Морис Метерлинк
Стихотворения из сборника «Теплицы»

Уныние

Павлины, белые павлины, уплыли при лучах луны,
Павлины, белые павлины, уплыли плавно навсегда,
Уплыли белые павлины, мои томительные сны,

До пробужденья, до рассвета,
    во глубь заглохшего пруда,

Павлины, белые павлины, мои томительные сны,

Уплыли плавно в глубь глухую,
    где дремлет тусклая вода,

В глухую глубь пруда без солнца,
    где волны полны тишины,

Павлины, белые павлины, уплыли плавно навсегда.

Душа теплицы

Мой взор виденьями томим.
Душа, под стеклами теплицы,
Озолочая глубь темницы,
Цветет под сводом голубым.

Теплицы сдержанных мечтаний!
У рам закрытых лилий строй!
Камыш, возросший над водой!
И все мечты без упований!

О, если б снова я достиг,
Сквозь сон моих ресниц смеженных,
До роз, когда-то благовонных,
Полузакрытых грез моих!

Я жду, что снова пред очами
Зазеленеет их мечта
И месяц синими перстами
В молчаньи распахнет врата.

Намерения

Сжальтесь над унылыми глазами,
Где душа мечтает о своем,
Сжальтесь над невскрытыми цветами,
Над тоской на берегу ночном!

Смущены таинственные воды;
Лилии дрожат в их глубине,
И бегут по влаге вдаль разводы…
Эти все видения – во мне!

Боже! Боже! на стеблях от лилий
Вырастают странные цветы;
Мерно взмахи серафимских крылий
Движут воду в озере мечты.

И за чашей чаша расцветает
На воде, по знаку, в этот час,
И душа, как лебедь, раскрывает
Крылья белые усталых глаз.

Душа ночи

Душа грустна в конце концов;
Душа устала от печали,
Мечты от тщетных дум устали,
Душа грустна в конце концов…
Коснись рукой моих висков!

Твоей руки так ждет лицо!
Твоя рука – как ангел снежный!
Приди – и принеси кольцо.
Что клад на дне, – то холод нежный,
Что мне повеет на лицо!

Коснись меня рукой целебной,
Чтоб я не умер в час лучей,
Без упований, в час лучей!
Омой мне взор росой волшебной,
Мой взор, где дремлет мир скорбей!

Мой взор, где лебеди скользят,
Плывут в волнах, за рядом ряд,
И тянут шеи, изнывая;
Где сонм больных на зимний сад
Глядит, в дверях цветы срывая!

Коснись лица в заветный час!
Твоя рука – как ангел снежный!
Омой росой усталость глаз,
Траву сухую этих глаз,
Где овцы дремлют безмятежно!

* * *

Моя душа больна весь день,
Моя душа больна прощаньем,
Моя душа в борьбе с молчаньем,
Глаза мои встречают тень.

И под кнутом воспоминанья
Я вижу призраки охот;
Полузабытый след ведет
Собак секретного желанья.

Во глубь забывчивых лесов.
Лиловых грез несутся своры,
И стрелы желтые – укоры —
Казнят оленей лживых снов.

Увы, увы! Везде желанья,
Везде вернувшиеся сны,
И слишком синее дыханье…
…На сердце меркнет лик луны.

Песни

1

Милый с ней прощался
(Чу! то двери скрип!),
Милый удалился, —
Она улыбалась!

Милый к ней вернулся
(Чу! то лампы треск!),
Милый возвратился, —
Там была другая!

И я видел облик
(Чу! то сердца стук!),
И я видел облик
Стерегущей смерти.

2

А если он возвратится,
Что должна ему я сказать?
– Скажи, что я и до смерти
Его продолжала ждать.

А если он спросит, где ты?
О, что я скажу в ответ!
– Отдай ему этот перстень,
Ничего не сказав в ответ.

А если он удивится,
Почему так темно теперь?
– Укажи погасшую лампу,
Укажи открытую дверь.

А если он спрашивать будет
О том, как свет угасал?
– Скажи, что я улыбалась, —
Чтоб только он не рыдал!

А если он не спросит,
Должна ли я говорить?
– Взгляни на него с улыбкой,
И позволь ему позабыть.

3

Три сестры слепые
(Есть надежда, есть!),
Взяли три слепые
Лампы золотые.

Три сестры на башне
(Три – и вы – и я!)
День за днем на башне
Ждут в тоске всегдашней.

Тише! – молвит Мэри —
(Есть надежда, есть!)
Тише! – молвит Мэри, —
Кто-то есть у двери!

Слышу! – молвит Анна —
(Анна – вы – и я!)
Слышу! – молвит Анна.
Это – царь желанный!

Тише! – молвит Герта —
(Нет надежды, нет!)
Тише! – молвит Герта, —
Свет погас от ветра!

4

Пришли и сказали
(О, как страшно, дитя!),
Пришли и сказали,
Что уходит он.

Вот зажгла я лампу
(О, как страшно, дитя!),
Вот зажгла я лампу
И пошла к нему!

Но у первой двери
(О, как страшно, дитя!),
Но у первой двери
Задрожал мой свет.

У второй же двери
(О, как страшно, дитя!),
У второй же двери
Зашептал мой свет.

И у третьей двери
(О, как страшно, дитя!),
И у третьей двери —
Умер свет.

5

Семь дочерей Орламонды,
Когда умерла их мать,
Из дворца своей матери-феи
Решили бежать.

Зажгли семь светильников девы,
Проходили за залами зал,
Прошли четыреста комнат, —
Везде мрак стоял.

Спустились в звонкие гроты,
Где ручей томился, певуч,
И нашли у запертой двери
Золотой ключ.

И сквозь щели блеснуло им море,
Зовя в волнах умереть,
Но перед дверью замерли девы,
Боясь отпереть.

6

Были у ней золотые короны,
Кому их, все три, подарила она?

Она подарила первую матери:
Золотые тенета купила она
И ее держала в оковах все лето.

Она подарила вторую возлюбленным:
Серебряной вязи купили они
И ее держали в оковах всю осень.

Она подарила последнюю дочери:
Железные цепи купила она
И ее держала в оковах всю зиму.

7

Трех девушек ночью убили они,
Три девичьи сердца открыли они.

Было радостью полно первое сердце:
И там, где на землю текла его кровь,
Три змеи извивались три года.

Было кротостью полно второе сердце:
И там, где на землю текла его кровь,
Три ягненка паслись три года.

Было гордостью полно третье сердце:
И там, где на землю текла его кровь,
Три ангела пели три года.

8

Я тридцать лет искала, сестры,
Где скрылся Он?
Я тридцать лет блуждала, сестры,
И все – как сон!

Я тридцать лет блуждала, сестры,
Прошла везде,
Он был во всем и всюду, сестры,
И – все ж нигде!

Настал печальный вечер, сестры!
Мой посох – прочь!
Моя душа страдает, сестры,
И скоро ночь!

Но вам шестнадцать лет, о, сестры!
Что жизнь моя!
Взяв посох мой, ступайте, сестры,
Искать, как я!