# По ту сторону фантазий

Kina Mizuki

Если думаете, что это очередной сопливый роман про попаданок, где прекрасные принцы спасают юных дев и мчатся на радужном пони в закат, то можете смело захлопывать книгу и требовать у продавца возврат денег за подкинутую им фигню. Моя история совсем некрасочная. Пропитанная болью и кровью. Предательством и ненавистью. Стремлением не к жизни, а к смерти… Так что если всё-таки решили окунуться во всё это дерьмо с попаданством и услышать реальную историю, то присаживайтесь поудобнее, не забыв прихватить алкоголь покрепче . Я начинаю…

Пролог


Если думаете, что это очередной сопливый роман про попаданок, где прекрасные принцы спасают юных дев и мчатся на радужном пони в закат, то можете смело захлопывать книгу и требовать у продавца возврат денег за подкинутую им фигню.

Моя история совсем некрасочная. Пропитанная болью и кровью. Предательством и ненавистью. Стремлением не к жизни, а к смерти…

Так что если всё-таки решили окунуться во всё это дерьмо с попаданством и услышать реальную историю, то присаживайтесь поудобнее, не забыв прихватить алкоголь покрепче. Я начинаю…

Кто я такая?… Да никто! Бледная тень на фоне творящегося Хаоса, отверженная даже вашими пресловутыми Богами. Вещь и собственность монастыря Алой розы, где таких, как я, великое множество. С тринадцати лет меня готовили в служение знатным мужам этого мира. Соблазнять, затем доставлять им неописуемое удовольствие, а спустя какое-то время, убивать со всей жестокость по велению чьей-то руки. Сколько же мне сейчас лет?… Я не знаю. Уже давно перестала считать. Но должно быть где-то от двадцати до двадцати пяти. Обучение в монастыре начиналось с пяти лет, а так как я была уже переростком, обучали с десятикратным нажимом. Меня ломали, выворачивали внутренности наизнанку, жестоко наказывали за неповиновение и учили, учили и снова учили…

Сломалась довольно быстро. Не могла не сломаться. Это только в сказках героиням удаётся пройти через все невзгоды с высоко поднятой головой. Я тоже такие читала. На деле всё обстоит иначе. Я почти не помню своего прошлого до того, как попала в этот мир, но по ощущениям, я была счастливым ребёнком. Меня лишили всего. Семьи. Спокойной жизни. Любви и даже собственного имени. Но опустила руки лишь тогда, когда меня лишили чести. Не единожды. Со всем остервенением.

В одну из ночей, когда меня в очередной раз заперли в подвале за непослушание, оставив без еды и воды на трое суток, ко мне подослали лишенца. Это специально обученные мужчины, которые лишали таких как я невинности, а после нам предстояло отрабатывать на них все полученные знания под немигающими взглядами надзирателей. Он сделал это грубо, нагнув раком, и одним движением вошёл в меня. Разорвав не только мою девственность, но мою плоть. Я кричала, захлёбывалась слезами и болью, пыталась отбиться, но что я могла предпринять в отношении него, если я тринадцатилетний ребёнок, а он сорокалетний крепкий мужик? Тогда я ничего не могла. Сделав всё, что нужно, лишенец ушёл. Оставив меня наедине с разбитыми мечтами, обрушенной верой в лучшее и униженной, никому не нужной девушкой.

Это происходило не раз и не два. Жрицы Алой розы упорно пытались научить меня ублажать мужчин. Наматывая мои волосы на кулак, направляли мои губы к члену очередного лишенца, вгоняя его в мой рот по самые гланды, вызывая приступ рвоты и панического ужаса. Удерживая в три пары рук, насаживая на них в самых омерзительных позах и позволяя им трогать меня везде, где захочется. Всем было наплевать на крики, бес слёзные рыдания и попытки суицида маленькой, забитой… вещи.

Не знаю в какой момент, но я отрешилась от всего. Вынула из груди свою душу. Самолично растоптала её и сожгла. Перестала что-либо чувствовать, бояться и чего-то ждать. Я устала. Безвольной куклой выполняла все приказы, не перечила наставникам и могла бы стать лучшей ученицей, если бы только не одно НО…

Во-первых, я человек. Существо само по себе слабое и хрупкое. Не представляющее никакой ценности в Нижнем мире.

Во-вторых, я человек с Земли, что ещё хуже. Потому, как плохо поддаюсь целительской магии. Наказывали меня знатно, а значит не все раны могли излечить.

В-третьих, я совершенно обычная. Не стройная красавица, о которых пишут в книгах и слагают легенды. Тёмно-русые волосы, зелёно-карие глаза, пухлые губы и слегка курносый нос. Что касается тела, сколько бы меня ни нагружали физическими нагрузками и ни сажали на диеты, моя талия не становилась уже, а живот плоским. За что я неоднократно получала, хотя моей вины в этом не было. Плюс ко всему, я была ниже всех остальных, хоть и была среднего роста. Но, так как большинство мужчин этого мира довольно высоки, я проигрывала и в этом.


Глава 1. “И грянул гром…”


В один из таких же, одинаково похожих друг на друга дней меня вызвала на разговор старшая Жрица Алой розы. Повинуясь приказу, я предстала перед ней, смиренно опустив голову вниз, сцепив пальцы рук в замок.

– Сегодня у тебя особое задание, – как всегда без приветствия начала Жрица. – Граф Терридан орд Клайз. Последний из своего рода. Единственный правитель графства Клайзшир, – продолжая говорить, она открыла сферу, чтобы я могла увидеть потенциальную жертву. Подняв голову, я уставилась на изображение мужчины, внимательно вглядываясь в черты его лица. Что могу сказать: на жертву он не был похож. Длинные чёрные волосы с бритыми висками. Прямой, аккуратный нос, без единого намёка на перелом. Тёмно-карие лисьи глаза. Полноватые губы. V-образный подбородок и высокие скулы. Несмотря на то что черты его лица казались приторно-сладкими, один его взгляд говорил о том, что этот противник не всем по зубам. Насколько помню, в мире людей его бы приписали к метисам азиата и европейца, здесь же он принадлежал к расе Хирсов. Перевод с мёртвого языка звучал бы как “узкие глаза”. Но этот мужчина сильно отличался от некогда привычных мне азиатов: он был гораздо крупнее и выше. Ширина его плеч и объём рук говорили о том, что мужчина регулярно отрабатывает удары на мечах и ему не составит огромного труда переломить своего противника пополам.

– Хитёр, умён, одержал победу не в одной битве и на хорошем счету у Императорской семьи, – окончательно добила меня Жрица.

Однозначно: жертва здесь не он, а я. Меня просто решили списать в утиль, устранив чужими руками. Но это и к лучшему: я давно уже мечтала о смерти.

– Приказано убить.

– Слушаюсь, – повинуясь приказу, направилась в процедурную.


Стерпев несколько часов изнурительных омовений, натираний разно пахнущими маслами и снова омовений, десятки разных масок для лица и средств для удаления ненужных волосков. Макияж, причёска и подбор подходящего платья. И вот я уже сижу в экипаже, с пригласительным письмом в руке. Езда около часа, и я вхожу в залитый ярким светом зал, где присутствующим известно лишь моё имя. Народу собралось довольно много: как никак день рождения единственной дочери главного советника, правой руки короля. Все мечтают оказаться ближе к государю, но для этого нужно перецеловать не одну задницу, а самая главная из них прямо сейчас получает поздравление от очередного подхалима. Отвратительное место.

Обойдя очередное скопление разукрашенных куриц, я прихватила с собой бокальчик игристого розового вина и направилась в поисках моего заказа. Мужчину обнаружила стоящим под арочной занавесью, где он скрывался от многочисленных глаз незамужних девиц. Он медленно потягивал коричневую жидкость из невысокого стакана и отстранённо взирал куда-то сквозь толпу. Его серо-изумрудный сюртук сидел на нём как влитой, а ворот чёрной рубашки был распахнут на верхние пуговицы, что без слов говорило: в гробу он видал этих напыщенных индюков и их празднество и находится здесь лишь по своим собственным причинам. Необходимо было привлечь его внимание, но по всей видимости в женском обществе он не нуждался. Что ж, будем действовать по старинке.

Подойдя к нему, я сделала глубокий, тяжёлый вздох и отпила из бокала. Сотни пузырьков тут же начали лопаться на языке, делая и без того приятный вкус волшебным. Повернув голову в его сторону, я сделал вид, что заметила его только сейчас и понимающие покачала головой.

– Предпочитаете одиночество? – усмехнулась, делая ещё глоток. – Зачем же тогда пришли?

– Тот же вопрос могу задать и вам, – низко произнёс мужчина. Должно быть, этот голос свёл с ума не один десяток девиц.

– Меня заставили, – сказала чистую правду и обречённо улыбнулась. – Будь у меня выбор, я бы провела этот вечер иначе.

– Например? – отстранённо поинтересовался тот. А он немногословен.

– Не знаю. Вариантов так много.

– Может пройдёмся? – неожиданно предложил мужчина. Не может быть, чтобы он так легко повёлся. Неужели раскусил меня? Что ж, посмотрим что будет дальше.

– Я не против, – невинно пожав плечами, ответила я и положила свою ладонь на предложенный локоть.

Мы миновали арку и пройдясь по цветущей аллее, свернули в сторону зимнего сада. Пока неспешно прогуливались по тропинке из жёлтого кирпича, мы не встретили ни одной влюблённой парочки, скрывающейся ото всех под низко опущенными ветвями жасмина или целующихся, сидя на кованых скамейках. Но мы уже приблизились к стеклянным дверям оранжереи, которая, ко всему прочему, оказалась открытой. Мы вошли внутрь, и я на мгновение забыла, зачем вообще пришла сюда. Цветы и вьющиеся растения были повсюду, создавая приятную атмосферу и балуя разнообразными запахами. Невольно залюбовавшись, я провела кончиками пальцев по набухшим бутонам и впервые за долгое время искренне улыбнулась. Мужчина молчаливой тенью следовал за мной, не проронив и звука. Необходимо было что-то сказать, как-то отвлечь, чтобы в нужный момент вонзить в его горло нож. Обстановка как раз располагала к этому: поблизости ни единой души. Но я продолжала медлить.

Граф решил всё за меня. Перехватив за талию, он усадил меня на стол для плетёных корзин, мимо которого мы как раз проходили и впился напряжёнными губами в мой рот. Первым же порывом было желание оттолкнуть его, но остановила себя, когда уже упиралась ладонями в его твёрдую грудь. Мне были противны любые прикосновения, но я должна была терпеть, ведь это хорошая возможность, чтобы внезапно прикончить его. Хотя мой план заключался в другом. Подавшись вперёд, я обвила его шею руками и шире развела в стороны ноги. Граф не сбрасывал напряжение и продолжал действовать на автомате. Он не доверял мне. Пройдясь ладонями по спине, он спустился ниже, задирая полы платья вверх. Ещё немного, и он выхватывает из ножен, прикреплённых к моему бедру, нож и с бешеной силой вгоняет его в стол, между моих ног. Я успела лишь на секунду, чтобы отпрянуть на сантиметр и не быть убитой столь унизительным способом. Умереть от удара ножа в лобок – даже я себе не могла этого позволить. Выдернув нож из стола, мужчина прижал его к моему горлу и гневно посмотрел в глаза.

– Говори, – приказал он, сильнее надавливая на оружие. Я продолжала молчать. Не только из-за врождённого упрямства, но и из-за печати, наложенной на каждого из учеников Алой розы. Эта же печать не позволяла нам причинить вред наставникам, сёстрам, ни самим себе.

– Думаешь я не знаю откуда ты? – риторический вопрос. – Ты не первая, кого послали за мной, чтобы убить.

– Раз уж вы и сами всё знаете, просто прикончите меня, – специально выводила его из себя, чтобы не осталось сомнений в том, что моя смерть – это единственное правильное решение.

– Ну уж нет, крошка. Так легко ты не отделаешься, – в предвкушении криво улыбнулся Граф. Не оставив мне выбора, я дёрнулась в сторону, чтобы лезвие ножа вспороло мне горло, но он оказался проворнее и не дал мне умереть.

– Бросай эти фокусы. Понапрасну тратишь свои силы, – схватив за руку, он сдернул меня со стола и направился к выходу из оранжереи. Я не сопротивлялась. Действительно, какой смысл тратить силы, если моя конечная цель неизменна. Всё что мне нужно – это вывести его из себя. Минуя слепые зоны, мы покинули поместье и оказались у ожидавшего своего хозяина экипажа. Толкнув меня во внутрь, мужчина забрался следом и уселся на обшитые бархатом сидения напротив. Мне было всё равно, куда и зачем мы едем, ведь самое страшное, что меня может ждать – это смерть. Как раз то, что мне нужно.

Ехали мы уже, примерно, около часа, но мужчина не спешил задавать вопросы, демонстрируя холодную сдержанность. Невозможно не восхититься его выдержкой, учитывая, что непосредственный убийца сидит напротив, устало прикрыв глаза. В окно взглянула лишь после того, как экипаж в очередной раз подскочил на выбоине на дороге. Увидев стены Монастыря Алой Розы, лишь криво усмехнулась, отдавая должное складу ума мужчины. Но так даже лучше: жрицы не прощают поражений, а значит, мне будет вынесен приговор. Монастырь встретил тишиной, что не удивительно, ведь сейчас время молебна. Для непосвящённых – это обычный женский монастырь, коих великое множество в империи, но не для таких как Теридан орд Клайз.

Остановившись у широкой парадной лестницы, мужчина вытащил меня на улицу, где нас уже поджидали старшие жрицы. Разумеется, ничего не ускользнёт от их зоркого глаза.

– Что привело вас в столь поздний час в нашу обитель? – как всегда нараспев произнесла жрица, демонстративно не замечая меня.

– Вопросы здесь буду задавать я, – без учтиво начал граф. – Будем говорить здесь или всё же проявите гостеприимство?

– Пройдёмте во внутрь, – почтенно склонившись перед мужчиной в приглашающем жесте, произнесла жрица. Схватив за локоть, Клайз потянул меня за собой. Благо долго плестись не пришлось, жрицы привели нас в приёмную первого этажа и предложили присесть на чертовски неудобные стулья. Мне сесть, конечно же, никто не позволил. Мужчина вальяжно устроился на стуле, забросив ногу на ногу, продолжая крепко держать меня подле себя.

– Теперь мы можем узнать, зачем вы здесь? – приветливо спросила другая жрица.

– Думаю, мы сразу перейдём к угрозам. В противном случае, диалог будет не столь продуктивным, – словно раскат грома, прозвучали слова мужчины. Но жрицы- молодцы, выдержали первую волну.

– Вы знаете кто я?

– Разумеется, Ваше Сиятельство, – разом ответили те.

– Тогда, должно быть, вы слышали о том, как я решаю свои проблемы? – многозначительно поинтересовался тот.

– Побойтесь Бога, граф. Вы всего лишь человек, – оскорблённо выпалила старшая.

– Бояться стоит вам, – грубо осадил её Клайз, сильнее сжав мою руку. – Потому как Богу на вас насрать, а вот моё терпение на исходе. Ух ты! Как он это сказал! Даже я прониклась.

– Первые три попытки меня даже повеселили. Пытки и всё такое – мне понравилось. Сегодня же я не в том настроении, чтобы шутить. До вашего отхожего места мне нет никакого дела, но это только в том случае, если вы назовёте имя заказчика. Если нет, я сравняю это место с землёй, а вы – пройдёте через все круги ада, прежде чем встретитесь с вашим любимым Богом.

– О чём вы говорите? Это монастырь, – возмутилась жрица.

– По- хорошему никак, значит? – усмехнулся тот, глядя в пол, но, когда поднял глаза, его взгляд был убийственным. Оставив мою руку в покое, он медленно подошёл к старшей жрице и схватил за горло. В тот же миг, когда она распахнула морщинистые губы, жадно хватая воздух, мужчина забросил ей в рот что-то похожее на монету и зажал его рукой. Двое других жриц бросились ей на помощь, но были остановлены всего одним взглядом, от которого мороз шёл по коже.

– Вы упустили один момент: я не только граф, но и лучший артефактор империи. Выбить из кого-то правду для меня не составит особого труда. Если до этого я относилась к происходящему с пофигизмом, то после сказанных слов прифигела. Артефактор? Это насколько сильным должен быть его уровень, чтобы взломать печать молчания, наложенную на каждого из монастыря?

– А теперь говори, кто заказчик? – продолжил тот.

Какое-то время жрица упорно сопротивлялась. Даже прикусила язык, чтобы слова не лились, подобно крови из её рта, но и это не помогло.

– Артур де Сарайт, – прохрипела та. Сарайт – это же жених дочери ублюдка, у которого мы недавно были на приёме. Как же глупо.

– Вы же знали, что девчонка не справится, так зачем пошли на это? – задал очередной вопрос Клайз.

– Заказом была не ваша смерть, а её.

– Почему?

– Она пыталась его убить.

Ах да, забыла упомянуть. Убить требовалось другого, и он благополучно лежит в гробу, но мне нужно было вызвать гнев жриц, чтобы они избавились от меня, поэтому, пришлось немного попугать Артура. Но этого так и не произошло.

– А меня выбрали для того, чтобы не поднялась шумиха?

– Да.

– Понятно. Что собираетесь делать с ней? – задал он интересующий и меня вопрос.

– За невыполнение приказа только одно наказание – смерть. О, скорее бы!

– Я забираю её, – как выстрел в голову.

– Что?! – не смогла смолчать я.

– Что-то не так? – отстранившись от жрицы, мужчина повернулся в мою сторону и демонстративно скрестил руки на груди. – Ты рассчитывала на что-то другое?

– Да,– уверенно заявила я и обратилась к жрицам. – Вы не можете отдать меня ему. Это нарушит все правила монастыря.

– Если это позволит нам остаться незамеченными, мы готовы пойти на это,– вытирая рукавом рясы кровь, ответила старшая жрица.

– Нет. Всё должно было закончиться не так! – впервые за долгое время, прокричала я. Кажется я говорила, что перестала что-либо чувствовать. Выходит, что нет. В данный момент я испытывала ярость и страх. Что-то ещё можно сделать. Выдернув длинную шпильку из волос, от чего они рассыпались по плечам, помчалась навстречу своей судьбе. Всё рассчитав, нацелила остриё в область шеи мужчины, но за секунду до он успел увернуться. Попытался перехватить мою руку, но я была проворнее. Проскочила под его рукой и повисла на его шее сзади, приставив шпильку к горлу. Признаться, было неудобно, так как он был гораздо выше меня. При этом Клайз держался всё так же высокомерно, держа спину прямо, будто и не было позади недоразумения в виде меня. Со стороны, должно быть, это выглядело жалко.

– Вы не отдадите меня ему, – прорычала я, вдавливая шпильку в его шею.

– Поиграли и хватит, – устало произнёс граф и, закинув руку за спину, схватил меня за волосы и вытащил вперёд себя. Моя рука была тверда, поэтому в тот момент остриё вошло глубже, рассекая кожу. Кажется, он даже этого не заметил, перехватывая эту самую руку и прижимая её к моей груди.

– Я только что придумал наказание для тебя, мышка. – прошептал он на ухо. Я дёрнулась, но так как его пальцы всё ещё были в моих волосах, лишь причинила себе боль. – Какое же удовольствие я буду испытывать всякий раз, когда тебе взбредёт в голову покончить с жизнью, но сделать этого ты не сможешь, – мечтательно протянул тот, оттягивая мои волосы. – Отныне, ты моя рабыня, а я твой хозяин.

– Ни за что! – рявкнула я и ударила его каблуком по голени.

– Тц-ц-ц, – подавив боль, проронил тот. – Глупая мышка. У тебя нет выбора. Удар по голове – и я погружаюсь в беспамятство, так и не достигнув пола.


Глава 2. “Щеночек”.


Пробуждение после отключки было весьма болезненным. Место удара саднило и кружилась голова. Немного осмотревшись, не поднимая головы от прохладного каменного пола, поняла, что нахожусь в казематах. Что ж, мне не привыкать. Если подумать, ничего ведь не изменилось. Сменились лишь декорации. В остальном, я так и осталась вещью, хоть и отдавать приказы теперь будет другой. Было не по себе, потому как не представляю, чего ожидать от графа. В монастыре всё было просто и понятно: отдали приказ- исполняй. Думаю, для меня он приготовил изощрённую пытку, которая не прекратится, даже если подчинюсь. Страшно. Неизвестность пугает. Как заставить его отказаться от этой навязчивой идеи сделать меня своей рабыней? Упрямиться дальше, пытаясь вывести из себя? Но ведь Клайз уже дал понять, что на него это не действует. Влюбить его в себя? Да ну, бред. Он не из тех, кто поведётся на подобную глупость. Подчиниться, надеясь, что в скором времени ему это надоест? Как вариант, но что меня ждёт после? Как он поступит со мной? Убьёт или продаст очередному ублюдку, и тогда мне снова придётся подчиняться. Этот вариант подойдёт только в том случае, если мой следующий противник окажется не столь сильным как Теридан, тогда я смогу что-либо сделать, чтобы освободиться. Ну, или умереть. Ладно, по крайней мере есть от чего оттолкнуться, терять мне всё равно нечего.

Внутренние переговоры нарушил звук приближающихся шагов. Встать с пола я и не подумала, если это за мной, то и так вытащат наружу. Открыв клетку, мужчина, в доспехах главы стажей, поставил меня на обе ноги и повёл в сторону выхода. Сделал он это весьма обходительно, чего я конечно же не ожидала. Обычно такие люди ведут себя грубо и даже жестоко в отношении заключённых. Так что же это было: приказ Клайза или его собственная учтивость? Если присмотреться, этот мужчина довольно симпатичный для своих лет. На вид ему около сорока пяти. Тёмно-каштановые волосы коротко острижены, от чего хорошо виден глубокий шрам на правом виске. Бледно-зелёные глаза в сочетании со смуглой кожей притягивают взгляд. А недельная щетина придаёт брутальности. Высок и хорошо сложён. Должно быть, от женщин отбоя нет. Если бы не моя ненависть ко всем представителям мужского пола, я бы сочла его красивым и, возможно, прибрала бы его к рукам. Несмотря на то что он годится мне в отцы.

Как оказалось, меня вели не к выходу из каземат, а в допросную, находящуюся здесь же, в подвале. Войдя в комнату, почти ничем не отличающуюся от той, в которой я только что была, первым делом заметила графа, лениво раскачивающегося на стуле. Кажется, он пришёл сюда сразу после принятия ванны, так как его длинные волосы свободно падали на плечи, по которым всё ещё стекали капли воды, намочив при этом наспех накинутую белую рубашку. На меня он не обратил никакого внимания, продолжая неотрывно глядеть на стол перед собой, привычно скрестив руки на груди. Усадив напротив графа, страж устроился позади меня, привалившись спиной к стене, так же скрестив руки. У них тут все так делают?

– Пожалуй, начнём с самого важного, – отстранённо произнёс Клайз. – От этого зависит твоё дальнейшее пребывание здесь.

– Хочешь предложить мне выбор? – опередила, прекрасно зная, что он сейчас произнесёт. – Не ты ли недавно сказал, что у меня нет выбора?

– Не заблуждайся, – наконец, он посмотрел на меня. – Это лишь иллюзия выбора, потому как в обоих случаях ты останешься всего лишь рабыней, – пригвоздил он меня. – Разница лишь в том, где ты проведёшь остаток своей никчёмной жизни. В отдельных покоях, наслаждаясь всеми привилегиями моего положения, покорно выполняя все мои приказы или здесь, в вонючей клетке, не имея доступа к свету и свежему воздуху, где товарищами тебе будут лишь крысы? – всё так же равнодушно поинтересовался Клайз. Страшный человек… Ему нужно было родиться демоном…

– А можно не подчиняться, но жить в отдельных покоях? – весело поинтересовалась я, подавшись вперёд. Конечно, мне было не до веселья, но я ведь не могла показать ему, что напугана. Да и я решила, что стоит начать с обольщения, ибо это самый глупый из всех вариантов.

– Что ты делаешь? – нахмурив брови, зло спросил граф.

– Ничего, – невинно пожала плечами, лукаво задрав нос. – Просто, почему бы не рассмотреть это как ещё один вариант. Меня бы это устроило.

– Играешь со мной? – сканируя меня как рентген, полюбопытствовал тот.

– Совсем чуть-чуть, – улыбнулась я, поправляя складки на платье.

– Когда ещё подвернётся такая возможность?

– Не советую выводить меня из себя, – предупредил Клайз.

– А что ты сделаешь? – продолжала ехидничать я. – Убьёшь – это вряд ли. У тебя была такая возможность, но ты ею не воспользовался. Подчинишь? Ты ведь и сам знаешь, что я необычная рабыня. Только у монастыря есть власть надо мной.

– Как раз для этого я приготовил несколько игрушек, – встав со стула, произнёс граф, направляясь в мою сторону.

– Любишь пожёстче? – ответила колкостью я.

– Обожаю, – многообещающе усмехнулся тот и одновременно защёлкнул браслеты на моих руках. – Особенно этот взгляд, полный непонимания.

– Что это? – грубо спросила я, глядя на мужчину исподлобья. Он по- прежнему нависал надо мной, что неимоверно бесило.

– То, что заставит тебя подчиниться, – положив руки мне на плечи, ответил тот, внимательно вглядываясь мне в лицо. Машинально дёрнула плечами, стараясь сбросить его руки, но куда там. – Я же говорил: я твой хозяин. Монастырь больше не имеет власти над тобой.

– Ты не мог сломать печать: артефакт вживлён нам под кожу, – недоумевала я.

– Как видишь смог, – уверенно заявил тот, присаживаясь передо мной на колени. – А это на случай, если решишь сбежать или выкинуть что-то наподобие того, что было в оранжерее. Щелчёк -и на моих лодыжках оказались точно такие же браслеты, что и на запястьях.

– А теперь, щеночек, скажи гав, – я уставилась на него как на идиота, точно зная, что не стану этого делать, но в этот момент в спину будто вогнали спицу, которая прошла между позвонками, заставляя выгнуться дугой от боли. Чертовски больно. Но упрямо продолжаю молчать. Знаете, какая боль, когда судорогой сводит икры? Так вот, кажется, судорогой свело всё тело, и боль ощущается в десятки раз сильнее. Я, конечно, мазохистка, но не настолько, чтобы терпеть такую пытку. Что ж, если Клайз хочет поиграть, мы поиграем, благо времени у меня предостаточно.

– Гав, – сквозь зубы процеживаю я и боль отступает. Тяжело дыша, пытаюсь восстановить дыхание, не отводя злой взгляд от мужчины, бросая ему вызов.

– Хорошая девочка, – потрепал меня по голове тот, поднявшись на ноги. – Дагер, отведи её обратно. – тут же молчаливой тенью от стены отделился капитан, спеша выполнить приказ.

– Эй, а как же личные покои? – возмутилась я, пытаясь оттолкнуть руку, удерживающую меня на месте. – Я подчинилась.

– Это я заставил тебя подчиниться, – криво усмехнулся граф, беря меня за подбородок. – Ты всё ещё строптива, поэтому здесь тебе самое место, – пальцы мужчины напряглись, сдавливая мою челюсть. – Я твой господин. На “ВЫ” и глазки в пол. Уяснила? Уводи её.

Всё, что я думала в тот момент о графе, состояло из одной ненормативной лексики. Чувствую, в сравнении с тем, что меня ждёт здесь, ад показался бы мне раем. И как же я была права в своих умозаключениях, но об этом позже.


В одиночестве просидела примерно с неделю, если судить по активности крыс. Днём они обычно спят, а охоту начинают лишь с наступлением темноты. Особо голодные пытались откусить кусок и от меня, но я нашла с ними общий язык, оставляя им часть еды из принесённой стражей. К слову сказать, кормили меня неплохо, трижды в день, а вот о гигиене можно было забыть. Волосы превратились в птичье гнездо, хоть я и пыталась расчесать их с помощью рук, но быстро забросила это гиблое дело. Что касается запаха, то от меня разило как от пропитого, потного матроса, валявшегося в куче мусора целую неделю. От такой гремучей смеси, мне кажется, даже крысы были не в восторге. Но в какой-то момент начались изменения.

Судя по урчанию в животе, время приближалось к ужину, и когда услышала шаги, подумала, что меня сейчас будут кормить. Но не тут-то было. В подвал спустился Дагер, хотя всё это время он здесь не появлялся. Всё так же молча открыл решётку и жестом указал на выход. Ну, я и пошла. Всяко лучше, чем сидеть взаперти. В этот раз, прикоснуться ко мне он не рискнул, и я хорошо его понимала, даже сочувствовала. Я бы не удивилась, если бы у него потекли слёзы от такого коктейля ароматов. Весь путь он направлял жестами, и в конце концов я оказалась в огромной комнате, явно не предназначенной для рабыни. Нежные персиковые стены, легчайшая резная мебель белого цвета. Того же стиля трельяж с огромным зеркалом и мягкий пушистый пуф. Легчайшая тюль на панорамном окне, ведущем на балкон. Огромная кровать, застеленная мягким кремовым покрывалом с множеством подушек. И серебро, множество серебряных статуэток, канделябров, элементов в мебели. Как хорошо, что это серебро – ненавижу золото. Металл пропитанный кровью, за который в любом из миров многие продают собственную душу. Я топталась у двери, не решаясь ступить на чистый ковёр из короткого ворса, но этого и не требовалось. Начальник стражи указал мне на соседнюю дверь, за которой оказалась ванная комната. Ну, как ванная, скорее комната с небольшим мраморным бассейном. Мраморный умывальник с зеркалом и навесными шкафчиками. Стопка полотенец на комоде у большого матового окна. И множество высоких цветов в огромных горшках. Комната выполнена в тех же тонах, что и спальня, отчего внутри стало гораздо теплее. Мне нравится этот цвет. Он нежный, чистый, успокаивающий.

Не заметила, как ушёл Дагер, зато вместо него появились три женщины, кажется горничные, и принялись делать из замухрышки принцессу. Я не сопротивлялась, потому как за годы жизни в монастыре привыкла к подобному, а сейчас даже испытывала удовольствие. Та, что преклонного возраста, сидела на низком стуле у бассейна, оперевшись руками на трость, и раздавала указания своим ученицам. Девушки были как две капли похожи, наверное, близняшки и, кажется, одного возраста со мной. Хотя я могу ошибаться. Послушно выполняли всё, что требовала старшая, не обращая внимания на мою зловонность.

Спустя пару часов я блистала, как бриллиант. Волосы были подняты в высокую прическу с локонами, падающими на спину. Изумрудное, с чёрным кружевом платье, облегающее только грудь, а от талии струящееся вниз, крупными волнами. Округлый вырез до плеч, так, чтобы были видны ключицы. В моём случае, эффект получился не таким, как должен, ведь по меркам красоты этого мира, я полновата, но образ это не испортило. Кружевные рукава в три четверти и удобные чёрные туфельки на среднем каблуке. Изумруды в серьгах, колье, браслете и в перстне обвивает серебряная нить, что вновь порадовало меня. Старшая, как я потом поняла, оказалась экономкой, сперва выбрала иной наряд. Открытое платье, из нежно-голубого фатина, но увидев всю прелесть моего тела изменила свой выбор. Надо отдать им должное, ведь увиденное, совершенно точно, шокировало их, но ни одна из них не показала этого.

– Спасибо, – от всей души поблагодарила их, когда направлялись к выходу. Женщина лишь кивнула в ответ. Понимаю её отстранённость. Кто я? Какой у меня статус в этом доме? И, несмотря на это, они не отнеслись ко мне с пренебрежением.

Младших экономка отпустила сразу, как мы покинули покои, а сама проводила до обеденной залы, где меня поджидал сюрприз. Огромный стол был заставлен всевозможными яствами, от которых потекли слюни. Его Сиятельство расположился во главе стола, лениво ковыряя вилкой в салате. Кажется, он всегда такой. Но не это удивило меня, а наличие трёх женщин, расположившихся за столом по правую руку от графа. Где моё место- определила по свободному набору посуды и поспешила к нему. Элегантно присела на стул и разгладила складки на платье. Но мужчина не обратил на меня никакого внимания. Что ж, раз я решила влюбить его в себя, то буду само очарование.

– Добрый вечер, мой господин. – нежно, с придыханием, произнесла я. Клайза даже передёрнуло от сладости моих речей, но взгляд он так и не поднял.

– Господин, позвольте нам представиться, – подражая мне, промолвила женщина, сидевшая ближе всех к нему. Он лишь подал знак рукой, что даёт добро и продолжил ковырять в салате. – Меня зовут Моргана, а это Сельвия и Фаниса. Я прошлась по ним изучающим взглядом и задержалась на говорившей. Красивая, уверенная в себе и, наверняка, лидер. Тёмные волосы волнами спадают на округлые плечи медового оттенка. Раскосые карие глаза говорят о том, что она приближена к расе Хирсов, что выделяет её среди всех. Пышная грудь обтянута красным шёлком, а талия затянута в корсет. Голос как карамель, но яда в нём не меньше. Как есть Горгона. Вторая девушка столь же прекрасна, но более невинна. Смоляные волосы собраны в причёску, наподобие моих. Розоватая, будто прозрачная кожа и большие голубые глаза. Девушка словно фарфоровая кукла. Вот только её хрупкость обманчива. Бирюзовое платье довольно откровенного кроя только подтверждает мои слова. И третья – овечка. Помимо схожести из-за белых, как молоко, кудрявых волос, девушка выглядела загнанной и не имеющей собственного мнения. Неудивительно. Бледная кожа, синие, как сапфиры, глаза и курносый нос. Нежно-кремовое платье с воланами и рюшами на плечах. Да она же ещё совсем ребёнок. Первые две однозначно старше меня, правда не на много, но язык не поворачивается назвать их девушками. Кстати, браслеты были только у меня и у малышки Фисы. Горгона всё ещё ждёт моей реакции, потому поспешила ответить.

– Вы рабыни? – грубо, ведь я не представилась и с ходу задала бестактный вопрос. Ну, а что? Предпочитаю сразу разобраться что к чему.

– Вообще-то, мы наложницы, – оскорбилась та.

– А какая разница? – продолжала издеваться я. Нет, а правда, в чём разница? В отдельных покоях?

– Мы довольно долго тебя искали, – не обращаясь ни к кому лично, произнесла я, открывая горшочек с жульеном. Но я знала, что эти слова дойдут до адресата.

– Как никак пропала лучшая ученица монастыря, – пробую жульен на вкус. М-м-м, волшебно. – Судя по тому, что я вижу, пыткам тебя не подвергли. Секунда – и я добиваюсь нужного эффекта.

Девушка в кремовом платье хватает столовый нож и бросается на меня через стол. Правда, не успевает достигнуть цели, потому как её тело скручивает от резкой боли. О, так вот что меня ждёт, в случае неповиновения? Занятно. Откинувшись на спинку стула, наблюдаю за происходящим. Да, девушка-овечка, оказалась той самой, лучшей ученицей Алой розы. Исчадие ада в теле невинного дитя. Хотя, может, потому и лучшая, что никто не ждёт от неё ножа в спину. Горгона и Фиона, кажется, в шоке, потому как не подозревали, что всё это время рядом с ними жила машина-убийца. Шах и мат, девочки.

– Тебе весело? – снова скрестив руки на груди, наконец, обратил на меня внимание граф.

– Очень, – честно призналась я, подарив ему самую ослепительную улыбку.

– Тогда пошли, – встав из-за стола, скомандовал Клайз, и я подчинилась.

Мы вышли из обеденной залы и направилась в сторону парадной двери. Покинув поместье, спустились по широкой мраморной лестнице и подошли к ожидающему экипажу. Всё это время я молчала и не задавала вопросы, но стоило забраться в экипаж, меня одолело любопытство.


Глава 3. "Пытка"


– Куда мы едем?

– Работать, – коротко ответил мужчина, но затем добавил. – Будешь делать то же, что и обычно.

– Резать глотки? – улыбчиво поинтересовалась я, но было не до веселья. Я неглупая, понимаю, что намывали меня не для очередного убийства, но я не могла произнести это вслух.

– Не сегодня, – посмотрев мне в глаза, ответил тот. – Барон Шайтер Перо. Ты должна уединиться с ним, чтобы его вздорная жёнушка застала вас в весьма пикантный обстановке.

Внутри всё натянулось, как струна. Меня снова будут касаться чужие руки. Грязный рот будет шептать отвратительные слова. Всё повторяется. Неужели Клайз тогда в допросной говорил именно об этом?

– Насколько далеко нужно зайти? – отстранённо поинтересовалась я, всё ещё надеясь на что-то хорошее.

– Если понадобится, до конца, – припечатал меня граф. А на что я собственно рассчитывала? Моя личная пытка – это "день сурка".

– Ты спрашивала, в чём разница между рабыней и наложницей? – риторический вопрос. – В этом. Если мне будет нужно, ты ляжешь под каждого, на кого падёт мой взор, а наложницы спят только со своим хозяином. В очередной раз мне указали на моё место. Это было ожидаемо. Сказать, что я была в бешенстве – это ничего не сказать. Я, конечно, подозревала, что мне придётся спать с графом, хоть я и не в его вкусе, но то, что мне предстоит делать это со всеми, кто ему неугоден, обескуражило и возмутило. В очередной раз спрошу: “Что изменилось?” Да ничего! Поэтому весь оставшийся путь я успокаивала себя тем, что смогу оттянуть время и не допустить финала этого “спектакля”.

Ехали мы не так уж долго, примерно, чуть больше четверти часа. Как оказалось, Теридана Клайза пригласил его сосед, граф Родерик Пассар. Никакой особой даты, просто графу захотелось закатить фуршет. У богатых свои причуды. Перед тем как выйти из экипажа, мужчина одел мне на палец внушительный такой перстень с чёрным опалом. Разумеется, это не простая побрякушка, что и подтвердил Клайз. Перстень оказался артефактом, меняющим личину всякий раз, как его надевают. А значит, я могу быть кем угодно, не боясь разоблачения. И впрямь сильный артефакт, мать его!

Вцепившись в предложенный локоть, я вошла в залитый светом холл. Атмосферненько так. Неоклассицизм в чистом виде. Не хватает только летающих купидонов и звуков арфы. Но зато есть ряженые, как павлины, высшие мужи империи и не менее экстравагантные сьеры в вычурных нарядах. Выглядело всё это, конечно, комично, но да ладно, зато точно смогу привлечь внимание барона. Задерживаться дольше положенного времени ни я, ни Клайз были не намерены, поэтому сразу же приступили к работе. Шайтер Перо отыскался в компании не менее раздутых индюков, как и он сам. Стоило подойти- и все взгляды тут же устремились в мою сторону. Свою личину я не видела, но судя по выражению их лиц, выглядела отлично.

– Почему не наслаждаетесь вечером, господа, – без приветствия поинтересовался граф.

– О, Теридан, – протянул барон, обращаясь по имени, потому как был старше по возрасту. Вот только его статус был ниже, а значит, он не имел права обращаться к графу неформально. – Рад снова тебя видеть.

–Взаимно, – солгал тот. Будь он рад, не стал бы посылать к нему меня. Значит, что-то серьёзное произошло между ними. Даже интересно, что именно. Это понимали и стоящие рядом мужчины, поэтому поспешили удалиться, чтобы ненароком не зацепило.

– Что за прелестное создание рядом с тобой? – улыбнувшись спросил барон. Судя по его словам, выглядела я мило и, возможно, по-детски. Ладно, пора включаться в игру.

– Правда? – хлопая ресницами, невинно поинтересовалась я, будто только что услышала самый прекрасный комплимент в своей жизни. Но локоть, за который я всё ещё цеплялась, ощутимо дёрнулся, а значит, я что-то сделала не так. И тут до меня доходит, что позади борона есть небольшое зеркало, из которого на меня смотрела отнюдь не милая особа, а скорее роковая красотка. Нужно переиграть.

– Такой ответ вы хотели услышать, барон? Я знаю свои достоинства, поэтому не стоит тратить время на расшаркивания. Перо немного растерялся. Неудивительно, от былой милоты не осталось и следа. Напротив него стояла настоящая стерва.

– Я восхищён, – пришёл в себя тот и посмотрел на меня уже по- другому. Я его заинтересовала. Как раз то, что нужно. – Не часто встретишь столь привлекательную девушку, знающую себе цену.

– Это Мерида, – ответил за меня Клайз. – Она любезно согласилась составить мне компанию, но я должен оставить её на какое-то время. Шайтер, не могли бы вы развлечь мою подругу, пока меня не будет?

– Почту за честь, – глаза барона зажглись в предвкушении. – Можешь не беспокоиться. Граф наградил меня тяжёлым взглядом и покинул нас. Мне же оставалось действовать самостоятельно.

– У вас всегда так скучно? – высокомерно поинтересовалась я, обводя взглядом наполненный людьми зал. – Я привыкла к иному виду развлечений.

– Например, – этот дряхлый мужик специально тянет время, чтобы прощупать почву, прежде чем сделать первый шаг. А он не так глуп, как мне показалось.

– Предпочитаю развлекаться в горизонтальном положении. Оттуда и вид лучше и для здоровья полезно, – прямо заявила я. Не понять смысл сказанных мной слов, мог только дурак, но всё же решила добавить. – Я свободная, не связанная узами брака, молодая девушка, не стремящаяся обзавестись мужем и кучей детей. Поэтому хочу получить от жизни всё и желательно сразу. Но боюсь, с вами мне приятный вечер не светит, ведь вы уже давно счастливы в браке, – сказала и, развернувшись на каблуках, решительно сделала шаг. Но тут же была остановлена словами барона. Попался!

– Вы правы, я давно в браке. Сами понимаете, положение обязывает. Но вот о счастье речи не было.

– Что вы хотите этим сказать? – разумеется я знала к чему он ведёт, но раз уж заставила его действовать, то и инициатива должна исходить от него. Поэтому стоит немного побыть дурочкой.

– То, что я готов развлечься, в привычной вам манере, – следуя моему примеру открыто заявил тот. – Сами же говорили, что это полезно для здоровья. А мне, как никак, пора бы позаботиться о нём.

– Пока не уверена, но думаю, вы себя недооцениваете, – немного лести не помешает.

– Тогда, быть может, пройдёмся? – спросил барон, согнувшись в приглашающем жесте.

– Почту за честь, – в тон ему ответила я, двигаясь в указанном им направлении.

Внимания на нас никто не обращал, поэтому спокойно покинули зал и скрылись за первой незапертой дверью. Свет предусмотрительно не зажигалки, да этого и не требовалось. Лунный свет проникал через большое окно, освещая комнату голубоватым светом. Как оказалось, она предназначалась для музыкантов, поэтому здесь было множество инструментов, но совершенно не было мебели. Мужчине, кажется, до этого не было никакого дела, потому как он тут же прижал меня грудью к лакированной крышке рояля. Мне было противно. Хотелось развернуться и врезать по этой пылающей похотью роже. Но я не могла. Грёбаный Клайз! Пришлось терпеть, царапая крышку ногтями и морщиться от отвращения, когда его руки обхватили грудь, с силой сжимая её. Сдерживать себя, чтобы не закричать, когда барон начал задирать подол платья вверх, обнажая мои бёдра, пройдясь сухими ладонями по ногам, обтянутым чулками на подвязках. Тошнота поступила чертовски быстро, поэтому, упёрлась лбом в ладони, чтобы сделать несколько глубоких вдохов, но это не помогало. Где граф? Почему он так долго? Эти вопросы застряли в голове и вращались в немыслимом водовороте. Когда барон схватился за резинку моего белья, начала бить крупная дрожь. Потому как всё, что ему оставалось, это всунуть свой причиндал, и тогда я вряд ли смогу сдержаться.

Либо Боги смиловались, хотя это вряд ли: им нет дела до таких как я, либо удача была на моей стороне, но совершить задуманное барону было не суждено. Крик баронессы раздался неожиданно и, кажется, пронзил даже уши тех, кто был в зале. Не теряя времени, опустила платье и прошмыгнув мимо женщины, которая пыталась вцепиться в мои волосы, помчалась в оговоренное ранее место. Забравшись в экипаж, рухнула на сидения, стараясь восстановить дыхание. Не знаю сколько прошло времени, но с графом мы встретились ровно в тот момент, когда из-за очередного приступа тошноты, повисла на двери, освобождая желудок от его содержимого. Прямо под ноги мужчины.

– Жалкое зрелище, – брезгливо произнёс тот, протягивая бутылку с водой и платок. Прополоскав рот, прижала к губам мягкую ткань и откинулась на спинку сиденья.


Теридан.


Мужчина сидел напротив бледной, как мел, девушки, нервно покачивая ногой, пытаясь осмыслить произошедшее. В принципе, со своей задачей она справилась и выглядела весьма достойно, для шлюхи. Он, конечно, рассчитывал на то, что баронесса всё-таки застанет более откровенную сцену. Хотя даже этого хватило для того, чтобы расположить к себе женщину, внезапно преданную собственным мужем. Граф волшебным образом оказался поблизости и застал столь неприятную картину. Утерев слёзы расстроенной мадамы, пара-тройка ласковых слов и она расцвела. Добавить немного врождённого очарования мужчины, и баронесса готова следовать за ним хоть на край земли. Заверив её в том, что произошедшее останется между ними, он поцеловал морщинистую щёку и поспешил уйти.

Никакого волшебства в его появлении не было. Теридан изначально всё прочитал. Он знал, что Шайтер не сможет сдерживаться, оставшись наедине с девушкой, и войдёт в ближайшую из комнат. Нужно было только оказаться там раньше них. Всё шло по намеченному пути, вот только лицо рабыни выводило его из себя. Он стоял в самом углу, прямо напротив них, в самой обзорной части этой комнаты. Привычно скрестив руки на груди, он приготовился следить за предстоящей “эротической драмой”, но то, что происходило на самом деле, скорее было похоже на сцену насилия. Лиара – так звали девушку – выглядела настолько жалкой, что попросту не верилось в то, что она способна убивать. Если бы лично не убедился в этом, подумал бы, что под бароном сейчас кто-то другой. Она морщилась, кусала губы и с силой сжимала пальцы рук. Ей было противно, и казалась, что прямо сейчас она развернётся и прикончит этого грёбаного старика. Теридану была непонятна её реакция. Ведь девушка занималась этим всю свою жизнь и должна была привыкнуть к прикосновениям мужчин. В доме терпимости, любая готова принять тебя с распростёртыми объятиями, если ты готов заплатить. Тогда, что с ней не так? Ведь это был её выбор!

Вообще, она показалась ему странной с самого начала. Когда попыталась напороться на собственный кинжал. Ранее никто так не поступал, и именно это привлекло мужчину. Он любил всякого рода загадки, поэтому решил попридержать девушку подле себя. Убить её он всегда успеет. К тому же она идеально подходила его плану. Не пришлось искать подходящую девку, готовую на всё ради денег. Своих наложниц граф никогда не приобщал к своим играм, потому как часто делил с ними постель. Мужчина был самошным и не позволил бы себе прикоснуться к женщине, которая недавно побывала под другим. Именно поэтому он никогда не спал с Фанисой.

О том, что его заказали, Теридан узнал незадолго до приёма. Помимо информации Дагер представил ещё и фото, поэтому граф был готов. Как оказалось, в монастырь она попала в тринадцать лет – сейчас ей двадцать четыре – а до этого, никакой Лиары Пентроу не существовало. Значит, это поддельное имя. В принципе, ничего удивительного, ведь у каждой девушки из Алой розы вымышленные имена, но о них можно было найти хоть какую-то информацию из прошлой жизни, а вот о Лиаре нет ничего. От слова совсем. Будто из воздуха появилась. Вопросов больше, чем ответов, но это только подстёгивало мужчину. Что ж, посмотрим, что будет дальше…


Глава 4. "Новые правила".


После того вечера меня снова вернули в казематы, предварительно забрав все ценные вещи. Снова неделя взаперти- и наступает день, когда очередному богатенькому ублюдку приходит в голову мысль, что стоит устроить праздник. Снова все положенные процедуры и выбор наряда. Артефакт на палец-и вот уже я под очередным высокородным мужиком. Снова женский крик, и я сбегаю в попытке поскорее проблеваться. Подобное продолжалось пять раз, а значит, прошло уже больше месяца. С каждым разом мне становилось всё труднее себя сдерживать. Потому как, хоть в монастыре от нас и требовали большего, но это происходило с промежутком в месяц, а то и больше. Клайз же не был столь сдержан и хотел добиться всего и сразу. Не понятно только чего? И плевать ему было на то, что я думаю. Нужно было что-то делать с планом по обольщению, ведь сидя в клетке сделать это просто невозможно. Терять мне, как известно, нечего поэтому в одну из представленных возможностей я нагло повисла на шее графа, прижавшись к нему грудью в холле его собственного дома. Промурлыкав что-то нечленораздельное, потянулась к его губам, но была жёстко отвергнута.

– Какого хрена ты вытворяешь? – сбрасывая с себя мои руки, зло прорычал Клайз. Молчу, обиженно надув губки, взирая на мужчину из- под влажных ресниц. – Пытаешься заморочить мне голову? Ну так поспешу тебя разочаровать – мне противны любые твои действия. Ненавижу женщин, которые ведут себя, как портовые шлюхи, а ты, как раз, ничем от них не отличаешься. Хоть помнишь, под сколькими ты побывала? Я помнила. Девяносто семь. Слышать подобное было чертовски больно. Хотелось закричать, что это не мой выбор! Но что толку? Для графа это не имеет никакого значения. Будь я на его месте, тоже испытывала бы отвращение. Вот только я на своём. Особо остро ощутила, что шестого раза не будет. Сдохну от боли, но не подчинюсь. Хватит с меня этого дерьма! Мужчина схватил за руку, намереваясь вытолкнуть меня за дверь, но я осталась стоять на месте. Мой взгляд сказал ему куда больше громких слов. Граф был зол об этом свидетельствовали ускоренно движущиеся желваки.

– Снова начала? – стискивая зубы, протянул тот. Я молчу. И это выводит его ещё больше из себя. Схватив за горло, он припечатал меня к резной двери, вдавливая в неё с такой силой, что останутся следы. Выудив из длинного рукава украденный за ужином столовый нож – не знаю зачем я вообще это сделала – махнула им перед лицом Клайза, зацепив при этом скулу. На секунду он ослабил хватку, но этого времени было достаточно, чтобы оказаться на расстоянии вытянутой руки от него. Честно признаться, я была шокирована не меньше мужчины. Выходит, я не могу сбежать, не могу причинить себе вред, но могу прикончить его? Почему я раньше не попыталась это сделать? Или это разовая опция?

Стерев тыльной стороной ладони кровь, граф медленно направился в мою сторону. Хотела снова замахнуться, но ничего не вышло. Боль тут же ударила со всей своей силой. На ногах я устояла, но о том, чтобы прикончить его, не могло быть и речи. Попыталась вонзить нож в себя, вот только возникло некое препятствие, не позволяющее приблизить остриё даже на сантиметр. Чёртовы браслеты жгут кожу на руках и ногах, оставляя кровавые отметины. Снова приступ боли. Кровь в венах будто вскипела. Вески сжимало с такой силой, что казалось лопнет голова. Всё – таки упала на колени, обхватив голову руками. Из груди вырвался сдавленный крик.

– Остановись, – присев передо мной, приказал Клайз.

Смотрю в его потемневшие глаза, всем своим видом демонстрируя не покорность. Чувствую, как к горлу подступает тошнота и во рту ощущаю вкус крови. Кажется, внутренности не справляются и готовы сдаться, но я не настолько слаба. Меня скручивает ещё сильнее, и я растягиваюсь на мраморном полу, упорно глядя в его глаза. Хочу детально запомнить того, кто обрёк меня на страдания и смерть. Из рта брызнула кровь, красиво измазав высокомерное лицо мужчины и его дорогущую одежду, а затем я провалилась в долгожданную пустоту.

Очнулась от прикосновения холодных рук, которые укрывали меня чем-то мягким, а значит, я всё ещё не сдохла. Скривилась от осознания этого факта и открыла глаза. Первое, на что обратила внимание – это наличие молодого мужчины, со светлыми, пшеничными волосами и ярко зелёными глазами. Он стоял у кровати, на которой я, бессовестным образом, всё ещё дышала и сканировал своим взглядом-рентгеном. Целитель? Так это его я должна проклинать за своё спасение? Спросить что – либо не успела, так как в комнате появился ещё один предмет моей ненависти. Граф по-прежнему был зол, что не удивительно. За то время, пока я валялась в бессознательности, он успел переодеться и даже залечить порез на щеке. Очень жаль. Поравнялся с блондинчиком, который тут же принялся что-то нашёптывать ему на ухо, глядя при этом в упор на меня. Похлопав мужчину по плечу, целитель покинул покои, оставив нас наедине. Подойдя ближе, он стянул покрывало, всматриваясь в то, что в принципе не должен был видеть. В мои шрамы. Так об этом ему нашептал целитель? Отвернулась, чтобы не видеть полный презрения взгляд. Мало того, что шлюха, так ещё и убогая. Должно быть он сильно разочарован – дорого продать меня после увиденного он уже не сможет. Молчание длилось довольно долго. Я смотрела в окно, любуясь лёгкими покачиваниями верхушек деревьев, а что всё это время делал Клайз, мне было не интересно.

– Откуда эти шрамы? – наконец спросил тот. Говорить не собиралась. Узнай он правду, ничего ведь не изменится. Так зачем бередить старые раны? – Это сделали жрицы? – Вот упёртый! – Отвечать не собираешься? – продолжаю молчать. Странно, что до сих пор не испытываю приступ боли. Неужели, хочет вдоволь насладиться страданиями рабыни? Мерзкий ублюдок!

Все грязные слова вылетели из головы стоило ему снова накрыть меня покрывалом. Повернувшись, уставилась на мужчину непонимающим взглядом. Что это сейчас было? Резкий приступ доброты? Я бы нисколько не удивилась, если бы он решил меня задушить, но эта, совершенно не свойственная ему реакция, пугала. Больше мужчин я ненавижу жалость. А в конкретной ситуации было и то, и другое, поэтому я взбесилась.

– Прекрати! – взревела, садясь на постели. – Можешь думать обо мне, что угодно, но не смей ТАК смотреть! – меня начала бить крупная дрожь. Вообще, странно, что я так реагирую. Ведь с подобным взглядом сталкиваюсь не впервые. Но… Готова вырвать ему глаза!

– Как? – продолжал бесить меня тот. Прижав покрывало к груди, встала с кровати и подошла к графу в плотную.

– Жалеть меня не надо, – прорычала, глядя в глаза своему врагу. – Иначе прикончу.

– Во-первых, силёнок не хватит, – спрятав руки за спиной и склонившись к моему лицу, произнёс Клайз. Во-вторых, меня раздражает, с каким непочтением ты обращаешься к своему господину.

– Господин, запомните раз и навсегда: я всегда играю грязно, – предупредила и ударила коленом по его шарам. Мужчина закашлялся и согнулся пополам, а я – я скрылась за дверью ванной. Не думала, что получится – по всей видимости он ослабил действие браслетов – ну а теперь, пусть пожинает плоды своей жалости.

Приняв ванну, вернулась в комнату, думая, что граф всё ещё там, но, как оказалось, он успел ретироваться, даже не попытавшись отомстить за содеянное. Одежды, чтобы переодеться у меня, конечно же, не было, поэтому, когда экономка пригласила на ужин, в обеденную залу я спустилась в махровом халате. Мужчину за столом не обнаружила, скорее всего в эту самую минуту он залечивает свои бубенчики. Зато были наложницы. Снова при полной боевой готовности, с высокомерными выражениями на лицах. Как и в тот раз, села на свободное место, демонстративно делая вид, что не замечаю их. Положила на тарелку немного овощного салата, пару кусочков тушеного мяса и предвкушающе облизнулась.

– В монастыре не учат правилам этикета? – спросила Моргана, стоило поднести вилку ко рту. Аппетит тут же пропал. Звучно опустив её на тарелку, откинулась на спинку стула, скрестив руки на груди. Кажется, я переняла эту дурацкую привычку.

– Какие-то проблемы? – в тон ей ответила я.

– Ты здесь всего лишь рабыня, а значит, к нам, должна относиться с уважением, – разрезая ножом красную рыбу, ответила Сельвия.

– Моё уважение ещё нужно заслужить.

– Господин будет недоволен, если узнает, – пригубив немного красного вина, из высокого бокала, намекнула Горгона.

– А разве Терн не всегда такой? – специально сократила имя мужчины, чтобы посмотреть на их реакцию.

– Что ты себе позволяешь?! – возмутилась та. – Ты не имеешь право обращаться к нему формально.

– Она всегда была такой, – подала голос Фаниса, забросив ломтик сыра в рот. – Сколько бы жрицы не истязали её, она продолжала упрямиться. Видели её шрамы?

– Шрамы? – удивилась черноволосая, прижав ладонь к губам. – Как это мерзко. Тело девушки должно быть чистым, как у младенца.

– Верно, – усмехнувшись протянула Моргана. Должно быть, сейчас скажет очередную гадость. – Скорее всего, именно поэтому господин сделал её своей рабыней, а не наложницей. – На эти умозаключения я лишь рассмеялась. Ну что взять с тех, кто считает, что быть наложницей весело и почётно. В моём мире рабство отменили и уже давно. Так, полезли ненужные мысли. Беру тарелку, кувшин с вином и направляюсь в свои покои, раз уж меня оттуда не выгнали. Пусть глупые курицы и дальше кудахчут.

Забравшись на постель, скрестила ноги и принялась есть. Злость злостью, а кушать – то хочется. С едой расправилась достаточно быстро и принялась дегустировать здешнее вино. Ну, как дегустировать – жадно глотать пряную жидкость прямо из кувшина. Вкуснятина! Вкус тонкий, манящий и, как оказалось, быстро с ума сводящий. Но это я поняла спустя какое-то время.

Ночь быстро вошла в свои владения, вот только одна пьяненькая девушка ни в какую не желала спать, и чем занять себя- не знала. Распахнув балконную дверь так, что порыв ветра разметал волосы и шторы, я вышла на свежий воздух, схватившись руками за высокую перекладину. Подставив разгорячённое лицо прохладе, прикрыла глаза, наслаждаясь моментом. Если забыть на время о злосчастных браслетах, графе и о прошлом, то можно сказать – всё не так плохо. Не сразу поняла, что начала петь. Но останавливаться не хотелось.


(Save me, save me, save me)

(Спаси меня, спаси меня, спаси меня!)

Yea, yeah

Да, да…

Save me yeah save me oh save me

Спаси меня, спаси меня, спаси меня!

Don't let me face my life alone

Не дай мне столкнуться лицом к лицу со своей жизнью в одиночку!

Save me, save me

Спаси меня, спаси меня!

Oh I'm naked and I'm far from home

Я совершенно беззащитен и так далеко от родного дома

(Queen – Save me)


Мама часто пела мне эту песню вместо колыбельной, ведь "Queen" – её любимая группа. Это единственное, что я помню о ней. Даже их лица с отцом в воспоминаниях не такие чёткие и скоро, скорее всего, я не вспомню даже это. Я не хотела думать о них, чтобы не причинять себе боль, но фрагменты из прошлой жизни, продолжали плясать перед глазами. Посмотрев на ночное небо, поняла, что плачу. Смахнув слезы, приказала себе не раскисать. Не то время и, не то место. Не та жизнь…


Завтрак, обед и ужин я провела в комнате. Не хотелось слышать мерзкие голоса наложниц, ибо после вчерашнего вина, голова болела неимоверно. Не привыкла я к алкоголю, ведь в монастыре это было под запретом. Весь день валялась в кровати, в ванной и даже на каменном полу балкона. Многие сочли бы это занятие скучном, но только не я. Впервые за долгое время я чувствовала себя свободной. Вот только моей свободе не суждено было длиться вечно. Когда в покои вошла экономка и близняшки, я поняла, что меня снова собираются использовать. Мириться с этим я была не готова. К тому же ещё вчера я дала понять, что отныне не стану подчиняться. Неужели Клайз настолько глуп, что не понял этого? Или всё ещё верит, что сможет заставить? Плевать мне на то, что он там думает! Повинуясь минутному порыву, проскочила мимо удивлённых женщин и решительно направилась на поиски графа. Куда шла, я и сама не знала, но была уверена, что отыщу этого ублюдка даже по запаху. Много времени это не заняло. За очередным поворотом, обнаружилась весьма внушительная дверь из красного дерева и интуиция подсказывала, что это как раз его кабинет. С силой толкнув дверь, так, что та ударилась о стену, вошла в комнату и уставилась на мужчину, присевшего на край стола, привычно скрестив руки. Медленно повернув голову в мою сторону, он собирался что-то сказать, но я лишила его этой возможности.

– Я не стану больше этого делать! – взорвалась я. Клайз молчал, прищурив свои карие глаза и кажется, пытался успокоится. Вот только я была не спокойна, а значит, никто в этом доме спокоен не будет. – Зачем ты вообще это делаешь?! – боли не было, но сил стало гораздо меньше, и меня по качнуло. Такое чувство, что всего за секунду из меня выкачали всю жизненную энергию. Кожу на запястьях и щиколотках снова начало жечь. Не нужно быть магом, чтобы понять, что это действие браслетов. – Да убей же ты меня наконец! – сорвался мой крик. И тут я встретилась с полом. Сил не осталось даже на то, чтобы подняться. О каком сопротивлении может идти речь? Оторвавшись от стола, граф приблизился и придержал за плечи, чтобы я не распласталась по полу. Разом обмякнув в его руках, продолжала смотреть в каменное лицо.

– Для начала успокойся, – с рычащими нотками произнёс тот. Успокойся – да я вне себя от ярости! Но сил на эту самую ярость, к сожалению, не было. Приходилось тяжело дышать, потому как воздуха катастрофически не хватало. – Сегодня тебе не придётся ничего делать. Мы просто прогуляемся.

– Что? – я ослышалась? Прогуляемся? Моя интуиция подсказывает, что с этим мужчиной не может быть всё так просто. Очевидно же, что он что-то задумал. – Почему ты не возьмёшь одну из своих наложниц? – задала наводящий вопрос. Граф не спешил отвечать, вместо этого опустился на колени и положил на них мою голову. Всё не так! Всё слишком неправильно, но сил чтобы отползти не было.

– Моргана и Сельвия не нравятся моему другу, – наконец ответил тот. – А Фаниса навечно заперта в графстве Клайдшир. Это был её выбор. – ну вот ни разу не убедительно. – Почему бы не пройтись? Всё же это лучше, чем сидеть в четырёх стенах. Голос мужчины звучал, словно тягучая карамель. Глубокий, проникающий в самые потаённые части моего тела. Хрипотца отчётливо была слышна, когда он не рычал, а вот так спокойно, даже слегка лениво, говорил. Почему мне так легко? Я должна кричать, сметать всё на своём пути, но никак не млеть от чарующих звуков его голоса. – Ты согласна?

– Да, – прошептали мои губы. Да что со мной происходит?

– Тиама, – позвал граф. Так звали экономку, которая всё это время ожидала приказа господина за дверью. Войдя в кабинет, она пригласила близняшек, которые тут же подскочили ко мне и, подхватив под руки, поволокли меня в покои. Но перед этим я услышала, как Клайз приказал подать мне восстанавливающий отвар.

Спустя какое-то время я уже сидела в экипаже, который направлялся в сторону центральной площади. На этот раз платье подобрали попроще, без подъюбника и дорогих украшений. Тёмно-синее, выходное платье с простым кроем и длиной по щиколотки. Длинные рукава и белые атласные ленты на воротнике и плечах. Выглядела я в нём как-то слишком мило, что ли. И это было непривычно. Волосы впервые оставили распущенными, слегка завив снизу. Маленькие серёжки-гвоздики в ушах и такого же стиля кулон. Отвар подействовал и восполнил утраченный резерв. В смысле, я могла самостоятельно ходить и говорить, но с головой всё осталось как прежде. Мысли беспорядочно метались в голове, не давая возможности зацепиться хоть за одну из них. Также я ощущала себя после вчерашнего вина. Мужчина внимательно следил за мной, прищурив глаза, а я, кажется, вообще не обращала на это внимание. Будто его и вовсе не было рядом. Странно всё это. Нутром ощущаю подвох, но разбираться в этом не хочется.

Столица империи прекрасна. Аршот восхищал своим великолепием и неповторимостью, и это скорее на уровне чувств. Архитектура в основном такая же, как и в соседних государствах. Брусчатые улицы, множество фонтанов и скверов. Обилие разноцветья и всевозможных магазинов, кафешек и салонов красоты. В общем, как и везде. Но столь трепетное чувство появляется лишь здесь. Сладкий запах, доносившийся из кондитерских, проникал под кожу и пьянил. Стрёкот насекомых, миллиарды мыльных пузырей, медленно кружащих над головой и детский задористый смех. Не замечая этого, ты будто сам становишься ребёнком. Забываешь о всех проблемах и тяготах жизни и просто наслаждаешься этим моментом. Хоть и наступил вечер и многие магазины закрыты, да и не слышен смех детей, но Аршот не потерял своего волшебства. Всё вокруг будто бы покрыто золотом уходящего за горизонт солнца.

Выйдя из экипажа, направились в сторону главного фонтана, который выглядел так, будто огромный грифон взмывает в небо, оттолкнувшись мощными лапами от водной глади и с его крыльев срываются крупные капли. Красотища! А рядом с ним стоял высокий мужчина в простом, но очень дорогом костюме. Вьющиеся каштановые волосы лениво трепал ветер, разметав по спине. Сложенные за спину руки косвенно давали понять, что мужчина серьёзен и строг. Лица пока не видно, так как в данный момент вижу эти самые руки. А рядом, раскачиваясь на носках, стоит девочка лет десяти. Золотистые волосы собраны в два высоких шара, закреплённых розовыми лентами. Розовое платье с рюшами и бантами. Белые чулки и туфельки. Мини, ты ли это? Стоило подойти ближе, и я чуть было не подавилась воздухом. Как в замедленной съёмке, мужчина повернул голову в нашу сторону, мазнул взглядом по графу, задержавшись на мне. Синие, словно сапфиры, глаза, прожигали насквозь, будто бы видели всё, что сокрыто во мне. Император! Что, чёрт возьми, происходит?

– Вы опоздали, – переведя взгляд на Клайза, произнёс тот. Голос, подобно льду, холодил в венах кровь. Мы никогда не сталкивались прежде и лучше бы не встречались вообще.

– Ваше Императорское Величество, – присев в реверансе, произнесла глядя в пол, ожидая разрешения подняться. – Это моя вина. Прошу нас извинить.

– Идёмте, – приказал правитель. Клайз поравнялся с ним, отойдя вперёд на несколько метров, мне же пришлось топать рядом с улыбающейся девочкой. Мужчины о чём-то разговаривали, и я прожигала их спины, пытаясь уловить обрывки фраз. Как бы не так! Осознав, что из этого ничего не выйдет, решила получше рассмотреть розовое чудо. Такие же синие, как у отца, глаза, светлая кожа с веснушками на щеках и курносом носу. Ну, в самом деле, мышонок. Отметила очевидное сходство с Мини Мауз из прошлой жизни и решила, что буду называть её именно так. Девочка была послушна, покорно следовала за отцом, не задавая вопросов и не устраивая сцен. Лично для меня это было удивительным, потому как её положение позволяло вести себя так, как заблагорассудится. Взять, к примеру, детей высших чинов – там же одно высокомерие и презрение по отношению к другим. Но принцесса была иной. Должно быть, императорская семья строго следит за её воспитанием.

Минуя очередной квартал, мы оказались на торговой улице, где располагался магазин, в котором продавали экзотических животных. Не трудно догадаться, по чьей прихоти мы здесь оказались. Принцесса уже вовсю улыбалась и сжимала платье в нетерпении. Открыв дверь, вошли в помещение с тусклым светом, где за стойкой стоял мужичок, преклонного возраста. Жидкие волосы были собраны в хвост и закреплены кожаным шнурком. Белая рубашка, серый жилет из грубой ткани и классические брюки того же цвета. Карманные часы на цепочке. Оторвавшись от бумаг, мужчина наконец обратил на нас внимание и расплывшись в улыбке, поспешил на встречу.

– Добро пожаловать в магазин "Фенника Брауса", тьеры и, конечно же, сьеры, – нараспев начал тот. Без расшаркиваний и поклонов. Неужели он не узнал своего же императора? Или это действие "отвода глаз"? Почему же тогда я его узнала? Так, ладно, не моё это дело.

– Чем я могу вам помочь?

– Нас интересует сейсерская гончая, – строго и по делу ответил правитель. – Имеются такие?

– Отличный выбор, – воодушевлённо протянул торговец. – Вот только стоят они ощутимо дороже каршских. Это искусственно созданный вид гораздо выносливее, с улучшенной регенерацией, легко поддаётся дрессировке, а также отличается исключительной верностью. Исходя из этого, и цена столь высокая.

– Об этом не беспокойтесь, – достав из наружного кармана мешочек с золотом, произнёс император. Подкинув пару раз вверх, он бросил его в руки торговца и снова сложил руки за спиной. – Пересчитывать не будете?

– Ну, что вы, – тут же спрятав мешочек, ответил тот. – Уверен, вы благородный и порядочный человек. Прошу.

Открыв перед нами занавес из плотной ткани, пропуская вовнутрь, мужчина согнулся в приглашающем жесте. Огромная комната со множеством клеток, в которых имелись всевозможные существа. Многие из них были настолько омерзительными, что от одного взгляда на них, начинало тошнить. Рядом с ними мы не задержались, прошли в самую глубь помещения и остановились у самой большой клетки. В ней было более двадцати сейсерских гончих разнообразного окраса. Они из семейства псовых внешне похожи на волка, с витиеватыми рогами и огромными кожистыми крыльями на спине. Имеют костяные наросты на лапах и хребте. В общем, потрясающее существо. Вот только малышка, по всей видимости, уже забыла зачем пришла, с восхищением глядя на кваусу. Она похожа на обычную жабу. Жирную, огромную, болотную жабу. Многие, по незнанию, могут подумать, что столь несуразное существо не представляет опасности, но это не так. Кваусу является хищником – одним из смертельно опасных. И в эту самую секунду малышка открывала эту самую клетку. Мужчины были заняты и на видели того, что творилось за их спинами, поэтому я ринулась навстречу своей судьбе.

Оттолкнув Мини, почти успела закрыть клетку, дверь которой являлась барьером, но эта тварь успела брызнуть ядом прямо мне в лицо. Даже выставленные вперёд ладони не спасли от того, что произошло дальше. Все участки тела, куда попал яд, будто обдало кипятком. Кожа покрылась волдырями и язвами, яд начал проникать в кровь. Но этого я уже не видела: он попал и в глаза. Жжение было невыносимым. Казалось, мне прижгли глаза раскалённым железом. Я закричала. Терпеть подобное было выше моих сил. Удержаться на ногах было трудно, и, кажется, я начала падать, но кто-то меня подхватил. Но и это я плохо помню. Всё, что я чувствовала в тот момент, это боль. Слышала голоса, крики и не понимала, кому именно они принадлежат. Я, конечно, прошла через многое, вот только продержаться в сознании дольше я не смогла…


***

– Она может лишиться зрения навсегда, – сквозь сон услышала знакомый голос. – Ты должен снять браслеты, они мешают её восстановлению. – целитель был настроен серьёзно и, кажется, даже зол.

– Она может сбежать или, в очередной раз, попытается убить себя, – прорычал граф.

– В таком состоянии далеко не убежит, а на счёт другого – предоставь это мне, – прозвучал ледяной голос. Не успела что-либо осмыслить, как снова провалилась в пустоту.


***

Пробуждение было болезненным, но не настолько, чтобы не позволить мне встать с кровати. Открыла глаза и, ничего. Темнота. Провела ладонями по лицу в поисках повязки и не обнаружила её. Что происходит? Попыталась встать – получилось, но не с первого раза. Поднялась с кровати, предусмотрительно держась за неё, чтобы не упасть. Сделала шаг, потом ещё один. Вроде пока получается. Ещё пара шагов, но уже увереннее. Цепляюсь за ковёр и лечу на пол, в сопровождении звуков разбивающегося стекла. Кажется, я зацепила не только ковёр. Знать бы, где нахожусь, чтобы хоть как-то ориентироваться в полной темноте. Поднимаюсь, делаю шаг, держа руки перед собой на случай очередного столкновения с препятствиями. Осколки больно врезаются в кожу, но я продолжаю идти. Куда я вообще иду? Да чёрт его знает! Вот только топтаться на одном месте, тоже не имеет смысла. Правой рукой всё – таки натыкаюсь на препятствие. Такое кожаное, тёплое, рельефное. Непроизвольно рука опускается ниже, скользя по всем выпуклостям тела напротив. Нервно глотаю слюну. Понимаю, что это определённо мужчина, но кто именно? Страха нет. Даже нет привычного мне отвращения. Зато присутствует волнение. Всё- таки это правда, что если отсутствует одно из пяти чувств, остальные четыре усиливаются и работают иначе. Вот и сейчас, я ничего не вижу, но отчётливо слышу биение сердца, тяжёлое дыхание напротив и ощущаю, кончиками пальцев жар и гладкость кожи. Моё собственное сердце готово выскочить из груди и понестись галопом. Что со мной? Рука продолжает исследование и спускается ещё ниже, чувствуя жёсткие волоски и влажную, махровую ткань. Эту самую руку резко перехватывают, рывок- и меня подхватывают сильные руки. Всего на пару секунд я отрываясь от пола, а потом оказываюсь лежащий на постели, прижатая мужским телом. Запах. Боги, он щекотал ноздри, играя с моим воображением. Пахнет, будто еловые ветки в сильный мороз. Озоном, как после грозы. Морем, во время шторма и цитрус – это грейпфрут? Так может пахнуть только сила, непокорность и…

– Зачем ты встала? – хрипло спросил Клайз. Так это всё- таки он? Но почему я не испытываю отвращения?

– Мне нужен воздух, – ответила тяжело дыша. Нужно срочно проветриться, чтобы освободиться из-под чар его запаха. Почему я раньше его не ощущала? Мужчина ничего не ответил. Какое-то время продолжал нависать надо мной, а потом поднялся. Подхватив на руки, вынес на балкон, кажется, и поставил на ноги. Поток свежего воздуха ударил в лицо, остужая разгорячённую кожу. Втянула его в себя настолько, насколько позволял объём лёгких, прогоняя наваждение. Сердце постепенно успокоилось, и я, наконец, пришла в себя. Нужно было подумать о другом.

– Что произошло?

– Яд кваусу попал в глаза и большую часть тела, – тихо начал тот. – Дориан смог быстро всё исцелить, но с глазами оказалось всё сложнее. Понадобится какое-то время. – И тут я вспомнила сон, что мне снился. Разговор мужчин. И был ли это сон?

– Я могу навсегда остаться слепой? – спросила, в тайне боясь услышать ответ. Это же… я не смогу так жить.

– Да, – одно слово, но для меня это как приговор. Остаться без зрения в мире, где творится Хаос, – это катастрофа. Смерть по сравнению с этим- детские шалости. Мне нельзя ослепнуть, ведь только так я всё ещё могу сопротивляться.

– Как девочка? – спросила только для того, чтобы отвлечься от тяжёлых мыслей.

– Она в порядке, – коротко ответил тот. Ни тебе спасибо, ни тебе пожалуйста! Как и всегда.

– Где мы?

– В моём поместье. Конкретнее, на балконе в твоих покоях.

– Зачем снял браслеты? – не ощущая тяжести металла, спросила я.

–Это вынужденная мера. Слепой ты мне не нужна, – равнодушно отозвался тот. – Как только зрение восстановится, я снова надену их на тебя.

– А если сбегу?

– Беги, – усмехнулся мужчина. – Я отличный охотник. Так даже будет веселее. В крайнем случае, снова применю ментальное воздействие.

– Ты омерзителен, – скривилась я, понимая, как ему всё это время удавалось меня сдерживать. Маг! Какие ещё фокусы он припас для меня? Ненавижу! Но, скорее всего, я убеждала себя в этом. Потому как, вопреки всему, испытывала удовольствие от этого простого разговора.


Граф Теридан орд Клайз


– Что это за девчонка? – спросил император, стоило мужчине поравняться с ним.

– Подруга, – сухо ответил тот первое, что пришло ему в голову. Граф чувствовал прожигающий взгляд на спине и знал, кому он принадлежал. Глупая мышка пытается подслушать. Ничего не выйдет. Правитель сразу же набросил полог, стоило отойти на шаг.

– Ну да, и именно поэтому на ней подчиняющие браслеты, – ехидно заметил Миллиорн. За что ему нравился император, так это за то, что никогда не лез не в своё дело. Конечно, если это не касалось империи. – Решил подстраховаться?

– Да, – честно признался граф. Были подозрения, что кто-то мог организовать нападение. Вот только Миллиорн наотрез отказывался взять с собой охрану, поэтому пришлось брать кого-то из своих. Дагер не подходил эту на роль, а что до наложниц – от них никакого толку. Только и могут, что без умолку трещать о новых нарядах и украшениях. А вот Лиара подходила идеально. Теридан понимал, что та снова начнёт сопротивляться, поэтому прибег к единственному правильному решению. Он умел убеждать и плевать какой ценой. Взлохмаченная, строптивая и полная решимости девушка казалась ему забавной. Особенно, когда молила о смерти. Таких игрушек в его руках ещё не было. От того она становилась ещё дороже. Лежит на коленях, опъянённая его силой, но продолжает сопротивляться. Тогда, несколько дней назад, когда Дориан восстанавливал её резерв после сцены в холле, он сообщил мужчине о наличии шрамов на её теле. Теридан разозлился, потому как экономка, видевшая девушку нагишом множество раз, ничего ему не сказала. Стоило целителю покинуть комнату, как мужчине захотелось увидеть их лично. Стянув покрывало, он уставился на глубокий, рваный шрам, который тянутся от лобка до вершины левой груди. Такие же глубокие шрамы были на рёбрах справа. Девчонка отвернулась, хорошо, не увидит его перекошенное от ужаса лицо. Он не понимал, как жрицы допустили подобное. Видно, что Лиару наказывали, и часто, но они должны были убрать отметины, ведь она приносила им деньги. Да и каким бы жестоким ни был мужчина, он не мог спокойно смотреть на подобные увечья. Это слишком, даже для такой как она. Как вообще вынесла всё это?

– Прекрати! Можешь думать обо мне что угодно, но не смей так смотреть, – прорычала та, садясь на постели.

– Как? – он в самом деле не понимал, о чём она говорит. Что не так с его взглядом?

–Жалеть меня не надо, – подойдя к мужчине, прошипела Лиара. Выглядело это, конечно, интригующе. Обнажённая девушка, прикрытая одним лишь покрывалом, угрожает ему, глядя прямо в глаза. – Иначе прикончу. – Нет, она точно необычная игрушка. Сломать такую, будет сущим удовольствием.

– Во-первых, силёнок не хватит, – деловито произнёс граф, спрятав руки за спиной. Потому, как они чертовски чесались. Хотелось схватить за волосы и показать, наконец, её место. – Во-вторых, меня раздражает, с каким не почтением, ты обращаешься к своему господину.

– Господин, запомните раз и навсегда – я всегда играю грязно. – предупреждение, а следом удар, который Теридан никак не ожидал. Подлый и низкий, как и она сама. Согнувшись пополам, пытаясь отдышаться, он проклинал глупую девчонку. Эта зараза спряталась в ванной и долго не покидали её. Он не собирался ждать её возвращения, поэтому, когда боль стала менее ощутимой, вышел из комнаты.

Ужинать мужчина не спустился. Предпочёл перекусить вяленым мясом у себя в комнате, изучая полученную от Дагера стопку бумаг. Этим делом он занимался тайно. Добывая крупицы информации с помощью третьих лиц. Даже император был не в курсе, потому как запретил бы расследовать это дело. Но он не мог. Не мог так просто забыть то, что произошло одиннадцать лет назад. Тогда его мир перевернулся. Убийство родителей и похищение сестры, сделали из него того, кем он теперь являлся. Граф искал её неделями, месяцами, годами, но так и не нашёл. Будто её и вовсе не существовало. Была всего одна, незначительная зацепка, которая вела в никуда. Вот только он не собирался сдаваться.

Дверь балкона была открыта, поэтому он услышал приятный женский голос, который протяжно молил спасти её. Песня звучала странно, не привычно. Такие в империи не поют, но звучала она красиво и волнительно. Поднявшись с кресла, отложив в сторону бумаги, Теридан подошёл к двери, оперевшись о косяк, привычно скрестив руки на груди. Он стоял в темноте, и девушка не могла его увидеть, а он видел всё. Видел ту боль, что лилась из неё, подобно словам песни. Видел, как дрожали её руки, когда пела о том, что одинока в этом мире и далеко от родного дома. Видел, как текут горькие слёзы, а голос срывается на крик, когда произносит "Спаси меня!". В этот момент она была беззащитна. Мужчина не мог оторвать от неё глаз и вопреки разуму, ему было жаль эту занозу в заднице. Строит из себя не пойми что, храбрится, а на деле, оказывается совершенно обычной девушкой. Что, чёрт возьми, с ней произошло? Загадка, которую ему так хотелось разгадать. Лиара была абсолютно обычной и совершенно не в его вкусе. Даже у нищенок формы лучше, чем у неё. Внешность совсем не примечательная и никаких манер. Строптивая, необузданная, эмоциональная, будто дикая лошадь. Но она притягивала внимание. Он это видел. Даже Миллиорн украдкой бросал на неё заинтересованный взгляд. Её глаза – вот, что было в ней необычным. В них было столько всего, что кружилась голова. Все эмоции, что может испытывать человек, отражались в них. Они сверкали, словно дорогущий бриллиант. Мужчина думал о том, что такие, наполненные жизнью глаза, не могут принадлежать той, что пытается свести счёты с жизнью. Это странно. Глаза самоубийц всегда пустые, будто в телах уже давно нет души, а она не такая. Граф выругался вслух, стоило девушке покинуть балкон, и спрятал лицо в ладонях. Глупый щеночек! Почему так плотно засела в моей голове?


***

Заходя в магазин, Теридан не мог предположить, чем закончится этот день. Попытка нападения – к этому он был готов, но никак не к тому, что его рабыня пострадает из-за глупости принцессы. Обернулся, услышав крик, успев подхватить девчонку у самого пола. Лицо, руки и грудь тут же покрылись язвами, а вопли раздирали горло.

–Живо в портал, – приказал император, схватив дочь за шиворот платья.

Подхватив девушку на руки, он шагнул в мерцающий туман и оказался в дворцовой лечебнице. Дориан в этот момент залечивал раны одного из стражников, но увидев обмякшее тело в руках графа, быстро метнулся к нему. Уложив Лиару на одну из кроватей, целитель принялся нашёптывать заклинания, водя ладонями по её телу. Следом появился и Миллиорн, но уже без принцессы. Время шло, вот только ничего не происходило. Волдыри и язвы с трудом исчезли с кожи. И это было не нормальным. Дориан- лучший целитель империи, и он не может исправить последствия яда кваусу! Да быть такого не может.

– Что, чёрт возьми, ты вплёл в строение этих браслетов? – зло прорычал лекарь. Мужчина молчал, с силой сжимая челюсть, потому как не мог сказать о том, что использовал свою кровь при создании этого артефакта.

– Теридан, что происходит? – холодно спросил Миллиорн, но он- то знал, что за этой прохладой скрывается недоумение. Граф уже понял, что правитель заметил его нездоровый интерес к "подруге", странно было бы, если бы не заметил. Не зря при разговоре он акцентировал внимание на браслетах. Артефактор никогда прежде этого не делал. Фаниса не в счёт – у неё браслеты иного характера, и Миллиорн об этом знал. Оковы на Лиаре были гораздо сильнее, усовершенственнее. В них было всё и сразу: подчинение, подавление, смирение, они лишали воли и не позволяли причинить вред. А всё из-за его крови, которая сама по себе была артефактом. И император, кажется, об этом догадывался.

– Ничего, – произнёс граф, сквозь стиснутые зубы.

– Я смогу излечить тело, но с глазами всё не так просто! – смахивая пот со лба, рявкнул Дориан. – Она может лишиться зрения! Ты должен снять браслеты.

– Она может сбежать или, в очередной раз, попытается убить себя, – слишком эмоционально ответил тот. От мысли, что девушка сбежит или навредит себе, в груди что-то больно сжалось и стало трудно дышать. Граф не понимал, что с ним происходит, и это бесило ещё сильнее.

– В таком состоянии далеко не сбежит, – уперев руки в бока, заявил император. Теридан почувствовал, что тот что-то задумал. – А на счёт другого – предоставь это мне.

Скрежеща зубами, мужчина расстегнул браслеты сначала на лодыжках, а затем и на запястьях девушки. Отошёл на пару шагов, позволяя целителю закончить начатое. Манипуляции руками, заклинания на мёртвом языке, вливание силы в тело. Без браслетов дело действительно пошло быстрее, но зрение так и не восстановилось.

– Я приду завтра и попробую снова, – тяжело вздохнул Дориан, присаживаясь на край постели. – Буду приходить до тех пор, пока она не поправится.

– Зачем тебе это? – искренне удивился граф. Он никогда не видел своего друга таким. В общем-то, он ещё тот эгоист, хоть и целитель. И такое рвение ему не свойственно.

– Она мне нравится. Ты всё равно не поймёшь, – глядя на девушку, ответил Дориан. – Её аура – это что-то невероятное. Она искрит и переливается всеми цветами радуги и её оттенками. Это волшебно.

– Смотри не влюбись. Думаю, Теридан не отдаст тебе её, – посмеялся Миллиорн, но мужчине не понравились его слова. Отдать – вот уж нет! Я ещё не достаточно наигрался. – Возвращайся, – открывая портал, произнёс тот. Подхватив девушку на руки, мужчина растворился в дыму, оказавшись в холле родового поместья. Позвав экономку, он приказал привести Лиару в порядок, стараясь не разбудить. Поднявшись в покои, он уложил девушку в постель, а сам отправился в свои, чтобы привести голову в порядок.


Глава 5. "Вопросы"


Проснулась я полная энергии и сил, вот только зрение ко мне так и не вернулось. Я не знала сколько времени и какое время суток, но точно знала, что хочу есть, а ещё в туалет. Откинув в сторону покрывало, спустила ноги с кровати, каким-то чудом сунув ступни в тапочки с первого раза. На мне, кажется, был шёлковый халат, поэтому, поднявшись с кровати, запахнула полы, чтобы случайно не шокировать никого своими шрамами. Сделала шаг, зацепилась за тумбочку и снова что-то свалила. Тяжело вздохнув, потёрла лоб и услышала, как открылась дверь

– Терн? – спросила я, поворачивать на звук. Сама не поняла, почему назвала его по имени, ещё и сократив его.

– Нет, но для тебя могу быть кем угодно, – раздался ехидный женский голос. Звучал он странно. Не было в нём аристократичного акцента и надменности. В нём слышались сила и сталь.

– Кто ты? – грубо спросила я, тут же подобравшись.

– Граф предупреждал, что ты резкая, – приближаясь ответила незнакомка.

– Ага, как детская неожиданность.

– Идём, – схватив меня за руку, приказала та. Не люблю когда меня хватают. Выкрутилась и врезала незнакомке по лицу. Ух ты, попала! А она высокая, ведь размах был рассчитан на рост больше моего. – Неожиданно. Мне нравится, – посмеялась та и снова взяла за руку. – Я здесь для того, чтобы помочь. Ты вроде куда-то собиралась? Так граф приставил ко мне няньку?

– Могла бы и сразу сказать, – пробубнила я, не зная куда повернуть голову. – Я пи-пи хочу.

– Пи-пи? Боги, ты нечто, – в голос рассмеялась незнакомка. – Я Реми, кстати.

– Лиара.

– Пойдём, Лиара. А то халат обмочешь, – снова посмеялась надо мной девушка. Отвечать не стала.

Реми перехватила меня за талию и медленно повела в сторону ванной. Оставив меня наедине с собой, она вышла. Сделав все дела, умывшись и почистив зубы, кое- как расчесала волосы и позвала девушку. После мы спустились вниз, чтобы позавтракать. Наложницы, как и всегда, уже сидели за столом и, наверняка, с высокомерными лицами попивали фруктовый чай. Усадив меня за стол, Реми вложила в мои руки чашку с ароматным кофе, из которой я тут же отпила.

– Открой рот, – мягко попросила "нянька". Спорить не стала, выполнила просьбу и ощутила приятный творожный вкус пирога. М-м-м. Застонала от наслаждения.

– Посмотрите на эту никчёмную, – раздался голос Маргоны. – Ничего самостоятельно сделать не может.

– И граф из-за неё теперь все время мрачнее тучи, – вставила своё слово Сельвия.

– Я бы не советовала, – предупредила их Фаниса. Странно, что она на моей стороне.

– Да что она может? Даже ест с помощью слуги, – фыркнула Горгона.

– У меня хотя бы есть слуга, а что есть у тебя? – спросила, сделав глоток кофе.

– Что ты хочешь этим сказать? – возмутилась та.

– Послушайте, мне всё равно, что у вас здесь происходит, но называть себя слугой не позволю, – строго заявила Реми. – Я офицер имперской армии и здесь я, для того чтобы охранять Лиару. Поэтому, если кому-то из вас взбредёт в голову ей навредить, я оторву вам головы. Уяснили? Не знаю, как на это отреагировали наложницы, но я прониклась. Офицер? Значит граф приставил её ко мне для того, чтобы не сбежала? Интересно.

– Ты угрожаешь нам? – неуверенно поинтересовалась Сельвия. – Господин тебе этого не позволит.

– Думаю, у неё есть на это право, – сухо произнесла Фаниса.

– Именно, – неожиданно прозвучал голос Клайза. – Идём. Целитель уже здесь.

Реми помогла мне подняться и, придерживая под руку, повела в указанное ей направление. Меня начинало злить моё сомнительное положение. Не привыкла я быть слабой и зависеть от других. А что, если это на всю жизнь? Нет, так не должно всё закончиться. Но вот я снова лежу на кровати.

– Добрый день, Лиара, – прозвучал голос целителя у самого уха. Слишком близко. – Потерпи немного. Сказал – и я почувствовала его руки на своём лице. Тепло разлилось по телу, а кровь ускорила бег в венах. В остальном, ничего необычного. Это длилось примерно пятнадцать минут, после чего он убрал свои руки и позволил встать.

Всё это происходило в течение недели. Дориан приходил, лечил, но, так и не восстановив моё зрение, уходил заверив, что вернётся завтра. На протяжении этого времени я только и делала, что ела и спала. Эта чёртова слепота, ограничивала меня во всём. Правда, один неприятный инцидент всё -таки случился.

В один из похожих друг на друга дней мне надоело сидеть в комнате, и я решила пройтись. Граф отсутствовал из-за каких-то важных дел, а Реми вышла, чтобы обсудить что-то с Дагером. С горем пополам добралась до лестницы, схватилась за перила и, когда собралась спуститься на одну ступеньку, ощутила толчок в спину. Оступившись, полетела вниз, несколько раз сильно ударившись головой. Думала: сверну себе шею, но кто-то поймал меня, прижав к себе спиной. Резкий удар о стену. Почувствовала, как горячая струйка потекла по лицу.

– Ты в порядке? – тихо спросила Реми. Так это она меня спасла? Ей должно быть сейчас несладко.

– Не знаю, – честно призналась я. – А ты?

– Обо мне не беспокойся, – шипя, ответила девушка. Терпит боль, глупая. – Поднимаемся.

Кое-как поднялась, оперевшись о руку девушки, но стоило сделать шаг – и ногу прострелила боль. Кажется, вывих всё- такие есть. Спустились вниз, и меня усадили на что-то мягкое.

– Подожди. Я сейчас, – сказала офицер и вышла не на долго. Её не было примерно минуту, а когда вернулась, принялась вытирать моё лицо. Место удара щипало, но я терпела, ведь ей тоже неплохо досталось. После обработки головы, она принялась за ногу. Ощутила как её пальцы касаются моей припухшей кожи, втирая охлаждающую дурно пахнущую мазь. В тот же вечер снова пришёл целитель и излечил всё, поэтому ничего не указывало на столь неприятный инцидент. В общем, по прибытии графа я встречала его с широко распахнутыми глазами. Да, я видела!


Он вернулся ночью, когда все уже спали, поэтому лицезреть друг друга мы смогли только утром. Клайз вызвал к себе в кабинет после завтрака, куда я сытая и потопала. Мужчина выглядел уставшим и сонным. Возможно, и вовсе не ложился спать. Обмякнув в кресле возле журнального столика, он опёрся щекой о кулак и неотрывно смотрел в пол. Без церемоний прошла вглубь комнаты и уселась в соседнее кресло, ожидая предстоящего разговора. Вот только он не спешил его начинать. Наградив меня взглядом из-подо лба, Теридан лениво стянул с себя чёрную рубашку и швырнул в меня. Гладкая ткань, проскользив по моему ошалевшему лицу, мягко упала на колени. Я была возмущена, но устраивать скандал не хотелось.

– Одевай, – тихо приказал тот, проведя ладонью по лицу.

– Что в очередной раз задумал твой воспалённый мозг? – сжимая в руках рубашку, спросила я.

– Обсудим это позже. Я очень устал, – поднимаясь с кресла, пробубнил Клайз. – Переодевайся и иди за мной.

Подчиняться его приказу я была не намерена, но должна была знать, что меня ждёт, поэтому поплелась за ним следом. Сжимая в руке его рубашку, вошла в соседнюю с входной дверь, за которой скрылся мужчина. Оказалось, эта дверь вела в покои графа. Удобно. Комната была в тёмных тонах, что неудивительно, как раз под стать Терну. Вся мебель из чёрного дерева. Серые стены слегка светлее пола и потолка. По идее, должно было появиться ощущение того, что стены давят, но этого не произошло, напротив, было весьма уютно. Высокие окна были задёрнуты плотными шторами, не пропуская солнечный свет. Тёмно-бордовый ковёр и того же цвета покрывало, обволакивающее кровать с чёрным шёлковым бельём. Минимализм в чистом виде. Всё самое необходимое.

Клайз как раз подошёл к кровати и рухнул в её объятия, похлопав ладонью по свободной стороне, приглашая присоединиться.

– Что происходит? – меня начала бить крупная дрожь, ведь это значит, что мне предстоит спать с ним. Что же ещё это может значить?

– Для начала сними это чёртово платье и надень мою рубашку, – зло пробубнил он в подушку.

– Я не хочу, – прошептала я, делая шаг назад.

– Не беспокойся. Для секса я бы предпочёл кого-то другого. – перевернувшись на спину, сказал тот, облокотившись на изготовление кровати. – Просто полежи здесь.

– Объясни, – я вздохнула с облегчением, но хотела знать причину всему этому.

– Демоны тебя раздери, – прорычал тот, прикрыв лицо рукой. – Ты должна пахнуть мной. Всё остальное расскажу позже. Живо в кровать!

Спорить дальше не было смысла. За два месяца общения и проживания под одной крышей, я усвоила, что если Теридан не намерен говорить, то никакими клещами из него это не вырвать. Стянула с себя домашнее платье под пристальным взглядом мужчины и быстро переоделась в его рубашку. Прохладная ткань проскользила по коже, вызывая приятное ощущение. Перешагнула через свою одежду и нерешительно подошла к кровати. Пусть он и сказал, что я здесь не для постельный утех, но сама мысль о том, что мне предстоит находится столь близко к нему, вызывала в теле дрожь. И я совру, если скажу, что дело только в страхе. Определённо, не только из-за этого, но точно сказать, что это за странное чувство, я пока не могла. Забравшись в постель, укрылась с носом мягким махровым покрывалом, глядя в упор на потолок. Мужчина расслабился и улёгся поудобнее, отвернувшись от меня. Вот и отлично! Так дышалось гораздо легче. Он действительно очень устал, потому как всего через несколько минут услышала его сопение.


Как итог, меня так же сморил сон, и проснулась я в кольце рук. Теридан крепко обвивал моё тело своими сильными руками, совсем не понимая, что делает. А мне почему-то была приятна его близость. Так меня никто не обнимал. Хотя я и понимала, что стоит ему проснуться, и это прекратится. Оторвав голову от груди, посмотрела на его лицо и не увидела привычного, злого выражения. Черты лица разгладились и стали мягче. Если отбросить всё то, что я в действительности о нём думаю, то он очень и очень привлекательный. Когда спит. Его кожа была слегка грубоватой, но это скорее плюс, чем минус. Мужчины, с которыми прежде мне приходилось быть, были изнеженными и ухоженными, тем самым вызывая отвращение. Клайз же был воином. Достойным соперником.

Кое-как выбравшись из постели, уселась в мягкое кресло и взяла в руки стопку бумаг, лежавших на журнальном столике. Сколько бы ни вчитывалась в строки, не могла поверить в то, что это отчёт обо мне. Результат поисков о том, кем я была до тринадцати лет. В графе имя – неизвестно! Зачем граф это делает? Что важного для него может быть в моей прошлой жизни? Почему заинтересовался этим? Плохое предчувствие. А так же здесь были отчёты о поиске некой Халисе орд Клайз. Я так понимаю, о сестре графа. Но я понятия не имела, что она вообще у него есть. В поместье нет ни одной фотографии или картины, на которой были бы изображены его родители и сестра. Что же здесь произошло? Судя по отчётам, поиски ведутся уже давно. Графиня пропала? Вот только результаты неутешительные. Её нигде нет. Всё это очень странно. Назовите это шестым чувством, но мне кажется, что это каким-то образом связано со мной. Лезть во всё это я не собиралась. Проблем у меня и так выше крыши, но противный червячок продолжал сосать под ложечкой.

Кстати, на счёт этого, обед мы благополучно проспали и возмущённый желудок вовсю требовал еды. Отложив от греха подальше бумаги, поднялась с кресла, опустила полы рубашки, длина которой доходила мне почти до колен и направилась на кухню. В помещении приятно пахло разнообразными блюдами, ведь в поместье каждый предпочитает в еде что-то своё. Взять, к примеру, Сельвию – из мяса она ест только рыбу. А Горгона – вегетарианка. Так что от всего этого обилия запахов желудок предвкушающе заурчал, а рот наполнился слюной. Кухарки в этот момент убирались после недавнего обеда, но, увидев меня, отложили все дела и попытались меня накормить. Я попросила их не обращать на меня внимание и не отрываться от дел, заверив, что справлюсь с этим самостоятельно.

Схватив из коптильни кусок окорока, жадно впилась в него зубами, не обращая внимания на косые взгляды. Меня здесь не любили, но и высказываний в мой адрес не позволяли. Что уже не так плохо. Оторвав ломоть хлеба и кусок сыра, вышла из кухни и побрела в сторону задней части поместья. Во внутреннем дворе располагался небольшой сад, разбитый скорее для удовольствия наложниц. Кустовые розы, разнообразных оттенков. Высокие пышные лилии. Фруктовые карликовые деревья и жасмин. Красиво! Каменная дорожка, ведущая к противоположной части дома, по бокам которой, стояли кованые скамейки, на одну из которой я и присела. Откинувшись на спинку, откусила мяса и удовлетворённо вздохнула. Хорошо-то как! Тихо, никто не таращится с осуждением и не говорит гадости. Прекрасное место, уносящее все тревожные мысли.

– Выходи уже, – произнесла я, прикрыв глаза. Ещё на пути к саду заметила слежку, но не стала мешать, потому как этот человек не представлял для меня опасности.

– Заметила? – спросила Реми, выходя из-под тени деревьев.

– Скорее почувствовала, – тяжело вздохнула, открывая глаза и столкиваясь со взглядом чёрных глаз. Офицер смотрела, скажем так, странно. Неотрывно глядя на мои оголённые ноги. Вообще, когда впервые её увидела, была немного шокирована. В моём представлении, она была иной. Я, конечно, понимала, что не увижу девочку-девочку, ведь она военная, да и сталь в голосе лишь подтверждала это. Но я никак не ожила увидеть привлекательного парня с сиськами! В тот момент Реми была облачена в амуницию имперской армии и её округлые формы выделялись несмотря на перевязь бинтов. Она действительно была красива. Короткие волосы в цвет пепла. Резкие черты лица. Острые скулы. Пухлые губы и смугловатая кожа. И да, она всё-таки была высокой. И эта дылда сейчас нависала надо мной, пристально рассматривая.

– Что? – не выдержала я.

– Что? – вопросом на вопрос, ответила та, посмотрев в глаза.

– Почему продолжаешь так смотреть?

– Нравишься ты мне, – совершенно серьёзно заявила офицер.

– Смешная шутка, – посмеялась я. Ну в самом деле… Что за бред!

– Ладно, – тут же собралась девушка. – Граф уже проснулся и просил проводить тебя к нему.

– Ну что ещё? – по – детски надула губы я, но всё – таки поднялась со скамьи. Хочешь не хочешь, а идти придётся.

Вот только меня сопроводили не в кабинет графа и даже не в его покои, а в мои. И из двери, которую до этого игнорировала, вышел мужчина, с мокрыми после душа волосами. Это что же получается? Откуда он сейчас вышел? Я должна проверить! Сорвавшись с места, понеслась к двери, грубо оттолкнув Клайза в сторону и офигела от увиденного. Комната графа! Выходит, они смежные? Какого хрена! Теперь понятно, как он попал сюда, когда я была лишена зрения. Я же не дура, понимаю, что это супружеские покои и, должно быть, они принадлежали его родителям. Так какого демона он поселил меня в них?!

– Что это значит? – рявкнула я, уперев руки в бока.

– Не понимаю о чём ты, – лениво произнёс тот, стряхивая капли с волос, странно глядя на свою собственную рубашку, в которой я всё ещё щеголяла.

– Почему я живу рядом с тобой?! – спросила подойдя к нему нос к носу.

– Отойди. Бесишь, – оттолкнул меня он и позвал экономку, которая тут же появилась в комнате. – Приведи её в порядок, но никакой ванны. И используй одно из тех платьев, что я привёз. Ах да, никакого парфюма, – сказал и шагнул в свою комнату, закрыв дверь, оставив меня по ту сторону, нервно сжимать кулаки.

– Козёл, – прошипела я и потопала в указанном направлении.

На этот раз, меня собрали довольно быстро, потому как не было длительных процедур омовения и натирания. Через час я уже стояла в гостиной первого этажа, любуясь своим отражением в зеркале. Волосы собраны в высокий хвост, закреплённый золотыми шпильками с рубинами. Золото. Ненавижу его! Серьги-протяжки в ушах и подвеска того же стиля. Пара колец с тем же рубином на пальцах и тонкий браслет. Не тот, из-за которого может стать очень больно – обычное украшение. Вообще странно, что граф до сих пор не надел на меня “кандалы”, ведь забыть о них он просто не мог. Пусть всё так и остаётся. Бархатное платье, цвета спелой вишни, с открытыми плечами и длинным рукавом. Обтягивающее сверху, а от талии струящееся вниз, небольшими волнами. Золотой узор на груди, поясе и подолу. Туфли-лодочки в цвет платья. Лёгкий макияж, подчёркивающий лишь глаза.

Я удивилась, увидев отражение девушки в зеркале и тут же повернулась к ней. Это была офицер. Но не привычная мне Реми, в военной экипировке, а элегантная женщина, в чёрном, облегающем платье в пол. Глубокий вырез демонстрировал окружающим пышную высокую грудь. Открытые руки с браслетами-спиральками чуть выше локтя. Кольца в ушах. Кулон на шее. И у неё были волосы! Длинные волосы! Чёлка поднята наверх, открывая красивый лоб и брови, а широкая коса, перекинута через правое плечо. У меня определённо шок! Реми выглядела великолепно. Даже мне трудно отвести от неё взгляд, а что же будет с мужчинами? Спросите, причём здесь мужчины? Ну в самом то деле, не просто же так нас наряжали. Определённо, нас снова ждёт работа. И от этой мысли мне стало тошно. Что на этот раз мне предстоит делать? Проглотив застрявший в горле ком, сделала глубокий вдох и обратилась к офицеру.

– Прекрасно выглядишь. Я бы даже сказала слишком.

– Завидуешь? – криво усмехнулась та, растягивая алые губы.

– Ещё бы. Всё внимание будет принадлежать тебе, – в тон ей ответила я. Знала, что она правильно поймёт мои слова. Никакой зависти здесь не могло быть. Да и я уже привыкла к постоянным подколам девушки. У нас с ней образовались довольно дружеские отношения.

– Идём, – позвала та, направляясь в сторону обеденной залы.

На этот раз за столом обнаружился лишь граф, по- прежнему лениво ковыряющийся в еде. Реми тут же направилась к столу и уселась на моё место, мне же предстояло сесть на место Морганы. Пока накладывала еду на тарелку, украдкой посматривала на мужчину. Одет он был превосходно. Бархатный сюртук в цвет моего платья с множеством золотых пуговиц. Тёмно-коричневая шёлковая рубашка без воротника. Чёрные брюки и ботинки. Волосы собраны в колосок, оголяя виски, а непослушные прядки падали на лоб. Серьга с крупным камнем в левом ухе. В общем, бесит он меня! Слишком совершенный!

– Не собираешься объяснить, что происходит? – спросила, сунув ложку с картофельным пюре в рот.

– Обязательно делать это за едой? – строго глянув в мою сторону, поинтересовался тот.

– Не тяни кота за яйца, а просто скажи в чём дело, – рявкнула я. Неужели он не понимает, что неизвестность меня убивает! Если сейчас он скажет, что мне снова придётся под кого-то лечь, я снова попытаюсь себя прикончить. Вряд ли, конечно, получится, Реми уже недобро поглядывает в мою сторону, да и граф скорее всего начеку.

– Мы идём в игровой дом, – пробубнил Теридан, откинувшись на спинку стула. Кажется, аппетит у него всё же пропал. – Нужно кое-что проверить.

– А зачем я таскала твою рубашку весь день? – задала интересующий меня вопрос.

– Там будет Рахаз Стоуз, – выплюнул граф. Я уже слышала это имя, но не знала, что он из себя представляет.

– Он оборотень. Один из немногих, что обитают в этой части империи, – ответила офицер, отпив из стакана.

– Кто он? – напряглась я, потому как иметь дело с оборотнями до этого не доводилось.

– Ищейка Короля Ирнеста дю Бронана, – постукивая ногтями по столу, сообщил Клайз. – И мне он как кость в горле. Надеюсь, ты понимаешь, на что пошла, оставшись в моём графстве и что должна делать? – обратился он к Реми, прожигая взглядом. Что это у них за договорённость?

– Да, граф. Я понимаю, – прошипела сквозь зубы та. Я прям почувствовала, как у девушки возникло желание, съездить кулаком по этой нахальной роже. Прекрасно её понимаю.

– Что касается тебя, – взгляд на меня, – сегодня ты будешь находится только рядом со мной. Твоя задача следить. Возможно, я что-то упущу.

По сути мне должно было полегчать, ведь мне не придётся слушать мерзкие слова очередных ублюдков, но легче не стало. Наоборот, опасения лишь усилились. Это же Терн! От него можно ожидать чего угодно!

– Ты не ответил на мой вопрос! – снова вспыхнула я. – Причём здесь твоя рубашка?

– Ты совсем дура? – в тон мне ответил тот. – Мой запах. Оборотень. Ты рядом со мной. Не дошло?

– Я твоя любовница? – шестерёнки в голове завращались в ускоренном темпе. Поняла и ужаснулась. – Фу, как это мерзко!

– Меня такая перспектива тоже не радует. Но вариантов нет.

– А как же Моргана и Сельвия? Зачем ты вообще их держишь при себе, но при этом никогда не используешь?! – правда не понимала я.

– Повторяешься, – упрекнул меня тот. Призадумавшись, вспомнила, что уже говорила ему нечто подобное. Да и хрен с ним! Что толку от слов, если нет результата. – Они не справятся со своей задачей, как ты.

– Может ты просто убьёшь меня? – молитвенно сложила руки я, подавшись ближе к нему. – Ты ведь уже проявлял ко мне жалость. Избавь меня от всего это дерьма.

– И не подумаю, – рявкнул граф и дал мне щелбана. Ощутимого!

– Урод, – потирая ушибленный лоб, пробубнила я, и услышала сдавленный смех Реми. Девушка сдерживала себя из последних сил, чтобы не рассмеяться в голос. Ну, конечно, её это забавляло, а вот мне не до смеха. – А ты коза, – наградила её тяжёлым взглядом и откинулась на спинку стула.

– Нам пора, – встав из-за стола, заявил мужчина и направился к выходу из залы. Мы, разумеется, последовали за ним.


Глава 6. “Игры разума”.


Солнце неизбежно катилось в закат. Небо окрасилось в огненно-красный цвет с ярко-жёлтыми прожилками. Стайки птиц кружат над головой в поисках насекомых. В воздухе витает запах скошенной ранее травы и медовый аромат одуванчиков. И вот наша троица мчится в сторону Моссохо, развлекательной части Аршота. В этой части столицы собралось всё, что может доставить вам неописуемое удовольствие. Игровые клубы. Публичные дома. Кафе с разнообразной стилистикой. Театры и уличные артисты. Подпольные бои как людские, так и животные. Тиры и магазины оружия. В общем, всё, чего бы вы хотели.

К одному из таких клубов подъехали и мы. Выйдя из экипажа, граф предложил свои локти, за которые нам пришлось взяться, и ступили на широкую, парадную лестницу. Что сказать, выглядели мы, должно быть, эффектно, потому как все взгляды устремились в нашу сторону. Игнорируя их, мы вошли в залитый ярким светом холл, где к нам тут же подскочил хост, дабы сопроводить нас за заказанный ранее стол. Ну, как стол – это была отдельная, закрытая вип-зона, тонувшая во мраке. Просторная комната со множеством кожаных диванов, тележек с напитками и закусками. Игральный стол располагался в центре, а вокруг него стояли кресла, в которых уже сидели те, с кем нам предстоит “работать”. Шайтер Перо, Родерик Пассар, Артур де Сарайт, Паул Франт – советник короля- и, должно быть, Рахаз Стауз. Никто из присутствующих не знал меня в лицо, хоть мне и пришлось ранее их окучивать, кроме одного: того, кого я пыталась убить. Ну и, разумеется, оборотня. Артур де Сарай наградил меня убийственным взглядом и вольготно расположился в кожаном кресле. Он знал, кто я такая, а я знала, что он знает, что я это знаю. Какая неразбериха! Но, думаю, суть вы уловили.

Пустых кресел за столом оказалось только два, и в одно из них уже садился Клайз. Второе заняла Реми. А куда, собственно, мне примостить свою пятую точку? Но граф всё предусмотрел. Похлопал ладонью по подлокотнику, намекая, что моё место здесь. Стиснув зубы, подошла и грациозно присела, как учили в монастыре, закинув ногу на ногу, и скрестила руки на коленях. Спина ровная, как струна, но надолго меня не хватит.

– Добрый вечер, граф, – расплылся в акульей улыбке советник. –Наконец, ты нашёл время, чтобы перекинуться с нами в картишки.

– Да уж, было не просто освободить время, – откинувшись в кресле, протянул Терн, обхватив меня одной рукой за талию. Я чуть не подпрыгнула от прикосновения, но быстро взяла себя в руки. Не время и не место бунтовать.

– Понимаю, – согласился тот. – Не представишь нам своих спутниц?

– Конечно. Познакомьтесь. Это Ремина Пентроу, – мужчина указал ладонью в сторону офицера. – А это Лиара, её сестра. – И кто в это поверит? Мы не похожи, как лёд и пламя! Идиот!

– Очаровательные особы, – предвкушающе разулыбался Шайтер Перо. Ты то чего скалишься, грязный ублюдок? Уже отошёл от последствий приступа ярости жены?

– Но зачем ты пригласил их в клуб? – грубо поинтересовался Сарайт. Страшно, гад!?

– Ремина никогда не была в подобных местах и попросила показать, – на ходу лгал Клайз. – Как я мог отказать?

– Да, простите. Это моя вина, – сладко произнесла Реми, стреляя глазками. Ты посмотри на неё, как подыгрывает! Многие уже вовсю глотали слюну, и я была с ними солидарна. Она очаровывала.

–Ну что вы, мы рады вашему присутствию, – тут же начал разряжать обстановку Родерик Пассар. – Просто, у Артура сегодня неважный день.

– Это хорошо, не хотелось бы так скоро уйти, – улыбнулась та.

Дальше пошёл совершенно обычный, неинтересный разговор и раздача карт, а я решила присмотреться ко всем. Самыми старшими здесь были барон и советник. Им было где-то от сорока пяти до пятидесяти, остальные же плавали где-то в районе тридцати пяти. Это же касалось и Терна. Взглядом зацепилась за Рахаза, который, как и я, не слушал разговор, а рассматривал меня. Ну да, ищейка, да ещё и оборотень. Не удивлюсь, если начнёт принюхиваться, словно пёс. И он это сделал! Втянул носом воздух, прикрыв на мгновенье глаза. Не знаю, что он там почувствовал, но когда снова посмотрел на меня, в его взгляде зажёгся интерес. Что не сулило мне ничего хорошего.

Встала с подлокотника, ибо затекла спина и решила побыть “хорошей” любовницей и приготовить для графа напиток. Конечно, для этого здесь были официанты, но мне нужно было пройтись, иначе я бы застонала от боли, как старуха. Реми проводила меня косым взглядом и снова уставилась на свои карты. Подойдя к стойке с напитками, плеснула в широкий стакан первую попавшуюся золотистую жидкость и от души насыпала туда льда. Пусть заболеет и сдохнет! Пока мутила этот убийственный напиток, почувствовала приближение и вовремя перехватила чью-то руку в попытке потрогать меня за задницу. Повернувшись, увидела стоящего рядом оборотня, лукаво взиравшего на мои губы. Я не знала, как поступить. Можно ли мне показать свои возможности или стоит оставить всё как есть? Решение пришло оттуда, откуда его не ждали.

– Почему остановилась? – прозвучал голос Клайза, к которому я тут же повернулась. Его лица я не видела, потому как находилась за его спиной, но чувствовала, что он предвкушающе улыбается. – Ломай. Приказ- и я поспешила его выполнить. Хруст костей нельзя перепутать ни с чем. Оборотень заскулил и, выхватив свою ладонь, зажал здоровой рукой. Забрав стакан, развернулась и с гордо поднятой головой подошла к Терну, присев на подлокотник.

– Молодец, сестрёнка, – одобрительно расплылась в улыбке Реми, поставив на стол локти и упёрлась подбородком в ладони.

–Неужели вы не поняли, что она моя женщина? – равнодушно поинтересовался граф. – Тебе ли это было не знать, – обращаясь к оборотню, заявил тот. Теперь в его голосе звучала сталь и угроза. – Не трогайте то, что принадлежит мне. На этих словах я сделала глоток из стакана и чуть не подавилась. Пряная жидкость обожгла горло и лавиной потекла дальше. Какая гадость!

– Это виски, не увлекайся, – обратился ко мне тот, забирая стакан и ставя его на свободный подлокотник.

Обвил талию и, нагнувшись, подхватил мои ноги, забрасывая их на свои колени. Короче, я оказалась сидящей на нём, обхватив его плечи правой рукой. Слишком быстро! Слишком близко! Слишком неожиданно! Сердце зашлось галопом, и я точно знала, что он это слышит. Вот этого я и боялась! Совершенно не представляю, чего от него ожидать! До этого игру всегда вела я, а теперь не знаю даже правил! Что с ним не так? Почему он так отличается от других и почему меня это так волнует? Щёки обдало жаром и пересохло во рту. Я что смутилась?! Сглотнула слюну, ощущая нехватку влаги. Они продолжали о чём-то говорить, а я снова не слышала их голосов, погрузившись в собственные мысли. Я не смотрела на него, стараясь выглядеть невозмутимо, но это было сложно. Привычный мне мир трещал по швам. В очередной раз убедилась в том, что жертва здесь я. У меня не было шансов с самого начала. Теридан орд Клайз мне не по зубам. Именно в этот момент я убедилась в том, что он меня никогда не отпустит. Не выполнит то, о чем я продолжаю просить, и ни за что не позволит сделать это самой. С самой первой встречи я была всего лишь птицей, попавшей в силки, а затем помещённой в клетку. Вот уж точно иллюзия выбора.

Лёгкий поцелуй в плечо, и я снова попадаю в реальность, где трудно дышать. Снова сглатываю, ощущая дрожь в теле. Что со мной творится? Это совершенно ненормальная для меня реакция на прикосновения. Или это снова воздействие графа? Не похоже. Меня это пугает. Я не понимаю, что чувствую, как называется то, что происходит с моим телом и к чему это может привести. Лучше бы было всё так, как прежде! Но так уже никогда не будет…

– Лиара, почему вы совсем не участвуете в разговоре? – донёсся до меня вопрос от советника.

– У меня нет желания говорить, – честно призналась я, чтобы хоть как-то насолить Клайзу. – Я здесь только из-за сестры.

– А как же я? – с усмешкой поинтересовался Терн, делая глоток золотистой жидкости.

– Ну, разумеется, ты самая главная причина, по которой я здесь, – и снова чистая правда, но для посторонних она покажется бредом влюблённой дурочки. Снова улыбка и, подавшись вперёд, он впивается в мои губы, вгоняя в мой рот не только язык, но и кубик льда.

– Остынь, – прошептал он между поцелуями.

Меня будто облили кипятком. Щёки горят, а внизу затягивается узел. Боги, почему это так волнительно и, чёрт возьми, приятно? Если так и дальше пойдёт, я совершенно перестану думать и отдавать себе отчёт в действиях. Мой разум отравлен им. Это должно прекратиться. Я всё- таки нашла в себе силы оторваться от его губ и отвернуться, приводя в порядок сбившееся дыхание. Лёд немного остужал. Катая на языке кубик, постаралась абстрагироваться от происходящего, мысленно возведя вокруг себя десятиметровую стену. Все эти чувства неправильны! Я должна ненавидеть его, как и всякого мужчину, но не выходит! Не получается, когда он так нежен! Для него это ничего не значит, так должно быть и со мной: это всего лишь работа. Стоит покинуть игровой клуб, как он тут же превратится в ледяную статую. Скорее бы всё закончилось…

Кажется, меня услышали, потому как почувствовала под собой шевеление и услышала голос графа, который сообщил присутствующим о том, что мы уходим. Слава Богам! Я не помню, как мы покинули зал. Как вышли из клуба и сели в экипаж. Пришла в себя только, когда оказалась во владениях графства Клайдшир. Клайз и Реми обсуждали проделанную работу, и совсем скоро дело дойдёт до меня. И что же мне говорить? Я всё время витала где-то, абсолютно не следя за происходящим. Я не справилась с поставленной задачей и теперь придётся ответить за это. Теридан будет в ярости, но что я могу поделать, если не в силах сосредоточиться рядом с ним. Лучше бы нам держаться подальше друг от друга.


Теридан орд Клайз.


Обсуждая дела с офицером, мужчина продолжал мыслями прибывать глубоко в себе. Бросая краткие ответы, он прожигал взглядом спину, стоявшей рядом девушки. Она вела себя странно, и это выводило его из себя. Граф не был глуп и прекрасно понимал, что девушка, не сможет рассказать ему ничего нового, кроме того, что он и Реми уже отметили для себя, потому как видел её состояние в игровом клубе. Он всё ещё чувствовал её вкус на губах и не мог перестать думать о поцелуе. Чертовка! Что же ты делаешь со мной!?

Теридан не прекращал думать о ней с того момента, когда они говорили на балконе. Тогда, приняв душ, он услышал звук бьющегося стекла и, поддавшись эмоциям, ринулся в её покои. Уже находясь в комнате, он понял, что этот порыв был более чем странным и совершенно несвойственным ему. После исчезновения сестры он ни разу не испытывал волнение за других, ведь ненавидел каждого, кто находился рядом с ним. И речь идёт не о тех, кто живёт в его поместье. Но за девчонку было беспокойно. Лиара выглядела беззащитной. Он не представлял, каково это стать слабым и уязвимым в мире, в котором во всех видишь угрозу. Спотыкается, падает и, поднявшись, снова делает шаг. Куда её черти понесли? Он преградил ей путь, потому как ещё пара шагов, и она бы врезалась в комод. Горячая, тонкая ладонь коснулась его груди, и тело обдало жаром. Мужчина внутренне вздрогнул, ведь раньше подобного с ним не происходило. Простое прикосновение, от которого возникло чувство, будто его сбросили со скалы.

Он смотрел на неё в упор и не мог не увидеть то, как она сглотнула. Вопреки всему она выглядела сексуально. Длинный шёлковый халат с поясом на талии. Взлохмаченные волосы. Лиара казалась домашней и ему это нравилось. Она продолжала исследовать его тело, совершенно не понимая, какие чувства вызывает в нём. А какими они были? Да он и сам не мог ответить на этот вопрос. Всё странно. Всё непривычно. Разум твердил остановиться, а тело жаждало продолжение. Пах скрутило болью, стоило ей провести ладонью по напряженному торсу и коснуться края полотенца. Дальше медлить было нельзя.

Перехватив руку, он резко притянул её к себе и, оторвав от пола, унёс на кровать. Не смотря на то что девушка не была стройной красоткой, она всё ещё была очень крохотной рядом с ним. Хрупкой. И он это отчётливо чувствовал, когда прижимал её тело к постели. Русые волосы разметались по подушкам, руки продолжали цепляться за его плечи, а распахнутые глаза растерянно метаться. Хорошо, что она не видит. Потому как он не знал бы как объяснить то, что в данный момент жадно втягивает носом её запах. Она пахла странно. Теридан не мог определить ни один из его составляющих. Это точно был цветочный аромат, но совершенно ему незнакомый. Свежий, пьянящий, дурманящий разум. Хотелось вдыхать его снова и снова. Он и раньше замечал за собой это, но столь резко ощутил его впервые. Её приоткрытые губы дрожали, и это, чёрт возьми, было превосходно. Опасная игра!

Граф нашёл в себе силы остановиться и не погрязнуть во всём этом ещё сильнее. Он был уверен, что девушка это тоже понимает, потому как попросила выйти на свежий воздух. Но и это оказалось ошибкой. В лунном свете она выглядела волшебно. Загадочная, совершенно не подходящая его миру. Она будто из другой реальности. Непохожая на других и тем самым притягательная.


Утром в дверь его дома постучала Реми. Офицер, с которым он прекрасно был знаком, так как неоднократно был с ней на заданиях. Значит о такой помощи говорил Миллиорн? Ну да, на неё можно было положиться. Тиама проводила её в кабинет графа, где он в очередной раз перечитывал отчёты, боясь что- либо упустить. Прятать их он не стал, ведь Реми придётся произнести клятву верности, если она хочет здесь остаться. В ином случае, пусть катится ко всем чертям.

– Давно не виделись, – с порога начала та, усаживаясь в соседнее кресло.

– Ты нисколько не изменилась, – сухо ответил Клайз, отложив в сторону бумаги.

– А вот ты постарел, – посмеялась девушка. – Тебе тридцать шесть, а выглядишь на все пятьдесят.

– Хорошее настроение? – строго поинтересовался тот. Теридан знал, что это простая издёвка, присущая ей, поэтому нисколько не обиделся. Но нужно было кое- что обсудить. – Зачем Миллиорн прислал тебя сюда? Не говори, что только из-за Лиары.

– Так её зовут Лиара, – задумчиво протянула офицер. – Красивое имя.

– Не увиливай.

– Если ты говоришь о своей странной деятельности относительно поисков сестры, то мне нет до этого никакого дела, – в тон ему ответила девушка. – Император приказал следить за твоей “подругой”. Реми специально акцентировала внимание на последнем слове и улыбнулась. Как и всегда – язва. – И за тобой, на случай если захочешь совершить какую- нибудь глупость.

– Нянька значит, – вынес вердикт тот.

– Что-то вроде того.

– Сначала клятва.

– Это было ожидаемо, – посмеялась Реми и выставила развёрнутую ладонь перед собой. – Я, Ремина дес Хайт, клянусь в верности графу Теридану орд Клайзу. Клянусь, ни словом ни делом не навредить ему и не опорочить его честь. Помогать ему во всё и быть ему соратником. Если это не идёт во вред империи, – произнесла клятву та, и на ладони появился символ печати.

– Отлично, – тяжело вздохнул тот. – Следи за ней внимательно. По возможности не отходи от неё вообще.

– Что это с тобой? Что за странная опека? – удивилась Реми, подавшись вперёд.

– Да она совершенно точно чёкнутая, – рявкнул граф, вспомнив все её выходки. – Вот ты хоть раз встречала человека, который постоянно пытается прикончить себя? Нет? Вот и я не встречал!

– Кто она вообще такая?

– Я забрал её из монастыря Алой розы, – коротко ответил мужчина, прекрасно зная, что офицер всё поймёт. – И я вот одного не могу понять, почему она так странно себя ведёт? Её выворачивает всякий раз, когда к ней прикасаются мужчины. Что это вообще значит?! Зачем она пошла в этот чёртов монастырь, если настолько ненавидит их?

– Вот это тебя понесло, – шокировано произнесла та, откинувшись назад. Мужчина и сам был в шоке. Да, ему нравились всякого рода загадки, но эта оказалась ему не по зубам. – Может у неё просто не было выбора? Как тебе такой вариант?

– Не было выбора? Что за бред! Выбор есть всегда, – разозлился тот. Его всегда бесили подобные фразы. Если он согласится с этим, то ему придётся смириться с тем, что сестру он уже никогда не увидит. Ведь выбора нет! Чёрта с два!

– Глупец. Однажды ты убедишься в обратном, – уверенно заявила та.


***

Графу пришлось отлучиться на несколько дней по делам в соседнюю империю, где по наводке якобы видели девушку, похожую на его сестру. Он нашёл её, но она не была Халисой. На обратном пути до него донесли весть, что ищейка короля Ирнеста дю Бронана вернулся в столицу и собирается посетить Моссохо. Теридан уже давно присматривается к нему. У этой личности довольно скверный послужной список. От вандализма до торговли людьми. Нужно с этим разобраться, и Лиара ему в этом поможет.

К тому моменту как он вернулся, её зрение уже восстановилось, чему он был несказанно рад. Ведь в ином случае толку от неё было бы мало. В присутствии Реми больше не было необходимости, и мужчина тактично ей об этом намекнул.

– Проваливай уже. Дальше я справлюсь сам.

– Не хочу, – тут же заявила она, демонстративно скрестив руки на груди. – Меня отправили в отпуск. Поэтому я хочу ещё здесь побыть. Прогонишь подругу?

– Тогда живи в доме своего брата! – рявкнул тот. – Глаза мазолишь.

– Дагер живёт не один, не хочу ему мешать.

– А мне, значит, ты мешать можешь?

– Почту за честь, – снова начала язвить офицер.

– Ладно. Скажу прямо: я планирую сделать то, что не понравится императору. И я прекрасно понимаю, что ты обязана ему об этом доложить. Поэтому прошу- уходи, – предупредил граф.

– Я буду молчать.

– Это могут расценить как измену, – не понимал её упрямства мужчина.

– Но об этом будем знать только мы. Да и ты не сделаешь ничего такого, что может навредить Миллиорну. Так что не вижу никаких проблем.

– Зачем тебе это?

– Скажем так, у меня есть собственные мотивы.

– Не говори мне, что это из-за Лиары? – не веря в собственное предположение, поинтересовался Клайз.

– Возможно.

– Ты совсем дура? – встав из-за стола, зло спросил тот, подойдя к окну. Ему не нравилось то, с каким мечтательным видом произнесла это Реми. Нет! Лиара моя игрушка! Только моя! Граф испугался своих собственных мыслей. Он неосознанно назвал её своей. И дело не в том, что она его рабыня. Его разозлило, что девушка может быть интересна кому-то кроме него. Крыша поехала! – Ладно. Надеюсь, ты понимаешь на что идёшь.

– Разумеется.

– Приведи её. Нам пора собираться. Есть работа.


***


В игровом клубе всё обстояло хуже некуда. Теридан видел, как эти ублюдки пускают слюни, глядя на девушек. Никто не узнал Лиару, хотя она побывала под каждым из них, кроме ищейки, разумеется, и маркиза. Артур де Сарайт смотрел на неё недобро, а взгляда графа и вовсе боялся. Не сложно догадаться, что раз девушка подле него, то и то, кто сделал заказ на него, ему известно. Говнюк боялся расправы и не зря. Клайз ещё доберётся до него и с наслаждением сдерёт с него кожу. Но это позже. Есть дела поважнее.

Непринуждённая беседа ни о чём ужасно утомляла, но нужно было вызвать реакцию одного из присутствующих. Девушка будто услышала его мысли, поднялась и направилась к стеллажу с алкоголем. Следом за ней поднялся и оборотень. Оборачиваться, чтобы увидеть то, что произошло не требовалось. Достаточно было посмотреть на офицера, которая подав знак, тут же превратилась в глупую дурочку.

– Почему остановилась? Ломай. Хруст костей был для него, как звучание флейты. Приятный, ласкающий слух. – Неужели вы не поняли, что она моя женщина, – собравшиеся выглядели озадаченно, но это всё равно не тот эффект, на который он рассчитывал. – Тебе ли это было не знать. – обращение к Рахазу. Оборотень скулил, как дворовый пёс. Слабак. – Не трогайте то, что принадлежит мне. Вот теперь прониклись все и смотрели на Лиару уже иначе. То, что было нужно! Для пущего результата граф усадил девушку к себе на колени и обвил её талию, чтобы не дёргалась.

Снова пустая болтовня ни о чём и игра в покер. Оголённое плечо, мелькавшее перед глазами, не давало ему покоя. Теридан сдерживался довольно долго, но в конце концов всё же запечатлел лёгкий поцелуй на нём. На губах остался приятный вкус кожи, который он тут же слизал, поглощая в себя. Какая же она вкусная. Он прогнал из головы эту мысль, и сосредоточился на реальности. Советник что-то спросил у неё, на что та ответила, что находится здесь из-за сестры. Она злилась, и он это чувствовал. Поэтому из вредности спросил.

– А как же я?

– Ну, разумеется, ты самая главная причина, по которой я здесь, – прошипела девушка. И тут он понял, что она злится на него. С чего бы вдруг? Он не сделал ничего такого, что могло вызвать такую реакцию. Обиженный щеночек. Как это мило. Подавшись вперёд, впился в её рот, чтобы она замолчала. Девушка была сладкой, как карамель. С каждой секундой поцелуй становился более откровенным, а холодный кубик льда лишь усиливал ощущения и желание возникшее в паху. Она дрожала в его руках и с готовностью принимала его ласку. Хотя, по идее, должен был быть совершенно противоположный эффект. Но об этом граф уже подумал гораздо позже. В тот момент он мог желать только большего. Больше рук. Больше прикосновений. Большей страсти. – Остынь, – хрипло прошептал он между делом.

И она остыла. От слова совсем. Отстранилась и отвернулась от него, будто и вовсе не было этого поцелуя. Мужчине не понравилась столь резкая смена её настроения и прохлада. Это серьёзно ударило по его гордости и мужскому самолюбию. Зараза! Нужно было что-то с этим делать. Если она и дальше будет вызывать в нём такие чувства, добром это не закончится. Ведь он нарушил свои собственные правила. Граф уже как-то говорил о том, что никогда к ней не прикоснётся и только что не сдержал своё слово. Как же это глупо! Всё шло наперекосяк. И виной всему была девушка из монастыря Алой розы…


Глава 7. “По ту сторону прошлого”.


Как и ожидалось, ничего нового графу я сообщить не смогла. Короче, провал по всем фронтам. Наблюдатель из меня вышел так себе. И что странно, он даже не был зол за это. Да и вообще, всю неделю он держался отстранённо. Пара фраз-и на этом всё. В принципе, так даже лучше, но как-то непривычно. Да и хрен с ним!

Каждый день я выходила с Реми на заднюю часть поместья, чтобы сцепиться в спарринге. Вот прям чувствую, что нельзя терять форму. Но, всё-таки месяц без тренировок даёт о себе знать. Я стала более медлительной и рассредоточенной, а это верная смерть. Раньше меня бы это только обрадовало, но вот теперь особого желания умирать не возникало. Вообще, меня всё устраивало. Сыта. Крыша над головой. Да и к сексу не принуждают. Вопрос заключался лишь в том, сколько ещё продлится это затишье?

Реми была словно торнадо, сметающее всё на своём пути. Мне ни разу не удалось уложить её на лопатки, зато я оказывалась на них регулярно. По всему телу были синяки и ссадины, которые она же после и обрабатывала. Я пару раз, конечно, попыталась отказаться от её помощи, но после того, как она несколько раз скрутила мне руки, обездвиживая, бросила это гиблое дело. Нравится меня калечить, а потом лечить – не смею препятствовать!

В один из вечеров я засела в библиотеке за очередной книгой и выпала из реальности на несколько часов. Давно я их не читала. С тринадцати лет. Как же давно это было. Прошлая жизнь казалась мне сном. Таким же нереальным, как книга в моей руке. В животе заурчало, напоминая, что благополучно пропустила ужин, но тут на помощь пришла моя нянька по имени Реми. Поставив мне на колени тарелку с горячими сэндвичами, она уселась в соседнее кресло, прихватив одну из книг про оружие.

– Могу я кое о чём спросить? – листая страницы, поинтересовалась та.

– Валяй, – откусив кусок угощения, пробубнила я.

– Зачем ты пришла к воротам монастыря Алой розы? – посмотрев на меня, совершенно серьёзно спросила девушка. Скрывать в принципе было нечего, ведь я уже ему не принадлежу. Но стоит ли знать об этом Реми и Клайзу? В том, что она передаст наш разговор ему, сомнений не было. Но и я ведь ничего не теряю.

– Ты правда думаешь, что у меня был выбор? – горько усмехнулась я. Офицер посмотрела на меня с сочувствием.

– Не надо, – строго произнесла я. – Ненавижу этот взгляд.

– Хорошо, – тут же изменилась в лице та. – Что произошло?

– Я попала к работорговцам. Пробыла у них примерно месяц, прежде чем кто-то решился купить меня за три серебряника, – рассмеялась я. Веселья в моём смехе не было. Была боль и обида. – Три серебряника. За эти деньги можно купить тарелку супа в дорогом ресторане. Во столько они оценили мою жизнь. Но даже за неё меня никто не хотел покупать. Снова смех полный горечи. – Пока не появилась одна из жриц. А дальше всё и так понятно.

– Поэтому ты пытаешься свести счёты с жизнью? – как-то отрешённо спросила та.

– А ты бы смогла так жить? – знала, что она ответит “нет”. – Знаешь, скольких мне пришлось ублажать? – риторический вопрос. – Девяносто семь. Мне противно даже произносить эту цифру, а тем более вспоминать. Но и забыть этого я не могу. Понимаешь? Конечно же, нет.

– А что насчёт шрамов?

– Часть из них оставили жрицы. Самый большой достался мне от одного из лишенцев. Мне было пятнадцать, кажется. Тогда я всё ещё продолжала сопротивляться, и это его взбесило. Он достал нож и попытался вспороть мне брюхо, но жрицы вовремя подоспели и спасли мою жалкую жизнь.

– Но почему они не избавились от шрамов? – недоумевала та.

– Потому что не могли, – ответила и призадумалась, стоит ли продолжать говорить. Реми не торопила. Просто в ожидании придвинулась ближе. – Обещай, что не расскажешь Терну.

– Я могила.

– Ты что-нибудь слышала о попаданцах? – начала издалека. Дождавшись ошалевшего кивка, продолжила. – Я одна из них. Такие как я, плохо поддаются магии, потому что в моём мире её попросту нет. Почти. В тринадцать, возвращаясь из школы, на меня набросились двое мужчин. После удара по голове я отключилась и очнулась уже в клетке, где работорговцы держали людей для продажи.

– Что это за мир? – заинтересованно поинтересовалась Реми.

– Мир? – удивилась я. – Понятия не имею. У людей оттуда нет такой информации. Мы почти ничего не знаем о нашей солнечной системе, что уж говорить о других мирах. Большинство вообще думает, что они единственные во вселенной.

– Ваш мир похож на наш?

– Абсолютная противоположность.

– Тебя там ждут? – тихо спросила девушка.

– Я не знаю, – честно призналась я. – Меня воспитывали дядя и тётя. Прошло уже много лет. Я даже не знаю, живы ли они ещё.

– А где родители?

– Погибли в автокатастрофе, когда мне было восемь.

– Мне очень жаль, – растерянно произнесла та, коснувшись моей руки.

– Мне тоже.

– А что такое автокатастрофа?

– М-м-м, – протянула я, не зная как правильно объяснить. – Думаю, что такое катастрофа объяснять не нужно, а вот что касается авто – это транспортное средство, наподобие экипажа, вот только движется не при помощи лошадей, а при помощи двигателя, встроенного вовнутрь. Короче, это сложно объяснить.

– Ты хочешь вернуться?

– Не знаю. Я изменилась. Мир, должно быть, тоже.

– Теперь мне всё понятно, – неожиданно раздался голос Клайза. Я в ужасе вскочила с кресла, а тарелка, лежавшая на моих коленях, полетела вниз, эхом разнося по комнате звук разбитого стекла. Мужчина отделился от стены и, выйдя из темноты, остановился в нескольких шагах от меня.

– Сколько ты успел услышать? – сглотнув, спросила я.

– Всё.

– Ты не тронешь её, – рявкнула Реми, загораживая меня от него.

– А вот это не тебе решать, – в тон ей, ответил граф. – Отойди.

– Нет.

– Дура, – разозлился тот и оттолкнул её в сторону, хватая меня за руку. Я попыталась вырваться, но он держал крепко. – Не забывайся, Реми. Она принадлежит мне, – сказал и, не дожидаясь ответа, потащил меня к выходу из библиотеки.

Я еле поспевала за ним, но продолжала идти, пересказывая через пару ступенек. Он привёл меня в свои покои и с грохотом закрыл дверь. Я подпрыгнула от этого звука и отошла от разъярённого мужчины на пару шагов. Как он поступит со мной, узнав правду, я не знала, и это чертовски пугало. С одной стороны, я ведь хотела смерти, а с другой, была к ней не готова. Теперь. Он был в ярости. Я это видела в его глазах и в метаниях по комнате. В эту самую секунду он решал мою судьбу. Время шло, но ничего не происходило. Клайз только и делал, что безмолвно бросал в меня молнии, заставляя нервничать ещё больше.

– Скажи уже хоть что- нибудь! – прокричала я, теряя терпение. Теридан остановился и гневно глянул в мою сторону. Потом сорвался с места, подошёл к прикроватному столику, схватил какой-то лист бумаги и снова вернулся ко мне.

– Знаешь её? – спросил тот, выставив фото перед моим лицом. Это была девушка лет восемнадцати. Чёрные прямые волосы, собраны в высокую причёску с множеством шпилек. Карие, медовые глаза и тонкие черты лица. Сестра графа. В этом сомнений не было. И её лицо было смутно знакомым. Попыталась вспомнить, но это давалось с большим трудом.

– Я видела её. Кажется. Но не могу вспомнить где и когда, – честно призналась я. – Что с ней случилось?

– Она пропала одиннадцать лет назад, – прорычал тот. Примерно тогда же, я попала в этот мир. – Верно. Тогда, когда появилась здесь ты. – прочитав мои мысли, заявил мужчина.

– Винишь в этом меня? – удивилась я, не понимая своей причастности к этому.

– Да, чёрт возьми! Я виню тебя! – сорвался на крик тот. – Не знаю как, но это связано с тобой! С первой нашей встречи всё пошло наперекосяк!

– Да ты охренел! – устала от обвинений я. – Ничего, что это ты притащил меня в этот дом! Ты сделал меня своей рабыней! И это ты, грёбаный ублюдок, продолжающий винить во всём других!

– Иди. В свою. Комнату, – зло прорычал Клайз и вышел. Я же поступила иначе. Выскочила следом за ним, намереваясь расставить все точки над “i”. Пришлось бежать, чтобы догнать его, путаясь ногами в подоле длинного платья. Выскочив на улицу, он направился к конюшням, ну а я следом за ним. Терн вывел из стойла вороного жеребца и вскочил на него, не заморачиваясь с седлом.

– Нам нужно поговорить! – вслед ему прокричала я, но ему было глубоко начхать на мои слова.

Глядя на удаляющийся круп лошади, обдумывала как поступить. Схватив поводья первой попавшейся лошади, с горем пополам вскарабкалась на её спину и направила вслед за мужчиной. Задница моя сказала пока! Ездить верхом я умела, но практиковалась нечасто, поэтому теперь страдала. Дистанция между нами была огромной, поэтому пришлось надавить на шенкели. Лошадь ускорилась, сокращая расстояние. Граф мчался в сторону свободных земель, где на десятки километров растянулся луг и небольшая речушка. Со зрением у меня и без того не всё в порядке, да и ночь уже совсем скоро вступит в свои права, поэтому сосредоточено пыталась не упустить мужчину из виду.

Спустя полчаса безумной скачки, мне-таки удалось спешиться и позволить лошади отдохнуть. Терн стоял у кромки воды, сцепив руки в замок на голове, и вглядывался в ночное небо. По его позе поняла, что он ещё не пришёл в себя, но и оттягивать разговор не собиралась. Подойдя к нему, развернула к себе и вдохнула поглубже, приготовившись к разносу.

– Мы обсудим всё здесь и сейчас! – поставила перед фактом. – Объясни, что вообще происходит? Чего мне ждать от тебя?!

– Какого демона ты пошла за мной?! – прокричал тот, подойдя вплотную ко мне. Так, что моя грудь упиралась в его живот. Скала, а не мужчина. – Я не хочу тебя видеть!

– А придётся! – рявкнула я. – Я твоя рабыня, не забыл?

– Хочу придушить тебя собственными руками, – прошипел Клайз, морщась от злости.

– Валяй. Если от этого тебе станет лучше, – равнодушно произнесла я, разведя руки в стороны. – Но мы ведь оба знаем, что ты этого не сделаешь.

– Я ненавижу тебя.

– Взаимно.

– Боги, почему ты? – как раненый зверь взревел тот, отпрянув от меня.

– Ты ведёшь себя так из-за сестры? – спросила, пытаясь понять смысл его поступков. – Расскажи мне! Я готова помочь, но ты должен мне всё объяснить.

– Да что тут объяснять?! – снова проорал мужчина, повернувшись ко мне. – Она пропала тогда же, когда появилась здесь ты! Нетрудно догадаться, что торговля людьми осуществляется в двустороннем порядке. А это значит, что Халису могли обменять на тебя! На тебя! Понимаешь ты это, чёрт возьми?! – я впервые видела его в таком состоянии.

Он был сломлен. Столько боли и отчаяния в голосе, что меня пробрало до дрожи. Пусть он и винил во всём меня, но я понимала его. Говорить что -либо не спешила, давая ему возможность выговориться. – Родителей я не мог вернуть, но её я должен был защитить! Уже одиннадцать лет я ищу её по всему миру и всё безрезультатно. Я даже не знаю, жива ли она! – граф обессиленно рухнул на землю, пряча лицо в ладонях. Сколько же он сдерживался, если случился такой сильный откат? Мне были понятны его чувства, поэтому сделала то, чего всегда хотела для себя.

Подойдя к нему, присела на колени и обвила его шею руками. Теридан вздрогнул, но не попытался оттолкнуть. Напротив, убрал ладони от лица и перехватил мою спину своими лапищами, зарываясь носом в мои волосы. Сжимал он довольно сильно, но я терпела. Я не знала, как правильно утешать, но подумала, что это поможет. Одной рукой гладила его по голове, а второй- по напряжённой спине. Не знаю, успокаивало ли его это, но лично я перестала ощущать угрозу исходящую от него.

– Как твоё имя? – тихо спросил он.

– Ты же знаешь, – удивлённо произнесла я.

– Не будь дурой, – прорычал граф, всё ещё упираясь носом в мою шею. – Я говорю о настоящем имени. – Зачем ему его знать? Что это изменит?

–Кайета Тейс, – неуверенно произнесла я, ожидая реакции.

– Кайета, – задумчиво протянул тот, оторвавшись от меня. – Красивое имя. Мне понравилось, как звучит моё имя из его уст. Как же давно его никто не произносил. Мне тоже нравилось это имя. Его дал мне мой отец. Снова грустные воспоминания лезут в голову.


Стрела просвистела у самого уха и вонзилась в плечо мужчины. Я ошалевше уставилась на перья, не понимая, что только что произошло. У меня ступор. Хорошо, что у графа железная выдержка, и он реагировал гораздо быстрее меня. Миг – и я оказываюсь лежащей на сырой земле, придавленная его телом. Очередной свист над нашими головами. Обломав хвост стрелы, он поднялся на ноги, осматривая территорию. Я смотрела на него снизу вверх, такого напряжённого и сосредоточенного, и до меня начало доходить. Это нападение! Вскочила, но меня тут же задвинули за спину.

– Что ты делаешь? – рявкнула я, не понимая, зачем он закрывает меня собой. – Ты должен защищаться себя, а не меня!

– Помолчи, – приказал тот, и тут я увидела пятерых всадников, движущихся в нашу сторону. Лошади, ощущая угрозу заржали, и встали на дыбы. Теридан посмотрел на меня, и, кажется, мы поняли друг друга. Вскочив на лошадей, помчались в сторону владений графа. В более защищённую деревьями местность. Всадники следовали за нами неотрывно, продолжая нагонять. Петляя между можжевельником, старались оторваться от погони, но это было не так- то просто. Животные гнали на пределе. На шкуре выступили капли пота, оттого усидеть на движущейся спине становилось всё труднее.

Несколько поворотов, и я лечу на землю, сильно ударившись головой. Моя лошадь, потеряв своего всадника, громко заржала, тем самым привлекая внимание графа. В глазах противные мушки после удара, но я кое -как смогла подняться, чтобы увидеть приближение незнакомцев. В таком состоянии влезть на коня я попросту не смогу: тело всё ещё болит после падения. Остаётся только достойно встретить своих противников. Однозначно, ни я их цель, но портить жизнь Клайзу могу только я. А значит, сдохну, но позволю им насладиться этим.

Остановившись в нескольких метрах от меня, пара всадников спешились и направились в мою сторону. Почему они не последовали за графом? Обдумать это мне никто не дал. Пришлось уклоняться. Меч разрезал воздух сначала с левой, а затем и с правой стороны. Крутанулась и вонзила в шею незнакомца обломок стрелы, который предусмотрительно подняла с земли, когда Клайз его выбросил. Незнакомец захрипел и, зажимая рану руками, рухнул на землю. Второй из них не заставил себя ждать и уже нацелил лук в мою сторону, но тут меня обхватили сильные руки, уводя в сторону от стрелы, которая пролетела у моего лица.

– Глупая! – рявкнул Теридан, снова закрывая меня собой. – Лезь на коня и скачи в поместье.

– И пропустить всё веселье? – под действием адреналина возмутилась я. – Нет уж. Давай договоримся, если сегодня не сдохну, то перестану предпринимать попытки суицида.

– Сейчас не время обсуждать подобное! – резко осадил меня тот, уворачиваясь от очередной стрелы. – Но идея мне нравится.

– Вот и договорились. – произнесла я и помчалась на одного из незнакомцев.

Теперь они все были на земле и пытались нас прикончить. Мне удалось выхватить меч у одного из убийц, что весьма увеличило наши шансы остаться в живых. Звук лязга металла был прекрасен. Мне нравилось оружие. Его холод и тяжесть в руке. В очередной раз схлеснув клинки, толкнула незнакомца назад и поднырнув под его рукой, прошлась лезвием по его животу. Правда, досталось и мне. Глубокий порез на плече, из которого тут же потекла горячая кровь. Смахнув её с ладони, повернулась в сторону графа и увидела, что он уже расправился с остальными. Вытащив меч из горла лежащего на земле мужчины, он обтёр его о рукав рубашки и направился в мою сторону. Выглядел он эпично. Весь в крови. С убийственным взглядом и оружием в руке. Таким я видела его впервые и мне, кажется, это нравилось.

– Твоё плечо, – подойдя ко мне, произнёс тот, хватая за предплечье.

– Не смертельно, – пробубнила я, сбрасывая его руку. – Ты как?

– В норме, – коротко ответил Клайз и пошёл к лошадям. – Заберём их с собой. Он начал подводить их к своему жеребцу и связывать поводья между собой.

Закончив, влез на коня и направился в сторону поместья. Мне же оставалось только следовать за ним. Двигались в абсолютной тишине. Обсуждать произошедшее ни у кого из нас не было ни сил, ни желания. Из рощи доносились голоса ночных птиц и шуршание проснувшихся зверьков. Однобокая луна ярко освещала наш путь. Кажется, я переоценила свои возможности. Кровь продолжала литься и не думала останавливаться. Сил с каждой минутой становилось всё меньше, а веки налились тяжестью. Сообщить о своём состоянии графу я, как вы сами понимаете, и не подумала. Пусть мы и нашли компромисс, но жаловаться не стану. Поэтому стоило въехать во владения Клайза, свалилась с коня прямо в руки офицера. Она уложила меня к себе на колени и провела по лицу прохладной ладонью. Тут же раздались громкие причитания Морганы и Сельвии: “Мой господин! Что произошло?”. Я Поморщилась от их криков, а были бы силы, зажала бы уши руками.

– Как она? – раздался над головой голос Фанисы. Неожиданно.

– А тебе есть до этого дело? – грубо спросила Реми. Что они не поделили?

– Не будь такой, – обиженно произнесла блондинка. – Мы, вроде как, когда-то были сёстрами. К тому же, она единственная адекватная здесь, – повернувшись в сторону наложниц, пробубнила Фиса. С этим было трудно не согласиться.

– Ладно, – сдалась Реми. – Помоги мне отвести её в комнату.

Подхватив меня с обеих сторон, девушки направились в сторону входной двери. Даже несмотря на поддержку, меня шатало в разные стороны, как маятник. До покоев мы добрались не то чтобы быстро, но без происшествий. Разорвав рукав моего платья, офицер начала осматривать рану, отдавая приказы наложнице. Та без пререканий выполняла все поручения и, вообще, была до жути мила. Что это с ней? Смыв влажной тряпицей кровь, Реми прижгла рану, чтобы остановить кровотечение, и туго перевязала плечо. Уходить они не собирались. Расселись на моей постели, неотрывно глядя на меня. Чего они ждут? Как оказалось, они ждали подробный рассказ о том, что произошло. Подробностей ни я, ни граф не знали, поэтому рассказала то, в чём была уверена. На нас напали. Пятеро. Кто – не известно.

Кожа после бешеной скачки и нескольких падений была липкой и грязной, поэтому с помощью девушек смогла принять душ и переодеться в ночную рубашку. Офицер так же расспрашивала о том, почему мы вообще покинули поместье и не причинил ли мне боль граф. Я отделалась, сказав, что нам просто нужно было проораться и объяснила, что мужчина ничего мне не сделал. Девушка заметно выдохнула. Почему они обе ведут себя так странно?

Спросить об этом не успела, так как в комнате появился Терн, с висевшей на его локте Морганой. Пиявка присосалась довольно крепко и ни в какую не хотела отпускать своего господина. Это выглядело настолько глупо и смешно, что я чуть было не рассмеялась в голос. Девушки были со мной солидарны. Горгона метала молнии, наглядно демонстрируя окружающим, что ни за что не отдаст Терна мне. А он мне нужен? Следом за ними появился и целитель.

– Как ты? – подходя ближе, поинтересовался Дориан.

– Жить буду, – коротко ответила я, приготовившись к сканированию.

– Совершенно точно, – тепло улыбнулся тот, прикоснувшись ладонью к моему лбу. – Ты потеряла много крови, но восстановишься довольно быстро. Пару дней никаких нагрузок. Это я о ваших с офицером тренировках. И такой взгляд на Реми. – У девчонки много подкожных гематом. Ты мужик что ли?

– Это просто ты нежный, как девица, – ехидничала та. – Ладно. Я поняла.

– Господин, – тихо произнесла Фаниса, и все почему-то напряглись. – Я должна вам кое-что сообщить.

– Говори, – кажется, граф подозревал, что ничего хорошего он не услышит, потому как его лицо стало злым. Ну, в смысле ещё злее, чем обычно.

– Допросите конюха, – как гром среди ясного неба, заявила та. – Всю неделю он вёл себя странно. Куда-то исчезал, а после возвращения дёргался от каждого шороха. Мужчина чуть не рычал. И непонятно, что его больше злило. – Простите, что не сказала раньше. Я не была уверена.

– Как ты могла о таком смолчать? – возмущённо прокричала Моргана.

– Помолчи, – осадил её тот и, сбросив руку со своего локтя, отошёл на несколько шагов. Наложница надулась как рыба ёж, но возразить не посмела. Ещё бы! – В будущем не поступай так глупо и сообщай обо всём сразу, – строго наказал тот.

– Дагер, приведи его ко входу.

Откуда ни возьми появившийся начальник стражи поклонился и поспешил выполнить приказ.

– Брат, я с тобой, – вскочив с кровати, прокричала Реми.

– Брат? – удивлённо переспросила я, на что та лишь пожала плечами и выскочила из комнаты вслед за Дагером. – И чего я ещё не знаю? – риторически поинтересовалась я, откинувшись на подушки.

Целитель подошёл к окну, чтобы видеть, когда подведут конюха, и встал в пол-оборота. Сложив руки на груди, он постукивал указательным пальцем по губам, следя за тем, что происходит на улице и за нами. Загадочно так следил. К этому взгляду ещё можно добавить ненависть Горгоны, которая метала молнии в мою сторону, а мои нервы и так на пределе.

– Фаниса, не подскажешь, кто столкнул меня с лестницы? – я знала ответ: Реми узнала обо всём в тот же день. Правда, поквитаться не успели. Но граф -то не был в курсе этого инцидента. А вот не надо было меня злить!

– Это была Моргана, – буднично произнесла блондинка, поворачивая голову в сторону наложницы. Та побледнела и неосознанно сделала несколько шагов назад.

– О чём вы говорите? – не понимая, поинтересовался Клайз

– А ты не в курсе, что твоя “подруга” чуть не свернула себе шею? – с издёвкой спросил Дориан.

– Зато, я смотрю, ты был в курсе, – зло произнёс мужчина, подходя к целителю. – И смолчал.

– Докладывать тебе не моя обязанность, – продолжал издеваться тот. – О, твоя аура сейчас чернее тучи. Завораживает.

– Зачем ты это сделала? – не глядя на девушку, спросил Терн. Она дрожала от страха, но продолжала стоять на месте, не пытаясь сбежать. – Говори правду.

– Я хотела её проучить, – тихо произнесла Горгона и тут же начала оправдываться. – Мой господин, она ведь дикая и совершенно вас не слушается. Да и к нам относится неуважительно. И вот с этим недоразумением спал Клайз? Мерзость!

– Фиса, укуси её, – зевнув, попросила я.

– Ты серьёзно? – подняв руки к лицу, демонстрируя браслеты, спросила та. Ну да, попадос! Она не обиделась на мои слова, потому как тоже решила поиздеваться над девушкой. – Но мы можем попросить об этом Реми.

– Сомневаюсь, что дело закончится одним укусом, – многообещающе протянул Дориан. Кажется, Моргана бесила не только меня.

– Тиама, отведи её в комнату и запри дверь. Разберусь с этим завтра, – раздался злой приказ графа. Тут же появилась экономка и, подхватив наложницу под руку, вывела в коридор. И откуда эта старушка вечно выскакивает? Она что, призрак? – Дориан, ты идёшь со мной.

Мужчины покинули мои покои, оставив нас наедине. Нетрудно было догадаться, куда они направились, а так как мы обе хотели знать, чем же закончится беседа с конюхом, вскочили с постели и прилипли к прохладному окну.

Дагер и Реми держали мужчину с обеих сторон, ожидая, когда появится граф. И он не заставил себя ждать. Клайз был в гневе. О чём свидетельствовала его тяжёлая поступь. Остановившись рядом со своими людьми, он начал что-то говорить, но мы не могли разобрать. Оставалось лишь догадываться. Но, судя по выражению лица конюха, то, что сказал ему граф, его напугало. Это и понятно. Шутки с ним плохи. Насколько я понимала, признаваться в чём бы то ни было мужчина не собирался. А вот это он зря! Следующий шаг Терна был предсказуем. Монеты, заставляющей говорить правду, у него разумеется с собой не было, но, как оказалось, она ему и не требовалась. Щелчёк пальцев, и конюх хватается за горло, жадно хватая губами воздух. В том, что это влияние Клайза, сомнений не было. Но как? Мне уже известно, что он маг, артефактор и, вообще, не совсем прост, но о способности, лишающей воздуха, мне не было известно. Конюх упал на колени. Вены выступили на шее и висках. Ещё немного, и он просто умрёт. О чём вообще думает Клайз? Но, как оказалось, я зря переживала. Мужчина выставил руки перед собой, подав знак, что готов говорить. Снова щелчёк пальцев- и он сгибается в попытке отдышаться. Он что-то говорит, и лицо графа мрачнеет. Кажется, ему поведали то, о чём он уже догадывался, но не был готов услышать. Выхватив меч из ножен Дагера, он одним взмахом срубил голову конюху, окрасив брусчатку в багряный цвет. Стряхнув кровь, он вернул клинок, развернувшись направился в сторону входа. Но не дошёл. Остановился под моим окном и резко поднял голову, уставившись на меня.

– Кажется, это как-то связанно с тобой, – подала голос Фиса. И я была с ней согласна. С чего бы ещё ему так на меня смотреть? Всё это очень странно.


Глава 8. “Странности продолжаются”.


К концу следующей недели события и вовсе приняли неожиданный оборот. О том, что поведал графу конюх, мне было неизвестно, и сколько бы я ни пыталась расспросить о деталях у Реми, она всегда отвечала отказом. Но мы сейчас говорим о переменах. И первая из них связана с Морганой. Наказанием за содеянное для неё стала ссылка в родные земли с прекращением финансирования. Как оказалось, её семья была в должниках у графа и, чтобы остаться на плаву и не обзавестись врагом, они предложили в качестве оплаты долга свою дочь. Девушка была влюблена в него, поэтому только обрадовалась обмену. Клайзу это было никчему, но он решил пойти на сделку. Ведь нельзя отрицать тот факт, что девушка была красива. Да и к тому же невинна.

Отсылал он её не из-за большой любви ко мне, просто граф понял, что ревность Морганы зашла уже слишком далеко. Он закрывал глаза на мелкие выходки, но попытка убийства – это уже слишком. И это понимали все. Девушка плакала, падала на колени, умоляя простить её, вот только мужчина был непреклонен. Тем же вечером после принятия решения прислуга собрала её вещи, и уже утром экипаж двинулся в сторону земель Хирсов.

Второй же новостью было принятое решение, что на границы империи отправится Клайз. Император прислал письмо с известием, что несколько дней назад был созван совет, на котором все единогласно выдвинули его кандидатуру. Лично мне, многое было непонятно, поэтому решила уточнить некоторые детали.

– Как так вышло, что никто не проголосовал против?

– У них не было выбора, – равнодушно ответил Теридан, записывая что-то в блокноте. – Я подготовился основательно.

– Ты сейчас говоришь о том, что подкладывал меня под баронов, графов и маркизов только ради этого? – вспылила я.

– Ну да. Их жёны в хороших отношениях с супругами высших чинов, тех самых, что и заседают в совете. Обиженные на своих мужей графини и баронессы, нашёптывали им моё имя, но а те, тем временем, озвучивали своё мнение супругам. Не стоит забывать, что в империи в основном власть принадлежит женщинам, так как их численность в десятки раз превышает численность мужчин. А это значит, что высшие мужи- ничто без своих жён.

– Не проще ли было напрямую попросить об этом императора? – не понимала его логики я. – Вы, как мне показалось, довольно близки.

– Нет. Миллиорн ничего об этом не знает. Поэтому и пришлось действовать осторожно.

– А в чём истинный смысл всего этого? Зачем тебе это было нужно?

– В последнее время слишком много прорывов, – отложив в сторону блокнот, ответил мужчина. – Из разных миров лезет всевозможная дрянь, а также пропадают люди.

– Хочешь найти сестру, – закончила за него, уловив смысл. – Но почему император не должен об этом знать?

– Потому что он запретил мне любые поиски Халисы, – рявкнул тот, глядя мне в глаза. Кажется, на моём лице застыл вопрос: “Почему?”, потому как он продолжил. – Я перестаю отдавать отчёт своим действиям. Я схожу с ума.


Граф.


Письмо от императора пришло не одно. Во втором было приглашение на бал в честь дня рождения Милании и записка со всего одним предложением: “Завтра на нашем месте.” Мужчина понимал, что предстоит серьёзный разговор и готовился к нему. Они друзья с детства, но не стоит забывать о том, что Миллиорн, в первую очередь, император. Тес-Сайтер и Клайзы испокон веков были как одна семья. И это вовсе не навеянные предками устои – это скорее на интуитивном уровне. И те и другие, могли доверять лишь друг другу. От этого и образовалась столь мощная связь, сохранившаяся до нынешнего времени. Правда, как говорится, в семье не без урода. У императора есть младший брат, который водил дружбу с представителями других знатных родов и не признавал дружбы с Клайзами. Всегда держался обособленно от других, делая гадости из–под полы. Дамъен ревновал своего брата к Теридану, из-за чего регулярно случались драки. Правда, повзрослев, он всё чаще пропадал за пределами империи, и старая вражда сошла на нет. Но всегда возвращался, если появлялся повод. И день рождения принцессы – тот самый случай, а значит, им придётся столкнуться вновь.

Место, в котором была назначена встреча, – это охотничий домик в лесу, который друзья начали строить ещё в детстве. О нём никто не знал, поэтому мужчины часто собирались в нём, чтобы обсудить важные дела или просто расслабиться, насладившись лесным воздухом. Как и всегда, Миллиорн поджидал графа сидя на ступеньках у входа, задумчиво глядя в даль.

– Давно ждёшь? – подойдя, поинтересовался Клайз.

– Со вчерашнего дня, – протянул тот, переведя взгляд на друга. – Хотел побыть один.

– Могу понять.

– Идём.

Охотничий домик был небольшим. Всего две комнаты. Гостиная, которая являлась и прихожей, и спальней, и ванная. Из мебели здесь были лишь пара кресел, стол, книжный шкаф и камин. Стеллаж с оружием и напитками. В общем, всё просто. Без привычных им удобств и дорогого оформления. Здесь даже не было кровати. Они всегда спали на шкурах у камина. Это место было для души.

Близилась ночь, поэтому брёвна лениво потрескивали в огне, даруя тепло и приятный запах дерева. Император подошёл к стеллажу с напитками, достал одну из бутылок бренди и, плеснув жидкость в оба стакана, вернулся к графу, который сидел в одном из кресел.

– Хорошо, что ты сохранил этот дом, – протягивая стакан Клайзу, произнёс Миллиорн. – Навевает воспоминания о прошлом.

– Верно.

– Сегодня годовщина смерти твоих родителей, – тяжело вздохнув, произнёс тот.

Да, сегодня, действительно, был тот самый день. Теридан никогда не забывал об этом, но за эти одиннадцать лет они никогда не обсуждали это. Друг не настаивал на разговоре, а граф попросту не знал, что сказать. Слишком много боли внутри. И её не становится меньше с годами. Засыпая каждую ночь, он видел перед собой разорванные тела отца и матери и слышал крик о помощи сестры. Это сводило его с ума, и он не знал, как это остановить. Одиннадцать лет… Тогда он думал совершенно о других вещах. Планировал обзавестись семьёй и, наконец, принять предложение императора стать его правой рукой. Прожить, в конце концов, счастливую жизнь. Но всё пошло наперекосяк.

– А так же в этот день пропала Халиса, – продолжил давить на больную мозоль тот. – Не хочешь мне ничего сказать?

– О чём ты? – грубо спросил Терн.

– Ты правда считаешь, что я настолько глуп и не замечу твоего странного поведения? – поинтересовался Мил. Граф не спешил отвечать, так как не знал, что известно его другу. – Вся эта ерунда с советом, где все проголосовали в твою пользу. Твои постоянные вылазки за границу империи. И больше всего раздражает то, что ты скрываешь это от меня.

– Ты не оставил мне другого выбора, – сухо ответил мужчина.

– Продолжаешь поиски сестры? – в лоб спросил император.

– Я никогда не перестану это делать! – рявкнул тот, теряя терпение. – И ты это знаешь, как никто другой. Мне плевать, что ты думаешь по этому поводу, но я найду её. Живой или мёртвой!

– Глупец! – с грохотом опустив стакан на стол, так, что жидкость расплескалась по полированной поверхности, воскликнул правитель. – Я лишь хочу защитить тебя! Это моя прямая обязанность, как императора!

– Что ты хочешь этим сказать? – не понимал граф. Дружба и всё такое, с этим понятно, но за словами Миллиорна определённо скрывался иной смысл.

– Ну да, откуда тебе знать, – устало произнёс мужчина, откинувшись на спинку кресла. – Родители не успели поведать тебе о истинной связи Тес-Сайтер и Клайзов. Терн напрягся. Он не представлял, о чём ему собирается поведать Мил, и это пугало. Какую тайну хранит эта связь? Проблем и так слишком много и сейчас обрушится очередная, в этом сомнений не было.

– Твоя кровь. Что? Неужели он знает?

– Она мощнейшее из оружий этого мира. Именно она делает императорскую семью сильнейшей среди всех. И именно благодаря ей мой род всё ещё при власти.

Граф был в шоке. Всю свою жизнь он тщательно скрывал способность своей крови от других, старался не выделяться в Академии магии, да и вообще, старался не использовать силу в полном объёме, чтобы им не заинтересовались. А как оказалось, императорская семья знала обо всём с самого начала и держала его подле себя, как скот. Выходило, что и дружба между ними была фальшивой, построенной только на желании обладать его кровью? Нет, в это он не мог поверить. Они прошли огонь и воду, сражались плечом к плечу – не мог Миллиорн так поступить! Хотя на предательство способны все, даже самые близкие.

– Ты поэтому собирался жениться на Халисе? – разбито поинтересовался Клайз, сжимая в руке стакан.

– Да, – признался император. – Её кровь дала бы сильнейшее потомство, не требующее вливания вашей крови.

– И до этого додумался только ты? – ещё больше разозлился Теридан. Ему было противно слышать подобное от человека, которого он привык считать братом. – Почему до этого никому не пришло подобное в голову?

– Пришло. Но никто до Халисы не желал становиться императрицей, – спокойно ответил Мил, не смотря на то, что видел, как хреново сейчас его другу. – Клайзы всегда были против высокого поста. Твои предки говорили, что власть испортит их кровь и затуманит разум. А мы уважали их выбор. – отпив из стакана, он продолжил. – Халиса сама предложила нам это. Твои родители были в курсе, но не успели сообщить все тонкости, так как твоя инициация крови затянулась.

– То есть, ты использовал меня? Меня и мою семью? – всё-таки раздавив стакан в руке, прорычал граф. Тёплая кровь потекла по ладони, срываясь крупными багряными каплями вниз. Он был в бешенстве. Ему было больно. Начало тошнить от отвращения к самому себе. Ни он сам, ни его жизнь не имели ценности – только его кровь и кровь его предков. – Вы же кричали о братстве! Вы говорили, что готовы отдать жизни за мой род. А всё дело в крови, которая позволяет вам удержаться на троне!? – вскочив с кресла, мужчина начал выхаживать по крохотной комнате, пытаясь совладать с эмоциями. Но выходило чертовски плохо.

Он начинал снова сходить с ума. Граф все эти одиннадцать лет был ни жив и ни мёртв. Поставил крест на своём будущем, перестал жить настоящим и думал только о прошлом. Каждый день, словно предыдущий. Сколько раз он задумывался о смерти? И только мысль о том, что его сестра может быть жива, не давала ему возможности проститься с жизнью. И теперь тот, кому он безоговорочно доверял, оказывается использовал его для достижения собственных целей.

– Почему ты запретил мне её искать, если она так важна для тебя?! – не выдержал тот и с силой всадил кулаком в стену. Весь его мир снова перевернулся вверх дном. И кому теперь я могу доверять?! Что ещё должно произойти, чтобы добить его окончательно? Обдумать это, мужчина не смог, так как ощутил мощный удар в челюсть. Миллиорн был сильным соперником. Единственным, кто мог тягаться с силой Клайза.

– Остановись! – приказал император, бросая в руки мужчины книгу. – Это было решением твоих предков, а не моих. Твои предки предложили эту сделку, чтобы сохранить империю. Это летопись, которую вели Клайзы. Прочти, если не доверяешь моим словам.

Теридан открыл первую попавшуюся страницу и вчитался в строки. Верно, это написано его родом. Имена, указанные в тексте, были знакомы ему непонаслышке. Его предки описывали всё, что напрямую было связано с их кровью. Ритуалы, амулеты, заклинания и так далее. И самое важное, было на последних страницах. Их записала мать – её почерк, он узнает из сотен похожих. Она рассказывала о том, что старший сын всё ещё не прошёл инициацию, а дочь инициировалась уже к двадцати годам. О том, что решением семьи стало то, что Халиса вступит в брак с Милом, чтобы раз и навсегда укрепить императорский род. В общем, всё то, что уже озвучил Миллиорн.

– Я не рассказал тебе только потому, что знал, какая реакция за этим последует, – оперевшись о стену, произнёс император. – Ждал, когда ты сам начнёшь этот разговор.

– Это не отменяет тот факт, что ты предал её и использовал меня, – захлопнув книгу, тихо прошептал граф.

– Она мертва! – рявкнул мужчина. – Я отправил на её поиски лучших ищеек и всё безрезультатно. Начни уже жить дальше! – умоляюще произнёс тот. – И я никогда не использовал тебя. Возможно, отчасти так и есть, но это никак не влияет на моё к тебе отношение. Ты мой брат и лучший друг. Запомни это раз и навсегда.

– Пока не увижу её труп собственными глазами, буду думать, что у меня всё ещё есть шанс найти её, – вытирая рукавом рубашки кровь, сочившуюся из разбитой губы, уверенно заявил Клайз. – А что касается тебя, мне понадобится много времени, чтобы снова начать тебе доверять.

– Да плевать. Главное, чтобы ты окончательно не сошёл с ума, – оба мужчины понимали весь глубокий смысл этих слов.

Когда всё это случилось, Теридан действительно почти потерял себя. Семья для него была превыше всего. И когда он в одночасье лишился её, потерял над собой контроль. Знаете, что значит лишиться разума и действовать на одних инстинктах? Это значит – нести за собой только смерть и разрушение. Именно таким он и был в тот момент. Наёмники и коррупционеры заметно редели, что не могло не радовать императора, тогда ещё отца Миллиорна. Но он и весь совет понимали, что этим всё не закончится. Если его не остановить, прольётся кровь и мирных жителей.

Достучаться до его сознания смог никто иной как Мил. Другие просто не смогли бы находиться рядом с ним в момент самоуничтожения. С трудом, но он смог проникнуть в его разум и предотвратить кровопролитие. Но и этого хватило ненадолго. Теридан знал, что его друг, единственный, кто мог бы убедить его в смерти сестры, поэтому тщательно скрывал свои истинные эмоции и тайные поиски. Вот только к чему это привело?

– Я продолжу её искать. И ты меня не остановишь, – уверенно заявил мужчина, глядя прямо в глаза друга.

– Да и чёрт с тобой, – выплюнул тот, оттолкнувшись от стены. Подойдя к стеллажу с напитками, он схватил початую бутылку и припал к горлу, жадно глотая тёмную жидкость. – Делай что хочешь. С тобой моя выдержка трещит по швам.

– Рад это слышать.

– У меня есть кое-что для тебя, – загадочно произнёс император, запуская руку в карман. Вынув её обратно, он подошёл к Терну и протянул раскрытую ладонь, на которой лежало два браслета из редчайшего осмия, с чёрными камнями в нём. Внутри камней плескалась жидкость, свойства которой было не различить простым взглядом. Мужчина не был глупцом и в связи последних событий не мог так просто принять дар из рук императора, поэтому решил просканировать украшение. На первый взгляд, совершенно обычный маячок, но кровь в камнях заставила призадуматься. Родство крови, он почувствовал сразу, но чья она была? И зачем её влили в следилку?

– Какова их реальная цель? – решил спросить напрямую он.

– Просканировал значит, – усмехнулся друг. – Они настроены на тебя и Лиару. Поисковая нить всегда будет указывать путь до неё. Так, даже если она сбежит, ты легко сможешь её найти. Ах да, они не причинят ей вреда, как твои браслеты.

– Бесполезная вещь, – равнодушно пробубнил Клайз. – Чья кровь в них?

– Твоя и моя.

– Твоя? – удивился граф. – Зачем тебе это?

– Ну, я тоже смогу её найти, если вдруг тебе это будет не нужно. – лукаво ответил тот и подмигнул.

– Ты женат, – упрекнул его Терн.

– Да брось, ты же знаешь, что брак между мной и Патрисией договорной.

– Ты этого не сделаешь, – не совсем уверенно произнёс тот. – Ты никогда не изменял своей жене.

– Ну, всё когда-то происходит в первый раз, – задумчиво протянул друг.

Мужчина в очередной раз отметил, что ему не нравится, что кто-то положил глаз на его рабыню. Это злило не хуже тайны, которую Мил скрывал от него. И это снова показалось ему странным. Ведь Теридану должно быть всё равно на то, что касается Кайи. Она простая рабыня, которая совсем недавно была монастырской подстилкой-убийцей. И он должен её презирать, а не злиться от мысли, что кто-то может обладать ею. К чёрту всё!

– Делай как хочешь, – забрав с ладони браслеты, прорычал граф и перехватив бутылку у самого рта императора, сделал несколько глотков, обжигающего напитка.


Поместье Теридана орд Клайза.


На графство Клайдшир опустилась ночь. Всё вокруг погрузилось в синеватый лунный свет. Запах был свежим и чистым. Даже слегка промозглым, что сулило о начале осени. Совсем скоро деревья и трава окрасятся в золотистый цвет и наступит время проливных дождей. Я не любила осень. Из-за золота вокруг, сырости и прохлады. В этот период из меня будто вытягивают все соки, и не остаётся никаких эмоций, кроме апатии. Радости в моей жизни и так нет, но вот осенью становится ещё хуже, чем обычно.

Спать совершенно не хотелось, поэтому, как привидение, блуждала по коридорам поместья, укутавшись в тёплый плед. Все давно спали, одна я не могла найти себе покоя. Беспорядочные мысли лезли в голову, не давая сомкнуть глаз. С появлением в этом доме я всё чаще думала о родном мире. О том, как там сейчас? Живы ли кто-то из моих родственников и вспоминали ли они обо мне? О родителях, лица которых потускнели со временем. О вещах и книгах из прошлой жизни. И о самой себе.

Как же были не правы романисты-фантасты, описывая иные миры и жизнь по ту сторону. Нет здесь единорогов, радужных пони и не нужно спасать мир. Зато есть принцы. Правда, они не придут к тебе на помощь. Не вырвут тебя из цепких лап смерти и не поведут под венец. Они запрут тебя в камере, сделают своей рабыней и будут использовать, как расходный материал.

– Вот ты где, – раздался впереди хриплый голос.

Я оторвала взгляд от пола и увидела Клайза, который следил за мной, привалившись к стене у двери своих покоев. Он был растрёпан и определённо пьян. О чём свидетельствовали его блестящие глаза и бутылка в правой руке. Волосы взлохмаченные и непослушно падают на лицо. Чёрная рубашка расстёгнута наполовину, открывая грудную клетку. Рукава той же рубашки закатаны до локтей, демонстрируя красивые руки с выступившими венами. В правом уголке губ пятно запёкшейся крови. Где он, чёрт возьми, был?

– Тебе бы поспать, – проходя мимо, в сторону своих покоев, произнесла я, повыше натягивая плед.

– Я здесь как раз за этим, – криво усмехнулся тот и, оторвавшись от стены, схватил меня за руку, затягивая в свою комнату.

Я попыталась высвободиться, но чёртов плед мешал. Да и руки мужчины уже вовсю обвивали меня, прижимая к резной двери. Похожая картина была в холле, но тогда он хотел меня убить, а сейчас – сейчас я не знала, чего от него ждать. Приглушённый свет ночных ламп как раз располагал к перепихону, которого я, всеми силами, должна избежать. Уже собралась возмутиться и даже открыла рот для этого, но его тут же закрыли, грубо вторгнувшись в его пространство. Поцелуй не был нежным, как в прошлый раз, в игровом доме. Он был жадным, лишающим возможности нормально дышать. Сминающим губы до красноты и дурманящим разум.

– Что ты делаешь? Остановись, – задыхаясь, произнесла я, стоило ему оторваться. Его дыхание было таким же сбитым, как и моё. Приоткрытые губы судорожно ловят воздух. В стеклянных глазах зажглось адово пламя, в которых отражалось моё собственное испуганно лицо.

– Уже не смогу, – хрипло ответил тот, снова припав к моим губам. Я попыталась его оттолкнуть, но сделать это замотанной в кокон очень сложно.

–Нет, – рявкнула, прикусив до крови его нижнюю губу, и тут же ощутила медный вкус на языке. Теридан оторвался, но ненадолго, чтобы сжав зубы, со свистом втянуть воздух, а затем, прикрыв глаза, выпустить его обратно.

– Теперь точно не смогу, – прорычал тот и, подхватив на руки, потащил к кровати.

Я извивалась ужом, выкрикивала проклятия и даже пыталась кусаться, но ему было всё равно. Бросив меня на кровать, он отпил прямо из бутылки, неотрывно глядя в мои глаза, а затем просто бросил её на пол, разбрызгивая жидкость по ковру. Я снова попыталась высвободиться из пледа, но, так и не достигнув цели, была прижата к постели мужским телом. Его руки держали меня за плечи, не давая возможности выбраться из- под него, а губы уже вовсю касались кожи на шее, скуле и за мочкой уха. Я продолжала выкрикивать ругательства, просила его прекратить всё это, но он меня не слышал. Сорвал с меня злосчастный плед, освобождая руки, которые тут же связал своей, наспех сорванной рубашкой и привязал к изголовью кровати. Я почувствовала себя ничтожеством. Слабой, подавленной, не имеющей возможности сопротивляться – такой, какой была в первые годы жизни в монастыре. Горячие слёзы покатились по щекам, подтверждая моё поражение.

Распахнув полы халата, он медленно провёл ладонью от моей шеи к низу живота, касаясь кончиками пальцев моего шрама, при этом следя за движением своей руки. Кожа на местах шрамов была чувствительной, поэтому я вздрогнула весьма ощутимо. Прежде никто не смотрел на мои увечья так, как делал это сейчас граф. Он будто принимал их как часть меня, а не уродство. И уж тем более, никто не касался их. Поэтому обречённость сменилась удивлением. Я не понимала, как он может прикасаться к ним, ко мне, зная, чем я занималась до встречи с ним. Теридан уже как-то говорил, что ненавидит подобных мне и презирает. Тогда почему сейчас нависает надо мной, лаская моё тело?

Мы встретились с ним глазами. «Не отпустит»,– сразу поняла я. Остаётся только терпеть, чтобы не было так больно или же метаться по кровати, в полной мере испытывая насилие.

– Не надо, – предприняла последнюю попытку вразумить его, но взгляд Клайза говорил о том, что он для себя уже всё решил и останавливаться не намерен.

Нагнувшись к моему лицу, он снова впился в мой рот, раздвигая губы языком. Прошёлся кончиками пальцев по рёбрам, вызывая табун мурашек, заставляющих неосознанно прогнуться. Навстречу к нему. Соприкасаясь с его горячей кожей всеми выпуклостями. Роковая ошибка. Он утробно зарычал. Я впервые слышала подобный звук, и он показался мне волнительным, заставляющим вскипеть в венах кровь. Оставив губы в покое, Клайз прикусил кожу на шее, а затем вцепился зубами в мочку уха. Я снова вздрогнула, но на этот раз от необычных ощущений, которые прежде мне не доводилось испытывать. Я будто оказалась в невесомости, ощутив резкий прилив адреналина. Внизу живота что-то стянулось, и я сама натянулась, как тетива. Казалось, я превратилась в оголённый нерв и теперь любое прикосновение ощущалось совершенно иначе.

Играть дальше в "хорошего хозяина" он был не намерен. Раздвинул коленом мои ноги, приспустил штаны и, схватив за волосы, одним движением вошёл в меня. Первой мыслью было, что он разорвёт меня, но этого не произошло. Более того, не было привычной боли, точнее была лишь вначале. И вообще, моё тело как-то слишком легко приняло его в себя. И что это за влага, которую я ощущаю между ног. Что это? Кровь?

Подумать об этом он не позволил. Углубил проникновение, постепенно наращивая темп. Он продолжал держать меня за волосы, удерживая в одном положении, придерживая свободной рукой за талию. Толчки становились сильнее, а внизу живота с бешеной скоростью, затягивались узлы, заставляющие млеть от каждого движения. В какой-то момент я вскрикнула и сама удивилась этому звуку. Это был стон? Но как? Я и представить не могла, что способна издавать такие звуки, способные заставить дрожать даже меня. Но почему? Что это вообще за чувство, что я испытываю сейчас? Толчок -и снова с моих губ срывается это. Его руки повсюду. Губы и язык оставляют влажные дорожки на шее и ключицах. Его запах проникает под кожу, заставляя изгибаться к нему навстречу. Почему я испытываю подобное? Это же насилие, тогда почему мне так хорошо? Укус в шею- и это уже не стон, а крик. О, Боги! Его губы накрывают мои, поглощая очередное сочетание звуков. Он рычит, и это только добавляет остроты моим и без того смешанным чувствам. Я ненавижу его, но не хочу, чтобы он останавливался. Хочу, чтобы он освободил мои руки, но не знаю для чего именно. Чтобы ударить или чтобы вцепиться в плечи, притягивая его к себе ещё ближе. Натягиваю путы, пытаясь освободиться, но всё безрезультатно. Я снова ничего не контролирую. Да и нужно ли мне это сейчас?

Чувствую, что что-то внутри меня стремительно набирает обороты и я боюсь этого, но в тоже время хочу большего. Больше его.

– Терн, – вместе с очередным стоном протянула его имя, принимая неизбежное.

– Повтори, – хрипло попросил мужчина, целуя за ухом.

– Терн, – повинуясь секундному порыву, снова произнесла я и, наконец, ощутила то, к чему столь стремительно неслась. Яркие вспышки начали плясать перед глазами. Кожа покрылась испариной и стала сверхчувствительной. Начала бить крупная дрожь. Я тряслась не в силах вынести такую бурю эмоций, поэтому не поняла, в какой момент начала кричать. Кусала губы, чтобы заглушить стоны, но это не помогало. Поэтому я укусила его. Того, кто заставил меня пройти через всё это. Вцепилась зубами в шею, заставив его снова рычать, как зверь, и извергнуться прямо в меня. Теридана трясло не хуже моего. Он тяжело дышал и, кажется, держался из последних сил, чтобы не придавить меня своим телом. И я его прекрасно понимала. Сама была готова отключиться в любую секунду.

Но Клайз – это не я. Он-таки нашёл в себе силы подняться и, подхватив меня на руки, отнести в ванную. Я прижимались к его груди, почти засыпая. Не хотела ничего, лишь бы мне дали поспать. Ощутила тёплые капли на коже (вот только так) и не открыла глаза. Не знаю, сколько мы пробыли под душем, но я всё же уснула.


Проснулась я от назойливого солнечного зайчика, который упорно продолжал слепить даже через закрытые веки. Открыв глаза, не сразу поняла, где нахожусь. Но, увидев у распахнутого настежь окна мужчину, всё встало на свои места. Я в покоях графа. Он стоял ко мне спиной, сцепив руки в замок и неотрывно вглядывался вдаль. Я не была пьяна, чтобы на утро забыть о том, что совсем недавно делали его руки, поэтому теперь испытывала непонятные чувства.

– Уходи, – раздался злой голос Клайза. Его реакция предсказуема, но почему-то чертовски больно. Выбралась из постели и подняла с пола оставленный с ночи халат, быстро накидывая его на тело. – Насчёт прошлой ночи. Она ничего не изменит, – остановил меня тот, стоило подойти к двери смежных комнат. – Ты поп-режнему остаёшься всего лишь рабыней. То, что произошло между нами, – это ошибка. Чертовски глупая ошибка. Это омерзительно, – тяжело вздохнул граф, повернувшись ко мне. Последнюю фразу подтверждало выражение его лица. Столько ненависти и презрения. В общем, всё как обычно. – Убирайся.

Долго не заставила ждать. Открыла дверь и вошла в комнату, привалившись к ней спиной. Я уже говорила, что мне больно? Кажется, да. И это, действительно, было так. Я не рассчитывала, что после произошедшего наши отношения приобретут другой смысл, но и к такому была не готова. Даже те, с кем приходилось спать ранее, были не столь холодны на утро и не испытывали отвращение. Да, я не самая желанная из женщин, не эталон красоты, но я точно уяснила, что мужчинам становится безразлично на всё это, когда они оказываются между твоих ног. Поэтому реакция Теридана ранила не хуже ножа. Если он испытывал хотя бы часть тех же эмоций и ощущений, что и я прошлой ночью, то я просто не понимаю, как после такого можно столь сильно ненавидеть кого-то. Ну да, мне не стоило забывать о том, что я всего-навсего вещь.


Очередная неделя пролетела незаметно. Всё это время я проводила с Реми, периодически к нам присоединялась Фиса, хоть офицер и не особо была рада её появлению. Я как-то спросила, что между ними произошло, но никто мне не ответил, что в принципе было неудивительно. Сельвия после ссылки Морганы оказалась изгоем и всё чаще проводила время в своих покоях. Мне было совершенно её не жаль. Будь она умнее и не чесала бы языком, обрушивая на меня очередную порцию грязи, я, возможно, отнеслась бы к ней с снисхождением и даже позволила бы присоединиться к нашей странной компании. А так – пусть это послужит ей уроком. Уверена, она ещё будет мне благодарна.

О приглашении на бал мы узнали ещё в начале недели, поэтому были готовы к тому, что кому-то придётся сопровождать графа на приём. Фаниса всегда держалась от него на расстоянии, да и сказанные ранее слова о том, что девушка заперта в стенах поместья навечно, само собой подразумевали то, что на бал ей попасть не суждено. Да и судя по её поведению, она не сильно стремилась к этому. А вот второй наложнице очень даже хотелось. Поэтому каждый день мы наблюдали одну и ту же картину, как брюнетка вовсю обхаживала своего господина, заставляя обратить на себя внимание. Ну правда глупая! Даже я за столь короткое время уяснила, что Клайзу не нравится, когда к нему липнут. А этой хоть кол на лбу чеши! Себя, как вариант, вообще не рассматривала. После недавних событий мы с графом почти не говорили и старались не пересекаться. Всякий раз стоило столкнуться в коридоре, он награждал меня презренным взглядом и, выругавшись вслух, старался исчезнуть как можно скорее. Каково же было моё удивление, когда он приказал идти собираться мне!

Ну, я и пошла. Чего зря спорить- то? Снова мытьё, натирание, удаление и прочая нудная ерунда. Такое чувство, что я была рождена только для того, чтобы переводить на меня дорогущие средства гигиены. Ну и, конечно же, страдать. Куда уж без этого?! Выбрать для меня наряд вызвалась Фаниса. И вот не зря я беспокоилась. Она нарядила меня в кремовое платье наподобие тех, что носила сама. Воланы и рюши на рукавах. Многослойная юбка постоянно путается в ногах. Нет уж! Ни за что!

– Я не надену это! – упрямо заявила я. – Я похожа на зефир!

– Что такое зефир? – весело поинтересовалась офицер, войдя в мои покои, скрестив руки на груди. Я растерянно замотала головой, понимая, что сказала о том, чего в этом мире не существует и сообщить об этом Реми не смогу, так как мы не одни. Но этого и не требовалось: она и так всё поняла. Судя по выражению лиц собравшихся, все хотели знать, что же это всё-таки значит, поэтому нужно было что-то ответить.

– Это разновидность сладостей. Ужасно воздушный, приторно-сладкий и так нелюбимый мной.

– Если он хотя бы наполовину такой же аппетитный как ты, я бы его съела, – мечтательно протянула та.

– Тебе раньше кто-нибудь говорил, что ты очень странная? – подражая девушке, задала вопрос.

– Постоянно, – весело ответила та. Бесполезно говорить что-либо дальше. Она непробиваема.

Короче говоря, платье я выбрала себе сама. Чёрное, с одним рукавом, утягивающее в талии, а от бёдер струящееся к низу. Это платье было более откровенное, чем я носила до этого дня и обтягивало гораздо больше, чем прежде. Но смотрелось на мне оно потрясающе. Я даже удивилась. Из украшений предпочла те, что надевала впервые, оказавшись в поместье Клайза, потому как это был единственный комплект из серебра. Волосы собрала так, как чаще всего носила в своём мире: убрала в высокий хвост, украсив несколькими шпильками. Кистью для макияжа я владела так же, как и мечом, поэтому через полчаса на моём лице появились аккуратные стрелки, пушистые длинные ресницы и ярко- красные губы. Красотка. Непривычно для здешних, но и я ведь не отсюда. Реми уже давно покинула поместье, поэтому рядом находилась лишь Фиса и плюющаяся ядом Сельвия.

– Ты похожа на шлюху, – зло пробубнила она, взирая свысока.

– Верно, – равнодушно согласилась с её мнением. – И сегодня все взгляды будут прикованы ко мне.

– Не зарыла, а закопала, – буднично прокомментировала блондинка. Вообще, Фиса оказалась довольно интересным собеседником, несмотря на дефицит эмоций. Зато у неё саркастический юмор. Сельвия надула губы и, крутанувшись на каблуках, покинула гостиную, в которой мы ожидали графа.

Ждать себя он долго не заставил. Появился сразу же после ухода наложницы. Что могу сказать по поводу его внешнего вида: если бы сама лично не выбирала себе наряд, подумала бы, что нас снова собрали под стать друг другу. Чёрный сюртук с множеством серебряных пуговиц. Белая шёлковая рубашка без воротника. Чёрные, слегка обтягивающие брюки и того же черта ботинки. И лично для меня было шоком наличие красного платка в кармане сюртука и поднятые в высокий хвост волосы. Ну как так – то?! Мы даже смотрели друг на друга сейчас одинаково.

– Ну, удачи, – изогнув бровь, произнесла Фиса и поспешно удалилась. Предательница!

– Я, пожалуй, переоденусь, – тяжело вздохнув, сообщила я и повернулась, чтобы уйти.

– Не стоит,– остановил меня тот. Граф прошёлся по мне оценивающим взглядом и задержался на губах. В голову тут же полезли мысли о той самой ночи, поэтому неосознанно сглотнула. Он это заметил и поспешил отвести взгляд. – Нам уже пора.


Глава 9. “Неожиданный поворот”.


Как оказалось, ехать никуда не пришлось. У графа был камень портала, поэтому в императорский дворец мы попали прямо из гостиной. Вышли из перехода в одном из коридоров и тут же двинулись в сторону тронного зала. Пришлось взяться за локоть мужчины, что не нравилось нам обоим, но нужно было играть роль горе-любовников, придерживаясь легенды.

Перед нами распахнулась дверь, и мы вошли в залитый ярким светом зал. Он было огромным. Высокие колонны удерживали стеклянный купол, через который было видно ночное небо с множеством звёзд и полную луну. Разнообразие живых цветов в горшках и вазах. Всё из золота и серебра. Множество столов со всевозможными угощениями и напитками. Запах экзотических фруктов не могли перебить даже ароматы парфюма. Здесь собралось больше сотни людей и нелюдей. И единственное, что указывало на то, что этот вечер устроен в честь Милании, – это большое количество детей.

Официальная часть уже прошла, и все слова были сказаны, поэтому все просто наслаждались прекрасным вечером, танцами и светской болтовнёй. Клайз повёл нас прямиком к тронному постаменту, чтобы поприветствовать императора и императрицу и поздравить принцессу. Подойдя, мужчина склонился в приветственном поклоне, а я присела в положении реверансе.

– Опустим формальности, – весело произнёс правитель. – Все и так знают, что мы с тобой близки. Ни к чему эти поклоны и слащавые речи.

– Миллиорн прав. Ты наш член семьи, – уверенно заявила императрица.

– И вы никогда не даёте забыть об этом, – пробубнил граф. – Мила, у меня есть кое-что что для тебя. Мужчина запустил руку в наружный карман и вынул оттуда небольшой свёрток, протягивая его девочке. Та в предвкушении его приняла и тут же развернула. Это был кулон из белого золота с подвеской из сапфира. Я точно знала, что это не простое украшение, что и подтвердил Клайз.

– Это оберег. Он защитит тебя от опасности, и снять его сможешь только ты. Так что не бойся его потерять.

– Спасибо, дядя Теридан, – радостно прокричала принцесса и бросилась в объятия мужчины.

– Я тоже приготовила для тебя кое-что, – произнесла я, демонстрируя блестящую подарочную упаковку.

Ах да, граф интересовался им ещё в гостиной, но было достаточно сказать, что это подарок, и весь его интерес сошёл на нет. Я передала свой дар малышке, которая, нацепив на себя кулон, принялась разрывать бумагу.

– Ух, ты! – по-детски восхитилась она, глядя на картину. Я рисовала с тех самых пор, как научилась держать в руке карандаш, но после того, как попала в этот мир, не садилась за холст. Мне хотелось подарить ей что-нибудь необычное, поэтому благодаря помощи Реми, которая нашла холст и краски, я смогла осуществить задуманное. – А что это?

– Это Мини-Мауз, – улыбнувшись, ответила я. – Маленькая мышка в платье. Прямо как ты.

– Очень красиво. Спасибо, – пропищала та, демонстрируя подарок родителям.

– Довольно оригинально. У вас определённо талант, – раздался голос за спиной. Я повернулась и увидела перед собой мужчину, точную копию императора, но его волосы были медного оттенка, а глаза бледно-голубыми, словно лёд. Брат Миллиорна, в этом сомнений нет.

– Не могу не согласиться с тобой, Дамьен, – произнёс правитель, откинувшись на спинку трона.

– Красивая, молодая девушка, да ещё и талантливый, неординарный художник – такая редкость в наше время, – продолжил льстить тот. Мне определённо не нравился этот мужчина. Да и его голос мне кажется смутно знакомым. Хотя я точно знаю, что прежде мы не пересекались.

– Спасибо за комплимент, – расплывшись в дежурной улыбке, поблагодарила я.

– Не подарите мне танец? – предлагая свою руку, спросил принц. Я не знала, как поступить, поэтому повернулась к графу, чтобы получить одобрительный кивок. Ну да, веских причин для отказа нет.

– Почту за честь, – ответила, вложив ладонь в его руку.

Ухмыляясь, он вывел меня в самый центр танцевальной зоны и поклонился, публично демонстрируя мне своё почтение. Пришлось сделать тоже самое, чтобы не показаться неблагодарной. По закону жанра, мне достался самый чувственный из существующих танцев, которые выплясывали на балах. В обычном вальсе партнёр мог касаться только талии и рук, а в этом – в этом мужчины позволяли себе куда больше.

Раздались первые звуки мелодии, и он притянул меня к себе. Гораздо ближе, чем позволял этикет. Шаг назад. Шаг в сторону и поворот. Его руки, касаясь кончиками пальцев, поднимаются от бёдер к лопаткам. Наклон назад и снова прижимает к себе. Стоит ли говорить, что мне было противно? Думаю – нет. Всеми фибрами ощущала угрозу, исходящую от мужчины и ложь. Он был пропитан ею. Единственное, о чём думала в тот момент – это о том, чтобы танец поскорее закончился и я вернулась к ненавистному Клайзу. Но нет, танец продолжался. Все взгляды были прикованы к нашей паре, что неудивительно, ведь принц танцует с никому не известной девушкой. Да ещё как танцует. Обходит по кругу, не разрывая прикосновения, неотрывно наблюдая за моей реакцией.

– Какие отношения между тобой и Териданом? – между делом поинтересовался принц.

– Мы не друзья, – ответила чистую правду. – Но и не враги.

А вот здесь чистая ложь.

– Вы любовники?

– Вам лучше спросить его об этом лично, – отделалась от ответа.

– Ну, мы с ним тоже не друзья, – задумчиво протянут тот.

– Но и не любовники, – подражая ему, начала я. – Значит, остаётся второй вариант – враги.

– Не настолько критично, – наигранно оскорбился мужчина. – Просто, у нас разные взгляды на жизнь.

– Понимаю, – равнодушно произнесла я.

– Могу я рассчитывать на твоё согласие поужинать со мной? – слащаво поинтересовался Дамьен.

– Не думаю, – ответила довольно резко, чем стоило бы. Ну бесил он меня! – Это может скомпрометировать как вас, так и меня.

Слава Богам, этот чёртов танец плавно подошёл к своему финалу, и мне не пришлось больше отвечать на глупые вопросы принца. Откланявшись, поспешила удалиться, не дожидаясь его реакции на мои слова. Графа на прежнем месте не обнаружила, поэтому двинулась в сторону столов с напитками, чтобы схватить первый попавшийся фужер с игристым, жадно опустошить его, успокаивая нервы. Только это не помогало. Мне нужен был свежий воздух. Отставив пустой стакан в сторону, осмотрелась вокруг и пошла в направлении открытого балкона, который обеспечивал доступ кислорода в залу.

Лучше бы я этого не делала. Первое, что бросилось в глаза – это Клайз, целующийся с маркизой, которая пришла вместе с Дамьеном. Не он ли как-то говорил, что не поощряет беспорядочные связи? Нет? Тогда, что это сейчас было? И я солгу, если скажу, что ничего не испытывала в этот момент. Мне было обидно и неприятно видеть их вместе. Такое чувство, что меня предали. Хотя я и понимала, что это глупо. Кажется, воздухом я уже надышалась, поэтому поторопилась покинуть балкон.

– Стой, – прозвучал приказ в спину. Я не хотела оборачиваться. Не хотела видеть его лицо. Но, если бы поступила так, показала бы ему, что мне не всё равно. А этого нельзя было делать. Поэтому повернулась. Как раз в тот момент, когда маркиза проходила мимо меня.

–Хорошего вечера, – ехидно произнесла та, улыбаясь во весь рот. Я проводила её равнодушным взглядом, хотя внутри уже вытаскивала её внутренности наружу, наматывая их на кулак.

– Чего тебе? – спросив, как можно равнодушнее.

– Подойди, – очередной приказ, который я неохотно выполняю. Стоило подойти, как он вынул из кармана брюк парные браслеты и нацепил один из них на моё запястье. А второй закрепил на своём.

– Снова кандалы? Не мог придумать что-то более изощрённое? – пробубнила я, касаясь пальцами прохладного металла.

– Не было времени на оригинальность, – прорычал тот. – О чём вы говорили с Дамьеном?

– О погоде, – язвила я. Мне совершенно не хотелось говорить, а тем более отвечать на его вопросы. Перед глазами всё ещё стоял образ целующейся парочки.

– А если серьёзно.

– Да я же сама серьёзность, – демонстративно развела в стороны руки, чтобы разозлить его ещё сильнее.

То, что я испытывала в тот момент, было для меня ново. Нечто похожее я чувствовала, когда родители уделяли моим кузенам больше внимания, чем мне. Это, кажется, называется ревность. Но почему я испытываю её по отношению к графу? Между нами была всего одна ночь. Просто секс и никаких обязательств. Почему, чёрт бы его побрал?! Ладно, это я обдумаю позже. Сейчас я хотела только одного, в туалет, о чём и сообщила мужчине. Он велел не задерживаться и сразу же возвращаться, но это я уже слушала, повернувшись к нему спиной.

Где уборная, мне сообщил один из прислуги, поэтому не пришлось долго блуждать по коридорам. Оставшись наедине, сделала свои дела и, подойдя к умывальнику, опустила руки в холодную воду. Внутри всё кипело и клокотало. Мне нужно было успокоиться, чтобы начать мыслить разумно. Разумно – вот это я загнула! Я вообще перестала думать, стоило попасть в поместье Клайза. Испытываю чувства несвойственные мне. Совершаю безрассудные поступки и веду себя так, будто забыла своё место. Глупо всё это.

Приложила ледяные ладони к затылку, чтобы хоть немного остудить пылающее тело и на мгновенье прикрыла глаза, чтобы прийти в себя. Получалось плохо, но всё же полегчало. Промокнув руки махровым полотенцем, вышла из уборной и поплелась по тусклому коридору в сторону залы. Вот только дойти мне было не суждено.

Движение за спиной почувствовала за долю секунды до того, как меня попытались схватить. Их было трое и, судя по строению тела, мужчины. На меня обрушилась серия ударов, которые я смогла отразить и даже надавать по щам одному из противников. Но я упустила из виду того, кто был сзади. Меня обхватили со спины, обездвиживая руки, а второй наступал спереди. Пришлось оттолкнуть его обеими ногами, прижимая удерживающего меня, к стене. Я проклинала тот момент, когда решилась надеть это платье. Оно было узким, не позволяющим сделать широкий шаг, уклоняясь от очередного удара. Сама себе подставу сделала! Каблуком туфли ударила державшего по ноге и отскочила в сторону, чтобы нанести удар. Тот, которого вырубила сразу, пришёл в себя и теперь снова приходилось отбиваться от троих. Удары сильные и точные, а это значит, что они не простые наёмники. И тут всплывает вопрос: Кому это нужно? Кому какое дело до меня, если я не представляю никакой ценности в этом мире! Чего они хотят? Если бы им нужна была моя смерть, наёмники были бы с оружием, а не бросались на меня с голыми руками. Я нужна им живой! Нужно убираться отсюда. Поворачиваюсь, чтобы бежать, и раздаётся звон разбитого фарфора. Это была ваза? Да плевать, что это было, потому как от удара потемнело в глазах, и я повалилась на пол. Двое подхватили под руки и поволокли куда-то. Звон в ушах. Кровь застилает взор. Я была дезориентирована.


Не знаю в какой момент, но я точно отключилась, потому как не помню, когда покинула дворец. Голова нещадно болела, и хотелось пить. Первое, о чем я подумала, это то, что перебрала с алкоголем, поэтому ничего не помню и теперь страдаю от похмелья. Но было достаточно осмотреться, чтобы понять – я не в поместье. Я была в клетке в прямом смысле этого слова. Расстояние от решётки до решётки примерно два метра, что заставляет нервничать, находясь в запертом пространстве. Место, в котором меня держали, не было похоже на подвал или заброшенное здание. Стены неровные, с выступами и впадинами на ней. А ещё сильный запах сырости и плесени. Либо это шахты, либо же это грот. Но и то и другое не радует, потому как ближайшая скалистая местность расположена в сотнях миль от империи и является частью её границ. Вот так меня занесло! Это сколько же я была в отключке? Так, главное не поддаваться панике!

Время шло, но никто не приходил. Казалось, что я одна в этом странном месте. От этого становилось только хуже. Ненавижу неизвестность. Ужасно хотела пить, вот только кому до этого какое дело. Губы начали трескаться и кровоточить, что в очередной раз бесило. Вообще, меня бесило многое, что неудивительно, учитывая моё положение.

Первое лицо, которое я смогла наконец лицезреть, появилось лишь спустя три дня. Молчаливый мужчина принёс флягу воды и кусок подсохшего хлеба. Бросив всё это в клетку, он уселся на принесённый с собой стул и расположился напротив меня. Схватив флягу, жадно припала к горлу, опустошая её содержимое. Влага, так необходимая моему организму тут же впитывалась в него, будто капли дождя в пустыне, не принося наслаждения. Ну, хоть немного ещё протяну! Чёрствый хлеб демонстративно оттолкнула в сторону ногой, не прикасаясь к нему руками. С голоду не помру, а вот похудеть было бы неплохо.

Это уже попахивает неминуемой истерикой, потому как не один нормальный человек не думал бы о подобной ерунде в такой момент, а я думаю. Умом понимаю, что моё пребывание здесь в целости и сохранности не гарант того, что получив желаемое, они сохранят мне жизнь. Так какая к чёрту диета? Вот бы жирок на пузике превратился в титановый бронежилет, чтобы отражать удары клинка. Я бы стала супер – человеком! Правда, как бы я передвигалась с таким весом, металл -то не из лёгких? Ну всё, пора лечиться!

– Зачем я вам? – спросила, чтобы не сойти с ума окончательно. А в ответ тишина. Мужчина, в грязной, простецкой одежде, был нем, как рыба. – Может песенку споёте, чтобы было повеселее? – и снова тишина. Да, как со стеной разговариваю. – А хотите, я спою? – молчание. А молчание, как известно, знак согласия. Ну, я и запела.


Я раскланялся

And my curtain calls

В ответ на ваши аплодисменты.

You've bought me fame and fortune

Вы принесли мне славу и счастье,

And everything that goes with it

И всё, сопутствующее им.

I thank you all

Спасибо всем вам!

But it's been no bed of roses no pleasure cruise

Борьба была нелёгкой, и мне пришлось несладко.

I consider it a challenge before the whole human race

Для меня это вызов перед лицом всего человечества,

And I ain't gonna lose

Поэтому я не проиграю,

And I need to go on and on and on and on

Мне нужно идти вперёд, только вперёд.


We are the champions – my friend

Мы чемпионы, мой друг,

And we'll keep on fighting till the end

И мы будем продолжать бороться до самого конца.

We are the champions

Мы чемпионы,

We are the champions

Мы чемпионы.

No time for losers

Это время победителей,

‘Cause we are the champions of the world

Ведь мы – чемпионы мира.


Queen- Champions


Да, да, да – снова любимая песня моей мамы и моя, кстати, тоже. Мотивирует и внушает надежду. «То, что доктор прописал», – так говорил всегда папа. Что ж, если погибну, смогу наконец увидеться с родителями, хотя я слабо в это верю. Если ад существует, мне прямая дорога туда, а родители этажом выше.

–Красивая песня. Никогда прежде её не слышал, – раздался голос, которого здесь просто не могло быть. Появившийся из темноты мужчина, был облачён в мантию, капюшон которой был накинут на голову, закрывая лицо. Но я всё равно его узнала. Дамьен Тес-Сайтер! Как такое возможно? Что ему от меня нужно?

– Зачем я здесь? – предвкушая неладное, спросила я.

– О, моя дорогая, – нараспев протянул тот, подходя к клетке и сбрасывая капюшон. – Причин великое множество. Но с чего ты взяла, что я тебе их озвучу?

– А какой смысл скрывать, если отсюда мне не сбежать? – задала наводящий вопрос, оттягивая время.

– Резонно, – задумавшись протянул тот. – Но я всё равно не скажу. Пусть это будет моей маленькой тайной.

– Это нечестно, – наигранно надулась я.

– А кто говорил о честности? – риторический вопрос. – Я и честность несовместимы.

– Ваш брат в курсе, чем вы занимаетесь? – кажется задела за живое, потому как лицо принца изменилось. Сошла самодовольная улыбка, оставив только злость.

– Всё, что я делаю, напрямую связано с ним, – схватившись за решётку, ответил мужчина. – И он об этом узнает. Совсем скоро.

Не знаю, возможно, мне показалось, но его слова прозвучали так, будто он вынес приговор своему брату. Надеюсь, мне всё же показалось. Не хотелось бы принимать участие в играх императорской семьи.

– К сожалению, похитить тебя пришлось раньше времени, но то, ради чего ты здесь, я пока не смогу осуществить. Сама понимаешь, долг зовёт, – гримаса исчезла, и передо мной снова стоял тот, кого я встретила в тронном зале. Сказал и, резко развернувшись, покинул грот. О чём он, чёрт возьми, говорил? Ему нужна информация? Но я ведь ничего не знаю о Миллиорне. Или ему нужен граф? Зачем? И как это всё связано со мной?

Чтобы обдумать эти вопросы, мне предоставили достаточно времени. С того момента, как меня почтил своим визитом Дамьен, прошла неделя. Я смогла представить больше десяти развитий событий, что меня ждут, которые прокручивала в голове снова и снова. Скорее всего, меня подвергнут пыткам, а может и заставят служить. Прикажут убивать или же, снова будут использовать, как вещь. Вариантов так много, вот только ни один мне не пришёлся по душе.

Я знала, что он появится снова, но не рассчитывала, что это произойдёт так скоро. Принц приказал вывести меня из клетки и отмыть. А это уже тревожный звоночек. Интуиция буквально вопила о том, что нужно бежать. Вот только сил на это не было. За то время, что провела взаперти, я позволила себе поесть всего несколько раз и то только для того, чтобы не умереть. Я похудела и заметно, а ещё появилась тошнота и вялость из-за голода. Но вот странность – грудь болела и, кажется, набухла. Я не снимала нижнее бельё и узкое платье уже десять дней, поэтому неудивительно. Так вот, когда меня тянули в соседний лаз в стене, где оказался горячий источник, я сопротивлялась, но уж очень вяло. Меня купали не как прежде, со знанием своего дела и дорогими гелями, а просто топили в тёплой воде, намазывая простым мылом. И делал всё это тот самый молчаливый страж, что просидел у клетки всё это время. Короче говоря, спустя пятнадцать минут попыток утопления, меня грубо вытащили из воды и бросили в лицо чистую тряпицу, которой я тут же обернулась, и снова куда-то поволокли. Несколько поворотов в кромешной темноте, и мы оказались в глубокой пещере с множеством зажжённых свечей и шкур. И в центре неё стоял мужчина, обнажённый до пояса.

Если жаждете подробностей относительно его телосложения, то их не будет, потому как в тот момент меня волновало это меньше всего. Я уже поняла, что меня ждёт, и от осознания этого начало трясти. Дамьен отправил проводника восвояси и двинулся в мою сторону. Инстинктивно отшатнулась, но сбежать мне никто не позволил. Он схватил меня за плечи и с силой бросил на шкуры. Мужчина свёл мои руки за спиной и защёлкнул оковы на них. Попыталась отбиваться ногами, но их так же быстро сковали. Я оказалась обездвиженной. Необъяснимое, ужасающее чувство. Кричала, сыпала оскорблениями, но недолго: его это разозлило, и он воткнул кляп мне в рот. Резко перевернув на живот, он приподнял меня за бёдра и грубо вторгся в меня. Мне было ужасно больно. Так же, как и тогда в монастыре. Вот только я уже успела позабыть, каково это. Беззвучно срывалась на крик, раздирая горло, пыталась отползти, но этот ублюдок держал достаточно крепко. Единственное, что я чувствовал в тот момент – это боль и ненависть к самой себе. Единственное, чего я хотела – это умереть.

Пытка длилась, казалось, целую вечность. Я перестала кричать и сопротивляться. У меня просто не осталось на это сил. Но когда она близилась к финалу, раздался лязг металла и крики людей. Дамьен бросил меня на шкуры и накинув на себя мантию исчез в портале. Я лежала неподвижно, уткнувшись носом в шкуры и ждала смерти, вот только она не спешила приходить.

– О, Боги, – раздался женский голос за спиной. Я не шевелилась. Кто-то подошёл и начал снимать оковы, а затем меня закутали в плед и заставили сесть. – Ты как? – спросил тот же голос, и я попыталась сосредоточиться на незнакомке.

С трудом, но я смогла отметить самое главное: угольные волосы, раскосые глаза, медового оттенка и узкий подбородок. Халиса. Заглянув в её глаза, поняла, что мой ответ ей не нужен, она и так всё видела. Она долго меня рассматривала, как будто пыталась вспомнить что-то, затем прижала свою ладонь к моей груди и словно прислушалась к своим ощущениям. Когда она открыла глаза, то посмотрела так, будто приняла для себя какое-то решение. Взяла за руку и поставила на ноги.

– Всё чисто, можем уходить. – сообщил появившийся мужчина, с оружием в крови.

– Хорошо. Предупреди остальных, – отдала приказ Халиса.

– Слушаюсь, – откланявшись произнёс тот и скрылся в темноте.

Она повела меня за собой, минуя огромное количество поворотов. Такое чувство, что эта тропа скорее была лабиринтом, и, если бы не проводник в лице Халисы, я бы не выбралась отсюда самостоятельно. В конце концов, мы выбрались из пещеры и оказались на высоченном утёсе скалы, внизу которой простиралась горная река. Минута за минутой люди, которые освободили меня, выбирались из ущелья и отчитывались перед своим вожаком, которым оказалась брюнетка. Оставив меня, она присоединилась к своим людям, обсуждая что-то важное, а я стояла на обрыве, глядя стеклянными глазами в бездну. Я была опустошена, как глиняный кувшин. Впервые в жизни, я ощутила это столь сильно.

Я повернулась ровно в тот момент, когда девушка обратила свой взор на меня. Достаточно было всего пары секунд, чтобы она поняла, о чём я думаю. Верно, я прощалась. Всего один шаг. Такой незначительный, но именно он навсегда изменит мою судьбу. И я его делаю. Ощущаю невесомость и свободное падение под оглушительный крик Халисы. Раскинув руки, лечу в объятия строптивых вод, неотрывно глядя на удаляющийся утёс. Вот и всё. Это лучшее, что я испытывала за свою жалкую жизнь. Сильный удар об воду, и волны смыкаются над головой, унося течением в свои глубины. Вода ледяная, сковывает по рукам и ногам, появляется сонливость, и мысли о том, чтобы бороться за свою жизнь, растворяются в пучине. Меня куда-то несёт, но это я уже ощущаю на уровне инстинктов, потому как веки отяжелели и закрылись. Лёгкие заполняются водой, а тело пронизывает сотнями игл. И, наконец, наступает долгожданная пустота…


Глава 10. “Сдвиг линии судьбы”.


Девчонка долго не возвращалась, поэтому мужчина пошёл искать её. Вот только в уборной её не было, и интуиция подсказывала, что не вернулась она вовсе не из-за капризов. Хотя на это он и рассчитывал. Теридан заметил странность ещё тогда, когда на них напали в открытых землях, поэтому присматривался к каждому, кто появлялся в поле его зрения. Как и в этот раз.

Дамьен слишком заинтересовался его рабыней, что само по себе было странным, ведь женским вниманием тот был не обделён. Граф принял это на свой счёт, потому как принц с самого детства всегда пытался отнять то, что ему не принадлежит. Первым порывом было нацепить маячок на Кайету, но под рукой оказались лишь злосчастные браслеты, которые дал ему Миллиорн, поэтому пришлось воспользоваться ими. Чутьё подсказывало, что мужчина ещё пожалеет об этом поступке, но выбирать было не из чего.

Слова конюха лишь подтвердили его догадку. Стоило лишь немного надавить, чтобы тот зачирикал, как пташка, умоляя сохранить его жизнь. Как оказалось, тем же вечером, когда они вернулись из игорного дома, к нему в дом пришли двое и предложили подзаработать. Всего- то и требовалось, следить за ним и Кайетой и докладывать обо всём посыльным. Планировалась атака на графство, но мужчина так удачно для врагов покинул его пределы и увёл глупую девушку за собой. Степь, вокруг ни единой души – отличная возможность. Конюх сообщил врагам о вылазке господ, а о том, чем чревато его пособничество, не подумал. Да, Уильям был несильного ума, но преданность ещё никто не отменял.

Посему выходило, что кому-то приглянулась его рабыня, что он осмелился напасть на графа. А это может значить только одно, она нужна им зачем-то. И мужчина хотел это узнать. Но самым важным было то, что Теридан чувствовал связь между похищением его сестры и появлением девушки в этом мире. И если это так, она приведёт его к тем, кто в этом замешан.

Это был хороший план, даже отличный, потому как, если он всё правильно рассчитал, то разгадка самой крупной тайны в его жизни, осуществиться совсем скоро. Правда, после ночи, проведённой с ней, его вера пошатнулась. Можно сколько угодно убеждать себя в том, что она ничего не значит для него, но от собственных чувств не спрячешься.

Да, он сглупил. Выпил гораздо больше, чем обычно, поддавшись эмоциям по поводу сестры, вот и вышло то, что вышло. Но это было превосходно. Боги, граф впервые не мог контролировать себя и своё желание. Она была такой притягательной в тот день. Хрупкой, ранимой, совершенно обычной. Он и сам не понял, как оказался дома, хотя не планировал возвращаться туда той ночью. Затащить её в комнату было проще простого. Спасибо этому дурацкому пледу, в который та укуталась, как в сугроб. Кайета что-то говорила, но мужчина её не слышал. Продолжал смотреть на её губы, будто они были самыми совершенными во всём мире. И сорвался. Впился в её рот, чуть ли не рыча от наслаждения, словно дикое животное. Это странно. Всё странно и необычно. Такого прежде не происходило. Он прекрасно знал, что такое физическое желание и его было довольно легко удовлетворить разными способами. Но в тот раз было иначе. Он хотел её не только как мужчина – он хотел её иначе. Теридану было трудно объяснить это даже самому себе, что уж говорить о других. Да и с кем ему это обсуждать? Его желание исходило из других областей, сокрытых, неизведанных.

Это была необычная похоть. Он хотел касаться её кожи, волос, глаз. Хотел слышать её голос и стоны. И того же желал от неё. Последней каплей оказался укус. Как она вообще посмела укусить меня? Наказать! Проучить! Для него вдруг это стало важным. Граф не помнил, как они оказались на постели и как сковывал её руки. Очнулся лишь тогда, когда уже был в ней. Новое ощущение, новое чувство: Моя! От него самого осталась лишь оболочка. Инстинкты, действия – всё это принадлежало скорее зверю, чем человеку. И когда услышал её стон, его передёрнуло будто от разряда тока. Чёрт возьми! Это лучшее, что он когда-либо слышал. Пах сдавило болью от неудовлетворения. Хотелось большего. Больше её. Кайя звала его, и его имя, которое она выдыхала вместе со стоном, затрагивали струны его души. Теридан попросил повторить, и она охотно выполнила его просьбу. Что обоих подвело к фееричному завершению. Оргазм был таким мощным, что он не заметил, как она вонзила в него свои зубы, а это в свою очередь лишь усилило его наслаждение, и он зарычал, в прямом смысле этого слова. Только чудом мужчина не рухнул, придавливая её своим телом.

Отдышавшись, он смог мыслить более ли менее привычно, чтобы подняться с кровати и отнести девушку в ванную. Она мгновенно уснула, а он продолжал думать о том, что сейчас произошло, глядя на расслабленное тело. Отрицать бессмысленно – он был в восторге. Обычно, достаточно было всего раза, чтобы сбросить напряжение, но с Кайетой всё было иначе. Да, теперь похоть не застилает разум, но желание никуда не исчезло. Он уж было подумал, что его друг подмешал в алкоголь зелье, стимулирующее данный процесс, но после тщательного сканирования влияния из вне не обнаружил. Посему выходило, что это его собственная реакция тела на девушку, что сладко спала в его постели. Вообще, что касается странностей, то они были во всём. Даже в том, что он позволил ей остаться в своей комнате. Прежде, никто не бывал в его покоях, кроме Тиамы и прислуги. Даже Миллиорн. Что уж говорить о наложницах. А она и вовсе была рабыней. Грязной, нечестивой… шлюхой.

Противоречия раздирали его до самого утра, и в конце концов, он принял решение. И он озвучил его, стоило девушке проснуться. Произнося эти слова, внутри всё кипело от злости. Вот только на этот раз, она была направлена не на неё, а на него самого. Ну не мог он принять её! Ведь это противоречит ему и его натуре! Отказаться от вбитых гвоздями моральных ценностей и переступить через самого себя, предать себя – это было слишком.

Делая очередной ход конём в шахматной игре, которую сам же и разыгрывает, он сражался со своим сердцем и голосом разума. Внутреннее «Я» буквально кричало: Остановись! А разум настаивал идти к своей цели. Так он и поступил. Бал в честь Милании был прекрасной возможностью, продемонстрировать Кайету, ведь там соберутся все, кто в той или иной степени был у него в чёрном списке. Вот только он не думал, что всё произойдёт так скоро.

– Где Лиара? – взволнованно спросила офицер, стоило мужчине появиться в тронном зале.

– Кайета.

– Что? – не понимала та.

– Её зовут Кайета, – разъяснил граф, осматривая помещение. – Кажется, её похитили.

– И ты так спокойно об этом говоришь? – возмутилась Реми. Да, со стороны, должно быть, всё выглядело именно так, но в душе мужчины плотно засела тревога. Пока девушка была рядом, он не испытывал волнение, но стоило ей исчезнуть, совесть начала грызть изнутри. – Что собираешься делать?

– Я найду её, – уверенно заявил тот, направляясь в сторону императора. Тот обнаружился в компании приезжих чинов из соседних государств.

– Нужно поговорить.

Друг понял, что дело важное, поэтому, извинившись перед гостями, отвёл графа в свой кабинет, чтобы им никто не помешал. Офицер, было, отослала, но тут же послала все правила приличия и заявила, что её это тоже касается и она имеет полное право присутствовать при разговоре. После подобного тона она осталась в живых только потому, что являлась их общим другом и мужчины уже давно привыкли к подобным фокуса. В общем, в кабинете их было трое.

– Я тебя слушаю, – садясь в кресло за письменным столом, произнёс правитель.

– Кайету похитили, – резко ответил граф.

– И кто она такая? – равнодушно отозвался тот.

– Моя рабыня. Ты знаешь её как Лиару.

– Рабыня значит, – усмехнулся Миллиорн. – С чего ты решил, что её похитили?

– Потому что не ощущаю её во дворце, – мужчину начинал злить равнодушный тон друга, хотя и понимал, что это не его проблемы. Но всё же!

– Я надел на неё браслет, что ты дал, – демонстрируя ободок на своей руке, ответил Клайз.

– Когда успел? Когда вы пришли, их не было, – удивился император.

– Я успел, – прорычал тот.

– Может хватит? – рявкнула девушка. – Если с помощью них ты чувствуешь её, то какого демона мы всё ещё здесь?

– А не слишком ли ты озадачен из-за простой рабыни? – посмеялся Мил. – Или есть что-то ещё?

– Я думаю, она как-то связана с исчезновением Халисы, – решил ответить граф. – Косвенно, но это зацепка. По крайней мере, она приведёт меня к тем, кто открывает порталы в иные миры и занимается торговлей людей. Тебя ведь это тоже касается!

– Так ты её использовал? – шокировано спросила Реми, подходя к мужчине и хватая его за грудки. – Ты отведёшь меня к ней и это будет последний раз, когда ты её увидишь. Ты понял меня?!

– Да отвали ты! – сбрасывая её руки, выплюнул тот.

– Хватит препирательств, – остановил их друг. – Теридан прав: это отличная возможность решить одну из моих проблем. Поэтому я иду с вами.

– А как же приём? – спросила офицер. – Ты не можешь бросить всё вот так.

– Патрисия справится. Официальная часть уже давно прошла.

– Когда выдвигаемся? – решил уточнить граф.

– Через час встречаемся на открытых землях. Оттуда и начнём, – достав из ящика стола четыре камня-портала, сообщил император и отдал по паре камней друзьям. – И прихватите с собой лошадей. Путь, должно быть, будет не из лёгких.

Не прощаясь, мужчина раздавил камень и перенёсся в родовое поместье, уверенно направившись в комнату Дагера, зная, что тот сегодня на дежурстве. Сообщив ему всю информацию, указал на сжатые сроки и отправился в оружейную, где была его амуниция для вылазок. Простая льняная рубаха, на которую крепились наручи и пристёгивались ремни, удерживающие клинки за спиной. Кожаные чёрные штаны, которые не так- то просто разрезать даже самым острым мечом и высокие сапоги. Вот и всё. Теридан привык быть всегда налегке. На всякий случай прихватил с собой меховую мантию, чтобы не привлекать к себе внимание, если потребуется въехать в какой-ни будь из городов. Волосы по привычке заплёл в косу и стянул ремнём, чтобы не лезли в глаза.

– Господин, что происходит? – раздался за спиной голос Фанисы. Мужчина повернулся и впервые увидел такое выражение на её лице. Обычно девушка была бесстрастна, но теперь в нём читалась тревога.

– Ничего серьёзного. Мне просто нужно уехать на какое-то время.

– А где Лиара?

– Это, как раз, связано с ней, – тяжело вздохнул тот, закрепляя клинки за спиной.

– Могу я пойти с вами? – молитвенно сложила ладони та.

Странная. Откуда столько рвения, если ещё совсем недавно пыталась перепрыгнуть через стол чтобы перерезать ей горло?

– Нет. Ты должна остаться. Поместье останется без присмотра. Так что, ты за главную, – потрепав её по голове, сообщил граф и направился в сторону конюшен, где его уже поджидал Дагер с подготовленными жеребцами и провизией. Раздавив последний камень, мужчины молча шагнули в портал.


Кайета Тейс.


Я должна была умереть, но, кажется, всё ещё жива. Не может ведь болеть всё тело после перехода за грань? Веки ни в какую не желали открываться, голова раскалывалась, но я хотела знать, где нахожусь. Осмотревшись, поняла, что это деревенский дом. Самый обычный с минимумом мебели и убранства. Кровать, на которой я лежала, обеденный стол с двумя табуретами, буфет с посудой, старый трельяж и небольшой шкаф. Всё просто, но мне было уютно в этом доме, словно я попала в свой мир, к бабушке.

Кое- как смогла подняться и медленно побрела в сторону двери, чтобы выйти на улицу. Рёбра очень болели, скорее всего из-за удара об воду, поэтому обхватила себя рукой, чтобы заглушить её. Толкнув массивную дверь, вышла на крыльцо и на мгновенье ослепла от яркого, солнечного света. Проморгавшись, всё-таки смогла осмотреться и замереть от восхищения. Это было небольшое поселение, где было около двадцати маленьких домиков с соломенной крышей. Где безмятежно играли дети, смеясь и не зная проблем. Где витает ароматный запах свежевыпеченного хлеба и мясной похлёбки. Люди занимаются хозяйственными делами и не обращают на меня никакого внимания. И всё это великолепие окружают массивные ели, верхушки которых, казалось, упираются в небо. Запах ели. Перед глазами тут же всплыл образ Терна, но я постаралась прогнать это наваждение. Не стоит о нём думать. Теперь уже точно.

– Ты как? – раздался голос девушки, которую я заметила только сейчас. Халиса стояла внизу деревянной лестницы, опершись на перила, и чистила ножом яблоко. – Выглядишь неплохо для того, кто пытался покончить с жизнью, спрыгнув с утёса.

– Если знаешь причину, зачем спасла? – я не разделяла её веселье, но всё же спросила.

– Есть причина, – посмеялась та. – Своим спасением ты обязана не мне, а моему мужу. Вот, кстати, и он. К нам присоединился высокий мужчина, с чёрными, пронзительными глазами. Пшеничные волосы были коротко острижены, что открывало вид на его уши. Они были остроконечными. Не трудно догадаться, кто передо мной.

– Эльф, – шокировано произнесла я. – Не ожидала когда-либо увидеть представителя вашей расы.

– И не увидела бы. Подобные мне живут обособленно от других и не слишком жалуют иные расы, – усмехнувшись, ответил мужчина, подойдя к своей жене и поцеловал в лоб. Мило. Очень даже мило! – Но я, как видишь, предпочитаю другой образ жизни.

– Что это за место? – решила задать интересующий меня вопрос.

– Это поселение Отступников, – гордо произнесла Халиса. -Здесь живут те, кто борется за свои права, за свободу.

– Убиваете тоже ради этого? – припомнила недавние события я.

– Поверь, даже этому есть причина, – ответил мужчина и обратился к девушке. – Мы с ребятами на охоту, к ужину вернусь.

– Ладно. Будь осторожен, – очень ласково попросила та. Мужчина попрощался и ушёл, оставив нас наедине. – А теперь мы можем поговорить. Она кардинально изменилась в лице и стала похожей на Теридана.

Девушка молча поднялась по ступеням и вошла в дом, а мне пришлось следовать за ней. Было больно продолжать стоять, поэтому села на кровать, привалившись спиной к изголовью. Халиса села в ногах и протянула мне очищенное яблоко. Вгрызлась в него, как оголодавшее животное, почти не жуя, проглатывая большие куски. Кисло-сладкий сок потёк по губам и подбородку, который я стёрла рукавом длинной сорочки, в которую была облачена. Халиса не торопила, дала насладиться угощением, глядя на свои руки.

– Теридан тебя ищет, – произнесла сразу же, стоило покончить с яблоком.

– Я знаю.

– И даже не спросишь откуда я знаю о нём и тебе? – удивилась её равнодушию я.

– Могу догадаться, – посмеялась та. – Ещё в пещере я поняла, кто ты. Но мне непонятно, как ты там оказалась?

– Я бы тоже хотела это знать, – размышляя, произнесла я.

– Ну, во-первых, я помню тебя ещё совсем ребёнком, – начала девушка, а я снова почувствовала, что мы встречались прежде. – Ты пришла из другого мира, дверь которого была открыта с помощью моей крови.

И тут перед глазами появился образ девушки, прикованной цепями к каменной стене. Короткое воспоминание, которое казалось сном, но я его вспомнила. Видение было нечётким, смазанным из-за сияния портала и, по всей видимости, тогда я очнулась лишь на мгновение и этого времени хватило, чтобы запомнить измученные глаза девушки.

– Твоя кровь? – непонимающе переспросила я. – Что это значит?

– Теридан тебе не рассказывал? – теперь удивилась она.

– О чём? И почему он вообще должен мне что-либо рассказывать? – я прям чувствовала, что ничем хорошим этот разговор не закончится, но хотела, наконец, понять, что вообще происходит.

– Ты вообще жена ему или как? – упрекнула меня та. Вот это заявочки! Она что на солнце перегрелась? Откуда такие бредовые мысли в её голове?

– Я его рабыня, – в тон ей ответила я и скривилась от боли в рёбрах.

– Теперь я вообще ничего не понимаю, – ошалело выпалила девушка, поднялась с кровати и начала вышагивать по комнате. Я была с ней солидарна – я тоже ничего не понимала. – Как ты можешь быть его рабыней, если на тебе брачный браслет, в котором его кровь?

– Что? – я даже подавилась от возмущения. Поднесла к лицу руку, на котором висело злосчастное украшение и начала внимательно вглядываться в него. – Ты об этом? Он одел его на меня перед самым похищением! Я думала, что это очередной браслет-подчинение.

– Ты беременна! – рявкнула Халиса. Я оцепенела. Как? Я не могу забеременеть! Жрицы позаботились об этом. У меня удалены органы, способствующие зачатию ребёнка. Зачем она так со мной?

– Это невозможно! – заорала я. – Я бесплодна!

– Я чувствую его. Это дар рода орд Клайз. Именно поэтому я спасла тебя.

– Нет, – продолжала настаивать я. – Это какая-то ошибка.

Мысли беспорядочно метались в голове. Мой мир перевернулся с ног на голову, и я не могла устоять. Ладонью провела по животу, прислушиваясь к своим ощущениям и ничего не почувствовала. Ну, не могу я так просто принять тот факт, что вопреки всему смогу подарить новую жизнь. Ребёнок! От Терна! Нет, это на грани безумия.

– Ладно. Даже если ты права, это ничего не изменит. Я рабыня – он граф.

– Ты правда странна, – озвучила свой вердикт Халиса. – Другая бы на твоём месте прыгала бы от радости, что смогла привязать к себе такого мужчину, а ты упираешься!

– Забыла уже, в какой позе меня увидела? – упрекнула её я. Неужели она не понимает, что после подобного, он не подпустит меня к себе даже на пушечный выстрел? – Меня трахал другой мужик, хотя я, оказывается, беременна от графа.

– Да, сцена была отвратительной, – признавая очевидное, скривилась та. – Но я знаю, какой мой брат. Если он прикоснулся к тебе, зная, что до него у тебя было много мужчин, будь уверена, он примет тебя и после этого.

– Ты сама то хоть понимаешь, что говоришь? – реально не понимала её логику я. – Он ненавидит меня! Теридан сказал, что та ночь была ошибкой, а теперь ещё и это. Максимум, что может произойти – он отнимет у меня ребёнка, а я погибну, потому что не отдам его ему.

– Из нас двоих идиотка здесь ты, – пробубнила девушка. – Мой брат, конечно, не подарок, но и не такой ублюдок, каким его все считают. И скоро ты сама в этом убедишься.

– Ты отведёшь меня к нему? – с ужасом спросила я. – Пожалуйста, позволь остаться.

– Он сам тебя найдёт, – усмехнулась Халиса, снова садясь на постель. – Браслет приведёт его. Я тут же попыталась снять его, но ничего не вышло. Ободок не сдвинулся и на сантиметр, и, вообще, казалось, что уменьшился в размере. – Ты не снимешь его, так что и не пытайся.

– Значит, я должна уйти. Иначе эта вещица приведёт его к тебе,– решительно заявила я. – Хотя я и не понимаю, зачем ты скрываешься.

– Думаешь я мечтала о такой жизни? – риторический вопрос. – Нет, теперь я всем довольна, но моя судьба должна была быть иной.

– У меня много вопросов, а твои слова интригуют и лишь добавляют новые. Так что или говори, или вовсе не начинай.

– А ты прямолинейная. Уважаю таких, – в голос рассмеялась та и упала на постель, раскинув руки. – Я должна была выйти замуж за императора, но после гибели родителей, которых убили у меня на глазах, меня похитили. Причиной этому было уничтожение рода орд Клайз. Наша кровь – это величайший и опаснейший из артефактов. Она усиливает любую магию до невероятных размеров. Лечит то, что не способно излечить даже чудо. Вот и ответ на твой вопрос. Мой род всегда был предан Тес-Сайтер, и только императорская семья и совет Старейшин знали тайну моей семьи. Не знаю, как ты умудрилась получить его кровь, но именно она восстановила твои детородные органы.

Я была шокирована. Это уже не шутки! Вот значит почему он смог сломать печати монастыря и делать столь сильные артефакты. Да он же сам артефакт! Кровь! Когда это я успела попробовать её? Ладно, обдумаю это позже. Тем более Халиса продолжила свой рассказ.

– Попав в руки похитителей, я осознала, что не готова к такой жизни. Не хочу, чтобы меня использовали как вещь.

Как же я её понимала.

– Они оставили меня в живых только потому, что дар Теридана не проснулся и все думали, что не проснётся и вовсе, а я. Меня резали раз за разом, чтобы открывать порталы в иные миры, чтобы продавать иномирян за невообразимое количество золотых.

– А что в нас особенного? Мы ведь плохо приспособлены к этому миру и почти не поддаёмся исцелению? – задала очередной вопрос я.

– Дело в физиологии, – протянула та, повернув голову в мою сторону. – Да, как бы банально это не звучало. Оглянись вокруг: здесь дефицит мужчин. В основном рождаются девочки, и это огромная проблема для продолжения рода. А от союзов иномирян в девяносто девяти процентах случаев рождаются мальчики. Незаконно, труднодоступно и не по карману каждому, поэтому вы и ценитесь столь высоко. Да и союзом это назвать нельзя – эксплуатация с элементами насилия.

– Мне трудно в это поверить, потому как меня продали за тарелку супа, – скептически произнесла я.

– Ты что, совсем ничего не помнишь? – удивилась та и даже приподнялась на локтях. – Даже до меня дошёл слух о том, что ты умудрилась сбежать, но потом попала к дешёвому торговцу и больше о тебе никто не слышал.

– Я правда этого не помню, – честно призналась я. – А как ты смогла сбежать?

– Кристофер, – влюблённо произнесла девушка, а затем разъяснила для тупых – для меня. – Мой муж. – Ну да, логично. – Он и его ребята освобождали рабов и случайно забрели в грот, в котором держали меня. А дальше всё и так понятно.

– Но почему ты не вернулась домой?

– Я же уже говорила: та жизнь не для меня. Не хочу иметь ничего общего с империей и родом Клайз. Не хочу, чтобы моих детей убили из-за этой грёбаной крови. Я хочу быть свободной. – В этом я тоже её понимала.

– Но ты могла сообщить Теридану о том, что жива. Он с ума сходит, разыскивая тебя. Поверь, я не утрирую. В самом деле сходит.

– Ты говоришь так же, как один мой знакомый, – посмеялась Халиса. – Так будет лучше. Я изменилась. Я уже не та милая девочка, что во всём слушалась своего брата и верила в сказки. Он не принял бы мой выбор, и это разрушило бы всё, что осталось от нашей семьи. Пусть помнит меня той, кем я была раньше.

– В этом нет логики, – озвучила своё мнение, но не стала переубеждать. Это её жизнь, и она действительно уже всё решила для себя. – Как и нет логики в том, зачем я понадобилась брату императора.

– О чём ты? – не поняла та.

– Ты не видела, кто стоял позади меня?

– Нет. Я успела как раз к тому моменту, когда он исчез в портале.

– Не понимаю, зачем я ему?

– Ну, в этом как раз- таки логика есть. У Дамьена две дочери, а ему нужен наследник. У них с детства соперничество, вот он и решил утереть нос Миллиорну. Интересно только, откуда он узнал, что ты иномирянка?

– Он сказал, что делает всё это из-за императора, – припоминая недавний разговор, произнесла я. – Сказал, что он скоро об этом узнает.

– На самом деле, Дамьен безобидный. Напыщенный индюк и лает, как собака, но никогда не кусает. У него было столько возможностей, но он ни разу ими не воспользовался.

– Ты совсем не видишь в нём угрозу? – не понимала я. Ведь я всеми фибрами чувствовала, что весь водоворот событий вращается вокруг него. Неужели это вижу только я?

– Нет, – уверенно ответила та. – Он слабак. – Ох, как же ты ошибаешься. Всё это очень странно.

– Мне, наверное, уже пора, – пробубнила, поднимаясь с постели. Проговорили мы довольно долго, и утро успело смениться днём, а уходить лучше засветло.

– Оставайся. Рано или поздно, он всё равно меня найдёт, – тяжело вздохнув, произнесла девушка. – Думаю, я, наконец, готова встретиться с ним.

– Но я не хочу, чтобы он нашёл меня. Я и так потратила уже целые сутки, – повернувшись к девушке, ответила я.

– Ну, вообще-то, прошло уже пять дней, – уставившись на потолок, протянула отступница. – У тебя была лихорадка. Так что, если мой брат не дурак, то скоро будет здесь.

– Тогда я точно должна бежать.

– Куда? – с издёвкой спросила та. – Ты ещё не восстановилась, надолго тебя не хватит. Подумай хотя бы о ребёнке. Да и ты хочешь такой жизни? Постоянно убегать и гадать: проживёшь ли ещё один день?

– А какой у меня выбор? – задала встречный вопрос.

– Дождись его и поговори. Если окажешься права, останешься здесь или пойдёшь туда, куда захочешь. Я буду рядом.

– Он не отпустит меня.

– На это я и рассчитываю, – смеясь, выложила все карты та. – Он имеет столько же прав на ребёнка, сколько и ты. Не будь эгоисткой.

Я запуталась и не знала, как поступить. Халиса была права: граф имеет право знать, но каким боком это вылезет мне? Опустила голову, посмотрев на живот, и приняла решение. То, что я могу дать этому ребёнку, – это страдание и боль. Не могу я так поступить с ним…

– Обещай, что не отдашь меня ему, если я решу выбрать другой путь, – строго попросила я.

– Клянусь, – тут же произнесла девушка. – А теперь пора бы и перекусить.


Глава 11. “Решение”.


Прошло ещё девять дней, все из которых я тряслась как осиновый лист в ожидании встречи с графом. Восстанавливалась я очень плохо, поэтому большую часть времени Халиса заставляла проводить в постели. Тошнота уже стала привычным делом, благо меня не рвало, как других токсикозных. Постепенно начала привыкать к мысли о том, что скоро стану мамой. Мама! Такое простое слово, но как много оно значит для каждого. Конкретно для меня – это то, чего мне так не хватает и то, о чём и не мечтала последние десять лет. Я хотела этого и боялась одновременно. Что я могу дать малышу? Мать, безродная шлюха, которая не видела ничего хорошего в своей жизни, у которой нет ничего, кроме него. Клайз мог бы решить все проблемы, но как мы будем жить? Он презирает меня, а я, что чувствую я? Если отбросить всё плохое, то, очевидно, что я скучаю. Не понимаю почему именно, но от этого хочется скулить. Возможно, это всего лишь привычка, но я, кажется, готова терпеть всё, чтобы обеспечить своему ребёнку лучшее будущее. Что до меня – для меня уже давно всё потеряно. В общем, я продолжала загонять себя в депрессию.

Днём сидела в отведённом мне домике, добивая себя грустными мыслями, а вечерами ко мне приходила Халиса, иногда к нам присоединялся её муж, и мы говорили. О многом. Но чаще всего они расспрашивали меня о моём мире. Я рассказывала, и всё глубже погружалась в воспоминания, будто переживала всё. После чего снились кошмары. Нельзя думать о прошлом! Я точно знаю, что не смогу вернуться. Но даже если бы и представилась такая возможность, приспособиться к нему я бы уже не смогла, а значит, выход только один – смириться со всем и продолжать жить.

Не знаю сколько ещё прошло времени, но в одну из ночей меня одолел страх. Я не могла уснуть и продолжала чувствовать нарастающую тревогу. Металась по комнате, как зверь в клетке, решая, как поступить. Назовите это интуицией, но я привыкла доверять ей. Выбежала из дома и решительно направилась к дому старосты. Думаю, не стоит объяснять, кем были эти люди – это и так понятно. Громко постучав в дверь, я топталась у порога, нервно покусывая губы, ожидая появления хозяев. Долго ждать не пришлось. Крис появился первым и выглядел так, будто ещё и не ложился спать, а следом появилась и Халиса.

– Что случилось? – пропуская в дом, спросил мужчина.

– Извините, что побеспокоила. И это, скорее всего, ничего не значит, – начала тараторить я. – Просто я не знала, с кем ещё это обсудить. Чёрт – это глупо, но…

– Успокойся и нормально объясни, что происходит, – перебила меня девушка, беря за руку.

– Ладно, – сделала глубокий вдох, чтобы прийти в себя. – Что-то должно произойти и очень скоро.

– О чём ты говоришь? – строго поинтересовался Кристофер.

– Я не знаю, просто… – договорить не успела, так как за окном прозвучал взрыв и оглушительный свист.

Земля задрожала, а следом раздались крики людей. Крис и Хали среагировали мгновенно, схватили мечи и выбежали на улицу, отдавая приказы своим подчинённым. Я стояла, как в землю вкопанная, не понимая, что сейчас произошло. Зачем кому-то нападать на поселение Отступников? Всё как в замедленной съёмке. Люди бегут, прикрывая головы руками. Огненные ядра, встречаясь с землёй, осыпаются миллиардами искр, которые, попадая на соломенные крыши, охватывают их огнём. Мужчины с оружием направляют людей в безопасное место, закрывая их собой. Слышен треск дерева и плач детей. И тут появляются они.

Сквозь дым от огня прорывается силуэт человека в чёрной мантии с капюшоном, а следом за ним появляется и его армия, которая тут же ринулась на отступников. Мечи схлестнулись. Искры, скрежет металла и звон разбитых стёкол. Мне не нужно было гадать, чьё лицо скрывается под капюшоном – я чувствовала, что это он. Оторопь прошла, и время потекло в привычном русле, оглушая звуками. Схватила стоявшие у двери текпи и решительно направилась в сторону того, кому подписала смертный приговор. Дамьен ждал этого, поэтому отразил атаку за секунду до того, как остриё вошло в его бок. Он играл со мной, не нападал, а лишь уклонялся. Я понимала, что он не по зубам мне, но продолжала наступать. Инстинкт самосохранения даже не проснулся.

Запоздало поняла, что принц не только хорошо управляет оружием, но и владеет магией. Конечно, откуда мне было это знать! С магией я сталкивалась лишь в бытовых сферах, но никак не в бою, поэтому не знала, что с этим делать. Стихия огонь – я даже не сомневалась в этом. Что я знаю о стихийниках, да особо ничего. Огненные вспыльчивы, часто действуют на эмоциях, и это как раз минус, чем плюс. Вот только число разрушений после них колоссальное. И как быть? В том, что он пришёл за мной, я была уверена на сто процентов. Будь иначе, он напал бы на Отступников гораздо раньше, и то, что он похитил меня, только это подтверждает. И дело ли только в том, что он жаждет наследника? Откуда такое маниакальное желание, использовать для этого именно меня? Слишком много вопросов!

Когда в его ладони фаербол, я поняла, что проиграю, потому как не смогу отбить атаку, но всё равно ощетинилась, как волк перед смертью. Убить не убьёт, а вот ожоги заживают долго и болезненно. Пара секунд- и огненный шар оказывается в метре от меня, опаляя жаром, вот только не достигает цели, меняет траекторию и со свистом летит влево от меня. Это точно была не я. Сквозь густой дым отыскала глазами Халису, лицо которой говорило, что она не причастна к этому, но потом она опустила взгляд ниже и сощурилась, глядя на мой живот. Неужели это ты? Да разве могло крошечное существо, живущее во мне, сделать такое? Защитить своего носителя? По изумлённой ухмылке девушки было понятно, что может. Он защитил меня? Сама не поняла, когда начала плакать. Просто почувствовала влагу на щеках и солёный привкус во рту. Дамьен был шокирован. Я не видела этого, но точно знала. Очередной, выпущенный шар так же не достиг меня. Завис в воздухе где-то посередине, и на этот раз я была уверена в том, что это сделал не малыш. В груди зародилось волнение, от которого перехватило дыхание. Сердцебиение усилилось, и меня бросило в пот. Я схватилась за горло, не понимая причину моего состояния, испуганно озираясь по сторонам, и увидела его.

Он будто феникс, возродившийся из огня, ступал по раскалённым углям, неотрывно глядя на меня. Пламя не касалось его, а лишь обволакивало, словно вокруг него невидимый щит. Брови сведены от злости, желваки ходят ходуном, а пальцы сжаты в кулаки. Губы приоткрылись, нашёптавая что-то, и я услышала хлопок за спиной. Должно быть, это уничтоженный фаербол. А следом за ним из темноты появился император и офицер. Сорвавшись с места, Реми бросилась ко мне и сжала в объятиях. Она что-то бормотала, а я продолжала смотреть на приближающегося мужчину. Ещё один стихийник! Не самое лучшее время, чтобы появиться, пусть даже он и спас меня. Снова. Сердце щемило так, будто кто-то нарезает его тупым ножом на тонкие слайсы. Внутри кипели эмоции, и я не понимала, кому они принадлежат: мне или ребёнку. Надеюсь, что ему, потому как я не имею права испытывать подобное. Не совсем понимала значение этих эмоций, но кажется там было желание. Всего один взгляд- и я готова броситься к нему на шею. Глупо! Нельзя допустить подобное.

– Ты, – сквозь стиснутые зубы протянул Клайз, вырвав меня из объятий Реми. Я молчала. Мне нечего было ему сказать, поэтому продолжала упрямо смотреть в глаза.

– Идиоты! Он уходит! – прокричала Халиса, проносясь мимо нас. Что происходит? Кто уходит? Зачем всё это? Мне было всё равно. Единственное, что волновало – это мужчина напротив, с силой сжимающий мои плечи.

– Теридан, сейчас не время, – рявкнул Миллиорн, подойдя к нам.

– О, нет. Сейчас самое время, – протянул тот, переводя взгляд в сторону сестры.

Я не знала, что происходит за моей спиной, поэтому подскочила от оглушительного звука подщёчины. Наваждение спало, и я-таки смогла обернуться, чтобы воочию лицезреть разгневанную Халису и алеющий отпечаток ладони на лице императора. Мужчина никак не отреагировал на это, как будто знал, в чём провинился, а вот я не знала, и мне, чёрт возьми, было интересно. Что же так взбесило вечно спокойную девушку?

– Решил поиграть? – прошипела девушка. – Думаешь, я не пойму, что это твоих рук дело?

– О чём ты говоришь? – зло спросил граф.

– Не лезь! – повернувшись в его сторону, рявкнула та. – С тобой у меня будет отдельный разговор, братец. Да, они определённо родственники! Казалось, тьма сгустилась вокруг них. Страшные люди.

– Успокойся, – строго произнёс подбежавший Крис, перехватывая жену, когда та снова кинулась на правителя. – Мне нужна твоя помощь. Нужно успокоить людей и разместить их в уцелевших домах.

Эти слова подействовали лучше, чем ушат холодной воды. Она успокоилась, тяжело вздохнула и посмотрела, наконец, на мужа. Клайз чуть ли не рычал, увидев, что некий мужчина прикасается к его сестре. Ещё я ощутила это на себе, потому как его пальцы сжались сильнее, а они по-прежнему были у меня на плечах. Я дёрнулась, чтобы освободиться, но куда там. Теридан резко дёрнул на себя, и я уткнулась лицом в его грудь.

– Джен, отведи их в дом Кайны, – отдала приказ молодой девушке, Халиса. – И не выпускай. – косой взгляд на императора. – Попроси об этом Пола, – сказала и последовала за Крисом.

Нас сопроводили в дом, в котором я обитала последнее время и заперли дверь. Вот так жильё превратилось в тюрьму. Весь путь Клайз не отпускал мою руку и просто тянул за собой. Нужно было что-то сказать, но я не находила слов. Всё снова стало странным для меня, но я решила плыть по течению, а значит должна лишь пытаться не утонуть. Помещение было маленьким для четырёх человек, поэтому все испытывали дискомфорт. Миллиорн сразу же расположился на единственном в этой комнате стуле, сосредоточенно глядя вперёд себя. Должно быть он обдумывал слова Халисы, что неудивительно: она шокировала и меня. Позволить себе подобное и остаться безнаказанной – отныне она мой кумир. Граф наконец-таки меня отпустил и сел на расправленную постель, зажав голову руками. Верно, ему тоже есть, над чем подумать. Что до меня – действие адреналина испарилось, а с ним вернулась боль в рёбрах и тошнота. Самое время, чёрт возьми! Меня качнуло, но тут на помощь пришла офицер. Девушка помогла добраться до постели, на которой я растеклась лужицей, несмотря на то что рядом сидел Теридан.

– Что с тобой? Ты бледная, – взволнованно поинтересовалась та.

– Всё в порядке.

– Не в порядке! – проорала Халиса, как только вошла в дом. – У девчонки сломаны рёбра, и она почти не восстанавливается.

– Ты можешь нормально всё объяснить, а не орать, как истеричка? – в тон ей ответил граф, теряя терпение. – Что с тобой такое? Я искал тебя столько лет, а ты даже не удосужилась сообщить мне о том, что жива! Он долго сдерживался, но нервы на пределе, и я это видела. Атмосфера накалялась. Я будто находилась в эпицентре взрыва, ощущая, что скоро сметёт и меня.

– Ты хоть представляешь, как я жил всё это время?

– Я знаю, как ты жил, а вот ты ничего обо мне не знаешь, – грубо ответила Халиса.

Терн задумался, а потом резко повернулся в сторону молчаливого императора.

– Ты, – протянул тот. – Ты знал. – теперь я вообще ничего не понимаю. Какой-то театр абсурда разворачивается сейчас передо мной. Только и успеваю, что переводить глаза с одного, на другого и третью. Так и голова закружится!

– Знал и молчал, хотя видел, как мне хреново!

– Я дал клятву, – уверенно заявил Миллиорн. – Халиса связалась со мной сразу же, как попала к отступникам.

– Да, только ты сделал всё, чтобы привести его сюда, – рявкнула девушка.

– О чём вы все говорите? – задала интересующий и меня вопрос Реми.

– Ты ещё кто такая? – высокомерно спросила отступница. Офицеру это не понравилось, и она ринулась в бой, но я вовремя перехватила её за руку, покачав головой в знак протеста.

– Это твоя подруга? – обратилась Халиса ко мне. – Где же она была, когда мой брат делал из тебя приманку? – меня будто током ударило. Приманка? Что она хочет этим сказать? – Не смотри на меня так. Да, я с самого начала знала, что всё это неслучайно. Я причина, а ты решение. И брачный браслет он скорее всего одел для того, чтобы он привёл тебя ко мне, ведь мы обе имеем отношение к продаже людей из других миров.

Меня будто ткнули лицом в дерьмо, чтобы я наконец пришла в себя. Шестерёнки в голове начали работать, складывая сложнейший пазл в моей жизни. После того как граф узнал о моей принадлежности к другому миру, он отвёл меня в игровой дом, чтобы продемонстрировать всем как товар. И он добился своего. Нападение на нас в свободных землях выходит так же было направлено на меня, ведь наёмники не последовали за Клайзом, а остались рядом со мной. Как раз вспомнился его взгляд после разговора с конюхом. Тогда Фаниса сказала, что всё происходящее связано со мной. И оказалась права. Затем бал, где я и обзавелась браслетом, после чего меня и похитили. Как же чётко всё спланировано. Значит и секс был частью плана. Насколько знаю, они активируются только после половой связи, что завершает привязку. Что тут сказать- умно. Сложно передать словами, что я чувствовала в тот момент. То, что мне обломали крылья, – это слишком банально. Нож в спину – предсказуемо. Боль – до безумия просто. Нет, ничего из этого. Предательство – да, безусловно. Но и это не то. Что испытывает человек, которому вырвали сердце? Наверное, снедающую пустоту, безразличие ко всему и усталость. Вот именно это я и чувствовала. Поднялась с постели, чтобы выйти – не хотела оставаться рядом с этими людьми. Отвратительно!

– Кайета, прости, – осознав, произнесла Халиса. – Ляпнула, не подумав.

– Нет, ты всё правильно сказала. Это я была глупой, чтобы самостоятельно до этого додуматься, – признавая очевидное, ответила я. Реми попыталась меня остановить, но я оттолкнула её руки. На неё не злюсь, но и в помощи не нуждаюсь.

– Я не отпущу тебя, – преграждая мне путь, заявил граф.

– Правда? И как ты меня остановишь? – без эмоционально ехидничала я.

– Ты пока ещё моя рабыня, – прорычал тот, делая шаг ко мне.

– Я пока ещё твоя жена, – ответила в его же манере, демонстрируя браслет.

– Верно, – глядя на браслет, протянул тот. – И кому-то придётся за это ответить.

– Это твоя ошибка, что сразу не понял, что это за вещица, – начала издеваться отступница. – Как ты мог не заметить плетение и вливание крови, присущее лишь брачным браслетам? Да и стиль императорский. Очевидно же, что это не простое украшение.

– Поверил другу, – убийственный взгляд на правителя. – Нам придётся о многом поговорить.

– Я не о чём не жалею, – встав со стула, заявил Миллиорн. – Давно пора было это сделать, но ты никогда и никем так не интересовался. Да и всё случившееся помогло тебе найти сестру. Я устал хранить эту тайну.

– Не браслеты привели вас сюда, а ты, – прорычала отступница. – Без твоего участия на поиски ушли бы месяцы, а вы появились здесь слишком быстро.

– И прошу заметить вовремя, – отозвалась офицер. – Продолжите выяснять отношения позже. Давайте обсудим произошедшее. Кем были эти люди?

– Неизвестно. Все трупы принадлежат наёмникам, – ответил Крис, которого я до этого не замечала. – Их следы исчезли в паре километров от поселения, а это значит, что они пришли сюда через портал.

– И что им было нужно? – снова спросила Реми.

– Ни что, а кто, – загадочно произнесла Халиса, после чего все взгляды устремились на меня. – И даже знаю зачем. Но мы не знаем, кем был тот маг. Настало молчание. Все переваривали информацию, а я воспользовалась моментом, чтобы улизнуть, но у самого порога притормозила, чтобы произнести всего одно слово.

– Принц.

И ушла.

Точнее побежала. Неслась так, как никогда в жизни, будто за мной гонится свора псов. Плевать куда, лишь бы подальше. Повсюду продолжает гореть огонь. Люди разгребают завалы. А я бегу. Бегу так, что в лёгких не хватает воздуха и я начинаю задыхаться. В голове нарастает шум. Я знала, к чему всё идёт, но упорно продолжала бежать. Такое уже случалось. Давно, и я думала, что вряд ли повториться, но увы. Упала на землю, словно опустошённый сосуд, жадно хватая губами воздух. Вот только лёгких он не достигал. Зарываюсь пальцами в прохладную землю, вырывая комья грязи и травы. У меня приступ. В моменты панической атаки или сильнейшего нервного срыва со мной такое случается. Я не могу дышать. Не могу сделать вдох. Последний раз подобное произошло в монастыре, но я была ещё подростком. С тех пор как перестала испытывать любые чувства, это прекратилось, но всё изменилось, стоило встретить графа. Всё, будто лавина, обрушилось на меня, оголяя нервы. Я перестала себя контролировать, начала чувствовать то, что не должна, и вот результат. Лежу на промозглой земле, в еловой чаще, не имея возможности сделать вдох. Слёзы льются градом от жалости к самой себе. За что?! За что мне всё это?! Я не понимала, что я сделала такого, за что теперь так жестоко расплачиваюсь. Должно быть, в прошлой жизни я была дьяволом во плоти. Если нет, то я отказываюсь понимать. Лёгкие горят огнём, а глаза закрываются. Мозг перестаёт работать из-за нехватки кислорода. Не самая плохая смерть.

– Тш-ш-ш, – раздалось над ухом. – Я здесь. Дыши.

Почувствовала, что меня притянули на колени и коснулись груди, после чего по телу разлилось тепло, а лёгкие открылись, будто прорвало дамбу. Закашлялась от резкого потока воздуха. Голова кружится, противный звон в ушах. И кто-то крепко держит меня. У меня началась самая настоящая истерика. Знаете, когда ревёшь взахлёб и не можешь нормально произнести ни одно слово, потому что заикаешься? Вот это тот самый случай.

– Ос-тавь. Ме-ня. В-по-кое! – по слогам выдавила я, отползая. Я уже забыла, каково это так плакать, поэтому испугалась. Сейчас я была слишком уязвимой и слабой, а рядом с ним нельзя расслабляться. Клайз схватил за голень и потянул на себя, переворачивая меня на спину. Его глаза – в них впервые было столько всего, что я задохнулась. Страх. Отчаяние. Надежда. Боль. Впервые вижу его таким.

– Уби-райся!

– Я не брошу тебя, – нависая надо мной, заявил тот. – Больше никогда.

– Ты. Мне. Не нужен! – мне было больно слышать его слова после того, что узнала. Одно дело знать, что тебя используют, а другое, когда тобой играют, как разменной монетой. Не понимаю, почему испытываю боль от этого, но его предательство, как пощёчина. Неужели я влюбляюсь в него! Нельзя! Этот человек -враг! Всего одна ночь, проведённая с ним, и я сошла с ума! Я не должна думать об этом!

– Ты сделал всё возможное, чтобы я возненавидела тебя ещё больше!

– Прости меня, – уткнувшись носом мне в шею, тихо произнёс тот.

– Простить? – горько рассмеялась я. – О каком прощении ты говоришь? Истерика продолжалась. Я хохотала в голос, захлёбываясь при этом слезами.

– Ты бы смог простить после всего, что сделал? – он молчал. Ответ очевиден. – Я не вернусь с тобой. Теперь ты не имеешь власти надо мной.

– Я сделаю всё, чтобы ты передумала, – уверенно заявил граф, глядя мне в глаза.

– Как? Снова принудишь? – ехидно поинтересовалась я. – Ну да, ты же по -другому не можешь. Эгоист. Надеюсь, однажды ты испытаешь всё, что пришлось пережить мне из-за тебя.

– Хорошо.

Что? Почему он так легко соглашается с моими словами? Неужели Халиса ему всё рассказала? Нет, не похоже. Тогда в чём дело?

– Нужно возвращаться.

– Я не хочу, – прикрыв лицо рукой, прошептала я. – Просто уходи.

– Нет, – огрызнулся тот, беря меня на руки. Начала сопротивляться, но мои жалкие попытки тут же пресекли. В общем, оставила всё, как есть. Хочет по геройствовать – не смею останавливать.

Закрыла глаза, чтобы не видеть происходящего вокруг. Если бы можно было ещё и оглохнуть, воспользовалась бы этой возможностью, потому как хотела остаться в тишине и одиночестве. По всей видимости, меня внесли в дом, потому как раздались знакомые голоса и уложили на постель, прикрыв одеялом. Я продолжала делать вид, что глухая, немая и слепая – овощ, одним словом, благо никто не спешил проверить мои чувства на прочность. Настало неловкое молчание, которое я ощущала даже кожей. Не удивлюсь, если собравшиеся переговариваются сейчас жестами. Да плевать! Хоть ментально – мне до этого нет никакого дела. Лишь бы меня не трогали.

– Я останусь с ней, – прорычал Клайз.

– Да неужели? – в тон ему ответила Халиса. – Может спросим у неё, чего она хочет? Думаю, она ответит: Пошёл ты к чёрту, грёбаный ублюдок! И я буду с ней солидарна.

– Ты забываешься, сестрица.

– Я уже давно всё забыла, – уверенно произнесла та. – С ней останется её подружка, а ты пойдёшь со мной.

Да валите уже все!

Будто услышав мои мысли, все покинули дом, оставив меня, наконец, в одиночестве. Реми тоже ушла, но, думаю, ещё вернётся, а пока я могу подумать. Требовалось принять очередное решение в связи с последними событиями, и я не знала, как поступить. Безусловно, Клайз должен знать о том, что у него будет наследник, вот только для меня это означает, что я снова окажусь в клетке, ибо он не отпустит. В том, что не хочу оставаться рядом с ним после всего, я была уверена, а что касается чувств, я их подавлю. Как и делала это раньше. Мы абсолютные противоположности, привыкшие к разным уровням жизни – у этих отношений нет будущего, как нет и настоящего. Чёртов браслет! Если бы можно было снять его без участия графа, это заметно облегчило бы мне задачу. Исчезла бы- и дело с концом. Думаю, то, что и в поселении отступников я не останусь, – это тоже понятно. А значит, придётся просить о помощи у того, в ком я совершенно не уверена. Слишком о многом нужно было подумать, а голова отказывается работать.


Глава 12. “Раз и навсегда.”


Граф шёл за сестрой, но мыслями оставался рядом с девушкой. Он пытался разобраться со своими чувствами и тем, чего же на самом деле желает. Когда Кайета пропала, его передёрнуло, как от разряда молнии. В груди образовалась пустота, и она не спешила затягиваться, будто с исчезновением девушки исчезла и часть его самого. Такое же чувство он испытал, когда погибли родители и пропала Халиса. Но это же его близкие, а кто она для него? Рабыня, с которой он провёл всего одну ночь, и которая изменила всю его жизнь.

Весь путь, нити, связывающие их, вели его к ней, но регулярно прерывались, словно проверяли его решимость на прочность. Весь путь они петляли, будто зайцы в поле, не зная какое направление выбрать, что, безусловно, бесило. Тревога нарастала с каждым днём, и от беспокойства, щемило сердце. Волнение снедало мужчину изнутри. И дело здесь вовсе не из-за предстоящей встречи с сестрой. Честно признаться, он вообще о ней не думал, хоть и спланировал всё ради неё. Решился предать ту, из-за которой теперь не находит себе места. До чего же странное стечение обстоятельств.

Безусловно, Мил вёл его, что и подтвердили слова Халисы. Этот паршивец обо всём знал и молчал. Клятва – чёрт бы её побрал! Император вёл свою игру, а Теридан ни разу не уловил его во лжи. Каков глупец! Решил связать их, не спросив его мнения. А если бы спросил, чтобы он ответил на это? Граф не знал. Теперь не знал. В любом случае, он был благодарен другу за то, что тот ускорил встречу с сестрой, пусть и так подло. На пути им не встретились ни разбойники, ни преследователи, словно кто-то прикрыл их невидимым куполом. Само собой, закрались подозрения, что это дело рук Мила. Слишком легко прошёл их путь.

Ещё издалека было заметно поднимающееся в небо пламя, и Теридан решительно направился к его очагу, уверенный в том, что это то самое место, которое он так искал. И успел как раз вовремя. Он не замечал ничего, что творилось вокруг. Даже на сестру обратил внимание только тогда, когда она пронеслась у его лица. Единственно, что он видел в тот момент – это спину Кайеты, в которую летел огненный шар. Движением руки он остановил его, но не спешил уничтожать. Она повернулась- и мир для мужчины словно замер. Сердце бешено колотилось внутри, грозясь проломить грудную клетку. Дыхание стало прерывистым, и что-то тугими кольцами сжалось у самого горла. Осунувшаяся, бледная, как мел, девушка, не была похожа на его рабыню. Глаза полные слёз, и это удивлённое выражение на лице. Она не ждала его появления. Длинные волосы метались на ветру, словно подражая пламени огня. Ночная рубашка измазана сажей и грязью, а на оголённых ногах лишь домашние тапочки. Неужели она всегда была такой? Нет, определённо нет. Она не была такой тощей!

Заклинание разрушения тут же слетело с губ, и он решительно двинулся в её сторону, не замечая того, что противник улизнул. Правда, Реми опередила его и в этом. Бросилась на девушку, прижимая её истощённое тело к груди. Ревность! Да – это именно то, что он испытывал в тот момент. Его одолевала злость из-за того, что кто-то смеет прикасаться к тому, что принадлежит ему. Вырвав Кайету из рук офицера, он сжал её плечи, вглядываясь в испуганное лицо.

– Ты, – единственно, что он смог произнести в тот момент. Но сколько всего было в одном этом слове. Тепло. Нежность. Страх и облегчение. Со стороны, определённо, это выглядело как рычание, но только не в его душе. Жива! Всё, о чём он думал тогда, и то, о чём молил Богов на протяжении всего пути. Мысль о том, что девушка могла пострадать или, того хуже, могла оказаться мертва, выводила его из себя и загоняла в угол. Почему он так переживает за неё? Он и сам не мог ответить на этот вопрос. Она попыталась вырваться, но он не дал ей такой возможности. Прижал к себе, ощущая её тело, словно впервые касается его. Такое родное, не похожее ни на одно другое.

Звук пощёчины немного остудил его пыл и заставил думать не только о девушке в его руках, но и том, кто его окружал. Халиса – его младшая сестрёнка. Она совершенно не та, какой он её помнил, хотя чему тут удивляться? Прошло уже больше одиннадцати лет. И что это за ублюдок, который обнимает его сестру? И она, демоны её побери, его слушается. А дальше абсурда стало только больше. Мужчина не выдержал и заорал, когда сестра снова начала обвинять Миллиорна. Он ничего не понимал, и это сводило с ума. И тут начались откровения, после которых волосы вставали дыбом. Мил обо всём знал и даже придумал затею с браслетами. Халиса не милая девочка, какой всегда была. А Кайета всё -таки пострадала. Что за хрень?!

Упрёк от сестры, словно оплеуха, заставили его в очередной раз задуматься над тем, что он всё-таки совершил. Он использовал её множество раз, совершенно не заботясь о её чувствах. Всё только в угоду себе. А затем и вовсе предал, подставив под удар. И теперь его грызла совесть. Она грызла и раньше, но именно в этот момент, находясь всего в нескольких сантиметрах от той, кем пожертвовал, ощутил это сполна. Спорить и отрицать очевидное было бессмысленно, поэтому он предпочёл молчать, сжигая себя изнутри.

– Кайета, прости, – виновато произнесла сестра. – Ляпнула, не подумав.

– Нет, ты всё правильно сказала. Это я была глупой, чтобы самостоятельно до этого додуматься, – её слова прозвучали так равнодушно, что у графа снова защемило сердце.

– Я не отпущу тебя, – уверенно заявил он, оказавшись перед ней. Плевать каким способом, но он не позволит ей снова исчезнуть.

– Правда? И как ты меня остановишь?

– Ты пока ещё моя рабыня, – прорычал тот, делая шаг к ней. Ему не нравился её тон и чувство, что всё летит ко всем чертям. В каждом слове звучала ненависть.

– Я пока ещё твоя жена, – уколола его та.

– Верно. – глядя на браслет, протянул Теридан. Очень странно, но он не испытывал злости по этому поводу. Гнев был направлен на императора за то, что тот поставил его в неловкое положение. – И кому-то придётся за это ответить.

– Это твоя ошибка, что сразу не понял, что это за вещица, – продолжила издеваться Халиса. – Как ты мог не заметить плетение и вливание крови, присуще лишь брачным браслетам? Да и стиль императорский. Очевидно же, что это не простое украшение.

– Поверил другу, – убийственный взгляд на правителя. – Нам придётся о многом поговорить.

– Я ни о чём не жалею, – встав со стула, заявил Миллиорн. – Давно пора было это сделать, но ты никогда и никем так не интересовался. Да и всё случившееся помогло тебе найти сестру. Я устал хранить эту тайну.

– Не браслеты привели вас сюда, а ты, – прорычала сестра. – Без твоего участия на поиски ушли бы месяцы, а вы появились здесь слишком быстро.

– И прошу заметить вовремя, – отозвалась офицер. – Продолжите выяснять отношения позже. Давайте обсудим произошедшее. Кем были эти люди?

– Неизвестно. Все трупы принадлежат наёмникам, – ответил мужчина, который до этого сжимал в объятиях Халису. – Их следы исчезли в паре километров от поселения, а это значит, что они пришли сюда через портал. Очень странно!

– И что им было нужно? – снова спросила Реми. Хороший вопрос…

– Ни что, а кто. И даже знаю зачем. Но мы не знаем, кем был тот маг. – загадочно произнесла сестра и уставилась на Кайету. Клайз не понимал, что хочет сказать этим Хали, но был уверен, что ничего хорошего не услышит. Судя по выражению лиц собравшихся, над этим вопросом призадумались все. Неужели она хочет сказать, что всё из-за Кайеты? Если так, то она снова в опасности. Кем был тот ублюдок?

– Принц, – вдалеке раздался голос девушки.

Обернувшись на звук и не обнаружив её, мужчина ощутил страх. Он испугался того, что она снова исчезла у него из-под носа. Совсем как тогда, во дворце. Наплевав на всё, поддавшись эмоциям, граф бросился за ней. Заметив кончики её волос, мелькнувших в дыму, он ускорил бег. У него нет права на ошибку – слишком много он уже их совершил. Теридан не понимал, но он чувствовал, что этот разговор, может быть если не последним, то решающим. Она не простит. Никогда не простит за то, что он сделал. Да он и сам бы не простил. Идиот! Как раз вспомнились слова Реми о том, что однажды он пожалеет о каждом своём поступке. И вот – тот самый момент! Граф жалеет и ненавидит самого себя. Боится предстоящего разговора и того, что услышит в ответ. Он точно знал, что придётся за всё платить и жестоко, но и убегать было бы трусостью.

Он обнаружил её лежащей на земле, корчащейся от боли. В лунном свете её кожа выглядела ещё бледнее и, если бы не судороги, он решил бы, что она мертва. Упав на колени рядом, он начал сканировать её тело, чтобы понять, что происходит. И, как оказалось, её лёгкие свело спазмом, и она не может дышать. Мужчина впервые обрадовался своему дару и стихии воздуха, потому как мог помочь ей, не прибегая к помощи целителей. Приложив ладонь к её груди, он выпустил поток энергии. Осторожно, только для того, чтобы приоткрыть лёгочный клапан и не навредить ещё больше. Подействовало, но она зашлась диким кашлем, свернувшись калачиком на его коленях.

– Тш-ш-ш. Я здесь. Дыши, – повторял он, как мантру.

Как же он испугался! Это определённо результат нервного срыва, виновником которого является он. Сколько ещё я буду причинять тебе боль? Как только кашель прошёл, у неё началась истерика. Граф впервые видел такие последствия. Кайета плакала так, что хотелось сдохнуть от чувства вины. Он разрушил её и без того ужасную жизнь. Сломал, как ненужную вещь. И кто он после этого? Не существует такого слова, чтобы описать его поступок. Девушка захлёбывалась слезами, и Теридан не знал, как это прекратить.

– Ос-тавь. Ме-ня. В-по-кое! – по слогам выдавила та, сползая с его колен. Но Клайз не допустил её ухода. Схватил за голень и притянул к себе, переворачивая на спину, прижимая к земле, чтобы не пыталась сбежать. Заглянул в её красные от слёз глаза и, наконец, понял, что крупно попал. Сама мысль о том, что она оставит его, приводила его в ужас.

– Уби-райся!

– Я не брошу тебя, – нисколько не сомневаясь в своих словах, заявил мужчина. – Больше никогда.

– Ты. Мне. Не нужен! – слышать подобное было больно, но он не имел права возмущаться. Он причинил ей боль и теперь в ответе за это. – Ты сделал всё возможное, чтобы я возненавидела тебя ещё больше!

– Прости меня, – уткнувшись лицом в её шею, вдыхая полюбившийся запах, прошептал Теридан. Ему было так хреново, что впору бы завыть, как волк, вот только какой в этом смысл?

– Простить? – горько рассмеялась та. – О каком прощении ты говоришь? Ты бы смог простить, после всего что сделал? Граф молчал. Ответ очевиден. Что тут скажешь? Он и сам себя ненавидел. – Я не вернусь с тобой. Теперь ты не имеешь власти надо мной.

– Я сделаю всё, чтобы ты передумала, – уверенно заявил граф, глядя в её глаза.

– Как? Снова принудишь? – ехидно поинтересовалась девушка. – Ну да, ты же по -другому не можешь. Эгоист. Надеюсь, однажды ты испытаешь всё, что пришлось пережить мне из-за тебя.

– Хорошо, – тут же согласился он. Граф был готов пойти на всё, лишь бы она осталась рядом. Маниакальное желание совсем не присущее ему, но в тот момент его это нисколько не волновало. – Нужно возвращаться.

– Я не хочу, – прикрыв лицо рукой, прошептала Кайета. – Просто уходи.

– Нет, – пусть злится, пусть ненавидит, но не просит уйти, потому как сделать это он уже не в силах.

Подхватил на руки и понёс обратно, в тепло. Туда, где она будет в безопасности. Правда, обеспечивать безопасность этой ночью будет не он. Халиса не позволила ему остаться. Вместо него рядом с девушкой будет Реми. Это хорошо – ей он может доверять. А им, действительно, нужно поговорить.

Оставив девушку одну, предусмотрительно установив у двери охрану, они вошли в дом старосты. В глаза сразу бросилась разница между домом, в котором жила Кайета, и их жильём. Убранства были богаче, повсюду стояли фотографии в деревянных рамках, мебель из чистого дерева и дорогие ковры. Сразу видно: этот дом не пустует. Сестра живёт довольно неплохо, и это несказанно порадовало мужчину. Взяв в руки одну из фотографий, он взглянул на изображение. На нём была Халиса и этот парень, что постоянно находился рядом с ней. Он обнимал её так, словно держит в своих руках самое драгоценное, что есть в его жизни, а она счастливо улыбалась ему. И Клайз прекрасно понимал его. Примерно так же он ощущал себя всего несколько минут назад. Значит эти двое вместе? В принципе, он уже догадывался об этом. Что ж, если она счастлива, то Теридан готов принять этого малого в семью. Может хоть этим он задобрит Богов?

– Почему Кайета заговорила о Дамьене? – первым задал вопрос Миллиорн.

– Я не знаю. Должно быть, это из-за того, что произошло ранее, – пожимая плечами, ответила Хали. Вообще, графу это тоже показалось странным, но из-за всего случившегося просто вылетело из головы.

– А что случилось? – прищурившись, спросил Клайз. Он не глупец и прекрасно понимал: что -то, что ему предстоит услышать, разозлит его и скорее всего выведет из себя, но оттягивать было некуда.

– Эм, что-то мне не хочется тебе об этом говорить. – скривилась Халиса. Так, а вот это мне уже не нравится? Одного взгляда было достаточно, чтобы она начала говорить. – Когда мы нашли её в горах, эм, – снова замешкалась та, а нервы мужчины, натянулись, как тетива. – Терн, её изнасиловали, – произнеся это, сестра скривилась и отошла подальше, прижавшись к боку, светловолосого парня.

Граф стиснул зубы с такой силой, что послышался треск. Пальцы сжаты в кулаки. Глаза прикрыты. Он пытался справиться с эмоциями, но выходило чертовски плохо. Клайз был готов услышать что угодно, но только не об изнасиловании. Хуже этого просто не представишь. Кайета – его дикий цветок- из-за алчности мужчины снова подверглась домогательствам. Что же я за ублюдок то такой?! Молил о прощении? Да даже моей смерти будет мало, чтобы искупить вину! Как такое вообще могло произойти? И это ведь ещё не всё?

– Продолжай, – открыв глаза, произнёс тот.

– Она сказала, что это был Дамьен, а стоило выйти из пещеры- попыталась покончить с жизнью, сбросившись со скалы, – тихо прошептала сестра. – Кристофер вытащил её из воды, но без последствий не обошлось.

– Думаешь, он знает о том, что она из другого мира? – Теридан пытался рассуждать логически, но в голове звучали лишь слова Халисы. – Поэтому решил использовать, чтобы обзавестись наследником?

– Если это действительно был он, то думаю, да.

– Но он всегда был в поле моего зрения, – возмутился император. – Как бы он смог это провернуть?

– Ты правда думаешь, что не смог бы? – в тон ему, спросил граф. – Очнись Мил! Он всегда был способен на это. Это был маг огня, способный создавать порталы! Многие ли в империи могут это делать? И я верю словам Кайеты: она бы не стала лгать.

– Соглашусь с братом, – разливая по стаканам алкоголь, произнесла Халиса. – Я, как и все, никогда не воспринимала Дамьена всерьёз, считала его нерешительным слабаком, но какой смысл опровергать слова Кайи? Теперь- то я вижу, что он опасен.

– Я не могу в это поверить, – не унимался правитель. – Он же мой брат.

– Придётся, Мил, – прорычала Реми. – Ибо, если встречу его, не позволю тебе встать на моём пути. Несмотря на то что ты император, я порублю этого паршивца на мелкие кусочки.

– Ваше Императорское Высочество, – подал голос Крис. – Если услышанное окажется правдой, как планируете поступить? Спрашиваю, потому как отныне это касается и нас. Деревня разрушена и только потому, что вашему брату понадобилась Кайета. С этого дня у меня с ним личные счёты.

– Я поступлю по закону империи, – уверенно заявил тот.

– Нет, дружище, я поступлю по своим собственным законам, – прорычал Теридан, с силой сжимая кулаки. – И лучшее тебе этого не видеть. Друг молчал. Правильно, что тут скажешь? Он не понаслышке знал, что Клайз не разбрасывается словами и сделает именно то, о чём говорит. Плевать даже на то, что их дружбе может прийти конец. Отомстить за девушку стало для него делом чести.

– Но почему? – разбито произнёс Миллиорн. – Неужели дело только в наследнике?

– Определённо не только в этом, – разнося стаканы, прошептала сестра. – Гадать о причинах можно сколько угодно, но на ум приходит лишь одна – ему нужна власть.

– Хочешь сказать, что он хочет занять мой трон? – удивлённо поинтересовался император, сделав большой глоток пряной жидкости. – Я в это не верю.

– Можешь отрицать сколько угодно, но я докажу тебе это, – ещё больше разозлился граф. Его бесило то, что друг продолжает упорствовать, намеренно закрывая глаза на поступки брата. Мил всегда отличался острым умом и безошибочно рассчитывал события на несколько шагов вперёд, но как только дело касалось принца, он превращался в глупого ребёнка, не способного трезво смотреть на определённые вещи.

– Даже сейчас я могу назвать тебе дальнейшие его действия, – серьёзно заявил тот, дожидаясь внимания правителя. Как только его взгляд сосредоточился на нём, он продолжил.

– Дамьен попытается свергнуть тебя с помощью восстания, но скорее всего, просто попытается убить, и тогда трон перейдёт к нему. А для подстраховки, на случай, если не получится, он обзаведётся наследником, который после твоего ухода сядет на престол. Мы же с тобой оба знаем, что жить он будет очень долго.

Протянул на слове “очень”, акцентируя внимание. Это были не пустые слова. С самого детства они знали, что принц обладает невероятной силой регенерации, которая регулярно исцеляет его тело и органы, а значит, он способен прожить не одну человеческую жизнь. Будь у него характер Мила, трон принадлежал бы ему, но из-за взрывного нрава, ему приходится жить в тени брата, что несомненно бесило его.

– Я тебя понял, Терн, – делая очередной глоток, произнёс император. – Мне нужно время, чтобы всё обдумать. Оставив на столе пустой стакан, мужчина вышел из дома, оставшись наедине со своими мыслями.

– Как думаешь, он справится? – с сомнением спросила офицер.

– Мил не дурак и точно поступит правильно, в этом я не сомневаюсь, – уверенно заявил граф. – Вот только правильно для него, не значит правильно для меня. Слова прозвучали многообещающе и двусмысленно, но ему было всё равно. Судить принца будет именно он.

– Думаю, на сегодня хватит. Реми, возвращайся к Кайете, – усевшись на диван и прихватив с собой стакан горячительного, приказал граф.

Офицер не заставила повторять дважды, попрощалась и вышла из дома. За ней же последовал и староста, чтобы обсудить что-то со своими людьми, а Клайз… Мужчине нужно было всё хорошенько обдумать. Безумный день, безумный месяц, безумная жизнь. Как же он устал от этого круговорота событий, несущего лишь боль и разочарование. Когда же, чёрт возьми, наступит тот день, когда ему не нужно будет о чём-либо переживать, сражаться и страдать? Он, вообще, может на это рассчитывать? Перед глазами всплыл образ плачущей девушки, причиной слёз которой был он. Нет – у него нет права на счастье. Столько боли, сколько она перенесла за свою недолгую жизнь, не выдержал бы даже он. А он взял и просто сломал её, как фарфоровую куклу. Знал, как тяжело она переносит прикосновения и подкладывал под каждого, кому желал насолить. А дальше только хуже – подверг изнасилованию. Она и до этого не боролась за жизнь и что же будет теперь? Попыталась убить себя – мужчина не был удивлён. Вот только тогда он мог это предотвратить, браслеты хорошо справлялись со своей задачей, но теперь он не знал, как защитить её от глупых поступков. Единственное, что он может сделать – это постоянно быть рядом. Правда, так её ненависть будет только расти. Видеть каждый день перед собой того, кто заставил тебя страдать – та ещё пытка, но он должен сохранить её жизнь.

– Что между тобой и Кайей? – тихо спросила сестра, вырвав его из тяжёлых мыслей.

– Я и сам не знаю, – делая глоток коричневой жидкости, ответил тот. – Уже не знаю.

– Я вижу, как ты смотришь на неё, – горько усмехнулась она, присаживаясь рядом. – Так смотрит голодный волк, когда видит перед собой кусок мяса.

– Плохое сравнение, – улыбнулся уголками рта граф. – Со стороны должно быть виднее.

– Зачем ты так с ней поступил, если твои чувства изменились? – улыбка сошла с её лица и сменилась упрёком.

– Потому что дурак, – залпом осушая стакан, процедил мужчина. Преследуя свою цель, я совершенно не думал о ней, а тем более о её чувствах. Когда понял, что смотрю на неё не так как прежде, было уже поздно, план был запущен. Да, я мог всё прекратить, но испугался своих чувств и не стал останавливаться. Ты бы видела её лицо после того, как я отослал её на утро после проведённой ночи. Говоря гадости, я желал смерти самому себе, но я должен был это сделать.

– Как ты вообще решился переспать с ней? Я же знаю, насколько ты чистоплюй и привереда.

– Просто, она свела меня с ума, – мечтательно произнёс Клайз. – Не знаю как объяснить, но я постоянно думаю о ней. Мой мир начал вращаться только вокруг неё, и я испугался. Это очень странно, непривычно для меня, ведь никогда прежде я не испытывал ничего подобного.

– Ты влюбился? – ехидничая, протянула сестра, подавшись вперёд. – Мой чёрствый брат влюбился?

– Даже не знаю, что на это ответить, – наливая вторую порцию алкоголя, усмехнулся тот. Наверное, всё именно так, как и говорит сестра, потому как сам лично он не мог объяснить свои чувства. Любовь. Теридан не знает, что это за чувство. Любить своих близких- это совершенно другое, совсем не похоже на то, что мужчина испытывает в отношении Кайеты. Да, и он всегда считал, что люди любят кого-то за что-то: за богатство, красоту, связи, а у девушки нет ничего из этого. Выходит, он любит её просто так, за то, что она просто существует? Очень странное ощущение.

– На что ты готов пойти ради неё? – задала наводящий вопрос сестра.

– На всё, – без сомнения ответил граф.

– Тогда тебе придётся сильно постараться, чтобы удержать её, – снова стала серьёзной Халиса, а это тревожный звоночек. – Ибо ты опростоволосился ещё кое в чём.

– Не тяни демона за яйца, а скажи уже, – рявкнул тот. Мужчину снова начало трясти: ведь очередная ошибка может стать последней. Сколько уже можно косячить?!

– Да, ты всегда был таким, – раздосадовано произнесла Хали. – Не видишь ничего, дальше своего носа.

– Халиса, не выводи меня из себя, – сдавливая стакан в руке, прорычал Клайз.

– О нет, братец! Тебе придётся выйти из себя, потому что ты скоро станешь папочкой, – демонстративно развела в стороны руки та.

– Ты в своём уме? – ошарашено поинтересовался граф, глядя на сестру, как на умалишённую. – Какой, к демонам, папаша?

– Ты даже не заметил, что Кайета беременна. И после этого ты хочешь, чтобы она приняла тебя? – риторический вопрос. – У тебя нет шансов.

– Но как же… – Теридан растерялся, что неудивительно. Даже стакан не выдержал натиска и лопнул в его руке. – Дамьен…

– Нет. Это твой ребёнок, – как маленькому разъяснила девушка. – Можешь, конечно, и сам проверить, но… – ей пришлось прерваться, потому как мужчина вскочил с дивана и направился в сторону двери. Вот только Халиса успела его остановить. – Не сейчас. Ей нужно отдохнуть и прийти в себя, чтобы она смогла поговорить с тобой без истерик.

Слова сестры привели его в чувства и заставили задуматься. Привалившись спиной к стене, граф пытался справиться со своими чувствами и угомонить расшалившиеся мысли в голове.

– Ты одел на неё браслет после той ночи, и он принял ваш союз. В ином случае это было бы обычное бесполезное украшение. Ты же это понимаешь? Ребёнок связал вас нерушимыми узами. Если не веришь, можешь попробовать снять браслет.

– Я пробовал, – растерянно произнёс тот. – Он не снимается. И в кого я такой идиот?!

Мужчина не понимал, как он мог не заметить таких очевидных вещей? Преследуемый лишь одной целью, он пропускал всё мимо себя, а теперь выглядит глупо, стоя напротив той, мыслями о которой жил последние десять лет. И жил ли он вообще? Нет, это определённо была не жизнь. Жить он начал только тогда, когда в его поместье появилась Кайета. Дикая, непохожая ни на кого, постоянно оголяющая клыки девушка заставила его испытать всю гамму чувств, что он скрывал в себе. Что за глупая шутка судьбы? Она, брошенная всеми на произвол судьбы, лишённая чувств, и он, тот, кто самолично отказался от всего ради мести. Какая ирония! Что же их ждёт в будущем, если настоящее похоже на бездну Тартара?


Глава 13. “Бесконечность дней”.


После всего случившегося я не могла уснуть, сколько бы ни пыталась. Хотелось выть от жалости к самой себе, но слёз попросту не осталось. Предательство. Я ведь должна была уже привыкнуть к этому, но проклятое сердце продолжает ныть от боли. Холод – это единственное, что могла чувствовать. Он был как снаружи, так и внутри. Всё замёрзло и покрылось коркой льда, и что-то менять не было ни сил, ни желания. Да и чего ради? У меня ведь только появилось желание жить и зародилась вера в то, что не все люди плохие, но они в очередной раз доказали, что это лишь плод моего воображения. Да, у меня есть причина- и это ребёнок, вот только какой будет эта самая жизнь? Ни рода, ни племени, ни копейки за душой – здорово. Допустим, деньги я заработаю: не такая уж и проблема, а как быть с остальным? Насчёт этого всё туманно.

– Кайя, ты как? – неуверенно спросила Реми, войдя в дом.

– В порядке.

Я стояла у окна, скрестив руки на груди, и неотрывно смотрела вдаль. Туда, где за высокими елями начинается другая жизнь.

– Не лги, – пробубнила девушка, подойдя ближе. – Я же вижу, как тебе плохо.

– Мне и до этого было плохо, Реми, – равнодушно ответила я.

– Давай уйдём вместе, – поворачивая меня к себе, заявила та. – Я ни за что тебя не брошу.

–Не разбрасывайся словами, в которых не уверена, – упрекнула её я.

– Я уверена, – настойчиво произнесла офицер и, притянув меня ближе, впилась губами в мой рот. Короткий поцелуй, но я смогла почувствовать всё, что испытывала она. Отчаяние, неуверенность, страх и влечение.

– Я люблю тебя.

И это тоже было правдой, но я не могла ответить ей взаимностью. Я не противник однополых отношений, но лично к ней не испытывала ничего похожего на её чувства, а только получать любовь было бы эгоистично.

– Идём со мной, и ты никогда не останешься одна.

– Прости, – глядя в её чёрные глаза, прошептала я, делая шаг назад. – Я не могу.

– Почему?

– Я никогда не смогу дать тебе то, чего ты заслуживаешь, – тихо ответила я, отводя взгляд. Было тяжело смотреть на неё и видеть это искажённое болью лицо. Да, такая вот я тварь. Причиняю боль тем, кто готов на всё ради меня. – И лишать тебя счастья я не намерена.

– А если я скажу, что ты моё счастье, – продолжала настаивать та.

– Я скорее твоё проклятье, – горько усмехнулась я, снова уставившись в окно. – Если действительно хочешь помочь, позволь незаметно покинуть дом.

– О чём ты говоришь? – вспыхнула офицер. – Собираешься бежать?

– Ты ведь и так всё поняла, к чему эти вопросы?

– Нет! Я не отпущу тебя одну, – уверенно заявила та, снова оказавшись рядом. – Не проси меня об этом. Я пойду с тобой.

– У тебя долг перед империей, – напомнила я. – Моя жизнь не стоит этого.

– К чёрту империю! К чёрту всё! – обхватив ладонями моё лицо, прокричала Реми. – Ты, и только ты важна для меня!

– Я уже завидую той, что завладеет твоим сердцем, – тепло улыбнулась ей я. Удивительно, сколько любви может подарить всего один человек. Надеюсь, однажды она найдёт ту, кому можно будет отдать её всецело.

– Не нужно завидовать, просто будь этим самым человеком, – молила офицер.

– Прости.

– Ты не остановишься?

– Нет.

– Ты скажешь, куда идёшь? – тяжело вздохнув, спросила она, опуская руки.

– Я дам знать, где окажусь.

– Это безумие, – повержено протянула Реми. – Чем я могу помочь?

– Отвлеки стражу, а дальше я сделаю всё сама.

– Хорошо, – тяжело вздохнула девушка, направляясь к двери. – Ты ведь будешь в порядке?

– Обещаю, – нагло соврала я, ведь в порядке мне никогда не быть. Она тоже знала, что это ложь, но не стала ничего говорить. Кивнула в знак согласия и вышла из дома.


Я наблюдала из окна, ожидая, когда она расчистит мне путь для бегства. Не знаю, что она им сказала, но они послушали её и двинулись в сторону дома старосты. Отлично: этого времени мне должно хватить. Я видела из окна всё, что происходило на улице, поэтому точно знала, куда направлюсь. Выбралась через заднее окно и двинулась в сторону еловой чащи, в которой ещё недавно валялось моё тело. Двигалась медленно, перебегая из одного тёмного места в другое, стараясь остаться незаметной. Благодаря домашним тапочкам звук моих шагов был практически не слышен, что сыграло мне только на руку. Пара-тройка поворотов- и я бегу со всех ног, чтобы как можно скорее утонуть в еловых ветках. Пара секунд, чтобы отдышаться, и снова бегу, чтобы через какое-то время оказаться позади того, с кем мне предстоит разговор.

Император был подавлен – это было видно невооружённым глазом. Причин этому я не знала и не хотела знать, да и жаль мне его не было. Его игры задели и меня, а я привыкла мстить каждому, кто причинил мне боль, даже если это император. Открыто действовать не стану, но пожалеть о содеянном заставлю. Подойдя ближе, предстала перед ним, решительно глядя прямо в глаза.

–Это правда был Дамьен? – убито спросил тот. Я молчала. Сказала всего раз и дважды повторять не стану. Его дело верить моим словам или нет, поэтому настаивать не буду. Мне от него, нужно совсем другое.

– Ненавидишь меня? – снова молчу. Я не испытывала ненависти к нему – это была злость. Злость за то, что решил поиграть мной, как оловянной фигуркой.

– Чего ты хочешь? – а вот это правильный вопрос.

– Снимите вот это, – протянув руку, на которой болтался злосчастный браслет, потребовала я.

– Думаешь это поможет тебе скрыться от него? – сухо спросил правитель. – Он всё равно отыщет тебя.

– У меня будет фора.

– Тешишь себя иллюзиями? – ледяной голос приобрёл сталь, и теперь он смотрел на меня иначе. Передо мной уже не тот разбитый человек, а император, значит, нужно быть осторожной. – Правда, мне ли тебя судить.

– Снимите, и мы закончим этот разговор, – подойдя ближе, произнесла я.

– Так тому и быть, – взяв меня за запястье, ответил Миллиорн. – Думаю, Теридан уже понял свои чувства, а вот ты- пока нет. Секунда – и тёмный металл осыпался крошкой у наших ног. Чувства – да пропади они пропадом!

– Связь не прервётся, а лишь уменьшится, так что хорошей форы ты не получишь.

– Если знаете, как скрыться от него, говорите, – настойчиво произнесла я, выдернув свою руку из его ладони.

– Держи, – протянув на раскрытой ладони снятый с пальца перстень, протянул тот. – Он скроет тебя от поисковых заклинаний, но радиус действия небольшой. Так что, если хочешь остаться незаметной, беги как можно дальше.

– Зачем вы помогаете мне? – задала резонный вопрос.

– Хочу проверить, насколько сильны твои убеждения и ненависть.

– Снова хотите поиграть?

– Вся наша жизнь- одна большая игра, – усмехнувшись, ответил император. – А теперь иди. Скоро кто-ни будь обнаружит твой побег.

Повторять дважды не пришлось. Надела кольцо на большой палец и рванула со всех ног. Мешочек с монетами, который великодушно отдала мне Реми, приятно оттягивал подол ездовой накидки, которой она так же пожертвовала, и внушал надежду на будущее. Всю ночь двигалась без остановки, потому как требовалось убраться как можно дальше, прежде чем сделать перерыв, поэтому из леса вышла лишь под самое утро. Правда, и тут вышла загвоздка. Выйдя из леса, оказалась на лугу, а это открытая местность, что плохо для одной беглянки. Об отдыхе можно было забыть. Голодный желудок уже вовсю напоминал о том, что пора бы и подкрепиться, вот только под накидкой был лишь кошель и никакого провианта, а значит и о завтраке можно забыть. Время шло, а лесная полоса так и не появилась на горизонте.

Ноги гудели от усталости и ужасно хотелось пить. Молила Богов, чтобы просторы сменились тенью деревьев, и, кажется, они решили смилостивиться надо мной. Разделяющее нас расстояние бежала, будто впереди не лес, а кусок вяленого мяса и бутыль с водой. Укрывшись под ветвями, привалилась к стволу дерева, пытаясь отдышаться. Судя по местоположению солнца, обед я так же благополучно пропустила, и уже близился вечер. Единственное, что радовало в тот момент – это отсутствие мыслей о графе и обо всём, что связывает нас, ведь голод и усталость попросту вытеснили их. Получасовая остановка пошла на пользу и обернулась приятным сюрпризом. Я решила отдохнуть как раз у проезжей части, по которой пронеслась повозка, движущаяся в сторону ближайшей деревни. За пару медяков торговец позволил мне влезть в телегу и даже поделился куском хлеба и родниковой водой. Он мой спаситель. Мужчина был не из говорливых и не задавал вопросов, чему я была безмерно благодарна.

В деревню въехали за полночь, и Форт, так звали торговца, предложил заночевать у него, не бесплатно, конечно, но я и не рассчитывала на чью-то щедрость. Убранство в доме были весьма неплохи для здешних мест. Не роскошь, конечно, но было всё необходимое. Жена торговца была до безумия мила и дружелюбна. Накормила мясной похлёбкой и стаканом холодного молока с пирогом. Да и спала я той ночью не на стылой земле, а на удобной кровати. В общем, всё чудесно. Утром Форт сообщил, что его сосед собирается в соседний портовый город и за отдельную плату, готов сопроводить меня туда, чем я собственно и воспользовалась. От души поблагодарила хозяев за кров и еду и отправилась в путь.

На этот раз попутчик мне достался не из робкого десятка, поэтому весь путь прошёл за непринуждённой болтовнёй. В принципе, много говорить мне не приходилось. Большую часть времени я просто слушала и улыбалась очередной смешной истории. Это очень отвлекало от грустных мыслей. Два дня в пути, обеды и ужин у костра- и вот мы въезжаем в городские ворота, предварительно уплатив плату. Распрощались мы у ближайшей таверны, где я смогла перекусить. Городские смотрели предвзято шептались за спиной и отпускали шуточки, но я никак на это не реагировала. В ближайшей лавке с одеждой приобрела несколько комплектов белья, дорожные штаны и ботинки и парочку рубах. В общем, укомплектовалась. Правда, денег осталось лишь на билет на другую сторону, где была уже чужая империя, но там я смогу начать всё сначала. Успела как раз вовремя. Задержись мы на пару часов, пришлось бы дожидаться следующего дня, а так я смогу убраться настолько далеко, что не достанет даже длань графа. Правда, экипаж корабля занимался не совсем честным промыслом, но выбор был невелик. Пиратский корабль- что может быть хуже?

Мы отправились на закате. Капитан приказал наполнить паруса и корабль двинулся в путь. На палубе собралось довольно много таких же беглецов, как я, поэтому на меня особо никто не обращал внимание. Я стояла у самого носа, привалившись боком к борту, и любовалась простирающимся видом. Океан спокоен. Небо окрашено золотом и багровыми полосами. Лучи уходящего за горизонт солнца отражаются от волн, будто кто-то до нас посыпал водную гладь бриллиантами. Чайки кружат над головой в поисках пищи, а мелкая рыбёшка выпрыгивает из воды. Лёгкий ветерок, будто играя, подхватывает волосы вверх, рисуя замысловатые узоры. Солёный запах щекочет ноздри, из-за чего я то и дело чихаю.

– Нравится вид? – раздался голос позади меня. Я заметила приближение, но никак не отреагировала. Голос принадлежал капитану судна, который стоял у меня за спиной, схватившись рукой за верёвку.

– Да, – повернувшись, ответила я. Мужчина был высок, как и все представители этого мира. Хорошо сложён, что неудивительно, ведь океан не терпит слабаков, а пиратство подразумевает абордажи, да и на корабле тяжёлой работы предостаточно. Каштановые волосы заплетены в множество косичек, собранных в одну большую косу. В волосах множество металлических колец и бусин- невольно сравнила его с новогодней ёлкой. Прямой нос, тонкая линия губ, кожа цвета жжёного сахара и золотые серьги в обоих ушах. Одет в одну лишь жилетку древесного цвета, распахнутую на груди, чёрные кожаные штаны с красным поясом на бёдрах и высокие сапоги. Красная бандана была повязана на левом плече, чуть ниже пиратской татуировки. Внешне я бы дала ему около сорока – сорока пяти, но выглядел он довольно неплохо.

– От счастья бежишь или за счастьем? – лукаво спросил мужчина.

– От реальности, – честно призналась я и отвернулась, демонстрируя нежелание общаться. Правда, какое пирату дело, чего хотят беженцы на его корабле?

– К утру будем в бухте Хаэрос, но это не так уж далеко, чтобы убежать от реальности, – весело произнёс тот.

– Что вы хотите этим сказать? – серьёзно спросила я, глядя на угасающие лучи солнца.

– Я говорю, если действительно бежишь, то лучше не останавливаться на первой бухте, а двигаться дальше, за границы трёх империй. Там тебя точно не отыщут.

– А куда направляетесь вы? – задала наводящий вопрос, резко крутанувшись на пятках.

– Туда и направляемся, – продолжал улыбаться тот.

– И предлагаете двигаться с вами?

– Предлагаю.

– И что же взамен? – резко спросила я, по-Клайзовски скрестив руки на груди.

– Ничего, – рассмеялся в голос пират. – Ты смешная. Не жмёшься в угол, как ряженая девица, а напираешь, словно мушкель.

– Если бы я оказалась другой, то лежала бы уже в вашей каюте, – пробубнила я, прижимаясь спиной к борту.

– А что мешает мне это сделать? – снова рассмеялся мужчина.

– Я беременна, а у пиратов считают дурным знаком спать с обрюхаченными, – гордо заявила я. Это, как раз- таки, одна из причин, по которой я решилась плыть на пиратском корабле. Дешевле, быстрее и вопросов не задают.

– Знаешь наши законы? – удивился тот.

– Нет, просто слышала об этом однажды.

– И что же это за мужик-то такой, что упустил такую деваху? – поглаживая подбородок, протянул пират.

– А вот это уже не ваше дело.

Больше пират не задавал вопросов, улыбнулся и ушёл раздавать указания своему экипажу. Пока говорили, небо успело окраситься в тёмные тона и засиять мерцанием звёзд, а значит, пора убираться с мачты, ибо скоро наступит время пиратов. К слову сказать, вовремя я спустилась в трюм, потому как, спустя полчаса, наверху послышались громкие голоса, смех и откровенные песни. Скорее всего, и ром льётся рекой, а это может быть опасно. Залезла на шконку, прикрывшись накидкой, зажав остатки денег рукой и провалилась в дрему. Нисколько не удивилась скоропостижной отключке, потому как вымоталась за эти дни и организм требовал отдыха. Также подействовало покачивание шхуны на волнах, словно мать покачивает дитя на руках. В общем, уснула быстро и крепко и проспала до самого рассвета.

Отдохнувшая, вышла на палубу, чтобы наконец улыбнуться первым лучам солнца. Наконец-то я свободна! Свободна от правил и запретов, от влияния посторонних на мою жизнь, от обязанностей и принуждения. Отныне только я решаю, что и как мне делать. Я хозяйка своей судьбы, и теперь только я буду записывать главы в книге жизни. Это чувство кружило голову и пьянило, как вино, и я упивалась им. Потянулась, подставляя лицо тёплым лучам, поглощая его в себя. Прикрыв глаза, прикоснулась ладонью к животу, мысленно обращаясь к малышу.

– Здравствуй кроха. Надеюсь ты простишь меня за то, кем я была и кто я есть. Я приложу все силы, чтобы ты был счастлив. Обещаю.

– Скоро причаливаем, – снова раздалось позади меня, и на этот раз я сразу же повернулась. – Что решила?

– Я хочу продолжить путь, но мне нечего дать взамен, – развела в стороны руки, признавая очевидное.

– А я ничего и не просил, – усмехнулся тот.

– Могу я узнать ваше имя, а то как-то странно вести диалог с тем, о ком не знаешь даже такой мелочи.

– Почему бы и не сказать, коль ты просишь, – уперев руки в бока, произнёс мужчина. – Нериус Крос, к твоим услугам.

– Тесса Марок, – солгала я. Если и начинать всё сначала, то лучше со смены имени. Моя фамилия Тейс, оттуда и Тесса, а Марок от слова морок, что означает иллюзия. Короче говоря, ляпнула первое, что пришло в голову. – Приятно познакомиться.

– Ага, – хмыкнул пират. – Голодная?

– Как зверь. – тяжело вздохнув, честно призналась я.

– Тогда, умойся и заходи в каюту.

Пожав плечами, двинулись в указанное направление, где стояли бочки с питьевой водой. Холод освежил и придал бодрости, так что в каюту капитана я входила в приподнятом настроении. Нериус сидел за столом, вгрызаясь в жирный кусок окорока, и запивал всё это дело ромом в высоком серебряном бокале. Стул напротив был свободным, поэтому поспешила заполнить его собой. Мужчина указал ладонью на яства, и я тут же вцепилась в лобстера, будто голодала целую неделю. Мясо было сочным и ароматным, что я чуть не проглотила язык. Зелень и всевозможные фрукты, грели мою душу и радовали желудок. Как хорошо, когда ты сыт! На овощи налегала вдвойне: малышу тоже надо кушать. Витамины и всё такое. Правда, наелась я довольно быстро, поэтому откинулась на спинку стула, ожидая, когда закончит капитан.

– Что решила? – отпив из бокала, спросил тот.

– Я согласна, – времени подумать было предостаточно, и было бы глупостью не воспользоваться таким шансом. – При условии, если мне предоставят работу на корабле. Не хочу быть должной.

– И чем же ты будешь здесь заниматься? – искренне удивился пират. – Брюхатая, слабая, ты же завоешь через час работы.

– До брюхатой мне ещё далеко. А на счёт слабой – это вы зря. Я дам фору многим из вашего экипажа.

– Ой, девка, потом не жалуйся, – расхохотался мужчина, откинувшись на спинку стула. – Ладно. Будешь помогать на кухне. Гейл от помощи не откажется.

– Хорошо. Когда приступать?


В общем, после бухты Хаэрос я отправилась на пиратском корабле, за границу трёх империй. Весь путь занял около трёх недель, и всё это время я чувствовала себя как рыба в воде. Хоть меня и окружали пираты и первую неделю я чуралась их, но они оказались весьма интересными людьми со своими взглядами на жизнь. Никто не пытался затащить меня в койку или причинить вред, хоть и неоднократно слышала, что баба на корабле – к беде. Но ничего опасного на пути не произошло, максимум несколько раз попали в шторм, но без ощутимых последствий. Так что, в конце концов, они приняли меня, как свою, и даже начали жалеть бедную беглянку. Даже Шеф, так величали пиратского повара, проникся и перестал нагружать работой. Подкармливал, но так и не откормил, поэтому я так и не набрала свой привычный вес. Кажется, внутри меня живёт ещё тот обжора. За это время привыкла к шумным вечерам с песнями и плясками и даже начала получать от этого удовольствие. Часто забиралась на бочку с крупными гроздями винограда и наблюдала за плясками мужчин. Несколько раз даже присоединялась, увлекаясь звуками дикой, не поддающейся объяснению музыки. В такие моменты разум отключался. и тело двигалась на инстинктах, словно и не принадлежало мне.

Вот только всему приходит конец, и моё плавание в окружении пиратов не исключение. Прощаясь со всеми, ощутила грусть, ведь как- никак привыкла к ним за это время. Форт отдал мне свой амулет, сказав, что о нём здесь все наслышаны и, если увидят его на мне, побоятся тронуть. Хороший подарок. Дать взамен мне было нечего, поэтому подарила то, что придётся по душе любому мужчине. Поцелуй. Всего лишь в щёку, но он был доволен. Накинув капюшон на голову, сошла с корабля и двинулись к центру города, названия которого попросту не знала.

Сколько бы ни смотрела, а империи практически не отличаются. Всё те же узкие улочки, винтажные здания и вонючие подворотни. Будто и не уезжала никуда. Правда, было всё же одно отличие: здесь было гораздо холоднее. Север, чтоб его! Дело было ближе к обеду, поэтому людей на улице было тьма-тьмущая, но им не было никакого дела до меня: все спешили по своим собственным делам. Я перекусила ещё на корабле, поэтому до вечера могла не волноваться о том, что проголодаюсь. Задача стояла другая: найти место, где смогу остановиться на ночлег, и я упорно искала её решение, но сколько ни предлагала свою помощь за отдельную плату, получала отворот поворот.

Отчаявшись, зашла в подвернувшуюся таверну, ибо ноги болели нещадно, ведь пробегала до самой темноты. Заказала горшочек с картофелем и мясом (да, денег мне тоже Нериус подкинул) и кружку горячего чая. Села за дальний стол, чтобы не привлекать внимание, и обвела помещение взглядом. Несмотря на то что заведение нельзя назвать достойным, народу собралось достаточно. Не сливки общества и даже не чистая кровь, но, кажется, хозяину таверны было на это наплевать, лишь бы кошель всегда был полон. Вот и расстилается перед каждым, кто сделал заказ. Не знаю, как объяснить, но от этого места так и веяло неприятностями, правда, выбирать особо не пришлось. И они дали о себе знать, когда уже допивала чай.

Один из посетителей, сильно перебрав с алкоголем, закатил сцену своему приятелю и начал махать кулаками, переворачивая столы, один из которых влетел в меня. Мне бы, конечно, просто уйти, но этот урод мог навредить моему ребёнку, а подобное я не прощаю. Встала из-за стола и решительно направилась к нему. Перехватила его руку как раз в тот момент, когда он собирался нанести очередной удар своему противнику. Гул тут же прекратился. Ещё бы – девчонка влезла в разборки мужиков.

– Проваливай отсюда, – прорычала я, сжимая его запястье.

– Пошла прочь, шлюха, – промямлил тот, отталкиваясь меня назад. Пьянчуга был крепким – я отлетела назад на пару метров, врезавшись спиной в барную стойку. Отряхнулась, зверея ещё сильнее и снова подойдя к бугаю, врезала по бубенцам. Врезала знатно, болеть будет добрую неделю, но зато подействовало. Мужик упал на колени, зажав остатки достоинства руками и заскулил. Его дружки, позабыв о разногласиях, бросились в мою сторону, но резко затормозили, глядя на мою грудь. Я опустила взгляд и уставилась на пиратскую монету, что висела на тонком, каучуковом шнурке, что вывалилась из-под рубашки. Действенный амулет, ничего не скажешь!

– Забирайте его и уходите, – рявкнула я, поворачиваясь к своему столу, чтобы забрать меховую накидку.

– Госпожа. Позвольте спросить? – обратился ко мне хозяин таверны.

– Говори.

– Вы ведь неместная? Приехали к кому иль проездом? – начал расшаркиваться он.

– Чего надо? – резко спросила я, предвкушая скорый уход.

– Не желаете остаться у нас на постой? У нас много свободных комнат с лоханью и другими удобствами.

– Ты лучше скажи, есть ли у вас лишняя работа и сколько готов платить за это? – приступила к переговорам я, неотрывно глядя на уползающих “воителей”.

– А как же. Работа всегда найдётся. Да вот думаю, такая работа не подойдёт для госпожи, – расплылся в щербатой улыбке тот.

– Ты сначала скажи, что делать, а там я сама решу, подходит или нет.

– У нас подавальщица замуж выскочила да в другой город уехала, а другую пока не нашли…

– Мне подходит, – перебила, предчувствия долгую болтовню. – Что по оплате?

– Десять сребреников.

– А сколько стоит комната на месяц?

– Пять.

– Тогда так, – радуясь в душе, произнесла я. – Комната на месяц, питание и две серебрушки. Идёт?

– Конечно, госпожа, – засиял не хуже золотого хозяин, протягивая ладонь для сделки. Я понимала, что именно его обрадовало. Платить всю зарплату не надо, комнаты небось и так пустуют, а теперь и мордобоев станет порядком меньше. Да я для него благословение Богов. А что до меня, то будет крыша над головой, сытый желудок и работа. Не счастье ли это?


С этого самого момента изменилась вся моя жизнь. Она пошла совершенно в непривычной для меня манере: свобода, независимость, незнакомое место и беременность, в конце концов. Днём посетителей практически не было, поэтому я была предоставлена самой себе. Выходила в город, чтобы поскорее освоить, а вечером приступала к работе. Сложного в этом ничего не было, а уж как я управлялась со столовым прибором. Сколько ножей и вилок я вогнала в ладони охмелевших господ за минувший месяц- и не сосчитать. Жители прознали о безумной подавальщице, поэтому не спешили попадать в мой список врагов. В целом, всё обстояло лучше, чем я рассчитывала. Готовила обеды и ужины жена хозяина таверны. Милая, учтивая, да к тому же ещё и … Поэтому, стоило ей узнать о том, что я в положении, начала отпаивать всевозможными отварами и кряхтеть надо мной, словно курица- наседка. К слову сказать, своих детей у них не было – не сложилось, вот и опекали меня, словно нерадивое дитя. А я была не против.

В таком темпе минула осень и пришла зима. Хотелось бы рассказать обо всём детальнее, но ничего особенного за это время не произошло. Ну не рассказывать же мне о том, как я подносила поднос пьяным ублюдкам, которые пятились от меня, как от чумы. Если спросите, думала ли я о графе эти долгие месяцы, я без колебаний отвечу – да, постоянно. Он не покидал мои мысли ни на секунду, даже во снах являлся таким реальным, что казалось, только протяни руку и можно почувствовать тепло его тела и дыхание на запястье. Правда, пробуждение всегда оказывалось болезненным. Я просыпалась в слезах, с диким криком, шокируя постояльцев, и потом не могла уснуть до рассвета. Я так сильно тосковала по нему, что порой закрадывались мысли вернуться, но я гнала их прочь, как надоедливых мух. Хотелось выть, словно я и в самом деле преданный щенок, скучающий по своему хозяину. Да и что греха таить- я, кажется, втрескалась в него по уши. Не совсем уверена, что правильно понимаю свои чувства, но ведь в книжках пишут именно так.

Как бы там ни было, тосковала не только я. Если вы хотя бы немного умеете считать, то поймёте, что малыш подрос, и мой живот тоже, ведь если я забеременела в начале осени, а сейчас уже конец зимы, то я на шестом месяце беременности. Не знаю как, но я чувствовала его тревогу и волнение как свою собственную и особенно остро ощущала его беспокойство. Толкался он знатно. Иногда казалось, что мои внутренности скоро превратятся в одно сплошное месиво. Ах да, если вы думаете, что я знаю пол ребёнка, то спешу вас разочаровать. Говорю в мужском роде только потому, что слова "малыш" и "ребёнок" звучат именно в нём. А вот в первые недели весны я ощутила беспокойство лично. Помните, я как-то говорила о том, что привыкла доверять интуиции, так вот она буквально вопила о надвигающейся опасности. Причин этому не находила, да и в местных я не видела угрозы, но вот что-то грызло меня изнутри.

На этой почве у меня открылось кровотечение и отошли воды. Я испугалась и начала звать на помощь. Боялась не за себя, а за малыша, так как ему ещё рано появляться на свет. Благо всё случилось не на улице, а в таверне, в моей комнате, поэтому ко мне на помощь пришла испуганная моим криком хозяйка таверны. Это случилось в обед и мучения продлились до самого вечера. Я кричала, сжимала зубами кожаный ремень и рвала ногтями простынь. Силы уходили с каждой минутой, но я упорно продолжала бороться, чтобы наконец вытолкнуть его на свет. На помощь к хозяйке подоспели ещё две помощницы, вот только это нисколько не упрощало ей работу. Я выдохлась, часто отключалась, но меня быстро приводили в чувства, плеснув в лицо студёной водой. В конце концов я справилась. Услышала плачь и, закрыв глаза, заплакала. Он жив! Боги, спасибо вам за это!

– Тесса, это мальчик. Ты молодец, – счастливо произнесла хозяйка, прижимая к груди моё дитя. Мальчик, значит. Не зря говорила о нём в мужском роде. Да и кто мог родиться от союза иномирянки и имперца – только мальчик.

– Спасибо, – тихо произнесла я, потрескавшимися губами. Но стоило женщине поднести его ко мне, дверь моей комнаты распахнулась, и я увидела на пороге его.

– Вот ты и попалась, – ехидно усмехнулся Дамьен, входя в комнату. Хозяйка без слов всё поняла, поэтому резво выскочила из комнаты, унося с собой моего сына. Я уже ненавидела себя за то, что оказалась слабой перед своим противником. Сил не было даже на то, чтобы подняться с кровати, так какой из меня воитель?


Глава 14. “Фигуры на шахматной доске”.


После разговора с сестрой, граф не выдержал и всё -таки решил зайти в дом Кайеты, чтобы убедиться в том, что она в порядке, но его ждало разочарование. Комната оказалась пустой, и он ни на секунду не усомнился в том, что она сбежала. В груди тут же зародилась тревога, и вдобавок ко всему их связь оборвалась – лопнула как мыльный пузырь. С замиранием сердца мужчина следил за тем, как браслет из крепкой стали осыпается к его ногам. Как это возможно?! Сомнений не было – это дело рук Миллиорна. Но зачем он так с ним поступил? Очередное предательство друга он не простит. Выскочил из дома и решительно двинулся в сторону леса, точно зная, что приятель прячется там. Долго идти не пришлось: император как раз шёл к нему на встречу. Замахнувшись, Клайз прошёлся кулаком по физиономии правителя, окрашивая его губы в алый цвет.

– Как ты мог? – проревел Теридан. – Зачем ты это сделал?

– Она хотела уйти, – вытирая кровь рукавом рубашки, ответил Мил. – Так будет лучше. Сейчас ей лучше держаться от всего этого подальше.

– Она беременна, идиот! – проорал граф, двинувшись на друга. Император выглядел растерянно. Кажется, подобное ему вообще не приходило в голову.

– Стой! – остановила его Халиса. – Не время кулаками махать. Следует поторопиться, чтобы нагнать её как можно быстрее. Сестра была права – действительно, не время.

Правда, это самое время сыграло с ними злую шутку. Они прочесали весь лес в поисках девушки и даже дошли до ближайшего города, но отыскать её так и не смогли. Никаких следов, словно она растворилась в воздухе. Закрались подозрения, что и к этому причастен император, но Миллиорн поклялся, что не использовал портал. И граф был склонен верить, потому как клятва – это не пустой звук. Поиски длились четыре месяца, и с каждым новым днём мужчина отчаивался всё сильнее, всё чаще прикладываясь к бутылке, чтобы уснуть. Алкоголь не пьянил и не приносил успокоения, сколько бы бутылок он не опустошил. Теридан соврёт, если скажет, что ищет её с тем же рвением, что и Халису. Нет, в этот раз он, действительно, обезумел. Он не мог думать ни о чём, кроме девушки и ребёнка, и эти мысли сводили с ума. Точнее, лишали рассудка мысли о том, что они могут быть в опасности. Грудь от волнения порой сжимало с такой силой, что мужчина не мог дышать.

Но всё это ничто, по сравнению с тем, какие чувства одолевали его изо дня в день. Теридан изнывал от тоски и потерянности. Он ощущал себя неполноценным, лишённым части себя и своего сердца. Это очень странно чувствовать нехватку в ком-то, словно у тебя отняли что-то очень важное. Граф никогда прежде не думал, что возможно так любить. Да и вообще не рассчитывал на то, что когда-нибудь испытает это на себе. До того, как пропала сестра, он попросту в неё не верил, использовал женщин ради удовольствия, а потом бросал, словно использованные перчатки. Затем и вовсе обзавёлся наложницами из-за презрения к легкодоступным женщинам, вот только поток желающих провести с ним ночь, даже не смотря на то, какой он ублюдок, не сокращался, что бесило неимоверно. Оттуда и вся ненависть к противоположному полу. А вот Кайета была не такой. Она не желала ни его, ни его денег, и, возможно, поэтому, он заинтересовался ею. А потом возжелал, потерял рассудок и влюбился. Так сильно, что слёзы лились из глаз против его воли.

Когда они планировали очередные поиски, Теридан услышал зов. Не Кайи, а кого-то другого, родного. Сердце сдавило так сильно, что ему пришлось согнуться пополам, чтобы сделать вдох. Он родился! Сомнений не было – это зов его ребёнка. Нужно было действовать быстро, чтобы связь не оборвалась. Чтобы создать путеводную нить, требуется кровь обоих родителей, но у него не было и капли крови девушки. Граф метался по поместью, пытаясь найти хоть что-то принадлежащее ей, не то, что он купил для неё, и не находил.

– Что происходит? – рявкнул император, увидев, как изменился в лице его друг.

– Кайета родила, я чувствую ребёнка, – нервно вышагивая по комнате, ответил мужчина.

– Но как, ещё ведь очень рано?

– Я не знаю! – прокричал тот, не находя решения. – Я могу создать связь, чтобы ты переместил меня к ним, но мне нужна её кровь, а у меня её нет.

– Одежда с её кровью подойдёт? – неуверенно поинтересовалась офицер.

– Да, – тут же воодушевился Клайз. – Связь будет нестабильной, но это должно сработать. Неси её.

Повторять не пришлось. Реми сорвалась на бег, и через минуту в его руках оказался его собственная рубашка, которую девушка забрызгала своей кровью, когда сопротивлялась действию браслетов. – Откуда она у тебя?

– Ты выбросил её, а я подобрала, – невинно пожав плечами, произнесла та. – Хотела найти того, кто смог бы сделать амулет, способный разорвать вашу связь, но передумала, а избавиться забыла.

– Ты чокнутая, – шокировано протянул граф, но вспомнил о том, что должен сделать.

На всё потребовалось около пяти часов. Он выжимал из себя все силы, стараясь сделать всё правильно и не перепутать плетение. На первый взгляд ничего сложного, но требуется концентрация, которую трудно было удержать, учитывая обстоятельства и почти весь резерв энергии. С третьей попытки мужчина всё-таки смог завершить начатое и, воспользовавшись помощью Миллиорна, шагнул в открытый портал. И увидел то, что навсегда застынет перед его глазами.

Его малышка лежала на снегу, словно сломанная кукла. Подол ночной сорочки весь измазан алым, а кровавые капли вокруг, напоминали лепестки роз и россыпь рубинов. Снежинки, кружась, опускались на её ресницы и таяли, а над ней нависал Дамьен.


Империя Баасар.


Дамьен схватил меня за волосы и грубо стащил с постели. Я лишь успела незаметно схватить кинжал, которым хозяйка перерезала пуповину. Он тащил меня за собой, совершенно не заботясь о том, что я практически не иду, а вишу на его руке. По лестнице на первый этаж он и вовсе просто протащил, из-за чего появятся гематомы, и вывел на улицу под оглушительные крики прохожих.

– Отпусти девочку, – прокричал Казим, так звали хозяина таверны, делая шаг к нам.

– Не надо, – испуганно попросила я, болтаясь в подвешенном состоянии. – Защитите его.

Старик остановился и с сожалением взглянул на меня. Я понимала его боль: против такого противника он бессилен, впрочем, как и я. Прохожие сторонились и спешили убраться как можно дальше от угрожающего мужчины, в руках которого была окровавленная чужачка.

– Как же долго я тебя искал, – прошипел принц, притягивая меня к себе. Самое время было использовать припрятанное оружие, поэтому со всей силы вогнала кинжал в его руку, чуть ниже плеча. Он зарычал, но так и не ослабил хватку. Выбив кинжал из моих рук, ударил по лицу так, что я отлетела в сугроб. Перекатившись на спину, застонала от боли, ощущая противный привкус крови во рту. Ублюдок подошёл ближе и склонился, чтобы снова нанести удар, но тут в него врезался воздушный шар. Гад устоял, но причинять боль передумал. Перевёл взгляд на того, кто напал на него и ехидно усмехнулся. Схватил меня за горло, поднимая на ноги и прижал к себе спиной. Сфокусировав взгляд, чуть снова не полетела на землю, ибо ноги ослабли, но Дамьен держал крепко.

– Терн, – прошептали мои губы. Он выглядел уставшим, измотанным и осунувшимся. Совсем не таким, каким я его помнила. В одной лёгкой рубашке, кожаных брюках и сапогах. Одет совсем не по погоде. И он неотрывно смотрел на меня. Испуганно, словно затравленное животное, и я не выдержала его взгляд. Слёзы полились раньше, чем осознала это, оставляя на щеках влажные следы. Он делает шаг, но тут над головой раздаётся голос принца.

– Стой на месте, если не хочешь услышать звук, ломающихся костей. – сдавливая моё горло, предупредил тот. – Не думал, что ты явишься за своей рабыней.

– Она моя жена, – прорычал граф, сжимая кулаки.

– И давно ты успел обзавестись женой? – искренне удивился Дамьен.

– Ты даже не представляешь насколько.

– Интересно, – рассмеялся тот. – Выходит, я поимел твою жену? Неожиданно.

Я неотрывно следила за графом, поэтому видела, как вокруг него сгустилась тьма, и снежные хлопья начали метаться в разные стороны. Он сдерживался, чтобы не навредить мне. Нужно было как-то помочь ему.

– Знаешь, в постели она не очень. Много кричит и сопротивляется. И я, действительно, решила сопротивляться и дальше.

Крутанулась, сдвигаясь вправо, чтобы увидеть, как в принца летит огненный шар. Огонь, но ведь у Теридана стихия воздух! Перевожу взгляд и замечаю Миллиорна, вышедшего из портала. Правда, встреча братьев продлилась недолго. Дамьен трусливо сбежал, как только увидел императора. Ноги ослабли, и я снова оказалась на холодном снегу. Под действием адреналина и пережитого ранее не замечала холода, а теперь ощутила сполна. Подняла взгляд к ночному небу, глядя на медленно опускающиеся снежинки, и пыталась прийти в себя. Почувствовала, как тёплые руки обвили талию и прижали к груди. Вдыхала такой родной запах и боялась произнести и слово, чтобы нарушить этот момент. Меня ведь уже не спасти, ведь я потеряла слишком много крови, и она продолжает литься, даже не думая останавливаться. Не знаю, каким чудом я смогла устоять на ногах всё это время, но теперь кажется сдулась.

– Терн, я… мне… – начала что-то бормотать я, но меня перебили.

– Тише, моя хорошая, – гладя по волосам, произнёс мужчина. – Я рядом. Вцепилась в его рубашку, словно это поможет мне выжить, и начала глотать солёные слёзы.

– Я не хотела… мне… ты… – я так много хотела сказать, но слова застревали в горле.

– Прости меня, – целуя мои оледеневшие щёки, шептал мужчина. – Умоляю, больше не оставляй меня,– глядя в глаза, умолял он. Отыскал в снегу обронённый ранее кинжал и полоснул своё запястье, поднося к моим губам.

– Пей.

Я не понимала зачем, но выполнила его просьбу. Солёная жидкость, полилась в горло, вызывая тошноту, но я продолжала пить. По венам будто потекла раскалённая магма, согревая изнутри. Ощутила резкий прилив сил и бодрости, чего никак не могло быть, и тут до меня дошло, что пью кровь не простого человека, а Теридана орд Клайза. Он исцеляет меня, но зачем ему это нужно?

– Зачем ты это делаешь? – оторвавшись от его руки, спросила я.

– Я… – начал говорить тот, но я перебила, вспомнив что-то очень важное.

– Николас, – испуганно произнесла я, вскакивая с земли и несясь ко входу таверны. Вот только не добежала, потеряла сознание раньше, чем смогла достигнуть цели.


Проснулась отдохнувшая и полная сил. Никакого физического дискомфорта или боли не испытывала, чему была чрезмерно рада. На мне был тёплый махровый халат в пол и носки из овечьей шерсти. В незнакомую комнату проникал солнечный свет, окрашивая всё золотом. Мысли путались в голове и не давали сосредоточиться ни на одной из них, но обуздав этот круговорот, выскочила из постели и понеслась в поисках своего сына. Сердце в груди колотилось так быстро, что в ушах появился шум. Мне было жизненно необходимо увидеть его, знать, что с ним всё в порядке. Открыла входную дверь и застыла на пороге.

Теридан стоял посреди кабинета, окутанный золотым свечением и нежно прижимал малыша к груди. Он медленно раскачивался, убаюкивая малыша и улыбался. От увиденного у меня снова потекли слёзы. Я никогда не видела его таким счастливым. Да и вообще не думала, что он способен на такое проявление чувств. Честно признаться, я была уверена в том, что он не признает Николаса. Будет отрицать связь с рабыней и её отпрыском. А вышло всё иначе. Не знаю, как сложатся наши отношения, но в том, что у Николаса отныне есть любящий отец, была уверена. Я улыбалась, искренне, до замирания сердца. Я счастлива.

– Кайя. Ты проснулась, – радостно произнёс мужчина, заметив меня. – Почему ты плачешь? – увидев слёзы, он изменился в лице и двинулся в мою сторону.

– Просто, вы выглядите так мило, – честно призналась я, делая шаг навстречу.

– Да, он просто прелесть, – посмотрев на сына, ласково протянул тот. – У него твои глаза – это правда.

Они не были раскосыми, как у графа, да и цвет он унаследовал от меня, а в остальном, вылитый папаша. Теридан протянул малыша мне, и я дрожащими руками впервые прикоснулась к своему сокровищу, ощущая его тепло и хрупкость. Невероятное ощущение. Будто тьма отступает, и нет ничего, кроме этого момента. Словно груз прошлого осыпается к моим ногам и вырастают крылья, готовые нести меня хоть на край земли. Малыш начал ворочаться, и я испугалась что делаю что-то не так, но быстро успокоилась, когда он снова засопел.

– Спасибо, – прошептал граф, целуя меня в висок. Я вздрогнула и подняла на него взгляд.

– За что? – растерянно спросила, так как не привыкла к такому его поведению.

– За всё, – тепло улыбнулся мужчина. – Кстати, почему Николас?

– Так звали моего отца. Другие имена я и не рассматривала, – честно призналась я. Ещё во время беременности решила, что назову ребёнка именем родителей по половому признаку. На случай, если бы родилась девочка, её имя было бы Лорейн. – Если ты против, то…

– Нет, всё отлично.

– Даже не станешь ворчать? – удивилась я.

– В данный момент меня интересует совершенно другое, – забирая у меня малыша, ответил Теридан. Он отнёс его в другую комнату, в которой, по всей видимости, были покои графа, и снова вернулся ко мне. – Сейчас мне нужно это.

Сказав это, он впился в мои губы, с силой прижимая к себе.

В первые секунды я ещё думала остановиться, но потом думать что-то расхотелось. Обвила руками его шею, позволяя делать со мной всё, что угодно, охотно отвечая на его ласку. Я скучала по его прикосновениям, не забывала о них ни на секунду. Страдала от осознания, что больше никогда не увижу его и теперь плавилась в его руках, как воск. Удивительно, как много может изменить в тебе всего один человек. И самое смешное, что он не пытался это сделать- всё произошло помимо нашей воли. Стало абсолютно наплевать на то, что было ранее, на все разногласия и препирательства, ведь в данный момент я чувствовала себя полноценной.

Не отрываясь от губ, он вёл меня назад, чтобы в конечном счёте, усадить на письменный стол, оказываясь между моих ног. Его движения стали более напористыми, сводящими с ума, и я не имела в себе сил остановить всё это. Халат уже был распахнут и небрежно обвивал мою талию, и мужчина, воспользовавшись этой возможностью, уделял особое внимание ключицам. Я цеплялась за его плечи, желая большего, но он словно специально тянул время, изучая меня словно впервые видит.

– Я лю…

– Не хочу ничего слышать, – нагло перебила его, расстёгивая дрожащими руками пуговицы на рубашке. Какие тут могут быть разговоры, если всё тело горит и изнывает от желания? Это только в книжках все болтают без умолку, а я не хочу тратить тепло понапрасну.

– Но, я хочу сказать, что… – договорить он не успел, так как дверь в кабинет резко отворилась и на пороге возник целитель. Теридан закрыл меня собой, чтобы дать возможность привести себя в порядок, если это вообще возможно, и повернулся к гостю. – Какого хрена?

– Прошу прощение, что прерываю, – ответил Дориан, одаривая нас шальной улыбкой, – но у нас проблемы. На дворец напали.

– Кто? – тут же собрался граф.

– Догадайся.

– Я убью его, – прорычал тот, помогая мне слезть со стола. – Иди в комнату и жди меня там.

– Но… – тут же начала возмущаться я.

– Прошу, хотя бы раз сделай, как я прошу, – взмолился мужчина, нежно прикасаясь к моим щекам.

– Ладно.

Теридан кивнул в ответ и последовал за целителем. Я же, скрестив руки на груди, размышляла над тем, как поступить. В том, что присоединюсь к ним, была уверена на сто процентов, ибо у меня с принцем свои счёты, а вот подумать над тем, с кем оставить Николаса, требовалось незамедлительно. Выскочила в коридор и как раз вовремя, чтобы перехватить служанку, несущуюся куда-то. Осталось дело за малым: найти одежду, подходящую для битвы. Ну, не в халате же мне воевать, в самом то деле! Но и этот вопрос решился довольно быстро. Мои вещи обнаружились в комнате, аккуратно развешенные в шкафу. Странно, кто вообще их притащил сюда? Должно быть, хозяйка передала их перед тем, как мы вернулись в империю. Правда, я ничего из этого не помню, но спасибо ей за то, что мне не придётся выплясывать на публике голышом.

Выход нашла довольно быстро, ибо шла за бегущими муравьями, точнее слугами, потому как они всегда защищают свою королеву, а в данном случае императора. Своё присутствие сразу же не обозначала, хотела послушать, о чём говорят мужчины, правда, толком ничего не слышала из-за шума. Имперская армия внушала страх, с этим не поспоришь. Вот только противоположная сторона также не уступала численностью. Они как раз пытались пробить защитный барьер, который дышит на ладан. Неудивительно, ведь Дамьен – член императорской семьи, и защитная магия признавала его, но не тех, кто был с ним. Миллиорн и Терн раздавали приказы, а Реми расставляла на позиции. Каждый занимался тем, что умел лучше всего. Кстати, вот одно отличие между империями, дворец находился не в самом центре столицы, а на отшибе, окружённый лугами, на которых и состоится битва.

Не успели все разместиться на своих местах, как барьер прорвало. Началась суета, и я с трудом смогла отыскать глазами графа. Подбежала к нему и остановилась у левого бока, переминаясь с ноги на ногу.

– Что ты тут делаешь? – рявкнул мужчина, заметив меня рядом с собой.

– То же, что и ты.

– Нет, нет и ещё раз нет, – строго заявил тот, уводят меня в сторону дворца.

– А я говорю, да! – разозлилась я, резко затормозив. Он смотрел на меня со смесью страха и непонимания, но готов был выслушать. – Пойми, мне тоже есть, за что сражаться, и поверь, тем кто выпустит кишки Дамьену – это буду я.

– Я не могу так рисковать. Ты должна остаться с Николасом.

– Нет времени спорить. Я останусь здесь, – решительно заявила я. – Если хочешь защитить, дай мне оружие, и я обещаю, что останусь в живых.

– Я не смогу тебя переубедить? – повержено спросил Теридан.

– Ты знаешь ответ.

– Ладно, – протянув мне свой меч, произнёс мужчина. – Но от меня ни на шаг.

– Поняла, – согласилась, проверяя баланс клинка.

И всё началось. Лязг металла, световые вспышки и предсмертные крики людей. Пожухлая трава окрасилась в красный, копья и стрелы торчат из земли, словно дикие растения. Чужая кровь застилает взор, руки дрожат от усталости, а я так и не добралась до Дамьена. Как и обещала, держалась рядом с графом, что также мешало достичь цели. Его противником был Миллиорн. и только глупец не понял бы, что император сражается в пол силы, чтобы не навредить брату. Такой расклад меня не устраивал, но, чтобы добраться до них, нужно рассчитать путь. И как это сделать? Если ничего не предпринять, количество жертв продолжит увеличиваться, а принц снова попробует сбежать, как делал всё это время. Огненный шар, отразившийся от щита императора, полетел в нашу сторону, но я смогла уклониться, спрятавшись за спиной мужчины.

Нервы и без того натянуты, как тетива, а терпение на исходе. Нужно было что-то предпринять, но я не знала, что именно, поэтому сделала то, что умела лучше всего, заорала. Заорала так, что волной смело всех, кто стоял в радиусе километра, короче говоря всех. Приложило и основательно, многие после этого и вовсе не поднялись. Я испугалась. Что чёрт возьми, это было? Это точно не могла сделать я, во мне нет и капли магии, а, чтобы устроить подобное, требуется нехилый потенциал. Слава Богам, остальные не были столь глупы, как я, и быстро отошли от шока, чтобы схватить принца. Что до его приёмников, то, лишившись своего лидера, они попытались смыться, но не тут-то было. Приказ императора был исполнен незамедлительно. В живых остался лишь Дамьен и один из наёмников. А я продолжала тупить. Рассматривала свои окровавленные руки, будто видела их впервые в жизни и пыталась найти разумное объяснение случившемуся, но сколько бы ни пыталась списать это на действие накалившейся атмосферы, всё указывало на меня.

– Ты в порядке? – коснувшись плеч, спросил граф.

– Не знаю, – честно призналась я. – Что это было?

– Объясню позже, – ответил мужчина, забирая у меня меч. – Сейчас я хочу проверить, всё ли с тобой в порядке, – сканировать он начал раньше, чем закончил говорить. Осмотр закончился, толком и не начавшись. – Всё в порядке. А сейчас возвращайся во дворец.

– И не подумаю. Сейчас начнётся самое интересное. Пытки и всё такое, – пришла в себя я. – Я хочу знать обо всём, ведь это касается и меня.

– В кого ты такая упрямая? – обняв, устало спросил Терн.

– Все вопросы к производителям.

– Язва.

– Вся в тебя, – посмеялась я в ответ.

В общем, на такой ноте мы и вошли в казематы, в которые отвели принца. Настроение тут же стало паршивым, ведь мне предстоит узнать ответы на многие вопросы, и я очень сомневаюсь, что они мне понравятся. Граф не отпускал меня ни на шаг, держал за руку и постоянно проверял моё состояние, и это, чёрт возьми, бесило. Миллиорн был на взводе, о чём свидетельствовали его неосознанные жесты. Мужчина стоял, привалившись к стене, покусывая ноготь большого пальца левой руки. А вот Дамьен выглядел совершенно спокойным. Раскачивался на стуле, ехидно улыбаясь брату. Кроме них, Реми и Дагера, в комнате никого не было, что не удивительно, ведь император проявлял слабость.

– Можем начинать, – уверенно заявил граф, становясь напротив принца. Офицер подошла ко мне и крепко обняла, потому как с момента моего возвращения у нас не было времени поговорить. Я ответила на объятия, ведь и правда соскучилась по ней.

– Зачем вы напали на дворец и императора? – впервые услышала низкий голос начальника стражи. Я и в самом деле думала, что он немой. Ну, это ладно. Принц не желал говорить и всячески выводил всех из себя.

– Твой ответ и не нужен, – лукаво усмехнулся Клайз. – Давай, я попробую ответить на этот вопрос. – Ух, чувствую, он на грани. – Власти захотелось? Ну да, неудивительно, ведь тебе всегда всего мало. Даже на мою жену позарился, ублюдок, – прорычал граф. – Что ж ты до этого ничего не предпринял?

– Она никогда не была твоей! – проорал принц. Усмешка сошла с его лица, и теперь перед нами показался истинный облик Дамьена. Такой смене личности удивился даже император. Небось думал, что его брат подхалим и слабак, а на деле всё оказалось иначе. – Её доставили в этот мир для меня, но эта сука сбежала, когда работорговцы должны были передать её мне. – О как! Так это ты во всём виноват? Я дёрнулась в его сторону, но Реми удержала на месте. – А когда нашёл, с ней уже развлекался ты!

– Зачем тебе наследник? – зло поинтересовался Миллиорн.

– Мой глупый братишка, – рассмеялся принц. – Неужели ещё не понял, что я пытаюсь свергнуть тебя!

– Наследник не решит этот вопрос, – уверенно заявил правитель.

– И да, и нет, – снова рассмеялся тот. У него точно проблемы с головой. – Кого, в большей вероятности, посадят на трон, твою дочь или моего сына? Ну, это как запасной вариант, если не получится занять его самому.

– Всё ещё веришь, что сможешь его заполучить? – строго спросил Мил.

– Верно. Убить меня ты не сможешь – это претит законам имперской семьи, а остановить и подавно.

– Если тебе так нужен наследник, почему не нашёл замену Кайе? – задал наводящий вопрос Теридан.

– Нашёл и не одну, – буднично отозвался тот. – Правда, они все покончили с жизнью раньше, чем смогли произвести его на свет. Такие вот дела.

– Зачем тебе власть? Чего тебе не хватает? – снова задал вопрос император.

– Всего. Мне всего мало, – заявил пленник. – Я ненавижу тебя! Ты отнял у меня всё! Любовь родителей, трон и даже признание подданных. Всё боготворят Миллиорна, достойного сына своих родителей, но все забыли о том, что ты не единственный сын и наследник. Меня все боялись, держались на расстоянии, а ты сиял в лучах славы!

– Дело только в этом? – разбито поинтересовался правитель. Я его понимала, слишком мала причина для того, кто совершил подобное преступление.

– Нет. Ещё меня до одури раздражает связь с родом Клайзов. Их напускное чувство справедливости и долга, противно слушать. Да и ты, братец, только и делал, что таскался следом за их отпрыском, считая его своим братом.

– Что ты сказал? – проскрипел зубами граф. Я так и видела, как в его голове вращаются шестерёнки, складывая все детали событий. – Это был ты? Ты убил моих родителей и похитил сестру?

– Бинго! – снова рассмеялся принц. Теридан, разорвал бы его голыми руками, если бы император и Дагер вовремя не перехватили его.

– Они так скулили, молили меня не убивать их.

У меня был шок. Он так легко говорил о том, что натворил и совершенно не испытывал раскаяния. Дамьен не человек! Такой, как он, никогда не остановится и не исчезнет, а значит, пока он жив, то несёт угрозу для каждого, кто находится в этой комнате. Миллиорну не позволял какой-то там закон имперской семьи, Терна удерживают в две пары рук, а Реми не имеет права действовать без приказа, остаюсь только я, та, которой наплевать на все законы этого мира. Выхватила из ножен офицера меч и за секунду оказавшись рядом со своим врагом, снесла ему голову. Головешка покатилась к моим ногам, окрашивая каменный пол в кровавый цвет. Я не испытывала жалости или стыда, вообще, ничего не чувствовала, даже облегчения. Его смерть не исправит прошлое, но хотя бы предотвратит убийства в будущем.

– Что ты наделала? – проревел император, бросаясь в мою сторону, вот только граф ему этого не позволил.

– То, на что у вас просто не хватило бы мужества, – уверенно заявила я, глядя прямо ему в глаза.

– Мил, успокойся! – рявкнул Клайз. – Ты лучше меня знаешь, что всё закончилось бы этим. Я тебя предупреждал.

– Но… – начал было тот, но остановился на полуслове, признавая очевидное. – Уберите здесь всё, – приказал правитель, и вышел из каземат.

– Осталось допросить наёмника, – напомнил Дагер.

– Ты и Реми, займитесь этим, а мне нужно побыть с женой, – сказав это, мужчина взял меня за руку и повёл прочь из подвала.

Мы шли довольно быстро, буквально перескакивая через пару ступеней, чтобы оказаться в отведённых нам покоях. Не спрашивая ни о чём, он начал раздеваться сам и одновременно раздевать меня. Завёл под душ и начал отмывать наши тела от грязи и крови. Тёплая вода смывала всё, кроме тяжести в душе и сердце. Я видела его боль, когда он с силой тёр мои руки. Чувствовала, что он горит изнутри, пытаясь казаться сильным передо мной. Глупый. Я не та, перед кем тебе нужно притворяться. Обвила талию руками, прижимаясь лицом к его груди, ощущая ускоренное биение его сердца. Он сжал меня так сильно, что останутся отметины, но мне было наплевать на это, лишь бы унять его боль. Теридан начал дрожать, подавляя беззвучное рыдание, и я прекрасно понимала, что это невыход из ситуации. Поднялась на цыпочках, чтобы обнять его за шею, дав понять, что я рядом. Не сразу, но это подействовало. Объятия стали сильнее, и я услышала всхлипы. Идиоты те, кто считает, что мужчины не плачут. Не плачут лишь те, кто ничего не чувствует – трупы. А он был живым, тёплым, податливым в моих руках, и я впервые почувствовала, что имею власть над ним. Это пьянило и придавало уверенности, непонятно только, в чём именно, но мне было всё равно. Главное то, что происходит здесь и сейчас.

– Я… – начал тот, но я в очередной раз перебила.

– Не надо, – не знаю, что он хотел сказать, но сейчас не лучшее время для разговоров. – Позже.

– Да помолчи ты уже наконец и дай мне, в конце концов, закончить то, что я пытаюсь сказать тебе уже целый день, – рискнул граф, отрывая голову от моей шеи. Что такого он хочет мне сказать, что снова начал злиться? – Я люблю тебя.

– Нет, – испуганно пропищала я, отстраняясь от него. – Нет и ещё раз нет.

Это просто не могло быть правдой. Зачем он говорит такие вещи, если на самом деле презирает меня? Я ведь не железная! Влюблена в него, а, как известно, влюблённые дурочки, любят лишь ушами. Не хватало ещё поверить в то, что у меня есть шанс завладеть его мыслями и сердцем.

– Кьяра, я не шучу. Я правда люблю тебя, – схватив меня при попытке сбежать, уверенно заявил тот.

– Терн, тебе это только кажется, – предприняли я попытку достучаться до него. – Это всё эмоции, стресс, адреналин. Ты ведь сам говорил, что ненавидишь таких, как я.

– Да, ненавижу. В этом плане ничего не изменилось, – глядя мне в глаза, заявил мужчина. – Но к тебе это не относится. Возможно, в самом начале, я и считал иначе, но всё изменилось раньше, чем я смог осознать. Я правда люблю тебя.

– Зачем ты так со мной? – продолжала настаивать на своём я.

– Выходи за меня.

– Да! Стоп. Что? – в панике спросила я. Он сделал мне предложение или я совсем свихнулась?

– Ты сказала "да", на этом и остановимся, – усмехнулся граф и впился в мои губы жёстким поцелуем. Я сопротивлялась, пытаясь привести его в чувства, но только до тех пор, пока его руки не опустились ниже. Что было дальше, можете вообразить сами. Уверена, вы не сильно отойдёте от истины. Вот так вот, сама того не понимая, я подписала себе приговор.


Глава 14. "По ту сторону фантазий"

Эпилог.


Допрос наёмника оказался весьма продуктивным, особенно после того, как он узнал, что Дамьен мёртв. Дабы сохранить свою жизнь, он зачирикал, как пташка, молниеносно выдавая имена всех, кто был причастен к этому. И как думаете, чьи имена оказались в этом списке? Верно, все, кого подставил Терн. Они занимались сбором информации, предлагали рабов, шпионили за императором и графом, а также всячески пытались их уничтожить. Правда, безрезультатно – не с теми противниками они связались. И что же ждало их в итоге? Казнь? О, нет. Теридан, в отличие от императора, не столь милосерден, чтобы обойтись одной казнью. Все, кто имел хоть какое-то отношение к торговле людьми, убийству и похищению глав рода Клайз и нападению на императора, были лишены титулов и отосланы на рудники, где смотрителями были поверенные люди Миллиорна. В общем, они и сами неплохо уничтожали друг друга, словно оголодавшие гиены. Самое место для грязных тварей.

Что до остального, то, сколько бы граф ни пытался уговорить сестру вернуться в империю, она наотрез отказывалась. Сошлись на том, что она и её муж будут присутствовать на всех семейных торжествах и, зная мужчину, праздников появится больше, чем уже существует. Он найдёт повод вернуть сестру в родовое поместье, причём любой ценой.

Реми отказалась от бредовой идеи сделать меня своей, но перед тем, как я это поняла, шокировала до глубины души. Как оказалось, за то время, что я провела в бегах, она и Фиса нашли общий язык и, как итог, прикипели друг другу на почве переживаний за меня. Ну, прикипели не совсем правильное слово для данной ситуации- они стали парой, в прямом смысле этого слова. На почве того, что сделал с нами монастырь Алой Розы, Фиса, так же, как и я, возненавидела мужчин, но нашла решение своей проблемы, как только повстречала Реми. Она и сама не поняла, как влюбилась, о чём и сообщила офицеру через месяц после моего побега. Реми ответила взаимностью, чему я была чертовски рада, ведь она будет любима и сможет отдать всю себя той, что без сомнений оценит. Объяснив всё графу, он без раздумий освободил свою, уже бывшую наложницу, от всех клятв и отпустил. Отныне девушки жили вместе, в своём новом доме, подаренном императором.

Что до императора и остальных, то Сильвию, как и Моргану, Теридан отправил к семье, при этом заплатив внушительную сумму на её содержание. Как ни странно, девушка не устраивала сцен, а просто подчинилась приказу графа. А Миллиорн-он простил меня. Не сразу, конечно, но всё же нашёл в себе силы принять жестокую правду. Я понимала, что поступила безрассудно, но и я, и он знали, что иного пути просто не существовало.

Как оказалось, тот всплеск силы, что вырвался из меня в момент сражения, было ничто иное, как рождение стихии. Я тупила, троила и вообще не понимала, о чём говорит Терн. Какая к демонам сила? Я обычный человек! Но сколько бы ни пыталась это доказать, всё оборачивалось против меня. Он спросил у меня, что я помнила о своих близких, и я правда пыталась понять, зачем ему это было нужно. Вот только кроме того, что бабушка, вроде как, была знахаркой, вспомнить ничего не удалось. Да, этого и не требовалось, по всей видимости. Ведь для мужчины словно сложился весь пазл, и он заявил, что зачатки магии были во мне всегда и достались от предков, но они были заблокированы и не раскрывались только потому, что я и не пыталась их развить. Да откуда мне было знать об этом?! А вот Николас смог пробудить их ото сна. Симбиоз его магии и моей, спровоцировал тот самый всплеск – и вовремя, прошу заметить, – и сделать меня той, кем я отныне являюсь, магичкой.

Малыш рос, а вместе с ним росла и моя магия. Отправлять меня в Академию Теридан отказался наотрез, и я была полностью с ним согласна. Обучением он занимался лично, периодически играя роль строгого учителя, которого я всеми силами пыталась соблазнить. Ну, как соблазнить, соблазнял скорее он, а я охотно велась на его провокацию.

Что касается свадьбы, я оттягивала её, как только могла, но кажется, кто-то сильно устал от моих обещаний и потерял терпение. В середине лета меня просто поставили перед фактом, что завтра мы женимся и точка. Вот что сказать в данной ситуации? Один отборный мат! Как итог, на следующий день я стояла в подвенечном платье перед священником и глупо улыбалась мужчине, одевающем брачный браслет на мою правую руку. Крики, поздравления, жаркие поцелуи- всё смешалось в такой водоворот, что казалось, он поглотит меня. А дальше больше: началась суета по поводу крещения. Мы постоянно спорили, где и как должно произойти сие торжество. Я настаивала на скромной церемонии, в кругу близких, а Терн вопил, что наследник рода Клайз должен блистать в лучах света в этот день, чтобы ни у кого не появилось сомнений относительно его статуса. Короче говоря, мой муж совсем свихнулся!

Сколько бы ни пыталась, а вправить ему мозги у меня не получилось. Крещение прошло на высшем уровне, словно крестили не сына графа, а императора. Результатом всему стало то, что Миллиорн обзавёлся крестником, – ну, а кто, если не он? – а Реми за компанию. Вот так вот и породнились те, кто и без клятв был семьёй. Столько, сколько я ревела в те дни, я не ревела за всю жизнь. Размякла что ли, стала сентиментальной и чрезмерно чувствительный. Да и не только я. Мы все словно сбросили тяжкий груз прошлого, выдохнули с облегчением, уверенно глядя в будущее.

Время пролетело в бешеном темпе, и снова наступила зима. Я столько лет в тайне мечтала об одном и теперь решилась это сделать. Я бы никогда не назвала бы себя человеком с Земли, если бы не сделала это. Чего мы ждём каждый год больше всего на свете? Именно, волшебства. В этом мире его хватает с лихвой, но это родное что ли. Рождество – самое волшебное время в мире людей. Оно дарит чувство безграничного счастья и веры в то, что всё изменится и жизнь приобретёт яркие краски. Не важно сколько тебе лет, но именно в Рождество ты словно превращается в ребёнка, который всё ещё способен мечтать. И я хотела подарить этом миг своим близким, тем, кого люблю больше жизни.

Пушистая ёлка стояла у камина в гостиной, украшенная самодельными гирлянда и игрушками, которые мы сделали вместе с Фисой и … Они так воодушевились этой идеей, что засиживались у нас допоздна, но результат того стоил. Весь дом был украшен рождественскими атрибутами, а на камине висели разноцветные носки с желаниями. Праздничный ужин, который я готовила лично, воссоздал любимые с детства блюда. Радостный смех таких родных и близких людей, что и не скажешь, что почти год назад мы были врагами. Статусы потеряли значения, все просто наслаждались непривычным, но, по всей видимости, вдохновляющим праздником. Теридан помог создать фейерверки, такие, какие были в моём мире, поэтому мы наслаждались этим зрелищем, стоя под хлопьями медленно падающего снега. А на утро, по традиции, все получили свои подарки, которые обнаружили под ёлкой. Даже Миллиорн ползал на четвереньках в поисках коробки со своим именем. Это выглядело мило, что я даже прослезилась. И, как оказалось, подарок ждал и меня.

– Давай выйдем, – беря меня за руку, произнёс муж. Я не понимала, что он задумал, оттого и чувствовала себя крайне странно. За время, проведённое с ним, хорошо уяснила, что его сюрпризы до конца моей жизни будут ввергать меня в шок, поэтому шла, словно на казнь. Николаса предусмотрительно передала Реми, ибо если и падать в обморок, то только не с ним на руках. Правда, падать не пришлось. Ну, почти.

Стоило спуститься по широкой лестнице, Дагер сбросил холщовую ткань с чего-то высокого, и я поняла, что это скульптура. Да такая, что я разом позабыла, как дышать. Это было изображение моих родителей, которые держали новорождённого ребёнка на руках. Меня. Они выглядели как настоящие, хоть и были сделаны из серого мрамора. Я и сама уже забыла, как выглядели их лица, а скульптор смог идеально их воссоздать. Слёзы полились раньше, чем поняла это. В груди появилась тоска, но она не причиняла боль. Я просто скучала по ним.

– Как? – только и смогла произнести я.

– Наши люди есть во всех мирах. Потребовалось довольно много времени, чтобы отыскать фотографии с их изображением, но это того стоило. Тебе нравится? – неуверенно спросил муж. Какой же он глупый. Я бросилась к нему на шею, целуя такие нежные губы, продолжая шептать лишь одно слово: "спасибо".

– Поздравляем! – раздались возгласы друзей, стоявших неподалёку.

Этот день определённо будет одним из самых счастливых и запоминающихся. Да и вся наша жизнь будет полна ярких моментов и тёплых улыбок, в этом я была уверена. Возможно, будут и чёрные полосы, но они ведь также являются частью палитры, не так ли? Это не важно, ведь рядом всегда будут верные друзья, наша семья, а значит, мы справимся. Думала ли я, что когда-нибудь скажу это? Нет, определённо нет…

– Я люблю тебя.


Конец.


P.S. "Спасибо Вам, что не остались равнодушными к моему творчеству. Для меня ценно и важно мнение каждого из Вас. Спасибо, что уделили время и прочли данное произведение. Желаю счастья и успехов каждому, кто читает эти строки.

С любовью, Kina Mizuki ♡