Павел Котов
Бугорок

Пашка привык просыпаться с ленцой и неспешно. Обычно мама заходила в комнату и говорила, что пора вставать. Если же дело было зимой, мама включала в комнате свет, говорила, что пора вставать и уходила, оставив свет включённым. Вот тут уж волей-неволей проснёшься. Но в любом случае Пашка знал, что у него есть минут пять, чтобы чуток понежиться в постели и встать ровно за секунду до того, как мама откроет дверь второй раз. Нет, если бы он ещё лежал в постели, она ничего бы и не сказала. Но вот взгляд её в таких случаях был красноречивее всяческих слов. Так что рисковать не стоило.

В тот день всё пошло наперекосяк. С шумом и криком в комнату ворвался отец: «Пашка, подъём, сорок пять секунд одеться, мы проспали, мы опаздываем!» Пашка без лишних слов лихо выпрыгнул из кровати. Пока он чистил зубы, отец уже натягивал на него штаны и рубашку, засовывал Пашке в карман носки. Отец сгрёб сына в охапку, подхватил башмаки, и они стремительно помчались в детский сад.

Дело в том, Пашкин отец должен был ехать на картошку. В те времена городских жителей, работников умственного труда, частенько отправляли в деревню, помогать крестьянам собирать урожай – огромные поля картошки, свеклы, моркови и всего того, что растёт на необъятных колхозных полях. Тогда многое приходилось делать вручную, а в деревнях не всегда справлялись с большим урожаем. На картошку же отправлялись всем дружным рабочим коллективом. В общем, Пашкиному отцу ни в коем случае нельзя было опаздывать. Но и сына надо отвести в детский сад. А уж потом стремглав мчаться на завод.

Отец нёсся со скоростью света. Сына он держал на руках, крепко прижав к себе. Пашка обхватил папкину шею руками и с любопытством вертел головой по сторонам, радуясь тёплому дню и бешеной скорости.

Детский сад находился не так уж и далеко. За его оградой проходила железная дорога, по которой поезда дальнего следования уходили на дальние окраины Родины – к Ледовитому океану и в сердце страны, через Урал и Сибирь, к самому краю земли, к Тихому океану. Местные жители любили гулять здесь с детьми и ласково называли это место «бугорок».

Отец решил срезать путь и рванул на бугорок. Он решил зайти с тыла и выиграть минут пять. Но именно там кто-то решил вырыть ямы и раскидать повсюду трубы. Первую яму отец ловко обогнул, вторую лихо преодолел с разбега, трубу перепрыгнул, угодил ногой в ямку, но устоял. Не сбавляя скорости, сделал ещё пару шагов и увидел перед собой огромную трубу, которая будто бы выросла из-под земли. Отец проворно её перепрыгнул. Казалось бы, препятствие преодолено. Однако правая нога неожиданно зацепилась за край, и отец плашмя полетел лицом вниз. В последний момент он крепко прижал Пашку к груди и, падая, выставил вперёд локти. Пашка же испуганно смотрел в отцовские глаза, полные ужаса и улыбался. Отец с ужасом смотрел сыну в глаза и уже было решил, что всё обошлось. Но в самый последний момент, когда отец лежал на земле, выставив вперёд локти и прижав сына к себе, голова Пашки вдруг резко качнулась назад. Он ударился затылком об асфальт, грустно вздохнул, закрыл глаза и затих. Отцу послышался оглушительный звук треснувшего черепа. В его голове вспыхнула фраза: «Хрусть и пополам!» Он в ужасе вскочил, издал дикий крик и рванул к детскому саду.

Коленки дрожали, ноги подгибались, всё его тело сотрясала жуткая дрожь. Он ворвался в дверь, увидел людей в белых халатах, и, крикнув: «Я убил своего сына!» – рухнул в обморок. Кто-то ловко подхватил Пашку. А тот уже вертел вокруг головой и никак не мог понять всей этой суеты и катавасии.

Минут через пять Пашкин отец пришел в себя, помог нашатырный спирт. Он приоткрыл глаза и трагическим голосов произнёс: «Что с моим сыном?!»

– Жив он, папаша, жив. Всё с ним хорошо, уже в группе играет с детьми. Вы то сами как? Ох и напугали! – сказала медсестра.

– Покажет мне его! Ему срочно надо вызывать скорую!

– Тут, похоже, папаше надо скорую вызывать, – сказала заведующая. – Едет уже она, едет. Заодно и Вас осмотрит.

Тут Пашка забежал в комнату, увидел отца, бросился к нему на шею, поцеловал его и уверенно произнес: «Пап, всё хорошо. Тебе же на картошку пора, опоздаешь. У нас там это… Я пойду, ладно?» И тут же убежал обратно в группу.

Приехала скорая. Бригада выслушала леденящую душу историю, осмотрела Пашку и не нашла ничего серьезного. Отцу, медсестре и заведующей предложили валерьянки, на всякий случай. Все дружно отказались.

– Вам, дорогой товарищ, нельзя так остро реагировать. – произнёс доктор, сдерживая улыбку. – Ну что ж, раз Вы так торопитесь, прыгайте в машину, подбросим. У нас как раз вызов в те края. А то нароют, знаете ли, ям, трубы разбросают, понимаешь ли…

В тот день вся бригада пребывала в недоумении. Пашкин отец знал много песен, любил и, главное, умел хорошо петь. Он вообще был весёлым человеком и душой компании. От него в тот день ждали искромётных шуток, затейливых историй, душевных песен. Всего того, что помогает дружному коллективу в работе. Но он всю дорогу сидел в углу автобуса, молчал, задумчиво смотрел в окно. Иногда на его глазах появлялись слёзы. Он вдруг хватался за голову и начинал раскачиваться из стороны в сторону, что-то нашёптывая себе под нос.

К нему подошла молоденькая девчонка, хохотушка и большая затейница. Бригада отрядила её узнать, что же происходит с их товарищем. Он посмотрел на неё отрешенным взглядом: «Я сегодня чуть не убил своего сына». Прошептал и заплакал.

– Не трогайте его, не надо. – сказала она, вернувшись к остальным.

День закончился, отец пришёл в садик и безумно обрадовался сыну. Тот выбежал радостный и с разбегу запрыгнул в объятия отца. Отец крепко-крепко прижал сына и не хотел выпускать. Пашка вырвался из отцовских рук и потянул отца за собой. Ведь надо было немедленно рассказать все новости этого интересного дня!

– Вы уж, папаша, не бегайте больше как угорелый. И ходите лучше по тротуарам. – произнесла вслед заведующая. Пашку в тот день провожал весь коллектив детского сада, включая сторожа.

Прошло, наверное, уже полгода с того самого события. Наступила весна. Пашка упросил отца сходить с ним на бугорок. Им обоим нравилось стоять на возвышении, смотреть на проходящие поезда и махать им вслед. Они узнавали куда идут поезда, фантазировали о том, кто едет в вагонах, вместе придумывали интересные истории. Отец рассказывал о своей ранней молодости, о том, как хотел стать машинистом паровоза, о той поре, когда он учился в железнодорожном техникуме и командовал укладкой железнодорожных путей на станции Купавна.

Они уже возвращались домой, когда им встретился папкин знакомый.

– Вот вы тут ходите, а знаешь какая история тут случилась? Один мужик бежал с ребенком в детский сад. А тут яма у него на пути, он её не заметил, грохнулся в неё и ногу сломал. А ребенок из рук у него вылетел и головой прямо о булыжник бац! Череп сразу хрустнул, кровь пошла, ребенку тут и … сам понимаешь. А тут поезд мимо шёл. Родитель, не думая, под поезд сразу и кинулся. Не пережил такого… Представляешь?

Отец лишь хмыкнул, крепче взял сына за руку. Медленным шагом они шли домой, обсуждая что-то своё, тайное и интересное.