Litres Baner
Название книги:

Академия счастья 2, или Пирожные всегда в цене!

Автор:
Виктория Миш
Академия счастья 2, или Пирожные всегда в цене!

000

ОтложитьЧитал

Шрифт:
-100%+

Глава 1

Меня хочет поцеловать чудовище!

Дрожь пробегает по телу волной, и чувство омерзения перекрывает страх. Просто так я ему не дамся! Пусть меня саму накроет тьмой, вот только не надо приближать ко мне то, что еще недавно было его губами…

…Я очнулась в темноте, и первое время боялась пошевелиться. Ушло несколько секунд, чтобы осознать, кто я, и что вообще происходит.

Вокруг так было тихо, что било по ушам.

– Я не могла свалиться в обморок, – прошептала беззвучно, потому что связки почему-то отказывались работать, – Что со мной?

Последний раз я ощущала подобное жжение в горле, когда наоралась в караоке у подружки на дне рождения. Но я ведь не пела, так?

Попыталась рассмотреть тьму перед глазами, но сквозь давящую на глаза пелену ничего не проглядывалось. Вокруг темень.

Постаралась не ударяться в подкатывающую панику, а проанализировать, что со мной. Так. Я лежу на чем-то мягком, похожем на кровать. Это – хорошо. Это означает, что я как минимум, живая. Но что было перед тем, как заснула? Что же меня напугало?

Память подбрасывала странные картинки. Я вижу себя рядом с парнем, весьма симпатичным. Косая темная челка, необычные глаза, независимый вид… Мы встречаемся? А вот перед внутренним взором души пробегает девушка в кедах, задорно смеясь. Моя подруга? Но почему на душе становится горько? Мы поссорились?

А дальше какие-то темные, безразмерные облака с красными глазами. Брр…Чудовищ я смотреть не хочу, поэтому возвращаюсь к реальности.

Итак. Горло я содрала, видимо, из-за долгого крика. А что с телом?

Сначала я шевелю пальцами ног, потом руками, и медленно, потому что каждое движение требует сил, очень медленно приподнимаюсь.

Села. И не зги не видно. Неужели сейчас глубокая ночь? Надо бы найти выключатель.

Передвигаться на ощупь не очень удобно, но рядом с кроватью я нащупала комод, и эта находка обрадовала: комод был из дерева и резным. Вряд ли в больнице или тюрьме заказали бы нечто подобное. Дальнейшее ощупывание комнаты привело к двери, но выключателя рядом с ним не обнаружилось.

– Страшно открывать, – сказала я вслух.

На ощупь дверь была из тяжелого, настоящего дерева. В который раз стало неприятно, что ничего не вижу.

– Может я ослепла? – осенила догадка, – Поэтому и не вижу ничего, а на самом деле светло?

Тишина мне не ответила, и, собравшись с духом, я резким движением опустила ручку вниз. Со скрипом она открылась.

Свет ударил по глазам, и какое-то время я ничего не видела. Вот же! Как будто ослепили софитами.

Когда, наконец, осязание вернулось, я не могла поверить в увиденное. Я стояла на краю деревянной веранды в сельском стиле. Широкие, во всю стену окна поражали, ну а пейзаж, расположившийся за ними…

Осторожно подошла к еле заметной стеклянной двери и подрагивающими пальцами провела по стеклу и открыла легкую дверь.

В нос ударил теплый и влажный воздух. Вокруг деревянного двухэтажного домика высился непроходимый, зеленый лес.

Я так и не поняла, где я. Неужели мы поехали с родителями на базу отдыха, и они оставили меня одну? Вообще, я не трусишка, но вот сейчас мне почему-то не по себе. Сердце ухнуло в пятки, и я даже оперлась о косяк. Ощущение, будто я давно не видела родителей и скучаю…

– Уже проснулась? – голос, прозвучавший сбоку, был мне знаком, но вызывал чувство опасности.

Я обернулась. Прямо под пышными ветками ели стоял мужчина в черном классическом костюме. Черты его лица – правильные и гармоничные, дышали спокойствием и дружелюбием. Но, не смотря на почти идеальную внешность, в нем не было изюминки, и лицо трудно запоминалось. В актерской профессии такая внешность была бы несомненным плюсом, но вот мне эта особенность почему-то не нравится.

Неторопливо он приблизился ко мне. Почему-то хотелось убежать, спрятаться, но разумом я не понимала причину своего желания. Почему у меня истерика? Разве может такой приятный человек вызывать столь неприятные эмоции?

– Рад, что ты вышла подышать воздухом. Долго же восстанавливалась. Я едва уговорил тьму не есть тебя, – мягко произнес он, и я вспомнила.

Винсент. Куратор…

Мои чувства сложно было бы передать в двух словах. Дикая смесь страха и возмущения, а еще обиды, что не так все оказалось…

Да, он пытался поцеловать меня там, на крыше, но что-то пошло не так. Из его рта вырвалось темное, пугающее облако, оно попыталось схватить меня, втянуть, и я сделала самую естественную для женщины вещь: закричала. Да, это было сродни звуковой атаке, и кто знает, может, это меня и спасло.

Воспоминание о потерявшем человеческий облик кураторе вызвало дрожь. Мое молчание Винсент расценил по-другому.

– Голос вернулся? – участливо спросил он и попытался взять за руку. Заметив это, я дернулась, как от змеи.

– Где я? Почему мы тут?– напряжение придало мне сил, и я смогла почти нормально это сказать.

Винсент улыбался.

– Подумал, тебе нужно отдохнуть от учебы, – невозмутимо сказал он, и все-таки перехватил мои руки, – Пару дней поживи тут, а после поженимся.

– Нет, – я хотела вырваться, но меня держали крепко, – Я не хочу.

– Прости, Лика, но отсюда ты выйдешь либо моей женой… – он сделал многозначительную паузу, – Либо не выйдешь.

В подтверждение его слов мне в лицо подул прохладный ветер.

– Да что вы говорите! – хоть его тон и был спокойным, но не было сомнений в том, что он не шутит.

– Мы вроде договорились обращаться друг к другу на ты, – сделал попытку перевести тему он, но со мной этот фокус не удался.

Меня поймали в ловушку! Я в неизвестном лесу, даже не понятно, в каком измерении, и вокруг – ни души! Мне улыбается еще недавно во всем помогавший фей, но теперь он по другую сторону, и ставит невыполнимое условие: выйти замуж и бросить Академию! Нет, здесь что-то не чисто. Не похож этот спокойный мужчина на снедаемого страстью фея. Удерживать насильно, разве так можно? Да любит ли он меня вообще? Или мужчины от любви и не на такое способны?

Я привычно попыталась разглядеть ответ в фиолетовых глазах, да вот только от них осталась маленькая полоска вокруг ставшего угольно черным зрачка. Это открытие напугало меня снова, и я отрицательно махнула головой.

Тьма изменила знакомого раньше Винсента, и сейчас передо мной кто-то другой. Да, это не Винсент. Винсент не мог так со мной поступить.

– У тебя есть время подумать, – мягко подытожил он и потянул обратно к веранде, – Но придется жить здесь. Извини, я не могу оставлять тебя без присмотра.

Вместо того, чтобы возмутиться, я послушно бреду обратно на веранду и позволяю вернуть себя в темную комнату. От ладоней Винсента тянется странная, тяжелая энергия, и я не могу перекрыть ее.

С каждой секундой я чувствовала, как меня укутывает сонной пеленой – подчинение. Он подчиняет меня изнутри!

Я открыла рот, чтобы попросить не делать этого, но голос пропал, и даже возмутиться вслух я не сумела.

– Приду завтра, Лика, – сказал мой «жених» и с неприятным скрипом захлопнул дверь.

Я снова осталась в темноте. Покинутая, покоренная и сбитая с толку. Как он со мной поступил! И за что?!

Сердце гулко билось в груди, а на глазах наворачивалась слезы.

Не нужно сдаваться. Нет, ни за что. Память вернулась ко мне, а значит, и силы скоро возобновятся. И тогда мы еще посмотрим, кто кого поймает в ловушку!

Остаток своего дня без света я провела в мстительных мыслях. Сначала я в картинках представляла, как можно было бы засунуть Винсента в бутылку и выкинуть в море. Потом я с горечью вспоминала, что вторая ипостась у фей бывает не всегда, да и куратор вряд ли допустит меня до своего тела. И да, по-любому, превращать я не умею.

Неплохо было бы вызвать на помощь Джуна, но, сколько бы я не взывала мысленно и вслух, напарник не отвечал. Было обидно, и я дала себе зарок припомнить ему эту ситуацию. Вот только выберусь, пусть попадется мне. Я его из кулера спасла, а он меня из деревянной избушки вытащить не может! Это как же так? Забыл про меня, что ли? Или с облегчением выдохнул и нашел себе новую напарницу? А что, ему-то уж я как кость в горле, о чем тут вспоминать. Понятное дело, что за мной не примчится. Гад.

Племяннику тоже досталось. Да, нельзя верить парням, даже если они твои родственники. Даже если кажется, что отношения налаживаются, и Вий не такой уж и легкомысленный блондинчик.

Все вранье! Я сижу в темноте, и только черное нечто вокруг составляет мне компанию. Теперь, когда память вернулась, я понимаю, что окружение мне подобрано неспроста. Он впустил в мою комнату тьму и заставил меня стеречь!

Если вдуматься, куратор действительно оказался страшным человеком.

Я приказала своему организму как можно скорее восстанавливаться и спустя час или полтора провалилась в тяжелый сон. Подсознанье подбрасывало картинки из прошлого, по-своему интерпретируя их, и спала я беспокойно.

Утро принесло тяжелое чувство безысходности и … бодрого куратора.

Он вошел в комнату, когда я лежала к двери спиной и мучительно размышляла о своем положении. В комнате все так же было пусто и темно, будто меня поместили в чулан в полностью закрытом и с забитыми окнами доме. Время растянулось… Тьма висела в воздухе, расплющилась по всей комнате и я кожей чувствовала ее любопытство. Она искренне не понимала, почему меня нельзя съесть и почему я нахожусь под ее стражей.

Честно, я сама не понимала.

Дверь открылась, и узенькая полоска света оживила мою тюрьму.

– Лика, как спалось?

Бархатные нотки обволакивали, и голос звучал очень мягко. Хотелось заскрежетать зубами от досады. Еще несколько дней назад я верила ему… Верила! Вот, дура!

Как, почему не заподозрила обман? Сама себе простить не могу!

Сегодня я проснулась после сна, в котором куратор посадил меня на цепь. Даже во сне предательство было неожиданным и обескураживающим. Стоит ли говорить, что сейчас его визит не обрадовал меня, и то дружелюбие, что рекой демонстративно лилось от его фигуры, не могло обмануть.

 

Сдерживая злость, я медленно повернулась.

Как и вчера, Винсент был одет в обычный земной костюм, только сегодня без рубашки: на нем была черная, идеально сидящая футболка и пара блестящих аксессуаров: часы и перстень. В темноте они заманчиво блестели. Да, если он хотел подчеркнуть свою подтянутую, стройную фигуру, ему это удалось. После балахона мужчина смотрелся очень стильно и вообще, походил на обычного менеджера среднего звена. Хотя, чего это я. Учитывая способности и самоконтроль, только высший менеджмент!

– Ты же не обижаешься? – Винсент присел у меня в ногах, ничуть не беспокоясь, что его идеально отглаженные брюки помнутся.

Я с неприязнью посмотрела на явно дорогие часы. И с каких пор он любит все эти штуки? Почему-то мне казалось, что куратору вполне достаточно балахона, а все эти вычурные аксессуары ему не по душе…Тот же господин лев постоянно демонстрировал золотые запонки или часы, а директор – с драгоценными вставками печатки. Я целых две заметила, что для мужчины – явно перебор.

Значит, и в этом обманывал? Пускал пыль в глаза, усыплял бдительность? И зачем тогда спрашивает сейчас, издевается что ли?

Я присела и подтянула под себя ноги.

– Почему вы так поступаете? – постаралась спросить нейтрально, но голос выдал меня.

Да, пока я мучилась воспоминаниями и металась во сне, организм отдохнул и восстановился, так что сейчас в нем отчетливо прозвучал вызов. Да, мне терять нечего, раз я сама потерянная.

– Люблю тебя, – мягко сказал куратор, сжимая мою кисть.

Но я не поверила: если любишь, не станешь делать плохо человеку или фее. Любовь – это отдача, а не махровый эгоизм. Здесь же на лицо – потакание своим желаниям.

– И вы считаете, что эта ситуация мне по душе? – сделала заход с другой стороны.

– На твоей Родине принято красть невесту, – Винсент смотрел невозмутимо, как будто мы сейчас сидим на диване у моих родителей и обсуждаем просмотренный фильм.

– Вы что-то не так поняли, – его ответ обескуражил меня, и в душе зажглась призрачная надежда.

Может, все сейчас изменится? Он, наверное, случайно это сделал, из лучших побуждений! В тот же момент я сама себя одернула. Так, Лика! Остановись. Нет никаких доказательств, что он не обманывает тебя снова.

Но маленький шанс на свободу появился, и сбрасывать его со счетов – непозволительная роскошь! Я постаралась не радоваться раньше времени и на всякий случай сама пожала его руку.

Жест не остался незамеченным и мужчина улыбнулся. Что ж, попробую ему все объяснить.

– У нас крадут только на свадьбе, и то понарошку. Невеста всегда об этом знает и ждет. И на самом деле, ее даже недалеко увозят – обычно в соседнюю комнату, чтобы разыграть гостей, – я заглянула в глаза куратору, чтобы увидеть, понял он или нет.

Но его реакция оставалась той же: легкое удивление и полное спокойствие.

– Вы поняли?

– Да.

Он придуривается или троллит меня?

– Что вы поняли?

– Не нужно было далеко увозить, – Винсент наклонился и свободной рукой приподнял за подбородок, – Ты решилась выйти за меня?

Повисла пауза. Я чувствовала фальшь, но не могла понять, почему. От его рук текло тепло и уверенность. Призрачная надежда, что все это – не слишком удачная шутка, таяла, но я упрямо старалась схватить ее и оставить себе.

Винсент обманом притащил меня в глушь и принуждает выйти за него замуж. От незнания или эгоизма, но он упрямо идет к своей цели.

Все это, на самом деле, не важно, ведь он удерживает меня силой! А все мои друзья и даже мама знают, что самый отличный способ заставить меня отказаться от чего-либо – это навязать! С детства ненавижу навязывания!

Но как отсрочить момент свадьбы? С корыстным умыслом или нет, но он настроен жениться. Вот попадалово!

И ведь не шутил, когда угрожал, что я отсюда не выйду. А значит, мне, во что бы то ни стало, нужно выйти отсюда!

А как это сделать? Прикинуться влюбленной дурочкой и поиграть по его правилам. Оттянуть время, а в нужный момент, когда не будет стерегущей тьмы под боком, позвать на помощь. Джун мне, вообще-то, должен! Надеюсь, у него есть это понимание по возвращению долга и даже если я не устраиваю его, как напарница, он должен помочь мне, как попавшей в беду.

Но какую бы отмазку придумать, чтобы не вызвать подозрений?

– Сначала нужно спросить разрешение у родителей, – твердо сказала я.

Лицо куратора вытянулась. Забавно. Он похитил меня, собирается взять в законные супруги, а родителей в известность ставить не собирается?

– В смысле? – он даже отпустил мою руку! Вот дела!

– Я несовершеннолетняя, – пояснила на всякий случай.

Хотя, он же куратор нашей группы и должен был видеть анкеты, если только мадам Лакрус их не сожгла.

– Но твоего отца уже…

Я нагло перебила его и даже сложила руки на груди, выражая полную решительность.

– Нужно обязательно спросить разрешения у моих приемных родителей, раз мы решили пожениться, – я специально выделила голосом «мы» и куратор улыбнулся, – По человеческим меркам я еще молода и не могу выйти замуж. А по фейским…Что там, кстати?

– С шестнадцати лет, – недовольно сказал куратор, и все его напускное спокойствие исчезло, – А нам точно нужно с ними встречаться?

Нащупав ниточку сопротивления, я не могла не воспользоваться ею:

– Конечно! Иначе я отказываюсь выходить замуж!

Винсент о чем-то мучительно соображал. Сначала он покраснел, потом с легкой тоской посмотрел в угол, где, по-видимому, сидела тьма, и будто искал у нее поддержки. Но, кажется, она сделала вид, что не при чем.

– Ну? – подстегнула его я, – Или вы хотите меня обмануть – не жениться по-настоящему?

– Мы можем пройти ритуал для фей, – куратор явно хотел ускользнуть.

– Ну, уж нет. Сначала ЗАГС на Земле, потом – что там у вас заведено здесь, и только в этом случае я согласна!

Всем своим видом я демонстрировала упрямство. Да, хожу по грани, но раз он почему-то боится встретиться с моими родителями, с ними обязательно надо встретиться!

– Как же с тобой сложно, – буркнул куратор, но тут же широко улыбнулся, – Зато я рад, что ты согласилась. Думал, дольше тебя буду уламывать. Но я рад. Поверь, я сумею сделать тебя счастливой.

И с этими словами он меня поцеловал. Я вздрогнула. Не то, чтобы его губы были видоизмененными или обветренными, но я вдруг осознала, что целуюсь с посланником тьмы. Вот только раньше они были бестелесные, а теперь завладели телом.

Это ужасно! Винсент не подозревал о моих чувствах или делал вид, что не замечает беспокойства. Он нежно касался губ, не делая попытки углубить поцелуй, и был воплощением предупредительности. Эх, если бы не его сущность…

Я почувствовала его желание. Оно текло по жилам и передавалось по рукам, трепетно обнимавшим меня. От этого я не могла расслабиться и получить удовольствие. Какой поцелуй, когда Винсента чуть ли не колотит от желания?! Это желание съесть меня, раздражало.

Я резко оторвалась от его губ и с трудом удержалась, чтобы не залепить пощечину. Нет. Я ему залеплю, но не сейчас.

Надув губки, я притворно улыбнулась.

– Остальное после свадьбы.

Он тяжело вздохнул. Тьма вокруг колыхнулась, реагируя на его возбуждение.

– Лика, ты – невероятная, – сделал мне комплимент.

Ну-ну. Я постаралась выровнять свои эмоции, чтобы куратор не успел их почувствовать. Так. Не нужно паники и отрицательных чувств. Улыбаемся и машем, то есть вовсю демонстрируем симпатию.

– Вы, правда, любите меня? – я распахнула глаза пошире.

Куратор кивнул.

– Вы мне тоже нравитесь, – я взяла его за руку.

Тьма колыхнулась. Мужчина нервно вдохнул и с усилием взял себя в руки. Неужели на меня такая реакция? И всего-то лишь после поцелуя?

Попробовать или нет? Я увидела его мутный взгляд и решилась.

– Мне обязательно сидеть в кромешной тьме? – я снова надула губки и кокетливо посмотрела на своего навязанного жениха, – В Академии осталось столько моих любимых вещей! Так как вы теперь директор, можно я подарю несколько платьев маме? Она у меня стройная, ей пойдет. Или это форма? Ее нельзя брать? А еще там столько кремов! Я не смазала вчера на ночь лицо, и у меня могут появиться морщины!

Изо всех своих сил я разыгрывала гламурную девушку. Соответственно Академии. Не знаю, насколько хорошо меня успел изучить куратор, но по его виду можно сказать, что он купился.

Винсент смотрел на меня, как мужчина на выклянчивающую шубу жену. Он снисходительно кивнул и улыбнулся:

– Конечно, можешь взять всё, что тебе хочется.

– Правда, правда? – я даже прижала ладошки к груди.

Неужели я задела струнку тщеславия этого мужчины? Он же так хотел возвыситься, а теперь его мечта осуществилась и он может в чем-то банковать. Пусть и передо мною, но если я ему действительно нравлюсь – это уже немало.

– То есть мы возвращаемся в Академию? – постаралась не слишком показать свою радость я.

– За вещами. Потом к твоим родителям и жениться, – куратор предупредительно сжал мою руку в ответ, – Я долго не выдержу.

– Ага, – я смутно понимала, о чем он, но любой вариант меня не устраивал, – Прямо сейчас?

– Да, – ответил он и взял меня за вторую руку, – Но если ты выкинешь какой-нибудь фокус, или попробуешь сбежать…

– Что вы! Вы же мне нравитесь! К тому же стали директором… Раньше я сопротивлялась потому, что всерьез не верила… Но вы познакомитесь с моими родителями, и обещали жениться на мне законно. Так что я согласна. Это раньше я боялась, что вы меня используете и бросите…

Боже мой, что я говорю?! Сейчас он меня раскусит и запрет здесь раз и навсегда!

Но Винсент почему-то довольно улыбнулся и, прижав меня к себе, сказал на ушко:

– Так и думал, что испугаешься. Но не бойся, маленькая, в обиду тьме не дам. Я могу ее полностью контролировать. И…– он поцеловал меня в висок, и я увидела, как сверху на нас медленно надвигается блестящая крышка портала, – Смотри, не обмани меня.

Я сжала покрепче зубы и кивнула. Конечно, обманывать нехорошо. Вот только не я первая вас обманула, куратор. Так что ваше, можно сказать, пожелание, по объективным и, как мне кажется, справедливым причинам, не засчитывается. Увы!

Мы перенеслись в Академию сразу в мою комнату. Винсент властным жестом приказал, мол, собирайся, бери хоть всё. Лег на мою кровать и наглым образом растянулся.

Я распахнула шкаф и выдернула оттуда большой гламурный рюкзак со стразиками и блестящими вставками. Напихала туда, не глядя, платья и бросилась в ванную комнату.

– Джун! Я в опасности! Джун, приходи в мою комнату, – изо всех сил транслировала я, сгребая без разбору крема и лосьоны.

Мама не пользуется такими, да и размер одежды у нее 48-50, но куратору об этом знать необязательно.

И где носит этого негодяя, почему не приходит? Я злилась на напарника, и пыталась засунуть щипцы для завивки в рюкзак, оттягивая время.

Джун не приходил, и надежда тихо умирала перед надвигающейся перспективой замужества. Неужели мы так просто уйдем? Наверное, Винсент применит заклинание принуждения к родителям, и согласие они дадут быстро. И всё, пропала моя душенька! Хоть куратор и нравился мне раньше, теперь я совсем, никак, ни под каким соусом не хочу за него замуж. Пусть он будет хоть самим королем! Предавший раз, предаст не один раз…

Вдруг вода в ванне забулькала, и из слива поднялся тоненький ручеек. Он резко вытянулся вверх, и я увидела знакомые, хитрющие глаза.

– Элементаль? – мой голос дал сбой, ведь я не ожидала его увидеть.

И в этот же момент дверь ванны со стуком отлетела в сторону.

– Я почувствовал чужого, – отстраненно сказал Винсент, и его глаза заполонила тьма.

– Уходи, уползай, – бросилась я к элементалю и закрыла его собой, – Винсент, дорогой, не надо. Он же мой друг. Пришел повидаться. Винсент!

Но куратора было не остановить.

Темные нити расползались от его одежды и тянулись к ванне. Зрелище было настолько жутким, что я замерла. Как мотылек, летящий на огонь, смотрела на его плети и не понимала, что надо делать.

Передо мной вдруг оказался водяной щит. Элементаль за спиной принял боевой вид и теперь защищал меня от моего же жениха.

– Тьма проходит через воду, – прошептала я, и зажгла солнышко, – Мы долго не выстоим.

– Лика, отойди, – глухим голосом сказал куратор.

Да, Винсент не трансформировался, он только тянул к нам черные, воздушные нити, но и этого было достаточно, чтобы панически замереть.

Я кинула солнышко, но оно погасло, только коснувшись темной плети. Винсент издал легкий смешок и даже наклонил голову. Темные зрачки смотрелись непривычно и жутко, но, кажется, он был еще в себе.

 

– Поиграем?

Одним быстрым движением, он резко подался вперед, и плети увеличились. Мы с элементалем не успели среагировать, как оказались окружены. Темные нити в несколько рядов окружали нас.

– Попалась, – довольно протянул куратор, – Сдавайся.

Я хотела поднять руки вверх, но сзади куратора пронеслось что-то темное и очень быстрое.

– Нет! – Джун напал сбоку, и своим внезапным появлением выиграл у куратора несколько секунд.


Издательство:
Автор
Поделиться: