Название книги:

Найти Джульетту для гонщика

Автор:
Светлана Леонидовна Швецова
Найти Джульетту для гонщика

ОтложитьЧитал

Шрифт:
-100%+

Эта книга посвящается трём самым близким мне людям: моей маме Антонине Борисовне Швецовой, сестре Любови Боголаповой и моей подруге Светлане Звягинцевой.

А также трём любимым городам: Екатеринбургу, Санкт-Петербургу и Самаре.

Выражаю благодарность Егору Анатольевичу Миляеву, тренеру по мотокроссу Детско-юношеской спортивно-технической школы г. Екатеринбурга, за помощь и желаю высоких спортивных достижений ему и его воспитанникам.

2016 г.

Часть первая. Сергей и Олеся

* * *

Дождь в апреле! Невероятно! Погода совсем одурела! Олеся отдёрнула шторку. Молнии яркими всполохами озаряли ночное небо. Дождь не накрапывал, а лил стеной. Прохожих не было видно. «Конечно, все попрятались… Кому охота мокнуть!» Она надеялась, что хоть сестра Лерка сидит в тепле в каком-нибудь из ночных клубов…

Любимая сестрёнка и правда была в клубе. Самое интересное, что туда она сегодня вовсе не собиралась. Незавершённые «акварельки» ждали хозяйку дома, а вдобавок в её хорошенькую головку как раз сегодня «приблудились» три новых сюжета – она их даже набросала карандашом в блокноте. Валерия покусывала кончик карандаша от удовольствия: вдохновение – птица редкая и своенравная!

Однако её планам не суждено было сбыться: между парами ей позвонил Серёга Майоров и уговорил поехать с ним на фестиваль пива, мотивируя тем, что «в живописи она и так неплохо разбирается, а вот в пиве…»

В пиве Лера совсем не разбиралась, и отчего-то именно сегодня она решила устроить ликбез. Сначала Назарова, дегустируя, внимательно слушала ведущего: чем один сорт отличается от другого. После седьмого стаканчика она была способна отличить только, что пиво – это пиво, а не водка, квас, кисель или молоко…

Серёжа, её бойфренд и просто друг, оставил её ненадолго потанцевать и послушать фестивальную программу. Ушёл к мужской компании минут на пятнадцать. Когда он вернулся, Лера едва держалась на ногах. Кто-то из знакомых угостил симпатичную Назарову алкогольным коктейлем. Кажется, это был «Калифорнийский винт» на основе водки. И её развезло. Если учесть, что Валерия не пила раньше ни пива, ни водки, отдавая предпочтение шампанскому и хорошему вину, сейчас она пребывала не в лучшей своей форме.

Серёжка хохотнул, любовно оглядывая свою подружку:

– Ты моя зая!..

– Эх ты, меня бросил… в трудную минуту!!! Так друзья не поступают! Я требую, чтобы ты тоже выпил!

– Но, радость моя, я за рулём! – веселился Серёга. – Если я выпью, мы пойдём пешком…

– Пусть! Пешком полезнее, – нравоучительно произнесла Лерка.

И решила, вероятно, показать, как выглядит пеший шаг, пошатнулась на шпильках и потеряла равновесие.

Он нежно удержал её за талию, прижимая к себе, чтобы не упала. Что-что, а Назарова в любом состоянии была трогательна и неотразима! Пришлось Сергею выпить текилы, иначе бы Лера от него не отстала.

И сейчас они шли под проливным дождём и смеялись. Валерия ступала по асфальту босиком, боясь упасть с высоких каблуков и подвернуть ногу. Серёга вёл её, так и держа за талию, перенося на руках через бурные потоки воды. Ливневая канализация, как всегда, не справлялась.

Около дома Назарова заявила, что он сейчас поднимется к ней и обсохнет. Сергей не возражал: вся одежда на них была мокрая до нитки.

Они поднялись, у квартиры Лера отыскала ключ, Сергей ей помог открыть дверь. Зашли в прихожую, стало тепло. Сергей снял обувь, Лера повела его в гостиную, там обвила за шею, хотела поцеловать в щеку, но не дотянулась и поцеловала в шею.

– Спасибо, что проводил!

Потом лукаво посмотрела и добавила:

– Но всё равно ты – плохой мальчик! Если бы ты не выпил, мы бы не пошли пешком. И не попали бы под ливень!

Сергей улыбался, глядя на Леру: «Этакий бурчащий мокрый котёнок!» Потом приподнял её от земли.

– Ну а кто меня выпить заставил?! – с иронией, без укора возразил он.

– А нефиг было меня слушаться… Кто из нас мужчина? – аргументировала Валерия, вися в воздухе в руках Майорова.

Наконец, он поставил её на пол, она снова пошатнулась, и снова он успел её словить.

Вдруг Сергей увидел девушку чуть старше Валерии, стройную, с пушистыми вьющимися волосами и детскими доверчивыми глазами. Она вышла из глубины квартиры прямо к ним и выглядела удивленной.

– Боже! Лера! Какая ж ты мокрая!!! А это…

Лера бегло посмотрела на Сергея и, недолго думая, выпалила:

– Мой мальчик. Мой плохой мальчик!

– Лера! Ты пьяна?!

Только сейчас до старшей сестры стало доходить, отчего румянец на щеках младшенькой, и эта неестественность в походке, и странная манера говорить… Валерия изо всех сил старалась выглядеть трезвой, но это только усугубляло ситуацию.

– Ну, Олеся! Ну выпила… Чуть-чуть… Я – в душ. Брр.

И она поскорее – от греха подальше – удалилась нетвёрдыми шагами в душ, даже не оглянувшись на старшую сестру, по пути бормоча себе под нос:

– Надеюсь, родители до сих пор в гостях.

Потом выглянула из двери ванной и обратилась к Сергею:

– Кстати, Серж, познакомься. Это – моя старшая сестра. Строгая!.. Адвокат. Ты с ней поосторожнее: засудит! «Вы имеете право хранить молчание…»

Лера захихикала, захлопнула дверь, и тут же послышался звук льющейся воды. Сергей по-прежнему стоял посреди гостиной, не зная, что ему дальше делать. «Уходить? Или подождать? А Лера никогда мне не говорила, что у неё есть сестра…»

Олеся осталась стоять с незнакомым парнем, кстати весьма симпатичным. Как же она не любила такие неловкие моменты! Не любила, потому что стеснялась. Новых людей, неожиданного внимания к себе со стороны противоположного пола, когда те заглядывались на неё – а заглядываться было на что – и вот таких ситуаций: когда хочется юркнуть в свою комнату, но воспитание и рамки приличия обязывают занимать «гостя». «Ну, Лерка!»

Олеся собралась с духом и обратилась к Сергею:

– У плохого мальчика есть имя?

Он не без удовольствия окинул её взглядом с головы до ног и просто ответил:

– Серж.

И вдруг девушка неожиданно скрылась в одной из комнат. «Упс! Не понял… Странная реакция на моё имя!» Её внезапное исчезновение вызвало у парня лёгкое недоумение. Напрасно он вглядывался в глубь коридора через распахнутую дверь гостиной, девушки не было. Сергей ещё немного постоял. «Наверное, мне лучше уйти. Конечно, старшая сестра недовольна и ушла. Но могла бы и попрощаться». Было немного досадно. Ему понравилось разглядывать её и было жаль, что знакомство не продолжилось.

Но девушка вернулась так же неожиданно, как и исчезла. Ливень сделал своё дело: Олеся видела, насколько промозгло парню в насквозь мокром чёрном пиджаке и мокрой белой футболке. Она представила себя на месте Сергея и зябко повела плечами. «Одежда! Одежда гостившего двоюродного брата и забытая им, сухая и выглаженная, лежала в шкафу – надо только найти её!» Олеся тут же ринулась в комнату за полотенцем и спортивным костюмом и сейчас протягивала всё это Сергею. Вот так раз! Досада на непрошеного гостя прошла, уступив место сочувствию и желанию помочь.

– Вам, наверное, лучше переодеться. Вот полотенце, а это – спортивный костюм двоюродного брата. Гостил и оставил.

И тут же она забеспокоилась, не выдала ли себя, что ей доставляет удовольствие помогать ему. Потом улыбнулась и добавила смущённо:

– Можете совсем забрать. Он в армии, а оттуда все возвращаются – всю одежду на два размера нужно менять. Зайдите в комнату Леры, переоденьтесь.

О нём заботились! «Какая она трогательная в домашней майке и бриджиках! Особенно когда опускает голубые, как льдинки, глаза от смущения в пол…» Вот это новость: она волновала его!

Сергей подошёл близко, взял полотенце и костюм, невзначай коснулся её руки. Она вздрогнула от прикосновения: жаркая волна смятения была настолько сильная, что передалась и ему. И ещё эти бездонные глаза… На секунду встретились с его карими, резанули своей откровенной восторженностью и незащищённостью. Отчего-то бешено заколотилось сердце. Хорошо, что нужно было переодеваться: из комнаты он не вышел, скорее выбежал, чуть не зацепив её. Серёга обрадовался: срочно остаться одному, выдохнуть и попытаться собрать себя после «взрыва»: эмоции были столь новы и необычны, что он потерялся.

Переодевался медленно, усмехаясь про себя своему новому приподнятому состоянию, с которым смирился, которое поселилось в его душе. С одной стороны, ему хотелось ещё чуточку побыть одному, с другой стороны, не терпелось вернуться и разговаривать с ней, снова видеть её лицо, глаза… Ещё минуты две посидел на корточках, потом машинально надел олимпийку на голое тело, взял свои мокрые вещи и пошёл в гостиную. Снова приблизился к ней в распахнутой олимпийке, которая была ему откровенно мала, держа в руках всё сырое.

Он стоял совсем близко. Мужчина!!! С красивым мускулистым торсом, высокий, статный. Стоял и смотрел на неё, Олесю. Какое там поднять на него глаза, она дышала-то через раз… Жаркая волна затопила её, а щёки предательски покраснели. Это было невыносимо. Она поскорее забрала его мокрые вещи и отошла на безопасное расстояние. Руки его стали свободны, и Майоров смог застегнуть молнию, потом смотрел, как девушка аккуратно развешивает его брюки, футболку, пиджак на плечики сушиться. А потом она снова исчезла. «Легкая такая, тоненькая. Воздушная! Передвигается как эльф», – подумал он про Леркину сестру.

Его чудесный «эльф» вернулся минут через пять с подносом и двумя чашками. Майоров подскочил и забрал поднос.

– Куда ставить?

Она пробормотала спасибо и добавила:

– Я подумала, что чай с малиной точно не помешает. Чтобы не заболеть и всё такое…

Сергею нравилось, что она заботилась о нём. «Точно жена…» – промелькнула случайная мысль в голове. «Жена?! – удивился он своей мысли. – Это что-то новенькое».

Тем временем она уже ставила перед ним чашку с блюдцем и вазочку с малиновым вареньем.

 

– Пейте, не торопитесь. Я вам такси вызвала. Минут через тридцать-сорок обещали подъехать, не раньше, говорят: улицы затопило.

Не просидев и минуты, снова встала.

– Я пойду посмотрю, как там Лера.

И опять исчезла, теперь в ванной. Такое ощущение, что она не хотела с ним оставаться наедине, ища предлог куда-нибудь улизнуть.

Олеся позвала его через минуту:

– Сергей! Мне нужна ваша помощь: Лерка в ванной заснула. Мне её не дотащить до кровати.

Майоров сразу ринулся в ванную. Осторожно поднял на руки спящую младшую Назарову, замотанную в большое махровое полотенце, отнёс в её комнату, чувствуя немного угрызения совести, потому как это он не углядел за ней на празднике пива.

Они вернулись в гостиную. Оба молчали. Майорову было удивительно хорошо и светло на душе. Ему вообще не хотелось говорить, слова бы только мешали. Но он чувствовал, что девушке неловко от затянувшейся паузы. Сергей посмотрел на неё, напряжённую, улыбнулся и похвалил:

– Вкусный чай!

Олеся тут же встрепенулась:

– Это мама сборы составляет. Замечательно, правда? Я в этом совсем ничего не понимаю…

И опустила глаза. Олеся не знала, как себя вести с этим парнем. Он не создавал непринуждённую беседу. Он откровенно разглядывал её, Олесю, уверенно и настойчиво, как мужчина разглядывает женщину. Лицо её полыхало. Сергей был более чем симпатичен. Слишком хорош для неё… Собственные робость и смущение загоняли её в угол: парень очень нравился ей. И она, чувствуя, как безоружна перед этим глупым чувством внезапного обожания, с вызовом бросила ему:

– А что вы так на меня смотрите?

– Как?

– Разглядываете.

Она думала, что призовёт его к тактичности, вернёт их общение в общепринятые рамки. Но этот парень ломал все условности. Он скрестил руки на груди, отставил чашку, повернулся к ней, улыбнулся и подтвердил:

– Разглядываю.

Майоров привык: современные девушки были уверенны, смелы, раскованны. Не прятались, а наоборот, выпячивали себя. Их не хотелось завоёвывать, оберегать, в них не было тайны. Валерия не в счёт, поэтому-то он с ней и общался. А здесь такое домашнее стеснительное чудо! Трогательное и ранимое. Конечно он будет разглядывать. Более того, он будет стараться обратить на себя внимание!

А его худенький «эльф» снова сбежал. Она придумала, как поделикатней выскользнуть из-за стола, и развела бурную деятельность: сходила за феном и принялась сушить его, Серёгин, пиджак. Майоров едва сдерживал улыбку: «Ах так?! Ну-ну…» Стратегия её с треском провалилась, когда Сергей подошёл к ней и встал рядом. «Теперь ты куда сбежишь от меня?!» Сбегать и правда было некуда… Она усердно жужжала феном, стараясь смотреть только на пиджак. Серёгу это ещё больше развеселило. «Ну как ребёнок!» Он ещё минуту выждал и повернул её руку с феном ей в лицо. Это было так неожиданно! Хулиганская выходка возымела действие: стеснительность и напряжение у неё вдруг исчезли, на смену им пришли лёгкость и свобода. Олеся зажмурилась и развернула фен на Серёгу. И она не сердилась, она улыбалась! Он подскочил к розетке и вынул вилку. Фен затих. Отобрал фен из ладони: снова прикосновение… Если бы можно было не отпускать её ладонь!

Олеся повернулась и демонстративно вышла из гостиной. «Неужели обиделась?» – подумал Майоров. Но он ошибался. Она сходила в ванную и вернулась со вторым феном. Глаза её задорно блестели, фен держала как пистолет, принимая правила игры…

Назарова действительно не могла находиться рядом с Серёжей. Её сердце готово было выпрыгнуть из груди. Ей нравилось всё: лицо, запах, походка, голос. И ещё она помнила, как обнажённый торс в распахнутой олимпийке заставил её покраснеть… Все эти ощущения настолько были сильны и незнакомы, что она не знала, как себя вести с ним. Все парни, которые до сегодняшнего дня оказывались рядом с ней, были просто друзья. Этот другом не был! Он был мужчиной, опасным и невероятно притягательным, до слабости в ногах, до тумана в голове, до мурашек. А в голове ещё крутилась мысль, что это – парень её сестры. Как привыкнуть к нему?! Но когда он забрал фен, она вдруг перестала стесняться и стала той, кем была дома: игривым очаровательным существом. И с этим чудесным парнем ей стало уютно и просто, будто знала его всю жизнь.

Игра началась. Они бегали по всей квартире. Прятались друг от друга за мебель, выслеживали, затаивались. Сергей делал кувырки, как заправский спецназовец. Олеся прекрасно знала, как надо входить в незнакомое помещение, чтобы тебя не подстрелили, держать под прицелом. И вдруг она потеряла его из виду. Пошарила глазами по комнате – и не нашла. Мгновение, и Серёга оказался у неё за спиной. Левой рукой захватил её спереди, прижав к себе, правой рукой приставил фен к виску. «Сдавайтесь, леди».

Да, случайно: в игре, в запале, но она была в его объятьях! Он чувствовал, как она тяжело дышит, чувствовал её грудь под своей рукой. Между ними словно пробежал электрический ток. Минуту они стояли ошеломлённые оба, потом Сергей отпустил девушку. Обоим отчего-то стало неловко.

Громко, отрезвляюще заиграла музыка на телефоне Олеси: такси ждало внизу.

Стараясь не смотреть ему в лицо, она тихо сказала:

– Вот и ваша машина приехала. Вам пора.

– Жаль.

Ему действительно было жаль, Майоров не понимал, почему надо уходить, когда можно ещё пить чай, молчать, говорить о чём угодно? Главное: с ней. Она не позволила.

– И всё-таки вам пора.

– Спасибо за чай.

– Спасибо за Леру.

Дежурные слова вежливости сказаны, вроде бы пора. Сергей смотрел, как заботливая Олеся суёт ему его вещи прямо с вешалками. До вещей ли ему сейчас?! В голове его крутится только одна мысль: когда он увидит её в следующий раз?

– Я завтра заеду – Леру проведаю.

Он откровенно врёт, Лера – только повод снова увидеть её, хрупкого голубоглазого «эльфа».

Она прогоняла его, потому что так правильно, но всё внутри отчаянно сопротивлялось этой чёртовой «правильности». Ей ещё ни с кем не было так хорошо! Ни с кем и никогда. Как бы ей хотелось сейчас прижаться к нему, замереть и слушать в тишине, как бьётся её сердце… или его… Откуда-то накатила горечь понимания, что сказка сегодняшней ночи уходит навсегда. Всё, что она смогла выдавить у порога:

– До свидания, Сергей!

Олеся закрыла за ним дверь и медленно прошла по коридору в гостиную. Подняла оба фена, машинально положила на стол. Пустота, огромная пустота с его уходом уже успела заполнить дом, просачивалась в душу… Она в ступоре опустилась на пол, запустила пальцы в волосы: «Что это сейчас было?!»

* * *

Олеся сидела дома, зарывшись в учебники и конспекты. Началась последняя сессия пятого курса. Потом диплом, и всё! Свобода! Завтра первый зачёт: «Арбитражный процесс». В хорошенькую головку уже ничего не лезло… Хотелось просто надеть наушники и под хорошую музыку помечтать. А мечтать было о чём. Вчерашний день, вернее вчерашний поздний вечер, не выходил из Олеськиной головы. Более того, внезапная встреча с Ним обрастала новыми подробностями: память, не спросясь у хозяйки, самовольно вытаскивала откуда-то из глубин его походку, манеру наклонять голову, взгляд насмешливых внимательных глаз. «Странно, что вчера я этого не заметила… Эх, хотя бы мысленно вернуться и прожить те трепетные мгновения!» Но Олеся не позволила себе такой роскоши, вздохнула и открыла конспект.

В дверь позвонили. «Кто бы это мог быть? Для Лерки рановато…» – подумала она и пошла открывать.

– Кто там?

– Сергей.

– Сергей?!

И всё! Сердце оборвалось и заколотилось в груди от восторга и испуга. Пока открывала замок, Олеся пыталась справиться с волнением, боясь показать, как она рада его видеть. Ей это удалось, хотя и с большим трудом.

– Добрый день. А Лера в колледже… – буднично произнесла она, стараясь не встречаться с ним взглядом, зная, что тогда уж точно покраснеет.

Потом посмотрела на часы на руке, беспокоясь, что он может сейчас уйти.

– Правда, скоро должна прийти. Если не торопитесь, можете подождать. Проходите в комнату.

Сергею со вчерашнего вечера хотелось увидеть Лерину сестру. Смутное чувство накрыло его уже в такси: как будто он что-то потерял, что-то важное для него. Засыпая, он думал о ней. Сегодня, подъезжая к дому, Серёга прокручивал в голове назойливую мысль: «Что, если вчера от выпитого он захмелел и ему показалось?..» Когда Олеся открыла дверь, он с облегчением выдохнул: не показалось! Улыбнулся, смело ступил за порог и закрыл за собой дверь. Потом достал небольшой пакет и протянул хозяйке.

– Я вам тут чаю принёс. Настоящий цейлонский, какой-то супер-пупер-элитный. Отцу азиаты на переговорах презентовали. Я тоже не разбираюсь.

Олеся приняла подарок. «Он всё помнит! Каждое слово моё помнит», – ликовала в душе она. Но наружу прорвалась лишь сдержанная благодарность:

– Спасибо, вот мама обрадуется!

Майоров снял обувь и прошёл в знакомую гостиную. Словно и не уходил. Пристально посмотрел на неё. Олеся поняла: пауза грозит затянуться и перейти в неловкую. Поэтому принялась гостеприимно хлопотать.

– Я вам по-быстренькому кофе сделаю, ладно? Мне заниматься надо – завтра первый зачёт.

И ретировалась на кухню готовить кофе. Уже оттуда, с безопасного расстояния, крикнула:

– Вы не стесняйтесь! Там книги есть, берите. Можете телевизор включить…

Сергей с любопытством стал рассматривать комнату. Книги на полке, статуэтки. Очередь дошла и до фоторамки. Это была детская фотография обеих сестёр. Он взял её в руки, долго разглядывал. Наконец, громко, чтобы было слышно на кухне, сказал:

– А вы с Лерой совсем разные.

Олеся отозвалась с кухни:

– Да, я на маму похожа, а она – вылитый отец!

Девушка появилась в дверях с ароматным кофе и приблизилась к нему.

– Вот, ваш кофе, Сергей.

Майоров осторожно забрал блюдце из её рук и, не разрывая с ней взгляда, попробовал.

– М-м-м… вкусно.

– Кофе – это мой конёк! – первый раз улыбнулась она Серёге, потом тихо добавила: – Всё, я вас оставляю.

И Сергей остался один в комнате. Минут через пять хлопнула входная дверь, послышались голоса. Лера, весёлая и, как всегда, улыбчивая, зашла в гостиную и удивилась:

– Серж?! Как мило. Плохой мальчик решил навестить плохую девочку?!

Она подошла, встала на цыпочки и поцеловала его по-дружески в щёку.

– Как ты после вчерашнего вечера? Голова не болела?

– Тс-с-с… Леська нас не сдала, – заговорщическим шёпотом сообщила Назарова. – У нас сегодня небольшой семейный ужин: отец проект закончил. Посидим немного для приличия? А потом сбежим в клуб. Только я сегодня не пью.

Неожиданно из кухни в гостиную вошли отец и мать. Отец нёс стулья, мать – скатерть и тарелки. Очень элегантный мужчина среднего возраста уже протягивал Майорову руку.

– О! Да у нас гость! Прошу к столу!

Мама внимательно смотрела на Сергея.

– Здравствуйте! Лерочка, гостя представишь?

– Мам-пап, это Серж – мой друг. Это – мои мама и папа: Борис Васильевич, Анна Петровна, – скороговоркой сыпала Валерия.

Анна Петровна улыбнулась. «Олеся и правда на неё похожа», – подметил Сергей.

– А я сперва подумала, что вы к Олесе пришли в гости…

Лера хмыкнула:

– К Олесе?! Ну да, ну да… К сессии готовиться! Ботаник – вот, пожалуй, единственный формат молодого человека, который заинтересует нашу Олесю.

Анне Петровне не сильно понравилось такое высказывание. И она осадила младшую дочь:

– Лера!

– А что?! Я не права? Вот где Леська? Опять зубрит.

И она крикнула с иронией и в то же время с теплотой в голосе:

– Сестрёнка! Выходи к нам, мы тебе тут косточки перемываем.

Было понятно, что она очень любит старшую сестру и у них весёлые, лёгкие близкие отношения. Олеся вышла. Сергей заметил, что она переоделась. Вместо домашней майки и бриджей она надела платье. Тоже домашнее, которое чрезвычайно ей шло.

– Чем вызвано столь пристальное внимание к моей скромной персоне?

Конечно, она приоделась для него. Отчего-то ей захотелось рядом с ним быть маленькой и хрупкой. К чёрту ум: нежному красивому цветочку он ни к чему! Она поцеловала отца и маму в щёку, Лерке взъерошила волосы. Та в ответ потянулась к её ладони, как кошка. Сергей с грустью и сожалением отметил: в семье Майоровых таких сердечных отношений не было. Он встал, галантно отодвинул стул Олесе и помог ей сесть, удивляя всех своими манерами.

Олеся приподняла от удивления брови:

– Благодарю!

Семья стала ужинать. Отец рассказывал интересное о работе, показывал эскизы старого и нового проектов. Валерия, которая прекрасно рисовала и разбиралась в графике и живописи, в восторге комментировала их. Олеся тоже из вежливости участвовала в разговоре. Но мысли её были о другом. Её беспокоило, как бы не заметили домашние долгих и красноречивых взглядов Сергея на неё. Себе позволяла лишь изредка, украдкой встречаться с ним глазами, чтобы это было незаметно. И каждый раз её окатывала жаркая волна, кружилась голова. Она уже жалела, что не осталась у себя в комнате.

 

– А чем занимается друг Леры? – вдруг осмелела и поинтересовалась Олеся.

Она ничего о нём не знала.

– Ну всё – допрос начался… – протянула Лера и картинно закатила глаза.

Анна Петровна тактично пришла на помощь парню.

– И правда, Олеся, человек ещё, может, не столь раскован в новой обстановке.

Сергея это только позабавило. Стеснительностью он никогда не страдал. И хотя девушка не знала, только почему-то сейчас, перед Олесей, ему было досадно, что он вот уже полгода отдыхал от учёбы, живя в своё удовольствие. Взял тайм-аут – академический отпуск – чтобы разобраться в себе: хочет ли он дальше учиться по этой специальности.

– Да нет, всё нормально. Я учусь. Экономика и финансы, четвёртый курс.

Валерия почувствовала, что уже можно улизнуть и при этом никого не обидеть. Встала из-за стола.

– Ну, мы пойдём погуляем. Рано не ждите.

Майоров увидел, как вспыхнули и потухли глаза старшей сестры. Делать было нечего. Сергей заверил:

– За Леру не беспокойтесь – провожу до дверей. До свидания, спасибо за ужин!

Направились к двери все трое: Олесю попросили проводить их. Она избегала смотреть Сергею в глаза. Было больно и стыдно. «Хорошо, что люди не умеют читать мысли!» То, что сейчас было, походило на пощёчину ей, размечтавшейся дуре, напридумывавшей себе невесть что.

Лера вышла первой – вызывать лифт. Майоров топтался на пороге. Он ждал, когда они окажутся одни. Она стояла рядом, а он ничего не мог! Ни обнять её хрупкую фигурку, ни взять за руку. Ни-че-го!!! Только проститься взглядом. Глаза Олеси, тихие и грустные, щемили сердце. В них читалась бесконечная покорность судьбе. «Ну уж нет!» – вдруг вскипело у него внутри. Он принял для себя решение и посмотрел на неё, транслируя взглядом: «Я решу этот вопрос!» И вышел.

Олеся закрыла за ним дверь и прижалась к холодному дверному полотну горячим лбом. Вытерла пару набежавших слезинок, заставила себя улыбнуться и, нацепив обычное выражение лица, вернулась в гостиную. Только закрывшись в своей комнате, на кровати, подтянув колени к подбородку, она уткнулась в подушку и заплакала.

* * *

Олеся не видела Майорова две недели… Полностью сосредоточилась на учёбе. Днём это удавалось. Ночью она вспоминала о Сергее, прокручивая в памяти каждое его слово, жест, взгляд, прикосновение. Она не собиралась ничего забывать. Это было её тайное богатство, и никто не мог отнять его у неё. С сестрой он тоже все эти дни не встречался. Валерия говорила, что у него какие-то срочные дела. Тем большее удивление у Олеси было сегодня.

Внезапный звонок в дверь заставил её вздрогнуть.

– Кто там?

– Олеся, открой, пожалуйста, – неожиданно послышался за дверью знакомый голос.

Олеся открыла. Майоров стоял на пороге. Глаза блестящие, возбуждённые. Назарова растерялась, еле смогла выдавить:

– Сергей? А Леры…

Он не дал ей договорить, продолжив её фразу сам:

– …нет и не будет. Она – на практике. Я – к тебе, Олеся. Мне можно войти?

И не ожидая приглашения, вошёл. Олеся стояла, ошеломлённая его уверенностью и напором.

– Это тебе, – вдруг произнёс он, вынимая из-за спины роскошный букет из пятнадцати роз.

Цветы были великолепны. Олеся зарылась в них лицом, вдыхая аромат и ничего не соображая. «Зачем он мне подарил цветы?» Мысли путались. Одна её половинка готова была прыгать от счастья. Другая её половина, перестраховываясь, с трудом держала эмоции в узде.

После последней их встречи она проделала титаническую работу, убеждая себя в том, что чувства её к Майорову лишены основания, что с её стороны это был гормональный срыв и она только выдавала желаемое за действительное. В ход шли логика и здравый смысл. Худо-бедно она себя «залатала». А вот сейчас Он явился и пытается разрушить свежевозведённые стены…

Олеся в панике спряталась за шутку:

– Спасибо… Ты хочешь просить у меня руки Леры? Тогда это – к родителям. Они с радостью спихнут её со своей шеи!

Сергей оторопел, не ожидая таких слов от Олеси.

– Лера тут ни при чём. Я пришёл, потому что ты мне нужна, Олеся!

Она вспыхнула. Сразу разорвала дистанцию между ними, отошла от Серёги к стене. Это было слишком хорошо, чтобы походить на правду. Она не верила. Не верила, потому что не допускала, что счастье может вот так, просто, случиться с ней, Олесей Назаровой. Как подарок судьбы…

Она привыкла к мысли: чтобы что-то получить, нужно постараться. Чудес не бывает. Может, у кого-то, только не у неё.

«Он, друг сестры, мог предпочесть её эффектной и уверенной Лерке?! Да никогда!» Это был подвох. Та с детства кружила головы. И как её сестра, Олеся прекрасно это знала. И было больно. «Как он смеет поступать со мною так? Ведь я его так люблю!!!» – впервые призналась она сама себе. Девушку затрясло, гремучая смесь любви, обиды и гордости требовала выхода наружу.

– Что за глупый розыгрыш? С кем ты на меня поспорил? С Лерой? С вашими дружками?

Голос Олеси звенел от обиды, лицо её пылало. Сергея резанула её боль, он быстро подошёл, взял её за плечи и посмотрел в глаза.

– Нет! Нет, поверь мне, нет! Почему ты мне не веришь?!

Олеся выдержала его взгляд в упор и с отчаяньем в голосе сказала:

– Да потому что ты – друг Леры!

Она дрожала в его ладонях, Майоров был в смятении, он видел её истерику, понимал, что причина – он! Все его планы, все подготовленные заранее красивые речи были сметены лавиной неожиданных бурных эмоций – её и его.

– Вот именно, друг!!! И только! А я хочу, чтобы ты стала самым близким мне человеком, – в сердцах выпалил он.

Истерика вдруг сменилась апатией. Олеся отвернулась и смотрела в сторону, никак не реагируя на его слова.

– Я… влюблён в тебя, разве ты это не видишь?!

Вдруг в порыве Майоров обнял и крепко прижал девушку к себе. Губы его оказались у её виска, и он дотронулся губами до её волос.

Олеся замерла. Если бы он её не держал, она бы, наверное, потеряла сознание. С закрытыми глазами она растворялась в новом для неё ощущении блаженства. Но, вспомнив о Валерии, сделала над собой усилие и потребовала:

– Пусти!

– Что? – не понял Сергей.

– Пусти меня! Мне больно.

Сергей нехотя убрал руки. Она холодно отрезала:

– Уходи!!!

Сергей стоял и недоумённо смотрел на неё. Только что она, трепетная и нежная, таяла в его руках… Ему что, показалось?!

– Уходи, Сергей! Лере я ничего не скажу. Она хоть и взбалмошная, но очень ранимая…

Потом помолчала и устало добавила:

– Цветы я поставлю в её комнате, скажу, что ты приходил и принёс для неё.

Сергей отошёл от неё и стал ходить по комнате. Ему впервые стало страшно: вот сейчас она откажет ему, и… он шагнёт в пустоту, унылое беспросветное будущее без неё. Тихо сказал:

– И это будет неправдой. Лере я никогда не дарил цветы.

– Лера – моя сестра. Ничего у нас с тобой, Сергей, не получится… – упавшим голосом произнесла она.

Сергей резко встал, быстро подошёл к Олесе. В глазах оживление и надежда.

– «У нас с тобой»?! Значит, я для тебя – не пустое место! Значит, ты ко мне неравнодушна! Тогда зачем скрывать это?!

Назарова поняла, что выдала себя с головой, и произнесла с досадой:

– Мои чувства – это только мои чувства! Уходи, Серёжа!

– Вопрос остаётся открытым.

– Нет!

– Я буду ждать, – глухо сказал он.

Олеся подошла к двери, молча распахнула её, потому что поняла, что сейчас расплачется прямо при нём. Сергей посмотрел на неё долгим испытывающим взглядом, медленно вышел и закрыл за собой дверь.

Остался за дверью. Он чувствовал, что она никуда не ушла, а стоит рядом. Какая-то пяти-семисантиметровая перегородка отделяет их. Он повернулся, опёрся ладонями на дверь и громко повторил:

– Я буду ждать…

Олеся услышала, тихо сползла по двери и опустилась на пол. Лицо её пылало, сердце колотилось… «Стоп! стоп! Надо остановить это безумие… Нельзя… нельзя… Ради Леры… Я – сильная. Я справлюсь. Да за что мне всё это?!» Слёзы стекали по подбородку. Цветы в беспорядке лежали на полу рядом. Олеся собрала и уткнулась в них мокрым от слёз лицом. Серёга ещё стоял минут пять. Потом ушёл. Она слышала его шаги, звук лифта. Потом медленно побрела к себе в комнату, больше похожая на тень, чем на человека…


Издательство:
ЛитРес: Самиздат
Поделится: