Ольга Которова
Таир. Восставший из пепла

Глава 1

Таир

Среди высоких и пушистых сугробов стоял мужчина, одетый во все белое. Если бы не его смуглая кожа и черная борода, то никто бы его не приметил среди всей этой белизны. Идеально белый костюм-тройка сидел на нем, словно вторая кожа. Белая рубашка была расстегнута на несколько пуговиц, показывая волосатую мужскую грудь, на которой висел мощный крест из белого золота. Весь в белом, с угрюмым выражением лица, словно смерть сменила свой наряд и стала еще страшнее и опаснее, Таир стоял, перебирая в ладони четки, и смотрел на то место, где когда-то был его дом.

Его нерушимая крепость, которая оказалась не так уж и крепка. Ровно год назад он сгорел. Сгорел в своей спальне, в своей же кровати. Сгорел для всех и для себя, в том числе. А когда-то он думал, что его не просто убить, но, как оказалось, до звезд тоже можно достать рукой. Целый год все считали его погибшим, но они не знали, что не так просто убить Таира Салахова. Тот, кто хотел его смерти, он не убил его, а сделал сильнее, злее, беспощаднее. Остатки души Таира сгорели, но осталось тело и окаменевшее сердце. Он возродился из пепла как феникс, чтобы отомстить своим обидчикам и вернуть свою империю.

Таир еще раз обвел взглядом груду сожженных развалин, где когда-то был его дом. Белоснежные колонны покрылись черным налетом от пепла, а все место, где был пруд и где когда-то плавали лебеди, было засыпано снегом. Словно и не было здесь белоснежного замка, который приводил всех в восторг, кто впервые видел его.

Приподнял свое лицо к быстро плывущим облакам и прикрыл глаза, а там вновь воспроизвелась картинка той самой злополучной ночи, которая снится ему изо дня в день вот уже целый год.

Он отчетливо помнит, как проснулся ночью от того, что задыхался. Вокруг все было в дыму, а он не мог пошевелить своим телом. Около него безмолвно спала Кира. Хотел крикнуть ей, но язык, словно тряпка, онемел. Попытался подняться с кровати, но упал на свое же место тяжелым мешком.

– Господин Таир! – бросился к нему сквозь дым и огонь, который добрался уже до спальни, его верный и надежный начальник охраны Ахмед. Но Таир не мог ему ничего сказать, просто смотрел и что-то неразборчиво мычал. В ту самую секунду он почувствовал себя ничтожеством, которое может сгореть, и его даже никто не вспомнит. Он бросал, лежа на кровати, беспомощные взгляды в сторону Ахмеда, который уже пробирался к нему.

– Сейчас… я сейчас! – тот завернул его в простыни и погрузил на свою спину, спустил в окно, выбрасывая своего хозяина вниз, в сугроб, и сам спрыгнул вслед за ним.

Ахмед оказался единственным, кто как верная собака, прибежал к своему хозяину. Таир и Ахмед познакомились еще в далеком прошлом, когда были совсем мальчишками. Мать Таира была прекрасной и доброй женщиной. Они с Таиром жили бедно, перебиваясь с копейки на копейку, выживали, как могли. И под новый год после смены мать шла домой и встретила у подъезда мальчишку, которого иногда подкармливала, если было чем. На улице был зверский холод, а пацаненок был одет в потрепанный свитер, джинсы, которые были ему на несколько размеров больше, и кеды. Его тогда снова выгнали родители из дома и сказали, чтобы тот больше не возвращался, а добрая госпожа Салахова приютила пацана. Она привела его в свою квартиру и дала всю любовь и заботу, которая жила в ее бездонном сердце. С того момента Таир и Ахмед стали лучшими друзьями и братьями по духу.

После того, как Ахмед выпрыгнул в окно вслед за Таиром, он отволок его в дальний амбар. И только спустя где-то минут сорок Таир смог вымолвить хоть одно слово.

О том, что Таир выжил, знал только Ахмед. Вместо тела своего хозяина Ахмед подложил охранника, которого сам же и убил. Тем же вечером, пока не приехала скорая и полиция, Ахмед вывез Таира в квартиру, о которой никто не знал. И благодаря своему охраннику и другу Таир не только выжил, но и не получил ни одного шрама, кроме тех, что уже были на его теле. От той ночи остались только воспоминания и половина бизнеса, который разворовали его враги.

– Господин Таир, нас уже все ждут, – за спиной раздался голос охранника, и Таир открыл глаза. Сегодня он снова явится в свет, и пусть каждый трепещет от страха, слыша его имя.

– Через минуту я приду.

– Хорошо, – кивнут тот и удалился к машине.

Таир еще несколько минут стоял на заснеженной тропинке, которую сам же протоптал и смотрел на дом, точнее, что от него осталось. Сильный порывистый ветер распахнул полы его пиджака, и Салахов, запахнув их снова, застегнулся на несколько пуговиц. Резко развернувшись, он пошагал в сторону своего автомобиля.

Он ехал по центру города и смотрел за окно на серые многоэтажки, которые мелькали мимо него. За год ничего не изменилось, если не считать несколько отстроенных домов и магазинов на его земле. На земле Таира.

– Ахмед, пришли все?

– Да, полный совет. Не хватает только вас.

Пять черных внедорожников остановились возле стеклянного двадцатиэтажного здания в центре города. Один из охранников, который сидел в машине с Таиром, открыл ему дверь, и тот вышел, ступая на черный, запорошенный снегом асфальт, и поднял голову вверх, смотря на тот самый этаж, куда сейчас поднимется.

Таир быстрым шагом прошел внутрь здания, а по бокам от него шла охрана, создавая коридор. Лифт быстро привез его на самый последний этаж, где в зале совещаний собрались все, кому принадлежал этот город. В совет входило десять человек и десятым был Таир. У него в руках была большая часть города, нежели чем у остальных. Смотреть со стороны, как отдирают куски от его бизнеса, которые он заработал кровью и потом, было отвратительно, но он не мог появиться раньше. Он был сильно слаб и раздавлен.

Таир также быстро миновал коридор и, распахнув полупрозрачную дверь, вошел внутрь кабинета. Девять пар глаз обернулись на него и замерли в том же положении. Никто не мог поверить своим глазам. На него все смотрели, словно на какое-то приведение, которое может сожрать их и не подавиться. А Таир мог и из-за этого его и боялись. В нем не было жалости, лишь ум и холодное расчетливое сердце управляло им. В его мире нельзя было показывать чувства. Сила и грязные деньги – вот что сейчас правит миром. И если у тебя есть те, за которых ты отдашь свою жизнь, тогда ты слаб.

Салахов прошел неторопливым шагом мимо круглого стола и подошел к своему месту, садясь в кожаное кресло.

– Это невозможно! – кто-то проговорил шепотом и замолчал.

Таир обвел взглядом всех присутствующих и усмехнулся. Боятся. Он видел зарождающийся страх в их глазах. Правильно, бойтесь. Несколько дней, и он снова наведет порядок в этом городе греха. Чувство превосходства над другими – это единственное, что он сейчас испытывал.

– Вы… Вы живы! Но как? – проговорил лысоватый мужичок в сером костюме. Кто-то из присутствующих расстегнул пуговицы на рубашке, чтобы та не душила, а кто-то жадно от волнения глотал воздух и запивал волнение минеральной водой.

– Опустим все приветствия и перейдем сразу к делу. – Гортанный грубый голос Таира раздался в мертвецкой тишине кабинета, и кто-то даже ойкнул от страха. Как же ему нравилась эта обстановка. Любил он наводить страх и чувствовать себя хозяином, которому все подчиняются.

– Никому не секрет, что моей смерти хотели все присутствующие в этом кабинете, – заговорил он, но его тут же перебили.

– Что вы, Таир, это не так!

– Молчать! Никогда не перебивай меня, когда я говорю. – Мужичок с седыми висками тут же замолчал и пожалел, что вклинился в разговор. – Я хочу знать, у кого мои цеха.

Все молчали. Никто не говорил ни слова, только изредка переглядывались, тяжело дыша.

– Я жду! – словно дикий зверь, зарычал он. Терпение было уже практически на нуле, и с каждой секундой внутри разжигался гневный огонь, который мог спалить каждого, кто оказался бы на его пути.

– Таир, – взял слово немолодой мужчина. Таир знал его хорошо. Знал его семью, чем тот занимался. Как-то раз приходилось помогать тому отгонять голодные рты от его бизнеса, за что и получил половину земли этого коммерса. – После той ночи на твои земли и бизнес набросились все кому не лень. Многие воспользовались шансом. Твои цеха были у одного барыги, Кирилла Кокорина. Он их быстро скинул по дешевке и открыл свой бизнес. Цветочный. Больше о нем я ничего не могу сказать.

– Бизнес, значит, цветочный. Будет чем ему могилу себе украсить.

– А что касается остального… – продолжил мужчина, но Таир его перебил.

– Меня остальное не волнует. Мне нужен тот цех и что в нем было. – Таир вышел из-за стола и подошел к панорамным окнам, которые открывали превосходный вид на город. Его мощная спина была напряжена как струна, а руки убраны в карманы белоснежных брюк.

– Передайте своим людям, что Таир вернулся. И я накажу всех, кто причастен к моей смерти. Спрятаться не удастся. Я из-под земли достану каждого.

Присутствующие промолчали на его просьбу. Да Таиру и не нужно было их согласие. Он и так знал, что его услышали. Больше не говоря ни слова, он вышел из кабинета, где его ждала охрана и спустился вниз, к автомобилю.

– Ахмед, мне нужна к утру вся информация о Кокорине Кирилле. Абсолютно все. Кто он? Что он? Семья, жена, дети? Чем живет, дышит? Ясно?

– Да, все сделаю.

– Прекрасно. А теперь домой! – выдохнул он и откинул голову на подголовник сиденья.

Таир не исключал того момента, что после выхода в свет на него снова начнется охота. Только вот на этот раз он уже будет готов. Если в прошлый раз его спасла женщина по имени удача, то на этот раз такое не проканает. Он своими же руками вырастил себе врагов. Сильных, настырных и готовых к мести, а главное – готовых пойти на все.

Новая квартира, в которой он сейчас жил, была целиком и полностью напичкана сигнализацией, камерами видеонаблюдения, кроме спальни Таира, круглосуточной охраной. Всю еду, прежде чем принести в дом, проверял человек на наличие яда или других веществ. Если кто-то мог зайти в его квартиру, то уже без согласия хозяина жилища никто не мог выйти. Для чужих людей квартира Таира было словно ловушка, в которую мог с большим трудом попасть каждый, но невозможно было выйти.

Новое жилье Салахова предполагало собой двухэтажные апартаменты с панорамными окнами в двадцатипятиэтажном доме. На последнем этаже и на этаже ниже помещения были заселены охраной, людьми с медицинским образованием, поваром, уборщицей. Чтобы каждый из этих людей всегда был доступен двадцать четыре часа в сутки.

Скинув с себя белый пиджак и расстегнув пуговицы на рубашке, он прошел на кухню и налил себе в стакан ром. Нужно бы заняться делами, но после долгого дня сил ни на что не осталось. Стоило Таиру хоть немного расслабиться, как зазвонил его мобильный, на котором высветился неизвестный номер.

– Слушаю.

– Привет, сын, – прошептал больным хриплым голосом пожилой мужчина, который назывался отцом Таира.

– Что тебе нужно? – в груди стала подниматься ярость. Стоило только услышать этот голос, как Таир готов был убивать.

– Сынок, мы ведь похоронили тебя, а ты оказался живой.

«А слухи быстро, оказывается, разносятся», – подумал Салахов.

– Для тебя я умер еще в детстве, когда ты бросил нас с матерью. Если у тебя все, то я отключаю звонок. Устал на сегодня с кем-то вести диалоги.

– Ну зачем же ты так, сын?

Каждое сказанное отцом слово приводило Таира в бешенство. И это не из-за того, что когда отец узнал о смерти своего сына, пошел сразу же заявлять свои права на его бизнес и деньги, нет. Он злился на то, что бросил их когда-то с матерью, что ушел к молодой шлюшке, которая мастерски делает минет. И если он это пережил, то не простил ему того, что когда мать заболела и ей нужно было дорогостоящее лечение, Таир пришел к своему отцу и чуть ли не на коленях вымаливал того, чтобы он дал денег. Но отец его послал, сказав, что он ему не сын. И он ушел. А через полгода мать скончалась от диких болей в своей коммунальной квартире у своего восемнадцатилетнего сына на руках.

Таир на всю жизнь запомнил, как она по ночам кричала в подушку, как последние дни она уже не могла вставать, не могла есть, пить. Она просто лежала трупом и через раз дышала, а врачи разводили руками, потому что ничего не могли сделать. А у Таира не было денег, чтобы определить мать на лечение, которое стоило целое состояние. И после того, как умерла его единственная родная кровь, Таир поклялся быть сильным и никого никогда не любить. Потому что любовь – это боль, которая тебя разрушает и делает слабым. Любовь – это сила, которая может раздавить тебя, не оставляя ничего живого.

А теперь, когда он из грязи достал себя за шиворот и стал человеком, то отец сразу же его вспомнил. Да и еще на права подал, чтобы быть наследником своего сына.

После покушения Таир много думал и проверял каждого, кто бы мог быть причастен к его смерти. Он не исключил и своего отца. Только вот жаль, что тот был ни при чем, а то он бы с превеликим удовольствием перегрыз этому старому ублюдку глотку.

– Не называй меня так! Ясно? – прорычал Таир в трубку. – Я не твой сын и никогда не был им.

– Ты не прав, Таир. Я и твои братья тебя любят, ты сам нас не подпускаешь к себе. Мы твоя единственная семья и мы должны держаться вместе.

– Вы никогда не были и не будете моей семьей! – зарычал он еще сильнее.

– Ты никак не можешь мне простить смерть своей мамы. Да, я в чем-то был виноват, что тогда тебе не помог, но у меня тоже были трудные времена. Но это все было в прошлом. Давай встретимся и зароем топор войны?

– Я скорее зарою тебя, чем топор войны. – Таир, больше не говоря ни слова, сбросил вызов, и следующие попытки отца дозвониться были прерваны.

Теперь потребуется доза алкоголя побольше, чтобы хоть немного успокоиться. Но выпив полбутылки рома, все было тщетно. Казалось, что с каждым выпитым глотком злость нарастала все больше и больше, и тогда Таир поднялся наверх, ища глазами дверь, за которой был небольшой спортзал. Он в кровь разбил свои костяшки, молотя кулаками по груше. И только когда он полностью выдохся и упал на мат, вот тогда почувствовал, как его покидают злость, ненависть и тело освобождается, становясь легче. Только вот надолго ли?

Глава 2

Оксана

– Оксан, ну что опять случилось? – подруга ткнула меня локтем в бок.

– Да как всегда, ничего хорошего, – отмахнулась я от нее и отпила из кружки горячий кофе.

– Если тебя послушать, так у тебя вся жизнь одна большая проблема. – Валюша закатила свои зеленые глаза.

– Валь, а как по-другому? Меня сегодня к директору вызывали. Знаешь, что мои ученики учудили? За школу на заброшенный завод бегают, и окна там бьют. Вот одного из них полиция и поймала. И теперь я должна проследить за тем, чтобы каждый из моих учеников до дома дошел. Ну вот как я за всеми услежу? А их у меня двадцать семь человек. – В последнее время на меня словно апокалипсис какой-то свалился. Если не на работе проблемы, так обязательно дома что-нибудь случится.

– Пфф! Нашла мне проблему. Они – семиклассники, взрослые уже и навряд ли будут тебя слушать. Я вот вообще не парюсь по этому поводу. Отведу свои занятия, всем понавтыкаю, чтобы боялись, и все, спокойно занимаюсь своими делами. – Валя хороший преподаватель, но иногда она ведет себя безответственно. Если я трясусь над каждым своим учеником, то она забивает на них, забывая свои обязанности учителя.

– Мне бы такое спокойствие. Кирилл еще постоянно на работе задерживается, не вижу его ни утром, ни вечером. – Как подумала, что и сегодня не увижу своего мужа, стало еще грустнее. Когда я выходила замуж, не думала, что моя семейная жизнь будет похожа больше на безвкусный однотипный фильм.

Семейная жизнь раньше для меня представлялась чем-то светлым и счастливым, а на деле это оказалась темная непроходимая топь, где я одна, а муж сам по себе. Кирилл постоянно увлечен своим бизнесом, забывая, что я жду его дома. Я не винила его в этом, но иногда обижалась, что он забывает о моем существовании. Он не так давно стал хорошо зарабатывать и открыл свой бизнес. Я думала, что со временем, когда он полностью встанет на ноги, мы будем видеться чаще и проводить время вместе, но чем дольше мы живем, тем дальше становится только хуже. Я любила своего мужа и желала ему добра, но иногда он переходил все границы. Я часто закрываю глаза на ночные звонки и даже на то, что якобы он ездит в командировки на несколько дней. Как ни смешно сейчас признаваться, но я даже подозревала его в измене. Проверяла его телефоны и следила за ним. А потом, убедившись, что все, что я придумывала, это всего лишь моя фантазия и больная ревность, за которую мне было сейчас безумно стыдно.

– Знаешь, что я думаю, Оксан? Ты, прости меня за высказывание, зажралась. Живешь как принцесса. Муж у тебя золото, ни в чем не нуждаешься, денег куры не клюют. И ты постоянно ноешь. Кому уж и нужно жаловаться, так это мне. – Высказала мне подруга и приступила к своему обеду.

Я не особо на Валю обижалась. Мне нравилось, что она может сказать то, что думает. Ведь нечасто встретишь людей, которые не боятся тебе в глаза высказать правду. Валя была именно из тех людей. Да, для нее это все может показаться тем, что я постоянно жалуюсь, а она терпит все. Но мне не с кем больше поделиться своими переживаниями.

Мы вообще с ней знакомы всего пару лет, как я перешла работать в ту же школу, что и она. Я была учителем литературы, а Валя преподавала математику.

Ей не так повезло с мужем, как мне. Муж Вали постоянно меняет место работы и нигде больше года не задерживается. А еще он любил выпивать и часто чесал кулаки о свою жену. Я много раз ей говорила, чтобы она от него уходила. Ведь пока у них нет детей, это сделать намного проще. Но Валя почему-то держалась за этого мужчину. Мне не понять ее выбора.

Закончив свой рабочий день, я, как всегда, задержалась в школе, проверяя рабочие тетради учеников. И так до конца их недопроверив, я пошла домой. На улице уже полностью стемнело, и я прибавила свой шаг. Наш район, в котором мы жили с мужем, был не самым безопасным, и по вечерам, когда возвращалась домой, приходилось оглядываться.

Я уже подходила к своему дому, как около подъезда заметила три черных внедорожника. Фары машин были включены и около них стояли мужчины и курили. Каждый мужчина был одет в черный костюм и пальто. У некоторых на голове были черные шапки. Все они были высокого роста и крупного телосложения. В нашем районе я таких вижу впервые, хотя уже давно здесь живу.

На мою возникшую персону ни одни из мужчин не обратил внимания, чему я была рада. И что они тут забыли? В нашем-то скромном и убогом районе на таких-то машинах. Набрав быстро номер домофона, я зашла в подъезд, но чувство страха меня так и не покинуло. Зайдя в лифт, я быстро поднялась на свой этаж, и как только створки лифта открылись, я замерла. Даже с первого раза не поверила увиденному и поэтому проморгалась.

Передо мной стоял мужчина в идеально белой рубашке, белых брюках, в белом пальто с поднятым воротником. Если бы не его черная небольшая ухоженная борода и смуглая кожа, то он бы был похож на одно большое белое пятно. Рядом с ним стоял еще один мужчина. Тот был похож на тех, которые были на улице. К горлу подступил ком, который я не смогла проглотить. Все пространство будто сузилось до размеров маленькой обувной коробки, а я стала такой же маленькой букашкой, которую можно без труда раздавить. Вот какие чувства вызывал этот мужчина в белом.

– Тебе на этот этаж? – резко и неожиданно заговорил он, отчего я вздрогнула.

– Да, – кивнула в ответ.

– Так что же стоишь тогда? Выходи! – скомандовал мужчина. Он сканировал меня своим черным взглядом, прожигая насквозь.

Молча обошла мужчин со стороны. Спиной чувствовала, как они вошли в лифт, и дверцы захлопнулись, разделяя нас куском железа. А я с облегчением выдохнула и пошла в сторону своей квартиры.

Подошла к своей двери, а руки отчего-то дрожали, что я не сразу смогла попасть ключом в замочную скважину и открыть ее. Как только я это сделала, то мгновенно же влетела внутрь. В квартире горел свет. Первый раз за долгое время Кирилл пришел раньше, чем обычно.

– Дорогой? – я сняла верхнюю одежду и прошла на кухню. Там около окна стоял Кирилл и курил сигарету.

– Оксана, привет. Не слышал, как ты зашла.

Я подошла сзади и обняла мужа, вдохнула запах его тела, и стало так спокойно. Я дома. Как же я соскучилась по нему!

– Ужинать будешь?

– Да.

Так уже давно мы с мужем не проводили время наедине. Обычно мы видимся только в выходные или поздно ночью, когда Кирилл приходит домой. Год назад мы наконец-то расписались и купили нашу первую совместную покупку, которой была наша квартира. Я тогда продала свою однокомнатную квартиру, которая мне досталась от бабушки. Были еще кое-какие накопления, и Кирилл добавил немного. Вот на это мы и купили двухкомнатную квартиру.

– Кирюш, у тебя все в порядке? – муж сидел и без аппетита ковырял вилкой в тарелке. Я видела, что он о чем-то думает.

– Да, все хорошо. На работе кое-какие сложности.

– Ты во всем разберешься. – Я положила свою ладонь на ладонь любимого и сжала ее в виде поддержки. Кирюша улыбнулся мне.

– Конечно, милая. А как у тебя на работе дела?

– Да как всегда, весело, – саркастично улыбнулась я. – Мой класс постоянно что-нибудь да вытворяет. Никак им спокойно не живется.

Я сидела за столом и трещала как трещотка, а Кирилл сидел напротив меня и молча улыбался, кивая мне в ответ. Только вот вся эта идиллия длилась недолго. Уже через час я сидела за кухонным столом и проверяла домашние работы учеников, а Кирилл уехал. Ему кто-то позвонил, и он сразу сорвался и уехал, сказав, что на работе ЧП. Вот так вот бывает всегда!

Иногда я сижу вечерами в полном одиночестве и думаю о том, что лучше бы все оставалось как и прежде. С тех пор, как у Кирилла появился бизнес, он изменился, и эти изменения не в лучшую сторону. Я раньше мечтала о большой и дружной семье, о том, чего у меня никогда не было. Хотела детей, и Кириллу всегда говорила об этом. Только вот в последнее время я все чаще задумываюсь о том, а нужна ли мне такая семья, где я буду с детьми одна, а нашего любимого папы не будет дома?

Глава 3

Таир

В дверь кабинета громко постучали, а затем открыли. На пороге показался Ахмед.

– Доброе утро. Я сделал все, что вы просили. – Он прошел вдоль кабинета и подошел к столу. Положил увесистую папку с листами.

На приветствие своего подчиненного Таир молча кивнул и снова уставился в монитор компьютера.

– Ахмед, быстро расскажи, что собрали. Некогда бумажки перебирать, – с хмурым выражением лица проговорил Таир и вновь уставился в монитор компьютера.

– Хорошо, – мужчина кивнул и быстро продолжил. – Кирилл Кокорин раньше работал у нас. Вы может его и вспомните. У него кличка была «Быстрый». Он начинал на вас работать еще года три назад, на Северной земле работал. Угонами занимался.

– Да, вроде припоминаю. Его убрали за то, что грязно работал, – отвлекся от монитора Таир и отпил из кружки горячий кофе, смотря на своего помощника.

– Да. Как его выгнали, он стал наркотой торговать. Но делал все по-умному, ни разу не попался. Он устроился курьером в какую-то забегаловку и во время доставки просто закидывал товар. После новости о вашей смерти, когда ослабла охрана, Кокорин и пара его подельников активно обчистили ваш цех и продали его за гроши одному коммерсу, он цех под склады заделал. Документы на продажу, естественно, липовые были, а коммерс не стал их проверять. Стоимость низкая была. После всего этого Кокорин чуть больше чем на месяц залег, а потом снова появился в городе, скупил несколько цветочных ларьков и начал проворачивать ту же систему, что и с доставкой. Клиенты звонили, заказывали букетики, к которым прилагался пакетик наркоты с определенным количеством. Идеальная схема.

– И не говори. Все самое лучшее находится на поверхности, – тихо проговорил Таир и на секунду замер, думая о чем-то своем. – А как ты узнал об этом?

– Да так, прессанули кое-кого и сказали, что вы интересуетесь. Вот этот человечек и сдал Кокорина.

– Хороший у Кирюши бизнес, будет чем могилу украсить, – хмыкнул Таир и скалясь, улыбнулся. – Есть еще что-то интересного о нашем друге?

– Да нет, живет обычной жизнью. Год назад женился, квартиру купил. Любовница есть.

– Ахмед, вечером съездим к нашему предпринимателю. Поставь несколько человек у его дома. Как он появится на горизонте, пусть сообщат, и мы прокатимся по адресу.

– Будет сделано. Еще что-то?

– Да. Через час в цеха поедем. Нужно вернуть то, что принадлежит мне.

Ахмед молча кивнул и покинул мой кабинет.

Еще немного поработав, я спустился на кухню, где меня уже ждал завтрак, накрытый на столе. В голове постоянно перебирал всех, кто посмел лишить меня жизни. И этот список был бесконечный. У меня не было родственников. Ну, если не считать непутевого папаши, а друзей и подавно не было, только проверенные знакомые и огромное количество врагов, желающих меня уничтожить. Сейчас никому нельзя доверять. Даже самому себе.

Быстро очистив тарелку с завтраком, Таир прошел в гардеробную, где его уже ждал приготовленный белоснежный костюм. У него был некий маленький фетиш, который заключался в белом цвете. Пусть его душа и руки были полностью пропитаны грязью и кровью, но все вокруг себя он предпочитал видеть в белом цвете. А еще это был любимый цвет его матери. Так он был чуть ближе к ней и никогда ее не забывал. Единственная женщина, которую он любил и уважал, других же просто использовал как вещь.

Три черных Jeep Wrangler подъехали к железным зданиям. Меньше чем через минуту из машины, которая была посередине, вышел мужчина. Закрыв дверцу автомобиля, он поправил воротник своего пальто и размашистым шагом пошел к будке охранника. Таир никогда не любил холод, и если бы не вся эта ситуация, которая с ним произошла, то он бы сейчас уже был где-нибудь в теплой стране со сногсшибательной девицей и приехал бы только к весне. И это он обязательно сделает, когда приведет свои дела в порядок.

Минуя будку охранника и его самого, Таир прошел к своему бывшему ангару и распахнул железную дверь, которая изрядно неприятно заскрипела. Таир шагнул за порог здания и обвел помещение взглядом. Там, где раньше стояли его краденые тачки, сейчас все было напрочь забито какой-то мебелью.

– Вы кто такой? – откуда-то выбежал лысоватый мужичок в черном деловом костюме.

– Хозяин этого помещения! – грубо произнес Таир, не замечая, как к нему подбежал тот мужчина и преградил путь.

– Здесь только один хозяин, и это я. А вас прошу уйти или я вызову полицию.

– Да мне хоть кого вызывай, но чтобы завтра к утру не было этого барахла или я его сам вынесу. Тебе понятно? – крикнул так, что мужчина на несколько шагов отстранился, а в глазах страх появился.

– Я год назад купил это помещение и уж простите, но никуда я не съеду! – продолжал тот все настаивать на своем.

– Ахмед, выведи его!

И тут же верный помощник Салахова направился в сторону неугомонного коммерса и, взяв его за локоть, поволок на выход из здания.

– Что вы творите?! Вы еще не знаете, с кем связались! Я сейчас позвоню своим людям, и они приедут и сами вас вышвырнут! – орал тот, пока Ахмед тащил его в сторону дверей. Да, давно Таиру никто не угрожал, даже забавно как-то стало.

– Стой! – крикнул Салахов и Ахмед с мужчиной остановились. – У тебя, значит, еще и крыша есть? Интересно. – С минуту подумал, а затем сказал:

– Звони! Посмотрим, кто тебя защищать приедет.

И тот быстро вырвался из крепкого захвата Ахмеда, достал из кармана брюк сотовый и кому-то набрал.

Все это время, пока не приехала крыша коммерса, Таир ждал у себя в машине и курил. Как же его достал этот город с продажными тварями, путающимися под ногами. Все так и норовят оторвать себе кусок пожирнее, чтобы жить беспечно. А он в свое время пахал ночами и днями. Сутками не спал. Ему жрать было нечего и трусы с носками годами носил, не меняя, потому что других не было. Таиру никогда не доставалось все просто. Он все познавал через разбитые колени и мозоли на руках. Не то что у его сводных братьев, которые поделили папочкин бизнес и жили в шоколаде всю свою сознательную жизнь. Он был не нужен своему отцу, когда был сопляком с умирающей матерью на руках, а сейчас что? Тот просит, чтобы они стали семьей? Никогда этого не случится, пока он жив. Вчерашний разговор с этим мудаком так и крутится в его голове, как ненужная мысль, и уходить не хочет.

Буквально минут через тридцать к зданию ангара подъехал черный тонированный внедорожник, и за ним еще два седана. Таир не спешил выходить, ждал, когда выйдет главный. А когда дверь внедорожника распахнулась и оттуда вышел мужчина в черной дубленке, Таир чуть со смеху не прыснул.

– М-да, а земля-то круглая, – проговорил он и вышел из машины.

Он направился в сторону мужчины, который тоже быстрым шагом шел на него, но с каждым приближением шаг мужчины становился все медленнее и медленнее. И когда они поравнялись, мужчина заговорил первый.

– Да вы, блядь, издеваетесь, что ли?! – крикнул он и заржал как лошадь.

Присутствующие, которые находились рядом, с непониманием смотрели на всю эту эпическую картину, переглядываясь друг с другом.

– Майор Звягинцев Альберт Владимирович*! – прокричал Таир.

– Подполковник Звягинцев! – закричал тот и, приблизившись, мужчины обнялись по-дружески. – Ах ты ж черт! Живой, твою мать! – Альберт не мог поверить своим глазам. Тот, кому они с местной братвой сделали самые громкие похороны в городе, оказался жив.

– Живой, как видишь! А тебя повысили?!

– Как видишь. А я-то думал, слухи врут, а оно вон как оказалось. Рад тебя видеть, Таир!

– Взаимно. А это ты, значит, крышуешь этого? – бросил Таир взгляд на мужичка, который уже прятался за широкой спиной Ахмеда.

– Типа того. А что не так?

– Альберт, здесь такое дело. Документы, которые есть на руках у этого коммерса, липовые. Это мой ангар и продал его один из умников, который сам себе вырыл могилу. А этот уходить не хочет.

Таир все в подробностях рассказал Звягинцеву, как и что произошло, и тот пообещал ему, что к завтрашнему утру коммерса уже с мебелью не будет. Чтобы все исправить, Салахов предложил мужику переехать в другой район и чистый ангар, на что тот с удовольствием согласился, чтобы не развязывать войну, где выйдет проигравшим.

Альберт – один из немногих, кого Таиру было приятно видеть, несмотря на то, что они играли по разные стороны закона. Когда-то в прошлом подполковник Звягинцев очень помог Салахову, отчего и зародилась их общение.

Уже ближе к вечеру Таир поехал проведать Кокорина и напомнить ему о себе. Подъезжая к многоэтажному дому, он не мог понять, почему тот не купил нормальную квартиру в хорошем районе. С его деньгами, которые он выручил за продажу ангара и товар, который был внутри, можно было уехать жить безбедно в любую другую страну, но тот не только предпочел остаться, но и жить в жопе мира.

– Кто? – раздался мужской голос за дверью.

– Дверь открыл! – прорычал ему Таир, и тот не мешкая, выполнил приказ.

– Т-т-таир! – с запинкой произнес его имя Кокорин и отступил назад в квартиру.

– Ну, здравствуй, Кирюша! Ты один или с супругой?

– Один. Оксана на работе.

– Вот и прекрасно. Мы войдем? – тот кивнул в ответ и Таир с Ахмедом вошли в квартиру, закрыв за собой дверь.

Таир быстрым взглядом прошелся по стареньким обоям, которые были скорее всего поклеены еще во время постройки дома, которому лет сто не меньше. Старая потертая мебель. Такая была у них с матерью в коммуналке, от старых хозяев досталась. На полу обшарпанный продавленный паркет.

– Вы проходите на кухню, чай или кофе будете? – затараторил Кирилл и пошел первый, пытаясь убежать от незваного гостя.

– Лучше крови и смерти твоей, – с усмешкой проговорил Таир, а тот закашлялся.

Мужчины прошли на кухню, где с трудом уместились. Таир с утра представлял себе совсем другое, а здесь самый настоящий сарай.

– Ты, Кирюша, поступил очень плохо. Ограбил меня, продал весь товар и забрал себе деньги.

– Но я… – быстро заговорил тот, но Салахов его перебил.

– Знаю, ты думал, я сдох. И я тебя не виню. Многие так думали, но это не означает, что можно было меня обкрадывать.

– Простите меня, ради Бога! Я все верну, только не убивайте! – взмолился тот и посмотрел на Таира щенячьими глазками. Еще секунда и на колени бросится.

– Конечно, вернешь. А ты как думал? Даю тебе неделю, чтобы весь товар с процентами был у меня.

– Неделю? – удивленно расширил глаза Кокорин. – Но это же много. Я и половины не соберу, даже если весь бизнес продам.

– Раньше нужно было думать, когда обворовывать меня шел. А если не успеешь до положенного срока все отдать, я у тебя не только все заберу, но ты отрабатывать мне еще будешь до конца своих дней.

– Что? Отрабатывать? Как?

– На органы тебя пущу, а жену твою в бордель сдам. Пусть за муженька расплачивается. – И ведь Салахов не шутил. Он запросто мог воплотить свои слова в жизнь, да и повод был железный. Только вот у него нет времени, чтобы возиться с этим упырем. Если, конечно, он не отдаст, что забрал, то придется снова испачкать руки.

От слов Таира Кокорин весь побледнел, а на лбу выступили капли пота.

– Я вас понял, – тихо, совсем беззвучно проговорил он, а Таир, не дожидаясь больше никаких ответов, вышел из квартиры на лестничную площадку и нажал кнопку вызова лифта.

– Думаете, успеет собрать деньги? – где-то сбоку раздался голос Ахмеда, который все это время молчал. Таир даже успел забыть, что он не один. Ахмед всегда был малоразговорчив и Таиру это нравилось. Помощник не задавал никаких вопросов, а прилежно выполнял свои обязанности.

– Нет, конечно.

– Может свалить из города, чтобы не платить, – выдал свои мысли помощник.

– Думаю, так и сделает, но ты проследи, чтобы этого не было. А то и без Кокорина проблем хватает.

Меньше чем через минуту дверцы лифта распахнулись, и его взору предстала молодая девушка с пакетами в руках. На ней был надет мешковатый пуховик, из-за которого было невозможно рассмотреть ее фигурку. Серо-голубые глаза впились в лицо Таира, а алые губы дрогнули. Он стоял и с интересом рассматривал особу, которая замерла и, кажется, перестала дышать. Щеки красные от мороза. Длинные соломенные волосы заплетены в тугую косу. Он не сомневался, что это была жена Кокорина. И вот почему таким мудакам достаются самые лучшие женщины?

– Тебе на этот этаж? – ожил Таир и заговорил первый. От его резкого голоса девушка вздрогнула и словно вынырнула из глубины.

– Да, – кивнула в ответ.

– Так что же стоишь тогда? Выходи!

Она очень осторожно обошла их с Ахмедом, словно боялась прикоснуться. Как будто они могли обжечь ее и встала спиной к лифту. Замерла. Я прошел в кабинку первый и остановился на том месте, где стояла девушка. Вся кабинка наполнилась ее ароматом. Таким сладким, словно сахарная вата. Прикрыл на секунду глаза и, словно одержимый, втянул в себя воздух и развернулся, смотря как дверцы лифта быстро захлопываются.

В меня будто что-то вселилось, овладело мной. Впервые в жизни мне захотелось еще раз взглянуть на женщину. Я чувствовал, что она вызвала во мне жгучий интерес. С первого взгляда будто в омут с головой. Я не мог понять, что в ней меня заинтересовало, но определенно что-то было. Или это во мне играло мужское начало? У меня воздержание уже больше месяца. Нужно срочно отвлечься.

После встречи с девчонкой все мои планы поехать домой рухнули как карточный домик. Бурлящее желание снять на вечер бабу не отпускало меня, и я направился к своему старому знакомому в клуб, из которого я один точно не уеду.

Клуб с яркой вывеской «Avalon» был самым дорогим заведением нашего города. Здесь собирались все состоятельные люди этого города и приезжали из соседних городов тоже. Но сюда не так просто попасть. Нельзя прийти и заплатить за вход, а потом тусить всю ночь. В клуб был разрешен вход только «избранным», ну или своим.

Сделав по дороге пару звонков, меня пустили без лишних слов и даже встретили у порога.

– Таир, брат, это ты! – мужчина с недоверием посмотрел на него, а потом подал ладонь, и они обнялись по-мужски. – Мне, когда Звягинцев рассказал вашу эпичную встречу, я не сразу поверил.

– Здорово, Фил**. Я и сам не поверил.

– Ты проходи, давай. Беркут уже наверху***.

Мы с другом поднялись на второй этаж в ВИП-зоны, где раньше была наша личная ВИП-комната, в которую никто из чужих не мог войти. Мы здесь решали важные рабочие вопросы без лишних ушей.

Внутри нас встретил Беркут, еще один друг из прошлого. Они с Филом лучшие друзья, которые прошли огонь, воду и медные трубы, рука об руку, создавая собственный мир и занимая не последнее место в городе.

– Сукин ты сын, Таир! – Беркут был рад видеть своего друга, которого похоронил год назад.

Мужчины заказали выпивку и девочек.

– Мне показалось, или это у тебя кольцо на пальце сверкнуло? – оскалился в усмешке Таир, глядя на Фила.

– Оно самое.

– А как же твое правило – никакой семьи?

– У меня не только кольцо, но и дочка. Четвертый месяц пошел. У Беркута тоже дочь. На год старше нашей.

– Такое ощущение, что я не год отсутствовал, а целую вечность. – Таир усадил к себе на колено одну из девочек и положил свою ладонь ей на бедро.

– За год много воды утекло. Ты что теперь будешь делать?

– У меня выбор небольшой. Сперва верну то, что принадлежит мне, и отомщу тем, кто забрал мою жизнь.

– Брат, если нужна будет помощь, ты только скажи. – Фил со всей серьезностью во взгляде посмотрел на Таира, и тот мотнул ему головой в знак благодарности.

Только вот он уже точно знал, что если понадобиться помощь, он не будет ее просить. У Фила и Беркута теперь есть семьи, которым они нужны. А семья – эта слабость, ради которой ты пойдешь против всего мира.

Таир был рад, что его друзья нашли свое место и обрели кусочек счастья, который не всем доступен.

________________________________________________________________________________

*Звягинцев – один из главных героев книги «В объятиях палача»

**Фил – главный герой книги «В объятиях палача»

***Беркут – главный герой книги «Рыжая для бандита»

Глава 4

Оксана

Темная комната окутана мраком. Единственное, что ее освещает, это уличный свет фонарей, который падает из окон. В теле проскальзывает нотка страха, и я обхватываю себя за плечи. На мне ничего нет, кроме прозрачного шелкового халатика, под которым я полностью обнажена. Мои тяжелые светлые волосы распущены, а босые ноги утопают в мягком ворсистом ковре.

– Где я? – шепчу чуть слышно, и мой голос улетает куда-то вдаль комнаты, где хлопает дверь. Я резко оборачиваюсь, чтобы посмотреть, кто пришел, но не вижу лица. По телосложению это мужчина. Свет от фонарей падает, освещая его сильное мускулистое тело, покрытое татуировками. Торс его оголен. Мужчина облачен в белые брюки. Его ноги тоже босые. Даже через расстояние во всю комнату я чувствую жар его тела и звериное желание обладать мною.

Он делает шаг в мою сторону и открывается его лицо, от вида которого я вздрагиваю и делаю шаг назад. На красивом мужском лице блуждает довольная улыбка, а в глазах играет пошловатый огонек. Его взгляд уже раздел меня и ощупал все изгибы моего тела. Еще сильнее прижимаю свои руки, пытаясь укрыться от него, но это не помогает. По телу бежит холодок, сопровождаясь рядом мурашек.

– Легла! – командует он мне, а я не могу пошевелиться. Мои ноги словно приклеились к ковру. Мне бы бежать от него самого. От его дикого, пожирающего взгляда, который испепелит меня в любую секунду, но я не могу сделать ни шага и не сказать ни слова.

Незнакомец делает несколько широких шагов и останавливается возле меня. Его горячее дыхание опаляет мою кожу. Он, словно коршун, нависает надо мной. Мужчина высокий, я носом упираюсь в его грудь. От кожи приятно пахнет чем-то мускусным, с нотками кедра. Дыхание сбивается. Сильные мужские руки скидывают мои ладони с плеч и одним рывком срывают с меня халат. Теперь я стою полностью голая перед ним. Щеки горят от стыда, а в губы врезаются напористые горячие губы мужчины, расталкивая их властным языком.

Пытаюсь его оттолкнуть, но он настолько сильный, что мне не хватает сил ему сопротивляться, и я поддаюсь. Меня резко разворачивают и бросают на кровать. Секунда, две… Мужчина нависает надо мной, раздвигает мои ноги и резко входит в меня, не давая опомниться. От неожиданности я громко ахаю. В горле все пересохло, а незнакомец продолжает вбиваться в меня. Спальню окутывают звуки моих стонов и бьющихся друг о друга тел.

Но со мной что-то происходит странное. Я не отталкиваю уже незнакомца, а только обхватываю сильнее его мощный торс ногами и прошу брать меня еще сильнее и глубже. Мне хорошо с ним. Так еще никогда не было. Мышцы влагалища окутывает спазм, и я содрогаюсь в оргазме. Мужчина в последние секунды ускоряется и кончает в меня с диким рыком. Мы падаем на кровать и тяжело дышим.

Я резко вскакиваю на кровати и пытаюсь отдышаться ото сна. Сердце стучит как бешеное, а на губах я чувствую тяжесть от поцелуя во сне. Кажется, что это все произошло со мной вживую, но это не так. Это всего лишь сон. Успокаиваю себя.

Настолько реалистичный сон, что я все еще чувствую на себе ладони того мужчины, а низ живота тянет. Я снова опускаюсь на кровать и смотрю на противоположную сторону. Мужа нет. Прикрываю глаза, а там все этот незнакомец в белых брюках. Провожу пальцами по ночной сорочке. Медленно, как бы проводил этот незнакомец. И спускаюсь к лону, накрываю пальцами уже мокрые складочки и ныряю внутрь.

– Ах-х-х… – стону громко и начинаю двигаться быстрее. Вместо своих пальцев представляю член мужчины из сна, как он бы вбивался в меня по самые яйца и двигаю пальцами быстрее. Мне далеко до тех ощущений, которые я испытывала во сне. Но все равно довожу себя до оргазма и изгибаюсь дугой. Мое тело падает на кровать полностью опустошенное. Кажется, я начинаю сходить с ума. Открываю глаза, щеки немного горят и рука тянется к ночнику. Я включаю его, смотрю на часы. Времени уже без десяти шесть утра и через десять минут мне вставать. Кирилл так и не пришел ночевать домой.

Чтобы хоть как-то себя успокоить, я иду в ванную и ополаскиваю лицо холодной водой, чищу зубы и иду на кухню заваривать кофе. Странно, но в носу я ощущаю запах того мужчины из сна. Прямо мистика какая-то. Становится стыдно оттого, что я изменила своему мужу, пусть это и во сне. Прежде мне ничего подобного не снилось.

Сидя за кухонным столом и отпив горячего кофе, я прикрываю глаза и снова вижу силуэт того незнакомца. И тут мне приходит воспоминание, где я его видела. От пришедшего воспоминания становится еще стыдливее. Это тот самый мужчина, которого вчера я пропустила в лифт. Я резко трясу головой, пытаясь прогнать это наваждение и набираю номер мужа. Гудки идут, но он не берет трубку. Я еще раз набираю его номер, но все бесполезно.

Сегодня первый раз, когда Кирилл не пришел ночевать домой и первые мысли, возникшие в моей голове, что с ним что-то случилось. Весь день я мучаю себя терзаниями. Даже уроки не могут заглушить мои мысли. И только уже ближе к концу рабочего дня мне на телефон приходит эсэмэс от Кирилла: «Прости, заработался, не мог взять трубку». Я тут же ему звоню, но звонок сбрасывают.

– Ну спасибо, что хоть написал, – пробубнила я тихо, убирая телефон.

Кирилл не объявился и на следующий день. Остаток недели я провела в каком-то сне. Не понимала, что вообще происходит. Куда пропал мой муж и что с ним. Хотя он отписывался каждый день, что все хорошо. Один раз, правда, позвонил, сказал, что приедет и все объяснит, и я не должна задавать никаких вопросов. А как тут быть спокойной, когда твой муж пропадает черти куда, и ты не знаешь, все ли с ним в порядке?

Выходные я провожу одна дома, но к этому я уже полностью привыкла. Делаю в квартире генеральную уборку и готовлю программу на неделю для своих учеников. Кирилл объявился в среду на следующей неделе. Я встретила его утром у школы. Он попросил найти дома кое-какие документы и сказал, что у него случились проблемы и он появится на выходных. Быстро целует меня и снова пропадает.

Уже только через неделю, когда я готовилась ко сну, в дверь позвонили. И я, не накидывая на себя халат, в простой пижаме, пошла открывать. Я была уверена, что это Кирилл. Ведь он обещал, что в субботу или в воскресенье явится домой. И я, полная решимости, что сейчас выскажу ему все, о чем только думаю, распахнула дверь и остолбенела. Только спустя несколько секунд я поняла, что это никакой не Кирилл. На меня из коридора смотрел мужчина из моих снов. Он прожигал меня своими карими глазами, и я только сейчас поняла, что стою перед ним в полупрозрачной пижаме.

– Ой! – вырвалось у меня, и я прикрыла себя руками.

– Ой! – повторил он за мной и улыбнулся такой же по-зверски голодной похотливой улыбкой.

– А вы кто? – дрожу не от холода, а от накатившегося страха.

– Муж где? – задает он встречный вопрос, игнорируя мой.

– Кирилла нет. – Я с трудом могла произносить слова. Хотелось убежать и спрятаться как маленькому ребенку. В голове мгновенно же возникают слова мужа, который говорит, что у него проблемы, и я почему-то не сомневаюсь, что проблемы ему принес этот незнакомец.

– Я подожду. – И отодвинув меня рукой, он вошел в квартиру. За ним так же по-хозяйски вошел еще один мужчина. Только он был не такой суровый, как этот. Пока я стояла столбом около входной двери, мужчины прошлись по квартире, заглядывая в каждую комнату и убедившись, что я одна, зашли в гостиную, где горел свет.

Быстро сообразив, что мне нужно хоть что-то на себя накинуть, я побежала в ванную и надела самый закрытый и длинный халат. Мужчины разместились в гостиной на диване и тот, который был в белом костюме, взял в руку пульт от телевизора и стал переключать каналы.

– Я последний раз телевизор смотрел, когда в школу ходил. У нас с матерью не было телевизора, и я иногда забегал к соседу дяде Грише. У него показывал только один канал, но мне этого было достаточно, – будто не замечая меня, проговорил он своему другу, а тот сидел молча.

– Кто вы? – перебила я его, и мужчина обратил на меня свое внимание. Он снова осмотрел меня с ног до головы, и его губы чуть разошлись в улыбке.

– Без халата тебе лучше, – выдал он, чеканя каждое слово, а я чуть не задохнулась от его слов. Сразу вспомнила Кирилла, который мне всегда твердил, чтобы я, прежде чем открывать дверь, смотрела в глазок. Видимо, эти гости будут для меня уроком.

– Знаете, что, если вы сейчас же не уйдете, я буду вынуждена позвонить в полицию! Я не приглашала вас. – Мои слова прозвучали неуверенно, и голос задрожал. Было страшно и неприятно. Все тело содрогалось, но я не подавала виду, или мне так хотелось думать. Казалось, что этот мужчина в идеально белом костюме видит меня насквозь. Что он прячет за своим белым костюмом? Не иначе как душу дьявола.

– Слушай сюда внимательно. В твоих же интересах молчать и не бесить меня. Я просто подожду твоего мужа и уйду. Поняла? А если хоть слово еще пикнешь, то я тебя отдам своим людям.

От его угрожающих слов захотелось забиться в самый дальний угол. Боже, Кирилл, во что ты вляпался?! Я молча кивнула мужчине и присела на стул, который стоял около двери. Хорошо, что стул этот совсем рядом был, и не нужно было куда-то идти, а иначе я бы на дрожащих ногах и шага бы не ступила.

Прошел час, но Кирилла так и не было. Мужчины говорили о чем-то своем, и сколько бы я не пыталась понять их тему, ничего не получалось.

– А если он не придет? – теряя всякую надежду, спросила я.

– Значит, поедешь со мной.

– Что он вам сделал? – мужчина посмотрел на меня, а я снова пожалела, что привлекла его внимание. Лучше бы сидела и молчала.

– Твой муж украл у меня то, что принадлежало мне. Я дал ему неделю, чтобы вернул обратно, но он исчез.

Я уже начинала молиться о том, чтобы Кирилл скорее пришел и решил все с этими мужчинами. Что он мог украсть? Мой муж не вор. Я знала, что очень давно у него были проблемы с законом, но сейчас он исправился.

Прошел еще один час, и я уже смирилась с тем, что это последний мой день на земле, как дверной замок щелкнул и раздался голос Кирилла.

– Оксан, ты дома? – громко раздался его голос из коридора и в дверях показался сам Кирилл, а я с облегчением выдохнула. Скоро все закончится. Только я вот очень сильно в этом ошибалась.

– Привет, дорогой! – с усмешкой произнес мужчина в белом костюме.

– Таир! – в глазах мужа я заметила страх.

– Где мои деньги и товар? – голос незнакомца с усмешки перешел на грубый тон. Его бас раздался так громко и властно, что у меня стены начали сужаться до размера картонной коробки.

– Их нет. Я не смог собрать и половины. Слишком короткий срок.

– Ничего страшного. Я предупреждал, что будет, если ты не вернешь мне деньги?

– Не убивайте! Пожалуйста. – Я впервые видела таким мужа. Он бросился к этому Таиру и упал к нему в ноги на колени. От всего увиденного я перестала дышать.

«Не убивайте! Пожалуйста…» – кричал в моей голове голос мужа. Неужели они вот так вот просто могут убить человека из-за каких-то бумажек? Стало страшно. Ужасно страшно.

– Кирилл, – чуть слышно проговорила я. – О чем они говорят? – но меня никто не слышал, они продолжали говорить о своем.

– Кирилл! – пришлось повысить голос и на меня наконец-то обратили внимание.

– Оксан, все нормально. Иди в комнату.

– Я никуда не уйду! – запротестовала я, но мужа словно подменили. Он обернулся, зло посмотрел, а затем закричал:

– Уйди, я сказал!

Глаза наполнились слезами, все стало расплываться, и я на негнущихся ногах побрела в сторону нашей спальни. Подошла к кровати и упала на нее. Видимо, шок постепенно стал уходить и на смену ему пришли слезы.

Но долго мне не пришлось сидеть в одиночестве. Через несколько минут в комнату вошел Кирилл.

– Оксан, нам нужно с тобой серьезно поговорить. – Он был отстраненным, словно мы совсем чужие люди.

– Кирилл, они ушли? Все в порядке?

– Нет. Ты мне должна помочь. Помочь нам.

– Помочь? Но чем?

– Ты ведь не хочешь умирать? – он взял мое лицо в свои ладони. О чем он говорит? Я машинально помотала головой из стороны в сторону. – Я тоже не хочу, и у нас есть выход, чтобы остаться в живых.

– Какой выход?

– Ты сейчас должна будешь собраться и уехать с этими людьми.

– Что? – я не верила своим ушам. Это что, шутка какая-то?

– Пойми, у нас нет другого выхода, милая, но ты можешь все исправить.

– Что исправить? Какие деньги ты украл у этих людей? Верни им. Я никуда не поеду!

– Я взял деньги, чтобы бизнес открыть, квартиру нам купить. Чтобы ты ни в чем не нуждалась.

– Давай тогда все продадим и отдадим им деньги.

– Этого будет мало. Слушай, Таир предложил мне сделку. Он простит все долги, если ты станешь его на месяц. Всего лишь один месяц и мы снова будем жить, как и раньше.

– Кирилл, ты слышишь себя? Ты предлагаешь мне, своей жене, месяц спать с этим мужчиной?

– Ну или ты с ним спишь или он убьет нас сейчас. Я тебя прошу, хоть раз сделай что-то для меня. Ты вернешься и мы с тобой начнем все сначала.

Он обнимал меня, целовал лицо, упрашивая, чтобы я согласилась. Как мужчина, с которым я живу, сплю и планирую заводить детей, мог так поступить?! У меня не могло уложиться это в голове. Как?! Но Кирилл настаивал на своем. Я предлагала ему взять в банке кредит, но он сказал, что нам не дадут таких денег, которые он взял у этого незнакомца.

– Нет, Кирилл, я не могу. Как ты себе это представляешь? Я буду жить с чужим мужчиной. Я боюсь его. – Последнее предложение сказала чуть слышно.

– Ты думаешь, я не боюсь? Я также хочу жить, но для этого ты должна помочь нам. Если ты не согласишься сама, он заберет тебя силой. Только ты уже будешь жить не в его доме, а в каком-нибудь придорожном борделе, а меня на органы пустят.

– Что? – я прикрыла рот ладошкой, чтобы еще сильнее не закричать от страха. В глазах мужа было бессилие, которое переплеталось с надеждой, что я все-таки соглашусь.

– Может все-таки… – Он перебил меня:

– Нет, Оксан, не может. – Кирилл поднялся на ноги. – Ладно. Я скажу, что ты отказала. У меня к тебе одна просьба будет. Ты только похорони меня нормально. Деньги в офисе в сейфе. Пароль – дата нашей свадьбы. – Я видела, как его глаза заполняются слезами, и стоило мужу сделать пару шагов и взяться за ручку двери, как я не думая выкрикнула:

– Стой! Я согласна. – Выхода не было. Я не хотела ничьей смерти, я лишь хотела, чтобы нас оставили в покое. И я с полной уверенностью могла сказать, что если бы мне грозила смерть, Кирилл бы все сделал, чтобы спасти меня.

Глава 5

Оксана

Старался все это время не смотреть на девушку, которая, словно мышка, закрытая в одной клетке с хищником, жалась в уголке. Ее муж-мудак куда-то пропал. Даже мои люди не сразу его нашли, но поиски стоили того. Кокорин готовил левые документы, чтобы свалить из страны, и пришел домой за вещами, но дома ждал его я, и этому мудаку уже некуда было бежать.

А этот взгляд, которым Оксана смотрела на своего мужа, был просто убивающим. Как? Как можно с такой любовью и надеждой смотреть на того, кто продаст тебя за три копейки? Так оно и вышло. Когда Кокорин отправил свою жену в другую комнату, мне в голову пришла одна мысль:

– У меня к тебе есть предложение, которое спасет твою шкуру.

– Какое? – щенячьим взглядом смотрел тот на меня снизу вверх.

– Ты отдашь мне свою жену, скажем на месяц, и я прощу тебе долг. Тебе не придется бежать из города, а когда отпущу ее, будете жить, как и прежде.

У Кокорина не было выбора, чтобы со мною торговаться, да он бы и не стал. И я очень надеялся, что эта дурочка не согласится на предложение. Что не отдаст себя вместо своего мужа. Но я ошибся. Был рад тому, что она согласилась и зол одновременно из-за того, что как можно пожертвовать собой из-за такого куска дерьма, как Кокорин? Она пожертвовала собой, чтобы спасти его задницу, а он ни на секунду не подумал о своей жене. Ему было просто насрать. Он продал ее какому-то мужику, который будет драть ее целый месяц. Он не подумал о том, что я мог отдать ее своим охранникам, чтобы они пустили ее по кругу. Ему было насрать на нее, на то, что с ней будет.

Никогда не понимал этих тупых жертв ради людей, которые целиком и полностью состоят из говна.

– Мне нужно уговорить ее, – сказал этот мудак. – Дайте несколько минут.

Я кивнул ему в сторону двери, и Кокорин чуть ли не с радостным визгом выбежал из комнаты. Прошло минут десять, когда я уже думал уходить и приказать своим людям, чтобы они забрали горе-муженька и как следует его проучили, но тут неожиданно дверь спальни открылась и вышла Оксана. Глаза ее были зареванные, щеки красные. Она уже была одета в серую юбку-карандаш и черный свитер. Еле сдержался, чтобы не заорать на нее, а этому мудаку башку не прострелить.

– Она готова, – довольным голосом проговорил Кокорин, выходя из спальни. Радуется, мразь! У меня челюсть заскрипела от злости.

– Вижу. Пошли. А ты, – обратился я уже к Ахмеду. – Закончи здесь.

Я ждал долго, пока девчонка дрожащими руками наденет на себя свой заношенный пуховик и обувь. Я открыл ей дверь, и мы вышли в подъезд. Подошли к лифту и я нажал на кнопку. Дверцы распахнулись, впуская нас. Оказаться в замкнутом пространстве с девчонкой было выше всех моих ожиданий. Она тряслась, словно осиновый лист на ветру. Вся бледная, худенькая. На вид ей и восемнадцати не дашь. Нет ничего хуже забитой бабы.

– У тебя есть последний шанс уйти. Я ничего тебе не сделаю, – произнес я, а она вздрогнула. Будто ей пощечину дали. Подняла свои полные надежды глаза, а мне словно серпом по яйцам прошлись. Все внутри сжалось.

– Если я уйду, вы тогда не оставите моего мужа? – заговорила она чуть слышно. А я чуть не взвыл от бешенства. Сделал шаг в ее сторону, и девчонка прижалась спиной к прохладной металлической стене. Я оперся руками о стену в стороны от ее головы и наклонился чуть ниже, практически касаясь ее губ.

– Откуда такая слепая любовь? – я вдохнул сладкий запах ее охрененного тела, и меня словно током ударило. – Хотя, знаешь что, я передумал. – В ее серо-голубых глазах промелькнул тоненький лучик надежды, а потом сразу же угас. – Я буду трахать тебя жестко и надеюсь выбить всю дурь из твоей красивой головки.

Она хотела отшатнуться от меня, как от заразы, но было уже некуда. Лифт пропищал, сообщая, что мы спустились на первый этаж. Когда дверцы лифта отворились, нас встретил охранник, который провел к машине.

Всю дорогу до моего дома Оксана не проронила ни слова. Она просто молча вытирала слезы, отвернувшись к окну. И только когда мы стали ближе подъезжать к дому, она вдруг заговорила.

– У меня работа, ученики.

– Какие на хер ученики? – не сразу понял, о чем она говорит.

– Я учитель.

– Для тебя в плане жилья и с кем ты будешь трахаться ничего не поменяется. Будешь ходить в свою школу, но к мужу ты больше не вернешься.

Ученики, твою мать! Чему она их может научить? Хотелось бы посмотреть, как она преподает. И в голове мгновенно яркими красками вспыхнула картинка, как я задираю на ней юбку и, положив ее на учительский стол, вхожу сзади, вбиваясь по самые яйца. Прекрасная идея. Нужно бы воплотить в ближайшее время. Продолжаю представлять, как она будет подо мной извиваться, но тут меня отвлекает нежный голосок Оксаны.

– Что? Вы же обещали месяц. – Тут же роюсь у себя в голове и вспоминаю, что я там ей обещал.

– Ага, – только сказал я ей в ответ, но уже точно для себя решил, что не отпущу ни через месяц, ни через два. И мужа своего она больше не увидит.

***

Я стояла посередине просторной светлой квартиры, теребя в руках ремешок от сумочки. Как я могла согласиться на такое? Как?! Спать с этим мужчиной, с которым рядом-то страшно находиться. Надеюсь, что я выживу и не свихнусь за этот месяц, который предстоит пробыть с ним.

А Кирилл? Как он мог такое допустить? Ладно, главное, что все живы остались. Месяц, он же быстро пролетит, а потом я вернусь к мужу, и мы просто уедем и забудем, что с нами было. Забудем все как плохой сон. Продадим квартиру и уедем подальше от этого города и воспоминаний.

– Ты так и будешь здесь стоять? Проходи. Теперь это и твой дом. Сбегать не советую. Без моего разрешения ты не сможешь выйти за этот порог.

На его слова, которые я восприняла как новую угрозу, просто промолчала. Стащила с себя свой пуховик, сапоги, повесила сумочку на вешалку и пошла вдоль длинного коридора. Если бы не вся эта ситуация, я бы с восторгом рассматривала эту квартиру, от которой глаза разбегались от красоты и пространства. Но сейчас не то время, чтобы чему-то радоваться и восхищаться.

За один вечер жизнь перевернулась с ног на голову. В моей жизни случился апокалипсис, который разрушил все живое без права восстановления.

– Есть хочешь? – раздался голос мужчины за спиной, и я вздрогнула. Быстро обернулась. Таир уже был без рубашки и в одних брюках.

– Не-е-ет, – еле выдавила я из себя и засмотрелась на него. Если не смотреть этому мужчине в глаза, то не так страшно. Поймала себя на мысли, что стою и рассматриваю его огромное рельефное тело, полностью покрытое татуировками. Передо мной будто скала раскинулась. Такая мощная, красивая и вызывающая восторг скала, до которой захотелось дотронуться.

Я такое тело только по телевизору видела, а тут вживую. Под слоем темной кожи отчетливо бугрятся кубики. Я прошлась по его груди, покрытой густой порослью, и спустилась к животу и ниже. И от увиденного вся раскраснелась. Его брюки в области ширинки натянулись, что казалось, еще чуть-чуть, и они по швам разойдутся. Он был возбужден и не скрывал этого. Услышала мужской смешок и отвела глаза в сторону, пытаясь наладить свое дыхание.

– Наша спальня на втором этаже. Прими душ и жди меня.

Так вот просто и непринужденно проговорил он, а я, не чувствуя ног, стала подниматься по мраморной лестнице на второй этаж. Спальню я нашла сразу же. На втором этаже было четыре двери, и первая попавшаяся оказалась верной.

Я стояла под горячими струями воды и натирала кожу мочалкой, скобля ее и оставляя красные следы. Что сейчас будет? Я выйду и мы займемся любовью? Вот так вот просто он может взять чужую женщину и присвоить ее себе? Этот мужчина по щелчку пальцев разбивает человеческие жизни.

Я обернулась в белое полотенце, вышла в спальню. И тут до меня дошло воспоминание о моем недавнем сне. Просторная темная комната, которую освещал уличный свет. Я полностью голая, облаченное только в полотенце и дверь, которая с грохотом закрылась. Я обернулась и увидела Таира. Он был только в белых брюках, бугор на которых стал еще больше.

Мужчина сделал шаг ко мне, выходя на свет, и я смогла полностью его разглядеть. Тело было покрыто множеством татуировок, но одна привлекла меня больше всех. Это был феникс с расправленными крыльями, выбитый на груди. Картинка была настолько реалистичной, что казалось еще мгновение и птица взмахнет своими крыльями и улетит. Опять я засмотрелась на него.

– Нравлюсь? – прохрипел мужской голос совсем рядом.

– Нет, – быстро сообразила я, что ответить.

– Врешь, – он в несколько шагов приблизился ко мне. – Не люблю, когда мне врут. – Его голос оказался совсем близко. Горячее дыхание опалило шею, и по телу пошли мурашки. Нет, он мне не нравился. Он пугал до глубины души. Пугал так, что поджилки от страха тряслись.

Таир пальцами приподнял мой подбородок, и мне пришлось встретиться с черными омутами. Его горячие губы коснулись моих. Во рту почувствовала пьянящий вкус алкоголя. Хотела отступить, сделать шаг назад, но мне не дали. Положив свои мощные ладони мне на талию, Таир придвинул меня еще ближе и сквозь толстую ткань брюк я почувствовала его стояк. Видеть его и ощущать своим телом возбуждение мужчины – это совсем разные чувства. По мне словно ток пустили. Мужчина быстро развернул меня спиной к кровати и подтолкнул. Я упала, а он навис надо мной, словно коршун над добычей.

– Ты безумно вкусная, – прошептал мне, целуя в шею, а я стала себя ненавидеть за то, что так быстро мое тело отозвалось на его ласки. Я же совсем его не знаю, не должна вот так вот течь под ним, как проститутка, но ничего не могла с этим сделать. Может на это повлияло то, что у меня давно не было секса? Мы последнее время редко этим занимались с Кириллом.

Таир сбросил с меня полотенце, и теперь я лежала под ним полностью голая. Его похотливый взгляд блуждал по мне с интересом. Словно запоминал, изучал. Длинные пальцы коснулись груди, и у меня непроизвольно вырвался изо рта довольный стон.

Рука мужчины спустилась ниже, касаясь лобка, а затем влажных складочек. Таир засмеялся, и мне стало стыдно. Да, он смеялся над моим проигрышем, а затем резко отстранился на несколько секунд, чтобы снять свои штаны и боксеры. Я приподняла голову и увидела, как мужчина одной рукой раскатывает на своем большом члене презерватив. Его член словно произведение искусств. Большой, красивый, немного изогнут. Сквозь бархатистую кожу виднеются фиолетовые вены. Я тяжело сглатываю.

– Нравится смотреть? – хриплым голосом с нотками усмешки поинтересовался он, а я промолчала, снова краснея от стыда. Затем в меня резко вошли, не давая привыкнуть, начали вбиваться до самого отказа. Было невозможно не сдерживать стоны и крики. Они сами по себе вырывались из моего рта. Только еще пару часов назад я была примерной и порядочной женой, а теперь стону под чужим мужчиной, и хочу, чтобы этот секс, который был лучший в моей жизни, не прекращался. Порочные мысли заполнили мой разум. Как бы я не хотела переживать о муже, но не получалось. Его сейчас не было рядом со мной. Ни в мыслях, ни в душе.

С каждым движением мужчины во мне я приближалась к сладкому оргазму. Кончила практически сразу же, но Таира это не остановило. Он все время вбивался в меня и каждый раз делал это жестко, яростно, пока сам не кончил. Быстро поднявшись, он снял презерватив и выкинул его куда-то на пол, подхватил мое полотенце и скрылся в ванной комнате.

Я молча лежала на кровати и прислушивалась к шуму воды. В этот момент я ненавидела себя за слабость оттого, что так хорошо сейчас, а должно быть наоборот. Ненавидела Кирилла, что он так поступил со мной и просто согласился отдать меня этому бандиту. И в этот порыв своих чувств и эмоций, которые бурлили сейчас во мне, я поняла одно – я не вернусь к своему мужу. Точнее, вернусь, чтобы забрать свои вещи и подать на развод, но не больше. Ведь если ты любишь человека и дорожишь им, ты ни под каким предлогом не допустишь, чтобы он страдал. А я страдала. Страдала оттого, что мой прежний мир разбился на части, оставляя только груду развалин.

Что будет потом, когда Таир вдоволь наиграется мною? Как потом собрать себя из того, что останется? Ведь жизнь-то не прекратиться, а мозг будет постоянно вспоминать этот промежуток времени, который перешел точку отсчета от моей прежней жизни.

Глава 6

Оксана

Проснувшись утром, я не сразу поняла, где нахожусь. Быстрым взглядом окинула спальню, и в голове тут же пронеслись картинки вчерашнего дня. Вновь стало стыдно. Мой страшный сон оказался жуткой реальностью.

Прикрыла глаза и прислушалась. В комнате никого не было. Быстро встав с кровати, кутаясь в одеяло, я пошла в ванную комнату где вчера оставила свою одежду. И, найдя ее на сушилке, удивилась. Юбка с кофтой и нижнее белье были чистые и от них приятно пахло кондиционером. Значит кто-то все заботливо постирал и высушил. И когда только успел? Я перевела взгляд на наручные часы, которые показывали девять утра.

Ничего не выказывало присутствие хозяина этой квартиры. Тихо. Спустившись по мраморной лестнице на первый этаж, я прошлась по длинному коридору, заглядывая в попадающиеся по дороге комнаты и немного исследуя их. Должна же я знать, где живу. Мое внимание привлекла комната с большим камином и панорамными окнами. Безумно красиво и дорого.

Я прошлась вдоль комнаты и, опустив руки на белый кожаный диван, который стоял напротив камина, провела пальчиком по прохладной обивке. Эта квартира была словно чистая, никем не оскверненная. Не было никакого ощущения, что здесь живет мужчина. Да вообще можно было подумать, что здесь никто не живет. На стенах не было никаких картин, фоторамок, чтобы хоть как-то узнать и понять хозяина этой берлоги. Единственное, что закрадывалось в голову, так это цвет. Все белое: стены, полы, потолки, мебель. Даже камин белый. У кого-то явный бзик.

Обернулась и, сделав пару шагов, я уперлась в панорамные окна из которых открывался устрашающий вид на улицу.

– Высоко! – я залипла, смотря в окно, как с неба падает легкий снежок.

Прислонилась лбом к холодному стеклу и от тишины, одиночества, осознавания всего происходящего, глаза наполнились слезами. Впереди меня ждет только неизвестность. Пугающая, черная как мгла, неизвестность.

В тишине этой гигантской квартиры раздался резкий звук упавшего столового прибора, и я тут же вздрогнула, насторожившись. Отпрянула от окна и обернулась. Звук исходил из кухни. А я думала, что одна. Собравшись духом, я пошла на звук, уже полностью приготовившись встретиться с черными омутами, но я ошиблась. Подойдя ближе, я рассмотрела большую светлую кухню с огромным белоснежным кухонным гарнитуром, за столом которого стояла полноватая, небольшого роста, женщина. И не заметив нигде присутствия своего похитителя, я с облегчением выдохнула.

– Здравствуйте, – тихо поздоровалась я, и женщина, перестав напевать себе под нос, резко обернулась.

– Доброе утро, Оксаночка! – пропела она ангельским голосом, называя меня по имени. Значит, про меня женщина уже знает. Интересно, кто она? Мать Таира, бабушка, тетка? Или просто кухарка, которая прислуживает ему? От нее исходила такая приятная аура, что хотелось подойти к ней поближе и подчерпнуть эту энергию, которая укутает своей защитой.

– Таир Намикович просил вас накормить завтраком и показать дом. – Женщина отряхнула свои руки, которые были немного запачканы в муке и подошла чуть ближе ко мне.

– Дом я уже сама осмотрела и не отказалась бы от чашечки кофе, – уже более спокойным голосом проговорила я и наградила женщину улыбкой.

– Кофе? Нет, милая, тебе нужно хорошенько позавтракать. А то худющая как тростинка. Ничего, я тебя быстро откормлю. – Как бы ни приятно было слышать эти слова, но мне было бы намного лучше, если я оказалась в своей квартире. Женщина тут же захлопотала и начала накрывать на стол. Я пыталась остановить ее и сказать, что все это лишнее, но она не унималась. Несмотря на то, что я буду пребывать месяц в плену у страшного человека, меня немного радовало то, что в этом доме есть люди, с которыми приятно находиться рядом.

Буквально минут через десять кухонный стол, за которым я сидела, наполнился разными блюдами, от вида которых разбегались глаза. Если бы не все, что со мной происходит, я бы с удовольствием накинулась на все эту вкусноту, но кусок в горло не лез.

– Простите, я даже не знаю, как вас зовут.

– Называй меня тетя Нина, – предложила женщина и, отвернувшись к кухонной столешнице, продолжила дальше заниматься тем, от чего я ее отвлекла.

Я уже минут тридцать сидела за столом и крутила в руке хлебный тост с джемом, который съела всего полкуска. Зато кофе уже пью вторую кружку. Я сидела, уставившись за окно и рассматривая крыши соседних домов, которые уходили в высоту. Казалось, если встать на одну из этих крыш и протянуть ладонь к небу, то обязательно достанешь до облаков. Тетя Нина что-то ласковое и успокаивающее напевала себе под нос. Меня это, как ни странно, нисколько не напрягало. А потом снова вспомнила Кирилла, которого мне не хватало, и стало еще грустнее. Хорошо, что мне не запретили уроки вести. Хоть они будут спасать.

– Оксан, невкусно? – раздался где-то совсем рядом голос тети Нины, о которой я на несколько минут забыла, погрузившись в свои мысли.

– Что? – я сначала не разобрала, что она мне сказала.

– Почему не ешь? – повторила она.

– Не хочется что-то, – я попыталась выдавить из себя улыбку, и стало так тоскливо, хоть волком вой. В глазах показалась пелена от слез, и я быстро заморгала, чтобы прогнать ее.

– Если хочешь, можешь рассказать мне, что у тебя случилось, – проговорила тетя Нина, но навряд ли Таир будет рад тому, что я рассказываю, как он за долги забирает чужих жен и просто предпочла промолчать.

– Все хорошо, просто разочаровалась в одном человеке. – Это я имела в виду своего мужа. Почему-то мне казалось, что другие бы мужчины не позволили своим женам решать проблемы таким способом. Он бы мог найти деньги, в этом я не сомневалась. Мог бы как-то договориться с Таиром, чтобы тот подождал. Мы бы вместе с Кириллом придумали, как выкрутиться из этой ситуации, но он просто решил, что лучше будет меня отдать бандиту, чтобы я отдувалась за все сама. Взгляд упал на обручальное кольцо, которое обожгло мой палец, и захотелось его немедленно снять. Боль, обида и злость – вот что во мне сейчас играло.

– Милая моя, в твоей жизни знаешь еще сколько будет таких, в ком ты будешь разочаровываться? Их будут сотни, но нельзя же вот так вот из-за них страдать. Они не виноваты, что ты их полюбила всей душой и отдала частичку своего доброго сердца. Не нужно, не расстраивайся по пустякам, – женщина подошла ко мне вплотную и положила свою горячую пухлую ладонь на мою. – Ты лучше очисти свое сердце от пыли и грязи, которую принесли тебе ненужные люди и впусти тех, кто принесет с собой солнечный свет.

– Знать бы еще, как это сделать, – тихо проговорила я.

– Просто прислушайся к своему сердцу, оно плохого не посоветует.

Кухарка ушла с кухни, оставляя меня наедине со своими мыслями, а я так и продолжила сидеть на месте с очередной кружкой кофе в руке. Но долго в одиночестве мне находиться не позволили, и на кухню вошел тот громила, который вчера был с Таиром.

– Доброе утро, – кивнул он мне, а я промолчала. Вот уж с кем с кем, а с ним я разговаривать хотела меньше всего.

– Господин Таир приказал вас отвезти в магазин, где вам подберут новую одежду. – Отчеканил он, стоя в дверях и смотря куда-то в сторону, не касаясь меня своим взглядом.

– Спасибо, но это лишнее. Передайте своему господину, что я не нуждаюсь в новой одежде. У меня своей достаточно, – с презрением в голосе проговорила я и отвернулась от него.

– У меня приказ, который я должен выполнить любой ценой. Оксана, я не хочу применять к вам силу и прошу, чтобы вы сами проследовали за мной.

Мне почему-то не казалось, что этот громила шутит. Я не сомневалась, что он силой может отволочь меня туда, куда прикажет его господин.

– Хорошо.

Я спрыгнула с высокого стула и поплелась за мужчиной. По дороге все же сняла кольцо и убрала его в кармашек юбки. Мужчина подождал меня в прихожей у дверей, пока я надену пуховик и сапоги, а затем повел в сторону стоянки. Эта квартира была как бункер, охраняемый сотней охранников. Вчера я как-то не заметила их, а сейчас эти мужчины в черных костюмах бросались в глаза. Чтобы выйти из квартиры, нужно было ввести какой-то код на панели двери, за которой стоял стол с камерами и там же диван, на котором сидело трое мужчин. Еще двое курили около окна. В лифте с нами ехал тоже такой же охранник, который остался у лифта, а мы вышли на стоянку, где нас ожидали две черные машины. Зачем Таиру столько телохранителей? Или ему грозит какая-то опасность? С каждой минутой в моей голове мелькала сотня вопросов, касающихся этого мужчины, но не на один вопрос я не могла найти нужный ответ.

Ахмед, так звали мужчину, который был приставлен ко мне в роли «няньки»-охранника, привез нас в дорогой торговый центр и отвел в бутик, где меня встретила молоденькая девушка и начались пытки. Никогда не любила походы в магазины, если и ходила, то только по крайней нужде. Прежде чем меня упаковали в новые вещи, я перемерила около сотни разных костюмов, юбок, брюк, кофт, блузок. Даже нижнее белье мне впихнули. Не обошлось, конечно, без новой сумочки и зимнего пальто, в которое я влюбилась с первого взгляда. Как только надела его, то было трудно с ним расстаться. Оно такое теплое, мягкое, его натуральная ткань словно ласкала мою кожу, окутывая ее. Мой-то пуховик совсем износился.

В этом магазине я пробыла целых полдня. И когда мы снова спустились на стоянку, чтобы вернуться в дом, я с облегчением выдохнула. Только вот мое облегчение было преждевременным. Мы еще несколько часов простояли в пробке, и домой я уже приехала в семь вечера.

Ахмед проводил меня до квартиры и стоило переступить мне через порог, как дверь захлопнулась и я осталась опять одна в этой жутко красивой, но чужой квартире.

Скинув с себя свой пуховик и повесив его на вешалку, я пошла вдоль темного коридора, который освещала только напольная подсветка. Я шла медленно, считая каждый шаг. Не знала куда идти. В квартире была идеальная тишина, и только откуда-то из дальней комнаты слышалось потрескивание камина. Вот туда я и направилась.

Стоило мне дойти до комнаты и переступить ее порог, как я встретилась взглядом с Таиром. Мужчина сидел в кожаном белом кресле с бокалом в руках и что-то пил из него. Его белоснежная рубашка была расстегнута на несколько пуговиц, а рукава закатаны до локтей. Его взгляд карих глаз быстро прошелся по мне, а потом утонул в языках пламени, которые играли в камине.

– Одежду купила?

– Да, но мне не нужна эта одежда, мне своей хватает. Я могу просто съездить домой и взять свою.

– Нет! – резко произнес он, перебив меня. – Моя женщина не должна ходить как оборванка.

Вот значит кем я была для него. Обычной оборванкой. Только вот он почему-то не побрезговал положить меня в свою постель и есть за одним столом.

– Вещи тебе принесут чуть позже, и ты разложишь их в гардеробе, а сейчас пошли ужинать. Я голоден. – Произнес он это таким голосом, будто намекая на то, что он голоден не в плане еды.

Я быстро развернулась и, не дожидаясь мужчину, пошла в сторону кухни. Стоило мне туда войти, как свет автоматически включился и мой взгляд упал на уже накрытый стол, откуда исходили вкусные ароматы еды. Мой желудок мгновенно же заурчал. Кроме как кофе и полкуска хлеба с джемом, я сегодня ничего не ела. Но стоило мне сесть за один стол с Таиром, как есть сразу же перехотелось. А вот он сам аппетитно разрезал и ел стейк, запивая его спиртным.

– Почему не ешь? Не нравится?

– Не хочется. – Я еще немного повозила ложкой по тарелке, гоняя зеленый горошек, и решилась спросить. – Можно вопрос?

– Давай! – проговорил Таир и бросил на меня недовольный взгляд. Он схватил пузатый бокал и отпил из него алкоголь, не сводя с меня своего взгляда, а я только сейчас заметила на манжете его рубашки алое кровавое пятно. В горле тут же образовался комок, который я с трудом сглотнула и быстро перевела взгляд на тарелку.

– Оксана, о чем ты хотела спросить? – раздался голос Таира с недовольными нотками. Сегодня он был уставший. Казалось, его смуглое лицо стало на тон бледнее и под глазами образовались темные круги, а щеки немного впали. Тяжелые веки чуть более опущены, прикрывая усталый взгляд.

– Мне обязательно ходить с твоим охранником? Боишься, что сбегу? – с ухмылкой произнесла я.

– Обязательно! – грубо произнес он и больше не говоря ни слова, продолжил есть.

– Хорошо.

Спорить с ним было бесполезно, так что проще и лучше для меня согласиться. Успокаивало то, что все это всего лишь на месяц, а потом я уйду и продолжу свое существование вне поля зрения этого мужчины.

Остаток ужина прошел молча и только когда мы полностью закончили с едой и я пошла в спальню, Таир резко остановил меня в дверях.

– Оксана! – окликнул он, и я обернулась. – Иди в душ и жди меня там! – приказным тоном проговорил он, а я только кивнула в ответ и направилась в ванную комнату.

Глава 7

Таир

Практически всю ночь не мог уснуть. Лежал и смотрел на спящую Оксану. Зачем она мне нужна? Она не должна была так расплачиваться за своего мужа-мудака, которому насрать на свою жену. Но как только увидел ее в тот день в лифте, не мог перестать думать. Надеялся трахну ее пару раз и отпущу, но не тут-то было. Стоило мне до нее сегодня дотронуться, как в мозгу что-то переклинило, и понял одно: не отпущу. Моя. Пусть брыкается, дерется, но я ее не отпущу. Весь мир раздавлю, но она не сможет от меня уйти.

Бессонная ночь дала о себе знать. Не выдержал и уже в пять утра встал с кровати и пошел в спортзал. Целый час бил грушу, но легче не стало. В голове постоянно присутствовал голос Оксаны, ее запах, от которого мне уже не избавиться. Никогда не было ничего подобного по отношению к бабе, а тут словно с катушек слетел.

Три черных внедорожника остановились у лесной полосы вдали от города. Один из охранников, быстро выскочив из машины, открыл дверь своему боссу и отошел в сторону. Таир вышел из машины, поправляя на себе пальто и застегивая его на несколько пуговиц. Сильный ветер, завывая, играл с ветвями деревьев, колыхая их из стороны в сторону. Белый снег падал, окутывая уже заснеженную землю новым плотным ковром.

Пройдя сто метров, Таир остановился около мужчины, который сидел на коленях с опущенной вниз головой, на которую был надет черный мешок.

– Мешок сними, – сказал он рядом стоящему охраннику, и тот быстро выполнил приказ.

– Таир, сукин ты сын! Отпусти меня немедленно! – заорал мужчина, поднимая голову вверх. В его глазах играл страх. Он уже заранее знал, что Салахов его не отпустит, только не живым, но упорно отгонял свои мысли.

– Кто тебе заказал мое убийство? – спокойным голосом проговорил Таир, несмотря на то, что внутри него была эмоциональная буря из злобы.

– Да пошел ты! – выплюнул мужчина с презрением.

– Ты работал на меня. Я доверял тебе. Считал своим человеком. Впустил в свой дом, а ты предал за кусок зелени. Сколько они тебе заплатили? – сквозь зубы говорил Таир, смотря прямо в глаза своему предавшему охраннику, который молчал и волком смотрел на бывшего босса.

– Пошел ты, Салахов! – с презрением в голосе проговорил снова тот. – Если бы было возможно, я снова бы повторил ту ночь! – засмеялся мужчина, стоя на коленях.

– Еще раз спрашиваю, кто тебе заказал меня? – сдерживая себя из последних сил, проговорил Таир и сжал кулаки с такой силой, что костяшки хрустнули.

– А я еще раз повторю – пошел на хер!

Сделав выпад вперед, Таир ударил мужчину кулаком по лицу, и тот, закашлявшись, упал на землю. Из его приоткрытого рта стекала тоненькая струйка крови.

– Закончи здесь все и убери. – Обратился Салахов к охраннику, и тот безмолвно кивнул ему в ответ. Стоило Таиру подойти к машине, как прозвучал звонкий выстрел, который заставил задрожать все вокруг, и где-то вдали послышалось карканье ворон.

Он сел в машину и достал телефон, открывая видео с камер наблюдения в квартире. Оксана сидела за столом на кухне и о чем-то разговаривала с Ниной. Убедившись, что с ней все в порядке, он убрал телефон и поехал в офис. Опять целый день думал об этой девчонке, ждал вечера, когда снова сможет ее увидеть и прикоснуться к бархатистой коже. Стоило о ней подумать, как член в штанах снова ожил.

Рядом с этой девчонкой я чувствую себя спокойно. Словно сильная буря за секунды превратилась в умиротворенный штиль. Приехал домой раньше Оксаны, чтобы было немного времени побыть одному. Уже только когда допивал второй стакан с ромом, девчонка зашла в квартиру.

Сидя за кухонным столом, он смотрел на нее из-под тяжелых приспущенных век уставшим взглядом. Оксана только изредка бросала в сторону Таира свой испуганный взгляд. Ему не нравилось, что она его боится. Девчонка должна быть расслабленной с ним и податливой. Именно этого он хотел. Хотел, чтобы она сама брала на себя инициативу, а здесь все получалось наоборот. Он приказывал ей, как будто она была его подчиненной.

Оксана стояла голая в душевой кабине. Через прозрачные стеклянные стенки, которые покрылись тонкой занавесью пара, можно было с легкостью рассмотреть, как она дрожала. Быстро скинув с себя одежду, я вошел внутрь и чуть коснулся пальцами лопаток Оксаны. Несмотря на то, что в душевой было тепло, ее кожа от прикосновения покрылась мурашками, и мне даже показалось, что изо рта вырвался протяжный стон.

Ладонь обогнула ее тело и перекочевала на небольшую упругую женскую грудь. Провел по бархатистой коже вниз, к животу и опустил свои пальцы на лоно. Оксана попыталась от меня ускользнуть, делая шаг в сторону, но я ловко ее поймал и развернул к себе лицом.

– Далеко собралась? – проговорил ей прямо в губы.

– Подальше от тебя.

Дерзить, маленькая сучка, вздумала. Мне нравится. Хоть какое-то действие. И пока она не опомнилась, бросаюсь на ее сладкие губы, вклиниваясь языком ей в рот. Несколько поцелуев и Оксана открывается мне и подыгрывает. Она прикрывает свои глаза и начинает играть по моим правилам. Подхватываю девчонку под бедра, прижимаю спиной к стене и вхожу в нее без труда. Она уже влажная и доступная. Вбиваюсь в нее своим членом по самые яйца, не давая ей сделать свободный вдох. Она содрогается в оргазме, сжимая меня и без того тесным влагалищем.

– Ты предохраняешься? – шепчу ей на ухо.

– Нет.

– Завтра после работы съезди в аптеку и купи таблетки.

– Хорошо, – с тяжестью в голосе говорит она, и я ставлю ее на ноги. Чуть пошатнувшись, Оксана схватилась за меня и выровнялась по струнке. Ей нравится секс со мной, не нужно быть гением, чтобы это увидеть, но она не привыкла ко мне. Каждый раз, стоит мне появиться в ее поле зрения, она смотрит на меня, словно на какое-то чудовище. Да, в ее глазах я, наверное, таким и представляюсь.

Мы моем друг друга на протяжении нескольких минут, а затем, обернув девушку в полотенце, я ловко поднимаю ее на руки и несу в кровать. Откуда у меня взялась эта чертова романтика? Никогда за собой не замечал. А когда вижу эту девчонку, я готов перед ней лужицей растекаться. Кладу ее на кровать и придвигаю ближе к себе. Чувствую ее сердцебиение, и оно, словно детская песенка, меня убаюкивает, и я засыпаю.

Глава 8

Оксана

Так странно приезжать на дорогой машине к своей школе, а еще страннее, когда за тобой едет хвост из собственной охраны в четыре человека. Чувствую себя какой-то королевской особой, и мне это не особо нравится. Не привыкла я к этой роскоши.

Ахмед помог открыть мне дверцу автомобиля, и я, выйдя из машины, быстрым шагом направилась к дверям школы. Но стоило мне сделать несколько шагов, как я почувствовала, что я не одна. За мной кто-то увязался. Обернулась и чуть не налетела на каменную статую в виде моей «няньки» Ахмеда.

– А ты куда пошел? – с изумлением в голосе спросила я. Вот никак не ожидала, что он и в школе за мной таскаться будет.

– У меня приказ не отходить от вас, – словно робот проговорил он.

– Ты с ума сошел? – я немного повысила на него свой голос, а затем, вспомнив, что он-то здесь ни в чем не виноват, сбавила обороты. – Ахмед, ты будешь за мной так целый день ходить?

– У меня приказ.

– А мне что делать с твоим приказом? – я поставила руки в боки и посмотрела на эту гору снизу вверх.

– Если вам что-то не нравится, вы можете позвонить господину Таиру.

– Хорошо. Звони. У меня нет его номера.

Ахмед тут же достал свой телефон и начал звонить своему боссу. Вот не хотелось мне, чтобы за мной целый день следовал этот амбал. И без него проблем хватает.

Попытки дозвониться Таиру увенчались отнюдь не успехом. Тот не брал трубку, и мне пришлось идти на урок вместе с Ахмедом. Бедные дети! Они, как увидели этого верзилу, у них аж дар речи пропал. Сидели как напряженные струны за своими партами и боялись сделать лишнее движение. Да и я сама не особо себя чувствовала комфортно в присутствии чужака. Нужно будет сегодня обязательно поговорить с Таиром, чтобы он принял какие-то меры. Пусть тогда на улице меня ждут, но никак не в классе. От меня даже учителя шарахались. Но что странно, никто не задавал никаких вопросов. Будто так все и должно быть.

– Привет, подруга! – Валя присела ко мне за столик в кафе, где мы с ней договорились встретиться после уроков.

– Привет, Валюш. – Мы чмокнулись, еле дотрагиваясь щеками.

– Ты мне ничего не хочешь рассказать? – она с интересом на меня посмотрела.

– А что-то должна? – Вот никак не хотелось мне заводить тему на мой счет. Мне и так всего хватает за последние несколько дней.

– Ты еще спрашиваешь? Что это на тебе за дорогущие шмотки и почему за тобой по пятам ходит этот громила? – она с секунду подождала, смотря в мои глаза, но я все так же продолжала молчать. – Ты меня, конечно, прости, но мне сейчас твой наряд нравится больше. Хоть на человека стала похожа, а то ходила как нищенка, при таком-то муже.

– Интересно, это при каком «таком-то» муже?

Если бы ты, Валя, только знала, на что меня муж подтолкнул ради своей же свободы!..

– Да ты живешь как у Христа за пазухой! Кирилл с тебя пылинки сдувает. Вон шмотки какие купил, а ты все нос воротишь.

Чтобы не поругаться с подругой, я перевела дух и попыталась успокоиться.

– Валюш, давай я тебе как-нибудь в следующий раз расскажу, что у меня… у нас случилось. Хорошо?

– Ладно, уговорила. Что заказывать будем?

И все понеслось, как и раньше. Я смогла на несколько часов забыть все, что со мной произошло и еще произойдет. Мы с Валей, как и раньше, сидели за столиком в нашей любимой кафешке и болтали, как старые добрые друзья. Домой не особо хотелось ехать, и я как могла, тянула время. Может, у Таира сегодня появятся неотложные дела и он не придет ночевать? Эх, мечты! Ладно, очень надеюсь, что этот месяц пролетит незаметно. Буду дольше оставаться в школе или брать дополнительные занятия, так время быстрее пройдет.

Я уговорила Ахмеда, чтобы мы подвезли Валю к ее дому, а потом сами поехали. И вот стоило мне подъехать к многоэтажке, которая на время стала моим домом, настроение тут же потухло.

Поднявшись в квартиру, я сняла свое пальто и, повесив его на вешалку, прошла по коридору в надежде, что я дома буду одна, но, как и вчера, встретила Таира в гостиной с бокалом в руке. Он, не отрываясь, смотрел на огонь в камине.

Я хотела с ним поздороваться, но он меня опередил.

– Почему так поздно? – его стальной голос меня сжал, словно оковами.

– Я с подругой встречалась.

– Села! – приказал он, указывая глазами на диван рядом с ним.

Чтобы не злить его еще больше, я быстро прошла и села, сложив руки на коленях и выпрямляя спину, как будто в нее кол вбили. Тело все сжалось от страха. Я боялась этого мужчину. Боялась, наверное, так сильно, как ничего на свете.

– Таир, – заговорила я чуть слышно.

– Замолчала! – грозно проговорил он. – Я хочу, чтобы ты больше не встречалась со своей подругой.

– Но…

– Молчать! – с еще большей властью в голосе проговорил он. – Не имей привычки перебивать меня, когда я говорю. Сегодня у вас была последняя встреча. Помимо школы вы больше не будете встречаться. Советую и в учебном заведении обходить ее стороной.

И последние слова стали для меня каким-то ударом, от которого прорезалось второе дыхание. Я уже не могла молчать и подчиняться ему, потому что он перешел все границы.

– Ты можешь угрожать мне, моему мужу. Можешь спать со мной в качестве долга. Но ты не имеешь права запрещать мне общаться с людьми. Я тебе не игрушка, которой ты управляешь. Я живой человек, Таир, и не позволю так со мной обращаться!

Закончив свой диалог, я думала, что это последние слова, которые я произнесла в своей жизни. Глаза мужчины из карих перешли в черные. Словно разгорались два уголька, которые способны разжечь пожар. Таир с такой силой сжал стакан в руке, что он треснул и осколки впились в его ладонь. На белоснежную обивку кресла падали капли крови, но мужчина и бровью не повел.

– Таир, твоя рука, – чуть слышно проговорила я и хотела встать и подойти к нему, но он резко осадил меня.

– Села! – чуть более спокойно проговорил он, и я опустилась обратно, пытаясь не выводить его из себя. – Я не хочу, чтобы ты общалась с этой шалавой, которая тебя использует. Я не позволю из моей женщины делать дуру.

– Что? Я не понимаю, о чем ты? Кто меня использует?

– Оксана, я все сказал. Ты должна слушаться меня. И делать так, как я тебе сказал. Поняла меня? – не ответив на мой вопрос, он снова начал приказывать. Этот человек не умеет жить без приказов. Ему нужно всеми управлять, чтобы чувствовать себя властителем мира.

Мою грудь больно сжало, а перед глазами показалась пелена, которая размывала лицо Таира.

– Не будет так, как ты хочешь, – проговорила совсем тихо в надежде, что он не услышит, но Таир все равно услышал мои слова.

– О-кса-на, – по слогам проговорил он. Я чувствовала его гнев, которым опаляло. Его голос звучал так, словно вилкой по тарелке провели, сильно нажимая. Сердце забилось как бешеное, его удары отдавали в уши, и я затаилась, выжидая, что же будет дальше.

– Вон пошла отсюда, – все так же сдерживая свой голос, чтобы не перейти на крик, проговорил Таир, а мне не нужно было повторять дважды. Я только и ждала, чтобы поскорее убежать из этой комнаты, пока еще дышу.

Вскочив с дивана, я побежала наверх. И стоило мне добежать до самой верхней ступеньки мраморной лестницы, как услышала глухой удар и звук стекла. Впервые в жизни мне было так страшно. Захотелось куда-нибудь спрятаться, потому что это был единственный вариант не попадаться на глаза этой бешеной машине-убийце. Я бы с удовольствием из квартиры сбежала, но кто меня отсюда выпустит? Таир еще в первый же день сказал, что без его ведома я не смогу никуда выйти.

Не пошла в спальню. Я прошла по длинному коридору второго этажа и зашла в дальнюю комнату, в которой оказалась какая-то рабочая зона и небольшая библиотека. Надеюсь, Таир сюда не явится. Я не стала включать верхний свет в комнате, а только прошла к столу и включила ночник, который не хуже осветил весь кабинет.

Чтобы хоть как-то успокоиться и привести нервы в порядок, я прошла к полкам с книгами и начала изучать их. Здесь было очень много классики. Какие-то обучающие книги, между которыми старые тетради, исписанные непонятным почерком, как бы не пыталась прочесть, все равно не поняла.

И взяв потертую книгу с романом, я прошла к окну и села на пол, прижавшись спиной к прохладному стеклу. Открыла книгу и заметила надпись. Красивым каллиграфическим почерком было написано: «С любовью, мой ангел. От твоего преданного и всегда любящего Н.»

Странно, но мне почему-то захотелось прочитать эту книгу. Как будто я найду в ней разгадки на все интересующие вопросы. Это был роман Шарлотты Бронте «Джейн Эйр». Я его читала, но очень давно. И снова погружаюсь в мир любви, страсти и разочарований, разбитых надежд. В главном герое я вижу сходство с Таиром. У них у обоих полно секретов, которые пугают, разрушают и затягивают. Им невозможно противостоять, они умеют только разрушать. Их невозможно любить, потому что, влюбляясь в них, ты отравляешь себя. И в итоге окажешься на пепелище своих же чувств, брошенная, как бездомная собака.

Я так зачиталась, что очнулась только на середине романа. За окном уже вовсю светила яркая луна и огромное полотно звезд заволокло небо. Спина затекла, как и ягодицы, от долгого сидения, и я встала. Сделала пару наклонов в стороны, чтобы хоть как-то размять тело. Подняла с пола книгу, которую не удержала, и та снова упала на пол, выбрасывая из себя черно-белую фотографию. Я подняла ее с пола и вгляделась. На снимке была красивая молодая девушка, а сбоку от нее стоял мужчина, на руках которого сидел радостный мальчишка. Всмотревшись в лицо маленького мальчика, я увидела сходство с Таиром. Это был он. Тут и к гадалке не ходи. Перевернула фотокарточку, но она не была подписана. Сделав из нее закладку, я убрала книгу обратно на полку.

Выйдя из кабинета, я прислушалась к тишине, которая полностью укутала эту квартиру. Сердце пару раз громко ойкнуло, но я не обратила на него внимания и пошла в спальню, где в темноте увидела спящее мужское тело.

Таир лежал на спине, а руки убраны за голову. Он был полностью голый, лишь прикрылся тонкой простыней, которая не особо-то его и прикрывала. Пару минут стояла и молча смотрела на него, но меня как будто кто-то толкнул, и я очнулась. Сходила в душ и, облачившись в ночную пижаму, легла рядом с мужчиной на самый край. Но мои попытки быть от него подальше провалились. Таир словно почувствовал, что я оказалась рядом и одним рывком, подминая меня, придвинул к себе. Я ждала, что он начнет приставать, но ничего не последовало. Он просто меня приобнял и засопел дальше.

Глава 9

Оксана

– Доброе утро, Оксана Георгиевна, – поздоровался со мной мальчишка, когда я подошла к дверям школы.

– Здравствуй, Паша, – я хмуро на него посмотрела и прошла в школьное здание. За мной, как и вчера, следом шел Ахмед. Я как-то за вчерашними криками и быстрым бегством забыла попросить у Таира, чтобы он хотя бы в школе убрал мою «няньку». Быстро прошла по коридору и зашла в свой класс, где уже сидело несколько детей. В учительскую подниматься не особо хотелось, и поэтому за журналом я послала одного из учеников.

А еще я хотела предотвратить нашу с Валей встречу, чтобы опять не разозлить Таира. Хотя, мне кажется, его можно просто одним взглядом вывести на эмоции. Я даже обедать сегодня не ходила, обошлась пачкой печенья, которую отыскала в сумочке.

Я закончила рабочий день, как всегда, поздно. Осталась еще на час, чтобы проверить домашние работы учеников. Когда садилась в машину, думала, что мы поедем домой, но автомобиль с обычного маршрута свернул совсем на другой.

– Ахмед, куда мы едем? – поинтересовалась я, нервно ерзая в салоне автомобиля и запоминая дорогу.

– В ресторан. – Сухо ответил тот.

– Но я не просила меня туда везти.

– Господин Таир приказал.

Ах, господин Таир, значит! И даже не спросил меня, хочу ли я этого. И вот опять я на него злюсь за то, что он сам все решил и не спросил моего мнения. Хотя, о чем это я? Он и не должен ничего спрашивать. Таир умеет только властвовать, доминировать и угрожать. Он, интересно, на что-нибудь еще способен?

После того, как мы свернули на новый маршрут, машина ехала минут пятнадцать и остановилась у одноэтажного здания. Фасад ресторана больше напоминал старенький английский замок, а вот внутри все купалось в роскоши. Мое внимание привлекла золотая плоская люстра. Она была произведением искусства.

– Госпожа Салахова, пройдемте, я проведу вас к столику. – Обратилась ко мне молоденькая администраторша, а я не сразу поняла, к кому она обращается, и обернулась, но никого там не увидела. Ахмед остался в машине, сказав, что меня ждут внутри.

«Госпожа Салахова», – проговорила про себя, пробуя и примеряя эту фамилию на себя. Звучит неплохо.

Я шла не торопясь за девушкой, а мои глаза разбегались. Я никогда не была в таких дорогих заведениях. Да у меня бы и одной зарплаты не хватило на чашку кофе в этом ресторане. Я быстро прошлась взглядом по гостям. Все присутствующие женщины были одеты в стильные и роскошные платья, и мне стало не по себе в своем повседневном костюме. Я больше была похожа на прислугу, чем на посетителя.

Мы подошли ближе к столику, который находился в самом центре зала. Таир уже сидел и пил что-то из бокала. Увидев меня, его губы немного искривились в улыбке.

– Прошу, – проговорила девушка и указала мне на стул, положив передо мной меню.

– Привет, – заговорила я первая.

– Здравствуй. Как твои дела?

– Спасибо, все хорошо. Но прошу впредь предупреждать меня, когда снова захочешь сводить куда-нибудь. – Таир ничего мне не ответил, но его желваки слегка заиграли, показывая недовольство.

– Я хотел извиниться за вчерашнее. Это тебе. – Он достал из внутреннего кармана пиджака длинную коробочку, обернутую розовым бархатом, и положил напротив меня.

– Что это? – я смотрела на нее и боялась дотронуться, как будто если я открою ее, то оттуда на меня змея набросится. И поэтому просто взглядом гипнотизировала розовый бархат.

– Открой, – кивнул Таир и отпил из бокала, довольно морщась.

Мои пальцы аккуратно дотронулись до бархата и подняли крышечку вверх. Внутри лежал красивый белый браслет, полностью усыпанный разноцветными переливающимися камнями.

– Это мне? – Да, вопрос был глупый, но я до сих пор не могла в это поверить.

– Нет, мне! Он не укусит. Примеряй!

Я аккуратно взяла его и приложила к запястью. Сталь нежно охладила кожу, и по ней побежали мурашки.

– Помоги застегнуть, пожалуйста.

Я протянула руку в сторону Таира, и его горячие пальцы быстро справились с застежкой. Я крутила запястье, рассматривая браслет со всех сторон. Не могла отвести от него взгляда. Он завораживал, притягивал.

– Нравится?

– Он потрясающий! Спасибо. Но он, наверное, очень дорогой. – Я подняла глаза на Таира. Он изучал меня своим карим взглядом.

– Ты не должна об этом думать. Ты должна носить этот браслет и никогда его не снимать.

Опять его это «Ты должна» немного охладило мой пыл, но тут же подошла официантка, принесла нам еду и бутылку вина.

– Я уже заказал, если ты не против.

– Не против.

Попытка извинения Таира мне понравилась. Но хватило бы и ресторана. Я сидела и постоянно поглядывала на браслет, который переливался на моем запястье, словно множество маленьких лучиков. Мне Кирилл никогда ничего подобного не дарил. Всегда обходился букетом цветов.

Я уже хотела заговорить, попросить Таира, чтобы Ахмед ждал меня где угодно, но только не в школе. Подняла голову, чтобы открыть рот, но поймала взгляд Таира, который смотрел куда-то позади меня. Взгляд его потихоньку чернел. Я уже выучила это выражение лица. Салахов злился.

– Какого хера?! – проговорил он вслух, и я обернулась, чтобы посмотреть, что его так разозлило. Но ничего не увидела, кроме того, что к нам шел пожилой мужчина, который держался за руку молодого парня.

И я была права, решив, что они направляются в нашу сторону. Как только мужчины поравнялись с нашим столиком, я лучше смогла их рассмотреть. Тот, что уже в возрасте, был одет в серый деловой костюм, и он немного горбился. Видно было, что ему тяжело стоять на ногах. Он испытывал боль, которую можно было прочитать в его глазах, но он это умело скрывал.

А второй мужчина, на первый взгляд, был чуть моложе Таира. Они с ним даже внешне чем-то были похожи. Только вот у парня был не такой строгий взгляд, как у Салахова, он был, наоборот, добрый и располагал к себе.

– Кто вас сюда впустил? – первым заговорил Таир.

– Я не думаю, что мне нужно разрешение, чтобы повидаться с сыном, – произнес старик.

«С сыном!» – пронеслось у меня в голове. Значит, это отец Таира? Вот откуда такое сходство.

– Не разрешишь присесть?

– Нет.

Старик проглотил отказ, а мне безумно стало жаль его. Не знаю, что у них там за стадо черных кошек пробежало, но как разговаривал Таир со своим отцом, это выходило за рамки. Тот, что был моложе, брат Таира, просто молча стоял и смотрел на своих родственников.

– Ты когда-нибудь прекратишь дуться? Я пришел поговорить. Ты же видишь, что я болен и мне трудно стоять.

– Я тебя не просил приходить, и тем более не позволю сесть за один стол со мной. – Каждое слово Таиру давалось с огромной тяжестью. Его грудная клетка ходила ходуном, а зубы так стиснул, что на скулах желваки заиграли. Казалось, что он в любой момент может вскочить и ударить старика.

– Хорошо, я постою. – Мужчина обернулся и посмотрел на меня. На его губах появилась небольшая улыбка. – А вы, значит, моя будущая невестка? – голос его стал более мягким и добрым.

– Я… – заговорила вдруг, но не знала, что ему ответить. Невесткой я ему точно никогда не стану. И что сказать? Что я просто сплю с вашим сыном, закрывая долг мужа? Так, что ли?

– Ты сам отсюда выползешь или мне охрану позвать?

– Таир! – Мужчина хотел протянуть к нему руку, но тот откинул ее с такой силой, что старик еле устоял на ногах, и у него на глаза стали наворачиваться слезы. Да я и сама, смотря на то, как сын общается с отцом, у меня тоже глаза были на мокром месте.

Зал ресторана подозрительно стих. Видимо, все с интересом наблюдали за семейной драмой. И тут, словно из ниоткуда, показался Ахмед и еще несколько мужчин, которые окружили отца и брата Таира и повели на выход.

Прошло несколько минут молчания. Мы просто молча сидели за столом. Таир продолжил есть, как будто ничего не произошло, а я даже пошевелиться не могла. Неужели в нем столько злости и ненависти, чтобы так с родными общаться? Мне даже стало стыдно за его поведение.

– Таир, – проговорила я, и он поднял на меня свой взгляд. – Зря ты так. Он же твой отец. И что бы он ни сделал, он все равно остается отцом. Нельзя было с ним так поступать.

– Он мне не отец. – Таир приблизился ко мне через стол, и я на своем лице почувствовала его дыхание. – Он тварь, которая не должна ходить по земле! – прошипел он, а я вздрогнула. Что он может сделать со мной, если так обращается с родственниками? Сглотнула ком в горле и попыталась проморгаться, избавиться от подступающих слез.

– Поела? – спустя пару минут спросил он и, вытерев губы салфеткой, смял ее и с каким-то животным презрением бросил на стол.

– Да, – кивнула я ему.

– Пошли! – рыкнул он, и я, быстро встав, засеменила за ним. Гости, которые сидели в зале, с интересом разглядывали нас, пока мы не вышли из ресторана.

Я прошла за Таиром и села в его машину на заднее сиденье, где рядом расположился и он. От него прямо-таки исходила негативная энергетика, которая заполняла все вокруг.

Водитель молча вырулил на дорогу, а я отвернулась к окну и смотрела на мелькающие мимо высотки. Но стоило мне на них сосредоточиться, как боковым зрением заметила, что между нами и водителем вырастает перегородка в виде тонированного стекла. Я с интересом обернулась на Таира и поймала его жгучий взгляд. Его пальцы медленно расстегивали пряжку ремня. Сглотнула.

– Иди сюда, – прохрипел он.

– Что? – я не могла сосредоточиться ни на чем, а тем более на мыслях, видя, как его оголенный член показался из брюк.

– Оксана, я сказал, иди сюда! – снова скомандовал Таир, и я сглотнула со звуком, глядя, как стенка из стекла полностью закрылась и мы остались наедине.

Я приподнялась и перекинула ногу, садясь на колени к Таиру и сталкиваясь с ним лицом к лицу. От него пахло дорогим алкоголем, сигаретами и одеколоном, с нотками кедра и красного перца.

Мужчина задрал мою юбку до бедер. Прошелся ладонью по черным чулкам и, отодвинув трусики, резко насадил на себя.

– Ах-х-х-х… – громко выкрикнула я, но мои губы тут же взяли в плен губы Таира, а его сильные ладони сжали бедра и, устанавливая свой темп, насаживали на свой член.

Из головы мгновенно вылетел весь вечер и нежеланная встреча отца и сына. Из моего рта постоянно выскакивали стоны, которые я не в силах была заглушить. И меня даже нисколько не стеснял тот факт, что за тоненькой стеклянной перегородкой находится водитель, который все слышит.

Таир насаживал меня и насаживал, пока мое влагалище не сжалось от сильного оргазма, и я упала ему на грудь, тяжело дыша.

Глава 10

Оксана

Таир отвез меня в квартиру, но сам не поднялся. Сказал, что ему нужно по делам. Он уехал, оставив меня одну в своей квартире. Я все еще не могла отойти от сегодняшнего вечера. От увиденных отношений Таира и его отца. За что он так не любит свою семью? Что, интересно, с матерью? Он тоже с ней так же обращается? Этот мужчина, как книга, написанная на неизвестном для людей языке. Вроде буквы есть, а что там написано, непонятно.

Приняв душ и переодевшись в домашнюю одежду, я снова пошла в библиотеку, только вот на этот раз я пошла не роман читать, а проверять домашние задания своих учеников. Нужно же было чем-то отвлечься. А еще я ждала Таира. Ждала, когда он придет домой, но этой ночью он так и не пришел. От этого где-то глубоко внутри ойкала обида на него. Хотя, кто я ему? Игрушка, с которой он проводит время в постели? Сколько у него таких, как я?

После завтрака Ахмед, как всегда, ни минутой раньше, ни минутой позже пришел, чтобы отвезти меня на работу. Я уже стала привыкать к этому мужчине, из которого невозможно выдавить ни одно чувство. Он словно робот.

– Ахмед, можно остановиться у этой кофейни? – обратилась я к нему, и он кивнул водителю, чтобы тот остановился, где я попросила.

Раньше я всегда, прежде чем прийти на работу, заходила сюда каждое утро. Никогда не пропускала и дня. Покупала латте с корицей, брала шоколадное пирожное и наслаждалась этим лакомством. И сегодня, вновь увидев эту кофейню, так и захотелось туда зайти.

– Что вам купить? – поинтересовался Ахмед, уже собравшись выходить из машины.

– Не нужно. Я сама. – Он так же молча кивнул и вышел следом за мной. Я уже подошла к зданию и хотела открыть дверь, но обернулась.

– Ты можешь хотя бы туда со мной не ходить? Стекла прозрачные, я буду у тебя на виду, и в здании никого нет, кроме бариста!

– Не… – Он не успел договорить свою дежурную фразу, как я его перебила.

– Я помню, не положено. Ахмед, пожалуйста! – я щенячьим взглядом заглянула в его глаза.

– Хорошо. – Я заметила, как напряглось его тело. Боится ослушаться приказа своего хозяина.

Улыбнувшись своей сговорчивой «няньке», я открыла дверь и вошла в кофейню. Над дверью, как и всегда, звонко зазвенели колокольчики, оповещая, что кто-то пришел.

Из разрисованной стены с меню вышла молоденькая девушка. Я здесь уже выучила весь персонал, даже знала, кто когда работает. За столько лет посещений было трудно этого не сделать.

– Доброе утро, Анют! – я улыбнулась ей.

– Ой, доброе утро! А вас уже давно не было видно.

– Да, приболела немного.

– Вам как обычно?

– Да. И добавь еще один американо и пирожное.

– Хорошо.

Она пошла выполнять заказ, а я присела на высокий барный стул, который стоял у барной стойки. Ахмед на улице, словно коршун, не спускал с меня своего взгляда. Он встал как столб посреди тротуара и завел руки за спину. Проходящие мимо люди с интересом оборачивались на него.

– М-да, и правда, робот, – проговорила я вслух, и мне показалось, что он прочитал по моим губам, что я говорю, потому что уголки его губ дернулись в усмешке.

– Ваш заказ готов! – оповестила Аня, и я быстро обернулась на нее и забрала заказ.

Села в машину и протянула Ахмеду стаканчик с напитком и пирожное. Он сначала не хотел принимать, посмотрев на меня с подозрением.

– Это не отрава, а всего лишь кофе! – успокоила его я, держа горячий стаканчик.

– Не положено. – Снова заговорил он, а я разозлилась. Меня от его этого «не положено» уже тошнит.

– А ты, как кроме «не положено», еще знаешь слова? Я просто хотела тебя угостить.

– Спасибо, – сухо произнес он и все же принял кофе. Пока мы ехали, я наслаждалась любимым напитком и закусывала его сладким лакомством, а Ахмед все-таки кофе выпил и даже, как мне показалось, немного расслабился.

Все эти дни я не разговаривала с Валей, пыталась ее избегать. Не хотела злить Таира, потому что в гневе он настоящая машина для убийств. Валя мне писала, звонила, но я не отвечала ей, а сегодня просто так не отделалась. Я на обеде, как всегда, никуда не пошла и осталась в своем классе, когда услышала недовольные голоса за дверью. Это была Валя, которую ко мне не пускали. Быстро встав из-за стола, я направилась в сторону двери. Резко ее распахнула, но увидела только широкую спину Ахмеда.

– Да что вы себе позволяете? Я хочу увидеть подругу! – протестовала Валюша.

– К ней нельзя, – проговорил спокойным голосом мой бородатый «нянь».

– Ахмед, впусти ее, – вмешалась я, и мужчина обернулся в мою сторону.

– Оксана Георгиевна, Таир Намикович запретил Валентине приближаться к вам, – без доли смущения проговорил он.

– Я сама разберусь с Таиром. – Грозно посмотрела в сторону Ахмеда. и тот пропустил подругу. Но я-то знала, что через минуту мне уже позвонит гневный Таир и отчитает за то, что я его не слушаюсь. Так оно и произошло. Стоило нам только зайти в класс и сесть за парту, как мой телефон противно запищал, показывая на экране незнакомый номер. Но я проигнорировала звонок и поставила телефон на беззвучный режим.

– Оксан, это что за дела? И что это за Таир такой?

– Валь, это безумно долгая история. Но скоро все закончится, и мы будем видеться как обычно.

– Так, – она о чем-то задумалась и посмотрела на меня. – Я, конечно, не хотела лезть, но вчера днем Кирилл приходил и его тоже не пустили, – проговорила подруга.

– Кирилл? – Отлично, ко мне и мужа не подпускают! Я разозлилась.

– Вы что, расстались? И ты нашла кого-то побогаче? – глаза подруги засверкали. Да, знала я этот лисий взгляд.

– Да, расстались на время и, в общем, все сложно объяснить, столько всего навалилось. А ты-то как?

– А-а-а, как всегда, нормально. – Подруга вскинула руку и ее рукав кофточки задрался, показывая здоровенный синяк. А еще на шее я заметила шарфик, который так не любила носить Валя. А носила она его, если только… Я резко приподняла руку и отодвинула шарф, а там на шее отпечаток от пальцев рук.

– Он что, опять за старое? – я с жалостью смотрела на Валю. – Так, хватит! Уходи от него, а то рано или поздно он точно тебя убьет. – Я переживала за подругу. Переживала за то, что происходит у нее в жизни. Ее ненормальный муж когда-нибудь прибьет ее.

– Легко тебе говорить. А куда я пойду? Ты думаешь, я нужна кому-то? Ты вон, еще одного мужика себе нашла, и покруче, чем твой Кирилл. – На ее глазах показались слезы, и я не выдержала и тоже прослезилась.

– Валюш, но так же нельзя.

– Нельзя, это когда есть куда пойти, а мне и идти-то некуда. Ладно, переживу. Тем более он не всегда такой.

– Так, – перебила я ее, – а знаешь, что? Я поговорю с Таиром. Он человек влиятельный, может поможет чем.

– Спасибо, конечно, но как-то неудобно.

– Перестань! И тем более, я не хочу лишиться единственной лучшей подруги.

Я обняла Валюшу и прижала ее к себе еще крепче. И это я еще на жизнь жалуюсь? Ее вон, муж бьет до потери сознания, а я всего лишь сплю с богатым мужиком. Живу в его шикарной квартире, ем его еду и со мной везде охрана ходит. Мы с Валей еще немного посидели, и она ушла на урок.

Только сейчас вспомнила, что мне нужно родительское собрание проводить, и тяжело вздохнула. Придется задержаться позже обычного. Уроки уже закончились, а родители придут через час, и это время я могу провести за проверкой тетрадей.

Дверь кабинета резко распахивается и кто-то заходит.

– А стучаться не учили? – произношу я и поднимаю голову, но тут же встречаюсь с черными омутами.

– Учили, но не буду! – говорит он нагло и смотрит на меня таким взглядом, что взбучки мне не избежать.

– Таир! – охрипшим голосом говорю я и выпрямляюсь.

– Трубку почему не берешь? – его голос звучит спокойно, уверенно.

– На беззвучном режиме телефон.

– Оксана, – он подходит ближе и садится на край моего стола. – Я же тебя просил не общаться больше с ней, а ты не послушала меня. – Сижу и смотрю в его глаза, как нашкодивший котенок. Знаю, что просил, но я не могу так. И отчего-то становится стыдно, что не выполнила приказ.

– Встань! – командует Таир, и я подчиняюсь. – Подойди ближе. – Делаю шаг к нему и попадаю в капкан сильных рук. Его ладони обхватили меня за талию, спустились вниз и теперь лежат на моей попе. Громко сглатываю, а он улыбается одними краешками губ.

Чувствую, как моя юбка медленно, но уверенно поднимается к бедрам, и я делаю шаг назад, но меня возвращают на прежнее место.

– Таир, – шепчу ему севшим от возбуждения голосом. Мои трусики уже влажные, и меня это бесит. Когда появляется этот мужчина, мое тело начинает жить своей жизнью, не спросив об этом меня.

– Да.

– Ты что делаешь? – хочу скинуть его руки со своей попы, но не могу пошевелиться.

– Наказать тебя хочу! Ведь именно это делают с плохими девочками? – Снова сглатываю, а его длинные пальцы отодвигают трусики и входят в меня.

Сначала один палец, а затем к нему пристраивается второй.

– У меня собрание.

– Мы успеем. – И он начинает двигаться быстрее, а я запрокидываю голову назад и руками хватаюсь за его плечи, сминая ткань пиджака.

Его пальцы двигаются все быстрее и быстрее, насаживают меня яростно, и при этом большой палец массирует клитор, отчего чувствительность увеличивается. Я резко вскрикиваю и чуть не падаю, но мужские руки меня быстро подхватывают и прижимают к себе. Тело расслабляется и дыхание учащается. Этот мужчина сведет меня с ума!

Краем глаза замечаю, что пальцы, которые недавно были во мне, перетекли в рот к Таиру, и он облизывает их, а в глазах плещется наслаждение.

– Безумно вкусная. – Он целует меня, давая попробовать мой же вкус. А затем резкий стук в дверь заставляет нас оторваться друг от друга. И я только сейчас понимаю, что стою с задранной юбкой, раскрасневшимися щеками, тяжело дышу и не могу пошевелиться.

Таир берет ситуацию в свои руки и быстро поправляет на мне одежду, за что я ему безумно благодарна. Стоило ему от меня убрать руки, как дверь открывается, и входит чья-то родительница.

– Оксана Георгиевна, добрый вечер. – Киваю ей в ответ и замечаю на ее губах улыбку. Кажется, она поняла, что мы здесь делали. От этого становится неловко, и я снова краснею.

– Я жду в машине, – произносит Таир и, поправив на себе свой пиджак, молча удаляется, а я так и продолжаю стоять, растерянная, только что оттраханная его пальцами и с горящими щеками.

Глава 11

Оксана

Час родительского собрания длился как целая вечность. Мыслями я была очень далеко от реальности. Все тело до сих пор подрагивало от того, что случилось час назад, и как мое тело сладко выгибалось в руках Таира. Этот мужчина сводит меня с ума. И как только дверь моего кабинета закрылась за последним родителем, я с облегчением вздохнула. С минуту перевела дух и, накинув на себя пальто, вышла из класса, запирая его на замок. Вспомнив, что на улице меня ждет Таир, ноги сами понесли меня быстрее. Позади себя я разглядела высокого, как всегда, с хмурым выражением лица Ахмеда. Никак не могу привыкнуть, что он постоянно ходит за мной по пятам.

Вышла на улицу и вдохнула свежего воздуха, который мгновенно же охладил мои легкие. С самого утра не была на улице. Около здания школы выстроилось пять черных внедорожников. Машина Таира стояла посередине, а остальные четыре машины расположились по бокам от его машины.

Я шла по снегу, который громко похрустывал у меня под ногами, а сверху сыпались сухие снежинки, падали мне на горячую кожу и тут же таяли. Ахмед меня обогнал и открыл передо мной дверцу автомобиля. Я быстро юркнула внутрь.

Таир сидел и изучал что-то в своем телефоне, но, заметив мой любопытный взгляд, тут же убрал телефон во внутренний карман пиджака.

– Привет! —тихим голосом произнесла я, и на лице Таира мелькнула легкая улыбка.

Он по-хозяйски взял меня за плечи и притянул к себе. Его губы легли на мои. Сейчас он впервые целовал меня нежно, еле касаясь, словно боялся спугнуть. Не то что первые разы. От этого поцелуя я мгновенно же потерялась. С удовольствием ему отвечала. Он отстранился от меня и, смотря прямо мне в глаза, произнес:

– Едем! – Голос его был властный, строгий. Никак не был похож на его глаза, которые выдавали удовольствие.

– Как собрание? – поинтересовался он, выпрямляясь.

– Хорошо. Мы домой?

– Да. – Он отвел свой взгляд на дорогу в сторону стекла, а я, приподняв свои глаза, стала его рассматривать.

Почему я раньше не замечала красоты Таира? У него безумно красивые глаза. Большие и черные, как две бездны, в которых можно утонуть. Красивый нос, как у греческого бога, и пухлые губы. Его борода немного отросла и начала виться. Под ее густой порослью виднелся шрам на скуле. Если не присматриваться, то и не заметишь. А уж про его божественное тело я вообще молчу. В этом мужчине мне стало нравиться все. Даже его грубость, которая так часто из него выходит, словно дикий зверь сбегает из клетки.

И вообще, с Таиром я стала видеть мир совсем по-другому. В нем пропали розовые оттенки, как это было раньше, и мне это безумно нравилось. Каждый день у меня случается что-то новое, иногда это не особо хорошее, но это тоже наполняет меня. А самое главное, Таир учил меня видеть людей насквозь. Он как-то раз спросил у меня: «Что вообще я жду от своей жизни?» А я ответила ему: «Ничего, я просто живу». Он тогда рассмеялся, как над бестолковым ребенком, и сказал: «Нельзя пропускать свою жизнь сквозь пальцы, потому что всегда найдутся те, кто захочет тебя поиметь, и тогда ты уже не будешь принадлежать себе».

И он был прав. Этот мужчина всегда остается прав в любой ситуации, даже если ситуация стоит против него и ему приходится применять не очень хорошие меры.

Телефон Таира прозвенел громкой трелью, которая раздалась оглушающе в тихом салоне автомобиля и выдернула меня из мыслей. Он убрал с меня свои руки и тут же стало прохладно.

– Чертов ремень, – пробурчал он и, отодвинув ремень безопасности, достал телефон.

Я тут же отодвинулась от Таира, вспомнив, что не пристегнута, и накинула ремень на себя, фиксируя его в зажим. Таир долго смотрел на горящий дисплей телефона и все-таки нажал на вызов, принимая его.

– Слушаю! – голос властный. На том конце трубки я услышала женский голос и тут же засосало под ложечкой. Неприятно. В мозгу где-то проскользнула мысль, что я не имею права его ревновать, он же мне никто. Просто тот, с кем я сплю и этот срок скоро придет к нулю. Таир разговаривал недолго, а затем сбросил вызов.

– Оксана, забыл тебе сказать, что мы в субботу идем на благотворительный вечер. Завтра у тебя половина уроков отменено. Ахмед отвезет тебя к моему человеку, чтобы выбрать платье для выхода.

– На благотворительный вечер? – зачем-то переспросила я. И тут же во мне разыгралось два чувства. Одно радовалось, что он идет именно со мной, а не со своей помощницей или какой-нибудь другой женщиной, а второе чувство было против всего этого маскарада. Ведь через несколько недель мы разойдемся и больше никогда не увидимся. А я с каждой секундой понимаю, что потом будет трудно без него. Ведь Таир привязывает меня к себе прочными цепями, которые трудно будет разорвать.

– Да.

– Хорошо. – Я отвернулась к лобовому стеклу, следя за дорогой.

Наша машина остановилась на светофоре. Я отчего-то занервничала. Дыхание участилось, а внутри стало так холодно, словно образовалась пропасть. Сердце почувствовало беду, но я отгоняла все возникшие мысли. Ведь когда рядом Таир, самая большая беда – это он. А это значит, что мне ничего не угрожает.

Светофор загорелся – желтый, зеленый – и мы тронулись с места. Но меня резко оглушил звонкий хлопок и машину с охраной, которая ехала перед нами, подбросило вверх, а затем она заполыхала ярким огнем, который практически доставал до облаков. Мы резко затормозили и остановились. Эти секунды я боялась пошевелиться, боялась дышать. Меня парализовало. Я смотрела, как огонь забирает в себя целиком черный внедорожник, из которого не вышел ни один человек. Они просто сгорели там заживо.

И тут медленно до меня начинает доходить реальность. А что, если бы в этой машине сидела я? Что, если бы я вот так же просто могла там сгореть? От пришедшего осознания начинает гудеть в голове. Вокруг горевшего автомобиля скапливаются другие машины. Где-то вдалеке слышен вой сирены пожарной машины. Люди на обочине снимают все на камеры. А я словно в замедленной съемке поворачиваю голову в сторону Таира. Он отстегивает ремень безопасности, что-то кричит водителю и выпрыгивает из машины. А мы тут же срываемся с места. В заднее стекло я замечаю, что за нами поехала одна из машин, которая держалась позади нас. Теряю из виду Таира. Шок стал потихоньку отходить, и меня начало трясти, как при сорокаградусном морозе.

– Оксана Георгиевна, – слышу я голос водителя и обращаю на него свое внимание.

Мужчина протягивает мне бутылку с водой. Я принимаю ее и пытаюсь открыть. Но у меня не получается. Собираю все силы и прикладываю их к пробке, которая все-таки поддается мне, и я выпиваю полбутылки залпом. Но это не особо помогает. Лучше мне не становится.

Наша машина буквально минут через пять уже подъехала к многоквартирному дому Таира. Передо мной открылась дверца, и я вышла наружу. Ватными ногами ступала по земле и каждую минуту думала о том, что я не смогу дойти. Ноги подкашивались. Впереди меня шел водитель. По бокам два охранника и один сзади. Один из мужчин остался на улице, а остальные зашли со мной в лифт. Даже несмотря на то, что около меня было четверо здоровых мужиков с пистолетами, которые в любую минуту могут меня закрыть своей широкой спиной, мне все равно не было спокойно.

Стоило нам подняться на нужный этаж, как из квартиры Таира вышел мужчина и направился в нашу сторону.

– В квартире все чисто! – проговорил он. – Можете ее впускать.

И я вошла внутрь.

Я, словно робот, стянула с себя пальто, сняла обувь и, бросив сумочку на пол, пошла в сторону кухни. Я безумно хотела выпить. Хотя никогда не дружила с алкоголем. Зашла на кухню, свет включился, словно по волшебству, а я прошла к бару и открыла его. Там нашла коллекционный ром Таира и, достав бокал, налила немного. Опрокинула и выпила залпом. Горючая жидкость обожгла горло и желудок, а тело стало согреваться. Меня немного стало отпускать. Налила и выпила еще полбокала и, убрав бутылку вместе с бокалом, поднялась на второй этаж. Наполнила себе горячую пенную ванну и, раздевшись, сбросив одежду на пол, погрузилась в нее.

Мне безумно хотелось согреться. Тело еще немного колотило в ознобе. Стоило прикрыть глаза, и я там видела взрыв и пылающую машину с людьми. Глаза наполнились слезами. Я только с утра здоровалась с мужчинами, которые были в этой машине, а сейчас я видела их смерть.

Кто же такой Таир Салахов? Почему его пытаются убить? Теперь я в полной мере осознала, для чего ему нужно столько охраны. Почему он не поехал домой со мной? Почему оставил одну? А если там с ним что-нибудь случится? Нет. Хватит. Не могу. По щекам потекли соленые слезы, царапая мою нежную кожу. Я приподняла лицо вверх, устраиваясь удобнее в ванной, и попыталась закрыть глаза.

Теплые ладони гладили мое лицо. Это был Таир. Как бы он ни старался дотронуться до меня нежно, его сухие пальцы шершаво касались меня. Я открыла глаза. Вода в ванной уже полностью остыла. Я уснула. Сверху на меня смотрело уставшее лицо мужчины, а его губы невольно улыбнулись, и я, быстро встав, всем мокрым телом прижалась к нему, обхватывая за шею.

– Пришел, – прошептала я.

– А ты думала иначе?

Я отстранилась от него и только сейчас поняла, что намочила его рубашку, и она небрежно приклеилась к его телу, показывая бугрящие мышцы.

– Тебя нужно помыть. Вся в пене.

Я быстро вышла из ванны и прошла к прозрачной душевой кабинке, и включила воду. Тут же почувствовала, что сзади ко мне пристроился Таир. Мы молча стояли и на нас сверху лились теплые струи воды.

– Почему? – произнесла я хриплым голосом.

– Что почему?

– Почему тебя хотят убить? – Я развернулась к нему лицом и встретилась с карими глазами. Губы Таира легли на мои.

– Ты пила мой ром, – произнес он мне в губы. От него пахло гарью, дымом, алкоголем и чуть заметным запахом его одеколона с нотками перца.

– Ты не ответил на мой вопрос.

Таир оторвался от меня и, намылив мочалку, стал медленно водить ею по моей коже, а я стояла и ждала, когда он все-таки мне хоть что-то скажет.

– Детка, я не ангел. Таких, как я, проще убить, чем жить со мной на одной земле. – Сегодня я первый раз видела его таким уставшим. Мне безумно стало его жаль. Я даже и представить не могла, как так можно жить, когда тебя каждая собака хочет разорвать на куски.

– Я боюсь.

– Не стоит. Я никому не дам тебя в обиду.

– Ты не понял. Я боюсь за тебя.

Наши взгляды пересеклись и где-то там, глубоко в этих карих омутах, я увидела того маленького мальчишку с фотографии. Он улыбался мне и был безумно счастлив. В груди защемило.

– Пошли, тебя нужно уложить. Слишком много для тебя сегодня случилось.

Он молча ополоснул меня водой и, обернув в полотенце, подхватил на руки, понес в спальню. Таир не ушел. Он лег рядом и пододвинул к себе.

– Расскажи мне что-нибудь.

– Что тебе рассказать? Сказку? – усмехнулся он, а мне только и нужно было сейчас слышать его голос, который успокаивал не хуже конской дозы успокоительного.

– Да, – улыбнулась я, смотря в стену.

– Ну тогда слушай сюда, маленькая. – Он прижал меня к себе и заговорил. – В далеком-предалеком прошлом жил мальчик. У него была обычная любящая семья. Они жили дружно и в их семье никогда не было ссор, пока не пришла одна злая волшебница и не заколдовала отца. Тот выгнал свою жену и сына на улицу. Они долго скитались, пока не нашли убежище. Шли дни, недели, месяцы, годы. Мама и сын привыкали к новой скромной жизни без их главы семьи. У них порой не было денег на кусок хлеба, но они выжили, ведь были друг у друга. И в один ужасный момент мать мальчика заболевает плохой болезнью, и ей требуется срочно дорогое лечение. Мальчишка работал на нескольких работах, не спал по несколько суток, но этого было мало. Он не мог заработать нужной суммы денег. И тогда он пошел на поклон к своему богатому отцу. А у того уже была новая семья, и ему злая волшебница родила новых сыновей, которых он безумно любил. Мальчишка на коленях просил помощи, чтобы спасли его мать, но отец его выгнал из своего замка и сказал, чтобы он больше не приходил. Через пару месяцев мать скончалась, и тот мальчишка от горя превратился в злого принца, который жаждал только мести. Его стали все бояться. Пытались избавить от него город, но тот был силен. С каждым днем он завоевывал новые территории. И однажды, в один роковой момент, когда он обладал безграничной властью, его предали. Подожгли дом, в котором он спал со своей невестой. Но только враги не знали, что этот пацан награжден силой. Из пепла, в которое превратилось тело пацана, возродился феникс, даря новую жизнь этому принцу, сердце которого окончательно превратилось в камень. Принц стал искать своих убийц, но он не учел того, что в этих поисках ему встретится прекрасная девушка, которая растопит его сердце и даст надежду на будущее. Девушка стала его слабостью. Его последней тоненькой ниточкой на исчезающее счастье.

Глава 12

Таир

– Кто?! – Таир в бешенстве расхаживал по своему кабинету. Он так и не смог сегодня уснуть. Всю ночь смотрел, как сладко спит Оксана, а сам не смог и веки сомкнуть. На этой машине он сегодня целый день ездил, а вечером ее взорвали. Думали, что он там? А самое паршивое, так это то, что дела появились, и он хотел уехать, а эту машину оставить Оксане, но все резко изменилось.

– Вот. – Ахмед положил ему на стол фотографии. – Это с камеры видеонаблюдения нашего офиса. Взрывчатку еще днем приклеили к машине. Я проверил. В этот момент электричество вырубилось. Но они не учли, что есть резервная камера, которая работает без электричества постоянно.

Таир опустил свои глаза на снимок, а там во всей красе показано, как его сводный брат стоит у его же машины с сумкой, а потом через несколько минут машина брата уехала с парковки.

– Найди мне его! – раздался по кабинету злой рык Салахова.

– Есть! – Ахмед покинул кабинет Таира.

Ну что, папочка, ты хотел воссоединение семьи? Ты ее сегодня получишь. Нужно бы навестить родственничков.

Черный Jeep Wrangler подъехал к богатому дому, окруженному охраной в сотню человек. Таир приехал один. Все равно бы его охрану не пустили. Он вышел из машины и его тут же обыскали. Стиснув зубы, он прошел к парадным дверям, где его встретил отец.

– Сынок. – По глазам старика было видно, что он рад его видеть или хорошо притворяется. Отец шагнул в сторону Таира, чтобы приобнять, но тот красноречиво показал, что это ошибка.

– Ты проходи. Мы только что ужинать сели.

Таир прошелся по идеальному особняку, где повсюду пахнет баблом и роскошью. В таких условиях жили его младшие братья, а ему приходилось ржаной хлеб с молоком вприкуску есть и в заношенных шмотках ходить, пока те полностью не износятся.

В груди до сих пор жжет от этих воспоминаний, что волком выть хочется. Чем он был хуже его братьев? Ведь такой же. Родная кровь, которую бросил отец, а теперь просит воссоединиться.

В столовой за большим столом сидели мачеха и старший сын.

– Присаживайся, – отец указал на стул, стоящий напротив братца.

– Я смотрю, не все собрались?

– Дмитрий, к сожалению, уехал из города, когда будет не сообщил. Сказал, что по работе уехал.

– Сбежал, значит, – громко проговорил Таир.

– О чем ты, сынок? – отец посмотрел на него с интересом.

– Твой сын вчера взорвал машину с моими охранниками, и я пришел предупредить, что я из-под земли его достану. – Но его диалог прервал отец, который стукнул кулаком по столу.

– Это ложь! Не забывайся, Таир! Ты пришел в мой дом, сидишь за моим столом и угрожаешь моей семье?

– Это ты не забывайся, папочка, – проговорил Таир с презрением. – Если я только узнаю, что и ты к этому причастен, никого не пощажу.

Он резко поднялся из-за стола, царапая идеальный пол ножками стула, и пошел на выход.

– Таир! – крикнул ему вслед отец.

– Можешь не провожать. Дорогу запомнил.

***

Просыпаться одной скоро войдет в привычку, несмотря на то, что я засыпала в объятиях Таира, да и под сказку, которая, я так думаю, была основана на реальной истории. И если я не ошиблась, то теперь понятно, почему у него такой негатив к отцу. А когда он произнес, что сгорела невеста, у меня аж мурашки пошли. Это каким нужно быть чудовищем, что людей заживо спалить?!

После завтрака у меня пошел день по расписанию. За мной приехал Ахмед, который отвез на работу. По дороге мы заехали и купили мой любимый кофе. Не могла не заметить, что охраны у меня прибавилось. Теперь я уже не задавала вопросов, как это было в первые дни. Надо, значит, надо. Да и вчерашняя картина красочно все объяснила.

Полдня, проведенные в школе, я пыталась избегать Валю, которая все это время пыталась со мной встретиться. Не хочу навредить ни ей, ни себе. Как только выйду из цепкого взгляда Таира, то сразу же ей все объясню, а сейчас нужно подождать.

Уже вечером Ахмед отвез меня на примерку платья для благотворительного вечера. Мы приехали в самый дорогой торговый центр в нашем городе, и меня там уже ждали. Таир заранее позаботился о том, чтобы к моему приходу платья уже были подобраны.

– Вау! Вот эта красота! – Я крутилась перед зеркалом и не могла на себя насмотреться. Из десятка платьев, которые я перемерила, выбрала самое последнее. Это было платье в пол. Оно полностью закрытое, с длинными рукавами, но в нем было одно «НО». На платье присутствовал глубокий вырез на юбке практически до самого бедра. У этого шикарного наряда было две медали. Одна своей закрытостью говорит о скромности наряда, а вторая своим вырезом показывает всю его сексуальность. Нежный шелк ткани меня облепил как вторая кожа, я его практически не ощущала на теле. И вот в чем я не сомневалась, так это в том, что все предложенные платья будут белые. У Салахова видно фетиш на белое. К платью мне подобрали нижнее белье, сумочку и туфли, цвета светлого серебра, покрытые бархатом.

Я минут десять крутилась перед зеркалом. Такой красоткой я себя еще не ощущала ни разу. Попрощавшись и поблагодарив девушку-консультанта за помощь с подбором наряда, я вышла в коридор торгового центра, где стояла неприступная стена в виде Ахмеда, и дожидалась меня.

– Возьми, пожалуйста, пакеты, а я до дамской комнаты дойду. – Мужчина кивнул мне и остановился у лифта, а я пошла в туалет.

Я стояла и мыла руки, когда дверь в туалет распахнулась и кто-то зашел. Я бы и не обратила внимания на вошедшего человека, но сзади меня показалась высокая тень, и мне ладонью закрыли рот. Я в ужасе смотрела в глаза своему мучителю через зеркало. Это был парень, его я уже видела. Он приходил в ресторан с отцом Таира. Это был его младший сводный брат Дмитрий. Мужчина был напуган не меньше моего. Я чувствовала, как дрожала его холодная ладонь.

– Я сейчас уберу руку, а ты не кричи. Хорошо? Я пришел просто поговорить. – Я в ответ быстро кивнула ему. И как только Дима убрал ладонь с моих губ, я отпрянула от него и повернулась. Теперь мы стояли лицом к лицу. В темных глазах парня сверкнул неподдельный страх, и казалось, что он переживает больше моего.

– О чем ты хотел поговорить? – я разорвала наш зрительный контакт.

– Оксан, еще тогда в ресторане я понял, что брат тебе доверяет и поверит.

– О чем ты? – я перебила его.

– Я знаю, что вчера машину с охраной Таира подорвали. – Он говорил быстро. Видимо, боялся, что за мной могут прийти в любую минуту. А еще после его слов перед глазами вспыхнула вчерашняя картинка: как машина горит вместе с людьми. Она мне долго еще будет видеться.

– Оксан, это не я. Таир винит меня, он думает, что это сделал я, но нет. Пожалуйста, поверь мне. Меня кто-то подставил. Да, я был на той стоянке вчера, но просто проходил мимо, увидел машину Таира, думал, что он там и хотел поговорить, а когда убедился, что его нет, то просто ушел. Я не подкладывал бомбу. – Я смотрела пристально в глаза парню, в которых было сожаление и слезы. Мне казалось, что он искренне раскаивается и говорит правду. И боялся, что всю вину скинут на него, если уже не скинули. За эти дни я уже неплохо научилась разбираться в Таире. Он сначала делает, а потом уже думает, и этот парень может пострадать.

– Брат, он найдет меня, я в этом не сомневаюсь, дело только времени. Но я не желаю ему зла. Я не такой, как мой отец и старший брат. Я не они. Я прошу, поговори с Таиром, пусть он тщательно во всем разберется. Я хочу жить, понимаешь? Я устал от всего, что творится в моей семье. Устал от вражды. Я просто хочу уехать.

– Дим, чем я могу помочь? – он отвел глаза в сторону, а затем снова посмотрел на меня.

– Просто если сможешь, поговори с ним. И вот. – Дима сунул руку в карман джинсов и достал оттуда флэшку, отдал ее мне. Я тут же вопросительно на него посмотрела. – Выполни для меня одну просьбу. Если вдруг меня не станет, а ты, я думаю, об этом узнаешь, то передай флэшку брату, а если я выживу и смогу уехать из страны, то выкинь ее. Я хочу, чтобы он знал правду. Но не сейчас. Пусть сначала во всем разберется.

– Хорошо. – Я убрала флэшку в кармашек сумочки.

– Иди Оксана, тебя ждут.

Я быстро обошла парня и уже взялась за ручку двери, как он меня окликнул, и я обернулась, замерла на месте.

– Ты веришь мне?

– Да, – коротко ответила и вышла из туалета.

Ахмед ждал меня у дверей лифта и с кем-то говорил по телефону. Он как-то с подозрением смотрел на меня, отчего я стала волноваться. Казалось, что этот мужчина, словно рентген, считывает меня полностью.

– Вы долго, – проговорил он, но я ему ничего не ответила, а только отвернулась, чтобы он не видел моего взволнованного взгляда, который не скрылся от него.

– Оксана Георгиевна, что-то случилось? – раздалось над головой, и я вздрогнула.

– Нет, все нормально.

Хорошо, что лифт пришел быстро, и он спас меня от этого рентгеновского зрения. А мне безумно хотелось помочь Диме. Ведь невиновные не должны быть наказаны.

– Ахмед, – проговорила я, когда мы уже ехали в автомобиле, и хорошо, что мужчина сидел на переднем сиденье.

– Слушаю вас.

– А вы уже нашли того, кто подложил взрывчатку под машину охранников? – мужчина несколько секунд помолчал. Наверное, раздумывал, говорить мне или нет, а потом все-таки ответил.

– Да, это был младший брат Таира.

– А вы точно в этом уверены? Ведь если он окажется непричастен, то… – Я не договорила, как он меня перебил. Никогда не замечала за ним такой бестактности.

– Таир Намикович уверен. И я бы вам не советовал сомневаться в его решении.

М-да, заткнул меня он профессионально. Ничего не скажешь. Оставшуюся дорогу до дома я молчала. Больше не о чем было с ним говорить, а еще у меня чесались руки и было нестерпимое желание посмотреть, что же все-таки на этой флэшке. Что там за правда, которую должен узнать Таир?

Зайдя в квартиру, я отнесла вещи в гардеробную и была полностью уверена, что Таира не было дома. Но я ошибалась. Я уже поужинала и пошла в библиотеку, которая безумно мне полюбилась за эти дни. Взяла свой недочитанный роман, и все так же расположившись за столом, я начала читать. Но не успела я прочесть и строчки, как дверь библиотеки резко распахнулась и вошел Таир.

Его настроение меня сразу же насторожило. Он был не такой, как обычно. Желваки ходили ходуном, глаза его чернее ночи, пухлые губы сошлись в одну тонкую дугу. Руки сложены в карманы белых брюк. В кабинет вместе с мужчиной ворвался запах его одеколона вперемешку с сигаретами. Он медленным уверенным шагом направился к столу, за которым я сидела и встал напротив.

– Привет. А я думала, тебя нет дома, – затараторила я.

– Платье выбрала? – без грамма вежливости и приветствия проговорил он.

– Да.

– Хорошо. – Он опустился на стул, который стоял напротив меня с противоположной стороны стола, и теперь мы были на одном уровне лицом к лицу.

– Больше ничего мне не хочешь рассказать? – и тут я догадалась о том, что он узнал о моей встрече с Дмитрием. Но я молчала. Сидела и буравила его взглядом, думая, что он теперь со мной сделает? По идее, я должна была сдать парня, когда вышла из туалета. Его бы просто поймали и казнили, но я этого не сделала и теперь становлюсь соучастницей.

– Я жду, Оксана. Не нужно испытывать моего терпения.

Сглотнув тяжелый ком в горле, я заговорила.

– А что говорить? Ты же, видимо, уже все знаешь.

– Да, знаю. Только вот не понимаю, почему ты ничего никому не сказала?

– А зачем? Чтобы ты убил его, так и не разобравшись?

– Разобравшись?! – закричал он и тут же вскочил на ноги и приблизился ко мне через стол. Мое сердце заходило ходуном от нарастающего страха.

– Он сказал, что не при чем, и его подставили.

– Я все видел своими глазами.

– Таир, прошу. Разберись в этом нормально, проведи расследование. Я не хочу, чтобы ты наказывал невиновного.

– Откуда в тебе такое слепое доверие? Ты ведь не знаешь его. Не знаешь, на что способны мои братья и покрываешь одного из них. – Мне нечего было сказать ему, и я просто молча продолжила смотреть ему в глаза, не прерывая зрительный контакт.

– А может и ты во всем замешана и мне нужно в первую очередь наказать тебя?

– Что? Нет, я не при чем!

– Я очень на это надеюсь, Оксана. Я не хочу причинять тебе боль.

Сердце сдавило. Он теперь подозревает меня. Стало так обидно, что захотелось разрыдаться. Вот что я наделала? Зачем влезла? Нужно было рассказать ему все сразу и пусть сами разбираются в своих семейных передрягах. Но я не могла допустить того, что пострадает невиновный.

Таир ушел из библиотеки так же молча, как и пришел. Через открытую дверь я слышала, как с грохотом захлопнулась входная дверь. Он ушел.

Глава 13

Оксана

Яркие огни фотовспышек слепили. Я шла, словно голливудская звезда по красной ковровой дорожке, держа за руку Таира. Он был спокоен как удав. Ему не впервые вот так вот блистать на публике, чего нельзя сказать обо мне.

От этого пристального внимания уже начало казаться платье не таким идеальным, как это было впервые, стоило мне его надеть. Туфли начали жать, и вообще, колодка не удобная. Наложенный макияж стягивал кожу, и хотелось его быстрее смыть. И ноги дрожали так сильно, что я не могла ни шагу ступить. Они окаменели и не слушались меня. Я, как за спасательный круг, вцепилась мертвой хваткой в руку Таира.

– Успокойся и не нервничай так. Тебя никто не съест. – Его голос был до ужаса спокоен.

– Съесть-то не съедят, но меня инфаркт сейчас хватит от этих вспышек, – пробубнила я ему.

Но стоило нам зайти в зал, где проходило само мероприятие, то мгновенно же все стихло. В зале находились только приглашенные гости и никаких папарацци.

Таир поймал пробегающего мимо официанта и забрал у него бокал с белым вином и протянул мне.

– Вот, выпей, полегчает.

И правда, стоило мне немного пригубить этого волшебного напитка, как стало намного легче. Присутствие Салахова на этом празднике не прошло незамеченным. К нему постоянно кто-то подходил. Мужчины жали ему руку, а девушки слюнями исходили и строили глазки, делая вид, что не замечают меня.

– Оксан, я тебя оставлю ненадолго. Хорошо? – получив мое согласие, он удалился, а я пошла разглядывать зал, в котором стояли экспонаты для аукциона. Здесь были всякие картины, статуи животных. Редкие вещицы, привезенные со всех уголков мира. Гуляя по залу, я поменяла пустой бокал на новый бокал вина и продолжила свой просмотр.

Но долго я не смогла прогуливаться и пошла искать туалет, который, как оказалось, был в самом конце длинного коридора. Народу в том конце коридора не было вообще, что дало мне немного расслабиться от гостей. Я зашла в туалет и закрылась в кабинке. Опустила крышку унитаза и села на нее, вытягивая ноги вперед.

– Как хорошо, – простонала я чуть слышно. Ноги ужасно болели от шпилек. Но и здесь мне не дали скучать. В туалет зашли две дамочки, которые трындели без конца. И их разговоры были только о мужиках, и, естественно, они зацепили и Таира.

– Я, конечно, в шоке от появления Салахова. Мне муж говорил, что он вернулся, но я не поверила.

– И не говори. А кого он с собой притащил? Ты вообще видела ее? В какой деревне он ее подобрал?

– Согласна с тобой. Не кожи ни рожи. Жаль, конечно, Киру. А я ей говорила, что связь с Таиром ничем хорошим не обернется.

– Как думаешь, у них с этой все серьезно?

– Да перестань! Я тут сейчас с Людой пересеклась, и она сказала, что на днях он приезжал в клуб к Филу и уехал оттуда не один. Так что навряд ли «это» с ним задержится.

От их разговора у меня защемило под ложечкой, а внутри вспыхнула ревность. В голове так и крутились слова про клуб, и про то, что он уехал не один. Теперь понятно, почему он не приходил домой ночевать. Тогда зачем держит меня около себя? Весь остальной разговор, пока те перемывали мне кости, так и хотелось к ним выпрыгнуть и оттаскать их за наращенные патлы. Обо мне никто за всю жизнь столько гадостей не говорил.

Безумно захотелось сбежать из этого места, да и от Таира тоже. Я не имела права рассчитывать на его верность, ведь я взята им на время только для того, чтобы простить долг мужа, но чувство такое, будто меня обманывали и изменяли, а я все это время слушала и верила ему.

Больше не пошла в этот зал, а вышла в холл и пошла гулять по коридорам. Они были ничем не хуже, даже лучше. Тихие, спокойные, по ним никто не шнырял. Я так долго бродила, пока не приметила большой балкон, двери которого были открыты. Вышла наружу и подошла ближе к перилам.

Балкон, видимо, выходил на задний двор сего здания, где виднелся большой фонтан, елочки. Летом здесь, наверное, очень красиво. На улице было прохладно, и я обняла себя руками за плечи, чтобы согреться, но тут на мои плечи опустилось что-то теплое, мягкое и резко запахло незнакомым мужским одеколоном.

– Не боитесь простудиться, мадам? – сзади проговорил мужской голос, и я обернулась. Проследила, как мужчина прошел к перилам и облокотился на них.

Я с интересом разглядывала молодого человека. По возрасту он был моим ровесником. Высокий и хорош собой. Русые волосы уложены, квадратный подбородок, большие глаза.

– Роман. – Он протянул мне свою ладонь.

– Оксана. – Я пожала ему ладонь в ответ.

– Я видел вас, вы пришли с Таиром, – проговорил он негромко. – Не против, если я закурю?

– Нет.

Мужчина достал пачку сигарет. Такие же курил Таир. Роман затянулся сигаретным дымом и выпустил его изо рта. Его напряженная спина немного расслабилась.

– Терпеть не могу эти вечеринки.

– Так зачем же тогда ходите?

– Положение обязывает и отец, – улыбнулся он мне.

– А кто ваш отец? – бесстыдно поинтересовалась я.

– Мэр этого города.

«Ничего себе!» – пронеслось у меня в голове. А я-то думала, что все детишки богачей любят эти собрания. Оказывается, есть исключения.

Роман не очень был расположен к разговору, и мне было легче от того, что он просто молчит и не задает никаких вопросов. Так странно. Ты не знаешь человека, а тебе с ним приятно находиться рядом, даже если он молчит. Мы долго так стояли с Романом, смотря на прекрасную территорию, где росло много хвойных деревьев. Он выкурил еще несколько сигарет.

– Я думаю, нам пора идти. А то есть риск замерзнуть и заболеть, да и вас уже, наверное, молодой человек потерял. – Он обернулся ко мне и улыбнулся. Я кивнула ему в знак согласия, и мы вышли с балкона.

– Вот, возьмите. – Я сняла мужской пиджак и отдала Роману. Он перехватил его у меня и ловко надел на свои плечи.

– Оксана, а вот и ваш парень. Я покидаю вас. Рад был знакомству. – Не успела я ему хоть что-то произнести, как он уже ушел, а в мою сторону со скоростью кометы уже шел злющий Таир.

– Где ты была? – проговорил он мне, хватая за локоть и сильно его сжимая.

– Ходила дышать свежим воздухом. Мне больно. – Он немного ослабил свою хватку, но не убрал руку.

Быстро достав свой телефон, он кому-то набрал.

– Нашлась, – произнес Таир и сбросил вызов.

– Что-то случилось?

– Мы уходим.

Все так же, не выпуская меня из своей хватки, мы шли к машине. Только вот мы вышли через черный ход, а не как заходили сюда через парадный. Всю дорогу до дома Таир молчал. Проводив меня до двери квартиры, он снова уехал, оставляя меня одну.

Глава 14

Оксана

Эту ночь я провела в одиночестве. Таир ночью не пришел, за что я была безумно ему благодарна. Поймала себя на том, что я уже устала от его игр, правила которых знает только он. Всю ночь проворочалась. Не спала ни минуты. От услышанных слов во мне произошло такое опустошение, словно я попала в пустоту. Я не должна была его ревновать, но мне никак не удавалось себя контролировать.

Утром по какой-то причине встала не разбитая. Ведь так нормально и не смогла поспать. Проснулась от громкого звонка, думала, что это будильник, но звон никак не прекращался. И, как оказалось, мне звонила Валя.

– Алло, – сонным голосом проговорила я.

– А ты у нас звезда, оказывается, – без приветствия заговорила Валентина.

– О чем ты?

– А ты в интернет загляни. Там повсюду твои фотки. Вот значит, какой твой Таир. А он ничего, красавчик.

Вместе с включенным телефоном я пошла в сторону библиотеки, где лежал мой ноутбук, и открыла его. Заглянула на новостную страничку и от увиденного громко ахнула. «Вчера на благотворительном вечере появился тот, кого считали мертвым. Салахов Таир со своей загадочной спутницей. Как удалось ему выжить в пожаре и почему пришлось скрываться?» И к записи были прикреплены наши с ним фотографии, как мы шли по красной дорожке. Я замерла. Перестала дышать.

– Это просто невозможно, – проговорила я вслух.

– Так, ты должна мне все рассказать! Слышишь меня? И не отнекивайся даже. Жду тебя вечером в нашем кафе.

Валя сбросила трубку, а я так и осталась сидеть на месте и смотреть неотрывно в экран ноутбука и перечитывать увиденное. Прекрасно, теперь меня еще и полгорода знать будет!

До вечера я не могла найти себе места, и только когда Ахмед отвез меня в кафе, и я встретилась с подругой, стало спокойнее. Мы сидели с Валей как в старые добрые времена, когда еще не появился в моем поле зрения Салахов и не взял меня в пользование. Как же хорошо вернуться в свою прежнюю жизнь.

– Теперь я понимаю, почему ты бросила Кирилла, – проговорила Валя, потягивая из трубочки коктейль.

Я все еще не могла осмелиться рассказать ей, как все было на самом деле, и предпочла промолчать. Пусть думает, что я бросила мужа. Мне меньше нужно будет на вопросы отвечать.

– И у вас все серьезно, да?

– Не знаю. Мы просто с Кириллом сделали перерыв. Как-то все навалилось. И, вообще, давай не обо мне.

Валя еще о чем-то говорила. Что-то рассказывала, но я ее не особо слушала. Развернувшись к окну, я засмотрелась, улетая мыслями куда-то очень далеко. На улице конец декабря. Скоро новый год. Все уже украшено новогодними фонарями, игрушками. У людей праздничное настроение, как было раньше у меня. Я заранее думала, где мы с мужем будем отмечать, наряжала квартиру. Но в этом году все будет по-другому.

С Валей мы просидели в кафе до самого вечера. Ахмед согласился подвезти ее домой. И только когда наша машина подъезжала к дому Таира, я впервые за это время подумала, что не хочу здесь находиться. Моя жизнь катится куда-то под гору, откуда будет невозможно потом выбраться. Семейная жизнь уже разрушена, осталась только работа, на которую я уже хожу без энтузиазма. И все это мне преподнес Таир.

Зайдя в квартиру, я стояла на пороге в темном коридоре и прислушивалась к тишине, которую разрывало щелканье дров в камине. Таир был дома. Сняв с себя верхнюю одежду, я прошла к нему в комнату. Он сидел, как всегда, в кресле и пил спиртное. Я хотела поздороваться с ним первая, но он опередил меня.

– Села. – В приказном тоне заговорил Таир, и я, как безмолвная кукла, прошла и села на диван. Я уже выучила все его настроения. И если Таир злился, то лучше нужно было бежать и прятаться. Но бежать-то мне некуда. Пришлось повиноваться.

– Ты где была?

– С подругой встречалась.

– Я, по-моему, тебе уже говорил, чтобы ты с ней не встречалась? Ты не понимаешь с первого раза? – его голос был жестким.

Но я настолько уже устала ему подчиняться, что мои слова вылетали изо рта быстрее, чем я их обдумывала.

– Таир, ты можешь заставить меня спать с тобой, можешь отобрать меня у мужа в качестве долга, но ты не имеешь права запрещать мне общаться с друзьями. Я тебе не кукла. – Над моими словами он как-то нехорошо усмехнулся.

– Ты еще не поняла, что будешь делать так, как я скажу. Если я прикажу, чтобы сейчас раком встала, ты встанешь и слова не скажешь. А если я тебе сказал, чтобы ты больше с этой проституткой не общалась, ты не должна с ней общаться.

– Таир, ты пьян. Я лучше пойду. – Встала, чтобы выйти из комнаты, но его громкий голос остановил меня.

– Села! Пока я не разрешу уйти, ты будешь здесь, со мной. Ты хотела знать, почему я против, чтобы ты общалась со своей Валей? Вот, посмотри.

Он кинул ко мне на диван конверт. Я, не торопясь, взяла его в руки и достала содержимое. Там были фотографии Вали и моего мужа. Они целовались, держались за руки. На фотографиях была дата. Это было вчера.

– Этого не может быть. Ты подделал их, специально хочешь разлучить нас.

– Как до твоей головки не дойдет, что тобою все пользуются. Я уже говорил тебе и не раз.

– А ты играешь мною как куклой! – перебила я его, встала с дивана и молча пошла наверх. Не могла больше его видеть, слышать. Хочу домой, в свою квартирку, где я была счастлива, где у меня была семья, пусть и не образцовая, но я чувствовала себя в безопасности.

Глава 15

Оксана

Оказывается, это очень странно узнать о том, что любимый человек тебя предал. Даже если вы уже не вместе. Но когда вы были близки, ты отдавал себя всего, а потом оказывается, тобой просто пользовались. Это больно. Словно тысячи маленьких иголок одновременно впиваются в твою кожу, прокалывая ее до крови, и тебе только и остается, как терпеть. Потому что больше уже ничего нет. Ты не сможешь вернуть то время, чтобы что-то исправить или вовремя уйти до того, как тебе причинят боль. И остается только переживать все случившееся и задаваться вопросом: «А что, если?..» Но сколько бы времени не прошло, ты все равно не ответишь на этот вопрос.

Настроение меняется каждую секунду, и в итоге, когда не приходишь к каким-то выводам, начинаешь корить себя. Искать в себе какие-то причины, по которым твой муж тебе изменил. Винишь себя во всем случившемся. Начинаешь вспоминать все прожитое вместе, все лучшие моменты, которые были в вашей жизни. И в итоге, когда мысли заканчиваются, остается огромная дыра в душе, которая разит болью, и ее уже невозможно залатать. Даже если это и получится, то остается шрам, напоминающий о том промежутке времени, когда ты был счастлив.

Утро понедельника было тяжелым. Трудно было смотреть на себя в зеркало или заставить хоть что-то делать. Я опустошена морально. Еле смогла собрать себя на работу. Не могла сдержаться, чтобы не написать своей подруге. Хотелось услышать всю правду из ее уст и уже окончательно убедиться, что моя семейная жизнь полностью разрушена.

Два урока подряд у меня вылетели из жизни. Не помню, как их провела. Постоянно ловила себя на том, что думаю о своем муже. И к концу второго урока мне на телефон пришла эсэмэска от Вали, что она ждет меня в своем кабинете. Отпустив детей на десять минут до окончания урока раньше, я направилась к ней, чтобы поговорить. Хотя не особо понимала, зачем мне это нужно. Еле уговорила, чтобы Ахмед остался за дверью в коридоре и ждал меня там.

– Привет. Ты сказала, нужно срочно поговорить? Случилось что-то? – проговорила Валя, когда я вошла к ней в кабинет.

Я прошла к учительскому столу, за которым она сидела, и опустила ладони на стол. Оперлась на них, чуть приблизившись к ней, и заглянула в ее подлые глазенки.

– Как давно? – задала я ей вопрос и стояла, не шевелясь, ждала на него ответ.

– Э-м, что давно? – она с непониманием смотрела на меня, не отводя своего хитрого взгляда.

Почему-то только сейчас я заметила, что меня больше всего раздражало в подруге. Это были ее глаза и характер, позволяющий выкрутиться из любой ситуации. Даже если нужно было бы подставить кого-то, она делала это очень профессионально и после не корила себя.

– Как давно ты спишь с моим мужем? – ее довольная ухмылка спала с лица и брови от удивления поползли вверх. Даже если бы она не ответила, то ее выражение лица выдавало ее, говоря, что Таир мне не соврал.

– Оксан, что ты такое говоришь? – быстро затараторила она.

– Мне еще раз повторить свой вопрос?

– Полгода, – не мешкая, проговорила она.

«Полгода», – проговорила я про себя ее слова и уставилась в зеленые глаза. Как я могла не замечать, что мой муж изменял мне полгода? Пол, чертовых, года! Я опустила глаза в столешницу и попыталась не разрыдаться.

– Это случилось спонтанно, – заговорила Валя. – Мы тогда с тобой договорились встретиться у тебя в квартире, но я пришла раньше, и мне открыл Кирилл. Он был чем-то расстроен, и я предложила ему рассказать, что случилось. И тут он набросился на меня. Все произошло так быстро, что мы сами не поняли, как. И я попросила не говорить тебе об этом, не хотела терять подругу. А потом, через неделю, я встретила его у школы. Он попросил поужинать с ним, и после этого все закрутилось, завертелось… – Она помолчала несколько секунд, переведя свое дыхание. – Все те вечера, что он не приходил, он был у меня.

В кабинете повисла тишина. Слышно только, как бьются наши сердца и шум из коридора. А потом я рассмеялась. Так громко рассмеялась, что из глаз пошли слезы, а Валя с недоумением на меня посмотрела.

– Значит, ты все знала, – констатировала я.

– О том, что ты сейчас живешь у какого-то богатого мужика? Да, знала.

– И знаешь, почему я у него живу?

– Хм, конечно. Расплачиваешься за долги, – проговорила она, а я в голосе Вали услышала какое-то презрение. Будто я во всем виновата и строю из себя жертву.

– Верно, за долги своего мужа. Чтобы его не убили.

– Ты, и правда, думаешь, что ему что-то бы сделали? Очнись, сейчас не девяностые. Просто Кирилл так профессионально от тебя избавился. Да он бы не признался тебе в этом. Мы живем вместе, и я сразу говорю тебе, что когда тобой наиграется тот мажор, можешь не приходить в квартиру, если только за вещами.

Я смотрела на Валю и не могла поверить своим ушам. О чем она сейчас мне говорит? О чем?! Так много мне хотелось ей сказать, но я решила все-таки промолчать. Молча развернувшись, я ушла. Не сомневаюсь, что Ахмед слышал весь наш разговор и передаст своему хозяину. А мне плевать. Пусть передает.

Я шла по школьному коридору, вокруг меня на перемене слонялись дети, кричали, а я думала только о том, что устала. Устала от лжи, что вся моя жизнь – это как грязный черновик, от которого только хочется избавиться, сжечь его где-нибудь и забыть. А еще я осознала одно – я спокойно могу уйти от Таира. Меня теперь ничего не держит. Я просто уйду, подам на развод, поделю квартиру и все вещи, нажитые в браке со своим мужем, продам их и на вырученные деньги уеду. Уеду куда-нибудь подальше и начну все сначала. Просто забуду все, что было в прошлом.

И как бы не хотел Таир, но я сегодня вечер и ночь проведу одна. А завтра сообщу ему, что ухожу. И чтобы выполнить задуманное, мне просто нужно уйти от Ахмеда, который ходит за мной по пятам. И тут в голове возник идеальный план побега.

– Ахмед, подожди меня, пожалуйста, у машины. Я сейчас приду, – попросила я мужчину, закрывая класс на ключ.

– Не могу, мне приказано всегда быть с вами.

– Что, и в туалет со мной пойдешь? – с раздражением проговорила я.

– Нет, но я подожду вас в коридоре.

Изначально мой план был, чтобы Ахмед ушел в машину, а я через задний ход вышла бы и пошла своей дорогой. Но план «А» не вышел и придется применять план «Б».

– Как хочешь, – пожала я плечами.

Отнеся ключ в учительскую, я пошла в женский туалет, где на мое счастье было открывающееся окно, которое выходило на задний двор школы, откуда можно было незаметно пройти к остановке.

Надев свое пальто, я быстро прошмыгнула в туалет, плотнее прикрыв за собой дверь и, открыв окно, выпрыгнула на улицу. Как мне повезло, что это был первый этаж, и на заднем дворе не было камер.

Выпрямившись и поправив на себе пальто, я накинула на плечо сумку и быстрым шагом пошла в сторону остановки, где села в первый попавшийся автобус. Отключив свой мобильник, я бросила его на дно сумки и села на свободное место.

Куда мне ехать, я и представить не могла. Просто хотелось побыть одной. Чтобы мне никто не мог указывать, что и как делать. Я сидела в конце автобуса и молча ехала, пока тот не остановился на конечной остановке.

Выйдя на улицу, не сразу сообразила, где я нахожусь. Но, покрутившись вокруг себя, я поняла, что приехала в другой район, который, между прочим, далеко находился от квартиры Таира. На улице уже совсем стемнело. Из школы я вышла в пять вечера и около часа каталась на автобусе. Значит, по моим предположениям, сейчас часов шесть вечера.

Я долго молча бродила по темным улицам, пока не вышла на оживленный проспект с множеством маленьких магазинчиков и ларьков с книгами. Меньше чем через пару недель новый год и весь город обвешан гирляндами, которые немного, но поднимают настроение своими яркими переливами.

Еще немного погуляв, пока полностью не окоченели мои конечности, я зашла в первый попавшийся бар. Это был ирландский паб. Народу там было немного, в основном молодежь, которая заняла несколько столиков.

Я села за самый дальний и удаленный от людских глаз столик. Заказала себе салат и алкогольный коктейль. Со вчерашнего дня я ничего не ела и поэтому тарелку с салатом очистила быстро, не забыв его запить коктейлем. Атмосфера была настолько уютной, что не хотелось так быстро отсюда уходить, и заказав еще один коктейль, я продолжила наслаждаться одиночеством.

Был минутный порыв включить свой телефон, чтобы убедиться, что меня кто-то ищет, звонит мне, но я сдержалась и не стала этого делать. А паб тем временем практически заполнился до отказа посетителями, и когда я уже хотела встать и уйти, то ко мне за столик очень юрко подсел молодой парень.

– Добрый вечер, девушка, – проговорил с довольной улыбкой он. – Можно с вами познакомиться? – парень был очень симпатичный, немного смазливый, но его это не портило. Голубые глаза, пухлые губы и светло-пепельные волосы. Он был похож на голливудского актера. Не сомневаюсь, что у него таких, как я, пруд пруди.

– Я вообще-то уже собралась уходить.

– А я вас надолго не задержу. Выпьем по бокалу чего-нибудь, пообщаемся, и я вас провожу, куда скажете.

Не знаю зачем, но я согласилась. То ли оттого, что мне и идти-то было некуда, и одной гулять по темной улице было страшновато, то ли просто парень понравился, и захотелось с ним пообщаться. И не сдержав порыв, я согласилась.

– Хорошо.

– Отлично. Официант! – прокричал молодой человек, и около нас тут же появилась молоденькая девушка. – Принесите мне пива светлого, а девушке… – Он замолчал, смотря на меня.

– Мне тот же коктейль, который я пила. – Помогла я ему и улыбнулась. Официантка, приняв наш заказ, удалилась. А я обернулась на своего нового знакомого, и наши взгляды встретились.

– Как вас зовут? – спросила первая.

– Константин. И можно на ты? А тебя?

– Оксана. Можно. – Я протянула ему свою ладонь, и он пожал ее. У него были очень теплые и мягкие ладони. Почему-то сразу же вспомнила Таира. У того ладони были немного шершавые и холодные, но, несмотря на это было приятно, когда он дотрагивался ими до моего тела. При воспоминании своего мучителя мое тело мгновенно же ответило и по коже побежали мурашки.

– Почему такая красивая девушка и одна?

– А я не одна. Я с тобой. – Первый раз в жизни я флиртовала с мужчиной и мне это нравилось. Странно себя ощущать, когда ты кому-то нравишься и тебя не хотят просто использовать.

Я никогда не ощущала подобного с Кириллом. Наше знакомство было банальным. Мы жили в одном дворе, иногда пересекались в компании. Он был плохим мальчиком. Я хорошей девочкой. Он предложил вместе погулять. Я согласилась, и все пошло своим чередом. Мы долго не могли пожениться, все время находился какой-то предлог, чтобы не делать этого. И вот как все вышло. Наверное, было бы лучше не выходить за него замуж, а жить как сожители. Может, тогда бы было бы сейчас проще все это принять?

Официант быстро принес нам заказ, и наше общение с Костей пошло очень легко. Если на нас кто-нибудь посмотрел со стороны, то подумал бы, что мы просто давние друзья.

– Оксан, а ты где работаешь? – поинтересовался мужчина, отпивая из бокала пиво.

– Я учитель русского языка и литературы. – На мой ответ он как-то неоднозначно рассмеялся.

– Серьезно?

– Да. А что не так?

– Просто я не думал, что учителя так хорошо зарабатывают.

Я сперва не поняла, что он имел в виду, но по моему озадаченному выражению лица, видимо, все понял и решил пояснить.

– Ну-у-у… – протянул Костя. – В моем представлении учителя не ходят в шмотках по несколько тысяч сотен, не носят сумочки от Chanel и на запястье у них не красуется браслетик от Cartier. Ты не пойми меня неправильно, просто я хорошо разбираюсь в брендах, – пожал он плечами, видимо поняв, что сказал лишнего. Теперь-то я поняла, к чему он клонит. Даже рассмеяться захотелось. Думал, что я богатенькая девочка, которая вышла на охоту?

– А если бы на мне не было этих вещей, ты бы не подсел?

– Ты не так все поняла. Ладно, забыли! Прости если обидел. Еще коктейль?

– Нет. Ты знаешь, пожалуй, мне, и правда, пора. – Я уже хотела встать и выйти, но он меня остановил, хватая за руку и притягивая обратно на стул.

– Оксан, прости. Что мне сделать, чтобы ты не уходила?

Эх, а как все хорошо начиналось!

– Ничего. Просто мне, наверное, на сегодня хватит.

– Давай еще минут тридцать посидим, а потом я провожу. – И опять эта улыбка, от которой я не устояла и согласилась.

– Хорошо. Закажи мне еще коктейль, а я пока до дамской комнаты схожу.

Я быстро прошла в туалет и долго смотрела на себя в зеркало. Я и правда за несколько дней изменилась. Стала другой. Или эта одежда так меня красит? После несколько выпитых коктейлей, алкоголь все-таки ударил мне в голову, и я даже подумала о Таире. Он злой, опасный собственник, но с ним чувствуешь себя нужной. И к этому быстро, к сожалению, привыкаешь.

Несколько раз задавалась вопросом, что было бы, если бы мы встретились при других обстоятельствах? И тут же возникал ответ: ничего! Он просто бы прошел мимо. Я еще тогда на том благотворительном вечере поняла, что не подхожу для его мира. Я не такая, как те девушки, которые крутятся вокруг него. Мы разные. И навряд ли я смогу ужиться в этом мире, где полно хищников. Мне проще плыть по течению с остальными людьми, чем менять курс, который все изменит.

Ополоснув ладони прохладной водой, я немного привела себя в порядок и пошла обратно в зал, где встретилась с улыбкой Кости.

Задумалась на секунду о том, что мне некуда пойти ночевать и придется снять номер в гостинице, а завтра вернуться к себе в квартиру. Я не собираюсь жить на улице только из-за того, что мой муж решил наладить свою жизнь, избавляясь от меня. Вчера ночью, сняв обручальное кольцо, я даже как-то почувствовала себя свободнее. Словно избавилась от оков.

– А я уже начал думать, что ты сбежала.

– Нет.

– Твой коктейль.

Поблагодарив мужчину, я отпила немного из стакана и почувствовала уже присущую мне легкость, но только сильнее. Голова закружилась и появилось состояние сильного опьянения. Тело так сильно расслабилась, что практически перестало меня слушаться, и я отодвинула от себя подальше бокал.

– Кость, ты знаешь, я, пожалуй, пойду. – Не дожидаясь его ответа, я встала из-за стола и, накинув на себя пальто, медленным шатающимся шагом пошла на выход. Что-то было не то. Не могла я вот так вот от одного глотка резко опьянеть. Стоило мне выйти на улицу и глотнуть свежего воздуха, как мое сердцебиение участилось, как и дыхание, а затем ноги подкосились и я чуть не упала на землю, но меня резко подхватили.

– Я помогу. – Это был голос Кости. – Пошли. – Он дернул меня на себя и потащил в сторону дворов.

– Отпусти меня. – Я хотела хоть как-то применить силу и выдернуть свою руку, но сил на это не было.

– Да расслабься ты. У меня тут друзья недалеко живут, посидишь с нами, составишь компанию.

Мы шли меньше минуты. Точнее, Костя практически нес меня на себе, а я как тряпка плелась по земле. Мы с ним зашли за здание паба и подошли к соседнему зданию. Это были какие-то офисы. Зайдя внутрь, автоматически включился свет и, пройдя по длинному коридору, мы очутились в светлой комнате, которая была похожа на необустроенный кабинет. За длинным столом сидело четверо мужчин. Они о чем-то громко беседовали, а как только увидели нас, их голоса затихли. У них на столе стояла выпивка и закуски. Мужчины были молодые, некоторые из них в черных офисных костюмах.

– Посмотрите, кого я нам привел! – довольным голосом проговорил Костя.

– Она что, бухая, что ли?

– Нет, пришлось кое-что подсыпать, чтобы не дергалась сильно.

– Ничего такая краля и шмотки приличные.

– Ага, ты только глянь на ее браслетик. Учительница, блин. Знаю я вас, учительниц, вся трасса вами усеяна, – сказал мой знакомый, и мужчины заржали, словно тот сказал какую-то шутку.

– Давай ее на диван, пусть пока отдохнет, – произнес один из присутствующих.

Костя усадил меня на диван, от которого неприятно пахло сигаретами и старой мебелью, а сам ушел к столу. Я сидела и словно в замедленной съемке, очень медленно поворачивала голову, рассматривая, где я нахожусь. Я изо всех сил пыталась хоть о чем-то подумать, но все было тщетно, не говоря уж о том, чтобы поднять свое тело и убежать отсюда. Я даже не чувствовала страха или переживаний.

Один из мужчин подошел ко мне поближе и, взяв за подбородок, направил на себя. Его липкие влажные губы коснулись моих. Такие противные, что захотелось опорожнить свой желудок. Я пыталась брыкаться, но с каждой секундой теряла над собой контроль. Он меня резко дернул, и я оказалась лежащей спиной на диване. Собравшись с силами, я все-таки попыталась ему противиться и даже оцарапала его, из-за чего получила больную пощечину. Мой разум был настолько затуманен, что я даже не могла ни о чем думать. Просто инстинктивно пыталась отбиваться и не особо получалось делать это.

– А она ничего такая, буйная только! – загоготал тот и дернул на мне блузку. Пуговицы разлетелись в разные стороны, и блузка распахнулась, показывая мою грудь в бюстгальтере.

– Нет, не трогайте меня!

– Что? Что ты сказала? Потрогать тебя? – еще сильнее засмеялся он. – Не беспокойся, не только я тебя потрогаю. Нас тут много.

Узкая юбка поползла вверх, оголяя мои колени. Глаза наполнились слезами, которые полились к вискам, очерчивая соляные дорожки. И тут мужчину, который стягивал мою юбку, резко отбросило куда-то в сторону, и послышались мужские голоса. Много голосов, среди которых я узнала звериный рык Таира.

Глава 16

Таир

– Что ты сказал, Ахмед?

– Она сбежала, – тихим голосом произнес охранник, опуская голову в пол.

– Как, блядь, она могла от тебя сбежать?! – заорал я на весь кабинет.

– Я не знаю. Она ушла в туалет. Ее долго не было, и я попросил сходить посмотреть бабу, которая мимо проходила. Она сказала, что там никого нет. Мы проверили всю территорию. Ее камеры около остановки засекли. Мы по видеосъемке проследили за автобусом. Она вышла и пошла куда-то, а куда – не знаю. Мы потеряли ее, – отчитался Ахмед.

– Сука, тебе даже бабу доверить нельзя! – Я попытался успокоиться, но это плохо получалось. – Если до вечера ее не найдешь, я тебе самолично пулю в лоб пущу.

– Господин Таир, я найду ее, обещаю! – И Ахмед вышел из кабинета своего хозяина, а Таир налил в бокал ром и выпил его залпом.

Неугомонная девчонка. Вот зачем она сбежала? Я ведь все равно найду ее и накажу. Еще никогда не был так зол. За каких-то пару дней так к ней привязался, что уже боялся потерять. Даже смерти так своей он не боялся, как ее ухода. А если не найдет? А если с ней что-нибудь случится? Столько этих «если», что голова кругом пошла.

Часа через два он уже ехал к зданию, куда она вошла с каким-то парнем. Он каждую секунду пересматривал то видео, как ее этот мудак тащит практически на себе. Только одна мысль о том, что ее кто-то коснется, вызывать в нем такую бурю гнева, что казалось, еще немного, и он взорвется.

Ворвался в офисное здание с целой армией своих охранников. И стоило только увидеть, как она лежит и какой-то хер лапает ее, то мгновенно же снесло крышу. Подбежал к нему и со всей силы врезал, что тот отлетел в противоположную сторону.

– Оксана. – Наклонился к ней и всмотрелся в глаза. Ее зрачки расширены. Было не трудно догадаться, что она под наркотой. Быстро сняв с себя пальто, прикрыл ее и обернулся к тому, кто дотрагивался до моей девочки. Налетел и начал бить. В глазах все потемнело. Очнулся только тогда, когда Ахмед оттащил меня от тела, которое было больше похоже на кусок мяса.

– Таир, остановись! – кричал охранник ему и пытался оттащить.

Салахов выпрямился и посмотрел на остальных, которые лежали мордой в пол. Идеально белая рубашка и брюки были все запачканы в крови, как и его руки.

– Этих в ангар, я с ними позже поговорю. – И охранники, скрутив мужчин, по одному вывели из здания.

Взяв какое-то полотенце, он вытер об него свои окровавленные руки и подошел к Оксане. Под кайфом она, видимо, уснула. Взяв на свои руки обмякшее тело девушки, Таир пошел в машину. Всю дорогу смотрел на ее лицо, и руки чесались задушить это сучку, что сбежала от него, что заставила нервничать и гоняться по всему городу, заглядывая в каждый угол. Еще ни за одной бабой он так не бегал. А тут только от одной мысли об этой девчонке крышу сносит. Первое время думал, трахну и отпущу, забуду. Но с каждым днем она забирается все дальше и дальше под кожу, и начинает управлять мною.

***

Головная боль проснулась раньше меня. Вспомнив вчерашние события, я резко поднялась на кровати и застонала от боли. Снова опустилась на подушку и осмотрелась вокруг. Я лежала голая, в спальне Таира. И как только здесь оказалась? Еще раз все прокрутила в голове и вспомнила мужчину, как он отлетел от меня, а затем голос Таира и я провалилась в темноту. Это значит, что он спас меня? А иначе как я бы здесь оказалась?

На тумбочке около кровати нашла стакан с водой и таблетку. Выпив все это, я посмотрела на часы и ахнула. Уже девять утра! Я должна быть в школе. Опоздала уже на один урок.

С горем пополам поднялась с кровати и пошла в ванную комнату. Приняв душ, я оделась и попыталась найти свою сумочку, которую нашла висящей около своего пальто в прихожей. Быстро забежала на кухню и прихватила с собой бутылочку воды. Сушняк ужасно беспокоил. Когда я уже была готова, то подошла к железной входной двери и попыталась открыть ее, но ничего не вышло. Я пощелкала замками, но они так и не открылись.

– Что за фигня? – удивилась я и обессиленно упала на диванчик возле двери. Полезла за телефоном в сумочку, но его там не оказалось. – Сходила, блин, на работу!

Так и не смогла открыть дверь, как бы я не пыталась это сделать. Сняв с себя пальто и взял бутылку с водой, я пошла в гостиную. Казалось, что я сейчас туда зайду, а там как всегда сидит Таир с бокалом в руке и смотрит на огонь в камине. Но когда я туда зашла, там было пусто. Никого. Ни Таира, ни огня в камине. Стало безумно грустно. Я одна в чужой пустой квартире, откуда даже выбраться не могу. Словно зверь, запертый в клетке.

Подойдя ближе к панорамному окну, я прижалась к стеклу горячим лбом и засмотрелась вдаль. На улице была пасмурная погода. Темные тучи не давали пройти солнечным лучам, и с небес падал снежок. Глядя на заснеженный город как-то холодно стало. Отпрянув от окна, я пошла в спальню и переоделась в домашний костюм. В голову влетела мысль, чтобы приготовить что-нибудь вкусненькое к приходу Таира. Хотелось порадовать его и поблагодарить за то, что спас вчера.

Полдня провозилась, готовя утку с запеченным картофелем. Сервировала стол, а ближе к вечеру привела себя в порядок, надела платье и пошла на кухню ждать его. Время шло, за минутами проходили часы, но Таир так и не пришел. Время уже было около часу ночи, когда я ушла спать, оставив на столе ужин. Думала, может еще работает, придет и поест без меня.

Встав утром, я уже была готова встретиться с Салаховым, но его не оказалось дома. Я всю квартиру обошла, его нигде не было. Как и кухарки, которую я встречала каждое утро. А когда зашла на кухню, то там еды уже не было. Стол был чист. Еды не оказалось и в холодильнике тоже. Видимо, пока я спала, кто-то все-таки приходил? Заметила в холодильнике свежие продукты.

Сегодня мой день был больше похож на день сурка. Я собралась на работу, но мне так никто и не открыл дверь. Сегодня я уже в нее стучала, просила открыть, но все было тщетно. Я прекрасно знала, что за дверью сидит охранник, который дежурит круглосуточно, но он мне не ответил.

И тогда я разозлилась так сильно, что чуть рычать не начала. Только вот не на кого было, если только на себя. Я злилась на Таира за то, что так поступает со мной. Что это? Попытка преподать мне урок? Так я все уже поняла и готова исправиться.

Я снова пришла в гостиную и упала на диван, спиной. Смотрела в белоснежный потолок и вдруг заметила то, чего раньше не замечала. В самом углу висела крохотная белоснежная камера с черным глазком. Если не присматриваться, то ее и не заметишь. Я встала и, как завороженная, пошла еще искать камеры. Они были в каждой комнате, кроме спальни и ванной.

Это что значит, они еще за мной и следят, что ли? Я подошла к камере, которая была в прихожей и, смотря прямо в нее, заговорила:

– Таир, выпусти меня немедленно! Я тебе что, зверушка, что ли, чтобы вот так вот за мной наблюдать?

Я кричала в камеру, размахивала руками и не сомневалась, что этот мерзавец видит и слышит меня.

– Если ты не откроешь, я разнесу весь твой дом! – я уже начала переходить на угрозы, но так никто и не появился. И я ни с чем ушла в спальню и обессиленно упала на кровать.

Глава 17

Оксана

Проснулась от чувства тревоги и того, что кто-то на меня пристально смотрит. С закрытыми глазами я лежала на кровати около минуты и прислушивалась к тишине, которая уже меня оглушала. В спальне никого не было. Открыв глаза, я приподнялась на локтях, и в мои ноздри ворвался жгучий аромат одеколона Таира. Значит, он был здесь? Ошарашенная своими догадками, я вскочила с кровати и побежала в коридор. Проверила его кабинет. Он был пуст. А затем быстро сбежала по лестнице на первый этаж и забежала в гостиную, где Таир любил сидеть в своем белоснежном кресле и смотреть на камин. Но и там его не оказалось. Мое внимание привлек зажженный камин и стоящий на столике бокал. Он был здесь! От этой мысли у меня все внутри затрепетало. «Он был здесь!» – как мантру повторяла я снова и снова. Он приходил. Приходил и не разбудил меня.

От мысли, что Таир был в квартире и смотрел на меня, как я сплю, стало жутковато. Осторожным шагом, словно шагая по раскаленным углям, я прошла к его креслу и забралась на него с ногами.

Я не знала этого мужчину. Не знала, кто он, чем занимается. Не знала ничего, кроме его имени и того, что он очень опасен. Но меня невиданными силами тянуло к нему. Я словно наркоман, которому нужна доза в виде Таира. Меня выворачивало от одной мысли об этом мужчине. Если бы кто-нибудь неделю назад сказал, что я буду как припадочная страдать о том, кто меня взял в качестве выкупа, я бы послала его к черту, но только не сейчас. Я нуждалась в нем, задыхалась без его присутствия, словно рыба, выброшенная на берег.

Взяв в руку стакан, я представила, как он тут сидел и пил из него. Поднесла стакан к своему лицу и вдохнула запах алкоголя, прикрывая глаза от удовольствия. Одна только мысль, что Таир своими руками касался этого стекла, сводила меня с ума. Безумно чесались руки в желании дотронуться до него. Если Таир не появится в ближайшее время, я здесь волком завою. Это одиночество попросту сводило меня с ума.

Встав с кресла, я поднялась в гардеробную и, сняв с вешалки его рубашку, пропитанную запахом этого мучителя, я надела ее на себя. Рубашка доставала мне до колен, и я могла несколько раз в нее обернуться, что я, в принципе, и сделала. Спускаясь снова на первый этаж в гостиную, я вдыхала его запах, исходивший от ткани. Легла на диван лицом к камину и прикрыла свои веки. Слушая, как в камине щелкают дрова, я уснула.

Мой день наступил ближе к полудню, когда я соизволила поднять себя с дивана, на котором вчера уснула. И все снова повторилось – одиночество, пустая чужая квартира, которая пропитана тем, кого больше всего хотелось увидеть. Приняв душ и сделав себе крепкий кофе, который никак не бодрил, я снова села у окна, как это делала раньше, и смотрела в него, ища глазами неизвестно что.

Но мое подсознание, видимо, решило сыграть со мной злую шутку, и когда я расслабилась и попыталась уйти в себя, то услышала щелчок дверного замка и на радостях, что сейчас увижу Таира или хоть какого-то любого живого человека, я побежала в коридор. Но там никого не было. Квартира все так же и оставалась пустой, за исключением мой персоны.

Сколько мне здесь еще сидеть? Сколько истязать себя мыслями и одиночеством, от которого уже тошнит? Сколько?! От отчаяния брызнули слезы и, прислонившись спиной к прохладной стене, я соскользнула по ней на пол.

***

Он сидел этажом ниже своей квартиры, где уже несколько дней в одиночестве мечется Оксана. Зачем ему все это? Зачем терзает ее и себя? Каждый раз задавался себе этим вопросом, но так на него и не ответил. Хотел проучить ее, чтобы больше не сбегала? Так она уже целиком и полностью все осознала.

Он видел ее слезы, страдания. Как она мечется из комнаты в комнату, подобно зверю в клетке, и не может оттуда выйти. Она постоянно разговаривает на камеры, надеясь, что он услышит. А он все слышал. Таир прокручивал ее голос на сохраненной видеозаписи и каждый раз, когда снова видел ее слезы, порывался подняться к ней и заключить в своих объятиях. Войти в нее. Все его тело ломило от нехватки прикосновений к этой женщине.

Он никогда ни к кому ничего не чувствовал. Единственная женщина, которую он любил и уважал, это была его мать. Но ее уже нет с ним, а поэтому он ни к кому больше ничего не чувствовал, даже к себе. Но с приходом в его жизнь Оксаны что-то поменялось. Все настройки, которые были в нем запрограммированы, дали сбой, и его жизнь летит коту под хвост.

Не выдержав, он все-таки пошел к ней. Вошел в свою квартиру и захлопнул чуть слышно дверь. Прислушался. Тихо. Перед тем, как прийти, он проверил камеры. Девушка спала. Быстро поднявшись по лестнице, зашел в спальню и, аккуратно, боясь разбудить, сел у ее ног.

Оксана спала и что-то бормотала во сне. Таир с силой подавлял свое желание, чтобы не дотронуться до этой белоснежной кожи и не прикоснуться своими губами к ней. Он словно психопат, который наслаждается своей добычей. Еще день, максимум два, и он придет к ней. В последнее время он ведет себя словно безумец, готовый разорвать каждого, кто хоть как-то на нее посмотрит.

Не выдержав больше мучений, он поднимается с кровати и спускается вниз. Затопляет камин и садится в кресло, не забыв налить себе в бокал ром. Как же он давно этого не делал! Камин и бокал с ромом стали некой традицией. Сосредоточившись на огне, он думал, принимал решения.

Но стоило ему хоть немного расслабиться, как в кармане брюк завибрировал мобильник.

– Слушаю. – Таир быстро ответил на звонок.

– Нужно встретиться. Срочно! – грозным голосом произносит звонивший и называет место встречи.

– Буду через тридцать минут. – Сбросив вызов, Таир залпом выпивает содержимое бокала и идет на выход. На стоянке его уже ждет водитель.

Они ехали по ночному городу, полностью укутанному в снежное покрывало. На дорогах практически нет машин. Миновав несколько кварталов, автомобиль Салахова притормозил.

– Звягинцев, я скоро начну думать, что ты без меня жить не можешь, – произносит с сарказмом Таир, подходя к машине Альберта и протягивая ему ладонь для рукопожатия.

– Ага, как угадал? По ночам снишься, что аж в поту просыпаюсь. Смотри, как исхудал от терзаемой скуки.

– А я всегда знал это. Ладно, опустим лирику. Зачем ты меня вызвал? – Альберт протягивает Таиру черный конверт.

– Я тут нарыл кое-что. С того момента, как ты воскрес и появился в городе, кто-то за тобой установил слежку. Мои ребята проследили за машиной, которая следила. Эти люди профессионалы, и их наняли не просто как для любительской слежки. У них на квартире мы нашли на тебя полное досье. Они знают, что ты делаешь, каждую секунду. Но это еще не все.

– Ну давай, удиви меня еще больше.

– Кокорина Оксана Георгиевна. Знакома такая? – от вопроса Альберта Таира перекосило от злости.

– Допустим.

– Они и под нее роют. Я не знаю, как ты связан с этой девчонкой, и кому снова насолил, но тебе нужно быть осторожнее.

– Звягинцев, зачем вся эта опека? Не от братской любви это делаешь и не по большой дружбе.

– Я привык знать, что происходит на моей земле, а раз уж мы знакомы, взял необходимость сообщить тебе.

– И что, мне теперь тебе за это спасибо сказать? – усмехнулся Таир, зная, что за все придется платить.

– Спасибо мне твое никуда не вперлось. Просто когда-нибудь мне нужна будет твоя помощь, и ты не сможешь отказать.

– Без проблем.

– И еще совет тебе дам бесплатный. Если тебе нужна эта телка, спрячь ее подальше, если хочешь, чтобы она была жива. Мне на земле не нужны обгоревшие тела. – И больше не говоря ни слова и не прощаясь, Альберт сел в свою машину и уехал, оставляя Таира одного.

Пройдя в свою машину, Таир сел на заднее сиденье, а в горле запершило от злости. Он не сомневался, что его снова хотят убрать, и уже ищут слабые стороны, которых раньше не было. До появления Оксаны. И Звягинцев был полностью прав. Девчонку нужно бы спрятать, а в его случае – отпустить. Вернуть ее мужу, к привычной жизни, чтобы тот, кто желает ей смерти, вывел ее из игры, поняв, что она никак не сможет повлиять на Таира.

Глава 18

Оксана

Новый день начинается с привычной тишины. На автомате сходив в душ, я надеваю мягкий кардиган и лосины. Есть совсем не хочется, несмотря на то, что я практически и так ничего не ем. Сделав себе горячий чай, я иду в гостиную и сажусь перед телевизором. Щелкаю по кнопкам пульта в надежде найти хоть что-нибудь полезное, но по зомбоящику ничего нет, кроме новостей. И снова я слышу щелчок дверного замка, но не бегу проверять, кто там, потому что знаю, что это всего лишь моя фантазия.

Еще несколько минут сижу, не двигаясь, на диване, пока не услышала тяжелые шаги. Сердце замирает, и я прислушиваюсь к шагам. Поняв, что это самая настоящая реальность, отставляю пустую кружку на пол и иду в сторону коридора.

Мой затаившийся взгляд встречается с усталыми карими глазами. Секунда, две… Мы с Таиром стоим неподвижно, смотря друг на друга, боясь пошевелиться. При виде его у меня мгновенно возникло два желания. Первое – это броситься ему на шею, а второе – это ударить как следует, чтобы больше так не делал. И я, выбрав первое свое желание, бегу к нему и бросаюсь на шею в надежде, что у него такие же чувства, как у меня, и он не оттолкнет.

На мою радость Таир подхватывает меня и сжимает, со всей силы прижимая к своему горячему телу. Как мне этого не хватало! Я обнимаю его так крепко, боясь того, что стоит мне его отпустить, как он снова исчезнет. Но все мои страхи испаряются, когда он нежно целует меня в губы, а затем мы будто срываемся со старта и начинаем пожирать друг друга губами.

Салахов несет меня на руках в гостиную на диван и опускает спиной на прохладную кожу, нависая надо мной сверху. Быстро избавившись от моих лосин и своих брюк, он входит так неожиданно, что я начинаю глотать воздух ртом. Его толстый член практически разрывает стенки влагалища, не дав привыкнуть к размеру. Но мне все равно. Я так давно его ждала, так долго бредила им, что готова к любому его действию.

На миг замираю и вдыхаю запах его тела. Так странно чувствовать на своем теле объятия чужого мужчины, который стал роднее мужа. С Таиром я стала другой. Он перевернул весь мой привычный мир, заполнив его собой. Я чувствую, что меняюсь каждую секунду. Если я раньше была тихой домашней девочкой, то сейчас я отнюдь не такая. Я готова бороться любой ценой за свое счастье и спокойствие, готова отвечать и принимать сложности, не прячась за спины других. Именно такой сделал меня Таир. Он открыл мне глаза на многое. Вытащил как маленького ребенка из песочницы и показал, как нужно правильно делать. И за это я ему благодарна. Я думала, что с новыми знаниями о жизни и любви к самой себе мне будет легко отказаться от Таира и начать новую жизнь одной, но я глубоко ошибалась в этом. Я забыла одно важное правило: никому нельзя отдавать свою душу, а иначе есть шанс остаться опустошенной. Что со мной и произошло.

Мы лежали голые на диване и тяжело дышали от страстного секса. Довольные и уставшие. За окном уже начало темнеть, и на город спускался сумрак, когда Таир заговорил.

– Сегодня ты поедешь домой, к мужу, – ошарашил он меня.

– Что? – я сперва не поверила своим ушам и, прикрываясь его белой рубашкой, приподнялась на диване, всматриваясь в это спокойное и непроницаемое лицо.

– Ты сполна заплатила по счетам своего мужа, – сказал он спокойно, с холодностью в голосе. Будто у нас не было несколько минут назад жаркого и бурного секса.

– Ты выгоняешь меня? – прохрипела я. Мои глаза начали заполняться влагой, и очертания картинки стали размываться.

– Я обещал взять тебя на месяц, но с тебя и этого достаточно.

– Таир?! – срываясь на крик произнесла Оксана, но он даже и бровью не повел. Что это было? Снова удар злодейки-судьбы? Богатый мальчик наигрался своей игрушкой и выкинул ее? В груди разрастался пожар из гнева, ненависти и жалости к себе. Я ждала его, надеясь, что больше никуда не денется, а он просто так взял и отказался. Хотя, о чем это я? Мне разве кто-то давал обещания, что не бросит меня? Нет. Я ехала в этот дом только с одной миссией – заплатить по счетам и чтобы моего мужа не тронули. Я выполнила свой долг и теперь могу жить спокойно, но только вот почему-то от этого нисколько не легче, а только наоборот.

Я смотрела, как Таир встает с дивана, одевается, забрав из моих ладоней свою рубашку, и уходит. Но прежде чем выйти из гостиной, в дверях он остановился и, не оборачиваясь, произнес:

– У тебя тридцать минут, чтобы собраться. Ахмед отвезет тебя. – И больше не говоря ни слова, он ушел.

Несколько минут сидела и приходила в себя после всего случившегося. А когда смогла собрать себя, молча встала, сходила в душ и оделась. Ровно через тридцать минут, как и сказал Таир, около дверей меня уже ждал, как всегда хмурый Ахмед, который при виде меня кивнул в знак приветствия.

Мы уже практически отъехали от многоэтажки Таира, как мой «нянь» заговорил:

– Оксана Георгиевна, с понедельника вы можете снова выходить на работу. На неделю у вас был проставлен больничный. Все справки уже лежат у директора, и вам не о чем волноваться. Вы можете вернуться к своей прежней жизни.

Я смотрела на удаляющийся многоэтажный дом, а из глаз медленно текли слезы, которые я смахивала рукой. Вернуться к прежней жизни? А это разве теперь будет возможно? Нет. Не будет никакой прежней жизни. Не будет ничего, как раньше.

Дорога до дома показалась мне безумно долгой. Поднимаясь в лифте, я чувствовала себя здесь чужой, словно пришла первый раз. Рядом со мной стоял Ахмед, держа мою сумку с одеждой. Сначала не хотела брать никаких вещей, а потом вдруг подумала о том, что обязательно заберу. Все заберу. Эта моральная компенсация мне, пусть она и не заглушила боли.

– Вы дальше справитесь сама? – спросил мужчина, подводя меня к двери моей квартиры.

– Да.

Я вставила ключ в замочную скважину и повернула. Замок щелкнул, и дверь отворилась. Я уже хотела шагнуть внутрь, как Ахмед меня остановил.

– Оксана Георгиевна, – проговорил он с акцентом. – Возьмите, господин Таир вам передал. – Мужчина протянул мне белый конверт, но я не приняла его. Молча прожгла его взглядом и закрыла перед носом Ахмеда дверь, громко ею хлопнув.

***

– Вот, – Ахмед положил на стол конверт. – Она не взяла деньги.

– Муж был дома? – от одной только мысли, что она будет жить с ним в одной квартире, приводило в бешенство. А о том, что они могут снова сойтись, он и думать не мог. Если только это произойдет, он сам лично этому мудаку пулю в лоб всадит.

– Да, но мы с ним до приезда уже поговорили. Дали ему время.

– Хорошо. Можешь идти.

Ахмед вышел из кабинета Таира, а тот злым взглядом уставился на белый конверт с крупной суммой денег, которую должна была взять Оксана. Она, наверное, подумала, что это за ее проведенное время с ним, но все было не так. Таир не хотел, чтобы она в чем-то нуждалась, и поэтому решил дать денег. Хотя в голову и приходила мысль, что она может их не взять.

За окном уже полностью стемнело, а он сидел в своем кабинете, заваленный бумагами с контрактами. В голове была полная каша. Его губы все еще помнили сладкий вкусный поцелуй. Прикрыв на секунду свои веки, он вспомнил ее стоны, как она извивалась под ним, царапая своими ноготками его спину.

Резко встав со стула, Таир подошел к окну и прислонился лбом к прохладному стеклу, ударяя по нему кулаком. Хотелось выть взахлеб. Он был неимоверно зол оттого, что отпустил ее. Теперь придется снова перестраивать свой мир и пытаться забыть ее. Он еще надеялся на то, что когда все закончится, он заберет эту девчонку и никогда больше не отпустит.

Вокруг него постоянно крутится целое стадо красивых баб. Куда красивее, чем Оксана, но его зациклило именно на ней. На этой простушке-учительнице, которая своим присутствием может затмить любую другую женщину.

Зря он когда-то смеялся над Филом и Беркутом, что их окрутили, как сетями, и из нормальных мужиков сделали семейных подкаблучников. Теперь он полностью понимал их. Он понял, что такое любить кого-то, кроме себя самого. Понял, что чувствуют, когда боятся потерять. И это очень паршивое чувство, и его, к сожалению, ничем не заглушить.

Глава 19

Оксана

Я молча стояла в своем маленьком коридорчике и пялилась в одну точку, а в душе появилась черная болезненная дыра, заполненная обидой. Из комнаты донеслись шаги, и в дверях появился Кирилл. Я смерила его изучающим взглядом, надеясь, что у меня хоть что-то из чувств откликнется, но все было тихо. Я не чувствовала к нему ничего. Еще раз попыталась, но ничего. Ни обиды, ни любви, ни сочувствия. Ничего. Словно меня в одну секунду лишили чувств. Хотя в первые дни, проведенные в доме Таира, я мужу чуть ли не смерти желала оттого, что он так поступил со мной. А сейчас ничего. Пусто. Будто между нами не было совместной жизни, будто я никогда его не любила. Ничего.

Даже смешно как-то стало на него сейчас смотреть. Вот стоит он такой в дверях, в домашней футболке, которую я ему подарила на какой-то праздник, в домашних штанах. На его лице играет извиняющаяся улыбка, а у меня в душе пусто. Хотя нет, есть кое-что. Отвращение. Как к какому-то мерзкому червяку, которого безудержно хочется отшвырнуть от себя.

– Вернулась, – довольным голосом проговорил он.

– И тебе привет.

Я, больше не сказав ни слова сняла верхнюю одежду и с чемоданом прошла в спальню, включила свет и застыла посреди комнаты, смотря на нашу двуспальную кровать. А ведь когда меня не было, Кирилл спал на ней с Валей. Бросив свой чемодан, я подошла к кровати и начала стаскивать постельное белье с подушек, одеял.

– Что ты делаешь? – с удивлением спросил Кирилл. Он вообще вел себя так, как будто я не у чужого мужика жила и спала с ним, а в магазин за хлебом выходила. Муж нисколько не испытывал чувства стыда за то, что сделал.

– Снимаю постельное белье, – спокойным голосом проговорила я. – Пока мы не разведемся, я буду жить в спальне, а ты в гостиной. Думаю, ты не против.

– Против! – резко выпалил он. Только вот в его голосе прорезались недовольные нотки, и я с удивлением на него посмотрела. – Оксан, – Кирилл подошел ко мне ближе и попытался взять за руку, но я отпихнула его ладони. – Ты думаешь, я здесь нормально все это время жил?

– А что не так? – я удивилась еще больше.

– Нет. Я простить себя не могу за то, что отдал тебя.

– Только за это?

– Нет. Я расстался с Валей. Прошу тебя, давай все забудем и попробуем начать все сначала?

Оба-на, вот это поворот! Такого ряда событий я не ожидала. Даже от удивления замерла на месте, изучая взгляд своего мужа, ища подвох, но его там не было. Кирилл и правда думал, что я прощу его и мы все наладим.

– Зря расстался с ней, я не собираюсь ничего возвращать. Я просто хочу развестись и жить одна.

– Оксана, не глупи. Ну да, мы совершили много ошибок, но у кого их нет? Давай сделаем, как хотели. Уедем и все забудем?

– Кирилл, я очень устала, а мне еще много дел нужно сделать. Прошу, выйди из комнаты.

Муж недовольно на меня посмотрел, но все же сделал, что я просила, отчего мне стало намного легче. Пока меня не было, квартира пропиталась чужим присутствием. Я на каждом углу чувствовала запах Валиных сладких духов, от которых уже подташнивало. Распахнув настежь окно в спальне, я ушла на кухню, достала черные мусорные пакеты и выбросила постельное белье, которое содрала с кровати, и еще кое-какие вещи, и, выйдя в тамбур, спустила все это по мусоропроводу.

Спать совсем не хотелось, и я решила разложить вещи, подаренные мне Таиром. Я уже практически все развесила, и когда начала доставать последнее платье, то между складками ткани заметила белую, аккуратно сложенную тряпку, которой оказалась футболка Таира. Видимо, когда зашвыривала вещи в чемодан, она случайно попала.

Взяв его футболку, я поднесла ее к носу и вдохнула его запах. На глазах навернулись слезы. Я чувствовала себя разбитой и больной. Я душевно болела по этому человеку. За несколько проведенных с ним дней я пропиталась им полностью, что уже не могла представить, как вытравить этого человека из моего сознания.

Сидя на полу в обнимку с белоснежной футболкой Таира, я молча рыдала, глотая слезы. Мыслями понимала, что все пройдет. И через несколько недель вся эта ситуация и чувства к этому мужчине, которые возникли неожиданно, они тоже пройдут, и я буду все это вспоминать с улыбкой. Ну а пока я хочу просто поплакать.

Бессонные ночи уже вошли в мою привычку. Лежа на своей кровати, в комнате, погрязшей в темноте, я смотрела в потолок и прислушивалась к тишине, которую перебивали храп Кирилла из соседней комнаты, тяжелые шаги соседей сверху и завывание ветра за окном. И все бы ничего, только вот меня душила пустота, которая поселилась во мне совсем недавно. Не хотелось даже думать, как мне жить дальше и что теперь делать со своей жизнью. Раньше я как-то об этом не задумывалась, думая, что у меня все идеально, а оказалось все иначе. Мне хотелось быть жидкостью, которая наделена способностью подстраиваться под что угодно. Как бы было хорошо, когда жизнь сбивает тебя с ног, ты падаешь, разбивая свои коленки, и вместо слез поднимаешь еще выше свою голову и улыбаешься.

Утром меня разбудил стук в дверь.

– Войдите, – пробурчала я, и на пороге показался Кирилл с подносом в руках.

– Доброе утро, это тебе. – Муж опустил передо мной поднос с завтраком, который приготовил сам, и маленькую вазочку с розой.

– Что это? – сонно проговорила я, протирая глаза.

– Завтрак в постель.

– Зачем?

– Хотел сделать приятное.

– Спасибо, но не стоило. А теперь можешь выйти? Я хочу еще поспать.

У Кирилла на лице заходили желваки, но он пытался скрыть свое раздражение. Муж был зол от моего поведения. Видимо, все еще не понял, что я намерена развестись с ним и разойтись разными дорогами.

Задело то, что за время нашего совместного проживания он ни разу мне не приносил завтрак в постель. Даже по праздникам. Хотя я намекала ему, чтобы сделал мне приятно. Он, конечно, дарил подарки, никогда не обижал меня, одаривал комплиментами. Это все редко случалось, но все-таки… А тут стоило мне сказать слово развод, то он забегал, и его нисколько не смущает, что я спала с другим мужчиной.

Глава 20

Оксана

Утро понедельника началось довольно хорошо. По дороге в школу я зашла в свою любимую кофейню и, взяв латте и пирожное, пошла дальше. Только вот стоило мне дойти до дверей учебного заведения, как в дверях я встретилась с недовольной Валентиной. На ее скуле я заметила свежий синяк, замазанный толстым слоем тонального крема. И первый раз за время нашего с ней знакомства, мне не было ее жаль. Может это звучит не очень-то хорошо, но мне, и правда, не было ее жаль. Все мы получаем то, что заслужили.

– Довольна? – процедила она сквозь зубы. Я почему-то думала, что она мне слова больше не скажет, но ошиблась.

– Ты о чем? – с непонимающим видом проговорила я и отпила латте из кружки.

– Из-за тебя Кирилл меня бросил, а тебе-то он не нужен.

– Да, Валюш, ты права. Не нужен и я его не держу.

– Как, кстати, тебе в роли ненужной игрушки? Поигрался тобою мажор и выкинул. – Она довольно улыбнулась мне. А ее слова словно землю подо мной пошатнули. Поигрался. Бросил. Да, я чувствовала себя ненужной вещью, но старалась бороться с этим чувством безысходности.

– Валь, так тебе должно быть виднее, как я себя чувствую. Не так ли? – На вот, подруга, получай! С ее лица сползла довольная улыбка, и она, пихнув меня локтем в бок, поцокала в учительскую. Ну и черт с тобой! Я довольна тем, что ответила своей бывшей подруге, но легче на душе не стало.

Я уже подходила к своему кабинету, когда завуч поймала меня за руку.

– Оксана Георгиевна, как? Выздоровели? – Мира Станиславовна улыбнулась мне своей доброй улыбкой. Эта женщина всегда меня восхищала. Вот с кого и нужно брать пример, так это с нее. У нее было много завистников, которые вставляли и вставляют палки в колеса, но она никогда не опускалась до их уровня. Всегда была улыбчивой. Со стороны даже и не подумаешь, что у нее есть какие-то проблемы.

– Здравствуйте! Да. Спасибо.

– Оксаночка, уже в конце этой недели у нас состоятся новогодние балы, и вас сделали ответственной за украшение спортзала.

– Хорошо.

М-да, обрадовали так обрадовали. Я любила новогодние праздники, но перспектива приглядывать за школьниками, которые втихую принесут алкоголь и напьются в туалете, меня не особо радовала. Но никуда от этого не денешься.

Вместо своего обеда я пошла в ЗАГС, чтобы наконец-то подать документы о разводе. Как я и предполагала, Кирилл не пришел. Хотя я ему утром напоминала. Но это уже не мои проблемы. Не хочет по-хорошему, значит разведемся через суд. Я готова взять свою жизнь в руки.

Наши привычки, как правило, всегда над нами берут верх, вот и моя привычка оставаться после уроков, как всегда, доминирует. Я сидела в кабинете, не замечая, что за окном уже давно стемнело, и пора домой, как дверь в учительскую осторожно отворилась.

– Оксана Георгиевна, а не пора ли вам домой? Все уже давно ушли, вы у меня только одна остались. – Я подняла голову на улыбающегося старичка-охранника.

– Уже ухожу.

– Давно пора. Вас дома муж, пожалуй, заждался, а вы тут все с тетрадями двоечников сидите.

Да уж, мужа я сейчас хотела видеть в последнюю очередь. Но не стала больше заставлять охранника нервничать. накинула на себя пальто и пошла домой. От дома до работы я всегда ходила пешком. Времени на это уходило минут двадцать, не больше. И мне сегодня безумно повезло, что Кирилла не оказалось дома. Как, в принципе, и раньше. А я-то думала, он, и правда, может поменяться.

***

Конец рабочей недели подкрался незаметно. Сегодня уже последний учебный день, уроки сокращенные и вечером новогодний бал. В спортзале была безумно красиво украшена новогодняя живая елочка. А вот дома у меня еще ничего не было украшено. Хотя послезавтра праздник. Раньше я как-то к этому празднику подходила ответственно и еще несколько месяцев назад думала, что мы с Кириллом на новогодние праздники куда-нибудь съездим, но, видимо, не в этой жизни.

Дождавшись окончания новогоднего бала, я проследила, чтобы закрепленных за мной учеников забрали родители и пошла домой. Времени уже было около одиннадцати вечера, когда я вышла из школы и направилась в сторону дома. Я стояла на пешеходном переходе и ждала, когда для меня загорится зеленый, давая разрешения идти. Дождавшись, я ступила на дорогу и прошла уже половину пешеходного перехода, как откуда-то сбоку вылетела машина, несясь на бешеной скорости и сбивая меня.

Я не поняла, как все произошло, но точно почувствовала удар. Мое тело приземлилось на правый бок, сильно им ударяясь. Из-за мощного удара головой об асфальт я подумала, что она у меня отлетит. Сильная боль пронзила мою ногу, и я не могла толком пошевелиться и только громко застонала.

Где-то над собой я услышала мужской голос, который мне что-то говорил, и открыла глаза. Надо мной возвышался мужчина, лицо которого мне показалось безумно знакомым, но я не приняла это во внимание, совсем было не до этого.

– Вот так вот, ухватитесь за меня. – Он обошел меня сбоку, подхватил на руки и понес в свою машину, усаживая на заднее сиденье.

Все это время, пока мы ехали в больницу, я ни говорила не слова. Была такая боль, что говорить было невозможно. Мы остановились у больницы, и мужчина вышел из машины, открыл мне дверь и уже хотел взять на руки, как я его остановила.

– Подождите. Я могу сама дойти.

– Хорошо. Но я вам помогу.

От помощи не отказалась, на ногу было больно вставать. Мы пришли в приемный покой, и медсестра, заведя на меня карточку, проводила в рентген-кабинет. Прежде чем уйти, я взяла номер мужчины на всякий случай. Вдруг полиция заинтересуется моим помощником. Да и мне было бы не лишним сказать ему огромное спасибо. Ведь если бы не он, я бы так и валялась на дороге. Ведь тот, кто меня сбил, уехал, даже не остановившись и не поинтересовавшись, что со мной.

Я сидела на кушетке и ждала врача, когда дверь кабинета открылась и вошел высокий молодой человек, читая историю болезни в своих руках. Как только он поравнялся со мной и поднял голову, наши взгляды встретились.

– Рома? – я думала, меня уже ничего не может удивить, но все же это произошло.

– Привет, Оксан. Я рад тебя видеть! – на лице мужчины показалась улыбка.

– Я не ожидала, что ты…

– Не думала, что я врач? – засмеялся он.

Да уж, я-то думала, что сын мэра, с которым мы познакомились на благотворительном приеме, окажется просто симпатичным мажором, который растрачивает папины денежки. Но чтобы вот так! Жизнь поразительная штука.

– Да.

Он обвел взглядом мой потрепанный вид, и его брови нахмурились.

– Это значит, тебя сбила машина?

– Как видишь.

– А я думал, что Салахов хорошо охраняет своих женщин.

– Мы… – не договорила, а только помотала головой из стороны в сторону, и он все понял.

– Ладно, сделаем рентген и поймем, как дальше работать.

Как оказалось, я родилась в рубашке. Нога, которая безумно болела, оказалось всего лишь, что на ней небольшая трещина в кости, а голова, которой я сильно ударилась о землю еще лучше. Никакого сотрясения. Просто сильный ушиб, который обойдется шишкой.

Мы сидели с Ромой в процедурном кабинете, он накладывал мне на ногу тугую повязку, как дверь процедурного кабинета резко распахнулась и вбежал бешеный Таир. Мы с Ромой одновременно обернулись на него.

– Оксана, мне сообщили, что ты… – Он не договорил, как я его резко прервала.

– Ты что здесь делаешь? – при виде этого мерзавца во мне начинала закипать кровь. Так много хотелось ему сказать, а лучше послать далеко и надолго. Он ведь разрушил мою жизнь и думает, что может так просто врываться?

– Что с ней? – он, не обращая внимания на мой вопрос и игнорируя меня, обратился к Роману.

– Просто небольшая трещина.

– Я отвезу тебя. – Он встал около двери и сложил руки на груди.

– Что ты?! – Все! Я не сдержалась. – Отвезешь меня? Таир, ты совсем рехнулся, что ли? Ты выбросил меня. Наигрался и отвез обратно к мужу, а до этого держал взаперти в своей квартире одну. А теперь думаешь, что можешь снова врываться в мою жизнь, отказавшись от меня? Да пошел ты к черту! Слышишь?! – позволив злости захватить меня, я совсем забыла, что мы находимся не одни. Отдышавшись, я перевела взгляд на Рому. – Прости, – сказала я ему.

– Таир Намикович, прошу вас покинуть процедурный кабинет и подождать за дверью. Как пациентка освободится, она к вам выйдет.

Таир нехотя вышел за дверь, но прежде чем это сделать, он обвел меня и Рому убивающим взглядом.

– Спасибо, – тихо проговорила я.

– Хочешь, я тебя отвезу? Отпрошусь ненадолго.

– Нет, не нужно, ты и так для меня много чего сделал. Так что не стоит, я вызову такси.

– Хорошо. Вот, возьми, – он протянул мне свою визитку. – Если нужна будет какая-то помощь, звони в любой момент.

От визитки я не отказалась, положила ее в сумочку.

Стоило мне оказаться в коридоре, как тут же возник Таир.

– Я отвезу, – снова над ухом послышался его голос.

– Не стоит, – ступая и чуть опираясь на больную ногу, проговорила я, но не успела я сделать еще одни шаг, как меня подбросило, и я оказалась на руках Таира.

– Салахов, а ну отпусти меня немедленно! Или ты не запомнил, что я тебе сказала в процедурной? Так я повторить могу.

– Не нужно. Пока полностью не поправишься, будешь жить у меня.

Нет, ну этот экземпляр вообще, похоже, не понимает русского языка! И как ему объяснить, что я не хочу быть с ним рядом? Даже находиться в одной комнате для меня смертельная пытка. Я не хочу сейчас знать о нем ничего. Лучше бы я посильнее головой ударилась, чтобы получить потерю памяти. Так было бы куда легче для меня.

Мы уже вышли на улицу, как я снова заговорила.

– Таир, прошу, отпусти меня. Я сама доеду до дома. Как ты не можешь понять – я не хочу тебя видеть, слышать. Я хочу просто научиться жить без тебя.

– Оксан…

– Ничего не говори. Просто отпусти меня.

– Хорошо. – Он сдался, а я первый раз за день хоть чему-то обрадовалась. – Но я отвезу тебя до дома сам.

– Хорошо, – уступила я и машинально сильнее прижалась к нему, вдыхая терпкий запах одеколона и слушая, как сильно бьется его сердце.

На улице я заметила три машины с охранниками, среди которых был и тот парень, что меня спас. А это значит, что он следил за мной. Все правильно. Тот следил за мной, отвез в больницу и обо всем рассказал Салахову. А как бы тогда по-другому он смог узнать, где я и что со мной? Ну и гад же он!

***

Несся по ночному городу, выжимая педаль газа на полную. При одной только мысли, что с моей женщиной могло что-то случиться, что я мог потерять ее навсегда, начинаю задыхаться. Хорошо, что ночью дороги пустые, а иначе не миновать аварии. И так нарушил всевозможные правила, пока ехал в больницу.

Пожилая медсестра в приемном отделении сказала, где найти Оксану. Ну и при этом не забыв вынести мне мозг всякими «не положено». Надев бахилы и накинув на плечи тряпку, которую они называют халатом, я пошел в указанном направлении. Но стоило мне открыть дверь процедурной и увидеть, как этот гребаный сын мэра перебинтовывает ногу, прикасаясь к Оксане, захотелось дать ему в морду. К ней никто не должен прикасаться, кроме меня. Быстрее бы все закончилось, и я снова мог бы забрать Оксану к себе.

Всю дорогу к ее дому мы молчали. Я думал только о том, чтобы скорее найти того, кто причинил моей женщине вред и растерзать его.

– Таир, я дальше сама могу дойти.

– Это не обсуждается. Если ты отказалась поехать ко мне, то я должен быть уверен, что до своей квартиры ты дойдешь в целости и сохранности.

Помог ей выйти из машины и подняться на нужный этаж.

– Все, ты проводил. Можешь идти.

Как же хотелось снова прикоснуться к ней, что аж скулы сводило. Не заметил, как сорвался и прижал ее спиной к железной двери и навалился. Мои руки проскользнули через полы пальто и поселились на ее талии, а губы напали на ее губы и властно под себя поджали. В первые секунды Оксана сопротивлялась, а потом сдалась и ответила мне. Мы какое-то время стояли и целовались в ее обшарпанном подъезде, пока в девушке снова не проснулась злая ведьма и не оттолкнула от себя.

– Таир, не нужно. – Оксана тяжело дышала.

Я взял ее личико в свои ладони и своим лбом уткнулся в ее лоб.

– Почему? – прошептал я ей. Внутри меня все горело, еще секунда и я сорвусь, наброшусь прямо здесь на нее.

– Да потому что ты бросил меня. Поиграл и бросил.

– Блядь, ты опять за свое! – сквозь зубы прорвался нечеловеческий рык. – Так нужно, понимаешь? Ты мое уязвимое место. Я и так привлек к тебе немало бед. Нужно подождать. Совсем немного, и я опять тебя заберу к себе.

Выдохнул в ее губы и слегка прикоснулся к ним. Какие же они сладкие. Словно мед.

– Заберешь? А ты не спросил, хочу ли я, чтобы ты вновь появился в моей жизни?

– Опять старая песня! Ладно, тебе пора отдыхать, а мне решать возникшие проблемы.

Оксана хотела еще что-то сказать, но я напоследок жадно ее поцеловал и ушел, пока она снова не завела свою шарманку.

Глава 21

Оксана

Последнее утро в старом году, а завтра уже наступит новый год. Кирилл, как ушел позавчера, так и не вернулся. Я больше не беспокоилась за мужа, где он и что с ним. Думаю, все в порядке. Да и мне гораздо лучше, когда его нет дома. Конечно, я бы хотела обсудить с ним то, что он не пришел подавать заявление в ЗАГС. Он ведь думает, что я еще вернусь к нему.

Вчерашние слова Таира не выходят у меня из головы. «Ты мое уязвимое место». «Я скоро тебя опять заберу».

Еле доковыляла до кухни и приготовила себе завтрак. Устраивать для себя праздник не особо хочется. Вечером, когда город опустеет и люди все разбредутся по домам к своим близким, тогда я дойду до магазина, куплю бутылочку шампанского и посижу в гордом одиночестве. Нужно привыкать к новой жизни. Теперь будет только так.

Весь день промаялась от скуки, смотря по телевизору новогодние фильмы. Жалко, что в этом году не нарядила елку и не украсила квартиру. Я всегда заранее об этом думала, но в этом году что-то пошло не так.

Время уже подходило к девяти вечера. Я начала собираться в магазин и когда уже была готова выходить, оставалось только надеть курточку и сапоги, то мой телефон взорвался трелью. Посмотрела на экран своего смартфона, там высвечивался неизвестный номер. Взяла трубку.

– Слушаю, – настороженно проговорила я.

– Привет, это Роман.

– Рома, привет. Как неожиданно. Откуда у тебя мой номер?

– Взял из личной медицинской карты. Как у тебя дела? Как нога?

– Спасибо, все хорошо. А как ты?

– Да тоже потихоньку. Ты уже готова к празднику?

– Шутишь? Какой мне праздник! Вот сейчас дойду до магазина, куплю бутылочку шампанского. Дождусь курантов, выпью и спать. Настроение не то, чтобы что-то праздновать.

– Значит, я не ошибся, – проговорил он, и тут же в дверь позвонили.

– Ой, Ром, подожди минуту. Мне тут в дверь звонят.

Я быстро подошла к входной двери и посмотрела в глазок, где кроме зеленой елки ничего не увидела.

– Что за ерунда? – проговорила вслух и открыла дверь. А там…

– Сюрприз! – Напротив меня стоял довольный Рома. В одной его руке был телефон, который он отключил и убрал в карман, а второй рукой прижимал к себе пушистую зеленую елку.

– Да-а-а, сюрприз! – Я открыла рот от удивления.

– Я так подумал и, в общем, решил сделать тебе новогоднее чудо. Еле вырвал эту красавицу у одного мужика. С боем ее отдавал, – показал он глазами на елку.

– Красивая.

Улыбка Ромы вдруг ушла с его лица, и он озабоченно посмотрел на меня.

– Я не вовремя, да? Если что, ты скажи, я могу уйти.

– Что ты, проходи. – Он сейчас именно тот, кого бы я хотела видеть. Рома взял свободной рукой пакет, в котором были продукты, и вошел в квартиру.

– Давай я помогу? Что взять?

– Ничего не нужно.

Мужчина прислонил елку к стене, поставил пакеты на пол и стал снимать куртку и ботинки. Я все это время стояла в стороне и не шевелилась. Не знаю, что и сказать ему за такой сюрприз. Приятно.

– Куда пакеты нести?

– На кухню. Пошли.

Рома разобрал пакеты уже с готовой едой, и мы пошли наряжать елку. Безумно приятное чувство, когда о тебе кто-то заботится.

– Ром, а как же твоя семья? Это же семейный праздник. Они не обидятся на тебя?

– Моя семья даже не заметит, что меня нет.

– Это как?

– А так. Каждый год в доме моего отца собирается хренова туча народа, которого я даже и знать не знаю. Они наверняка уже празднуют.

– А девушка?

– А девушки нет. С работой не особо получается иметь какие-то отношения. Я уже был женат, развелся два года назад. Жена сейчас со своим новым мужем и моей дочерью в Париже живут. Мы редко видимся.

– Я бы никогда не подумала, что у тебя есть ребенок.

– Да, есть. А ты что? Вы с Салаховым разошлись?

– Да мы и не сходились. Все очень сложно.

– Понял.

Он разлил нам по бокалам шампанское, и до курантов мы провели время в приятной беседе.

***

Очередной праздник, который я терпеть не могу. Не люблю отдыхать. Мне постоянно нужно что-то делать. Все мои офисы и люди, которые там работают, уходят на долгие выходные.

Таир сидел в своей квартире в кабинете и смотрел на серьги с бриллиантами, которые купил Оксане. Хотел сделать ей приятно, забрать к себе, вручить подарок и провести в кои-то веки этот гребаный праздник с человеком, который хоть что-то для меня значит.

– Ну? – подтолкнул он Ахмеда, который уже минуту стоит около него и что-то мямлит.

– К ней пришел сын мэра. Уже больше часа там сидит и пока не выходит. Нам съездить и привезти Оксану Георгиевну к вам?

– Нет, не нужно. Мы что, звери, что ли, какие? Сегодня праздник. Пусть люди отдыхают.

Ахмед кивнул и вышел из кабинета, а Таир захлопнул коробочку с серьгами и швырнул ее в ящик, громко задвигая его. Встал из-за стола и подошел к окну. Ему нравилось стоять и наблюдать, за происходящим движением на улице, но и там сегодня тихо. Никого. Все попрятались по домам с семьями. А у него нет семьи. Никогда не было и навряд ли уже будет.

Он достал из бара ром и стакан. Наполнил его наполовину и выпил залпом.

Глава 22

Оксана

Новогодние выходные пролетели практически незаметно. Нога уже стала меньше болеть, и я уже начала больше передвигаться. Таир так и не объявился. В новый год я отправила ему эсэмэску с поздравлением, на которую он все-таки ответил с обратным поздравлением. А утром приехал курьер с цветами и серьгами. Безумно красивыми и дорогущими серьгами, которые я сразу же надела. Их просто было невозможно держать в шкатулке.

А еще вчера объявился Кирилл. Сказал, что пришел забрать свои вещи и что он не претендует на квартиру и отдает ее мне. И все документы, которые нужны на развод, он тоже подпишет. И что-то мне показалось, что и здесь не обошлось без Таира.

Наконец-то работа. Дома я уже устала сидеть в одиночестве. По дороге в школу зашла в свою любимую кофейню и уже по традиции купила латте и пирожное. А вот ученики не особо разделяли мое рвение преподнести им знания. Они еще не отошли от долгих выходных. День прошел продуктивно и насыщенно. Я, как всегда, ухожу из школы практически последняя. Хорошо, что здесь ничего не меняется. Накинув на себя пальто, я вышла из здания школы и остолбенела.

Напротив здания выстроился кортеж из автомобилей Салахова. Видимо, увидев, что я вышла, Ахмед быстро вышел из автомобиля и открыл дверцу, показывая тем, что мне нужно туда пройти. Что-то я как-то не настроена была к таким встречам. А Таир, как всегда в своем репертуаре, появляется из ниоткуда и неожиданно.

Небыстрым шагом пошла в сторону автомобилей и с мороза юркнула в теплый салон, который полностью пропитался запахом Салахова.

– Привет! – он потянулся ко мне и прижался своими горячими губами к моим губам. На лице мужчины играла довольная ухмылка.

– Добрый вечер, – проговорила я, всматриваясь в это лицо, по которому ужасно соскучилась.

Автомобиль тронулся с места, и мы поехали.

– Куда мы?

– У меня для тебя подарок.

– А ты не мог предупредить, что заедешь?

– Хотел сделать сюрприз. А ты что, не рада мне?

– Рада. Просто я скоро перестану любить сюрпризы. – Я замолчала, переводя дух, а потом снова заговорила. – Как твои дела? – На мой вопрос Таир с усмешкой хмыкнул, но ответил.

– Уже лучше.

Он положил свою руку мне за голову на плечи и пододвинул ближе к себе, как пушинку. Меня тут же обдало резким запахом его одеколона и сигаретами. В последнее время это мой любимый аромат.

Одна рука все так же осталась у меня за головой, а вторая ладонь легла на колено и поползла вверх, задирая ткань юбки.

– Таир. – Я схватилась за его ладонь, не давая ей проскользнуть дальше.

– Что? Я соскучился.

– Соскучился? Тебе напомнить, как мы разошлись и что ты практически не вспоминал меня все это время. Не считая твоего приезда в больницу и подарка, отправленного курьером на новый год.

– Не понравился подарок?

– Дело не в этом. Подарок прекрасный. Просто я не могу так.

– Не понял. Как так?

– Да так. Когда тебе нужно, ты врываешься в мою жизнь, словно ураган руша все на своем пути, а когда тебе не нужно, то ты не вспоминаешь меня, пока снова не соскучишься.

После всех сказанных слов, которые я давно уже хотела ему сказать, я с облегчением выдохнула, а вот Таир напрягся. Я чувствовала, как он выпрямился и, не глядя на его лицо, уже знала, как оно исказилось в злой гримасе.

– Я тебе уже объяснял про всю ситуацию. Оксана, дай мне время и все наладится. Мне просто нужно решить кое-какие вопросы, от которых зависят людские жизни.

Я только промолчала. Слышала я уже про эти ситуации и все больше начинала чувствовать себя какой-то доступной девицей, которой пользуются, когда кому-то нужно.

– Твой муж все вещи забрал? – поинтересовался Таир, переключая тему.

– Значит, я была права. Это твоих рук дело. Ты ему приказал съехать и забрать вещи?

– Я просто помог, – пожал он плечами и замолчал.

А тем временем наш автомобиль остановился у каких-то заброшенных зданий. Я осмотрелась. Кроме нас здесь никого не было.

– Ты что, хочешь меня убить и закопать здесь тело?

– Неудачная шутка. – Голос Таира уже стал более серьезным, чем несколько минут назад. И вся эта ситуация меня немного напрягала. Я не боялась Салахова, но ожидать от него можно чего угодно. Он очень неожиданная и непредсказуемая личность.

– Успокойся. Сегодня я тебя убивать не собираюсь. – Он дотронулся до моей ладони, а я от неожиданности вздрогнула.

– Спасибо. Успокоил.

Дверца с моей стороны открылась, и я вышла наружу. Вокруг было темно, только свет фар автомобилей освещал местность. Холодный январский ветер завывал, принося с собой жуткие мысли. Прямо как в страшных фильмах ужасов. Я стояла, не двигаясь, осматривала территорию, как на мою талию легли тяжелые ладони и в шею поцеловали. По телу тут же пробежали мурашки.

– Таир, что мы здесь делаем?

– Помнишь, я тебе сказал, что найду того, кто тебя сбил? – я молча кивнула ему. – Я всегда выполняю свои обещания. Идем, Оксана.

Он взял меня за руку и дернул вперед. Я так сильно разнервничалась, что мне уже стало не интересно, кто тот обидчик. Ну вот посмотрю я на него и что мне с ним делать? Он должен быть в полиции, а не здесь. Но что-то мне подсказывало, что кто бы он ни был, этот человек не дойдет до отделения полиции. Салахов сам вынесет ему приговор.

Мы подошли к зданию. Один из охранников открыл перед нами дверь, и в глаза ударил яркий свет. Я немного сощурилась и сжала сильнее ладонь Таира. Сердце бешено забилось. Мы шли по длинному коридору, пока не перешли в следующее здание, которое было пустым заброшенным цехом. Первое, что я увидела, это были широкие спины охранников, которые тут же расступились, и показались два человека, привязанные за руки и подвешенные к потолку. Стоило мне увидеть их лица, как я тут же остолбенела и не сразу поверила своим глазам.

– Нет! – воскликнула я. – Этого не может быть. – Я замотала головой из стороны в сторону. – Таир, это неправда!

Глава 23

Оксана

Я стояла практически парализованная, не веря своим глазам.

– Оксана! – раздался голос девушки, которая приподняла голову и посмотрела на меня. А у меня в глазах слезы начали скапливаться. Как бы хотелось, чтобы это был обычный сон, но это была правда.

Передо мною висели Валя и ее муж. Их не так просто было узнать. Одежда вся испачканная, местами порванная. Муж Вали был избит, а на ее лице виднелось несколько небольших ссадин. По щекам размазана тушь.

– Валя. – Я хотела сделать шаг в ее сторону, но Салахов остановил меня, удерживая за руку.

– Таир. – Я посмотрела на его непроницаемое лицо. – Отпусти ее. Что ты делаешь?

– Нет. Я наказываю тех, кто причинил тебе боль.

– Оксана, пожалуйста! – взмолилась подруга.

Всю боль, которую она сейчас испытывала, я почему-то испытывала на себе. Мне уже стало все равно, что она спала с моим мужем и предала меня. Это все уже стало неважно.

– Расскажи ей! – раздался звонкий грубый голос Таира, и Валя снова разрыдалась.

– Оксан, это я сделала. Это все я. Я всего лишь хотела напугать тебя и не думала, что так получится.

– За что? – не сдержалась и у самой слезы из глаз пошли.

– За то, что ты у меня Кирилла увела. Я думала, что после всего он тебя бросит, а он захотел начать все заново. Он бросил меня и своего ребенка ради тебя. Вот я и разозлилась.

– Какого ребенка?

– Я беременна от него. У нас будет малыш!

От ее слов меня пронзила ужасная боль. Беременна! Я столько раз мечтала о том, что у меня будут дети от мужа и мы будем счастливой семьей. А детей он завел на стороне с чужой женщиной.

– Что нам с ними делать, Таир Намикович? – охранник перебил Валю, а он перевел свой взгляд на меня.

– Оксана. – От этого строгого голоса я вздрогнула. – Тебе решать их судьбу.

– Я хочу, чтобы ты отпустил их.

– Нет!

– А что ты предлагаешь? Убить их? Переехать машиной?

– Я не могу их отпустить. Они чуть не убили тебя.

– Но не убили же!

– Оксана, если не решишь ты, то решу я.

– Ты не имеешь права отбирать у них жизни. Таир! Зло всегда возвращается злом. Не делай им плохо. Ради меня, пожалуйста!

– Я не делаю зла, Оксана. Я просто живу, как и все люди на этой планете. Но виновные должны быть наказаны!

– Значит, вся твоя жизнь – зло, как и ты сам.

И больше не говоря ни слова, я вырвала из его ладони свою ладонь и пошла на выход. Мой быстрый шаг практически срывался на бег. Мне немедленно нужно на свежий воздух, а иначе я задохнусь.

Выбежала на улицу и сразу не сообразила, куда мне идти. Остановилась на секунду, осматриваясь, а потом быстрым шагом пошла за здание, куда падал свет старенького уличного фонаря. Глаза отыскали скамейку, которая была вся засыпана снегом, и, отряхнув ее, я упала на нее и откинулась на спинку. Подняла лицо к темному небу, которое было все усыпано мелкими звездами. Плакать уже не хотелось. Было безумно обидно, что вокруг меня скопилось столько зла и людей-предателей. А что, если Таир прав и каждый должен заслужить наказание? Если так, то чем я тогда стану лучше их?

Хруст снега раздался где-то сбоку, и я обернулась. Ко мне не спеша шел Таир.

– Что ты с ними сделал?

– Ничего. Ахмед отвезет их в полицию, а там уж позаботятся, чтобы они ответили по полной.

– Спасибо. – От этой новости словно гора с плеч спала.

– Поужинаем?

– Да, – согласилась я, и встав, мы пошли с Таиром в автомобиль.

Я была безумно ему благодарна за то, что не стал вершить самосуд, а отдал Валю и ее мужа полиции. Вернувшись в город, мы поехали в тот же ресторанчик, в котором ужинали первый раз, и где я познакомилась с отцом и братом Таира. И, как всегда, время, проведенное с этим мужчиной, стало самым лучшим. С ним я забывалась. Даже забыла то, что случилось несколько часов назад.

После ужина Таир отвез меня домой и не забыл проводить. Я уже открыла дверь квартиры и хотела шагнуть внутрь, как он заговорил.

– Что, и даже не поцелуешь на прощание? – и опять его ухмылочка. Таир так странно смотрелся в моем обшарпанном подъезде, что даже смешно стало. Ему бы пошел дворец, а не серые стены старой многоэтажки.

Я сделала шаг к нему навстречу и, приподнявшись на носочках, коснулась его губ. Но Таиру этого стало мало. Он обхватил меня за талию и, прижимая к себе, впился жадным, головокружительным поцелуем. Все, как он любил.

– Вот так вот нужно, – прошептал он, отрываясь от меня. – А теперь иди в квартиру, пока я не набросился на тебя прямо тут, – и прежде чем мне уйти, он наградил меня смачным шлепком по попе.

***

Каждый раз при виде Оксаны мой мозг превращается в фарш. Эта девчонка делает из меня овоща. Никто на такое не способен. Только она. Я вышел из подъезда и встретился с Ахмедом, который шел в мою сторону.

– Таир, мы нашли его.

– Хорошо. Едем.

Сев в автомобиль, я сказал своему водителю адрес, куда привезли моего пойманного братца Дмитрия, и с чувством облегчения упал на спинку сиденья, мысленно расслабляясь.

Вот, кажется, все и закончилось. Я нашел того, кто желал мне смерти и, наказав его, смогу спать спокойно. Наконец-то Оксану перевезу к себе. Хорошо будет, если она уволится с работы и будет всегда ждать меня дома, как это бывает в лучших семейных фильмах. И вообще у меня на эту женщину грандиозные планы. Главное – ее не забыть предупредить.

– Босс, что-то не то! – взволнованный голос водителя раздался в тишине салона.

– В смысле?

– У меня приборная панель как-то странно себя ведет и часы. – Я тут же отогнул свой рукав пальто и посмотрел на свой циферблат, который словно взбесился. Стрелки жили своей жизнью, и тиканье участилось. И тут до меня дошло, в чем проблема.

– Вылезай из машины! – кричу я своему водителю, а он в этот момент пытается тормозить. Я открываю на ходу дверцу и не успеваю выпрыгнуть наружу, как наша машина взрывается и летит в бетонную бордюрную стену.

Глава 24

Оксана

Я уже собралась идти на работу и практически готова была к тому, чтобы выйти из квартиры. Оставалось надеть только пальто и сапоги, как в квартире раздался звук дверного звонка. Я сначала думала, что мне показалось, но когда звон раздался снова, то прошла к двери и посмотрела в дверной глазок. Там стоял Роман.

– Рома? – я быстро открыла дверь и распахнула ее перед ним. Его лицо было взволнованным и бледным. – Что-то случилось? – продолжила я, когда затянулась пауза.

– Можно войти? – спросил он, и я впустила его внутрь квартиры.

Не знаю почему, но с каждой секундой я все больше начинала чувствовать беспокойство. Сердце стучало так громко, что закладывало уши.

– Ты на работу? – поинтересовался мужчина, но по его виду было видно, что он хотел сказать что-то другое. Я не ответила на его вопрос, а задала свой.

– Ром, что случилось?

– Таир в реанимации. Несколько часов назад ему закончили делать операцию. Если проживет эти сутки, то процент на то, что он дальше будет жить, возрастет. Но это не точно, – последние слова он проговорил практически чуть слышно.

До меня вся суть сказанных его слов дошла только через пару секунд, а потом начался ад. Я словно попала в какую-то прострацию. Опустив руки по швам, я молча прошла в комнату и села на диван. Взгляд упал на стену. Все мысли и эмоции на время исчезли, и появился вакуум, который образовался внутри меня. Где-то позади что-то говорил Рома, но я не могла воспринимать его слова. Я только думала о том, что Таир может умереть в любую секунду. И даже стало не важно, что с ним случилось. Факт того, что с ним сейчас волновал больше. Вот только вчера мы ужинали вместе. Он поймал и наказал обидчиков. Говорил, что мы скоро опять будем вместе, что он меня заберет себе. А сейчас я узнаю, что он умирает.

– Оксан? – руки коснулось что-то теплое и осторожный голос Ромы вывел меня из прострации. Я посмотрела на него, но его силуэт размазывался передо мной.

– Как это случилось? – хриплым голосом произнесла я.

– Взрывчатка, – только и сказал Рома.

– Опять, – на выдохе произнесла я. Нет, этот мужчина не умрет своей смертью. Сколько уже можно умирать? – Я хочу к нему! – подняла глаза на Рому.

– Он в реанимации, тебя не пустят.

– Мне все равно. Я хочу быть с ним сейчас. – Как хотелось, чтобы он услышал мой голос и очнулся, но такое чудо бывает только в сказках.

– Я могу отвезти тебя в больницу, но тебя не впустят. Всю больницу окружили его люди, как и палату.

– Отвези меня.

Рома кивнул, и я, быстро накинув на себя верхнюю одежду, вышла из квартиры.

Подъехав к больнице, где лежал Таир, я увидела то, чему не сразу поверили мои глаза. Столько охраны я еще не видела. Они были повсюду. Около больницы было припарковано десятки автомобилей с мужчинами в черной одежде. Они ходили парами по периметру больницы.

Выйдя из машины, я пошла за Романом. По дороге встретила несколько знакомых лиц, которые мне кивнули. Я уже раньше видела этих мужчин, они ездили с Таиром. Это были его люди. На входе нас с Ромой тщательно осмотрели и, надев халат, я проследовала к отделению реанимации, где возле ее дверей я встретилась с тремя мужчинами, которые стояли как столбы, со сложенными руками, и смотрели куда-то перед собой, никого не замечая. Одного из мужчин я знала, это был Ахмед. Увидев меня, он направился в мою сторону.

– Оксана Георгиевна, вам не стоило сюда приезжать.

– Ахмед, я сама могу решить, что мне стоит делать, а что нет. – Он молча кивнул и перевел взгляд на Романа. Ахмеду Рома не нравился. Он смотрел на него с долей презрения и ненависти. Оставалось только гадать, чем сын мэра не угодил помощнику Салахова.

– Я оставлю вас. Оксан, если понадоблюсь, мой кабинет находится этажом ниже.

Рома ушел, а я все так же продолжала смотреть на недовольного Ахмеда в надежде, что он все-таки расскажет мне, что произошло.

– Ахмед, я хочу его видеть. – Мои слова были больше похожи на мольбу, чем на просьбу.

– Нет, – однозначно ответил он мне. – К нему никого не впускают.

– Хорошо. Тогда расскажи, как это случилось. Хоть это ты сделать можешь? – он кивнул и указал взглядом на пустой холл, где стояла лавочка, над которой возвышалась пальма.

Я присела на лавочку. Ахмед сел рядом и сложил ладони на коленях.

– После вас мы должны были ехать в одном место. Таир хотел поговорить с братом, которого нашли.

– С Дмитрием? – мужчина кивнул на мой вопрос.

– Но не доехали. Машина Таира взорвалась и загорелась. Взрывчатка была заложена в стороне переднего колеса. Водитель умер на месте, а Таира спасло только то, что он вовремя среагировал и попытался выскочить из машины. Но не успел.

– А что с Дмитрием?

– Пока Таир не очнется, он будет жить.

– А потом? – Ахмед молчал. – Ахмед, что будет потом?

– Скорее всего, это последние его часы на земле. Нельзя предателей оставлять в живых, Оксана Георгиевна.

– Он не предавал его. – И тут я вспомнила о флэшке, которую Дима отдал мне в туалете торгового центра. Я до сих пор верила, что он не причастен ко всему, что происходит с Таиром, но была уверена в том, что он мог знать, кто все это делает.

– Ахмед, помнишь, вы узнали, что в тот день в торговом центре я встречалась с Дмитрием? – мужчина кивнул. – Так вот, он не просто так нашел меня, он кое-что отдал. Таир об этом не знает, но я думаю, что это может нам помочь узнать правду.

– Что это?

Я быстро открыла сумочку и начала в ней рыться, коря себя за то, что раньше не посмотрела эту чертову флешку и не отдала Таиру. Возможно всего, что случилось вчера, можно было бы избежать.

– Вот. Димитрий сказал, чтобы я отдала это Таиру, если с Димой что-то случится. Но я думаю, что мы сейчас должны это посмотреть.

Ахмед кому-то позвонил, и минут через десять мы уже сидели вдвоем в каком-то кабинете перед ноутбуком. Я вставила флэшку в разъем, и на экране появилось окно с файлами. С одним-единственным видео и папкой под названием «Доки». Первым мы решили просмотреть видео. Оно загрузилось, и на экране ноутбука показалось лицо Дмитрия. В его глазах бушевал страх, и парень нервничал, записывая это видео.

«Таир, знаю, я должен был все рассказать тебе до всех трагедий, но не мог этого сделать, потому что берег себя. Ощущение страха за свою жизнь было выше правды, которую ты сейчас узнаешь. А если ты смотришь это видео, значит, я уже мертв. Как страшно произносить эти слова, но с каждым днем я начинаю с этим мириться. Я всегда считал тебя своим братом, хотя ты думаешь иначе. Мы не виноваты, в какой семье рождаемся и не виноваты, кто наши родители. Нам с тобой с отцом не повезло (Дмитрий усмехнулся и провел ладонью по уставшему лицу). Не так давно у отца возникли огромные проблемы в бизнесе, и он погряз в долгах. Кредиторы ему отказали, как и друзья. Никто не захотел занять ему ту сумму, которую он просрал. Отец не хотел лишаться хорошей жизни, к которой привык, как брат с моей матерью. Но отец нашел выход, как быстро найти нужную сумму и даже больше, чтобы решить все свои проблемы. Ты уже, наверное, догадался. Да, он решил убить тебя и присвоить твой бизнес и деньги себе как единственный родственник. Только он просчитался. О том, что все это сделал отец, я узнал слишком поздно. Наш отец, моя мать и брат были заодно. Они не сказали мне, потому что знали, что я буду против. А то, что ты видел меня на парковке… Я хотел поговорить с тобой и все рассказать, потому что устал от всего этого. Но после того, как отец узнал, что я решил ему все испортить, сказал мне, что убьет меня, если еще раз узнает, что я что-то делаю во вред ему. А я не послушал его и делал. Он объявил на меня охоту. И теперь не знаю точно, кто первый из вас лишит меня жизни. Я хочу, чтобы ты наказал их. И еще ненужный совет брата (Дима улыбнулся на камеру). Держись этой девчонки, она твой лучик к нормальной жизни. Она словно ластик, который сотрет твои чернила и вернет лучи солнца в твою жизнь. Мне жаль, что мы так и не стали братьями».

Видео уже закончилось, а я все еще смотрела на потухший экран ноутбука, но грубый голос Ахмеда оживил меня.

– А это что за документы?

Он щелкнул кнопкой мыши, папка открылась и показалось множество листов. Мужчина прошелся быстро по ним взглядом, вчитываясь.

– Это доказательство правдивости его слов, – будто говоря сам с собой, сказал Ахмед.

– Нам нужно, чтобы Дмитрий остаться жив, – проговорила я, и мужчина кивнул.

– Я позвоню и скажу, чтобы охрану усилили.

Но не успел он набрать номер телефона, кому собрался звонить, как на его мобильнике раздался звонок, и он взял трубку. Ахмед говорил быстро и на неизвестном мне языке. Он ругался. И был возмущен, а с возмущеньем росла и злость в его глазах. Он сбросил звонок и обернулся ко мне.

– Мы опоздали, кто-то пристрелил Дмитрия. – Я ахнула, зажимая рот ладонью.

– Как? Кто? – дрожащим голосом задавала я вопросы.

– Я не знаю, кто это сделал, но с точной уверенностью могу сказать, кто отдавал приказы. И вас, Оксана Георгиевна, нужно спрятать, пока я не сделаю то, что нужно.

Глава 25

Оксана

Я отказалась уходить из больницы. Сама не могу понять, зачем я здесь осталась, но мне хотелось быть ближе к Таиру, пусть я его и не увижу. Хотелось первой узнать, что с ним, если появятся какие-то изменения. Я сидела в коридоре, смотря в одну точку, пропуская мимо себя медицинский персонал, который уже криво смотрел, а мне было все равно. Так странно ощущать то чувство, когда твой мир начинает крутиться вокруг одного человека. И ты понимаешь, что если его не станет, то, возможно, не станет и тебя. Потому что ты так эмоционально к нему привязался и не видишь другой жизни без него.

В голове постоянно крутятся мысли: «А что, если?» А что, если бы он вчера остался у меня? А что, если я бы поехала с ним, как он хотел? И этих вопросов много, но ответ на них я так и не узнаю.

– Оксана Георгиевна, вам нужно домой. – Ахмед уже в сотый раз говорит мне одно и то же. После того, как я сказала, что никуда не поеду, он тоже решил остаться в больнице.

– Ахмед, я не хочу домой.

– Тогда водитель отвезет вас в квартиру господина Таира. Там безопаснее, и вы сможете отдохнуть.

А я даже не подумала о его квартире. А если он будет против, что я живу у него? Хотя это навряд ли. Там я смогу быть ближе к нему.

– Хорошо. – Я кивнула в ответ. – Но я поеду с одним условием – если будут какие-то изменения, то я должна знать первая.

– Хорошо.

После моего согласия мужчина с облегчением выдохнул и проводил меня к машине, чтобы отвезли в квартиру к Таиру.

Войдя внутрь, я долго стояла у порога. Прямо дежавю какое-то. Я вернулась. Хотелось пройти в гостиную и увидеть на прежнем месте Таира, сидящего в кресле возле окна и смотревшего на камин. Но его там не было. В квартире витал его запах одеколона. Вдохнув поглубже, я вошла внутрь и сразу же пошла в ванную комнату. Столько всего, что напоминало мне о тех днях, когда я жила здесь. И ведь эта квартира, которая в первые дни для меня казалась клеткой, стала самой родной.

Приняв душ, я достала из гардероба белоснежную футболку и надела на голое тело. Аромат, исходящий от ткани, шлейфом тянулся за мной. Приготовив себе ужин, я немного поела и пошла спать.

Встав рано утром, я связалась с директором школы, сказав, что заболела и пока не могу посещать уроки. Он был недоволен этой новостью. А я не могла ходить на работу. Не стала дожидаться новостей от Ахмеда о состоянии Таира и сама поехала в больницу.

Вот уже целую неделю я живу в его квартире. Езжу каждый день, как на работу, в больницу, и просто сижу около отделения реанимации, точно сторожевая собака. Ахмед первые дни возмущался, что я могу подвергнуть себя опасности, так часто выходя из дома, но когда понял, что спорить со мной бесполезно, он замолчал.

Вот и сегодня с утра я приехала в больницу и как только подошла к дверям реанимации, то встретилась с лечащим врачом Таира.

– Доброе утро, Оксана Георгиевна, – поздоровался мужчина, и мило мне улыбнулся.

– Здравствуйте.

– Вы вовремя. Таир Намикович очнулся, и я могу дать вам с ним увидеться.

От этой прекрасной новости у меня стакан с кофе из рук чуть не выпал.

– Но прежде чем пойдете к нему, я хочу вас предупредить, что картинка там не из лучших. И не задавайте ему вопросов. Таир сейчас говорить не может, если только кивать вам будет.

– Конечно, доктор, я буду молчать. Только бы увидеть его.

Я прошла в палату за доктором. Таир лежал на больничной койке, весь перебинтованный с ног до головы, единственное, что можно было рассмотреть, это его открытые глаза, губы и пальцы. От этой картины я замерла на месте. Страшно было двигаться, а глаза наполнились слезами.

– Вы можете к нему подойти, – шепнул мне доктор на ухо и отошел к двери, давая мне проход.

Я несколько секунд постояла, а затем сделала несколько шагов и оказалась стоящей перед кроватью. Наши взгляды с Таиром встретились. Его карие глаза при виде меня стали чернеть. Что он сейчас чувствует? Не злится ли за то, что я пришла к нему?

Я опустила свою ладонь и дотронулась до прохладных пальцев мужчины, и его ладонь чуть дрогнула. Он прикрыл свои веки.

– Таир, – чуть слышно проговорила я. Что мне ему сказать? И нужно ли вообще что-то говорить?

После моих слов он так и не открыл глаза, только когда я хотела уже уходить, пошевелил пальцами, касаясь моих. Хотелось выть в голос, но я сдерживала свои эмоции и слезы. Ему и так сейчас плохо, без моих истерик.

– Доктор, – я догнала мужчину уже в коридоре. Он обернулся ко мне. – А когда с него снимут бинты и он сможет говорить?

– Ну, дорогая моя. У него была сложнейшая операция, и навряд ли он сможет ходить. Пока что прогнозировать я ничего не буду. То, что он очнулся, это уже победа.

– Спасибо.

Глава 26

Четыре месяца спустя

Оксана

Эти четыре месяца были самыми тяжелыми в моей жизни. После того, как Таир очнулся, я каждый день ходила к нему в больницу. Он потихоньку приходил в себя и с каждым днем превращался в прежнего Таира Салахова. Это происшествие ничего в нем не изменило. Он остался прежним.

– Привет. – Я вошла в палату. – Ну что, ты готов ехать домой?

Мы вчера поругались и, идя в больницу, я не знала, примет ли меня Таир. А поругались мы сильно. Он был против, что я постоянно к нему прихожу и сижу часами. Я видела, как он отдаляется от меня. Да, ему трудно сейчас, а в будущем будет еще сложнее. Таир сейчас не может ходить. Из-за травмы позвоночника у него не работают ноги, а вот руки и голова пришли в прежнее состояние, и он постоянно работал.

– Да, – сказал он, не здороваясь. Настроение у него сегодня куда лучше, чем было вчера. – Но тебе необязательно было приходить, я бы сам справился.

Иногда складывалось такое ощущение, что я с ребенком общаюсь. Пропустив мимо ушей его слова, я стиснула кулаки, чтобы не сорваться и не наорать на него. Он же просто невыносим! Скорее я собаку научу говорить, чем Салахов научится нормально с людьми общаться.

– Я пойду тогда до врача дойду, выписку заберу.

Он мотнул головой, дав понять, что услышал меня, и снова уставился в свой ноутбук, из-за которого не вылезает целыми сутками.

Поговорив с врачом, я взяла выписку и все рекомендации. Каждый день к Таиру будут приходить реабилитологи и работать с ним. Еще есть надежда, что он все-таки будет ходить. Главное не опускать руки. Я пыталась с ним заговорить по поводу темы ходьбы, но он вежливо меня посылает, говоря, что это не мои заботы. Только вот он не понимает то, что он стал моей жизнью еще тогда, когда в первый же день забрал меня у мужа.

Когда я вышла на улицу, машина Таира уже удалялась от здания больницы. Стало безумно обидно, что он так со мной поступает. В минуты срывов так и хочется плюнуть на него и уйти, но я всю его злость списываю на отсутствие работы ног. Ему тяжело, но и мне не легче.

– Оксана Георгиевна, прошу. – Ко мне подъехал один из водителей Салахова и открыл передо мной дверь.

– Спасибо, – произнесла я и села в машину.

Всю дорогу до квартиры Таира я пыталась не разреветься. Сердце щемило от боли и обиды. А когда я приехала, то нашла Таира в его кабинете с бокалом рома в руке. Я промолчала и положила ему на стол бумаги, которые мне передал доктор.

Пока Салахов находился в больнице, в его квартире сделали ремонт. Спальню и кабинет перенесли на первый этаж, чтобы он мог самостоятельно передвигаться на инвалидном кресле.

Целый день я занималась уборкой и готовкой еды. Врач выписал рекомендации по питанию, которые мы должны были соблюдать, в том числе было и отсутствие алкоголя. Но когда я вечером зашла в кабинет Таира, то застала его со стаканом в руке.

– И как долго ты будешь сидеть здесь? Ты же знаешь, что тебе нельзя сейчас алкоголь. Зачем тогда пьешь? – мои сказанные слова были ему побоку.

Иногда я себя чувствовала надоедливой жужжащей мухой, которую только и хотят прихлопнуть. Таир не обратил на мое присутствие своего внимания. Он только продолжил пялиться в бумаги, лежащие на столе.

– Сколько потребуется, столько и буду.

– Я приготовила ужин. Пойдем поедим?

– Оксана, – выдохнул он с тяжестью и все-таки перевел взгляд на меня. – Я не голоден. А еще я здесь подумал и решил, что тебе лучше выйти на работу.

– Таир, я нужна тебе здесь, сейчас. Тебе нужен уход, и я никуда не уйду.

– Для ухода есть профессионалы. И если уж пошел этот разговор, то я тебе вот что скажу. Мне никто не нужен! Как ты еще этого не поймешь?! Я устал уже от твоей жалости. Возвращайся домой, Оксана. – Последние слова он произнес с дикой ненавистью.

– Опять? – Я не смогла уже сдерживаться и закричала на него. – Ты опять меня гонишь? Тебе не надоело отгонять от себя тех, кто любит тебя, Таир?

Он хмыкнул и его губы разошлись в чуть заметной улыбке.

– У меня нет таких людей.

– Нет? – Она стояла напротив него, сжимая кулаки, а на глазах уже стали появляться слезы. – А я? А как же я, Таир? – последние слова вырвались со всхлипом.

– Оксана, я хочу, чтобы ты нашла нормального мужчину. Или тебе нравятся калеки?

Салахову было безумно трудно говорить эти слова, а еще труднее отгонять эту девушку, которая стала его миром. Она была единственная, кого не волновал его кошелек и связи. Оксана принимала его со всем багажом, наполненным дерьмом, который был у него.

– А ты не хочешь спросить, чего хочу я? М-м-м? Нет? А я отвечу. Мне нужен ты. – Она стерла ладонью слезу, которая сбежала по щеке. – И я верю, что ты будешь ходить. Врач сказал, что надежда есть.

– А если нет, что тогда? Ты, и правда, останешься с таким, как я? – Его черные пронзительные глаза прошлись по хрупкому девичьему тельцу.

–Да, останусь! Но не сейчас. Сейчас ты меня обидел, и я хочу побыть одна. Надумаешь извиниться за свои слова, ты знаешь, где меня искать.

Она, развернувшись, вышла из его кабинета, а Таир так и остался сидеть в своем кресле.

Отказавшись от водителя, Оксана вызвала такси и поехала домой. В своей квартире она не была больше недели. Все месяцы, что Таир лежал в больнице, она жила у него. Своя квартира стала для нее уже чужой.

Приготовив горячую ванну, она погрузилась в нее и попыталась расслабиться, но противные мысли и слова, произнесенные несколько часов назад Таиром, вызывали в ней беспокойство.

Она уже стала задумываться о том, что может и правда ему не нужна? Прошло то время, когда он ее желал, и теперь стоит им разойтись? Но как она тогда будет жить без него? В последнее время их отношения испортились настолько, что пора бы уже разойтись, но их что-то держало вместе, не давая сделать шаг в сторону.

Изначально их встреча не была похожа на сказку. Два противостояния, которые слились воедино. Совсем недавно Оксана призналась себе в том, что так давно уже отгоняла. Она полюбила этого непростого мужчину. Полюбила со всеми его недостатками. Но нужна ли она ему так же, как он ей?

Глава 27

Таир

Она ушла, и мир словно опустел. Обидел ее и самому погано на душе стало. А она ведь была единственная, из-за кого я боролся и буду бороться до конца, даже если не признаюсь ей в этом.

Раньше я всегда говорил, что люди слабы, когда у них есть те, за кого они могли бы отдать свою жизнь. Но я был слеп, а теперь понял точно – если у тебя есть любимые, то ты самый счастливый человек на свете, потому что есть причина жить и бороться до конца.

Долго думая о своем будущем, я уяснил одно: ты сделаешь ради любимого человека все, чтобы он был счастлив. А рядом с такой калекой, как я, Оксана не будет счастлива. Рано или поздно она захочет детей, нормальную семью, а я не смогу дать ей все это. Я не смогу удовлетворить ее в постели, не смогу гулять с ней за руку в парке и не смогу со своими детьми играть, бегать. Я не хочу, чтобы она потом винила себя за то, что осталась со мной.

Как там говорят: «Если любишь, отпусти?» Так вот, я отпускаю ее. Пусть она будет счастлива без меня. В первое время ей будет безумно больно, но она справится. Она сильная девушка.

***

После того как я ушла от Таира, то думала он перебесится и на следующий день позвонит или пришлет за мной водителя, чтобы я к нему вернулась. Но я ошиблась. Он так обо мне и не вспомнил. Прошла уже неделя, а Таир не появился.

Все эти дни я маялась без него. Самое худшее наказание, когда Салахова нет рядом. Чтобы как-то отвлечься, я пару раз сходила на ужин с Ромой, но от этого легче не стало.

С каждым днем я только все больше и больше разочаровывалась в себе. И наконец-то дошла до того, что не смогла больше ждать, когда он сам объявится и, собравшись, поехала в квартиру к Салахову.

Как назло, сегодня целый день лил дождь. Словно погода чувствовала мое настроение. Расплатившись с таксистом, я вышла из машины и быстрыми перебежками направилась в сторону подъезда. Зонт я, конечно же, забыла дома и вспомнила о нем, только когда уже спустилась к машине.

У Таира был собственный лифт, который вез только до его апартаментов. И, подойдя ближе к лифту, я столкнулась с охранником.

– Девушка, вы куда? – он встал передо мной, словно статуя.

– К Таиру. – Этого мужчину я видела впервые. Всегда обычно дежурили одни и те же. Хотя чему я удивляюсь. У Салахова этих охранников как собак нерезаных.

– Я должен сообщать.

– Так сообщайте. – Мне уже не терпелось скорее увидеть Таира, я безумно соскучилась по его хмурому выражению лица.

Отойдя от лифта, я наблюдала, как мужчина набрал номер на своем телефоне и с кем-то связался. Долго слушал, что ему скажут, и активно кивал, будто тот, кто ему говорит, видит его. А потом он сбросил звонок, убрал телефон во внутренний карман пиджака и посмотрел на меня.

– Ну? – мое терпение уже было на исходе.

– Таир Намикович сказал, чтобы я вас не пускал. И передал, что в ближайшее время соберут ваши вещи и привезут вам.

– Что?! – я не верила своим ушам. От слов мужчины мое тело застыло на месте, будто меня ушатом огрели. – Что он сказал?

– Таир Намикович сказал, чтобы я вас не пускал. Так что прошу покинуть территорию.

– Нет, этого не может быть! Скажете, что к нему пришла… – Он перебил меня.

– Оксана Георгиевна, я знаю, кто вы. И тем более нас сейчас видит Таир Намикович. – Мужчина показал рукой на камеру, висевшую в углу холла. Я перевела на нее свой взгляд.

Это что значит, что все, что ли? Он так решил бросить меня? Первые чувства, которые выросли во мне, это была злость и обида. Как он мог так поступить после всех слов, которые говорил мне? Или все его слова – это пустой звук?

– Спасибо, – чуть слышно проговорила я.

– Водитель вас отвезет.

– Не стоит.

Я молча развернулась и вышла на улицу, попадая под проливной дождь. Опустив руки, я шла по лужам, с неба лил дождь, словно из ведра, превращая меня в мокрую кошку. Я рыдала в голос от боли, причиненной мне любимым человеком. Предательство моего мужа – это ничто по сравнению с уходом Таира. Да что тут говорить, я окончательно раздавлена! А может это и к лучшему? Хотя для кого лучше? Для него?

Я шла, не зная, куда. Ноги сами меня вели. Я не замечала никого вокруг. Словно весь мир испарился по щелчку пальцев. Я уже вся вымокла до нитки и от холода мое тело стало содрогаться в ознобе. Сделав еще пару шагов, меня кто-то резко остановил.

– Оксана? Что ты тут делаешь? – знакомый мужской голос вывел меня из прострации.

– Гуляю.

– Под дождем? – Я пожала плечами. – Пошли.

– Куда?

– Ко мне. Я здесь недалеко живу. Чаем тебя напою. У тебя случилось что-то?

– Нет, Ром, все хорошо.

Мужчина взял меня к себе под зонт и повел. От дома Таира я прошла пешком несколько улиц. Когда зашла в квартиру к Роману и почувствовала тепло, только тогда я поняла, как ужасно замерзла.

– Иди в ванную под горячий душ. Полотенце и теплый халат найдешь в ящике, а я пока нам на стол накрою.

Я, стуча зубами, молча кивнула и ушла в направлении ванной комнаты. Под горячим душем я полностью согрелась. И, выйдя, я накинула на себя теплый махровый халат, который пах Романом.

С Таиром я совсем забыла о существовании других мужчин. Думала, что он стал единственным, но как оказывается, единственный тоже может исчезнуть.

– Ну как? – Роман хлопотал на кухне в фартуке, накрывая нам на стол.

– Я согрелась. Спасибо.

– Не хочешь рассказать мне, почему ты гуляла под дождем? Только не говори, что мозги нужно было проветрить.

– Нет. Я шла от Таира, а зонтик дома забыла. – Не хотела рассказывать Роме, как Салахов обошелся со мной. Вообще сейчас не хотелось о нем говорить.

– Ты же вроде с водителем всегда была.

– Там очень длинная история. Так что потом как-нибудь.

– Ну хорошо. Присаживайся, давай ужинать. Вино будешь?

– Да. – Это то, что мне сейчас необходимо.

Вечер в компании Ромы прошел настолько великолепно и так расслабил меня, позволяя забыть всю сегодняшнюю трагедию, что я засиделась практически до полуночи.

– Мне уже нужно идти, времени много.

– Одежда еще не высохла. Ты можешь остаться у меня, Оксан.

Мы сидели рядом на диване перед телевизором. Я развернулась всем телом к Роману и посмотрела в его красивые голубые глаза.

– Нет, мне нужно домой. – На самом деле я не хотела никуда уходить. Знаю, что одной мне будет только хуже, а в компании и за разговорами мне в голову не лезут разрушающие мысли.

– Как скажешь, – произнес он и резко наклонился ко мне, касаясь моих губ своими губами. Я не отпрянула. На секунду только замерла, а потом поддалась ему навстречу.

Одним рывком Рома усадил меня на себя, и наш поцелуй усилился. Мы целовались совсем недолго, до тех пор, пока он не уложил меня на спину, и мы не занялись бурным сексом. В тот момент я не чувствовала вины перед Таиром только из-за того, что была безумно на него зла, и знала одно: если он прогнал меня, то больше не вернется. А я нашла поддержку и утешение в руках другого мужчины.

Глава 28

Оксана

На утро я проснулась одна в постели Ромы. Это все-таки был не сон. Единственное, что я чувствовала, это было смущение от прошедшей ночи, но и оно быстро прошло. Развернувшись к соседней половине кровати, я нашла записку, адресованную мне.

«Доброе утро. Ночь была просто потрясающая. Не стал тебя будить. Я ушел на работу. Завтрак на столе. Запасные ключи от квартиры найдешь в комоде, в прихожей. Буду безумно рад, если ты останешься у меня до моего прихода».

Я не стала его ждать, а только приняв душ, позавтракала и поехала к себе в квартиру. Мне нужно было решить проблемы с работой. Ведь я теперь не в роли няньки, и нужно привыкать жить самостоятельно. Ведь я так и не смогла этому научиться, когда ушла от мужа.

Только хлопоты и решение насущных проблем не давали мне много думать, и поэтому я целый день не вспоминала о Таире. К своей квартире я уже подошла ближе к вечеру и на пороге встретилась с Ахмедом.

– Оксана Георгиевна, добрый вечер.

– Ахмед? – Я сильно занервничала. Подумала о том, что Таир решил извиниться и я сейчас поеду к нему. Но, как правило, мои мечты остаются только мечтами.

– Таир Намикович просил вам передать ваши вещи. – Только сейчас я заметила, что у моей двери стоит большая черная сумка.

– Вещи, значит? – вырвался смешок. – Это все?

– Да.

– Хорошо. Спасибо, что привез.

Я подошла к двери, всунула ключ в замок и прокрутила его, открывая дверь. Но прежде чем зайти внутрь квартиры, я обернулась.

– Ахмед, – Остановила я его, когда он уже стал заходить в лифт. Мужчина притормозил и посмотрел на меня. – Как Таир?

– Он хорошо. Полностью ушел в работу.

И больше не говоря ни слова, он шагнул в лифт и уехал. А я зашла в квартиру, бросила у порога сумку, заперла дверь и, прислонившись к ней спиной, сползла к полу и заревела так громко, что практически задохнулась от слез.

Больно. Мне было безумно больно на душе, что меня так быстро забыли. Кем я была для него? Обычной игрушкой, которой пользуются и выбрасывают? Ведь если любишь, то нельзя выбрасывать человека. Ведь со своей любовью нужно быть осторожным, а иначе она просто может исчезнуть. Но любил ли он меня, как я люблю его?

За своими рыданиями и мыслями я не заметила, как прошло добрых полтора часа. И когда слезы полностью иссякли, я с трудом поднялась на ноги и пошла в ванную. Мне срочно нужен был холодный душ. А после я пришла на кухню и достала из закромов бутылочку белого вина и откупорила ее. Но стоило мне поднести фужер к губам, как в квартире раздалась трель дверного звонка. Я подошла к двери и, не посмотрев кто пришел, открыла.

– У тебя праздник? – на пороге стоял улыбчивый Рома с букетом цветов.

– Типа того. Проходи. – Я открыла дверь шире, впуская его внутрь квартиры.

– Это тебе. – Протянул мне букет.

– Огромное спасибо. Вино будешь?

– Да.

– Проходи в комнату. Цветы в вазу поставлю и приду к тебе.

Глава 29

Таир

– Есть новости, Ахмед?

– Да.

Мужчина положил на стол перед Таиром газету, где на первой полосе была фотография его семьи в черно-белом цвете. Отец, мачеха, старший сын и надпись: «Вчера ночью родной отец миллионера Таира Салахова погиб в автокатастрофе. В автомобиле с ним находились его жена и старший сын. К сожалению, никто не выжил. Как утверждают эксперты, водитель не справился с управлением. Приносим свои искренние соболезнования Таиру Намиковичу…»

– Прекрасно, – улыбнулся Таир. – Вот все и закончилось. – Он отпил из бокала ром и откинулся спиной в своем кресле.

– Таир Намикович, я бы вам не советовал пить. Завтра приезжает доктор из Германии.

– Ахмед, я сам буду решать, что мне делать, а что нет, – оскалился он на подчиненного.

– Таир! – Ахмед чуть повысил голос. – Мы выросли с тобой под одной крышей. Нас воспитывала твоя мать. Я видел, как ты поднимаешься с колен и уходишь от смерти. А что сейчас? Неужели ты все загубишь из-за того, что не можешь ходить? Ты же понимаешь, что есть еще надежда. Так почему не борешься?

– О какой надежде ты говоришь, Ахмед? Ты не знаешь, что такое, когда ты не можешь ходить. Да я жопу нормально вытирать не могу, а ты мне тут говоришь про надежду. Я устал бороться. Хватит. Пусть все идет так, как идет.

– Я с вами не согласен.

– А я не спрашиваю твоего согласия.

– Если честно, я в вас разочарован. Вы же знаете, что не только для меня, но и для многих вы пример. Но сейчас я не узнаю вас. И то, как вы поступили с Оксаной Георгиевной. Она же любит вас, как и вы ее. Зачем вы это сделали, раз так страдаете каждый день?

– Потому что она должна быть счастлива, а я не смогу ее такой сделать.

– А вы уверены, что она без вас будет счастлива? – И не дожидаясь ответа, Ахмед вышел из кабинета.

От правды, которую ему хотел донести Ахмед, Таир разозлился. Только вот кто во всем виноват? Может, он погорячился, прогоняя ее от себя? Но уже ничего не вернешь. Его любовь к этой солнечной девчонке с большими глазами умрет вместе с ним.

Глава 30

Год спустя

Я стояла перед зеркалом и рассматривала свое свадебное платье. Оно было просто великолепно. Спереди короткое, а сзади был длинный шлейф, украшенный цветами. Идеальная свадьба, о которой я мечтала, когда первый раз выходила замуж. А ведь еще год назад я была полностью уверена, что больше никогда не выйду замуж. Но у судьбы свои правила игры.

– Ты прекрасна! – Раздался в дверях голос моего будущего мужа.

– Ты что творишь? Тебе нельзя меня видеть! Закрой глаза! – засмеялась. Я не верила во все эти приметы, ведь все зависит только от нас самих.

– Я хочу поцеловать свою будущую жену. – Рома подошел чуть ближе и прикоснулся аккуратно своими губами к моим губам. – Оксан, нас уже машина ждет, поехали быстрее в ЗАГС. Жду не дождусь, когда ты станешь моей женой.

Я так волновалась, что когда ставила свою роспись, руки тряслись как у алкоголика, но я была счастлива. За прошедший год многое произошло. В тот день, когда я после ссоры ушла от Таира, это был наш последний раз, когда мы виделись. Я еще несколько раз пыталась с ним связаться, приходила домой, но меня отсылали обратно. А потом я просто плюнула на все и стала пытаться жить заново, собирая себя по кусочкам.

Я полностью уверена, что Рома сможет меня сделать счастливой. Пусть у меня нет к нему таких сильных чувств, как были и остаются к Таиру, но я буду стараться быть ему хорошей женой. А Роминой любви хватит на нас двоих.

Есть еще одна новость, которую мы узнали совсем недавно. Моему мужу предложили должность заведующего травматологическим отделением в одной из лучших частных клиник в Штатах. И мы через месяц уезжаем из России. Уезжаем от прошлой жизни и будем начинать новую. Только я и он. Я не сомневаюсь, что в первое время будет безумно сложно, но мы справимся.

– Горько, горько, горько! – Уже в сотый раз кричали гости, а мои губы безумно болели от поцелуев.

– Уважаемые дамы и господа! Роман и Оксана! Хочу пригласить одного гостя, которому так не терпится поздравить наших молодоженов. – И тут в гостиную входит Ахмед с огромным букетом роз, и за ним шагает еще один мужчина. Мое сердце остановилось. Я год не видела Ахмеда. Уже приготовилась к тому, что сейчас покажется Таир, но его не было.

Ахмед подошел к нашему столу.

– Вы простите, что я без приглашения, но Таир Намикович не мог не поздравить своих друзей с таким днем. Примите от него эти скромные подарки. Он передает вам свои искренние поздравления.

Меня всю затрясло. Еле сдержала слезы. Зачем он это сделал? Зачем напомнил о себе?

Ахмед протянул мне букет цветов и какой-то сверток, пожал руку Роме и тоже что-то передал в пакете. А затем извинился перед гостями, еще раз нас поздравил и ушел.

***

– Уважаемые дамы и господа! С вами говорит командир корабля Миронов Александр. От имени всего экипажа и авиакомпании Американ Эрлайнс приветствую вас на борту самолета. Наш рейс выполняется по маршруту Россия – Соединенные Штаты Америки. Время в пути составит десять часов двадцать минут. Желаю вам приятного полета.

Вот и все! Совсем скоро начнется новая жизнь. Я сидела и смотрела в иллюминатор, как самолет набирает скорость и отрывается от земли. В руках я держала сверток, который подарил Таир. Я так его и не открыла. Не могла заставить себя посмотреть, что там. И решила, что сделаю это в самолете. Я содрала аккуратно обертку и увидела внутри книгу. Ту самую, которую я так и не дочитала. Это был тот самый роман «Джейн Эйр».

– Что это? – спросил Рома.

– Подарок от Таира мне на свадьбу.

– Книга?

– Ага.

Рома отвернулся и стал читать договора в ноутбуке, а я открыла книгу и начала листать ее. И где-то в самой середине я нашла ту самую фотографию, которая служила мне закладкой. Только вот она уже не была пуста, на обратной стороне фотографии была надпись:

«Ведь и на солнце есть пятна!»

Надпись была сделана его рукой. Он подарил мне книгу с фотографией, где были изображены его мать, отец и он. Он подарил, зная, что я ее сохраню как память о том, кто заставил меня полюбить и разбил сердце на мелкие осколки.