У них вылупились еще несколько птенцов из яиц. Так что теперь можем передвигаться по воздуху. В считанные минуты будешь в своей академии, а Рарог тут же отправиться обратно в наш замок. Он тебя уже ожидает возле порта. Как будешь готов, отправляйся. Может, ты хочешь есть? Могу поваров озадачить.

Но Брам ничего не ответил. Он молча развернулся и ушел прочь.

Смеркалось. В замке начал гаснуть свет факелов, а в ближайшей таверне народ прибывал неисчисляемым потоком, словно местные жители готовились к массовому походу на врага. Но вместо грозного боевого настроя, люди веселились, заказывали выпивку, кричали, балаганили и развлекались, как могли.

Собрались сегодня все, кому не лень. Люди разных слоев общества, начиная от бедных и заканчивая аристократичными господами, веселились, будто всегда жили рука об руку. День встречи зимы всегда устанавливался самим королем, поэтому дата празднования менялась из года в год. В этот праздник все люди объединялись, были одним целым.

Только таверна при замке Вечного Снега могла позволить себе пиршество таких масштабов. Все прочие заведения были малых размеров. Здесь же заведение не уступало палатам, уготованным для близких людей короля.

Среди всех прочих гостей, за одним из столов, сидел человек, изрядно налакавшийся крепких напитков. Присесть рядом с ним не удавалось. У людей были попытки наладить со странником отношения, позвать повеселиться, но хмурый мужчина отправлял всех куда подальше. Тем, кто сильно настаивал на веселье, он угрожал расправой. После угроз люди отходили, не мешая убиваться одинокому гостю.

Народ не спешил расходиться с наступлением глубокой ночи. Атмосфера праздника накалялась, вокруг становилось все веселее, светлее, но вместе с тем воздух наполнялся запахами дешевого табака, отрыжками пьяных людей и кислым зловонием пота.

К одинокому мужчине подошли двое пьяных балагуров, одетых как бедняки.

– Дружище! Надоел ты уже своим мрачным видом!

– Можете не смотреть на меня, – ответил не менее пьяный одиночка.

– Давай-ка мы тебя спровадим на улицу. Воздух морозный, придешь в себя.

– Протянете свои руки, я вам их отрежу к чертовой матери.

– Ты мать мою не трогай, гнусный ублюдок!

– Пшел отсюда! – повысил голос один из пьянчуг.

Двое попытались взять одиночку за руку, но тот сразу же вскочил из-за стола, обронив стул, на котором сидел. Он пошатнулся на месте, после чего, чуть ли не без сознания, упал на пол.

Остальное ему запомнилось отрывками. Его волочили по полу в сторону выхода. Потом его обдала волна морозной свежести. Страннику захотелось уже применить силу к тем, кто вытащил его за ноги из таверны. Но неожиданно для него, что-то тяжелое прилетело ему на голову, чуть не разломив череп надвое. Все остальное кануло в непроглядную тьму.

Прийти в себя ему помогло ведро воды, вылитое на него сверху. Хватая ртом воздух, мужчина вскочил с койки, на которой лежал. За окном было довольно светло, значит, без сознания он пролежал всю ночь.

– Лучше?

Пришедший в чувства человек поднял взгляд. Перед ним стоял король Элизар и его слуга с пустым ведром в руке. Его Величество кивнул прислуге, давая знать, что тот свободен.

– Переходишь все рамки дозволенного, Брамсвелл, – продолжил Элизар.

Чародей, прищурившись от головной боли, посмотрел на короля, а затем просипел:

– Что произошло?

– Ты напился в таверне до потери памяти, потом тебя вытащили на улицу, бросили там, а когда подошла стража, ты им угрожал расправой и обещал упокоить их рядом с армией глуров на самом дне моря.

– То есть самое веселое я не запомнил. Очень жаль.

– Очень жаль, – Элизар выдержал паузу, – что ты вообще так поступил. Скажи спасибо моей страже, что тебя на месте не убили за такие слова, а привели ко мне. Почему не улетел вчера, как я тебя просил?

– Решил зайти в таверну, устал после дороги.

– Брамсвелл, причина ведь не в этом. Неважно. Терпение мое лопается. Я тебе даю время до полудня. Если я увижу, что ты не улетел на Рароге, то запишу в предатели. Ты сядешь в тюрьму вместе со своим выпускником. Тебя будут морить голодом в холодной камере, а потом прилюдно казнят. Либо ты примешь правильное решение и отправишься обратно в свою академию. Тебе ясно?

– Яснее некуда, – ответил маг, склонив свою голову от усталости.

– Вот и отлично, ступай себе. Время у тебя еще есть, так что успеешь сделать все свои дела. И помни, я тебе последний шанс даю.

– Я понял.

– Прошу, не испытывай мои нервы. Тебе не понравится.

– Хорошо, Ваше Величество.

– И да, такими артефактами я бы не светил на людях.

– Какими артефактами?

– Ты на глазах у стражи достал кинжал Толкмара, когда обещал их убить. Хорошо, что стража не знает ничего об этом.

Брам проверил кинжал, но не обнаружил его на своем поясе.

– Не переживай, я его изъял, чтобы ты не навредил сам себе. Я скажу страже, они тебе его вернут, – сказал Элизар. – Не теряй времени, Рарог тебя ждет.

Король удалился, а Брам продолжил сидеть на койке. С его волос мерно падали капли, с грохотом ударяясь о деревянный пол.

Вчерашняя метель успокоилась, ветер затих. В небе ярко пылало солнце. Одинокий маг покинул пределы замка неспешной походкой, а после и сам город. Стражники даже не уделили должного внимания чародею, лишь кинули в его сторону пренебрежительные взгляды.

Никто не собирался помочь Браму добраться обратно до порта на дилижансе, поэтому ему пришлось идти на своих двоих. В какой-то степени он был даже рад пешей прогулке, ведь перед ним раскинулся весь прекраснейший вид лесов, троп и полей, который был недоступен для взора из маленького и заляпанного грязью окна дилижанса.

Волшебник быстро оказался возле порта. По дороге он полностью затерялся в своих мыслях.

«Они ведь его не убьют».

«Нужно сказать лорду-декану».

«Я бросаю Ариона».

«Не мое дело».

В порту стоял один единственный корабль, недавно прибывший из «Четырех Ветров». Работники суетились, перетаскивая нескончаемое количество ящиков провизии на сушу. Восточнее самого порта Брам заметил огромную птицу, поглощающую то ли кролика, то ли еще какую живность местных лесов.

Маг подошел ближе и увидел редчайшую красоту, которую никогда в жизни до этого не встречал. Величавый сокол прекрасной, огненной, желто-оранжевой окраски стоял на двух лапах и смотрел куда-то вдаль. По размерам он превышал взрослую лошадь.

– Брамсвелл? – спросила девушка, стоявшая возле Рарога.

– Он самый.

– Вчера вы не явились.

– Долго меня ждали?

– Нет. Вообще не ждала. Король Элизар сказал, что вы не явитесь.

– Конечно, наш славный король знает все.

Девушка посмотрела на него непонимающим взглядом.

– Вы волшебница, – сказал Брам, внимательно рассматривая девушку.

– Откуда вы знаете?

– Чувствую. Значит, вы с правого материка.

– Да, – робко ответила незнакомка. – Меня зовут Бефиса. Я ухаживала за этим красавцем долгое время. Поэтому, когда приказали его прислать на левый материк, мне доверили прилететь вместе с ним и продолжить заботиться. Я бы и сама не бросила его. Такое чудо природы. Вам повезло, что хоть одного отправили на ваш материк. Насколько я знаю, многие даже не видели его ни разу, а такую красоту нельзя просто так пропускать мимо глаз.

– Это уж точно. Красивый.

– Многие даже не знают историй и легенд про Рарогов. А ведь птица очень благородная и никогда не делает ничего плохого. Любая ее цель и задача сводится к миру. Рарог не возьмет к себе на спину убийцу, вора или просто плохого человека по образу жизни.

– Не возьмет, значит?

– Даже не подпустит. Только людей чистых душой. Ладно, извините, меня опять понесло. Вечно рассказываю людям про прекрасную природу Рарогов. Так вы летите?

– Лечу. Но нужно отчистить свою душу перед полетом. Поможете мне в одном деле?

– Каком еще?

Брам наклонился ближе к молодой девушке и тихо начал шептать ей прямо на ухо.

Глава 9. Пред врагами

Подземная тюрьма – одно из самых знаменитых мест среди провинившихся. Зачастую даже с правого материка отправляли сюда по приговору короля или местного заседания совета. Углубившись в историю существования подземных катакомб, можно понять, почему слава у этого места была скверной.

Когда впервые прорыли подземные пути и камеры для заключенных, люди обходили вход в тюрьму стороной, боясь, что сам злой дух обитает в таких местах. Множество клеток соорудили на протяжении многих километров. Стража постоянно осматривала каждую камеру на предмет нарушения дисциплины. Около входа в тюрьму всегда находились два дополнительных отряда: первый состоял из обычных воинов, второй же находился недалеко, но в него входили исключительно боевые маги. Так сказать, на случай непредвиденных ситуаций, волшебники всегда были готовы встретить сбежавших заключенных, дабы отправить их обратно в лабиринт из подземных коридоров.

Условия содержания виновных были суровы, но смягчались со временем. Когда тюрьма только открылась, было введено положение о том, чтобы кормить заключенных всего один раз в два дня. Сейчас же выдача еды происходила два раза в день. Теплых и уютных камер заключения здесь тоже нельзя было встретить. Температура воздуха была обычно чуть выше, чем на улице. Довольно холодно, но не так морозно, чтобы замерзнуть насмерть.

Брам выглядывал из-за кустов. Все было, как он и предполагал. Двое стражников находились возле самого входа в пещеры, а рядом стояла сторожевая башня, немного напоминавшая маяк, где сидели трое боевых магов.

Позади Брама стоял Рарог, послушно дожидаясь своего будущего наездника. Бефиса с радостью согласилась помочь огорченному волшебнику, у которого только что на его глазах заключили бедного «брата» в тюрьму. Просто так улететь, не попрощавшись, он не мог. Молодая волшебница повелась на лесть мага и приказала Рарогу ожидать возле подземной тюрьмы. Пока что план работал превосходно, но Брам все время ожидал худший исход события. Либо все получится, либо он сядет в соседнюю клетку.

Волшебник сделал глубокий вдох, набрался смелости и вышел из-за укрытия. Подходя все ближе, он увидел, как стража перешептывалась.

– Ты кто такой?

– Меня зовут Эрн, мне нужно навестить одного заключенного, – начал представление Брам.

– В тюрьму обычно никто не приходит в гости, там ведь преступники. – Стражники засмеялись.

– До вас, видимо, еще не дошел указ Его Величества, чтобы вы пропустили меня.

– Не было подобного.

– К вам поступил новый заключенный. Его зовут Арион. Верно?

– Да, недавно привели его.

– Его Величество желает задать через меня несколько вопросов. Так вы позволите пройти или мне сказать величайшему королю Элизару о том, что меня не пропустила стража? – продолжал напирать Брам.

Двое бугаев посмотрели друг на друга. Сработало. Страх перед королем сразу развевал любой туман неясности ситуации.

– Да ладно, давай пропустим. Ничего внутри не произойдет, там ведь охрана, да и мы выйти не дадим, учуди он что под землей.

– Хорошо, проходи.

– Вот и славно. – Брам вошел в подземную тюрьму и спустился по лестнице вниз. Первая часть представления была сыграна успешно.

Брам вышел в начало длинного холодного и сырого коридора. С левой стороны вплотную друг к другу стояли клетки для заключенных, высота которых не превышала и двух метров. Те, кто был выше ростом, даже не могли полностью выпрямиться, чтобы размять свою спину. В половине камер никого не было. Люди быстрее умирали в таких условиях, когда поступали сюда по приказу Элизара.

Маг пошел вдоль длинного коридора, периодически натыкаясь на стражников, стоявших у правой стены. Никто ему ничего не говорил. Если его пропустила стража у входа, значит на то были причины.

Дойдя до конца коридора, Брам свернул налево и прошел еще немного. После чего он повернул направо и вышел на место, где было всего три камеры, одна из которых пустовала.

В первой сидел незнакомый ему старик с черными как смоль волосами. Во второй оказался Арион.

– Брам! – завопил гвермонд, вскочив с пола и подбежав вплотную к клетке.

– Тише, не кричи.

Стражник, стоявший неподалеку от всех клеток, с подозрением осмотрел пришедшего гостя.

– Брам, почему меня посадили в тюрьму?

– Я пытался отговорить их, Арион, но меня не слушали. Совет перенесли на второе заседание, но меня на него не позвали, чтобы я не смог проголосовать за твою свободу.

– Но почему ты мне не сказал?

– Я надеялся на лучший исход. Прости, у меня не получилось помочь.

– Брам, ты не виноват. Просто… я не знаю, что мне теперь делать.

– Арион, не знаю, что тебе сказать. Меня отправляют обратно в академию, но я не мог не зайти к тебе.

– Почему меня так бояться?

– Я не знаю, Арион. Правда. Не знаю.

– Значит, ты уходишь?

– Пока я здесь.

– Брам… прошу… помоги, если сможешь. Скажи лорду-декану.

– Скажу, обязательно скажу, – понизил голос Брам. Он подошел ближе к клетке, чтобы его мог услышать только Арион. – Слушай меня внимательно. Чтобы дальше не произошло, ничего не предпринимай. Не применяй свою силу, не ухудшай ситуацию. Возможно, ты сядешь обратно в тюрьму, но тебя помилуют, если никого не тронешь.

– О чем ты говоришь, Брам? – еле слышно произнес гвермонд.

– Моя душа не будет чиста, если я не восстановлю справедливость во всем здесь происходящем.

– Я тебя совсем не понимаю.

– Просто верь мне, Арион.

Брам отошел подальше от камеры и направился в сторону близстоящего стражника уверенным шагом.

– Чего те…

Не успел воин договорить, как яркая полоска лезвия выскользнула из-под плаща мага, со свистом описала дугу по воздуху, а после пригвоздила стражника прямо к стене, насквозь пройдя его крупную шею. Брам отдернул руку вместе с кинжалом. Человек перед ним схватился за истекавшее кровью горло. Он пытался позвать на помощь, но получались лишь хриплые и булькающие звуки. У стражника закатились глаза. Он упал на пол и обмяк.

Брам схватил связку ключей, висевших у мертвеца на поясе. Арион в ужасе вжался в другой конец клетки, когда Брам начал подбирать подходящий ключ от замка. Прозвучал характерный щелчок. Железная дверца отворилась. Путь на свободу был открыт.

– Вперед, за мной, – грозно скомандовал Брам.

– Подожди, нужно освободить его. – Арион указал в сторону старика.

– Зачем он тебе? Пойдем! Времени нет, чтобы старикам помогать!

– Нет, я не пойду без него! У него судьба, словно списана с моей! Попал сюда без причины. Освобождай его или иди один.

– Арион, боже, да что с тобой? Нас поймать могут, и тогда нам уже никто не поможет.

– Я жду. – Гвермонд показательно не выходил из-за железных решеток.

– Ладно, я тебя понял. Не самое время для проказ, знаешь ли! – Брам стал подбирать ключ от второго замка.

Вновь прозвучал характерный щелчок. Вторая клетка была открыта. Старик медленно поднялся с пола и побрел к выходу.

– Надеюсь, все довольны. Вперед! – сказал Брам.

Троица отправилась обратно по коридорам, шагая медленно и размеренно, словно ничего не произошло. Встречавшиеся по пути стражники не обращали никакого внимания на проходивших заключенных. Все выглядело довольно обыденно, словно так и должно было быть. Никто не ожидал такой наглости. Если заключенные раньше и пытались устроить бунт, то с драками, криками и прочими вещами. Спокойствие сбивало с толку любого.

Все трое начали подниматься по лестнице, понимая, что их ожидает самое суровое испытание – двое стражников у входа и боевые маги в соседней башне. Незамеченными пройти не получится, поэтому Брам приготовился к битве, крепко схватившись за кинжал Толкмара.

– Стойте. – Брам остановил двух спутников рукой, а сам попытался разглядеть, что происходит у ворот. Стражников не было видно.

– Пожалуйста, помните, что вам не следует встревать в битву. Я пойду первым, а вы все время должны находиться позади меня.

Чародей вышел из темного пространства подземной тюрьмы. Кинжал Толкмара, заряженный энергией, висел перед ним в воздухе, искрясь от максимального напряжения. Сделав последний шаг, Брам осознал, что именно в этот момент он был готов. Был готов снова пойти на убийство. Был готов драться с двумя стражниками и схлестнуться в битве против трех боевых чародеев.

Самое страшное, что могло с ним произойти, уже случилось. Сильное чувство долга нахлынуло на него. То, что он скрывал долгие годы, отсиживаясь в кабинете академии и притворяясь обычным профессором. Дух закаленного в боях мага вернулся к нему.

Глаза у Брама горели от возбуждения. Он вновь был готов доказать, что является самым сильным магом. Он вновь был готов погибнуть во имя своей собственной справедливости. Многократное «готов» витало в воздухе, словно надоедливая мошкара в знойную жару.

Но покинув пределы тюрьмы, Брама охватило немалое удивление. Весь его боевой дух пропал. Потух, словно находившийся под проливным дождем костер.

Двое стражников лежали мертвые. Арион и старик вышли сразу же вслед за Брамом, понимая, что план действий резко изменился.

– Смотри, записка лежит, – сказал гвермонд, указывая на грудь одного из стражников.

Брам наклонился и внимательно прочел содержимое.

Прошу прощения, господа, что не предупредил о моем приходе. Надеюсь, вы оцените мою скромную помощь. Бежать не всегда так легко, как кажется на самом деле. Трое магов в башне также мертвы.

P.S. Огонь уже горит.

Ниже и правее Брам обнаружил подпись: «М. Л.». Ничего не понимая, он оглянулся вокруг и взглянул на башню. Никакого телодвижения там не было. Волшебники действительно были убиты. Но на самой верхушке башни полыхало яркое пламя – предупредительный сигнал, который отслеживался еще несколькими башнями, стоявшими горизонтальной линией до самого замка. Каждая из них зажжет свой огонь. Так предупреждение дойдет до самого короля.

– От кого весточка? – спросил Арион.

– Не знаю точно, но догадываюсь. Скоро здесь будет вся королевская стража. Уходим, срочно. – Брам направился в сторону Рарога, но двое его спутников даже и не подумали шевельнуться.

– Прости, Брам. Но твой ход на этом кончается, – сказал Арион твердым мужским голосом, совсем непохожим на юношеский тон выпускника.

Брам обернулся и уставился на Ариона и старика. Возникла неловкая пауза, которую он вскоре нарушил:

– Какой ход?

Черноволосый старик и гвермонд смотрели на Брама, как на злейшего врага всего человечества. Арион сделал один широкий шаг в сторону их освободителя.

– Знаешь, Брам, не всегда получается то, что ты хочешь. То, что ты задумываешь. Да и мнение о людях меняется очень быстро.

– Арион, нам уходить надо, срочно!

– Мы уйдем, только ты с нами никуда не пойдешь. Сядешь на свою пернатую птичку и уберешься в свою академию.

– Ты… ты отказываешься уходить? Что с тобой происходит? Почему ты не идешь со мной? Лорд-декан поможет нам обоим, я в этом уверен! Чего ты боишься?

– Есть одно «но», Брам, и ты должен его знать.

– Какое еще «но»? Почему ты говоришь загадками?

– Пожалуй, тут лучше выступить мне, – сказал старик, сделав робкий шаг вперед. – У нас есть немного времени, чтобы поговорить, королевская стража прибудет минут через двадцать. Это в лучшем случае.

– Постойте, кажется, я вас знаю, – проговорил Брам, внимательно рассматривая знакомые черты лица.

– Неужели? Вспоминаешь меня? Виделись всего один раз.

– Верховный некромант Хоган?

– Совершенно верно. – Старик кивнул головой, поправив подол своего черного одеяния.

– Вас ведь посадили за какое-то там пророчество.

– Именно так. Безумцы не ведают, что они делают. Впрочем, как и ты, Брамсвелл. Ты даже не представляешь себе, как тесно связан с этим пророчеством. Ты был максимально близок к нему все это время.

– Что-то не пойму, о чем вы говорите.

– Арион теперь знает все. Я рассказал ему всю правду. Историю создания тайного ордена. А также поведал ему о его настоящей силе, которую все пытаются укрыть. Наш добрый король Элизар даже упрятал юного гвермонда в тюрьму, дабы уберечь себя и близких от такой силы.

– Но Арион не относится к числу Валунских. У него есть сердце.

– Есть. Но это не исключает наличие у него гвермондской стихии. Он уникален по своей природе.

– Значит, это правда? – встрял в разговор Арион. – Брам, ты убивал мне подобных, словно пес, спущенный с цепи?

– Да, это так, – честно ответил Брам, понимая, что не было смысла врать.

– Осталось узнать последнюю деталь, на которой мы сможем разойтись. Верховный некромант Хоган рассказал мне ее, но я долго не верил.

– Я весь во внимании, – тяжело вздохнул Брам.

– Ты убил последнего Валунского гвермонда. Как его звали?

– Я не помню.

– Назови его имя! – повысил голос Арион, сжимая свои кулаки.

Брам мучительно задумался, действительно пытаясь вспомнить имя. Но спустя несколько секунд оно само всплыло в голове.

– Баруир. Его звали Баруир.

Лицо Ариона покраснело, желваки яростно задвигались, а вена на виске взбухла и стала напряженно дергаться.

– Назови полное имя.

– Я не знаю, правда.

– Баруир. Баруир Сток. Так звали последнего гвермонда, которого ты убил. Да уж, Брам, ты оказался силен, раз мог так доблестно сражаться с гвермондской стихией и победить. Здесь и добавить нечего. Ты силен.

– Баруир Сток. Значит…

– Это значит, – продолжил объяснять верховный некромант, – что однажды один из горных жителей смог бежать, пока его сородичей резали, как свиней. Молодой и отважный боевой маг начал преследовать его по всему материку. У него получилось обнаружить беглеца и рассчитаться с ним в одной из деревушек. Но никто не учел того, что до своей смерти Валунский гвермонд оставил своего отпрыска. Да еще каким наглым способом! Беременной оказалась простая девушка – человек. Гвермонды предпочитают совокупляться только с себе подобными. Таким образом, на свет появился уникальный экземпляр. И вот, он стоит пред тобой. Полукровка, жаждущий мести.

– Получается, что я…

– Убил моего отца, – закончил фразу Арион.

– Я не знал.

– Не знал? Ты не знал, что убиваешь мне подобных? Не знал, что входишь в тайный отряд? Вы кучка трусов, боящихся настоящей силы. Настоящей магии, которую вы не можете обуздать. Вы завидуете нашим способностям и трясетесь, как листья деревьев на ветру.

– Я не знаю, что тебе сказать, Арион.

– А тебе и не надо ничего говорить, – проговорил гвермонд, задыхаясь от злости. – И ЯВИТСЯ НОВЫЙ БОГ, КОТОРЫЙ ПРИНЕСЕТ ПОГИБЕЛЬ СТАРОМУ И МИРУ ВСЕМУ! – взревел он. – Так звучит пророчество! Я стану новым Богом! Я уничтожу Лириана и всех, кто ему служит! Я построю новый мир!

– Арион…

– Проваливай, Брам. Уходи. Отныне у меня своя дорога, а у тебя своя. Когда-нибудь мы снова встретимся.

Брам медленно развернулся и пошел в сторону Рарога. Оседлав его, он произнес, не смотря на двух безумных отшельников:

– Я все-таки ошибся. Король Элизар – мудрый предводитель. А я лишь глупец.

Рарог взмахнул крыльями и высоко взлетел. Арион и Хоган быстро ретировались с места, куда вот-вот должны были нагрянуть все королевские воины.

Стража, прибывшая к входу в тюрьму, в немедленном порядке доложила о произошедшем королю Элизару. Тот, в свою очередь, распорядился отправить сокола с письмом прямиком лорду-декану академии. Брам продолжал лететь над всем материком, опережая почтового сокола совсем немного. Письмо содержало послание, имеющее призыв прировнять боевого мага Брасвелла к врагу всего народа и самого Бога Лириана.

Одной из особенностей Рарога являлась защитная сфера, окружающая ездока, чтобы уберечь его от ветра и прочих погодных условий. От стрел и магии, конечно же, она не помогала.

Полет казался чрезвычайно быстрым. Под Брамом расстилались поля и леса, река Кера и все тропы, которые они с Арионом проходили долгими и томительными днями и ночами, подвергая свою жизнь опасности.

Весь путь выглядел ничтожно коротким с высоты птичьего полета. Тем не менее Брам был доволен тем, что ему не пришлось возвращаться в академию на своих двоих. Больше всего ему не хотелось вновь переплывать злосчастное море.

Ученики академии Гринштам всполошились, когда увидели в небе неизвестное им существо. Многие выбежали на площадь, чтобы лицезреть сие чудо природы. Профессора вышли спокойным, но волнительным шагом за учениками, пытаясь скрыть свое по-детски трепетное любопытство.

Рарог приземлился недалеко от башни Фалларда. Брам одним махом слетел с огромной птицы. Дверь башни распахнулась, и навстречу магу вышел лорд-декан.

– Дорогой мой друг! – Фаллард распростер руки, обрадовавшись возвращению Брама.

– Вы знали.

– Что именно я знал?

– Вы знали, что Ариона ожидает тюрьма.

– Не горячись. Во-первых, я не знал, а предполагал. Во-вторых, перестань так громко говорить здесь. Давай лучше пройдем в башню.

Лорд-декан прошел обратно в свой кабинет, чародей последовал за ним. Усевшись на свое место, Фаллард спокойным голосом спросил:

– Что тебя беспокоит?

– Я проделал такой путь, чтобы отдать молодого гвермонда в тюрьму.

– Я предполагал, что такое решение изберет король Элизар. Я ведь не мог точно этого знать, ты ведь сам понимаешь. Так что же именно случилось?

– У нас проблема. Большая проблема.

– У нас? – переспросил лорд-декан.

– У меня. Я совершил глупую ошибку, за которую мне придется расплатиться.

– Что же именно ты сделал? Только не говори, что разгневал самого короля.

– Сказать такое будет лишь толикой того, что я сделал на самом деле.

– Ты оспаривал решение короля?

– Откуда вы знаете? – удивленно спросил Брам.

– Я был уверен, что ты привяжешься к юноше. Ты стал слишком мягок душой, Брам. Не знаю, что именно на тебе сказалось, но ты такой, какой ты есть.

– Да, привязался и…

В окно влетел сокол. Брам тяжело сглотнул слюну. Его кадык нервно подпрыгнул вверх. Фаллард подошел ближе к птице, отвязал прикрепленное к лапе письмо. Брам краем глаза увидел королевскую печать. Лорд-декан сел обратно за стол, открыл послание и стал внимательно вчитываться. После прочтения руки декана затряслись, и он выронил письмо.

– Боже правый. Священный Лириан, помоги нам всем.

– Я виноват.

– Виноват?! Шесть человек убито, двое главных заключенных сбежали из тюрьмы. Найти их не смогли. Следы не обнаружили. Ты хоть представляешь, каким тайным знаниям сможет обучить верховный некромант Хоган нашего Ариона?

Брам в краткости рассказал Фалларду историю всего произошедшего. Не забыл он упомянуть и про отца гвермонда.

– Это вы знали?

– Нет, – ответил лорд-декан. – Этого я даже предположить не мог.

– И что же теперь делать?

– Мне нужно подумать. Тебя просто так не оставят. Будут преследовать по всем материкам, если я не придумаю какое-нибудь решение данного вопроса.

– А что делать с Арионом? Наверно, следует его отыскать.

– Боюсь, что под покровительством Хогана его теперь не отыскать. Но на счет него не переживай. Я уверен, он сам тебя отыщет, когда придет время.

Время шло надоедливо медленно. Брам по просьбе лорда-декана не покидал пределы замка, дабы не накликать лишних проблем на самого себя. Маг решил отсидеться в своем кабинете, в котором он любил находиться подальше от всех. Фаллард мог принять решение в любую минуту, и Брам был не уверен, будет это суровое наказание или его все-таки казнят. Решение принималось тремя главами: двумя королями (замка Вечного Снега и города Аспей), а также самим деканом академии. Решающий голос должен быть у того, кто находится на одной территории с нарушителем порядка. То есть решение Фалларда сейчас играло ключевую роль.

В дверь кабинета нервно постучали. Брам подскочил со стула, предвещая увидеть лорда-декана, но это оказался не он. В кабинет вошел его старый знакомый, так ненавистный самому Браму.

– Чего тебе?

– Я слышал, что ты у нас преступник.

– Не знаю, кто тебе это сказал, Заниз, но ты глубоко ошибаешься.

– Брам, у меня тысячи ушей по всей академии. Может, ты в чем-то сильнее меня, но не хитрее. Это я тебе точно говорю.

– Я не буду тебе еще раз повторять, что я не преступник. Проваливай из моего кабинета.

– Не преступник. Боже ты мой, когда же ты признаешь свою натуру. Тебя повесят. Нет. Тебя расчленят. Не знаю, что лучше. Надеюсь, я буду присутствовать на этом представлении.

– Заниз, прошу, не испытывай мое терпение. Твой меч, может, и помог бы тебе, если бы ты им искуснее владел, но я тебя прошу, уходи отсюда.

– Двое сбежавших. Шесть смертей. Все плохие и недотепы, а ты у нас хороший и профессионал. Тебе даже не место в подземной тюрьме. Таких, как ты, нужно казнить сразу же. Надеюсь, Фаллард примет правильное решение.

Брам выставил руки вперед и направил воздушный поток в сторону Заниза. Шесть парт отлетели в стороны, самого же учителя ближнего боя откинуло к двери, где он быстро встал и в мгновенье ока вытащил меч из ножен.

Заниз уже был готов бороться с ветром и атаковать Брама, как сзади раздался голос, словно гром поразивший все вокруг:

– Прекратить немедленно!

Брам опустил свои руки и перестал концентрировать энергию. Заниз спрятал свой меч, когда в кабинет вошел Фаллард.

– Вот и еще одно доказательство, что всеми любимый профессор стихии ветра превратился в зверя. Готов убить в собственной академии. Лорд-декан, прошу меня простить. – Заниз кивнул в знак почтения и покинул кабинет.

– Фаллард, прошу…

– Не стоит, Брам, не стоит. Ничего не говори. Хотел сказать, что я нашел решение проблемы. Не лучшее, что мы можем придумать, но ты будешь и этому рад, если хочешь жить.

– И какой у нас план?

– Для начала пройдемся, – сказал декан, вышел из кабинета и стал дожидаться Брама.

Погода в этот день не могла не радовать. Чародей и Фаллард проходили мимо искрящихся на солнце сугробов. Начало зимы было по обыкновению теплым. В скором времени должны были наступить настоящие морозы, которые сначала возьмутся за небольшой остров с тюрьмой, а потом настигнут весь материк.

Некоторое время декан томительно молчал, расхаживая по окрестностям академии, но вскоре его суровый вид спал с лица. Брам проследовал за лордом-деканом в его башню, где оказалось гораздо теплее, чем на улице. Камин потух довольно давно, значит, кто-то немного помог магической энергией.

Поднявшись на самый верх, Фаллард остановился и пронзительно посмотрел на мага.

– Извини, – сказал декан, – нам сейчас все равно придется обратно идти, поэтому скажу тебе прямо здесь. Нам нужно спуститься к самому основанию башни и зайти под винтовую лестницу. В полу есть каменный люк, ведущий к подземному помещению. Там раньше была мастерская, потом лаборатория алхимиков, а теперь кое-что более интересное. Говорю тебе это здесь, поднявшись на самый верх, чтобы никто не услышал. Сам понимаешь, некоторые вещи никто не должен знать.

Вдвоем они спустились к основанию винтовой лестницы, открыли люк, обнаружили еще одну старую и запыленную лестницу, спускавшуюся ниже. Все это они делали очень аккуратно и без лишнего шума, чтобы не привлекать внимания чужих глаз.

Комната оказалась не такой уж и большой, а наличие здесь старых мастерских или алхимических лабораторий было стерто веками существования самой академии. Никакой мебели. Только два старых факела, висевших на стене. Брам позволил себе зажечь их с помощью силы.

В центре комнаты, на полу, был нарисован древний символ, выведенный четкими и аккуратными линиями пурпурного цвета.

– Что это?

– Это, – тяжело выдохнул Фаллард, – портал в цитадель Данбоу, что находится на правом материке. Брам, у меня там есть знакомые, они тебе помогут. Придется отсидеться какое-то время в цитадели, пока все не уладится. Письмо с моим решением я немедленно отправлю в замок Вечного Снега. Скажу, что тебя направили на каторжные работы или что-нибудь в этом духе. Моим решением будут недовольны, но по-другому я сделать не смогу.

– В академии есть портал на правый материк? Про это вообще хоть кто-нибудь знает, кроме нас?

– Никто не знает больше. Портал долгие годы не работал, так как одна из священных рунических плит в цитадели была сломана. Маги, наконец, смогли восстановить ее спустя столько лет. Мне сообщили об этом, когда вы с Арионом отправились в путь.

– И что мне нужно будет там делать? – с сомнением в голосе спросил Брам.

– Тебе все объяснят на месте.

– И когда я отправляюсь?

– Прямо сейчас. – Фаллард перевел взгляд на Брама.

Маг был в ступоре. Одни его глаза еле заметно прыгали по линиям рунического символа. Казалось, что время в мире остановилось. Браму не верилось, что все может пройти так гладко. Что он может избежать серьезнейшего наказания за убийство шестерых стражников (на деле он убил одного) и в содействии побега двух ключевых заключенных.

Что его ожидало в цитадели?

– В Данбоу тебя ждут с нетерпением. Как только у меня получится все уладить, я сразу же пришлю за тобой людей. Если ты, конечно же, захочешь вернуться на родной материк.

– Я не знаю, что будет, – прошептал Брам.

– Я тоже, – ответил ему декан.

Фаллард начал свои приготовления. Он сел перед символом на колени, достал из-за пояса маленький флакончик, открыл его и капнул какой-то жидкостью на край портала.

– Экстракт цветка Шухфамира, – стал объяснять Фаллард, – который растет в устье реки Керы раз в шесть лет. Один хороший травник мне его предоставил. Нужно им пользоваться, пока сила портала не окрепла до конца. Спустя время эта процедура больше не понадобится.

Лорд-декан убрал флакончик и возвел ладонь над символом. Сначала ничего не происходило, но затем в воздухе что-то появилось. Огромная овальная сфера возникла из ничего прямо перед магом. Браму лишь раз в жизни удалось наблюдать, как выглядит действующий портал. И то это было издалека, когда он подглядывал за работой одного из некромантов.

Фаллард поднялся с колен, отошел подальше, прислонился к стене и стал ждать.

– Просто нужно войти?

– Да. Возможно, первый раз будет не совсем приятным. Легкое головокружение или тошнота – это нормально. Со временем привыкаешь.

– Мне в море хватило головокружений.

– Прости, не я в этом виноват.

– Понимаю, – промямлил Брам. И затем сделал шаг вперед.

Перед глазами все закрутилось. У волшебника сложилось ощущение, что его закинули в безумный водоворот, который уносил его все дальше и дальше. Перед глазами все плыло. Не было понятно, где он находился на самом деле. Но спустя время все прошло.

Портал закрылся. Значит, Брам успешно достиг места назначения. Фаллард еще какое-то время смотрел в точку, где только что была светящаяся сфера, размером с лошадь. Затем, вновь тяжело выдохнув, он направился прямиком в свой кабинет.

Поднявшись по лестнице, декан сел на стул перед своим столом, схватил кусок пергамента, перо и чернильницу и вдумчиво начал выводить каждую букву своего письма:

Ваше Величество, обращается к вам лорд-декан магическо-боевой академии. Ваше письмо было получено. Спешу вам сообщить, что преступник Брамсвелл прилетел на Рароге сегодня в академию, поэтому я, как глава академии Гринштам, принял меры, необходимые для нашей с вами безопасности. Понимаю, что шесть смертей и двое сбежавших заключенных – преступление врагов Божьих, и должно караться смертельной казнью. Но, учитывая другие обстоятельства, мною было принято решение об отправлении боевого мага Брамсвелла на правый материк Лириана, дабы направить его на врачевание в лечебницу святого Пелара для душевнобольных людей и гвермондов, потерявших свой рассудок. Я лично установил тяжелое состояние больного. Брамсвелл был передан в руки цитадели. Стражники из Данбоу были заранее предупреждены, и направят мага прямиком в лечебницу, где он проведет не меньше одного года, чтобы полностью оправиться и вернуть свой рассудок, утраченный со времен войны против глуров. Надеюсь на ваше понимание.

Глава 10. Решение дела

Прошло довольно много времени с тех пор, как обманчивый план лорда-декана сработал. Никаких вестей о маге никто не получал. С одной стороны, Фаллард хотел сохранить жизнь одному из лучших волшебников материка, с другой – он понимал, что в лечебнице святого Пелара Брам просто сойдет с ума и действительно станет настоящим больным, которому придется лечиться всю свою оставшуюся жизнь. Один год – невероятно много для такого места.

Элизар получил письмо, отправленное деканом. Естественно, он был недоволен и был скорее в ярости, чем в простом негодовании. Короля больше волновали двое сбежавших, следы которых так и не обнаружили, нежели маг, поспособствовавший их побегу.

Зима закончилась так же быстро, как и началась. Весь снег растаял, а земля просохла. Пришла короткая весна. На какое-то время, после неудавшихся поисков, про Ариона и Хогана забыли.

С наступлением одного из прекрасных весенних вечеров, двое колдунов прогуливались вдоль берега реки Керы. Их лица были скрыты под плотными черными капюшонами, а мантии свисали до самой земли. Шли они в один шаг, словно были единым организмом.

– Ты уверен? – спросил хмурый старик, даже не повернув голову в сторону собеседника.

– Да. Он нам пригодится. – Голос Ариона сильно изменился, приобрел более грубые нотки.

– Мне все же интересно, как ты с ним сможешь договориться? Он ведь такой упрямый осел.

– Упрямый, я это понимаю. А еще мы с ним не поладили однажды. Ничего, у меня получится.

– Будем надеяться. Уж больно нравится мне его зверюшка, – произнес Хоган, приподняв в улыбке левый уголок губ.

Вблизи гор Арион смог увидеть заваленный проход, над которым постарался лично он сам. Но камни были частично отодвинуты, чтобы человек смог выйти. Да и Мезира с легкостью смогла бы пролезть при большом желании.

– Думаешь, он еще здесь?

– Да, я уверен. Он отшельник, а здесь весьма недурственное место для проживания. Никто ведь сюда не приходит.

– Сначала к нему зашли вы с Брамом, а теперь и мы здесь. Уверен, что в эти места больше никто не заходит?

– Он здесь, я точно уверен, – произнес гвермонд, подходя ко входу.

По долинам и горам прогуливался приятный, теплый ветер. Негромкие завывания раздавались из глубины горы, но не были похожи на голоса или шоркающие звуки тысячи ног огромной многоножки.

Арион подошел ближе к узкому проходу и яростно выкрикнул:

– Выходи!

Эхо откликом вернулось из недр горы. А затем наступила продолжительная тишина.

– Р! Я знаю, ты здесь! – вновь грозным тоном прокричал Арион.

– Р? – удивился верховный некромант.

– По крайней мере, он так представился в нашу прошлую встречу.

– Интересное он себе имя выбрал. Уверен, что родители при его рождении были иного мнения и дали ему какое-нибудь незаурядное имечко.

– Мезира!

– Пойдем, Арион, его здесь нет. Заходить нет смысла. Он всегда принимает гостей, прежде чем скормить их своей многоножке.

Едва чародеи отошли от горы, как краем глаза они заметили медленно плетущийся силуэт, шедший в их сторону. Он приближался все ближе и ближе, пока Арион не узнал лицо старого знакомого.

– А я тебя помню, – начал Р. – Хоган, а ты что тут делаешь?

– Пришел на переговоры. В прошлый раз вы не особо поладили с Арионом, насколько мне известно. Но тогда он был с недотепой Брамом.

– Да, я помню. Что вы хотите от старика?

– Мы пришли на переговоры, – громко заявил Арион.

– Это я уже услышал. Что конкретно вы хотите от такого отшельника, как я?

– Чтобы вы присоединились к нам.

– Отшельник. Присоединился. Забавное получается словосочетание, не правда ли? Уходите, а то Мезира давно не ела. Нам больше не о чем разговаривать.

– Я думаю, что все же есть о чем, – настаивал гвермонд.

– Ну, давай поговорим, хоть я этого и не люблю. Я тебе дам две минуты, чтобы попытаться меня уговорить что-либо сделать, но после истекшего времени я уйду.

– Хорошо, я попробую.

– Твое время пошло.

Арион сосредоточился, набрал воздуха в легкие и стал проговаривать все, что теснилось в его голове:

– Я и верховный некромант Хоган объединились лишь для благих намерений. На материках давно главенствует несправедливость и жестокость наших предводителей. Мы, объединившись с некоторыми некромантами, попытаемся исправить данную ситуацию. Наши ряды пополняются каждый день, поэтому нам нужен такой человек, как вы.

– На Мезиру позарились? Войну развязать хотите? – спросил Р.

– Было бы прекрасно, если бы Мезира также находилась в наших рядах, как и вы.

– Знаешь, гвермонд, твои слова меня не убедили. Спасибо большое за приглашение, но мне пора. – Старик начал удаляться в сторону горы.

Арион не знал, что делать и что говорить. Ничего ему в голову больше не приходило. Хоган же стоял с лицом «я-ведь-тебе-говорил» и «даже-пытаться-не-буду».

– Стойте! – крикнул Арион в спину уходящего.

– Прости, но ты меня не убедил, – не оборачиваясь, ответил Р.

– Вы ведь не верите в Лириана, не так ли?

Старик остановился, потупил взгляд и опустил голову. Арион затронул его сокровенную тему для разговора.

– И что? – вопросил Р.

– Вы знаете про пророчество?

– Про то, что придет новый Бог на замену нашему Лириану?

Арион кивнул.

– Слышал. Бред это все. Иначе я и назвать не могу.

– А что, если я стану этим Богом? Я уничтожу Лириана и стану верховным правителем двух материков.

– И почему я в тебя должен верить?

– Потому что я стою пред вами, а некий Лириан – нет.

– И что ты можешь? О, великий Арион.

– Не каждый выпускник академии сможет вызвать направленную молнию.

– Спасибо, – ухмыльнулся Р, – я до сих пор протискиваюсь в узкую щель при входе. – Старик закашлялся. – Это, конечно, заслуживает внимания, но не так сильно. Есть чем удивить?

– Я не… Да… Могу… – Гвермонд не спеша подошел к краю реки.

Хоган внимательно уставился на своего нового адепта, предвкушая увидеть что-нибудь интересное.

Арион расставил свои ноги, а руки согнул в локтях на девяносто градусов. Ладони его были повернуты к небу, словно он держал две невидимые тарелки. И вдруг все началось. Волна энергии дошла до некроманта и отшельника. Почувствовав ее на себе, они переглянулись.

Какое-то время ничего больше не происходило. Зрители впились взглядами в молодого мага, не совсем понимая, что же он собирается сделать. Земля немного завибрировала, будто поток лавы хотел выплеснуться из нее.

Вода в реке забурлила и стала подниматься в уровне. Так показалось на первый взгляд, но оказалось, что Арион поднимал всю воду в реке на высоту семи метров, если не больше. Р осмотрел ту часть реки, которую мог увидеть. Вся вода витала в воздухе, словно легкое перышко. Чтобы удержать столько речной воды, нужно было иметь недюжинную силу.

Вода начала плавно опускаться обратно. Арион опустил руки и повернулся к отшельнику.      В этот момент из горы выползла Мезира и с очень большой скоростью направилась в сторону гвермонда. Арион даже не шелохнулся, когда многоножка остановилась вплотную к нему.

Хоган с настороженностью посмотрел на хозяина многоножки, а потом снова уставился на Ариона.

– Мезира, – сказал Р, – познакомься с нашим новым другом. Возможно, он станет нашим новым Богом.

***

Поиски сбежавших заключенных продолжались еще на протяжении полугода, пока король Элизар не сдался. Он посылал сотни писем лорду-декана академии, убеждая его отправлять всех своих лучших следопытов на поиски гвермонда и верховного некроманта. Никаких следов магической активности обнаружить не смогли. Двое беглецов словно провалились сквозь землю. Ходили слухи и теории о том, что они могли переправиться на правый материк. Но тогда ставился вопрос, как они могли это сделать незаметно? Если это все же произошло, то отыскать их там будет невозможно, учитывая необъятные размеры правого материка. Левый, по сравнению с ним, больше походил на маленький остров.

В одном из писем Элизар вспомнил про Брама, который так и находился в лечебнице. К тому моменту прошел почти год, но Фаллард так и не осмелился просить короля об освобождении бедного мага.

Спустя пару месяцев после последнего письма, лорда-декана пригласили посетить замок Вечного Снега для участия в совете. Вопрос о поисках не прекращался, поэтому в скором времени за Фаллардом прилетел Рарог.

Наступала очередная весна, но в окрестностях замка Вечного Снега продолжал лежать снег огромными буграми. Заседание совета проводилось все в том же зале, где однажды было принято решение о заключении Ариона в подземную тюрьму.

Собрание должно было начаться с минуты на минуту.

– Старый друг, я рад, что ты смог прилететь, – заявил Элизар, когда увидел вошедшего Фалларда.

– Рад вас видеть, Ваше Величество.

– Ваше Величество… Хе-хе-хе. Какой ты важный стал. Присаживайся, мы начинаем.

Лорд-декан окинул взглядом всех присутствующих, но никого не узнал.

– Господа, – заговорил король, – позволю себе начать без церемоний. Вы все знаете, почему мы здесь сегодня собрались. Проблема, возникшая более года назад, продолжает меня волновать. Двое заключенных, успешно сбежавших с помощью боевого мага Брамсвелла, до сих пор разгуливают на свободе. Ничего хорошего нам это не сулит. Ведь именно из-за боязни предполагаемой силы гвермонда Ариона Стока мы и посадили его в одну из клеток подземной тюрьмы. Теперь же он успешно укрывается от любых наших следопытов и магов, а также я уверен, набирает силу, находясь в руках сильнейшего некроманта, фанатично верующего в пророчество. Чем дольше мы будем тянуть время, тем больше силы приобретет молодой чародей. Когда-нибудь он сможет вернуться и отомстить всем, кому захочет.

– Но ведь все Валунские гвермонды были уничтожены одним отрядом. Почему нам стоит опасаться всего одного выпускника? Тем более, он лишь полукровка, – высказался один из участников совета.

– Полукровка, обладающий гораздо большей силой, нежели все его предки. Нам нужно что-то делать. Нельзя оставлять все на самотек. Из академии Гринштам, по моей личной просьбе, были высланы лучшие маги, обыскивающие все окрестности и пытающиеся найти хоть какие-то следы. Результатов ноль. Никто ничего не смог найти. Наш маленький островок был полностью осмотрен. От и до. Результатов нет. Теории об их переправлении на правый материк я предлагаю отложить. В это мне верится меньше всего. Возможно, когда-нибудь они переберутся туда, но это будет позже. Сейчас, во время активных поисков заключенных, им будет сложно передвигаться незамеченными.

– Возможно, кто-то из некромантов, не перешедших на сторону Хогана, сможет рассказать нам больше информации, где можно найти их верховного правителя, – сказал полный мужчина, с огромным родимым пятном на лысине.

– Ничего они не знают, мы уже спрашивали. Да и допрос мы им устроили из-за отчаяния. Понимали, что они ничего не знают и ничего не скажут. Кто из них вообще сможет перехитрить самого Хогана? Он ведь очень силен. Боюсь, мы не сможем найти мага сильнее, чем он, – проговорил Элизар спокойным тоном. – Дорогой Фаллард, какие новости с юга материка?

– У нас ничего нового. Перед своим отлетом я повторно отправил группу своих магов, чтобы еще раз обыскать все местности. В лес они ходить бояться, поэтому дальних заходов от них не ждите, – отчитался декан, посмотрев королю прямо в глаза. – Может, они засели в Валунских горах? Или в Близнецах?

– Исключено. Я недавно подумал о том же, поэтому отправил несколько своих людей на разведку. Вчера пришло от них письмо из города Аспей. Нигде не обнаружены следы магов. Единственная странность, которую они заметили – заваленный проход в пещеру в Валунских горах. Но они все обследовали, там никого не было.

– Может… – Фаллард задумался. – Может, они в лесу?

– Тоже исключено. Синие волки сразу нападут, почуяв от них невероятный уровень угрозы. Они не смогут от них вечно отбиваться. Уверен, что Хоган справится с одним, а возможно и с двумя. Но их будет больше. Соберется целая стая.

– Тогда больше не остается мест, где бы они могли спрятаться. Убежали на правый материк. Я уверен в этом, – пробормотал один из старейшин.

– Не думаю. Чутье мне подсказывает, что они еще здесь. Арион слишком слаб пока, я уверен. Конечно, он сильнее многих, но это лишь начало. Он может гораздо больше, чем все в этом мире. Да, надо еще будет приказать найти присягнувших Хогану некромантов. Кажется, их уже больше десяти убежало.

– Тринадцать, если быть точным, – поправил его еще один член совета.

– Слишком большое число, а ведь оно будет расти. Сначала некроманты, а потом и обычные маги примкнут к армии «праведных», – изрек Элизар.

– И что мы будем делать? Больше года ведь уже прошло… – Лорд-декан вспомнил о Браме.

– Честно, я в замешательстве. Я впервые не знаю, что предпринять. Победа для меня – все. А нас дурят два мага, бегающих непонятно где.

Ненадолго в зале воцарилась тишина, которую робко прервал Фаллард:

– У меня есть одно предложение…

– Какое? – Король воззрился на декана.

– Наших магов сможет отыскать только равный им по силе. Нужен очень умный и сильный маг, каких редко встретишь.

– Я не думаю, что такие найдутся.

– Я знаю одного чародея. Может, он слабее Хогана, но умом сможет превзойти любого.

– Про кого ты говоришь и почему молчал раньше? Назови его имя.

– Я… – Фаллард покраснел от напряжения.

– Ну же, – напирал Элизар.

– Брам. Брамсвелл.

Члены совета возмутились, услышав произнесенное имя, и стали бурно переговариваться.

– Тишина! – взревел король.

Все умолкли. Взгляды были прикованы к лорду-декану, словно в зале больше никого не было.

– Ты… – продолжил Элизар, – предлагаешь освободить человека, который убил стражу, а потом помог сбежать заключенным? Ты предлагаешь отпустить виновника всего торжества? Ты хоть понимаешь, что он жив исключительно по твоей милости?! Отправить в лечебницу! Ох, как благородно ты поступил, Фаллард! О чем ты вообще думал?! Его казнить прилюдно будет мало! А ты дал ему шанс на жизнь и предлагаешь его вызволить из лечебницы?!

– Простите, Ваше Величество, я все прекрасно понимаю. Но, говоря о сильнейших магах, мы не можем не упомянуть его имя. Он один из сильнейших и входил в тайный отряд. Именно он смог убить последнего из рода Валунских гвермондов.

– Убил он предпоследнего. А действительно последнему он помог сбежать. Фаллард, дорогой, да что с тобой? Неужто тебе тоже нужно обратиться в лечебницу? Я вижу, твой разум затуманивается.

– Простите, Ваше Величество, просто других вариантов я не могу предложить. Вы сами знаете Брама. Его способности, его силу, его интеллект. Он совершил ошибку, грубую ошибку, и теперь расплачивается за нее, но лишь он один способен помочь нам. Тем более что прошло уже чуть больше года.

– Вот именно. Он вместе с остальными людьми без рассудка совсем свихнулся, небось, за это время. Чем он теперь сможет помочь? Нет. Глупая идея, Фаллард. Не подлежит обсуждению.

– Я вас понял, Ваше Величество, прошу меня простить.

– Кажется, мы опять в тупике. Предлагаю все обдумать и организовать повторное собрание сегодня вечером. Все участники совета будут извещены, а теперь – свободны! – сказал Элизар.

Все разошлись, кроме короля и декана академии. Фаллард задержался в зале на какое-то время, как когда-то остался Брам, переваривая решение совета.

– Ты ведь останешься до вечера?

– Да, несомненно.

– Вот и славно. Фаллард, подумай, где они могут прятаться. Ты ведь глава академии, значит, магов знаешь куда лучше меня.

– Не думаю, что они вообще где-то прячутся. То есть устроили неподвижный лагерь. Я думаю, что Хоган будет передвигаться, как скиталец. А во время постоянных переходов обучает молодого гвермонда, как обуздать силу всех стихий.

– Как думаешь, Арион за год многому научился?

– Он и так многое умел, просто даже не пробовал. У него получилось молнию вызвать с первого раза. Это невозможно, уж поверьте мне.

– То есть…

– То есть за год, – продолжил декан, – он превратился в серьезную проблему, требующую максимально быстрых решений.

– Что-то очень страшное грядет, мой старый друг. Я это чувствую всем своим нутром.

– Тогда я надеюсь, что вы примете правильное решение. Мудрое и взвешенное решение.

Король посмотрел на декана оценочным взглядом, но ничего не произнес. Старые друзья разошлись в ожидании новой встречи на очередном собрании.

Элизар полдня думал над тем, что можно предпринять в отношении двух магов. Фаллард был уверен, что предложенное им решение может привести к продвижению всего дела. Поиски будут бессмысленными, пока Брам им не поможет, думал Фаллард. Но затуманенный гневом мозг не позволит королю предпринять такие решительные меры. Нужно было попытаться переубедить его.

Наверное, это был самый тихий вечер, какой только мог вспомниться жителям небольшого островка на севере левого материка Лириана. Со стороны порта повеяло приятным морским бризом. Птицы без устали продолжали щебетать над головой, а ясное небо без единого облачка позволяло ночью наслаждаться сверкающими звездами.

Фаллард расхаживал в окрестностях города, когда к нему подошел Элизар.

– Собрание начинается? – спросил лорд-декан.

– Нет-нет. Что ты, я бы послал за тобой своего прислугу. Зачем мне самому сообщать о таких вещах?

– Тогда зачем вы здесь?

– Мне просто захотелось поговорить. Наверно, ты прав. Скоро я объявлю начало второго на сегодня собрания. Но пока у нас еще есть время, я хотел бы побеседовать с тобой.

– Я весь во внимании, – сказал Фаллард, вдохнув свежего воздуха с примесью еловых веток и морских водорослей.

– Второе собрание невозможно, если мне нечего предложить. Знаешь, мой отец мне говорил, что если у тебя есть настоящий друг, то на него всегда можно положиться в самый трудный момент своей жизни. Ты – мой друг, Фаллард. Ты помог мне во время войны, и сейчас мне вновь нужна твоя помощь. Прошу, скажи, что нужно сделать.

– Я думал, король замка Вечного Снега никогда не просит совета.

– Я никогда и никого в своей жизни не просил, но трудные времена требуют отчаянных поступков.

– Ваше Величество, не хочу показаться навязчивым или глупым, но свое мнение я уже высказал на первом собрании совета. К сожалению, ничего нового я предложить не смогу. Боюсь, других вариантов у нас нет.

– Я знаю Брамсвелла лишь частично, и то лишь по одним рассказам. Но не думаю, что нам это как-то сможет помочь.

– Почему вы так уверены, что Брам не сможет помочь?

– Он ведь преступник.

– Брам – великий маг, а не какой-то там преступник.

– Ты ведь понимаешь, – вздохнул Элизар, – что я не могу положиться на еще одного мага, доверяясь одним твоим словам.

– Поймите наконец, Ваше Величество, он не какой-то еще один маг. Брам смог на своих двоих довести Ариона живым, пройдя весь материк. Насколько мне известно, их лошадей зарезали еще в самом начале пути, но они даже не развернулись. Помог бежать из тюрьмы? Из прославленной подземной тюрьмы, охраняемой магами и воинами? Он проник в подземелье с помощью своей смекалки и вытащил заключенных с помощью своей силы. Он уже показал то, насколько он силен.

– Звучит не очень убедительно. Да, силен. Это многие знают, но я не пойму, чем он сможет нам помочь в поисках двух улизнувших магов.

– Я не знаю, как он это сделает, но я уверен, Брам найдет способ выследить их. Найдет способ разобраться с ними. Помогите мне в ответ. Вы знаете, что я мог принять решение о лечебнице в одиночку, но вот выпустить его оттуда… здесь ведь нужно будет два соглашения. Это как минимум.

– Прости, Фаллард, все же не могу я позволить тебе выпустить Брамсвелла. Даже если бы я захотел, подумай, что обо мне подумают. Король, помогающий преступнику? Чем тогда я лучше? Да, для тебя он вовсе не преступник, но это не отменяет того факта, что он преступник в глазах простых жителей города. Думаю, твоя репутация в академии тоже не сильно возрастет после такого решения, верно?

– Ситуация слишком осложняется с каждой минутой, чтобы дорожить своими репутациями. Я готов пойти на все. Собственно, я сохранил ему жизнь, чем вызвал негодование со стороны общественности. Ваше Величество, к сожалению, больше ничем вам помочь не смогу. Решение за вами. Подумайте хорошо.

– Пойдем, – прошептал Элизар. – Пора начинать.

Когда король и лорд-декан проследовали в зал замка, там их уже ждали все участники совета. Вновь, без каких-либо церемоний, Элизар начал задавать вопросы:

– Есть ли у кого из присутствующих вопросы по делу?

Все переглянулись, но никто не стал поднимать руку. Король выждал какое-то время, после чего продолжил:

– Есть ли у кого предложения по решению нашей насущной проблемы?

И опять у всех была пустота в глазах. За прошедшее время между первым и вторым созывом никто ничего не придумал. Король этого ожидал, как и все остальные.

– Тогда объявляю обсуждение единственного решения, которое предложил наш дорогой гость. Напомню, что лорд-декан академии Гринштам просил освободить Брамсвелла – виновника всего происходящего, из лечебницы, где он находится и по сей день. По словам лорда-декана, только он сможет вывести нас на верный путь и помочь разобраться с беглецами. Я предлагаю провести голосование. Но в этот раз будет достаточно двух поднятых рук, чтобы принять решение об освобождении.

У всех появилось непонимающее выражение лица, которое вскоре сменилось неким подобием скрытого недовольства.

– Прошу начать голосовать.

Фаллард тут же поднял руку. Все остальные участники совета продолжали сидеть, устремив свои взгляды в стол. Никто не изъявил желания даже незаметно шевельнуть рукой. Все застыли, словно статуи.

Декан увидел в глазах короля сомнение, неуверенность. Ему казалось, что Элизар вот-вот не выдержит. Через несколько секунд Фаллард был уверен, что король поднимет руку.

Но он этого не сделал.

– Предложение отклоняется, собрание совета объявляю закрытым.

Глава 11. В путь

Отказ короля воспринялся очень болезненно для лорда-декана, но он ничего не мог поделать. На протяжении всего времени посылались различные отряды следопытов и магов, но все это было безрезультатной тратой времени.

Прошло несколько месяцев. На материке наступило жаркое лето, изредка сопровождавшееся проливными дождями. В тот день тучи сгустились над роковым местом, куда пришла сама смерть, наблюдая за безумной несправедливостью.

Мелкий дождичек стал накрапывать, когда к Близнецам стремительно направлялись шесть фигур. Первым в недра горы вошел верховный некромант, за ним проследовал гвермонд, следом шел отшельник, но без своей любимой зверюшки. А замыкали цепочку трое некромантов, которые самыми первыми присоединились к небольшому отряду.

Шестерка двинулась глубже, освещая себе путь факелами. Тратить хоть толику магической энергии никому не хотелось. Чародеи остановились около каменной плиты, на которой красовался знакомый Ариону символ.

– Значит, это здесь, – сказал Хоган, осматривая плиту.

– Да, мы обнаружили ее с Брамом, когда шли к порту Четырех Ветров.

– Очень любознательно. – Верховный некромант наклонился, чтобы рассмотреть рисунок ближе. – Арион, надеюсь, ты запомнишь этот день. Пришло время завершить очень важную деталь того, что хотели сделать твои предки. Не знаю, какие точно у них были планы на последующие действия, но начать они хотели именно с этого.

– Мне не верится, что это возможно, – прошептал гвермонд.

– Все возможно. Надо только этого захотеть. Поверь, я докажу тебе это через год, может чуть больше. Покажу, на что ты действительно способен. То, что мы сделаем сейчас – лишь начало великого пути. Считай, это академия, в которой обучают простым трюкам с огнем и прочим вещам. Мелочь, с которой надо начать, чтобы возвыситься до Бога.

– Мне не верится, но я готов.

– Это самая большая ошибка. Нужно как раз верить, и все получится. – Хоган протянул руку к камню, коснулся ее холодной поверхности. Знак, похожий на дракона, стал отливать блекло-зеленым цветом, но не светился, как показалось некоторым из пришедших. Что-то заскрежетало, и плита отодвинулась в сторону сама по себе. Хоган убрал руку и разогнулся. – За мной, – скомандовал он.

Отряд двинулся вереницей за верховным некромантом. За плитой они обнаружили крутую лестницу, ведущую глубоко вниз. Здесь было очень сыро и прохладно, а в воздухе витали нотки гнили.

Почему местом захоронения выбрали именно подземные проходы в горах – никто не знал. Прошло не одно тысячелетие, с тех пор как монстр был погребен в этом месте. Да и находился ли он еще тут? Это оставалось загадкой для многих.

Наконец, лестница закончилась и привела чародеев в самые недра горы. Зайти глубже уже не представлялось возможным. Температура воздуха здесь была настолько низка, что при дыхании начало появляться маленькое облачко пара.

– Вот мы и пришли, – сказал верховный некромант, остановившись перед огромной черной ямой – местом погребения.

Арион подошел чуть ближе, заглянул в глубокую дыру, но ничего не смог рассмотреть, даже имея свои врожденные способности.

– Свет! – скомандовал он одному из некромантов.

Скинув с себя капюшон, тот подбежал к гвермонду и стал держать огонь прямо над предполагаемой могилой. Но слабое свечение пламени не помогло. Тьма, сгустившаяся в самом низу, словно поглощала любую попытку привнести свет в это место.

– Ничего не видно. А если его здесь нет? – вопросил Арион.

– Не могли же его утащить и повесить при входе в замок, как украшение. А еще амфитеры не разлагаются со временем. Пора начинать, – ответил Хоган.

Трое некромантов встали в позицию, огибая Ариона полукругом. Каждый из них встал на колено, приготовившись делать то, чем никогда в своей жизни не занимался – подпиткой энергии. Магический ритуал заключался в том, что близстоящие волшебники (в данном случае некроманты) должны отдавать свою внутреннюю энергию одному единственному магу, который совершает некое действие, требующее огромной затраты сил.

Хоган долгое время обучал Ариона возвращать мертвые организмы в мир живых, заставляя их сердца вновь биться, а легкие наполняться воздухом. Сначала они тренировались на мертвых птицах, лягушках, белках, а потом перешли на более крупного животного: собаки, волки и кошки. Зачастую они целенаправленно умертвляли кого-нибудь, чтобы вновь подарить зверю вторую жизнь.

И вот, спустя много времени, Хоган был уверен, что его верный ученик готов к более большим созданиям.

Арион встал в позицию, концентрируя в себе энергию. Верховный некромант отошел в сторону, решив понаблюдать за всем происходящим со стороны. Старик Р встал рядом с ним.

– Арион, начинай, – громко произнес Хоган.

Волна энергии прошлась по всем. Гвермонд начал чувствовать в себе неистовое напряжение. Он понял, как было легко практиковаться с мелкими животными. Теперь же речь шла о древнем создании. Опасном и, возможно, неподвластном чародеям.

Ему казалось, что ничего не получится. Силы уже были на исходе. Вокруг Ариона образовалось круговое свечение. Вся энергия уходила на его поддержание. Если бы не трое некромантов, гвермонд бы уже упал от бессилия или бы погиб от истощения.

Прошло еще немного времени. Арион зарычал, а потом и вовсе закричал, чувствуя боль и сильное изнеможение.

У него не получалось. Энергия лилась, как бурная река, но ничего не происходило. Свечение вокруг Ариона усилилось. Некроманты были истощены. Силы кончались у всех. Хоган продолжал наблюдать и не вмешивался. Отшельник же был уверен, что сейчас все закончится, и ничего не произойдет.

Гвермонд прекратил свои попытки и упал вниз, будто потерял сознание. Но глаза его были открыты. Весь его организм был истощен. Магическая энергия почти закончилась в нем. Трое некромантов еле держались на ногах, шатаясь, как пьяные люди.

Затишье. Ничего не происходило, никто ничего не говорил.

– Слышишь? – спросил Р.

– Слышу что? – вопросом на вопрос ответил Хоган.

Р подошел ближе к дыре, нагнулся над ней, чтобы вслушаться в происходящее внизу.

Легкий шорох донесся из самых глубин горы.

– Пора уходить, – сказал отшельник. – Здесь слишком мало места, он будет разъярен. Поднимайте Ариона.

Некроманты попытались помочь гвермонду встать, стараясь не упасть от собственного бессилия. Хоган и Р стали поспешно подниматься по лестнице, несмотря на их преклонный возраст.

Все происходило, как в тумане. Какие-то ступени, коридоры и отблески огня прыгали перед взором, а потом в глаза ударил резкий свет заходящего за горизонт солнца.

Шестерка остановилась около валуна посреди долины, пробежав по тайному коридору, ведущему в гору. Все замерли в ожидании. Из-под земли далеким эхом доходили странные звуки.

– Он придет, ждите, – прошептал Р.

Земля задрожала, яростные вопли чудовища были все ближе и ближе. А затем оно изогнулось дугой, вылетело из потайного хода и предстало перед всеми.

Создание выглядело, как его описывало множество легенд. Вместо хвоста был острый наконечник, голова была похожа на драконью, лап не было, два широких крыла разгоняли воздух, а некое подобие чешуи (хотя у амфитер скорее обычная кожа) была цвета темно-серого камня.

– Круаша, ир хэльм о дина маркэ, – заговорил отшельник на языке древних зверей.

И амфитер ему ответил что-то такое же непонятное для тех, кто говорил на привычном для всех языке. Произошел небольшой диалог, после которого Хоган спросил у Р:

– Что он говорит?

– Прости, но связь между такими прекрасными созданиями и людьми, которые знают их древний язык – сокровенна. Говоря кратко, он с нами, и он рад был пробудиться. Познакомлю его с Мезирой, если вы не против. Боюсь, что он пойдет только со мной. Мы укроемся, так что не бойтесь. Меня никто и никогда не заставал врасплох.

– Хорошо, можете идти. У нас с Арионом еще много дел. – Хоган повернулся к некромантам и добавил: – А вы ступайте и приготовьте то, о чем я вас просил.

Троица в черных балахонах кивнула в знак повиновения и зашагала прочь. Верховный некромант обратился к гвермонду:

– Отличная работа. На какой-то момент я подумал, что ничего не выйдет.

– Главное – верить.

– Это точно. А теперь пойдем. Нам пора идти в сторону леса Синих Волков.

– Пойдем в обход? – спросил Арион.

– Зачем же? Напрямую через город Аспей.

– Но ведь нас могут там узнать.

– Даже не переживай на этот счет. Ты увидишь, как люди в этом городе слепы.

– И мы пойдем в ночь? Мы никогда не ходили с Брамом в ночь.

– Тьму не любят только те, кто ее боится.

– Не совсем понял, зачем нам идти к лесу?

– Нужно кое-что добыть. Да и дополнительная тренировка для тебя будет нам на руку.

Двое магов двигались в сторону города, не обращая внимания на то, что вокруг была кромешная тьма. Ничего, кроме собственных рук не было видно, но со временем Арион начал привыкать к темноте, ведь гвермонды видят ночью лучше, чем любой человек.

– А как вы так хорошо видите? Даже мне потребовалось время, чтобы привыкнуть.

– Некроманты пользуются знаниями, подаренными им многими темными волшебниками. Тьма – одно из основополагающих звеньев нашей стихии. Поэтому, когда довольно долго практикуешься с нечистыми знаниями, начинаешь сливаться с тьмой воедино. Это происходит непроизвольно. Просто так есть, и мы принимаем данный факт, как должное.

– Простите, что донимаю вопросами…

– Ученик, не донимающий вопросами, не имеет желания обучаться, – вставил Хоган. – Продолжай.

– Очень странная ситуация у нас вышла в горе. А точнее за ее пределами. Амфитер так легко согласился быть с нами. Я никак не пойму, как древнее и мудрое создание может вот так просто перейти на чью-то сторону.

– Я ждал подобного поведения, хоть и был готов к худшим исходам событий. Понимаешь, многие создания, такие, как многоножка Мезира или амфитер, сразу проникаются уважением к человеку, который знает древний язык зверей. Они доверяют таким людям полностью, по непонятным мне причинам. Ты небось видел, как я загорелся желанием поговорить с нашим дорогим Р, когда ты мне рассказал, где его можно найти.

– Да, я помню это.

– Вот это и была основная причина, почему я хотел, чтобы он помог нам. Да, ситуация со стороны выглядит до смешного просто, но так устроена жизнь этих существ. Изучить их изнутри ни у кого не получится. Понять их, как мы понимаем людей и гвермондов, нельзя. Но, как видишь, договориться с ними вполне возможно.

– И много в мире таких отшельников, которые знают древний язык этих существ?

– Р остался последним, насколько я знаю. Многие из них заводят себе потомство, обучают языку с самого детства. Но Р выбрал путь отшельника, поэтому уже много-много лет он скитается один по всему материку.

– И его никто не видел с Мезирой? – удивленно спросил Арион.

– Да видели пару раз, если мне не изменяет память, но он человек скрытный. Найти его тяжело даже опытному следопыту.

Дорога была далекой. Единственной проблемой по пути была река Кера, которую маги с легкостью преодолели. Хоган показал своему ученику невероятное заклинание. Перед ними, прямо из-под земли, начали вырастать корни и плестись над рекой, превращаясь в длинный и прочный мост, позволяющий перебраться по нему даже небольшому отряду воинов в тяжелых доспехах.

Хоган рассказал, что многие некроманты способны сотворить такой корневой мост, так как они часто работают на кладбищах, то есть постоянно имеют дело с землей. Поэтому некоторые возможности данной стихии позволяют справляться с такого рода проблемами. Рассказ о том, что Арион с Брамом перебирались на лодке по реке, вызвал ехидную улыбку у верховного некроманта.

– Знаете, мастер, я отомщу за своих родителей. Буду мстить всем, но самую сладкую победу мне принесет оторванная голова Брама.

– Ты не спеши так. Пока еще не готов. Неважно, как много ты сейчас практикуешься. Брам – сильный соперник. Вот кого-кого, но его недооценивать не стоит. Не забывай, он единственный выживший из того тайного отряда. Ты доберешься до него, я тебе обещаю.

– Вы не знаете, где он сейчас находиться? Отсиживается в академии?

– Я слышал, что он попал в лечебницу для лишенных рассудка людей. Видимо, лорд-декан таким образом спас его от подземной тюрьмы или даже смертной казни.

– Хорошо, если так. Он мне нужен живым, – произнес Арион злорадным тоном.

Устраивать ночлег верховный некромант запретил, объяснив это тем, что во тьме нужно тренировать свою выносливость, чтобы при дальнейшем погружении во мрак чувствовать себя гораздо увереннее. Поначалу гвермонда смущала такая стойкая позиция его наставника по поводу тьмы, но со временем он стал понимать, что в этих знаниях и бесстрашии таилась настоящая сила. Та сила, которую он сможет раскрыть в себе в полном объеме, обладая гвермондской стихией.

Без ночлегов они добрались до города гораздо быстрее. Наступало второе утро их небольшого путешествия. Вблизи Аспея уже раздавались звуки утренней суеты. Стража открыла северные врата.

Хоган знал, что никто из стражи короля, а также никто из обычных людей не сможет их узнать, поэтому здесь они могли чувствовать себя спокойно. Караульные без каких-либо проблем пропустили магов, даже не подозревая, что впускают в черту города двух разыскиваемых сбежавших заключенных.

Чародеи проследовали через центр Аспея. Верховный некромант забежал в почтовое отделение.

– Что такое? – спросил Арион у вернувшегося мастера.

– Написал одному старому знакомому.

– Я думал, мы скрываемся.

– Не переживай. Он довольно глуп, поэтому не сможет нас отыскать, даже получив от меня письмо. Пойдем дальше, не хочу долго задерживаться в этой дыре. Самый отвратительный город, в котором я только бывал.

– А вы были на правом материке?

– Конечно.

– И как там?

– Я был там лишь однажды, но успел осмотреть их главные достопримечательности. Поистине величественный город у них.

– А мы там окажемся?

– Да. Но все это позже. Нам придется много путешествовать по правому материку, он ведь по размерам превосходит наш.

Волшебники стали подходить к южным воротам, когда одного из них окликнул стражник:

– Эй, ты!

Двое осторожно обернулись. К ним подошел воин с крайне неприятным лицом: щеки обвислые, глаза маленькие, морщинистый лоб. Чародеи увидели, что во рту его зияет маленькая черная дыра – один или два зуба были выбиты.

Напряжение возросло до неописуемого состояния. Казалось, еще немного и в воздухе заискрятся маленькие молнии. Верховный некромант сохранял спокойствие, в то время как его ученик явно нервничал.

Стражник подошел совсем близко:

– Снова здесь?

– Снова? – переспросил Арион.

– Ну да, я ведь тебя тогда забирал к королю, когда ты защищал крикуна с площади.

И тут гвермонд вспомнил. Как он мог забыть такое лицо. Чувство спокойствия медленно растеклось по всему телу. Очередной глупый стражник, не подозревавший, с кем разговаривает.

– Да, точно. Забыл. Просто прогуливаемся по городу.

– Больше не нарушаешь? – мужчина расплылся в очередной улыбке.

– Нет, больше не нарушаю.

– Ну, тогда ладно. Хорошо дня!

– И вам, – ответил Арион и удалился прочь за спину стражника, направляясь прямиком к выходу из города. Хоган проследовал за ним.

Выйдя за пределы Аспея и пройдя некоторое расстояние, маги все-таки решили сделать привал, чтобы поесть и набраться сил. Они скрылись под ветвями дерева, одиноко стоявшего посреди небольшой поляны. Солнце выдавало всю свою мощь, успешно выжигая все на своем пути. Градус температуры подскочил после полудня. Спать им уже не хотелось, но Хоган пообещал сделать перерыв на сон, как только Арион справится со своим очередным заданием.

К вечеру следующего дня они добрались до границы леса Синих Волков.

– И что мы будем делать?

– Нам в скором времени понадобится эликсир, изготавливающийся на основе крови синего волка.

– То есть…

– Тебе нужно убить синего волка, – закончил верховный некромант.

– Нужно бродить по лесу, пока не натолкнемся на одного из них?

– Нет, все гораздо проще. Они сами подойдут к краю леса.

– Но ведь они не выходят за его пределы.

– Я знаю. – Хоган достал крошечный флакончик, заполненный до краев пурпурным варевом. – Вот. Эта вещица позволяет немного обмануть волка. Нужно кинуть в его сторону. Волк обязательно его схватит зубами, раскусит, а после перестанет понимать, где он находится. Таким образом, он сделает шаг за пределы леса и начнет преследовать свою жертву.

– А нельзя приручить синих волков, как это делает Р?

– К сожалению, нельзя. Волки – единственные, кто не поддаются разговорам. Они вообще не разговаривают. У них только животный инстинкт. Сильные противники, но предпочитают ошиваться исключительно у себя дома. Из леса они никогда не выходили.

– Ясно. А теперь мне предстоит убить одного из них?

– Конечно.

– И как мне это лучше сделать? Где их слабые стороны?

– Этого я сказать не могу. Думай сам. Ты ведь не будешь интересоваться слабыми сторонами, встречая каждого своего врага на пути?

– Не буду, мастер.

– А вот и зря. Если у тебя есть возможность узнать о своем враге больше информации до начала поединка, то лучше это сделать сразу. Если же бой получился спонтанным, то других путей нет. Но я тебе настоятельно рекомендую узнать больше про Брама, если не передумаешь с ним встретиться в будущем.

– Простите, верховный некромант, я не подумал. Так что лучше использовать против синих волков?

– Лучшая защита против них – вода. Единственная стихия, против которой они так слабы. Да и ты достаточно практиковался с ней. То, что ты смог поднять реку, меня действительно впечатлило. Надеюсь, здесь ты сможешь проявить смекалку.

– Давайте начнем, – еле слышно сказал Арион, направляясь к самой границе леса.

Хоган подошел ближе к юному магу. Вдвоем они встали, как вкопанные, и начали лицезреть вековые деревья, которые плавно покачивались на ветру, скрывая последние лучи заходящего за горизонт солнца.

Тишина. Потом шорох. И перед ним оказался волк. Огромное чудовище, точно такое же, с каким гвермонду довелось встретиться в свой первый поход через лес.

Синий волк скалил свои зубы, но боялся выйти за пределы леса, словно маленький ребенок, прячущийся за подолом своей матери.

– Готов? – спросил Хоган, замахнувшись флакончиком.

– Готов.

Верховный некромант бросил зелье в сторону волка. Летевший предмет угадил прямо в пасть зверю. Синий волк, в свою очередь, с охотой схватил его и раскусил в одно мгновенье. От содержимого у него помутился его животный рассудок.

Хоган быстрым шагом отошел в сторону, понимая, что схватка вот-вот начнется. Создание, вечно живущее в лесу, сделало шаг. Два. Три. Оно вышло за пределы леса. Рот приоткрылся, оголяя острейшие клыки. Из гортани доносились грубо рычащие звуки.

Зверь бросился на Ариона. Маг стоял на месте и даже не хотел шелохнуться, отпрыгнуть в сторону или просто пригнуться, чтобы избежать смертельной хватки животного. Некромант с удивлением наблюдал за атакой. Волк был уже совсем близко к гвермонду. Один прыжок и он перегрызет бедняге глотку, а потом съест его, не подавившись костями.

И волк сделал свой рывок.

В мгновенье ока он оказался прямо над юным магом, оскалив свою пасть над головой чародея. Но зверь пролетел дальше. Во рту ничего не оказалось. Там, где стоял Арион, больше никого не было.

– Невероятно… Но когда? – ошеломленно прошептал Хоган.

В этот момент гвермонд появился прямо за спиной волка и возвел две руки вверх, приготовившись нанести удар. Одна ладонь была прямой и напряженной, словно придерживала что-то тяжелое, а вторая приняла форму так, будто держала нечто шарообразное.

Под зверем появилась вода, начавшая вихрем подниматься и окружать его, превратившись в тот самый шар, который держал Арион рукой. Синий волк не смог двигаться в нем. Дышать было нечем. Какое-то время он еще держался, клацая своей пастью, но потом вода начала проникать в нутро зверя, заполняя все его легкие.

Гвермонд не переставал контролировать смертоносный водяной шар, пока враг внутри совсем не ослаб и не сдался. Когда же это произошло, Арион опустил руки. Вода резко опустилась на землю, после чего почва стала постепенно ее впитывать.

Некромант заковылял в сторону мертвой туши. Зверь лежал на земле, совершенно не двигаясь. Остатки воды продолжали вытекать маленькой струйкой из его пасти.

– Меня всегда удивляло, как быстро гибнут такие создания от простой воды, – проговорил Хоган.

– Если кинуть человека или гвермонда в море, то они тоже погибнут. Силу воды нельзя недооценивать.

– Маги выживут в море, остальные – нет. Если, конечно, сил хватит. Ты очень быстро создал свою копию. Как у тебя это получилось?

– Подумал, что будет довольно эффективно, ведь такого быстрого зверя, как синий волк, нужно застать врасплох. В скорости я ему уступал, поэтому и решил, что это будет наилучшим решением.

Верховный некромант присел на корточки, достал небольшой ножик, сверкнувший лезвием на солнце, и вспорол бок животного. Из разреза полилась кровь, но не привычного алого цвета. Она была голубой, даже местами прозрачно-голубой, как морская вода. Хоган подставил довольно объемистый флакон и набрал в него крови.

Закончив процедуру, он поднялся и томно посмотрел на мертвое, бездыханное тело.

– Так зачем же нам кровь синего волка, мастер?

– Пока не могу тебе сказать, но она нам пригодится для одного очень важного ритуала.

– Хорошо. А куда же мы теперь направляемся?

– Думаю, нам стоит встретиться с Р. Посмотреть, как ведет себя амфитер. Он должен быть около устья реки Керы.

– Пойдем обратно опять через город Аспей?

– Не думаю, что стоит заигрываться. Один раз нам повезло, но вдруг нас кто-нибудь все-таки узнает? Да и мне не хочется ходить через эту Богами забытую дыру. Давай лучше по побережью пройдемся. Море летом способствует некоему успокоению.

– Мне не терпится продолжить свое обучение на правом материке, мастер.

– Всему свое время, Арион. Подожди еще немного, и мы обязательно туда попадем. Пока сейчас активно занимаются нашими поисками, мы не сможем просто так туда перебраться. В порту нас точно узнают, а с другим транспортом нам надо еще сдружиться.

– Сдружиться? О чем вы, верховный некромант?

– Амфитер нам нужен не только, как воин. Мы полетим на нем, Арион. Это единственный шанс перебраться на правый материк Лириана незамеченными.

– Там мы сможем встретиться с Брамом?

– Утихомирь свой молодой пыл, гвермонд. Я говорил, ты встретишься с Брамом, но это будет позже. Не знаю где, но не в скором времени. А если ты удумал нападать на лечебницу, то делай это без меня. Ее охраняют сильнейшие маги королевства. Среди них есть и способные женщины. Там ведь недалеко академия Мисс Альвы. А я тебе скажу, что многие магички сильнее представителей мужской половины.

Больше волшебники ничего не сказали друг другу. Хоган направился на восток, ближе к морю. Арион пошел за ним следом.

Вид Карантового моря действительно приковывал внимание любого жителя материка. Бескрайние голубые дали создавали поистине волшебную атмосферу. Глядя на морской горизонт, можно было представить себе бесконечный мир неизведанного. Чего-то того, что не могло быть изучено простыми людьми или гвермондами.

Большинству были неведомы твари, проживающие на дне морском. И лишь немногие верили в существование тех же русалок, чего уж говорить о другой живности моря.

Арион, наблюдая за бьющимися пенистыми волнами, не мог себе вообразить, что помимо живых существ, на дне морском покоится целая армия глуров, поверженная во времена войны.

А ведь когда-то они жили в мире и согласии со всеми. Морские тролли имели целый город на самом дне Карантового моря. Жители островов с ними никогда не контактировали и не притесняли их. Всю еду для себя глуры могли добывать под водой, строительные материалы они находили под водой. А те, кто обладал магическими способностями, практиковались в подводных просторах.

Что заставило их однажды покинуть свою родную гавань – никто не догадывался. Можно было сказать, что к войне они готовились основательно, тщательно продумывая каждый свой ход. Атаки были идеально спланированы. Дозорные, подстерегавшие соколов с письмами, были расставлены в правильных позициях. Да и в бою глуры вели себя крайне уверенно.

Все понимали, что такое готовилось не один год. Одной из причин их поражения была чужая территория. Глуры, как жители морского дна, привыкли передвигаться исключительно под водой. Битва на суше для них давалась с трудом, хоть это и не было заметно первое время.

В битве они потерпели поражение, однако и смогли нанести тяжкие увечья всему материку. По решению трех властителей левого материка, армия глуров была погребена на морском дне, откуда она никогда больше не должна была подняться.

Двое чародеев добрались до устья реки – места встречи со стариком. Но там его не оказалось.

– И где же наш отшельник? – спросил Арион.

– Знаешь, очень забавно называть человека отшельником, когда он присоединился к какому-либо обществу. Пусть даже состоящему из нескольких магов.

– Для меня старик Р всегда будет оставаться отшельником. Знаете, у него ведь даже поведение иное. Он всегда словно сторонится нас. Стоит в стороне, наблюдает.

– Да уж. Привычки, выработанные годами, не отнять. Он пристрастился так жить, с этим ничего не поделаешь.

– Я понимаю. И все же… где он?

– Сейчас придет. Я уверен, он где-то недалеко. Я настоятельно рекомендовал ему дождаться нас, даже если возникнут какие-то проблемы.

– Не видать. – Арион осмотрелся по сторонам.

На земле, возле волшебников, появилось небольшое пятно тени. Оно начало расширяться, увеличиваясь в размерах. Арион и Хоган подняли головы, обратив свой взор к небу, и увидели плавно приземляющееся создание, походившее издалека на дракона.

Амфитер опускался все ниже и ниже. Волшебники отступили немного назад, освобождая место для сказочного существа. Верхом на нем оказался старик Р, который широко улыбался, показывая всем свои желтые и кривые зубы.

– Так быстро позволил себя оседлать? – спросил верховный некромант, когда амфитер окончательно коснулся земли.

– Замечательные создания, умные. – Отшельник перекинул ногу и спрыгнул на траву. – С Мезирой у меня было куда больше проблем.

– И как успехи? Куда вы летали? – спросил Арион, щурясь от яркого солнечного света.

– Недалеко совсем, попробовали над морем пролететь. Соваться с ним сейчас никуда не стоит. Если заметят, сразу поймут, что вы здесь. А вы у нас теперь личности скрытные, не найти вас нигде ведь.

– Прекрати язвить, мне это не по нраву, – возмутился Хоган. – Значит, за море уже сможет переправить?

– Ну, как видишь.

– Только тебя или нас тоже с охотой прокатит?

– Всех, я много с ним разговаривал. Он такой податливый, потому что мы сняли с него оковы вечного сна. А также благодарен Ариону и считает его своим покровителем.

– Прекрасно, нам как раз нужно будет перебираться на правый материк в скором времени.

– И как скоро вы планируете это сделать? – спросил Р.

– Как позволит мастер, – ответил ему гвермонд.

– Думаю, если амфитер позволяет нам совершить такое путешествие, то мы можем отправиться сейчас.

Глаза Ариона округлились. Он нервно сглотнул слюну, пытаясь понять, что именно сказал его наставник. После непродолжительной неловкой паузы, он спросил:

– Простите?

– Пора готовиться к дальнейшим действиям. А на правом материке еще нет такой слежки за нами, как здесь. Там мы сможем чувствовать себя спокойнее. Р, ты останешься здесь и отыщешь присоединившихся к нам некромантов. Ты знаешь, вам есть чем тут заняться. Мы с Арионом на какое-то время останемся на правом материке. Возможно, больше не вернемся. Но мы точно встретимся. У нас еще одно важное дело.

– На правом материке Лириана не так легко найти кого-либо, – добавил отшельник. – Как мы встретимся?

– Мы сами тебя найдем, не переживай. Нашему юному гвермонду еще многому надо научиться. Все, что можно было сделать на родном левом материке, он сделал. Пора двигаться дальше. Приготовьтесь к тому, что вам тоже надо будет перебраться на правый материк. Только там мы по-настоящему сможем продемонстрировать всем свою силу.

– Как скажешь, верховный некромант. – Старик Р заметно улыбнулся.

– Арион, ты готов?

– Как никогда, мастер.

– Тогда, вперед.

Чародеи сели на амфитера. Он взмахнул своими расправленными крыльями, и они отправились в голубую высь. Набрав нужную высоту и скорость, они оказались над водой. Над бескрайним синим пространством.

Глава 12. Освобождение

– Лорд-декан Фаллард? – Голос доносился откуда-то издалека. С одной стороны, он отчетливо звучал рядом, с другой стороны, существовал лишь в недосягаемом вымышленном мире. Имя прозвучало несколько раз. А потом гулкое эхо голоса раздавалось все ближе и ближе. – Простите!

Декан поднял веки. Перед глазами все плыло. Он позволил усталости взять верх над ним. За столом ему раньше никогда не приходилось засыпать, но всему наступал свой черед. Тяжелая голова оторвалась от деревянной поверхности, оставив себе на память круглый красный отпечаток на лбу. Тело замерзло. По нему пробежались мурашки, хоть на улице и была невыносимая жара.

– Лорд-декан. – Голос все не унимался, дожидаясь, пока глава академии сможет, наконец, проснуться.

Перед Фаллардом стоял молодой человек, вероятно обучавшийся на втором или третьем курсе.

– Что такое?

– Лорд-декан, просили срочно вас найти, сообщить новость.

– Какую еще новость? Говори же.

– В академию прибывает король замка Вечного Снега, Его Величество Элизар.

– Как это? Не было никаких писем, что он явится в академию. Да и с чего ему выбираться так далеко? Он не покидает свой замок.

– Простите, лорд-декан, – замялся ученик, – я неверно выразился. Король Элизар уже прибыл в академию и ждет встречи с вами.

– Как? Где?

– Главная площадь, лорд-декан.

Фаллард молнией сбежал с башни и направился в сторону площади. Сон как рукой сняло, словно его и не было. Как оказалось, ученик не издевался над бедным деканом, а сказал чистую правду. На площади было всего двое живых существ: Рарог и сам король.

– Я думал, что короли не передвигаются без своей свиты.

Элизар обернулся, услышав знакомый голос, сжал губы и сделал робкий шаг навстречу старому другу.

– Трудные времена меняют жизнь. Тебе ли не знать это, Фаллард.

– Чему обязан?

– Король посетил академию, не делай из этого никаких событий. Давай лучше пройдем туда, где нет лишних ушей.

Вдвоем они проследовали в закрытый для учащихся участок, зашли в старый дом и вышли на балкон, выходивший на западное побережье моря. Глубоко вдохнув свежего бриза, Элизар начал с приятных новостей:

– Мы обнаружили их.

– Кого?

– Кого же еще. Хоган, Арион. Они были замечены в городе Аспей.

– Отлично! Первое продвижение за столь долгое время. Значит, работают ваши следопыты.

– Работают… как же! Держи, прочитай. – Король протянул декану небольшой сверток.

Фаллард взял письмо и быстро промямлил его содержимое:

– «Его Величеству Элизару. Спешу уведомить вас, что двое сбежавших заключенных, а именно Арион и Хоган, были замечены на территории города Аспей».

– Интересно, правда? – спросил Элизар, уставившись на собеседника.

– Если их увидели, почему ничего не предприняли? Побоялись вступать в бой?

– Все гораздо интереснее, мой старый друг. Прочитай подпись внизу.

Лорд-декан опустил свой взгляд на нижний конец пергамента. Прочитав подпись про себя, он понимающе кивнул.

– «Верховный некромант», – Фаллард произнес вслух увиденное.

– Он еще смеет над нами потешаться! Ты представляешь себе!

– Значит, они еще на левом материке.

– Да кто их знает. Письмо было отправлено из Аспея, но ведь Хоган мог попросить кого из своих прислужников. Этого мы узнать не можем.

– Если они действительно были в городе, почему никто из стражи короля Микора не поднял тревогу хотя бы?

– Я отправлял указания этому болвану, но ты ведь знаешь, что он глуп как пробка и не перестает напиваться в своем замке. Не пойму я, почему у Дефола Великого вообще родился такой несуразный сын.

– Иногда природа берет отдых. С этим ничего не поделаешь, даже Лириан тут не вправе помочь.

– Мне что-то подсказывает, что Арион сейчас уже довольно силен. Хоган не стал бы просто так присылать издевательские письма.

– А пока мы стоим и беседуем, он становится еще сильнее. И что же нам делать? – спросил Фаллард.

– За этим я и прилетел. Меня всегда называли мудрым правителем… но сейчас я дал слабину. Я думал и над твоими словами, которые были произнесены во время собрания двух советов. И я принял решение.

– Какое же?

– Я подпишу указ. Зря я тебя не послушал ранее. Подпишу все, что нужно. Пора освобождать Брама из заточения.

– Вы уверены? – уточнил декан, не поверив услышанному.

– Я уже отчаялся в попытках найти двух жалких чародеев. Видимо, ты прав. Только волшебник может поймать волшебника. Но нужен умный, готовый действовать человек. Все-таки несмотря на ошибку, которую он совершил, Брам является одним из сильнейших в своем деле.

– Я немедленно подготовлю документы, чтобы его освободили из лечебницы.

– Да, верно. И чем быстрее, тем лучше.

Фаллард немедленно начал удаляться, дабы вызволить Брама из заточения. Но Элизар его окликнул:

– Правильно ты тогда поступил.

– Тогда?

– Не дал мне возможности казнить Брама. Надеюсь, он оправдает свое освобождение.

***

Лечебница святого Пелара кардинально отличалась от любых других мест пребывания больных. Здесь никогда не занимались врачеванием физических травм, а лечением рассудка как таковым не занимались вообще. Больных скорее просто содержали и изолировали от всего мира, чтобы никто не смог чего накуролесить за пределами лечебницы.

Стража без устали наблюдала за каждым углом, за каждой комнатой, за каждым человеком и даже за каждой пылинкой. Неоднократные попытки сбежать прерывались сразу же, не успев начаться. Тех, кто пытался устроить побег, не наказывали, считая желание иметь свободу врожденным инстинктом человека.

Многие находившиеся в лечебнице оставались в ней на всю жизнь без шанса на освобождение. Единственным выходом была смерть. Кто-то умудрялся покончить жизнь самоубийством, а кто-то умирал спокойно от старости или заболевания.

Глава лечебницы Ингот расхаживал в основном лечебном крыле, когда его неожиданно вызвали в личный кабинет.

– По какому вопросу меня потревожили? У меня осмотр больных и проверка всего помещения.

Посреди комнаты стоял мужчина средних лет. Не приветствуя главу лечебницы, он протянул ему письмо. Ингот подошел к столу, поднес кусок пергамента ближе к свече, чтобы во мраке разобрать написанное, после чего посмотрел на незнакомого ему человека.

– Он самый спокойный у нас. Не понимаю, как он вообще к нам попал.

Мужчина ничего не ответил, в ожидании смотря на Ингота. Тот, в свою очередь, заторопился ответить на немой взгляд незнакомца:

– Не мое дело. Понял. Пройдемте, я отведу вас к нему.

Двое зашагали по темным коридорам, проходя огромное количество отдельных комнат, в которых содержались все больные. Пройдя с десяток дверей, Ингот наконец остановился и вошел внутрь одной из палат.

Каждый человек здесь занимался своим делом: кто-то разговаривал, кто-то спал, а кто-то бился головой об стену. Но один из них сидел в углу на полу. Глава лечебницы подошел именно к нему, после чего объявил:

– Брамсвелл. Его вы и ищете.

– Вижу, – сказал Фаллард.

– А вы…

– Ступайте, я выведу его сам.

– Как скажете, – проговорил Ингот и засеменил в сторону выхода.

Лорд-декан подошел ближе к магу и наклонился, чтобы поговорить:

– Как ты?

Брам долгое время не отвечал, уставившись в стену. Затем он медленно повернул голову в сторону декана:

– Видите того бедолагу? – Чародей указал пальцем на больного, который бился головой об стену.

– И что с ним?

– Сегодня я собирался заняться тем же, чем и он.

– Даже эта лечебница не смогла выбить у тебя из головы твой глупый и неуместный юмор. Пойдем, ты освобожден.

– Долго я здесь сидел. Сбился со счета. – Брам вновь уставился в стену.

– Прости, я не мог тебя высвободить без письменного разрешения короля Элизара. Он совсем недавно решился подписать бумагу.

– Что же заставило его это сделать? Я ведь преступник.

– Ты просто человек, который ошибся. Король замка Вечного Снега захотел дать тебе второй шанс.

– Его Величество хочет видеть мою голову, надетую на пику.

– Поверь мне, – вздохнул Фаллард, – Его Величество в отчаянии, поэтому хочет твоей помощи. Давай, пойдем, нам многое нужно будет обсудить.

– Помощи? Лорд-декан, посмотрите на меня, какая от меня может быть помощь? Сколько я здесь пробыл? Несколько лет?

– Немного больше года. Ничего, мы быстро приведем тебя в чувство. А теперь вставай, нам пора отправляться на наш материк. Через два дня будет собрание трех правителей, тебя и меня хотят там видеть.

– Даже с правого материка прибудет делегация?

– Даже с правого. Король Элизар уже отправил им письмо, а вчера получил подтверждение приглашения.

Брам неуверенно встал с пола с помощью декана, а затем они направились к выходу. Перед главными воротами, ведущими на улицу, чародей остановился, смутив тем самым Фалларда.

– Не хочешь покидать это место? Пожалуйста, не ври, что ты привык к нему. Не каждому удается шанс покинуть лечебницу.

– Хочу, просто… не знаю. Кажется, меня немного пугает это. Нас в лечебнице не выпускали на улицу. Дневной свет мы изредка видели в узких стеклянных щелочках прямо под потолком. И то они были лишь в коридорах.

– Пора привыкать снова быть нормальным человеком. Давай, делай шаг и пойдем.

Брам еще несколько секунд колебался, прежде чем продвинуть свою ногу вперед. Но после недолгих раздумий, он все же сумел перебороть внутренний страх. Жизнь в лечебнице меняла человека слишком сильно. Маг понимал, что можно быстро освоиться и вернуться к нормальной размеренной жизни, но в то же время он знал, что его ждет еще много всего интересного впереди, ведь король Элизар никогда не просил помощи, пока ситуация не доходила до критического состояния неразрешенности.

– А что мы будем делать эти два дня? До начала собрания.

– У тебя будет возможность отдохнуть. Воспользуйся ею. Неизвестно, будет ли такая возможность еще хоть раз в твоей жизни.

– А что именно будут обсуждать на совете?

– Одно важное дело, с которым мы не можем справиться на протяжении всего времени твоего заточения в лечебнице.

– И что же это за проблема?

Фаллард продолжал идти, ничего не отвечая. Но Браму было достаточно и этого молчания.

– Арион? – спросил маг.

– Арион, – ответил декан.

Последние два дня выдались для Брама крайне тяжелыми. Вернувшись в академию при помощи телепорта (вторая телепортация оказалась для него более удачной), чародей чувствовал себя абсолютно чужим. Такие родные стены Гринштама выглядели совершенно незнакомыми.

Способствовало такому настрою и то, что все его бывшие коллеги по работе, то есть профессора, пристально за ним наблюдали при каждой встрече, как следят охотники за своей добычей в лесу.

Несмотря на все это, магу становилось лучше с каждым часом. Голова его приходила в сознание, стены уже не казались такими неродными, а все произошедшее до этого унеслось далеко в прошлое, как будто все путешествие и сцена в тюрьме произошли не больше года назад, а раньше.

Местом встречи созыва трех правителей выбрали город Аспей, как центр левого материка Лириана. Интересно и то, что за последнее тысячелетие (а сейчас шел 1509 год) такой созыв собирался дважды. Даже во время войны он был проигнорирован, так как не было времени решать вопросы при помощи собраний. Нужно было действовать очень быстро. На правом материке жители вообще пребывали в неведении, так как никакой информации о войне с глурами они не смогли получить. К сожалению, все почтовые соколы были убиты, а телепорт тогда еще не работал.

По прошествии двух дней лорд-декан Фаллард и боевой маг Брамсвелл прибыли в город для проведения совета. Во дворце короля Микора собрались все пять участников собрания: маг с деканом, король замка Вечного Снега, сам король Микор, хотя здесь его роль была сведена к нулю, и представитель королевства правого материка по имени Кан-Бер.

– Предлагаю начать собрание, если все на месте, – начал говорить Элизар, когда все прибывшие собрались в тронном зале, где был установлен огромный стол овальной формы. Король Микор же стоял поодаль ото всех, совсем позабыв, что такое командовать людьми. В своем дворце он даже стеснялся быть организатором сего мероприятия.

Все уселись за стол. Повисла неловкая пауза. Брам ловил неоднозначный взгляд Элизара, осознавая, чем он был вызван.

– Пожалуй, начну я, – сказал Элизар. – Чтобы наш гость Кан-Бер и король Микор были в курсе всего происходящего, я кратко изложу суть дела с вашего позволения.

И он поведал все, что было до этого. Рассказ начался с камня Фаталиты, а именно с момента, когда к нему вышел молодой Арион Сток, не знавший тогда свою роковую судьбу. Было упомянуто и его путешествие с Брамом и побег из тюрьмы. Далее последовали рассказы о том, чего совершенно не знал и сам Брам, пока находился в лечебнице и был отрезан от всего мира. Король Элизар не поленился зачитать издевательское письмо, отосланное самим верховным некромантом. На этом его речь и закончилась.

– Мы свято уверены, что сила гвермонда растет с невероятной быстротою, учитывая тот факт, что он находится в руках одного из сильнейших магов, вернее сказать, некромантов нашего материка. Нужно действовать решительно, больше откладывать нельзя.

– Я так понимаю, вы и есть тот самый боевой маг, который помог сбежать заключенным? – спросил Кан-Бер, уставившись на Брама.

– Да, – прошептал чародей, стыдливо опустив свои глаза.

– Что же именно вас побудило так сделать? – не унимался представитель правого материка.

– Я… – задумался маг, – я много времени провел в пути с Арионом. Думал, что хорошо его узнал. Мне казалось, что он не сможет принести беды в наш мир.

– Вы были воином, выполнявшим приказы беспрекословно, а тут вдруг стали милосердным человеком?

Лицо Брама залилось красным цветом. Он поежился, сжал кулаки.

– Я был боевым магом. Был – главное слово! – вспылил чародей, поднявшись со стула.

– Мы все поняли, что он действительно изменился, хоть и выполнял любой приказ безоговорочно. Но никто не знал, что Арион использует Брама, чтобы покинуть тюрьму, а также, чтобы отомстить в дальнейшем за смерть своего отца. Мы собрались здесь, дабы решить проблему, возрастающую ежесекундно.

– Благодарю, Ваше Величество, – сказал чародей, усаживаясь за стол.

– Не нужно лести и благодарностей, я никогда тебе не прощу гибель шести стражников, охранявших вход в тюрьму.

– Он перебил всю стражу один? – удивился Кан-Бер. – Что же это за тюрьма такая?

– Прошу прощения, – влез Фаллард, – но это не имеет никакого отношения к нашей теме разговора. Брам – сильный маг. А также умен. Поэтому его и освободили из вашей знаменитой лечебницы.

– Преступник помогающий поймать преступников, – высказал Кан-Бер.

– Я не преступник!

– Давайте успокоимся. – Элизар постучал ладонью по столу. – Я пришел к выводу, что Брама нужно освободить. Да, это так. Я считаю, что он – последняя наша надежда найти магов. Если такого и не произойдет, то когда-нибудь Арион сам найдет его. Я в этом уверен, и лорд-декан академии Гринштам солидарен со мной в этом вопросе. На сем я хочу выдвинуть свое предложение по поимке опасных беглецов. Кан-Бер, надеюсь на ваше понимание, так как дело касается безопасности вашего материка в том числе.

– И что же вы предлагаете?

– Мое решение таково: по всему материку нужно продолжать отправлять следопытов и магов для поиска преступников. На правом материке нужно усилить наблюдательные пункты. Арион и Хоган когда-нибудь захотят перебраться на вашу сторону. Нужно внимательно отслеживать каждый прибывший корабль, следить даже за телепортом.

– Позвольте, единственный рабочий телепорт находится у меня в академии, – возмутился Фаллард. – Каким образом они смогут им воспользоваться?

– Я не обвиняю тебя в содействии преступникам, мой дорогой друг. Но враги наши не только сильны, но и хитры, как никто из ныне живущих.

– Около портала постоянная стража из боевых магов. Никто не сможет проскочить незамеченным, – твердо сказал Кан-Бер.

– Я понимаю, но мне нужно быть уверенным, что границы правого материка будут надежно охраняться.

– Могу вас заверить, что наши границы будут под надежной защитой. Я был отправлен к вам по наставлению самого Владыки Фортавира. Любое принятое здесь решение будет немедленно ему передано.

– Я безмерно благодарен, что Владыка Фортавир не отказался принять косвенное участие в совете. Нам, как никогда, нужна ваша помощь.

– Так что именно вы хотите предложить нам? Ведь поиски продолжаются больше года, а результата никакого.

– Я, – громко произнес Элизар, – предлагаю установить единый орден, который будет заниматься исключительно поимкой гвермонда Ариона и верховного некроманта Хогана. Он будет объединен одной целью, и у него будет один главный предводитель, решения которого боевые маги и простые воины будут слушаться безоговорочно.

– Если дело касается безопасности материка, то я готов предоставить большинство моих воинов, кроме моей личной стражи, – впервые за весь разговор выступил Микор.

– Славно, ценю твою помощь. – Элизар с почтением кивнул.

– Идея мне нравится. Правда стоит ли организовывать отдельную армию для поимки двух беглецов? – вопросил Кан-Бер.

– Поверьте, пока мы ждем и решаем вопросы, они уже не просто двое беглецов. Насколько нам известно, они сами собирают свой отряд, и в их число уже давно вступило множество некромантов. Мы уверенны, что их число растет, и одними магами дело не обойдется.

– Тогда полностью поддерживаю вашу идею, но кто же будет главенствовать такой армией?

Элизар осмотрел всех присутствовавших. В образовавшейся тишине было слышно лишь слабое жужжание мухи, летающей где-то в углу тронного зала.

– Главнокомандующим предлагаю назначить боевого мага Брамсвелла.

– Сделать его главным? Вы серьезно? – озлобился Кан-Бер.

– Я могу вас заверить, что лучше кандидата вы и найти не сможете, – сказал декан. – Я знаю Брама много лет, поэтому с уверенностью говорю, что он лучший в своем деле. Да, он совершил в своей жизни ошибку. Лично я поддерживаю данное решение. – Фаллард поднял руку.

– Если вы говорите правду, то я тоже согласен. – Поднялась неуверенная рука Микора, хотя ему скорее никакого дела не было, кто станет главнокомандующим.

Рука Элизара поднялась вслед за остальными, а все взгляды устремились на представителя правого материка.

– Решение я ваше ценю, хоть оно мне не по душе, – начал Кан-Бер. – Возможно, вы правы, и Брамсвелл является действительно сильным и умным магом, каковым вы его называете. – Пауза. – Но если проблема касается двух материков, то моя задача – защитить земли, сотворенные Великим Лирианом. Чародей совершил ошибку, ему же ее и исправлять. Если он не будет справляться, то его нужно будет отправить в тюрьму. Только не вашего северного острова. Брамсвелл отправится в темницу королевства Владыки Фортавира.

– Значит, решено. Брамсвелл, отныне ты главнокомандующий единого ордена, – закончил Элизар совет.

У всех было серьезное выражение лица. У всех, кроме Брама. Он был в полной растерянности от принятого решения.

Будет правильным сказать, что это был самый странный день в жизни боевого мага Брамсвелла. Еще никогда раньше он не чувствовал себя столь скованно и напряженно. На своем жизненном пути ему приходилось не раз сталкиваться с трудностями. Он успешно пережил войну с глурами, остался жив в последней схватке с Валунским гвермондом. Но в каждом этом моменте он являлся пешкой на шахматной доске. Пешкой, которая доходила до края вражеской половины и приобретала могущество, способное перевернуть ход игры. И все же ему никогда не представлялось оказаться самой главной фигурой на доске. От каждого последующего его решения будут зависеть жизни многих жителей материков. Он понимал, что любое неверное действие может привести к смерти невинных.

Стоя около паперти, Брам размышлял о том, что нельзя просто так уйти с поля боевых действий. Все его проведенные года в академии, спокойные профессорские часы – временная благодать за успешно выполненные поручения. Но воин всегда должен возвращаться к своей работе. Такова была воля Лириана. Если он клеймил человека или гвермонда такой судьбой, значит нужно было принимать ее в таком виде, какая она есть.

Когда солнце чуть скрылось за облаками, к Браму подошел лорд-декан.

– Чудесная сегодня погода.

– Уж не погода меня сегодня беспокоит.

– Переживаешь, что не справишься?

– Я не пойму, как король Элизар вообще пришел к мнению, что меня нужно назначить главным? Я никогда не вел войну против кого бы то ни было.

– Да ты всю жизнь сражался против кого-то.

– Сражаться, – Брам сделал акцент на первом слове, – это не вести войну. Управлять армией, даже и малым отрядом – совсем иное.

– Это была моя идея, – сказал Фаллард.

– Ваша?

– Да. Понимаешь, я хотел вытащить тебя из лечебницы. Другого способа просто не существовало. Это, конечно, была первая причина. Вторая – ты действительно лучший кандидат. Я уверен, никто так не справится, как это получится у тебя.

– И что же мне теперь делать? Как-то не хочется в темницу королевства попасть.

– Не попадешь. Никуда ты не денешься. Спрашиваешь, что тебе делать? Командовать, Брам, командовать. Начни продумывать с чего начать. Как выйти на их след. Ты ведь провел с Арионом огромное количество времени. Наверно, ты понимаешь, как он мыслит. Может, совсем немного, но понимаешь. Единственная проблема – верховный некромант. Хоган хитер и не даст никому просто так заполучить юного гвермонда, пока он окончательно не окрепнет.

– А если подождать, пока Арион сам до меня доберется? Я абсолютно уверен, что он еще наведается ко мне в гости.

– К этому времени он уже будет слишком силен, ты так просто с ним не справишься. Да и придет он не один. Это я точно знаю. Не станет он так рисковать. Это теперь не битва двух волшебников, Брам. Здесь будет битва двух войск, если мы не поторопимся.

– Мы можем устроить лагерь прямо в Аспее? Его стратегическая позиция удобна для нас.

– Об этом тебе нужно говорить с королем Микором. Он хоть и неважный правитель, но разрешение дать может. Видишь, уже начинаешь соображать.

– Как будто мне кто-то выбор оставляет, – усмехнулся Брам.

– Ты как-то странно быстро поправился после пребывания в лечебнице. Люди там слабоваты на ум становятся, даже самые здоровые.

– Как будто мне кто-то выбор оставляет, – вновь повторил маг.

Над ними раздался громкий колокольный звон. Церковь призывала собраться жителей на вечернюю молитву Богу Лириану.

– Пойдешь внутрь? – спросил Фаллард.

– Нет, я уже сходил, чтобы не находиться в огромной толпе. Одному спокойнее.

– Согласен с тобой. Да поможет нам Лириан в этой борьбе.

– Думаю, только он и поможет. Знаете, Арион ведь напоследок проговорил слова пророчества. Он собирается уничтожить Бога Старого и стать Новым.

– И ты в это веришь? В то, что пророчество исполнится?

– Я уже не знаю, во что верить, но если он действительно хочет стать Новым Богом, то я не могу ошибиться.

– Веришь исключительно одному Старому Богу?

– Не в вере дело. Поймите, на меня свалилась слишком большая ответственность. Мои неправильные действия и решения могут привести к гибели Лириана.

– Тогда сделай все, чтобы предотвратить эту гибель. Знай, я всегда с тобой. – Фаллард положил руку на плечо чародею.

– Спасибо. – К церкви начал подходить народ. – Мне пора. Еще нужно наведаться к королю Микору. Элизар покинул дворец?

– Нет, он как раз был с Микором.

– Отлично, спасибо. Вы мне тоже нужны. Идемте.

В тронном зале никого не было. Найти двух королей удалось на террасе, где они беседовали о чем-то личном, попивая медовуху из кубков.

– Нужно поговорить, Ваше Величество – заявил Брам сразу двум правителям, едва появившись в их поле зрения.

– Мы внимательно слушаем. – Короли повернулись к нему почти в одинаковой манере.

– Нам нужно утроить лагерь ордена прямо в городе Аспей, это возможно?

– Конечно, да и моим людям не придется долго перебираться, если они понадобятся.

– Еще как понадобятся. Как только палатки будут установлены, пришлите мне ваших лучших следопытов и воинов. Вашу личную стражу я трогать не собираюсь. Боевые маги у вас есть в подчинении?

– Вроде нет, – неуверенно ответил Микор, почесав затылок.

– Ничего страшного, пришлите воинов, лучников, кого сможете. Лорд-декан, у вас вроде был свой поисковый отряд?

– Он и сейчас есть. Правда, человека четыре. Не больше. Один из них даже гвермонд.

– Отлично, пришлите их сюда. Профессоров не трогайте, пусть остаются в академии. Они нам здесь не пригодятся. Король Элизар, мне нужны и ваши люди. У вас ведь есть волшебники?

– Есть, правда их число сократилось, но опустим эти детали. Могу прислать нескольких. Есть толковые воины.

– Присылайте их, пригодятся в поисках. Скажите, вы не соврали, когда говорили о приспешниках Хогана? Сколько на самом деле к ним уже присоединилось?

– Официально, – пробубнил Элизар, – мы назвали около пятнадцати некромантов. Но по последним подсчетам ушедших, их стало около двадцати трех.

– Новости не лучшие, но нам нужно как можно больше людей. Начнем с левого материка, обыщем все от и до, а потом начнем переправляться на правый.

– Но мы уже обыскали весь левый материк Лириана. Постоянно отправляли отряды.

– Тем не менее их ни разу не видели. Даже город Аспей они прошли незамеченными. А я уверен, что Хоган и Арион были здесь. Что-то мне подсказывает, что они не просто так соврали, а действительно наглядно прошли по Аспею, чтобы показать нашу неорганизованность. Кто отвечает за почтовых соколов, Ваше Величество?

– Талим. Грузный мужичок, который никому не доверяет своих пташек, – с неохотой ответил Микор, словно у них были свои распри.

– Нужно в обязательном порядке спросить у него, кто к нему заходил в последнее время. У верховного некроманта довольно примечательная внешность, думаю, он сможет его вспомнить.

– Я непременно сообщу своим людям, как только вернусь в академию, – сказал Фаллард.

– Мой отряд я также оповещу по прибытию в замок. Они отправятся первым же кораблем сюда.

– Считай, что мои люди уже в твоем распоряжении, – добавил Микор.

– Замечательно. Нужно незамедлительно начать обустраивать лагерь. Нельзя больше терять ни секунды. – Брам окинул всех взглядом, дожидаясь поддержки.

– Верно. – Король замка Вечного Снега сделал глоток живительного напитка. – Но каков план? С чего начинаем?

– Вам удалось обследовать каждый уголок материка?

– Мой остров прочистили вдоль и поперек. Материк также осматривали несколько раз. Безрезультатно.

– Валунские горы проверяли?

– Нет.

– Недра гор Близнецов?

– Нет.

– С этого стоило начать. Лорд-декан подсказал мне, что я довольно тесно и долго общался с Арионом и должен знать, куда он может привести Хогана. Эти места нужно проверить как можно скорее.

– Вход в Валунские горы был завален. Лишь маленькая щель осталась для прохода внутрь.

– Маленькая щель? – удивился Брам.

– Человек или гвермонд пролезет. Может, кто и крупнее.

– Видимо, уже пролезли. Щели не было, я это точно помню. Первым делом отправим отряды туда.

– Ваша воля, главнокомандующий, – как-то ехидно выговорил Элизар.

– И еще одна вещь.

– Какая? – оживился Микор.

– Мне нужно найти Морна. Как можно быстрее.

– Но этого пройдоху невозможно отловить. Он вечно прячется. У него везде есть свои норы, в которые он прыгает в случае опасности.

– Такой человек мне и нужен. Король Элизар выходит с ним на связь, как мне известно. Будьте добры, сообщите ему, что он нужен мне в лагере.

– Сообщу, – буркнул Элизар.

Глава 13. Беда за бедою

Установить большой лагерь для отряда в пределах города Аспей не удалось, поэтому пришлось поставить шатры восточнее северных ворот города. Все возведение не заняло и двух дней. Отряд же собирался в течение двух недель. Дольше всего пришлось дожидаться людей Элизара, так долго переплывавших море и переходивших горы Близнецы.

Места хватало всем, начиная от следопытов и заканчивая поварами, так любезно предоставленными королем Микором. В личном шатре Брама находилось множество схем, карт и планов по поиску беглецов. Была даже записка, присланная верховным некромантом. Талим, хозяин почтового отделения, описал человека, который отправлял в тот день сокола: довольно пожилой человек в черной мантии и со странным лицом, точно источавшим темную подноготную души. Сомнений больше не оставалось – это был Хоган.

Лагерь из себя представлял временное пристанище для ордена, так как многим все равно придется вечно скитаться по родному материку, а через время и вовсе перебраться на правый. Когда воины замка Вечного Снега достигли места назначения, в лагерь пришло письмо от Кан-Бера. Он говорил о том, что все известия были переданы Владыке Фортавиру, и тот готов оказать помощь, как только это потребуется на правом материке. В порту были предупреждены о возможном переправлении сбежавших заключенных. Портал по-прежнему надежно охранялся, а на берегу выставляли дополнительные дозоры.

Собрания было принято проводить на небольшой полянке между выставленными шатрами. Самое первое из них было довольно сумбурным. Собрался весь орден, и Брам вышел перед ним на собственноручно построенный помост. Чародею было не привыкать выступать перед людьми. Подобные чувства он испытывал, когда первый раз преподавал ученикам академии свой урок. Стоять перед собственным отрядом было гораздо сложнее, да и, как оказалось, лечебница все-таки сильно сказалась на способности Брама к нормальному общению.

– Вы все знаете, зачем мы здесь собрались, – начал свою речь волшебник. – Сегодня вы получите распоряжения. Узнаете, какие участки поисков будут за вами закреплены. Всю собранную информацию направлять строго в наш лагерь. Лично главнокомандующему Брамсвеллу. Мне будут нужны несколько человек, чтобы отправиться со мной в горы Близнецы. Запомните, все, что вы можете увидеть, является секретной информацией. Есть вопросы?

Никто даже не оторвал взгляда от Брама. Вопросов ни у кого не возникло.

– Я рад, что вы меня понимаете с первых слов. Выйдите вперед те, кто уже посещал Валунские горы по указанию короля Элизара.

Трое воинов сделали шаг вперед. Брам осмотрел каждого из них, ожидая услышать какую-нибудь информацию, но, кажется, поручения нужно было раздавать для любого действия. Магу это было непривычно.

– Представьтесь и доложите мне, что вы там видели?

– Следопыт замка Вечного Снега Скиронак, – заговорил один из них. – Сир Брамсвелл, мы втроем посещали окраины Валунских гор, но обнаружили лишь заваленный камнями проход. Очевидно, что там никто не живет давно.

– Мне сказали, что там есть небольшая щель, в которую пролезет человек или гвермонд.

– Простите, сир Брамсвелл, не упомянул об этом. Верно говорят, небольшой проем мы обнаружили. Но признаков жизни там нет.

– Как глубоко вы заходили в гору?

– Не столь глубоко. Уверено могу утверждать, что никаких признаков жизни там не было. Любой опытный следопыт подтвердит мои слова.

– К сожалению, мы имеем дело с одним из самых сильнейших некромантов, который с легкость сможет замести любые следы своего присутствия. Полагаться можно исключительно на свои глаза и внимательность. Прошу вас еще раз обследовать горы, пройти по всем коридорам, что еще не завалены валунами, и доложить мне в скором времени.

– Как скажете, сир. – Трое воинов вернулись в ровный ряд.

– Мне понадобятся один воин и один следопыт. Желающие?

Руку подняли почти все в ордене, поэтому Браму пришлось выбрать добровольцев самому:

– Ты и ты. – Он указал пальцем на двух человек, стоявших прямо перед ним.

Они выступили вперед и преклонили колено. Такое поведение совсем сбило с толку волшебника.

– Мы с вами отправимся в горы Близнецы, после чего я вернусь в лагерь, а вы продолжите поиски около устья реки Керы.

– Будет исполнено, сир, – в один голос сказали двое выбранных.

– Хорошо, тогда дальше по списку. – Брам достал свиток и начал зачитывать имена по очереди: – Хорсвин, Элимур и Бак, отправляйтесь к порту Четырех Ветров, ищите следы по всему побережью. Корбин, Юлгер и Ситон, отправляйтесь на границу леса Синих Волков. Входить в него не обязательно. Сугубо по личному желанию.

Так продолжалось еще долгое время. Весь отряд стоял смирно, пока приказания не были отданы последним людям из списка. После окончания Брам опустил свиток, окинул орден беглым взглядом, а затем объявил:

– Приступайте к своим обязанностям. А вы… – Он посмотрел на двух людей, согласившихся пойти с ним в горы Близнецы. – Мы выступаем через пятнадцать минут. Будьте готовы.

Участники ордена стали расходиться кто куда. Брам слез с помоста и остановился, еще какое-то время провожая всех взглядом. Ему не верилось, что все это свалилось на его плечи. Он знал, что не должен был здесь находиться и слышать в свою сторону почтительное «сир». Просто не должен был.

Навстречу уходившей толпе шел знакомый Браму человек. Когда силуэт подошел к лагерю, чародей обрадовался.

– Я думал, что вы уже покинули город.

– Вернулся ненадолго. Решил проверить, как у тебя обстоят дела. Все не так плохо, как я вижу, – проговорил Фаллард.

– Не знаю.

– Опять думаешь о том, что не должен быть на этом месте?

– А разве должен? У меня никакого лидерского таланта даже нет. Мне никогда не приходилось управлять армией. Даже маленькие отряды мне никогда не поручали. Я только в них входил, но никогда не пробовал себя в роли командующего.

– Надеюсь, тебе понравится. Решил отправить отряды прямо в ночь? Видимость плохая, чтобы искать следы.

– Я верю, что мрак, родившийся в умах Ариона и Хогана, действует во тьме. Так проще скрываться от преследователей. Так проще творить зло. Тем более, Хоган – некромант. А уж они-то любят тьму.

– Никто об этом не думал раньше. Ну ладно. А куда ты собираешься отправиться сам? Или останешься в лагере?

– Я не останусь. Мы выдвигаемся в горы Близнецы.

– Неужели ты думаешь это возможно?..

– Нужно проверять все варианты. Если Арион тренируется каждый день, а я прекрасно в этом уверен, то он сможет воскресить древнее создание.

– Не хватало еще, чтобы на их сторону перешел амфитер. Я в это слабо верю. С этим не справился бы даже Хоган.

– Да, верховный некромант остается сильнейшим магом среди всех прочих, но он все равно обычный волшебник. Арион – уникальный чародей, соединяющий в себе все стихии. Я такой силы, как у него, не встречал даже тогда, когда входил в тайный отряд. Ни один Валунский гвермонд не мог дать такого сопротивления. Если Арион умел такие сложные вещи, когда мы отправились с ним в путешествие, значит сейчас он уже сильнее многих боевых магов нашего материка.

– К твоему возвращению в лагерь, я буду в академии. Прошу, отправь мне сокола, как проверите древнюю могилу.

– Думаю, что сейчас это пока невозможно. Я имею в виду воскрешение амфитера.

– А что если он все-таки смог это сделать? Что тогда? – В голосе Фалларда появились панические нотки.

– Тогда остается надеяться только на помощь Лириана. Если наши догадки я обнаружу в пещерах, то нужно будет перебираться на правый материк.

– Сразу на правый? Ты ведь собирался устроить тщательные поиски у нас здесь.

– Собирался, но если мои опасения верны, то такое древнее создание немалых размеров трудно упрятать на нашем маленьком материке. А вот перелететь на нем через море – запросто. Лучший способ, чтобы не пользоваться порталом, до которого они не смогут добраться, а также это позволит избежать тайной перевозки на корабле.

– Да поможет нам Лириан, – тихо промолвил лорд-декан, возведя глаза к небу.

– Да поможет нам Лириан, – повторил за ним Брам.

***

Вороны вели себя особенно беспокойно в это предрассветное утро. Облака быстро неслись по направлению к горам. Трава была вытоптана местами, что и смутило пришедших людей.

– Скир? Видишь?

– Конечно. Что за вопрос? Но мы не видели подобного раньше. Все было девственно чисто. – Скиронак наклонился ближе к траве и легонько коснулся ее кончиками пальцев. – Свежие. Совсем свежие.

Троица непонимающе переглянулась. Ветер усилился, ударяя им в спину, словно хотел подогнать воинов ближе к горе.

– Идемте, – скомандовал следопыт.

Двое других обнажили свои мечи и двинулись дальше.

– Обследуем пещеры и сразу же вернемся в лагерь. Можно было бы отправить сокола, но, к сожалению, у нас нет такой возможности.

Все вместе они продвинулись к входу в Валунские горы, начали пролезать в неширокую лазейку между стеной и лежащим валуном. Воины продвинулись чуть вперед, держа свое оружие наготове. Следопыт достал из-за пояса небольшой кинжал, хоть и имел при себе более опасный клинок.

– Чересчур темно. Как мы дальше пройдем? – спросил один из воинов.

– Пройдем как можно глубже, а дальше попытаемся найти старые факела. Может, они еще сохранились здесь.

– Не думаю, что здесь вообще что-либо могло сохраниться. Это ведь один большой и давно разграбленный склеп.

– Тсс, слышите? – Скир остановился, точно его ударили по голове.

Еле слышное шуршание действительно раздавалось откуда-то из недр горы. Никто не знал, кто бы это мог быть. Но к своему же удивлению, воины испугались неизвестности. Каждый из них знал, что встреча со сбежавшими магами может оказаться роковой. Ни у кого из них не будет шанса избежать схватки.

– Скиронак, пойдем обратно. Нужно сообщить сиру Брамсвеллу о находке. Пусть прикажет выслать отряд больше, нас всего трое. Сообщим о следах и шуме из горы. Здесь точно кто-то есть.

Следопыт задумался, внимательно прислушиваясь к шороху. Но его безмолвная тень не заставила себя долго ждать:

– Возвращаемся, нечего рисковать, – перешел он на шепот.

Свет, проникавший через узкий проем, больше не попадал внутрь. Стало темно, как ночью. Сначала воины подумали, что солнце просто скрылось за облаками, но это было не так. Развернувшись обратно, троица увидела нечто ужасающее их взгляд и сознание. У Скиронака отрылся рот от изумления. Вся жизнь пробежала у него перед глазами. Все трое понимали, что больше никогда не покинут пределы этой горы.

Двое воинов сжали рукояти своих мечей крепче, но все равно можно было заметить, как их руки слегка дрожали в преддверии своей смерти. Никто из них не нападал, как и создание, оказавшееся прямо перед ними.

Сзади послышались шаги, доносившиеся из дальних коридоров. На их звуки медленно повернулся только один следопыт. Во тьме он различил нечеткое очертание старика. Или это была игра тени?

Незнакомец остановился вдалеке, наблюдая за всей происходящей сценой. Огромное чудовище издавало не принадлежащие никакому живому существу звуки, похожие на клокотание.

– Заблудились? – вопросил незнакомец.

– Извините, – оторопел Скир, – мы сейчас же уходим. Просим прощение за беспокойство.

– Как же это так? – Фигура начала приближаться ближе. – Даже на чай не останетесь? У меня вот-вот чайник закипит.

– Простите, сир. Мы не туда зашли, мы правда не хотели вас беспокоить.

– Понимаю, понимаю. Не стоит так переживать. А вы сами откуда?

– Мы… – вновь растерялся Скир, – мы из города Аспей, путешествуем на север материка. Хотим добраться до порта Четырех Ветров.

– Очень жаль, что вы спешите, – сказал старик, – но я хотел вам кое-что сообщить, если вы не против.

– Что же?

– Я не люблю лжецов. – Незнакомец сделал паузу, а затем медленно произнес: – Мезира, пора кушать.

***

– Это было где-то здесь, нужно пройти немного дальше.

По стенам прыгал свет, исходивший от факела. Тратить силы на поддержание магического огня Браму не хотелось.

– Вот, нашли. – Чародей указал на каменную плиту, а точнее на место, где она отсутствовала. – Они были здесь.

Поисковый отряд во главе с главнокомандующим начал спускаться по лестнице. В скором времени они достигли ямы, где некогда стоял Хоган с его приспешниками. Брамсвелл выхватил факел у своего спутника и поднес его к месту захоронения. Дно черной ямы осталось таким же невидимым. Слабый огонь никоим образом не помог рассмотреть, что же было в самом низу. Отведя руку с факелом, волшебник задумался над следующим действием.

Он снова вытянул руку с пламенем, но в этот раз разжал пальцы. Факел падал недолго. Через несколько секунд прозвучал глухой звук удара. Маг нагнулся над ямой, прищурился и внимательно стал рассматривать все, что мог.

Ничего.

Пламя лежало на пустой и совершенно голой земле.

– Ну что там? – не удержался и спросил следопыт.

– Боюсь, что ничего хорошего. Совсем ничего. Пора возвращаться, здесь больше не на что смотреть. Вы помните, что я вам говорил?

– Сир, вы просили после гор изучить устье реки. Внимательно осмотреть и пройтись вдоль всего побережья. О любых, даже самых странных догадках сразу сообщать лично вам по прибытии в лагерь.

– Верно. Поэтому мы с вами разойдемся на полпути. Я буду в лагере, пока вы не вернетесь. Мне еще нужно дождаться посланный отряд в Валунские горы. Если увидите кого-то, кто мог бы находиться у берега в течение нескольких дней, рыбака например, то немедленно попросите его рассказать все, что он видел за все время пребывания у воды. Любая информация может быть полезной.

– Как прикажите, сир, – отозвался второй воин. – Как долго нам обыскивать местность? Можем провести там довольно долгое время, нам не впервой ночевать на полянках.

– Задерживаться надолго не стоит, но и не спешите. Как только закончите, то есть дойдете до границы, пересекающейся с нашим лагерем, сразу же сворачивайте на запад. Я буду с нетерпением ждать вашего доклада.

– Если будут непредвиденные обстоятельства, нам вступать в схватку?

– Нет, никаких битв. Особенно, если случайно встретите Ариона или Хогана. Шансов они вам не оставят. Их некроманты тоже сильны, так что пробовать свои силы не стоит при любом раскладе. Будьте внимательны особенно ночью, я уверен, что они действуют именно в это время суток. Мне нужна от вас лишь информация, так что наблюдайте за всем со стороны.

– Будет исполнено, сир, – заявил следопыт.

– Вот и славно. А теперь в путь.

Дождь. Он не прекращался на протяжении недели. Серое, тусклое небо изрядно надоело жителям материка. Извечные ливни усложняли походы следопытам, особенно тем, кому негде было скрыться от злосчастного дождя.

Под раскатистые молнии в лагерь зашел главнокомандующий. С его седой пряди монотонно падали капли воды, а плащ можно было выжимать не одну сотню раз. Вечерело быстро. Казалось, что так было с самого утра, так как иссиня-черные тучи заполоняли все небо и не пропускали ни одного луча солнца.

В лагере было не столь много людей, как предполагал увидеть Брам. Многие еще находились на своих поисковых участках. А если кто и был в лагере, то они прятались в палатках от надоедливой погоды.

В шатре чародея горел огонь. Благодаря ему была видна тень человека, склонившегося над столом со схемами и картами. Маг осторожным шагом подошел ближе к пологу, схватил его рукой и открыл резким движением. Фигура, стоявшая у стола, даже не развернулась.

Волшебник вошел внутрь и закрыл за собой вход.

– Не думал, что ты так быстро объявишься. – Брам подошел ближе к старому знакомому.

– Не думал, что ты вызовешь меня в свой лагерь. Чем могу помочь? – Морн повернулся к чародею и расплылся в улыбке.

– Рад тебя видеть.

– И я. Хорошая у нас тогда была дорога. А битва в лесу с упырями. М-м-м. Лучше и не придумаешь.

– Да, это точно. Вот только с юным магом неурядица вышла. Ты ведь в курсе уже?

– Конечно в курсе. Как только они сбежали с верховным некромантом, так сразу и узнал. У меня ведь везде есть уши, Брам, не забывай этого.

– Я так и думал, что ты уже давно знаешь о сложившейся ситуации.

– О чем это ты? – поинтересовался Морн.

– Это ведь ты, не так ли? Ты это сделал? Ты их убил?

– Я не совсем понимаю, о чем ты говоришь, мой милый друг. – Воин повел бровью.

– Ты убил всю стражу и оставил записку. Это ведь в твоем духе просто оставить записку и скрыться. Почему ты помог мне? Почему помог сбежать им, а теперь явился сюда, как ни в чем не бывало?

– Все равно не понимаю, о чем ты толкуешь мне тут.

– Ладно. Забудь. Значит, король Элизар тебя прислал сюда?

– Не то чтобы прислал. Мне передали его просьбу. Поэтому я здесь. Что ты хотел от меня?

– Мне нужно было задать тебе вопрос. А также я хотел попросить у тебя помощи. Так что ты прав. – Брам стер капли, стекавшие со лба.

– Вопрос ты уже задал. Но почему ты решил, что я захочу помочь?

– Ты уже явился в лагерь, значит, ты не против оказать мне услугу. Не отрицай этого.

– Верно, но почему именно я? – удивился Морн.

– Ты скрытный человек. Хитрый и сильный. Против такого мы и ведем игру.

– Считаешь, я смогу выследить их?

– Сможешь, я в этом ничуть не сомневаюсь. Только вот теперь у нас есть огромная проблема.

– Рассказывай все в подробностях. Я не люблю размытые россказни.

– Здесь. – Брам указал пальцем на горы Близнецы, отмеченные на карте. – Во время нашего похода с Арионом мы обнаружили в недрах горы каменную плиту с высеченным на ней знаком. Я думал, что нарисован был дракон, но потом до меня дошло, что это амфитер.

– Место захоронения?

– Да, оно самое. Я только что вернулся оттуда. Решил проверить плиту, так как именно туда Арион мог привести верховного некроманта. Уже успел прочесть на моем столе его издевательское письмо?

– Да, даже посмеялся от души. Умеет же старик ерничать, – заметил Морн.

– Это правда. Дело не в этом. Могильная плита была отодвинута. Применяли магическую силу, иначе и открыть не смогли бы. Спустившись, я обнаружил огромную яму – место захоронения. Но она пуста.

– Ты лжешь.

– Я сам не поверил сначала, но амфитеры не разлагаются с годами.

– И ты веришь в то, что Хоган и его гвермонд смогли воскресить древнее создание? Это же просто невероятно.

– Я не знаю, во что мне верить, но если это так, то я больше чем уверен, что они уже переправились на правый материк. Там укрыться будет гораздо легче.

– Что-нибудь еще знаешь?

– Думаю, что с такой зверюшкой они захотят найти человека, который сможет с ней разговаривать.

– Разве такие еще остались? Древний язык все-таки. Кажется, все его носители давно умерли. Разве я не прав?

– В Валунских горах мы нарвались на отшельника. Старик, который зовет себя Р. Он может общаться на языке зверей.

– Горы осматривали?

– Да, но не так тщательно, как хотелось бы. Даже внутрь толком не зашли. Я отправил поисковый отряд из трех человек, но они не вернулись. Хотя должны были уже быть в лагере.

– Думаешь…

– Они уже мертвы. Других вариантов у меня нет. Подождем еще немного.

– Если они погибли от чьих-то рук, то надо незамедлительно отправлять второй отряд. Послать больше людей, а лучше проверить самим.

– Если они на кого-то и нарвались в пещерах, то его или их там уже нет. Они ведь тоже не глупые, понимают, что их ищут по всему материку.

– И зачем же ты все-таки позвал меня?

– Мы отправимся на правый материк. Командовать на левом я еще могу, но там мне нужен будет человек, на которого я смогу положиться. Мне нужна правая рука.

– Я – твой лучший вариант?

– По крайней мере, других вариантов у меня нет.

В шатер ворвался один из членов отряда, оставшийся дежурить на западной границе лагеря.

– Сир, вы просили сообщить об отряде, направленном в Валунские горы.

– Неужели вернулись?!

– Никак нет, сир. Я пришел сообщить, что отряда нет, хотя он должен был вернуться несколько часов назад. Это самое малое.

– Хорошо. Благодарю, ступайте. Продолжайте свой дозор. Смена будет ближе к ночи. Если она вам понадобится.

– Как прикажете, сир. – Воин развернулся и покинул Брама и Морна.

– Ты уже сообщил лорду-декану? Королю Элизару? Микору? Хотя последнему сообщать нет смысла. Ах, как жаль, что не его отец Дефол у власти.

– Нет, – ответил Брам. – Еще не успел. Я хотел написать письмо Фалларду, но я отправлюсь к нему лично. Сообщу ему и попрошу разрешения использовать портал. Так ты со мной?

– Куда я денусь, ведь на кону судьба каждого. И моя в том числе. Но вот отправляться с тобой в академию я не могу. Меня там точно не приветствуют. Я дойду до порта и оттуда на корабле прибуду на правый материк. По старинке, так сказать.

– Хорошо. Тогда до встречи.

– До встречи, мой друг.

Чародей прибыл в академию на Рароге. Элизар с радостью предоставлял свое новое транспортное средство. Фаллард вышел из своей башни с довольно озадаченным видом.

– У меня дежавю, Брам. В прошлый раз, когда ты так прилетел, мне пришлось обманом тебя отправить в лечебницу.

– Тогда у вас будет двойное дежавю сегодня.

– В каком это смысле?

– Начну с двух новостей, а потом перейду к просьбе. Один наш отряд не вернулся из разведки Валунских гор, я считаю, что они мертвы.

– Так почему ты не отправился туда сам? – На лице Фалларда появилось удивление.

– Я был в горах Близнецах. Тайное место захоронения было вскрыто, а в могиле никого не было.

– Но они ведь…

– Пробудили амфитера. Я более чем уверен в этом. Поэтому перейду к просьбе. Если у них есть в подчинении такое сильное древнее существо, то нужно срочно отправляться на правый материк. Они там. Мне нужен портал, хочу пообщаться с Владыкой Фортавиром. Он обещал оказать поддержку, если дело коснется его материка. Думаю, настало то самое время.

– Может, стоит сообщить Кан-Беру? А он передаст Владыке. Фортавир не очень любит лично общаться даже с правителями, а тут объявишься ты. Обычный главнокомандующий нового ордена. Не думаю, что ему понравится такая идея.

– Другого выбора у меня нет, как и у него. Я попробую. Такие дела нужно обсуждать лично.

– Я с тобой согласен, только вот получится ли…

– Получится, вы ведь в меня всегда верили до последнего. Мне нужен портал, лорд-декан.

– Да, я понял. Только одно «но».

– Что такое? – спросил Брам.

– Я верил в тебя. И верю по сей день. Пойдем, нужно подготовиться к открытию портала.

Глава 14. Новый дом

Воины, вернувшиеся со своих участков, были изрядно удивлены отсутствию главнокомандующего в лагере. Лорд-декан позаботился об этом и направил своего заместителя в город Аспей, чтобы тот собирал всю полученную информацию во время отсутствия Брамсвелла.

На берегу не было обнаружено никаких следов сбежавших заключенных, а единственным свидетелем какой-либо активности около воды оказался рак-отшельник, скитавшийся по всему побережью.

Но все было бы иначе, если бы отряд следопытов оказался около моря двумя днями позже. В ту ночь ярко светила луна, освещая ничуть не хуже солнца. Ее бледно-молочный цвет придавал всей происходившей процессии вид таинства.

Четырнадцать некромантов собрались недалеко от устья реки, дабы свершить то, что было им велено самим верховным некромантом Хоганом. Не пропустил встречу и отшельник Р, пришедший со своей любимой Мезирой.

Все участники подошли к линии, где вода касалась ног. Выстроились они ровной цепочкой, словно хотели возвести стену вдоль побережья. Каждый из них достал по маленькому ножу и крошечному флакону. Действовали все как один, включая отшельника. Лезвия приложились к ладоням и соскользнули с них. Кровь начала медленно стекать, а после капать в море, растворяясь в воде. Маги и отшельник подняли свои флакончики над порезанными ладонями и вылили содержимое так, чтобы жидкость смешалась с кровью на самой ладони. Перемешанное зелье стекало тонкой струей. После завершения сего действия маги отошли назад и разорвали ряд.

– Часть дела сделано, – заговорил Р. – Наши собратья ожидают нас около порта Четырех Ветров. Нам же не стоит здесь задерживаться. Море должно принять наш подарок. Наше присутствие здесь ни к чему. Нам пора отправляться в путь.

– Прошу прощения, – перебил один из некромантов, – а где же на корабле расположится многоножка? Она довольно заметна. Ее ведь нельзя спрятать в ящик.

– Это не простая многоножка. Запомни ее имя раз и навсегда. М-е-з-и-р-а. Если бы ты не был болваном, то догадался бы, что все мы, примкнувшие к гвермонду Ариону и верховному некроманту Хогану, разыскиваемся на всем материке. Пробиться без борьбы, тихо и спокойно, у нас не получится. Слишком много вопросов у вас. Если приказывают, значит надо делать. Еще кто хочет задать мне вопросы? – Р осмотрел присутствующих. Все отводили от него взгляд. – То-то же. А теперь, вперед. Нам еще долго идти.

Отшельник направился на север, Мезира медленно ползла рядом с ним, а сзади следовал отряд из магов. Р понимал, что впереди их ждет один из самых волнительных моментов. Если у них получится взобраться на корабль, который отправится ночью на правый материк, то они сделают огромный и уверенный шаг к укреплению своей позиции в этой начинавшейся войне.

С наступлением ночи порт Четырех Ветров превращался из оживленного муравейника в королевскую библиотеку, в которой всегда царствовали тишина и покой. Капитаны предпочитали отправляться в путь на своих кораблях днем, но иногда приходилось делать исключения. Одним таким случаем и решили воспользоваться некроманты.

Около гор Близнецов два небольших отряда объединились, чтобы продолжить свой путь вместе.

– Все готовы? – спросил Р, смотря на волшебников.

После молчания последовали одобрительные кивки. Некроманты вообще были скромны по своей природе и не любили много общаться.

– Хочу вам напомнить, что действовать нужно будет максимально быстро и без лишнего шума, как бы банально не прозвучали мои слова. Корабль прибудет в ночь и какое-то время простоит в порту, собирая провизию и готовясь к отплытию. В самом порту всегда тихо, не считая возгласы пьяных моряков, которые сходят, чтобы отдохнуть на сушу раз в несколько лет. На них даже не стоит обращать внимания, они все равно ничего не поймут. Свет маяка, как вы знаете, на сушу не попадает, поэтому единственной проблемой для нас будет луна, в свете которой нас легко можно обнаружить. Когда корабль опустит свой якорь, нам нужно будет выждать время, чтобы корабельный переписчик проверил состав команды и записал прибытие самого корабля в порт. После он уйдет к себе в дом, откуда вряд ли выйдет до отплытия. У матросов будет отдых всего в несколько минут, после чего они начнут очередную подготовку. Капитан в этот момент присутствует на корабле, но часто бывает в своей каюте. Надеюсь, что все вы помните план. Пробраться на палубу нужно как можно быстрее и умертвить всех членов корабля, включая самого капитана. Затем вы вытащите их на время с того света и примените заклинание подчинения. Таким образом, мы сможем добраться до правого материка. Как только все это будет проделано под покровом ночи, нужно сразу же поднимать якорь и отправляться в путь. Я не верю в то, что нас никто не заметит. Даже пьяный в стельку матрос на суше сможет догадаться, что происходит что-то странное. Но именно в этот момент замешательства нам и нужно выйти в открытое море.

– Плыть на корабле под управлением мертвецов. Это безумие какое-то! – воскликнул один из некромантов.

– Мы живем в эпоху безумия. Таков план Хогана, поэтому мы его будем придерживаться. Мертвецы не будут все время дееспособны, но доплыть до материка мы успеем.

– А что же делать, когда мы достигнем порта? Там ведь обнаружат, что вся команда, включая капитана, мертва. Вызовет немалое подозрение, разве нет?

– На этот счет у верховного некроманта есть другой план. Но многое будет зависеть от того, как будут складываться определенные события. Тем не менее на правом материке мы сможем вдохнуть полной грудью. Готовы ли вы сделать шаг к свободе?

– Готовы, – раздалось бурчание магов.

– Готовы ли вы идти до конца за верховного некроманта? – вопросил Р, пытаясь подбодрить нахмурившиеся лица чародеев.

– Готовы, – вновь раздался гул голосов.

– Тогда вперед. Создадим себе нового Бога и вернем справедливость миру всему. За Ариона.

– За Ариона, – повторили некроманты.

Грохот цепи. Якорь опустился на самое дно, когда к судну подошел корабельный переписчик. Вышедший капитан явно был в настроении. Его глаза источали радость возвращения. Но светлый огонек счастья скоро вновь погаснет, ожидая очередное отправление в плавание. Поймите правильно, капитаны любили ходить в море, но отправление ночью волновало каждого. Ночное время суток вообще довольно загадочное и мистически необъяснимое время. Вроде бы ты видишь те же самые пейзажи, места, тех же самых людей, но что-то во всем этом неопределенно меняется. Люди выглядят подозрительнее, места опаснее, а прекрасная дневная природа пугает своими ночными мазками.

– Все живы и здоровы? – спросил корабельный переписчик.

– Да, все прекрасно. Только вот один матрос захворал. Но ничего. Мы быстро его на ноги поставим. Мазуф, скажи мне, когда следующее отправление? Совсем скоро?

– Да, через час уже. – Переписчик поставил отметки в принесенном пергаменте.

– Что ж, тогда доброй тебе ночи, а мне пора работать дальше. Отдыхать некогда.

– Доброй ночи, – улыбнулся Мазуф и отправился в свой дом.

Отряд, готовившийся к захвату судна, стоял неподалеку и наблюдал. Отшельник ожидал момента, когда переписчик вернется к себе в комнату. Тогда можно будет начинать. В этот раз им повезло: луна притаилась за облаками, а на горизонте не было видно ни единой души.

– Вот как мы сделаем. – Р повернулся к группе некромантов, стоявших у него за спиной. – Пойдем напрямую. Прятаться по углам нет смысла. Во-первых, нас слишком много, чтобы просто так утаиться перед чьим-либо взором. Да мы и не разбойники, чтобы разбегаться, как крысы – каждый в свою тень. Во-вторых, меньше подозрения мы вызовем, если подойдем к кораблю все вместе. Капитан может подумать, что мы – высланный королевский отряд или что-нибудь в этом духе. Не забывайте, что на палубе есть колокольчик для тревоги. Местную стражу мы, скорее всего, перебьем быстро и легко, но лишних хлопот мне не хочется. – Отшельник повернулся обратно к порту и увидел, как моряки начали затаскивать деревянные ящики на палубу и уносить их в трюм. – Пора, господа. Либо сейчас, либо никогда.

Р пошел вперед, спускаясь с некрутого склона. Отряд двинулся за ним. Каждый из некромантов был облачен в черную робу, так что издалека они выглядели чересчур подозрительно и не были похожи на королевскую стражу.

Выйдя на брусчатку порта, десятки ног стали отстукивать по камням, создавая волну эха, разлетавшегося по всей округе. Останавливаться было нельзя. Отшельник уверенно шел к своей цели, а Мезира обходила путь с другой стороны, чтобы незаметно забраться на левый борт.

Плотный туман начал покрывать порт Четырех Ветров, словно сам Лириан не хотел видеть столь варварскую сцену. Матросы продолжали носить ящики и готовить корабль к отплытию, совсем не обращая внимания на приближавшийся отряд недоброжелателей. Единственным, кто смутился при виде толпы, был капитан корабля.

– Это еще кто такие? – задал он вопрос вслух сам себе. Капитан спустился по сходням, дабы встретить незваных гостей.

Пришедших магов заметила и часть матросов. Но никто не останавливался, все продолжали работать дальше. Туман сжимал в тиски подходивший отряд. Капитан встал перед шедшими людьми, но не успел он ничего сказать, как перед ним вспыхнул яркий свет. Вспышка, а затем еще одна. Капитан корабля упал замертво, расшибив свою голову о деревянный пирс. Некроманты продолжали идти, не глядя на бездыханное тело. Многие чародеи обходили его стороной, но кто-то даже умудрился наступить на мертвеца, не сожалея о проявленном неуважении к усопшему.

Члены команды не сразу заметили нападение. Отряд успел взобраться на палубу. Одна вспышка. Две. Три. Матросы начали падать, кто сразу мертвым, а кто сильно раненым. Поднялся шум, крик, гам. Многие люди, поднимавшиеся из трюма, не понимали, что происходит. Бедолаг, которые лежа корчились от боли, добивали, не щадя своей силы.

В это время Мазуф, решивший выглянуть в окно, увидел неяркие блики света, доносившиеся с корабля. Ему показалось, что это чудили матросы или так отражался свет от маяка. Сквозь туман ничего не было видно. Но свет приобретал все более яркие оттенки то зеленого, то красного, то других цветов. Именно это и посеяло зерно сомнения в голову корабельного переписчика. Он отошел от окна, вышел из дома и направился прямиком к кораблю.

Вся палуба к этому моменту была усеяна мертвыми телами. Один из матросов попытался доползти до корабельного колокола, но это действие прекратил отшельник Р, отдавив моряку руку и, кажется, сломав ему кисть. Приползшая Мезира вскоре закончила страдания матроса.

Некроманты применили заклинание воскрешения, а затем и подчинения. Восставшая из мертвых команда начала приготовления к отправке корабля. Якорь поднимался. Мазуф услышал шум и поспешил скорее к кораблю. С медленного шага он перешел на легкий бег.

Корабль уже отдалился от причала, когда переписчик наконец смог его разглядеть. Мазуф разглядел многочисленные черные робы, находившиеся на палубе. Под ногами, на пирсе, он увидел довольно крупное пятно крови.

– Это еще что все значит? – спросил Мазуф пустоту и обволакивающий его туман. Он побежал обратно в дом, чтобы немедленно написать самому королю.

Тем временем корабль вышел в открытое море, вовсю рассекая морские волны. Команда живых мертвецов продолжала управлять судном. На половине пути начнут сдаваться первые некроманты, которые не смогут более поддерживать магическую силу в мертвом теле. Матросы вновь будут «умирать», возвращаясь на тот свет.

Мезира заползла на одну из мачт, а отшельник встал на носу корабля, вглядываясь в ночные просторы Карантового моря. К нему подошел Булган – один из сильнейших некромантов их магического отряда.

– Что же мы будем делать по прибытию в порт? Не хотите поделиться с нами вашим планом? Точнее, планом верховного некроманта.

– Я уже говорил, что все будет зависеть от множества факторов. Мы посмотрим, как будут обстоять дела, и тогда я приму окончательное решение того, как мы поступим по прибытию в порт правого материка.

– Интересно было бы услышать от вас хоть что-то сейчас. Но, как я понимаю, ответа мне не получить. Скажите хоть, что нам делать с мертвыми телами? Ведь не все некроманты смогут поддерживать в них жизнь до самого конца пути. Многие сдадутся на половине.

– Всех за борт. Не хватало нам еще, чтобы тела разлагались где-нибудь в трюме. Как долго мы сами сможем продержаться с такой вонью? Не думаю, что больно долго.

– Будет сделано. И все же… мне очень интересно. Нам придется пробиваться с боем или у верховного некроманта есть мирный план, как перебраться на другой материк?

– Есть мирный план, – сдался отшельник, – а если все пойдет не так, как мы задумали, то придется пробиваться с боем. Надо надеяться, что такого не случится. Мы сможем прорваться, но все королевство будет сразу же за нами гнаться. У нас не будет времени, чтобы укрыться. Хоган и Арион уже ищут, где можно на время скрыться. Таких мест будет несколько. Ладно, начинаю лишнего болтать. Тебе не стоит знать каждую деталь нашего дальнейшего плавания.

– Благодарю за информацию, Р. Обещаю, что никакие слухи не начнут распространяться среди некромантов. Я – могила. Клянусь Хоганом.

– Не стоит клясться чужими жизнями. К добру это не приводит. Ладно, чего уж там. Я рассказал тебе, а теперь ты поведай мне. Слишком давно меня мучает один вопрос, который я никак не решался задать ни одному из ваших чародеев. Ответь на него, и мы в расчете.

– Без проблем. В чем же вопрос? Готовы ли мы отдать свои жизни за свою веру?

– Нет-нет. Это я и так прекрасно знаю. Если бы вы не были готовы, то не пришли бы к горе, не напали бы на корабль. Такими вещами не шутят. Да и не рискуют настолько сильно. В вашей верности никто не сомневается. Даже верховный некромант вам доверяет, хотя он человек жесткий, верит только себе и никому более. Вы все это и так знаете. Скажи-ка, почему вам нужно поддерживать магическую силу для восставших мертвецов? С подчинением мне все понятно, а с воскрешением нет. Они ведь будут повторно умирать, как бы смешно это не прозвучало. Арион ведь поднял из могилы амфитера, но он не тратит свои силы на поддержание жизни. Его учил Хоган, но я никогда его не спрашивал об этом, да и не хочу, если честно.

– Все очень просто. – Булган подошел ближе к отшельнику, встав совсем рядом с ним, и облокотился на фальшборт. – Это два немного разных вида магии. То, что применял Арион, умеет далеко не каждый некромант. Поднять мертвеца из могилы и вернуть обратно – проще простого. Но вот оставить его в мире живых без поддержания жизни магической энергией – дело очень трудное. Мы, как и все волшебники, применяем внутреннюю силу, чтобы использовать наши заклинания. Верховный некромант смог научить гвермонда другой магии. Она очень темна, даже для нас всех. Воскрешая таким образом, вы как бы отдаете часть своей души. Это не заметно, пока заклинание используется не слишком часто. Но душа отмирает, разбиваясь на маленькие кусочки. Человек или гвермонд, применяющий подобного рода магию, становится между двумя мирами, если, конечно, постоянно практикуется с таким заклинанием. Арион оживил лишь амфитера. Хоть это существо древнее и могучее, но один раз применить такую силу не страшно. Думаете, что Арион применит еще раз такое заклинание? Хоган планирует что-то интересное? Будет еще одно воскрешение?

– Не знаю насколько интересное, но это произойдет вновь. Я точно в этом уверен.

– Это связано с тем обрядом, который мы проводили около моря? Для чего была эта кровь? Что за зелье? Почему столько тайн? Мы ведь все были участниками.

– Связано, еще как связано. Слишком много вопросов, требующих огромное количество ответов. Ты все узнаешь. Вы все узнаете. В том числе и я.

Эпилог

Каждый подготовленный поисковый поход длился слишком долго, чтобы опередить своих врагов. Казалось, что во всей этой суматохе потеряли свое место совершенно все: Брам, Хоган, Арион, Р и многие другие. Они как бы были везде и нигде одновременно. Позабыв про правильно выбранные тактики и изучение поведения противника, они стали соревноваться со временем. Но каждому из них это придавало огромный стимул.

Прошло три месяца, прежде чем королевство смогло обнаружить хоть какие-то следы присутствия двух преступников на правом материке Лириана. В остальном же главнокомандующий орденом и часть присоединившейся армии Владыки Фортавира проигрывали на каждом шахматном ходу.

Еще через пять месяцев случилось самое страшное для судьбы Главного Бога. Арион, невероятно увеличивший свою силу за все это время, смог совладать с магией, непосильной верховным чародеям. Даже Хоган был изрядно смущен и одновременно доволен мощью, которую смог приобрести гвермонд.

Роковая сцена произошла в последнюю ночь осени. С моря дул прохладный ветер. Вода была спокойной: никаких волн или ряби. С утеса спускался Арион, уверенно шагая по крутому склону, словно для него это не составляло труда. Недалеко от него плелся верховный некромант, явно уступая молодому магу в его прыти.

– В этот раз ты уверен в своих силах? Помню, ты как-то сомневался, когда мы были в горах Близнецах. Если помедлишь или слишком переусердствуешь, то можешь погибнуть. Пожалуйста, не забывай об этом факте, когда мы начнем. Хорошо?

– Я готов, мастер. За мое прошлое не переживайте. Тогда я был молодым и глупым. Прошло уже много времени. Я набрался опыта, силы и мудрости. Мало кто из магов может сейчас со мной сойтись в бою. У них нет шансов, мастер.

– В это я охотно верю, но тогда ответь мне. Ты сможешь сойтись в бою с Брамом?

– Смогу, мастер, но еще не пришло время. Как видите, мое яростное желание отомстить ушло на задний план. Я могу стать гораздо сильнее, чем был до этого. Мне нужна целая армия. Это уже давно не битва двух волшебников, я это тоже отлично понимаю. Сегодня, мастер, я докажу вам, что могу быть сильнее многих. Сегодня я обрету армию, которая нужна нам в войне. Если пророчеству и дано сбыться, то для этого нужно приложить все свои усилия. Иначе, все это было напрасно. С самого начала.

– Арион, ты уже решил, что будешь делать, если у тебя получится заменить Бога Старого? Каков твой дальнейший план? Ты мне никогда не рассказывал, что у тебя на уме.

– Мастер, я не заглядывал в свое будущее и не представлял себе момент победы. Многое нужно будет сделать для глупых людей и гвермондов. В отношении многих придется применять довольно суровые методы. Они не захотят подчиняться просто так. Победа в войне будет лишь началом великого пути. Началом свержения Лириана. Недостаточно просто выиграть битву. Нужно будет искоренить Бога Старого из умов людей, живущих на обоих материках.

– Фортавир объявил на нас охоту. Силы двух материков давно не объединялись для одного общего дела. Не страшишься такой мощи? Ты ведь будешь биться не против чародея с его отрядом, а с гораздо более могущественной армией.

– Мастер, в ваших словах звучат сомнение и неуверенность. Вы сомневаетесь во мне? Или мне кажется? Если так, тогда спешу вас успокоить. Наше преимущество в том, что я знаю, с каким врагом я бьюсь, но противник наш даже не догадывается, какой силой мы обладаем. Сегодня свершится то, к чему мы шли так долго. Энергия так и вырывается из меня и ждет своего применения. Не могу точно описать эти чувства.

– Никаких сомнений, Арион. Я рад, что ты стал тем, кем должен был стать.

Маги спускались все ниже и ниже, перебирая ногами по заледенелой траве. Они знали, что их ждут у подножия утеса. В этот раз собрались все, кто был искренне предан двум своим покровителям. Если раньше к Ариону относились с холодным признанием, то сейчас он был в почете у всех присоединившихся некромантов.

– Когда мы сможем отправиться в пустыню? Путь неблизкий, – спросил Арион.

– Сначала нужно завершить начатое здесь. Это гораздо важнее всех остальных дел. Если ты выживешь, то набирайся сил, и мы сразу же отправимся. Нам придется обходить все королевство, так как это не Аспей, в котором мы сможем нагло прогуляться. Владыка Фортавир самый сильный правитель, которого я когда-либо знал.

Путники спустились к самому основанию утеса. Перед ними раскинулся небольшой берег, который был украшен огнями множества факелов. Двадцать шесть некромантов, похожих издалека друг на друга, стояли в ожидании своих предводителей. Завидев Ариона и Хогана, они преклонили колено, словно встретили короля. Головы были опущены, а лица скрыты под капюшонами. Среди всей толпы своим нарядом выделялся лишь отшельник Р.

– Я думал, что ты слишком гордый, чтобы отдать нам честь, – спокойно сказал Хоган, внимательно рассматривая старика, присевшего перед ним.

Отшельник встал, выпрямил спину и радостно заговорил:

– Безумно рад видеть вас обоих, господа. Все приготовления были сделаны, как вы и просили. Волшебники отдохнули и готовы отдать свою силу по максимуму.

– Где же твоя зверюшка, Р? – спросил Арион, осматривая окрестность. – Не видно что-то совсем. Спрятал ее куда?

– Мезира с другой стороны утеса сторожит наш покой. Если кто-то будет подходить, она немедленно сообщит мне об этом. Беспокоиться не о чем, я уверяю вас. Амфитер тоже недалеко, если вам интересно это.

– Все некроманты собрались? Есть ли такие, кто сбежал или побоялся прийти?

– Нет, – броско ответил отшельник. – Все чародеи на месте. Мы готовы начинать. Ждем ваших приказаний.

– Тогда начинаем, – отрезал Арион. – Нет причин ждать еще дольше. – Гвермонд повернулся к группе некромантов. – Всем приготовиться и занять свои места! Мы начинаем! Ничто не должно быть нарушено сегодня! Свергнем же Лириана!

– Свергнем же Лириана! – проговорили волшебники в ответ.

– Во имя Нового Бога! – прогремел верховный некромант.

– Во имя Нового Бога! – вновь отозвались чародеи.

Все вставали на свои места. План был такой же, как при воскрешении амфитера, но в этот раз отдавать свою магическую энергию собирались все двадцать шесть некромантов. Кто-то из них погибнет от истощения. Но это было неминуемо.

– Мастер, я хотел вас спросить одну очень важную для меня вещь.

– Я внимательно слушаю, Арион, спрашивай все, что душа пожелает.

– Поймите меня правильно, про нее как раз я и хотел поговорить. Душа ведь отмирает при применении такого типа магии. И чем больше воскрешений, тем больше она разбивается и выходит из человека или гвермонда. Но какой смысл мне это делать? Зачем мне самому себе разрывать неотъемлемую часть меня? Неужели нет другого способа?

– К сожалению, нет. – Хоган размял шею. – Арион, это даже к лучшему. Половина твоей души должна пропасть, чтобы встать максимально близко на порог между двумя мирами. Ты ведь хочешь быть не просто правителем или королем. У тебя есть цель достигнуть высот самого Бога, разве это не высокая планка, требующая больших затрат? Последствия этого ритуала таковы: он поможет тебе отделиться от всех людей и гвермондов. Ты станешь чем-то большим. Кем-то, кто будет вправе называть себя Всевышним и не посмеет опускаться до уровня простых смертных.

Некроманты продолжали свои приготовления. Для Ариона был выделен специальный круг возле самой воды. Все участники ритуала встали позади в боевой позиции. Отшельник отошел в сторону.

– Арион, в этот раз я помогу поддержкой силы. Встану вместе со всеми.

– Мастер, не опасно ли это? Может, не будете рисковать? Я не хочу, чтобы вы погибли от истощения. Мне не справится без вас. Вы ведь должны многому еще меня научить.

– Я и научу. Слово свое держу, не переживай. И не забывай, что у меня сил гораздо больше, чем у всех здесь находящихся. Я знаю, когда мне нужно остановиться.

– Что ж, пора начинать.

Все участники стояли на своих местах. К ним присоединился Хоган, когда Арион дошел до своего круга. Гвермонд опустил руки так, чтобы его кисти были полностью погружены в воду. Он прикрыл глаза. Тепло стало приливать к рукам, когда под ними появилось слабое свечение.

Отшельник нервно потирал вспотевшие ладони. Верховный некромант рассказал ему еще до начала, что магов требуется в два раза меньше, но рисковать было нельзя. Нужно как можно больше силы, которую сможет пропустить Арион сквозь себя. Старика Р это не успокаивало. Напряжение было слишком сильным. И это можно было разглядеть в лице каждого волшебника.

Некроманты отдавали свою внутреннюю магическую энергию. Арион чувствовал, как она одним мощным потоком проходила его тело насквозь, словно его хотели разрубить на две половины.

На воде появилась рябь. Гвермонд выжидал момент, когда он будет готов применить всю накопленную силу. И момент этот настал в скором времени. Все его тело полыхало. Голова заболела и готова была треснуть, как орех.

Один из магов упал без сил. Он умер от истощения, как и предполагали многие ранее. Затем еще один. Свечение Ариона усиливалось. Сам он был готов сдаться, дабы прекратить свои мучения. Но дело нужно было довести до конца. Без сил упал еще один чародей, затем еще двое. Многие не выдерживали. Как Арион оставался жив – было загадкой для Хогана. Верховный некромант знал, что еще немного, и он сам истратит все свои силы.

Море словно закипело. Ветер усилился. Гроза сверкнула в небесах. Гром оглушил магов. Ариона отбросило назад. Многие волшебники упали на землю от слабости, но не погибли, как некоторые их товарищи.

Хоган едва смог устоять на ногах. Гвермонд же лежал на земле, совсем не двигаясь. Отшельник сразу подскочил к Ариону. Верховный некромант сделал то же самое, панически испугавшись смерти своего ученика. Грозы засверкали теперь и где-то в далеке, проносясь над всем материком.

– Ты жив?! Ответь мне! – закричал Р.

Какое-то время гвермонд не подавал признаков жизни, но потом все же смог приоткрыть свои веки. Губы едва дернулись, произнося хриплое и слабое: «Жив». Хоган и Р помогли Ариону приподняться, чтобы он смог хотя бы сесть и прийти в себя. С неба хлынул ливень, так приятно охладивший гвермонда. Если бы их раса знала, что такое «жар» в человеческом понимании, то, скорее всего, это было бы то самое ощущение.

– Что… что произошло? – тяжело выговорил Арион. – У меня получилось?

– Не знаю, получилось или нет, – ответил Хоган, – но ты остался жив, что, конечно, гораздо важнее для нас. Маги вот не выдержали. Пять или шесть человек погибло. Но не суть, они не столь важны для нашей битвы.

Больше гвермонд ничего ответить не мог. Его взгляд был уставлен на черное море, яростно бушевавшее вдали. Сильные волны заставляли воду добираться до чародеев, покрывая добрую часть суши. Но внимание Ариона привлекла иная вещь.

Верховный некромант проследил за взглядом его ученика. На поверхности воды показались яркие демонические глаза. Голова одного морского тролля, поднявшегося с морской пучины, приближалась к берегу. Затем их стало больше. Одна превратилась в десяток. Десяток – в сотню. Глуры вышли на берег, встав перед своими спасителями.

Арион молча наблюдал за воскресшей расой. Хоган довольно улыбнулся.

– Получилось, – прошипел он. – Получилось.

***

Молнии нещадно рассекали небо, когда главнокомандующий ордена расхаживал по одному из гарнизонов королевства. Он остановился и ощутил прохладу, доносившуюся с запада. Ночь была довольно облачной. Маг знал, что скоро будет дождь. Как старый моряк, он ощущал это своим нутром.

Недалеко послышалось тихое шарканье шагов. К главнокомандующему подошел советник Владыки Фортавира. На лице его выражалось ужасное беспокойство.

– Не думаю, что нам еще долго придется довольствоваться такими теплыми ночами. Даже грозы начались, хотя и не должны были. Что-то странное с погодой.

– Гроз ведь вообще не должно быть в это время года, не так ли, советник? – спросил Брам. – Слишком подозрительно выглядит все это.

– Не должно быть. Но что мы можем сделать?.. Возможно, Боги разгневались на нас. Они недовольны новой начавшейся войной.

– Не думаю, что это можно назвать войной. Еще даже никто не погиб. Не рано ли заявлять такое?

– Любое противостояние можно назвать войной. Это не зависит от того, как много людей или гвермондов погибло, – пояснил советник.

– Вы выполнили мою просьбу? – спросил маг, покосившись на своего собеседника.

– Выполнил. Пришлось залезть в библиотеку и пролистать две хорошие книги.

– Пройдемся? – Брам зашагал дальше. – Пожалуйста, расскажите мне все, что вы смогли найти.

– Как вы знаете, Брамсвелл, раньше многие маги могли позволить себе ходить с посохами, сделанными из ствола Первозданного Древа. Такой атрибут волшебника позволял ему усилить свои магические заклинания и иметь больший запас внутренней энергии. По сути, из ныне сохранившихся артефактов ближе всех по значению является кинжал Толкмара. С ним вы уже знакомы. Но во время Великой Войны дерево было срублено, но не полностью. Его корни до сих пор находятся где-то в земле. Они не прорастают, но все еще живы и сохранили все свои свойства. Были многочисленные попытки найти эти самые корни, но ни одна не увенчалась успехом. Говорят, что тот, кто сможет найти место рождения Первозданного Древа, будет вознагражден немыслимой силой. В любом споре, в любом бою, в любой войне он сможет перевесить чашу весов на свою сторону. На этом история не кончается. Спустя тысячу лет нашелся-таки человек, обнаруживший корень . Не место, где уничтожили древо, а именно отдельный кусок корня. Никто не знает, где он его смог найти, но суть в том, что за этим человеком охотились все боевые маги материка. Никто не боялся столь величайшей силы, просто все хотели обладать ею. Чувствовать могущество в собственных руках. Алчность и зависть людей погубила их самих. Была битва, в которой уничтожилась и та самая часть корня. Но был и маленький отросточек, напоминавший крошечную часть коры. После битвы его забрали более мудрые правители. Они попросили кузнецов переплавить оружие погибших воинов, а в сердцевину засунули тот самый кусочек. Да, Брам, вижу по твоему взгляду, что ты правильно догадался. Я говорю про кинжал Толкмара. Видишь, какая мощь дается им. А это всего лишь толика от корня. Представь, какой мощью обладает посох, полностью сделанный из куска ствола Первозданного Древа. В последние двести сорок лет никто больше не осмеливался найти оставшиеся корни. Многие вообще стали думать, что все это лишь древний миф о создании нашего мира – наших двух материков. Никто не знает, что из этого правда. Боюсь, что только сам Лириан может ответить на подобное. Вроде я рассказал все, что смог прочесть. Было еще множество дополнительных деталей и имен, но не столь важных для моего рассказа. Скажи мне, Брамсвелл, зачем тебе нужно было выведать у меня эту информацию? Неужели ты собрался искать эти корни?

– Если я не соберусь, то есть вероятность, что их захочет найти Арион и Хоган. Кто-кто, а верховный некромант точно знает эту историю. В его голове слишком много знаний, поэтому борьба выходит нелегкой для нас. Они уже сделали что-то скверное. Не могла так сильно разбушеваться погода в это время года.

– И что дальше? Какие будут указания, сир Брамсвелл? – спросил советник.

– Я знаю лишь одно. Затишье сейчас нам не к добру. Они притихли на какое-то время, но вскоре Арион захочет показать себя. Захочет показать свою силу. Неизвестно сколько людей к ним примкнули, но найдутся многие, кто возжелает сделать себе нового кумира. Если их двоих не получится найти, то, как минимум, нужно быть готовым к любой возможной угрозе.

– Кстати, ваш друг недавно прибыл в гарнизон. Желает с вами встретиться в ближайшее время. Просил передать, что у него для вас новости.

– Какой еще друг? – удивился Брам, но быстро понял, о ком была речь.

– Морн. Так его зовут, верно? Простите, у меня на имена совсем бывает память плоха.

– Не извиняйтесь, все хорошо. Где же он сейчас?

– В цитадели. Ожидает вашего скорейшего прихода.

– Хорошо, спасибо, советник.

– Обращайтесь. Да поможет нам Лириан.

– Да поможет нам Лириан, – повторил Брам.

Часть вторая. Опавший лист

Пролог

Дым. Опаснее стали бывает только дым. Медленно и мучительно убивающий.

Он как сердитая туча накрыл одно из отдаленных поселений, заставляя паникующих жителей выбегать из своих домов. Но когда они достигали улицы, их испуганные лица встречали удар тяжелой секиры. Нет. Они не видели никакого блеска лезвия перед смертью. Орудия смерти давно были запачканы кровью невинных. Людей резали, никого не жалея. Детей заставляли смотреть на гибель своих родителей. И наоборот.

Все это происходило в хаосе пожара. Никто не думал, что подобное могло случиться с ними. О таких вещах никто никогда не задумывается. Однажды это просто случается.

В одном из сараев, под небольшим количеством сена, смогла скрыться небольшая семья: муж с женой да их маленькая дочь. Огонь еще не успел перекинуться на сарай, но их старый одноэтажный домишко давно прогорел, оставив после себя лишь горстку пепла.

– Не плачь, милая, скоро все закончится, дяди уйдут, – сказал отец семейства, прижимая ближе к себе дочку и бледную жену, не понимавшую, что происходит. – Скоро все закончится… – добавил он, не осознавая, насколько пророческими являлись эти слова.

– Папа… – тихо прошептала девочка, – а кто эти дяди? Почему они хотят сделать больно?

Мама прижала дочку сильнее, чтобы та успокоилась и больше ничего не спрашивала.

– Я не знаю, – продолжил отец, – но на людей они не похожи. Давайте сидеть молча, нас могут услышать, – закончил он, заставив тем самым жену прослезиться.

Дверь сарая с грохотом раскрылась. Все трое вздрогнули, но постарались не выдать своего присутствия. Сердца бились так сильно, что можно было услышать их издалека. Тяжелый и твердый шаг раздавался гулким эхом в небольшом помещении. Какой-то странный звук тянулся за этими шагами, словно что-то волочилось по земле за чужеземцем. Из семьи только отец смог догадаться, что означал тот звук. Похожее он слышал каждый день, выходя с косой на поле.

Звук шагов прекратился. Казалось, что страшный враг вот-вот уйдет и даст шанс хоть кому-то остаться в живых в этой смертельной буре. Но все это лишь казалось. Большая рука опустилась в сено и ухватилась за первого попавшегося человека. Им оказался молодой мужчина. Варвар откинул его в стену, чтобы не упустить женщину с ребенком. Мужчина потерял сознание, ударившись головой.

Секира взлетела в воздух. Именно взлетела, а не поднялась, даже учитывая всю ее тяжесть. Женщина, как и любая здравомыслящая мать, прикрыла руками не себя, а своего ребенка, в надежде, что это хоть как-то сможет защитить ее чадо. Чуда, конечно же, не произошло. После, лезвие упало на голову третьего члена семьи.

Такие бесчинства продолжались долгое время, пока поселение не уничтожили полностью. Всех людей убили, никому не оставив надежды. Все дома были сожжены.

Ветер начал распространять зловоние смерти. Это было лишь первое место, которое уже можно было смело стирать с начертанных воеводами карт. Пламя войны вновь разгорелось.

Глава 1. Разговор о неизвестном

Не каждый мог похвастаться живописными видами, каковыми обладала крепость Гур-Мун королевства Мелвинген. Вид с высочайшей башни крепости мог привести в изумление и восторг. Взгляд плавно перетекал с небесного горизонта на озеро Свободы, а потом упирался в цветущие яблоневые сады. Наверно, ничего в мире не могло дать ощущения умиротворения так, как это делал запах свежего наливного яблочка.

Не каждый был удостоен находиться на самом верху башни. Доступно это было лишь правителю правого материка – Фортавиру. По своему желанию он мог пригласить к себе кого угодно, но делал это крайне редко и с большой неприязнью.

Лето было в самом разгаре, когда в крепости решили провести одно из важнейших собраний правителей и воевод. Правда, не все были приглашены на данное собрание. Представителей левого материка оказалось всего двое. На собрание пришли делегаты от женской академии, несколько воевод, посол правого материка, а также ближайшие подданные правителя.

В зале была тишина. Собравшиеся стояли возле стола, дожидаясь появления Фортавира. Никто ничего не говорил. Никаких вопросов и предложений. Каждый член совета явно нервничал, но старался этого не выдавать.

– Может, мы уже начнем? Его величество явится, как будет свободная минута, – начал полководец Азир, надеясь ускорить начало собрания.

– Начало объявляет сам Владыка, вы же знаете правила, сир, никто не вправе их нарушать. Без Владыки нечего и обсуждать.

Азир нервно забарабанил пальцами по столу. Странно было видеть такого достойного воеводу столь нетерпеливым. Уж кто-кто, а он должен был знать все распорядки. В коридоре послышались шаги. Много шагов. Сомнений, что это явился Владыка, окруженный охраной, больше не оставалось.

– Его величество Владыка Фортавир, – громко объявил Элорион.

Правитель показался из-за дверей, сопровождаемый шестью стражниками. В зале все склонили головы в знак приветствия и почтения.

Фортавир подошел к своему месту, осмотрел всех людей, остановив свой взгляд лишь на одном из присутствующих.

– Объявляю начало собрания, – сказал он без лишних церемоний. Все сели, загремев деревянными стульями. – Надеюсь, вы помните, какая на вас ответственность, и что вас ждет, если ничего решить не получится, – довольно грубо обратился Фортавир к одному из участников.

– Я прекрасно понимаю мою ответственность, Владыка, – ответил ему Брам, взглянув на Морна, сидевшего рядом.

– Прекрасно. Понимание – есть путь к начинаниям. Что ж, – еще громче заговорил Фортавир, – вы все прекрасно знаете, зачем мы собрались. Я хочу услышать от каждого из вас любые новости, связанные с преступником гвермондом.

– Думаю, он все-таки Валунский гвермонд, учитывая его способности. Если слухи, конечно, не лгут, – высказалась Риона.

– Вопрос о его принадлежности к Валунской расе закрыт, – ответил Владыка. – Мы, к сожалению, ничего не решили. И выяснить его принадлежность к определенному виду мы не смогли. Главное – мы знаем, что он гвермонд. Этого нам достаточно. Даже если бы он был обычным человеком, нам бы не стало от этого легче. Эта тварь, а только так я могу его назвать, обладает неимоверной силой. А также он объявил нам войну. Этого достаточно, чтобы начать принимать меры. Господа, я хочу услышать от вас любую информацию. Немедленно, – твердо, но спокойно добавил Фортавир.

– Недавно было грозовое неспокойствие возле Утеса. По нашей информации, погода не должна была бушевать в данное время года. Есть версия, что там происходили ритуалы. Но это лишь предположения. Есть обратная теория, что погода могла разбушеваться из-за моря, – начал отчет Грецил.

– Разведывательный отряд был отправлен?

– Да, вестей пока нет, но мы ждем их с минуты на минуту.

– Дорогой чародей Брамсвелл, – обратился Владыка, – что можете рассказать вы? Все же вам удалось ближе всех с ним познакомиться.

Брама объяло неописуемое чувство тревоги, так как рассказывать было нечего.

– Боюсь, я ничего не добавлю, Владыка Фортавир. Все, что мне было известно, я уже рассказал неоднократно. Единственное, что мы знаем точно – Арион находится здесь, на правом материке. На левом ему бы не удалось спрятаться. Мы все обыскали.

– А что с его новым другом, который прятался в горах?

– Старик Р. Он скрылся вместе с ними. Самого старика опасаться не стоит, а вот его зверей…

– Точно, эта многоножка… Посмотрите сюда. – Фортавир указал пальцем на стену. – Здесь будет висеть ее голова. Возможно, вместе с головой Ариона Стока. – Владыка злостно оскалился в улыбке.

– Многоножка теперь принесет не столько проблем, как это сделает его новая тварь, – перебил мечтания Брам. – Амфитер гораздо опаснее.

– Голову летающей змеи мы повесим рядом, не переживайте, дорогой маг, место найдется для всех. Проследите, чтобы и ваша голова не оказалась рядом со всеми. Предатели бывшими не бывают.

Колкое замечание Владыки Брам пропустил мимо ушей. Он ни за что не признает, что он кого-то предал. Действовал он исключительно в благих намерениях. Другое дело, что они оказались ошибочными, а не предательскими. Если кого и предали, то его самого.

– Грецил, прошу вас, доложите, что вы узнали еще, – громко объявил Фортавир после недолгой паузы.

– Пока добавить нечего, Владыка, нужно ждать вестей с Утеса, если смогут чего найти. Следов Ариона и его приспешников нам не удалось обнаружить.

– Меня интересуют следы еще одного человека. Что слышно о Хогане?

– О нем вообще нет никакой информации. Даже если он где-то и находился… Владыка… вы же знаете, что Хоган умеет лучше всех скрывать следы. Даже магического присутствия.

– Конечно знаю. Я ведь был с ним лично знаком. На этом все? Ничего дельного я услышать не смогу?

Над столом повисла тишина. Мало кто осмеливался смотреть Фортавиру в глаза.

– Очень жаль. Видимо, придется дожидаться новостей с Утеса.

– Я скажу, – нахальным тоном прозвучало в зале, когда Фортавир уже собрался вставать из-за стола.

Владыка замер, кинув взгляд на говорящего, но все же сел обратно.

– А, правая рука нашего мага, прошу вас, доложите нам, что вы знаете.

Морн закашлял, чтобы прочистить горло. И продолжил:

– Владыка, рассказать мне нечего, но знаю один вариант, где мы можем добыть ценную информацию.

– Где же, скажите на милость.

– В лесах на северо-востоке есть деревня Затравак.

– Леса, которые во Врааре?

– Именно, Владыка. От Утеса эту деревню отделяет лишь Гилн-Скиа. Они могут что-нибудь знать. Может, они видели что или слышали.

– Абсурд, – воспротивилась Риона, – жители той деревни дикари. Одиночки, никого не признающие. Любой, кто сунется к ним, скорее всего, погибнет.

– Для человека любое существо будет дикарем, если не уметь с ним общаться. Просто у каждого есть свой подход, – парировал Морн.

– Мы несколько раз отправляли людей в ту деревню, даже представители моей академии пытались в него проникнуть, – подчеркнула Риона, – но все безуспешно. Все погибли. И ради чего? Чтобы посмотреть на странное племя, которое ни на какие контакты не идет? Повторюсь еще раз. Идея – абсурд.

– Считаю, мне стоит добавить, насколько же вы не правы, дорогая наша Риона. Я, как галантный мужчина, очень ценю стремление женщин к достижению новых целей… Поймите, даже в вашей речи… Вы употребили слово «проникнуть». Племя лишь защищалось. Если в ваш дом захотят проникнуть чужеземцы, что вы сделаете? Будете защищаться? Защищать других? А если в доме ваша семья? Защита ведь будет еще сильнее? Не захотите кого-то убить, чтобы спасти родных? Да, поведение племени жестоко, они не хотят идти на контакт, но это не означает, что его нельзя добиться обычным диалогом. Владыка, послушайте, – обратился Морн уже к Фортавиру, – вы должны понять, что чрезвычайно важно не посылать разведчиков в эту деревню. Племя сможет их убить еще на границе самого леса. Нужно послать тех, кто сможет поговорить.

– Абсурд, – еле слышно вновь прозвучало в зале.

– Мне нравится данное предложение, – сказал Фортавир, потирая свою руку, – хоть и не знаю, насколько это нам поможет. Тем не менее я не собираюсь рисковать своими людьми. Напомните, как вас…

– Морн.

– Так вот, Морн. Вы у нас здесь самый говорливый, вам это задание и поручается. Отправляйтесь в деревню, будем ждать от вас новостей, если, конечно, вы вернетесь живым. Я так понимаю, Брамсвелл отправляется с вами?

– Совершенно верно, – ответил Брам вместо Морна.

– Хорошо, если вы не вернетесь через неделю, я буду считать вас мертвыми. Разведывательный отряд посылать никто не станет. Если где задержитесь, пришлите письмо соколом.

– Да, Владыка. – Морн склонил голову.

Фортавир встал и объявил об окончании собрания. Все участники поспешно направились к выходу. Все, кроме двух выходцев с левого материка. Кинув друг на друга понимающий взгляд, они направились к выходу вслед за остальными. Выйдя на улицу, Морн предложил пройтись к озеру. Погода была знойной. Солнце испепеляло. Яблоневый сад, до которого они дошли, поливали два очень молодых мага. Воду они черпали прямиком из озера, так как создавать ее из ничего затрачивало гораздо больше сил. Да и для молодого поколения такие задачи казались пока трудновыполнимыми.

– Ты ведь никогда не был в тех краях? – спросил Морн, вытирая пот со лба тыльной стороной ладони.

– Мне лишь однажды удалось где-то услышать или прочитать об этой деревне. Но все ограничилось лишь названием.

– Тогда мне нужно тебя подготовить, чтобы ты понимал, с чем мы можем столкнуться.

– Я весь внимание, – еле заметно улыбнулся чародей.

– Не зря на собрании так кричали, что там живут одни дикари. Каждый поход к ним заканчивался смертью. И смерть эта всегда жестока. Быстрой не жди. Они любят мучить, испытывать тело. Могут долго сдирать с тебя кожу или еще что придумают. Когда будешь терять сознание, они будут приводить тебя в чувство, а уж потом продолжать свои пытки. Но это все лишь рассказы, непонятно откуда взявшиеся. Никто ведь из достоверных источников так и не вернулся из леса живым. Ни один разведчик не смог бы там скрыться в кустах. Все же нам нужно опасаться. Не знаю, выйдем мы живыми или нет…

– Морн, – Брам сделал акцент на его имени, – когда я освободил Ариона и Хогана, то уже тогда подписал себе смертный приговор. Рано или поздно он будет приведен в исполнение.

– Ты захотел помочь и помог. Как много людей сделают то же самое? Многие лишь делают вид, что хотят помогать другим, а на деле? Большинство из них даже не выйдет ради этого на улицу. А ты пошел против всех. Брам, черт тебя возьми, зайти в охраняемую тюрьму, перебить стражу и пойти против короля… Кто вообще на такое способен?

– Мне помогли, ты ведь знаешь. Возможно, я не прошел бы сторожевые посты около входа в подземельную тюрьму.

– Да, я помню, ты рассказывал. У тебя так и не появились догадки, кто это мог сделать? Вряд ли кучка разбойников смогла разобраться с королевской стражей, там ведь еще и маги были.

– Это-то понятно, – тяжко выдохнул Брам, – но никаких предположений нет, а свою причастность ты отрицаешь.

– Знаешь, даже если бы это был я, мне бы очень было интересно узнать, для чего мне это понадобилось бы. Правда, помню, целый вечер убил на то, чтобы придумать хоть одну вескую причину, помогать тебе перебить тюремную стражу. Честно скажу, ни одной не смог выдумать. Все они звучали в моей голове довольно скучно и неправдоподобно. Да и знакомы мы с тобой были не так долго, чтобы выручать друг друга в таких ситуациях.

– Это я уже и так понял.

– Как думаешь, – Морн немного понизил голос, – каким стал Арион? Я его помню только молодым учеником.

– Он начал меняться еще при мне. Наш путь был нелегким. Его характер начал приобретать форму. Из мальчика он начал превращаться в мужчину. Трудные условия заставляют нас становиться взрослее. Быстрее, чем мы ожидаем. Я прекрасно помню момент, когда мы вышли из тюрьмы, и Арион с Хоганом стояли напротив меня… Именно тогда я увидел этот взгляд… Совсем другой… Не юношеский, не взрослый. Взгляд, который впитал в себя злость, обиду, непонимание, чувство мести и одержимость обладания неимоверной силой. Хоган ему все объяснил, а взгляд все выдал без слов. – Брам и Морн уже подходили к концу сада, а солнце, кажется, только начинало набирать обороты. – И вот тогда, – продолжил Брам, – я понял, что не смогу ему помочь. Его взгляд сказал мне об этом.

– Привязываться к людям – опасное дело. Стоит лишь один раз понять, что такое привязанность, и сразу начинаешь на себе ощущать чувства долга, ответственности, переживаний и даже ревности.

– Ты когда-нибудь привязывался? – без тени улыбки спросил волшебник.

– Да. Лишь однажды. Это была женщина, а большего тебе знать и не надо.

– Мне кажется, что до Ариона у меня и не было таких чувств. Как-то раз у меня проскочила мысль в голове, что он мне стал родным сыном.

– А теперь он стал твоим злейшим врагом, – с улыбкой на лице добавил Морн.

– Врагом, которого обратно не сделаешь другом. Такое только в сказках бывает да в детских мечтаниях. В жизни так не случается.

– Случается, – поправил Морн, – правда, только у глупых людей. В остальном ты прав. Сумасшедшие идеи детских историй. По-другому и не скажешь. Иди за мной.

Морн с Брамом дошли до конца сада, свернули чуть левее и вышли прямиком к озеру. Жара здесь оказалась еще невыносимее. От солнца больше нельзя было скрыться в дружелюбной тени деревьев.

– В такую погоду так и манит прыгнуть в воду, – заметил Морн, когда они вдвоем подошли вплотную к озеру.

– Что же тебе мешает?

– Озеро Свободы – владение самого Владыки Фортавира. Тут нужно особое разрешение, чтобы влезть или просто использовать воду. Но это сейчас вовсе не важно. Смотри сюда.

Морн нашел на земле старую иссохшуюся палку, подобрал ее, подошел к песку и начал чертить ею непонятную схему. Брам, поддерживая молчаливую сцену, внимательно следил за тем, что именно вырисовывал его приятель на песке.

Сначала появился квадрат, внутри которого стали появляться более мелкие фигуры. Морн явно не старался при выведении фигур, но Браму стало ясно, чтó именно появилось перед ним.

– Карта леса? – спросил маг.

– Примерная схема того, что ожидает нас внутри. Смотри. – Морн указал палкой на две короткие черты, нарисованные прямо на границе леса. – Здесь мы будем входить в лес, чтобы в дальнейшем там не заблудиться. Так я буду знать, сколько нам примерно идти и в какую сторону. Дальше мы упремся в сторожевые посты поселения. – Палка сдвинулась выше, указывая на маленькие кривые кружки. – Здесь самое сложное. Если нас не убьют при входе, и мы доберемся до этих постов, то пройти их границу будет очень трудно. Я даже не могу обещать тебе, что нам удастся поговорить с теми, кто будет на посту.

– Ну, а если у нас все-таки получится пройти границу леса и эти самые посты, что дальше? – с некой обреченностью в голосе спросил Брам.

– Тогда мы выйдем прямо к деревне. – Морн указал палкой выше и левее, там, где были более крупные квадраты. – В самой деревне тоже неизвестно как отреагируют местные жители на то, что нас пропустили. Ожидать смерти придется в любую секунду.

– А зайдя внутрь? – уже с оживлением продолжил расспрашивать чародей.

– Там мы сможем поговорить с вождем местного племени. Никто из жителей не осмелится заговорить с чужаками. Может быть, им даже запрещено это делать. Я этого не знаю.

– Знаешь, что будет обиднее всего?

– Что?

– Если мы сможем преодолеть такой путь, зайти в лес, попасть к вождю, остаться при этом живыми, но ничего не получить. Ни единого слова, которое могло бы нам помочь выяснить, что за буря на нас движется.

– Мы хотя бы попытаемся. Что нам еще остается делать? Я уверен, буря не может проходить бесследно. Нам нужно хвататься за любую возможность, чтобы узнать, с чем нам нужно будет столкнуться. Даже ценою своей жизни. – Морн отбросил палку в сторону, а рисунок на песке стер ногой.

– Пойдем обратно в крепость, а то солнце нас убьет быстрее любого дикаря в лесу. – Брам двинулся в сторону сада, Морн последовал за ним.

По пути в крепость они боролись с внутренним желанием сорвать спелых яблок в саду. Опять же, нельзя было рисковать на земле Владыки. В самой крепости жизнь шла полным ходом. Люди словно не замечали той жары, которая прибивала любого, кто находился на открытом солнце более пятнадцати минут. Даже местные продавцы, имеющие возможность укрыться под навесом своей тележки, бегали вокруг да около в надежде привлечь покупателей.

День близился к вечеру. Знойная жара начала заменяться легкой прохладой. Люди, мокрые и уставшие после тяжелого дня, возвращались к себе домой, освобождая душные улочки. Морн пропал неизвестно куда, а Брам провел остаток дня в своей комнате, пытаясь угадать, где может находиться Арион или кто-то из его приспешников. Мага больше пугало, что об Арионе продолжали ходить слухи и догадки, а вот о верховном некроманте все и позабыли.

В дверь громко постучали, когда Брам чуть не уснул в кресле. Он прочистил горло и громко сказал:

– Войдите!

В комнате оказался молодой мужчина, явно повидавший жизнь. Как же много может сказать взгляд о человеке. Браму даже подумалось: «А какие у меня глаза?»

– Сир Брамсвелл, простите, что врываюсь так поздно! Ожидаю ваших приказаний!

Брам окинул незнакомца удивленным взглядом.

– Простите, а вы…

– Извините, забылся, сир Брамсвелл! Меня зовут Шафнир! Такое имя мне дали мои родители! Я – новый капитан разведки, сир!

Брам не понимал двух вещей: зачем новый капитан так экспрессивно говорит, и зачем он сказал про своих родителей.

– Так, давайте говорить тише, к чему нам крики, – сделал замечание Брам.

– Простите, сир. Я вас понял, сир, – как-то жеманно продолжил говорить Шафнир.

– Я слышал, что у нас новый капитан, но не знал, когда вас увижу. Хорошо, что вы зашли, – успокоил маг напряженного Шафнира. – Доложите мне, какие известия есть у вас.

– Сир, никаких известий так и не получили. В окрестностях нашего материка ничего. Я бы сказал тишина. Мы не смогли обнаружить следов ни Ариона, ни Хогана, ни Р, ни их некромантов. Вообще ничего. Сир, мы отправили небольшой отряд следопытов на левый материк. Примерно час назад от них пришло письмо.

– И что же там? – Брам даже подскочил от волнения из-за слова «письмо».

– Простите, сир, радоваться нечему. Моему отряду не удалось обнаружить следов на левом материке.

Опечаленный Брам сел обратно и подпер голову рукой.

– Сир, будут приказания? – продолжил капитан по стойке смирно.

Брам еще какое-то время просидел не отвечая. Все его мысли улетели куда-то туда, за пределы материков. Но вернулись они в голову от простого, но уже надоедливого слова капитана:

– Сир? Простите, сир, будут приказания?

Брам еще раз окинул взглядом Шафнира, потом встал и подошел к окну, наблюдая за садившимся солнцем.

– Нет, капитан. Приказаний не будет. Как только вы мне понадобитесь, я вам сообщу об этом. А сейчас продолжайте ваши наблюдения за окрестностями. Дам только один совет… Не спешите выводить людей с левого материка. Они могут еще пригодиться там.

– Так точно, сир! Вас понял, сир Брамсвелл! Разрешите?

– Идите, – спокойно ответил маг, продолжая наблюдать за закатом.

Шафнир покинул кабинет, закрыв за собою дверь. Брам же неотрывно наблюдал за уходящим солнцем. За солнцем, которое находилось у него перед глазами, но неизбежно убегало куда-то далеко. Так далеко, что поймать его нельзя. Так же как и Ариона.

Глава 2. Черный шаман

Двое всадников мчались во всю прыть через поля. Погода была не такой жаркой, какой она себя показала вчера. Стук копыт заглушал любые звуки. Еле слышное «вперед!» звучало среди раскатистых ударов о землю.

Один из всадников начал опережать второго. Ни единого звука из его открывавшегося рта не было слышно. Он поднял руку, дав знак остановиться его приятелю.

Лошади начали сбавлять скорость. Остановились они на небольшом холме, откуда ясно виднелись бескрайние поля. Пыль догнала остановившихся путников, накрыв их одним непроглядным облаком. Люди на лошадях закашлялись, но после ушедшей пыли было видно, что всадники улыбались, как довольные мальчишки, играющие во дворе.

– Мы так до смерти своих скакунов загоняем. Торопиться некуда.

– Да уж, хватит их так гнать, – согласился Брам, выплевывая попавший в рот песок. – Мы уже перешли границу?

– Мы на ней стоим, – ответил Морн, – даже немного переступили. Добро пожаловать в Снорвэал, дорогой друг.

– Нам еще скакать и скакать. Вперед! – скомандовал маг, постучав пятками в бок лошади.

Морн поравнялся с ним.

– Знаешь какие-нибудь местные поселения, чтобы остановиться на ночь? – спросил волшебник.

– А где же твой дух авантюризма? Эх, Брам, стареешь ты душой.

– Я никогда не был против, чтобы переночевать в тепле и на подушке.

– Но ты ведь не забыл наше первое путешествие? Чудный лес. Никогда не знаешь, что он тебе покажет. Каждый раз знакомишься с чем-то новым. Болотное чудище! Только слышать о нем доводилось. Да и с Синим Волком я так близко не встречался. Видел издалека, но это не то.

– Да уж, повезло нам, что мы тогда оказались уже на границе, – сказал Брам серьезным тоном.

– Или ты считаешь иначе?

– Иначе?

– Да, иначе. Скажи, вот тогда ты радовался, что мы успели пересечь черту леса, и Арион остался жив. А что ты считаешь сейчас? Хотел бы… Как же выразиться… Чтобы его съели? Синий Волк не просто так почуял опасность тогда. Вот слопал бы юнца, и сейчас не было бы никаких проблем. Мне кажется, тебя бы даже не посадили в тюрьму за то, что не уследил за учеником. Его же самого посадить, может даже казнить собирались. Не знаю.

– Трудный вопрос. Думаю, нет. Конечно я не рад, что произошло все именно так. Но хотеть его смерти тогда…

– Тогда другой к тебе вопрос. Если не хочешь, чтобы он погиб тогда, хочешь ли ты, чтобы он погиб сейчас?

– Отвечу тебе честно. Я не знаю, – сказал чародей громче обычного. – Возможно, хочу. Возможно, мне придется самому его убить. Я не знаю, что будет.

– Понимаю, – выдохнул Морн. – Извини, люблю иногда людей мучить философскими вопросами. Знаешь, что-то вроде: «Вам нужно выбрать: убить толпу, где сто неизвестных тебе людей, либо убить пятерых, но там будет два близких тебе человека».

– И как ты сам отвечаешь на такой вопрос?

– Никак я не отвечаю, Брам. Зависит от множества обстоятельств. Такие вопросы не имеют четкого ответа, но мне всегда интересно услышать ответы других.

– Я бы выбрал близких.

– Ты бы убил сто человек, которых совсем не знаешь? А если там будут женщины? Дети? Младенцы? Старики?

– Но мне эти люди никто, почему я должен переживать за них?

– Это тоже очень правильный вопрос, дорогой друг. Зачем? Но я тебе скажу, зачем это надо людям. Это то, что делает нас людьми. Это чувство эмпатии. Именно обладая таким качеством, мы можем говорить о человечности.

– Ты сам пришел к такому выводу? – немного удивился маг.

– Ты, видимо, считаешь меня совсем глупым. Нет, дорогой мой, я не только мечом умею рубить. Мне нравится тренировать не только мои физические способности. У меня есть мозг, как и у других людей, только вот остальные почему-то об этом забывают. Наверное, он у них не на виду, вот и не помнят, что в голове что-то есть.

Брам расхохотался во весь голос. Смеялся он не только из-за слов Морна. Ему было радостно и тепло на душе, что он мог спокойно поговорить с человеком по душам.

Через некоторое время они сделали привал, накормив и дав отдохнуть своим лошадям. Приятный, хоть и слегка теплый ветер ласкал путников своими порывами. Найти тень на просторах им не удалось, так что пришлось прятаться за своими же скакунами. Одну ночевку им пришлось устроить прямо в поле. Ночь выдалась теплой, разводить костер не пришлось.

Как только солнце взошло над горизонтом, путники отправились дальше. К середине дня им удалось преодолеть немалое расстояния до границы местности под названием Враар. Именно на территории Враара можно было отыскать лес, внутри которого образовалось поселение Затравак.

В самом центре Снорвэала путникам повстречались две одинокие горы, которые не смогли встретить гостей без неожиданного подарка.

– Это еще кто такие? – спросил Брам, увидев приближающихся к ним людей.

Довольно быстро к ним направлялись всадники. Их черные одеяния хорошо виднелись издалека, а золотые плащи развевались на ветру. Брам и Морн остановились, дожидаясь конников.

– Интересная у них одежда, – заметил Морн.

– Узнаешь кого?

– Нет, даже близко не пойму, чьи это воины будут. На разбойников точно не похожи, но кто знает.

– Если бы я видел их первый раз, то подумал бы, что это стража Фортавира. Но это не они.

– Сейчас поглядим, чего они хотят, – серьезно произнес Морн.

Всадники окружили путников. Всего их оказалось пятеро. Один из них держал знамя Гилн-Скиа: извергающийся вулкан на фоне чисто-голубого неба.

– Кто такие?! Представьтесь! – заревел один из всадников. Он был крупным, плечистым. Его опущенная жгуче-черная борода сливалась с его черной, как смоль, одеждой. Не доспехами.

– Скажите мне, пожалуйста, дорогой незнакомец, – начал Морн. – Зрение я не потерял, значит могу узнать знамя Гилн-Скиа. Почему же я должен с вами разговаривать на территории Снорвэала?

– С королевским дозором ты обязан разговаривать на любой территории, – продолжил говорить все тот же всадник.

– А ты, видимо, капитан некоего дозора, верно?

Капитан оглядел всех вокруг. Было заметно, что он стиснул челюсти от напряжения. Диалог поддерживал исключительно Морн. Брам лишь наблюдал со стороны.

– Да, с тобой разговаривает капитан королевского дозора. Представьтесь! Немедленно!

– А если я все-таки начну медлить? Вот мне не хочется так быстро с тобой знакомиться. А если ты плохой человек? Зачем мне тогда вообще с тобой знакомиться?

– Я бы на твоем месте не бесил нашевось капитанса. А то ж худо будет. Смекаешь? – высказался другой конник, находившийся ближе всех к их командиру.

– Многое может произойти, даже если я его злить не буду, – осклабился Морн. – Господа, чего вы хотите? Скажите сразу, а то мне надоедает общение с вами. Если не можете меня и моего друга, – он указал головой на Брама, – заинтересовать, то мы, пожалуй, двинемся дальше в путь. Нам еще далекое расстояние предстоит преодолеть.

– Больно молчаливый твой друг, – заметил капитан.

– Разве ко мне обращались? – дерзко заметил маг. Капитан даже покраснел от недовольства.

– Представьтесь! Именем короля! Последний раз предупреждаю!

– Как наш гость, а ты находишься не на своей территории, ты должен представиться первый и рассказать нам, зачем вы нас остановили, – продолжил напирать Морн.

Казалось, что командир дозора вот-вот не выдержит и начнет махать своим мечом. Наступила неловкая пауза. Брам предчувствовал беду. Но недолгое молчание словно дало шанс, чтобы все выдохнули и успокоились.

– Хорошо, – сдался капитан. – Меня зовут Румиун Флекстер. Я капитан королевской стражи Гилн-Скиа.

– Гилн-Скиа, дорогой мой капитан, правильно говорить именно так.

– Я так и сказал. Гилн-Скиа.

– И зачем же вы нас остановили?

Терпение у капитана вновь заканчивалось.

– Королевская стража теперь везде. Мы проверяем местности. Времена опасные, могут попасться… Сами знаете кто.

– Почему вас так мало? Если вы встретите их, то кто вам поможет? Вас уничтожат, как детей, – высказал Брам.

– Королевская стража не так слаба!

– Что же вы от нас хотите, любезнейший?

– Нам нужно знать, куда вы держите путь, – сказал Румиун как-то вяло, будто устал от разговора.

– Нам нужно попасть во Враар. Это запрещено?

– Нет, не запрещено. Но по пути будет небольшая крепость, нам нужно сопроводить вас до нее, доложить командующему, что вы направляетесь во Враар. Сейчас следят за каждым, кто куда-то передвигается.

– Ну что же, тогда сопроводите нас, дорогой королевский дозор.

Румиун дал знак своим конникам. Лошади начали разворачиваться. Стража короля двинулась вперед. Брам и Морн последовали за ними. С близкого расстояния золотые плащи уже не выглядели такими золотыми. Потрепанные, грязноватые, даже больше отдающие в желтый оттенок. Но никак не золотые.

Отряд двигался медленно. Они без устали переговаривались, через каждое слово вставляя бранные выражения. Воин и волшебник послушно следовали за ними, никуда не сворачивая.

Прошел один томительный час с того момента, как к путникам присоединились всадники. За все это время на Брама с Морном никто не обращал внимания. Поведение и разговоры конников вызывали большие сомнения, что они вообще могли относиться к какой-либо страже.

Волшебнику и воину удалось немного отстать от надоедливо-ворчащих сопровождающих, что дало возможность переговориться.

– Что-то не нравится мне это, – шепотом заметил Брам.

– Что именно? – так же шепотом спросил Морн.

– Ты ничего не замечаешь? Странно себя ведет эта стража.

– Это не королевская стража, – еще сильнее понизил голос Морн, – они вообще не знают, как разговаривает и ведет себя стража. А их одежда? Я знаю многих воинов из Гилн-Скиа, они себе не позволят такой наряд. Да еще и грязный весь. Смотреть противно. Знамя у них правильное, видимо, украли где. А их манера речи? Они постоянно некрасиво выражаются.

– Разве это не характерно для обычной стражи?

– Для обычной – да, характерно, а вот для доблестных конников Гилн-Скиа – нет. Там у них жесткое воспитание. Они не могут позволить себе так разговаривать.

– Разбойники? – оторопел Брам.

– Хуже, дорогой друг. Это кучка идиотов.

В этот момент Румиун развернулся и посмотрел на них:

– Эй! Чего плетемся позади? Ближе к отряду! Скоро прибудем!

Брам посмотрел на Морна, словно ожидал от него приказа. Но услышал лишь напряженное: «ждем привала».

Их лошади догнали «королевскую стражу». Дальнейший путь оказался не таким долгим. Румиун Флекстер закричал:

– Привал! Отдых десять минут!

Конники остановились и стали спрыгивать с лошадей. Чародей оглянулся вокруг и понял, почему именно в этом месте они остановились.

Небольшое ущелье их встретило радушно. Теплый ветер бил в лицо, трава приятно колыхалась, играя мелодию вместе с листвой ближайших деревьев, а маленькие горы прикрывали весь этот вид, который открылся путникам.

– Отдых десять минут! Не больше! – повторил Румиун.

На лицах конников появилась еле заметная улыбка, предвещающая неприятные неожиданности.

– А вам придется подождать. – Капитан подошел вплотную к Морну.

Дальнейшая сцена произошла слишком неожиданно. Какой-то предмет ударил Брама по ногам. Он взглянул вниз и увидел лежавшую рядом с ним голову. Глаза ее были открыты. Волшебник отскочил в сторону, не понимая, что происходит. Он посмотрел на Морна. Тот стоял с обнаженным мечом, а перед ним распластался труп Румиуна. Обезглавленный, конечно же.

Конники подскочили и схватились за оружие, но не спешили нападать.

– Дорогие мои, – начал Морн, – боюсь, придется вам сообщить, что дальнейшую поездку нам нужно продолжить без вас. Я бы мог дать вам наставления, как ведет себя королевская стража. Или как она выглядит. Но вам это уже не пригодится, сами понимаете почему. План мне ваш понравился изначально, хоть любой разбойник справился бы лучше. Меньше спектаклей, господа, они ни к чему хорошему не приведут. – Морн осмотрел всех всадников. С его меча мерно капала кровь. – Жаль, что вашего, так сказать, капитана пришлось убить первым. Он держался лучше всех. Да и речь его была поставлена неплохо.

– Эвона как! Жалкий ты подонок! – закричал один из сподручников Румиуна. – Сукин ты сын, за смерть капитанса ответишь!

Морн лишь засмеялся, полностью уверенный в своих силах, а Брам завел руку за спину, приготовившись применить нужный ему знак силы.

– Господа, не будем терять время! Начинайте!

Разбойники хотели было напасть, но, как только сделали свой первый шаг, сразу же остановились. Легкая дрожь прошла по земле, словно кто-то наносил удары. Один. Два. Три. Толчки продолжались, а дрожь лишь усиливалась и все лучше ощущалась ногами.

Конники убрали оружие, переглянулись и начали что-то себе нашептывать. Морн замер, прислушиваясь к звукам, доносившимся откуда-то издалека. Лжестража его больше не волновала. Как и он их.

Земля задрожала еще сильнее.

– Пошли! – кричали разбойники, запрыгивая на лошадей.

Они умчались так быстро, что их силуэты нельзя было различить за столбом пыли, поднятом копытами.

Брам был готов бежать неизвестно от чего, но не успел он об этом подумать, как земляной фонтан возник перед двумя оставшимися путниками. Из недр вылезло нечто, напоминавшее многоножку старика Р. Ее челюсти яростно клацали острыми зубами, а изо рта стекала тягучая и вязкая слюна.

– Малышка явно проголодалась, – заметил Морн.

– Это нам не Р сделал подарок?

– Я слышал, что в горах еще обитают такие твари. Исключительно в Снорвэале. Не знаю, успел ли себе отшельник всех приручить.

Многоножка издала пронзительный писк, едва не оглушив своих противников.

– Они плохо себя чувствуют в воде, сможешь создать контролируемый поток?

– Много сил уйдет, чтобы сдержать такую тварь, но я попробую.

– Другой возможности не будет, мой друг, действуй.

Брам выпрямил левую руку и сделал ею круговой оборот в воздухе. Многоножка, увидев телодвижения, побежала прямиком на путников, жадно щелкая челюстью. В воздухе образовался мощный поток воды, который за мгновение смог погрузить в себя многоножку. Она зависла в воде, находясь немного в приподнятом положении.

– Подними чуть выше, – скомандовал Морн.

– Пытаюсь! – крикнул Брам, упав коленом на землю. Удерживать такую тушу оказалось труднее, чем он предполагал.

Многоножка начала приподниматься, пока между ней и землей не оказалось расстояние в один метр.

– Брам! Достаточно! Ты должен убрать поток по моей команде!

– Тогда она сожрет нас! Чего ты требуешь?!

– Я знаю, что делаю! Доверься! На счет три! Один! Два!

Не успел Морн произнести заветное «три», как поток воды хлынул на землю и растекся одной большой лужей. Сам же Морн в эту секунду оказался под многоножкой. Он побежал и прыгнул под нее, проскользив по земле. Меч торчал вертикально вверх. Такой маневр позволил воину распороть живот чудовищу.

Брам наблюдал за всей этой картиной. Многоножка приземлилась окончательно на землю, но больше она не двигалась. Лишь сделала последний всхлип. Морна не было видно еще какое-то время, и маг подумал, что его товарища придавило огромным туловищем. Но через секунду воин вылез из-под туши. Брам не выдержал и засмеялся, как никогда в своей жизни.

– Очень смешно. Живот не надорви! – проворчал Морн, сплевывая слизь. Да и вообще воин стоял весь в желто-зеленой субстанции. Все нутро твари вылилось на него, пока он резал ее брюхо мечом. – Ты даже не представляешь, как оно воняет! Да поможет мне Лириан отмыться от этого всего.

– Только ко мне не подходи. Я уже отсюда чувствую эту вонь. Пойдем, надо найти ближайший ручей, пруд или хотя бы болото.

– Да, – согласился Морн, наблюдая за капающей с его носа слизью. – Пойдем пешком, не хочу еще и лошадь отмывать вместе с собой.

Они направились дальше, чтобы покинуть ущелье. Разбойников не было видно, навряд ли бы они вернулись после прихода такого существа. Найти какой-либо водоем удалось не сразу. Вонь въедалась в одежду сильнее с каждой минутой.

– Наконец-то! – обрадовался воин, завидев небольшой пруд. Он прыгнул в воду, не раздумывая.

– А если бы в воде был кто-то? Проверил бы хоть перед прыжком, – наставительным тоном сообщил волшебник, стоя на берегу рядом с лошадьми.

– Так у меня меч на такой случай есть! – Морн показал отмытое в воде оружие.

После водных процедур путники отправились дальше. До самого вечера они ехали верхом без проблем. Никто им не мешал, никто их не трогал. На ночлег они остановились возле небольшого валуна, лежавшего около маленькой горы. Температура заметно снизилась, поэтому обойтись без костра уже не получилось. Да и пищи хотелось горячей.

– Я тебя все хотел спросить.

– Слушаю, – ответил чародей, усаживаясь возле огня.

– Что думаешь дальше делать?

– Когда именно?

– Ну, вот сходим мы в эту деревню, останемся живы, наверно. А дальше что?

– Я тебе уже рассказывал о первом древе?

– Да, – пробубнил Морн, пережевывая мясо кролика. – Только вот не пойму, что тебе это дает.

– Если это не простая детская сказка, то у меня может появиться оружие против Ариона. Я уверен, что вместе с Хоганом он стал гораздо сильнее. Думаю, он уже давно сильнее ныне всех живущих магов. Корни я попытаюсь отыскать, как только мы вернемся обратно в Гур-Мун. Точнее говоря, буду думать, где их можно найти.

– Друг мой, у тебя хоть есть какие-нибудь догадки? Или будешь начинать поиски с нуля?

– Пока что никаких догадок. К большому сожалению. Тем не менее у нас есть преимущество.

– Какое же?

– У меня есть ценная информацию о корнях. Значит, я могу быть на шаг впереди.

– Только вот у Ариона тоже может быть такая информация, – сказал Морн, вытирая свой рот.

– Думаешь, Хоган?

– Я более чем уверен, Брам, что он знает о корнях. Возможно, он даже знает, где их найти. Это же Хоган, не знаю, что от него вообще ожидать можно.

– Ты прав. Но не думаю, что Хоган думал добыть корни. Они сейчас заняты подготовкой Ариона.

– Только если эта подготовка еще не закончилась, – укладываясь на землю, заметил Морн.

– Слишком много «если». Это напрягает большего всего. Неизвестность.

– Да, неизвестность – вещь коварная. Вот я до сих пор не знаю, что нас ждет в Затраваке. Ставлю на то, что нас выпустят живыми.

– Ты так хорошо знаешь местное племя?

– Нет, никогда там не был. Лишь слышал рассказы да байки. Но я хорошо знаю себя, поэтому никогда не теряю уверенности.

– Мне бы так, – тоскливо произнес Брам, наблюдая за искрами огня.

– Так от чего же у тебя неуверенность в себе? Думаешь, плохо подготовлен к чему-то? Так готовься лучше. Будь всегда ко всему готов, тренируйся, занимайся. Тогда уверенность найдет тебя сама.

– Легко тебе говорить.

– Легко любому сделать, – отрезал Морн. – Пойми, все можно сделать, если иметь желание. Вот скажи, у тебя какая сейчас цель?

– Найти корни.

– Ответ неверный, волшебник. Ты хочешь найти информацию о корнях. Понять, действительно ли они существуют. Я тебе отвечу – существуют. Ведь ты сам держал в руках и использовал Толкмар. Сам знаешь, что в нем есть мизерная часть силы тех корней. А когда хочешь что-то найти или узнать, то нужно что?

– Что?

– Нужно спрашивать. Спрашивать без конца, Брам. Только так ты сможешь найти нужную тебе информацию. Общайся больше с разными людьми. Ищи книги, которые смогут дать тебе ответ. Кстати говоря, многие библиотеки могут дать гораздо больше, чем на это способны люди. Вся мудрость в книгах, ты же должен это понимать. Ты ведь чародей. Все ваше учение строится на изучении фолиантов.

– Да, ты прав. Нужно лишь искать.

– Тот, кто хочет найти – всегда найдет. Как вернемся в Гур-Мун, поспрашивай людей. Даже тех, кто может ничего не знать. Никогда не угадаешь, кто и какой информацией обладает.

– Морн, ты мудрый человек.

– Мудрость – понятие относительное. Но я соображаю лучше многих. С этим я спорить не буду. – Воин громко зевнул. – А теперь я хочу спать. Извини.

– Конечно, – сказал Брам, продолжая наблюдать за пламенем.

Утро выдалось прохладным, но жара быстро настигла своего пика еще до обеденного времени. Путь оказался более долгим, чем изначально предполагали путники. Они никак не могли привыкнуть к масштабам правого материка. Им пришлось еще трижды переночевать, прежде чем они достигли границы Враара.

– До леса осталось совсем немного, – сказал Морн.

– Значит, мы во Врааре. Никогда здесь не был.

– Я тоже. Знаешь что?

– Что?

– Я скучаю по левому материку.

– Хочешь вернуться? – спросил маг.

– Да. Не конкретно сейчас, но хочу. Я бывал и раньше на правом материке, но меня всегда тянуло обратно. Да, наш левый материк довольно маленький, но он свой. Уютный, я бы сказал. Понимаешь, о чем я говорю?

– Да, понимаю. Мне тоже хочется обратно. А еще мне хочется, чтобы всего этого не было. Я сидел в своей академии, преподавал магию ученикам, чего мне еще надо было после войны? Я хотел спокойствия, а не новых битв.

– В этом и смысл новых битв, новых войн. Они находят тебя сами. Может быть, ты получаешь удовольствие от войны, но понять этого не можешь. Может быть, она тебе нужна, как вода.

– Нет, – быстро ответил Брам, – не нужна мне никакая война. Хватит уже.

– Ну, мы уже в ней. Пути назад нет, придется идти до конца. Когда-нибудь этот коридор войны закончится, и мы выберемся на свет.

– Лишь бы выбраться.

Достигнув границы леса, чародей и воин спрыгнули со своих лошадей. Они быстро приняли решение оставить животных, привязав их к деревьям. В сам лес путники зашли без страха и раздумий. Их встретила прохлада лесной тени, а также безмолвие. Тишина, которая смогла показать лицо страха.

Они продолжили пробираться сквозь чащу леса. Прислушивались к любому шороху. Каждый треск ветки казался предвещанием неминуемой смерти. Но никаких жителей деревни не было видно.

– Как думаешь, скоро мы найдем Затравак? – поинтересовался маг.

– Даже быстрее, чем ты ожидаешь, – ответил Морн, уставившись вперед.

Прямо перед ними возвысилась деревянная конструкция: некая сторожевая башня, только без стражников в ней.

– Никого? Выглядит подозрительно.

– Подожди. – Морн сделал несколько аккуратных шагов вперед. – С этим поселением все не так просто, как кажется.

Свист. Шелест травы. Это все, что успели услышать незваные гости, которых накрыла большая сетка, подлетев в воздух и зависнув над землей. Морн попытался вытащить меч, но он был в слишком неудобном положении. Брам принялся применять магию, но у него ничего не получалось. Он словно не ощущал приток силы в себе.

Воин быстро перестал дергаться, поняв, что достать оружие у него не получится. Брам до последнего пытался использовать хоть толику силы, но магические способности явно покинули его.

– Не пойму, почему…

– Не дергайся, – прервал Морн, – оружие я достать не смогу, а магия здесь не поможет.

– Но почему?

– Мы с тобой в месте под названием «Агрехил». Всего на материке можно найти два таких места. Одно здесь, прямо под нами. В Агрехиле нельзя применять магию. Никакую. Любой волшебник теряет свои способности. Как это происходит… Никто не знает…

– И что же нам делать?

– Ничего. Только ждать. Местное племя любит усыпляющие вещества. Отнесут нас к своему вождю, если сразу не убьют, конечно же. – Морн посмотрел на Брама, но тот уже мирно спал. – Ах, ну я же говорил, – договорил он и почувствовал впившийся дротик в левой ноге.

Лишь тьма, сопровождавшаяся странными звуками и криками. Похоже, что люди что-то праздновали или чему-то радовались. Тяжело разобрать, что именно делают люди, когда глаза твои ничего не видят.

Яркая вспышка света ослепила чародея. С его головы слетел вонючий мешок. Запах был отвратительный, даже головокружительный. Мага окружила толпа аборигенов. Наступила тишина, нарушаемая лишь легким шелестом листвы.

Брам начал приходить в себя. Он осмотрелся. Морна рядом не было. Руки волшебника были крепко связаны за спиной, маленькой веревкой отдельно связали пальцы. Знали, что перед ними волшебник.

Стоя на коленях и чувствуя слабую боль во всем теле, Брам все-таки решился заговорить:

– Где… Кто… Где…

Жители деревни продолжали безмолвно за ним наблюдать. Где-то вдалеке послышалось шарканье ног. Люди начали расступаться перед идущим. Брам с трудом поднял голову, чтобы увидеть, что происходит. К нему подошел пожилой абориген. Судя по его странному головному убору, выглядевшему как небольшое птичье гнездо, это был глава местного населения. Вождь.

– Где… – вновь попробовал повторить Брам.

– Говорить, – грозно сказал вождь.

– Что?..

– Начать говорить, – проговорил сквозь зубы вождь.

Брам осознал, что только так умеет разговаривать человек из племени. Магу и в голову никогда не приходило, что кто-то может не знать его собственного языка.

– Где Морн?

– Морн? Твои второй чужой?

– Да, второй. Со мной был. Где он?

Толпа расступилась вновь. Вождь указал на висевшего вниз головой человека. У чародея округлились глаза. «Ну вот и все, – подумал Брам, – так по-глупому и помрем».

– Чужой, – продолжил говорить вождь, – второй чужой с меч. Чужой с оружие. Мы резать чужой.

– Подождите, как резать? Вы что? Нельзя резать!

– Нельзя? Чужой с меч. Я решение.

– Нельзя резать! Подождите! Меня зовут Брам, будем знакомы.

– Брам. Хорошо. Я зовуться Мипеншламен, – уже как-то гордо произнес вождь. Брам сделал вид, что запомнил его имя с первого раза.

– Дорогой вождь! – Брам поднял голову еще выше. У него чуть не закружилась голова от такого усилия. – Мы теперь друзья. Вы ведь не станете резать друзей, верно?

– Вы чужой. Нет друзья.

– Мы не хотели причинить вам вреда. Мы хотели просто поговорить!

– Разбойник смерть. Я решение.

– Нет-нет. Поймите, мы не разбойники. Мы на службе у короля. Крепость Гур-Мун. Слышали о такой?

– Гуп-Клун? Не знать.

– Мы не разбойники, – продолжил настаивать Брам, – мы послы. Мы просто пришли поговорить. Вокруг вашего леса тьма! – Маг начал выдумывать все подряд. С племенем надо было разговаривать на их языке. – Тьма. Беда. Нам нужна информация. Что вы могли видеть. Мы спросим. Мы уйдем. Понимаете? Никакой крови!

– Тьма? – удивленно спросил Мипеншламен. Он посмотрел на свое племя, а затем вновь обратился к Браму: – Какой тьма? Говори, чужой.

Теперь чародей стал подбирать в голове каждое слово очень тщательно. Любая ошибка могла привести к потере интереса у вождя. Возможно, даже к смерти Морна, который так и продолжал висеть вниз головой.

– Вождь, мы не враги вам. Мы не чужие.

– Чужой ходить сюда с меч. Меч – оружие. Оружие – враг.

С логикой вождя было трудно не согласиться, но Браму нужно было быстро придумывать что-то, что могло унять злость предводителя племени.

– Ведь я без оружия! – закричал маг.

– Шаман. Мы ощущение силы в чужой.

– Верно, шаман. Но у вас здесь нельзя применять магию. А оружия у меня нет! Как же я могу причинить вред вам?

Мипеншламен задумался, поправил свое гнездо на голове и, нервно кивая, сказал:

– Без магия. Нет магия. Нет шаман. Агрехил.

Брам, услышав знакомое слово, сразу же решил ухватиться за него:

– Агрехил! Да. У меня нет оружия, я не могу применять магию. Стали бы враги заходить к вам без оружия?

– Чужой с меч, – повторил вождь, указывая на висевшего Морна.

– Это для защиты. Мы долго до вас добирались.

– Хорошо, – как-то неожиданно по-доброму сказал вождь. Он махнул головой и выкрикнул непонятные слова на своем языке. Из толпы вышли трое коренастых мужчин. Аборигены схватили Брама, положили спиной на землю. Двое держали его руки, а третий замахнулся тесаком, дожидаясь приказа. Вождь добавил: – Плохо говорить – рубить. Вопросы.

У чародея в голове тысячу раз повторились слова «плохо говорить». Что именно означали для вождя такие слова? У Брама застучало в виске от напряжения. Тяжелый ком чего-то твердого застрял в горле, мешая выдавить хоть единое слово. Но, собравшись с духом, он смог заговорить:

– Тьма. Тьма вокруг леса. Враги хотят уничтожить наш дом. И ваш дом. Что-нибудь видели в лесу или около него?

– Нет, – ответил Мипеншламен.

Брам не знал, что еще можно было спросить. Отрицательный ответ сбил его с толку.

– Нет, – снова сказал вождь, – я не видеть. Джумун видеть. – Он указал на одного из своих воинов. Видимо, «джумун» означало страж на их языке. Или это было имя аборигена. – Человек. Много человек. Ходить мимо лес. Мимо дом.

– Что за люди? Как они выглядели? – продолжил спрашивать Брам.

– Тьма. Тьма человек.

Маг сначала не мог догадаться, о чем именно шла речь. Но ответ не заставил себя долго ждать.

– Люди из тьмы? Они были в черных мантиях? Лица были закрыты черной тканью?

– Все во тьме.

– Некроманты, – подытожил маг.

– Да, – кивнул вождь. – Черный шаман. Много черный шаман.

– Куда они шли? В какую сторону?

Мипеншламен указал пальцем на запад. Но даже находясь глубоко в лесу, чародей смог понять, что в той стороне был Утес.

– Больше ничего?

– Мы не видеть. Только много черный шаман.

– Спасибо… – Брам попытался вспомнить имя. – Спасибо, вождь.

– Чужой рубить. – Мипеншламен махнул рукой в сторону Морна. Еще один абориген с тесаком в руках направился к воину.

Завидев это, волшебник начал вырываться, но мужчины продолжали крепко держать его руки. Брам кричал. Кричал долго и протяжно. Гулкое эхо разнеслось по всему лесу. Ветер сделался прохладным, словно хотел охладить пыл чародея.

Все дальнейшее плыло перед глазами: суета племени, приказания вождя на непонятном языке, кто-то начал танцевать, радуясь неизвестно чему. Туман рассеялся, когда перед Брамом оказался один из воинов вождя. В руках у него не было тесака, но его место заняла деревянная дубина. Она была в чем-то измазана. То ли специальное вещество, то ли кровь. Чародей перестал тешить себя надеждами. Это, конечно же, была кровь.

Абориген замахнулся дубиной и, не сомневаясь в своих действиях, отправил ее прямо в лоб пленника. Удар оказался сильным, и маг не стал долго сопротивляться. Его тело обмякло, а сознание ушло в непроглядную тьму.

Громкое щебетание птиц пробудило Брама. Открыв глаза, он увидел перед собой многочисленные ветки и чистое, без единого облачка небо. Голова болела так, будто ее без остановок сжимали тисками.

Собрав в себе силы, Брам оторвал лопатки от земли, опустился на локти и огляделся вокруг. Рядом с ним лежало бездыханное тело, как ему это показалось на первый взгляд. Но довольно быстро он смог узнать своего верного товарища. При этом живого.

– Морн! – закричал маг, поднимаясь с земли. – Морн, очнись.

– М…

– Что? Что ты говоришь?

– Ма…

– Морн! – Брам тряхнул его за плечо.

– Ма…

Маг наклонился и повернулся к Морну ухом, чтобы разобрать его невнятную речь.

– Мамуля… дай поспать.

Брам даже не улыбнулся. Он влепил воину пощечину. Реакция была мгновенной.

– Что?! Что?! Где я?!

– Тише, тише, – начал успокаивать чародей, – не кричи ты так. Ты живой? Ничего не повредили?

– Вроде нет. Ты как?

– Нормально. Ты звал мамулю.

– Чудесный сон. – Морн засмущался, но быстро перевел тему разговора: – Последнее, что помню… Они отрезали веревку, я упал на землю, а потом они по голове… дубиной…

– Да, со мной так же поступили.

– Ну, мы выжили. Уже хорошо, – заключил воин.

Они поднялись с земли. Вдалеке виднелись очертания лошадей. Завидев их, путники поняли, что их тела вынесли за пределы леса. Главное – живыми.

– Пора отправляться домой. Мы узнали, что смогли, – сказал Морн. – Некроманты шли с запада на восток, я уверен. Из этого можно хотя бы строить догадки, где находится их укрепление.

– Догадки. Но это уже что-то.

– Кстати…

– Да?

– Никому ни слова.

– О чем ты? – спросил Брам.

– О чудном сне, – ответил Морн, засмеявшись над ситуацией.

Глава 3. Ветер с моря

Громкий колокольный звон. Теперь так в Гринштаме предупреждали об окончании занятий. Шумный звон сопровождался не менее шумными разговорами учеников академии. Фаллард расхаживал по площади, где находился камень Фаталиты. Все свободное время его мысли были только об одном. Арион. Хоган. Ему так хотелось что-то сделать или придумать, но он ничем не мог помочь. Поэтому вся его деятельность оставалась в пределах академии.

– Господин декан! – послышалось вдалеке.

Фаллард обернулся и увидел Шумстера – ответственного за дела по хозяйственной части Гринштама. Запыхавшийся молодой человек добежал до Фалларда, резко остановился, отдышался и выговорил:

– Господин декан, у меня к вам дело.

– Ты вроде и сам неплохо справлялся со своими обязанностями.

– Дело не в этом, сэр! Я по поводу продовольствия для академии. Там корабль прибыл.

– Большую часть продовольствия мы получаем именно на корабле. Это я знаю. В чем дело-то?

– Господин декан, – задыхаясь, повторил Шумстер, – моряки! Они хотят встречи с вами.

– Для чего им со мной встречаться? Я за продовольствие не отвечаю.

– Знаю, сэр. Но там ситуация. Вам стоит подойти к ним.

Фаллард неодобрительно посмотрел на Шумстера, но довольно быстро согласился на встречу:

– Хорошо, веди.

Они проследовали к небольшому порту академии Гринштам, где их уже дожидались моряки. Трое сильно недовольных моряков.

– Слушаю, – без приветствия обратился Фаллард.

– Декан, – грубым басом прохрипел один из моряков, – у нас беда. – Он сделал продолжительную паузу.

– Какая еще беда?

– Мы этоть… собралися к вам… ну этоть…

– Плыть к нам, дальше, – сказал Шумстер.

– Не, малой, не плыть. Плывут-то рыбки. Мы, моряки, в море ходим-с.

– Ближе к делу, пожалуйста, – перебил его Фаллард.

– Ну воть-с, – продолжил моряк, – собралися мы, закинули провизию вашу. Команда уж вся на корабле. И тут бац! – Моряк долго качал головой.

– Бац? – спросил лорд-декан.

– Да уж. Разбойники, аль кто хуже. Все украли. Провизию забрали. Некоторых убили. Нам приказали добраться до места назначения и передать, что провизии терь никак не будет.

Фаллард был сильно ошеломлен услышанным. Он оглядел моряков. У них был такой вид, словно им было стыдно за то, что их смогла ограбить шайка каких-то разбойников. «Или не каких-то, – промелькнуло в голове у декана».

– Как они выглядели?

– Разбойники-то? Да смешнявые показались на первый взгляд, а на деле ребята сурьезные. Ничего не скажешь больше.

– Я задал конкретный вопрос. Как они выглядели? – надавил Фаллард.

– Да я и знать не знаю, как они выглядели. Лиц-то видно не было. Совсем.

– Черные робы, покрывающие головы? В это они были одеты?

– А вы, декан, явно знавали тех разбойников. Вот очень точно описали мне их. Все они черные были, как тень. Одна очень-с большая тень.

– Так, моряк, рассказывай подробнее, что именно произошло, как вас ограбили. Я хочу знать все детали этой истории, – нахмурив брови, произнес лорд-декан.

– Так этоть… Мне добавить толком нечего, декан. Я ж уже сказал, погрузили мы, знач, все на корабль, готовимся к отплытию. И тут эти. Как вороны. Великий Лириан тому свидетель. Не пойму-с, откуда они ваще взялись. А там уж началось. Напали на нас неожиданно. А свет так и бил в глаза.

– Свет? – удивился Фаллард.

– Да, декан, свет.

– Может быть, вспышки?

– Во! Вспышки! – довольно ответил моряк, поглаживая свои пышные усы. – Вспышки, точно-с. Там свет. Тут свет. Люди замертво падать начали. Команда моя родная. А теперь мы тут, чтоб подробно все поведать вам.

– Слушайте, вы же прекрасно понимаете, чтó означают данные вспышки? Ведь так?

– Ну… – моряк задумался, – колдовство, видать.

– Магия, верно, – подтвердил догадку Фаллард. – Скажите, почему вы назвали этих людей разбойниками? Стали бы чародеи разбойничать?

– Коль напали, значить разбойничают.

– И не поспоришь, – высказался Шумстер.

– Согласен, не поспоришь, – вздохнул декан. – Предоставьте нашим друзьям все необходимое. Если понадобится еда – накормите. Захотят спать – в комнату. А мне пора. – Фаллард почтительно кивнул морякам, тем самым поблагодарив их за рассказ, и отправился обратно в академию.

– Куда же вы, господин декан? – спросил Шумстер.

– По очень важным делам, – ответил Фаллард, не оборачиваясь к спрашивающему.

Лорд-декан уверенным шагом направлялся вглубь академии. Он не замечал никого вокруг. Даже дважды столкнулся с учениками. Не слушая ничьи извинения, он продолжал идти вперед, желая достигнуть своей цели.

Около своей башни Фаллард обнаружил своего заместителя: седовласый старик медленно направлялся в саму башню.

– Ах, лорд-декан Фаллард, я как раз направлялся к вам. У нас тут бумаги…

– Амклистор, никаких сегодня бумаг, подготовьте все сами.

– Но, сэр, здесь требуется подпись самого декана.

– Амклистор, дорогой, подготовьте все бумаги сами. Я отправляюсь на правый материк. Вам нужно будет какое-то время заменять меня. Подпись в таком случае можете поставить сами.

– Хорошо, лорд-декан… Можно последний вопрос?

– Слушаю.

– К чему такая спешка? Стряслось что-то ужасное?

– Да, – задумавшись, ответил Фаллард. – Но будет ужаснее.

Глава 4. Новая напасть

– Открыть ворота! – во весь голос прокричал стражник, наблюдая за двумя конниками, приближающимися к вратам крепости Гур-Мун.

Ворота открыли быстро. Один из молодых стражников решил проявить себя:

– Нужно ведь осмотреть их!

– Не нужно, – поправил его другой дозорный. – Не видишь, кто едет? Это ведь сир Брамсвелл. Ему разрешен пропуск. Сам Владыка распорядился.

Двое путников пересекли границу ворот и продолжили свой путь к крепости. На месте их встретил советник Владыки, который был изрядно удивлен приезду Брама и Морна.

– Не ожидал вас больше увидеть.

– Неужели ты в нас не верил, дорогой советник? – сказал Морн, слезая с лошади.

– Скорее удивлен, что ваши скакуны привезли вас живыми. А могли болтаться лишь бледные тела.

– Нет времени на удивления, – твердо произнес волшебник. – Веди нас к Владыке.

– Владыка Фортавир просил не беспокоить его. Гостей сейчас он принимать не станет.

– Ты, видимо, забыл, чем мы тут занимаемся? У нас есть прямые приказы от Владыки, и он ожидает результат.

– Простите, но преступный маг и бродяга с мечом могут и подождать, если того желает Владыка Фортавир.

– Не для того мы проделали такой путь и рисковали жизнью, чтобы нас не хотел пускать какой-то жалкий советник, – разозлился Брам. Он поднял руку для применения силы – правда, сам не понимал, что именно нужно было использовать в таком случае – и совсем закричал: – Пропусти! Или хуже будет!

Морн попытался его успокоить, но вышло не очень убедительно. Его тон казался скорее наигранным, словно он сам хотел, чтобы маг швырнул в советника огненным шаром или чем-нибудь еще.

Двери позади советника раскрылись, и в них показалась статная фигура Владыки в сопровождении нескольких стражников.

– Нам же мало внешних проблем, давайте устроим междоусобицу.

Путники сразу же опустились на колено, увидев Владыку. Но он лишь брезгливо сказал:

– Проходите в тронный зал. Не думал, что вы выживите.

Брам одновременно с Морном поднялся с колен. Маг прошел мимо советника с видом «тебе-конец» и направился вслед за Фортавиром. Зал их встретил до блеска натертыми полом и стенами. На своде виднелись фрески с изображениями древних богов. Во главе находился сам Лириан.

Фортавир сел на трон, а его стража выстроилась возле него. Путники подошли ближе.

– Говорите, – приказал Владыка.

Говорить первым осмелился Брам, да и весь оставшийся диалог поддерживал он, так как Фортавир ждал донесение именно от него.

– Владыка Фортавир, мы вернулись из деревни Затравак, но не скажу, что узнали многого. Не буду вдаваться в подробности того, как нас чуть не расчленили на месте, да и нет смысла в подробных описаниях. – Маг выдержал незначительную паузу, но грозный взгляд Фортавира заставил его продолжить: – Мне удалось поговорить с вождем местного племени. Он нам поведал о передвижениях группы людей. По описанию, это некроманты. Передвигались они с востока на запад. Шли около леса, если я правильно понял.

– И куда же они могли идти? – сурово спросил Владыка.

– Утес. Там находится Утес.

– Ламриэр! – взревел Фортавир. В зал вбежал советник.

– Внимаю, Владыка.

– Разведывательный отряд, который мы отправляли на Утес, вернулся?

– Прибыли не более пяти минут назад, Владыка.

– Срочно привести капитана отряда.

– Слушаюсь, – сказал советник и ушел, бросив на Брама презрительный взгляд.

Капитана разведчиков долго дожидаться не пришлось. Явился он запыхавшийся.

– Что на Утесе происходит? Что вы смогли найти? – спросил Фортавир.

– Владыка, найти нам ничего не удалось. Никаких следов присутствия. Даже проверили талисманами на наличие магического поля. Ничего.

– Хоган умеет тщательно заметать любые следы, – подсказал Брам, не веря услышанному.

– Есть еще кое-что. Когда мы там были, за нами кто-то наблюдал со стороны. Словно присматривали, не найдем ли мы чего на Утесе. Я уверен, что это были соглядатаи верховного некроманта. Выследить и догнать их нам не удалось.

– Если они так внимательно следили за действиями наших разведчиков, значит, им было что скрывать, не так ли? – вопросил чародей.

– Похоже на то, – нервно теребя пальцами рукав, согласился Владыка. – Брамсвелл, у вас есть идеи, как мы можем выйти на Хогана и его шавку?

– Пока никаких идей, Владыка Фортавир, но у нас уже есть зацепки. Нужно еще раз обследовать Утес. Мы знаем, что некроманты там были, мы знаем, что им есть, что скрывать на этом Утесе. Они бы не отправили соглядатаев просто так.

– Одни зацепки, а на деле мы ничего не имеем. Капитан, вы свободны. Брамсвелл, придумайте, где вы сможете достать мне конкретные ответы, а не сомнительные зацепки. Долго не раздумывайте, а то моя гильотина уже соскучилась по свежей крови.

– Да, Владыка. Несомненно, – ответил Брам и направился к выходу. Морн молча последовал за ним.

Когда они вышли из крепости, их вновь встретил советник. Он подошел вплотную к чародею и гневным голосом произнес:

– Я – советник Владыки Фортавира!

– Это мы знаем, чудик, – усмехаясь, сказал Морн.

– Не смей надо мной насмехаться, – обратился советник к воину, а потом снова к Браму: – Я не позволю преступному магу оскорблять меня. Тебе придется ответить за свои слова. – У советника запульсировала вена на шее. – Мы прекратим наш раздор на поле битвы. Готов ли ты к дуэли, волшебник?

– Дуэль? Советник, ты серьезно? – опешил маг.

– Да или нет? Я жду ответа прямо сейчас.

Брам посмотрел на Морна, но ничего, кроме тихого «да», выговорить не смог. Он даже сам не понял, что только что согласился на самую настоящую дуэль. «Давайте устроим междоусобицу, – вспомнилось магу».

– Вот и отлично, – добавил Ламриэр. – Даю тебе сутки на подготовку. Мы встретимся на королевской площади. Сделаем все официально. Я оповещу Владыку о нашем решении.

«Вот только ему подобного знать не хватало», – подумал Брам.

Ударяющиеся друг об друга кружки, кислые отрыжки, смрадная вонь невкусной еды вперемешку с запахом табака – все это смешалось в воздухе и одним облаком накрыло двух товарищей, сидевших за столом и попивавших свежее, пенистое, вкусное пиво. Они зашли сюда вечером, чтобы расслабиться. Заведение не из лучших в городе, но выпивка была отменной.

– Немного горчит, но в целом…

– Да уж…

– Брам, друг мой, ты так печешься по поводу дуэли?

– Странно это как-то. Мы должны решать проблемы за пределами Гур-Муна. Вместе бороться против общего врага, но люди всегда найдут повод, чтобы поругаться между собой.

– Ты ведь сам согласился на дуэль.

– Да, но ведь…

– Мог отказаться. Никаких но. Никто тебя не заставлял, а речи о доблести и мужском достоинстве здесь нет. Отказался бы и все. Всем наплевать. Это же просто советник. Выскочка, который считает себя очень важным, хотя на деле поливает цветочки любимого Владыки.

– Серьезно? Он этим занимается? – спросил Брам, опрокидывая в себя еще одну порцию напитка.

– Конечно. Я думаю, он еще и пятки лижет нашему Фортавиру, лишь бы угодить ему. Понимаешь, советник… Он… Как бы это сказать… Вот как ты себя покажешь изначально, таким ты и будешь. Если ты проявишь себя как придворный слуга, как и поступил Ламриэр, то обычной слугой и останешься. Адекватный человек не вызвал бы в такой ситуации на дуэль. Никаких его чувств ты даже не оскорбил. Победишь в дуэли, и дело с концом.

– Ведь не нужно его убивать?

– Можешь пожалеть, но по правилам дуэли один из участников умирает. Сам должен это понимать. – Морн махнул рукой разносчику. – Еще две кружки, дорогой!

– Ладно, а ты вообще знаешь… как эти дуэли проходят?

– Так ты никогда не участвовал?

– Нет, – честно признался маг.

– Ух ты! Не поверил бы! Ладно, объясню тебе быстро. Дуэль будет проходить официально, да еще и под надзором самого Фортавира, его слуг, стражников, а также простых людей. Зрителей будет много, приготовься к этому заранее.

– Без этого никак?

– Конечно нет! Мы ведь не где-то в глухой деревне находимся. Здесь крепость Гур-Мун, мы не можем себе позволить устроить тайную дуэль.

– Хорошо, с этим проблем нет, что дальше?

– Тебе надо знать еще одну деталь, о которой ты, видимо, тоже не слышал. – Морн отрыгнул, прикрывшись ладонью. – Извиняюсь. Так о чем я? Ах, да, верно. Бой проходит с оружием. Никакой магии применять нельзя.

– Как нельзя?

– Вот так! Бой проходит с оружием или без. Советник выберет с оружием, я уверен. Магию применять нельзя, даже самую незначительную. Так бой получается честным, иначе какой смысл?

– Вся моя техника боя основана на применении магии, что же мне делать?

– Так, – призадумался Морн, – ты ведь в детстве дрался с парнями на улице? Бывали у вас разногласия, которые приводили к дракам?

– Бывали, но когда это было-то?

– Да разницы здесь нет, Брам. Просто ты стал чуть старше. Вы поругались, и это привело к драке. Опыт-то уже есть! Бояться нечего, у тебя же есть сутки, чтобы подготовиться.

– И что я могу сделать за сутки?

– Я тебя потренирую, чего ты так переживаешь? Обычная драка. Советник не выглядит таким уж крепышом, который сможет убить тебя с одного удара.

– Верно, но подготовиться все же стоит, – стирая пену с губ, сказал Брам.

– Дружище! Я тебе помогу! Без паники! – Морн похлопал товарища по плечу. – Я лучший учитель боя с оружием и без.

– В это я охотно верю. Только давай сначала протрезвеем, а уж потом начнем наши тренировки.

– Дорогой мой, в таком состоянии даже лучше будет! – Морн безудержно засмеялся.– Люди вокруг начали на него поглядывать с непониманием в глазах.

– Что еще я должен знать о дуэли?

– Ох, мне кажется я все рассказал… хотя… ах, точно, дорогой мой, забыл тебе рассказать очень интересный факт о дуэли с советником Владыки.

– Что еще? – уже без удивления в интонации спросил Брам.

– Победитель дуэли будет советником самого Владыки Фортавира.

– Что это еще означает?

– Ну, здесь происходит битва за титул. Так делают в Гур-Муне. Если ты побеждаешь рыцаря, то ты становишься рыцарем. Если ты побеждаешь советника, то ты становишься советником. Этого не избежать, любой знает эти правила.

Брам даже перестал пить, пытаясь переварить в своей голове услышанное.

– Вижу, ты совсем растерялся, – продолжил Морн.

– Такого на левом материке не было.

– Не было, и нет до сих пор.

– А если я выйду на дуэль с Фортавиром, то мне достанется титул Владыки?

– Теоретически – да. Но, во-первых, нужно победить для этого Владыку. Во-вторых, нужно еще вызвать Владыку на дуэль, а он на это просто не согласится. Ты уже собрался двигаться дальше? Стать советником, а потом захватить трон?

– Нет, – чародей улыбнулся, – никаких тронов, Морн. Я и советником особо становиться не хочу.

– Я бы мог тебе чего сказать или посоветовать, но все определит дуэль. Уж прости, но таковы правила.

– А если я проиграю?

– На усмотрение Фортавира. Тебя могут убить, могут оставить в живых, могут из королевства выгнать. Тут уже не угадаешь.

– Значит, лучше не проигрывать дуэль.

– Даже и думать забудь! Тебя ведь подготовлю лично я! Никаких поражений, мой друг, нас ждут одни только победы!

– Хотелось бы верить, – тихо сказал Брам, но подумал уже совсем не о дуэли.

Подготовка началась сразу же на следующее утро. Они встретились в чистом поле, недалеко от Гур-Муна. Морн притащил с собой старый меч, который давно уже надо было переплавить. Другого оружия для Брама он просто не смог найти.

Погода день ото дня становилась все холоднее. Яркое солнце уже не согревало так сильно, как могло бы. В небе витали вороны, словно дожидались свежего мяса на поле боя.

«Не сейчас, – подумал маг, – не сегодня, падальщики».

– Бить сильно не буду, – сказал воин сквозь улыбку. Меч упал возле ног Брама.

Чародей наклонился, крепко схватился за рукоять и поднял оружие.

– Тяжелое…

– Извини, меч держать – не руками голыми размахивать. Раньше хоть посох в руках держали, а теперь?

Брам взялся за меч двумя руками и встал в смешную – по его мнению «боевую» – позу.

– Да уж, дорогой Брам, видимо, начать придется с основ.

Они тренировались несколько часов, пока не наступило обеденное время. К этому моменту их смог найти королевский прислужник. Совсем юный парень подбежал к ним прямо в поле.

– Я вас везде ищу! – начал кричать он еще издалека. Мальчишка подбежал к тренирующимся и гордо объявил: – На королевской площади ожидают дуэли! Владыка Фортавир и советник Ламриэр уже прибыли.

– Как уже прибыли? – удивился Брам. – Дуэль ведь должна была позже начаться.

– Никак нет, сэр. Битва должна начаться сейчас. Вас ожидают. Советую не опаздывать, сам Владыка прибыл. – После этих слов юнец поспешно засеменил обратно в замок.

– Боевой курс был слишком коротким, но продуктивным. Ты справишься, – подбодрил Морн. – Пойдем.

На площади собралось много людей: придворные служащие, стражники, богачи, простолюдины. Всем было интересно посмотреть на дуэль советника. Людей оказалось настолько много, что Браму даже сделалось не по себе. На самой площади сформировали большой круг, в центре которого уже дожидался Ламриэр.

Чародей вышел в центр круга, поймав на себе строгий взгляд Фортавира, сидевшего на деревянном стуле, который стоял на помосте. Морн предварительно отобрал старый меч у Брама, зная, что на дуэли ему выдадут новый.

– Начнем же! – громко крикнул Фортавир, прекратив любые разговоры на площади. Толпа молчала в ожидании. – Подать оружие дуэлянтам!

Все тот же самый юнец, который прибежал ранее в поле, вынес два меча для бойцов. Оружие оказалось еще тяжелее того, с каким Брам тренировался все утро.

Ламриэр уверенно схватился за эфес, презрительно посмотрел на Брама, а после еще более презрительно произнес:

– Готов к дуэли, преступник?

– Сколько раз мне еще надо объяснять, что я не преступник?

– Преступник, самый отвратительный преступник. Позор для всего магического общества.

– Ну… – Брам еще крепче сжал оружие, отставив одну ногу назад, как его научил Морн. – Я хотя бы не занимаюсь поливом растений.

Ламриэр весь покраснел от злости. Теперь он был действительно готов к битве.

– Готов к дуэли! – выкрикнул советник.

Брам выждал момент, собираясь с мыслями. Но, как говорится, перед смертью не надышишься.

– Готов к дуэли! – выкрикнул маг.

– Да начнется битва! И пусть победит сильнейший! – объявил Фортавир.

Ламриэр начал наступать. Он сделал один уверенный шаг вперед, потом второй. Еще один. Брам не спешил нападать на соперника. Даже немного отступил для маневра.

– Смелее, волшебник. Или не привык драться с мечом? В поле-то всю траву скосил?

Брам не стал отвечать. В голове у него пробежали все быстрые уроки, которые успел преподать ему Морн. «Сейчас или никогда». Чародей сделал быстрый выпад вперед и схлестнулся мечами с противником.

Столкнись с противником в лоб, Брам, пойми его силу.

Острия мечей плотно обнялись. Оружие оставалось в одном положении, Брам не мог силой надавить, но и не позволял этого сделать советнику. Значит, их силы были равны. Брам поднял меч по вертикали, давая мечу соскользнуть по острию оружия оппонента, и отскочил. Ламриэр к этому моменту был уже готов нанести следующий удар.

Узнай реакцию и скорость противника, если будет возможность.

Брам рванул на противника, проскочил мимо, отразив удар, и, сделав пируэт, попытался подрезать ноги. Ламриэр быстро сообразил, отставил вовремя ногу, прикрыв ее оружием. Маг оказался на противоположной стороне круга, понимая, что ловкостью и скоростью взять врага не получится.

Выбери тактику и используй любую возможность, чтобы вывести врага из строя. Не забывай, что в бою ты используешь не только свое оружие, но и свое тело. Если противник стоит в бездействии и крепко держит меч двумя руками, то, скорее всего, он не знает этой хитрости.

Советник стоял именно в такой позе. Тяжело дыша, он держался за эфес обеими руками. «Любая хитрость, – подумалось Браму. – Какая?»

– Ну же! Преступник! Давай! – дразнил чародея Ламриэр.

Брам побежал вперед, замахнувшись мечом. Звон стали раскатистым громом пронесся по площади. Каждый удар чародея был успешно отражен советником. Советник в свою очередь не уступал противнику и с охотой делал выпады сам.

Мечи их снова схлестнулись и безмолвно зависли в воздухе, прикоснувшись друг к другу. Дуэлянты максимально сократили дистанцию между собой. Каждый пытался надавить на меч сильнее, в надежде просто забить своего оппонента.

Свое тело. Используй любую возможность.

Брам, применив всю свою силу, двинул мечом по дуге. В итоге его оружие оказалось поверх вражеского. В таком положении он пытался удержать его недолго. Ламриэр и понять не успел, как локоть мага оказался перед его лицом. Советник получил удар по лицу, который заставил его немного наклониться. Чародей же повторно ударил советника по лицу, но уже не локтем, а рукоятью меча. Ламриэр упал, ударившись лопатками о брусчатку. А оружие его выпало из рук.

Брам встал над ним, указывая оружием на пораженного противника.

– Ты проиграл, – гордо объявил маг. – Но убивать я тебя не стану.

– Не нужна мне твоя жалость, преступник! – выкрикнул Ламриэр, сплевывая кровь, которая текла из выбитого зуба и разбитого носа.

– Ты и так слишком жалок, чтобы тебя еще больше жалеть, – подытожил Брам все свои мысли.

– Битва окончена! – объявил Фортавир. – Советник Ламриэр, вы больше не советник. Вы покидаете свой пост и пределы крепости Гур-Мун.

Брам развернулся и медленным, но уверенным шагом направился в сторону толпы. Ему хотелось поскорее найти Морна.

Ламриэр бесшумно вскочил с земли, схватил свое оружие и с глупо-воинствующим криком побежал прямиком на чародея. Бывший советник, как ребенок, захотел в последний раз доказать, что он был прав, что он был сильнее. Доказать хоть что-то в своей жизни.

– Берегись! – выкрикнул Морн.

Брам, не оглядываясь назад, взмахнул рукой. Ламриэра ударило воздушным потоком в грудь. Его тело отлетело на несколько метров назад. Вновь упав на землю, он истошно закричал:

– Магия запрещена на дуэли! Владыка! Магия!

Фортавир с преогромным отвращением посмотрел на своего бывшего советника. Брам стал дожидаться ответа Владыки.

– Ламриэр, дуэль закончена. А за нападение на нового советника крепости Гур-Мун… – Фортавир посмотрел на волшебника, а потом снова на Ламриэра. – Ты приговариваешься к сожжению на костре.

– Владыка! – Ламриэр встал на колени. Из его глаз ручьем потекли слезы. – Владыка! Прошу вас!

– Стража, увести его.

Несколько бугаев схватили Ламриэра под мышки и поволокли за пределы площади.

– Поздравляю с новой должностью, – как-то неохотно произнес Фортавир, – зайдите ко мне через час.

Толпа на площади начала постепенно расходиться. Ламриэра окончательно увели. Возможно, сразу на казнь. Владыка исчез с площади одним из первых. А в стороне, наблюдая за всеми, стояли Брам и Морн.

– С чего мне начать? С чем поздравлять сначала? Победа в дуэли или новая должность?

– Не надо поздравлять. Спасибо тебе, это твоя заслуга.

– Да брось, советник… то есть бывший советник дрался хуже мальчишки с палкой. Тут бы многие справились с ним.

– Но твои уроки не прошли даром. Я ведь даже оружия не держал толком, а чтобы драться с ним… – сказал Брам и протянул воину ладонь. Морн пожал ее и улыбнулся. – Я вот не пойму. Ведь Ламриэра любой мог вызвать на дуэль, неужели это такой легкий путь стать советником Владыки?

– А он просто бы отказался. Он понимал, что ты чародей. Вы не часто держите что-то тяжелее книги в руках. Если бы дуэль ему предложил я, то он бы отказался. Вот и все. Но он явно был в ярости. Интересно, почему…

– Он постоянно называл меня преступником. Наверное, из-за этого.

– Может быть. Так что ты собираешься делать дальше? – спросил Морн.

– Для начала мне нужно появиться у Владыки. А там уже посмотрим. С этой дуэлью совсем все из головы вылетело.

– А какие идеи насчет Ариона?

– Мне не дает покоя Утес, они там что-то делали. Вот только что именно? – Брам задрал голову, посмотрел на небо и глубоко вдохнул свежий воздух. – Не знаю, что дальше делать, Морн. Никаких идей нет. Мне сейчас придется идти к Владыке, а он с меня начнет спрашивать. Мне даже ответить нечего. В деревне толком ничего не узнали. Утес следопыты проверили, и у меня даже нет ощущения, что они могли что-то упустить. Если там был Хоган, то следы присутствия магии даже я не смогу обнаружить. Верховный некромант чересчур силен в этом.

– Брам, друг мой, думаю, ты слишком яростно возводишь их силу в абсолют. И Ариона. И Хогана. Каждый из нас делает ошибки или оступается. Даже сильнейшие не живут без ошибок. Так устроен человек. Всегда есть место для самой незначительной ошибочки. Нужно только понять и найти, где они могут ошибиться или оступиться. Будущее неизменно движется к этому. Главное – не упустить этот момент.

– Я боюсь, что моих ошибок гораздо больше, – с утраченным энтузиазмом ответил Брам.

– Значит, работай. Думай своей головой и работай. Уменьши свое количество ошибок. Останется лишь ждать, пока ошибется противник.

– Так хорошо все это звучит, но так сложно все это исполнить. – Волшебник начал отходить и, поправив свой воротник, добавил: – Я пошел.

– Куда ты?

– Думать и работать, – ответил Брам и отправился во владения Фортавира.

Примерно через час в тронном зале собрались все представители власти. Самые близкие подданные Владыки стояли перед величественным троном, где восседал собственной персоной сам Фортавир.

Безмолвное ожидание нарушил лишь приход последнего участника совета – мага, который только-только получил свою должность. У Брама сложилось странное восприятие действительности. Ему показалось, что в зале он попал в другой мир. Виной тому был климат. На улице он успел застать приятно-жаркую погоду. А сейчас за окном было видно, что небо заволокли тучи, могучие кроны деревьев раскачивались вдвойне сильнее от порывов ветра, а вдалеке стали показываться первые проблески сверкающих молний.

Брам подошел к трону, почтительно всем кивнул и стал дожидаться. Вот только чего именно, он пока и сам не понимал.

– Попрошу поприветствовать моего нового советника, – сказал Фортавир. Никто ничего не произнес. На Брама лишь кинули равнодушные взгляды. – Брамсвелл, хочу вам сразу сказать, что хоть вы и мой новый советник, но на вас остается ответственность за ведение дела против Хогана и его прихвостня. Вам не обязательно постоянно быть в Гур-Муне, но не забывайте, что вы получили новую должность. После решения дел, если вы, конечно, справитесь, нужно будет немедленно вернуться в замок. Вам все ясно?

– Так точно, Владыка Фортавир.

– Отлично. Тогда перейдем сразу к делу. Сразу после дуэли, которая произошла на площади, мне доложили, что пришли донесения из Фаувского Угла. Местная деревня была подвержена нападению. Хочу заметить, очень жестокому нападению. Все дома были сожжены, а все жители убиты. Дети, женщины, старики, мужчины. Не оставили никого. Сбежавших также нет. Цель нападения неясна. Скорее всего, нападавший хотел показать свою силу. У нас нет свидетелей, и мы не можем узнать, были ли это некроманты или еще кто. Но давайте не будем себя обманывать, мы с вами прекрасно понимаем, что на деревню в Фаувском Углу больше никто напасть не мог.

– Значит, Арион захотел показать свою силу? – спросил один из присутствующих.

– Возможно, – ответил Фортавир. Только вот следов магии опять не смогли обнаружить. Зато нашли множество следов от оружия. Возможно, работали секирой.

– Тогда это не Арион с Хоганом. Если они лично не участвовали в уничтожении деревни, то с ними могли быть только некроманты, – продолжил другой участник совета.

– Или они могли взять наемников, – добавил Брам.

– В это мне охотно верится, – согласился Владыка. – Одних некромантов будет слишком мало для того, чтобы захватить власть на материке. Привлечение наемников крайне вероятно. Только как часто они пользуются секирами?

– Некоторые наемные банды позволяют себе купить хорошее оружие. Их услуги стоят вдвое больше обычного, но не думаю, что Хоган и Арион поскупились для таких целей, – сказал смуглый мужчина с пышной коричневой бородой.

– Прекрасно это понимаю, лорд Дженкис. Меня смущает еще один факт, который смогли обнаружить следопыты. – Фортавир сменил позу на троне, откинувшись назад и закинув одну ногу на другую. – Следы разбойников слабо походят на человеческие. Они гораздо больше по размеру. Да и след не соответствует людскому. Некоторые следопыты, а точнее большинство из них, пришли к мнению, что нападающие не носили обуви. Что очень странно.

– У разбойников есть странности, если мы говорим о них, – высказалась единственная женщина из совета. Брам впервые ее увидел, отметив необычайную красоту длинных волос и зеленых, как изумруд, глаз.

– Аэфелия, не могу с тобой не согласиться. Но ситуация из ряда вон выходящая. Даже если нападающие были без обуви… Зачем им это было нужно? Кто так тщательно хочет скрыть свои ботинки?

– Возможно, они не хотели скрывать обувь, которую носят, – предположил Брам.

– Что вы имеете в виду, советник? – с подозрением спросил Владыка.

– Я подумал… может, они не скрывают свою обувь. Действительно, кому это нужно?

– А какие еще варианты у вас остались?

– Они просто ее не носят.

– Кто же не носит обувь, советник Брамсвелл? Просветите меня, если я чего-то не знаю.

Маг занервничал. Он боялся произнести вслух свое предположение, которое моментально появилось в его голове. Идея была до слепого безумия абсурдна, но она имела право на свое существование.

– Я жду ваших предположений, – настаивал Фортавир.

«Давай, скажи это вслух».

– Понимаете… – очень неуверенно начал Брам. На его лбу проступили капельки пота. Он не понимал, почему так сильно стал переживать. – Есть еще один народ, который не носит обувь. Они живут как раз недалеко от Фаувского Угла.

– Неужели вы…

– Орки. Орки пустыни, Владыка.

По залу прокатился гул недовольных вздохов. И тогда Брам понял, чего так сильно боялся – непонимания.

– Советник, возможно, вы плохо знаете историю нашего материка, что странно для человека, который занимает должность советника. Напомню вам, что орки пустыни были уничтожены после нарушения пакта о ненападении.

– Ведь их не всех убили, верно? – сказал Брам.

– Да, некоторые остались жить на краю самой пустыни. Малое количество этих тварей. Даже от них смогли бы защититься обычные фермеры. Вилами, например.

– Это было так давно, вы не думали, что орки могли восстановить свою расу? За ними ведь даже никто не наблюдает, они нигде не показываются.

В зале вновь раздались недовольные высказывания. Тихие, произнесенные шепотом.

– Орки расплодились и решили вновь захватить власть на материке? Да как бы им такое в голову пришло?

– Я не знаю, чем они занимались все эти долгие годы затишья, но нельзя ведь отвергать подобные варианты? – начал настаивать Брам, все больше и больше ощущая давление недовольных и несогласных взглядов. – Это может прозвучать глупо, Владыка Фортавир, но мы все должны понимать, что Арион и Хоган могут пойти на любой коварный шаг. Вы спрашиваете, как оркам такое могло в голову прийти? Если я прав, то им необязательно было самим об этом думать и все планировать. Некроманты могли спокойно заявиться в пустыню и решить все вопросы. И да, не нужно забывать, что мы не знаем количество орков пустыни, которое сейчас проживает в их деревне. Возможно, их уже целая армия.

Недолгая тишина, которая воцарилась в зале, дала чародею надежду на то, что его слова были действительно услышаны и обдуманы. Фортавир неосознанно сжал свой кулак.

– Более идиотского бреда в своей жизни я еще не слышал, – произнес он. – Я еще раз обдумаю, нужно ли мне оставлять вас, Брамсвелл, в качестве моего нового советника. Дуэль ничего еще не означает.

Брам стоял, потупив взгляд. Ему хотелось поскорее уйти из зала. Нет, он не опустил руки, но его бесило отношение Фортавира к чужим предположениям. Типичный Владыка. Типичный король. Типичный правитель.

– Простите, – быстро и непонятно проговорила Аэфелия, – мне кажется, что не стоит так наплевательски относиться к теории советника. Простите, как вас… – Она смотрела на волшебника.

– Брам. Брамсвелл, – подсказал он.

– Да, Брамсвелл, верно. Владыка Фортавир, я считаю, что нужно внимательнее присмотреться к любому возможному варианту.

– Аэфелия, вы… – хотел уже прервать речь девушки Фортавир, но безуспешно.

– Простите, Владыка Фортавир, но позвольте мне закончить. Советник предложил лишь один из немногих вариантов предполагаемых событий. Да, это звучит странно, даже дико. Но хоть кто-нибудь предложил еще какие варианты? Нет. Поэтому нужно рассматривать любую зацепку и любую идею. Пусть даже безумную.

Фортавир молча уставился на Аэфелию. Она продолжала говорить и выгораживать Брама. Владыка ее не перебивал, что показалось очень странным. Видимо, в мире вновь была задействована древняя и тайная магия, которая сковывает человека и заставляет его повиноваться, пусть даже и неосознанно. А имя этой магии – женские чары.

– Владыка, – продолжила девушка, – скажите, разве кто-то мог поверить, что обычный ученик академии Гринштам сможет достичь такого величия? Кто-нибудь задумывался об этом, когда его отправляли в замок Вечного Снега? Тоже нет. Такая идея была тогда абсурдом, а сейчас стала явью. Может, все-таки следует проверить Серую Пустыню? Ведь выглядит очень логично. Орки могли напасть на деревню в Фаувском Углу. Некроманты, как мы знаем, следовали с востока на запад. Все это движение приводит нас к Утесу, где недавно было какое-то беспокойство. Все ведь очень логично, да?

Аэфелия перестала говорить. Все присутствующие молчали, ожидая приговора от Фортавира.

– Хорошо, – наконец сказал он. – Пусть будет проверена любая идея. Брамсвелл, вы лично займетесь вопросом Серой Пустыни. Советую вам поторопиться, – недовольно пробурчал Владыка. Аэфелия радостно улыбалась, словно выиграла битву. Так оно и было.

Фортавир объявил окончание собрания. Все разошлись, ни о чем не переговариваясь и ничего не обсуждая. Каждый держал свои мысли при себе, и только сам Лириан мог знать, что они хранили в своих головах.

Брама толкнули в плечо на выходе. Он хотел было выругаться, но, увидев идущего человека, ничего не сказал.

– Извините, – прозвучал нежно-ангельский голос.

Маг еще какое-то мгновение молчал, не совсем понимая, что ему нужно было ответить. Но его мысли быстро собрались в кучу и смогли выдать лишь тихое «спасибо».

– За что же? Я вас толкнула, благодарить за это не стоит, – сказала Аэфелия, остановившись в проходе.

– Нет, – улыбнулся Брам, – я не за это благодарю. Вы меня поддержали на совете. Спасибо. Для меня это очень важно.

– Просто я не совсем понимаю, почему они не хотят рассматривать любые чужие идеи и догадки. Видимо, собственное разросшееся эго не позволяет им принимать идеи извне.

– Извне?

– Ну да. Все, что придумали другие люди.

– Просто других предположений у меня не было, – поникшим голосом ответил Брам.

– Ваша идея замечательна. Поймите меня правильно, я не буду рада, если она окажется правдой. Но проверить нужно любой вариант. Я всеми силами за то, чтобы не допустить войны с Арионом и Хоганом. Война – это ужасно.

– Мы уже начали войну… Разве не так?

– Я немного другое имею в виду. Я про войну, которая затронет наш дом. Представьте, враг подойдет к вратам Гур-Муна. Или будет просто поблизости. Смотреть, как мучаются твои близкие – это…

– Да… Мне это знакомо…

– Верно, вы ведь были на войне. На левом материке защищали родной дом, так? – спросила Аэфелия, поправив прядь своих волос.

– Да, это так.

– И каково это? Чем для вас была война?

– Аэфелия, знаете… Это не описать словами. Можно сказать, что война – ужас, страх, смерть. Но все выглядит иначе. Это не просто бойня, где гибнут люди. Это целый период жизни, где гибнет человечность. Не человечество, а именно человечность. То, что живет внутри нас. Очень трудно описать это словами. Даже невозможно. Думаю, вы меня поняли.

– Знаете, Брамсвелл, после ваших слов мне стало страшно.

– Извините, если напугал вас.

– Все хорошо, не извиняйтесь, – девушка немного засмущалась, – вы прекрасно ответили. Заставили задуматься, а это очень важно в наши дни. Прошу вас, разберитесь с ситуацией в Серой Пустыне. – Аэфелия начала уходить, но развернулась и добавила: – Если вам понадобится моя помощь, не стесняйтесь ее попросить. Помогу, чем смогу.

Брам кивнул головой, ничего не сказав. Он наблюдал, как Аэфелия уходила вдаль. Странные чувства набросились на него. Ему хотелось поймать ее, вернуть обратно, поговорить с ней еще. Что-то спокойное и умиротворяющее чувствовалось в их диалоге. Брам понимал это, но ничего поделать не мог. Он стоял и продолжал наблюдать за удаляющимся силуэтом девушки. Она уходила как закат, который так хотелось поймать Браму. Хотелось давно. Но у него не получалось.

– Еще увидимся, – сказал он вслух самому себе.

В комнате был беспорядок. По всему столу были разбросаны толстые фолианты, мелкие книги, свитки с записями поблекших чернил. Приоткрытые створки окон качались туда-сюда, постукивая о деревянные ставни. Пламя свечи, стоявшей на прикроватном столике, задорно плясало от легких дуновений ветра. В углу лежали небрежно брошенные ботинки, не отмытые от засохшей глины. Дождь продолжал барабанить по крыше, будто предупреждал о скором шествии армии, идущей на битву.

Ступени лестницы за закрытой дверью протяжно заскрипели. Кто-то поднимался в кабинет. Шаги слышались все отчетливее и отчетливее, пока полностью не затихли перед самой дверью. Незнакомец тихо постучал в нее.

– Войдите, – еле слышно раздался голос мага из кабинета.

В комнату вошел капитан разведывательного отряда. Встал ровно, выпрямив спину.

– Капитан Шафнир, рад вас видеть!

– Я вас тоже, сир Брамсвелл. Приказания?

– Да, приказания. Нам нужно исследовать одну местность, довольно непривычную для наших следопытов.

– Будет исполнено! Для моих разведчиков нет ничего невозможного. Куда нужно выдвигаться?

Чародей почесал затылок:

– Серая Пустыня.

Глаза Шафнира выдали его недоумение и, возможно, легкий испуг. Но капитан его тщательно скрыл.

– Сир?

– Да?

– Что именно нужно обследовать в Серой Пустыне? Она не очень маленькая по размеру.

– Да, я знаю, – ответил Брам, – зайти придется как можно глубже. На самом краю пустыни, что ближе к Карантовому морю, находится деревня…

– Орков пустыни, сир, – закончил за него капитан.

– Да, верно, – волшебник посмотрел в окно, а затем снова на капитана, – нужно будет найти эту деревню и узнать, что в ней происходит.

– Будет сделано, сир, – громко ответил Шафнир. – Какие еще приказания?

– Приказаний больше не будет, только просьба.

– Внимаю.

– Капитан Шафнир, будьте осторожны. Я не знаю, на что именно вас посылаю. В самой деревне вы встретитесь с неизвестностью. Не попадайтесь оркам, даже если их очень мало. Путь до самой пустыни проделывайте аккуратно. У врага есть свои соглядатаи, об этом мы уже узнали после проверок Утеса.

– Сир Брамсвелл, мои люди в этом деле лучшие. У вас нет причин для беспокойства.

– Причины для беспокойства… – Брам тяжело сглотнул слюну. Его кадык поднялся, словно взмах наковальни. – Причины для беспокойства есть всегда. Я не столь боюсь орков пустыни, как возможной встречи с некромантами. Еще хуже – встречи с Арионом или Хоганом.

– Сир Брамсвелл, мы сделаем все в лучшем виде.

– Я очень на это надеюсь.

– Еще приказания… или пожелания? – настороженно спросил Шафнир.

– Нет. Больше нет. Идите.

– Когда выдвигаться в путь, сир?

– Как только сможете. Чем быстрее, тем лучше.

Глава 5. Новая угроза

Снова стук в дверь. На этот раз ранним утром. Солнце лишь частично успело показать свою улыбку. Город еще не успел проснуться. Люди спали, в домах было темно и безжизненно. Лишь некоторые торговцы начали выползать на холодную после ночи улицу, дабы подготовить свои палатки к началу трудового дня.

Дверь резко открылась. Перед магом стоял низкий мужичок с залысиной на голове. Брам сразу же узнал его. Это был один из слуг Фортавира.

– Фортавир вызывает в такую рань?

– Советник, простите, что так рано разбудил вас…

– Ничего, я не спал, – Брам сильно зевнул, прикрыв рот кулаком. Он действительно не спал всю ночь. – Что случилось?

– Советник, вас ожидают в зале совещаний. К вам прибыл гость с левого материка.

При словах «левый материк» у Брама в груди что-то сжалось. Как бы ему хотелось вернуться к себе домой, побывать на родных просторах, по которым он так скучал. И вот, частичка другого материка прибыла к нему лично.

– Кто наш гость?

– Лорд-декан академии Гринштам, советник.

– Ф… ф… – от неожиданности начал заикаться Брам. – Фаллард здесь? В зале совещаний?

– Все верно, советник, он вас ожидает. Прибыл совсем недавно. Использовал портал для перемещения.

Чародей даже не мог понять, насколько сильно он был счастлив. Но чувство радости быстро сменилось тревожными ощущениями. Лорд-декан не мог просто так заявиться на правый материк. Что-то случилось. Только что?

– Передать ему?.. – начал низкорослый прислуга, но Брам уже проскочил мимо него и побежал по лестнице вниз. – Видимо, не надо, – ответил он сам себе.

Брам вбежал в зал. Возле окна стоял человек, одетый в черную мантию. Со спины он очень напоминал некроманта. Мужчина развернулся и встретился взглядом с пришедшим магом.

– Старого друга всегда приятно увидеть, – с улыбкой на лице отметил Фаллард. Он стал подходить к Браму.

– Только если умеешь выбирать себе друзей, – ответил волшебник, крепко обняв своего давнего товарища.

– Я выбираю друзей правильно. Рад тебя видеть.

– Я тоже.

Они отпустили друг друга. Брам предложил им сесть за стол. Он понимал, что короткого разговора здесь не выйдет. Присев на стул, Фаллард, потирая свою руку, сказал:

– У меня есть новости, которые требуют немедленного обсуждения. Решил не посылать сокола. Говорить один на один всегда лучше.

– Да, понимаю.

– Брам, ты ведь знаешь, что провизию в нашу академию поставляют еще и на кораблях?

– Да, помню такое. Там еще такой молодой парень управляет поставками. Веселый он был, кстати говоря.

– Да, он до сих пор управляет поставками. Вот только с последним кораблем у нас вышла проблема.

– Арион? – спросил Брам, наперед зная ответ.

– Никаких сомнений, что это его рук дело. По словам моряков, на команду корабля напали некроманты. Думаю, Хогана или Ариона среди них не было. Зачем им тратить свое время и силы на такое незначительное действие?

– Верно. И что они сделали с кораблем и командой?

– Людей они перебили, а провизию забрали. Однако они оставили нескольких моряков живыми, чтобы они смогли прибыть в Гринштам и доложить о случившемся.

– То есть им не нужна провизия, они хотели показать свою мощь. Значит, они укрепили свои силы и готовы к решительным действиям. С каждым днем мы приближаемся все ближе и ближе к финальной развязке.

– Нужно что-то предпринимать, больше мы не можем бездействовать, – сказал Фаллард. – Какие у тебя есть идеи?

Брам кратко рассказал лорду-декану все, что только знал. Он поведал ему об Утесе, о деревне Затравак, о передвижении некромантов, а главное – о нападении, точнее, уничтожении поселения в Фаувском Углу.

– Какие идеи?.. – чародей задумался. – Меня мучает лишь одна идея, которая никак не дает мне покоя.

– Корни?

– Да, верно. Я и забыл, что успел сказать тебе о них.

– Что-нибудь узнал?

– Нет, – печально ответил Брам, – узнал лишь историю корней, какую силу они могут дать, но никакой информации о том, где мне их искать… Мне помогали разные люди, я обращался к старейшинам в библиотеках… Но ничего не вышло…

– Я надеюсь, что все эти поиски не зря. Гоняться за тенью легенды… Арион и Хоган смогут продвинуться далеко вперед, пока мы пытаемся укусить свой собственный хвост.

– Я не теряю надежды. Параллельно этому мы делаем все возможное.

– Когда-нибудь мы шагнем дальше, и черная полоса жизни закончится. Всегда есть начало белой.

– Не всегда… – почти шепотом не согласился маг. – Кстати, что теперь делать с поставками?

– Не знаю, будут ли нападения в дальнейшем, – Фаллард пригладил свою немного отросшую бороду, – но все это мы и так получаем от ближайших фермеров. Просто количество сократим. Ничего страшного, переживем. У нас крепкие ученики и учителя. Справимся.

– А где именно на них напали? – поинтересовался Брам, пытаясь зацепиться хоть за что-то.

– Даже брось думать об этом. Это была разовая вылазка. Ты их там поймать не сможешь, а следов ты тоже не обнаружишь. Ты ведь знаешь, что с самого начала пути нам еще ни разу не удалось обнаружить следы магии. Отследить их движение невозможно.

– Тогда нужно искать корни дальше.

– Поторопись, – наставительно сказал декан, – Владыка Фортавир долго ждать не любит. Будешь медлить… Надеюсь, он с тобой ничего не сделает.

– Да, понимаю.

– Ты ведь советником стал, как я слышал.

– Как бы это смешно не прозвучало… Да, это действительно так.

– Почему же это должно смешно звучать? – поинтересовался Фаллард.

– Как-то странно и быстро меняется моя жизнь последнее время. Сначала был воином, исполнял приказы. Затем успокоился и стал обычным учителем в академии. А после все закрутилось. Стал преступником для всех, потом стал главнокомандующим, кем и сейчас являюсь по сути, а теперь вот… советник!

– Да, помотала тебя жизнь немного, – осклабился лорд-декан. – Расскажи хоть, как ты стал советником?

– Обычная дуэль, – отведя глаза от собеседника, ответил Брам, словно ему стало стыдно.

– Бывший советник вызвал тебя на дуэль? Очень странно. Он был дурак или слабак?

– И то и другое. Не знаю, по каким причинам он это сделал, но было похоже на тупую ненависть ко мне.

– Тогда не совсем понятно откуда взялась такая ненависть.

– Многие до сих пор считают меня преступником. Это могла быть одна из причин.

– Возможно, но теперь об этом никто не узнает. Да это и вовсе не важно. Теперь ты советник. Гордись этим.

– Ладно, – Брам выдержал паузу, – закончим наши разговоры о моих достижениях. Нужно найти корни.

– Я слышал, что Древо, следуя легендам, находилось на островке, из которого разросся весь правый материк.

– Островок?

– Да, небольшая часть материка, которая была одной равниной.

– Это может быть чем угодно. Ротлингнор, королевство Мелвинген, долина Эрингир, Марумский хребет, Гилн-Скиа, Снорвэал, Враар, Серая Пустыня, Фаувский Угол.

– Основа материка была рождена из его западной части.

– Почему же ты молчал?! Тогда список сокращается. Запад… Получается, что остаются всего несколько мест. Ротлингнор, долина Эрингир, Мелвинген… Не знаю, угадать невозможно, а времени совсем нет.

– Брам, помни, что мои слова являются лишь легендами, которые я слышал от мудрейших. Не всегда они оказываются правдой.

– Но это единственное, что у нас есть.

– Тогда воспользуйся информацией мудро, – заключил Фаллард, встав со стула. – Мне нужно еще навестить моих знакомых в крепости. Мы с тобой еще встретимся, Брам.

– А после в академию?

– Нет, в Гринштам я не вернусь еще какое-то время. Я оставил там моего заместителя. Очень толковый человек, я ему полностью доверяю. Хочу пока побыть здесь. Может, осмотрюсь в вашем королевстве. Да и тебя не хочется покидать так быстро. Тебе ведь нужна поддержка, не так ли?

– Нужна. Еще как нужна.

– Вот и славно, тогда останусь на пару дней, а там посмотрим, что будем делать. Если нужна помощь, сразу зови.

– Непременно, – ответил маг, провожая взглядом декана.

Фаллард остановился возле дверей:

– И подумай о корнях, может, придешь к какому умозаключению.

– Обязательно, – отрешенно ответил Брам. Лорд-декан покинул зал.

***

Песок плавно, словно река, плыл по земле от самых легких, однако очень горячих дуновений ветра. На каждую новую песчаную дюну взбираться было все труднее и труднее. Падать и катиться со склона было категорически запрещено. Один такой прокол и группа людей могла бы выдать себя врагам. Если неприятели, конечно же, находились в предполагаемом месте.

Было уже темно, когда разведчики достигли края Серой Пустыни. Оставалось совсем немного. Глава разведки был убежден, что их путешествие скоро закончится, и они ничего не смогут найти. Разобьют лагерь где-нибудь в песке. Желательно так, чтобы этим же самым песком их не засыпало за ночь.

И вот остался последний холм. Маленькая гора из песка преграждала путникам проход к краю материка. Подойдя к ней, командир отряда понял, что спокойной ночи им не видать. Над верхушкой миниатюрной горы виднелся огонь: слабое свечение расползалось в небе, словно солнце собиралось осветить всю пустыню. Но только недавно был закат, значит, они нашли то, что им нужно.

Капитан понимал, что маленькая деревня орков пустыни не могла давать столько свечения. Да и оно им было ни к чему. Орки прекрасно видят в темноте.

До ушей группы начали доноситься посторонние звуки. Гул. Что-то скрежетало, кричало, шуршало. В деревне кипела работа, только неизвестно какая.

– Так, – начал Зак Клин, капитан отряда разведчиков, – поднимаемся на холм и аккуратно выглядываем. Формин, Гловен, вы остаетесь внизу. Остальные идут за мной. Вперед, – скомандовал он и начал забираться на холм.

Разведчики последовали за ним. Песок предательски убегал из-под ног. Устоять на крутом склоне было чрезвычайно тяжело. Группа хваталась руками, чтобы помочь себе взобраться. Но песок – не камень, так что предавал еще сильнее обычного.

Наконец им удалось добраться до вершины холма. Они остановились, секунду-другую отдышались и по команде капитана выглянули из-за верхушки холма. Перед ними предстала необычная картина. Явно не та, которую они ожидали увидеть.

– Маленькая деревня? – спросил один из разведчиков, сплевывая попавший в рот песок.

– Зато мы нашли то, что искали. Сир Брамсвелл будет рад, – ответил Зак Клин.

Чуть дальше от холма находилась не деревня. Целый город из деревянных построек. Орки толпами сновали туда-сюда, что-то перенося или просто переговариваясь друг с другом на их варварском языке. Сторожевые башни были выставлены по всему периметру города. Главное, чтобы с них не смогли заметить разведывательный отряд.

– Смотрите, внимательнее, около башни, – сказал капитан.

Разведчики увидели не только орков. Какие-то люди ходили в компании уродливых монстров. Может, разбойники, может, кто иной. Из ближайшего дома вышли еще люди. Но тут сомнений не было. Черные одеяния разведчики узнают где угодно.

– Некроманты, – прошептал один из них.

– Да, а вот и тот, про кого нам говорили на собрании.

Вслед за некромантами вышел лысый старик в сопровождении огромной многоножки.

– Она еще отвратительнее, чем по рассказам людей, – заметил Эльтор. – Старик Р? Верно?

– Да, он. Значит, здесь все: некроманты, орки, старик со своим зверьем. Возможно, здесь же находятся Арион с Хоганом.

– Можем уходить?

– Еще рано, – Зак Клин продолжал внимательно рассматривать город, – нужно оповестить сира Брамсвелла, пока не поздно.

Капитан махнул рукой Формину и Гловену, стоявшим внизу, и показал им два пальца – средний и указательный,– направленных в небо. Разведчики хорошо знали тайные знаки своего капитана. Наступила пора отправлять сокола с письмом.

Луна на небе ярко освещала местность. Повезло. Можно было спокойно писать на пергаменте, хоть и при тусклом свете. Эльтор спустился с холма, чтобы заняться письмом. Формин и Гловен к этому моменту открыли клетку с соколом. Гордая птица со строгим видом уселась на руку разведчика, дожидаясь момента, когда к ее лапе привяжут письмо.

Эльтор поспешно вывел на пергаменте корявые буквы, свернул письмо в трубочку и крепко привязал к соколу. Гловен дернул рукой, и сокол взмыл в небо, рассекая жаркий воздух.

– Интересно, когда капитан насмотрится на орков. У меня уже все легкие забились песком, – сказал Эльтор, осматривая холм. Разведчики на вершине не собирались спускаться.

Формин и Гловен тактично промолчали, чтобы не спорить по каждому вопросу. Зак Клин и еще несколько разведчиков просидели на вершине около минуты, прежде чем решили спуститься. Скатившись вниз, капитан спросил:

– Письмо отправлено? Все в нем указали?

– Да, – поспешно ответил Эльтор.

– Хорошо, – сказал Зак, – тогда уходим.

Но дальше произошло страшное. Даже безумное, абсурдное, не поддающееся никакой логике. По правую сторону от холма вышли несколько орков, а с ними, видимо, их предводитель: низкий старикашка с блестящей лысой головой в лунном свете. Абсурд состоял в том, что орки передвигались как-то слишком тихо. Очень подозрительно бесшумно для таких дикарей, как они. А каким образом их приход смог пропустить целый отряд королевских разведчиков… В общем, это никто и никогда в жизни бы не объяснил.

– Так-так, гости дорогие, – начал говорить старик, подойдя ближе к отряду. Орки стояли возле него. – Пришли, а не заходите. Какие-то вы странные гости, не правда ли?

Разведчики замерли на месте. Никто ничего не решался сказать.

– Вы очень молчаливые гости, так ведь тоже неправильно, – продолжил говорить старик.

– Мы вас не боимся, Р! – неожиданно рявкнул Зак Клин.

– О, вы и мое имя знаете. Замечательно! Я вот вашего не знаю. Видимо, Брам вас хорошо подготовил. Раз вы гости, может, на чай хоть зайдете? – очень серьезным тоном спросил Р.

– Мы откажемся, благодарим.

– Что ж, очень жаль, капитан. Вы ведь капитан, верно?

Зак Клин молча кивнул.

– Что ж, раз зайти на чай вы не хотите, то какие из вас выйдут гости? Вы не гости, а враги наши. Разведчики. Очень жаль. Господа, – обратился старик к бугаям, – убейте их. Порубите на мелкие куски. Можете съесть их останки на ужин.

Далее старик Р повторил сказанное, но уже на орочьем языке и ушел обратно в город. Разведчики схватились за свои клинки, но все понимали, что лишь один такой орк стоит пятерых вооруженных разведчиков. А этих монстров было целых четыре. Громилы что-то фыркнули себе под нос, крепче взялись за свои секиры и медленным шагом двинулись в сторону разведывательного отряда.

«Хоть письмо успели отправить, – подумал Зак Клин». Это последнее, о чем он вообще подумал в своей жизни.

Глава 6. Встреча с прошлым

Маг пробегал глазами по письму. Доходя до конца, его взгляд возвращался к началу текста и вновь бежал по каждой строчке. Брам перечитал письмо четыре раза, прежде чем осмелился встать и начать предпринимать действия.

Сначала нужно было осведомить Владыку. Маг побежал вниз по лестнице, потом, словно пантера, проскользнул по коридорам крепости, уловив несколько недоуменных взглядов стражников. С каждым своим шагом Брам понимал, что отряд вряд ли выжил в пустыне. Надеялся, но не верил. От орков еще могли сбежать, но некроманты… Старик Р… Нет, они бы не отпустили разведчиков живыми. Было бы слишком нелогично с их стороны.

На входе в королевские покои стояли двое стражников. Допрашивать и осматривать Брама никто не стал. Если советник явился к Владыке, значит, дело важное. Один из стражников постучал в дверь, громко объявив, кто явился к правителю. Из комнаты послышалось тихое бормотание: «Пустите».

Маг зашел в покои, за ним захлопнулась дверь. Брам даже не заметил, как вместе с ним в комнату проскочил один из стражников. В целях безопасности самого Владыки, конечно же.

– Оставьте нас, – буркнул Фортавир, сидящий на кровати.

Стражник лишь кивнул и покинул покои.

– Говори, – грозно сказал Владыка, встав и подойдя к окну. – Что-то серьезное, ведь так?

– Владыка Фортавир, как вы знаете, некоторое время назад мы… я отправил разведывательный отряд в Серую Пустыню.

– Помню такое. Дальше.

– Разведчики с капитаном Зак Клином смогли найти деревню орков. Мне только что пришло письмо.

– И?

И дальше Брам рассказал все, что прочел в письме. Рассказал про целый город орков, поведал о старике Р и некромантах, что блуждали неподалеку. Маг также добавил про вероятность нахождения там Ариона и Хогана. Владыка внимательно выслушивал рассказ волшебника, но продолжал молчать. Брам перестал говорить, дожидаясь хоть единого слова от правителя.

– Все-таки вы были правы, советник, – наконец высказался Фортавир.

– Простите?

– Вы были правы и точка. Нечего здесь добавить. Арион и Хоган укрепили свои силы, еще и заручились поддержкой орков… Я ведь даже и не думал, что они там живут и процветают. Кучка некромантов меня не пугала. Волновала, конечно, но не вызывала страха. Но теперь… – Фортавир зашагал по комнате, осматривая стены, на которых висели картины и гобелены. – В любую минуту можно ожидать нападения, нужно быть готовым к отражению атаки. Наши разведчики вернулись или их похоронили в пустыне?

– Этого я не знаю, Владыка. Надеюсь, они смогут вернуться.

– Но верится вам в это с трудом, я ведь прав? – без каких-либо эмоций спросил Фортавир.

– Да, верится с трудом. Я…

– Отправили их на смерть, верно. Не стоит жалеть каждого погибшего. Любой полководец отправляет на битву людей. Они все погибают, но что поделать? Да, жалеть не стоит, но нужно помнить и чтить тех, кто погиб, защищая свою родину… свой дом.

Доля мудрости и разумности присутствовала в словах Владыки, но чародею от этого не становилось легче. Он понимал, что если отряд все-таки погиб, то их смерть не оказалась напрасной. Теперь у них были ценные данные. Им пора готовиться. Они знают, где враг. Этого достаточно, чтобы начать что-то делать. Вопрос только в том, что именно?

– Приказания? – повторил Брам надоедливое слово Шафнира.

– Проследите, чтобы все боевые маги были готовы. Остальные воины не под вашей властью. Остановите разведчиков, которые собираются отправиться к деревне орков или в ближайшие к ней селения. Если таковые есть. Их теперь даже на порог пустыни не пустят. Я распоряжусь, чтобы отправили письма во все поселения и замки, находящиеся возле песчаных просторов. Люди должны быть готовы. Может быть, кто-нибудь успеет убежать куда подальше. Фаувский Угол был для них разминкой. Они пойдут дальше. Начните приготовления, советник Брамсвелл. Самое важное – подготовьтесь сами. Грядет война. Страшная и жуткая бойня, какой вы еще не видели на своем веку.

Маг продолжал молчать. Он просто не знал, что ему нужно было ответить. Да и отвечают ли что-нибудь в таком случае?

– Можете не отвечать, – сказал Фортавир, словно прочел мысли волшебника, – просто выполняйте приказы. Можете идти.

Брам, ничего не сказав, тихо постучал в дверь. Ему открыли стражники, и он смог выйти в коридор. Магу поскорее захотелось оказаться на улице. Увидеть площадь, деревья, кусты и цветы внутреннего дворика крепости. Он хотел ощутить глубокий вдох свободы. Втянуть ноздрями тот самый освежающий и успокаивающий воздух.

Разговор с Фортавиром его не напугал. Нет, он заставил задуматься. А ведь задуматься – одна из самых сложнейших вещей в мире, как бы смешно это не звучало.

Брам вышел во двор. Он сел на холодную мраморную скамью. Правее него стояло дерево, немного наклонившееся из-за сильных ветров. Его лепестки касались макушки чародея, будто взывали к тому, чтобы он не отчаивался и продолжал свою битву. Слабые дуновения раскачивали ветку, которая стучала магу по голове, словно хотела с ним поговорить. Только вот Брам не был готов к разговорам. Даже с самой природой.

Он продолжал сидеть на скамье, изредка поднимая голову и наблюдая за проходившими мимо людьми. В основном это были стражники. На скамью, рядом с чародеем, уселся мужчина, которого Брам сразу и не признал.

– Совсем печально выглядишь.

– Что-то нахлынуло, – ответил волшебник Фалларду.

Лорд-декан осмотрел нынешнего советника. Вздохнул, сжал губы и произнес:

– Думаю, смогу тебе поднять настроение.

– Фортавир отдал приказания готовиться к войне. Как здесь можно подбодрить?

– Ты ведь уже участвовал в войне, чего тебе бояться?

– В этом и таится причина. Я был на войне, поэтому не хочу больше ее видеть.

– Только вот она тебя об этом не спрашивает. Ты уже ее видишь, Брам.

– Что хотел? – резко спросил маг, переводя тему разговора.

– Хотел сообщить новости, в надежде, что тебе они немного помогут.

– Что еще за новости?

– Насчет корней. Мне кажется, я знаю, где они могут быть.

Брам посмотрел на декана, но без удивления. То ли ему не верилось, то ли он уже ни во что не хотел верить. Чародей молчал. Просто ждал ответа на немой вопрос.

– Хорошо, – сказал Фаллард, начав разворачивать огромный сверток, который лежал у него на коленях. – Вот, смотри внимательно. – В руках лорда-декана оказалась карта правого материка. – Я ведь говорил, что Древо находилось на равнине, помнишь? Исходя из легенд, конечно.

– И? – уже с небольшим интересом в интонации произнес Брам.

– Когда ты перечислял, какие области есть на карте, ты позабыл об одном месте, которое южнее королевства Мелвинген. Я, честно говоря, тоже о нем забыл, пока не схватился за карту.

– Равнина Нюмелир, – вспомнил маг.

– Совершенно верно. И расположение подходящее.

– И как же мы там сможем найти корни? Площадь равнины немаленькая. Все подряд вскопать не получится.

– Вскапывать и не нужно. На равнине Нюмелир есть одно место, которое называют Инграрио. С одного древнего языка оно переводится как «без бугра». Небольшое место на равнине, которое считается идеально ровным. Можно предположить, что корни находились там.

– Тогда нужно собираться и отправляться в путь.

– Не так быстро, Брам, нужно все тщательно обдумать.

– Да что же здесь обдумывать? – Брам вскочил со скамьи. – Нужно действовать как можно скорее. У нас остается времени все меньше и меньше. Нашим разведчиками удалось обнаружить укрепление некромантов в пустыне. У них целая армия орков! Нам нельзя даже сидеть на этой скамье лишних пять секунд. Каждое мгновенье может оказаться роковым.

– Орки? Значит, догадки оказались правдой?

– Да, к сожалению, это оказалось именно так.

– Брам, я давно тебя знаю… и я прекрасно знаю, как ты мыслишь и рассуждаешь… Скажи, в здравом ли ты уме? Ты понимаешь, что все эти рассказы… Все это может оказаться небылицами…

– А есть другие варианты?

Лорд-декан задумался, прежде чем ответить:

– Они могут заявиться куда угодно. Пока ты будешь в Нюмелире.

– Я понимаю… Но других вариантов у меня просто нет.

– Выбор есть у каждого. Просто иногда он очень трудный, и мы пытаемся обрисовать себе такую ситуацию, в которой у нас не остается выбора. Порой приходится идти трудным, тернистым путем, чтобы преодолеть определенные барьеры. У тебя есть выбор, Брам, у каждого он есть.

– Я уже давно выбрал. Даже если бы я сейчас задумался, нужно мне ехать или нет… Тогда чего ради я так гнался за корнями? Чего ради искал их целыми днями, узнавал информацию, не спал ночами? Именно ради этого момента. Ради такого маленького шанса, когда я могу проверить хотя бы одно место, где они могут быть. Поэтому определился я уже давно. Я отправлюсь на равнину Нюмелир, чего бы это ни стоило. Даже если враг и заявится к нам, кому я здесь понадоблюсь?

– Как минимум людям, которые в тебя верят. Ты ведь их предводитель. А теперь еще и советник. Не тот старый, который не отличался от обычного прислуги. У тебя есть характер. У тебя есть своя личность. Люди это уважают. Такое они замечают сразу.

Брам ничего на это не ответил, хоть и был польщен. Он собрался уходить, но перед этим произнес:

– Мне пора. Нужно еще собраться перед поездкой.

– Ты собираешься отправиться в Нюмелир один?

– Не хочу, чтобы кто-то еще тратил время на мои глупости. Пусть все свободные воины и разведчики останутся в крепости. А без советника они проживут некоторое время. Равнина всего лишь севернее королевства. Со мной ничего не произойдет ужасного.

– Однако это опасно, – попытался образумить мага Фаллард. – Путешествовать одному в наши дни не стоит, даже такому сильному волшебнику.

– Я справлюсь… Всегда справлялся. Ладно, видимо, мы не увидимся после моего возвращения. Прощай. Мне пора.

– Не прощай, а до встречи. Я, скорее всего, останусь в крепости еще на некоторое время. Думаю, мы увидимся. А теперь иди, – спокойно сказал декан, – тебе надо попрощаться еще с одной особой. – На его лице появилась улыбка.

Брам проследил за взглядом Фалларда, устремляющимся за спину. В отдалении, в углу сада, спрятавшись в тени, стояла девушка. Ее локоны развевались на ветру, яркие красивые глаза поблескивали, хоть на них и не попадало солнце.

– Аэфелия, – тихим голосом произнес Брам. Ему показалось, что он лишь на мгновение остановил на ней взгляд. Но, обернувшись назад, понял, что это продлилось немного дольше. Лорд-декан уже удалился. Тихо, бесшумно и быстро. Даже не все кошки были на такое способны. Брам, недолго думая, подошел к девушке. – Привет.

– Здравствуйте, советник, – ответила она, немного стесняясь. На ее щеках появился легкий румянец.

– Зачем же так официально? Можно просто Брам.

– Вас так называют друзья?

– Простите?

– Вы ведь Брамсвелл, ваше имя сокращают только близкие люди?

– Можно и так сказать, – немного растерявшись, ответил чародей. – Как у вас…

– У тебя, – подсказала Аэфелия, сняв напряжение с неловкой обстановки.

– Как у тебя дела?

– Превосходно. Слышала новости об орках, так это правда?

– Да. – Маг даже позабыл на время обо всех событиях, которые происходили совсем недавно. Но Аэфелия быстро смогла вернуть Брама в реальность. – К сожалению, это правда.

– Война. Будет война. Я не могу поверить…

– Прости, но ничего с этим не поделаешь. У Владыки Фортавира надежные люди. Хорошая армия. Границы нашего… твоего дома будут в надежных руках.

– А куда ты сейчас отправляешься? Ты ведь уезжаешь, так?

– Да, мне нужно посетить равнину Нюмелир. Только… – Брам замолчал, качая головой.

– Что такое?

– Не понимаю, стоит ли это того. Нужно ли мне сейчас все бросить и отправиться туда.

– Не знаю, зачем тебе туда нужно, но ответь себе на вопрос. Что тебе подсказывает сердце?

– Что нужно ехать.

– А разум согласен с твоим сердцем?

Это был очень точный и правильный вопрос от Аэфелии. Удивительно, как некоторые слова помогают в принятии решений.

– Да, разум согласен, – твердо ответил Брам.

– Тогда езжай, несмотря ни на что.

– Я…

– Тебе пора, советник. Скорее возвращайся, ты еще нужен в крепости.

– Всего хорошего, – только и ответил чародей и поспешно ушел.

– Удачной дороги, – сказала она вслед, но Брам ее уже не услышал. – Береги себя, – добавила она.

Стражники открыли северные врата крепости Гур-Мун. Одинокий маг медленно брел, ведя лошадь под уздцы. Он остановился, осмотрел открывшийся перед ним простор. Впереди виднелось поле. Золотые колосья раскачивались из стороны в сторону. Черные птицы кружились далеко в небе. Внезапная тоска набросилась на мага.

Стража начала закрывать ворота, пока один из них не закричал:

– Открыть врата! Открыть врата!

Брам повернулся, чтобы узнать, что происходит. Прямо на чародея бежали двое конников. Узнать их было не сложно, даже при слепящем глаза солнце.

Всадники остановились возле Брама, слезли со своих лошадей.

– Прогулки хоть и полезны на свежем воздухе, мой дорогой друг, однако опасны, если проводить их в одиночестве.

– Ты ведь и сам постоянно путешествовал один. Даже в лес заходил один. И это еще на левом материке.

Улыбка Морна не слезала с его лица:

– Ах, выживание на левом материке – это отдельный вид искусства.

– Не так уж у нас и плохо на левом материке, знаете ли! – рявкнул Фаллард, стоявший рядом с воином.

– Уважаемый лорд-декан, вы давно дальше академии выходили? В Гринштаме довольно безопасно, но вот за его пределами…

– Морн, не язви, – ответил Фаллард. – Ладно, сейчас не об этом. – Декан повернулся к волшебнику. – Неужели ты собирался удрать один? Даже помощи не попросил у своих друзей.

– Не хотел вас беспокоить, – скромно ответил Брам. – Вы собираетесь вдвоем меня сопровождать?

– А как же! – воскликнул Морн. – Как мы можем тебя оставить? Тем более ты стал советником. Лицо ты у нас важное, – вновь съязвил он.

– Хорошо, я понимаю тебя, Морн. Но… – обратился маг к лорду-декану. – Фаллард, зачем?..

– Засиделся я в своей академии, Брам. Пора выбираться. Глаза уже болят от различных документов, книг и прочего. Прогулка мне не помешает.

– Это не просто прогулка, – сказал Брам, – на каждом шагу может поджидать опасность.

– Тем и лучше, если я буду рядом во время этой самой опасности.

Брам замолчал, оглядывая своих товарищей. Его душа кричала. От радости, скорее всего.

– Спасибо вам, – проговорил он, – спасибо вам.

– Мы просто стоим около ворот со стражей. За что ты нас благодаришь? – в очередной раз съязвил Морн.

– У тебя сегодня задорное настроение, как я вижу, – заметил Брам, улыбнувшись.

– Любое путешествие поднимает мне настроение! Особенно если мы сможем с кем-то подраться. Мое оружие хочет битвы. Тут ничего не поделаешь. Оружию всегда нужна битва. Реже – человеку. Но мне не терпится размять свои суставы.

На этой ноте троица и отправилась к равнине Нюмелир. Они подгоняли своих лошадей, будто хотели загнать их до смерти. Привалов делали немного, и то только для того, чтобы дать отдохнуть своим лошадям. Путникам же отдых не требовался, ели они мало, экономя запасы еды и питья, что взяли с собой в дорогу.

К счастью их группы и невезению рвущегося в бой Морна, на пути им никто не встретился. Они без проблем смогли достигнуть границы равнины. Королевство Мелвинген было позади.

– Куда теперь? Где то самое место, о котором ты нам поведал? – спросил Брам у Фалларда.

– К северо-западу, на реке Гетис есть один старый мост, который позволяет ее перейти. Он такой древний, что люди каждый раз боятся, что его может сломать даже ветер. Но ничего такого не происходит. Однако я все равно был бы осторожен.

–Значит, вперед, – скомандовал маг. Его лошадь помчалась вперед, поднимая пыль.

– Как-то слишком гладко наше путешествие проходит. Даже скучно! – крикнул Морн, но его услышал только лорд-декан.

И это «гладко» продлилось недолго.

Через двое суток они смогли прибыть к месту своего назначения. Казалось, что никакая опасность уже не могла повстречаться им. Они пересекали поля, реки. Наткнулись на местную деревушку, где смогли немного отдохнуть в таверне. Потом набрели на разрушенные постройки бывшего аванпоста, поставленного здесь когда-то правителем Гилн-Скиа. Все казалось слишком спокойным, умиротворенным. И все это наводило на мысль, что такое спокойствие могло быть только подозрительным.

Троица приблизилась к нужной им точке.

– Там, вдалеке! – сказал Фаллард, указывая пальцем.

На идеально ровной поляне, примерно в километре от путников, стояли два человека.

– Там люди? – недоуменно спросил Брам.

– Похоже на то, – ответил воин.

– Нам туда? К ним?

– Да, к ним, – ответил лорд-декан. Он был явно напряжен.

Путники поскакали дальше. Никто ничего не понимал, но самый простой способ, чтобы найти ответ – приблизиться к двум неизвестным людям.

«Ведь никто не мог знать про корни. Это бред. Такого не может быть, – начал себя успокаивать чародей».

Когда лошади начали приближаться, то путники увидели, что людей было больше. Четыре человека стояли возле нужного им места.

И оно было вскопано.

Конники остановились. Сердце мага бешено застучало, вырываясь из груди. Оно жаждало драки. Или просто хотело убежать. Морн громко спрыгнул с седла. Затем аккуратно слез Фаллард. Последним был Брам. Троица воззрилась на людей, которые тоже искали корни. К большому для всех удивлению.

– Давно не виделись, – сказал один из них, выйдя вперед.

Брам не стал ничего отвечать. И правда. Очень давно. Его затрясло, ему хотелось что-то вымолвить, но рот словно склеился, а мышцы парализовало. Перед ними стоял Арион.

Чародей заметил, как он изменился. Арион стал взрослее, мужественнее… опаснее. Его глаза строго глядели на вновь прибывших. В них больше не было страха и той детской наивности, какую помнил Брам. Больше этого ничего не было.

Такая неожиданная встреча оказалась не той, которую себе представлял Брам. Но ожидания часто не совпадают с тем, что происходит на самом деле. Подготовиться ко всему просто невозможно.

Все стояли как вкопанные. Маг изо всех сил сдерживался, чтобы не напасть на Ариона. Порыв ярости, не более того. Он даже не сразу заметил стоявшего рядом Хогана. Глава некромантов внимательно следил за происходящим, прищурив глаза. Позади него стояли двое волшебников в черных мантиях. Тоже некроманты.

– Ты не рад меня видеть, Брам? – спросил Арион серьезным тоном, а после улыбнулся: – Я вот очень. Не скажу, что соскучился или проникся к тебе чувствами. Ты дал мне свободу. Ведь ты освободил меня тогда, не забыл?

Брам продолжал молчать. Фаллард стоял рядом, а Морн положил руку на эфес своего меча, висевшего на поясе.

– Раньше ты был разговорчивее, – продолжил Арион. – Да и приятель твой был веселее. – Он посмотрел на Морна.

– Что ты здесь делаешь? – Слова наконец вырвались из уст волшебника.

– О-о, Брам, ты сам себя не обманывай только. Ты ведь прекрасно знаешь, что находится в том месте, где мы выкопали яму. И да, хочу тебя сразу огорчить , корней здесь нет, поэтому ничего делить или за что-то биться нет смысла.

– Откуда вы?..

– Узнали про корни? Брам, ты считаешь нас дураками? Думаешь, что ты знаешь больше нашего? Мы хорошо осведомлены, мы знаем, что мы делаем. Мастер Хоган знает гораздо больше, чем ваши черви, засевшие в библиотеках. Кстати, декан, как ваша академия? Не страдает без провизии? Очень благодарен за нее. Моим людям она понадобилась.

– Ты убил невинных людей, – ответил ему Фаллард.

– Нет-нет, я никого не убивал, я лишь отдал приказ, чтобы людей убили, а товар забрали. Да и то нескольких мы ведь оставили. Это же моряки, кто по ним будет плакать?

– Их семьи, их… – начал Брам, но остановился, решив, что бесполезно объяснять элементарные вещи такому человеку. – Отдать приказ убить людей – то же самое, что сделать это самому. Руки чисты, но душа…

– Брам, не надо мне читать лекции о нашей душе. Во-первых, мы не на уроке в академии. Во-вторых, твоя душа куда грязнее моей, не правда ли? – Арион хорошо знал, на что именно можно сделать упор в разговоре. Понимал больные места людей. – Я ведь еще ничего такого не сделал. Люди просто боятся моей силы, боятся, что она приведет к другой власти. Им проще назвать меня преступником и настроить против меня всех людей, но правильно ли это? Почему они не считают тебя преступником? На твоих руках столько крови…

– Замолчи, – прервал его Брам. – Закрой свой рот!

– Грубовато для советника королевства, – присоединился к разговору Хоган. Он сделал несколько шагов вперед.

«Они и это знают, – подумал маг».

– Я бы на вашем месте не разбрасывался словами. Вы ведь понимаете, что по силе вы нам уступаете. Декан академии забыл, что такое драка, твоего друга с мечом мы испепелим за секунду, а ты долго не продержишься против четверых некромантов. Даже против одного, – сказал Хоган, намекая на Ариона.

И троица это понимала. Брам это осознавал прекрасно. Драки нужно было избежать, только удастся ли это сделать?

– Ну же, Брам, решайся, – надавил Арион.

– Решаться на что?

– Я ведь вижу, как ты сгораешь изнутри. Сердце стучит, глаза наполнились кровью, поджилки трясутся. Ты ведь хочешь нанести удар, но боишься. Сдерживаешь гнев, потому что боишься за своих друзей. Возможно, за себя тоже. Решайся, нужно ли выпускать огонь. Другого шанса может не подвернуться.

Каждое слово Ариона было для мага омерзительным. Правда очень часто таковой является.

– Нанеси удар, и мы примем дуэль. Обещаю, атаковать первыми мы не собираемся, – проговорил гвермонд, словно зачитывал правила поведения.

– Это еще почему?

– А зачем нам здесь драка? Мне незачем тебя убивать прямо здесь. Я хочу достойного соперника в настоящей битве. Хочу, чтобы ты видел то, к чему привела твоя псевдодобрая душа. Хочу, чтобы ты увидел, как будут страдать люди. А все потому, что ты когда-то освободил меня и верховного некроманта, нарушив законы. Ты должен будешь увидеть приход моей власти. Люди перестанут поклоняться вымышленному Лириану и начнут поклоняться мне. Я хочу, чтобы ты все это увидел, а уже после всего можешь умереть. Я сам тебя убью. Мне это доставит огромное наслаждение. Выбирай, Брам, один раз ты уже это сделал. Сделай же еще один выбор.

Молчание. Лишь ветер задувал в уши. Некроманты были спокойны, они держали ситуацию под контролем. Фаллард злобно сверкнул глазами, Брам уставился на Ариона и смотрел ему прямо в глаза. Морн держался за меч, он был готов к битве, хоть и неравной.

Чародей продолжал молчать, но этого было достаточно. Его ответ и так читался в глазах.

– Я так и думал, – пробурчал Хоган. – Кишка тонка. Только слова одни. Арион, решай ты.

– Я уже давно все решил и высказал. Мы отпустим их. Они должны увидеть наше представление полностью. Не каждому будет дано лицезреть мое восхождение, считайте, что я делаю для вас подарок. – Арион развернулся и отошел в сторону. Вместе с ним отошел и Хоган. – До встречи, – не оборачиваясь, крикнул гвермонд.

Троица осталась стоять неподвижно. Верховный некромант достал из мешочка порошок болотного цвета, кинул его на землю и провел над ним рукой, выделяя внутреннюю энергию. Порошок быстро распределился по земле, и из него начал вырастать портал. Самый настоящий портал, которым так издавна пользовались все некроманты, которым была подвластна такая магия.

– Уходят ведь, – опомнился Морн.

Брам продолжал стоять. Он лишь тихо произнес:

– Я знаю.

– Мы ничего не сделаем?

– А что мы можем сделать?

– Я разрублю двух ближайших некромантов одним ударом. Двумя, если не повезет.

– Не лезь, – спокойно сказал маг. – Тебе даже подойти к ним не удастся. Мы ничего не можем сделать, к сожалению.

Арион и Хоган зашли в образовавшийся портал. Они исчезли. За ними последовали двое других некромантов. Их тела также быстро исчезли. Портал закрылся.

– И это все? Легендарная встреча с Арионом состоялась и закончилась ничем? – ошеломленно спросил Морн.

– Мы ничего не могли сделать, – печально ответил Брам.

– Я согласен с ним, – после долгого молчания высказался Фаллард.

– Ладно, – успокоился Морн, – что же мы дальше будем делать?

– Корней нет, но не это страшно, – задумчиво ответил волшебник.

– А что же?

– Страшно то, что Арион и Хоган прознали о корнях. Я надеялся, что только это может дать нам шанс выиграть войну. Но есть и хорошие новости…

– Какие же? – удивился Фаллард.

– Корни существуют.

– С чего ты это взял?

– Иначе бы Арион не искал их. И уж точно не верховный некромант. Они бы не стали тратить свое время на выдумки. Корни существуют, и они еще их не нашли.

– Они ведь могли и обмануть нас, – сказал воин, подойдя к яме. Он взглянул в нее. Ничего, кроме почвы, там не было. – Могли забрать корни и уйти, соврав нам.

– Не думаю, что им есть смысл врать. Они вели честный разговор, хоть для меня это и показалось странным. Даже не напали на нас, как и обещали.

– Возможно, они что-то задумали. Может, испугались? – предположил лорд-декан.

– Нет. Они не могли испугаться нас. Шансов и, правда, не было. Такую битву мы бы проиграли.

– Тогда что же они задумали? – спросил Морн, отвернувшись от ямы. Его взгляд приковался к месту, где недавно был портал.

– Этого мы пока не знаем. – Брам поднял голову, словно хотел получить ответ от самого Лириана. – Зато мы понимаем, что корни нужно продолжать искать. Нельзя допустить, чтобы они получили их. Это будет означать проигрыш. Нужно искать и готовиться. Битва не за горами. Скоро наступит роковой день.

– А теперь? Куда мы? – вопросил декан.

– Дальше. Отправляемся в путь. Нужно узнать, где находятся корни. Я знаю, что ответ можно найти, вот только где?

И при этих словах путники побрели к своим лошадям.

Глава 7. Высокая башня

Дорога показалась им недолгой. Ровно до того момента, пока они не поняли, что двигались в неправильном направлении. Они гнали своих лошадей юго-западнее от дороги, куда должны были выйти. В итоге наездники оказались в гарнизоне, находившемся на границе Нюмелира и Снорвэала.

Погода здесь была холоднее обычного. Она везде уже была такой. Скоро вновь наступит зима. Возможно, Арион дожидался именно ее. Ведь оркам не страшен холод, как и не страшна жара. Никакие климатические условия не могли испортить жизнь единственным жителям пустыни.

Знамена Снорвэала – гарнизон находился здесь под эгидой их короля – словно плавали по воздуху. Их яркий фиолетовый цвет виднелся издалека.

– Передохнем здесь, – сказал Брам. – Передохнем, съедим чего, если угостят, да и выспимся.

– Снорвэал славится своей доброжелательностью, воспитанием и гостеприимством. Надеюсь, нас примут тепло и без проблем, – проговорил Морн, подгоняя свою лошадь.

– Если что пойдет не так, то можно всегда сообщить, что перед ними новый советник Владыки Фортавира.

Но никаких проблем у них не было. Путников спокойно пропустили внутрь гарнизона, предварительно осмотрев около ворот. Морн даже встретил одного старого знакомого, что значительно облегчило и ускорило процесс выяснения обстоятельств и целей вновь прибывших гостей.

Командир гарнизона ненадолго отлучился по делам, так что никаких важных приемов им не предстояло еще какое-то время. Друга Морна звали Фелантий. Фелантий Эорнелло. Довольно странное имя для человека, который являлся рядовым воином в гарнизоне на границе территорий. Так бы назвали человека из знатного семейства. О нем так часто и думали в его детстве, даже обращались с ним иногда иначе, думая, что он из хорошей семьи. Но родители его оказались обычными крестьянами с хорошей фантазией.

Фелантий провел их вглубь гарнизона, познакомил с несколькими своими товарищами, после чего отвел троицу в зал с большим камином, где они смогли отогреться после дороги, а затем достал немного еды, которая осталась после недавнего обеда.

– Что вас привело в наши края? – спросил он.

– Ответ зависит от того, насколько огромным пластом информации вы владеете в своем укрытии, – ответил Морн, тщательно пережевывая курицу.

– Мы сразу обо всем узнаем. Вы даже себе не представляете, сколько сейчас подготовок в гарнизоне. Вся эта война с Арионом… Мне кажется, что сама подготовка гораздо страшнее, чем настоящая битва.

– Тебе так только кажется, – заверил его Брам, медленно потягивая горячий чай. – На подготовке у тебя нет возможности умереть. Ее бояться не стоит.

– Что еще вы знаете? – спросил Фаллард.

– Орки. Недавно пришло письмо из крепости Гур-Мун, что орки смогли восстановиться. Из маленького общества превратились в целую армию, отстроили свой город.

Гарнизон был достаточно проинформирован, чтобы путники поведали об их путешествии. Морн рассказывал все, не утаивая мельчайшие подробности. Не забыл он упомянуть и о том, что Брама назначили советником Владыки. На лице Фелантия появилось удивление, но довольно скоро оно прошло. Уже не было сил удивляться всем вещам в мире. Место осталось лишь для печали.

Умолчал Морн только о корнях и о встрече с Арионом и Хоганом.

– Значит, близиться страшная война? – испуганно спросил Фелантий.

– Любая война страшна. Других просто не существует, – начал отвечать Брам. – Мы не знаем… никто не знает, к чему все это приведет. Но мы уверены, что Арион готовит свою армию. В скором времени они нанесут удар, остается лишь ждать.

– Мы готовы к удару, – уверенно произнес Фелантий.

– Нужно изучить своего врага. Мы же ничего не знаем о тактике Хогана и о силе Ариона. Мы не знаем, что они замышляют. К такому тяжело подготовиться с точки зрения тактики.

Они продолжали сидеть в зале, жадно поедая обед, хоть и немного остывший. Некоторое время они просидели молча. Компания изрядно устала от продолжительных разговоров о битвах и войнах. Им хотелось посидеть в тишине и спокойствии, наслаждаясь едой и звучным потрескиванием поленьев в камине.

– Скоро прибудет командир отряда, он захочет вас встретить. Думаю, ему будет интересно поговорить с самим советником Владыки Фортавира, – прервал тишину Фелантий.

– Если он вернется до нашего отъезда, то обязательно побеседуем, – ответил Фаллард.

– Мы надолго не задержимся, – продолжил Брам.

Когда они доели свой обед, снаружи, на улице, возле ворот прозвучал горн. Это гарнизон приветствовал своего предводителя. Люди за окном всполошились, забегали, сновали из одной стороны в другую, бежали к воротам. Горн завыл еще раз. А потом и еще, пока не прозвучал пять раз.

– Все-таки не избежать вам встречи, – ухмыльнувшись, заметил Фелантий.

– Что верно, то верно, – пробубнил Морн.

Через некоторое время дверь зала с грохотом распахнулась. Все четверо повернули свои головы, ожидая увидеть кого-нибудь из приближенных командира. Но на удивление в зал вошел сам глава гарнизона. Статный мужчина подошел ближе к ним. Его щеку украшал огромный шрам, полученный в бою. В самом же зале командир был похож на гиганта. Широкие плечи, огромная, словно скала, вздымающаяся грудь и рост примерно в два метра делали его вид по-настоящему устрашающим.

– Позвольте представиться, – прорычал он, остановившись перед путниками, – лорд-командующий Зафрин-Ун-Болем. Можно просто Зафрин. – Он заметил среди гостей Фелантия и начал сверлить его взглядом. Тот быстро понял, что ему здесь больше делать нечего, поэтому встал и молча двинулся к выходу.

Каждый из троицы поочередно представился, после чего лорд-командующий сел с ними за стол.

– Вы по какому-то делу прибыли в наш гарнизон? – уточнил он.

– Нет, просто проездом. Нужен был отдых нам и нашим лошадям. Сегодня же мы отправляемся обратно в королевство Мелвинген.

– Тогда у меня есть к вам разговор, советник Брамсвелл. – Зафрин оглядел присутствующих. Видимо, дожидаясь, что их оставят наедине.

– Мои верные спутники могут присутствовать при любом разговоре. У меня нет никаких тайн от них, – немного даже дерзко для себя ответил маг. – Говорите, что у вас.

– Да, конечно, – совершенно спокойно ответил лорд-командующий. Он не хотел никаких споров, а люди, прибывшие из крепости Гур-Мун, вызывали у него немного странный трепет. – Когда я вернулся в гарнизон, моя стража сразу же передала мне письмо, которое получили около часа назад, может больше. – Он остановился, словно хотел, чтобы его начали спрашивать сами, проявили интерес. А может, просто из-за испуга.

– Что за письмо? – все же спросил Брам, прервав затянувшуюся паузу.

– Крепость короля Бермингона Второго пала. Это на западе Враара.

– Орки?

– Судя по описанию – да.

– Враар… – задумчиво произнес чародей. – Это ведь так близко к…

– К Снорвэалу, советник. Думаю, скоро они перейдут границу, если уже этого не сделали.

– А за Снорвэалом уже и Мелвинген. Гур-Мун…– Брам замолчал, но нашел в себе силы продолжить: – Значит, Арион сделал свой ход. У них уже достаточно сил, чтобы напасть на нас. Скажите, лорд-командующий, та крепость во Врааре имела хорошую оборону?

– Уж точно лучше, чем в этом гарнизоне. Крепость огромная, не больше Гур-Муна, но все же большая. Армия была разбита полностью. Хоть письмо с предупреждением успели отправить.

– Приводите своих людей в полную боевую готовность. Это письмо нужно отправить лично Владыке Фортавиру.

– Непременно, – ответил Зафрин.

Путники, как и говорили ранее, надолго не задержались в гарнизоне. Еще немного побеседовав с лордом-командующим, они отправились дальше в путь. Морн, Брам и Фаллард еще раз поблагодарили Фелантия за радушный прием. Ведь не так часто встретишь людей, которые примут вас с таким теплом.

Грохот копыт раздавался по округе. Троице нужно было скакать прямо по границе Нюмелира и Снорвэала на юго-запад, пересечь границу королевства Мелвинген, а там уже и крепость была бы не за горами. Преодолев немалое расстояние, они сделали привал.

– Еще немного и мы прибудем, – сказал Морн, рассматривая долины впереди. Сейчас же они стояли в зарослях кустов, где решили передохнуть, чтобы никто их не мог заметить лишний раз.

– Не жалеешь, что поехал с нами? Стоит это потраченного времени? – обратился маг к лорду-декану.

– Ну, мы встретили самого Ариона. Думаю, это стоило того.

– Не говори «самого».

– Что?

– Не надо так отзываться об Арионе. Мы слишком сильным делаем его на словах, что только подкрепляет наш страх перед ним. К нему нужно относиться как к ничтожеству. Хотя бы мы должны убеждать в этом других. Иначе битва будет проиграна заранее.

– Ты самый мудрый маг, которого мне удавалось когда-либо встретить, – промямлил Фаллард, усаживаясь на землю. – Давайте уже перекусим.

Ели они не спеша. Костер разводить не стали. Брам уставился на бегающих муравьев на земле. Но не они его занимали, а его собственные мысли, которые не давали покоя ему уже долгое время. Корни, Арион, Хоган, некроманты, орки, первый удар противника. Война началась. Многое можно было обдумывать, но нужно было что-то решать. Радикальное и серьезное.

Морн перестал жевать еду, повернулся ухом к кустам и стал вслушиваться. Такое беспокойство заметил даже отвлеченный Брам.

– Что не так? – спросил он.

– Т-с-с, – услышал чародей в ответ.

Брам и Фаллард пытались прислушаться, но ничего не слышали. Морн отложил кусок хлеба и встал, чтобы оглядеться. Брам встал рядом с ним. За ними подскочил и лорд-декан. Шелест листвы, едва шевелящиеся кусты да деревья. Но ничего больше они увидеть не могли.

– Да что случилось-то? – завопил декан. Морн приложил свою ладонь к его рту. Еще никто никогда в жизни так элегантно не закрывал главе академии рот.

«Хорошо, помолчу, – согласился Фаллард у себя в голове».

В этот момент левый куст, стоявший довольно далеко от путников, зашевелился, а потом из него выскочил бугай, державший в руках секиру. Не разбойник и не королевская стража. Даже не браконьер. Нет, это был не человек.

Морн одним ловким движением выхватил свой меч и, крепко сжав его двумя руками, закричал:

– Орочьи лазутчики!

На них бежал самый настоящий орк. И он был не один. Где-то справа зашевелились еще пару кустов. Еще двое орков. Один – плохо, трое – худо.

Думать времени не было. Орки передвигались гораздо быстрее людей. Брам моментально повернулся к двум оркам, бежавшим справа. Он понимал, что остановить двух тварей будет логичнее. Фаллард ему поможет, а Морн займется одиночкой в другой стороне. Все так и вышло.

Маг замахал руками в воздухе, вырисовывая знак, чтобы временно оттолкнуть неприятеля. Фаллард, вспоминая все свои магические навыки, принялся выполнять что-то подобное. Он был магом стихии земли, а ее здесь было в достатке. Фаллард на секунду засомневался в себе, так как годами не практиковал свои способности. Позволительно ли такое для лорда-декана академии? Ни в коем случае. Но все мы делаем ошибки в жизни. Тем не менее декан верил, что навыки просто так не исчезают, и был в этом абсолютно прав.

Морн с криком ринулся на одиночного орка, который уже приблизился к путникам. Воин не стал выбирать тактику прямого контакта. Мериться силой с орком не стоило, Морн сразу бы проиграл. А вот парировать удары тяжелой секиры оказалось превосходным решением. Морн начал юлить вокруг орка, словно исполнял хитрый танец. Орк только и успевал замахиваться тяжеленным оружием, которое искрилось в свете слабого солнца при каждом взмахе. И хорошо, что оно мерцало, значит, металл еще не успел окропиться кровью.

Брам сделал сильный воздушный толчок. Двое орков отлетели назад. Ему пришлось использовать много силы. Слишком много силы, так как орки были чересчур тяжелыми созданиями. Временное замешательство противника дало им возможность обдумать следующий ход. Фаллард возвел руки, вырисовывая знак цепи. Почва под упавшими орками затряслась. А после из нее вылезло несколько земляных щупалец, которые связали валяющихся громил.

– Превосходно, – заметил Брам. Он даже и забыл, что Фаллард обладает магическими способностями. А видеть их в деле – одно удовольствие.

Морн исполнял пируэты. Орк крутился вокруг и продолжал наносить удары. После каждого опускания секиры земля дрожала, а трава взлетала в воздух. Но воину удалось проделать то, что он задумывал изначально. Заставить орка устать – дело не из легких. А вот сбить его с толку и воспользоваться этим – запросто. Морн начал подрезать ноги, кромсать бока противника мечом, хоть и не с первого раза получалось заставить их кровоточить. Кровь у орков, кстати говоря, не красная, а ближе к бордово-коричневому оттенку. Она сливалась с цветом их кожи, и не всегда можно было определить, ранен ли сам орк.

После долгих кружений и ранений, орк начал сдаваться. Он упал на колени, секира выпала из его рук и с грохотом опустилась на землю. Морн размахнулся и нанес свой последний удар, отрубив неприятелю голову. Он победил, но слишком устал от борьбы.

Брам и Фаллард лишь успели увидеть, как голова существа отлетела в сторону. За самой битвой они не наблюдали. Все трое повернулись в сторону оставшихся орков, которых сковала земля своими цепями. Товарищи с облегчением выдохнули. Они были довольны тем, что хотя бы с этими не придется биться. Но в этот момент орки смогли разорвать земляные путы. Даже представить было тяжело, какой силой должно обладать существо, чтобы проделать такое.

– Что будем делать? – успел произнести лорд-декан, пока орки вставали с земли.

– Ну, теперь у нас численный перевес, должны справиться, – ответил Брам, приготовившись нанести следующий удар.

Морн не спешил нападать, хоть по его выражению лица и было видно, что он готов ринуться в атаку. Но кружиться вокруг двух орков будет куда сложнее. Он не торопился. Для такой же тактики орков сначала нужно было разделить.

– Морн, возьмешь левого, правый наш, – сказал маг, выставив одну руку вперед, а вторую назад.

Орки наконец встали с земли, крепче ухватились за свои секиры и с ревом двинулись на троицу. Брам и Фаллард отбежали правее, чтобы орки разделились. Так и получилось. Они стали бежать дальше друг от друга. Это давало возможность Морну биться один на один.

Брам применил силу. Поднялся жуткий направленный ветер, вырвавший с корнем ближайшее дерево. Оно повалило орка, прижав его к земле. Фаллард не стал долго ждать, понимая, что враг и здесь справится со сковавшим его препятствием. Он применил одно из своих любимых заклятий, которое еще никогда его не подводило в битве.

Из земли вырвались колья, которые были тверже и острее стали. Удивительное свойство могла приобретать обычная земля, если на нее действовала магия. Они зависли в воздухе, а после направились в шею орка. Острые пики пронзили противника, словно несколько копий, вонзенные конниками. Орк еще некоторое время продолжал дергаться, но силы быстро покинули его.

Ход был за Морном, но ему не требовалась помощь. Он проделал что-то невероятное. Не каждый боец с мечом сможет похвастаться такой ловкостью, гибкостью и силой. Морн бежал прямо на орка. Приблизившись к нему, он сделал рывок, на одном колене проскользнул между ног, резко подскочил, оттолкнулся ногами и сделал сальто назад, запрыгнув орку на плечи. Меч пронзил врага насквозь, оказавшись параллельно орочьему хребту. Морн упал на землю рядом, сделал кувырок и стал наблюдать. Бугай стоял, покачиваясь из стороны в сторону, затем упал, издал своим ртом хриплый звук. Больше он ничего не говорил и не двигался.

Фаллард и Брам, заметившие такое мастерство, стояли ошеломленные от увиденного. Комментировать данную сцену не было необходимости.

– Удивительно, – шепотом сказал декан.

«Поразительно, – подумалось Браму».

– Ну вот, – сказал Морн, вытаскивая свой меч из орка. С железа даже не капала, а стекала кровь. – Делов-то… – Он задыхался от усталости. Казалось, что все позади.

Морн оторвал лоскут от своей одежды, чтобы протереть лезвие.

– И таких будет целая армия? – обеспокоился Фаллард.

– Часть этой армии уже добралась до наших земель. Нужно скорее возвращаться в Гур-Мун. Надо сообщить Фортавиру, что орки уже здесь. Больше у нас не осталось времени.

– Да, думаю, хватит нам здесь трапезничать.

Морн подошел к товарищам, посмотрел на них блеклым взглядом, скрывающим тревогу.

– Что-то не так? – поинтересовался волшебник.

Воин ничего не отвечал. Его кожа стала бледной, а глаза помутнели. Он осмотрел свою руку, на которой был сильный порез. Одна из секир смогла его задеть, только когда? Морн перевел взгляд на Фалларда и Брама и упал без сознания на землю.

– Что за черт?! – взревел Брам, наклонившись над Морном.

Лорд-декан схватил руку с раной и осмотрел ее.

– Яд, – проговорил он. – На секирах было отравляющее вещество.

– Яд?!

– Ему нужно к лекарям в Гур-Мун. Скорее, он долго не протянет, – подытожил Фаллард, пытаясь сохранить спокойствие.

Добраться до крепости им удалось без проблем. Если не считать того, что пришлось везти человека без сознания. Морн так и не пришел в себя в дороге, ни разу не открыл глаза. Маг лишь иногда проверял, дышал ли его товарищ и был ли у него пульс.

Воина сразу же приняли лекари, перенеся его в лечебное крыло. Они долго пыхтели и бегали вокруг больного, но он так и не приходил в себя. Браму и Фалларду не разрешали заходить еще несколько часов. Иногда из двери выходили лекари, но они безмолвно проходили мимо советника и декана. Брам боялся услышать самые плохие новости. Он даже представить себе не мог, если бы кто-нибудь сказал ему: «Нам жаль». Брам очень сильно привязался к Морну. И только в этот момент он понимал, насколько сильно.

Однако спустя время разрешили войти лишь одному. Зайдя в крыло, Брам быстрым шагом направился к постели Морна. Тот лежал, не двигаясь. Белая простыня мерно вздымалась на его груди. Морн дышал. Он еще жив. Никого больше рядом не было. Лекари куда-то удалились.

Брам сел на край кровати. Он смотрел на воина, но отводил взгляд, будто ему было стыдно за то, что он допустил его ранение. Он винил себя в случившемся.

– Надеюсь, ты меня слышишь. – В ответ лишь тишина.– Очнись, без тебя я не справлюсь. Не сейчас, друг, не сейчас.

В помещение вошел один из лекарей. Он подошел к койке, где сидел Брам.

– Как он? – спросил маг.

– Состояние стабильное. Яд не успел распространиться по всему телу. Самое важное – он не добрался до сердца.

– Он сразу же потерял сознание… я впервые такое вижу.

– Да, яд оказался сильным, но не безызвестным. В нашей лечебнице мы давно с таким не сталкивались, но противоядие осталось еще с самых давних времен.

– Он будет жить? – угрюмо спросил Брам.

– Да, без сомнения. Противоядие уже начало действовать. Процесс долгий, так что не ждите, что он ринется в бой на следующее утро. Восстановление займет время, и лучше вам не беспокоить лишний раз…

– Морна. Его зовут Морн, – подсказал советник.

– Да, верно. Морна не стоит беспокоить. Жить будет, так что переживать не стоит. Если бы вы его везли дольше, то, думаю, спасти бы его не удалось.

Брам пялился в пол, а потом посмотрел на накидку лекаря. Он заметил то, что никогда ему еще не бросалось так сильно в глаза. Знак лекарей. Большое дерево, с которого свисала огромная капля крови. В каждой лечебнице можно было встретить такой знак. На правом и на левом материках.

«Точно… Ведь… Да, это оно…»

– Скажите, – вновь начал Брам после недолгой паузы, – ваш знак… ведь это…

– Первое Древо, – закончил за него лекарь.

– Что вам о нем известно?

– Лишь то, что известно многим. Я бы сказал, всем.

– Но ваша лечебница хранит ведь книги, связанные со всем, что вы имеете?

– Совершенно верно.

– Значит, в них можно найти информацию о Первом Древе?

Лекарь сделал паузу, прежде чем ответить.

– Думаю, да.

Брам задумался. Он пытался подобрать правильные слова, построить правильные вопросы, чтобы получить только верные ответы. Ответы, которые приведут его к победам.

– Где находится ваша библиотека?

– Простите, в лечебнице нет библиотеки. Ближайшая находится в крепости Гур-Мун. Библиотека Владыки.

– Да, это я знаю. Я был в ней, – тоскливо промямлил Брам, не получив желаемого ответа. – Но вы сказали, что у вас есть книги… Правильно ли я понимаю, что ваши учебники и пособия в единственном экземпляре? Больше нигде нельзя найти ваши рукописи?

– Да. Все сокровенные знания и история записаны только у нас. Даже в других лечебницах вы не сможете их обнаружить.

– Так где же хранятся эти книги? – почти умоляюще спросил маг.

– В высокой башне. Посмотрите. – Лекарь указал в окно. В нем и правда виднелась высокая одинокая башня. – В ней они и хранятся. Башня Хозин.

– Хозин? – переспросил волшебник.

– Древний язык. На нем общались все целители. Сейчас почти все перевели на наш с вами язык, но многие названия остались на старый лад.

– И как переводится Хе… Хо…

– Хозин. Древо, советник. Это означает древо.

Сердце Брама учащенно забилось. Голова стала тяжелой, руки вспотели, а ноги словно онемели.

– Отведите меня туда, – сказал он.

– Не могу, советник. У обычных лекарей нет доступа в башню.

– У кого же он есть?

– У Верховного Целителя.

– Где он? – грубее надавил чародей. Разговор превращался в допрос.

– В самой башне и находится. Верховный Целитель является и хранителем. Провести я вас не могу. Он сам вас впустит, если посчитает нужным.

Брам кивнул. Его внимание привлекло шуршание возле двери. Ему показалось, что кто-то прислонялся к двери, кто-то подслушивал их разговор. Маг подскочил с кровати, поблагодарив лекаря, и направился к выходу. Выбежав в коридор, Брам осмотрелся. Фалларда нигде не было.

Глава 8. Меж гор златых

Сразу попасть в башню Браму не удалось. Ему пришлось присутствовать на собрании Владыки, где обсуждались важные вопросы обороны территорий. Но маг даже не вникал в смысл того, о чем говорили на этом самом собрании. Все его мысли были о башне. Ее величественный образ стоял у него перед глазами, мешая думать и смотреть.

Пару раз Владыка Фортавир сделал замечание чародею, но тот никак не реагировал. Лишь машинально извинялся и продолжал мечтать о башне. Он чувствовал нутром, что в ней лежит ответ. Ведь это было так просто. Можно было с легкостью догадаться. Ответ всегда рядом с нами, но мы ищем его слишком далеко. Нас не интересует наше окружение, человека вечно тянет на поиски нового и неизведанного.

– Заседание окончено!

Услышав это, Брам словно стрела пролетел мимо всех людей и очутился на улице. Он направился в башню. Ему даже в голову не приходило, что он мог ошибаться. Ему не верилось, что он мог допустить еще один промах. Нет, Верховный Лекарь поможет ему. Брам был свято уверен в этом.

Старый, кусками отваливающийся кирпич окружил волшебника, когда тот подошел к массивной двери башни. Брам схватился за дверной молоток – или кнокер, как их называли на правом материке – и громко постучал в дверь.

Никто не открывал, не было слышно и движения за дверью. Маг собирался стукнуть в дверь еще раз, как кто-то зашаркал ногами. Засов сдвинули, и дверь распахнулась.

– Ах, советник, приятно познакомиться.

Это был старец, но не такой, каким себе представлял его Брам. Старая и морщинистая кожа обтягивала стройное, подтянутое тело. Прямая осанка придавала изящества. Никакой длинной седой бороды не было. Лицо целителя было начисто выбрито.

«Всем бы так выглядеть в старости».

– Верховный Целитель… Я…

– Господин Брамсвелл, не стоит стоять в дверях, вы ведь пришли не просто для знакомства. Проходите. – Целитель отошел в сторону, пропуская своего гостя.

Внутри оказалось просторнее, чем можно было предположить. При входе было множество книжных шкафов и столов, сплошь заставленными растениями и склянками. На противоположной стороне башни начиналась винтовая лестница, тянувшаяся вверх. Туда и поднялся маг с целителем.

Наверху было уютно. Множество книг, рабочий стол и кровать. Видимо, это был одновременно и кабинет, и спальня. Верховный Целитель уселся за свой стол, Брам остался стоять. Второго стула здесь не было.

– Извините, советник, не часто оказываю встречи своим гостями здесь, наверху.

– Ничего страшного, я постою.

– Забыл представиться, меня зовут Йофтен. Не надо никаких «Верховный Целитель». Я молод и свеж, зовите меня по имени. – Улыбка растянулась на губах старика. Ему действительно хотелось быть моложе.

– Тогда для вас я просто Брамсвелл.

– Отлично, Брамсвелл, с каким вопросом вы ко мне пожаловали?

– Насколько мне известно, у вас есть древние книги, которых хранят очень ценные знания.

– Да, вы правы, и они вокруг нас. – Целитель окинул комнату взглядом. Не каждая библиотека могла похвастаться таким количеством книг.

– Расскажите, что вы знаете о Первом Древе? И о корнях.

– А-а-х, дорогой советник, прелюбопытными вещами интересуетесь. Думаю, о Древе вы знаете достаточно, возможно, больше моего. А вот о корнях я не могу вам ничего рассказать.

Брам не верил этим словам. Нет, нет, старик лгал, и он это чувствовал. Такого не могло быть!

– У вас растерянный вид, Брамсвелл. Не нужно теряться в мире из-за каждого слова. Я вам не расскажу о корнях, так как не изучал эту тему досконально, но за меня это может сделать книга.

– Так у вас есть книга о корнях? – с надеждой в голосе спросил Брам.

– Не именно о них, но в ней говорится о Древе и о корнях. О том, где они находятся. Если, конечно, записи не лгут.

У мага запульсировало в голове. Ответ. В башне был ответ, и Брам не ошибся. Наверное, впервые.

– Да-да. Вот же она. – Верховный Целитель схватил книгу, лежавшую на столе прямо перед ним. – Здесь все есть. – Он открыл книгу, почти сразу найдя нужное место.

Брам продолжал стоять. Ему не верилось в происходящее. Он следил за каждым движением старика, ища в них подвох, обман.

– Брамсвелл, скажу вам сразу, что речь здесь не совсем о корнях. Простите, если расстроил вас этими словами. Не хочу, чтобы этот счастливый блеск в ваших глазах угасал.

Маг проснулся после этих слов. Он понимал, насколько глупо выглядел со стороны. Словно ребенок, который ожидал чудо.

– Простите, Йофтен, о чем вы?

– Я о том, что здесь написано. Если верить древним преданиям, то месторасположение Первого Древа было забыто на многие годы. Корни обнаружить просто так было тяжело. Всю землю материка не вскопаешь. Но вот была одна тонкость, замеченная группой людей. У Первого Древа были особые листья. Они имели неординарную форму и цвет. Так вот в книге лишь указано, где видели последний опавший лист. Там должно было быть и само Древо. А точнее – корни.

– Но ведь листья могло унести ветром.

– Если опять же верить преданиям, то не могло. Древо обладало магическими свойствами, поэтому не поддавалось никаким стихиям. Листья падали сами по себе, как тяжелый металл, все животные и насекомые обходили Древо, не покушаясь на кору. Даже в холодные зимы оно цвело.

– Так что же в книге написано? – в нетерпении спросил чародей.

– Секунду. – Целитель повел пальцем по строкам, пытаясь найти подходящую строчку. – Вот, смотрите. – Он повернул книгу к магу, чтобы тому было легче прочесть всего две строки.

– Меж гор златых оно родится, пока наш враг хребта боится, – прочел Брам вслух.

– Это все, что я могу дать вам, советник. Извините, если не смог помочь.

Волшебник подумал немного. В голове было множество догадок. И тут его озарило. Ровное место. Долины. Фаллард, кажется, говорил об этом.

– Простите, что находится южнее королевства Мелвинген?

– Я думал, советник знает географию правого материка. Извиняюсь, это вовсе не важно. Ниже находится долина Эрингир.

– Долина. Меж гор златых. Хребта боится. А правее находится…

– Марумский хребет, – подсказал Йофтен.

«Хребта боится».

– Верховный Целитель, благодарю вас от имени всего королевства.

– Не стоит, советник, не стоит. Рад, что смог помочь вам.

Маг уже собирался уходить, но его пробрала одна мысль. Он остановился возле лестницы и обернулся к Йофтену.

– Простите, если лезу не в свое дело… Вы изучали эту книгу перед моим приходом? Вам даже искать ее не пришлось, она уже лежала на столе.

– Нет, не изучал. Просто сегодня какой-то день любознательных.

– Что вы имеете в виду?

– До вас приходил человек и тоже спрашивал о Древе и о корнях. Представляете? Вот ведь совпадения.

– Какой еще человек? – ошарашено спросил Брам.

– Честно говоря, не очень запомнил его имя.

– Может быть, вспомните, как он выглядел?

– На лица у меня память дурная. Вся голова забита лишь лекарствами, снадобьями да разными знаниями. Но я запомнил, кем он являлся. Собственно, по этой причине я и пустил его к себе в башню.

– И кем же?

– Декан. Это был лорд-декан академии.

К следующему утру боевой отряд начал подготовку к дороге. Брам отдал приказ собрать сильных бойцов, чтобы отправиться с ними в долину Эрингир. Рисковать одному ему больше не хотелось. Фаллард куда-то пропал, а Морн еще лежал в больнице.

Отряд состоял лишь из обычных воинов. Брать с собой боевых магов для такого дела было бы глупо. Фортавир бы сразу узнал об их вылазке. Брам старался тщательно скрыть этот факт, так как на пороге были войска противника. А выводить часть армии за пределы крепости… Все понимали, чем это может обернуться.

Отряд уже дожидался возле южных ворот. Они не были главными, поэтому воины привлекали не так много внимания, как могли бы. Самым последним к отряду присоединился сам чародей.

– Все на месте? – громко спросил он, начав мысленно пересчитывать отряд. – Хорошо, тогда отправляемся.

– Брам! – крикнули позади отряда, который уже развернулся к воротам. Маг узнал этот голос сразу.

К волшебнику подбежал не кто иной, как лорд-декан академии Гринштам.

– Где…

– Прости, знаю, исчез. Ты, наверно, думал, что я уже что-нибудь затеваю.

– Не знал, что думать. Но подозрения были. Где ты был?

– Брам, я слышал твой разговор в лечебном крыле. Догадался, что нужно обратиться к Верховному Целителю. Прости, что не предупредил, хоть и мог тебя подождать. Ты ведь сам понимаешь, что времени все меньше и меньше. Я посчитал, что Целитель может не пропустить тебя в башню. Он не всех пускает. Я наплел ему, что мне нужна информация в учебных целях. Я ведь лорд-декан академии все-таки.

Слова Фалларда вызывали двоякое чувство у мага. Ему казалось, что его обманывают, делают из него дурака. Но с другой стороны ему казалось, что он очень стал подозрительно ко всему относиться. Может, ему просто хотят помочь, а он боится этой самой помощи?

– Брам, ты не веришь мне, так? – спросил Фаллард. В его глазах читалась искренность.

Маг задумался. Чаша весов склонилась к тому, что нужно быть доверчивее.

– Верю. Я тебе верю.

– Здорово. Я не мог тебя найти, ты, верно, уже узнал о корнях? Читал те строки в башне? Меж гор златых…

– Да, я думаю это в долине Эрингир.

– Я тоже сразу об этом подумал. Там ведь и Марумский хребет недалеко.

– Мы отправляемся туда сейчас же, – оповестил Брам, посмотрев на свой отряд. – Ты с нами?

– Если найдется для меня лошадь, то обязательно.

– Конечно. Нет вопросов.

Брам отдал приказ, чтобы привели еще одну лошадь. Он был рад неожиданному появлению старого друга. В чужой компании всегда легче находиться, если среди них есть хоть один твой знакомый.

– В путь, – сказал маг, когда лошадь наконец привели.

Глава 9. Конец эпохи

Чистое голубое небо. Лишь редкие облака курились у вершин гор. Холмы, покрытые зеленью, словно мхом, окружали отряд. Где-то недалеко бурлила быстрая река, играя лежавшими на дне камнями. Протоптанные за годы дороги были сухими. Трава уже начинала тускнеть. Погода в этом году менялась странным образом. Сезоны уходили стремительно, но сейчас лето угасало медленно, сменяясь прохладными ветрами, темным небом и частыми дождями.

Долина Эрингир предстала перед путниками во всей своей красе. И это единственное, что радовало и успокаивало.

– Вот и долина, – произнес кто-то из отряда. – Советник, скажите, куда именно мы направляемся?

Брам задумался, не зная точного ответа. Долина на самом деле не была большой, поэтому пройти ее вдоль и поперек не составило бы труда. Все это можно было сделать меньше, чем за сутки. Но чародей понимал, что такой ответ не устроил бы матерых воинов, привыкших придерживаться четкого плана действий.

– Нужно взять западнее. Скоро мы прибудем на место, – громко объявил Брам, чтобы каждый член отряда смог услышать его слова.

Фаллард, ехавший верхом рядом с Брамом, сморщил лоб. Он попытался воздержаться, но все-таки очень тихо спросил:

– Мы ведь не знаем куда двигаемся, так?

Брам отрицательно покачал головой.

– Всю долину пройдем? – продолжил спрашивать лорд-декан.

– Она не такая большая, как кажется. Нужно найти идеально ровное место. Здесь везде холмики да кочки.

– Видимо, мы здесь надолго.

Отряд блуждал еще долгое время. Пришлось остановиться для отдыха, да и лошадям нужно было есть. Во время привала один из воинов поднялся на небольшой холм. Воины всегда оставляли одного или двух людей следить за окрестностями. Старая хорошая привычка бойцов.

– Вижу людей, – сообщил один из стражей на холме, чуть повысив голос.

Отряд подскочил разом. Брам вместе с Фаллардом побежали на холм. Вдалеке и, правда, находились люди. Целый отряд.

– Их не так-то и мало, – заметил Фаллард. – Похоже не разбойники.

– Здесь есть ближайшие крепости? Укрепления? Лагеря? Что-нибудь? – спросил Брам.

– Нет, – ответил один из воинов. – Долина Эрингир считается нейтральной территорией, и на ней не расположены военные укрепления.

– Тогда кто это может быть? – спросил декан ответившего солдата.

– Без понятия.

– Правители ближайших территорий отправляют разведывательные отряды?

– Обычно нет. Не могу сказать, кому и что тут понадобилось. Но я согласен с вами, – обратился воин к Фалларду. – Не похоже на разбойников. Они могут собираться в целый лагерь. Их может быть очень много. Но они никогда не выходят все вместе. Делятся в лагере на небольшие группы и идут грабить. Так можно украсть гораздо больше денег, если ходить не одной большой группой. Поэтому вариант про разбойников можно сразу отмести.

Сделанный вывод не утешал мага.

– Что прикажете делать, советник?

Брам оглянулся. Каждый из отряда ожидал его приказаний. Но команды не появлялись даже в голове самого чародея. Ему нечего было ответить.

– Может, не будем лишний раз тревожить незнакомцев? – спросил Фаллард.

– Хорошая идея, только нам нужно двигаться дальше, а они на нашем пути.

– Смотрите! – сказал все тот же воин, который первым заметил незнакомый отряд. Возможно, вражеский. – Они нам машут рукой!

Несколько силуэтов вдали действительно махали руками. Пустыми или нет – неизвестно.

– Приказания? – вновь повторил один из воинов.

– Седлайте коней, едем на встречу.

И отряд двинулся. Лошадей не спешили гнать вперед. Никто не собирался развивать большую скорость. Незнакомцы были все ближе и ближе. Вот уже начали виднеться их черные одеяния. Точнее мантии, как правильно заметил Брам.

– Не может этого быть, – сказал маг, смотря на вражеский отряд. Люди в мантиях выкапывали землю. Они применяли для этого магию вместо обычных лопат. Куски земли выбрасывались из неглубокой ямы, словно залп ярких искр, которые выпускали волшебники в небо в честь какого-нибудь праздника.

Отряд советника приблизился к людям в мантиях. Все воины, Брам и Фаллард спрыгнули с лошадей. Картина повторилась до боли знакомая.

– Не думал, что мы так скоро вновь увидимся.

Брам даже сразу и не заметил говорившего. Арион медленно вышел из толпы в точно таком же одеянии. Он сливался с отрядом. Потом Брам смог заметить и Хогана. Он, конечно же, стоял позади.

– Брам, а ты не так глуп, как я думал. Смог разгадать те строки из книги. Мастер был уверен, что ты не справишься.

Чародей понял, что мастером Арион называл Верховного Некроманта.

– Ты какой-то молчаливый, – продолжил гвермонд, – тогда был разговорчивее. Наверное, еще сильнее испугался моего отряда? Нас тогда было меньше, но там ты все равно испугался. Понимал, что не выиграешь. Твои воины тебе ведь и сейчас не помогут. Что они сделают с отрядом некромантов? Даже меч не успеют достать.

– Я тебя не боюсь, – коротко ответил Брам. – Мы вас не боимся.

– Ценю твою храбрость, Брам. Она отлично тебе послужила в тюрьме. Но благодарить все же не стану.

– Чего ты хочешь?

– Я? – удивленно спросил Арион. – Того же, что и ты, Брам. Я хочу получить корни. Выиграть войну. Стать Новым Богом… Я ведь сражаюсь не с тобой, а с самим Лирианом. Но я уверен, что тебе нужно кое-что еще. Что-то помимо того, что я уже назвал.

– О чем это ты еще? – недоумевал Брам.

– Ты хочешь получить ответы. Много ответов. Ведь они каждый день мучают тебя, терзают, не давая спать целыми ночами. А ответы ты никак не получаешь. Тебе было интересно, где мы, что мы делали, кто за нас сражается. Многое ты уже знаешь, и на многое ты получил ответы. Кстати, как тебе орки пустыни?

– Мерзкие твари, – злостно пробубнил Брам.

– Не стоит так про них. Как бы вы их не любили… но существа они более разумные, чем вы думаете. А лучше армии и не придумать.

Рядом с Хоганом встал еще один человек в одеянии. Брам даже не сразу узнал его, пока тот не заговорил:

– Давно не виделись. На чай зайти не желаешь?

– Спасибо, но одного раза вполне хватило, – ответил Брам старику Р. – Где же твое зверье?

– Какой-то ты грубый с ними. Ведь у них и имена есть, зачем же ты так? Мезира не любит, когда ей начинает хамить ее же обед.

Арион поднял руку, приказывая старику замолчать. Видимо, он не хотел, чтобы кто-то долго спорил с Брамом. У него самого был к нему разговор.

– Итак… – Арион зашагал в сторону, заложив руки за спину, словно преподаватель академии, который вел лекцию. – Ответь мне. Хочешь ты знать или нет? – Некроманты позади отряда продолжали раскапывать яму.

– Что хочу знать?

– Ответы, Брам, ответы. Ты ведь так желаешь их заполучить.

– Единственное, что я желаю, так это уничтожить тебя и всю твою армию. Все ответы, которые мне были нужны, я уже давно получил.

– Но ты не нашел корни. Разве ответ найден, если результата нет? Ну, ничего, скоро мы узнаем. Возможно, мастер правильно указал нам место. Честно признаюсь, без него было бы трудно отыскать его. Кстати, каково это быть каждый раз позади на шаг?

– Ты меня еще нигде не опережал, – жестко сказал Брам, сжав свои кулаки от напряжения. Он даже не заметил этого. Кулаки сжимались сами по себе.

– Ошибаешься. Очень сильно ошибаешься. Но если мы сейчас найдем здесь корни, то ты это увидишь. Будешь лицезреть, как мы делаем шаг вперед, пока ты стоишь на месте. Я даже рад, что ты прибыл сюда со своим отрядом. Благодарю. Мне это доставит преогромное удовольствие.

Брам молчал. Никто из его отряда не спешил доставать оружие, но все были явно напряжены. Они были готовы к битве, хоть и понимали, что в схватке с отрядом некромантов им не выжить. А биться против Ариона и Верховного Некроманта…

– Вернемся к ответам, – вновь оживился гвермонд.

– Каким еще ответам?

– Тебе ведь интересна еще одна вещь.

– Хватит говорить загадками.

– Тебе ведь интересно… – Арион остановился, прекратив ходить из одной стороны в другую. Он внимательно оглядел своего бывшего учителя. – Как мы все это узнаем.

– Что ты имеешь в виду?

– Откуда мы узнали про корни? Откуда мы узнаем про места? Мастер, конечно, великий человек, но записи целителей действительно существуют лишь в единственном экземпляре. Мы бы не смогли их достать.

– Вы хотите сказать…

– Почему мы не стали на вас нападать в прошлый раз? – продолжал напирать Арион.

Брам задумался. В тот день у них была веская причина. Но что их остановило? Они могли запросто убить его, Морна и…

– Прости, – промямлил Фаллард. – Так надо. – Лорд-декан зашагал в сторону отряда некромантов. Медленно, но уверенно он встал в их рядах.

Брам смотрел на него. Он просто ждал объяснений, хоть и не верил в их существование. Кроме глупости. В человеческую глупость, естественно, он верил.

– Брам, ты должен понять, что природа всегда создает более сильный вид. Он становится хищником, и тут ты либо примыкаешь к хищнику, либо становишься его добычей. Я выбрал первое.

И чародей получил свои ответы. Все сложилось в одну логическую цепочку. Шпион и информатор. Понять такое было просто человеку со стороны, но не тому, кто много лет доверял своему ближайшему товарищу. Своему другу. Такие предательства не всегда понимаются людьми. Да и не должны пониматься.

– Брам, я бы мог предложить тебе присоединиться к нам, – развел руки Арион, – но ты ведь понимаешь, что такое невозможно.

– Я никогда не присоединюсь к завоевателю. У меня есть свой дом, который я должен защищать. Становиться соратником того, кто хочет все уничтожить…

– Нет-нет. Во-первых, это невозможно, потому что я этого не позволю. Здесь твое желание ни при чем. Я хочу тебя видеть сражающимся против меня. Я хочу видеть твое падение. У нас ведь личные счеты, ты это помнишь? Во-вторых, я ничего не уничтожаю. Здесь ты совершаешь грубую ошибку. Пойми одну простую вещь, чтобы хоть что-то уничтожить, надо сначала это что-то отстроить. Никакой системы у людей нет. Глупые правители правят глупыми людьми. Я хочу это исправить раз и навсегда. Я строитель, Брам, а не разрушитель. Давно ты на правом материке? Небось уже забыл, какова жизнь на левом? Так ты вспомни. Там ведь разруха. Гнилые города, гнилые правители. Там все нужно начинать сначала. Допущено столько ошибок, что долго придется их исправлять. Но я знаю, как это сделать. Люди увидят результат, поймут, что во главе со мной жизнь станет лучше. Мы научим людей жить правильно.

– Вы хотите уничтожить жизнь людей в том виде, в каком она уже сформировалась. Уничтожить их быт, культуру, мировоззрение… Стоит ли это того? – Брам пожал плечами. – Вы уничтожаете поселения, ведете свое войско к главным крепостям, убиваете невинных людей… Разве мало той показательной казни, которую устроили твои чудовища в Фаувском углу?

– В той деревне… – начал Арион, но чародей его прервал.

– Нет. Не надо. Я не хочу слушать твои объяснения случившегося. Вы уничтожили поселение, убив невинных. Если это то, чего ты добиваешься, прикрываясь красивыми словами о прекрасной и новой жизни… Никто никогда не выберет такую жизнь. И я в том числе.

– Мне очень жаль, что ты не можешь понять простой истины. Очень жаль. Но, с другой стороны, я радуюсь. Мне нравится, что ты со своими убеждениями до последнего будешь стоять на противоположной стороне. Знаешь, ведь теперь Фаллард перешел к нам. Мне ничего не стоит убить весь ваш отряд прямо здесь. Но я вновь подарю тебе шанс на жизнь. Недолгую и жестокую, но ты сам выбрал свой путь.

Некроманты перестали колдовать над землей. Земля ровным холмиком возросла возле ямы. Арион обернулся, дожидаясь услышать результаты.

– Все готово, – проговорил один из некромантов. – Владыка, посмотрите.

«Его уже и Владыкой называют».

Гвермонд подошел ближе к яме, заглянул в нее. Он продолжал смотреть в нее, словно пытался разгадать ребус. Арион вытянул руку. Из земли начали подниматься куски корней. Они прилетели прямо в руку гвермонда, когда тот уже вовсю оскалил свои зубы от удовольствия. Блаженного удовольствия.

Арион развернулся и подошел к своему прежнему месту. В его руках были корни. Никаких сомнений.

– Шаг вперед. То, о чем я тебе говорил. Благодарю, что остался и досмотрел.

Лицо Брама исказилось. Он не верил в происходящее. Столько мучений, мечтаний и все напрасно. Его последняя надежда только что ушла от него. Надежда, подаренная сказками.

– Надеюсь, ты осознал, что это начало конца целой эпохи. И ты уйдешь вместе с нею.

Брам все молчал. Для него это действительно было концом. Ему хотелось просто уйти. Молча и безвозвратно. Уйти куда подальше, чтобы никто его больше не мог достать в этом мире. Но он продолжал стоять, не показывая своей слабости. Ведь сдаваться было рано, хоть он в это больше и не верил.

– Да-а. Узнаю этот взгляд. Чувство поражения. – Арион сжал корни в руках еще крепче, внимательно рассматривая их. – Невероятное чувство. Держать такую мощь в руках, да еще и мне, человеку с необычайной силой…

Арион не стеснялся говорить о своих возможностях. Это задевало еще больше, ведь он больше не был зазнавшимся учеником академии. Брам знал, что он не врет и не язвит. Гвермонд говорил правду, и спорить с ней было бы глупо.

– Кстати, – продолжил он, – раз уж мы заговорили о многом… Ты ведь уже в курсе, что у меня не только орки в армии?

– Что это значит? – воскликнул Брам с непонимающим видом.

– Орки и некроманты – сочетание интересное, но этого было бы недостаточно для разгромной победы.

– И что ты хочешь этим сказать?

– Что тебе пора получить и второй ответ.

– Какой еще ответ?

– О-о, я уверен, что тебя мучили мысли, что же происходило на Утесе, не так ли?

Брам совсем забыл об этом. А ведь долгое время этот вопрос и правда не выходил из его головы.

– Так ты хочешь услышать еще один ответ? Хочешь перестать оставаться в неведении?

Брам ничего не отвечал. Но ему хотелось. И ему было стыдно в этом признаться своему врагу.

– Знаю, что хочешь. Не скромничайте, учитель! Не всегда вы должны задавать вопросы. Порой вопросы начинают задавать и ученики. Страшно, когда у вас нет ответа? Страшно упасть лицом в грязь?

– Говори, – грозно вымолвил чародей.

– Ну вот, уже лучше. Хорошо, я отвечу. На Утесе мне нужно было заручиться поддержкой. Еще до привлечения орков в мои ряды. А теперь, – Арион сделал паузу, растягивая слово «теперь», – ты сам мне дашь ответ на свой же вопрос.

– У меня нет ответа. Я не знаю, о чем ты говоришь.

– Прекрасно знаешь. Ты ведь понимаешь, что мне нужны были сильнейшие воины. Не стал бы я просить моряков за меня заступиться. Давай! Думай своей головой.

У Брама появилась страшная мысль. Лишь догадка, но она ужаснее самых плохих мыслей.

– Произноси! – по-детски завопил Арион.

– Гл…

– Рад, что ты сам смог себе помочь. Глуры, Брам, глуры. Не забыл о них еще?

– Это невозможно.

– Это возможно, еще как возможно! – Арион засмеялся.

Брам наблюдал за своим соперником. Армия орков, некроманты, корни Первого Древа и, если гвермонд не врал, восставшая из мертвых армия глуров. Такое нельзя было победить. Не в этой жизни. Брам помнил саму войну против глуров. Он в ней участвовал. И это были очень тяжелые времена.

– Думаю, наш разговор подошел к концу, – заключил Арион.

– И ты вот так просто уйдешь? – вопросил Брам.

– А что мне еще делать? Убивать вас сейчас я не хочу, ведь вы должны увидеть падение своей империи. Погибнуть вместе с ней. А сейчас у меня еще множество важных дел. Да и корни в моих руках не должны оставаться простыми корнями.

– Ты соврал.

– По поводу чего, Брам? Уж расскажи, мне очень интересно.

– Глуры.

– Ты ведь уже знаешь о первом воскрешении. Знаешь, что это возможно. Что это мне под силу.

– То было одно создание, хоть и крупное. А здесь целая армия умершей расы.

– Ожившей, Брам. Теперь правильнее сказать ожившей расы. Это твое дело, верить этому или нет. Скоро вы узнаете о плодах моего труда. Скоро об этом все узнают.

Арион развернулся и пошел в сторону некромантов. В воздухе образовалось множество овалов – магические телепорты некромантов. Отряд гвермонда начал исчезать в них.

– Арион! – закричал Брам.

Гвермонд остановился прямо перед порталом, собираясь зайти в него.

– Если ты подойдешь ко мне и моему дому, я обещаю, что мои люди будут биться до конца, и мы не допустим, чтобы какой-то жалкий гвермонд захватил наши границы! Наш дом останется нашим домом! И так будет всегда!

– Рад, что твой настоящий голос прорезался, – шепнул себе под нос Арион и шагнул в портал.

Больше никого не осталось. Все некроманты телепортировались, включая Ариона, Хогана, старика Р и Фалларда. Возвращаться нужно было и самому Браму с его отрядом. В очередной раз в Гур-Мун. И опять с пустыми руками.

Глава 10. Велонтин

Ветер, накинувшийся на материк, пробирал до костей. Небо заволокли тучи, словно художник захотел закрасить голубые тона серым, мрачным цветом. Наверное, такое угрюмое настроение было у самого художника, то есть у Лириана.

По прибытии в Гур-Мун Брам счел нужным незамедлительно созвать совет. Нет, он не спешил выкладывать все то, что увидел в своем небольшом путешествии. Ему в принципе хотелось как можно лучше скрыть факт его вылазки с отрядом. Брам осознавал, что говорить о найденных Арионом корнях было категорически нельзя. Воеводы забили бы тревогу ил вообще захотели бы сдаться врагу. Да и сообщать такие вести целому совету было опасно. Слухи имеют ужасную привычку распространяться везде, где только можно. И было бы хорошо, если бы слухи распространялись в их первоначальном виде, а не изменялись каждый раз, искажая суть самих слов. Самым опасным оставалось то, что воины из отряда могли спокойно распространить информацию об увиденном.

Брам предупредил их, что то, что они видели, является секретной информацией и не подлежит распространению. Но кого это хоть когда-нибудь останавливало? Даже учитывая то, что отряд состоял из одних мужчин, не стоило забывать, что не только женщины являются самыми говорливыми существами в мире. Мужчины треплются не меньше их, как бы эта правда не задевала чьи-то чувства.

Владыка Фортавир разрешил провести собрание, назначив его на полдень. Всю ответственность Глава королевства переложил на Брама, посчитав, что если тому что и нужно, то пусть сам и решает все свои вопросы. Прозвучало это из его уст довольно странно и нелогично, учитывая то, что война касалась всех.

В зале довольно быстро собрались все участники. Одним из первых явился сам Фортавир, что вызвало некие подозрения. Владыка обычно появлялся позже остальных. Но на войне или перед ней люди начинали вести себя по-другому.

Фортавир объявил начало собрания и сразу же передал слово магу, которому уже не терпелось выступить.

– Уважаемые участники собрания, – начал он серьезным тоном. Голос его звучал грубее обычного. – Война уже на пороге. Я понимаю, что мы твердили это и на других наших собраниях, когда еще только обсуждали, где же могут быть Хоган и Арион. Теперь мы знаем гораздо больше. Знаем, где они обосновались. Я говорю, что война уже на пороге, потому что лично убедился в том, что враг уже подошел к нашим границам. Мы все убедились, что их армия готова к сражениям. Враг наступает. И с каждой минутой он все ближе. – Брам замолчал, задумавшись. Стоило ли скрывать правду? – Недавно на границе Снорвэала были замечены орочьи лазутчики. Никто не знает, как близко подобрались их войска, но они уже…

– Простите, – перебил мага один из воевод. Его звали Гаулин, он был сыном знаменитого полководца. – Боюсь, что мы знаем, где их армия. До начала собрания мы получили письмо, где говорится, что армия орков уже подошла к границе Враара. Также есть сведения о клубах черного дыма. Видимо, они подожгли лес.

– Вместе с деревней Затравак? – спросил другой участник совета.

– Скорее всего, – ответил Гаулин.

«Черный шаман пришел в другом обличии».

– Значит, они движутся в Снорвэал, если они еще не достигли его, – высказался Владыка. – Брамсвелл, что вам еще известно? Докладывайте.

Маг немного задумался. Кажется, настал момент, когда пора прекращать вранье. Нужно было сказать то, что он узнал.

– Возможно, у Ариона в армии не только орки.

– Кто же еще?

– Гл… – Брам замялся. – Глуры.

Тишина. А потом оглушительный хохот.

Владыка быстро прервал начавшийся шум и внимательно посмотрел на чародея.

– И как это понимать?

– Я не уверен, что это правда, Владыка, но есть такая информация…

– Хочу вам напомнить, Брамсвелл, что раса глуров давно погибла. Их тела погребены на дне Карантового моря. Вспомнили? Или вам помочь?

– Владыка, просите, я прекрасно все помню, но нельзя исключать варианта, что Арион смог воскресить мертвую расу.

Снова смех. В этот раз засмеялся и сам Владыка. Но его веселье быстро превратилось в скрытый гнев. Но Брам решил не сдаваться:

– Я понимаю, что все это звучит как абсурд, но ведь одно древнее создание Ариону уже удалось воскресить. Мы не знаем его силы. Ведь с помощью некромантов и Хогана он действительно мог попробовать провернуть что-нибудь подобное.

– Пожалуй, я всерьез подумаю над тем, оставлять ли вас моим советником. Может быть, вы еще и скажете, кто вам предоставил такую милую информацию? Случайно не пьянчуги из ближайшей таверны? Очень похоже на их рассказы. Хотя нет, постойте, даже они так сильно не напиваются. – Эти слова Владыки вызвали еще более бурную реакцию. Вся речь Брама превратилась в выступление придворного шута.

– Арион, – резко ответил он.

– Что?

– Это мне сказал Арион, я с ним недавно виделся.

А вот теперь настал черед молчаливого изумления. Имя гвермонда вообще в последнее время вызывало бурный интерес. Любого, кто произносил его, начинали слушать очень внимательно.

– Видимо, мы вас не очень хорошо поняли, советник, попробуйте еще раз, – твердо сказал Фортавир.

– Недавно… вместе с отрядом… я совершил путешествие за пределы нашего королевства. Характер был исключительно разведывательный, – соврал Брам, понимая, что такая ложь вряд ли воспримется участниками совета. Все знали, что для такого дела отправляют группу профессиональных разведчиков. – Там мы натолкнулись на отряд некромантов во главе с Хоганом и Арионом.

– И вы с ними мило побеседовали, вместо того, чтобы попробовать убить? – Тон Владыки наполнялся ненавистью.

– Владыка Фортавир, поймите правильно, ничего другого мы сделать не могли. Весь мой отряд погиб бы. Я бы не смог один противостоять целому отряду некромантов, а также гвермонду и верховному некроманту. Мне это не под силу, как и каждому в этом мире.

– И вы просто стали разговаривать по душам?

– Больше ничего не оставалось.

– И Арион рассказал вам о глурах?

– Да.

– Он мог соврать. Да и с чего ему говорить вам о своей армии. Глупость какая. Что еще он вам сказал?

– Ничего. Он оставил нас в живых, так как хочет, чтобы мы наблюдали за падением всего мира, который мы создали.

– Напыщенный тюфяк! – взревел Владыка. – Чего удумал! Падение! Да я лично размажу этого выскочку!

И все же Брам умолчал о корнях. Не нужно было знать об этом совету.

– Что прикажете делать, Владыка? – снова вступил в разговор Гаулин, не побоявшись владыческого гнева.

– Обороняться. Если орки на границе Враара… Они идут в Снорвэал. Там есть лишь одна крепость, которая сравнится с Гур-Муном. Она наш последний оплот. Врагу нельзя пройти ее.

Все присутствующие знали, о чем говорил Владыка. Крепость Велонтин.

– Нужно подготовиться и переправить часть войск в крепость Снорвэала. Гаулин, Фокси, Хамерсфил, подготовьте отряды. Нужно успеть до появления орков в Велонтине. Не допустим, чтобы они прорвали нашу оборону и дошли до крепости Гур-Мун. Нет. Не допустим, чтобы они добрались до границы королевства Мелвинген.

– Будет сделано, Владыка, – хором отозвались воеводы.

– Брамсвелл, – обратился Фортавир к волшебнику, смягчив свой тон, – соберите боевых магов. Там нам понадобятся все силы, чтобы разгромить врага.

– Как прикажете, Владыка.

– И еще…

– Да?

– Это все? Арион больше ничего не говорил? Что его отряд вообще делал вблизи королевства? Или вы забрели слишком далеко?

– Нет, не далеко, Владыка. Не могу знать, что они делали. Но больше Арион ничего мне не сказал.

– Очень надеюсь, что это правда, Брамсвелл. Очень надеюсь…

– Я бы не стал вас обманывать, – еще раз соврал маг, словно хотел в этом убедить самого себя.

Наступило раннее морозное утро. Люди здесь просыпались довольно рано и вовсю расхаживали по улицам. Но в этот день все было иначе. Брам называл это военной хандрой. Долгий, бесконечно длящийся момент подготовки к битве. К войне. Воины отрядами проходили мимо домов. Люди забегали обратно в свои норы, прятали детей. Многие начинали молиться Лириану, понимая, к чему ведет такая подготовка. Молились они в первую очередь за себя, а уж потом за армию, шедшую на смерть. Следовало, конечно же, делать наоборот.

Где-то над крепостью звучал горн. Птицы отвечали истошными криками. От военного марша содрогались стены. Так начиналась любая война. Еще без смертей и жестокости, но уже чересчур нагнетая обстановку. Боялись даже дворовые собаки, которые не должны были понимать происходящего. Но они то и дело поскуливали да прятались в конуру.

Брам провожал взглядом небольшой отряд боевых магов. Большую часть волшебников пришлось оставить в Гур-Муне по приказу самого Владыки. Была бы воля Брамсвелла, он бы отправил всех.

Начался противный мелкий дождь.

«Рано. Слишком рано, – подумалось чародею». Дождь должен был начаться после битвы для того, чтобы смыть кровь с поля боя. Такую простую истину понимал каждый человек или гвермонд, который был на войне.

– Ты-то собираешься идти?

Брам обернулся и уставился на своего друга.

– Морн!

– А ты кого ожидал увидеть?

– Я думал, что ты еще в лечебнице лежишь.

– Хотели оставить еще на пару дней, но все перестают соблюдать правила, когда начинается война. Я этим воспользовался.

– Как самочувствие? – поинтересовался Брам.

– Хорошо, хотя бывало и лучше. Устал только лежать на этой проклятой койке. Пора двигаться.

– Рад, что тебе лучше. – Брам обнял Морна.

– Ну ладно, друг мой, хватит любезностей, – сказал Морн, обняв своего приятеля еще крепче.

Они отпустили друг друга и застыли в изумлении.

– Так что ты…

– Собираюсь делать? – опередил вопрос воин. – Друг, я иду с тобой на войну. Ты ведь не решил остаться в Гур-Муне, верно?

– Нет, я иду с войском.

– Вот и отлично. Не мог же я тебя бросить в самый ответственный момент. Будем сражаться плечом к плечу. Да и отомстить этим оркам охота. Порезали меня, ядом отравили… Надо же…

– Ты с этим аккуратнее. А то порежут еще раз. Только там нам не удастся довезти тебя до лечебного крыла.

– А разве его нет в крепости Велонтин?

– Есть, но там будет столько раненых… Думаю, тебе не хватит места.

– А если орки вообще не пойдут на Велонтин, что тогда?

– Тогда мы окажемся в такой плачевной ситуации… хоть вешайся.

– Кстати… – вздохнул Морн. – В лечебном крыле я слышал о Фалларде… Это правда?

– Предательства иногда приходят оттуда, откуда ты их совсем не ждешь.

– Жаль. А ведь лорд-декан академии! Светило науки. Интересно, что его заставило перейти на сторону гвермонда?

– Не знаю, – пожал плечами волшебник, – думаю, чувство уверенности в силе Ариона. Фаллард прекрасно понимает, что мы сейчас ему уступаем. А учитывая то, что он смог собрать такую армию… Если к оркам еще присоединятся глуры…

– Да, слышал об этом тоже. Даже не представляешь сколько можно сплетней узнать в лечебном крыле. Эти лекари не умеют утаивать рассказы, которые услышали случайно. Так ты веришь, что Ариону удалось воскресить целую армию глуров? Звучит глупо, наверное.

– Не глупо, а страшно. Верить в это не хочется, но я понимаю, что это может оказаться правдой. Мы даже боимся поверить в подобное предположение.

– Глуры, орки, некроманты. Это означает поражение в битве, не так ли? – спросил Морн, хотя сам знал ответ на свой вопрос.

– Не в битве. В войне.

– Тогда проиграем ее достойно, защищая свой дом.

– Так и сделаем, – ответил Брам. И они вдвоем отправились следом за последним уходящим отрядом.

До крепости Велонтин путь составил три дня и три ночи. Войско подбадривало себя песнями, шутками и прочими забавами во время небольших остановок. А как было иначе? Нельзя было серьезно относиться к тому, чем они занимались. Многие знали, что погибнут. Оставалось одно – потешить себя перед смертью.

Наконец вдалеке показались белоснежные башни крепости. Велонтин выглядел как белый павлин среди поля. Огромные белокаменные стены встречали армию Фортавира. За стенами зазвучали горны. Массивные врата открылись перед войском.

Их ждали. Последняя надежда пришла. Только не зря ли? Оставалось лишь ждать, чтобы понять, придут орки с желанием сокрушить крепость Велонтин или нет.

Командиры отрядов начали выкрикивать приказания, выстраивая свои войска. Кто отправился на стену, кто стал сторожить врата, а кто просто сидел в оружейной и проверял каждый меч, щит и доспех.

Боевые маги наравне с лучниками отправились на стену. Брам с Морном двинулись навстречу к королю крепости. Берзенджин Четветый. Человек преклонного возраста, но очень мудрый, как правитель. Мудрость, к сожалению, можно было приписать не каждому старику. Лично для себя Брам делил это понятие на две категории – мудрость возрастная и мудрость интеллектуальная. Первая всегда проигрывала второй. Возрастная мудрость набиралась с прожитыми годами, но только в том случае, если человек умел понимать уроки прошлого. Хотя бы делать логические умозаключения. Такое, опять же, было не всем под силу. А вот мудрость интеллектуальная заключалась в развитии своего ума. В просвещении. Обладая ею, человек мог быть гораздо умнее многих даже в пятнадцать лет. А в сочетании с первым получалось нечто необычное – Человек Разумный.

Брам и Морн остановили своих лошадей перед королем, вышедшим на площадь. Они спрыгнули с седел, поклонились.

– Спасибо, что пришли к нам на помощь, – громко изрек Берзенджин.

Советник и воин поднялись с колен. Перед ними действительно стоял пожилой мужчина, походивший скорее на хранителя библиотеки или старого чародея. А его голову украшала корона, что являлось редкостью. Короны королей канули в лету вместе с посохами волшебников. Ее вид заставлял приковывать к себе взгляд. Берзенджин Четвертый был королем «тех времен». Но это не умиляло и не смешило, а скорее наоборот, вызывало чувство глубокого уважения.

– Приветствую вас от лица Владыки Фортавира, – проговорил Брам. Морн лишь еще раз склонил голову.

– А вы, господин, являете собой советника Владыкия? – Король даже разговаривал на старый манер. Ни Брам, ни Морн не знали, в каком году видоизменилось слово «Владыкий».

– Именно так. Новый советник Владыки Фортавира, – уточнил чародей.

– Яс и ветхого не знал.

Неловкая пауза продлилась недолго.

– Что ж, Владыкий не предстал самому?

– Нет, он остался в крепости Гур-Мун, – ответил Брам, поняв сказанное королем.

– Ево воля Владыкья, – заключил Берзенджин. – Расположайтесь. – Король ушел в сопровождении стражи.

Брам и Морн переглянулись. Они поняли друг друга без слов.

Началось томительное ожидание. Если орки были на границе Враава, когда войско Фортавира еще было в Мелвингене, то, по подсчетам, они вот-вот должны прийти. Волшебник был уверен, что осада должна состояться. Все были в этом уверены. Было бы глупо захватывать власть, не напав на крепость Велонтин. Она играла роль очень важной стратегической точки на карте.

Наступала первая ночь. В Снорвэале погода никак не отличалась от той, какую они застали в Гур-Муне. Возможно, было немного холоднее. Брам стоял на одной из стен, когда к нему поднялся Морн.

– Как обстановка? – спросил воин.

– Тихо. Никого. Как думаешь, орки предпочитают ночью идти на штурм или рано утром?

– А какая им разница? Им плевать на погоду и на время суток. Они хорошо видят днем и точно также хорошо видят ночью. Самое страшное, что это раса без логики. Зная врага, всегда можно проследить за тактикой, ходом мыслей. А орки просто идут и разрушают. Предугадать действия такого врага невозможно.

– Ими, наверное, будет управлять Арион.

– Не думаю. Максимум он сможет отправить их в бой, а вот управлять ими во время битвы… Нет. Даже ему такое не удастся. Да и не думаю, что в это наступление он пойдет вместе с орками.

– Считаешь, что это будет пробная атака? – спросил Брам, потирая свои руки от холода.

– Да. Может, он вообще думает, что хватит лишь этой части его армии, чтобы уничтожить Велонтин. Может, он не будет знать, что Фортавир отправил часть своих войск на помощь. Никто не знает, что произойдет, и как все будет.

Ветер затих. Трава в поле перестала шуметь, дозорные на стенах ни о чем не разговаривали, даже звук потрескивающего огня куда-то пропал.

Наступило затишье.

– Утром, – тихо произнес Морн.

– Что утром?

– Утром они придут. Начнется осада крепости.

– С чего такая уверенность?

– Я это чувствую, – ответил Морн, посмотрев на Брама. – Ты хороший человек и замечательный друг.

– Ты тоже, – тоскливо сказал маг. Видимо, с ним прощались. И это его испугало.

Наступило утро. Появился первый свет. Солнца не было видно, на улице просто становилось светлее. Тишину нарушали лишь колышущиеся знамена крепости Велонтин и Гур-Мун.

Брам почти не спал. Он сомкнул глаза всего на пару часов, но ему показалось, что и этого было достаточно. Морн был уже бодрым. Он присел рядом с магом и предложил ему поесть. Тот отказался. Ему было не до еды. Они сидели молча. Им больше не хотелось обсуждать ни войну, ни планы. Минута расслабленности – вот чего им действительно не хватало в последнее время.

Со стены зазвучал горн. Брам с отчаянием посмотрел на Морна.

– Видимо, я был прав, – сказал воин, вскакивая со своего места.

Они вдвоем выбежали на улицу и помчались прямиком на стену. Маг встал, прищурился и увидел вдалеке небольшое пятно, которое разрасталось с приближением.

– И все-таки я был прав, – повторил Морн.

– Хоть где-то мы смогли опередить Ариона, – сказал волшебник.

И тут началось. Воины забегали по крепости. Лучники вместе с боевыми магами занимали свои позиции на стене. Ворота заперли так, чтобы врагу потребовалось минимум минут десять, а то и пятнадцать, чтобы пробить их тараном. Каждая секунда в сражении была на вес золота. Крепость полностью была готова к обороне.

Где-то на площади бегал король (удивительно, что он мог еще бегать!) и выкрикивал команды. Воины уже успели разобрать оружие. Детей, стариков и женщин увели в укромное место. Правда, если у врага получится взять крепость, то их там никто не спасет.

Армия орков подбиралась все ближе.

– Советник!

Брам обернулся и увидел короля, стоявшего внизу.

– Слушаю вас! – крикнул маг в ответ.

– Верховите стéною! – Что означало «берите командование стеной на себя».

– Будет сделано!

– Ну и на чудном же он языке говорит, – заметил Морн, когда Берзенджин удалился.

– Не чудном, а устаревшем, – строго заметил маг. Подумав, он добавил: – Хотя сейчас он звучит довольно чудно, согласен с тобой.

Орки были настолько близко, что можно было увидеть их жуткие морды. Абсолютно дикая раса, которая вызывала у многих вопросы. Почему их вообще создал Великий Лириан?

Однако не было видно, чтобы кто-то шел во главе с орками. Ни Ариона, ни некромантов, ни глуров. Да и армия у них была хоть и большая, но не верилось, что это все силы, собранные гвермондом.

– Приготовиться! – крикнул маг во все горло.

Лучники достали стрелы, положили их в удобную позицию и натянули тетиву, прицелившись в захватчика. Боевые маги сконцентрировали свою внутреннюю силу в руках. Кто-то чертил символы в воздухе, а кто-то просто стал ждать удобного случая, чтобы выплеснуть свою энергию. При защите со стены обычно использовали огненные шары.

– Я вам на стене не пригожусь, – сказал Морн, достав свой меч. – Ладно, надеюсь, мы еще увидимся, – добавил он и побежал вниз по лестнице, к вратам.

– Надеюсь, – ответил маг вслух, но его никто не услышал. – Не стрелять! – громко скомандовал он.

Жутко, когда ты участвуешь в войне. Еще хуже, когда ты живешь в мире, мечтая к ней не возвращаться. Но жизнь порой оказывается чередой подвохов, иронии и несбывшихся надежд.

Армия орков остановилась перед главными вратами. Их строй не был похож на военный. Они просто стояли толпой, ожидая чьего-то приказа к атаке. Свои орудия они стискивали так, будто хотели переломить секиры и дубины пополам. Орки скалили зубы, показывая свои длинные клыки. С них капали слюни. Убивать людей для них была точно такая же забава, как для людей убивать кроликов ради обеда. Это походило на обычную охоту, только жертва будет яростно защищаться и атаковать в ответ.

В крепости услышали орочий вопль. Говорившего даже не было видно. Возможно, кричал один из обычных воинов в их рядах. Тем не менее этот вопль оказался призывом к атаке.

Армия гвермонда ринулась вперед.

До врат они добрались быстро, Брам даже не успел сообразить, когда ему нужно было ударить со стены. Орки начали бить по воротам. Среди рядов чудовищ виднелся приближающийся таран. Если так пойдет дело, то оборону смогут пробить быстро.

– Ого-о-о-нь! – ревел Брам, надрывая глотку.

Облако стрел и огненных шаров накрыло орков. Многие упали замертво, кто-то бегал, охваченный огнем. Часть армии около ворот знатно поредела, но на замену мертвым сразу же прибегали новые воины.

– Перезаряжай! – продолжал кричать маг. – Огонь! Огонь! Огонь!

И тут начали падать воины крепости со стены. Их тела переваливались уже мертвыми. Сначала Браму показалось, что орки тоже начали использовать стрелы, чтобы облегчить подступление к вратам. Но эти монстры никогда не использовали луки. В лучников и боевых магов начали попадать маленькие топоры. Кому рассекало голову, а кому грудь. Некоторые оставались лежать на стене, с торчавшим из них топором.

– Не прекращать огонь! – вновь закричал Брам, чертя символ ветряного контроля. Чародею удалось поднять в воздух один из булыжников для строительства, который лежал в пределах крепости, и отправил его во врага. Катапульт в крепости не оказалось, поэтому пришлось обходиться магией.

Таран медленно, но верно достиг ворот. Раздался оглушительный удар. Стены затряслись. Воины крепости были готовы встретить прорвавшегося врага у врат, но мало кто понимал, насколько тяжело будет сдерживать натиск.

И тут Брам увидел два отряда, шедших с левой стороны и с правой от захватчика. Видимо, им отдали приказы выйти из северных и южных ворот. Врага там не было. Морн и здесь вновь оказался прав. Такой противник не обладает логикой и тактикой. Орки безжалостно ломились в главные восточные ворота, оставив остальные без присмотра.

Воины крепости зажимали врага с двух сторон. Слишком рискованно было биться с таким врагом, столкнувшись армиями, но и нельзя было оставлять врата, дожидаясь, пока враг не проломит себе путь.

Две армии схлестнулись. Орки полностью отвлеклись от ворот.

– Прекратить огонь! – выкрикнул Брам, наблюдая за битвой.

Жуткая сцена развернулась перед крепостью. Доспехи казались неким мягким материалом. Оружие прорубало их, словно нож, вонзающийся в масло. Кровь потекла по земле, образовывая маленькие реки и озера. Крики отважных защитников перемешивались с истошными воплями раненых бойцов. Те, кто умирал сразу, были счастливчиками. Терпеть мучения, лежа на земле и истекая кровью, было невыносимо. Чаще всего, даже если воин и оставался жив, то тяжелые орочьи ноги раздавливали погибающих. С хрустом, треском и хлюпающими звуками.

Брам впервые видел подобную жестокость. Да, он участвовал в войне и наблюдал множество смертей. Но они были другими. Война с глурами проходила в основном на дальнем расстоянии. Видеть смерти, причиненные магией и стрелами – дело иное. А вот кровавое месиво, что предстало перед крепостью, было ужасающим.

Даже тайный отряд по уничтожению валунских гвермондов применял исключительно магию. Как ни странно, но такая смерть казалась совсем другой. Более безобидной, что ли, как бы смешно не звучал этот парадокс.

Армия орков уменьшалась, но не проигрывала. А вот воины крепости вне пределов Велонтина почти все погибли. Они отдали свои жизни не зря. Этот бой мог перевернуть ход битвы.

– Огонь! – закричал Брам, когда остались одни лишь орки, направляющиеся к воротам.

И снова шквал огня и стрел накрыл армию чудищ. Стены вновь начали содрогаться. Пять ударов, десять. Где-то на тринадцатом ворота стали сдаваться. Появилась первая брешь, через которую было видно орочьи морды. Еще один удар. Дыра стала больше. Еще два удара. Врата распахнулись, и войско Ариона хлынуло быстрым потоком в саму крепость. Лучники побросали свое оружие и выхватили клинки. Они побежали вниз на помощь воинам. Видимо, им заранее отдали такой приказ. Боевые маги развернулись и стали помогать. Не все из них спешили спускаться вниз. Брам побежал самым первым из всех волшебников.

Прозвучало трехкратное «давитель». Брамсвелл не понял, о чем кричали воеводы, но потом все увидел своими глазами. Напротив главных врат возвышалась белая башня, где на расстоянии метров четырех от земли была довольно крупная деревянная дверь, скорее напоминавшая вход в ангар.

Дверь открылась, и из нее выкатился огромный круглый булыжник идеальной формы. Он упал на землю, разбив брусчатку площади, но не сломался сам. Шар покатился дальше по направлению к вратам. «Давитель» был приведен в действие. Воины крепости по возможности отбегали в сторону. Шар продолжал свое движение. Не все орки успевали отскочить или просто даже заметить катящееся на них нечто. Он докатился до ворот, оставив под собой десяток орков, и застрял прямо в проеме. Часть орков осталась в крепости. Остальные же не могли попасть внутрь, требовалось отодвинуть шар.

Им это удалось легко, но время было выиграно. Тех, кто остался внутри, удалось перебить. Пока остальные пытались прорвать укрепление, пропихивая шар обратно, боевые маги продолжали атаковать со стены. К сожалению, многие из магов погибли на стене, держа оборону.

Брам заметил во всей этой суматохе Морна. Тот бился до последнего, ни на секунду не отступая, чтобы передохнуть. Все его лицо и одежда были залиты кровью. Среди этого выделялись только белки глаз. Они словно светились белым пламенем.

Морн рванул на одного из орков. Начал выполнять пируэты вокруг него. Победа над очередным орком досталась ему легко, только он не заметил приближающегося со спины чудовища. Брам успел среагировать, ударил мощным потоком воздуха, а затем отправил в орка секиру его же собрата.

Морн заметил Брама и кивнул ему, благодаря за помощь. Далее он перехватил свой меч удобнее и рванулся в бой. Почти все орки в пределах крепости были перебиты к тому моменту, когда другая часть армии Ариона смогла отодвинуть каменный шар и пробраться внутрь Велонтина. Они ринулись внутрь, словно лавина вулкана.

Брам не углядел тот момент, когда к нему вплотную приблизился один из орков. Маг не успел применить ни единого заклинания. Орк приложился рукой к лицу Брама, и волшебник отлетел на два метра назад, упав на землю и сильно ударившись затылком. Голова начала ныть и кружиться. От такого удара даже появился легкий приступ тошноты.

Орк решительно двинулся вперед. Он подбежал к Браму, схватился за секиру обеими руками, размахнулся ею, чтобы разрубить тело волшебника на две части, но в этот момент его грудь пронзило древко. С острия копья капала кровь, прямо на лицо Браму.

У орка подкосились ноги, он упал на колени. Копье вышло из груди, а потом пронзило ее еще шесть раз. Когда чудище упало окончательно, Брам смог увидеть его спасителя. Берзенджин стоял, тяжело дыша.

«Я совсем ничего не знаю о стариках, – пришло на ум Браму».

Король не ждал слов благодарности. Он развернулся и побежал дальше в бой. Брам попытался подняться, но слабость и ломота в теле не дали ему этого сделать. Голова закружилась еще сильнее, а звуки превратились в один сплошной звон.

Но сознания маг не потерял. Он все воспринимал, будто сон. Один большой и страшный сон.

Все закончилось. Брама трясли руки. Маг открыл глаза и увидел перед собой Морна.

– Все-таки увиделись вновь, – сказал Морн, присев рядом с Брамом на землю.

У волшебника хватило сил сесть. Тело вновь ему подчинялось. Люди бегали по всей крепости: собирали оружие, уносили тела орков за стену вместе с телами погибших воинов Велонтина и Гур-Муна. Мертвецов складывали в разные кучи, но ждала их одна участь – сожжение.

– И все же мы победили, – выдохнул Морн.

– Как много погибло?

– Огромные потери. Посмотри только, сколько трупов. Осталось не так много магов. Лучники почти все погибли в битве. Не знаю, кто им отдал приказ слезать со стены с клинками, наверное, приказ короля, но они не были готовы к ближнему бою. Орки смогли прорваться и на стену, поэтому многих из боевых магов убили.

– Мы смогли отбить наступление. Сейчас это самое важное.

– Если это только первая атака Ариона, то боюсь представить, насколько тяжелой окажется война. Мы, конечно, выиграли битву, но…

– Но не войну… Знаю, – тоскливо сказал Брам.

– Какой следующий наш шаг?

– Пока не знаю. Нужно отдохнуть после битвы, набраться сил. А дальше будем думать, что предпримет Арион. Я считаю, что после разгрома его армии он захочет нанести еще более жесткий удар по нам. Отправит некромантов.

– И глуров? – спросил Морн.

– Я не знаю. Он мог соврать, – ответил маг. – Тем не менее мы показали им, что просто так не сдадимся. Мы показали, насколько сильна наша армия. Остается готовиться к следующим битвам.

– И как мы это сделаем?

– У меня есть одна мысль, которая сможет нам хоть немного помочь.

– И какая же? – спросил Морн, стирая кровь и грязь со своего лица.

– Об этом потом… Сейчас нам нужен отдых…

Глава 11. Толкмар

Дверь в тронный зал открылась. Вошедший засеменил по мраморному полу, не оглядываясь по сторонам, остановился возле трона и преклонил колено.

– Встаньте, советник, – сказал Фортавир.

– Есть какие известия?

– Да, Брамсвелл, есть. Во-первых, я хотел похвалить за проделанную работу. Защитить крепость Велонтин для нас было крайне важно. Вы даже представить себе не можете, насколько существенно.

– Владыка, я сделал минимум в этом деле. Благодарить нужно всех, кто участвовал в битве. В особенности тех, кто погиб, защищая свои земли.

– Благодарить я могу лишь живых. Погибшие же не будут забыты нами. Но вернемся к делу. У нас есть печальные известия, пришедшие к нам с различных точек нашего материка. Пока вы доблестно бились с армией Хогана и Ариона, было уничтожено множество поселений и городов. Сейчас мы насчитали тринадцать. Напали орки, сообщений о некромантах не было.

– То есть… пока мы…

– Пока вы защищали Велонтин, орки занялись всем материком. Огромная армия этих тварей разделилась на небольшие отряды, чтобы уничтожать все живое. Тринадцать городов и селений – это безумно много. Мы даже представить себе не можем, какова численность их армии. Не знаю, сколько из них явилось к границам Велонтина, но я уверен, что это даже не треть всей армии.

– Если это так, то Велонтин в следующий раз не выдержит атаку… Даже с нашей помощью. Да и Гур-Мун…

– Этого допустить нельзя. Никоим образом. Думаю, скоро их отряды объединятся в одну крупную орду. Поэтому воины больше не должны покидать пределы Гур-Муна. Слишком рискованно.

– А если кому вновь понадобится помощь?

– Значит, нам придется игнорировать все крики отчаяния.

– Даже если позовет король Берзенджин Четвертый?

– Даже если позовет он. Все верно. Решение эгоистичное, но по-другому мы не можем. Слишком многое стоит на кону. Вы, советник, должны это понимать.

Брам этого не понимал, но пришлось согласиться.

– Вот и славно, – продолжил Фортавир. – Кажется, вы меня хотели видеть?

– Да, хотел. – Маг замолчал, не решаясь спросить интересующую его деталь. – Скажите, Владыка Фортавир, когда меня посадили в тюрьму…

– Вас поместили в больницу для душевнобольных. Прошу не путать.

У волшебника в голове всплыли воспоминания тех дней. В «больнице» ко всем относились как к тюремным заключенным, если не хуже.

– Да, простите меня. Так вот, когда я туда попал… Меня сначала обыскали… И у меня нашли одно оружие…

– Не просто оружие, а ценную реликвию. Помню такое. Я был крайне удивлен, что лорд-декан Фаллард отдал вам такую вещь на хранение, – договорил Владыка и фыркнул.

– Толкмар. После всех событий я совсем забыл о нем. Скажите, а где сейчас эта реликвия?

– Зачем она вам?

Брам посчитал этот вопрос неуместным. Владыка знал, для чего маг спросил подобное.

– Владыка, не буду таить от вас секретов, да и не время для лжи. Любое оружие, которое может помочь нам в битве, должно быть у нас.

– Почему вы решили, что этим оружием должны владеть именно вы? Господин декан не дарил вам его, да и не имел на это права.

– У вас есть еще варианты, кто им сможет владеть? – дерзко ответил Брам. Он даже сам не ожидал от себя такого ответа.

Владыка грозно посмотрел на волшебника, но его пыл быстро утих.

– Нет, – еще неожиданнее ответил Фортавир, – у меня их нет.

– Так где же Толкмар, Владыка Фортавир? Прошу простить меня за эту спешку, но мы теряем время.

– Советник, как только вас отправили в лечебницу для душевнобольных, Толкмар вернулся туда, где он изначально и хранился.

– Он ведь был в хранилище академии Гринштам.

– Верно, – согласился Владыка. – Туда его и вернули.

– Благодарю. Я могу идти?

– Ступайте, – ответил Фортавир. Наблюдая за уходившим чародеем, он добавил: – И долго не задерживайтесь на левом материке.

Чтобы добиться разрешения на открытие одностороннего портала в академию Гринштам, у Брама ушло не так много времени. Статус «советник» давал множество привилегий, которыми с удовольствием пользовался маг.

Он дождался, пока портал открылся до конца, и, ни о чем не думая, шагнул в образовавшийся светящийся в воздухе овал.

В нос ударил резкий запах затхлости. Пыль была повсюду. Вдобавок ничего не было видно. Здесь не было никаких сомнений. Брам угодил в подвал академии, где и находился восстановленный разлом для портала. Пыль забила магу все легкие, и он закашлялся. Приступ пришлось подавлять, прикрыв рот локтем. Лишнего внимания ему не требовалось.

Брам нашел наверху кусок ткани, похожей на шарф, и обмотал ее вокруг своего лица, оставив неприкрытыми одни лишь глаза. Так был хоть какой-то шанс, что его могли не узнать.

Он вышел на улицу, и чувство ностальгии нахлынуло на него. Он был дома. После стольких событий, спустя столько времени он снова дышал тем воздухом, каким наслаждался во времена своей спокойной жизни. Он оказался дома, и ему больше не хотелось уходить.

Но чувство умиротворенности быстро притупилось тем, что сейчас шла война. Брам направился к хранилищу. Около входа он увидел двух стражников, стоявших с алебардами в руках. Кого попало они не пропустят в хранилище. Нужно было действовать радикально.

Брам подошел к стражникам и опустил ткань, покрывающую его лицо. Стража сразу же узнала бывшего учителя академии.

– Добрый день! Давно вас не видели! – чуть ли не выкрикнул один из стражников.

– Да-а уж, давненько. Так вы вернулись? – спросил второй.

– Господа, – начал Брам, – простите, сейчас не время для болтовни. Мне нужно попасть в хранилище. Пропустите меня.

– Да как же? Не положено ведь обычным учителям получать доступ в хранилище, – сказал первый.

– Да ты, видать, не слышал, кем стал учитель Брамсвелл, – начал спор второй. – Он терь не просто учитель, а самый настоящий советник.

– Советник?

– Советник Владыки. Фортавира ведь. Лицо государственное.

– Да неужели? Сам советник?

Стражи разговаривали о Браме в третьем лице, словно он вовсе и не стоял перед ними. Бывает такая отвратительнейшая манера у людей.

– Коль лицо государственное, можно и пропустить, – подытожил первый.

– Так я могу пройти? – напомнил Брам о своем присутствии.

– Так нельзя. Все равно нельзя, – отрезал второй.

– Как нельзя? – удивился маг.

– Ты же сказал, что можно. Советник ведь самого Владыки! – подхватил первый стражник волну непонимания.

Весь их разговор походил на одну большую шутку. Браму начало казаться, что над ним просто начали издеваться.

– Да, он советник. Но по правилам в хранилище может находиться лишь один человек.

– Так я один здесь. Чего же не пропустите? – вопросил Брам.

– А-а-а. Ну тогда я понял, – улыбнулся первый страж. – Согласен с моим коллегой. В хранилище можно лишь одному человеку.

– Так я один пришел! – не выдержал уже Брам.

– Вы-то пришли один, господин советник. Только вот в хранилище уже присутствует одна особа. Когда она выйдет, тогда и вас можем пустить.

И тут чародей напрягся. Далеко не каждый мог получить доступ в эту часть академии.

– Кто внутри? – тихо спросил Брам.

– Лорд-декан Фаллард, – хором ответили стражники.

Брам даже не был удивлен. Но попасть в хранилище ему теперь было жизненно необходимо.

– Господа, пустите меня в хранилище. Лорд-декан давно меня знает, мы ведь с ним приятели. Друзья, можно сказать. Вам ведь от этого ничего не будет.

– Правила нужно соблюдать. Извините, Бра… советник.

– Но мне нужно срочно поговорить с лордом-деканом. Наедине, – продолжил настаивать Брам.

– Так он скоро выйдет. Сможете поговорить как раз.

– Мне нужно поговорить с ним так, чтобы нас никто не слышал. Хранилище для таких целей – идеальное место.

– Простите, не можем пропустить, – вновь повторил второй стражник.

– Хорошо, я вас понял. А если так? – Брам достал небольшой мешочек. Маленький, но увесистый. Один из стражей взял его в руку и прикинул навскидку его вес. Внутри зазвенели монеты. – Вы оставите мешочек себе и отойдете на площадь. Проверите, все ли там в порядке.

– Сразу видно, – начал второй стражник, – что перед нами лицо государственное. – Он широко улыбнулся и подмигнул своему товарищу. – Пойдем, брат, проверим площадь. Я слышал, там кто-то шумел.

Стражники удалились. Вот так просто. Браму не верилось, что такой простой план сработал. Видимо, жалование у них было совсем скудное. Спасибо за это самому Фалларду.

Чародей зашел в хранилище. Ему не хотелось больше скрываться, ждать удобного момента. Он вошел внутрь, громко топая своими ботинками. Хранилище напоминало небольшой склад различных вещей, валявшихся как попало. Некоторые из них стояли как положено на полках. Лишь тусклый свет одного факела освещал помещение, но это не мешало отчетливо различить стоявшую в углу фигуру.

– И все-таки ты явился. – Лорд-декан вышел из тени. – Не думал, что у тебя хватит храбрости прийти сюда. Да и такая случайность, что мы пересеклись здесь.

– Не скажу, что рад тебя видеть, – ответил Брам.

– Конечно. Я тоже. Ты мне стал противен своей идеологией. Сражаешься непонятно за что.

– Со мной-то как раз понятно, за кого и за что я воюю.

– Хм… Возможно. Не буду спорить, хоть и не согласен с данным утверждением. Скажи, как ты прошел? Неужели убил тех олухов при входе?

– Зачем же? Я не убийца.

– Еще какой убийца, Брам. Таких еще поискать надо. Ты ведь сам это знаешь. Когда ты перестанешь это отрицать? Когда примешь себя таким, какой ты есть на самом деле?

– Хватит. Мне не интересно слушать бред сумасшедшего.

– Я не сумасшедший, а разумный человек. Но опустим эти детали, незачем их обсуждать. Так скажи мне, как ты прошел? Неужели тебя просто пустили? Сказал им, что ты советник?

– Нет, – ответил Брам, внимательно наблюдая за своим собеседником, – дал им денег. Они ушли в сторону. Больше платить надо своим подданным. Иначе они могут очень быстро от тебя отвернуться.

– Ах. Как жаль. Иногда людям возвращается по заслугам. Но странно, что это произошло со мной. Эти увальни больше и не должны получать. Не заслуживают.

– Где Толкмар?! – неожиданно выпалил Брам.

– Позади меня, – совершенно спокойно ответил Фаллард. – Не успел забрать. Услышал твои шаги.

– Я тебя не выпущу отсюда с ним. Снаружи было бы опасно для меня драться. Но в хранилище…

– Да, я понимаю. Было бы нелогично с твоей стороны оставить меня в покое, отдав грозное оружие. Хотя корни ты уже отдал Ариону. Толкмар был бы лишь приятным подарком для меня самого. – Лорд-декан тяжело вздохнул.

– Тебе придется умереть сегодня.

– Вот так просто убьешь своего старого друга?

– Старый друг – новый враг. Нужно уметь отказываться от друзей в нужный момент жизни.

– Что ж. Печально такое слышать, но я с тобой согласен. Даже не спросишь, почему я присоединился к армии Ариона?

– Я и так догадываюсь, – сказал Брам. – Не хочу больше ничего от тебя слышать.

– Хорошо. Хотел было предложить тебе одуматься и примкнуть к нашим рядам. Только вот Арион с Хоганом будут всеми силами против этого. Если честно, то ты безнадежен. Нам не нужен такой человек в нашей армии.

Фаллард почувствовал колебания силы. Это Брам начал набирать внутреннюю мощь в свою руку. Он был готов к удару.

– Тише, тише. – Фаллард поднял кулак с выпрямленным указательным пальцем. Таким «пальчиком» обычно грозили детям, которые плохо себя вели. – Брам, ты слишком нетерпеливый. Ну ничего. Сдержанность и мудрость приходят с возрастом.

Из тени вышли еще двое. Маг даже не заметил их присутствия раньше. Это были некроманты. А ведь в хранилище должен находиться только один человек. Как же легко нарушаются правила и законы, если перед вами высшее государственное лицо или государственное лицо с мешочком звонких монет.

– Брам, – обратился декан к чародею, – подумай еще раз. Нас ведь трое. Даже этот артефакт не поможет тебе на войне. Стоит ли за него биться? Да и нам ни к чему с тобой драться. Твоя смерть опечалит Ариона.

– Или обрадует.

– Нет, конечно. Он же хочет, чтобы ты видел падение всего, что тебе дорого. Да и убить ему нужно тебя самому. Сам ведь понимаешь, здесь дело в кровной мести.

– Заткнись! – закричал Брам и нанес первый удар.

Яркий шар полетел в декана и двух некромантов. Шар света, как его еще называли среди волшебников. Не самое популярное заклинание для боя, но оно хорошо дезориентирует противника. Идеальное решение на короткой дистанции. Уловка не сработала, Фаллард смог одним взмахом отбить удар. Шар света ушел в пустоту. Реакция у лорда-декана была мгновенной.

Некроманты не стали долго ждать и начали атаковать Брама. Он же успел поставить магический блок в виде небольшого щита и отпрыгнул назад, укрывшись за древним комодом. Долго раздумывать было нельзя. Браму пришлось поразмыслить не только о своей стихии. В таком маленьком помещении ветер ему мало чем помог бы. Придется использовать магию вне своей категории. Она будет слабее, но надежнее для этого боя. И лучше всего у него получался огонь.

Вылезать из-за укрытия было нельзя, да и удары некромантов нескончаемо летели то в сам комод, то в соседнюю стену. Брам сконцентрировал огненное дыхание в руке и нанес удар прямо через комод. Поток огня прожег деревянные дверцы и стенку насквозь, а потом достал и до первого некроманта. Тот запылал ярким пламенем и забегал по хранилищу, пытаясь потушить самого себя.

– Идиот! – закричал на него Фаллард, ругаясь за то, что тот не успел поставить элементарный щит. Некромант просто не ожидал, что Брам начнет атаковать, не выходя из укрытия. Это был слишком молодой и неопытный некромант.

Брам выскочил из-за сгоревшего комода и, поставив очередной блок, побежал в другую часть хранилища, продумывая на ходу следующие свои действия. Некроманта смогли потушить, но было поздно. Его тело безжизненно упало на пол, получив серьезные ожоги. Мало кто мог выжить при прямом контакте с огненным дыханием.

Теперь начал действовать сам Фаллард. Он безжалостно стал тратить всю свою энергию, лишь бы добраться до своего бывшего друга. Декан смог одним ударом пробить щит советника.

Брам же спрятался за кирпичной стеной, понимая, что это укрытие для Фалларда, как комод для некроманта. Лорд-декан нанес еще удар. Земля задрожала, а одна треть стены со взрывом разлетелась на куски. Поднялась пыль. Еще несколько таких ударов по стенам, и хранилище обвалится. Неужели Фаллард взялся за Толкмар?

Воспользовавшись туманной суматохой, Брам на пару секунд выглянул из-за угла и нанес несколько точных ударов. Все они были отбиты. Поднявшаяся пыль от стены помогла Браму продумать его следующих ход, который затребует большое количество силы.

Маг создал вихрь, состоявший из этой пыли. Подобным заклинанием можно было убить одного из противников. И Брам, понимая, кто из врагов слабее, направил вихрь на некроманта.

Само заклинание не так просто было отразить. Даже опытные маги зачастую не справлялись с данной задачей. Вихрь из пыли словно слился воедино с некромантом. Несколько секунд достаточно, чтобы противник задохнулся. Подобное заклинание не так часто-то и применяли. Для этого требовалась большая концентрация, чего не всегда можно было добиться в бою, а также на это уходило огромное количество сил. Здесь все условия были для применения заклинания.

Второй некромант задохнулся. Вихрь исчез. Брам почувствовал сильную слабость в теле.

– Много сил осталось после подобного? – крикнул Фаллард, зная, сколько энергии забирает подобный вихрь, да еще и вслепую направленный.

– Хватит, чтобы прикончить тебя, – ответил Брам из-за стены.

– Хорошо. Я дам тебе шанс остановиться. Смерть двух некромантов мы сможем пережить…

– А вот твою – нет.

– Брам, я не собираюсь умирать сегодня. Ты ведь понимаешь, что сил у тебя не осталось. Ты не сможешь со мной сражаться. Возможности победить у тебя нет. Толкмар в любом случае останется у меня.

– Давай так: ты умрешь, а Толкмар достанется мне!

– Ничему тебя жизнь не учит. – Фаллард нанес еще два удара. Стена почти полностью разрушилась.

Брам вспомнил один из уроков, который ему преподнес один замечательный учитель и наставник. «Если не можешь победить врага, потому что ты слабее, то используй его же энергию против него самого».

Простейшая истина, сказанная одним предложением. Брам дожидался момента, когда можно будет хоть на секунду показаться на виду. Когда время настало, маг выскочил из-за развалин стены. Фаллард немедленно нанес еще один мощный удар, но Брамсвелл поставил «отражение». Обычно оно имело меньшую силу удара. И заклинание, отправленное в вас, возвращалось в человека, который использовал его.

Но Брам поступил хитрее. Он поставил это отражение так, чтобы удар декана отразился в потолок. Несколько кирпичей и деревянная балка упали на Фалларда, повалив его на пол. Брам тут же подскочил и воткнул нож ему в сердце. Да, в этом хранилище вещи лежали где попало и как попало. Возле стены, в темном углу, он и приметил сверкающее лезвие.

Лорд-декан смог издать лишь невнятный хрип. Кровь начала пропитывать одежду. Свет в глазах угасал.

Еще немного, и Брам упал бы без сил. Именно поэтому ему пригодился нож, чтобы не тратить свою последнюю энергию.

– Ты умрешь, а Толкмар достанется мне… – повторил Брам, отпустив рукоятку ножа. Оружие так и осталось торчать, вонзенное в грудь.

Силы были на исходе. Маг упал на колени, глотая еще не осевшую наземь пыль. Дрожь в руках и ногах валила его на пол. Он пытался сопротивляться, но с каждой секундой ему удавалось это все хуже.

– Нет. Только не сейчас, – проговорил он. Брам пытался ползти к выходу. Голова ходила кругом. – Только не сейчас… – стонал он, пытаясь бороться. Он знал, что не умрет, но даже терять сознание в такой ситуации не хотелось.

Казавшийся близко выход теперь был совсем далеко. Добраться до гор было бы проще, чем до проклятой лестницы, которая сама отходила все дальше от мага.

– Не сейчас… – вновь проговорил Брам.

Глава 12. Вечный снег

Брам вернулся в Гур-Мун, не забыв прихватить с собой артефакт, за который пришлось бороться не на жизнь, а на смерть. Уйти же ему удалось еще до возвращения стражи. Наверное, шум и трясущиеся стены не остались незамеченными. Что же случилось после того, как в хранилище обнаружили трупы некромантов и лорда-декана академии, чародею уже не было интересно. Ему ничего не угрожало. Он убил врагов на войне. За такое только награждали.

Маг радовался маленьким победам: сначала они защитили Велонтин, теперь он смог забрать Толкмар прямо из-под носа Фалларда. Все новости он сразу же доложил Владыке. Тот был доволен результатами. Доволен он был, конечно же, пассивно, не выражая эмоций. С каменным лицом он произнес: «Замечательно».

В крепости Брам обнаружил неожиданного гостя.

– Ваше ве…

– Не стоит, советник! Не стоит! – Человек подошел к магу и крепко обнял его. – С повышением!

– Благодарю. Но как…

– Получил письмо, решил явиться. Вам ведь понадобится помощь, не так ли? – спросил Элизар, широко улыбаясь. Король замка Вечного Снега стоял, озираясь по сторонам. – Да уж. Прилично здесь, но у меня лучше.

– Простите, кто вам написал? – спросил волшебник, продолжая удивляться явившемуся гостю.

– Я. Кто же еще? – ответил Морн, подходя к магу и королю. – Друг мой, мы не справимся без помощи.

– Да, не справимся, спасибо.

– Как бы было хорошо, если бы Арион оставался сидеть в моей темнице. Не в укор тебе, Брам. Что сделано, то сделано. Слышал, что вы смогли отбить атаку орков в Велонтине. Поздравляю.

– Это лишь первая атака. Да и орков была лишь малая часть. Пока мы бились, они уничтожали поселения и города.

– Грустно слышать подобное, но война есть война. На ней всегда так происходит. И где враг сейчас? – спросил Элизар.

– Этого мы пока не знаем, но думаю, что Арион и Хоган нанесут свой удар довольно скоро. Им нет смысла ждать, пока мы отдохнем и подготовимся к следующим битвам.

– Точно. А этот хорек Фаллард… Как он мог… – Король недоуменно покачал головой. – Я бы лично его четвертовал за предательство.

– Больше не сможете. Фаллард мертв.

– Как мертв? – спросил Морн.

Брам кратко рассказал им все, что случилось в академии.

– Значит, Толкмар снова у тебя? – спросил Элизар.

– Да, но больше я с ним не расстанусь, – проговорил маг, прикрывая плащом артефакт, висевший на поясе. – Не знаю, поможет ли он в войне, но нам пригодится любое оружие.

– Верно говоришь, – согласился Элизар.

Разговор старых знакомых прервало начавшееся верещание трембит.

– Срочное собрание у Владыки. Пойдемте, вы там тоже нужны.

Троица пришла, когда все в зале уже собрались. Фортавир нарочито не проявил интереса к появившемуся королю с левого материка.

– Срочные вести пришли к нам с юго-востока! – проревел Владыка на весь зал. – Пришло письмо из форпоста наших союзников. В нем ясно говорится, что орки начали свое передвижение по южному побережью.

Все присутствующие слушали очень внимательно, не смея перешептываться друг с другом. Первым решился заговорить советник:

– То есть армия орков двигается через Марумский хребет?

– Именно так.

– И как их много?

– Судя по письму, огромная орда. Думаю, больше, чем их напало на Велонтин. Ваше Величество Элизар, – обратился Владыка к королю, словно первый раз его заметил, – рад, что вы смогли посетить нас.

– Благодарю вас, Владыка Фортавир, – ответил ему король.

– Скажите, вы прибыли, чтобы предложить нам что-то?

– Совершенно верно. Я могу предоставить вам мою помощь в борьбе с нашим общим врагом. Эта история началась в пределах моих границ, значит, я имею к ней прямое отношение.

– С радостью примем вашу помощь, король Элизар. Что вы предлагаете нам?

– Я отправлю письмо, чтобы подготовили армию к отплытию. Могу предложить вам половину своего войска. Ко всему этому присоединятся также и выпускницы женской академии. Там есть очень хорошие волшебницы. Правда, их воинов я не видел в деле, так что не могу за них ручаться.

– Превосходно. Мы принимаем вашу помощь. А с женской академией мы и сами недавно договорились, она ведь на нашем материке. – Фортавир на секунду умолк. – Орки, скорее всего, двигаются в сторону нашей крепости. Никакой другой причины у них нет, чтобы идти через Марумский хребет. Советник, скажите, вам уже выпадала честь сражаться против этих чудовищ, что лучше всего делать? Какая тактика?

Брам потупил взгляд, но, вспомнив все, что было в крепости Велонтин, ответил:

– Орки – существа непредсказуемые. У них нет тактики или логики, в этом наше преимущество. Честно сказать, мне об этом поведал мой товарищ Морн…

– Продолжайте говорить вы, – сказал Фортавир, дав понять, что разговаривать он позволит только советнику, а не его другу – обычному воину.

– Они невнимательны в битве. Их армия умеет грабить, уничтожать обычных жителей и их дома, но в тактике боя они уступают всем остальным. Даже обычные разбойники в этом разбираются лучше. Только вот орки берут силой, и это многое решает. Мы смогли отбить их в Велонтине, но нам пришлось пожертвовать большой частью нашей армии. Погибли воины, лучники, боевые маги.

– Так к чему вы ведете?

– Я думаю, что лучшая тактика, которую мы можем выбрать… оборона. Это единственное, что мы пробовали против них. И справились мы с этой задачей отлично. Если мы сможем отбить Гур-Мун, это будет слишком сильный удар по Ариону и Хогану.

– Хорошо, я принимаю вашу идею. Поднимите руки, кто поддерживает предложение советника Брамсвелла, – гордо произнес Фортавир.

Вверх поднялись руки. Сначала их было мало, но затем почти все участники совета проголосовали «за».

Глава 13. Битва за Гур-Мун

Через трое суток прибыли отряды Элизара и немалое количество женщин и девушек, когда-то учившихся в женской академии. За их прибытием наблюдали Владыка Фортавир со своего балкона, Брам с Морном и Элизаром, находившиеся недалеко от главных врат, а также многие жители города, проснувшиеся от грохота шедшего войска.

– С такой армией мы уравняем шансы на победу, – заметил Брам.

– Что ж, господа, вы мне еще должны будете. Никто больше с левого материка не стал бы переправлять свою армию, чтобы помочь в войне, – ответил Элизар. – Да и я это сделал только потому, что мы привели им этого врага сами. Так сказать, породили его.

– Смотрите, вот и женская академия подошла, – сказал Морн, завидев отряд, состоящий исключительно из прекрасной половины человечества.

Мимо них прошел отряд. Кто-то был одет по-простому (боевые волшебницы), а кто-то был закован в железные путы – доспехи.

– Не женское это дело – воевать, – подметил Морн, провожая девушек и женщин взглядом.

– Когда война приобретает глобальный масштаб, то воевать приходится всем: мужчинам, женщинам, животным. Здесь уже никого не делят на отдельные группы. Просто идет битва… Просто в ней надо участвовать, – проговорил король. В его взгляде чувствовалось сожаление. Говорил он одно, но думал о другом.

– Были вести, где сейчас находятся орки? – спросил Морн.

– Нет. Мы ничего не знаем. Но времени прошло много. Они должны были уже дойти до Гур-Муна. Думаю, они сделали тактическую остановку.

– Орки? Тактическую остановку? Они даже план нападения обсуждать не будут.

– Но им могут приказывать.

– Да кто ими вообще может управлять? – удивился Морн.

– Арион. Хоган. Они могут, я в этом уверен.

– И как они с орками ведут беседу? Жестами?

– Почему сразу жестами? Кто-нибудь может знать орочий язык. Ведь раньше были даже переводчики. Ну… когда с ними еще подписывали соглашение, – сказал Брам.

– Хах! Соглашение! – засмеялся Элизар. – Да люди и орки плевали на все эти соглашения и договоренности. Сами посудите, кому помешает что-то предпринять поставленный крестик на пергаменте?

– Я об этом говорил много раз, когда лишь поверхностно изучал историю их расы, – задумчиво произнес Брам.

– Тогда твои слова никто не воспринимал всерьез. А кто тебе должен был поверить? Даже я бы посмеялся над твоими словами. Кучку орков оставили на самом краю пустыни. Они были отрезаны от всего мира. Ну кто мог подумать?

«Никто. Никто не думал об этом. Здесь и кроется вся проблема. Иногда просто нужно подумать».

– Друзья мои, чего сейчас ворошить прошлое? Мы находимся здесь, в настоящем, поэтому нужно сосредоточиться на вещах, которые происходят сейчас. Анализировать наши ошибки прошлого мы сможем после войны. В данный момент, к огромному сожалению, у нас на это нет времени. Колесо запущено. И оно стремительно катится дальше.

– Вот здесь ты прав, – согласился с Морном король. – Всегда ты был мудрым для обычного воина.

– А я и не обычный воин, – без доли скромности ответил Морн.

Весь день крепость готовилась к обороне. Снова паника, безумие и отчаянность. Вечером пришло письмо от дозорных, которые сообщили о приближении врага. Орки пересекли границу королевства Мелвинген. Это означало, что к ночи они достигнут места назначения.

Воины продолжали готовиться к обороне. Небо почернело как от копоти. Наступила ночь, и крепость Гур-Мун накрыл невидимый купол страха. Это ощущалось даже в воздухе. Дышать было трудно. Тяжелый, густой, пропитанный эмоциями воздух.

Во всей крепости зажглись огни: факелы, костры, свечи. Время остановилось. Морозная свежесть пробиралась до самого сердца. До самой души. За территорией крепости были разведчики, стоявшие рядом с кучей сена и дерева. Их задача состояла в том, чтобы зажечь сигнальный огонь, если враг покажется на горизонте. Но в такой тьме невозможно было увидеть врага далеко, поэтому разведчики выполняли роль смертников. Они не смогут убежать. Это понимали сами лазутчики и все, кто находился в крепости на безопасном расстоянии. Но приказ нужно было выполнять.

Морн и Брам заняли место на стене.

– И вот опять мы встречаем врага вместе, – сказал Морн, вглядываясь в непроглядную тьму.

– До сих пор удивляюсь, как ты согласился участвовать во всем этом.

– А что мне нужно было делать на левом материке? Я там, где люди нуждаются во мне.

– Сердобольность твое второе имя, – сказал маг, укутавшись плотнее в шкуру.

– Я бы не назвал это сердобольностью. Даже не знаю… разумность? Нет. Ладно, неважно.

– На-ча-лось.

– Что? – спросил Морн. Он проследил за взглядом чародея.

Вдали загорелся огонек. После появился еще один, только он был левее первого. Ну и замыкал цепочку костров третий огонек.

– Да. Началось, – повторил за магом Морн.

– ПРИГОТОВИТЬСЯ! – истошно закричал Брам.

Воины дернулись, подскочили и понеслись на свои позиции. Крепость загудела, словно Брам потревожил один большой улей или муравейник.

Через некоторое время на стену вбежал король замка Вечного Снега. Он тоскливо посмотрел на горевшие вдалеке огни.

– Каждый раз, когда идет война, надеешься, что она будет последней, – томно сказал Элизар.

– И каждый раз приходится снова и снова повторять эти слова, наблюдая за приближающимся врагом, – добавил Морн.

Элизар лишь кивнул, молча согласившись с воином. Брам поднял свой взгляд. На балконе высокой башни он увидел наблюдающего Владыку. Он стоял, словно статуя, абсолютно не двигаясь.

Чародею вспомнился «давитель» в крепости Велонтин. Может быть, у Владыки Фортавира было что-нибудь подобное?

«Вряд ли, – мысленно ответил Брам сам себе».

– Пойду подготовлюсь. Биться сегодня придется всем, – проговорил Элизар, отправившись в оружейную за доспехами и мечом. Обычно для этого посылали прислугу. Но сейчас каждый должен был заниматься тем, что мог взять лично на себя.

Некоторая часть орков уже виднелась около горящих костров. Их было больше. Гораздо больше, чем при осаде крепости Велонтин. Но и защищать Гур-Мун будет бóльшая армия.

– Оставайся на стене, а я побежал вниз, – выдохнул Морн. – В прошлый раз у нас получилось вновь встретиться, надеюсь, в этот будет так же.

– Да поможет нам Лириан, – вполголоса проговорил маг.

– Да поможет нам Лириан.

Воин побежал вниз. Брам скинул шкуру со своих плеч. Боевые маги стояли на стене, готовясь к битве. Лучники уже заняли свои места, достав по одной стреле.

Враг приближался быстро. Столкновение произойдет молниеносно. Вдруг раздался крик дозорных на стене:

– Враг на западе! Враг на западе!

«Крепость решили окружить?»

Брам со всех ног помчался по стене, пытаясь обогнать самого себя. За считанные секунды ему удалось добраться до западных ворот. Перед ним открылся вид на озеро Свободы. Орков здесь не было. Но какое-то неуловимое движение в самом озере все же наблюдалось.

Маг стал пристально рассматривать поверхность воды, пока из нее не вылезли совсем другие существа. Высокие, огромные, похожие на древних троллей со старых картин. С них стекала вода, мерцающая в слабом свете луны.

«Быть этого не может».

– Глуры! – кричали где-то позади. – Глуры на западе!

Многие даже не поверили тому, что слышали. Но те, кто находился ближе всего к западным вратам, безмолвно наблюдали за пришедшим врагом. Целая армия глуров была перед крепостью. Кто-то вылез на сушу, а кто-то остался в воде.

– Какого?! – вновь оказался на стене запыхавшийся Морн. – Я… я… Не верил услышанному.

– Никто не поверил этому.

– И что мы будем делать?

– Биться, – ответил маг. – Что же нам еще остается делать? Морн, отправляйся вниз, передай, чтобы переправили часть войска к западным вратам. Их тут мало.

– Орки наступают…

– Знаю. Пусть сюда отправят боевых волшебниц и магов. Глуры сражаются в основном магией. Их можно долго сдерживать. Лучников оставим на восточной стене. Они там больше нужны против орков.

– Хорошо, мой друг. – Морн убежал с приказаниями.

Сам же маг решил остаться здесь, у западных врат. Глуры – его личный враг. Он знал, как с ними бороться.

Эта раса не была такой дикарской, как орки. Они выжидали. Не нападали сразу. Видимо, ожидали, пока орки достигнут крепости. Атака начнется одновременно, что, конечно же, усложнит ситуацию.

Маги переправились на сторону Брама. Все замерли. На другой стене послышалось громкое: «Огонь!». Значит, орки были уже близко. Осталось дождаться столкновения с войском Гур-Муна.

Гул и крики усилились. Орки начали ломать врата. Глуры двинулись в атаку. Не дожидаясь, пока воскресшая раса займет близкие позиции по отношению к крепости, Брам закричал что было силы:

– Атакуй!

Шквал магических зарядов полетел во врага. Точно такой же возвращался и в саму стену. Из почвы начали вырастать земляные колья, с неба падали огненные шары. Глуры блокировали удары и наносили их сами.

С другой стороны крепости битва разыгралась не на шутку. Орки успели подойти к вратам с тараном, а к стенам подносили лестницы, чтобы забраться наверх. Сами лестницы сбивали быстро, не давая врагу даже малейшего шанса взобраться на стену. Ворота начали ослабевать. Орки пробили их.

Больше у людей не было страха. Теперь был затуманенный рассудок. Никто ничего не понимал, люди просто махали оружием. По павшим воинам ходили, как по земле, не замечая трупы под ногами.

Глуры подходили все ближе. Они явно намеревались прорываться внутрь укрепления. Брам услышал, как враг вошел в крепость. Пустить глуров через западные ворота было худшим развитием событий.

Маг откинул плащ. Толкмар подлетел, зависнув перед чародеем. Воздух вокруг зарядился энергией. Брам сконцентрировался и направил сильнейший поток воздуха в сторожевую башню, через которую и проходила часть западной стены. Маг собирал поток воздуха возле строения, накапливая рвущуюся энергию воздуха в один большой шар. Когда он его ослабит, произойдет взрыв, который повалит башню на врагов, находящихся возле стены.

Брам чувствовал силу Толкмара, помогавшую ему в применении одного из самых трудных заклинаний стихии ветра.

Глуры подходили ближе, пока не оказались у самих врат.

«Сейчас, – сказал себе чародей».

Прозвучал глухой хлопок, а потом мощнейший взрыв, поваливший на землю многих боевых магов. Стена задрожала, а основание башни разлетелось, словно в песчаный замок пнули ногой.

Башня накренилась, а затем упала, придавив под собой армию глуров и сами ворота. Когда облако пыли осело, то было видно, что оставшиеся в живых глуры остановили свою атаку. Но лишь временно.

Боевые маги продолжили отбиваться, посылая магические снаряды. Теперь было больше шансов не дать врагу пробиться внутрь.

Брам продолжал лежать. Он сам не ожидал, что получится такой сильный удар. Смерть лорда-декана оправдалась. Маг вскочил. Он был уверен, что волшебники смогут сдержать натиск врага и без него. Он побежал на помощь в противоположную сторону крепости.

Армия Гур-Муна продолжала отбивать атаку. Лязг мечей оглушал воинов. В ход пошли факелы, заставлявшие гореть армию орков. Гур-Муну удалось оттеснить врага за ворота. Брам начал помогать со стены, на которой никого из лучников уже не было. Все они были мертвы.

В Брама полетели топоры и копья. Ставя воздушный барьер, ему удалось отбить все предметы, летевшие в него. Но оставаться на стене было опасно. И Брам побежал вниз, к полю боя.

Маг выбежал из-за ворот, идя в самую гущу битвы. Он собирался покончить с врагом раз и навсегда. Гур-Мун продолжал успешно обороняться. Многие воины гибли и за стенами крепости, но орков тоже становилось меньше. Браму казалось, что он убил уже не меньше сотни врагов.

Он оказался на открытой местности, где было меньше всего воинов. Брам привлекал внимание. В легко одетого, без брони, мага полетели еще несколько топоров. Чародей отразил удары воздушным потоком, но не уследил, что один из томагавков летел прямо со спины. Брам развернулся, когда оружие стремительно летело в его грудь. Поставить так быстро щит или отбить оружие потоком он бы не успел. Но вдруг перед ним оказался воин, прикрывший мага своим телом и взявшим удар в грудь на себя. Воин сразу же упал на землю.

Маг и не понял, что произошло. На осмысление ушло некоторое время. Когда Брам осознал, что кто-то из воинов по-геройски отдал за него свою жизнь, он решил заглянуть в лицо спасителю.

– Нет. – Брам присел рядом с упавшим воином. – Нет, нет, нет, нет, – почти стонал он.

Маг приподнял голову Морна. Полуприкрытые глаза смотрели на Брама, будто просили оставить их.

– Нет. Не может. Нет, – продолжал говорить Брам.

– Ты важнее, – тяжело проговорил Морн. – Ты не должен умереть. – Членораздельные слова переходили на хрип. – Уб…

– Да?

– Убей… Ари… Ари…

– Не говори, – прервал его чародей. – Я знаю. Я сделаю это.

На лице Морна появилась улыбка. Он закашлялся, запачкав губы кровью.

– Морн, тогда… возле тюрьмы… это был ты? Ты убил стражу, чтобы я смог спокойно выйти, освободив Ариона? Ты ведь тогда оставил записку?

Воин издал еще один хриплый звук, но смог выговорить:

– Да.

– Зачем ты это сделал? Почему ты мне помог?

– Ты… Ты… Ты… – последнее, что смог сказать Морн.

Он замолчал навеки.

Брам глядел на умершего друга. Закрыл его глаза ладонью, а потом опустил его голову на землю.

– Прости, – еле сдерживая слезы, сказал маг. – Прости меня.

– Враг отступает! Враг отступает!

Брам встал, осмотрел поле битвы и пришел в изумление. Враг действительно стал отступать. Догонять армию орков никто не стал. Их убежало не так уж и мало. Да и такой маневр мог легко оказаться обычной ловушкой. Капканом.

Маг побежал в крепость. Глуры тоже отступили, оставив западные врата.

«Что же происходит? – задался вопросом Брам».

– Сюда! Скорее! – кричал кто-то из толпы, находившейся в пределах Гур-Муна.

– Скорее же! Нужна помощь!

Брам даже не обращал внимания на такие выкрикивания, так как привык во время войны слышать постоянные просьбы о помощи. Конечно же, он их не избегал. Просто приучился их слышать и не бежать помогать при первой же возможности. Он был воином, а не лекарем.

– Владыка ранен! Скорее!

Услышанное поразило Брама. Оказывается, что Владыка Фортавир спустился со своей башни еще в начале битвы, оделся в броню и бился вместе со всеми воинами. Почему-то Брам не ожидал такого поступка от Фортавира.

Маг увидел, как раненого Владыку подняли с земли и понесли в лечебное крыло. Наверное, он один из немногих, кому помогут целители. Многие воины, которые лежали на поле битвы, так и не дождутся помощи. Они умрут от потери крови или любых других причин. Им просто не успеют помочь.

Как и Морну. Ему уже никто не поможет в этой жизни.

Глава 14. Новая надежда

– Пока Владыка Фортавир находится в лечебном крыле, я беру на себя ответственность говорить от лица всего королевства, – начал собрание Брам.

После битвы прошло два дня. Усталость не спадала с лиц пришедших. А многие вообще не смогли явиться. За окном тоскливо поливал дождь. Он продолжал выполнять свои прямые обязанности.

– Нам пришло письмо от Хогана. Верховного некроманта, – продолжил маг. – С вашего позволения, я зачитаю его вслух. – Брам развернул кусок пергамента, прочистил горло и стал зачитывать: – «Это не все. Это не начало, не конец. Мы с вами находимся на стадии грандиозного развития войны. Подходим, так сказать, к решающим моментам. Наша атака заключалась в трех вещах: 1) показать то, с чем вам придется столкнуться, только сил мы направим гораздо больше 2) чтобы вы встретились лицом к лицу с глурами 3) поняли, насколько вы слабы пред такой мощью. Эти три пункта дадут вам почву для рассуждений. Гур-Мун еще может сдаться. Не без потерь, конечно же. Жалости не ждите. Но можно выбрать меньшее зло. Вы увидели подготовку нашей армии. Мы скоро вернемся.

Брам закончил читать письмо. Он опустил пергамент, осматривая зал. Никто ничего не сказал, поэтому чародей решил высказаться сам:

– Думаю, я знаю, почему враг отступил. Письмом они решили нас запугать. Но на деле они не были готовы к победе в битве. Я знаю, что Арион готовит себе сильное оружие, которое даст ему преимущество в войне. Он изготавливает себе посох. Да, тот самый посох, который носили в древности все маги материков. Единственная причина отступление врага – неготовое оружие. Арион будет ждать, пока посох не окажется в его руках, и только после этого его войско вновь пойдет на Гур-Мун.

– И что же вы предлагаете, советник? – дерзким тоном спросил один из участников собрания.

– Биться до конца. Что бы ни говорилось в письме, мы превосходно показали себя в битве. Смогли отстоять крепость. Значит, враг не так уж и силен, как мы об этом думали ранее. А тех, кто не согласен, прошу покинуть этот зал прямо сейчас и отправиться прямиком за пределы королевства Мелвинген. Здесь вам не рады.

Несогласных не нашлось.

– Господин советник, – обратился к магу Яконш – глава управления морского порта. Брам даже и не знал, что Яконш присутствовал на собрании. – Незадолго до собрания пришло письмо.

– Внимательно слушаю.

– Порт Ротлингнор уничтожен. Корабли, что были в порту, сожгли.

– Видимо, они не дождались поддержки с левого материка. Кто нападавшие?

– Некроманты, сир.

– И опять, пока мы бились, они действовали в стороне… Король Элизар, придется вам задержаться в наших краях.

Элизар, получивший четыре шрама на лице во время битвы, встал:

– Сочту за честь сражаться против общего врага.

– Отлично. Большие потери в вашей армии?

– Колоссальные, – с сожалением ответил Элизар.

– Понимаю, – глупо сказал Брам, поняв, какой еще более глупый вопрос задал. Все в этой битве потерпели колоссальные потери. – Господа, заседание окончено. Восстанавливаемся и готовимся к следующей битве. Арион скоро явится, и мы должны быть к этому готовы.

Все стали уходить. Остался лишь один старик, который выделялся среди всех прочих людей.

– Верховный целитель, – обратился Брам, – хотели со мной поговорить?

– Да, советник, хотел. – Старик стеснительно-задумчиво замолчал.

– Спрашивайте, что вас беспокоит, – помог ему чародей.

– Арион. Значит, он делает посох…

– Да, это так. К огромному сожалению.

– То есть ответ из книги был правдивый?

– Да. Правда, первый раз мы ошиблись с местом… да и когда нашли корни… нас опередили.

– Да уж. Очень жаль, – грустно заметил целитель.

– Простите, но мне нужно отлучиться, – проговорил Брам, медленно отходя от старика.

Верховный целитель не спешил уходить. Его мучило что-то еще.

– Простите, – сказал он, – можно еще один вопрос?

Брам остановился возле двери и, повернув голову, сказал:

– Да.

– Раз не получилось с первым Древом, то вы станете пробовать искать второе?

Мага поразило молнией. «Второе Древо» прозвучало как некое древнее проклятие.

– Второе Древо?

– Я подумал, что, если легенды о первом оказались правдой, то тогда существует и второе.

– Я ничего не слышал о втором. – Брам развернулся и подошел к целителю поближе.

– Конечно не слышали. О нем нет никакой информации в книгах. Ни в одной библиотеке ничего не найдете.

– А откуда вы знаете про него?

– Эти легенды переходят из уст в уста в династии Верховных Целителей. Мы их не записываем. Только храним в голове.

– И вы это никому не рассказываете? – удивленно спросил Брам.

– Нет. Никому. Но сейчас сделаю исключение. Вам ведь интересно, где оно может оказаться?

– Я вас внимательно слушаю.

– Советник, насколько вы знаете, раньше было три материка. Один из них с течением лет оказался затоплен. Глуры жили на том материке, но имели совсем другой образ жизни. Самими «глурами» они стали уже после применения запретной магии. Собственно, такие заклинания и приспособили их организмы для жизни в воде.

– Кажется, там они и продолжали жить под водой. На своем материке, я имею в виду.

– Да, какое-то время. Но после они бросили свой подводный материк и переселились на другой участок. Между левым и правым материком.

– А где находился третий материк? – спросил Брам.

– Южнее правого материка. Не зря же образовался Марумский хребет, который был неким соединением двух материков.

– И по преданиям там находится еще одно Древо?

– Находилось. Сейчас там остались корни. Еще одни, верно.

– Но как же попасть под воду на такое длительное время? Их ведь не сразу найдешь…

– Советник, здесь я вам ничего не могу подсказать. Вы сведущи в магии. Травами и настойками тут не поможешь.

– Понимаю. Огромное спасибо вам. Вы даже не представляете, насколько сильно могут повлиять рассказанные вами сведения на исход войны. Простите, но хочу уточнить. Вы, случайно, не в курсе, где именно можно отыскать корни на третьем материке?

– Знаю, конечно. – Целитель улыбнулся. – Глуры отстроили алтарь на месте, где раньше было Древо. Алтарь должен был остаться. Он наполовину разрушен, насколько мне известно, но остался на своем прежнем месте. Там вы и сможете отыскать корни. По крайней мере, я на это очень сильно надеюсь…

– Благодарю вас еще раз.

– Не стоит. Все мы бьемся с одним врагом. Мы должны помогать друг другу и делиться всем, что сможет помочь в битве.

– Верно, – улыбнувшись, согласился Брам.

– Советник, а что же дальше? Как мы будем оборонять крепость? Одних корней недостаточно для победы…

– Раз уж вы со мной открыты и честны, скажу вам. Я собираюсь собрать все дома для великой битвы.

– Объединить войска всех домов? Собрать их со всего материка? Советник, вы ведь в курсе, что дома еще ни разу не объединялись все разом? Были, конечно, случаи союзных походов, но это совсем другое…

– Знаю. Но ничего другого мы не можем сделать. Нам нужна огромная армия для победы. Домам нужно объединиться, чтобы уничтожить армию врага.

– Извините, но не надейтесь получить положительных ответов от домов. Они даже все могут отказаться.

– Я рассматриваю такой вариант, но говорить о чем-то пока рано. Будем думать позднее, когда получим ответы от всех домов.

– Хорошо, надеюсь, Лириан поможет нам в этом нелегком деле. А теперь прошу меня простить. – Верховный Целитель склонил голову и начал удаляться из зала.

– Целитель, – окликнул его Брам. – Никому и никогда не рассказывайте то, что поведали мне.

– Не переживайте по поводу этого, советник. Я запрусь в своей башне и буду нем как рыба. А если враг начнет ко мне прорываться, я выпью яд. – Старик широко улыбнулся, показав свои зубы.

Брам так и не понял, шутил ли целитель или нет.

Эпилог

– Господин, – некромант жеманно стоял возле двери, – все готово.

– Превосходно.

Три человека вышли из помещения, направляясь к центральному зданию, где и находился вожделенный объект. Дверь в здание распахнулась. Не торопясь, господин прошел внутрь.

В центре, на столе, лежал он.

– Ты заслужил его, Арион, – сказал Хоган, пристально изучая посох.

Гвермонд подошел к столу, медленно провел рукой по поверхности оружия. Дерево приятно ощущалось ладонью. Арион уже чувствовал вырывающуюся мощь. Он крепко схватил посох правой рукой, перевернул и поставил его перед собой.

– Я хочу сделать объявление, – сказал Арион, выходя на улицу.

Снаружи он поднялся на башню, которая стояла в центре всего поселения. Лестница была усыпана песком. В пустыне все было усеяно песком.

Поднявшись на башню, Арион лицезрел целую армаду орков и отряд некромантов. К гвермонду на башне присоединились Верховый некромант Хоган и старик Р.

– Сегодня, – начал свою речь Арион, – мы получили то, чего так долго ждали. – Старик Р стал переводить все сказанное на орочий язык. – Совсем скоро мы пойдем и сокрушим врага, который почти уничтожил ваш народ и сделал вас узниками пустыни! Вы снова обретете свободу, земли, справедливость!

Армия орков зашумела. Они поддерживали каждое слово Ариона. Мезира медленно заползла на башню, остановившись на стене, в то время как Амфитер взлетел за спинами стоявших наверху.

– Вы готовы показать то, на что вы способны?! – кричал Арион.

Звонкий, громовой рык разнесся по пустыне.

– Мы покажем, кто хозяин этих земель!

Гвермонд поднял посох, крепко сжимая его в руке. Конец сильнейшего оружия, направленный в небо, заискрился ярким светом.

– Свергнем врага!

***

– Советник? – окликнули Брама, стоявшего возле окна.

Маг повернулся и увидел посла Хэтвина, входившего в зал.

– Приветствую вас, – сказал маг.

– Давайте сразу к делу. Пришли письма домов. Я их еще не вскрывал.

– От всех домов? – поинтересовался Брам.

– От всех.

– Что ж… вскрывайте.

Посол Хэтвин без церемоний начал отрывать печати. Он бегло проглядывал письма, зачитывая самое важное:

– Нюмелир – согласие, Гилн-Скиа – согласие, Снорвэал – согласие, Враар – согласие.

Брам ничего не отвечал, хотя должен был радоваться, что все дома откликнулись на призыв. Чародей промямлил, смотря в пол:

– Все готово?

– Да, мы уже начинаем, – ответил посол.

Люди собирались на площади крепости Гур-Мун. Холодный ветер понемногу сдувал сено, заложенное под бревна, на которых лежало мертвое тело. Брам вышел в центр, подойдя вплотную к погребальному костру. Он смотрел на покойника.

– Я рада, что ты жив. – К Браму подошла молодая девушка.

Советник обернулся. Аэфелия подошла к магу и обняла его. Брам совсем забыл, что эта хрупкая девушка вместе со всеми защищала Гур-Мун. Однако она выжила. Слава Лириану.

– Мне очень жаль, – шепнула она ему на ухо.

– Не всем нам дано увидеть конец войны, – так же шепотом ответил Брам.

Он повернулся к Морну, лежавшему перед ним.

– Мне очень жаль. Прости меня… – Браму подали факел. Через мгновение огонь полетел в костер. Он сразу же схватился за сено, разрастаясь все больше и больше.

– Прости… – еще раз повторил чародей.

– Что теперь? – спросила Аэфелия.

– Теперь нам предстоит последняя битва.

С небес посыпались белые хлопья. Снег покрывал землю, но не долетал до горевшего огня. Пламя принялось за Морна.

– Это будет самая страшная зима на нашем веку, – проговорил Брам, следя за языками пламени.

Часть третья. Регент

Пролог

Йофтен поспешно бежал в свою башню, придерживая мешок с различными зельями и снадобьями. Он старался не показывать, что был чем-то встревожен или возбужден, но получалось ровно наоборот. Тревогу скрыть порой очень сложно, а чаще – невозможно.

Вбежав внутрь башни, Йофтен захлопнул за собой дверь (опять же очень громко из-за стараний не привлекать внимания), задвинул засов и аккуратно положил мешок на рабочий стол. Из самого же мешка он быстро достал все то, что ему было необходимо, отставив в сторону лишь одну крошечную склянку, наполненную темной жидкостью.

Началось самое захватывающее для Йофтена зрелище: жидкости в склянках смешивались, пузырились, дымились.

– Если добавить немного этого, – приговаривал он, осторожно капая зеленой жидкостью в желеобразную массу, – то может получиться. – Желе растеклось, изменив свой цвет. – Дьявол!

Каждый новый эксперимент заканчивался неудачей. Старик продолжал ругаться сам на себя и на все склянки и зелья перед ним, используя уже более вульгарные выражения, не свойственные ученому человеку в обществе. Но когда ты один – это всегда пожалуйста.

Йофтен на какое-то время оставил все свои попытки и стал расхаживать, подходя то к окну, то обратно к столу. Когда в его голову приходила хорошая (как он считал) идея, он сразу же хватался проводить эксперименты, но вновь и вновь у него ничего не получалось.

Он был в отчаянии. Ему пришлось обратиться к некоторым книгам, проверить каждую деталь. Йофтен был уверен, что правда на его стороне. Просто он допускал мельчайшую ошибку, которую никак не мог обнаружить.

Но вдруг он понял. Одно из зелий давало больший эффект, если перед смешиванием с другими ингредиентами тщательно взболтать и нагреть его до определенной температуры.

Новая попытка увенчалась успехом. Зелье было похоже на то, что именно описывали мудрецы в книгах. Осталось лишь проверить его работоспособность. Йофтен сделал небольшой глоток, в его горле запершило, а дыхание участилось.

«Пока все как надо, – подумал он».

Старик подошел к бочке с водой, опустил в нее голову и простоял так примерно минуту.

– Идеально, – сказал он вслух, вытащив голову обратно. Он вернулся к столу. – Осталось дело за малым… – Йофтен достал перо, обмакнул его в чернила и стал торопливо выводить кривые закорючки. – Помоги Лириан прочесть это письмо кому надо, – серьезным тоном буркнул он себе под нос.

Дописав письмо, он кинул перо на стол и взял отдельно стоявшую склянку, к которой не прикасался за все время своих опытов.

– Что ж, ваше здоровье, господин Йофтен, – проговорил он и выпил содержимое одним глотком.

Глава 1. Власть

Снег беспощадно валил с неба. Поднялся сильный ветер, видимость упала, суровые торговцы продолжали стоять на улице, пытаясь укрыть свои телеги с товарами, а многие просто убегали домой, не выдерживая климатических катаклизмов.

Под призрачные завывания ветра, проносившиеся по всему замку, в зал совета вошел Брам. В этом помещении, да и в этой части замка он еще никогда в своей жизни не был. Его встретил громоздкий дубовый стол, за которым сидели три злостных лица. Очень задумчивых и серьезных.

– Приветствуем вас, советник, – начал один из них, не вставая со своего места. Имена трех советников, кстати говоря, никогда не назывались.

Советники не участвовали в общих собраниях, в голосованиях, народных дискуссиях и прочей политической деятельности. Они являли собой тайное правительство, которое помогало решать некоторые вопросы. А вот как именно они это делали, был в курсе только сам Владыка Фортавир. Это все, что знал о них Брам. Все остальное являлось тайной.

Брам почтительно кивнул головой, подошел ближе к столу и застыл навытяжку.

– Советник, мы вызвали вас, так как у нас есть очень важные сведения, которые не стоит разглашать еще на протяжении часа. Мы все должны к этому подготовиться.

– Я вас внимательно слушаю.

– Все в курсе, что Владыка лежит сейчас в лечебном крыле после битвы, – продолжил разговор человек, который сидел слева, – но тяжелые времена приносят дурные вести.

– Мы хотим вам сообщить, – подхватил третий советник, – что Владыка Фортавир скончался от тяжелых ран не более десяти минут назад.

Брам даже не сразу осознал то, что ему сообщили. Новость поразила его до самой души.

– Я…

– Можете не отвечать, – жестко пресек советник мага. – Скорбеть будете потом. Так как вы находитесь в нашей крепости не так давно, мы хотели вас спросить…

– Я отвечу на любые ваши вопросы, – отрешенно ответил Брам.

– Вы понимаете, что такое смерть Владыки?

– Большая потеря, особенно во время войны.

– Это понятно, – сказал человек, сидевший справа. – А к чему приводит смерть Владыки?

– К чему?

– Кто является следующим правителем? – расспрашивали Брама, точно ученика в академии Гринштам.

– Законный наследник.

– Все верно. Только у Владыки Фортавира нет детей. Нет, и не было. Наследников нет. Что происходит дальше?

– Выборы? Голосование?

– Ни в коем случае, – грозно ответил тайный правитель. – Если нет законных наследников, то правителем становится его личный советник. Временно, конечно, но он обязан исполнять работу Владыки.

Молния опять ударила в Брама, хоть и не должна бить в одно место дважды. Он не знал, что на это ответить, но ему быстро помогли:

– На это тоже можете не отвечать. Как только мы объявим о смерти Владыки Фортавира, вы непременно занимаете его должность. Вам все ясно?

– Да, советники, ясно.

– Превосходно, тогда можете идти.

Брам покинул зал в полной растерянности. Он являлся человеком полностью повинным в том, что началась война. И вот, спустя некоторое время он становится Владыкой на правом материке. Ему даже вообразить было сложно, как много людей будет против него, даже учитывая то, как сильно поддерживала его армия.

Маг спрятался в своей спальне, словно маленькая девочка, боящаяся чудовищного монстра за дверью. Скоро объявят о смерти Владыки. У людей будет паника, которая сменится шоком, когда на престол взойдет Брам.

И самое страшное началось через сорок минут. В воздухе прогремел горн, сменившийся громогласным пением придворного хора. Они пели о гибели Владыки. Люди, обескураженные услышанным, начали выходить на улицу, несмотря на холодную погоду. Народ стал собираться на площади, где был хор. Людей становилось все больше и больше. Выходили даже дети и старики. Все хотели проститься с любимым Владыкой. Браму ничего больше не оставалось делать, как присоединиться ко всем людям на площади.

Хор умолк в тот момент, когда на выстроенный помост взошла троица. Тайные советники были в черных мантиях. Их глаза горели ярким пламенем. Браму никогда не встречались люди с такой пугающей и удивляющей внешностью.

– Братья и сестры, – обратился один из советников к толпе, – сегодня мы понесли огромную утрату для нас всех. Погиб Владыка Фортавир. Человек, который с гордостью управлял королевством на протяжении двадцати лет. Его отвага, ум, храбрость, мудрость были незаменимы. Но видит Великий Лириан, что пора Владыке отдохнуть. Мы прощаемся с Владыкой Фортавиром, высоко подняв голову. Мы гордимся и будем гордиться таким правителем, а история его правления никогда не забудется нами. – Советник сделал паузу, и Брам осознал, чтó сейчас объявят со сцены. – Но королевству Мелвинген нужен правитель. Поэтому, на время войны против наших врагов, мы официально объявляем о том, что временным правителем королевства Мелвинген становится личный советник Владыки Фортавира.

Тишина. Лишь где-то вдали слышалось похрустывание снега. Браму предстояло выйти на сцену не под бурные овации, а под абсолютную тишину, воцарившуюся на площади.

Чародей начал делать неуверенные шаги к помосту. Все внимание теперь было приковано к нему. Каждый взгляд казался ему осуждающим. Он старался не смотреть в глаза людей.

Оказавшись на помосте, он встал рядом с советниками. Они повесили ему на грудь знак отличия – брошь в форме павлина. Владыка Фортавир не носил короны, как это делали остальные правители материков.

Брам осмотрел брошь и робко поднял взгляд, осматривая толпу перед ним. Он замер в ожидании.

И тут раздались первые хлопки. Грохот разрастался со временем. Вся площадь начала аплодировать. Брам все-таки ошибся. Никто не проявил неуважения или ненависти. Всем было наплевать на нового правителя. Горечь от утраты слишком сильно затмевала любые другие чувства. Все люди жалели и вспоминали о Фортавире. Брам им был просто неинтересен.

«Не так уж и плохо, – с успокоением подумал Брам».

Аплодисменты начали стихать. Один из советников, стоявший ближе всех к магу, прошептал:

– Ваше слово, дорогой регент. Люди хотят услышать от вас несколько слов.

– Хорошо, – так же шепотом ответил Брам, дожидаясь, пока толпа на площади совсем утихнет.

Маг сделал шаг вперед. Он не понимал, что именно ему нужно было сказать, но знал, чего ему хотелось. А хотелось ему говорить правду без единой капли лжи.

– Я понимаю, как вам всем сейчас трудно. Вы потеряли человека, которого любили и уважали на протяжении двадцати лет, – начал Брам свое выступление, – но смерть всегда приходит довольно неожиданно. Владыка Фортавир погиб, защищая свой родной дом. Он не испугался, не убежал, не скрылся в подвале, лишь бы не видеть войны. Нет. Он вышел на поле боя и сражался со всеми наравне. Я хочу, чтобы такая же отвага присутствовала в каждом из нас, чтобы каждый присутствующий человек на площади любил свой дом точно так же, как это делал Владыка Фортавир. Возможно, вы не рады видеть меня на его месте. Я прекрасно это понимаю. Не буду вам лгать. По большей части именно из-за меня началась война. Да. И я не боюсь в этом признаться, проявляя такую же отвагу, которую имел и Владыка Фортавир. Я не вру и признаюсь в этом. Но также я не солгу вам в следующем: мы прекратим эту войну! Мы остановим врага, разобьем его армию, а наш общий дом снова станет безопасной цитаделью! Арион! Хоган! Наши враги будут уничтожены, сколько бы сил не пришлось на это потратить. Я обещаю вам, что покину свой пост, как только расправлюсь с недругом. Вы найдете себе достойного правителя, которого будете любить не меньше прежнего. А сейчас я хочу от вас лишь одного. Мне нужна та поддержка, которая стремительно приведет наши войска к победе. Люди! Я обращаюсь к вам! Могу ли я заручиться вашей поддержкой? Сможем ли мы победить врага раз и навсегда?!

Неожиданные овации вновь раздались над площадью. Речь Брама воодушевила людей.

– Превосходно, Владыка, – сказал один из тайных советников волшебнику.

– Кто бы мог подумать… – пробубнил Элизар, стоя перед Брамом в тронном зале.

После выступления прошло два часа. Тело Фортавира успели предать огню. При виде этой сцены Браму невольно вспомнилось сожжение Морна. Слишком многие начали погибать. Так и начинается война.

– Подбросьте больше дров в камин, в зале становится холодно, – отдал приказ Брам своей новой прислуге.

– Удивительно все это, не так ли? – спросил Элизар.

– Слишком стремительно меняются события, уже не успеваю следить за тем, что происходит. Арион, простой ученик академии, устраивает войну, глава этой же академии предает всех, перейдя на сторону этого же ученика, потом начинается жестокая резня, кровопролитие… А я… Человек, который является тем, кто помог начать эту войну… Теперь я новый Владыка.

– Хах! Кому расскажешь – не поверят. Звучит больше как какая-то легенда, придуманная стариками для детей. Может, кто и составит сказания об этой истории. Или книгу напишет.

– Может быть.

– Жалко, конечно, Морна. Хорошим человеком был.

– Да, Морн отличный человек, – тоскливо ответил Брам.

– Я его как-то раз даже хотел своим помощником сделать, – признался Элизар, улыбаясь.

– Так и не предложили ему?

– Почему же… Предложил. Он отказался, но я это и так прекрасно понимал. Знал, что он откажет.

– Почему?

– Морн умный человек. Он знает, что такое политическая грязь, поэтому никогда бы не согласился валяться в ней вместе с нами.

– Как это странно. Люди, которые разбираются в чем-то, активно занимаются определенной деятельностью. А тот, кто действительно осознает то, в чем именно он разбирается, ни за что не станет с этим связываться.

– Очень часто люди просто представить себе не могут, куда они могут залезть. Они встречаются с реальностью, когда уже приступили к делу. Но им кажется, что обратного пути нет или хотя бы просто другого пути. Они зажаты тем, что умеют, какими навыками и знаниями владеют, поэтому не желают стремиться к большему, обучаться новому. Они остаются на своем месте, мучаются, страдают, терпят, но сидят там, где они хоть что-то понимают. Они выгорают внутри, но на большее не способны.

– Печально это осознавать, – сказал Брам, встав с трона. Он решил пройтись по залу, чтобы немного согреться.

– Как ты себя ощущаешь на месте Владыки?

– Отвратительно. Хочу, чтобы все это уже закончилось.

– Смотря, чем это еще все закончится, – печально подвел итог Элизар.

В тронный зал вбежал посол королевства. Его мокрый лоб от пота, бледный оттенок кожи и широко раскрытые глаза предвещали нечто ужасное.

– Слушаю, – громко произнес Брам.

– Владыка, там… У нас труп… Убийство…

– Где? – немедленно спросил Владыка-регент.

– В башне… В башне…

Убийство, как его назвал посол, оказалось самоубийством. Тело Верховного Целителя Йофтена обнаружили в его же башне. Старик с пожелтевшими губами и закатанными глазами лежал возле своего рабочего места.

В башню прибежал посол, Элизар и Брам. Всех прочих попросили покинуть пределы постройки, а королевская стража осталась возле входа.

– Как узнали, что в башне тело? Ведь прохода сюда нет даже лекарям, – сразу же спросил Брам.

– На верху башни был зажжен огонь. Это символ того, что любому лекарю без разрешения можно зайти внутрь. Правило это очень строгое, но огонь зажигается очень редко. Видимо, Йофтен хотел, чтобы его тело нашли, – начал объяснения посол. – Пришли некоторые лекари, но дверь была закрыта на засов. Это вызвало огромные подозрения, поэтому на свой страх и риск дверь решили вскрыть силой. Дальше и обнаружили тело. Факт самоубийства установили сами лекари, им знаком этот яд.

Брам подошел к столу и взял записку, которую оставил Верховный Целитель. Пробежав по ней глазами, он крепко сжал пергамент и показал его послу.

– Это его почерк?

– Да, – с улыбкой ответил посол. – Так криво писал только господин Йофтен.

– Хорошо. Тогда это точно самоубийство. По крайней мере, об этом нам говорит сам Целитель.

– Что прикажете делать?

– Уберите тело, подготовьте все. Ни в коем случае не трогайте ничего, что лежит на столе. Я еще вернусь сюда.

– Нужно будет назначить нового Верховного Целителя, – подсказал Элизар.

– Назначу, только сначала все решим. А то новый Целитель захочет сразу притронуться ко всему, что на столе, – ответил Брам.

– Да что же такого на этом столе?

– Только то, что важно для меня и Йофтена. Остального знать никому не надо, – договорил Брам и покинул башню.

Глава 2. Побег

Брам внимательно читал письмо:

Советник Брамсвелл, надеюсь, Вы прочтете это письмо, и никто другой более. Говорить открыто с Вами не могу, так как много коварства и обмана в последнее время накинулось на всех нас. У стен, дверей и даже мебели есть уши. Соглядатаи врага уже везде. На правом и на левом материках. Постараюсь изложить Вам все предельно ясно и осторожно, чтобы никто кроме нас не догадался, о чем именно толкуем мы с Вами в своих беседах. Оставляю это посмертное письмо точно по этим же причинам. Знания, которые есть у меня, могут менять исход войны. Мы однажды в этом уже убедились, за что мне очень стыдно. Да простит меня Великий Лириан, я не хотел навредить своему народу и своему родному дому. Моя смерть остановит распространение информации. Итак, дорогой советник, я хочу, чтобы Вы вспомнили, о чем мы с вами недавно беседовали. Простите, но я не могу называть вещи своими именами. Я дал вам ценную информацию, которой вы решили воспользоваться. Знаю, что захотели. Первая легенда оказалась правдой, значит, у второй тоже есть огромный шанс быть правдивой. Говоря же о второй легенде, надо вспомнить, что мы с Вами обговорили некую недосягаемость. То, что препятствует Вам. Но не стоит бояться и ломать голову. Советник, я смог найти для вас ответ. И это, к сожалению, является такой же страшной тайной, которую не хочется рассказывать никому вокруг, кроме Вас. Я выяснил, как можно обхитрить природу, чтобы добраться до ЭТОГО. Все нужное вы найдете на рабочем столе. Не пугайтесь встретить много склянок: все это мои неудавшиеся труды. Не смейте ни в коем случае подбирать баночку с пола. Яд вам не понадобится. На столе найдите склянку того цвета, который олицетворяет духовную природу ВАШЕГО тела. Но учтите, что этот цвет отличается от природы Вам ПОДОБНЫХ. Надеюсь, вы поймете и не совершите ошибки. Выпив это вещество, вы сможете блаженно вздохнуть. Глубоко и надолго ВЗДОХНУТЬ. А на этом я с вами прощаюсь. Я передал все, что смог. Надеюсь, максимально скрытно, однако понятно. Желаю успехов. Я не узнаю будущего, но надеюсь на мир в нашем доме.

С наилучшими пожеланиями,

Верховный Целитель.

Дочитав письмо, Брам сильно задумался. Он пробежал по письму взглядом еще раз.

«Духовная природа вашего тела. Так, похоже, что Целитель намекает на принадлежность к стихиям. Но она отличается от природы мне подобных».

Обо всем остальном Брам догадался сразу. А вот ответ на загадку найти удалось не сразу. Но чуть позже смог понять, кто отличается от ему подобных.

– Как же просто. И гениально одновременно, – сказал Брам в пустоту, кинув письмо в огонь.

Он выбежал из зала и отправился обратно в башню. Стража никого не пропускала, как и просил Владыка. Рабочий стол Йофтена оказался нетронутым. На нем же была и нужная склянка. Зеленого цвета.

– Ведь от нашей природы отличаются некроманты, не так ли Верховный Целитель?

Брам убрал склянку за пазуху и покинул башню. Страже он отдал разрешение на допуск людей внутрь. Новый Владыка не печалился из-за смерти Верховного Целителя. Однако эта смерть могла вызвать большое волнение среди людей. Ведь одно дело – когда люди гибнут от руки других людей, а другое – когда они убивают сами себя. В особенности, когда самоубийство совершают такие значимые для народа личности.

Больше ждать было нельзя. В зале маг собрал свои вещи, отправил прислугу, чтобы тот попросил конюха подготовить лошадь для дальней поездки. Брам лишь не учел, что теперь он являлся самим Владыкой, поэтому покинуть пределы Гур-Муна скрытно от всех у него не получится.

Возле главных врат, где волшебника уже дожидался конюх, был еще и целый отряд, построенный в шеренгу. Допустить, чтобы Владыка покинул пределы крепости в одиночку, никто не смел.

– Кто главный в отряде? – довольно просто спросил Брам.

Из отряда вышел человек в доспехе золотого оттенка.

– Рыцарь королевства Мелвинген Минох к вашим услугам!

Брам и забыл, что в личной страже Владыки присутствовали рыцари, что являлось редкостью на всем материке. Рыцарей вообще осталось мало.

– Рыцарь Минох, прошу, чтобы вы и ваш отряд вернулись в крепость.

– Простите, Владыка Брамсвелл, но ведь устав…

– Устав?

– Не велено личной страже оставлять Владыку за пределами одного. Даже если того желает сам Владыка. В случае неисполнении данного указа – смертная казнь.

– Рыцарь Минох, поймите, что дело простое. Я вернусь быстро. Там, куда я отправляюсь, мне не нужен целый отряд для моей же личной безопасности.

– Устав гласит обратное. Простите, что спорю с вами, Владыка Брамсвелл, но нарушить правила мы не можем. Либо всех казнят.

Брам понимал, что попал в безвыходное положение.

– Что ж, хорошо, что спорите. Вы правы. Не стоит мне одному находиться за пределами крепости. Знаете, я пока повременю с моей поездкой. Как только буду готов отправиться, вы будете уведомлены. Завтра или послезавтра будьте готовы.

– Слушаюсь! – выкрикнул рыцарь, склонив голову. Все в отряде преклонили колено.

– Будут ли приказания, Владыка Брамсвелл? – напоследок спросил Минох.

– Нет. Можете разойтись. Я буду отдыхать в крепости.

– Слушаюсь.

Но отдыхать маг, конечно же, не собирался. Ему следовало основательно подготовиться к ночи. Ведь побег правителя из собственной крепости – дело нелегкое.

Ночью выпало еще больше снега. Поднялась метель, которая ухудшала видимость для дозорных. Проскочить по улице было довольно легко в такую погоду, но самое сложное поджидало в самой крепости. Стражники расхаживали по коридорам, проверяли пустующие комнаты, многие из которых были просто закрыты, и попасть в них ночью не было возможности даже у Владыки. Пройти мимо стражи в крепости казалось чем-то невозможным, но другого пути просто не было.

Брам долгое время стоял возле окна, наблюдая за стремительно падающими хлопьями снега и продумывая план побега до самых мельчайших подробностей. Еще одно препятствие, которое окажется на пути к побегу – конюшня. Забрать лошадь, которая, возможно, начнет брыкаться и ржать, будет самым сложным моментом.

Брам медленно, на цыпочках подошел к двери своей спальни. За ней слышались тихие шаги первого стражника. Он расхаживал по коридору, иногда проверяя поворот в восточной стороне.

У Брама не было идей. Каждый коридор охранялся стражниками. Даже при объявлении тревоги они останутся на своих постах, дабы защитить Владыку. Значит, оставался последний, хоть и не самый приятный план.

Маг вытащил все вещи из шкафа, стянул простынь с кровати и начал связывать всю найденную ткань между собой, создавая подобие длинной веревки. Один ее край он привязал к ручке запертой двери, так как сама дверь открывалась в сторону коридора.

Брам открыл окно, проверил, не ходит ли под окнами стража, и кинул один конец веревки вниз. Быть замеченным была крайне высокая вероятность. Опять же, спасала недавно начавшаяся буря.

Крепко ухватившись за веревку, чародей перекинул одну ногу, а затем и вторую, оказавшись наполовину на улице. Он дернул ткань, чтобы проверить ее прочность, понимая, что под его собственным весом она все равно сможет оборваться.

Посмотрев в темное небо и взывая к помощи Лириана, Брам слез с окна, повиснув на одних руках. В ладони остро впивалась ткань, ноги его твердо уперлись в каменную стену. Лезть вниз было не так долго, но в такую погоду это казалось невыносимым и даже бесконечным.

Брам начал постепенно спускаться, перехватывая руками белье и медленно переставляя ноги. В некоторых местах камень был предательски скользким. Через некоторое время Брам услышал голоса: это стража обходила крепость по кругу. Разобрать их речь было невозможно. Маг замер на месте, совсем не двигаясь. На какое-то время он даже задержал дыхание. Голоса со временем были отчетливее, а потом стражники и вовсе оказались прямо под убегающим Владыкой.

Но голоса стали утихать. Дозорные отдалялись. Никто из них и не подумал поднять взгляд во время дозора. Это довольно быстро успокоило Брама. Он тяжело выдохнул и пополз дальше по стене. Вскоре он достиг земли, спрыгнув с веревки сначала на крыльцо, а потом и на землю. Руки его горели и тряслись. От холода и от усталости. Отвязать веревку было нельзя, поэтому действовать нужно было решительно, пока кто-нибудь не заметил эту подозрительную картину.

Брам, пригибаясь, побежал в сторону конюшни, которая находилась не так далеко от южных врат, выводящих прямо на Марумский Хребет. Зайдя в конюшню, маг встретился со спящими лошадьми. Начиналось самое трудное. Любой промах мог привести к фатальной ошибке.

И тут до плеча мага коснулась чья-то рука:

– Чего гуляем так поздно?

У Брама чуть не остановилось сердце. Он не слышал даже шагов подошедшего. Маг чуть не упал от испуга, дернулся вперед и быстро развернулся.

– Не кричите, – шепотом произнес пришедший человек.

– Почему на «вы»? – успокоившись, ответил Брам.

– Вы ведь теперь Владыка.

– Это неважно. Я лишь временно исполняю обязанности Владыки.

– И все же… Что ты делаешь так поздно ночью в конюшне, да еще и спустившись из окна по веревке? – в недоумении спросила Аэфелия, стоявшая вся в снегу. Белые крупинки осели даже на ее длинных ресницах, прикрывавших ее глубокие, выразительные глаза.

– Я… как бы тебе сказать…

– Сбежать хочешь.

– Да, – не стал увиливать Брам. – Как ты меня увидела? Да и почему ты сама разгуливаешь по ночам?

– Я поздно ложусь спать. Мне нравится ночь. Это то время суток, когда можно подумать в тишине…

– И спокойствии, понимаю, – закончил Брам мысль.

– Да, именно. Я смотрела в окно, на небо. А уж потом смогла рассмотреть какой-то объект сквозь снежную стену. А это оказался ты.

– К сожалению, Владыку не хотят отпускать одного за пределы крепости.

– И правильно делают, чего тебе делать за пределами одному? Да еще и в самый разгар войны.

– Прости, не могу тебе сказать всего. Просто есть одна вещь, которая может помочь выиграть войну.

– И тебе обязательно ее заполучать одному?

– Крайне необходимо. Большой отряд привлечет слишком много внимания. Даже если отправятся несколько человек.

– А если двое? – стеснительно спросила Аэфелия.

– Что ты имеешь в виду?

– Ты ведь не знаешь, как дальше пройти через врата? Что делать со стражниками на стене? Как открыть сами врата? Как поднять здесь лошадь, не привлекая ничьего внимания?

– Либо ты меня отговариваешь, либо у тебя есть план.

– Верно, второе. Ты доверяешь мне?

– Аэфелия, пойми… Я уже не знаю, чему можно доверять в этой жизни…

– Тогда тебе придется довериться. – Она подошла к одной из спящих лошадей, аккуратно ее разбудила, постоянно поглаживая животное по переносице. Лошадь же покорно встала, лишь слегка фыркнув в лицо Аэфелии. То же самое она проделала и со второй лошадью, которая спала рядом. – Вот. Эта будет твоей.

– Тебе нельзя со мной. Это опасно.

– Не опаснее, чем находиться в месте, которое хочет уничтожить Арион. Доверься мне, и я проведу тебя через врата.

– Хорошо, видимо, другого пути у меня нет.

Аэфелия быстро подготовила лошадей, закрепила на спину седло и уселась верхом.

– Садись давай, – уже более властным тоном приказала она.

Брам сел на лошадь. Аэфелия улыбнулась и, крепко ухватившись, прокричала:

– Пошла!

Лошадь стремительно рванула вперед, выбив небольшую дверь конюшни. Брам в изумлении поскакал прямиком за ней. Маг лишь успел заметить, как девушка взмахнула одной рукой куда-то вверх, а потом прямо.

Дозорных на стене окутал снежный вихрь. А вот врата выбились воздушным ударом. И довольно мощным. Брам понял, что церемониться Аэфелия не станет. Вместе они пронеслись галопом за пределы крепости и помчались вдаль.

– Не знал, что ты волшебница! Да еще и стихия ветра!

– Ты еще многого обо мне не знаешь! – прокричала в ответ довольная Аэфелия.

Она оказалась решительной, жесткой и сильной. А также принадлежала к той же стихии, что и Брам. Ему это, конечно же, понравилось.

Глава 3. Дом, вера, надежда

Морозное утро. Сугробы искрились, отражая яркое солнце. Слабый ветер колыхал лошадиные гривы и хвосты. Путники брели по зимней пустыне. Но замерзнуть они никак не могли. Аэфелия заранее позаботилась об этом, захватив с собой зелье, не дающее промерзнуть даже в самый сильный холод. Эффект был временным, но одной такой бутылочки хватало для двоих на все путешествие. Чародейка словно знала, что им предстоит отправиться к Марумскому Хребту.

– Неужели никто не выслал за нами людей? Думаю, в крепости еще ночью смогли заметить, что мы сбежали. Ну, или хотя бы то, что сбежал я. Ко всему прочему, ты выбила ворота.

– Скорее всего, выслали. Но я выбрала самых быстрых скакунов нашей крепости. Этим мы выиграем немного времени. Но когда-нибудь они нас настигнут. А если пойдет сильный снег, то времени у нас станет еще больше, так как следы исчезнут.

– Верно, – согласился Брам. – Нам осталось совсем немного. – Маг указал рукой вдаль, где уже виднелись массивы хребта. – Останется только пройти через горы, если между ними есть расщелина. Или придется обходить их.

– Там ведь дальше море, разве не так?

– Да, там море.

– И куда нам дальше? – растерянно спросила Аэфелия.

– Нам дальше никуда, а мне – в море.

– Неужели почтенный Владыка решил посетить старый материк, где некогда обитали глуры?

– Главное, чтобы они там не обитали по сей день.

– А что мне делать?

– Останься с лошадьми. Минут тридцать меня не будет, если все пойдет по плану.

– Хорошо. Можно последний вопрос?

– Конечно.

– Мы победим Ариона? – Аэфелия даже немного засмущалась от своего вопроса. Она сама понимала, что ответа на этот вопрос никто не знает.

– Это мы еще посмотрим! – в сердцах воскликнул Брам и рванул на лошади вперед, завидев вдалеке тропу меж гор.

Пройти ее оказалось делом десяти минут. Вскоре путники наткнулись на край материка, а перед ними разверзлась морская пучина.Тонкий слой льда, припорошенный снегом, покрывал всю гладь водного пространства. Но все издавна знали, что Карантовое море никогда не замерзает сильно. Подобное явление так никому и не удалось объяснить.

Брам и Аэфелия остановились возле замерзшей воды и спрыгнули со своих лошадей. Владыка достал свою склянку, внимательно ее осмотрел, а затем выпил содержимое залпом. Волшебница не стала спрашивать для чего нужно это зелье. Ей и так все было понятно.

– Вот, – достала она свое согревающее снадобье. – Пригодится в воде.

Брам взял бутыль и сделал один глоток. Его хватит на несколько часов.

– Буду ждать здесь, – почти шепотом произнесла Аэфелия.

Начался снег, который постепенно усиливался.

– Вот и следы наши прикроет, – заметил Брам. – Ладно, я пошел.

– Береги себя, – сказала волшебница вслед.

Брам подошел ближе к тонкой корке льда. Она тут же провалилась, как только чародей наступил на нее. Он шел дальше, ломая лед, словно великан, разрушающий город. Брам не чувствовал холода, как и предполагалось. Зайдя по шею в воду, он обернулся и посмотрел на свою спутницу.

– Удачи, – сказала она, внимательно наблюдая за Брамом.

Он кивнул, развернулся и шагнул дальше, погрузившись в воду полностью. Сначала он открыл под водой глаза и только потом решился сделать вдох. Ощущение было странное, точно вода заполнила легкие. Но Брам быстро к этому привык. Он спокойно дышал, как будто находился на поверхности земли.

Чем глубже маг погружался в воду, тем меньше было видно. Браму вспомнился ловкий трюк, который использовал Арион в темном подземном коридоре. Искрящиеся бомбочки.

Дно начало озаряться светом. Бомбочки действительно помогали. Чародей не ощущал и малейших затрат магии на них. И вот, в глубинах морского дна стал вырисовываться заброшенный город. Браму стало не по себе, ведь находится одному на дне морском – дело отчаянное.

Маг подплыл к городу ближе. Все его тело начинало ломать, в некоторых местах колоть. Видимо, сказывалось измененное давление, но зелье помогало побороть и этот недуг. Только сейчас Брам понимал, насколько глупо было просто так довериться целителю, не проверив действие зелья заранее. Однако времени для проверок оставалось все меньше и меньше. Пора было действовать.

Брам плыл дальше, освещая себе путь, пока не набрел на то, что искал. Что-то похожее на небольшую площадь появилось перед чародеем. В центре же площади находился красиво отстроенный алтарь. Сомнений не оставалось, что это было именно то самое место.

Брам подплыл ближе, осматривая каменную постройку. На полу самого алтаря красовался знак, похожий на древо.

«Видимо, придется ломать».

Маг нанес удар, одним движением выломав пол. Камни разлетелись в разные стороны. Брам кинул еще одну бомбочку, чтобы разглядеть, что же находилось внутри.

И увиденному он не поверил.

На дне оказались они. Корни второго Древа, про которые рассказывал Верховный Целитель Йофтен.

«Как странно, этот человек подарил оружие и нам и нашему врагу».

Брам, не думая, схватил корни и поплыл вверх, стараясь как можно скорее достигнуть поверхности. В воде становилось все светлее, но даже этот момент казался мучительно долгим.

Без каких-либо проблем он выбрался на поверхность и глубоко вдохнул уже привычного для него воздуха. Только вот оставалось добраться до самого берега, на котором его дожидалась Аэфелия.

И не только она. Девушку окружал целый отряд незнакомых лиц. Брам пытался прищуриться, чтобы разглядеть, кто это такие. Вода все еще заливала глаза, что мешало рассмотреть людей. Брам уже не понимал, чего он боялся больше. Того, что Аэфелии и ему грозит опасность или того, что он может в один миг лишиться добытых им корней.

Но Аэфелия вела себя довольно спокойно, что не вызывало никаких сомнений. Увидев мага, она помахала ему рукой, чтобы тот плыл к ним. Брам присматривался еще некоторое время, а потом увидел человека в позолоченном доспехе. Любые подозрения отпали. Это был тот самый рыцарь, с которым ему пришлось недавно пообщаться.

«Как быстро они нашли нас. Хорошая у Владыки стража, – подумал Брам, медленно плывя к берегу».

– Не удалось нам укрыться, – сказала вышедшему на берег магу Аэфелия.

– Теперь защита нам пригодится, нужно скорее возвращаться в крепость.

Все присутствующие рассматривали корни, с которых мерно капала вода. Они словно загипнотизировали весь отряд.

– Идемте же! – скомандовал Брам, и все сразу начали собираться в путь.

– Повинаюсь, ваша высокость, – сказал здоровенный мужичок. Рубаха его была старой и потертой, волосы взъерошены, в них виднелась мелкая стружка, а загрубевшие ладони были в мозолях.

– Давайте без официальных представлений, – ответил Брам. – Скажите, это вас считают лучшим столяром?

– Видит Лириан, что преувеличивает люд. Уверен, что есть хлопцы гораздо лучше меня. Но скажу честно… Свое дело я знаю и к любому делу подхожу с огромной ответственностью.

– Хорошо, я верю. Как вас зовут?

– Тифин, – ответил мужичок. – Тифин Побрикский.

– Тифин, скажите, вы знакомы с понятием «посох»?

– Я знаю, что такое посох, ваша высокость. Но позвольте мне догадаться… Вы говорите о посохах, что были у волшебников?

– Именно.

– Я слышал сказания об этом от своей покойной ныне бабки.

– Хорошо, тогда у меня есть для вас одно очень важное задание, – сказал Брам, достав из-под плаща корни.

Было относительно холодно, но Брам все же решил прогуляться по площади, где он встретил Аэфелию, одиноко стоявшую возле статуи Аутценцера Второго – одного из самых легендарных Владык правого материка.

– Не холодно? – спросил Брам.

Аэфелия немного дернулась от испуга. Она была сильно увлеченна статуей.

– Нет. Раньше зимы были гораздо холоднее.

– Увлекаешься историей? – спросил Брам, посмотрев на Аутценцера.

– Можно и так сказать, но здесь немного не то. Просто… Это мой прапрадедушка.

– Аутценцер Второй? Ты серьезно?

– Да. Я не вру.

– Я и не говорил, что ты врешь, просто… Удивительно…

– Всегда правление передается только мужчинам, поэтому многие даже не знают, что я отношусь к его родным. Но я горжусь им.

– Мне это хотя бы объясняет, почему ты такая решительная в своих действиях.

– Хах, возможно.

– Тебе хотелось бы управлять материком? Если бы девушкам передавали бразды правления?

– Нет. Ни за что. Это тяжкий труд. Я бы сказала, проклятие на голову правителя.

– Да, полностью с тобой согласен.

– Так эти корни… Это корни Первого Древа? – робко спросила Аэфелия.

– Одного из двух.

– А второй у Ари…

– Не говори. Да, у него. Но теперь шансы уравнялись.

– Никогда не думала, что мы вновь вернемся к временам магов с посохами. Ведь это будет посох, верно?

– Ты слишком догадлива, Аэфелия, – подметил Брам, сжав губы.

– А что будет дальше?

– Дальше…

– Не отвечай.

Брам не успел понять, что произошло. Их губы соприкоснулись. Маг растерялся, но не стал отдаляться. Наоборот, он крепче прижал к себе Аэфелию, отдавшись воле эмоций. Брам растворился в поцелуе, позабыв все на свете. Ему давно не было так приятно, так спокойно и так хорошо.

Близость прервал прозвучавший рядом кашель. Вдвоем они обернулись и увидели стоявшего рыцаря, который появлялся чаще любого советника.

– Простите, что отвлекаю, Владыка. – Аэфелия смущенно отвернулась, а Минох продолжил: – Я хотел сообщить, что пришли новые сообщения из Враара. Враг подступает к границам. Они отходят к Снорвэалу.

– Пошлите всем письма, чтобы отряды собирались в Снорвэале. Соберите нашу армию, отбываем сразу, как только приготовимся.

– В Снорвэале собираем всех в крепости?

– Нет. Недалеко от нее. Там есть огромное поле, через которое и пойдет Арион. Другого пути у него нет.

– То есть оборонять позиции мы не будем? – спросил Минох.

– Не будем. Хватит с нас обороны. Подготовьте морально людей. Мы выдвигаемся на нашу последнюю битву. Весь материк – наш дом. Пора нам выгонять неприятеля с наших земель.

– Будет сделано!

– И не забудьте написать об этом в письмах. Пусть все дома знают, что нас ждет последний бой. Ступайте.

– Будет сделано! – повторил рыцарь Минох и отправился выполнять приказания.

– А ты, – обратился Брам к Аэфелии, – останешься в крепости. И не говори мне, что вся женская академия будет сражаться за Гур-Мун. Я это прекрасно знаю. Но подвергнуть тебя опасности я не могу и не хочу.

– Но…

– Это приказ, – жестко сказал маг и отправился к столяру, чтобы сообщить, что времени у того больше нет.

Через час армия была готова. Брам выехал вперед, одной рукой держась за лошадь, а другой сжимая посох. Волшебник на коне да еще и с таким орудием внушал доверие и уверенность. Воины даже подбодрились, завидев своего предводителя. На поясе у Брама висел Толкмар. На случай, если что-то с посохом произойдет не так.

– Я хочу, чтобы вы понимали, – прогремел голос Владыки, словно раскат грома. – Мы с вами идем навстречу смерти. Скажу честно, многие из вас не вернутся домой. Но спросите себя. Хотите ли вы мира в своем доме? Хотите ли вы, чтобы ваши семьи, оставшиеся в городе, и дальше жили в спокойствии? Хотите ли вы, чтобы будущие поколения вспоминали о вас с гордостью, понимая, на что вы пошли ради них? Хотите?!

Громогласный рев прокатился по армии. Орудия забились о щиты, сталь заскрежетала повсюду. Люди были готовы.

– Я хочу, чтобы вы понимали. Вы бьетесь не за меня. Я для вас никто, как и многие другие правители. Я хочу, чтобы вы это делали только ради себя и своих близких. Я не мастер красивых речей, поэтому спрошу кратко: вы готовы пойти и встретиться лицом к лицу с врагом, дабы защитить свой дом, своих родных и свой народ?

И снова прозвучал рев и овации. Брам поднял свой посох высоко в небо.

– За материк! За честь! За себя! За свой дом! За Гур-Мун! – прокричал он.

Многочисленная армия вновь поддержала его, и затем они двинулись в путь. На встречу с врагом. В Снорвэал.

Глава 4. Долгие дни, долгие ночи

Войско мучительно пробиралось сквозь снежную пелену. Погода начала успокаиваться лишь к тому моменту, когда воины подобрались к заветной границе Снорвэала. Но Брама мучили тревожные опасения, ведь оркам не помеха и такая погода. Армия Ариона могла гораздо быстрее добраться до обозначенной точки. А вдруг люди уже сражаются с врагом? Вдруг они терпят поражение, пока подкрепление из Гур-Муна все еще находится в пути? Оставалось совсем немного, чтобы узнать правду.

Вскоре люди Брамсвелла все-таки добрались до крепости, а чуть позже и до поля, где уже располагались союзные войска. Был разбит огромный лагерь, где повсюду дымили костры, люди готовились к битве, проверяли свое оружие, убирали стрелы в колчан. Кто-то грелся, разминаясь на месте, кто-то позволял себе сделать пару глотков горячительной влаги.

Брам проследовал в шатер, предназначенный для королей домов. Зайдя внутрь, он обнаружил троих правителей: Хэмиуфа, Бортли Высокого и Анри Третьего.

Все трое встали, завидев нового Владыку материка.

– Прошу вас, не вставайте, – сказал Брам, присев рядом с ними. Остальные сели сразу после него.

– Арион скоро достигнет границы Снорвэала, – заговорил Анри Третий. – Его орда прошлась по Враару. Сожгли несколько деревень и небольшой город.

– Вы привели всю свою армию? – обратился Брам ко всем.

– Часть пришлось оставить в крепостях, – за всех ответил Бортли Высокий. – Владыка, вы сами понимаете, что нам пришлось пойти на отчаянные меры. Оставить свои дома – дело рискованное. Но мы готовы были откликнуться на призыв, если стоит вопрос о защите наших общих родных земель.

– Хочу вас сразу предупредить, что придерживаться какой-то тактики или логики у нас не получится. – Брам тяжело вздохнул, смотря на узор ковра, выстланного в шатре. – Орки не будут ждать, думать, решать. Битва будет ожесточенной. Простое и тупое столкновение войск.

– Кто будет в его армии, кроме чудовищ с пустыни? – спросил Хэмиуф.

– Некроманты. Еще есть Мезира, Амфитер. Думаю, вы слышали о них.

– Звери какого-то там отшельника, – вспомнил Анри Третий.

– Верно, – подтвердил Брам. – Не знаю, есть ли кто еще в его армии. Считаю, что будут. Арион понимает, на что идет. Скорее всего, он взял наемников: разбойников, головорезов и прочих. Всех тех, кто готов биться за деньги, несмотря ни на что.

– Мезира и Амфитер будут нам мешать в битве. Стрелами их не взять, тут нужны целые катапульты. Но и из них попасть будет трудно, – сказал король Бортли.

– Я думал об этом. Оставьте это мне и боевым магам. Мы сможем их взять на себя, – ответил Брам.

Воцарилась тишина, которую прервал Хэмиуф:

– Никогда не думал, что увижу мага с настоящим посохом. Для нас это всегда было легендами и сказками. Ведь их делали из Первого Древа. Скажите, Владыка, как вам удалось заполучить часть Древа? Да и что это за часть такая?

– Корни, – совершенно спокойно ответил Брам, не подумав соврать.

– Корни Первого Древа?.. – удивился Хэмиуф. – Их искали сотни лет, если я не ошибаюсь.

– Да, верно. И я смог их найти. Не без жертв, конечно.

– Значит, у нас есть хорошие шансы на победу. У Ариона ведь нет подобных артефактов, – довольно сказал Бортли Высокий.

Но Брам больше не собирался ничего утаивать. Короли должны были знать, с чем им придется столкнуться.

– К сожалению, это не так.

– Почему не так? – опешил Хэмиуф.

– Потому что у Ариона есть такой же посох. Древа было два. Одни корни смог забрать он, вторые обнаружили мы.

– Забери нас всех Лириан, – проговорил Анри Третий хриплым голосом.

Все присутствующие переглянулись, понимая друг друга без слов.

– Значит, двое сильнейших магов материков столкнутся на поле битвы с посохами в руках, – высказался Бортли.

– Я не сильнейший маг материков, – как-то более грубо ответил Брам.

– Неважно. Эта битва означает то, что тебе придется стать самым сильным магом. Иначе мы проиграем войну. В старину люди, которые обладали посохами, управляли миром. Поэтому либо ты сильнейший маг, либо никак иначе. Владыка, придется это понять и биться до победного конца. Ценою всего, что мы имеем.

– Значит… – Брам встал и подошел к выходу из шатра. – Значит, так и будет. Прошу меня простить… – сказал он и вышел.

Был уже поздний вечер. Холод сковывал движения. К шатру, из которого вышел Владыка, сразу подбежал рыцарь Минох с тремя стражниками.

– Приказания?

– Никаких. Скажите, Минох, есть вести? Было ли замечено войско Ариона?

– Нет, Владыка. Никого. Но скоро они прибудут. Нам доложили о разбоях во Врааре.

– Об этом я уже слышал. Ладно, пусть воины отдыхают перед битвой. Я тоже хочу. Отведите меня в мой личный шатер.

– Пойдемте, – сказал Минох, и они отправились к шатру, располагавшемуся не так далеко в лагере.

Зайдя внутрь, Брам уселся в удобное, мягкое кресло. Все его мысли были о предстоящей битве, однако усталость после долгого и холодного пути сказывалась на нем. Веки понемногу начали опускаться, пока окончательно не закрылись. Брам провалился в глубокий сон…

– Не с кем поговорить?

Все казалось таким расплывчатым, но одновременно знакомым. Перед чародеем стоял человек. Его лицо было почти неузнаваемо, а голос немного искажен. Но Брам все равно понимал, что за человек был перед ним.

– Не с кем, – печально ответил маг.

– Иногда так грустно… Людей порой вокруг очень много, а поговорить все равно не с кем. Я часто такое испытывал.

– И как ты с этим справлялся? – спросил Брам у Морна.

Воин улыбнулся, прошелся вокруг мага и лишь затем решил дать ответ. Короткий, точный и очень грустный ответ:

– Никак.

– И что же делать?

– Ничего. С тобой либо находятся люди, с которыми тебе хочется общаться, либо ты одинок.

– Многие люди любят одиночество, – заметил Брам.

– Нет, это не так. Люди любят уединение. Временное, блаженное, но такое, после которого ты сможешь вернуться к привычным тебе людям. Любимым и родным. А одиночества люди не любят. Одинокие – всегда страдальцы.

– Почему ты спас меня? Зачем ты умер, защищая меня? – в лоб спросил Брам.

– Потому что твоя жизнь ценнее моей.

– Не бывает такого, чтобы жизнь одного ценилась больше другого.

– Бывает, – спокойно ответил Морн. – Еще как бывает. Вот скажи, что важнее? Смерть короля или смерть нищего на улице?

– Не надо себя сравнивать с нищим, а меня с королем. Мы с тобой одного класса.

– Я не об этом. Говорю лишь образно, но ты должен понять. Было важно, чтобы ты остался жив. Без тебя победить было бы сложно. Вот скажи, как много людей знали хотя бы про корни? Признайся, ведь никто о них даже не думал. А Арион их тем временем заполучил. Ты знаешь как вести войну против него, хоть и противишься этому. А моя смерть ничего не изменила. Ну представь, дорогой друг, погиб бы ты тогда на поле. И что? Я бы все равно умер бы позже. Арион бы победил. А под его правлением я не захотел бы жить. Поэтому мои сравнения максимально верны. Твоя жизнь гораздо ценнее моей. Просто это надо признать.

Локация, где они находились, сменилась. Пошел снег, а вокруг блестели какие-то огоньки, похожие на костры. Браму показалось, что они оказались в лагере.

– Если мы не победим, то все было напрасно…

– Хотя бы мы попробовали и без боя не сдались, – заключил Морн. – Тебе пора.

– Куда ты? – спросил маг.

– Мне никуда больше не надо. Я теперь здесь. А вот тебе пора. Иди. Помни, что ты не одинок. Даже здесь, в лагере.

– Мне не одиноко теперь только с Аэфелией. Но она в крепости.

– А ты уверен? – спросил Морн.

Силуэт воина начал расплываться, а после и вовсе исчез. Брама выкинуло в спиралевидное пространство, которое сменялось множеством красок. Пространство со временем приобрело нормальный вид. Браму показалось, что он находится в комнате с серыми стенами. Ощущения были тревожными даже во сне. Казалось, что еще немного – и Брам потеряет сознание.

Перед ним появился очередной силуэт, но тот не имел четкой формы, лица, а все его тело светилось, будто было охвачено белой магической аурой.

– Кто ты? – спросил Брам.

Ответа не последовало. Фигура приближалась к чародею. Брам стоял не двигаясь. Яркое свечение усиливалось. Брам услышал нечленораздельную речь. Непонятные звуки. Что-то невероятное, что-то свыше, что-то… божественное.

Фигура дошла до Брама и коснулась его. Даже не просто коснулась, а словно вошла в него, образовав единый организм. Все вокруг помутнело, где-то сбоку раздались уже знакомые звуки…

Шум раздавался в лагере. Нет, это не было паникой, подготовкой к битве. Просто жизнь в лагере кипела, как и в любом городе материков.

Брам встал с кресла, протер глаза. На улице оказалось все так же темно. Значит, проспал он всего ничего.

– Минох, – окликнул чародей недалеко стоявшего рыцаря.

– Повинуюсь.

– Отправьте людей к чародейкам. Пусть отыщут там девушку по имени Аэфелия и приведут ко мне.

– Будет сделано!

Брам вернулся в шатер, вновь сел в кресло и стал размышлять.

«Кто же ты такой? – спрашивал себя маг вновь и вновь. – Это точно был не Морн. Никто из моих знакомых. Тот, кого я никогда не видел, но словно хотел ощутить его присутствие всю жизнь».

Стены шатра заходили ходуном от сильного порыва ветра. Брам потер руки друг об друга, чтобы хоть немного согреть их.

«Кого мы ждем, но он никогда не приходит?.. А если это…»

Где-то недалеко от шатра заскрежетала сталь. Очень многие звуки сейчас отвлекали Брама от раздумий.

«Лириан?»

В шатер безмолвно вошел Минох, а за ним пришла и Аэфелия, которую вели под руки двое стражников.

– Благодарю, можете идти.

Рыцарь и стражники оставили Брама и Аэфелию наедине. Девушка смотрела куда-то вбок. Вид у нее был виноватый, однако она явно не жалела о своем поступке.

– Я же просил остаться в крепости…

– Я помню. Но ты должен понять. Я сражаюсь за свой дом, как и все мои сородичи. Почему они должны гибнуть здесь, когда я буду прохлаждаться в замке, согреваясь около камина?

– Я просто попросил…

– Ты не можешь просить меня об этом, – зло ответила Аэфелия. На ее глазах чуть не выступили слезы. – Хоть ты и регент, но о таком не просят. Не приказывают. Как бы сильно не переживал. Прости… Я не могу подставлять других.

– Я понимаю тебя, – ответил ей Брам, морща лоб. – Я… Не знаю… Все это как-то…

– Сложно, – договорила Аэфелия.

Брам встал и обнял ее. Она обхватила его руками в ответ.

– Я не смогу тебя заставить уйти отсюда. Даже если прикажу, ты все равно вернешься.

– По-другому не получится. Извини…

– Почему люди постоянно хотят войны? Неужели им так хочется страдать? Чего ради?

– Им хочется владеть территориями, править, вносить свои устои в порядок жизни.

– Все это лишь грязь. Помои, в которых купаются люди. Им кажется, что они могут владеть всем, трактовать свои правила, но даже не понимают, чем им приходится жертвовать. Столько людей гибнет, чтобы доказать непонятно что… Они думают, что это их сила, гордость, честь… Нет. Все это чушь, которую люди вбили себе в голову. Ничего подобного они не защищают и не отстаивают.

– Ты ведь тоже участвуешь в войне, – сказала Аэфелия, прикрыв глаза.

– Да, но мы лишь защищаемся. Нападающую сторону выбрал Арион, а не мы. Защита – вынужденная мера. Мы бы могли сдать свои позиции, отдать города и крепости, уйти в рабство. Но жизнь ли это?

– Все хотят свободы.

– Это так. Но война ведется не за свободу. По крайней мере, наша война. Я не совсем понимаю мотивы Ариона. Они для меня остаются загадкой.

– Загнанные в угол люди очень часто становятся тиранами и убийцами. Для них защита точно такая же вынужденная мера. Я думаю, здесь не в Арионе дело. Не он был нападающей стороной. А все остальные. Это его расу уничтожили. Его хотели изолировать. Его посадили в тюрьму. Его хотели казнить. Нападали на него, но теперь у Ариона появился шанс напасть самому.

Брам разжал руки, выпустив Аэфелия из объятий.

– Его не преследовали гонения всю жизнь. Он спокойно учился многие годы. Все началось с камня Фаталиты.

– Некоторым достаточно одного мощного толчка. Видимо, Ариону этого хватило. Я думаю, многим бы его хватило, – ответила магичка.

– Ты сейчас вернешься к своим? – с тоской в голосе спросил Брам.

– Да.

– И упрашивать тебя нет смысла?

– Никакого.

– Что ж… Пожалуйста, береги себя. С Морном мы уже прощались так перед битвой…

– Прости, – сказала Аэфелия и покинула шатер.

Брам еще некоторое время стоял, прикрыв свои глаза. Затем он вышел на улицу. С неба падали снежинки, ласково покрывая лагерь пушистым одеялом. Брам попросил Миноха и стражу оставить его ненадолго одного. Они охотно послушались, но внимательно наблюдали за Владыкой издалека.

Маг вышел за пределы лагеря. Туда, где начиналось поле, которое сейчас, ночью, казалось непроглядным болотом. В свете ближайшего костра Брам увидел что-то прыгающее по полю. При внимательном рассмотрении он разглядел кролика. Одинокого кролика, радостно скачущего по полю.

К Владыке подошел один из воинов, явно намеревающийся убить животное.

– Не надо, – сказал Брам, подняв свою руку.

– Простите, Владыка, но кролик… Воинам нужно…

– Я же сказал не надо. Я сделаю вид, что не слышал вас. Уходите.

– Да, Владыка, – виновато ответил воин и попятился в лагерь.

Брам продолжил наблюдать за пушистым зверьком.

– Скоро здесь и так будет много смертей. А на сегодня достаточно, – сказал Брам, обращаясь к кролику. – Беги отсюда. Беги как можно дальше.

Рано утром лагерь вновь ожил. Небо было темным, снег прекратился. Погода была безветренной. Брам почти не спал всю ночь. Он вышел из шатра, как только начало светлеть. Брам встал на то же самое место, где стоял вчера, наблюдая за кроликом.

– Простите, что отвлекаю! – Это был молодой человек. Брам узнал его форму сразу: разведчик Гур-Муна.

– Слушаю.

– Появились сведения, что войско Ариона перешло границу Снорвэала.

– Как долго им до нас?

– Не могу сказать точно, Владыка. День, может, два.

– Хорошо, спасибо. – Разведчик удалился, пыхтя на ходу. – Минох! – прокричал Брам. Рыцарь тут же объявился возле Владыки. – Скоро Арион дойдет до поля. Пожалуйста, предупредите весь лагерь. Пусть об этом в первую очередь узнают короли. Нужно быть готовыми.

– Слушаюсь! – лишь ответил рыцарь и исчез из поля зрения мага.

Брам продолжал наблюдать за горизонтом поля, все время думая, что враг вот-вот появится перед ним.

Но никого не было.

И так было целый день. Брам ходил по периметру лагеря, крепко сжимая посох в руке. Его не покидало чувство, что во всем случившемся виноват исключительно он. А ведь можно было бы просто проигнорировать все свои моральные принципы, оставить парня в тюрьме и…

И ничего бы этого тогда не было. Не было бы проблем, войны, смертей. Приказ – вещь обдуманная, хоть и не всегда. Но тогда правители были правы. Элизар знал, что так будет лучше для всех. Но порой амбиции и дерзость тяжело побороть. Они очень часто побеждают.

День шел томительно долго. Брам не ощущал голода, не хотел спать. Его занимали только две вещи: битва, которая скоро начнется, и участие Аэфелии в ней. Хоть они с магичкой и не были знакомы столь близко, но чувства к ней у него были самые настоящие. Он переживал за нее, как за самого родного человека.

У Брама были мысли о том, чтобы приказать воинам не пускать Аэфелию на территорию лагеря. Но кто заметит ее возвращение во время битвы? Когда враг стоит перед тобой, никому нет дела до таких мелочей.

День клонился к вечеру. Он стремительно сменился ночью. Поле вновь озарялось огнем костров. В лагере было довольно умиротворенно. Брам был уверен, что враг уже рядом. Он чувствовал Ариона. Чувствовал его приближение.

Очередное утро выдалось холоднее обычного. Брам зашел в шатер, чтобы взять накидку из шерсти. Но как только он стал надевать накидку, в лагере послышался звонкий голос глашатая:

– Враг на подходе! Вижу врага!

Муравейник расшевелили палкой. Именно так Браму представился тогда лагерь, когда армия неприятеля показалась на горизонте. Короли вышли к полю, полностью одетые в кольчугу. Армии начали выстраиваться. Спереди становились копейщики, за ними воины и рыцари. В задних рядах были лучники и маги, которые уже готовились нанести удар.

Брам выбежал из шатра, побежал в сторону войска. По пути он видел множество женщин. Воительницы, волшебницы. Здесь были все, но Брам пытался найти взглядом лишь одну единственную. Но ее он нигде не видел.

Владыка встал перед войском, встречая неприятеля. К нему подошел Минох, а также присоединились три короля. Они наблюдали за приближающимся недругом. Его армия была огромна. Даже издалека уже можно было разглядеть орочьи морды и некромантов в черных одеяниях. Вскоре показались и зверюшки старика Р. Следовала армия за тремя людьми на лошадях. Никаких сомнений, что это были Арион, Хоган и Р.

– С ними еще кто-то, – сказал Минох, внимательно присматриваясь к войску.

– Где?

– Вон, между полчищем орков и некромантов.

– Да, вижу, – ответил Брам. – Значит, я был прав. Это наемники. Арион решил взять их на всякий случай. Что ж, мудрое решение. Правда, я не думал, что орков будет так много.

– И когда они успели восстановить популяцию своей расы? – спросил Хэмиуф.

– Возможно, им помог Хоган, – ответил Брам.

– Некроманты и на это способны? – удивился Минох.

– Да кто их знает. А вот и еще подкрепление.

На горизонте показались глуры. Войско Ариона разрасталось с каждой секундой. Казалось, что воины появлялись просто из воздуха.

– Глуры ведь увереннее себя чувствуют в воде? – спросил рыцарь.

– Лишь увереннее, но им и на суше неплохо. Поверьте мне, мы уже отбивали их осаду на левом материке.

Вражеская армия остановилась.

– Началось…

Неожиданно на центр поля вышел сам Арион. Он был на лошади. Посох же держал нарочито высоко, явно хвастаясь своим новым артефактом. Или запугивая им. Гвермонд ничего не боялся, хоть и прекрасно знал, что он являлся легкой мишенью для лучников и волшебников.

– Отдать приказ? Застрелим сволочь? – спросил Минох.

– Что-то не так, – ответил Брам, задумавшись. – Не станет же он просто так подставляться…

– Лучники наготове, Ваше Величество.

– Что-то не так.

Все замерли в ожидании. Арион продолжал сидеть в седле.

– Лошадь мне, быстро, – приказал Брам.

К нему сразу же подвели гнедого коня. Брам уселся верхом и поскакал к Ариону.

– Что он делает? – спросил Бортли Высокий. Но вопрос его остался без ответа.

Брам остановился прямо перед Арионом. Они некоторое время смеряли друг друга взглядами, пока гвермонд все-таки не заговорил:

– Значит, тоже обзавелся посохом? Он ведь настоящий, верно?

– Настоящий. Что ты делаешь?

– А что я такого делаю?

– Почему ты выбежал в центр поля? У тебя есть защита? Магическое поле? Мы ведь могли просто убить тебя.

– Слишком это все сложно, не выдумывай, – ехидно ответил Арион. – Все гораздо проще. Мой щит – это ты.

– В каком это смысле? – не понял Брам.

– Ты выбежал ко мне в центр поля. Значит, я защищен от обстрела. Тобой ведь не захотят пожертвовать?

– Но с чего ты решил, что я выбегу? Что, если я бы этого не сделал?

– Сделал бы при любом раскладе. Твое любопытство тебя побеждает. Не ври мне.

– Так что тебе нужно? Не сдаться ведь ты предлагаешь?..

– Ну что ты. Нет. Зачем мне с такой армией сдавшийся враг? У вас и шанса малейшего нет против нас. Мне просто стало интересно, откуда ты взял корни? Было Второе Древо, верно?

Брам некоторое время ничего не отвечал. Его лицо побагровело, вены на лице и руках вздулись, а костяшки пальцев побелели от сильного сжатия посоха.

– Ты все такой же глупый ребенок, каким я тебя помню с первого дня нашего путешествия.

– Так ты не ответишь? – продолжал напирать Арион.

– Ты умрешь, не узнав этой тайны. Это будет справедливо перед человеком, который действительно умер, рассказав эту тайну мне.

Арион дернул бровью, затем повернул свою лошадь и напоследок сказал:

– Прощай.

Он поскакал к своей армии. Брам вернулся к своим людям с чувством того, что он оказался настоящим щитом для гвермонда.

«Интерес и недоверие победили. Развел меня…»

Яростный крик разлетелся по всему полю. Враг пошел в наступление.

– Ждем! – кричал Брам. – Ждем, пока подойдут!

Грохот несколько тысячной армии отдавался во всем, что было в природе. Брам, Минох и короли ретировались в сторону, освобождая место для контратаки копейщиков. Враг подбирался все ближе. Уже отчетливо виднелись лица воинов Ариона.

В небе появились первые сгустки магии. Некроманты начали свой залп.

– Огонь! – орал Брам изо всех сил. – Огонь!

В небе образовалась туча из стрел, а также магических зарядов волшебников и волшебниц. Многие некромантские заряды были сбиты или перенаправлены за пределы поля боя. Стрелы наконец долетели до земли, поражая первый ряд вражеского войска. Орки падали замертво. Те, кто был позади них, бежали мимо павших сородичей. А некоторые спотыкались об трупы, но быстро вставали и вновь направлялись вперед.

Минох бегал около лучников и магов, продолжая командовать:

– Заряжай! Огонь! Заряжай! Огонь!

Орки продолжали падать. Под обстрел наконец попали и глуры, чему был рад Брам. Копейщики приготовились принять удар врага. Их пики грозно выпирали, словно зазывали на смерть.

Произошло первое столкновение. Кровавое, страшное столкновение. Орки пачками насаживались на копья. Армия Брама приступила к атаке. Воины бросились вперед с яростным воплем. Смрад смерти стоял в воздухе. Все живые существа дышали им, чувствуя тяжелый осадок в своих легких.

Брам спрыгнул с лошади. Пришло время действовать и ему. Маг увидел, как Амфитер и Мезира обходили войска сбоку. Брам сразу же ринулся к ним наперерез. С чудовищами он встретился нос к носу, не дав им пройти дальше.

Посох начал отдавать свою силу чародею. Ничего подобного Брам еще никогда в жизни не ощущал. Странное, но довольно приятное чувство. Амфитер подлетел в воздух, но маг сразу же вернул летающую тварь на землю, не дав ей взлететь потоком воздуха.

– Нет уж, будешь биться на моей территории!

Мезира сделала рывок в сторону мага. Такой быстрый и незаметный, что Брам даже не успел на это среагировать. Многоножка словно прыгала, а не ползла как обычно. Но она врезалась во что-то невидимое и отскочила в сторону, недовольно клацая своей челюстью.

Брам понял, что его защитил магический щит. Только чей он был? Маг обернулся и увидел Аэфелию. Девушка подбежала к нему.

– Спасибо, – слабо выговорил Брам.

– Не время для благодарения, – ответила магичка, следя за зверями отшельника. – Я неплохо использую огненное дыхание. Поможешь?

– Давай.

Аэфелия применила заклинание, а Брам усилил его эффект. Пламя дракона изверглось из рук волшебницы. Они считали, что Мезире конец, однако вмешался Амфитер, который одним своим взмахом крыльев смог прекратить действие огненной магии.

– Черт! – взревел Брам.

– Посох! Используй его на полную мощь!

Брам этого и сам желал, но одновременно боялся, страшился неизведанной мощи. Посох загорелся ярким свечением. Маг нанес свой удар.

Снежный вихрь поднялся на поле боя. Снежный и смертельный. В вихре оказалось также и все оружие, которое лежало на поле: мечи, копья, топоры, стрелы, секиры. Амфитер сразу же попал в самый эпицентр действия заклинания. Конечно же, любое попавшее внутрь живое существо умирало от многочисленных ран. Мезира попыталась убежать, но Аэфелия вовремя схватила зверюгу заклинанием притягивания, не дав ей уползти. В итоге и Мезира оказалась внутри вихря.

Только вот ослабить или остановить это заклинание у Брама не получалось. Мощь вырывалась неимоверная. Брам воспользовался этим и направил заклинание на армию орков и глуров. Сотни воинов попали внутрь вихря, который начинал менять цвет с белого на алый.

Наконец Брам смог прекратить вихрь. Снежная мясорубка исчезла, а все, что находилось внутри, обрушилось на землю. Тела орков, глуров и Амфитер с Мезирой. Все они были мертвы.

– Превосходно! – закричала Аэфелия.

– Да, одной проблемой меньше.

– Пойду помогу своим. Надо еще избавиться от некромантов.

– Будь аккуратнее, – сказал Брам, когда магичка уже убежала в другую часть поля.

Битва длилась очень долгое время. Колоссальные потери несли обе стороны. Перевеса в численности ни у кого не было. Все сражались наравне. И это учитывая то, как Брам помогал своей армии своим новым оружием. В то время как Хоган и Арион воздерживались от битвы. Они лишь наблюдали со стороны, убедив себя, что их войско сможет победить и без них. По крайней мере, в это верил Арион. И Брам это знал.

Опираясь на свой посох, маг добрел до безопасного места, где он смог бы немного отдышаться. Его силы покидали его, и здесь ему не помогал даже сильнейший магический артефакт. Слишком много сил было потрачено, чтобы помогать в сражении с орками и глурами. Если бы бой проходил без магического вмешательства, люди бы проиграли.

Со временем Брам стал понимать, что даже с его помощью люди уступали в битве. Войско всегда терпит поражение в тот момент, когда их король или предводитель умирает в битве. Но до Ариона было не добраться. А если бы и была возможность оказаться перед ним, то победить его, гвермонда, совсем не истратившего внутреннюю силу…

Браму вспомнился старый обычай, который описывался еще в учебниках истории. Вероятность того, что Арион согласится принять вызов, была крайне мала. Да и никто не делал вызовов уже многие столетия. Однако Брам был уверен, что Арион знает про этот древний обычай. Гвермонду всегда была интересна история мира.

Брам нашел на земле горн, испачканный в крови. И прозвучал характерный вызов. Два коротких завывания и один протяжный. И так три раза подряд.

Кажется, никто в армии не понимал, что это означало. Маг ждал. Он верил до последнего, что Арион ответит.

И он ответил.

Точно такие же звуки горна раздались с вражеской стороны. Арион принял вызов. Где-то вдали что-то кричали. Горн зазвучал совсем иначе. Орки и глуры стали отступать, останавливаясь недалеко от их предводителей.

Брам тоже дал сигнал своим войскам отступить. Воины в непонимании переглядывались. Они были уставшие, грязные, потные, вымазанные в крови и совсем не понимали того, что происходит.

Центр поля освободили. Брам вышел вперед, медленно идя на середину. Арион шел навстречу.

Смысл всего обычая заключался в том, что предводители обеих сторон делали друг другу вызов, что означало дуэль. Обычно это делалось между королями. Очень часто смерть в такой дуэли значила поражение одной из сторон.

Двое магов подошли друг к другу. Войска внимательно наблюдали за ними.

– Интересное решение, не ожидал от тебя, – сказал Арион, взявшись за посох двумя руками. – И ты считаешь, что сможешь меня победить? Даже если я погибну, то войска продолжат нападение.

– У вас крупные потери, Арион, не обманывайся. Орки следуют за своим главарем. Большинство глуров мы уже перебили. Твои наемники убегут сразу же, так как они сражаются до тех пор, пока тот, кто платит, жив.

– И все же у тебя нет шансов.

– Это мы еще посмотрим, – совершенно спокойно ответил Брам.

– Расходимся. Двадцать метров устроит?

– Да. Этого достаточно.

Арион отвернулся и начал отсчитывать шагами расстояние. Брам остался на месте, наблюдая за своим оппонентом. Он стал продумывать план действий. Его излюбленный вихрь, который помогал ему в битвах не один раз, будет бесполезен против Ариона. В дуэли не получится контролировать поток. Нужно что-то быстрое, точное.

Арион остановился, отсчитав шаги, повернулся и громко сказал:

– Выбираю стихийную дуэль.

«Вот же…»

И Арион по правилам имел на это полное право.

– Раз уж ты выбрал вызов, то давай придерживаться всего, что к этому относится. Ты ведь помнишь, что я, как принимающая вызов сторона, могу выбрать стихийную дуэль, если оба соперника являются магами?

– Помню, – довольно тихо ответил Брам.

Стихийная дуэль. Никакой лишней магии, заклинаний. Лишь чистая энергия твоей стихии против стихии соперника.

Арион замахнулся рукой. Поток пламени рванулся в сторону Брама. Владыка же направил прямой поток ветра. Две стихии столкнулись, словно ударились о невидимый барьер. А здесь уже кто окажется сильнее. Либо Брама охватит пламя, либо поток ветра перекинет это же пламя на самого Ариона.

Маги стояли, чувствуя утрату сил. Они не уступали друг другу. Но Браму становилось тяжелее. Он потратил слишком много силы во время битвы до дуэли.

Огонь стал побеждать ветер. Пламя начало приближаться к Брамсвеллу. Как бы он ни старался, но выдать еще больше силы у него не получалось. Дело даже не в нехватке внутренней энергии. Арион был сильнее. Гораздо сильнее.

«Так все и закончится, – думалось Браму. – Так все и закончится».

Огонь подбирался к Браму все ближе. У Ариона на лице появилась улыбка. Он знал, что побеждает, и вид ослабшего врага приносил ему удовольствие.

«У меня… Не хватит…»

Браму пришла в голову мысль. Он мог попробовать выиграть дуэль, но для этого придется пожертвовать собой.

«Слишком многие погибли. Я не должен быть исключением».

Из-за пояса Брама выскочил Толкмар, подлетел в воздух. Он дал лишнюю подпитку магу. Это последнее, что он сможет сделать в своей жизни. Брам вобрал всю энергию посоха и Толкмара. Кинжал попал прямо в воздушный поток. Брам завопил, выпустив всю свою энергию. Толкмар полетел по потоку, рассекая воздух и огонь.

Сквозь пламя Арион не успел заметить летящее в него оружие. Толкмар поразил свою цель, пронзив сердце. Потоки огня и ветра прекратились. Арион сделал робкий шаг и упал на землю. Мертвое тело распласталось на снегу. Посох лежал рядом.

Брам так же безжизненно упал.

Дуэль закончилась.

Эпилог

Битва продолжилась и после дуэли. Глуров осталось довольно мало. Многие из наемников убежали с поле боя. Магички и волшебники дали достойный отпор и смогли победить некромантов. Большую роль в магическом столкновении сыграла командующая Аэфелия. Старик Р не был готов к сражениям, поэтому быстро пал в бою. Верховный Некромант Хоган глупо погиб от стрелы. Ему еще в далеком прошлом предрекали, что погибнет от орудия обычного. От глупости и жадности большой. Но он не придал этому большого значения.

Орки продолжали яростно сражаться, пытаясь доказать самим себе, что они чего-то стоят. И они могли победить, если бы не вовремя подоспевшее на помощь войско Гилн-Скиа, которое помогло окончательно сокрушить врага. Оставшиеся орки бежали обратно в пустыню, но короли правого материка еще не один месяц преследовали чудищ, истребляя их расу. На этот раз никто не собирался подписывать с ними пакт о ненападении.

После битвы прошел месяц. Именно через это время в одном больничном крыле Гур-Муна послышался истерично-ликующий крик:

– Очнулся! Сестра! Он очнулся!

***

– Не думали мы, что вы выживете, – сказал один из участников Тайного Совета, смотря на лежавшего на койке мага.

– И я вам рад, – пробубнил Брам, еле раскрывая рот.

– Простите, что так сразу к вам пристаем. Понимаем ваше состояние, но нам нужно вам сообщить, что мы вас избрали новым Владыкой. Отныне вы теперь не просто регент. Раз уж Лириан распорядился так, чтобы вы продолжили свою жизнь…

– Нет.

– Простите?

– Нет. Я не буду Владыкой.

– Это… – поразился один из советников. – Это еще почему?

– Я не хочу, – тяжело выговаривал Брам. – И заставить вы меня не вправе. Если вам больше нечего сказать, то уходите. Найдите себе другого правителя.

Советники переглянулись. Они понимали, что спорить с магом не стоит. Даже учитывая его состояние, говорил он разумно, не находясь в бреду.

– И все же советую вам подумать, – настаивал один из советников.

– Я дал свой ответ. Большего я вам не скажу.

– Что ж, тогда мы рады, что получили ответ так скоро, – сказал другой советник.

– А где… – Брам закашлялся. – Где…

– Ваш посох? Мы сохранили его, как и посох Ариона. Он принадлежит вам, так что мы его отдадим, как только…

– Не надо. Уничтожьте его.

– Уничтожить такой сильный артефакт? Великий Лириан, да что вы такое говорите?

– Он мой. Я могу распоряжаться… как мне этого захочется…

Советники вновь переглянулись. Ведь Брам был прав.

– Хорошо, – сказал один из них, – будет сделано.

– Нет, я сам, – прохрипел маг.

– Как вам угодно. А посох Ариона?

– Мой по праву. Я победил своего врага и могу забрать его оружие. Посох… – Брам тяжело вздохнул, – посох Ариона я тоже уничтожу.

– Да будет так, – ответил советник, смиренно согласившись на все условия.

Тайный Совет покинул лечебное крыло, а весь остаток времени до выздоровления Брам проводил на койке в состоянии вечного сна. Перед ним появлялись образы, мелькали люди, лекари. В сознании возникали довольно странные видения, локации, образы. Однажды ему причудилось, что в палату заползла Мезира, но образ быстро сменился обычным целителем. С Брамом даже пытались общаться, только вот что-либо отвечать у него не было сил.

Несколько раз ослабшего чародея навещала Аэфелия. Ее ласковый голос словно обнимал мага. Имел свою отдельную форму, способную на физический контакт. Иногда она просто приходила и сидела. Аэфелия думала, что Брам спит, но тот прекрасно все видел, хоть его глаза и были закрыты.

Приходили к нему многие, но только не тот, о ком он довольно часто думал.

Тот странный образ, что явился к нему перед боем.

Кто же это был?

***

Академия Гринштам готовилась к началу учебного года. Тайный Совет принял решение назначить новым лордом-деканом Брамсвелла. Маг охотно согласилась на данную должность. Такая роль в обществе его привлекала гораздо больше, нежели управление целым материком. Ему не хотелось занимать высокую должность, но судьба родной академии его волновала не меньше прочих проблем.

Брам стоял в своем новом кабинете, осматривая виды из окна. Его очень сильно беспокоило то, что он вернулся на родной материк, не попрощавшись с Аэфелией. Ему показалось, что так девушке будет легче пережить их отдаленность друг от друга. Но ему так казалось только при отъезде. Теперь же его съедало изнутри чувство предательства.

Мы очень часто хотим как лучше…

В дверь кабинета постучали. В комнату вошел один из новых помощников декана академии.

– Слушаю.

– Лорд-декан, у нас новый преподаватель. Его уже утвердили, нужно, чтобы вы познакомились с ним и поставили свою подпись.

– Когда преподаватель прибудет?

– Уже прибыл. Ждет внизу.

– Так зовите скорее, – скомандовал Брам. – У меня еще уйма работы с бумагами.

– Уже бегу. – Помощник исчез. Через минуту в кабинет снова постучали. На этот раз это был новый учитель академии.

Брам поздоровался, не поворачиваясь. Слишком сильно его увлекали виды из окна башни. Учитель молча вошел в кабинет.

В воздухе разлился сладкий аромат глицинии. Брам узнал запах, повернул свою голову и увидел ее.

– Учитель?.. – спросил он, не веря своим глазам.

– Кажется, на место, которое раньше в академии занимали вы, нужен был новый преподаватель. Мне с радостью отдали это место. Если вы, конечно, лорд-декан, подпишите бумагу о моем приеме.

Брам расплылся в улыбке. Аэфелия тоже. Они обнялись, ничего не говоря. Минута такой тишины была слаще многих слов. Они и не требовались.

Двое магов все продолжали улыбаться, крепко сжимая друг друга в объятиях.