# Грязный город

Алёна Митина-Спектор

В городе Брундевиль происходят странные события. Сначала глава города, таинственный доктор Грог, объявляет о страшном вирусе, из-за которого закрывают главные ворота в город. Жители остаются изолированными от мира. Чтобы не заразиться вирусом, брундевильцы начинают принимать капсулы. Однажды Эрни, обычный парень, который работает поваром в кафе, обнаруживает, что жители города странно себя ведут… Он начинает подозревать доктора Грога в умышленных злодеяниях. Доберётся ли Эрни до истины? Что движет доктором Грогом – жажда наживы или обиды прошлого?

Глава I

Невидимый друг


– Мам! Алик опять сам с собой разговаривает! – на весь дом завопил Виктор, выбегая из комнаты и громко топая по ступенькам вниз, где Демида готовила ужин.

Однажды у Алика появился таинственный друг. Мальчик разговаривал с ним обо всём на свете. Они вместе играли у него в комнате, но никто никогда его не видел…

Вот и сегодня таинственный друг навестил Алика. Когда они начали играть в прятки, в комнату по привычке без стука ворвался старший брат Алика, Виктор.

Демида вытерла руки о фартук и поднялась в комнату сына. Она сурово смотрела на мальчика. Алик виновато потупил взор.

–Ты опять? – спросила женщина. – Я тебе говорила – ещё раз я узнаю, что ты разговариваешь с несуществующим другом – и мы с отцом отправим тебя на лечение! Может там ты найдёшь себе настоящих друзей, а не вымышленных.

Позади матери стоял Виктор и крутил пальцем у виска.

–Я его не выдумал! Он существует! – Алик посмотрел на мать, но встретив её грозный взгляд, снова виновато опустил голову.

–Тогда где он? Где он? – по слогам спросила мать. – Да за что мне это всё? У всех дети как дети, а этот… – Демида бессильно всплеснула руками.

–Он спрятался… – тихо ответил Алик.

Виктор надул красные щёки от беззвучного смеха.

– И заходит он к тебе через окно? – сверлила глазами сына Демида.

– Да… Он боится… – робко ответил мальчик.

– Кого?

– Он боится, что вы его увидите… Он очень стесняется…

В комнату вошла бабушка, мадам Виолетта. Её губы как всегда были накрашены яркой помадой цвета фуксии. Она встала, заслонив собой Демиду с Виктором.

– Алик, – прозвучал хриплый голос мадам Виолетты. – Мы слишком к тебе добры и многое спускаем тебе с рук. Хотя делать этого не следует. Ты не понимаешь хороших манер и не ценишь то, что для тебя делают близкие.

Алика накрыла волна негодования. Он сорвался с места и выбежал из комнаты, едва не сбив Виктора.

– А ну стой! – полетело ему вслед. – Я ещё не закончила! Когда ты научишься уважать старших!

Но до Алика долетали лишь обрывки фраз. Ноги несли его подальше от этого дома, в котором он испытывал такие душевные муки. Он сел под раскидистой кроной могучего дуба. Сердце колотилось, в голове метались мысли. «Убежать? Куда? Я один в целом мире… Видно, мать была права, когда говорила, что я слабый». Горькие думы терзали мальчика.

Солнце зашло за горизонт и темень окутала каждый закоулок, каждую травинку погрузила во мрак. Алика никто не пошёл искать, и он просидел под деревом неизвестно сколько времени, пока не затекли ноги. Медленно встав с травы, он побрёл к дому. Вся семья собралась на кухне. Алик прислушался. Мать тихо всхлипывала, мадам Виолетта что-то говорила. Что именно – мальчик разобрать не смог. Алик незаметно прошмыгнул мимо. Он вошёл в свою комнату и зарылся с головой под одеяло. Ни единой доброй души в целом мире… Никого, кто бы мог поддержать его, понять его сердцем… Да хотя бы просто обнять!

Мальчик почувствовал, как урчит в животе. Чувство голода заставило его спуститься вниз, на кухню. Там уже было пусто. Все разошлись по своим комнатам. На столе ему оставили тарелку. Еда в ней уже остыла, но от пережитого волнения у Алика не на шутку разыгрался аппетит, и он с жадностью набросился на жареную картошку.

На следующий день к нему зашёл отец. Алик очень редко видел его дома. Отец практически никогда не заходил к нему в комнату. Алик протёр костяшками пальцев глаза – не продолжает ли он спать? Но когда отец заговорил, понял, что это не сон.

– Этот твой друг… – начал отец, – где он живёт?

– Не знаю… Он никогда не приглашал меня к себе в гости… – ответил Алик. В душе мальчика вдруг появилась надежда, что отец его поймёт и поддержит.

– Ты знаешь… Сегодня он заходил… – продолжил отец и лицо Алика прояснилось. – Он сказал, что ему надо срочно уехать… и просил тебе передать свои извинения… Он извинялся, что не сможет с тобой попрощаться…

Алик почувствовал ком, который подкатил к горлу и начал нестерпимо давить. Большие карие глаза покраснели и наполнились слезами. Волна негодования нахлынула на Алика. Уехал? Ни слова не сказал!? Он тщетно пытался проглотить ком. Отец не сказал более ни слова и вышел, осторожно закрыв за собой дверь.

Позже Алик пытался выяснить, не оставил ли его друг адреса, но все словно сговорившись только пожимали плечами.

Однажды Алику показалось, что его друг вернулся. Он зашёл к себе в комнату и услышал под кроватью шорох.

–Странник? Странник, это ты? – с надеждой позвал мальчик.

Преисполненный нетерпением вновь увидеть друга, Алик заглянул под кровать, но оказалось, что там спрятался Виктор, чтобы напугать брата. Он с диким ором вылетел из под кровати, сбив мальчика с ног. Алик упал и больно ушиб себе руку. Но эта боль была ничтожной по сравнению с разочарованием, охватившим его в тот момент.

Виктор становился с каждым днём всё невыносимее. Казалось, он испытывал удовольствие от чужой боли. Мальчик рос довольно жестоким ребёнком. Мадам Виолетта окружала внука вседозволенностью. Виктор обладал весьма тучным телосложением и превосходил своих сверстников в росте и массе. Он этим пользовался и обижал тех, кто был слабее физически и не мог дать сдачи. Он кидался камнями в несчастных животных и постоянно врал. Все проделки сходили ему с рук. Бабушка была удивительно слепа на всё его аморальное поведение. «Он так играет» частенько говорила мадам Виолетта вопреки многочисленным жалобам, поступавшим от родителей пострадавших детей. Она считала, что «крошку внука все обижают» и «сами они во всём виноваты». Отец не занимался воспитанием сына. Он так же как и мать всегда был на работе.

Алик был прямой противоположностью старшего брата – тихий и немного зажатый, худощавый в отличие от упитанного брата. Он невероятно походил на свою мать. Чёрные блестящие волосы аккуратно обрамляли бледное мальчишечье лицо, большие карие глаза были точь в точь как у матери. Он часто сидел у окна, погружённый в свои, неведомые никому, раздумья. В семье и обществе его считали немного заторможенным ребёнком. Он часто вызывал у матери раздражение. «Ну что ты такой тихоня, – говорила Демида. – Посмотри, как веселится твой брат!» Алик часто болел, и родители время от времени отправляла его в различные лечебные учреждения.

Алик часто спотыкался и разбивал коленки, за что мадам Виолетта прозвала его недотёпой. Виктору нравилось, как бабка называет брата, но как только он начинал обзывать Алика, его сразу же одёргивали, поэтому он делал это пока рядом нет никого из родных. Виктор нашёл в брате истинную мишень. В его испорченном умишке то и дело крутились подлые мысли, как в очередной раз подставить «недотёпу» брата. Алику не к кому было обратиться за помощью. Мадам Виолетта всегда защищала любимого внука Виктора, матери не было дела до разборок между сыновьями, а отца мальчик видел редко, и на все попытки поговорить он слышал «мне некогда, давай в другой раз». Но однажды Виктору пришлось пожалеть о своём поведении.

В центре гостиной в рождественские дни стояла пышная высокая ёлка. На ней сверкало множество разноцветных крупных шаров. Алик играл рядом с ёлкой, Виктор крушил собранный из конструктора замок. Он покосился на брата – тот увлечённо собирал опавшие с дерева иголки в грузовик. Незаметно Виктор подкрался к мальчику со спины и больно ущипнул его за щёку. Алик жалобно взвизгнул и закрыл ладонями лицо. Виктор засмеялся и собрался толкнуть Алика в спину, но в страхе отпрыгнул.

– Убери! Убери! – начал вопить он словно ненормальный.

В ладони Алика лежала сушёная бабочка. Он хранил её в кармане на случай, если брат начнёт приставать. Виктор испытывал панический страх при виде этих насекомых, поэтому Алик собрал и засушил этим летом целую коллекцию бабочек.

На вопли Виктора прибежала Демида, а за ней и мадам Виолетта.

– Что здесь происходит? – нахмурившись спросила мать.

– У него бабочки! Он пугает меня бабочками! – тут же начал ябедничать Виктор.

– Алик, что ты там прячешь? Покажи руки! – приказала мадам Виолетта.

Алик показал обе руки.

– У меня ничего нет… – невинным голосом произнёс он.

– Он врёт! У него в руке была бабочка!

Демида осторожно подошла к Виктору и потрогала ладонью его лоб.

– Ты утомился… Тебе надо прилечь. Откуда зимой бабочки… – озабоченно произнесла она.

– Но мам!..

–Быстро в постель! – Демида строго посмотрела на Виктора, и тот молча побрёл к себе в комнату.

Алик торжествовал, но не показал виду, ведь его могли разоблачить. Когда из гостиной все ушли он начал прыгать вокруг ёлки и хлопать в ладоши. Впервые он почувствовал такую свободу. С этого момента Виктор даже на метр не смел приблизиться к Алику. В нём произошли перемены, которые не на шутку обеспокоили мадам Виолетту. Некогда шумный и дерзкий мальчик Виктор вдруг сделался тихим и смирным. С другими детьми он начал вести себя осторожно и с опаской глядел, есть ли у них карманы. Алик шепнул на ухо брату, что все дети сговорились и прячут в своих карманах бабочек.


Глава II

Смутные предчувствия


Горы мусора возвышались над темноволосой головой юноши. На грязно-сером небе изредка появлялись и вновь исчезали чёрные птицы. Наверняка они летят прочь из Брундевиля, думал Эрни, вглядываясь в дымчатую поволоку, окутавшую небо. Последние пять лет он время от времени приходил на городскую свалку и рыскал в поисках чего-нибудь интересного. В прошлый раз, например, он нашёл картины неизвестного художника. На них были изображены дети, играющие у кирпичной стены, необычные деревья, коих Эрни никогда не видывал. Особенно ему приглянулся портрет незнакомки. Её взгляд был устремлён в даль, а выражение лица выдавало спокойствие и в то же время твёрдость духа. Эрни был рад своей находке, но оставался в недоумении – как эти картины оказались на свалке? Бедный художник был чем-то сильно расстроен и возможно со злости выбросил свои творения, думал Эрни.

Тучи становились всё темнее и вид приобретали грозный. Собрав в черный пакет несколько болтиков и кусок резиновой трубки, он заторопился домой, чтобы не попасть под ливень. Превозмогая порывистый и резкий ветер, Эрни вышел за ворота и быстрым шагом пересёк пустошь. Вскоре он достиг развилки дорог. Первые капли дождя упали на его коричневую куртку. Эрни двигался привычным маршрутом. Вскоре за поворотом показался знакомый трёхэтажный дом.

Эрни открыл ключом дверь и после холодной недружелюбной улицы его окутало домашним теплом. В квартире царил полумрак, несмотря на то, что ещё был день. По окнам струились потоки и слышно было, как по водосточной трубе сбегает вниз дождевая вода. В соседней комнате похрапывал Иззи, приятель Эрни. Они познакомились, когда Эрни устроился на работу в кафе, в котором Иззи работал поваром. Они быстро подружились, и Иззи предложил Эрни переехать к нему.

Эрни прошёл в свою комнату и не включая свет сел за письменный стол, на котором стопками красовалась различная макулатура. Мирный ритм дождя разразил раскат грома. Порывом ветра прибило к окну ветку. Эрни открыл небольшой ящик стола и сложил туда то, что сегодня нашёл на свалке. Это были различные болтики, железки, резиновые трубочки и микросхемы от приборов, выброшенных за ненадобностью. На первый взгляд это было мусором, но только не для Эрни. Аккуратно задвинув ящик, парень направился на кухню готовить ужин.

На аппетитный аромат жареных котлет пришёл Иззи. На нём была майка с пятнами и вытянутые в коленях штаны. Он обладал мальчишески юным лицом, живыми зелёными глазами, худощавым телосложением. Русые волосы всегда были растрёпаны. Эрни не был худым, но склонным к полноте и слегка упитанным. Чёрные волосы всегда были причёсаны и уложены, карие глаза проникновенно блестели.

Иззи подошёл к плите, возле которой стоял Эрни и переворачивал котлеты. Юноша улыбнулся и кивнул на тарелку, в которой уже лежали парочка жаренных мясных котлет.

–Угощайся, – сказал он.

–Ммм… – протянул Иззи, потирая ладони и садясь на видавший виды стул. Под весом Иззи ножки стула немного покосились в бок. – Усно, оень, – невнятно проговорил Иззи, смакуя котлету.

Дождь по прежнему барабанил в окна и на верхнем этаже было слышно, как он стучит по крыше. Тусклый свет лампы освещал кухонный стол, за которым сидели приятели.

–Говорят, город хотят закрыть… Сегодня в новостях услышал… – сказал Иззи.

– Два года назад уже ходили такие слухи и ничего. Не закрыли тогда и сейчас не закроют. Надо же в новостях о чём-то говорить? – ответил Эрни.

– Да и то верно, – усмехнулся Иззи. – Да только слухи по городу нехорошие ходят. Что, мол, вирус какой-то завёлся у нас. Поражает нервную систему, а первый признак того, что заболел – глаза у человека красные становятся. Прямо цвет роговицы меняется на красный.

– Да… Что-то такое я слышал… – задумчиво произнёс Эрни.

К вечеру погода стала ещё хлеще. К дождю примешался снег, холодный ветер усилился. Такое в Брундевиле случается очень редко. Эрни удобно устроился в кресле. По телевизору шла передача про детей с «необычными» способностями. На сцену вышел мальчик пяти лет в костюме от известного дизайнера, который шьёт одежду богатым семьям на заказ. Мальчик расхлябанной походкой прошёлся вдоль сцены и развалился на диване. Ведущий тем временем вещал о том, как в свои пять лет он уже освоил езду на квадроцикле.

– Расскажи нам, как всё началось?

– Ну я просто сел и поехал.

– Так сразу?

– Ну да.

– Давай спросим, как всё было, у твоей мамы. Здравствуйте! Расскажите, как Граем научился управлять квадроциклом.

Довольная тем фактом, что её покажут на всю страну, мать начала рассказывать, как они на день рождения своего мальчика купили ему квадроцикл, и как он без труда начал на нём кататься. Граем сидел с таким видом, будто его только что единодушно избрали президентом. В конце его выступления ведущий вручил мальчику чемодан с конфетами.

–Лучше бы это были деньги, – недовольно пробурчал мальчик и бесцеремонно ушёл со сцены.

После него вышла девочка, которой мама накрасила ногти и сделала прическу с макияжем, и представила дочь перед зрителями как урождённую принцессу. Эрни наскучил этот цирк и он выключил телевизор. В окно стучала ветка. Она была мокрая от снега и дождя и словно хотела попасть в тёплую сухую квартиру, а может просто напоминала о том, что творится за окном. Эрни вспомнил слова Иззи о том, что глава города Грог намеревается закрыть доступ к городу… Не так давно в кафе, в котором Эрни и Иззи работают поварами, два молодых человека беседовали о том, что в городе появился опасный вирус и немало человек им заразились. Тогда он не придал этому никакого значения, но сейчас призадумался. Вдруг это не вымысел? Если город закроют, тогда никто не сможет выехать за его пределы и никого сюда не пустят… С другой стороны, размышлял Эрни, мне не о чем волноваться. У меня никого нет за пределами Брундевиля. Лучший друг, любимая работа – здесь моё место. Всё же неоднозначное, смутное чувство овладело Эрни. Будто предчувствие чего-то, что ждало его впереди и он не мог определить – хорошо это или плохо?.. С этим ощущением он уснул.

Ночью ему снилось, будто он идёт по дороге, освещённой солнцем и вдруг обнаруживает, что обронил ветровку. Эрни обернулся и увидел, что она лежит на асфальте, а на него со всего ходу скачет лошадь с повозкой. Он в мгновение ока увернулся и лошадь, даже не сбавив скорости, промчалась мимо. Тут появились дети, одетые в костюм чудовища. Эрни начали одолевать смутные чувства. Что-то пошло не так… Впереди ждёт опасность. В этот момент из-за угла вынырнула чёрный автомобиль, сделал задний ход и ,увеличивая скорость, поехал на Эрни. Юноша быстро прыгнул в кусты, стоящие за низким ограждением и начал ждать. Машина остановилась рядом с кустами и немного погодя уехала, оставив чувство тревоги и страха.

Утром Эрни проснулся с такими же ощущениями. Потянувшись в кровати, он начал одеваться на работу. Взглянув на время, которое показывал экран телефона, Эрни начал собираться в ускоренном режиме. Он проспал будильник, а ведь последний звонил два раза и все два раза напрасно. На кухонном столе стоял стакан с недопитым вчерашнем кофе. Эрни второпях выплеснул холодные остатки напитка в раковину и приготовил свежий горячий кофе, аромат которого распространился по всей квартире. Сделав несколько глотков, парень бесшумно прошёл к входной двери. В подъезде рядом с дверью висел почтовый ящик. По инерции он проверил его содержимое и слегка удивился. В нём лежал конверт. Эрни оставил его на тумбе в прихожей и быстро спустился вниз по ступеням.


Глава III

Главная площадь


На улице было пасмурно и сыро. То и дело накрапывал мелкий дождик, продолжавшийся не больше пяти минут. По дороге на работу Эрни преследовали мрачные мысли. В кафе все вели себя довольно странно… Коллеги молчали, было такое ощущение, что они чем-то расстроены… На вопросы отвечали однозначно «да», «нет». Клиентов не было. За всё утро зашёл один посетитель в чёрном плаще и шляпе. Он сел за столик, положив ногу на ногу и нервно покачивая ступнёй. Посетитель что-то бормотал себе под нос.

–Как-то пусто сегодня в кафе… – сказал Эрни девушке-официантке, когда та пришла на кухню забрать незамысловатое блюдо, которое заказал человек в чёрной шляпе.

Девушка посмотрела на юношу. Вид у неё был потерянный.

–Ты что, не получал конверт? – спросила она.

–Конверт?.. – не понял Эрни. – А… Какой-то конверт я нашёл сегодня в почтовом ящике, но не успел его прочитать.

–Город скорее всего закроют…– тяжело вздохнула девушка и заплакала.

Эрни не знал что сказать. В этот момент на кухню вошёл хозяин кафе и объявил, что сегодня рабочий день до 12:00 в связи с предстоящим митингом. Эта новость привела парня в замешательство.

Он дошёл до остановки и сел в автобус. В голове было только одно – скорее добраться до дома и прочесть письмо. Он не помнил как оказался у собственной двери.

– Включил сегодня новости утром, а там страху нагнали! – с порога накинулся на него Иззи. – Вирус всё распространяется, много уже заболевших. Сказали, всем жителям должны были прислать оповещения… Я смотрю – лежит конверт на тумбе. Открываю, там вон что…

Иззи протянул сложенную в четверо бумагу. Эрни развернул бумажный лист. В нём курсивом был напечатан текст:

«Дорогие жители нашего славного града Брундевиля! Настали нелёгкие времена. В наш город вторгся враг – вирус, который несёт неописуемый вред здоровью наших граждан. На данный момент, как показывает статистика, число заболевших составляет около трети жителей Брундевиля. В связи с этим сегодня, 18ого октября в 14:00 на главной площади города состоится митинг. Это касается каждого.

Глава города, доктор Грог».

Чувство неизвестности вновь охватило Эрни. Он почувствовал, как колотится сердце.

–Думаешь, всё серьёзно, – нахмурив брови спросил он у Иззи.

–Может и обойдётся, – неуверенно ответил он. – Мама уже два раза за утро позвонила…

Молодые люди накинули куртки и пошли к остановке. По дороге они размышляли на тему, что будет на митинге, что скажет глава города, пытались шутить…

– От Грога чего угодно ожидать можно, – сказал Эрни. – Вот придём на митинг, а он возьмёт сядет в вертолёт, помашет нам всем рукой и так мы его и видели!

Иззи ухмыльнулся.

– Ага. Или скажет каждому проходить обследование медицинское. Представь, весь город набьётся в поликлиники. Бррр… – Иззи поморщился. Он и без того не любил казённые учреждения, тем более больницы и поликлиники.

– И не говори… – разделил его переживания Эрни.

Друзья пришли на остановку. Общественный транспорт был набит битком. Пропустив два переполненных трамвая, четыре троллейбуса, наконец, почти отчаявшись, молодые люди втиснули два своих тела в автобус, не прочь быть прижатыми к стеклу входных дверей.

Автобус двигался медленно. Вчерашняя стихия доставила немало хлопот работникам дорожной службы в виде поваленных деревьев, часть которых ещё не успели убрать. Основная трасса была заполнена транспортом, а объездные пути преградили деревья. Автобус и без того двигающийся не быстрее черепахи окончательно встал. Водитель открыл двери и приятелей выбило словно пробку. Молодые люди вышли наружу, свободно вдохнув в лёгкие запах недавно прошедшего дождя. До главной площади оставалась пара кварталов и все, даже водитель автобуса, пошли пешком. Постепенно люди оставляли автомобили и общественный транспорт и присоединялись к шествующей толпе людей.

На небе сгущались тучи. Солнце, словно играя в прятки, то скрывалось за ними, то вновь озаряло своим тёплым золотистым светом всё в округе. Эрни был погружён в свои мысли. Светлые надежды сменялись жуткими образами о том, что станет с городом, если его закроют. Закроют, словно квартиру, из которой никто уже не сможет выйти… Так думал Эрни, которого нёс поток людей, словно щепку. Подобно реке, которая впадает в озеро и сливается с ним, идущая масса пешеходов слилась с остальной толпой, которая уже собралась на городской площади.

Брундевиль – уединённый городок. Он был основан более полутора века назад первопроходцами и по началу служил местом отдыха для странников, которые останавливались в нём проездом. Позднее здесь основали секретную лабораторию и сюда стали стекаться учёные со всего света. Секретной лабораторию назвали потому, что люди далёкие от науки не имели доступа к ней, лишь те, у кого в документе была специальная отметка, могли туда попасть. Брундевиль по праву стали считать научной точкой планеты. Это стало стимулом к его развитию.

Молодые люди примкнули к остальным, присутствующим на площади, людям. Иззи утомился от долгой ходьбы в тесной толпе и глубоко вдыхал ртом воздух. Над головами разносился шёпот и бормотание. Лица брундевильцев были уставшие с непониманием устремлённые куда-то в пустую точку.

Внезапно над площадью начал подниматься автокран. На небольшой площадке, поднимаемой в воздух всё выше и выше, стоял высокий мужчина в плаще. У него были чёрные блестящие волосы, аккуратно причёсанные и уложенные, на бледном лице отчётливо вырисовывались брови, такие же чёрные как и волосы, большие карие глаза смотрели на всех сверху вниз.

–Доктор Грог, – кто-то шепнул в толпе.

Для многих это стало неожиданной новостью. Глава города за время своего правления, а это не много не мало десять лет, был инкогнито. Никто не знал, как он выглядит. По этому поводу ходили различного рода слухи. Кто-то считал, что Грог преступник, которого разыскивает Межконтинентальная Армия, и что поэтому он скрывает своё лицо ото всех, а городом правит не имея на это прав. Кто-то полагал, что у Грога множество масок и он меняет их каждый день. Иные думали, что Грога не существует вовсе… Конечно, всё это были нелепые слухи, не имеющие ничего общего с правдой. Но беда слухов в том, что они быстро расползаются и люди начинают верить в любые небылицы, какими бы абсурдными они ни были.

Доктор Грог окинул взглядом толпу. Его статная фигура возвышалась над землёй на четыре метра, так, что даже стоявшие позади всех Иззи и Эрни его видели. «Впервые появился перед всеми и принесёт плохое известие?» – мелькнуло в голове у Эрни. Доктор Грог взял рупор и кашлянул, что бы проверить как будет его слышно. Слышно было прекрасно.

–Сегодня я собрал всех вас, чтобы сообщить вам неприятное известие!

«Да, так и есть,» – подумал Эрни.

–В нашем городе поселился вирус, – продолжал Грог, – который грозится завладеть нашими телами, нашим разумом. Ученые ведут непрерывные исследования, но пока остаётся неизвестным ни то, откуда взялся вирус, ни то куда может привести наше бездействие. Поэтому в целях безопасности было принято решение город закрыть.

Доселе лежащая на площади тишина раскололась на множество удручённых вздохов и недовольных возгласов. Грог, выдержав небольшую паузу, продолжил:

– Это значит, что въезд и выезд за пределы городской стены запрещён до тех пор пока вирус не будет обезврежен.

Толпа загалдела. Запрещён? Когда этот вирус обезвредят? Если его не удастся обезвредить?

– Прошу сохранять спокойствие! – Грог окинул всех суровым взглядом и продолжил. – Наша группа учёных уже начала выпускать лекарство. С завтрашнего дня вы начнёте его принимать. В 14:00 по местному времени. Получить его вы сможете по адресу, указанному на главной информационной доске. Для каждого района свой адрес. И чтобы не создавать очередей, сделать это нужно чем раньше, тем лучше.

Доктор Грог предстал в глазах большинства мучителем и тираном. Запер всех неизвестно на какой срок среди кирпичных домов, в месте, которое мечтой не назовёшь. Кто-то сильно огорчился, для кого-то эта новость не произвела никакого эффекта. Чему огорчаться, если ты и так живёшь в этом городе и никуда не выезжаешь год из года. Среди таких оказался и Эрни. Его родители пропали без вести пять лет назад.


Глава IV

Капсула


Митинг закончился. Эрни смотрел, как доктор Грог опустился на автокране до уровня второго этажа Здания Правительства и ловко перебрался через балконное ограждение. Иззи разглядывал свои ботинки, опустив голову. Люди разбредались по опустевшим домам. Небо разъяснилось, предвещая тёплый солнечный вечер.

Эрни и Иззи медленно пошли домой. Вокруг были слышны возмущённые возгласы и переговоры. Женщина одетая в бежевую юбку и пиджак,в шляпке под стать костюму разговаривала со своей собеседницей. Рядом, виляя хвостом, семенил мохнатый молочно-белый пёс, которого женщина в шляпке вела на поводке.

–Мы с Мусей каждый год отдыхаем на континенте Олина! Муся, фу! – обратилась она к собаке, которая пыталась то ли лизнуть, то ли укусить за ботинок проходящего мимо Иззи. – Ты же знаешь, как на нашем континенте с отдыхом… – женщина промокнула носовым платком слезу.

Её собеседница была в подавленно-равнодушном состоянии и молча со всем соглашалась.

На планете Лог всего два континента. Один – большой и густонаселённый континент Олина. Это место, куда отправляются отдыхать. Там работают и живут только уроженцы континента или люди, получившие специальное разрешение от правительства. Другой континент раза в два меньше и города в нём разбросаны на сотни километров друг от друга, а между ними – пустошь… Словно отрезанные от мира, изолированные и отверженные… Континент Словлейна. На этом континенте и расположился город Брундевиль.

Женщина, стуча каблуками, скрылась из виду. Её собеседница прибавила шагу и тоже исчезла в толпе.

***

Придя домой, Иззи первым делом позвонил маме. Не успел он и слова сказать, как из трубки послышался звонкий женский голос, который не умолкал ни на минуту.

– Мой хороший, как же так! По новостям передали, это же ужас какой-то! Страшный вирус!

– Мама, не волнуйся так!

– Как это не волнуйся! Я говорила тебе, Иззи, говорила! А ты никогда меня не слушаешь! Ты никогда не слушаешь свою маму!

– Мама, ты опять начинаешь! – смущённо сказал Иззи.

– Как ты разговариваешь со мной? Разве так я тебя воспитывала? – послышался возмущённый голос из трубки.

Спорить с мадам Розеттой было бесполезно. Она была из тех женщин, которые не умели выслушать и обладали невообразимым упрямством, которое особенно включалось в действие, когда надо было доказать свою правоту. Ну а сейчас она тем более не сомневалась в своей правоте, ведь её ненаглядный сын попал в такую передрягу!

Иззи молча выслушал мать и, не сказав ни слова, пошёл в свою комнату. Обычно разговорчивый и весёлый Иззи сделался молчаливым и мрачным. Эрни ещё немного посидел у окна. Вечерело. Солнце катилось за горизонт, отбрасывая холодную сырую тень на город. В квартире стало сумрачно. Эрни включил свет и достал из холодильника ужин.

***

– Куда вы пошли? – девушка, которая выдавала лекарства с недоумением посмотрела на Эрни. – Пейте лекарство здесь.

Эрни взглянул на девушку, потом на гладкую капсулу, лежащую на холодной ладони. Накануне вечером он долго размышлял над судьбой города. Его одолели сомнения. Идея Грога – сделать город закрытым – казалась Эрни подозрительной и надуманной. Когда Грог только пришёл к власти, вокруг города по его приказу начали возводить стену. Теперь неприступное ограждение возвышается над жителями, неприветливо отбрасывая тень. Как говорил доктор Грог, эта стена нужна, чтобы оградить город от всякой нечисти, идущей и с юга, и с севера, и с запада , и с востока… Но на самом деле, думал Эрни, Грог эту нечисть сам начал создавать, а стены соорудил для того, чтобы не выпускать её из города и плодить. Каким бы абсурдом это ни казалось, но именно так думал Эрни.

Во время правления Грога из города исчезли все диковинные животные. Их специально отлавливали и вывозили на континент Олина. Грог и здесь выкрутился. На континенте Словлейна неподходящий климат для жизни и размножения зверей, говорил заместитель Грога по новостям, когда возмутилась общественность. Эрни же считал, что у Грога был контракт с бизнесменами континента Олина, и он за приличную сумму продавал животных за рубеж. Когда всех диковинных зверей увезли на другой континент, город уже стал не таким… Над ним, казалось, повисла большая серая туча, готовая в любой момент разразиться ливнем или градом, который принесёт немало разрушений… Говорят, одна зверушка всё таки осталась. Грог оставил себе кота леопардовой окраски. У него была жёлто-коричневая шерсть с тёмными кольцами и длинный хвост, как у обезьяны.

Телевидение захватили глупейшие шоу. Например, особо популярным стало шоу про детей. Родители ринулись прославлять своих детишек. Некоторые даже нарочно натаскивали своих отпрысков, чтобы прославиться и отыграть на ребёнке свои амбиции. Дети – это пластилин в руках взрослого, но эти руки могут принести и вред. Дети, окружённые славой и всеобщим вниманием, считали, что так будет всегда. Какое же разочарование их настигало, когда они понимали, что кому-то из сверстников они не интересны, или кто-то был лучше и умнее их. Это шоу и многие другие приносили очень хороший стабильный доход и часть его уходило на строительство ночных клубов для лёгкого необременительного досуга. Библиотеки, больницы, детские сады – этим учреждениям уделялось наименьшее внимание. Впрочем, в библиотеку начали приходить новые поступления книг, но сомнительного содержания. Одна дама, проживающая в городе, писала про извращенца. Её книга разошлась крупным тиражом и по её мотивам даже сняли фильм. Люди с аппетитом поглощали всю грязь, которая потоками лилась на них с экранов телевизоров, ночных заведений и даже из книг.

Теперь вот ещё вирус прицепился… Причём людей с этим вирусом Эрни не встречал и не знает людей, которые сталкивались с заражёнными. Конечно, может их госпитализируют и тщательно следят за ними… Но всё это сомнительно. Ворота в город закрыли и стена, которую построили по инициативе новой власти, оказалась кстати. Это похоже на тщательно спланированную аферу, в которую попали все жители Брундевиля. А Грог – главный мошенник, жаждущий нажиться на всеобщих несчастьях. Так полагал Эрни.

Девушка продолжала пристально смотреть на юношу.

– За вами длинная очередь, – поторопила она.

– Что будет, если я откажусь принимать лекарство? – вдруг спросил Эрни.

– Я занесу вас в список, а дальше доктор Грог будет решать.

Из толпы за спиной Эрни стали доноситься недовольные возгласы.

–Эй, ну что там, заснул?

–Сколько можно ждать!

–Мы торопимся!

Обстановка накалялась. Эрни на минуту будто остолбенел, но решение пришло молниеносно, и он проглотил капсулу.


Глава V

Город, покрытый тишиной


Октябрь подходил к концу. Трава с каждым днём становилась желтее, лишь изредка встречалась зелень, подёрнутая изморосью по утрам. На главной площади закончилось строительство. Теперь там расположился огромный зрительный зал без стен. Сиденья тёмно-вишнёвого оттенка привносили контраст в тусклый осенний пейзаж. Над ними возвышался навес от дождя. Каждое сиденье было пронумеровано и подписано. Джонни Джонс, Элиз Смит, Майкл Харрис, Наталья Тейлор, а вот и Эрни Уокер и Иззи Филипс – именами жителей Брундевиля было подписано каждое сидение.


– Зато теперь не надо стоять в очереди, – пыталась приободрить Эрни Илана, его коллега по работе.

– Мы уже неделю глотаем капсулы… – с раздражением ответил Эрни. – Город по-прежнему закрыт, вирус не найден…

– У меня лично нет оснований не верить доктору Грогу, – фыркнула Илана и вышла из кухни, в которой Эрни готовил очередной заказ: мясные биточки с овощным рагу.

Эрни недавно приехал на главную площадь. Люди в чёрных фраках стояли с напротив каждого ряда, держа в руках золотые подносы. С минуту на минуту они начнут раздавать капсулы. Процесс выдачи капсул доктор Грог назвал «процедура ноль».

Эрни, ни на кого не оглядываясь, пошёл к своему ряду. Он нашёл сидение под номером 518. На спинке чёрной краской были обозначены его имя и фамилия. Иззи сидел в другом ряду, намного дальше от Эрни.

В два часа пополудни город огласила сирена, и люди в чёрных фраках пошли вдоль рядов, раздавая лекарство. Напротив Эрни остановилась сотрудница. Парень взглянул на неё. Светловолосая девушка приятно улыбнулась ему. На ней так же был чёрный фрак. Юноша угрюмо отвёл глаза в сторону и не глядя взял с подноса капсулу. Она была янтарного цвета, размером с горошину. Чёрные фраки раздали все капсулы и скрылись из виду. Жители начали медленно подниматься с тёплых мягких сидений и расходиться кто куда, заполняя опустевшие улицы города.

Эрни возвращался домой после работы. На улице стояли сырые сумерки, неприветливо выползая из тёмных углов. Возле дома на старом кособоком стуле сидел старик с потухшим взглядом. Он смотрел в одну точку, вероятно о чём-то задумавшись.

– Здравствуйте! – поздоровался с ним Эрни.

Старик ничего не ответил. Он по-прежнему смотрел в пустоту. Эрни почувствовал, как по коже пробежал холодок.

Он вошёл домой. Иззи неподвижно стоял у окна.

–Как дела? – поинтересовался Эрни у друга.

Иззи ничего не ответил.

–Что-то случилось? – спросил Эрни.

Иззи отвернулся от окна и уставился в невидимую точку на стене, чуть левее того места, на котором стоял Эрни.

–Иззи?

Иззи стоял молча и недвижимо. Постояв так некоторое время, он ушёл в свою комнату, даже не взглянув на друга.

– Как закончишь обижаться, сообщи! – крикнул ему вслед юноша.

«Он давно ревнует меня к Илане, – подумал Эрни. – Молчит и дуется как девчонка!».

Придя на работу, Эрни отправился на задний двор получать продукты, которые доставлял Фред. Водитель был также молчалив. Он не реагировал ни на что и даже не отвечал на вопросы Эрни. Коллега по работе Илана прошла мимо него, как будто юноша внезапно сделался невидимым.

Посетители кафе ели молча, глядя в одну точку… Они сидели за столиками словно манекены и медленно двигали челюстями. Им было всё равно, что лежало у них на тарелках. Эрни случайно положил на тарелку лук. Он хотел всё исправить, но когда спохватился Илана уже отнесла заказ к столику. К его изумлению, мужчина съел горький лук и даже не поморщился.

Эрни вышел на задний двор кафе. Кругом на тысячу миль разлилась гнетущая тишина… Нигде не было слышно ни разговоров, ни детского смеха… Лишь изредка покаркивала ворона, сидя на голой ветке. Мимо шёл мужчина. Внезапно он запнулся и упал в грязную лужу. Юноша подбежал к нему, чтобы помочь подняться. Эрни протянул ему руку, но мужчина пренебрёг помощью и поднялся с колен сам. С его штанов стекала грязь, но он пошёл дальше, как ни в чём не бывало.

Все эти дни Эрни наблюдал за другом. Иззи делал всё машинально: завтракал, одевался на работу, причёсывался у зеркала… Эрни пытался с ним поговорить, выяснить, в чём причина его молчания, но все его попытки заканчивались крахом. За всё это время Иззи не обмолвился с другом ни словом.

Однажды придя с работы, Иззи с остекленевшим взглядом вошёл на кухню и сел за стол. Он сидел не как обычно, сутулясь. Напротив, спину держал прямо, а голову ровно, глядя вперёд. Эрни присел рядом с ним.

–Как дела на работе? – спросил юноша.

Иззи ничего не ответил.

–Этот город стал неприветливо молчалив, – продолжал Эрни. – Да что с тобой? Ты слышишь меня?

Он встал и потряс Иззи за плечи.

Иззи не шелохнулся. Эрни почувствовал, какими каменными стали его плечи, каким чужим было это лицо…

– Послушай… Если всё дело в Илане… то это просто смешно! Мне она никогда не нравилась! Нет, в том смысле… как нравятся парням девушки…

Эрни замолчал. Тишина нагнетала.

– Сейчас не простые времена… – сказал хриплым голосом Эрни. – Но я уверен, всё наладится… Всё наладится, – повторил Эрни, закрывая дверь в свою комнату.

Вечером Эрни вспоминал, как они с Иззи ходили на озеро и кормили уток крошками от булочки. Одна утка как будто о чём-то разговаривала с другой, а Иззи смешно их переводил. Эрни невольно улыбнулся. Внезапно ему стало горько от того, что с ними стало. «Наверное Иззи впал в хандру оттого, что закрыли Брундевиль, – размышлял Эрни. – Все люди впали в хандру…»

Эрни не находил других причин всеобщей отрешённости.

В городе не осталось никого, с кем можно было поговорить, кому можно было бы улыбнуться… Только на городской свалке Эрни мог отвлечься от мрачных, тяготивших его мыслей. Он бездумно собирал различные детальки. Раньше Иззи предостерегал друга, что его могут заметить коллеги по работе, и тогда у него возникнут неприятности. Но Эрни был спокоен, ведь о его увлечении знал только Иззи, который никогда его не выдаст. На всякий случай, собираясь на свалку, юноша прятал лицо за тёмными очками и козырьком кепки. Сейчас это было неважно, и Эрни спокойно ходил туда, не пряча лицо. «Даже если бы я принёс на работу кучу мусора и начал раздавать посетителям кафе, никто на это не обратил бы ни какого внимания,» – подумал юноша. Эрни представил девушку, которая сидит в кафе и пытается грызть пустой пластиковый стаканчик, который Эрни положил ей в тарелку вместо еды. Ему стало так смешно, что он во весь голос начал смеяться. Его смех становился всё громче… Внезапно уголки его губ опустились вниз, из глаз покатились слёзы. Эрни упал на колени и зарыдал, закрыв ладонями лицо. Ему стало горько от того, что стало с людьми. Всеми силами души он желал, чтобы всё стало как прежде. Но это казалось невозможным. Все окружающие словно сделались ходячими манекенами… Безразличными, немыми, с пустыми глазами… Эрни чувствовал себя чужим и одиноким…

Порой его охватывал леденящий страх. Эрни казалось , что его навеки заперли в пустой картонной коробке, до которой в такие минуты страха суживался весь мир. И всё же в его душе теплилась надежда на то, что всеобщая хандра вскоре спадёт… Утром ему улыбнётся Илана, Фред будет ругать дороги, а Иззи станет прежним…


Глава VI

Без вести пропавшие


Процедура ноль по-прежнему проходила ежедневно. Каждый день на площади собирались жители города, среди которых Эрни выделялся своим живым, хоть и немного уставшим выражением лица. Девушка-сотрудник в чёрном фраке также не выглядела отрешенной. Напротив, она что-то весело кричала своему коллеги в дальнем ряду. А тот ей так же весело отвечал. Она попросила напарника сфотографировать её. Девушка присела между мужчиной в джинсовом костюме и пожилой дамой и последней подстроила рожки. Ну это совсем наглость, подумал Эрни. Почему им так весело? Все впали в хандру, а этим всё ни по чём… Гроговская элита… Эрни машинально стиснул от злости и негодования зубы. Подошла его очередь. Девушка-сотрудник, гримасничая, нагнулась и протянула Эрни капсулу.

– Вот ваша капсула, молодой человек, – нарочито сказала она. – Что же вы и спасибо мне не скажете? Где же ваши манеры? – продолжала издеваться девушка в чёрном фраке.

Эрни стоически преодолевал желание схватить её за грудки и расспросить весьма невежливым тоном, что всё таки здесь творится. Светловолосая бестия, махнув длинным хвостом, скрылась из виду. Эрни не проглотил капсулу. Он спрятал её за щёку, а потом незаметно выплюнул в кулак и положил в карман.

Когда он возвращался домой, на улице было сумрачно и зябко. Моросил холодный дождь. Он вспоминал о родителях. Они всегда были против того, чтобы Эрни работал поваром и хотели, чтобы он ушёл в политику или искусство. Юноша сильно разочаровал их, когда подал документы в кулинарный колледж, который находился в Брундевиле. Родители не подавали виду, но Эрни чувствовал, что между ними натянулось непонимание, и нарастала отчуждённость. Он уехал учиться и общался с родителями лишь по телефону. Разговоры эти были короткими и сухими, а потом и вовсе прекратились. Однажды он позвонил, чтобы поздравить их с праздником, но трубку взяла чужая женщина. Оказалось, что они сменили номер телефона и никак не сообщили Эрни об этом. Он расстроился и однажды решил съездить к родителям и попробовать наладить отношения. Он подошёл к родительскому дому и постучал в дверь. Никто не открыл. Эрни прислушался. Дома было тихо. Соседи очень удивились, увидев юношу. От них он узнал, что родители продали свой дом и уехали в неизвестном направлении, не сказав никому о своём новом месте жительства. Эрни словно оглушили. Он долго сидел на вокзале и никак не мог прийти в себя. Юноша чувствовал себя ненужным и брошенным. Наконец, взяв себя в руки, он купил билет на обратную дорогу.

Приехав обратно в Брундевиль, Эрни закружился в работе и повседневных хлопотах. Казалось, что боль сошла на нет. Но это была иллюзия. Порой Эрни одолевало чувство вины. Он считал себя недостойным сыном своих родителей и сделал привычкой во всём обвинять себя. Но вскоре и это чувство ушло, а на смену ему пришла обида. Злая и колючая, она жгла его, изнуряла. Стиснув зубы, сжав кулаки, он мысленно вопрошал себя: за что родители так с ним поступили? Ведь они могли сообщить хотя бы соседям, куда собрались уехать… Где они? Эти вопросы мучили парня, он проводил ночи без сна и дни без радости. Но и это смутное время прошло и Эрни, казалось, успокоился, но до конца не принял произошедшее. Иногда на него находили приступы злости от собственной беспомощности и он вновь начинал винить родителей, сам того не сознавая. Именно в этот непростой период времени Эрни начал посещать городскую свалку. Там он чувствовал себя спокойнее, чем в стенах города.

Эрни подошёл к дому. В окнах было темно, значит Иззи уже спал, несмотря на то, что был ранний вечер. Эрни отворил дверь, включил свет и вздрогнул от неожиданности. Иззи сидел на стуле в кромешной тьме. Его взгляд был остекленевшим, руки лежали на коленях. Эрни подошёл к нему и проверил пульс на шее. Под подушечками пальцев он почувствовал тёплые пульсирующие удары. Живой… Он слегка обнял Иззи. К горлу подступил комок. Всё это нелепость, с ними сыграли злую шутку…

Он достал из кармана капсулу и положил в коробочку из под спичек. Тяжёлый случай хандры… Вдруг Эрни озарила внезапная мысль. «Какой же я идиот!», -еле слышно пробормотал он.


Холодный порывистый ветер бил в лицо и грозил скорым наступлением холодов. На континенте Словлейна не было зим. Осень здесь длилась до девяти месяцев, и за это время все города покрывались серым мраком и сыростью. Затем наступало короткое лето, принося толику тепла продрогшим городам.

Эрни прятался за высоким воротом пальто и с нетерпением ждал окончания процедуры ноль. Но она пошла не как обычно. Когда все уже собирались расходиться, вышел доктор Грог. Он стоял на балконе Здания Правительства и высокомерно смотрел на брундевильцев.

– Вы готовы поработать во славу нашего града? – спросил он у безликой толпы.

– Готовы, – монотонно и слегка протяжно молвила толпа.

Затем доктор Грог разделил толпу на секции, в каждой по двадцать человек. Каждая группа отправилась на вверенный ей участок города. В одну из секций попал Эрни. Люди копали, строили, сносили старые здания и возводили новые. Они беспрекословно выполняли все приказы доктора Грога. Так продолжалось несколько недель. Грог давал всё новые указания. Вечером все как обычно возвращались домой, но утром вновь принимались за строительство. Люди, принимавшие капсулы, стали выносливее, чем прежде. Эрни уже давно складывал их в коробок. Он сильно устал и вымотался. Кафе опустело и в него более никто не приходил, чтобы отведать фирменные закуски поваров. Жители работали на стройплощадках, навечно забыв про свои прежние профессии. Навечно забыв о том, кем они являются.

Юноша ещё больше удостоверился в том, что причина всеобщей отрешённости от мира – не хандра. Всё дело в капсулах. Он корил себя в том, что эта мысль не пришла ему на ум раньше. Тогда бы у него был шанс убедить Иззи не принимать лишавший воли препарат.

В городе становилось всё больше клубов, торговых центров, заведений для элиты Грога. В неё входила вся свита доктора: чёрные фраки, работники секретной лаборатории, все те, кто поддерживал нынешнюю политику мэра, которая была направлена на создание нового города. Города, который станет центром туризма и увеселения, куда будут стекаться люди и их деньги, а жители Брундевиля станут слугами… рабами! которые будут выполнять всю грязную и неблагодарную работу.


Глава VII

Новое указание доктора Грога


Доктор Грог сидел в кресле, скрипя зубами от боли. Она проникала под кожу множеством невидимых нитей и не хотела покидать тело доктора. Боль хотела остаться на веки долгие, но не находила взаимности, и от этого страдал только Грог. Она появилась в его жизни внезапно. Однажды, проснувшись утром, доктор почувствовал её в ноге. Боль ликовала когда тихо, когда брала под свой контроль окончательно. Она о чём-то хотела рассказать…

Он принял лекарство. Приступ боли будто не собирался сходить на нет. Доктор Грог откинулся в кресле и закрыл глаза.

– Люди как вирусы… Пытаются овладеть территорией, создавая себе подобных. Но всегда найдётся тот, кто сильнее, – молвил он.

Жёлто-коричневый кот с длинным хвостом прыгнул на колени хозяина и свернувшись калачиком, положил морду на лапы.

– Кому нужна эта мораль… Человеку, чтобы оставаться человеком? Ты же понимаешь, Лу… Как это глупо. Кто или что есть человек? Самое жалкое создание на планете. Хорошо, что ты не человек, Лу. Иначе ты вёл бы себя как идиот и мы вряд ли с тобой дружили. – Лу Сквозь дремоту шевельнул ушами. – Твердим про мораль, строим из себя правильных и хороших вместо того, чтобы посмотреть правде в глаза и понять… Понять, что человек – это всего лишь плоть, обременённая низменными желаниями и потребностями. Бороться с ними или нет – дело каждого. Только от того поднимется ли человек выше в плане морали или падёт ниже некуда – от этого мир не станет ни хуже, ни лучше. Этому миру уже ничто не поможет.

Свернувшийся калачиком кот мирно дремал. Монотонные речи Грога убаюкивали Лу. Его необычайно длинный хвост свисал с коленей доктора практически до пола. Эту зверушку он решил оставить себе. Раньше Брундевиль населяло множество диковинных зверей, но десять лет назад на континенте изменился климат. Осень стала такой затяжной, что животные стали хворать от этого. Тогда доктор организовал спасательную операцию, и все животные были переправлены в благоприятную среду континента Олина.

В дверь негромко постучали.

– Войдите, – сухо сказал Грог.

На пороге появился сотрудник лаборатории, Вячеслав. Он был довольно высокого роста и слегка сутулился. Тёмные волосы спадали до плеч, скрывая аккуратные уши. Юноша переминался с ноги на ногу, по прежнему стоя в дверях. Грог жестом пригласил его войти.

– Какие новости? – осведомился Грог.

– Работа над усовершенствованием капсул прошла успешно. Теперь они более быстро и эффективно будут блокировать свободное мышление и действия.

– Жаль, что мне не удалось поучаствовать в этом процессе… Больная нога все карты попутала, – злобно сверкнул глазами Грог, стиснув зубы.

– Создателем капсул были и останетесь вы. Мы просто продолжаем ваше дело, – учтиво ответил Вячеслав, взглянув на вытянутую ногу Грога.– Позвольте мне осмотреть вас.

Грог задрал штанину выше колена. Вячеслав сел на корточки и начал пальцами прощупывать ногу. Боль начала отступать.

– Кто бы мог подумать, что она снова вернётся и ещё так не к стати… – недовольно сказал Грог. – Лекарства не дают прежнего эффекта, а только продлевают мучение…

Доктор согнал с коленей кота и хотел было встать.

– Не стоит сейчас напрягать больную ногу, – посоветовал Вячеслав. – Побудьте ещё минут пятнадцать в кресле.

–Заботу свою оставь при себе, – грубо отрезал Грог. – От тебя мне нужны лишь факты.

Вячеслав покраснел и уставился в пол. Он снова начал переминаться с ноги на ногу. Доктор Грог поднялся с кресла и прошёлся по комнате. Солнце пробивалось сквозь неплотно задёрнутые шторы вишнёвого цвета. Полоска света лежала на ковре, оставляя пространство комнаты в тени.

– Когда мы можем начать? – спросил Вячеслав.

– Можно начинать в конце этой недели, ориентировочно в пятницу. Эти людишки уже достаточно подготовлены?

– Мы проводили обследования группы людей в нашей лаборатории. Они стали более выносливы и подчиняются командам, которые мы им давали. Единственное условие, которое необходимо соблюдать – с ними надо говорить предельно просто, иначе они впадают в ступор.

– Хорошо… Значит начнём с пятницы. Сообщи Кристине, чтобы подготовила списки и необходимое количество транспорта и инструментария.

Вячеслав кивнул и вышел из комнаты. Он прошёл вдоль коридора, застеленного красной ковровой дорожкой и спустился вниз по лестнице. Недалеко от выхода стоял большой полукруглый стол, за которым сидела девушка небольшого роста одетая в белую рубашку, заправленную в юбку чёрного цвета. У неё была весьма неказистая внешность: широкие плечи, почти отсутствовала талия, худые ноги… Лицо имело бледноватый оттенок, выразительные чёрные глаза обрамляли короткие тёмные ресницы.

– Грог сегодня не в духе… – сказал Вячеслав, подойдя к столу.

– Доктор Грог, – поправила его Кристина, сделав акцент на докторе. – Нога?

Кристина была очень преданной доктору Грогу и ревностно относилась к любым нарушениям субординации. Она считала доктора гением. «Столько людей подчинить себе…», – говорила она с воздыханием о созданных Грогом капсулах, не взирая на моральный аспект изобретения.

Вячеслав передал ей послание доктора и вышел прочь.

Близился конец недели. У доктора Грога по прежнему болела нога, и он с каждым днём становился всё злей и раздражительней. Кристина старалась не попадать под его горячий нрав и тихо сидела на своём рабочем месте, заканчивая объемную работу, которую дал ей доктор. Она появлялась в его кабинете только тогда, когда нужно было принести кофе или покормить кота.


В этот пасмурный осенний день, коих будет великое множество, Эрни добрёл до леса. Ветер неслышно бродил между деревьями и срывал последние листья. Небо было тёмное в серых разводах. Холодная земля покрылась толстым слоем сырых листьев. Здесь давно не ступала нога человека. У этого леса была дурная слава. Ходили слухи, что в нём живёт волк невероятно больших размеров. Однажды его случайно увидел Яромей, местный охотник. Это было задолго до прихода к власти доктора Грога.

После этого случая лес стали называть Волчьим. Это было единственное место, через которое не проходила городская стена. Люди даже близко боялись подходить к лесу. Тропинка, ведущая к нему, давно поросла сорной травой. Грог был очень зол, но всё же позволил не строить стену, которая должна была проходить и через лес. Немного поразмыслив, он решил не ставить ограждение там, где и так был своеобразный незримый барьер в виде страхов и ужасов, нагоняемых зловещим лесом.

Эрни потоптал сырую листву на окраине леса, и отправился домой.


«Свидетель моего одиночества один только ветер, гуляющий по крышам домов и завывающий в трубах. Можно думать об этом бесконечно, но мои мысли не прервёт голос друга… Зато город наполнен людьми без чувств и эмоций…» – с тоской думал Эрни, глядя в окно.

Время медленно двигалось в тиши. На циферблате стрелки показывали без четверти пять. Пришло время ехать на площадь. Эрни получил утром извещение о том, что процедура ноль в эту пятницу будет проходить два раза: в два часа дня как обычно и в шесть часов вечера. Он оделся и вышел во двор. Сырой ветер шумел голыми ветками деревьев, скрипел покосившимся ограждением. Эрни не знал, зачем он снова едет на площадь. Ему было безразлично, что происходит с ним и вокруг него.

В переполненном автобусе он несколько раз наступал на ноги пассажирам. Водитель очень грубо вёл транспорт и всех швыряло из стороны в сторону. На заднем ряду в конце автобуса сидела беременная женщина. Неужели у неё родится такой же малыш, думал Эрни… Лишённый радости… На его личике никогда не появится улыбка, а ручки будут послушно лежать вдоль тельца… Он будет сосать мамино молоко и впитывать злое действие капсул, будет впитывать то, что отключит его эмоции… Мурашки пробежали по телу… Эрни отвернулся от женщины и уставился в окно.

На улице уже почти стемнело. Площадь освещалась тусклым светом от фонарей. Время было без пяти минут шесть, а трибуны и на половину не были заполнены, как это обыкновенно происходило.

На балкон вышел доктор Грог. Вместе с его появлением начал мелко моросить холодный дождь. Эрни стало зябко. Грог был одет в чёрный плащ, блестевший от дождя. Полы плаща зловеще развивались на ветру.

Эрни заметил несколько грузовых машин. К присутствующим на площади подошли пятеро. Это были мужчины, одетые в чёрные непромокающие комбинезоны. Один из них начал зачитывать фамилии. Уайт, Томас, Девис…. Он зачитал по списку десять фамилий. Люди, которых он назвал, пошли с ним к одной из машин. Доктор Грог пристально наблюдал за всем происходящим с балкона.

На площади не было ни женщин, ни стариков. Вуд, парень с немного вытянутым лицом, начал зачитывать следующий список. Браун, Льюис, Купер, Уокер… Эрни услышал свою фамилию и безучастно поплёлся вслед за остальными к машине. Он уже жалел, что не остался дома, но спасаться бегством сейчас было бы не кстати.

Эрни прошёл мимо парня. Он стоял, понурив голову. Из-за порывистого ветра его худощавое тело шаталось из стороны в сторону. Эрни с трудом узнал Иззи. В последнее время юноша редко видел его. Он либо сидел у себя в комнате, либо работал на стройплощадке. У Эрни мелькнула в голове ужасная мысль, что может быть, он в последний раз видит друга. Ему стало так тоскливо, что по щекам покатились слёзы, сливаясь с каплями дождя.

Он плёлся вперёд, подгоняемый ветром. Все присели на корточки в заднем отделе грузовика. Водитель завёл двигатель, машина нервно пыхтя и фыркая тронулась. Грузовик с Иззи и другими брундевильцами отправился следом.

Как Эрни ни прислушивался, но из-за сильного ветра и шумного двигателя, юноша не мог разобрать, о чём толкуют в кабине Вуд с водителем. Вдруг машина остановилась, послышался скрип. По звукам снаружи Эрни показалось, что открываются ворота. Их везут за город? Машина снова тронулась с места. Под колёсами появились кочки. Грузовик ехал по ухабистой неровной земле. Пассажиры в заднем отсеке то и дело подскакивал. Эрни сел, вытянув вперёд обе ноги. Прошло около часа. Вуд давал указания водителю, куда ехать.

– Наша площадка, приехали, – сказал он и машина плавно остановилась.

Все вышли из машины. В свете прожектора Эрни увидел экскаватор и прочую строительную технику. Неподалёку от места, где остановился грузовик стоял вагончик. Вуд дал указание «за мной» и все двинулись следом за его сутулой фигурой. Там он выдал каждому непромокаемые красные комбинезоны с капюшонами. Эрни переоделся в сухую одежду и последовал за остальными.

Они прибыли на площадку, на которой стоял экскаватор.

– Браун, начинай рыть котлован, – скомандовал Вуд.

Браун, сухопарый мужчина средних лет с худым загорелым лицом сел в кабину и принялся за дело. Пока Браун работал, все стояли и и смотрели себе в ноги, как провинившиеся школьники. Эрни наблюдал за экскаватором. Вуд косо на него посмотрел, и он то час же уставился в пол. Надо держаться, что бы не выдать себя, подумал Эрни. Грог подчинил себе целый город и неизвестно как он отреагирует на то, когда узнает, что Эрни не такой как остальные. Юноша решил оставаться симулянтом, пока не придумает, как дальше быть.

Браун вырыл котлован, и Вуд отправил всех его расчищать. К нему подошёл водитель.

– Сегодня надо закончить с фундаментом, – сквозь ветер кричал ему Вуд. – Иначе котлован может залить водой или засыпать!

– Дай взглянуть на список! – кричал ему в ответ водитель Фред.

Вуд достал из кармана комбинезона список и отдал Фреду.

– Этот Браун знает своё дело! Стаж имеется…

– Ещё бы! Грог отбирал самых лучших специалистов. Этот проект – его детище!

– Уокер, повар… Повар, а копается в котловане, – усмехнулся Фред.

– Наверное, ошибка какая-то… Дай глянуть, – сказал Вуд, забирая список. – Эрни Уокер, повар пятого разряда… Он должен быть на кухне!

Вуд спешно спустился в котлован и дал указ Эрни идти на кухню, которая располагалась в вагоне номер семь. Указание Вуда немного его взбодрило, и он быстрым шагом отправился на кухню.

– Тебе не кажется подозрительным этот тип? – спросил Вуд, глядя на удаляющуюся фигуру Эрни.

–Какой-то он… бодренький что ли… – ответил Фред.


Глава VIII

Разоблачение Эрни


Эрни проснулся от звука будильника. На улице было ещё темно. Он смутно возобновил в памяти события этой ночи. В полночь рабочие пришли со стройплощадки, взяли свои порции еды и разошлись по вагончикам. Вуду и Фреду Эрни принёс еду лично в вагон. Когда он выходил, услышал, что речь зашла о нём.

–Еда… – сказал Вуд. – Попробуй…

Фред зачерпнул ложкой картофельное пюре.

–Немного пересоленное… – ответил он.

–Этого не может быть… Человек под капсулой делает всё чётко. Если это повар, то он никогда не пересолит или не добавит меньше, чем требуется, – сказал Вуд.

–По-моему ты просто придираешься к этому парню, – ответил Фред, уминая пюре.

Вуд ничего не ответил, но с этого дня он начал пристально следить за Эрни. В свою очередь Эрни не давал ни малейшего повода усомниться в том, что он находится под действием капсул. Но в один из дней, проведённых на строй площадке, он повёл себя крайне неосмотрительно, чем себя и выдал.


Строительство шло больше недели. Целыми днями рабочие трудились на благо городу с перерывами на отдых. Ночью все спали палатках. Эрни по прежнему работал на кухне. Там же у него был ночлег.

Однажды он закончил уборку и прилёг на матрац. Он достал из кармана куртки музыкальный плеер. Эрни вставил в уши наушники и включил любимую мелодию. В это время на кухню кто-то зашёл. Юноша почувствовал тяжёлую руку на своём плече. Он поднял голову и увидел над собой суровое лицо смотрителя Вуда.

– Значит все подчиняются приказам, а ты , я сморю, развлекаешься? Может у тебя и книга под подушкой? – с этими словами смотритель приподнял подушку. Книги там не было, зато лежали блокнот и ручка.

Вуд взял блокнот и пролистал. В нём были записи о происходящем. Каждый день по вечерам Эрни записывал в свой блокнот всё, что произошло за день. Это немного спасало его от одиночества и отсутствия собеседника.

– Ты симулянт, – сделала вывод Вуд. – И давно?

– С самого начала… – честно ответил Эрни.

Вуд от удивления поднял брови.

– Как это могло произойти… – недоумевал смотритель. – Все были на площади. Ты тоже там был… Как у тебя получилось?

– Я сам не знаю… Как и все пил капсулы, потом понял, что на меня они не действуют, как на других… Точнее вообще не действуют.

Вуд решительно выпрямил плечи и по армейски отчеканил указание:

– Оставайся здесь до утра. Завтра решим, что с тобой делать.

Смотритель вышел, захлопнув за собой дверь. Блокнот он забрал с собой. Эрни остался один. За столько времени он впервые с кем-то говорил… От этого ему даже стало легче. Но что теперь с ним будет? Что решит доктор Грог? Эрни не сильно волновали эти вопросы. Он об этом даже не думал.

На утро его растолкал Вуд.

–Собирайся. Поедем.

Не задавая лишних вопросов, Эрни поднялся и пошёл вслед за смотрителем.

Погода была ясной, осеннее солнце прогревало остывшую за ночь землю. Вуд жестом указал Эрни садиться в грузовик. Парень ловко забрался в задний отсек, Вуд сел вместе с водителем. Машина завелась и тронулась. Когда она перестала подпрыгивать на кочках, Эрни понял, что они въехали в Брундевиль.

–Выходи, – сказал ему Вуд.

Эрни прищурился от яркого света. Он осмотрелся кругом и увидел перед собой Здание Правительства. Парень последовал за Вудом. Смотритель открыл стеклянные двери, и они вошли в здание. Там он оставил Эрни, и худая нескладная девица повела его на верхний этаж.

Юноша шёл молча, осматривая нижний холл двухэтажного Здания Правительства. Перед взором Эрни предстало просторное помещение. Под ногами блестел гладкий кафельный пол, по обе стороны от входа в увесистых горшках стояли низенькие деревца, чем-то напоминающие пальмы, но с тонкими изогнутыми стволами и множеством отходящих от них веток. Они поднялись на второй этаж и пошли по длинному коридору, застеленному красным ковром. Кристина постучала в дверь. «Войдите» – глухо отозвалось внутри комнаты. Она медленно повернула круглую золотую ручку и перед ними предстал доктор Грог.

– Можете идти,– весьма любезно сказал Грог Кристине.

Когда девушка закрыла за собою дверь, доктор Грог с любопытством стал рассматривать Эрни.

– Значит вот ты каков… – задумчиво произнёс он. – На всех капсулы подействовали, на тебя – нет.

В дверь постучали. На пороге появился Вячеслав в белом халате, как обычно переминаясь с ноги на ногу.

– Это он? – спросил Вячеслав.

– Тот самый экземпляр. Отведите его в лабораторию, я лично им займусь.

Эрни почувствовал, как внутри него поднимается свирепое разъярённое чудовище. О нём говорят в его присутствии, словно о какой-то вещи!

–Да что здесь происходит? – пробудившись, зарычало чудовище. – Почему люди ведут себя словно роботы, а вирус до сих пор не уничтожен? Вы вообще собираетесь его уничтожать?

Доктор улыбнулся.

–Ты всё узнаешь, но в своё время. Сейчас же от тебя требуется пойти вместе с Вячеславом в лабораторию, – спокойно ответил Грог.

Вячеслав вытолкнул юношу за дверь.

– Тебе сделают пару анализов и обследований, – сухо сказал он.

Кристина исподлобья посмотрела на Эрни, когда тот проходил мимо её стола.

Лаборатория оказалась почти на окраине города. Здания стояли полукругом, храня в себе тайны исследований и опытов. Вячеслав и Эрни поднялись на четвёртый этаж и зашли в помещение, заставленное лабораторными столами, на которых стояли всевозможные пробирки и сосуды с жидкостями неестественных цветов. Эрни пригласили сесть за свободный стол. К нему подошла светловолосая девушка. Юноша узнал в ней ту самую бестию, которая раздавала на площади капсулы и фотографировалась с его соседями по ряду. Тогда она вызвала у Эрни небывалое чувство ненависти.

– Мэнси, дождись доктора Грога,– сказал девушке Вячеслав.

Эрни наблюдал за Мэнси. Она подходила к пробиркам и внимательно наблюдала за химическими реакциями. На ней был белый выглаженный халат, светлые длинные волосы убраны в хвост. «Белый халат ей идёт больше, чем чёрный фрак», – подумал Эрни. Он впервые узнал, что в Брундевиле существует лаборатория, причём таких размеров. На самом деле лаборатория доктора Грога была секретной. Здесь разрабатывали новейшие препараты, например, капсулы, а также занимались селекцией и разведением редких сортов растений и животных. Ходили слухи, что будто бы волк, живущий в лесу, был результатом неудачного опыта и сбежал в лес, где живёт поныне.

Двери распахнулись и в помещение, прихрамывая, вошёл доктор Грог. На его широкие плечи был накинут халат. Он подозвал Мэнси. Девушка выполняла все его указания без лишних вопросов и в высшей степени умело: быстро взяла все необходимые анализы у Эрни, так же шустро разделалась с обследованиями. Грог всё время находился рядом и лишь последнее обследование провёл сам. Он задал Эрни несколько вопросов. Последний вопрос удивил юношу и даже смутил, а Мэнси негромко хихикнула себе под нос.

– Любишь, когда тебе чешут за ухом? – так прозвучал вопрос Грога.

Эрни замялся и неопределённо пожал плечами.

–Наверное… – ответил он. – Какое это имеет отношение к делу?

Грог ничего не ответил. Он вышел из лаборатории, не сказав ни слова.

–Можешь расслабиться, – сказала Мэнси, подходя к Эрни.

–Что всё это значит? – спросил он.

–Доктор Грог проверял тебя на лживость. Он – ходячий детектор лжи, – ответила Мэнси, присаживаясь на край стола. – Ты держался молодцом, – с этими словами девушка похлопала его по плечу.

Эрни улыбнулся и взглянул на неё прищуренными глазами. Мэнси задержала свой взгляд на нём.

–Что? – спросила она, не понимая, почему Эрни так на неё смотрит.

–Так и быть. Помогу тебе. Не узнаёшь меня? – спросил он.

Мэнси стала внимательно рассматривать черты его лица: густые чёрные брови, широкий нос, узкие карие глаза, скулы…

–Ты… ты был в моём ряду! – воскликнула Мэнси. – Я давала тебе капсулы! Где они? Где ты их прячешь? – в шутку спросила девушка.

–Так я и сказал. Ты для меня вражеский агент номер один, – серьёзно сказал он, а потом улыбнулся.

–Значит вот как, – сказала Мэнси, наклонив голову набок. – Что ж, тогда «вражеский агент номер один» оставит тебя здесь одного. Мне пора заняться работой, а не болтать с подопытными.

–Это я подопытный?

–А кто же ещё.

С этими словами Мэнси вышла из кабинета, оставив Эрни с его мыслями. «Она не так уж плоха… Весёлая, живая… Но она работает на Грога… Надо быть с ней поосторожней», – думал Эрни.

Вскоре явился Вячеслав и пригласил его в столовую. Эрни охотно пошёл следом, так как в эту минуту почувствовал, что изрядно проголодался.

Столовая была роскошно обставлена. На круглых белых столиках стояли вазы из фарфора со свежесрезанными цветами. На белом кафельном полу не было ни пылинки. В центре зала его ожидал доктор Грог. Он выделялся своей тёмной палитрой красок во внешности и одежде среди белоснежных скатертей, светлых стен и потолка.

Эрни обернулся, но Вячеслав уже давно скрылся из виду. Юноша подошёл к столику, за которым сидел Грог. Он присел на мягкий удобный стул с резными ножками и овальной спинкой. На столе лежало меню, доктор Грог жестом предложил Эрни полистать его. Юноша пробежался взглядом по перечню блюд и остановился на жареном картофеле с мясом.

Вскоре принесли обед и Эрни с аппетитом набросился на картофель. Грогу принесли овощной салат и стакан воды.

–Как ты, наверное, успел догадаться, я не просто так пригласил тебя отобедать со мной, – заговорил Грог. – Твоя дальнейшая судьба в твоих руках и тебе придётся сделать непростой выбор.

Эрни слушал, не отрываясь от еды.

–И что же с моей дальнейшей судьбой? – спросил он.

–У тебя есть два варианта. Или ты работаешь на меня, – от этих слов Эрни замер, не донеся вилку с картошкой до рта, – или возвращаешься обратно на строительную площадку, где продолжаешь кашеварить.

Доктор Грог умолк, Эрни отложил вилку в сторону и задумался, глядя на ажурную люстру.

–Выбор действительно непростой, – проговорил он.

Грог улыбнулся в ответ.

–Не торопись, обдумай всё хорошенько, – сказал он.

–Прежде чем я дам ответ, хочу услышать от вас одну вещь, – сказал Эрни.

–Какую?

–Зачем вы повергли жителей Брундевиля в состояние полнейшей отрешённости? – спросил Эрни и сурово посмотрел на Грога.

–В тебе говорит бунтарь. Разве до капсул всё было иначе? Люди так же ходили на работу, затем приходили домой, готовили ужин, а на утро всё повторялось…

–Но вы лишили их эмоций! – воскликнул Эрни.

–Эмоции, – усмехнулся доктор Грог. – Какой прок от эмоций? Девушка влюбляется в парня, а он встречается с другой и думать о ней не хочет. Печаль… Эмоция? Грусть? Тоска? Всё это эмоции, а в итоге одиночество и такое же безразличие к миру.

–А как же радость, веселье, любовь?

–Каждый имеет своё представление о радости и любви. Для кого-то радость – это выпить рюмашечку после трудного рабочего дня, для кого-то любовь – это деньги, власть.

–У вас весьма алчные представления о радости и любви, – заметил Эрни.

Доктор Грог засмеялся, откинув голову назад. Потом резко посерьёзнел и сказал:

–Капсулы, действительно, лишают эмоций. Но взгляни на наш город! Не стало преступности, теперь можно спокойно совершать ночные прогулки и не бояться, что тебя ограбят или стукнут по голове! Брундевиль преобразился. К тому же капсулы делают людей выносливее. Они с уверенностью подчиняются приказам и даже не подозревают, какое благо делают для Брундевиля. Мы строим новый город. Новый и свободный.

Грог умолк. Эрни смотрел в невидимую точку на столе.

–Всё происходящее вокруг кажется тебе странным, но пройдёт время, и ты поймёшь, что так должно быть, – сказал доктор после некоторого молчания,и в его голосе почувствовалась нотка безысходности.

–Но вы обманули всех, сказали, что в городе вирус…

–Здесь ты прав. В действительности никакого вируса не существует. А ты не глуп, раз сам обо всём догадался. Значит, и выбор сделаешь правильный.

Грог замолчал.

Юноша находился в раздумьях. У него не было ни малейшего желания возвращаться на пыльную грязную стройку. Будь он там, или здесь – в любом случае он не мог ничего изменить, поэтому Эрни принял решение…

–Хорошо, я буду работать на вас, – сказал Эрни, нарушив тишину в столовой.

–Я не сомневался, что ты примешь верное решение. Тебе выделят комнату и служебную машину. На старое место жительства можешь не возвращаться.

Доктор Грог встал из-за стола и собрался уходить. Вдруг он обернулся.

–Тебе выпал счастливый билет. Ты один не подвластен капсулам. Ты – человек будущего. И, кстати, это принадлежит тебе, – доктор протянул Эрни блокнот, который Вуд забрал у него на стройке.

Эту ночь Эрни спал в своей новой постели. Его поселили в здание, в котором жили сотрудники Грога: из сообщества чёрных фраков и работники лаборатории. Мэнси и многие другие состояли и там и там. Эрни, лёжа в своей кровати, вспоминал их разговор с Мэнси, затем ему пришли на ум слова Грога: «Ты – один не подвластен капсулам. Ты – человек будущего». Эти слова приласкали его самолюбие. Ему льстило то, что доктор Грог назвал его человеком будущего. Впрочем, глава города уже не казался ему таким мошенником и деспотом.


Глава IX

Легенда о Волке


Поезд остановился. Эрни вышел на платформу размяться. Погода стояла тёплая, но тучи предвещали скорый дождь. Как только юноша ступил на платформу, поезд тронулся. Эрни побежал за ним вслед. Смотритель платформы наблюдал за действиями юноши. Эрни не догнал поезд и проснулся в разочаровании. За окном было серо, дождь струйками стекал по окну. Вскоре раздался телефонный звонок.

– Жду тебя в пять вечера в Здании Правительства, – прозвучал холодный словно утренний душ голос Грога, который заставил Эрни окончательно проснуться.


За две недели до звонка.

Блондинка в чёрном фраке спешным шагом направилась к Вячеславу. Это была Мэнси. Она успела ухватить его за рукав белого, но слегка помятого халата. Он обернулся и удивлённо посмотрел на лицо девушки, выражавшее недоумение в высшей степени.

– Капсулы действуют не на всех! – выпалила она.

– С чего ты взяла? – с раздражением спросил Вячеслав.

–Взгляни, – сказала Мэнси, увлекая его вслед за собой.

–Послушай, если ты меня разыгрываешь, я донесу Г…

Вячеслав замолчал. То, что он увидел привело его в растерянность. Мэнси указала на пустые места среди заполненного «зала». Вячеслав сразу подумал о том, что теперь надо будет сообщить обо всём доктору Грогу… От этой мысли он содрогнулся. Неужели операция провалилась и люди приходят в сознание?

Доктор Грог, к удивлению Вячеслава, не впал в гнев. Напротив, эта ситуация его взбодрила. Он даже на время забыл о больной ноге. Выяснилось, что отсутствующих не оказалось ни в ихних квартирах, ни в целом городе. Возник вопрос – куда они могли пропасть?

Доктор принялся выяснять, где допустил ошибку: проводил заново все расчёты, составлял уравнения и пытался вывести новую, более совершенную формулу вещества из капсулы. Несколько дней Грог совершал безуспешные попытки найти хоть малейшую ошибку в уравнениях. Вдруг его озарило. Он понял, что дело не в капсулах, а в самих людях.

–Капсулы действуют, – говорил Грог Вячеславу, – но не на всех. Те, на которых капсулы не действуют, эти люди особенные… Понимаешь? Это новый вид людей. Они не подвластны влиянию капсул, их воля непоколебима, а умы… то есть их мозги – это ценный материал для научных исследований. Во что бы то ни стало пропавших надо разыскать.

Единственным местом, куда не ступала нога человека, был Волчий Лес. Доктор Грог отдал приказ Кристине, чтобы та организовала группу для поиска пропавших. Искать их в таинственном лесу – казалось затеей сомнительной и даже опасной, но Грог был готов пойти на всё лишь бы отыскать беглецов.

Что именно в человеческом организме противодействует, даёт сопротивление или просто не реагирует на капсулы? Этот вопрос остался открытым, и Грог с жадностью ждал встречи хотя бы с одним из представителей «нового вида людей», как он их называл. И такой случай вскоре предоставился.

Однажды ему позвонил Вуд и сообщил об Эрни. Доктора взбодрило это известие, и он организовал всё именно так, как это в итоге произошло. Теперь Эрни работал на Грога. Но доктору всё же хотелось взглянуть на остальных, не подвластных капсуле. Что им двигало – жажда всевластия или же научный интерес?

Настоящее.

Новость о том,что Эрни предстоит отправиться в Волчий лес, повергла его в смятение. Его первое задание – поиск пропавших. Доктор Грог утаил от Эрни то, что они были такими же как и он – «людьми будущего». Он сказал, что они ушли в лес и заблудились. В группе с Эрни была Мэнси и ещё два представителя чёрных фраков. В отличие от последних, девушка сама вызвалась отправиться на поиски.

Дорога была долгая. Машину оставили на краю леса, так как дороги дальше не было. По небу сновали серые тучки, солнце лениво обогревало землю.

Два часа назад путники проникли в сумрачный, покрытый тайнами и загадками, лес. Колючая сеть из сучьев заполонила всё пространство. Одному из чёрных фраков упругая тонкая ветка отлетела в лицо и рассекла бровь. Всюду царила тишина, которую нарушал треск сучьев под ногами путников.

За плечами Эрни повисла дорожная сумка. Остальные также несли рюкзаки. Юноша удивился выносливости Мэнси. За всю дорогу девушка и намёка не подала на то, что устала.

Эрни пытался заговорить с ней, но она была настолько холодна и отвечала так односложно, что вскоре юноша прекратил попытки общения. Два парня в чёрных фраках – один коренастый, другой такого же телосложения, но повыше – посмеивались над оружием Мэнси. На случай встречи с волком, она взяла с собой арбалет.

–Ты пользоваться им умеешь? – с насмешкой спросил один из них.

Мэнси не подала виду и с прежним целеустремленным видом продолжала углубляться в чащу леса, ведя за собой остальных.

После привала решили разбиться. Мэнси пошла с Эрни.

– Веришь в легенду про Волка? – спросил он у Мэнси, когда те продирались сквозь густую чащу леса, царапая лица и руки.

–Это всё сказочки для подростков, – ответила она.

Но потом вдруг добавила:

–Впрочем, как знать, как знать…

Это случилось более ста лет назад. Однажды местный охотник Яромей прогуливался по лесу один. Он зашёл далеко в лесную чащу. Его окружили кривые сучья деревьев. Мужчина огляделся. Деревья словно дышали ему в спину. Вдруг он услышал треск сучьев и шорох. Яромей насторожился. Из-за кустов показалась волчья морда. Она скалила зубы и всё выше поднималась над землёй. Казалось, что волк стоит на задних лапах. Не смотря на тёплый осенний день, по ногам охотника повеяло сыростью и холодом. Какое-то время он стоял и не шевелился. Волчья морда тоже застыла на месте, не показывая туловища, очевидно, чудовищных размеров. Внезапно Яромей очнулся от оцепенения и со всех ног бросился бежать. Он остановился лишь тогда, когда деревья перед ним расступились и за пригорком показался город.

Не смотря на то, что этой истории больше сотни лет, легенда о Волке по сей день актуальна и передаётся из уст в уста.

Тусклое солнце накрыли тучи. Подул свежий ветерок. Внезапно Мэнси резко остановилась, вытянутой в строну рукой тормозя Эрни.

– Что? – шёпотом спросил он.

– Там, в кустах…. Там кто-то сидит! – её глаза округлились , рука потянулась за арбалетом. – Эй! Кто бы там ни был – выходи! – громко крикнула девушка.

Кусты зашевелились, и над ними выросло огромное мохнатое создание, напоминающее волка очень больших размеров и стоящее на задних лапах. Оно стояло и пристально смотрело на них.

Эрни охватил ужас. Он замер в оцепенении. Юноша почувствовал, как по ногам потянуло холодом. Никто не двигался с места.

Мэнси направила арбалет на волка. Внезапно послышался чей-то голос.

–Стойте! Не надо этого делать!

Из-за деревьев выбежал человек. Он превосходил путников ростом в два раза и был довольно широкий, особенно в области живота.

–Капризулик, ко мне! – скомандовал человек.

–Капризулик?! – наморщила нос Мэнси. – Вы что, зовёте это чудовище «капризуликом»?

Она по прежнему держала арбалет, нацелив его на верзилу с собакой и , прищурив глаза, с подозрением на них смотрела.

–Это вовсе не чудовище, – обиженно ответил человек, – а мой домашний питомец.

Капризулик подбежал к хозяину и начал прыгать вокруг него, виляя хвостом. Затем он встал за задние лапы и принялся танцевать.

–Жуть… – пробормотала Мэнси себе под нос, но всё таки убрала арбалет.

–А мне нравится, – сказал Эрни. – Забавная собачка.

Страх его отпустил, и теперь он с интересом наблюдал за Капризуликом и его хозяином. Он почувствовал необъяснимое чувство доверия к незнакомцу.

–Кто вы такой? – спросила Мэнси.

–Меня зовут Том, – добродушно ответил юноша. – А вы кто такие?

– Эрни, – представился Эрни. – А это Мэнси.

–Мы ищем людей. Они пропали больше недели назад, – сказала Мэнси.

–Недели две назад появились здесь чужаки…их целая группа была, шесть человек… – сказал Том.

–Где они? Куда они пошли?– мгновенно спросила Мэнси.

–Могу вас отвести. Они остановились в нашей деревне, – ответил Том.

–В деревне? – удивился Эрни.

–В вашей деревне? – не меньше удивилась Мэнси, ведь она была уверенна в том, что Волчий лес и всё что в нём находится принадлежит доктору Грогу.


Глава X

Библиотека

Эрни и Мэнси отправились вслед за Томом. Капризулик ни на шаг не отставал от хозяина.

Том без оглядки шёл впереди молодых людей. Вид у него был внушительный: высокий рост, из его куртки можно было сшить несколько костюмов для Эрни.

–Почему ты назвал своего пса Капризуликом? – поинтересовался Эрни у Тома.

–Он хоть и устрашающий на вид, но нрав у него, как у капризной принцессы! – засмеялся Том. Эрни улыбнулся в ответ. Мэнси негромко фыркнула. – В еде он очень привередлив. Ветчину обожает.

–А стоять его кто научил? – спросила Мэнси.

–Да сам, наверное… Я уж и не помню, когда он начал стоять на задних лапах. Капризулик – смышлёный зверь. И талантливый, – не без гордости отметил Том.

–Легенде о Волке больше ста лет… Твой пёс долгожитель? – задумавшись,спросила девушка.

–Нет, что вы, – засмеялся Том. – Капризулику чуть больше десяти лет. Легенда о Волке появилась благодаря дальнему родственнику моего пса. В то время их водилось немало в лесу.

– Какая жуть… – мрачно сказала Мэнси.

– Вот мы и пришли. Здесь мой дом, – дружелюбно сказал юноша.

Путники от удивления разинули рты. Посреди леса расположился островок, который населяли те, кому удалось сохранить свой дом от посторонних глаз. Каменные постройки вразнобой расположились по периметру деревни. Между ними виднелись сараюшки, в которых жили диковинные животные.

Том постучал в широкую деревянную дверь. На пороге появилась пышная женщина в халате и меховых тапочках.

–У нас гости, – сказал Том.

Женщина улыбнулась путникам и пригласила их войти внутрь. Капризулик забежал в дом первым, чуть не сбив женщину с ног.

– Капризулик! Где твои манеры! – возмутилась она.

–Это моя мама, – шёпотом сказал Том. – Её зовут Изабелла.

Внутри было тепло и уютно. Напротив входной двери в стене был большой камин, который отапливал всё помещение. В углу стоял большой деревянный стол, повсюду развешаны травы и сушёные грибы.

– Мы скромно живём. В город выходим раз в месяц – маскируемся под местных… – говорила Изабелла.

– Зачем вы маскируетесь? – спросила Мэнси.

– Мы не хотим, чтобы про нас узнал доктор Грог… Наше поселение было основано задолго до его прихода к власти. Тогда правителем был Эрик. Он был молод и вспыльчив, постоянно притеснял жителей. Однажды нам это надоело и все желающие покинуть ненавистный город с его порядками ушли в лес и тут же обосновались. Часть, конечно, осталась в городе с надеждой на лучшее… Здесь мы и обосновали поселение.

Гости сели за стол. Деревянные стулья были настолько велики Эрни и Мэнси, что они могли бы разместиться на одном стуле вдвоём, но Мэнси предпочла сесть напротив Эрни. Юноша рассказывал, что он работал поваром в кафе, Мэнси больше отмалчивалась, желая скрыть то, что она работает на Грога. Впрочем, Эрни тоже умолчал об этом факте.

В дверь громко постучали, судя по настойчивости – кулаком.

– Ох, это Крис вернулся, – закудахтала Изабелла, и торопясь встала из-за стола, вытерев руки о фартук.

В дом вошёл широкоплечий мужчина. Ростом он был ниже Тома и выглядел более подтянутым, в отличие от пухленькой жены.

– У нас гости, Крис,– шепнула на ухо Изабелла, думая что её никто не услышит.

Крис окинул суровым взглядом незнакомцев.

– Слышал, в городе неладное творится, – голос у Криса был громкий и немного вызывающий. – Людей в роботов превратили и распоряжаются ими как угодно! – Крис стукнул кулаком по столу.

– Тише, тише Крис, – попыталась успокоить его Изабелла.

– Пап, они ищут тех… ну которые в заброшенной библиотеке поселились, – осторожно сказал Том.

–Вы работаете на нынешнее правительство? – прямо в лоб спросил Крис, и глаза его сверкнули.

–Нет, нет. Что вы! Мы обычные люди. Эти пропавшие… они наши друзья, – ответила Мэнси.

Крис посмотрел на неё с подозрением.

– Крис, оставь их. Путники верно устали с дороги… – сказала Изабелла, ставя подле супруга тарелки с едой. – Это всё не наше дело.

На улице смеркалось. Гостям предложили ночлег. Том вызвался отвести их поутру к заброшенной библиотеке, где расположились беглецы.

– Что будем делать, когда найдём пропавших? – спросил Эрни у Мэнси, когда они лежали в своих тёплых и мягких кроватях. – Думаешь, они пойдут с нами?

– Вряд ли… Ты внедришься в их компанию, – холодно ответила Мэнси.

–Я? – переспросил Эрни.

–Ты. Не спорь, это решение Грога, – ответила Мэнси, отворачиваясь к стене.

–Зачем они Грогу? – спросил Эрни, зевая.

Но Мэнси не ответила. Ни сказав больше ни слова, она уснула крепким безмятежным сном. Вскоре уснул и Эрни. Свежий лесной воздух подействовал на них благотворно.

Утром Эрни и Мэнси наспех позавтракали и отправились в путь. Изабелла пожелала им удачи. Криса дома не было. Ранним утром, когда все ещё спали, он ушёл на промыслы: собирать травы, хворост и мох. Капризулик отправился с ним.

Том шёл своим обычным широким шагом. Эрни и Мэнси еле поспевали за ним. Им навстречу выбегали дети и с любопытством рассматривали чужаков. В конце улицы показалась двухэтажная кирпичная постройка. Здание было бежевого цвета, стены в некоторых местах облупились. Полуовальные окна смотрели вдаль с тоской.

–Библиотека, – сказал Том, подходя ближе. – Она уже тут была, когда мы устроили в лесу поселение. Здание очень древнее. Скорее всего его строили ещё в прошлом веке, но по каким-то причинам забросили…Ну, дальше вы разберётесь сами.

Он пожал руку Эрни и слегка обнял Мэнси.

–Держи, – юноша достал из рюкзака связку ветчины и протянул Тому.

Он поблагодарил Эрни, и обнял его ещё крепче.

Том быстро скрылся из виду. Мэнси взглянула на Эрни.

–Ты должен вписаться в их компанию и вывести всех из леса. Не подведи, Грог рассчитывает на тебя, – серьёзно сказала она.

–А как же ты?

– Моей задачей было сопровождать тебя, пока мы не наткнёмся на след беглецов. Дальше ты действуешь один.

С этими словами она развернулась и пошла дорогой, по которой недавно ушёл Том.

Эрни подошёл к входной двери и дёрнул за ручку. Дверь отворилась. Юноша вошёл внутрь, оставив за спиной хмурый пейзаж. Он прошёл по просторному коридору и очутился в зале, залитой серым светом, который попадал сюда из пыльных окон. В два ряда были расставлены стеллажи с книгами. Эрни прошёлся вдоль полок. Неожиданно перед ним появилась девушка. У неё были короткие кудрявые волосы и всем своим видом она походила на ангелочка с рождественской открытки, изящная и хрупкая. Девушка изумлённо смотрела на путника, широко распахнув свои небесно-голубые глаза.

– Кто вы? – спросила она.

–Я… я… – Эрни потерял дар речи от неожиданности, но собравшись с мыслями быстро сказал, – Я спасаюсь от Грога. На меня объявлен розыск.

–Как? И вы тоже? – изумилась девушка. – Мы все здесь спасаемся от Грога… – печально заметила она.

Эта новость удивила Эрни, ведь он думал, что беглецы такие же отрешённые от мира, как все, кто принимает капсулы.

–Эрни, – представился юноша.

–Феодосия. Пойдёмте со мной. Я представлю вас нашей компании.

***

В середине осени выпал мягкий снег. Он ровным слоем покрывал влажную землю и быстро таял. На заднем дворе библиотеки расположился небольшой сад. Если воспользоваться запасным выходом, то можно было попасть в него напрямую, не обходя здание библиотеки. Солнце слабо обогревало землю и лениво бросало лучи на шершавую стену. Деревья в саду стояли голые и безмолвные. Рядом с ними обрела своё место старая деревянная кресло-качалка, на которой любил отдохнуть и подумать художник Эверард. Он укутывался в тёплое шерстяное одеяло, брал с собой кружку горячего чая и мечтательно вздыхая, покачивался в кресле. Он был одним из беглецов и находил это весьма романтичным.

Однажды Эрни вышел на задний двор и встретил там Эверарда. Художник любил уединение и ценил минуты, проведённые один на один с собой.

–Не помешаю? – спросил Эрни осторожно.

–Нет, – вежливо ответил художник.

Эрни несколько дней был в компании беглецов и успел со всеми познакомиться. Эверард приглянулся ему спокойным нравом и мягким характером. Переманить его обратно в город не представлялось труда. Так думал Эрни.

–Ваши картины великолепны, – сказал Эрни.

–Благодарю, это одни из немногих картин, которые мне удалось взять с собой, – меланхолично ответил Эверард.

– Где же остальные?

–Гниют на свалке. Под снегом и дождём… – ответил Эверард, вскинув взор к хмурому осеннему небу.

–На свалке? – удивился Эрни. Он вспомнил, что некогда принёс домой со свалки несколько картин неизвестного художника. – Девушка, задумчиво смотрящая в даль?

Художник оторвал взгляд от неба и изумлённо посмотрел на Эрни.

–Откуда вам известно? – спросил он.

Эрни рассказал ему, что в прошлом он любил лазить по мусорной свалке и вот однажды наткнулся на картины неизвестного художника, которые решил забрать с собой. Эверард с интересом слушал юношу, и на его лице появилась светлая улыбка, означающая благодарность.

–Вы спасли мои картины… Не знаю, как вас теперь благодарить… – сказал он. – У меня был очень трудный период… Нынешние власти отвергли всякие творческие начала человека. Всё, что мне удавалось собрать с выставок, с трудом хватало на проживание. Тогда я решил, что с искусством покончено и отнёс свои работы, над которыми трудился и корпел днями на пролёт, на городскую свалку… – Эверард замолчал и с горечью добавил. – Туда, где им было место, по мнению общества…

Эрни стало жалко бедного художника. Но ещё более ему стало противно от самого себя, от того, что он собирается сделать – обманом завлечь и без того несчастных людей в когти Грога.

Дни проходили, а Эрни медлил. Ему нравилось в обществе новых знакомых. Последний разговор с Эверардом по-настоящему сблизил их. Именно по-на-стоящему сблизил. Бывает так, что люди общаются друг с другом, проводят вместе время, но так и остаются чужими… Всё их общение сводится к показухе и самообману под названием «я не одинок, у меня якобы есть друзья». И если положить на весы «якобы» и «друзья», то первое окажется значительно тяжелее.

Эрни не очень разбирался в искусстве, если не сказать, что совсем не разбирался, но с Эверардом всегда находились общие темы для общения. Они могли подолгу просиживать в читальном зале. Им было интересно и весело друг с другом. Писательница, Аврора, так же была отвержена обществом. Её последняя книга «Как среди людей оставаться человеком» с крахом провалилась и была в прах раскритикована.

–Не просто оставаться человеком, не поддаваясь всеобщему влиянию… этому стадному инстинкту, – говорила Аврора. – Когда ты один противостоишь целому скопищу недалёких умов.

– При чём эти недалёкие умы пытаются то и дело подмять тебя под себя,– добавлял Эверард. – Показать тебе, что сила на их стороне, а ты – всего лишь жалкое ничтожество.

– Да все мы ничтожества, – угрюмо отзывался Питер, светловолосый парень атлетического телосложения. Ему наскучило нахождение в холодной библиотеке, и он хотел вернуться обратно в город, хоть никому об этом и не говорил.

Жители деревни помогали обитателям библиотеки: приносили им еду и дрова для обогрева. Иногда к ним заглядывал Том с Капризуликом. Пёс сразу же кидался на Феодосию, клал лапы ей на грудь и лизал в щёки. Так незаметно пролетели две недели.

Эрни регулярно писал сообщения Мэнси о том, как продвигаются дела. Она упрекала его в том, что юноша затянул время своего пребывания среди беглецов. На самом деле Эрни давно принял решение остаться.

Однажды он получил сообщение от Мэнси. « В 12:00 у магазина «Сельский житель»», – написала девушка. Эрни под предлогом, что он отправляется за покупками в город, вышел из библиотеки. Никто не придал этому значения, и он спокойно отправился через лес к магазину. Юноша пошёл коротким путём, о котором ему рассказал Том, и вскоре очутился у главной трассы, ведущей в город.

Девушка поджидала его на пороге универмага. Им предстоял серьёзный разговор. Эрни решил сообщить Мэнси, что он отказывается от работы на Грога. Всю дорогу он обдумывал, как лучше будет сообщить ей об этом. Внезапно ему показалось, что кто-то смотрит ему в спину. Он обернулся, но никого не заметил. Эрни подошёл к Мэнси и собрался сказать ей своё решение, но неизвестно откуда на него налетел Питер.

–Предатель! – закричал он, хватая Эрни за грудки куртки. – Она же из чёрных фраков! Так и знал, что здесь нечисто!

Питер быстро развернулся и ушёл.

Мэнси некоторое время стояла, не говоря ни слова, словно обдумывала дальнейший план действий.

–Ну что ж, – наконец сказала она, – раз план А у нас не выгорел, тогда переходим к плану Б.

–Нет, – резко сказал Эрни. – Не переходим. Я отказываюсь работать на Грога. Эти люди и так пострадали от его действий.

Мэнси пристально на него посмотрела.

–Уверен?

Эрни ничего не ответил, но взгляд его был полон решимости.

–Тогда пеняй на себя, – сказала девушка и сбежала со ступенек вниз.


Глава XI

Неожиданная встреча


Эрни вернулся в библиотеку. В одной руке он нёс сумку с продуктами. Питер успел рассказать беглецам о предательстве Эрни.

–Я встретился с Мэнси, что бы сказать ей, что я больше не работаю на Грога, – сказал Эрни, подойдя к Эверарду.

Художник сидел у окна, повернувшись к нему спиной.

–Всё это время ты обманывал нас… – с грустью сказал Эверард. – Я думал, что тебе можно доверять…

–Я был вынужден так поступать! Иначе Грог…

Тут на него налетел Питер. Он замахнулся в лицо Эрни, но юноша вовремя увернулся и кулак рассёк воздух.

–Стойте! Прекратите немедленно! – закричала Аврора. – Мы – цивилизованные люди, давайте решать вопросы диалогом.

Аврора, Эверард, Феодосия, Жорж, Лили и Эрни собрались за столом. Питер ушёл в другую комнату.

–Эрни, – сказала Аврора. – Ты можешь понять, как все мы огорчены…

– Я знаю… Я виноват… Выслушайте меня… Прошу вас.

Юноша рассказал, как Грог собирал группу на поиски пропавших, как Мэнси предложила ему втереться в их компанию, чтобы затем вывести обратно в город.

–Зачем мы нужны Грогу? – спросила Феодосия.

Никто этого не знал. Оставалось только строить догадки.

–Жажда власти, – предположил пухленький Жорж. – Он хочет, чтобы ему подчинялись абсолютно все и мы в том числе…

–Сейчас нам нужно думать не о об этом, – прервала его Аврора. – Теперь Грог знает, где мы находимся и нам необходимо как можно скорее перебраться в другое укрытие. Мы уйдём отсюда сегодня же. Надо предупредить Тома, – решительно сказала Аврора.

– Но ты знаешь, куда нам идти? – осведомилась Лили. Она была прямой противоположностью низкорослого кругленького Жоржа – высокая и худая с прямыми длинными волосами, убранными в хвост.

– Не знаю. Надо уходить, пока Грог нас не настиг, – ответила Аврора.

Вскоре все собрались на крыльце библиотеки.

–Да выкинь ты эту дребедень, – с раздражением сказал Питер Эверарду, который случайно ткнул его свитком из картин в бок.

Художник ничего не ответил, но слова Питера всколыхнули в нём прошлые переживания, засевшие глубоко внутри.

Все семеро устремились к дому Тома. На месте его не оказалось. Они передали всё Изабелле и попросили её оповестить жителей деревни о возможном нашествии Грога.

– Будьте спокойны, ни один житель деревни вас не выдаст, – заверила их женщина, снабдив на прощание провизией.

Путники миновали лес в надежде на то, что они спокойно укроются в городе в доме Эрни, как было оговорено. Как только они вышли из леса, их обступили люди, одетые в военный камуфляж.

–Всем оставаться на местах! Попытка к бегству будет расцениваться как преступление против государства! – сообщил по громкоговорителю один из них.

Путники замерли на месте. Из-за спин военных появился доктор Грог в сопровождении Мэнси. Он поманил кого-то рукой. Питер отделился от группы беглецов и подошёл к доктору.

–Простите друзья, но мне пришлось вас сдать, – со злой иронией сказал он. – Эрни, прости за то, что чуть не влепил тебе. Ты мог всё испортить.

–Хватит разглагольствовать, – перебила его Мэнси. – Группа беглецов, в машину! – скомандовала она.

Эрни, Аврора, Жорж, Лили, Эверард и Феодосия последовали за военными, окружившими их со всех сторон. Они разместились в заднем отсеке грузовика.

Вскоре беглецы очутились у ворот лаборатории. Им сделали все те же обследования, что и Эрни. Их разместили в служебном помещении и поставили у входа охрану. Весь следующий день они провели в заточении. Наконец, дверь отворилась, и высокий мужчина грозно сообщил:

–Собирайтесь, вас вызывают к доктору Грогу.

Измученные и уставшие, беглецы один за другим вышли из помещения, в котором провели тревожные часы ожидания. Их доставили к Зданию Правительства. Эрни шёл в середине процессии. Он был в подавленных чувствах, и во всём произошедшем винил себя.

На этаже появилась уборщица. Юноша вскользь посмотрел на неё, но что-то заставило его задержать на ней взгляд. Ведомый необъяснимым порывом, он подошёл ближе.

–Извините, – обратился он к женщине. – Мы нигде не встречались?

Женщина как ни в чём не бывало продолжала водить шваброй по гладкому кафелю. «Ей тоже дают капсулы», – понял Эрни. Вдруг она остановилась и юноше хватило мгновения, чтобы узнать её.

–Мама? Что… Как… – он не мог подобрать слов, чтобы выразить своё великое изумление.

Мать не отвечала. Она молча окунала тряпку в ведро и набрасывала её на швабру, затем водила ею из стороны в сторону, не обращая ни на что внимания.

Эрни побежал по ступеням на верхний этаж. Кристина заметила это и судорожно схватилась за телефон. Юноша ворвался в кабинет Грога и набросился на него с кулаками. Грог успел увернуться и высокомерно посмотрел на него.

–Что здесь делает моя мама? – злобно закричал Эрни.

–Это очень увлекательная история, – с сарказмом отозвался Грог. – Если хочешь услышать от меня хотя бы одно слово, тогда сядь и успокойся.

В кабинет влетела Кристина с двумя охранниками. Грог махнул рукой, показывая, чтобы они убирались прочь.

Доктор пристально взглянул на Эрни.

–Ты хочешь знать, что случилось с твоими родителями?

Эрни зло на него посмотрел. Доктор задумался, и на его лице появилась насмешка.

–Твои родители оказались в ненужное время в ненужном месте, – спокойно сказал Грог. – Точнее это я оказался в нужном месте, в нужное время, – при этих словах доктор засмеялся.

Лицо Эрни ещё больше исказилось злой гримасой. Грог невозмутимо продолжил.

– Это было много лет тому назад. Мы с твоим отцом работали в одной научной лаборатории. Потом я уехал в Брундевиль, а твой отец вернулся обратно домой, где его ждала любимая и ненаглядная супруга и чудесный сынок. Он очень любил рассказывать о том, как ему повезло с вами, – от этих слов у Эрни навернулись на глазах слёзы. – Твой настырный папаша регулярно присылал мне поздравительные открытки, на которые я ни разу не ответил. Но однажды я начал работу над капсулами. Чтобы проверить их действие, я решил ненадолго возобновить общение со старым приятелем и даже приехал к нему в гости, чему он был несказанно рад. Тогда я и угостил твоего отца, а затем и мать пирожным, внутри которого спрятал капсулу. Каков был мой восторг, когда я увидел, что вещество подействовало на них, и они выполняли любое моё поручение! Я сделал твоих родителей своими слугами и привёз их сюда.

Рассказ Грога ошеломил Эрни.

– Вы мерзавец! Вам не сойдёт это с рук! – закричал он и выбежал вон.

Его захлестнула волна чувств. Слёзы застилали глаза юноши, и он с трудом мог разобрать, куда идёт. На лестничном пролёте он столкнулся со своей матерью – она мыла ступени. Он схватил её под руку и потащил к выходу. Дорогу преградили два охранника. За спиной Эрни раздался холодный голос Грога.

– Пропустите их, пускай идут. Твой отец работает в саду, – добавил доктор после некоторого молчания.

–Но… Но, сэр… – пыталась возразить Кристина, но от удивления не могла подобрать ни слова.

Охранники расступились, и Эрни с матерью вырвались на свободу. Мать посмотрела на него пустыми глазами. Эрни увидел садовника и подошёл к нему. Он дотронулся до его плеча. Садовник обернулся.

–Отец! – обрадовался Эрни. – Нам надо уходить! Следуй за мной!

Отец пошёл вслед за Эрни, повинуясь приказу.

Юноша привёл родителей домой. Прошло несколько дней, прежде чем они отошли от капсульного сна*. Когда родители пришли в себя и увидели перед собой сына, они несказанно обрадовались. Эрни рассказал им обо всём, что с ними случилось. Они слушали и не верили своим ушам.

Капсульный сон* – состояние, которое возникает при прекращении приёма капсул. Человек не может понять, где он находится, никого не узнаёт. Это состояние длится от одного дня до недели (примечание автора).

Глава XII

Странник


После вышеописанных событий прошло пять месяцев.

В последние дни Грога не отпускала боль в ноге… Он заперся у себя в кабинете и кроме Кристины никого не впускал. Однажды он вышел на крыльцо в бордовом бархатном халате и тапках на босу ногу. Взглянул на затянутое серыми тучами небо… Обессиленный доктор немного покачивался на ветру, его усталый безразличный взгляд был устремлён в никуда. К нему тихо подошла Кристина и встала рядом.

– Сэр… Простудитесь, – заботливо сказала она.

На удивление Грог послушал её и пошёл обратно в кабинет, сильно прихрамывая. Он открыл дверь и остановился. На вишнёвом диване расположился мужчина. Он глядел на доктора своими ясными голубыми глазами и улыбался. Его сухое жилистое телосложение, загорелая кожа, жёсткая, местами седая щетина показались Грогу страшно знакомыми… Он был одет в изношенный костюм, по которому можно было принять его за бродягу, на голове была такая же изношенная панама.

–Странник?! – Грог прищурил глаза и нахмурил брови, словно вспоминая.

Человек,ничего не отвечая, поднялся с дивана и крепко обнял Грога.

–Ты… Где ты был всё это время? – отстранился от него доктор. – Ты же бросил меня, оставил…

На глаза Грога нахлынули слёзы и крупными каплями потекли на бордовый халат.

–Твои родные запретили тебя навещать, – ответил Странник.

– Они? Они… – доктор захлебнулся от негодования и нахлынувшей ярости. – Как они посмели? Мне врали в глаза, говорили, что ты уехал и даже не попрощался со мной! Я всю свою жизнь считал, что ты предал меня! – закричал Грог.

Странник подошёл к нему вплотную и крепко прижал к груди. Грог положил голову на его плечо. Он плакал, подрагивая и всхлипывая.

К вечеру нога Грога почти перестала болеть и он почувствовал себя гораздо лучше. Солнце вышло из-за туч и осветило холодные стены Здания Правительства.

– Я скучал по тебе, Алик, – почти любовно сказал Странник. – Столько лет прошло… столько лет… – задумчиво произнёс он. – Ты в этом городе мэр?

Грог усмехнулся.

–Я не просто какой-то жалкий мэр. Я – властелин этого города, – гордо ответил он.

Наступило молчание. Странник пристально смотрел на Грога.

– Ты изменился… Раньше тебя мало волновало всевластие.

– Раньше я был глупцом. Теперь же я повелеваю людьми. Моё изобретение достойно высшей награды, а награда для меня – это реальный результат.

–Изобретение? – переспросил Странник.

И доктор Грог поведал ему о созданных им капсулах.

– Я назвал процесс выдачи капсул процедурой ноль,поскольку после этой процедуры все человеческие эмоции достигают нулевой отметки, – закончил Грог свой монолог и кровожадно улыбнулся.

–Но ты заставляешь людей действовать против их воли, – нахмурился Странник. Ему не понравилось то, что он услышал.

–Если не я, то кто-нибудь другой будет заставлять их что-то делать против своей воли: есть, спать, идти на работу, гулять с детьми, ходить с ненавистными жёнами по магазинам и слушать их бредни. Всё это вздор! Я изменил этот мир. Теперь есть тот, кто может управлять мыслями и действиями этих людишек. В моём городе нет преступности и болезней, никто не устаёт, не грустит и не плачет.

Раздался стук в дверь. Кристина пришла накормить кота. Лу тот час бросился тереться о её ноги, приветливо мурлыкая.

– Славный кот, – сказал Странник, перестав хмуриться.

– Последний из своего вида, -ответил Грог.

– Что? – переспросила Кристина.

Грог ничего ей не ответил. Он смотрел на кота и о чём-то думал.

Странник остался ночевать в кабинете Грога, а на утро они решили объехать город и посмотреть здешние виды.


Утро выдалось хмурым и неприветливым. Несмотря на это настроение у Грога было приподнятым. Грог сел за руль автомобиля, Странник расположился рядом с ним. Свежий ветер гонял листву по тротуарам и дорогам. Они не спеша объехали город. Доктор показал ему секретную лабораторию, Волчий лес, небольшой парк… Они даже заехали на стройку за городскими воротами. Работа там шла полным ходом, и здания росли как грибы после дождя. Но Грогу стало тоскливо, глядя на это всё… Им вновь овладело чувство безысходности. Странник заметил, что доктор впал в уныние.

–Давай отдохнём от городской среды, – предложил он. – Развеемся где-нибудь.

Далеко за городом находилось чистейшее прозрачное озеро. В нём плавали рыбы, переливая чешуёй словно радугой, по берегу шныряли туда-сюда разные мелкие зверьки. Рядом с озером расположился приветливый лесок. Деревья в нём круглый год покрыты зелёной листвой. По нему приятно прогуляться и подышать целебным воздухом. Туда и отправились доктор Грог со Странником. Они взяли с собой уйму провизии и палатку и решили задержаться там. Благо погода располагала: солнце грело, ветер убаюкивал, белоснежные облака напоминали о тёплых летних днях. Друзья даже позабыли о том, что сейчас осень.


Глава XIII

Новые перемены


После отбытия доктора Грога прошёл месяц. Он не торопился возвращаться в Брундевиль. Делами города занималась Кристина. Она прекрасно справлялась с задачами заместителя мэра, но в один день всё пошло наперекосяк.

Это случилось утром. Кристина по прежнему сидела на своём излюбленном месте в холле Здания Правительства. Стеклянная дверь резко распахнулась, заставив её вздрогнуть, и в холл ворвался Вячеслав. Он выглядел уверенным и надменным. Его привычка переминаться с ноги на ногу внезапно исчезла после отъезда Грога. Он с громким хлопком положил руки на стол и наклонился поближе к Кристине.

–У меня скверные новости, – сказал он. – Работники лаборатории и сообщество чёрных фраков собираются устроить бунт.

–В чём причина? – холодно сверкнув глазами, спросила Кристина.

– Они сговорились и требуют повышения зарплаты. Этой им не хватает, чтобы регулярно посещать ночные клубы.

– Так умерьте их аппетиты! У меня и без этого дел хватает! – раздражённо прикрикнула Кристина.

–Ну нет, я в этом участвовать не собираюсь. Разбирайся сама, – хладнокровно заявил Вячеслав и вышел из холла, оставив бедную девушку в полнейшем смятении.

Утром того же дня Кристина прибыла в лабораторию для выяснения обстоятельств, но войти в неё она так и не смогла. Все двери были заперты, и за дверью ей сообщил чей-то голос, что пока она не повысит зарплаты работникам, с ней никто разговаривать не станет.

Кристина оскалила зубки и поехала обратно в Здание Правительства. Вечером она жаловалась коту Лу, утирая слёзы рукавом жакета.

–Предатели! Воспользовались отсутствием доктора Грога и устроили бунт! Как бы я не восхищалась этим великим человеком, но он чересчур разбаловал своих подданных…

На следующий день Кристина стояла у окна в кабинете Грога, держа на руках кота. Стрелки на часах не спеша двигались к двум часам пополудни, но процедуру ноль не спешили проводить. Люди собрались на площади, а чёрных фраков нигде не было. Через двадцать минут все начали расходится. Кристина выбежала на площадь и предприняла неумелые попытки остановить толпу.

– Стойте, стойте! Это приказ! Да остановитесь вы! – кричала Кристина, но её никто не слушался.

На следующий день на площадь пришло чуть больше половины жителей. Они начали просыпаться от капсульного сна и постепенно возвращаться в реальность. Через пять дней площадь была пуста. Кристина безуспешно пыталась дозвониться до Грога, но он либо нарочно не брал трубку, либо был слишком далеко от Брундевиля, там, где нет никакой связи. Если разобраться, то оба варианта имеют место быть.

Жители Брундевиля пришли в себя. Стройка за городом продолжалась до тех пор, пока взбунтовавшийся народ не разогнал всех смотрителей, которые раздавали капсулы.

Группа беглецов, которую Грог отправил работать на стройку, теперь была свободна. Феодосия радостно хлопала в ладоши, пока пухленький Жорж заводил грузовик.

– Скорее! – прокричал он.

Феодосия, писательница Аврора и художник Эверард быстро забрались в задний отсек грузовика. Лили села рядом с Жоржем.

– Домой! – закричал Жорж, и машина рванула с места.

***

В центре большой просторной залы стояла большая кровать с четырьмя деревянными изогнутыми ножками. На ней было расстелено красное бархатное покрывало, на котором сидел ребёнок. Недавно ему исполнилось полгода и он неуклюже покачивался из стороны в сторону, то и дело отводя маленькие пухлые ручки в стороны. К нему подошёл отец – высокий мужчина в сером костюме. Он высокомерно посмотрел на ребёнка. В комнату вошла мать. Она была одета в длинное платье с декольте, обнажающее линию плеч, её чёрные волосы были уложены изящными волнами.

– В его возрасте дети уже начинают разговаривать, – с надменной усмешкой говорила она мужчине. – А этот ничего не умеет.

– Он только недавно научился сидеть, – спокойно и холодно произнёс мужчина, и это прозвучало как упрёк.

Малыш смотрел на них открыто и радостно, ведь это были его родители, и он любил их всем сердцем.

В комнату залетел пухлый розовощёкий мальчик на самокате. На вид ему было лет пять.

– Виктор! – строго посмотрела на него женщина.– Не катайся по квартире на самокате.

Виктор залез на кровать к мальчику и больно ущипнул его. Малыш громко заплакал.

Грог открыл глаза. Тусклый рассвет брезжил сквозь щели в палатке. Сон напомнил ему, каким маленьким и беззащитным он был. Холодные высокомерные родители, бабка, которая любила только его брата – эти люди были в прошлом, но воспоминания о детских обидах были свежи как никогда. Он даже поменял данное родителями имя Алик на Грога… Настолько ненавистной для него была память о прошлом…

Доктор вышел из палатки. Свежий утренний ветерок слегка колыхнул траву у его ног. Он осмотрелся вокруг и сказал:

– Едем обратно в Брундевиль.

Через полтора дня старые приятели оказались у загородной стройки. Они проезжали мимо брошенных подъёмных кранов, бульдозеров и прочей техники. На много километров вокруг стояла тишина.

–Что за чёрт, – сквозь зубы прошипел Грог.

Городские ворота никем не охранялись и они свободно въехали в Брундевиль. Жизнь в городе шла полным ходом. В парках отдыхали семьи, сновали туда-сюда автомобили, был слышен смех и радостные возгласы. Они проехали мимо бранящихся мужиков… От удивления Грог поднял брови.

Он застал Кристину на прежнем месте. Она с виноватым видом принялась объяснять ему всё, что случилось во время его отсутствия. Грог слушал молча. На его лице не дрогнула ни одна мышца. Когда она закончила, Странник произнёс:

– Знаешь, Алик, это рано или поздно должно было случиться. Невозможно всю жизнь контролировать эмоции и чувства людей. Это всё равно, что пытаться подчинить себе ветер.

–С каких пор ты стал философом? – спокойно спросил Грог.

– Я всегда им был, – ответил Странник.

– Что? – не поняла Кристина.

– Что здесь неясного? – спросил Грог у девушки. – Мой старый приятель, Странник, всегда был философом, – ответил Грог, показывая рукой в сторону Странника.

– Какой приятель? – снова не поняла Кристина.

–Мой приятель Странник. Он стоит прямо перед вами. Кристина, вам надо бы отдохнуть, – с раздражением сказал доктор.

Кристина от изумления открыла рот, но тот час прикрыла его ладонями.

– Но… но… здесь кроме нас двоих никого нет… – с трудом произнесла она.

–Что за шутки? Разыгрывать меня вздумали? По-моему сейчас не лучшее время для этого, – сурово произнёс доктор.

– Не злись на неё, Алик. Она права. В этом холле кроме вас двоих действительно никого нет, – сказал Странник.

– А как же ты? – улыбнулся Грог.

– Меня не существует. Я – плод твоего воображения, – ответил Странник.

По щекам Кристины катились крупные слёзы. Она с испугом наблюдала, как доктор разговаривает с воздухом. Грог молча смотрел на Странника. Он отказывался верить в то, что с ним происходило. «Всё это какая-то злая шутка», – вертелось у него в голове. Доктор резко развернулся и поднялся по ступеням наверх. Когда он обернулся, Странника уже не было. В холле стояла, утирая слёзы и тихо всхлипывая, Кристина.

Весь день Грог обдумывал произошедшее. «Мы встретились с ним в парке у дома, – вспоминал он вечером, сидя на вишнёвом диване. – Тогда был ясный солнечный день. Меня донимал Виктор, и я плакал, сидя под деревом…»

Внезапно рядом с Грогом появился Странник.

– Я помню это, – сказал он. – Тогда-то ты меня и выдумал.

Доктор Грог с тоской посмотрел на него. «Ты читаешь мои мысли…» – подумал он.

– Твои мысли – наши мысли, – ответил Странник.

«Ты – часть меня…» – снова подумал Грог.

– Мы – единое целое, – ответил Странник.

– Нет никакого «мы»! – закричал Грог. – Тебя не существует!

– Каждый сам волен решать, что для него существует, а что нет, – спокойно ответил Странник. – Если ты захочешь, я исчезну. Навсегда.

Он внимательно посмотрел на доктора. Грог встал с дивана. Он долго смотрел в окно, повернувшись к Страннику спиной.

– Пожалуй, ты прав, – наконец сказал Грог.

Но комната была пуста. Странник исчез, и оставалось только догадываться, когда он появится снова, если появится вообще.

Прошёл год.

– С днём рождения, Эрни! – весело закричал Иззи.

Он протянул ему небольшой свёрток. Эрни открыл его и засмеялся. В нём лежали разноцветные болтики.

– Они мармеладные? – спросил он, улыбаясь.

К Иззи подошла белокурая, похожая на ангелочка с винтажной открытки, девушка. Её голубые глаза светились счастьем. Конечно этой девушкой была Феодосия.

– Иззи так старался, когда готовил болтики! – засмеялась она.

Иззи обнял её за талию и нежно поцеловал в щёку. Феодосия залилась румянцем.

– Устроим в честь дня рождения пикник в парке? – предложил Иззи.

– Отличная идея! – согласился Эрни.

Раздался телефонный звонок. Эрни вздрогнул от неожиданности.

– Дорогой! Мы с папой поздравляем тебя от всей души и желаем…

Мама Эрни стала перечислять всё то, чего они желают своему сыну, находясь далеко от Брундевиля. Родители Эрни уехали обратно в свой город и зажили прежней жизнью.

В самом Брундевиле жизнь преобразилась. После исчезновения Грога осталось множество построек, которые нынешняя власть превратила в детские сады, больницы и библиотеки. В городе практически не осталось ночных клубов. Жители из деревни в Волчьем лесу пожелали остаться там же, но теперь они могли спокойно выезжать в город.

Сообщество чёрных фраков и работников лаборатории распустили. Они разъехались по миру кто куда. Здания, в которых они некогда жили и работали, опустели. Мрачные серые окна лаборатории пристально и высокомерно смотрели на подростков, желающих получить острые ощущения и полазить по запретной зоне.

Доктор Грог скрылся в неизвестном направлении. Его больная нога чудесным образом исцелилась. Грог навсегда забыл о преследовавшей его боли. Странник больше не являлся ему. Ходили слухи, что доктор уехал на остров, и там занимается разведением редких сортов растений. Но правда это или нет – никому не известно.


2019 год


Интересные факты о романе «Грязный город»:

Я, автор романа, родилась в городе Комсомольск-на-Амуре. Однажды зимой я увидела снежный сугроб, который пометила собака. После этого я начала называть Комсомольск-на-Амуре грязным городом, а спустя много лет ко мне пришла идея написать роман с таким названием.

Я начала писать роман в 2015-ом году и завершила в 2019-ом. За это время я три раза его переписывала.

Изначально главной героиней была девушка с именем Феодосия. После того, как я кардинально переписала роман, изменился не только сюжет, но и главный герой.

Главного героя звали Грэгори, затем Эрик, и только имя Эрни по-настоящему подошло юноше.