# Зомби

Евгений Луковцев

Нужна веская причина, чтобы улизнуть из дома, несмотря на позднее время, комендантский час и многочисленные санитарные кордоны. Нужны серьёзные доводы, чтобы убедить родителей не беспокоиться.

– Лера?!

Она замерла на полушаге, стиснув кулаки и умоляя небеса сделать так, чтобы оклик ей всего лишь послышался. Но нет, из кухни раздался скрип отодвигаемого стула, шаркающие тапками шаги, и в коридор выглянула мать.

– Дочка, ты куда же это намылилась?

– К Машке, – неопределённо отмахнулась Лера, – Мы давно хотели посидеть вечерком, поболтать…

– Да что ты, какое же "поболтать"? Время-то сейчас какое!

– Ну какое, мам?

– Позднее! – мать не сразу рискнула произнести нужное слово, – Страшное!

– Ну что со мной случится в центре города? Хулиганы сумочку отнимут? Вороны меня на чердак унесут?

– Ты прекрасно знаешь, – раздался из спальни суровый голос отца, – Что она имеет ввиду не ворон и не хулиганов.

Лера демонстративно закатила глаза и скривила губы, демонстрируя своё раздражение. Отец по обыкновению не затевал подобных воспитательных бесед и вообще редко вмешивался в чужие разговоры, но строго следил за накалом страстей. Насколько мать была мягкой и вечно во всём сомневающейся, настолько отец – твёрдым и непререкаемым. Нужно следить за языком, если повысить голос выше подобающего уровня, из спальни вырвется цунами в старом трико, при любых обстоятельствах встающее на сторону жены.

– Мммм, – прорычала Лера. – Вы опять об этом? Да от нашего дома санитарный кардон вот так, впрямую видно! И от той остановки тоже, только улицу перейти!

Мать всплеснула руками.

– Так ты что, не к нашей Маше собралась? Ты на метро хочешь ехать?

Дочь закусила губу. Проговорилась всё-таки. Она уже года три как не считала соседскую Машку "нашей" и порвала с ней все контакты, но мать никак не могла это усвоить.

– Да, на метро, что здесь такого?

– Да как же, что такого? Да ты новости совсем не смотришь?

– Она хочет, чтобы её зомби сожрали! – высунулся из своей комнаты язвительно ухмыляющийся Димка.

– Брысь, пакостник!

Лера стащила с ноги шлёпанец и запустила им в брата, но тот с хохотом скрылся за дверью. К матери она обратилась спокойнее, но с назидательными интонациями, как к маленькому ребёнку.

– Поменьше смотри новости, крепче будешь спать! Больше брехни, чем по телевизору показывают, только в газетах пишут!

В спальне обиженно хрустнула бумага, но отец промолчал.

– Да какая же брехня, дочка? Изоляторы показывают, битком! Блок-посты, кордоны, комендантский час! Между округами уже стены начали строить из колючей проволоки! В метро каждый день новые случаи, ловят этих зомби…

– Нет никаких зомби, мама! Нету! Это всё выдумки властей, чтобы экономические проблемы в стране заболтать, запугать население!

– Но ведь и в других странах…

– А там что, проблем нет? Это очень удобно, держать людей в страхе! Сами-то они проводят спокойно и саммиты свои, и форумы, ничего не боятся! Не боятся зомби почему-то!

– Ну у них охрана. И они, наверное, кровь сдают каждую неделю для проверки…

– Для проверки чего? Мам, ты прямо как маленькая. Ты что, действительно веришь, что от укусов больного ежа люди могли начать превращаться в зомби? Это же смешно!

– Так учёные говорят…

– Так продажные журналисты говорят, которые на власти работают! Им хочется загнать нас по домам, как обезьян в зоопарке, лишить нас свободы и штрафовать тех, кто сопротивляется. Чем дольше мы будем терпеть, тем больше они будут загонять нас в эту яму!

– Ну ты скажешь тоже! А отчего же люди язвами покрываются и с ума сходят?

– От обычного бешенства, которое всегда было. Просто его раньше лечили вовремя, а теперь медицина в стране уничтожена, подорожник предлагают к ранам прикладывать, представляешь? Якобы нет лекарств других от этой болезни. В двадцать первом веке живём, а как будто в шестнадцатый вернулись!

– Ну это же всем известно, что от бешенства на самом деле нет лекарства. Это абсолютно смертельная болезнь, помочь может только прививка…

– Вот! Да-да! Верьте больше, что вам в телевизоре говорят! Они там так заврались, что и сами уже запутались. Если прививка помогает, почему треть всех зомби в изоляторах всё равно умирает? А если не помогает, почему все остальные исцеляются? Что это за зомби такие, которые могут сами снова в людей превратиться? Враньё всё это?

– А что же не враньё, доченька?

– Не враньё, что население обкалывают не пойми чем. Никто не знает, что в этих прививках. И не от них ли вообще болезнь расходится бешеными темпами? Зачем колоть людей три раза? При бешенстве, между прочим, тоже трёхкратный курс! Так может, там только в одной дозе вакцина, в последней? Сначала колют человеку вирус, чтобы эпидемию раздуть, потом со второй дозой – маячок, чтобы следить за каждым больным со спутника. И только в третий раз – лекарство, чтобы вылечить. Как раз он успеет взбеситься, покусать кого-нибудь на улице, а тут и вакцина подействовала. Но не всех успевают в третий раз уколоть, вот тебе и 30 на 60, логично?

Разговор настолько заинтересовал отца, что он тоже выглянул в коридор.

– Вообще-то бешенство поражает только нервы, а не кожу. При бешенстве люди свой облик не теряют, кожа синими пятнами не покрывается. Ты же не скажешь, что все эти ролики в интернете и записи с камер наблюдения поддельные? Какие могут быть язвы при бешенстве?

– Самые обычные! Язвы они себе сами наносят, и синяки по всему телу, это же так просто! Они ведь себя не контролируют!

– Вот, тоже вопрос. Такая дикая агрессия при бешенстве для людей не характерна. У собак, кошек, лисиц, но не у людей же!

– Ой, пап, и ты туда же? – Лера раздражённо отмахнулась, села на пуфик и принялась натягивать ботинки. – Может, раньше была не характерна, а теперь характерна? Может, мутировал вирус?

– Ага! Мне казалось, ты не веришь, что вирус может мутировать…

– Да при чём здесь, верю ли я в вирус? Может, я вообще считаю, что нет никакого вируса, что всё это только постановка для таких вот, как вы, которые верят во всё, что бы им не сказали по телевизору! Со всем соглашаются и подчиняются этим дебильным правилам, которые с каждым днём всё хуже и хуже! Меня вчера в соседний двор не пустили, представляешь? Заварили подъезд, говорят – карантин. Карантин от зомби, самим не смешно? Да я лучше буду покусанной ходить, но под их дудку плясать не стану, пройду туда, куда мне надо! Ещё и сетку на заборе разрежу, если понадобится!

– Аааа, я-то думал, что у нас предметный спор. Ну, тогда ладно.

Отец вернулся к себе в комнату. Лера открыла шкаф и потянулась за курткой.

– А это у тебя что? – мать снова не вовремя проявила бдительность.

– Ничего. Утюгом обожгла.

– Утюгом? Так давай я мазь достану! Это точно не укус?

– Мам, ты опять? Нет никаких зомби, это просто ожог, пройдёт сам, без всякой мази!

– А маску? Маску хоть надень! – она стащила с вешалки плотную картонную маску с прорезями для глаз, выкрашенную в ровный чёрный цвет и скрывающую все черты лица. – Говорят, зомби не нападают на тех, чьего лица не видят! В маске они менее опасны!

– Ну какую маску, мам? Если зомби нет, зачем нужна маска?

– А если есть?

– Если есть, то им наплевать, в маске я или без маски. Всё, я ушла, на ужин меня не ждите!

– Но как же… – попыталась возразить мать, однако Лера мухой выскочила за дверь и побежала к лифту, на ходу натягивая на больное запястье стопку ярких браслетов.

Не хватало ещё, чтобы этот дурацкий фиолетовый овал заметил кто-нибудь на санитарном кордоне.