Название книги:

Союз горцев Северного Кавказа и Горская республика. История несостоявшегося государства. 1917— 1920

Автор:
М. М. Вачагаев
Союз горцев Северного Кавказа и Горская республика. История несостоявшегося государства. 1917— 1920

ОтложитьЧитал

Шрифт:
-100%+

© Вачагаев М.М., 2018

© «Центрполиграф», 2018

© Художественное оформление, «Центрполиграф», 2018

* * *

Введение

Говоря о регионе Северного Кавказа 1917 года1, следует иметь в виду территорию Терской, Кубанской, Черноморской, Ставропольской и Дагестанской областей в рамках административно-территориального деления Российской империи на тот период. При этом Терская область в начале XX века – это не только территории современной Чечни2, Ингушетии3, Северной Осетии-Алании4 и Кабардино-Балкарии5, но и юг Ставропольского края6, в частности район Кавказских Минеральных Вод, а также земли современного Дагестана – в лице отдельно существовавшего до 1921 года в составе области Хасавюртовского округа7.

Касательно Дагестана в рассматриваемый период (1917–1921), следует иметь в виду только часть территории – севернее от Петровска и до Дербента на юге, без Хасавюртовского округа, без Кизлярского района Терской области и уж тем более без части Ачикулакского уезда Ставропольской области (часть земель Ногайской степи).

Упоминаемый в книге Кубанский край – это земли современных Адыгеи, Карачаево-Черкесии, Краснодарского края. И наконец, Черноморская губерния8 – это земли шапсугов по Черному морю и земли казаков кубанского казачества в современных границах части Краснодарского края по берегу Черного моря.

При этом отдельно стоит рассматривать территории, населенные казачеством, как кубанским, так и терским9, которые вступали в союз с горцами или разрывали с ними отношения, но имели свои социальные и политические структуры и существовали независимо как от горцев, так и друг от друга.

Частые изменения административно-территориальных границ, которые далеко не всегда совпадали с этническим расселением того или иного народа Северного Кавказа, приводили не только к обострению земельного вопроса (в первую очередь с казачеством), но и требовали изменения названия государственного образования10. Полное название Союза горцев на момент образования – Союз горцев Северного Кавказа, Дагестана, Абхазии, Закаталы и степных народов – мало кем употреблялось в период его существования. Впоследствии Союз лишился некоторых территорий, что повлекло за собой изменения в названии государства горцев.

История Союза горцев, несмотря на свою историческую скоротечность11, тем не менее богата на многочисленные политические и военные события. Горская интеллигенция была представлена разнообразными течениями, однако она, безусловно, несла глубокий отпечаток российского влияния. Российская власть изначально стремилась создать из числа горцев именно пророссийскую элиту, чтобы оказывать на горское общество влияние в духе российского самодержавия. Каким бы нелогичным это ни казалось, но именно та часть общественности, на которую рассчитывала Россия, оказалась в авангарде борьбы за самоопределение горцев. Течения, выступавшие за федерализацию и впоследствии отошедшие от этих взглядов и занявшие позицию за предоставление полной независимости от России, были представлены яркими историческими персонами, которые вышли на политическую арену региона из кругов немногочисленной горской интеллигенции, ориентировавшейся на кавказское единство. И наоборот, силы, отстаивавшие сохранение единства бывшей Российской империи в разных ее вариациях, чаще всего выступали в союзе с неместными, командированными в регион представителями России. Это касается сторонников большевиков и армии генерала А. Деникина.

Государственное образование горцев, ориентированное на полную независимость от России, является важным элементом для понимания общей истории кавказских государств, возникших вскоре после развала Российской империи и до победы власти большевиков на Кавказе. Оно стало возможным и потому, что в решении судьбы этой республики принимали участие не только сами горцы, но и их соседи по региону. В этом процессе были задействованы и страны, ранее не включавшие активно в зону своих интересов Кавказский регион (по обе стороны Главного Кавказского хребта)12. То есть наряду с привычными исторически сложившимися игроками на кавказской арене – Россией, Персией, Османской империей – мы не можем не заметить и новых игроков, пытавшихся влиять на ситуацию на Северном Кавказе, в лице республик Закавказья: Азербайджанской Демократической Республики и Грузинской Республики – и стран Запада: Гер мании, Франции, Великобритании, Италии, Болгарии, Австро-Венгрии и даже США и Японии. Интерес с их стороны был вызван желанием завладеть быстро развивающимся в этом регионе нефтяным бизнесом и заодно обезопасить свои владения на Ближнем Востоке на фоне угрозы выхода к границам их владений немецкой армии.

Внимание к Кавказскому региону западные страны начали проявлять во второй половине XIX века, однако это скорее было связанно с поиском новых рынков. И здесь особая роль принадлежала нефтяному бизнесу. По этой причине к началу XX века в городах Батуми13, Владикавказе14, Грозном15, Петровске16, Баку17 и Тифлисе18 находились два десятка консульств различных стран мира, в том числе и удаленных от Кавказа, например США и Японии19. Уже в период противостояния Белого движения большевикам в 1918–1920 годах с целью политической и военной поддержки генералу Деникину и барону Врангелю появились консульства в Майкопе, Екатеринодаре, Новороссийске и т. д.20

Тем не менее Республика горцев Северного Кавказа, в отличие от Азербайджана, Армении и Грузии, не была у западных стран, в числе фаворитов, которые были готовы принять в качестве новых государственных образований на Кавказе. И дело было не только в ее географическом положении, но и в том, что в первоначальный период своего существования горцы еще не могли определиться, с кем идти: с Россией или с закавказскими государствами21. То есть сама горская интеллигенция первоначально не была готова говорить о своих планах на будущее22. Идеи горских социал-демократов и социал-революционеров не так сильно различались, поэтому неудивительно, что порой они пытались координировать свои действия против общего врага. По сути, можно считать, что развал империи застал горскую интеллигенцию врасплох. Ей пришлось быстро наверстывать упущенное и переориентироваться с Петрограда на кавказский вектор строительства государства.

В силу того, что в крае в рассматриваемый период параллельно существовали сразу несколько государственных образований (Союз горцев Северного Кавказа, Юго-Восточный Союз, Советская Россия, эмират Узун-хаджи, деникинская Россия), максимальное использование архивных документов позволит воссоздать картину региона с различных позиций, без акцента на позицию какой-либо одной из политических сил в регионе, будь то большевики, националисты или приверженцы строительства исламского государства. Попытка рассмотрения одного аспекта государственного образования вне связи с другими приводит к одностороннему исследованию и мешает понять взаимосвязь отдельных исторических процессов, происходивших в этом регионе23.

Стоит отметить, что в деле обретения независимости путем создания Союза горцев Северного Кавказа и Дагестана, нацеленного на автономию в составе новой России, горская политическая элита и духовенство допустили в 1917 году многочисленные просчеты. Националистическое крыло горской интеллигенции не доверяло духовным лидерам и пыталось все время дистанцироваться от них. Но духовные лица были более авторитетны в глазах народа, чем политики новой волны. К слову шейха относились как к чему-то святому, в то время как светскому политику приходилось доказывать свою правоту и свою идею. Вчерашние чиновники или военнослужащие царской России были вынуждены заново завоевывать положение в обществе. Поэтому националистическое крыло горских политиков постоянно находилось в состоянии конфронтации с мусульманскими духовными лидерами. Россия не могла позволить себе отпустить регион, с таким трудом завоеванный в период колонизации. Экономических расчетов со стороны России здесь не было. Вопрос стоял о развале самой империи. Поэтому и власть российских большевиков в 1917 году оценивала ситуацию с точки зрения сохранения территориальной целостности. Для горцев смена политической системы в Петрограде практически не имела значения, так как никакая российская власть не выпустила бы горцев из-под своей власти. Определенную роль в этом играли большевики кавказского происхождения24, которые формировали общее отношение центральной власти к Кавказу и выступали за сохранение границ бывшей империи.

В итоге Горское правительство хоть и было сформировано, но не могло полноценно функционировать. Горская республика вынуждена была вести борьбу не только с большевиками, но и с реваншистскими планами российских монархистов. Так, генерал Антон Деникин, пытаясь обезопасить себе тыл и поддержать в регионе казачество, являвшееся основным его союзником в борьбе против большевиков, решил сначала покорить юг страны и только потом уже нанести основной удар по центральной и северной части России.

Следует иметь в виду также мнение религиозной части населения, которая так и не пошла на соглашение ни с большевиками, ни с меньшевиками и не понимала, чего хочет местная политическая светская элита, которая не могла внятно изложить свою программу. Она не смогла объяснить преимущества своего плана развития по сравнению с планами белогвардейцев и большевиков. И уж тем более горцам трудно было понять, почему их политическая элита выступает против мусульманской верхушки. В этом плане важно обратить внимание на все еще малоизученную роль суфийских шейхов: Узун-хаджи, Али Митаева, Али-хаджи Акушинского, Сугаип-муллы и др.25 Благодаря их усилиям удалось не только оказать достойное сопротивление белым, мобилизовав для этого население Чечни, Ингушетии и Дагестана, но и разбить армию Деникина на территории Чечни и Дагестана.

 

Исторически обоснованно говорить о существовании Республики Союза горцев оправданно с марта 1917 по март – май 1920 года. С большой натяжкой возможно раздвинуть границы изучаемого вопроса до падения Грузинской Демократической Республики в марте 1921 года – оно поставило окончательную точку в вопросе возможного перелома ситуации в регионе в пользу антибольшевистской коалиции (союз горцев с азербайджанцами и с грузинами). Но на самом деле скорее можно говорить об идее Горской республики, а не о самом государстве как таковом.

Не совсем корректно, видимо, было бы согласиться с утверждением известных исследователей, что следует разделять период существования Союза горцев Северного Кавказа и период Горской республики как двух разных институтов самоорганизации горцев26.

Советская историография изучаемого периода чаще всего не конкретизирует, с кем кооперировались большевики против армии Деникина27; против кого велась борьба Союза горцев до момента окончательного утверждения власти большевиков в 1920 году; кем были арестованы лидеры большевиков в Дагестане; с кем велись переговоры Османской империи в Батуми с марта по апрель 1918 года; кого признавала Германия в качестве Республики горцев; с кем в 1919 году вели переговоры Деникин и англичане, требовавшие отказа от политики независимого существования кавказских государств; как назвать деятельность до февраля 1921 года миссии Горской республики в Грузии, координировавшей разрозненные силы горцев по всему Северному Кавказу и Закавказью. И все это на фоне многочисленных работ об иностранном вмешательстве в дела Северного Кавказа стран Европы, Турции и Грузии28.

Начальную дату не стоит разделять между Союзом горцев и самой Горской республикой, так как сами участники Союза горцев и приняли решение о трансформации его в Горскую республику. То есть Республика горцев Северного Кавказа не была новым игроком на региональной политической карте, Союз горцев был ее первоначальным образованием, фундаментом для ее строительства. Горская республика возникла не на распаде или на основе новых территориальных изменений, а на базе Союза горцев. На его базе и происходит трансформация в более высокую степень политического развития – Республику горцев Северного Кавказа.

Окончательную дату ликвидации Республики горцев Северного Кавказа следовало бы обозначить периодом март – май 1920 года. Именно в это время происходит захват политического органа Республики горцев Северного Кавказа и Дагестана – Совета обороны, силами, ориентированными на большевиков. Эти действия большевиков де-факто полностью дезорганизовали все институты Горской республики (кабинет министров, представителей Союза меджлиса, газету «Независимый Горец»29).

Основное внимание в работе будет уделено именно этому периоду. Но и после установления советской власти на бывшей территории Республики Союза горцев члены ее правительства в изгнании продолжали свою работу в Тифлисе, что позволяет формально расширить данную тему исследованием деятельности горской эмиграции. В первую очередь нужно иметь в виду период с мая 1920 по февраль 1921 года, когда политики Горской республики продолжали надеяться на изменения в регионе в пользу антибольшевистского союза. Однако падение Грузии в начале 1921 года стало знаковым, и все, кто был связан с идеей независимости горцев от России, вынуждены были эмигрировать из Тифлиса в Стамбул (уже оттуда часть активистов, ориентированная на помощь стран Европы и США, направились на Запад).

Тема истории Республики горцев Северного Кавказа остается актуальной в кавказоведении на сегодня в силу многих причин. В первую очередь потому, что в Советском Союзе история Республики горцев Северного Кавказа и Дагестана принципиально игнорировалась, или в силу ее восприятия как антисоветской о ней высказывались как бы между прочим30. Неудивительно, что в Советской исторической энциклопедии можно было найти буквально несколько строк о Республике горцев Северного Кавказа, где указывалось, что это «антисоветская организация на Северном Кавказе (Владикавказ, май 1917 – март 1918, затем в Тифлисе, руководители – Р.Х. Капланов, А.-М.О. Чермоев и др.)»31. Именно данное определение и стало основой для многих постсоветских энциклопедических ресурсов32. Отдельные исследователи советского33 и постсоветского34 периодов старательно пытались обойти стороной сам факт существования этой республики.

Понадобилось десять с лишним лет после развала СССР в декабре 1991 года, чтобы в современной России начали появляться научные исследования, посвященные истории Республики горцев Северного Кавказа. В том числе сборники документов, диссертации, научные статьи, что позволяет утверждать, что данная тема выходит из полузабытого состояния и становится достоянием обширных кругов учителей, студентов и специалистов, интересующихся историей региона35. Однако все еще доминирует традиция преподносить данный период истории горцев Северного Кавказа как победу большевиков над меньшевистскими и монархистскими движениями, пытавшимися воссоздать Российскую империю. Что, безусловно, сужает тему и не дает читателю понять, почему большевикам понадобилось три с лишним года, чтобы заявить о полной победе в этом регионе над противостоящими им силами, хотя они якобы не были игроками на политической арене региона в изучаемый период.

За последние десятилетия в России издан ряд монографий, которые позволяют взглянуть на все, что происходило в регионе после распада Российской империи, с позиций различных источников, представлявших противоборствующие стороны36. Отрадно, что общество понемногу меняет свое отношение к тем, кто волею судьбы оказался за рубежом и выступал против политики большевиков. Политические деятели Республики союза горцев Северного Кавказа предстают в роли писателей, поэтов, историков, журналистов, это позволяет пересмотреть стереотип «врага, который с Запада пытался уничтожить страну». Однако это также всего лишь часть правды. Те, кто пишет о той или иной персоне Республики горцев Северного Кавказа, пытаются скрыть некоторые моменты их биографии, стыдятся их взглядов на Вторую мировую войну, что может ввести в заблуждение читателя. Читатель обязан получить всю информацию от исследователя, а не часть, выбранную им самим, даже исходя из его лучших побуждений.

При любом раскладе стоит исходить из того, что история горцев Северного Кавказа есть составная часть общекавказской культуры. И без понимания того, что происходило на Северном Кавказе, невозможно составить общее представление об истории всего Кавказа. Все, что мы имеем сегодня, – это неполнота общей картины развития ситуации после распада Российской империи. Отрывочность знаний, фрагментарность в подаче материалов (сборник документов по Азербайджану, сборник документов по истории Грузии, сборник документов по Северному Кавказу) дают прерывистую картину, а не полноценное отражение ситуации. Для тщательного исследования этого периода в истории горцев Северного Кавказа широкому кругу читателей необходимо предоставить весь массив документов из разных источников. Поэтому неудивительно, что уход коммунистической идеологии, то есть развал СССР в 1991 году, способствовал появлению новой волны публикаций по этому периоду37. Но даже этого катастрофически мало по сравнению с тем, что хранится по исследуемой теме в архивах различных стран мира.

При всей своей актуальности данная тема совершенно не нашла должного освещения в зарубежной историографии38. Ее рассмотрение проходило под углом российской истории, и не более. Исключение составляют сами горцы, оказавшиеся за рубежом и пытавшиеся анализировать причины своего поражения в борьбе с большевиками.

Исходя из этого следует определить ряд первоочередных проблем исследуемой темы:

1. Определение места и роли в общей истории Кавказа истории Республики горцев Северного Кавказа.

2. Движение Деникина и позиция горской элиты по формированию своей государственности.

3. Национальная элита горцев и исламское духовенство: союз и противостояние.

4. Роль и место мусульманского духовенства Северного Кавказа в период противостояния национальной элиты советскому и деникинскому вторжению.

5. Определение причин, приведших к развалу республики.

6. Горская республика в контексте общей кавказской политики Германии, Турции, Великобритании, Франции и России.

7. Противостояние в среде горской элиты в вопросе о будущем Горской республики Северного Кавказа (полная независимость, конфедеративные отношения с Россией, Грузией и Азербайджаном, федеративные отношения с Россией).

8. Большевизация региона и выход Советской России на Южный Кавказ.

9. Проблемы горской эмиграции в странах Запада (1921–1945).

Начав с лозунгов о федерализации Российской империи в мае 1917 года, горцы вышли на требование признания независимости их государства от бывшей империи в мае 1919 года; побудительным мотивом смены варианта сосуществования с Россией стали разгон Учредительного собрания в Петербурге большевиками и ожесточенное военное противостояние между политическими силами в России. Немаловажно понять, почему стремление построить единую Горскую республику с частью терского казачества не достигло цели и почему Советская власть предпочла образование в регионе отдельных национальных республик.

Особо стоит подчеркнуть, что историю эмирата Северного Кавказа Узун-хаджи стоит рассматривать не отдельно от истории Союза горцев Северного Кавказа, а параллельно ей, в силу многих причин, сопровождавших их совместную деятельность. Шейх Узун-хаджи, несмотря на скоротечность государственного образования, созданного им, был активным участником многих событий, происходивших в регионе до провозглашения им своего эмиратства.

Источниковая база исследования

Источниковая база исследования содержит широкий пласт малоиспользованных и совершенно неизвестных ранее документов горской эмиграции из архивов Франции, Германии и Великобритании. Некоторое количество документов относится к горско-мусульманскому движению в регионе Северного Кавказа. Далее по степени изученности следовало бы назвать те фонды документов, которые связаны с горской элитой, выступавшей за создание независимого государства. Личные архивы тех или иных деятелей из числа последователей идеи образования Республики горцев Северного Кавказа рассредоточены как в республиканских архивах на Северном Кавказе, так и в странах Закавказья, и в местах их активной политической деятельности в период эмиграции (Европа, Турция, Иран, США).

Большой пласт документов, связанных с деникинским движением в регионе, опубликован, будучи извлеченным из заграничных фондов, также и из отечественных хранилищ, в трудах российских исследователей Белого движения в России. И наконец, документы, относящиеся к деятельности большевиков, имеют самую широкую базу публикаций и возможности использования в открытом доступе.


Издательство:
Центрполиграф
Поделится: