# Дети нашего племени. Книга №1. Часть 1

Людмила Михайловна Миронова

Книга рассказывает о удивительных приключениях трёх сестёр – Марьи, Алёнки и Вали. Девчонки из любопытства забираются в корзину воздушного шара, неизвестно откуда появившегося на школьном стадионе, и с этого момента начинается их фантастическое путешествие в незнакомый мир. Шар уносит и бросает в колодец смерча, они разлетаются в разные стороны, чудесным образом остаются невредимыми и попадают на остров, который покажется им волшебным. Сёстры оказываются в разных частях острова, и каждую из них ожидает своя отдельная история приключений.

Глава первая

Воздушный шар

– Ох, и жара! Здорово, что нас сегодня возили на котлован, – сказала Маришка, оглядываясь на своих младших сестёр.

– Ещё бы, не здорово! – ответила Алёна. – Жаль только, нас так редко возят!

– Если бы каждый день, – мечтательно сказала Валюшка. – То я бы научилась хорошо плавать.

– Да, мечтать не вредно, – снисходительно посмотрела на неё Маришка.

Мало того, что она была старше своих сестёр – ей исполнилось двенадцать, Алёнке одиннадцать лет, Валюшке – пять; Маша и ростом, и силой была на все четырнадцать-пятнадцать лет. Она привыкла быть за старшую и потому, всегда чувствовала себя командиром, даже если это и не всем нравилось. Жаркий ветер трепал её яркие, рыжие волосы, непослушными прядями рассыпавшиеся по плечам. Большие, слегка выпуклые, карие глаза, из-за близорукости всегда казались немного удивлёнными. Пунцовые губы вишнями горели на её бледном, как у всех рыжеволосых, лице.

– Ты не отрывайся, давай ручку, а то ещё споткнёшься где-нибудь, упадёшь.

Сказала она сестрёнке, протянув ей руку.

– Отстань, – обиделась Валюшка. – Я не маленькая!

Хотя Валя и была самой младшей, но характер у неё был довольно независимый. Из сестёр, она более всех была похожа на настоящую девочку, какой должна быть девочка, по мнению большинства. Тоненькая, грациозная, с серебристым голоском, с ласковым взглядом светло-серых глаз на нежном, с ангельским выражением, личике, и копной густых, сверкающих волос, упругой, тёмной массой падающих на её хрупкие плечики.

Девчонки возвращались со школьной площадки. Это, что-то вроде летнего лагеря отдыха для детей. Только ходили они туда к девяти часам утра, а уходили после четырёх часов дня.

Навстречу, откуда-то выскочил громадный, лохматый пёс. Валюшка, испуганно попятилась и спряталась за Марью. Алёнка же, радостно заулыбалась и подбежала к собаке, обняла за косматую шею, прижавшись щекой к её довольной морде. К слову, Алёна тоже была довольно рослой, для своего возраста, а угловатыми движениями и поведением похожа на мальчишку. Но, при этом, её лицо, нежного персикового цвета, с розовыми щёками, огромными, синими глазами с густыми темными ресницами, бровями вразлёт, пышные светлые волосы – были будто кукольными. Самое удивительное, Алёнка даже не замечала, что она девочка прехорошенькая и вела себя, как мальчишка.

– Ах ты, мой хороший! Мухтарчик…

– Ты поосторожней, с этим… хорошим, – строго сказала Марья. – А то ещё тяпнет.

– Ну, что ты! – повернула Алёна к сёстрам порозовевшее лицо с сияющими глазами. – Это же мой друг, Мухтар! Ну, посмотри , какой хороший, красивый!

– А, ну тебя, – стараясь быть построже, ответила Маша. – У тебя таких друзей по посёлку, сотни, всех не упомнишь! Пошли домой поскорее, у нас ещё куча дел. Чем быстрее сделаем, тем лучше.

Алёнка, с сожалением, отошла от пса.

– Пока, Мухтар. Да ну тебя Маришка, никуда эти дела не денутся. Сегодня моя очередь мыть полы. Ненавижу делать уборку!

– Подумаешь, ненавидишь! Что толку тянуть, маму только злить. Заставит всё равно делать то, что надо. Ты же знаешь, она у нас беспощадная, не отвертишься.

– Да знаю я, что это бесполезно, – недовольно пробурчала Алёнка. – И знаю, что она на этот счёт говорит.

– И я знаю, – радостно вставила Валя, сделала серьёзное лицо и встала в позу:

– Пусть я буду сейчас требовательной, злой матерью, но вы ещё скажете мне спасибо, когда станете взрослыми.

– Да ты уж, молчи, малявка, – раздражённо оборвала её Маришка. – Ты-то у нас, как птичка-синичка, ничего не делаешь. Только чирикаешь, да скачешь.

– Неправда, – снова обиделась Валя. – Я стараюсь всем помогать, я же не виновата, что мне не разрешают что-нибудь самой делать. Я не виновата.

Голосок её задрожал, на глаза навернулись слёзы.

– Да ладно тебе, из-за всякой ерунды плакать. Вот рёва! – сердито одёрнула её Марья, тут же повернувшись к Алёнке.

– Алён, тебе не нравится убираться, давай меняться? Сегодня моя очередь в магазин идти и посуду мыть. Ты же знаешь, я всегда хорошо убираю, а в магазин терпеть не могу ходить. А ты любишь в магазин ходить, давай меняться…

Алёна подумала немного, нахмурилась:

– Нет, Марья, сегодня мне в магазин неохота! У мамы сейчас денег мало, опять пошлёт за какой-нибудь ерундой, крупа, консервы или ещё какая мелочь. Так в магазин неинтересно ходить, я люблю ходить после зарплаты, когда много денег – можно купить что-то вкусненькое, а себе шоколадку, мама и не заметит.

Марья растерянно посмотрела на Алёнку. Кто бы знал, как она ненавидела ходить по магазинам. Она уже приближалась к тому возрасту, когда начинаешь обращать внимание на свою внешность и была так неуверенна в себе! Ей казалось, что все посмеиваются над её лохматыми рыжими волосами, большим ростом. Она чувствовала себя просто гадким утёнком и потому дичилась и сторонилась тех мест, где было хоть сколько-то народа. Марья не умела притворяться и всё, что она думала, было написано на вытянувшемся лице и глазах, полных отчаяния.

– Алёнушка, ну давай я и уборку сделаю, и посуду помою, а ты только в магазин сходи. Ну, пожалуйста, ведь если за мелочью, то тебе же быстрее будет сходить.

– А так нечестно, – тихо вставила Валюшка. – Я маме скажу, так несправедливо.

– Молчи, ябеда, – сердито оборвала её Алёнка. – Тебе-то, какое дело, ты причём?

Валюшка покраснела и опустила голову:

– Я не ябеда, а это несправедливо и нечестно.

– Да ладно тебе, – примирительно потрепала Валю по плечу Марья. – Тоже мне, ангелочек! Мала ты ещё, многого не понимаешь, подрастёшь – поймёшь! Со всеми такая хорошая – маленькая подлиза! Доживи до наших лет, посмотрим, какой будешь.

Валя вспыхнула:

– Я не подлиза! Это неправда, несправедливо так говорить! – и она заплакала.

– Да оставь ты её! – вмешалась Алёнка. – Домой придёт, маме наябедничает, что мы её обижали.

Валюшка заплакала ещё безутешнее.

– Вот наказание наше, – проворчала Маришка, ей уже было жалко сестрёнку.

Она нагнулась над Валей, взяла её за худенькие плечики и начала нашёптывать:

– Ну, Валюш, не плачь, вот придём домой, я быстренько всё сделаю и будем играть с тобой в принцесс. Я буду наряжать тебя, включим музыку, будем танцевать, а я буду твоим принцем, хорошо?

Валюшка подняла голову, её глаза заблестели сквозь слёзы и она улыбнулась:

– Правда, будем играть? Ты не обманешь?

– Ну, обижаешь, – миролюбиво ответила Маришка. – Когда я тебя обманывала? Ну, пошли девчонки, быстрее.

Девочки прибавили шагу, завернули за школу, вот и школьный стадион, и тут они разом остановились, как вкопанные. В центре стадиона возвышался огромный воздушный шар! Настоящий, как в кино – большой, яркий, но какой-то странный: его купол был обтянут сеткой, густо облепленной ярко-оранжевыми, желтыми и красными листьями, очень похожими на живые. К шару толстыми верёвками была привязана корзина. Девчонки, прямо-таки рты разинули от удивления. Никогда в жизни им не приходилось видеть так близко настоящий, воздушный шар. Некоторое мгновение они стояли, оцепенев от такого потрясения.

Первой молчание нарушила Маришка:

– Интересно, зачем его под осеннее дерево разукрасили? До осени ещё далеко! Давай поближе подойдём, посмотрим.

Девочки подошли ближе.

– Здорово, – восхищённо прошептала Алёнка. – Откуда он взялся, может кино снимать будут? Наверное, это какой-то киношный шпионский шар! Спрячут его в лесу, никто и не заметит. Издалека посмотреть – дерево, как дерево. А если ещё и корзину прикрыть!

– Ну, ты рассмешила, – тоже, почему-то шёпотом, сказала Маришка. – Это у нас, и кино! Кому мы нужны, за три копейки!

Алёнка обошла корзину со всех сторон, потрогала все верёвки и мешочки, потом, внимательно рассматривая верёвочную лестницу, свисавшую из корзины, сказала тихо, как будто сама себе:

– А может, внутрь залезем, посмотрим, как там внутри?

Маришка оглянулась – никого.

– Давай, посмотрим!

– А может не надо? – робко зашептала Валюшка. – Увидят, заругаются.

– Да ладно тебе, трусишка, зайка серенький! Подумаешь, заругаются, ну не побьют же! Как хочешь, можешь рядом постоять, мы просто посмотрим, как там внутри.

– Нет-нет! Я с вами, – испугалась Валюшка и первой полезла по верёвочной лестнице.

– Здорово! – восхищённо воскликнули они хором, когда оказались внутри.

Так же, не сговариваясь, присели на дно, вдруг кто-то увидит, отругает и прогонит, даже рассмотреть хорошенько им не даст. Здесь было просторно, очень чисто, пахло чем-то странным и незнакомым, даже приятным, но видно, что корзина не новая и шёлк на шаре, при ближайшем рассмотрении,

местами даже заштопан. В середине корзины находился плетёный короб с

крышкой. Старшие переглянулись и улыбнулись, поняв друг друга без слов.

– Смотри, Машенька, вот и короб с пирожками, а где медведь? – прыснула Алёнка.

– Да ладно тебе, – улыбнулась Маришка. – Как раз нам только его и не хватает.

Девчонки были так увлечены, что даже и не заметили, как шар покачнулся, и корзина слегка дёрнулась. Когда через некоторое время это повторилось снова, девочки насторожились.

– Это, наверное, ветер, – неуверенно прошептала Марья.

Валюшка, как самая маленькая и незаметная, осторожно выглянула наружу – вокруг никого. Значит, всё же ветер. Но тут, корзина как-то странно накренилась, дёрнулась, потом выровнялась. Девочки разом подскочили, и с ужасом увидели, что они оказались высоко над землёй.

– Может, успеем спрыгнуть? – схватилась Алёнка за край корзины.

– С ума сошла? – крикнула Марья. – Ты что, не видишь, какая высота? Разобьёмся!

Валюшка, вцепившись побелевшими пальчиками в одну из верёвок, с ужасом смотрела на уплывающие под ними улицы. Шар, так стремительно набрал высоту, что девчонкам было без толку звать на помощь. Их всё равно никто бы не услышал, они даже посёлок не успели рассмотреть! Промелькнула внизу коробка железнодорожного вокзала, тоненькая ниточка железной дороги быстро растаяла вдали. И вот – под ними зеленеет бескрайний океан тайги. Но, теперь у них уже не было никакого желания любоваться красотами с высоты птичьего полёта. Девочки, в бессилии, уселись прямо на пол корзины, Алёнка и Валюшка тихо заплакали. Марье тоже было очень страшно, ей хотелось зареветь во весь голос, ругая себя за своё дурацкое любопытство и неосторожность. Но, глядя на перепуганных сестрёнок, она постаралась взять себя в руки и, сдерживаясь изо всех сил, постаралась сказать, как можно беспечнее:

– Ну, рёвушки-коровушки, посмотрите, красота-то какая! Где и когда вы ещё


такое увидите? Да все девчонки и мальчишки, со всей школы, лопнут от зависти, как узнают о нашем путешествии, когда мы вернёмся!

Марья встала к борту корзины и сделала вид, что любуется видом с воздушного шара. Вид, действительно, был потрясающий, захваченная этим зрелищем, она невольно успокоилась и замерла в восхищении. Девочки, увидев, что Марья не притворяется, стоит довольная, воодушевились её уверенностью и тоже стали любоваться тем, что они видели внизу. Да и как не залюбуешься? Их посёлок находился в низине, вокруг него стояла непроходимая тайга, с небольшими речушками и болотами. Их взгляды не привыкли к перспективе, кругом лес, а за лесом, кто его знает, что? А здесь, на шаре, они парили, как птицы, куда не посмотри, необозримые дали, без конца и края. Если попытаться рассмотреть этот край, он уходит и растворяется где-то в голубой дымке.

– А всё-таки, – тихонько, немного осипшим от слёз голосом, сказала Алёна. – Ты говоришь, когда мы вернёмся. А как мы вернёмся?

Марья твёрдо вела свою тактику:

– Как, как! Радостным шагом, с песней и флагом! Вот, смотри, – рассудительно сказала она. – Шар наш летит, почему? Читала, наверное, потому, что воздух в нём тёплый, а как он станет остывать, шар начнёт снижаться. Потом, вовсе на землю опустится. Ну, и ещё, шар-то, наверное, дорогой, много денег стоит, такие на дороге не валяются, его искать будут. И тут обнаружат, что мы пропали. Так что нас искать будут и найдут! Не каждый день пропадают дети, да ещё на воздушном шаре! А если ещё и на вертолёте начнут искать, как такой шар и не заметить?

Марья посмотрела на сестёр, слушая её убедительные слова, те ободрились и как никогда, были рады тому, что с ними рядом командир, с которым не пропадёшь. Она, так старательно подбирала нужные слова утешения, что и сама успокоилась:

– Ничего, девчонки, живы будем, не помрём! Главное, не раскисать, сырость не разводить! И спокойствие, только спокойствие, как говорил великий

Карлсон!

Девчонки переглянулись и рассмеялись. Страх куда-то ушёл, и каждая из них занялась своим делом. Марья начала оглядывать свой летучий корабль, на котором так неожиданно ей пришлось стать капитаном. К сожалению, она не обнаружила, в корзине никаких съестных припасов и ничего похожего на воду. В коробе, в котором предполагались пирожки, кроме пустых плетёных коробок, похожих на шкатулки, ничего не было.

– М-да…– озадаченно протянула она. – Хорошенькое дело, а как это они собирались в путешествие, без воды и без еды? Или просто не успели занести? Да… Похоже, мы скоро, как тот Буратино, будем рады трём корочкам хлеба. А чтобы попить, будем юбками облака ловить.

– Подожди, – перебила её Алёна. – Может плохо искала, дай я поищу.

Алёнка была мастером поисков. Как бы мама ни прятала от них конфеты, чтобы не съели всё сразу, Алёнка могла отыскать всё, что угодно! Но в этот раз и ей не повезло. Нельзя найти то, чего нет. Тут её внимание переключилось на другое:

– Смотрите, девчонки, интересно, это для чего? – она показала на широкий ремень, с мощной пряжкой, странной формы, прикреплённый к одному из бортов.

Марья махнула рукой:

– Алёнка, вечно тебе до всего дело есть! Это, наверное, какая-нибудь страховка, на случай приземления, мало ли, ветер там, сильный. Нам это пока не надо.

Валюшка, тем временем, заворожено смотрела вниз – она и не знала, что за

их посёлком так много речушек, болот, маленьких и больших озёр.

Алёнка, уже не привлекая внимания, занялась обследованием ремня. Она встала спиной вплотную к корзине, прямо в середину ремня, он оказался на уровне её подмышек. Она оглянулась, вытащила из короба несколько коробок и, встав на них, стала затягивать ремень на талии. Потом стала возиться с пряжкой, наконец, поняв, как та застёгивается, довольная, защёлкнула её с громким хлопком. Девчонки даже вздрогнули от неожиданности и, схватившись за края корзины, с недоумением посмотрели друг на друга. В тот же миг, корзину резко тряхнуло, появился какой-то странный свистящий звук, шар затрясло, закачало с неистовой силой. Девочки испугались, в голову всем пришло только одно – шар где-то лопнул и теперь сдувается. Но тут шар закрутило, корзина завертелась, как карусель, всё быстрее и быстрее. Небо потемнело, всё замелькало так, что слилось в какой-то серый, жуткий колодец. Девчонки закричали от страха, ухватившись, за что попало. Проще всего было Алёнке – она была крепко пристёгнута к корзине. Валюшка, из последних сил, цеплялась за верёвку, которая была ближе всего, ещё секунда, и она с криком вылетела из корзины. Марья, не задумываясь, рванулась за ней вслед, одной рукой цепляясь за верёвочную лестницу, другой пытаясь схватить сестрёнку на лету. Но малышка исчезла в страшном круговороте. Марья, обливаясь слезами, ещё боролась со смерчем, стараясь вскарабкаться обратно в корзину, но огромная сила рванула её, и как пылинку потащила куда-то вниз по серому колодцу.

Алёнка громко рыдала, у неё на глазах сестёр унесло страшным смерчем. Как часто, поссорившись, со зла она могла крикнуть им – чтобы вы пропали! А сейчас, сердце её разрывалось от горя и страха за сестёр, о себе она ещё не могла думать…


Глава вторая

Встреча с Дракокотом

Очнулась Валюшка, на чём-то тёплом и мягком. Не раскрывая глаз, она осторожно погладила это тёплое и мягкое – песок. Открыв глаза, девочка с опаской огляделась. Она ожидала увидеть всё ту же бескрайнюю тайгу, и если песок – то, в крайнем случае, речушку или озерцо. Но то, что Валя увидела, просто ошеломило её. Она лежала на песчаном берегу бесконечного моря. Огромный, сверкающий синевой океан неба, смотрел на неё сверху, повторяясь в зеркале воды. Такое она видела только в кино или на картинках. Валюшка не могла понять, как оказалась тут. Она хорошо помнила, что их воздушный шар только что летел над тайгой.

– Ничего себе, куда нас занесло! – подумала она. – Наверное, девчонки где-то рядом упали? – оглянувшись вокруг, никого не увидела. – Надо поискать их!

Валя решительно встала, стряхнув с платья песок, потрясла головой, пытаясь вытряхнуть песок из своей копны волос. Оглядевшись по сторонам, громко позвала сестёр, но ответа не было. Но тут, где-то очень далеко впереди заметила знакомое очертание шара. Он ярким оранжевым пятном выглядывал из зелёной полосы леса.

– Шар! – радостно вскрикнула она. – Девчонки, я здесь! – и побежала вдоль берега.

Валя быстро устала – бежать по песку было очень трудно, она перешла на шаг но, сколько ни шла шар, будто отодвигался всё дальше. Сняв сандалии, она решила идти ближе к воде. Иногда останавливаясь, Валя снова и снова звала сестёр. Прошло какое-то время, Валя уже не помнила, сколько так брела, она очень устала, ей хотелось пить. Казалось – вода вот она, рядом. Искристые волны ласково омывали её усталые ножки. Время от времени она садилась на какой-нибудь прибрежный камень, поближе к воде или вставала в воду на коленки, стараясь освежиться. Плеснув в лицо водой, поняла, что она солёная и для питья не годится. Дальше, где было глубже, она заходить боялась, хотя вода была прозрачной, дно просматривалось, как через стекло. Валя плохо умела плавать, дома негде было этому учиться. Ближайшая к посёлку речка, со смешным названием – Кума, с мутной, ледяной водой, пробегала довольно далеко. Детей изредка возили на маленькое рукотворное озерцо, сделанное на месте бывшего котлована, где выбрали песок. Со временем котлован стал очень похож на озеро, даже рыбу в нём завели, и появилось название, но многие так и называли его, по привычке – котлован. Вот поэтому, сидя на камне или стоя по колено в воде, Валя радовалась, забыв про усталость и страхи, любуясь яркими рыбками, которые словно фантастические бабочки сновали возле её ног. Подальше от берега зеленел лес. Валюша не знала, что ей делать. Войти, под манящую прохладу деревьев, она боялась – вдруг заблудится? Страх перед лесом ей внушали с тех пор, как она была совсем маленькой. Вокруг их посёлка стеной стояла непроходимая тайга, с топкими болотами. Недаром их посёлок назывался, на языке коренных жителей – Медвежий угол. Далеко, далеко – на сотни километров, ни одного города. Было очень легко заблудиться в этом непроходимом лесу, с его завалами и оврагами. Остерегались заходить далеко в лес и многие взрослые. Поэтому сейчас, глядя в сторону весело шелестящей листвы, Валя представляла себе самое худшее. Тут, на берегу, на открытом месте, её могут увидеть, хоть какая-то надежда! А если она потеряется в лесу? И Валя продолжала двигаться дальше, по кромке берега. Наконец девочка с радостью заметила, что шар становится всё ближе и ближе, от этого у неё даже силы прибавились. Но, через некоторое время её ждало жестокое разочарование – увы, то, что она приняла за воздушный шар, оказалось простым деревом. Конечно, очень красивое дерево, с круглой кроной, покрытое ярко-оранжевыми, ароматными цветами, над которыми кружили пчёлы и бабочки. Валя была в отчаянии, она так долго шла к какому-то дереву, надеясь найти сестёр. Ещё немного покричав, девочка обессилено уселась на песок, озираясь по сторонам.

Вокруг был огромный и прекрасный мир, с бездонным небом, ласковым морем, мягким золотистым песком под ногами. Свежий, ароматный ветерок дул со стороны леса, но был таким чужим и поэтому пугающим. Никогда ещё Валюшка не чувствовала себя такой одинокой, беззащитной и маленькой. Как бы она хотела сейчас, чтобы её маленькая рука оказалась в крепкой и надёжной руке Марьи.

– Где они? – грустно думала Валюшка. – Ах, если бы они были рядом. Пусть бы Марья командовала, сколько хочет, – на глаза её навернулись слёзы.

Со стороны леса, доносило пьянящие ароматы.

– Может, попробовать зайти туда ненадолго и недалеко, – подумала Валюша, облизывая пересохшие губы. – Может, я найду там хотя бы воду и тогда буду пить и пить, полдня! Пока не выпью целое ведро! А потом, поесть! Сейчас бы на кухню, я, наверное, съела бы всё-всё. Любой суп, что угодно, я бы точно не стала капризничать. Может, всё же попробовать зайти в лес, совсем немножко, с краю.

В ту минуту, когда она собралась сделать шаг в сторону леса, до её слуха донёсся странный, но очень знакомый звук. Как будто сто кошек, разом замурлыкали от удовольствия, греясь на солнышке. Валюшка остановилась и прислушалась – звук доносился из-за прибрежной скалы.

– А если это какой-нибудь тигр или лев? – испуганно подумала Валя, и её сердечко застучало так громко, что казалось этот стук, заглушил все остальные звуки.

Тихо, на цыпочках, она повернула к лесу, но увидела, как из-за скалы показалась громадная кошачья голова. Девочка замерла на месте, с ужасом глядя на неё.

– Ой, какой огромный тигр! А как похож на кота! Наверное, он меня сейчас съест!

Кошачья голова замерла, с любопытством рассматривая девочку. В свою очередь и Валя во все глаза смотрела на неё. Ей показалось, что голова, хоть и огромная, но выражение у неё было такое добродушное, и совсем не похоже на то, что она собиралась кого-нибудь есть. Но тут, из-за скалы, появились ещё две таких же огромных кошачьих головы. Все три переливались на солнце огненно-рыжей, пушистой шерстью, у всех голов


весело искрились глаза. Вале даже захотелось погладить и потрепать их за ушками. Однако, глядя, какого размера эти ушки, ей расхотелось это делать. Какое-то мгновение все молча, смотрели друг на друга. Потом, одна из голов, наклонившись в сторону Валюшки, громко замурлыкала и в этом мурлыканье она отчётливо услышала человеческую речь:

– Не бойся нас, прелестное дитя, мы не обидим тебя! Откуда ты пришла, одна, без взрослых? По всему видно, ты не из местного племени!

Валюшка вздрогнула:

– Ой! А я и не знала, что тигры умеют разговаривать! – и немного успокоилась. – И как будто совсем не злые! Может, дрессированные?

Она не успела дать ответ, как в разговор, вступил совершенно другой голос:

– Скажи нам, кто ты, как тебя зовут и куда направлен твой путь?

– Я девочка, мне пять лет, зовут Валя. Я попала сюда со своими сёстрами, на шаре, я выпала из корзины. Где они, не знаю, куда я попала, не знаю. Мне страшно, я хочу домой! Я ужасно устала и хочу пить и есть.

Всё Валино мужество, которое заставляло её идти, терпеть жажду и усталость, иссякло, она села на песок и горько заплакала. То, о чём Валя хотела сказать, она только подумала, но не смогла произнести, ни слова, получились одни только всхлипы. В отчаянии, Валя уронила голову на колени, обхватив её руками. Сквозь слёзы, она почувствовала нежное прикосновение чего-то большого и пушистого, теперь уже сто котов замурлыкали рядом. Валя немного успокоилась, хорошенько вытерла мокрые от слёз глаза, и тут же зажмурилась от страха и изумления. Рядом стояло непонятное, просто сказочное существо – гигантского роста, наверное, со слона или выше. У него были странные ноги, сверху драконьи, а внизу, как будто пушистые, мягкие тапочки – кошачьи лапы. Туловище как у драконов из сказок, даже перепончатые крылья, правда, небольшие, топорщились у него на спине. Из этого туловища, на длинных, как у жирафа, шеях торчали три кошачьих головы. Хвост у этого дракона, тоже был кошачий – огромный,

пушистый, переливаясь всеми оттенками золотого, красного и медного, он

даже слепил глаза.

– Ой, кто это?! – опешила Валя. – Что за зверь такой? Прямо, Дракокот какой-то!

Как будто читая мысли Валюшки, Дракокот громко замурлыкал, и она снова ясно услышала слова, обращённые к ней:

– Дракокот, так Дракокот, милая девочка, называй нас, как тебе нравится. Но твои мысли обеспокоили нас. По всему видно, что ты потерялась! Но не волнуйся, придут люди нашего племени и обязательно помогут тебе найти твоих родных. О многом сейчас думать не будем, прежде всего, тебе нужна помощь. Ты изнываешь от жажды и голодна, а это ненормально, тем более для ребёнка, – говорила одна голова.

– Ненормально для любого живого существа, – добавила вторая голова.

– Ах, оставьте разговоры, – сердито перебила их третья голова. – Ребёнок умирает от голода и жажды, а они тут дискуссию устраивают! Её надо напоить, накормить и предоставить возможность хорошо отдохнуть, немедленно!

– Да! – закивали все головы. – Пойдём, девочка, тебе надо поесть и отдохнуть!

– Ведь я не сказала ни слова, – изумлённо думала Валя. – Откуда они знают, о чём я думаю? Они, наверное, слышат мои мысли. А может всё-таки это сон? Я во сне, а во сне всё бывает, так что и удивляться нечему.

И она, как во сне, ни о чём не думая, ничему не удивляясь, пошла за Дракокотом. Несмотря на гигантский рост, Дракокот ступал очень мягко, почти не слышно. Он обогнул скалу, из-за которой недавно наблюдал за Валей. Здесь она увидела большую, круглую площадку. Среди отвесных скал один край площадки выходил на берег моря, противоположный уходил в большое углубление в скале, похожее на пещеру. Посередине этой каменистой площадки бил маленький фонтанчик воды, которая с весёлым журчанием убегала к морю, тоненьким ручейком.

– Вода! – восторженно вскрикнула Валюшка, бросилась к фонтанчику и

присев, с жадностью начала хватать струйку пересохшими губами.

Какая же это была чудесная вода, какая вкусная и сладкая! Она всё пила и пила, не могла напиться. Прохладные брызги освежили её разгорячённое личико, она подставила под струю ладошки и умылась, потом снова с наслаждением припала к воде. Никогда в жизни, Валюшка не могла и подумать о том, какое это огромное счастье, быть рядом с чистой, холодной водой. Дракокот стоял рядом и сочувственно покачивал головами.

– Какой ужас, несчастный ребёнок, – сказала одна голова. – Сколько же ей пришлось терпеть жажду, чтобы так наброситься на воду?

– Да, да, ах она бедняжка, как она измучена! – сказала вторая.

– Да подождите вы охать, – вмешалась третья. – Как бы такое количество холодной воды не наделало ей вреда. К тому же, одной водой сыт не будешь, её надо накормить.

– Ва-ля! Девочка, – громко замурлыкали головы. – Хватит пить холодную воду, сделай передышку, как бы ты не навредила себе, разве можно пить так много?

Валюшка, как будто услышала мамин голос:

– Валюша, не пей холодную воду, заболеешь!

Девочка неохотно отошла от фонтанчика.

– Ва-ля, – ласково уговаривала одна из голов. – Не огорчайся, вода от тебя никуда не денется, тебе сейчас нужно поесть. Пойдём, вот здесь, в нише, люди нашего племени оставляют еду для меня и для себя. Они приходят сюда ловить рыбу

Валя внимательно рассматривала то, что ей предложили поесть. Что-то, похожее на тыкву, какие-то фрукты, или овощи, тоже незнакомого вида. Она с опаской потрогала каждый из них, понюхала. Взяла нечто, напоминающее помидор, или лиловую сливу с перламутровым блеском на тонкой кожице, осторожно надкусила его упругую мякоть. Вкус оказался совершенно незнакомым, неожиданным, но очень приятным, напоминавшим аромат и вкус спелой вишни.

Дракокот некоторое время с любопытством наблюдал за девочкой.

– Бедное дитя! – воскликнула первая голова. – Ей совсем не знакома наша еда, она может остаться голодной, бедняжка!

– Подожди, подожди, детка. Сейчас мы объясним тебе, что это такое, как и с чем что есть, – заспешила вторая голова.

– Да успокойтесь вы! Совсем ребёнка задёргали, – заворчала третья голова.

– Слушай, девочка, – спокойно и ласково обратилась она к Вале. – Самая главная еда нашего племени, без которой почти никогда не обходятся – это макуя.

Дракокот выкатил одну из тыкв, на ровную поверхность площадки.

– Нужно снять с неё верх, так делают люди нашего племени. Мы же приловчились делать это по-своему, смотри, – и он ловко подбросил тыкву так, что она, ударившись о каменную поверхность, раскололась ровно на две половинки. Они упали рядом, как две большие миски. С такой же ловкостью он расколол ещё одну тыкву, и вот перед ними уже четыре миски. Одну из них он подвинул Валюшке.

– Приятного аппетита!

Валя с недоверием заглянула в неё – там было, что-то вроде густой, молочной каши с комочками. Запах был чудесный! Она осторожно взяла маленький комочек, оглянулась на Дракокота, все его три головы уже склонились над мисками, урча от удовольствия. Валя решительно отправила комочек в рот и после этого уже не раздумывала ни о чём. Она придвинула миску к себе поближе и сидя на коленках, стала уплетать кашу с таким же наслаждением и жадностью, с каким только недавно набросилась на воду из фонтанчика.

Все три головы Дракокота с умилением наблюдая за этой сценой, благодушно замурлыкали.

– Ну вот, теперь можно поесть и фрукты.

Валюша, сытая и разморенная слушала, как головы Дракокота подробно объясняли ей названия фруктов, когда, как и с чем их едят. Она, уже полусонная пробовала последний фрукт, когда глядя на её слипающиеся, сонные глаза, головы Дракокота ласково промурлыкали:

– Ну вот, девочка, ты и сыта. Теперь умойся и тебе нужно отдохнуть.

Валюша послушно побрела к фонтанчику, вымыла липкие от сладких фруктов руки, умыла лицо, но прохладная вода не взбодрила её. Теперь, больше всего на свете ей хотелось спать.

– Сюда, сюда, – позвал её Дракокот. – Пока придут люди нашего племени, отдохни вот здесь, в тени, – тихо, почти не перебивая друг друга, говорили головы. – Вот здесь, в глубине пещеры, на нашем хвосте. Все, и дети, и взрослые, любят отдыхать на нём. И мы заодно отдохнём.

Валя, уже ничему не удивлялась и не перечила, с Дракокотом ей было также хорошо и спокойно, как с мамой. Она зарылась в огромный, пушистый хвост Дракокота, как будто улеглась на мягкий диван, с меховым покрывалом. Ах, как тепло и уютно было на этом «диване», который ещё убаюкивая, покачивался.

– Надо будет девочек искать, – в полусне подумала Валюшка. – Ах, если бы сюда Алёнку! Она с этим Дракокотом, наверное, никогда бы не расставалась. И всё-таки, кто же он? Кот или дракон? Наверное, больше кот, а, какая разница…

Едва слышно шумели волны, откуда-то относилось пение птиц. Ласковый ветерок с моря освежал её личико. Сладкая дрёма окутала Валю и она заснула тихим, безмятежным сном.


Глава третья

Полет на слоне

Марья пришла в себя, и хотя её зарёванные глаза были крепко зажмурены, она почувствовала, что вокруг неё всё изменилось.

Она сидела на чём-то мягком и удобном. Утих свирепый ветер и самое главное, исчез этот ужасный, чудовищный свист, разрывающий уши. Вместо этих пугающих звуков, она услышала крики чаек и мерный шелест, как от взмахов больших крыльев.

Марья осторожно открыла глаза и, тут же постаралась их тщательно протереть. Она была в удобном кресле, изящного плетения, закреплённом на спине слона! Самое удивительное, этот слон, размахивая огромными ушами, парил в воздухе, как птица, мало того, он ещё был необычного синего цвета!

– Уф, слава Богу! – обрадовалась Марья, облегчённо вздохнув. – Это был сон! И теперь новый сон.

Ей и раньше снились забавные, яркие сны, в которых она, как будто просыпалась и знала, что это сон и, если он ей нравился, то хотела, чтобы этот сон длился, как можно дольше, а если он ей не нравился, то желала поскорее проснуться.

И сейчас, с комфортом устроившись в просторном кресле, она весело разглядывала слона, на котором летела. Рядом летели ещё два слона, на их спинах был закреплён груз, иногда они перекликались на своём «слоновьем» языке. Марья однажды видела слонов в зоопарке, и, конечно на картинках и по телевизору. Но, эти слоны, были совершенно необыкновенными! То, что они были ярко-синего цвета – это было ещё ничего, что поразило Марью – у этих слонов были чудесные глаза! Они не были маленькими и глубоко посаженными, как у обычных слонов, глаза у них были большие, широко распахнутые, ярко-голубого цвета, с длинными и пушистыми ресницами. Эти удивительные глаза смотрели так весело и просто искрились озорством. Кожа слонов тоже отличалась от обычной слоновьей кожи, не только цветом


– она была гладкая и блестящая. И, конечно, самое удивительное, это огромные уши, которыми слоны взмахивали, как мощными крыльями!

Марья посмотрела вниз. Они летели над морем, и довольно низко. Девочка замерла в восхищении, как заворожённая. Море было прекрасно! Оно безмятежно искрилось, переливаясь изумрудными волнами в лучах, уже не жаркого, ласкового вечернего солнца. Лёгкий, освежающий ветер высушил её мокрые глаза, растрепал, и без того взлохмаченные волосы, но девочка не обращала на это никакого внимания.

– Вот это сон! Как только такое могло присниться?!

Марья никогда не была на море. Конечно, видела в кино, но это было, совершенно другое! А тут вдруг, вот так, всё как наяву!

– Ну, как проснусь, девчонкам расскажу! Только бы этот сон подольше не кончался. Тот, про смерч, был жутким, а этот – просто удивительный, пусть будет как можно дольше.

Вдруг, среди волн, она увидела дельфинов, и чуть не выпрыгнула из кресла от восторга, прямо в море.

– Настоящие дельфины! Какой чудесный сон!

Дельфины, плывшие от показавшегося на горизонте берега, развернулись обратно. Но, вот поравнявшись с ними, Марья разглядела, что на спинах многих из них сидят загорелые дети, хохочут и что-то весело кричат. Шелест волн, посвистывание дельфинов, весёлые крики детей и слонов – всё это смешалось в какую-то праздничную, ликующую музыку. Марья, ошеломлённая таким потоком впечатлений, вдыхая полной грудью чудесный воздух моря, подставила лицо навстречу бодрящему ветру и была почти счастлива. Только одного ей не хватало – чтобы рядом с ней был тот, кто разделил бы её восторги.

– Ах, какой чудесный сон! Только бы он длился как можно дольше,– повторяла она про себя, с упоением.

Вот и дельфины остались далеко позади. Вдруг она заметила, со стороны берега что-то летит. Вот уже Марья смогла разглядеть, что это люди! Вытянув вперёд руки, они летели по воздуху, как обычно летают супергерои в мультиках.

– Да! Как это мне сразу в голову не пришло! – Марья даже рассмеялась.

– Ведь это сон!

А сколько раз во сне она точно так же летала? Радостно и поспешно вскочив на ноги, она вытянула руки вперёд и выпрыгнула из кресла. Но, увы, полёт не получился, Марья камнем полетела вниз – прямо в море. Она врезалась в воду, как снаряд, и сразу заработала руками и ногами, пытаясь выбраться на поверхность. Девочка наглоталась воды, ей не хватало воздуха и сил барахтаться дальше, сознание её помутилось. Но тут, кто-то сильный, подхватил её сзади и потащил наверх. Очнулась Марья снова в кресле, на слоне. Над ней склонилось встревоженное лицо незнакомой девушки. Она что-то спрашивала, но Марья ничего не понимала.

– Как же мне плохо! – подумала она. – Ничего не соображаю, что она говорит!

Девушка облегчённо вздохнула и взяла Марью за руку:

– Ну, как ты? – участливо спросила она. – И с чего это тебе вздумалось прыгать в море с такой высоты?

Рядом с девушкой, на спинке кресла, сидел парень и, тоже, с тревогой и участием смотрел на Марью.

– Ты нас напугала, девочка, хорошо, что Мон сказал мне, что ты не из амфибий. Ведь ты могла утонуть! – взволнованно сказал он.

Марья, молча, смотрела на них и пыталась собраться с мыслями.

– Это не сон!! – боль в груди, мокрые волосы, резь и першение в носу и горле, говорило об этом. Значит, всё происходит на самом деле. Воздушный шар, страшный смерч и сестрёнка, которую она не смогла спасти, всё это было на самом деле! Слёзы навернулись на глаза, горло сдавило, горестное отчаяние разрывало грудь.

– Ну, что ты, успокойся, всё позади, – ласково сказала ей девушка. – Всё хорошо, ты в безопасности, – она бережно укрыла мокрые волосы девочки краем лёгкого, пушистого покрывала, села поближе и обняла.

Марья только сейчас заметила, что её мокрое платье висит на спинке кресла,

а сама она укутана этим покрывалом.

– Это не сон, – только и смогла прошептать Марья, и слёзы хлынули из её глаз.

– Сон? Какой сон? – удивилась девушка. – Вот, возьми, попей, – и она протянула девочке кувшин, который достала из плетеного ящика, за креслом.

Марья, всхлипывая, сделала несколько глотков и понемногу успокоилась.

– Ну, что? – улыбнулся ей парень. – Теперь будем знакомиться, маленькая путешественница? Меня зовут Ра.

– Меня Ио, – сказала девушка. – А тебя как зовут?

– Марья, – тихо, ещё хрипло, ответила девочка.

– Марья? Какое странное имя, – переглянулись Ио и Ра.

– Так ты нам расскажешь, что с тобой приключилось, и как ты оказалась здесь?

Марья, сначала сбивчиво, потом всё увереннее начала рассказывать о том, что произошло. Как она с сёстрами шла домой, как они увидели воздушный шар, как забрались в него, и что было потом, когда они взлетели. Ио и Ра внимательно слушали. Марья рассказала, как они все испугались, когда шар поднялся в воздух, как она постаралась не показать свой страх, чтобы успокоить сестёр. Рассказала о страшном смерче, вдруг налетевшем на шар, как она не смогла удержать сестрёнку, и как вылетела сама, вслед за ней. При последних словах слёзы снова навернулись у неё на глаза, и голос задрожал.

Ио молча, взяла Марью за руку, несколько секунд подержала её в своих ладонях, облегчённо вздохнув, улыбнулась ей.

– Не волнуйся, с твоими сёстрами всё в порядке. Им ничто не угрожает.

– Откуда ты знаешь? – недоверчиво спросила Марья.

– Верь мне, я знаю, что говорю.

– Марья, не тревожься за своих сестёр, мы обязательно найдём их, – спокойно и уверенно заговорил Ра, глядя ей в глаза. – Вот увидишь, всё будет хорошо. Можешь быть уверена, что злоключения твои закончились. Ты наша гостья и теперь будешь под нашим покровительством. Тебе столько испытаний выпало за этот день. Но ты вела себя очень мужественно – ты достойна восхищения!

Ио тоже посмотрела на девочку с уважением. Такие похвалы были так непривычны для Марьи, что она ужасно смутилась и покраснела.

– Да ладно вам, – пробурчала она. – Ерунда, какая.

Чтобы сменить тему, она спросила Ра:

– Лучше объясни мне, что ты там говорил про какого-то Мона и амфибий? Я ничего не поняла. Это ты о ком?

Ра улыбнулся.

– Кто такой Мон? Это слон, на котором мы сидим. Когда издалека мы увидели тебя на Моне, и потом, когда ты прыгнула в воду, мы думали, что ты с другой стороны острова, от амфибий, но Мон сказал, что ты не от них, тогда мы поняли, что тебя надо спасать.

– А кто такие амфибии? – снова спросила Марья.

– Амфибии, такой же народ, как и мы, только в своё время, они поселились на другой стороне острова. Называются они амфибиями, потому, что могут находиться сколько угодно времени под водой и на суше. Мы тоже отлично плаваем и на воде, и под водой, но до их уровня нам далеко. У нас больше успехов в искусстве полётов, поэтому наш народ называется – аэры.

Во время разговора Марья украдкой рассматривала и девушку, и парня. Они были очень высокого роста, особенно парень, таких высоких людей Марья, пожалуй, не встречала. Оба прекрасно сложены, у них была светлая, с лёгким золотистым загаром, кожа. Большие, лучистые глаза, похожие на изумруды, пушистые, длинные ресницы, густые брови вразлёт и роскошные светло-русые волосы. Только у парня волосы были где-то ниже лопаток и завязаны в хвост, шнуром, а у девушки волосы собраны в замысловатую причёску. Они были в коротких туниках: у девушки персикового цвета, а у парня – бежевая, почти белая, на талии туники были перехвачены яркой тесьмой, в несколько рядов. На руках браслеты, ожерелья из очень красивых камешков на шеях – они были похожи как брат и сестра. И только особые интонации, и взгляды друг на друга указывали на то, что это не так. Марья с завистью посмотрела на руки девушки – они были такими красивыми, ухоженными, с розовыми, блестящими ногтями. И спрятала свои руки, с обломанными ногтями и заусеницами.

– И всё-таки, куда я попала? – мучительно думала она. – Никогда я не слышала о таких людях и слонах. А может, не успела? Может, ещё будем проходить в школе, на географии? Действительно! На дворе конец двадцатого века, уже девяносто первый год! Мало ли, что бывает на земле? Вообще-то, надо было почаще в библиотеку ходить, энциклопедии там всякие просматривать, а то сижу тут дура дурой – даже не знаю, куда и к кому я попала. А вот образованный человек уж точно понял бы, где он находится.

Она продолжала рассматривать девушку и парня, старательно перетряхивая в своей памяти те знания, которые как-нибудь пригодились бы в её наблюдениях.

– Вот, одежда у них точно похожа на одежду древних римлян – это я помню. В кино и в учебниках видела. А как они ведут себя! А ещё и летают!

Никогда Марья не видела таких красивых людей. Она пыталась понять, в чём была их красота? Вот взять журналы мод – там снимки очень красивых девушек, похожих на манекены, с пустыми холодными глазами, вычурными позами. А здесь совсем другое – от этой пары как будто лился свет, свет от лучистых глаз, от приветливых улыбок. Во всех их движениях, тембре голоса было такое обаяние доброты, уверенности, какой-то лучезарной радости, от всего, что они видят. Марья вспомнила, кого напоминает ей эта пара – то ли святых, то ли ангелов на старинных картинах.

– Ну, вот и наш остров, – прервал её размышления Ра. – Сейчас ты пойдёшь с Ио в грот очищения, а я пока разберусь с грузом. Встретимся за ужином.

С этими словами он полетел к соседнему слону.


Глава четвертая

Мышляндия

Алёнка, крепко пристёгнутая ремнём к борту корзины воздушного шара, осталась одна. Обессиленная и опустошённая от страха и слёз, она обвисла на ремне, вцепившись в пряжку побелевшими пальцами. Крепко зажмурив глаза, чтобы не видеть страшный колодец смерча, она буквально оцепенела, в ожидании ужасного конца. Но, через некоторое время Алёнка почувствовала, что ветер стих, исчез зловещий свист, который так напугал их с самого начала, корзина мягко опустилась на землю. Девочка открыла глаза, с надеждой и опаской посмотрела на небо – оно было безмятежно лучезарным. Она приободрилась и поспешно стала расстёгивать, непослушными от волнения пальцами, пряжку ремня.

– Поскорее надо выбираться из этой чёртовой корзины, пока опять куда-нибудь не утащило, – лихорадочно думала Алёнка.

Наконец, освободившись, от ремня, она торопливо вскарабкалась на борт и, не глядя по сторонам, так же поспешно стала спускаться по верёвочной лестнице, переведя дыхание только тогда, когда твёрдо стояла на земле.

– Ну, вот, теперь можно и оглядеться, – подумала Алёна, поворачиваясь спиной к корзине.

Но, обернувшись, она замерла от удивления. Шар, на котором она прилетела, приземлился прямо в центре огромной площади, вымощенной зеркально гладкими плитами серого цвета с чёрной каймой, поэтому напоминала гигантский лист тетради в клеточку. Посередине площадь была пересечена широкой, красной полосой. Вокруг шара, строго по клеточкам, выстроились – кто бы вы думали? Мыши! Да-да, именно мыши, правда, ростом с трёхлетнего ребёнка. Белые мыши, с большими розовыми ушами и круглыми бусинками глаз, ярко-голубого цвета, с длинными белыми ресницами. Розовую кнопку носа дополняли пушистые усики. У всех мышей на шее были одинаковые чёрные ошейники, на которых написаны белые длинные ряды цифр. На талиях у всех – одинаковые чёрные ремни, на которых висели не то большие чёрные кошельки, не то маленькие сумочки. Каждая мышь


прижимала к себе деревянное копьё, похожее на школьную указку, они

стояли на задних лапках, неестественно, строго навытяжку, как игрушечные солдатики.

– Какие хорошенькие! – восторженно подумала Алёнка. – Ну, прямо, как живые! Интересно, из чего их сделали?

Ей ужасно захотелось потрогать их руками, потискать. Но, она ещё внимательнее осмотрелась вокруг.

– Может это музейные экспонаты, тронешь руками – крику не оберёшься. Или, может, это съёмочная площадка, для какой-нибудь сказки? Куда же это я, в конце концов, попала? Опять киношные штучки? Ну, прямо мне везёт сегодня, не одно, так другое. Сначала, этот шар, откуда он только взялся, а теперь вот это. Но, где же люди? Надо же поскорее рассказать всем, что случилось! – она поторопилась вперёд, собираясь аккуратно перешагнуть через эту забавную, как ей показалось, преграду.

В тот же миг все мыши запищали и ощетинили свои копья. От неожиданности Алёнка вскрикнула и отскочила обратно к воздушному шару. Прижавшись спиной к борту корзины, она с изумлением уставилась на мышей:

– Это, что ещё за штучки! Ничего себе, игрушечки! – рассердилась она. – Они, что, заводные? Или… Неужели живые, настоящие?! И чего это они на меня набросились? Может, испугались?

Вихрь мыслей кружился у неё в голове, она пыталась понять, что же всё-таки произошло.

Алёнка обожала всех животных, без исключения. В посёлке, даже самые злые собаки были её закадычными друзьями. Все коты и кошки, едва заметив её на улице, бежали к ней приластиться. На местной ферме жили несколько лошадей, после трудового дня их отпускали прогуляться, и ни одна лошадь не проходила мимо прежде, чем Алёнка обнимет каждую, приласкает, потреплет шею и покормит хлебом с солью. Стать ветеринаром, чтобы лечить всех животных, было голубой мечтой Алёнки. Вот и сейчас, глаза её загорелись, на щеках вспыхнул румянец.

– Живые, настоящие! Я ещё таких никогда не видела! – она присела на корточки, как обычно присаживалась, заводя знакомство с кошками и собаками.

Добрая улыбка заиграла на её губах, в голубых глазах сияли тёплые искорки, она протянула руку навстречу ощетинившимся мышам, тихо и ласково приговаривая:

– Ах, вы мои хорошие, вы чего такие сердитые? Мои маленькие ушастики, пушистики. И кто это вас обижал, что вы так боитесь? Не бойтесь меня, мои беленькие, я вас не обижу!

Мыши продолжали стоять с копьями наперевес, растерянно хлопая белыми ресницами. Алёнка продолжала наступление, всё так же ласково приговаривая, она обратилась к толстенькому мышонку, который чем-то понравился ей больше всех:

– Ой, какой хорошенький пушистик, ах, какие у нас розовые ушки, какие милые глазки! Ну, иди ко мне, мой беленький, иди, не бойся!

Мышонок ужасно смутился и не знал, куда деваться от столь пристального внимания. Он громко засопел, его уши из розовых, стали пунцовыми. Он не знал, куда спрятать свои глазки, и поэтому уставился куда-то в сторону.

Тут Алёна услышала странный, приближающийся к ней шум. Она выпрямилась и посмотрела в сторону, откуда он доносился. С другого конца площади медленно и торжественно приближалась какая-то процессия. Выстроившись правильным квадратом, маршировали точно такие мыши, которые были возле шара. Посредине квадрата с десяток мышей несли белое кресло, на длинных шестах, в нём восседала большая белая крыса, в пушистой накидке. Когда вся эта компания приблизилась, все мыши – и те, что охраняли шар, и те, которые подошли – разом запищали, постучали копьями и быстро перестроились в коридор, в котором остались напротив друг друга – девочка и крыса, важно восседавшая в кресле.

– Что-то не нравится мне эта противная физиономия, – подумала Алёна, внимательно разглядывая, эту, по всей видимости, очень важную персону.

Крыса, в свою очередь, так и сверлила её чёрными глазками-буравчиками.

– Какая подозрительная крыса, кого-то она мне напоминает, – думала Алёна. – Не похожа она на дрессированную. Вон, так и буравит меня своими глазками, словно что-то замышляет. Странная у неё физиономия, как будто мукой присыпанная, а какая злющая! Удивительно, как это её птицы не боятся?

У крысы, на её сгорбленных плечах, сидели две маленькие птички, похожие на канареек – своим ярким, лимонно-жёлтым оперением. Только хвостики у них были длиннее и пушистее, а на голове топорщились маленькие хохолки.

Вдруг, одна из пичуг, вспорхнула и изящно спланировав, уселась на плечо Алёнки.

– Какая прелесть!

Алёнка сразу повеселела и попыталась бережно приласкать птичку. В этот момент, почти одновременно, птички запели, словно зажурчал ручеёк. В этом журчании Алёнка словно услышала чей-то довольно противный, скрипучий голос.

– Зачем ты здесь, о могучий воин, из племени врагов? Ты прилетел к нам под этим летающим куполом, чтобы погубить нашу великую и прекрасную страну?

Алёнка остолбенела от неожиданности. Как часто, воркуя со своими друзьями – кошками, собаками, она огорчалась, что они не могут ей ответить на её же языке, так как была уверена, что они всё понимают, только отвечают по-своему. А тут, явно с ней разговаривает вот эта самая, подозрительная крыса.

– Тут динамики где-то пристроены? Или меня разыгрывают? Может, хотят посмеяться надо мной? – она внимательно огляделась по сторонам.

– Что же ты молчишь? Ответь мне и моему народу, о могучий великан! – снова проскрипел всё тот же голос.

Глаза Алёнки остановились на крысе – похоже голос доносился с её стороны,

именно эта крыса и разговаривает.

– А это, значит, тот самый народ, которому нужно что-то ответить, – она оглянулась на ряды мышей, которые все, как один, смотрели на неё.

– Так, надо успокоиться и подумать, что сказать, – стала размышлять Алёнка.

– Что он там бормотал? Это я-то великан, да ещё и могучий? Очень интересно.

Для своего возраста она была, конечно, довольно рослой девочкой, но не великаном! А спутать её с мужчиной, или даже мальчиком, с её кукольным лицом было, по меньшей мере, смешно.

– И что это за глупости он говорит? – старалась собраться с мыслями Алёнка. – Конечно, если подумать, – рассуждала она. – Я тоже не знаю, кто из них мальчики, кто девочки. Если по росту судить, то да, я рядом с ними, точно великан. Но почему – воин? Может от того, что они принимают меня за какого-то шпиона? Ну и пусть думают, что хотят! Но вот насчёт всего остального… Это, про каких таких врагов говорит эта крыска?

Она хорошенько подумала, прежде чем ответить. Потом, выпалила всё разом:

– Я вообще, здесь совершенно случайно. Никакой я вам не враг, с чего это вы так решили? Я вовсе не собираюсь делать вам что-нибудь, плохое. Мне только нужно найти своих сестёр и отправиться обратно, домой. Больше мне ничего не надо!

Пока Алёнка говорила это крысе, птички снова, зажурчали.

– Ага! – догадалась Алёнка. – Да они тут за переводчиков!

Крыса, тем временем, внимательно слушала девочку, продолжая сверлить её колючим взглядом. Наконец она сказала:

– Ты говоришь правду, о воин! Так говорят те, кто чувствует и понимает всех. Ты хорошо сделал, что не солгал, потому, что их нельзя обмануть, – и он погладил птичку, сидевшую на его плече.

– А я и не собираюсь никого обманывать! – рассердилась Алёнка. – Очень надо! Если я из чужих краёв то, почему это, обязательно из племени врагов? И, чего ради мне надо губить вашу страну?

Алёнка, обычно не очень любила задавать вопросы, и много говорить, она предпочитала слушать и наблюдать. Но, в этот раз, странные обвинения крысы задели её за живое.

– Не горячись, великан, ты говоришь правду, – пыталась смягчить разговор крыса. – Вот потому, что ты из очень далёких краёв, ты и не знаешь, что вокруг нашей страны Мышляндии – одни враги, они спят и видят, как бы погубить нашу прекрасную страну! Поэтому мы приняли тебя за вражеского лазутчика. Ты прилетел к нам, на таком странном сооружении, издалека, наверное, в вашей стране полно таких средств передвижения, и ваши воины летают только на них?

Алёнка прыснула:

– Ну, что вы, это так, киношные штучки! Это всё устарело, сто лет назад. У нас сейчас совсем другая, современная техника – реактивные самолёты, это как огромные железные птицы, внутри которых можно лететь очень далеко и высоко, выше облаков. Ну, ещё ракеты, вертолёты, на земле разная техника, а у военных вообще своя техника – танки, оружие, да много чего, это надо очень долго рассказывать. Если, конечно вас это интересует. А вы, вообще, кто, извините? Как к вам обращаться?

Она устала теряться в догадках, с кем разговаривает – с крысой, крысом, и вообще, с кем?

– Гасыо, первый из охраны государства, – не задумываясь, почти механически, пробормотала крыса.

– А, – облегчённо подумала Алёнка. – Всё-таки, это крыс! А то никак не пойму. Ну, наверное, все эти охранники, тоже мальчики.

Тем временем, крыс, переосмысливал полученную информацию. Ещё когда он внимательно слушал девочку, глазки у него загорелись, казалось, они вот-вот выпрыгнут из орбит. Многое, о чём говорил пришелец, было ему непонятно, но одно он понял – перед ним стоял представитель могучего племени и высокой цивилизации.

– Нужно, во что бы то ни стало, взять этого пришельца в союзники, пусть

хотя бы временно! – соображал крыс. – Изучить и научиться строить подобные летающие корзины, управлять ими.

Крыс, даже лапки потёр от удовольствия, такие заманчивые перспективы нарисовались в его воображении.

– Надо постараться подружиться с этим великаном, похоже, это будет не так уж трудно. Он добрый, и хитрости в нём нет. Это облегчит задачу. Ну, что же, будем налаживать контакты с новой цивилизацией, – думал крыс.

Приняв такое решение, он сразу изменился так, как будто поменял маску – физиономия его приняла такое благодушное, приветливое выражение, она просто источала мёд и сахар. Повернувшись, он что-то запищал своей мышиной охране, и те радостно запищали в ответ, замахали свободными лапками и застучали копьями по плитам. Потом крыс снова обратился к Алёнке, но теперь уже почтительно и торжественно:

– О, Великий, могучий представитель великого племени! Приветствуем тебя на нашей земле и надеемся, что в твоём лице мы обретём друга! А теперь, мы просим тебя подождать прихода вождя нашей Мышляндии. Тебя ждёт торжественная встреча.

Алёнка была сбита с толку такой резкой переменой в поведении крыса.

– И чего это с ним вдруг стало? Прямо, как подменили, – и тут она вспомнила, кого же напоминал этот крыс – Директора школы! Даже его фамилия была похожа на имя этого крыса! И такой же, сам улыбается, а глаза злющие-презлющие! Что там этот Гасыо говорит, что за торжественная встреча, разве я такая важная персона? Наверное, это потому, что они считают меня воином? Стали бы они приглашать какую-то девчонку! Да, пусть так и считают, воин, так воин, а там видно будет. И какой ещё там вождь у них? Наверное, самый главный, а я-то думала, что этот крыс и есть главный, – размышляла Алёнка.

– А разве вы не самый главный? Разве не главнее этого вождя, с которым мне надо встречаться? – спросила она, глядя прямо в сияющие глазки крыса.

Тот, оторопев, посмотрел на девочку, но быстро справившись с собой,

приосанился и благодушно ответил:

– Ну, что ты, как можно было так подумать! Я, лишь скромный слуга в первой охране государства. Моё имя почти никто не знает, так мало оно значит в нашей стране. И, я, Гасыо, – с вежливым поклоном продолжил он. – Всегда к твоим услугам, наш уважаемый гость. Не мог бы ты сказать своё имя, или номер?

– Про номер я не знаю, а зовут меня Алёнка, – ответила девочка.

Крыс, тут же, скрипуче запищал:

– Слава, великому путешественнику, Алёнка!

Мыши снова застучали копьями и запищали. Тем временем, к Гасыо подбежал маленький мышонок и, что-то прошептал ему на ухо. Крыс кивнул и, повернувшись к Алёнке, подобострастно поклонился и сказал:

– О, Великий Воин, к сожалению, торжественная встреча с главой государства не может состояться сегодня, потому что он очень занят государственными делами. Прошу простить нас за оплошность и пока смею предложить тебе, отдохнуть с дороги и поужинать, наверное, ты устал и проголодался. А уж завтра, состоится торжественная встреча. Ты согласен с нашим предложением, о, Воин?

– Хорошо, хорошо, – сказала Алёнка, и подумала: – И чего они ещё там напридумывали, какие-то встречи торжественные. Хотя, наверное, это будет интересно, забавнее, чем в цирке. Но, это будет завтра, а вот сегодня, сейчас, что-то правда есть хочется, а тут напомнили об ужине, ещё больше захотелось.

Мыши перестроились, крыс подал знак своим носильщикам и приглашающим жестом указал Алёне дорогу. Они двинулись по площади, в сопровождении многочисленной охраны. Алёнка старалась идти, как можно медленнее, в этом торжественном шествии. Для неё это было довольно трудно, так как она привыкла, почти всегда, бегать вприпрыжку. Чинно бредя рядом с носилками крыса, разглядывая всё вокруг, она думала:

– Чем это, интересно, эти мышаны собираются меня кормить? Надеюсь, не

какими-то там зёрнами, или чем ещё они питаются?

Но тут вся процессия остановилась у самого края площади, перед огромной статуей здоровенной, толстой мыши, из белого камня.

– Слава, Великому первому! – вытянувшись, запищали все мыши.

Гасыо, привстал со своего кресла, подобострастно задрав нос и приподняв лапку, и тоже, скрипуче пропищал: – Слава, Великому первому!

Мыши, вытянувшись и подняв лапки, торжественным шагом, прошли мимо статуи. Видя недоумение Алёнки крыс, негромко объяснил ей ситуацию:

– Это памятник Великому Первому, основателю нашего могучего государства, мы всегда отдаём ему почести. Я обязательно расскажу об этой выдающейся личности, попозже. Сейчас нам надо поспешить на место твоего отдыха, до захода солнца.

Он дал знак своей свите, чтобы те прибавили шагу.


Глава пятая

Знакомство с амфибиями

Проснувшись, Валюшка потянулась, как котёнок и, уже хотела соскочить с кровати, бежать к маме и девчонкам, чтобы рассказать, какой невероятный сон ей приснился. Но, услышала тихий разговор – так обычно разговаривают взрослые, когда не хотят кого-нибудь разбудить.

– Кто-то к нам пришёл с утра! – прислушиваясь, подумала Валя и открыла глаза.

И что же? Она опять была всё в том же сне! Тот же, тёплый, рыжий и пушистый диван, из гигантского хвоста, и три огромные, кошачьи головы, отвернувшись от неё, склонившись друг к другу, тихонько вели разговор между собой.

– И всё-таки, это не сон, – подумала Валя. – Разве сны бывают такими длинными? Продолжая лежать в своей тёплой постели, прислушалась к разговору.

Одна из голов, мечтательно вздохнула, глядя куда-то вдаль, промурлыкала:

– Ах, леди, она такая возвышенная, изысканная, утончённая, куда мне до неё. Если честно, мне даже думать о ней страшно, не говоря уже о том, чтобы подойти, заговорить, признаться в своих чувствах. Хотя, впрочем, – грустно вздохнула голова снова. – Может, я просто нафантазировал, напридумывал её образ и она, вовсе не такая, о какой я мечтаю… Может быть, просто мне самому хочется думать и мечтать о ней, как об особенной!

– Да, брось ты, философ, хандрить! – перебила его другая голова:– Такая, не такая… Как ты любишь всё усложнить. Ничего не скажешь, умеешь ты оправдывать своё имя – Философ, и есть философ во всём и всегда. А по мне, так поскорее бы встретиться с моей, ненаглядной зажигалкой! Уж нам с ней было бы не до философии. Ух мы бы и позажигали, и было бы не до скуки, и философских реверансов. Я, как вспомню её горящие глазки, просто хочется плясать и прыгать до луны!

Третья голова иронично фыркнула:

– Какой же ты, затейник, всё-таки баламут! Всё тебе прыгать, да резвиться. А у тебя, Философ, на уме одни лишь фантазии, да заумная болтовня. И ваши подружки, вам под стать, или туман, или искры. Когда, интересно, вы уже будете думать о работе, о чём-нибудь серьёзном и основательном? На мой взгляд, если и думать о ком, то о хозяюшке, вот, с кем бы я хотел быть рядом. Хозяюшка, она такая работящая, ответственная, не то, что некоторые.

– Ты не прав, трудяга, – обиделся Философ. – Разве мы против твоей хозяюшки, само собой, вы с ней, два сапога пара. Но, зачем же так пренебрегать нашим выбором и так неуважительно отзываться о наших избранницах?

Так бесконечно они бы и спорили, но тут неожиданно вмешалась Валя:

– Вы сегодня пойдёте в гости к своим подружкам?

Она обогнула пушистый хвост и вынырнула прямо под головами Дракокота. От неожиданности он вздрогнул.

– В гости? К подружкам? Почему ты так решила? – хором спросили головы.

– Ну, вы ведь говорили, что хотите с ними увидеться? Значит, собираетесь в гости! Вы меня с собой возьмёте? Я тоже хочу познакомиться с вашими подружками!

Дракокот был очень смущён, его головы переглянулись, и, казалось, были в полном замешательстве. Повисла тягостная пауза. Валя нетерпеливо ждала ответа.

– Видишь ли, Ва-ля, – застенчиво начал Философ. – К сожалению, всё не так просто. Мы, конечно, хотим увидеться со своими подругами, но это совсем не означает, что мы сегодня, вот сейчас, собираемся идти к ним в гости.

Валя никак не могла понять, зачем так долго думать о ком-то, кого хочешь видеть, когда можно просто пойти и увидеть.

– А почему? Почему вы не собираетесь идти? – недоумённо спросила она. – Я, когда хочу играть с кем-нибудь, или увидеть, то сразу к ним иду! А вы, почему не можете? Или вас кто-то не пускает к ним? А может, просто подружкам не разрешают с вами дружить? – она пытливо уставилась на Дракокота.

– Хорошо, хорошо, – вздохнул Философ. – Я расскажу тебе нашу историю.

Дракокот заботливо усадил Валю на свой хвост, чтобы ей удобнее было сидеть и слушать.

– Так вот, милое дитя, – задумчиво начал Философ. – Мы совершенно разные – три головы, на одном теле, у каждой своё имя и характер, так что давай сначала познакомимся – Философ, Затейник и Трудяга, – головы кивнули по очереди.

– Родились мы на другом конце острова. Там прошло наше счастливое детство, там пролетела безмятежная юность. Там же мы встретили и полюбили, милых нашему сердцу подруг. Мы были так юны, нам всего было чуть больше семидесяти лет! Нам так хотелось увидеть мир! Мы попрощались со своими подругами, чтобы поглядеть на другие края. Конечно, мы думали, что это недолго и обещали вернуться. В то время по всему острову ещё можно было свободно передвигаться. Мы долго бродили повсюду, пока не пришли сюда, на южный берег. Здесь нам очень понравилось, и мы решили погостить какое-то время. Мы быстро подружились с местным населением, полюбили их, и они к нам очень хорошо относятся. Годы летели так стремительно, а тем временем, прямо посередине острова вождь отдельного государства Мышляндии решил построить вокруг своей территории стену. Поначалу, никто из островитян не обратил внимания на эту мышиную возню. Но стены стали расти так быстро, и растут, по сей день! – Философ вздохнул и с грустью посмотрел вдаль.

Затейник и Трудяга, молча, слушали рассказ Философа, согласно кивая головами. Когда он замолчал, с жаром продолжил Затейник:

– Ты представляешь, Валя, мало того, что эти стены разделили весь остров на три части, чем вызвали большие неудобства в передвижении по его территории, к тому же эти стены настолько гигантские, что просто лишают солнечного света всё живое, находящееся рядом с ними! Вот так, малышка, теперь ты поняла, что наши подруги далеко? Нас разделяют неприступные стены Мышляндии, через которые нам не перебраться!

От переизбытка чувств, у Затейника даже навернулись слёзы, и он смущённо отвернулся. Трудяга продолжил разговор, степенно и без эмоций:

– Конечно, если бы мы умели плавать, можно было бы обогнуть эти стены по воде, вплавь, но мы боимся воды. Опять же, когда-то, мы умели летать, но в этом так долго не было необходимости, что просто разучились летать! К тому же мы так хорошо питались, поправились, и посмотри на наши крылья, так, одно название осталось. Вот поэтому, мы никак не можем встретиться со своими подругами, и нам остаётся только мечтать о них.

Валя внимательно выслушала Дракокота, задумалась и решительно возразила:

– Нет, только мечтать неинтересно! Это как получается? Если я захочу поиграть с Сашей или Олесей из соседнего двора, я должна сидеть дома и мечтать, как бы с ними поиграть? Так что ли? Ну, нет! Я хочу по-настоящему с ними играть! А ты? Такой огромный! – с укором обратилась она к Дракокоту. – Да если даже подружки твои очень далеко, можно идти долго-долго, и всё равно дойти к ним! И что там за стены такие, через которые нельзя перелезть! Что, нельзя лестницу сделать? Или ещё что-нибудь придумать? Как же так? Ваши подружки ждут вас там, наверное, думают, что вы позабыли о них. А вы, тут мечтаете! И что? Ещё сто лет мечтать собираетесь?

Валя так разошлась, что даже вскочила от возмущения, она видела, что Дракокот совсем поник, но решила высказать всё, что она думала:

– Сидят они, ждут у моря погоды! Да как вам не стыдно? А может вы просто лентяи? Вы говорите, что летать разучились! Да, как можно? Моя мама говорит, если умел что-то делать, то никогда не разучишься! Просто, надо вспомнить все и хорошенько потренироваться. А вам, значит лень?

Дракокот совсем загрустил, всем его головам, и Философу, и Затейнику, и Трудяге было очень стыдно. Ведь эта маленькая девочка была права. Получается, ему было просто удобно ничего не делать, ссылаясь на безвыходное положение, и на то, что всё так безнадёжно плохо.

Вдруг, рядом с площадкой, всколыхнулись волны, из них появились люди. Дракокот подскочил и буквально бросился к ним навстречу. Давно он так не радовался появлению своих друзей! Ещё бы, ведь они спасли его от такого неприятного разговора.

– Друзья мои! Как я рад видеть вас! – хором воскликнули головы.

– Вот как? – с некоторым удивлением спросил мужчина, вышедший из моря. – Мы, конечно, тоже очень рады, но вы так бурно встречаете нас, как будто мы виделись не вчера, а, по меньшей мере, месяц назад. Что-нибудь случилось?

– Случилось, случилось! – закричали все три головы хором. – Вот, смотрите.

И Дракокот отошёл в сторону, чтобы не загораживать собой Валю.

Теперь, и она, и вышедшие из моря люди оказались напротив друг друга. С восторженным изумлением Валя рассматривала друзей Дракокота, их было четверо – взрослый мужчина, две девушки и подросток. Все они были очень высокого роста, загорелые, стройные, мускулистые, со светлыми, лучистыми глазами, которые как будто светились на их загорелых лицах. По их светлым, почти льняным волосам, ещё стекала вода. Они были одеты очень нарядно, во что-то вроде купальников, Валя похожие видела по телевизору, когда показывали спортивные соревнования. Только у девушек они были ещё красивее, с причудливой вышивкой жемчугом и какими-то камешками. У всех четверых на руках были браслеты, а на талиях широкие пояса, украшенные жемчугом, к которым были прикреплены, какие-то приспособления. Все эти люди, с дружелюбными улыбками, но с некоторым изумлением разглядывали Валю. Рядом с огромным Дракокотом, она стояла такая крошечная, хрупкая, с маленьким личиком, под копной тяжёлых волос. В странном платьице, которое она успела испачкать, измять и намочить, и которое теперь топорщилось на ней, как тряпка на пугале, девочка была похожа на птенчика, выпавшего из гнезда. Всего лишь несколько мгновений они рассматривали друг друга, но обеим сторонам показалось, что пауза затянулась. Первыми к Вале устремились девушки. И, так как они были высокого роста, Валя казалась совсем малышкой. Обе девушки присели перед ней на корточки и заговорили одновременно:

– Ах, малышка, как тебя зовут?

– Как ты здесь очутилась одна?

– Где твои мама и папа?

Тем временем, мужчина стал расспрашивать Дракокота, откуда и как попал к нему этот ребёнок. Дракокот с воодушевлением начал рассказ о том, как был поражён, когда увидел маленькую девочку, одиноко бредущую по песчаному берегу моря. Как заговорил с ней, как привёл в пещеру, как бедняжка была измучена и как изнывала от жажды. Дракокот был в ударе, его головы не жалели красок описывая события вчерашнего вечера.

Все слушали его с большим вниманием и с сочувствием смотрели на Валю, та тоже слушала Дракокота и так прониклась его рассказом, что ей стало жалко саму себя, у девочки даже слёзы навернулись на глаза. Девушки заметили это и, одна из них решительно прервала эмоциональный рассказ Дракокота:

– Довольно, давайте не расстраивать ребёнка, такими бурными описаниями. Всё позади! Девочка с нами, она под нашим покровительством, теперь с ней не случится ничего плохого. Вы, конечно, большие молодцы, что постарались не напугать девочку, приютили и позаботились о ней, но теперь она пойдёт с нами.

– Так, как тебя зовут, малышка? – ласково обратилась она к Вале.

Валя хотела, по привычке рассердиться, и сказать, что не такая уж она и малышка, но все окружающие были такого высокого роста, и она невольно согласилась, что всё-таки она – малышка, и тихо сказала:

– Валя.

– Ва-ля, разве ты мальчик? – удивились все.

– Почему, мальчик? – изумилась Валя.

– У тебя мужское имя.

– Вот ещё! – обиделась Валя. – Имя у меня совсем не мужское, а самое

настоящее, девчоночье. Валя, Валентина.

Тут все переглянулись.

– Откуда ты? Как сюда попала? На нашем острове нет таких имён.

– Меня, например, зовут По-Ая, или просто По, – вступил в разговор мужчина. – Девушки: Иу и Эа,– потом кивнул на подростка. – А это мой сын, По-Ия. Получается, что ты не с нашего острова.

Валя рассказала, обо всём, что произошло с ней и сёстрами ещё вчера вечером, про злополучный шар. Про то как её унесло ураганом, как очнулась на песке, у моря. Как долго брела вдоль берега, как боялась зайти в лес, как испугалась Дракокота, когда увидела его первый раз, как он о ней позаботился, и как они подружились.

– Вы мне поможете найти Алёнку и Марью? – закончила она свой рассказ вопросом, пытливо глядя каждому в лицо:

– Ведь, если я тут оказалась, когда меня ветром унесло, значит и они где-то рядом! И потом, нам надо срочно сообщить маме, где мы находимся, а то нас там, наверное, ищут. Может, думают, что в лесу заблудились, или в речке утонули.

Валя совсем загрустила, представив себе, что действительно происходит у неё дома, в посёлке. Уже прошла ночь, наступил день, а они с сёстрами никогда не ночевали у чужих и не уходили никуда без спроса.

Затаив дыхание, собравшиеся слушали девочку, с сочувствием, удивлением и уважением.

– Вот, это приключение! – выпалил подросток. – Я всё-таки мужчина и то, наверное, испугался бы, попади я в такую историю! А ты, такая кроха и такая смелая! – он смотрел на Валю с восторженным удивлением. – У вас там, все такие храбрые?

– Ну, ладно тебе, мужчина, – с доброй улыбкой сказала одна из девушек. – Сейчас замучаешь девочку вопросами. Подожди, По, мы сначала проясним ситуацию, а потом ты уже можешь расспрашивать её сколько угодно и о чём угодно.

Тут, вперёд выступил мужчина, он добродушно улыбнулся Вале, поднял её, как пушинку, и поставил на гладкий, нагретый солнцем валун. Теперь их лица были почти на одном уровне.

– Валя, – ласково сказал он, поправляя её растрепавшиеся волосы. – Ни о чём не волнуйся, всё будет хорошо. Мы позаботимся о тебе, найдём твоих сестёр, а также найдём возможность сообщить обо всём твоим близким. А пока, ты будешь жить среди нас. Я вижу, ты чувствуешь, что мы не причиним тебе зла. Надеюсь, тебе понравится у нас в гостях. Ну, маленькая путешественница, что скажешь? Ты согласна быть нашей гостьей?

– Да,– улыбнулась всем в ответ Валя.

– Иу и Эа отведут тебя туда, где мы живём, а мы с сыном останемся. Мы пришли на ловлю особой рыбки, только лишь Дракокот, как ты его называешь, может помочь нам в её ловле. Но, сегодня, получается у нас необычный день, мы пока справимся и втроём.

Девушки подошли к Вале.

– Мы будем нести тебя на руках, по очереди, хорошо?

На этот раз, Валя всё-таки возмутилась:

– Как, на руках? Я, что, совсем такая маленькая? Мне же не годик и не два!

Девушки по-доброму засмеялись:

– Ну что ты обижаешься? Ты маленькая и лёгонькая, нам ведь будет не трудно, но самое главное, у тебя такая неподходящая обувь, а там где мы пойдём, нужно будет идти по колено в воде. Теперь ты понимаешь, что всё-таки у нас на руках тебе будет лучше?

–Ну ладно, – согласилась Валя. – Только можно я возьму с собой вот это? – и она показала на фрукт, который так понравился ей вчера за ужином.

– Ах, бедный ребёнок! – захлопотал, всё это время молчавший Дракокот. – Она не успела позавтракать! Сначала я заболтал её своими проблемами, а потом появились вы. Нет, я никуда её не отпущу! Пока она не позавтракает. – решительно сказал он, сняв Валю с валуна и поставив её перед фонтанчиком с водой, – Ещё не хватало, чтобы у бедняжки случился голодный обморок!


Давай моя хорошая мой ручки, а я приготовлю завтрак! – и он поспешил к корзинам, с разной снедью.

– Конечно, конечно, девочке надо поесть, а мы пока посоветуемся, как лучше ей пройти к нам, – сказал По.

Все отошли в сторонку, и пока Валя ела, они о чём-то тихо совещались. Через некоторое время они подозвали к себе Дракокота:

– Скажите, как там проход в пещеру, через озеро, вы говорили, что его серьёзно завалило. А также, вы обещали, что разберёте его, когда будете готовы посетить нас через грот очищения. Мы сможем провести ребёнка только в этом месте. Вы сами понимаете, что она не сможет добраться в грот вместе с нами, под водой. Дракокот опустил головы и стоял в некотором замешательстве.

– Так что вы молчите? Что? Всё так плохо?

Дракокоту захотелось провалиться от стыда сквозь землю.

– Ну, что за день такой? – с отчаянием подумал он. – Не одно, так другое! – и вслух произнёс:

– Друзья мои, мне очень стыдно! Но с проходом всё в порядке. И, вообще, если честно, то никакого обвала и не было, мы сами его заложили…

– Зачем? – удивились все.

– Понимаете, там тесно и мокро, а я не люблю, когда вокруг стены и потолок. И я терпеть не могу, ходить по воде. Хвост ещё, куда ни шло, намочить, а лапы! Бр-р, – и он вздрогнул от ужаса: – Я очень хотел пойти к вам в гости, но ждал, когда наберусь смелости. Да всё никак… Но, я сейчас разберу камни, которыми заложил проход, и вы можете пройти там с Валей. Не беспокойтесь, я быстро, – и он поспешил к ближайшей скале, По и его сын пошли следом.

Иу и Эа подошли к Вале, которая заканчивала завтракать. Она казалась им такой маленькой, что все её самостоятельные действия всё время удивляли их. Но, когда они попытались помочь ей умыться, Валя решительно сказала, что не маленькая и справится сама.

– Идите сюда! Проход готов! – позвали их, через некоторое время.

Девушки с Валей подошли к скале, где только что работал Дракокот. Камни были убраны и аккуратно сложены в сторону, а в скале открылся проход, похожий на глубокую пещеру. Дракокот стоял рядом, смущённо переминаясь с лапы на лапу.

– Может всё-таки, решишься пойти с нами? – обратились к нему девушки. – Вместе веселее, тебе будет не так скучно и страшно.

– Пойдём с нами, Дракокотик! Ну, пожалуйста, – подошла к нему Валя. – Мы же с тобой так и не договорили. Ты такой хороший, я уже успела к тебе привыкнуть.

– Я приду к вам, Валя, обязательно, обещаю! – растроганно пробормотал Дракокот. – Тебе сегодня будет не до меня, и у меня ещё есть дела, но я обязательно приду завтра, хорошо?

И он нагнул к ней все свои головы. Валя обняла их все по очереди.

– Я очень буду ждать вас, Философ, Затейник, Трудяга! Вы ведь меня не обманете? Правда?

Одна из девушек подхватила её на руки, как пушинку, Валя повернулась к Дракокоту и помахала ему рукой. Минута, и они растворились в глубине пещеры. Долго ещё Дракокот грустно глядел им вслед.


Глава шестая

Грот очищения

Слон плавно опустился на песчаный берег, широкая полоса которого была окружена довольно высокими, отвесными скалами. Марья оглянулась вокруг: с одной из скал с шумом падал водопад, продолжающийся бурной речушкой, убегающей по камням за другую скалу, вглубь острова. Во всём этом суровом пейзаже не было ни малейшего намёка на присутствие человека. Берег, на который они приземлились, казался диким и суровым.

Тем временем, пока она всё разглядывала, слон, который их сюда принёс, поднял хобот вверх, весело протрубив на прощанье, оттолкнулся от берега, взмахнул своими гигантскими ушами и взмыл ввысь. После того, как он улетел, Марья почувствовала себя ещё неуютнее.

– Интересно, – подумала она: – И как они живут тут, среди этих скал и камней?

Её грустные раздумья прервала Ио:

– Я смотрю, Марья, что-то ты загрустила? Не нравится местный ландшафт? Не расстраивайся, это всего лишь часть острова. Эти неприступные скалы играют свою важную роль, они защищают наш город от северного ветра. А вон та скала, с водопадом, и есть вход в наш город. А теперь, нам нужно поспешить, чтобы не опоздать к ужину. Но, прежде чем войти в наш город, мы должны пройти через грот очищения. Ведь мы были в разных местах, далеко отсюда, и могли невольно принести с собой что-нибудь плохое.

– Заразу, что ли? – напрямик спросила Марья. – Я, вообще-то, не заразная, мы в лагерь только здоровые ходим, по справкам, – она даже обиделась.

– У, какая ты обидчивая, – засмеялась Ио, взяв Марью за обе руки, глядя в её сердитые глаза, с уже навернувшимися, от обиды, слезами, ласково сказала:

– Понимаешь, Марья, там, где ты жила, существуют микроорганизмы, к которым вы уже привыкли, а для нашего народа это может оказаться смертельной инфекцией. К тому же, ты можешь быть заражена какой-нибудь отрицательной энергетикой.


Если даже не ты сама, то твои волосы, твои вещи. Да и потом, может и ты не совсем здорова, в таком случае, грот поможет тебе. Мы все когда улетает по делам из города,


обязательно проходим его. Даже если и не улетаем, всё равно каждый день приходим сюда. Ведь всякие болезни могут прийти по воздуху, и даже через океан. Мы пойдём туда вместе, вот увидишь, тебе понравится.

Ио взяла Марью за руку, и они пошли прямо к водопаду.

– Видишь, – стараясь перекричать шум водопада, Ио показала Марье широкую каменную ступень, выступающую из-под водяного потока. – Нам туда.

Марья крепко сжала руку Ио, медленно пошла за ней. Грохочущий поток, падая на ступень, дальше устремлялся вниз.

– Нагни голову! – крикнула Ио, и они вошли прямо в водопад.

У Марьи аж дыхание перехватило, после ласковой эйфории в тепле и безмятежности и вдруг – такой ледяной душ!

За водопадом оказался вход в каменную пещеру, похожую на длинный, просторный коридор. Ио прошла вперёд по коридору и, оказавшись в конце, где он упирался в глухую стену, она нажала руками на два разных камня и стена с тихим шелестом отодвинулась.

– Марья, где ты там? Не отставай! – позвала Ио.

Они оказались в просторном гроте, залитом мерцающим светом. Он был округлой формы, с довольно высокими сводами, похожими на купол, под которым по кругу, на одинаковом расстоянии, находились небольшие окна, похожие на иллюминаторы.

Марья, с одежды и волос которой, ещё стекала вода, совершенно забыла об этом, разглядывая всё вокруг.

В центре грота возвышалась небольшая круглая площадка, из белого камня, к ней прямо от входа, шла дорожка из такого же белого камня, довольно высоко возвышающаяся над полом. Дальше от площадки она продолжалась в противоположную сторону грота, как бы разделяя всё пополам, и заканчивалась у другого выхода, обозначенного деревянной дверью, с овальным верхом. Над ней, полукругом было сделано несколько круглых отверстий, через которые пробивался свет. От центральной площадки, по кругу, как на циферблате гигантских часов, на одинаковом расстоянии, стояли ещё двенадцать одинаковых площадок, на которых находились двенадцать гигантских кристаллов цилиндрической формы. Из-под купола прямо на кристаллы падали лучи солнца. В свою очередь, от кристаллов по всему гроту рассеивались разноцветные лучи, которые искрились и переливались радужными искрами по куполу, стенам, отражаясь в зеркальном полу.

Но, больше всего Марью поразил мерцающий столб света над центральной площадкой, который образовался в точке соединения лучей всех двенадцати кристаллов. Из оцепенения её вывела Ио.

– Вот мы и на месте, Марья. Я вижу, тебя впечатлил наш грот? Теперь нам надо пройти очищение.

Видя, как девочка оробела, Ио успокоила её:

– Не волнуйся, в этой процедуре ничего сложного, я сейчас пойду первая, а ты смотри, что нужно делать.

И она, легко и грациозно прошествовала по гладкому помосту, прямо на белую площадку, в столб мерцающего света. Спокойно встала прямо в центр, закрыв глаза, запрокинула голову и раскинула руки. Её стройная, с лёгким загаром, фигура, стояла как прекрасная статуя на постаменте.

Мерцающий столб света окутал её, и она стала как будто прозрачной – так мы видим закрывшую солнце ладонь – когда она, пронизанная солнцем, кажется прозрачной и словно светится золотисто-оранжевым светом.

– Один, два, три, – медленно и чётко стала считать Ио.

Её звонкий голос эхом отдавался в сводах грота.

– Двенадцать, – закончила она, и сошла с площадки.

– Вот видишь, ничего страшного, а теперь, ты.

Марья осторожно поднялась на площадку и постаралась встать прямо в центр.

– Расслабься, – ободряюще улыбнулась Ио: – Делай всё, как делала я. Успокойся. Давай, ты постоишь, а я посчитаю, – и она принялась считать.

Марья запрокинула голову, закрыла глаза и раскинула руки. Она почувствовала приятное тепло, как будто тёплые волны пробегали по ней. Пропал страх и напряжение, наоборот она почувствовала такую лёгкость и невесомость в своём теле и ей казалось, что она вот-вот взлетит. На душе её воцарилась светлая безмятежность.

– Двенадцать! Достаточно! – услышала она голос Ио, как будто издалека.

Марья с сожалением покинула площадку и пошла вслед за Ио, к выходу.

После грота они оказались в просторной, залитой светом комнате. Сама комната была прямоугольной формы. Прямо напротив двери, в которую они вошли, была другая дверь, окон не было, если, конечно, не считать несколько небольших, круглых отверстий в потолке, из которых и лился свет. В глубине комнаты, на стене, висело большое, овальное зеркало, в красивой ажурной раме. На стенах, справа и слева были широкие полки, на которых стояли светлые короба с крышками, из лозы тонкого плетения разных оттенков. На полу, ближе к двери, стоял такой же короб, но темно-коричневого цвета. Стены комнаты тоже были отделаны тонким плетеньем из лозы розоватого оттенка, с очень изящным орнаментом, поэтому было ощущение, будто находишься внутри красивой плетёной шкатулки. Пол из белых, гладких, каменных плит, которые почему-то были тёплыми.

Ио подошла к тёмному коробу, стоявшему на полу у двери, и открыла крышку.

– Теперь нам нужно переодеться, снимай с себя всё и бросай сюда, – она стала снимать с себя одежду и небрежно скомкав, бросила её в короб. Марья замешкалась и опасливо посмотрела на двери.

– А сюда никто не войдёт?

– Не беспокойся, пока мы здесь, никто не зайдёт.

Марья сняла платье, которое после купания в лучах кристаллов было почти сухим, и снова замешкалась.

– А разве можно влажные вещи так бросать, они же могут испортиться, или мы их сразу постираем? И что мне тогда надеть?

Ио удивлённо посмотрела на неё:

– Стирать? А что это означает? – потом вспомнила что-то: – Ах да! У вас же одежду стирают! Так вот, ничего стирать мы не будем, это я потом тебе объясню. А вот что тебе одеть, мы сейчас подберём, – она подошла к полкам, открыла два короба и подозвала Марью. – Вот, выбирай, какой цвет тебе больше нравится?

В одном коробе, аккуратной стопкой были сложены туники, в другом – купальники. Цвета туник были самых разных нежных, пастельных тонов: небесно-голубые, бирюзовые, кремовые, персиковые; купальники уже более ярких цветов и оттенков. Разглядывая всё это изобилие красок, Марья призадумалась. Пока она выбирала себе тунику, Ио уже была одета.

– Может, вот эту? – предложила она Марье тунику нежно-бирюзового цвета, – Я думаю, этот цвет будет очень хорошо сочетаться с цветом твоих волос. Может, попробуешь?

Марья пожала плечами:

– Ну, давай, посмотрим.

Ио быстро и ловко накинула на неё тунику, несколько раз обхватила длинным поясом-шнуром. Потом взяла гребень и легкими, быстрыми движениями подобрала её волосы, которые после лучевого столба стали почти сухими, мягкими и упругими. Ио собрала их в высокий пучок на затылке и обвязала его одной из ниток жемчуга, которую сняла со своих волос. От всех этих нехитрых действий Марья очень похорошела, туника сидела на ней как влитая. Нежная, тонкая ткань, цвета бирюзы, действительно прекрасно оттеняла и ещё больше оживляла, её рыжие волосы. Теперь, когда они были собраны в пучок, открывалась её длинная, красивая шея.

– А теперь, посмотри сама, как тебе? – улыбнулась Ио, залюбовавшись девочкой, и отошла в сторонку. Марья уставилась в зеркало и застыла от неожиданности.

– Нет, это была не она! Да, если в таком виде появиться в посёлке! У всех

девчонок рты раскрылись бы от удивления.

Ио ещё раз поправила причёску Марье.

– Ты очень хорошо выглядишь! Тебе всё это очень идёт! Как ты находишь?

Марья и сама была в восторге от своего нового образа, но она так не привыкла себе нравиться, да к тому же, была страшно смущена комплиментами Ио, к ним она тоже не привыкла. Ио, прямо-таки ошеломляла её своей искренней доброжелательностью.

Ах, если бы я была, хоть немножечко похожей на неё, когда вырасту, подумала Марья.

Наконец, успокоившись, она улыбнулась Ио, та улыбнулась ей в ответ, одновременно сооружая из своих роскошных волос причёску.

Марья внимательно разглядывала её, стоя в сторонке. Ио была так прекрасна! Хотя черты её были не идеальны, но столько света и доброты было в её лучистых глазах, столько достоинства в её движениях, полных свободы, раскованности и благородства, столько обаяния в улыбке. И потом, у неё всё было так ухожено – и роскошные волосы, и чистая, нежная кожа, как у маленького ребёнка, даже блестящие, ухоженные розовые ногти, на руках и ногах. При всей этой видимой красоте, Марья не заметила и намёка на какую-нибудь косметику, как ни старалась. Единственное, что она заметила, это волшебный аромат, исходящий от Ио, наверное, очень дорогих духов.

– Ио, ты такая красавица! Я таких никогда не видела! – не сдержав восхищения, прошептала Марья. – И такой как ты, никогда не смогу быть, – прибавила она с сожалением.

Ио, удивлённо оглянувшись на неё, добродушно рассмеялась.

– Спасибо, конечно! Только мы все такие красавицы – мы женщины, и ты красавица, просто ты этого почему-то не знаешь. А быть такой, как я вовсе не нужно, будь такой, какая ты есть. В каждой из нас – своя неповторимая красота.

Марья недоверчиво посмотрела на неё:

– Это ты меня успокаиваешь?

– Нет, я говорю то, что есть на самом деле. Просто ты не научилась ценить и любить себя такой, как ты есть, видеть свою красоту.

Марье было трудно понять то, что сказала Ио.

Хотя, конечно, когда бывало, она оставалась дома одна, рассматривая себя в зеркало, находила себя очень даже привлекательной, а иногда даже и красивой. Но, как только выходила из дома, вся её уверенность в себе улетучивалась. Ноги и спина деревенели, движения становились неуклюжими. Марье сразу же хотелось стать, как можно незаметнее, и от её унылого настроения все те яркие краски, что подарила ей природа: огненно-рыжие волосы, отливающие медью; большие, выразительные глаза; пунцовые губы – всё это как-то жухло и бледнело.

Марья немного помолчала и, чтобы скрыть своё смущение, спросила первое, что пришло ей в голову:

– А что, вы все вот такие, почти одинаковые туники носите? У вас разве не шьют платья, брюки ну и прочие другие вещи?

Ио улыбнулась:

– Туники мы носим, как ежедневную одежду и, к тому же одноразовую. Обычно на день хватает, но при надобности можно и чаще менять. А после использования мы выбрасываем их в компост.

– Как? – с изумлением воскликнула Марья, глядя на свою прекрасную тунику. – Как можно, такое выбрасывать?!

– Ты потом всё поймёшь, когда увидишь и узнаешь, как мы живём. У нас всё так продуманно, чтобы мы все как можно меньше были заняты рутинной работой.

Она оглядела себя в зеркало, поправила ожерелье и браслеты:

– Завтра мы пойдём к хранителю и у тебя тоже будут ожерелье и браслеты,

– сказала она Марье мимоходом.

– Да, нет, зачем это? – засмущалась Марья. – Я ведь ещё не взрослая, такие дорогие вещи носить. Да, и потом, вдруг потеряю?

– Вот ещё придумала, – засмеялась Ио. – Причём тут взрослая или нет? У нас их носят все. И не для красоты, хотя, конечно, они очень красивые. Хранитель подбирает камни каждому особо, в зависимости от того, кому какие камни подходят, чтобы поддерживать своё здоровье, заряжаясь их энергией. Так что возраст тут, не причём! Ну, а если, как ты говоришь, потеряешь, ничего страшного не произойдёт. Кто-нибудь найдёт и вернёт!

– Такую дорогую вещь, и вернут? – недоверчиво спросила Марья.

– Конечно, вернут, не знаю, правда, что означает слово – «дорогая», но это не имеет значения, в любом случае, если она принадлежит кому-то другому, значит вернут.

– А как узнают, кому надо вернуть? – не унималась Марья.

– Вернут хранителю, а уж он всегда знает, кому что принадлежит. А теперь достаточно разговоров, неугомонная ты моя.

Она огляделась вокруг, всё ли в порядке, потом подвела Марью к зеркалу, улыбнулась:

– Мы прекрасны! А теперь, нам надо поторопиться, – и они вышли из комнаты.


В оформлении книги использованы иллюстрации автора.