banner
banner
banner
Название книги:

Ветер истории Сталина

Автор:
МемуаристЪ
Ветер истории Сталина

000

ОтложитьЧитал

Шрифт:
-100%+

Зачем Сталин напоил асов Паулюса

Для разнообразия, история вполне правдивая, но крайне мало известная. Что Сталин приказал сделать с асами Паулюса? Зачем приказал хорошенько напоить водкой и куда отправить? Крайне любопытные воспоминания маршала Андрея Ивановича Ерёменко о Сталинградской битве.

Маршал Ерёменко из бедных крестьян из-под Луганска. Всю жизнь на войне – от Первой Мировой, через Гражданскую и до Освободительного похода в Западную Белоруссию. Чемпион по количеству фронтов, которыми пришлось покомандовать во время Великой Отечественной – командовал восемью фронтами.

Человек большой стойкости и личного мужества. Когда гитлеровцы рвались к Москве, попал в Вяземскую мясорубку. Смог удержать войска и продолжать сражаться. Был тяжело ранен, но держался до последнего.

В конце января сорок второго на передовых позициях попал под бомбёжку и получил новое ранение – тяжёлую рану ноги. Категорически отказался эвакуироваться в госпиталь и почти месяц командовал почти с носилок или хромая с суковатой палкой вместо трости. Только через месяц был вынужден из-за резкого ухудшения здоровья уехать долечиваться.

Под Сталинградом, когда замыкали котёл вокруг войск Паулюса, главной задачей Ерёменко было прервать воздушный мост. Германские войска в окружении продолжали получать в больших количествах боеприпасы, питание и даже топливо самолётами.

Напряжение поставок было столь большим, что наша ПВО не могла справиться с непрерывной вереницей грузовых самолётов. Причём, воздушные конвои шли под прикрытием многочисленных мессеров и фоккеров. Становилось очевидно – нужно срочно выигрывать войну в воздухе или Сталинград не удержать. Сталин даёт приказ как можно скорее уничтожить «воздушный мост Паулюса».

На одном из участков, над которым шли наиболее напряжённые излюбленные трассы фашистов, Ерёменко скрытно готовит внезапный удар. За несколько дней, не обнаруживая себя, подтягиваются и размещаются по лесам и рощицам зенитчики. Срочно оборудуются грунтовые аэродромы подскока. На них собираются все резервы фронтовой авиации. Будущий маршал затаённо ждёт крупный воздушный конвой.

Дождались. Когда наблюдение сообщило, что с Запада идут крупные массы грузовой авиации, Еремёнко отдаёт заранее подготовленный приказ. В воздух поднимаются все истребители, замаскированная ПВО начинает массированную работу по противнику.

Итоги превзошли все ожидания. В течение часа были уничтожены практически все самолёты конвоя. Германские асы через одного в ужасе выбрасывались с парашютами и попадали в руки нашей пехоте. Всего набрали полную колоду «тузов» – сорок лучших лётчиков, летевших к Паулюсу.

Ерёменко, как командующий фронтом, немедленно доложил о крупном успехе по ВЧ. И в конце доклада спросил товарища Сталина – как поступить с пленными асами. Всё-таки не каждый день удается захватить пару взводов авиационной элиты.

Сталин недолго подумал и сказал раздумчиво:

– Нужно их использовать, товарищ Ерёменко. Нужно подорвать боевой дух окружённых войск. Окажите медицинскую помощь, как следует накормите, напоите вдоволь водкой. И доставьте поближе, пусть возвращаются к своему Паулюсу. Заодно развеют сказки Геббельса, что всех пленных немецких солдат мы немедленно расстреливаем. Выполняйте.

Ерёменко вспоминает, что сорок пленных лётчиков собрали в большой палатке, оборудованной под столовую. Генерал сам вышел к пленным и предложил поднять тост за «Товарища Сталина и победу Красной Армии». Немцы морщились, но ослушаться никто не посмел. Жестяные кружки мрачно сдвинулись в честь Советов.

После этого генерал через переводчика объяснил, что товарищ Сталин разрешает им вернуться к Паулюсу в котёл. Отдохнёте и Вас под конвоем доставят туда, откуда можно будет дойти до своих. Как ни странно, такая милость германских лётчиков вовсе не обрадовала.

Все понимали, котёл доживает последние дни. Добровольно идти в окружение никто не хотел. Была и более серьёзная причина. Лётчики всерьёз опасались, что по прибытии в распоряжение Паулюса немедленно окажутся у стенки. Как предатели. Там миндальничать, в отличие от Советов, никто не станет.

Один из лётчиков, распалённый водкой, даже громко кричал, что пусть его лучше расстреляют здесь, сытым и пьяным, чем по морозу тащиться на край света. А там всё равно стать перед расстрельной командой.

В итоге немцы выдвинули одного из старших офицеров. Тот попросил полчаса, чтобы обсудить и принять решение. Ерёменко пожал плечами, что ж, дело хозяйское, думайте.

Через полчаса генерал вернулся в столовую. Встречали его сильно поникшие лётчики. Тот самый офицер задал простой вопрос:

– Герр генерал, если бы к Вам попал красный лётчик, которого отпустили из плена. Как бы Вы сами поступили?

– Понятно как. Если предал Родину – пусть разбирается трибунал. Если вины нет – на проверку и обратно в боевые части. Если сомнения – на фильтрацию в тыл, там разберутся досконально что и как было.

Германский лётчик только покачал головой:

– У Паулюса никакого трибунала не будет. Всех показательно расстреляют без разбора. Ещё и передадут в Берлин списки, чтобы предать позору и жестоко обойтись с нашими семьями. Мы решили всеми – лучше плен, чем возвращаться вот так. Лучше расстреляйте нас сами, хотя бы семьи не пострадают.

Нарушать прямой приказ Сталина и решать самому Ерёменко не решился. Потому доложил в Ставку, что германские авиаторы возвращаться к Паулюсу не желают. Маршал пишет, что даже по телефону было слышно, что товарищ Сталин рассердился. Хотели-то как лучше.

В итоге сорок сбитых лётчиков отправили в лагерь как обычных пленных. В одной из бесед маршал Ерёменко упоминает, что когда лётчиков отправляли в лагерь, некоторые всё толковали про какие-то ковры. Какие ковры в зимнем Сталинграде?

Кажется, разгадка нашлась в мемуарах нашего дипломата и военного разведчика генерала Рощина. Уже в конце пятидесятых он был по служебным делам в польском городке Свянтоши. Там генералу показали большую дворянскую усадьбу, в которой был штаб Паулюса перед отправкой на восточный фронт.

Местные жители рассказали, что покорять Сталинград Паулюс и высшие офицеры отправлялись с бокалами шампанского. Для пущей роскоши со всего городка фашисты натащили больших и маленьких ковров. Чтобы благородные сапожки офицеров не ступали по польской грязи.

Причём, ковров натащили столько, что хватило выложить ковровую дорожку почти на пять километров до ближайшего шоссе. Видимо, жест показался фрицам красивым. Потому что после офицеров по этим коврам промаршировали пехотные колонны, превратив их в грязное месиво.

Судя по всему, среди офицеров была и элита фронтовой авиации. Те самые воздушные асы Паулюса. Злая ирония, дорога на Восток, которая начиналась с шампанского и дорогих ковров на грязи, закончилась заледеневшей зимой и позором в лагере военнопленных. Поделом.

За Статью Сталина сжигали на месте

Чудесная фальшивка, что Сталин был скрытым троцкистом. А за один из номеров «Правды» расстреливали на месте. Давайте архивы «Правды» поднимем и почитаем, что же там за крамольная статья вышла у товарища Сталина.

Кто первым запустил эту фальшивку уже недоискаться. Мне она попалась в книге нашего любимого академика Юрия Борева о Сталине. Байка кровавая и нелепая настолько, что сразу ясно – какие-то очередные либеральные бредни.

Академик сообщает, что Сталин был скрытым троцкистом. И всячески хвалил товарища Троцкого, подлизывался к нему со страниц «Правды». Возможно даже, хотел вместе с Троцким сбросить Ленина.

Например, в первую годовщину Революции Сталин пишет в «Правде» крайне хвалебную статью о Троцком. Он гораздо главнее Ленина в революционном деле. Именно Лейба Давидович привёл партию к победе!

Вот как пишет об этом академик Борев:

«Такова была эта явно троцкистская статья. Начиная со второй половины тридцатых, обладателя «Правды» за 7 ноября 1918 года полагалось расстреливать на месте, газету сжигать и к делу не приобщать».

Прониклись ужасом Сталинских репрессий? Так и представляю приказ, разосланный циркуляром официально по всем отделам ОГПУ.

«Буде у кого в руках будет искомая газета – расстреливать гвардейскими караулами на месте. Газету сжигать, а всех остальных кнутом сечь нещадно».

И личная подпись товарища Сталина. Непременно свежей кровью очередного любителя газет. Представили? Прослезились?

Разумеется, ни в каких архивах нет и не может быть подобного приказа. Изъять тираж издания – куда ни шло. Настроить всю систему, чтобы охотилась на обладателей конкретной газеты… Никаким законом такое не обоснуешь, кто такое будет исполнять?

Академик не успокаивается. Оказывается, Сталин заявлял, что этот номер подбрасывают фашисты. Никогда такой газеты «Правда» не было в реальности.

И тут же академик чуть ли не зуб ставит, что всё так и было. Вот послушайте:

«Однако, она существовала и ее автором был троцкист Сталин. В 1918 году он ещё не знал, на кого опираться и с кем бороться, чтобы достичь единовластия».

Ну что Вам сказать, в отличие от целого академика, я не поленился поднять архивы газеты «Правда». И как обычно, разверзлись натуральные бездны.

Впрочем, отложим на минутку настоящий архив «Правды». Попробуем навести порядок в голове у академика. Кто там осуждал замечательный дореволюционный учебник профессора Челпанова по формальной логике?

Во-первых, какой к чертям троцкизм в 1918 году? Товарищ Троцкий пока ещё верный солдат Революции. И продавать страну западным державам ещё не надумал. И даже Ленина свергать не собирается. Что плохого, если Сталин отдаёт должное крупному деятелю Революции?

Теперь дальше – какие в тридцатые годы подброшенные фашистами газеты? Ну да, фашисты уже были и в Германии, и в Италии, потом в Испании. Но в Советский Союз они ещё и близко не лезли.

Да и всякие ужасы совершать ещё не начали тогда. Люди зоркие, как Сталин, прекрасно понимали куда заведёт людоедская идеология германского империализма.

 

Но, скажем, наши западные «партнёры» в тридцатые фашистов воспринимали просто как очередную партию. Не лучше и не хуже каких-нибудь лейбористов.

Что за бредни о подброшенных в тридцатые фашистами фальшивых газетах? Да и не сохранилось, похоже, таких газет. Я вот отыскать не смог. Хотя да, что это я, их же сжигали на месте вместе с читателями.

Теперь дальше – к сожалению, академик Борев не только до библиотеки с подшивками «Правды» не дошёл. Он даже на свежий номер посмотреть поленился.

Потому что на первой же странице рядом с датой указан номер газеты. Номерация внутри года сквозная. Спрятать один номер просто невозможно!

Вот пожалуйста, в архиве есть газета за номером 241 от 6 ноября 1918, а следующий номер 242 вышел только девятого. Историческая правда в том, что никакого номера «Правды» от седьмого ноября просто не выходило.

Или надо было во всех библиотеках по всей стране в тридцатые заменить в каждой папке по полсотне номеров газеты. Ну те, которые идут после ноября и до конца года. Чтобы обновить нумерацию.

Что самое смешное, чтобы обвинить Сталина в троцкизме Бореву не нужно было ничего выдумывать. Достаточно почитать настоящий номер «Правды» от 6 ноября. Который в архивах прекрасно сохранился.

В этом номере есть довольно небольшая статья «Октябрьский переворот». Подписана статья, действительно, товарищем Сталиным. Говорится в ней о совсем недавней Революции.

И главную роль в победе партии большевиков Сталин отводит вовсе никакому не Троцкому. А ЦК партии и лично товарищу Ленину. Чего придумывать-то?

Поразительно, но и про товарища Троцкого несколько вполне добрых слов в статье есть. Вот послушайте:

«Вся работа по практической организации восстания происходила под непосредственным руководством председателя Петроградского совета Троцкого. Можно с уверенностью сказать, что быстрым переходом гарнизона на сторону Совета и умелой постановкой работы Военно-Революционного Комитета партия обязана прежде всего и главным образом товарищу Троцкому».

Представляете, Сталин хвалит на страницах «Правды» Троцкого! И этот номер лежит в каждой крупной городской библиотеке до сих пор. И до сих пор не перестреляли всех библиотекарей.

Может потому, что в 1918 году товарищ Троцкий, действительно, пламенный Революционер? Может он даже приложил много сил к созданию с нуля Рабоче-крестьянской Красной Армии?

А не напомните, кто же в 1918 году был министром обороны молодой Советской России? Да что Вы, опять нарком по военным делам Троцкий?

А помните замечательную детскую книжку Аркадия Гайдара про три буквы «Р.В.С.»? Так вот председателем Реввоенсовета тоже был Троцкий.

Это крупный государственный и партийный деятель. Которому Сталин просто отдаёт должное. Повторюсь, врагом родной страны Троцкий станет гораздо позднее.

Так что расстреливать читателей книжки академика с тиражом в два миллиона экземпляров мы не призываем. Сам, вон, читаю с непередаваемым удовольствием, накал глупости и наглой лжи о Сталине поразительный!

А вот к другому совету академика Борева можно было бы и прислушаться. По прочтении крамольную книжку сжигать на месте. А то вдруг окажется,что скорее всего, она подброшена фашистами как та самая статья?

Дрожащий голос Сталина из бункера

Правда ли, что Сталин собирался бежать из Москвы? Писал об этом ещё в конце семидесятых обласканный после Горбачёвым писатель Проскурин. На вопрос – правда ли описанное писателем – Сталинский управделами Чадаев дал крайне интеллигентный ответ. Не в бровь, а в глаз ответ.

Даже вполне добросовестный профессор Куманёв ссылается на Постановление ГКО от 15 октября 1941 года «Об эвакуации города Москвы». Если верить постановлению:

«Товарищ Сталин эвакуируется завтра или позднее, смотря по обстановке».

Правда, историк сразу оговаривается, что нашёл это постановление в кремлёвских архивах только в шестидесятые и к документу есть вопросы. Добавлю от себя, что вопросы – мягко сказано.

Во-первых, зачем вообще прописывать эвакуацию Сталина? Это же не завод и не учреждение, где нужно раздать сотни поручений на перевозку людей, имущества. Да при этом до последних минут сохранив, а после развернув на новом месте работу всех служб.

Чтобы сесть в поезд или автомобиль, Сталину отдельное постановление не требовалось. Это сегодня либералы рассказывают про сотни винтовок личной охраны вождя. Больше, чем личная гвардия спартанского царя Леонида. И перекрытую половину Москвы, когда из Кремля выезжал «паккард» вождя. В реальности ничего такого не было.

Во-вторых, где дата эвакуации? «Завтра или позднее», Вы серьезно? Какое вообще может быть «завтра» в официальном документе ГКО? Ещё бы «третьего дня» написали. Только чёткая дата.

В-третьих, абзац вообще не имеет смысла. Эвакуация завтра, а может потом. И вообще «смотря по обстоятельствам». Я подлинных документов у Сталина с такой шизофренией не знаю.

С вероятностью процентов девяносто, постановление это – фальшивка. И довольно грубая, слепленная уже в Хрущёвские времена, чтобы лишний раз оттоптаться на имени ушедшего вождя.

А вот рассказ человека, который эвакуацию правительственных учреждений непосредственно оформлял и обеспечивал. Тот самый управляющий делами Совнаркома Яков Чадаев.

Управделами прямо говорит, что эвакуация Сталина из Москвы даже не обсуждалась. Это в известных книгах наших правдоложцев Сталин трясется в бункере под Куйбышевом когда по брусчатке Красной площади в бой уходят полки добровольцев.

Описано даже как Поскребышев поднимает трубку и слышит далекий трясущийся голос вождя. Ну как, не сдали ещё Москву? Надо бы вернуться, а то народ не поймёт…

Это даже не историческая фантастика, ложь прямая и явная. Вот же Чадаев вспоминает – даже не обсуждалось!

Чадаев рассказывает, что в середине октября, действительно, готовилась эвакуация части Совнаркома и его родного управления делами в Куйбышев. Состоялся доверительный разговор с генералом Власиком. Управделами говорит, что отношения были тёплыми, даже дружили семьями.

Власик с некоторой досадой воспринял весть об отъезде управления. Решать вопросы станет гораздо сложнее. И тут же добавил, что это ненадолго. Уверен, скоро учреждения можно будет возвращать обратно в столицу.

«Уверен в этом и товарищ Сталин».

Чадаев уточнил – рассматривается ли вариант, что и Сталин, как глава Совнаркома, на время переберётся из Москвы. Власик ответил, что вопрос больной.

Охране, да и многим другим было бы гораздо спокойнее, если бы Сталин уехал. Только представить – шальная бомба может парализовать работу страны. Практически все главные вопросы шли через товарища Сталина и подхватить их быстро, если бы вождь был ранен или убит, не смог бы никто.

Жданов пытался поднять вопрос эвакуации. Но был твёрдо отчитан Сталиным. Никакой речи о покидании Москвы быть не может. Даже не заговаривайте больше!

Но у Власика своя служба. На всякий пожарный, он всё-таки даёт поручение подготовить небольшой спецпоезд для эвакуации наркомов и товарища Сталина.

На вопрос, знает ли Сталин об этом поезде, Власик ответил, что конечно же нет. Это крайняя запасная мера и подготовлена она втайне. Фактически, вопреки прямому запрету вождя.

Больше того, Чадаев ссылается на свои беседы с целым рядом руководителей: от Вознесенского до Поскребышева и Калинина. Все подтвердили, что вопрос эвакуации Сталина из столицы даже не ставился.

Уже в конце семидесятых писатель Пётр Проскурин написал небесталанную книгу «Имя твоё». Уже тогда не обошлось без обвинений Сталина в трусости.

Правда, Проскурин хоть и любимец Горбачёва, да и Героя соцтруда через десять лет от него получил, но всё же не Солженицын. Поэтому до бегства в куйбышевский бункер дело не дошло, вернулся с полпути. Вот как пишет Проскурин:

«Сталину вспомнилось состоявшееся в осень сорок первого решение о необходимости его немедленного отъезда из Москвы в Куйбышев и в памяти четко возникло утро девятнадцатого октября, Рогожско-Симоновский тупик, спецпоезд, пустынная платформа, торопливо ждавшие пришедшие его провожать товарищи.

Никто не видел его лица; дойдя до края платформы своим неспешным характерным шагом, он, не говоря никому ни слова, круто повернулся, горбясь больше обычного, прошел к своей машине, сел в нее и уехал назад».

Чадаев говорит, что обсуждал эту книгу с Молотовым. И с удивлением спросил – неужели правда Сталин чуть не уехал из столицы.

Молотов ответил, что ничего подобного на его памяти не было. А уж он знал бы точно и если не сидел бы в одном вагоне, то в провожающих на перроне оказался неизбежно. Но ничего такого не случилось.

Чадаев повторяет с лёгкой ехидцей слова Молотова:

«Петр Проскурин, видимо, писатель с богатой фантазией».

Вроде и не обидел, похвалил даже. А от такой характеристики от когда-то второго человека в государстве не отмоешься. Исторический писатель «с богатой фантазией» звучит как приговор.

Впрочем, у Солженицына фантазия оказалась гораздо богаче. Ну там не иначе, как исторический документ эпохи. Скоро, пожалуй, либеральные историки-фантазёры и запись трясущегося голоса Сталина из бункера под Куйбышевым найдут. Не удивлюсь.

Документ на провокатора Фикуса Сталина

Разгромное исследование фальшивки о Сталине – агенте охранки от настоящей советской учёной. Сегодня таких уже не делают, извините. Докторская диссертация Зинаиды Ивановны Перегудовой о том, был ли товарищ Сталин предателем и агентом охранки.

Мы вспоминали книгу академика от эстетики Юрия Борева. Ту самую, что напечатали за границами, а потом и у нас на два миллиона экземпляров.

Академик, без всяких сомнений сообщает, что «по слухам» существует телеграмма 1903 года в управление жандармов Батуми:

«Провокатор Джугашвили выезжает к вам для продолжения работы».

Также он сообщает, что про работу вождя на охранку прекрасно знали польские социал-демократы. Именно поэтому в тридцатые годы Сталин поубивал «многих польских коммунистов». Как он мог пачками убивать коммунистов в чужой стране – загадка.

Ладно, это слухи. Академик приводит ссылку на архивный документ, всё по серьёзному. В журнале «Собеседник» за 1988 год опубликован документ охранного отделения от июня 1913 года.

Обнаружил документ тоже не кто-нибудь, а целый профессор МГИМО Фёдор Волков. Итак, документ за номером 2838:

«Административно-ссыльный, высланный в Туруханский край, Иосиф Виссарионович Джугашвили, будучи арестован в 1906 году, дал начальнику Тифлисского главного жандармского управления ценные агентурные сведения».

Вот как с таким спорить? Постукивал, видать, товарищ Сталин на соратников по партии. Немало народа сдал на каторги и пересыльные тюрьмы. Или нет?

Ещё двадцать лет назад все эти глупости в пух и прах разнесла доктор исторических наук Перегудова. Зинаида Ивановна как раз занималась борьбой охранки с революционерами. Затронула она в своей диссертации и известный документ про Сталина.

Зинаида Ивановна – не просто известный историк, она еще и работала сотрудником Государственного архива. Всегда была возможность поднять первоисточники.

Перегудова рассказывала, что после публикации Волкова сильно удивилась. Ни в одном архиве данных о Сталине – агенте охранки просто нет. Не нашли их и в 1917 году, когда после Революции комиссии большевиков шерстили архивы в поисках предателей.

В картотеке охранки на секретных сотрудников ни в Питере, ни в отделении в Тифлисе тоже никаких Джугашвили не упоминается. По указанному номеру в журнале исходящих документов тоже значился документ, никакого отношения к вождю не имевший.

Больше того, эту тему поднял не профессор Волков, а вовсе даже писатель Юлиан Семёнов. Сын репрессированного троцкиста Ляндреса.

Именно он где-то выкопал номер американского журнала «Лайф» от 1956 года, где впервые появился этот, с позволения сказать, документ. Но позвольте, это же неприкрытая вражеская пропаганда.

Перегудова подробно изучила документ и даже первый взгляд сразу выявил кучу несоответствий. Нумерация в особом отделе, где вёлся учёт секретных агентов, выглядела совсем иначе. Такие, как в фотокопии, номера давались по первому делопроизводству, где секретный документ просто не мог быть никак.

Подпись Ерёмина на документе, очевидно, подделана. Сохранились десятки документов с подлинной подписью, она даже близко не похожа.

Историк честно сообщила писателю, что это грубая липа. Остановило ли это писателя Семёнова? Ничуть не бывало.

Профессор Волков публикует эту перепечатку с «Лайфа» в газете «Московская правда». По рассказу историка, профессор идёт на прямой подлог. Даже Волкову понятно, что ссылаться на «Лайф» времён холодной недружбы как-то стыдно. Поэтому профессор в статье нагло пишет, что документ находится в Государственном архиве РФ!

 

После этого появляется байка, что Сталин работал на охранку, имел подпольную кличку «Фикус». Вот же документы и вполне подлинные доносы «Фикуса». Всё сошлось!

Зинаида Ивановна пишет, что не надо быть историком, чтобы эти сказки опровергнуть. Достаточно сопоставить даты.

«Фикус» сообщал о деятельности местной организации большевиков. А Сталин в это время был в ссылке в Туруханском крае. Двойка господам фальсификаторам по истории!

Историк берётся за разбор фальшивки в «Лайфе». В результате работы найдено четырнадцать исторических ошибок фальсификаторов. Это в документе на одном листе, стыдно граждане!

Штамп проставлен устаревшего вида. Номера регистрации из разных отделений проставлены почему-то одной рукой.

Опять же, никакого «Сталина» в 1913 году не было, партийное прозвище появится гораздо позже. Да и в письме он указан так, как писали уже после Революции – «Виссарионович». В тринадцатом году было бы написано «Иосиф Виссарионов».

С датами тоже беда. Якобы, Сталин сдал охранке Авлабарскую типографию. Но вот беда, сотрудников типографии арестовали когда Сталина точно не было в России.

Откуда это известно? Да оттуда, что Сталин в тот момент был делегатом четвёртого съезда партии в Стокгольме! Как он мог писать доносы на типографских рабочих в Тифлисе?

Историк не остановилась – пошла к директору архива, так оставлять дело нельзя, бросили тень на Государственный архив. Заказывают почерковедческую экспертизу.

С документом работает доцент кафедры криминалистики МГУ Поташник. Специалист среди историков известный и заслуженный. Вывод однозначен – подпись фальшивая.

Прокалывались даже в мелочах. Например, документ адресован Енисейскому охранному отделению. А на тот момент никакого отделения не было, там тогда был только розыскной пункт. Неувязочка.

А казалось бы – солидные издания. Ссылка на оригинал, якобы, хранящийся в Государственном архиве. «Фикус» опять же. И не стыдно?


Издательство:
Автор