Название книги:

1Q84. Тысяча Невестьсот Восемьдесят Четыре. Книга 3. Октябрь–декабрь

Автор:
Харуки Мураками
1Q84. Тысяча Невестьсот Восемьдесят Четыре. Книга 3. Октябрь–декабрь

ОтложитьЧитал

Шрифт:
-100%+

© Haruki Murakami 2010

© Коваленин Д., перевод на русский язык, 2018

© Издание на русском языке, оформление ООО «Издательство «Эксмо», 2018

* * *

Глава 1
УСИКАВА
На изнанке подсознания

– Не изволите ли воздержаться от курения, господин Усикава? – произнес тот, кто пониже.

Усикава воззрился на незваного гостя. Затем перевел взгляд на «Севен старз» у себя в пальцах. Сигарета не горела.

– Уж не взыщите, – с ледяной учтивостью добавил посетитель.

На лице Усикавы проступило почти искреннее удивление – и откуда эта сигарета взялась у него в руке?

– Да-да, конечно! – якобы спохватился он. – И в самом деле, чего это я? Все равно ведь не закурил бы. А пальцы так и тянутся, будь они неладны…

Собеседник едва заметно кивнул. Но его взгляд, пригвоздивший Усикаву к креслу, не дрогнул ни на секунду. Усикава вернул сигарету в пачку и спрятал в ящик стола.

Второй визитер – на голову выше первого, волосы убраны в хвост на затылке – подпирал дверной косяк и сверлил Усикаву таким взглядом, будто рассматривал грязное пятно на стене. Черт бы их побрал, мелькнуло в голове Усикавы. Эта парочка явилась сюда уже в третий раз и, как и прежде, очень сильно его напрягала.

В тесном кабинете Усикавы был всего один стол, а перед ним стояло кресло, в котором теперь развалился бритоголовый мужчина, похожий на бонзу. Как и раньше, говорил только он. Хвостатый же с начала и до конца визита молчал как рыба. Словно грозная кома-ину у входа в храм[1], он оставался абсолютно недвижен, и только взгляд его не отрывался от лица Усикавы ни на секунду.

– Прошло три недели, – сказал бритоголовый.

Усикава взял со стола календарь, прочел свои пометки и энергично закивал.

– Совершенно верно! В прошлый раз вы приходили ровно три недели назад.

– С тех пор от вас не поступило ни одного сообщения. А ведь мы предупреждали: счет идет буквально на часы. Лишнего времени у нас нет, господин Усикава.

– О да, разумеется! – Усикава схватил золотую зажигалку и затеребил ее в пальцах вместо сигареты. – Мешкать никак нельзя. Прекрасно вас понимаю…

Ни слова не говоря, Бонза ждал продолжения. И Усикава продолжил:

– Просто, видите ли, очень не хочется беспокоить вас по мелочам. Немножко о том, немножко о сем – я так не работаю. Вот когда накопится критическая масса информации, чтобы соединить все причины со следствиями и проанализировать явление в целом, – будет совсем другой разговор. Уверяю вас, жареные факты, надерганные как попало, могут сильно вас дезориентировать. Извините, если покажусь вам слишком самоуверенным, господин О́нда, но таков уж мой стиль работы. Профессиональный почерк, если угодно.

Бритоголовый Онда смотрел на Усикаву ледяными глазами. Усикава знал, что этот человек не любит его, хотя и не видел здесь особой трагедии. Сколько Усикава себя помнил, с малых лет его никто не любил – ни родители, ни братья, ни школьные учителя, ни жена, ни родные дети, – и это для него было нормой. Вот если бы кто-нибудь вдруг проникся к нему симпатией – да, это просто из ряда вон. Но к очередной неприязни он относился спокойно.

– Ваш профессиональный почерк, господин Усикава, мы стараемся уважать. И, как видите, до сих пор уважали. Буквально до последнего времени. Однако теперь ситуация изменилась, и разговор пойдет иначе. Очень жаль, но больше мы не можем ждать, пока у вас что-нибудь накопится.

– Насколько я понимаю, господин Онда, – сказал Усикава, – вы ведь тоже не сидели сложа руки и со своей стороны пытались предпринять какие-то шаги. Или я не прав?

Онда ничего не ответил. Губы его напоминали тонкую горизонтальную линию, а на лице не дрогнуло ни мускула. Однако Усикава догадался, что попал своей репликой точно в цель. За прошедшие три недели секта делала все, чтобы найти пропавшую женщину своими методами. Но безрезультатно. Почему эта чертова парочка и заявилась сюда в очередной раз.

– У змеи нет ног, – глядя на свои ладони, проговорил Усикава. Таким тоном, словно был рад поделиться неслыханной тайной. – Поэтому она ползает на брюхе. Не стану скрывать, я – змея. Пускай внешне и не похож, зато нюх – змеиный. Тончайшие запахи, которые даже собака не различит, чую за километр. Но охотиться умею только по-змеиному. И хотя прекрасно понимаю, что времени в обрез, прошу потерпеть еще немного. В противном случае мы рискуем, образно говоря, и яиц не дождаться, и курицу потерять.

Несколько секунд Онда терпеливо наблюдал, как зажигалка пляшет в пальцах Усикавы. Затем посмотрел ему прямо в глаза.

– Но, может, вы хотя бы расскажете о том, что́ уже выяснили? Я понимаю ваши аргументы, но, если мы вернемся вообще без результатов – там, наверху, нас не поймут. У нас слишком неустойчивая позиция. Да и ваше положение, господин Усикава, может в любой момент пошатнуться.

А ведь у этой парочки тоже земля горит под ногами, понял Усикава. За особые успехи в боевых искусствах именно их отобрали из сотен им подобных и назначили телохранителями самого Лидера. Но в итоге Лидер убит буквально у них под носом. Впрочем, прямых доказательств насильственной смерти нет. Как только труп привезли в штаб-квартиру «Авангарда», его сразу осмотрели несколько врачей, но даже царапин не нашли. Хотя, конечно, оборудование там совсем примитивное – да и время поджимало. Проведи они официальное вскрытие в морге – глядишь, и нашли бы какие-нибудь улики. Да только теперь уже поздно. Тело Лидера уничтожили на территории секты в глубочайшей тайне.

Но так или иначе, уберечь своего гуру эти двое верзил не сумели, и положение их стало действительно зыбче некуда. Теперь им велено отыскать пропавшую массажистку. Чего бы это ни стоило. Перевернуть всю Японию, если потребуется. Однако выйти на конкретный след им пока не удалось. Работа этих парней – обеспечивать безопасность важных персон. Но умения находить того, кто скрывается, в их мозг не заложено.

– Ну хорошо, – вздохнул Усикава. – Я расскажу вам, что раскопал на сегодня. Это, конечно, далеко не полная картина, но кое-какие выводы сделать можно.

Онда, прищурившись, выдержал паузу. Затем кивнул:

– Очень обяжете. Нам ведь тоже удалось кое-что разузнать. Возможно, вам это уже известно, а возможно, и нет. В любом случае, предлагаю обмен информацией.

Усикава отложил зажигалку и сцепил пальцы на столе:

– Итак, молодую женщину по фамилии Аомамэ вызвали в номер люкс гостиницы «Окура», чтобы сделать Лидеру полную растяжку мышц. Случилось это в начале сентября, поздно вечером, когда центральный Токио накрыла сильная гроза. Оставшись с клиентом в отдельной комнате, эта женщина проработала ровно час, после чего ушла. А перед уходом сообщила, что Лидер заснул, и порекомендовала оставить его в покое еще на пару часов. Что вы и сделали. Вот только на самом деле Лидер не спал. К моменту ее ухода он был уже мертв. На его теле не обнаружено ни малейших царапин. По всем внешним признакам – обычный сердечный приступ. Однако сразу после этого массажистка точно в воду канула. Из квартиры выехала заранее – сейчас там абсолютная пустота. Спортклуб, в котором она работала, уже на следующий день получил конверт с ее заявлением об уходе. Все указывает на то, что эта женщина действовала по тщательно продуманному сценарию. А значит, на банальный несчастный случай смерть Лидера уже не спишешь. Вывод напрашивается сам собой: это четко спланированное убийство.

Онда кивнул. Пока никаких вопросов с его стороны не возникло.

– Ваша задача – выяснить, что же случилось на самом деле, – продолжал Усикава. – А для этого необходимо заполучить массажистку живьем.

– Если это действительно убийство, – Онда снова кивнул, – мы должны знать, кому оно понадобилось и зачем.

Усикава уставился на свои пальцы – так, будто увидел нечто диковинное. И чуть погодя перевел взгляд на собеседника.

– Насколько я догадываюсь, семейные связи госпожи Аомамэ вы уже проверили, верно? Вся ее семья – истые сектанты-«очевидцы». Родители до сих пор живы-здоровы, миссионерствуют. Старшему брату тридцать четыре, служит в головной конторе «очевидцев» на Одаваре[2], женат, двое детей. Супруга – такая же преданная сектантка. Из всей родни только Аомамэ отступила от веры – и ее, конечно же, изгнали из отчего дома. Контактов с семьей она не поддерживает вот уже двадцать лет. Так что версия о том, что женщина могла бы скрываться у родственников, крайне маловероятна. В одиннадцать лет она ушла из дома и пробивалась по жизни в одиночку. Поначалу девочку приютил ее дядя, но уже со старших классов школы проблему крыши над головой она решала самостоятельно. Крепкий орешек, женщина с очень сильной волей.

Онда молчал. Может, эту информацию он уже выведал сам?

– Версия о причастности «очевидцев» отпадает, – добавил Усикава. – Секта – упертые пацифисты, постоянно твердят о непротивлении злу насилием. К убийству Лидера они отношения иметь никак не могут. Надеюсь, по этой позиции мы с вами сходимся?

 

Онда кивнул:

– «Очевидцы» тут ни при чем. Это мы понимаем. На всякий случай поговорили с ее братом. Он ничего не знает.

– И заодно на всякий случай вырвали ему ногти?

Онда словно ничего не услышал.

– Разумеется, это всего лишь шутка! – Усикава натянуто хихикнул. – Неудачная шутка, не делайте такое страшное лицо. В любом случае, старший брат госпожи Аомамэ понятия не имеет, где ее искать. Сам я насилия не люблю, и этот факт выяснил исключительно мирным способом. Сегодня госпожа Аомамэ ни со своей семьей, ни с «очевидцами» никак не связана. Однако это вовсе не значит, что она действовала сама по себе. Как ни крути, в одиночку такой хитроумный план не придумать и не осуществить. Порядок действий проработан гениально, до мелочей, и она хладнокровно выполняла его шаг за шагом. От преследования скрылась с поразительным мастерством. Чтобы так мастерски ее спрятать, кто-то наверняка потратил большие силы и серьезные деньги. Какая-то личность или организация, которой смерть Лидера была зачем-то очень нужна. Вот почему план для Аомамэ разрабатывали настолько скрупулезно. Надеюсь, и здесь наши выводы совпадают?

– В основном – да.

– Однако что это за человек или организация, мы не имеем ни малейшего представления, – продолжил Усикава. – Полагаю, круг друзей и знакомых госпожи Аомамэ вы тоже изучили?

Онда молча кивнул.

– Значит, вы в курсе, что она не поддерживает близких отношений вообще ни с кем. Ни подруг, ни любовников у нее, похоже, нет. С коллегами и клиентами приветлива, но за пределами спортклуба ни с кем не общается. По крайней мере, лично я не нашел доказательств ее дружбы с кем бы то ни было. А ведь молодая, здоровая, привлекательная женщина. Невольно задашься вопросом: в чем тут дело?

Сказав так, Усикава перевел взгляд на Хвостатого. Тот по-прежнему подпирал косяк, и выражение на лице его не менялось. Точнее, отсутствовало изначально – а значит, и меняться было нечему. Интересно, есть ли у него имя, подумал Усикава. Не удивлюсь, если нет.

– Кроме вас двоих, никто не видел госпожу Аомамэ в лицо, – добавил он. – Ну и что вы можете сказать? Заметили в ней что-нибудь эдакое?

Онда едва заметно покачал головой:

– Как вы и сказали, она – женщина по-своему привлекательная. Хотя и не из тех красавиц, что притягивают всеобщее внимание. Тихая, спокойная. Держится уверенно – похоже, и правда мастер своего дела. Но на этом – все; ничем особенным не отличается. Внешнее впечатление от нее на удивление размытое, даже черт лица толком описать никто не может.

Усикава опять взглянул на Хвостатого – может, захочет что-нибудь добавить? Но тот лишь опирался на косяк и никакого желания общаться не выказывал.

Тогда Усикава снова обратился к бритоголовому:

– Вы, конечно, проверили статистику ее телефонных звонков за последние месяцы?

Онда покачал головой:

– До этого руки пока не дошли.

– Рекомендую. Оч-чень интересный вид информации! – По губам Усикавы пробежала снисходительная улыбка. – Люди все время кому-нибудь звонят, и кто-нибудь то и дело им тоже звонит. По выпискам данных об этих разговорах можно ясно увидеть, какой образ жизни ведет тот или иной абонент. И госпожа Аомамэ в этом смысле – не исключение. Конечно, заполучить чужие выписки в личное распоряжение непросто, но, если постараться, ничего невозможного нет. Как я уже говорил, раз у змеи нет ног, ей приходится ползать…

Ни слова не говоря, Онда ждал продолжения.

– Так вот, – продолжил Усикава. – Изучив, с кем госпожа Аомамэ контактировала в последнее время, я выяснил несколько любопытных фактов. В отличие от большинства женщин, по телефону болтать она не любит. Как исходящих, так и входящих звонков совсем немного, и почти все – на удивление короткие. Долгие тоже встречаются, но крайне редко, в основном по работе. Хотя половину клиентов она обслуживала на выездах и общалась с ними не через клуб, а напрямую, по частным вызовам. Именно таких звонков – большинство, но лично у меня подозрения не вызвал никто…

Усикава выдержал паузу и, разглядывая желтые от никотина пальцы, подумал о сигарете. Мысленно закурил, с наслаждением затянулся – и выпустил струйку дыма.

– Никто – за исключением двух номеров. Во-первых, она дважды звонила в полицию. Только не в службу «110», а в Отдел дорожной безопасности полицейского департамента Синдзюку. С этого же номера и ей звонили несколько раз. Машину она не водит, а массажисток из элитных спортклубов полиция не заказывает никогда. Так что это, скорее всего, – какой-то личный контакт. С кем – неизвестно. Второй загадочный собеседник вроде бы никак не связан с первым. Номер не определился, но именно с него звонили несколько раз и подолгу. Сама она никогда этот номер не набирала. Как я ни бился, вычислить точную комбинацию цифр не удалось. Возможно, она сама захотела, чтобы номер не определялся. Но даже такие номера выведать вполне реально, если как следует постараться. Однако хозяина этого номера я вычислить так и не смог. Все подходы словно заперты на сверхсекретные замки. Обычным людям такой уровень секретности недоступен.

– Вы хотите сказать, владелец номера – человек необычный?

– О, да. Могу спорить, это профессионал.

– Еще одна змея? – бесстрастно уточнил Онда.

Усикава погладил плешь и жизнерадостно осклабился:

– Совершенно верно! Еще одна змея. Причем весьма ядовитая.

– Значит, можно по крайней мере утверждать, что за этой женщиной стоит некая организация? – подытожил Онда.

– Безусловно. И заправляют этой организацией далеко не дилетанты.

Довольно долго Онда задумчиво наблюдал за Усикавой из-под полуприкрытых век. Затем обернулся и посмотрел на Хвостатого. Тот едва заметно кивнул: дескать, все ясно. Тогда Онда снова обратился к Усикаве.

– Что-нибудь еще? – спросил он.

– А что еще? – Усикава пожал плечами. – Теперь моя очередь вас послушать. Может, у вас есть кто-нибудь на примете? Какое-то лицо или группа лиц, которым было выгодно отправить Лидера на тот свет?

Брови Онды сдвинулись, и над переносицей прорезалось три глубоких морщины.

– Помилуйте, господин Усикава. Подумайте сами: мы – обычная религиозная организация. Вместе с прихожанами ищем пути для обретения душевного покоя и постижения нравственных ценностей. Живем в единении с природой. Каждый божий день совмещаем земледелие с духовной практикой. Кому придет в голову воспринимать нас как врага? И какую выгоду можно извлечь, доставляя нам неприятности?

По губам Усикавы вновь пробежала улыбка. Какую эмоцию она выражала, понять было сложно.

– В любом мире существуют свои безумные фанатики. А что может прийти в голову фанатикам, не знает никто. Или с этим вы не согласны?

– Как бы там ни было, у нас на примете никого подозрительного нет, – бесстрастно ответил Онда, будто и не заметив иронии в словах собеседника.

– А как насчет «Утренней зари»? Разве те, кто все-таки выжил, больше никак себя не проявляют?

Онда решительно покачал головой – нет, это исключено. По его лицу было ясно: «Утренняя заря» раздавлена окончательно и бесповоротно. И в живых, надо полагать, уже никого не осталось.

– Замечательно, у вас на примете никого нет. Только вот незадача: некая организация лишила жизни вашего Лидера. Очень продуманно и профессионально. Он растворился, как дым в небесах. И это – факт, от которого не отвертеться.

– Вот мы и должны понять, кому это понадобилось.

– При этом не связываясь с полицией, верно?

Онда кивнул:

– Это наша проблема, Закон тут ни при чем.

– Хорошо, – сказал Усикава. – Это ваша проблема, Закон ни при чем. Разговор предельно ясен, дальнейших объяснений не требуется. Тогда позвольте уточнить еще кое-что.

– Уточняйте.

– Сколько человек знает о смерти Лидера?

– Во-первых, мы оба, – ответил Онда. – Плюс два помощника, перевозившие труп. Разумеется, все пятеро членов Высшего Совета секты. Итого – девять. Три девочки-жрицы пока ничего не знают, но рассказать им придется скоро. Все-таки они жили с ним, долго скрывать не получится. Ну, и наконец – вы, господин Усикава.

– Значит, всего – тринадцать?

Онда ничего не ответил.

Усикава глубоко вздохнул.

– Хотите услышать мое искреннее мнение?

– Разумеется.

– Сейчас, конечно, уже поздно что-либо менять. Но как только вы узнали, что Лидер мертв, вам следовало немедленно обратиться в полицию. И сделать так, чтобы о его смерти узнали все. До скончания века скрывать этот факт все равно не получится. Тайна, о которой знает аж тринадцать человек, – считайте, уже не тайна. Очень скоро вы можете оказаться в безвыходном положении.

Лицо Онды осталось совершенно бесстрастным.

– Решения принимаем не мы, – ответил он. – Наша работа – выполнять приказы.

– И кто же у вас принимает решения?

Онда ничего не ответил.

– Какой-то зам Лидера?

Молчание.

– Ну, хорошо, – сказал Усикава. – По приказу сверху вы тайно уничтожили тело. В вашей организации приказы начальства не обсуждаются. Однако с точки зрения Закона подобные действия называются «сокрытием трупа», считаются тяжким уголовным преступлением и караются очень сурово. Надеюсь, это вы понимаете?

Онда кивнул.

Усикава снова перевел дух.

– Если полиция, не дай бог, начнет расследование, прошу вас помнить: лично мне о смерти Лидера ничего не известно. Попадать под уголовную статью мне совершенно не улыбается.

– Официально о смерти Лидера вам ничего не сообщалось, – произнес Онда. – Вас мы наняли как внештатного сотрудника для розыска женщины по фамилии Аомамэ. Нас с вами связывает только это. Ничего противозаконного.

– Вот и хорошо. Вы ничего не говорили, я ничего не слышал.

– О том, что Лидер убит, мы не хотели сообщать никому за пределами секты. Но поскольку проверку подноготной Аомамэ выполняли именно вы, господин Усикава, – вам, как говорится, и карты в руки. Теперь нам нужна ваша помощь, чтобы ее найти. Разумеется, если при этом вы согласны держать рот на замке.

– Конфиденциальность – главный принцип моей работы. Не извольте беспокоиться: я буду нем как могила.

– Если эта информация просочится во внешний мир по вашей вине, с вами начнут происходить весьма неприятные случайности.

Усикава посмотрел на свои пальцы, сцепленные на столе. Так удивленно, будто сомневался, его ли это руки.

– Весьма неприятные случайности… – повторил он, снова посмотрев на собеседника.

Онда слегка прищурился.

– Тайну о смерти Лидера необходимо сохранять любой ценой. И если придется – любыми средствами.

– Хранить чужие тайны я умею, – в очередной раз заверил Усикава. – Вам совершенно не о чем волноваться. Я уже не раз выполнял ваши поручения в условиях глубокой секретности. Порой это было непросто, но вознаграждение стоило потраченных усилий. Так что можете считать, на моих губах – двойная печать. Сам я не религиозен, но покойному Лидеру очень многим обязан лично. И уже поэтому делаю все, чтобы найти госпожу Аомамэ. Вот увидите: мои старания будут не напрасны. Прошу вас подождать еще немного. Скоро я порадую вас хорошими новостями.

Онда еле заметно сдвинулся в кресле. Словно в ответ на это, Хвостатый у выхода перемялся с ноги на ногу.

– Это все, что вы сейчас можете сообщить наверняка? – уточнил Онда.

Усикава, задумавшись, выдержал паузу. И добавил:

– Как я уже говорил, госпожа Аомамэ дважды звонила в Отдел безопасности движения Полицейского департамента Синдзюку. А ей оттуда звонили несколько раз. Кто именно, установить не удалось. Полиция есть полиция – выспрашивать у них подобные вещи бесполезно. И все же на словах «Отдел безопасности движения Синдзюку» в моей плешивой голове что-то щелкнуло. Какая-то картинка мелькнула в дырявой памяти и тут же исчезла. Что-то я то ли слышал, то ли читал про этот Отдел. Очень долго вспоминал! Все-таки старость не радость, куда деваться. То ли дело в молодости: раз – и сразу вспомнил, что нужно! Слава богу, событие это случилось всего неделю назад, так что совсем позабыться не успело…

Выдержав театральную паузу, Усикава с гордой улыбкой воззрился на собеседника. Онда терпеливо ждал.

– В августе молодую сотрудницу этого отдела задушили в лав-отеле на Синдзюку, недалеко от кварталов Маруяма. Абсолютно голый труп был прикован к кровати наручниками из ее же полицейского инвентаря. Случай, разумеется, получил скандальную огласку. Так вот, некто из Отдела безопасности движения не раз звонил госпоже Аомамэ за несколько месяцев до этого убийства. А после, как нетрудно догадаться, не позвонил ни разу. Ну как? Не слишком ли странно для случайного совпадения?

Помолчав несколько секунд, Онда изрек:

 

– Вы хотите сказать, ей могла звонить та полицейская, которую потом убили?

– Ее звали Аюми Накано. Двадцать шесть лет. Весьма привлекательна. Отец и старший брат тоже служат в полиции. В департаменте была на хорошем счету. Полиция, само собой, чуть землю не изгрызла, но убийцу до сих пор не нашли. Извините, если мой вопрос прозвучит бестактно, – но, может, ее имя вам что-нибудь говорит?

Бритоголовый Онда уставился на Усикаву таким холодным и твердым взглядом, будто глаза его вытесаны изо льда.

– Я не понимаю вас, господин Усикава, – произнес он. – Вы полагаете, мы имеем к этому инциденту какое-то отношение? Хотите сказать, кто-то из наших людей затащил эту женщину в задрипанный отелишко и задушил, приковав наручниками к кровати?

Усикава поджал губы и отчаянно затряс головой:

– Что вы, ни в коем случае! Даже в мыслях такого не было! Я всего лишь поинтересовался, не вспоминается ли вам что-либо на эту тему. Вот и все, уверяю вас. Любая, казалось бы, мелочь может оказаться бесценной в моих изысканиях. Что угодно, лишь бы установить связь между задушенной женщиной и гибелью Лидера.

Онда набрал в легкие воздуха и, задержав дыхание, смерил Усикаву долгим оценивающим взглядом. Затем выдохнул и произнес:

– Хорошо. Я доложу эту информацию руководству.

Достав из кармана ручку с блокнотом, он записал, повторяя вслух:

– Аюми Накано, двадцать шесть лет… Отдел безопасности движения Синдзюку… Возможно, связана с Аомамэ.

– Именно так, – подтвердил Усикава.

– Что-нибудь еще?

– Да. Обязательно сообщите наверх еще вот что. Кандидатуру Аомамэ с самого начала предложил кто-то из секты. Порекомендовал как лучшего инструктора в Токио по массажу и так далее. А затем мне, как и вам, поручили проверить ее подноготную. Не хочу себя оправдывать, но об этой женщине я узнал все, что мог. И, что самое странное, не обнаружил ничего подозрительного. В ее биографии не было ни единого грязного пятнышка. Поэтому вы и пригласили ее в номер отеля «Окура». Чем это закончилось, повторять не стану. Остается вопрос: так кто же ее порекомендовал?

– Неизвестно.

– Неизвестно? – Лицо Усикавы озадаченно вытянулось. – Значит, кто-то внутри вашей организации подсунул вам наемную убийцу, а кто именно – вы не знаете?

– Именно так, – подтвердил Онда, не меняясь в лице.

– Чудеса, да и только. – Усикава недоверчиво покачал головой.

Онда молчал.

– Вероятно, вы не можете сказать мне всю правду? – предположил Усикава. – Но факт остается фактом: кто-то предложил имя госпожи Аомамэ, а затем поставил вопрос об организации ее визита. Разве не так?

– На самом деле, чаще всего об этой женщине упоминал сам Лидер, – произнес Онда, осторожно подбирая слова. – В руководстве секты многие считали, что приглашать неизвестного человека со стороны чересчур опасно. Так же считали и мы, его телохранители. Но Лидер даже слушать никого не хотел и постоянно возвращался к Аомамэ в разговорах.

Усикава снова взял зажигалку. Открыл крышку, высек на пробу огонь и тут же захлопнул опять.

– Мне всегда представлялось, что Лидер – человек весьма осторожный, – сказал он.

– Так оно и было, – подтвердил Онда. – Крайне осторожный и осмотрительный человек.

И комнату затопило глубоким молчанием.

– Тогда позволю себе еще один вопрос, – нарушил паузу Усикава. – Насчет господина Тэнго Каваны. У него была любовница – замужняя дама по имени Кёко Ясуда. Раз в неделю она приезжала к нему домой, и они занимались любовью. Дело житейское, ничего странного. Вот только однажды ему позвонил супруг этой дамы и сообщил, что приезжать она больше не сможет. С тех пор господин Кавана о ней ничего не слышал.

Онда недоуменно сдвинул брови:

– Не понимаю, к чему вы клоните. Разве Тэнго Кавана как-то связан со случаем, о котором мы говорим?

– Я и сам пока не пойму. Просто этот вопрос уже давно не дает мне покоя. По идее, госпожа Ясуда должна была хоть раз позвонить ему. Их отношения с господином Каваной были достаточно давними и глубокими. А тут – как сквозь землю провалилась, ни слуху ни духу. Все это странно – и, не исключаю, могло бы вывести на какие-то другие подробности, пока не известные нам. Возможно, на эту загадку удастся пролить свет с вашей стороны?

– По крайней мере, лично я об этой женщине слышу впервые, – проговорил Онда бесцветным голосом. – Кёко Ясуда. Была связана с Тэнго Каваной.

– Старше него на десять лет. Замужем, – добавил Усикава.

Онда сделал в блокноте новые пометки.

– Это мы тоже передадим руководству.

– Вот и славно, – кивнул Усикава. – Кстати, а где находится госпожа Эрико Фукада, вы еще не узнали?

Оторвав взгляд от записок, Онда смерил Усикаву таким взглядом, будто заметил на стене покосившуюся картину.

– А зачем нам знать, где находится Эрико Фукада?

– Но разве вам это не интересно?

Онда покачал головой:

– Где она и что собирается делать, не имеет к нам ни малейшего отношения. Пусть находится там, где хочет.

– И господин Кавана вас тоже не интересует?

– Абсолютно не нужный нам человек.

– Однако совсем недавно вы интересовались ими обоими, причем – очень сильно…

Онда прищурился:

– В настоящее время нас интересует только один человек: Аомамэ.

– У вас так быстро меняются интересы?

Онда едва заметно скривил губы, но промолчал.

– Господин Онда. Вы читали роман «Воздушный Кокон», который написала госпожа Фукада?

– Нет. В нашей организации запрещено читать любую литературу, кроме религиозной. Даже в руки брать нельзя.

– А кто такие LittlePeople, вам слышать не доводилось?

– Понятия не имею, о ком вы, – среагировал Онда, не задумавшись ни на секунду.

– Тогда у меня все, – подытожил Усикава.

На этом их диалог завершился. Поднявшись с кресла, Онда поправил пиджак. Хвостатый отделился от косяка и сделал шаг вперед.

– Господин Усикава, – проговорил Онда, глядя на собеседника сверху вниз. – Вынужден подчеркнуть: в нашем случае время решает все. Мы работаем на пределе возможностей. С вашей стороны ожидается то же самое. Чем скорее найдется Аомамэ, тем будет лучше для всех. Неудача может обернуться крупными неприятностями – как для нас, так и лично для вас. Напоминаю, что теперь вы знаете чужие и очень глубокие тайны.

– Глубокие знания – тяжкое бремя, – отозвался Усикава.

– Воистину, – подтвердил Онда все тем же бесцветным голосом. А затем развернулся и, не оглядываясь, вышел из кабинета. За ним последовал Хвостатый, и дверь закрылась.

Как только незваные гости ушли, Усикава выдвинул ящик стола и выключил запись. Затем открыл крышку магнитофона, извлек кассету и проставил на ней шариковой ручкой дату и время беседы. Несмотря на нелепую внешность, писал он красиво – иероглифы крупные, разборчивые. Наконец, достав из того же ящика «Севен старз», Усикава вытянул из пачки сигарету, зажал в губах и прикурил от золотой зажигалки. Глубоко затянулся, выпустил струю дыма в потолок – и, закрыв глаза, просидел так добрые полминуты. Затем открыл глаза и взглянул на часы над столом. Половина третьего. Ну и мерзкая парочка, снова подумал он.

«Чем скорее найдется Аомамэ, тем будет лучше для всех, – сказал Бонза. – Неудача может обернуться крупными неприятностями как для нас, так и лично для вас».

Штаб-квартиру «Авангарда» в горах Яманаси Усикава посещал дважды, и от его внимания не ускользнула огромная печь, установленная за деревьями в роще. Очень мощная с виду – обычно такие используют для сжигания крупного мусора и производственных отходов. Но при желании там запросто можно сжигать и трупы – так, чтобы ни косточки не осталось. Насколько Усикава знал, несколько трупов в той печи уже действительно сожгли. В том числе и останки Лидера секты. Разделять их участь Усикава, понятно, совсем не желал. Если уж это неизбежно, исчезнуть из этого мира хотелось бы мирным способом.

Разумеется, кое-какие факты от этой зловещей парочки Усикава все-таки утаил. Никогда не раскрывать все козыри – одно из важных правил его работы. Мелкие можно и засветить, ничего страшного. Но крупные должны оставаться в рукаве до конца игры. Ну и, конечно, всегда нужна подстраховка. Скажем, в виде кассеты с записью конфиденциальной беседы. Этим правилам Усикава неукоснительно следовал много лет, что давало ему солидную фору перед молодыми верзилами-охранниками.

Во-первых, он составил список всех клиентов спортклуба, с которыми Аомамэ проводила частный инструктаж. Их оказалось двенадцать. Заполучить подобную информацию при должных усилиях и «ноу-хау» оказалось несложно. Подноготную каждого из этой дюжины он проверил, насколько смог. Восемь женщин, четверо мужчин. Все – высокого положения в обществе, финансово обеспечены. Ни один не походит на потенциального заказчика чьего бы то ни было убийства. Одна, состоятельная дама лет за семьдесят, содержит приют для избиваемых жен. Выкупив старое двухэтажное зданьице на краю зажиточного квартала, она предоставляет кров женщинам, пострадавшим от бытового насилия.

Казалось бы, занятие достойное, подозрений не вызывает. Но что-то далекое, забытое на изнанке подсознания, то и дело стучало в мозг Усикавы и возвращало его к мыслям об этой старушенции. И каждый раз он задумывался – что же именно? В итоге, положившись на змеиный нюх и шестое чувство, он вроде нащупал, какому ключевому понятию обязан своим дежавю. Насилие. Старуха ведет против насилия некую осознанную войну и потому так организованно помогает его жертвам.

1Ко́ма-и́ну (яп.) – персонаж китайской мифологии, собака с головой льва, чьи статуи (попарно – одна с открытым ртом, другая с закрытым) охраняют ворота синтоистских святилищ от злых духов. – Здесь и далее прим. переводчика.
2Одава́ра – административный район и крупная станция метро в центральном Токио.

Издательство:
Эксмо
Поделится: