# Сто лет после нас

Виталий Константинович Дробков

Возможное течение событий в регионе Российской Сибири в ближайшем будущем. Будущее не оказывается светлым, как мы все всегда ожидаем, оно требует усилий и жертв! Будущее наших детей и внуков, при наличии множества объективных факторов с корнями в нашем с вами настоящем – вот тема повести.

СТО ЛЕТ ПОСЛЕ НАС…

или

ВОЗМОЖНАЯ ИСТОРИЯ


ОГЛАВЛЕНИЕ:

Часть 1. Начало пути.

Война.

Первый бой.

Плен.

Новая конструкция Мира.

Уроки истории.

Обретение корней.

Анатомия Мира.

Путь воина.

Обретение цели.

Пролог ко второй части.

Часть 2. Кураторы – третья сила.

Главный успех Гитлера.

Рассказ очевидца.

Гнездо подо льдами

Куратор.

Возвращение.

Снова в строй.

Бой у Карлова ручья.

Капитанские погоны.

Часть 3. Мир четвёртой категории.

Последняя встреча.

Краб и Крыса.

Счастливой Дороги!

Горький приз.

Обретение контакта.

Удивительный отпуск.

«Контакт Третьего рода»

И будущее назовёт нам цену…


ЧАСТЬ 1. НАЧАЛО ПУТИ.


Глава 1. ВОЙНА


Вот и завертелось… и совсем не в ту сторону, как Ион ожидал.

* * *

Ион не был одним из клонов, которых обильно плодили Репродуктивные фабрики для различных нужд Федерации. С ними намного проще, ведь они – изделия и никаких обязательств перед ними никто не нёс. Он был настоящим и потому помнил всё, или почти всё из своего прошлого. И своё детство в ДиСэДах – «Дворцах Счастливых Детей», где «Государственные Воспитатели», на слэнге – «госвосы», выращивали новых сознательных граждан Федерации. Он даже помнил свою маму, и это казалось куском из чьей-то чужой жизни – так давно это было. Он помнил, как его забирали от мамы: она плачет и он плачет, она старается руками удержать его и возражает кому-то… но те её не слушают и грубой силой забирают его!

Помнил он и юность в «МэЛах» – «Молодёжных Лагерях», где им разъяснялось, что такое добро, и что есть зло! Здесь им предоставлялось Право выбирать – кем быть и как служить Великой Федерации. Помнил он и день, когда пришло его время ступить на путь служения Федерации… а его в тот день, даже не спросив, отправили вместе с другими выпускниками МэЛа на далёкие мятежные территории «для восстановления Закона и приведения к Порядку одичавших племён ублюдков» – так называли обитателей этих территорий все каналы Эпрафы – Экрана Правды Федерации…

Экраны Правды (Эпрафа) – это главный канал снабжения информацией в Земной Федерации. Экран знал всё, обо всём и всегда! Все значимые события на планете сперва появлялись на Экранах Правды, где им давались экспертные оценки, подбирались слова и метафоры, а уж затем их могли процитировать все местные региональные каналы. Всё остальное время местные каналы круглосуточно транслировали рил-шоу для зрителей всех трёх возрастных групп. Это были цирковые представления и состязания жестоких бойцов-гладиаторов, а чаще Экраны регионов были заняты трансляцией различных конкурсов певцов, танцоров, фокусников: юных и старых, знаменитых и никому не известных либо сходящих со сцены… Это было так захватывающе и привлекательно, что оторваться часто оказывалось просто невозможным!

Так вот, насчёт ублюдков…

Как он помнил из курса истории, эти племена появились в 20-21 веке, когда все люди Земли поделились на тех, кто остался в русле цивилизации, а, значит, принял «Законы Либерализма, Демократии и Толерантности» – ЛДТ, и на всех остальных – «ублюдков», как их называли с Экрана Вожди и Государственные Воспитатели. И они, эти самые ублюдки, почему-то, никак не желали принимать святые и нерушимые истины «Толерантности и Терпимости», правила всеобщего Порядка и безусловного подчинения Закону! Почему они не приняли эти законы – никто не объяснял, а Экраны Правды выкладывали уже готовые истины.

Они были бесспорны, те истины, и оттого безоговорочно принимались всем цивилизованным обществом. Кто же решиться оспорить:

– Закон и его исполнение – священная обязанность для всех!

– Мировое Правительство – самое мирное, гуманное и справедливое правительство в истории планеты!

– каждый житель планеты своим существованием обязан Великой Федерации и его жизнь полностью принадлежит ей!

Что тут неясного? Всё предельно ясно! Простые, казалось бы, истины, но те, кого Воспитатели называли ублюдками, не хотели истины принимать! Они выбрали преступный путь неподчинения Всеобщему Порядку, и это был путь исполнения старых правил, из древних бумажных книг, в устаревших «Сводах Законов»! Тех «Законов», что во все прошедшие века приводили к бесконечным и жестоким войнам на планете! Те Законы позволяли спорные ситуации трактовать то так, то эдак, а это всегда зависело от толкователя! И значит, тут же появлялись разночтения, выгодные то тем, то этим, которые искажали и смысл, и суть любой ситуации! И опять возникали новые поводы для следующей войны…

«Но Великий Ягва не забыл о нас! – так говорили с Экранов Правды, когда хотели подчеркнуть важность сообщаемого события, и продолжали:

– В 18 веке появились на Земле новые люди – светлые и чистые! Их было вначале всего несколько мальчиков, родившихся в лучших домах избранных Великим Ягвой. Те благословенные семьи были жестоко притесняемы окружающими их дикими злобными народами! Притесняемы всего лишь за желание «избранных» всячески помогать бедным и страждущим: своими деньгами и советами, своим стремлением принести тем диким народам свет негасимых истин и спасти от беспросветной темноты и дикости их детей!

Великий Ягва помог им и дал Силу: они объединились и победили Зло!

А все гнусные национальные правительства, вечно притеснявшие своих соплеменников и несчастные пришлые народы – все пали и растворились в песках времён!

И пришли новые времена – времена Истины и Порядка!

И Волей Богоизбранных Семейств возникло Великое Мировое Правительство – ВМП, самое Великое и самое Справедливое правительство планеты Земля!

ВМП издало новые прогрессивные Законы и Правила – такие, которые невозможно ни оспорить, ни отменить – так они были универсальны и хороши!»

Невозможно оспорить или нарушить – это так! Так ведь, каждый из живущих на планете, понимал, что означает слово – изъятие. А именно так говорилось о будущем всех, кто станет нарушать новые священные Законы и Правила! И конечно, никто не желал быть «изъятым» из общества…

Хотя нет, вначале были такие, но их всех изъяли! И память о них растворилась в песках времён – примерно через год после изъятия…

– Сурово – скажет кто-то.

– Сурово – подтвердит тут любой, и добавит – но справедливо!

И как не подтвердить, ведь промолчавший уже вечером того же дня, окажется в кабинете Дознавателей Правды, и будет потом до последней своей минуты терзаться в догадках: кто же донёс?!

Вот так и сформировался Справедливый Мир планеты Земля. И теперь его следовало защитить от злобных и диких ублюдков, не желавших жить по Закону и Кодексу Великой Федерации.

* * *

В самом начале кампании, когда выпускники МэЛа летели к месту службы в составе 20 маршевого батальона, у всех было одно общее представление: восставшие ублюдки – это такие недочеловеки, с тупыми мозгами, отравленными древесным спиртом и галлюциногенными грибами, которые они постоянно употребляют в своих тёмных сырых лесах и грязных избах. Ведь именно так всегда рассказывали с Экранов Правды те, кто побывал в тех лесах и избах. Они все очень похоже говорили:

– это бывшие люди! Они забыли, что когда-то были людьми, теперь это существа, потерявшие страх перед Законом и уважение к ВМП, а оттого утратившие все права называться гордым именем – «Человек разумный»!


Вчерашние курсанты, прибывшие с Ионом верили сказанному, не зная сомнений, и все они понимали свою задачу просто: приведение к покорности грязных ублюдков с их семьями, либо их полное уничтожение!

Только дальше всё как-то странно изменилось…


2. ПЕРВЫЙ БОЙ


В первой боевой операции, когда они приняли выданные сержантами «капсулы Марса», а затем и встретились с врагом, оказалось, что этот враг ничем особенным не отличался от них самих. И ростом – такие же, и головы у них, кажется, не меньше, да и лица – вполне человеческие. Правда, одеты они были намного хуже, чем войска Федерации. Да и оружие у них было словно из прошлых веков. Поэтому верно, в результате первого столкновения их осталось на поле боя много больше, чем солдат правительственных войск.

Но что поразило всех солдат-федералов – никто из ублюдков не просил пощады!.. Не просил, и всё! Обычно они умирали, молча глядя в глаза своим убийцам, кто со страхом, а кто с ненавистью! Но были такие, кто улыбался… только улыбка эта была страшна! Многим соратникам Иона было непонятно: как это возможно – улыбаться на пороге смерти, если тебя терзают боль и ужас наступающей смерти?!

После того, первого боя, вечером, всем солдатам федерации, на столы были выставлены дорогие вина и шикарная еда – еда достойная героев! Многие из них впервые в жизни пробовали настоящие мясные бифштексы – они и названия такого ранее никогда не слыхали! А такой напиток, как вино, никто из них просто не знал – в системе воспитания такие продукты не были предусмотрены…

* * *

Великая Федерация, хоть и богата всем наследием Земли, но «стратегия выживания» предложенная ВМП, опиралась на основополагающий акт:

– неравные блага общества – не равным её членам!

И это – сама справедливость! Не может же быть так, чтобы курсак-первогодок был равен мастеру и учителю, а Член ВМП – сборщику мусора или тому же курсаку?! Ведь так? Так! Кто же с этим станет спорить?..

Поэтому, все жители Федерации «первого уровня» это «производители»: участники процессов производства материальных товаров. Это и два нижних уровня руководителей производства всех товаров, это и курсаки МеЛов, и солдаты первых пяти лет службы… и многие-многие другие, чей труд был малоэффективен, а, значит – дёшев!

Все они содержались так, как и заслуживали жители первого уровня – получали в потребление только «еду 1 уровня». А это: комбинированные очень питательные смеси, в которых присутствовали необходимые для здоровья элементы и ингредиенты – так обо всей их еде говорилось с ЭП. Это и синтетические напитки с витаминами и микроэлементами, и многое другое, изобретённое и составленное лучшими учёными Федерации… оснований возражать, конечно, ни у кого никогда не появлялось!

И одежда у жителей первого уровня, тоже была не так хороша, как у сограждан второго или третьего уровня! В ассортименте и по качеству: всего несколько моделей и простые неброские цветовые гаммы. Жильё им предоставлялось самое простое: с небольшим Экраном и малым числом каналов. Оно было без душевой кабины – только с умывальником над унитазом, и, конечно же, без «порта прямого канала пневмодоставки» товаров… В общем, всё было продумано до мелочей и всё это прекрасно стимулировало к росту каждого члена свободного общества!

* * *

Да-а, пир тот был великолепен! Все они теперь – соратники! Вчерашние курсаки МэЛа могли теперь себя таковыми называть – бой они выдержали с честью, никто из них не побежал, и никто не щадил врага!

Правда, сержанты, выпив свою порцию вина, вдруг развязали языки и со смехом стали вспоминать эпизоды первого боя: кто, чего и как делал! При этом, закатываясь смехом, они сообщили, что основа общего их героизма – это те самые пилюли, что они раздавали перед боем. Мол, без них, всех вчерашних курсаков, пришлось бы собирать по окрестным лесам ещё две недели – говорили они и хохотали! Но соратники этому не поверили…

Поэтому, перед вторым боем, уже через несколько дней, кое-кто из тех «неповеривших», взять-то таблетку – взял, но отложил её приём, спрятав в карман обмундирования. То же сделал и Ион…

* * *

В этот раз косморазведка донесла, что в одном из поселений ублюдков, замечены скопления боевой силы, а это лучшая новость для настоящих воинов! Ведь чем больше будет уничтожено солдат врага, тем быстрее грянет Победа – таковы правила, которым их учили в МэЛах! И они отправились на своих коптерах, в указанный район, где враг собирал силы. Отправились, чтобы убить их всех!

Ион сидел, зажатый плечами вчерашних курсаков, в вибрирующем, продуваемом холодным воздухом, коптере и ему было как-то не по себе. Он стал задумываться в последнее время: почему следует их убивать – тех, кто не хочет жить так, как живут все подданные Федерации? Где здесь вина?

Или вот ещё: кому они мешают, эти лесные люди, пусть бы себе и жили в своих лесах? Хотя про них с ЭП всегда говорили, что все они злобные и агрессивные, что они ненавидят всех пришлых, не слушают никаких советов и живут так, как им нравится! Ну и что? – задавался он вопросом. Они могут жить так, как хотят, могут не любить тех, кто им навязывает свои порядки и всех, кто пытается их подчинить! Всё вроде выходило ровно – могут! Где же он не прав?..

Однако, у него хватало ума никому не задавать этих вопросов – какие-то укромные уголки памяти иногда показывали ему и такие картинки, где всё было совсем не так! Здесь, в этих уголках, хранилось такое, расскажи он о нём, никто не похвалил бы его. Всплывали какие-то стены, забрызганные приторно пахнущей кровью, кто-то пронзительно кричал, слышны были звуки ударов, выстрелы и вспоминалась боль, пронзающая его! Боль от железных рук, схвативших его маленькое тело поперёк туловища, сжавших-смявших его, и куда-то несущих… Что это были за воспоминания – он не знал! Как и не мог понять, каким образом он иногда угадывает, что скажет или сделает в следующий момент тот или иной из окружающих его курсаков и преподов МэЛа. Это у него получалось, но он это скрывал. Потому что знал: как только он расскажет о своём умении, в его жизни всё изменится и, скорее всего – в худшую сторону…

Не всегда он предчувствовал явственно и чётко, но сегодня перед вылетом, что-то накатило на него: сильное беспокойство, чувство тревоги, страха и чёткое нежелание ехать со всеми… однако, солдат – это солдат! Хочу-нехочу здесь нет, и приказ солдату – закон для него!

* * *

Не долетели они туда, куда направлялись! Удар-взрыв, огонь и темнота… ощущение одиночества и пустоты, сквозь которое в сознание проник серый свет, пробивающийся с трудом сквозь полуоткрытый левый глаз и зыбкое марево качающегося мира …

А вокруг него оказался совсем другой мир! Мир, не имеющий никакого отношения к тому, в котором он только что был! Он был переполнен чёрным дымом и противным запахом горелого мяса! Ион начал приходить в себя и вместе с этим, стал ощущать то, чего раньше не знал – острую, просто непереносимую боль в ногах, в груди, во всем своём истерзанном теле… Это было, как погружение в кипяток… он закричал и тут же потерял сознание…

* * *

Опять очнулся… какое-то время лежал, прислушиваясь к себе, пытаясь понять меру понесённого ущерба – всё болело! Тогда он попытался раскрыть глаза, чтобы осмотреться – и это у него не вполне получилось: один левый глаз чуть приоткрывался, а правый как будто бы слипся. Пришла мысль: надо протереть глаз и убрать то, что мешает его открыть. Он поднял руки к лицу, стараясь рассмотреть пальцы, но скрюченные, липкие от крови и грязи кисти рук не слушались его. По болевым импульсам Ион попытался определить, где и какие повреждения получил, выходило: ничего целого и не осталось!

Но самое плохое было то, что вокруг была тишина… а это могло означать только одно: их коптер сбили, все, кто летел в нём погибли, а остальные улетели. Может быть, они сейчас уже ведут бой, а звуков боя не слышно из-за дальности расстояний. Или бой уже закончился и кто-то из соратников спешит к нему на помощь… сколько же таких предположений можно придумать? Как и где найти костыль-поддержку совсем угасающей надежде и после ждать?..

– А может и не стоит ждать помощи? Она не придёт – подумалось ему, и эта мысль застала его врасплох…

– Как не придёт? Как они могут бросить своих, терпящих бедствие соратников? Как это возможно? А он? Он – молодой, никого не обидевший и ничего преступного не совершивший – почему он должен умирать здесь, в этих ужасающих снегах, в этих страшных непролазных лесах?!

Ему показалось, что кто-то схватил его железной, знакомой уже рукой, за горло и стиснул-сдавил с невероятной силой!! Паника – понял он, нужно успокоиться, ведь только спокойствие и разумные действия спасут его… и он вновь уплыл в то пространство, где не было боли…

* * *

…Сколько так лежал, он не знал, но следующее, что ощутил, это было прикосновение! Прикосновение к руке, а затем и к лицу.

Приоткрыв глаз, Ион обнаружил, что его обнюхивает какой-то зверь!

Их когда-то водили в зоопарк, показывали зверей, проживавших там, в вольерах, и рассказывали им о прошлом Земли. О том, что много-много лет назад, когда людей на планете было меньше и на Земле водились ещё дикие, свободно передвигавшиеся звери! Разные! И они делились на тех, кто ел растительность и тех, кто убивал и ел всех этих – поедавших растения…

Уже тогда Ион поразился изначальной свирепости и беспощадности мира: каждый ел каждого, кто меньше и слабее! Немного подумав над этим, он иначе сформулировал открытый им главный принцип:

– в этом мире каждый ел каждого – кого мог съесть!

И сейчас, он вдруг понял, что здесь, в диком заснеженном лесу ещё оставались те трупоеды из тёмных веков, и один из них перед ним. А значит, жизнь его подошла к концу… ведь он не может даже защитить себя – на это нет ни сил, ни желания жить – слишком велики, раздавившие его усталость и боль!

Но тут где-то раздался голос. Человеческий голос! Который, вероятно, что-то приказал животному, и страшный зверь слегка отступил. А за ним Ион увидел человека, одетого в незнакомые одежды, сделанные, будто из шкур зверей – Ион видел таких в книгах по истории Древнего Мира. И у этого, как и у тех, были длинные волосы на голове и угрюмое, заросшее шерстью лицо.

Человек хмуро смотрел на Иона и, видимо решал, что делать с ним…

К Иону сразу и остро пришло осознание: кто он в глазах этого дикаря? Он – захватчик и смертельный враг! Ион вспомнил всё, что слышал о диких племенах, об их злобе и жестокости, вспомнил он и как сами они убивали врага в своём первом и единственном бою. И надежда в нём умерла… но страха не было. Осталось любопытство: как это будет? Как его убьют?

Внезапно вспомнилось ему, как улыбались перед своей смертью их враги, и он отчётливо понял: вот так и следует ему умереть! Глядя прямо в глаза своему убийце и улыбаясь!

Ион собрал все силы и, преодолевая боль и странную, наваливающуюся на него усталость, раздвинул в последней улыбке разбитые губы…

Это было так трудно… так трудно… что он соскользнул с тонкой грани реальности в тишину бесчувствия и мрак зазеркалья…


ПЛЕН.


Сколько он лежал без сознания, что с ним было – ничего этого память не сохранила. А очнулся он в тёмном помещении, где было тепло, тихо и лежать было мягко и удивительно приятно, чего Ион не мог себе раньше даже и представить. Спальные места в казармах были оборудованы из соображения экономичности и целесообразности: на лежаках тонкие пластиковые маты, в головах – такие же пластиковые цилиндры, обернутые серо-зелёной тканью, и накрывались курсаки перед сном тонкими накидками, вставленными в чехлы из той же армейской ткани.

По первым ощущениям, здесь всё было иным. И пахло здесь чем-то совершенно ему незнакомым. Скорее, это была смесь различных запахов, природу которых он установить не смог – не с чем было сравнивать.

Определившись с первыми впечатлениями о своём месте пребывания, Ион решил провести ревизию: что у него осталось и в каком состоянии. Он стал двигать сначала пальцами рук и ног. Болели пальцы рук, и он понял, что кисти рук забинтованы, а стопы ног – нет. Тогда он попробовал сгибать и разгибать руки: правая сгибалась свободно, не болела, а вот левая, вероятно, была повреждена и закреплена, будто в шине – так закрепляют при переломе, вспомнилось из курса «жизнеобеспечения». Зато его ноги были почти что в порядке, кроме колена левой ноги, которое заболело сразу, как только Ион попытался им двинуть. Он даже охнул…

В тот же момент где-то рядом раздался негромкий звук, и в кромешной тьме появилось светлое пятно – кто-то приоткрыл дверь, а в руке вошедшего был какой-то странный предмет, освещавший пространство колеблющимся светом. Человек этот был с белыми длинными волосами, которые росли у него на голове и лице, спадая на грудь и плечи – такого Ион прежде не видал и оттого очень удивился.

Он напрягся, задвигался, пытаясь привстать, чтоб хоть как-то оказать знак почтения, поприветствовать этого человека, но маневр не удался… Вошедший приостановился в двери, наблюдая за стараниями Иона, и увидев, что его усилия ни к чему не привели, на плохом «интерне» – международном языке Федерации, предложил:

– сынок, не делай резких движений, не навреди себе. Я – твой врач, ко мне можешь обращаться со своими проблемами. Зови меня Дед…

После это вступления, он поставил освещающее устройство на некое подобие тумбочки, рядом с ложем, на котором лежал Ион, а сам присел на край постели и стал не спеша осматривать и ощупывать больного. При этом он что-то приговаривал на незнакомом языке, иногда причмокивал, иногда покачивал головой, и наконец, закончив осмотр, сообщил:

– Ничо, жить будешь! Может даже без последствий… это зависит от тебя. Но организм молодой, полагаю, обойдётся…

Ион, в котором волнение достигло верхней точки, схватил руку Деда и не зная, как благодарить за жизнь, подаренную ему, за заботу о себе, за сладкое слово «сынок», пробившее до самых глубин души, и за будущее, которое у него теперь могло бы и появиться, судорожно сжал её и тут же испугавшись, что причинил боль этому человеку, совершенно неожиданно для себя, поцеловал эту старую сморщенную руку!

Такого с ним не бывало! И от происшедшего, от боли и страха или от смущения и непонятных ему переживаний, неожиданно для себя, заплакал! Слёзы, конечно, были знакомы ему. Ведь жил он в мире, где Сила и Власть всегда желают сломать любого и готовы принудить его к нужному эталону поведения – это он хорошо запомнил из своего недавнего прошлого. Но там он сражался с теми, кто его хотел унизить и подчинить, там он был как воин в битве, и понимал, что будет означать для него сдача и проигрыш! Там он плакал по ночам, в своей постели под покрывалом, зная, что никто не уличит его. И он подозревал, что так делает не он один, а все курсаки… там это было вполне понятно, а здесь? Что случилось с ним, почему…

– Ничо-ничо… поплачь – пройдёт и быльём порастёт – хрипло сказал Дед и вышел…

Вскоре он вернулся, принёс еду на большой глиняной тарелке, и какое-то питьё в кувшине. Поставил всё это на «тумбочку» и добавил:

– вона в углу ведро, как понадобится. Табе ходить надо потихоньку – колено разрабатывать, а то заплывёт, потом всю жись хромать буш… а как сможешь ходить, ты стукни в дверь-то, я и приду, понял?.. – и он ушёл.

А у Иона появилось, впервые за всю его жизнь, личное время! Это было время, которое принадлежало ему всецело: никто не гнал его в класс или на полигон! Не вёл в общую столовую или спальный кубрик. Это были часы и минуты, когда он мог попытаться разобраться в своих мыслях и в том, что произошло с ним. Он мог, обдумав всё, определиться, как вести себя с теми, кто захватил его в плен…

– В плен – это неправильно! – тут же подумалось ему, – Правильно будет: быть с теми, кто подобрал его умирающего в снегу, среди мятого железа, в которое превратился коптер, догоравший вместе с окровавленными частями тел курсаков его роты… По сути, ему подарили жизнь, спасли его, солдата вражеской армии, которая напала на мирные поселения!

Но это никак не вписывалось в «мировой порядок», который подавался курсакам, как единственно возможный! Ведь в том мироустройстве врагами Федерации были кровожадные и злобные дикари, единственное желание которых – отнять имущество и жизнь у цивилизованных жителей Федерации!

Но всё оказалось не так – было о чём подумать…

Шло время, незанятое, оно рождало мысли, а мысли рождали новые вопросы, без ответа на которые картина Мира никак не выстраивалась… а Ион старался. Он ел и пил то, что приносил ему юноша, который не пожелал с ним разговаривать, а на вопросы, возможно не понимая, молча и холодно смотрел в глаза. Ион принимал снадобья, присылаемые стариком, занимался гимнастикой, насколько ему позволяло пространство каморки и физические его возможности, и с каждым днём всё явственнее ощущал, что раны его заживают, силы восстанавливаются… и наконец, дверь открылась, а на пороге он увидел Деда…

* * *

Ион каждый день ожидал его прихода, потому сразу поднялся навстречу, изо всех сил стараясь не показывать своей радости. А внутренне он ощущал какие-то особенные чувства к этому человеку, почти ровеснику пирамид – так ему казалось. И это были чувства незнакомые или сильно забытые в том далёком потерянном прошлом, о котором некие воспоминания теплились ещё где-то в коридорах памяти…

– Здравствуйте… доктор – произнёс он, слегка запнувшись, не зная, как иначе обратиться и стесняясь назвать вошедшего словом «Дед» – слишком фамильярным, казалось это ему, – думаю, что я уже здоров…

– Ну что же, здоров – это хорошо. Это хорошо всегда, а особенно, когда нет условий, чтобы долго хворать – сказал Дед. Он помолчал чуть, как бы подбирая слова, и продолжил:

– Собирай-ка свои вещи – поживёшь в другом месте пока…

И он вышел из каморки. А Ион засуетился, одеваясь в принесённую ему чужую одежду, затем сунул в карман ложку с кружкой, и оглядевшись, чтобы удостовериться, что ничего не забыл, вышел за дверь…

Первое его ощущение – это ярчайшее солнце и сияющий огнём снег! Настолько сияющий, что он не смог сдержать крик и согнулся пополам, прикрывая руками глаза, из которых обильно брызнули слёзы.

Ион услышал, как Дед бранит юношу, что присматривал за ним. За время пребывания здесь Ион стал кое-что понимать из их речи, правда, это была самая малость, но того было достаточно, чтобы понять, что Дед ранее поручил юноше соблюсти некую процедуру при выводе его из хижины, а тот ничего этого не исполнил и, как понял Ион – не исполнил умышленно.

– Что ж, – подумалось ему, – им не за что хорошо относиться ко мне! Его можно понять: чем слабее враг, тем лучше! Если глаза врага станут слепыми – такой враг станет неопасным рабом…

Подошёл Дед и, положив руку на плечо, сказал что-то успокаивающее, велел закрыть глаза и не открывать. Затем, крепко взяв за локоть, повёл. Глаза Иона болели так, будто в них попал песок или соль, и шёл он не опуская рук от лица. Через короткое время они с Дедом вошли в помещение, и только тогда Ион решился чуть приоткрыть глаза.

Это был дом, построенный из гладко обструганных брёвен, с полами из широких гладких досок и окнами почти такими, как и в городах Федерации. Дед пошёл вглубь дома и отворил лёгкую дверь внутрь комнаты с лежаком и небольшим столиком, на котором стоял старинный комп, в виде большой серебристой книги – такие Ион видел только в исторических фильмах, и никогда не встречал наяву. Вдоль одной из стен на дощатых стеллажах были расставлены старинные бумажные книги, о которых он тоже знал только из фильмов.

– Вот эта комната будет твоей в ближайшее время. Заходи, располагайся. Дом этот – моё жилище, мы с отцом его когда-то построили. Я тут всегда поблизости – обращайся. А сейчас давай-ка закусим, чем Бог послал…

И Дед жестом пригласил Иона вернуться назад, к здоровенному столу, стоящему на толстенных ногах посереди той комнаты, в которую они вошли в самом начале. Вокруг стола стояли табуреты, под стать столу: массивные из тёмного дерева, а вдоль стены нечто похожее на широкую скамью. Всё здесь было для Иона, как в сказке или фильме: странное, невиданное и оттого он постоянно вертел головой, осматриваясь и запоминая.

Дед это заметил и со смешком сказал:

– Смотри, башка с резьбы соскочит – назад не прикрутишь…

Две женщины, неизвестно откуда вдруг появившиеся, за минуту-две накрыли стол, заставив его круглыми невысокими блюдами, с какой-то незнакомой Иону едой, соблазнительный запах которой разлился и заполнил всё окружающее пространство…

Все сели за стол, и сложив кисти рук на край стола, повернули головы в сторону Деда и замерли. А Дед, явно выполняя какой-то неведомы Иону ритуал, не спеша поднялся, оглядел каждого из сидящих за столом и негромко произнёс:

– Благодарю тя, Отец наш, Господь Всемогущий! Благодарю за пищу, что даёшь нам! От себя благодарю и от кажной души нашего малого народа! И от всякой зелёной души, что безмолвно растёт пред глазами нашими – кланяюсь Тебе, Господь наш! Благодарны мы Тебе за кажный день, что дал Ты нам, за кажную минуту этой Жизни, в коей есть и Добро, и Любовь, и Мудрость! За кажный глоток воды и воздуха, дарованный Тобой, что дают нам счастье жить в Твоём Замысле! Жить и творить Добро и Жизнь – во славу Тебе, Господь наш! А жить мы пришли, чтоб творить Добро! Аминь…

И все повторили:

– Аминь…


4. НОВАЯ КОНСТРУКЦИЯ МИРА


После удивительного обеда, поразившего Иона вкусом пищи, а ещё больше речью, произнесённую Дедом, он пошёл вслед за ним в соседнее помещение, похожее на небольшую террасу. Одна сторона здесь была построена из застеклённых рам и смотрела на большие деревья с густой тёмно-зелёной хвоей и золотисто-розовыми стволами, а на другой стене террасы висели необыкновенные картины, притягивающие взгляд. Сквозь прозрачную стену солнце заливалось вовнутрь и хорошо прогревало воздух помещения, а небольшие форточки в стеклянной стене наполняли пространство прекрасными ароматами окружающего леса…

Дед сел в одно из двух стоящих рядом с небольшим столиком кресел и жестом предложил сделать то же своему спутнику. Сам он прикрыл глаза и замер, как будто о чём-то задумавшись. А Ион присел в кресло и, понимая, что у него нет права самому начинать разговор, затих, рассматривая лес.

И было на что смотреть: невиданной красоты лес из высокорослых мощных деревьев среди отсвечивающих синевой глубоких снегов, стоял словно стена. Ощущение мощи и покоя этого вечного леса как-то передалось в настроение, и оттого Ион, впервые с момента выхода из своей каморки, как-то успокоился и расслабился. Столько вопросов крутилось в его голове, и он начал выстраивать мысленно структуру и порядок изложения вопросов, когда ему будет это позволено, но…

– Как ты говоришь, тебя назвали родители? – неожиданно спросил Дед.

– Ион – ответил Ион.

– А из каких ты мест – снова спросил Дед.

– Я не знаю, был лет пяти, когда меня забрали из дому.

– Как звали родителей, – спросил Дед.

– Маму звали Марией, а отца я не помню – ответил Ион.

– Сколько те полных лет и вспомни всё, что сможешь, о своём детстве?

– Когда меня забирали, мама сильно плакала! Помню, горели соседние дома… помню, было лето… сейчас мне, вероятно – 21 или 22 года.

– Как звучит твоё родовое имя?

– Не знаю, но меня первое время называли «волчонком»… может – Вульф или Вольф?

– Какие подробности вспоминаешь о местах, где жил с мамой: река, горы, степь?..

– Река была. Тогда она казалась мне большой. Но я был маленький, и всё мне казалось большим. И горы были большие, я их видел вдали за лесом…

– А пометки какие на теле у тебя есть? Ну, шрамы или рисунки?

– Был один, но рисунок тот удалили мне в первый же год. Он был здесь, на внутренней стороне левой руки, рядом с локтем.

Ион поднял рукав и показал большой шрам почти на сгибе руки.

– Там была нарисована собака, – сказал он.

– Хорошо, – сказал Дед и задумался… потом встал и вышел.

Через некоторое время он вернулся, уселся в кресло и, внимательно посмотрев на собеседника, задал совсем уж странные вопросы:

– А скажи-ка мне Иона, что ты думаешь о нашем Мире? Как он устроен? Как он появился? И для чего всё это?

Ион не ожидал такого развития беседы и сначала смутился, так как никаких особых мыслей на эту тему в его голове никогда не появлялось, а то, что рассказывалось на уроках ему почему-то не казалось заслуживающим доверия. Но за неимением лучшего он сообщил, что узнал из тех уроков:

– Вселенная начала организовываться 15 миллиардов лет назад. Вначале был Большой Взрыв: из точки, в которой была сосредоточена вся материя Вселенной, во все стороны начали вылетать простейшие элементарные частицы…

– Стой-стой, не так резво! А то я не всё понимаю. Ишь ты, какой: погнал-поскакал! Вот ты говоришь: 15 миллиардов лет, большой взрыв… а как это понимать? Всё произошло само по себе? Небыло-небыло и вдруг, на табе – вылетело! Как детский сурприз! Из точки, из ничего! – такое количество материи и энергии, вся Вселенная! Это даже как-то глупо звучит! Тебе-то самому так не кажется? Ведь есть же Законы логики… да и физики…

– Нам так преподавали. То одно говорили, то другое. Один день говорят, что бога нет, и вселенная организовалась сама, а всем руководят законы физики и химии. А на следующий день рассказывают, что мир – это проект Великого Ягвы, и всё происходит под его контролем. Объясняли это так: наше общество – свободно и толерантно, и оттого счастливое. Здесь все имеют право на собственный взгляд на все явления и события. Поэтому в классах обучения излагали все точки зрения, существующие в науке. Как на самом деле было, никто не знает, ведь никого же ещё не было – как бы они об этом узнали? Мне вот кажется: что-то не так у тех, кто за физиков. Просто так, из пустоты, чтобы вдруг: раз и появился фонтан вещества! Мне вот непонятно это и выглядит, словно детская сказка про Джо, у которого прохудился мешок и оттуда высыпалось всё зерно! Но и про Ягва… тоже, вроде, как в сказке…

– Мне нравится ход твоих суждений! Это говорит о том, что мозги твои не испорчены и вполне работоспособны. А что вам конкретно рассказывали про Бога?

– Ну, разное. Одни преподы рассказывали, что Великий Ягва спустился на Землю в виде горящего дерева и дал самому лучшему народу, который он нашёл на Земле, истинные законы и свою поддержку. И народ этот понёс закон всем другим народам планеты. А другие преподы говорили, что это всё мифы наших тёмных предков! Предки не могли многого понять-объяснить, потому и придумали внешнюю силу – Великого Ягва, на которого возложили все непонятные логическому объяснению факты и события. У нас на курсе почти все думали, что Ягвы нет, что его придумали древние хитрецы, чтобы было легче управлять своими соплеменниками и покоряемыми народами. Да и кто его видел, этого Ягва? Горящий куст – не доказательство…

– Неплохо-неплохо. И вы, значит, всё объяснили своей наукой?

– Нам говорили, что наука может объяснить всё…

– А скажи мне, Иона, когда люди стали такими умными: всё объяснили и всё поняли – они взяли да и уволили с должности Бога, так что ли?

– Ну почему же, часть курсаков верит в Ягва. У нас же плюрализм и свобода: хочешь – верь, не хочешь – не верь. В Федерации никого не принуждают верить или не верить – личное дело каждого. Но при этом есть вещи, которые обязательны к исполнению, например, законы Федерации! Это строгие и твёрдые устои, в которые все должны верить и их следует строго соблюдать. А соблюдение этих законов гарантирует покой и стабильность общества. А это – главная цель Федерации.

– Я ж тебя не об этом спросил. Вопрос к тебе был такой: при очевидной неспособности науки с помощью законов физики-химии объяснить рождение Мира, какова лично твоя позиция в этом вопросе? Как считаешь ты, что стало причиной и источником энергии для Рождения этого Мира?

– Простите, но считаю… что я слишком мало знаю, чтобы мои догадки имели бы хоть какую-то ценность…

– Очень хороший ответ! Ты мне нравишься всё больше и больше. О Боге поговорим позже… а что ты, мой юный друг, думаешь о прогрессе общества и человечества?

– Учебники истории утверждают, что настоящий прогресс человеческого общества начался с момента осознания Главной истины, что планета Земля слишком мала, чтобы позволить роскошь существования множеству мелких национальных государств! Много государств на планете – это много чиновников, которые ничего не производят, а много потребляют, это нерациональное расходование ресурсов планеты на содержание армий и других силовых структур. В этом же есть и опасность частых военных конфликтов между странами, а при новых уровнях знаний, это превращается в опасность гибели для всей планеты! Для общей безопасности и была совершена «Революция сознания», сразу после Третьей Большой Войны…

– Что-что? Революция сознания? Может, ты говоришь о Поглощении? Это то, что случилось сразу после Большой войны – мы об этом говорим?

– Возможно. Только у нас те события названы «Революцией сознания». Революцией – потому что изменились все подходы общества к главным проблемам человечества. А сознания – потому что изменение подходов повлекло перестройку всех базовых оценок и оттого сменились ориентиры.

– Красиво говоришь! Очень красиво говоришь… но о делах мерзких! Хорошо вас там учили, всё в красивой упаковке, всё вверх ногами – чтобы непонятно было: что есть что, и кто есть кто! А ведь всё проще: олигархи тогда подмяли под себя Мир! И здесь весь ответ. Они всегда хотели этого! Это их вечная мечта: устроить всё так, чтобы стать неприкасаемыми, чтобы забрать всё, не отдавая ничего или, на худой конец, самый минимум!

И вот три главных принципа олигархов:

– Отобрать – если можешь!

– Обмануть – если не можешь отобрать!

– Украсть – если не можешь отобрать или обмануть!

Олигархи – это нечисть, акулы! Да что я говорю, акулы обидятся, если узнают, с кем я их сравнил! У этих гадов совершенно извращенное сознание и морали нет, как таковой!! Это совсем другой вид хищника, может даже, инопланетный! Самый враждебный всем нам, жителям Земли…

Всё это мерзкое отродье, как класс зародилось лет триста назад. Тогда они только становились на ноги, только-только нарабатывали методы и способы врастания во власть, чтоб её себе подчинить! Но уже тогда, ради своих прибылей, считали они, что кровь дешевле воды! И затевали войны большие и малые только с одной целью – получить прибыль!!! Больше прибыли! Или изменить ситуацию политическую и стратегическую, чтобы приблизиться к власти, к овладению ресурсами и к безнаказанности! Все Мировые войны – это их заслуга! Их усилиями были созданы все условия для тех страшенных мясорубок! Но этого вам, в ваших школах, конечно, не говорили?! Да и кто бы вам сказал, когда вся ваша «федерация» – это ИХ главный проект! И это всего лишь хорошо организованный скотный двор, где всё извращено и искажено до блевотины!

Пока Дед говорил, голос его менялся, и к концу речи в нём явственно зазвучал металл. Он и сам изменился почти до неузнаваемости: это был уже не тот древний старик! Это был муж и свирепый воин! Плечи его стали шире, позвоночник выпрямился, в глазах горел огонь. Ион смотрел на него во все глаза, поражаясь происходящим переменам…

Но тут, как бы спохватившись, Дед остановился и замолчал в раздумье, затем поднялся и направился к выходу. Перед дверью он приостановился, чуть повернулся в сторону Иона и произнёс:

– Ты тут пока посиди и подумай, о чём мы говорили, а я схожу кой-чего принесу… – и вышел…

* * *

Состоявшийся разговор был настолько необычаен для Иона, он задевал такое количество важнейших основ жизни, что ему не хватило бы и недели, чтобы качественно переварить сказанное. Он погрузился снова в те темы, вспоминал фразы, пытаясь обработать их в том звучании, в каком они были сказаны. Ему казалось, что даже артикуляция в этих фразах имела значение.

Примерно через полчаса вернулся Дед. Он принёс с собой бумажные листки с текстом, а на носу у него были старинные очки, какие Ион видел только в старых фильмах. Сев на прежнее место и устроившись поудобнее, Дед обратился к Иону:

– Вот, я принёс текст одного малоизвестного писателя из прошлого века. Жил он в наших краях, в глуши, потому о нём почти никто и не узнал. Да и я знаю о нём только потому, что он мой дальний-дальний родственник. Имя его Виталий, а вот текст, и он – весьма примечательный. Послушай-ка, как он говорит на тему о Боге, что мы с тобой затронули. Текст сложный и потому, Ион, вслушивайся и думай…

И он неспешно начал читать тихим голосом:

– «Обыкновенному уму непостижимо, а зачастую даже и мучительно подумать о вещах, лежащих круга вне тем ординарных – плоских и обычных! Привык он в плоскости привычного лежать! Ему вольготно там, не надо спину гнуть иль выпрямлять и напрягаться, тужась каждый раз при том! В той плоскости, в глазах своих, он кажется себе УТЁСОМ! – в масштабах местного ландшафта. Рисуется себе значИмым, важным и солидным, хотя со стороны скорей на бугорок похож! Иль, может быть, на тень от бугорка! Но и ему, приходят времена, случается искать ответ иль видеть письмена, прочтя которые он должен дать себе отчёт на ряд поставленных пред ним вопросов!

Вот, например, такой вопрос: что Истина – Создание Мира иль произвольное рождение Вселенной?

И сей вопрос, конечно же, не прост, но дать себе ответ он должен непременно! Он должен сделать это – чтоб избежать дальнейших трудностей и бед, и сохранить… хотя бы – свой авторитет…

Как тут не посочувствовать несчастному? Ведь бедному ему, придётся запредельно напрягаться, чтоб аргументы отыскать, способные всё это примирить, найти такие доводы смирения протеста, взрывающего заурядное сознание, которое пытаются взломать иль грубо изнасиловать, упорно заставляя признавать невероятное:

– возникновение гигантского количества материи из Н-И-Ч-Е-Г-О!!!

Из безграничной пустоты! Возможно ли такое?

Казалось бы, никак! Из пустоты, из ничего и вдруг безумное количество первоосновы мира – Материи! Энергии! Движения!

Не всякий! Нет, не всякий ум способен проглотить всё это, и не сойти с ума! Тут тафтология, конечно же, но как изящно сложена она?

Однако заверяю, друг мой, Вас – тут есть один коварнейший нюанс! Нюанс – и есть сама отгадка: и суть нюанса в том, что Бог – Един!! Един – хоть и из нескольких начал:

Сознание, Энергия и Дух – вот триединство Бога и Созидателя ВСЕГО.

Сознание – чтоб Мысль РОЖДАТЬ!

Энергия нужна, чтоб Мысль ту – ВОПЛОЩАТЬ.

Надеюсь, спорить не о чем, пока? Так вот, теперь – Энергия.

В реальности ОНА и есть – первооснова Мира!

Рассмотрим эту аксиому…

В условиях вполне определённых, которые теоретически известны даже вам, случаются большие перемены при изменении известной всем константы взаимодействия зарядов внутри и глубине материи! К примеру, с одной стотридцатьседьмой и до всего лишь – до одной восьмидесятой – и ВСЁ!!!

И тут немедленно произошла б аннигиляция накопленной всей массы! Тогда бы вся материя – вся полностью и без малейшего остатка, мгновенно перешла б в энергию свечения – во взрыв!!!

Так почему ж, не в состоянии представить ты, что наш Творец способен создавать условия такие, в которых Его великая Энергия-Любовь охотно может превращаться в материю простейшую – в первооснову мира?..»

* * *

… Некоторое время Дед молчал, обдумывая что-то, о чём хотел бы ещё сказать, а может быть, он наслаждался моментом. Однако ничего так и не добавив, встал и бросив короткое «Пока», ушёл…

А Ион, слушавший Деда замерев, боясь пропустить хотя бы слово, ещё какое-то время сидел неподвижно, стараясь, если не понять, то хотя бы запомнить те слова. Вскоре за ним пришёл юноша и в его сопровождении Ион вернулся в свою комнату. Он, конечно, не всё понял – слишком уж много нового для него прозвучало тут, но он запомнил и намерен был разобраться…


5. УРОКИ ИСТОРИИ


В эту ночь было о чём подумать: вдруг приоткрылся огромный новый пласт в устройстве этого, как оказалось, совершенно неизвестного ему мира. И это сделало тот прежний знакомый мир, каким-то серым и плоским, как старинный бесцветный шарж. Появление неведомого прежде континента новых знаний, скрытых причин и следствий, новых понятий и факторов – ломало всё, что знал об этой жизни вчерашний курсак Ион.

Утром, его покормили, как обычно: каша из какой-то белой крупы, хлеб, цветом как шоколад, молоко и сахар. Это было безумно вкусно, он хорошо помнил свою прошлую еду – массу, комбинированную невесть из чего, всегда обозначаемую одним словом «пища».

В новой комнате, куда его переселили, он нашёл небольшую тетрадь и ручку. Ион сначала не очень понимал – зачем они ему, для какой цели, а вот теперь до него дошло: тетрадь – способ разобраться в себе и своих мыслях! Это путь осознания новой реальности, фрагменты которой с каждым днём будут расти и развиваться в его сознании. Для того он и стал записывать свои мысли и впечатления. Вот и сейчас он уселся поудобнее, чтобы попытаться описать те удивительные вещи, которые ему открылись вчера, и писал он несколько часов, чего ранее не бывало с ним никогда. Писал старательно, часто останавливался, путаясь в словах и значениях, зачеркивая и начиная вновь. Оказалось, что это очень непросто – записать свои мысли на бумагу.

Мысли-то были, но были они расплывчатыми, как облака: кажется, они есть и их можно наблюдать, но очень уж сложно описать. К середине дня он так устал, в борьбе со своим косноязычием, что даже как-то уже перестал понимать происходящее…

А вечером пришёл Дед. Он зашёл в комнату и сразу объявил:

– Готовься, идём на прогулку.

* * *

Был закат. Они шли по неширокой тропе между высокими, идеально прямыми стволами красавиц-сосен. Иону казалось, будто воздух светится оранжевым волшебным светом в косых лучах уходящего солнца. Накануне прошёл дождь, разбудивший ароматы леса, и он никак не мог надышаться дивным воздухом. Ему даже показалось, что лес – это храм, в котором Бог ждёт людей, чтобы открыть им глаза на этот Мир, сделать их добрее, научить их любить друг друга и жизнь.

Поглощённый новыми переживаниями, он вдруг подумал: какие глупцы – все мы! Одни тянут лямку, за похлёбку и возможность получать иногда пустяковые удовольствия, если командиры будут довольны им, другие готовы на всё за ту же еду и возможность завести себе постоянную женщину, с которой будешь жить, добиваясь права у властей завести ребёнка и ощущая всю жизнь себя рабом перед ними! Рабом на работе перед начальником, рабом, выходя в город, где любой полицейский или чиновник может сделать с тобой всё, что ему вздумается! А приходя с работы домой, ты понимаешь, что не приносишь столько, сколько нужно, для тех, с кем ты живёшь! И они будут всю жизнь проживать в бедности, и ты уже не можешь этого изменить! Так кто же ты? Ты – раб обстоятельств! Раб без надежды на лучшее будущее!

А здесь, в этом дивном лесу жизнь кажется праздником! И чья-то могучая рука ласкает твою Душу, как ты вчера ласкал бездомного щенка…

– А скажи-ка мне, Иона – вдруг заговорил Дед, – что ты думаешь о людях, об их взаимоотношениях, о структуре власти? Как ты себе это всё понимаешь?

– В МэЛах нам говорили многое, но всё для того, чтобы мы были послушными, ценили бонусы, что дают они нам. Повторять все их установки смысла нет. Сам я понимаю так: миром управляет МП, само оно – это группа самых богатых и влиятельных хозяев банков и бизнеса, в их руках находится всё, что есть на Земле! Когда они затевали свой сговор, их ещё можно было остановить, а сейчас – поздно! Ну а люди? Для МП это всего лишь материал, такой же, как руда, кокс, машины. Люди – шестерёнки той большой машины, они больше ничем себя и не чувствуют. А между собой они все по одиночке, как зёрна в мешке – ничто их не связывает, ничто не делает ближе… кроме того «мешка», в котором они удерживаются. Каждый каждому – недобрый сосед, готовый украсть последний кусок еды, или работу, или дом – если твой ему покажется лучше…

– Ну, что ж, вполне разумные вещи ты говоришь. Есть дефекты и щели в рассуждениях, но в общем и целом – неплохо! Даже намного лучше, чем я ожидал. Я вот полагаю, что вам давали историю человечества в очень усечённом и переработанном виде. Тут ведь как устроилось: кажная власть, приходя на трон, первым делом переписывала историю! Для чего, казалось, бы? Всякий наивный рассудил бы так: она ведь, та история, уже была, и изменить уже её нельзя! Ан нет, здесь всегда есть большие резоны!

Если власть пришла надолго – она сделает всё для своей легитимизации. Ты, верно, такого слова не знаешь? Это понятие определяет законность той власти. Ведь не секрет, что были времена, когда власть просто захватывали оружием. Местные активисты. Часто так было. А иногда её приносили в страну на вражеских штыках – это такой кинжал на конце ружья, их раньше применяли в ближнем бою. И конечно же, всякая власть, приходя в страну, уже не желала после уходить – слишком много она имеет в поверженной и порабощённой стране! Ну и, для сохранения себя в головах народа, она тут же нанимает сочинителей новой «правды» и новой истории, в которой они, представители этой власти – становятся праведными отцами народа, все сплошь спасители-благодетели! И на этих сказках вырастают дети. Одно поколение, за ним другое-третье и, становясь взрослыми, большая часть их, так и верит тем сказкам, а если даже и не очень любит ту власть, то и не считает её своим врагом, вроде как – это неизбежное зло…

Дед замолчал, сплюнул в сторону, и какое-то время они шли молча.

Ион тоже молчал, ждал продолжения. А Дед шёл, обдумывая слова, которые должны были прозвучать, и было видно, как внутри него опять разгорается костёр! Продолжил он уже в другом тоне:

– Сначала только несколько стран планеты оказались подмятыми Мировым Правительством, но это были большие страны, с большими экономиками и большими армиями. МП потому их выбрало и подмяло, чтобы было проще с их помощью захватывать весь остальной мир. Правда, вначале ещё были государства, не желающие подчиняться МП. Они, как могли, сопротивлялись наскокам стран-сателлитов МП. На юго-востоке Азии было их 2 или 3, и ещё одна на севере Азии, её называли Россией… Ну, пожалуй, в Южной Америке – пара таких, и, однако, всё…

Но пришли времена, когда Россия – наша Родина, была отравлена! Отравили её мощными ежедневными потоками лжи, умело состряпанной высокооплачиваемыми негодяями! Лжи, перемешенной с правдой и другой ложью – бесстыжей и наглой! Которую сознание даже не воспринимало, как опасность…

– И что, никто не замечал? – спросил удивлённо Ион.

– Вначале замечают и смеются! И это, действительно, выглядит забавно, когда тебе рассказывают глупости с экрана. Но, проходит время, и даже те, кто смеялись ещё вчера, помалкивают сегодня. Ведь любому народу очень легко сбить точку равновесия, сбить прицел и правильное восприятие, стоит только каждый день на экранах показывать лукавую глупость, хитрые подмены понятий или просто загружать нужную чушь, называя её новым мышлением. И очень быстро народ, попавший в такую обработку, перестаёт понимать: где правда, а где её нет, где лукавство, а где истина…

И в такой стране принимают новые правила и цели. Всё! Здесь Родина уже не Родина! Она становится для многих лишь местом, где можно «рубить бабки», не боясь за последствия. Ведь в прокуратурах и судах – везде сидели такие же «бизнесмены»! Никто не думает о будущем страны и народа – а все только о себе. Девять из десяти начинают жить, мечтая стать богатыми, и для этого всё считается разрешённым и допустимым. Даже воровство перестало в России быть постыдным, а воры, которых раньше изгоняло прочь общество, сажали в тюрьмы и вешали, вдруг стали «уважаемыми» людьми!!! И стыд – как понятие, был предан забвению!

Было слово Честь – великое слово! Что Честь – они просто забыли о ней! Каждый день информацию стали заменять на рекламу, на промывание мозгов и дезинформацию, и со всех экранов непрерывным потоком полилась ложь и глупость! И всё-то в цветастых, красивых обёртках! Они всё перевернули с ног на голову, а что не смогли опрокинуть, то измазали дерьмом, чтоб нельзя было понять – что там было! Нормы морали пали – были умышленно уничтожены агентами влияния. А ведь ими становились даже первые лица страны – все стали здесь «менеджерами по продажам Родины»! Над словом «патриотизм», что означает – любовь к Родине, стали смеяться каждый день с экранов и страниц прессы – ставшей средствами массовой дезинформации!

Власть стала мёдом для негодяев всех мастей! И все гады полезли туда – ближе к кормушке! Там рвали и делили Родину нашу!!! Все они, украв – тащили в другие страны украденное, покупали там замки и корабли, земли и самолёты! Дети их заранее были вывезены туда, жили и учились во вражеских университетах… всё своё будущее эти мрази планировали там – у своих врагов, которые уже были для них не врагами, а боссами!!! Так-то вот, сынок, у нас было…

И стала умирать наша страна: простым жителям, их старикам, стали давать всё меньше средств к существованию, и не потому, что их не было! Было! Очень много было денег – печатали скоко хотели! Но доставались они только тем, кто влез во власть и тем, кто их туда встроил-имплантировал!

А они были ненасытны! Они всё хватали и хапали, все тащили-воровали – и не могли нажраться!!! Были чиновники, которые кажный ДЕНЬ получали до десяти миллионов! Для сравнения скажу, те кто работал в их кампаниях, мог заработать за МЕСЯЦ только одну сотую от тех дневных «зарплат», что загребали их менеджеры! Своя рука – владыка! – это их принцип, который говорит: возьму всё, что захочу. И они безбоязненно крали всё, до чего могли дотянуться. Так и пришли новые правила: здесь всё для нас!!! А для вас – слуг и рабов – только суровый Закон! Ну и самый необходимый минимум, чтоб не подохли!..

Но недолго эти олигархи праздновали. Слишком глупы были и не догадывались, что наплевав в душу народу, не к кому будет за помощью бежать! Такую громадную державу-кормушку охранять надоть! А кто же за них воевать-то пойдёт, коли они всех ограбили?! Вот, местным олигархам-то, быстро и объяснили ребята из МП, кто они есть в этом мире и кому должны кланяться! И поклонились они! За те наворованные миллиарды они и Сатане стали бы служить! Но и это не помогло им: отняли у них все те миллиарды! А как иначе, главный Закон говорит: большая рыба ест рыбу мелкую! Так-то!

И настало время, когда все национальные правительства планеты, оказались в полном подчинении спрута МП! А их функции сводились только к услугам управленцев на этой всемирной фабрике, на общем «Скотном Дворе»! И деться им некуда было, ведь это было условием для дальнейшей их сытой жизни… И они радостно хрюкали, когда получили свои гарантии!

– Дед, Дед, постой! А что остальные? Что все люди? Не видели, что ли? Их ведь миллиарды, а предателей – единицы! Как так?

– Дело в том, Ион, что победить их нельзя! Причины здесь две! МП владеют правительствами стран, а значит: и полицией, и армией, и флотом, и налоговой полицией, и судебными приставами, и банками, с их резиновыми правилами, которые они могут переписать между двумя блюдами обеда – всё в их руках! И всё им послушно…

Ну а вторая часть трагедии – это подчинённый всей этой дьявольской системе народ. Даже и не народ! Стадо! Они ведь ведут себя, как стадо, и управляют ими как стадом. Их разделили, дав одним должности и большие деньги, а другим не дав ничего, или почти ничего! И вот, разделив народ на нужных и не нужных – они решили свою задачу, которую когда-то давно уже чётко сформулировали: «разделяй и властвуй»! При обстоятельствах таких, судьбы-то другой у них и нет, и просто не может быть! Посмотри на них: ведь эта толпа, которая уже забыла, что они – люди! Их главные черты: пассивность и безразличие, эгоизм и безнравственность! Это катастрофа беспринципности и безволия – разве можно что-то изменить с таким народом?! Ведь для того их ТАК вели! Для того ломали их устои и нравственность – чтобы сделать скотами!!! Мир погрузился в пучину, куда его загнали кукловоды-пастухи!

В этой пучине изменились все стандарты взаимоотношений:

– сильные стали наглыми и отбирали всё у слабых,

– хитрые стали подлыми и крали всё, что могли,

– слабые теряли всё принадлежавшее им – ведь против них были все: и сильные, и хитрые, и власть – служанка тех и других, и служители закона, которые были всего лишь служителями той самой власти, а не Закона!

Мир сгнил и пал, как яблоко, пожранное червями!!!

И не стало места для свободных народов! Кому они нужны – эти свободные народы?! И это произошло везде – такова воля МП, ведь только глупыми, разъединёнными и слабыми можно легко управлять… а сильный народ – не согнуть!

Дед замолчал, отвернулся, сплюнул и ругнулся. Потом покрутил головой и продолжил, положив руку на плечо пареньку:

– Тут возникает такая коллизия: посмотри, Иона, когда на Земле было много государств, пусть они не были, как братья, и даже иногда враждовали, но всё это давало им повод быть сильными, быть конкурентными! А это, в свою очередь было залогом их независимости! Да только МП это никак не устраивало, и они всё изменили так, как им было выгодно! Сначала они объединили, покорённые своей воле государства, в военные союзы, чтобы проще было победить всех других! Потом, под объединяющими лозунгами и, якобы, общими целями, они смяли волю других народов, внедрив в их сознание враждебные, несущие яд и гнилость убеждения, убивавшие мораль, и этим они вынули позвоночник из человечества!!! Понимаешь трагедию?! Они изменили код человека, превратив народы в покорную слизь!!!

– И никто не сопротивлялся? Все стали слизью?! – мрачно спросил Ион.

Он уже не видел ни окружающей красоты, ни игры красок…

– Нет, Иона, были такие. Вот в Азии был мудрый Китай со своими союзниками – они были, как кость в горле у МП. В Южной Америке были несколько стран… но МП затеяли Большую войну, чтобы разом разбить и разорить всех, кто не желал подчиниться им… А после уж они проредили население планеты, уничтожив всех, кто не вписывался в их планы! Уничтожали, как только могли – и не было силы, которая смогла бы осудить и остановить их! Разные были средства и способы… всё шло в ход…

Неведомые болезни (из лабораторий) начинались в странах, где забыли, как выглядят лекарства. Вспыхивали смуты междоусобицы между соседями – и это пожалуйста! Вот вам и оружие для этого! В удалённых регионах, МП устраивало религиозные войны – это очень удобная для использования вещь! Стоит чуть помочь деньгами, и чтобы свой «пёс» гавкнул вовремя нужные лозунги – всё! Готово: война не на жизнь, а на смерть!

Да и сами они бомбили и посылали войска: лишние рты никому не нужны! А там, где пытались организоваться для борьбы и сопротивления, туда срочно отправлялись секретные отряды. Это были мобильные, хорошо подготовленные к любым акциям, отряды, подчинённые только им – хозяевам этого мира… Вот так-то, сынок, такая вот у нас сложилась жизнь, на планете Земля…

Дед остановился и внимательно посмотрел на спутника. Он как бы хотел разглядеть – как тот понял сказанное. А Ион чувствовал себя очень скверно! Картина, описанная стариком, была настолько ужасной и безнадежной, а вся ситуация – безвыходной, что ощущение полной безнадёги насквозь пронзило его. Что делать – неясно, вот даже этот всезнающий мудрый Дед, похоже, в отчаянии! Было от чего приуныть…

Ион спросил, не ожидая уже ничего хорошего от будущего ответа:

– И что, нет никаких надежд? Вообще нет вариантов спасти Землю?

– А это зависит от того, что считать спасением. Всю планету, подмятую горсткой негодяев, спасти – это вряд ли. По крайней мере, в ближайшие десятилетия, думаю, вариантов нет. Но есть путь, и даже, возможно, не один. И об этом мы с тобой поговорим в следующий раз. А сейчас я хочу тебе представить нашу радость, нашу реку.

Дед с Ионом, перевалив через очередной холм, поросший кустами и соснами, вышли на берег большой реки. До другого берега, по прикидкам Иона, было около половины мили, и всё это пространство занимала мощно катящая чистые воды вечная река.

– Наш Енисей-батюшка! – представил реку Дед.


6. ОБРЕТЕНИЕ КОРНЕЙ


Они уселись на бревно, лежащее на краю высокого берега, а в спину им светило заходящее солнце. Было тепло для начала весны. В тех местах, где раньше жил Ион, сейчас уже распускались цветы на полях, летали бабочки, а здесь ещё таял снег на склонах холмов, и из-под него проглядывали первые зелёные травинки и скромные цветочки.

За их спиной негромко пел ветер в ветвях и хвое, а перед ними скользила широкая водная гладь… и ни одного представителя рода двуногих – чего же ещё… Какое-то время они сидели молча, смотрели на несущуюся мимо водную гладь, отдыхали, наслаждались – каждый думал о своём. У Иона в голове всё время крутилась мысль, которую он решился озвучить:

– Скажите, Учитель, как могло всё это произойти, ведь мир не однороден и имеет много… – он замялся, не зная, как изложить свою мысль, пощёлкал пальцами в поисках нужных слов и, наконец, нашёл: – центров силы! Ведь кроме правительств есть и другие организации, объединяющие людей. Например, объединения по вере в Бога, их называли, по-моему, церквами? Я читал, что они раньше имели большое влияние и были времена, когда церкви задавали правила и рамки для мирской власти…

– Да, мой друг, действительно так было раньше. И часто бывало, когда «рамки влияния» – как ты говоришь, слишком далеко распространялись за пределы сферы интересов божественного! История знает кровавые войны, шедшие под лозунгами «наша вера – самая верная, а других на Земле и не надо!» или войны за «чистоту веры»! Это когда у одного народа брат убивал брата за то, что он иначе молится. Так было! И ничего в том не было от Бога! А было всё от гордыни или жадности людей, которые прикрывались всякими красивыми лозунгами, отправляя других убивать. И ведь те часто понимали это… но убивали друг друга! Потому что хотели себе богатства и счастья…

Нам кажется, что времена меняются, что люди изменяются! Мы думали: перерождаются сами церкви, а также и отношения между ними и их паствой! Прогресс – мы становимся лучше… Но это не так, чаще всего – не так!!! Исключения есть, конечно. Знаешь, Иона, многие приходя в церковь, ищут правды – просто хотят знать: в чём смысл их жизни! Ведь если Бог создал всё и дал им жизнь, значит, Он чего-то ждёт от них?! Не затем же Он всё затевал, чтобы слушать их молитвы и их непрестанные просьбы? Как думаешь? Вот и идут оне туда, чтоб понять Бога. Но и в церквах ить служат те же люди, такие же или очень похожие. И они, имея должность в ней или, как говорили тогда – сан, имели и годы общения со своими родителями, с дядями и тётями, они общались меж собой в школах и училищах, и там часто перенимали взгляды тех, с кем водились… так ведь, а? А оттого имели внутри себя… негодный фундамент – вот! Негодный фундамент, для построения своей внутренней, суверенной «церкви», которая и есть – крепость его Души! Главная церковь! И от неё только может происходить церковь наша общая!

Вот и оказывалось часто, что не могут они быть слугами своей веры – веры-то не было! Они были чиновниками в своих конторках, в которые превратились их церкви. Объясню на примере, который мне известен: около ста лет назад, в большой стране – России, бывшей нашей Родине, с десяток главных церковных чиновников, или «князей церкви», как их называли тогда, взяли и избрали своим главным епископом того, кто уже обокрал их церковь на 4 миллиарда долларов!! Это были тогда огромные деньги! Тот мерзавец, работая на церковь, крал, завозя беспошлинно спирт и сигареты в страну, которая была в тяжком положении, и которую все чиновники тогда грабили безжалостно! Ну и он «был в струе» – как они тада говорили. А ведь, те «князья церкви», всё знали о его делах! Все знали и всё!!! Как ты думаешь, почему они его выбрали? Ну-ну, что выходит?.. Н-да…

Да, не ломай голову, тебе не угадать! Всё дело в том, что веры в них не было! И были они все такие же, как и он, скоты! У кого вера была, те не голосовали за его избрание. Они просто уехали оттуда, а после избрания этого вора главным, те выборщики, что избирали его, изгнали настоящих слуг Бога их из своих рядов! Нет места овцам в волчьей стае! – вот Истина. Всё дело в том: кто избиратели?! А они были такими же, как тот Кирюшка – воры бесстыжие, отродье лукавого! Была когда-то мудрая поговорка: свита делает короля! Вот, и здесь так-то было…

– Учитель, как это могло быть, чтобы те, кто лучше других знал о Боге, делами своими Бога оскорблял? Почему же не были они наказаны?

– Ты знаешь, Иона, меня всегда удивляли эти – чиновники в рясах! Они притворяются, что служат Богу и на глазах у всех воруют, безобразничают и свинячат! Такое ощущение, что они знают твёрдо, что Его – Бога, нет или Он так далёк от нас, что ничего о них не узнает! Потому и не боятся ответить пред Ним за дела свои. Но может быть, что они просто неверующие идиоты! Чего тут больше – не пойму! О наказании, которое будет им, судить сложно, мы не знаем всех их дальнейших ситуаций и обстоятельств… в этой жизни и в следующей, а она будет…

Ну, а люди, кто не нашёл своей правды в правящих на Земле церквах, те стали искать правду в других местах. Кто-то в запрещённых сектах, другие в личном уходе от мира: пьянстве и наркотиках. А третьи, возражая всему этому свинству, стали на путь войны и уничтожения неискренних, нечестных – с их точки зрения, людей и церквей – как их осудишь? И их было много таких, и выступали они под различными идеями и лозунгами: моральными и идеологическими, политическими и религиозными! С полной уверенностью в своей правоте, они убивали других, нисколько не сомневаясь в своём праве – убивать. Но они верили в свою правду и отдавали свои жизни, гибли в боях и терактах. И каждый из погибших считал, что он отдал жизнь за правую веру, за Бога и за очищение всей Земли! Вот такая, понимаешь, непростая наша история!

– Чья же вера была самой правильной – как Вы считаете?

– Да-а… вопрос не из простых! Я думаю, та, в которой Любовь к человеку и к Богу – была на первом месте! А всё остальное – это после… оно вырастет из той Любви. Пример есть: в одно время с вороватым Кирюшкой, в родственной римской церкви, пришёл новый Глава – Франциск, кажется его звали. Так вот, думаю я, что он и был искренним, и настоящим! Настоящим Отцом народу, таким, который не помнил о себе! И он, возможно, понимал, что Бог – как вершина! А все земные религии – это лишь тропы, ведущие к ней! И не важно, какой тропой идти к Вершине… главное – идти! Главное – прийти!..

После этих слов, Дед, слегка покряхтывая, встал на ноги и с трудом разогнул спину, произнося сквозь зубы какие-то непонятные Иону слова. Глядя на него, Ион, задумался: сколько же ему лет? Но вопрос не задал, постеснялся. А Дед, выпрямившись, к удивлению Иона, вдруг стал наклоняться и выпрямлять свою спину, наклоняясь с каждым разом всё ниже и глубже. Сделав несколько наклонов, в последнем Дед наклонился так, что чуть не достал головой своих колен! Наконец, закончив гимнастику, он оглянулся на Иона и заулыбался, увидев его изумлённое лицо.

– А-а, не ожидал? Есть ещё в мене бензин… Ты вот что скажи мне, Иона, вы там в своих лагерях тренировались, верно? Так, наверное, и бегали? А что если мы с тобой чуток пробежим-разомнёмся? Как ты на это смотришь? Нога-то твоя уже, похоже, в порядке, и не хромаешь, ну так – побежали потихоньку…

И он побежал с холма, на котором они были. Бежал сначала дед очень аккуратно и не спеша, недлинным шагом, но уже через пару сотен метров, длина шага его стала заметно расти и скорость бега увеличилась. Ион вначале сдерживал свой бег, приноравливаясь к темпу старика, но уже скоро обнаружил, что Дед бежит вполне себе, как молодой. Это его и удивило, и обеспокоило: а вдруг не хватит дыхания угнаться за удивительным Дедом? И он сосредоточился на беге, стараясь не отвлекаться, чтобы не сбиться с шага и дыхания…

Бежали они минут пятнадцать, и Ион понял, что скоро ему придётся просить старика остановиться – силы его кончались, то ли от высокого темпа, или от того, что он долго вел малоподвижный образ жизни. Но тут Дед и сам перешёл на шаг, несколько раз поднял и резко опустил руки, восстанавливая дыхание, а затем, повернувшись к спутнику, объявил:

– Теперь будем это регулярно делать, мил друг, надо быть в форме!

Они вышли на поляну, и Ион увидел дом и знакомую веранду. На веранде в креслах сидело несколько мужчин сурового вида и все они, как показалось Иону, строго и неодобрительно смотрели на него.

Дед остановился, повернулся к нему и негромко сказал:

– Иона, иди-ка умойся и приходи к обеду… позже. Тебя позовут – и Дед, пригласив визитёров следовать за собой, ушёл куда-то за дом, по каким-то своим, и видно, серьёзным делам…

* * *

Ион, передохнув и приведя себя в порядок, по заведённой привычке, сел записать в дневник всё, что они обсуждали с Дедом, и попытаться отыскать скрытые смыслы и возможности в сказанном. Искусство внятного изложения ещё не открылось ему, но успехи он уже замечал и теперь работа спорилась. Через полтора часа, как ему показалось, в его дверь стукнули, и она открылась – на пороге стоял юноша, он пригласил Иона следовать за собой. Ион решил, что они идут к обеду, но привели его в большую комнату, где находились все те джентльмены, что ожидали Деда на веранде. Они сидели вокруг длинного стола, во главе которого сидел незнакомый Иону человек и, судя по всему, он тут был главным. Дед тоже сидел за столом, по правую руку от вождя – так его обозначил для себя Ион.

Ему не предложили сесть, и он остался стоять. Все присутствующие обернулись в его сторону, и он почувствовал себя очень неуютно, потому что ему вспомнилось, как он сюда попал! С какими намерениями он и курсаки-сотоварищи ехали сюда тогда… Это было непросто, но Ион понял, что от того, как он будет сейчас вести себя, будет зависеть всё его будущее. И он, взглянув в глаза Деду, перевёл их на вождя, решив, что ежели всё пойдёт не так, и он и не понравится вождю, то надо все вопросы решить здесь и сейчас.

А вождь, как оказалось, не сводил с него глаз и пристально наблюдал за его реакциями. Выдержав паузу, он сказал:

– Мы изучили материалы по тебе. Есть сомнения, но они, верно, скоро развеются. Покажи-ка нам то место, где у тебя была тату…

Ион молча снял куртку, в которой пришёл и, подняв левый рукав кофты, показал оставшееся пятно на том месте, где раньше была татуировка волка. Он заметил, как присутствующие оживились и стали что-то обсуждать между собой. Ион не улавливал смысла, знаний языка, на котором говорили люди, было недостаточно и он, прекратив прислушиваться, стоял, просто ожидая решения своей участи. Наконец, все замолчали, и вождь продолжил:

– Мы посовещались и пришли к выводу: ты – один из нас! Славянин и потомок рода Волковых – был такой род… Теперь его нет. Их зачистили двадцать лет назад. Жил ваш род в предгорьях Саян – есть такие горы у нас. Вот там и жили твои предки: деды и прадеды, и отец с матерью. Всех, кто был способен сопротивляться, упыри убили, посылая сюда новые банды, вооруженные самым современным оружием. Мы уничтожаем их, но взамен приходят другие! Много наших детей украли враги! И многих они убили, других разорили и унизили! Сейчас больше ничего тебе не скажу, но ты сам должен обдумать и решить для себя: оставаться с нами или вернуться к ним! Три дня на решение! О своём выборе скажешь Деду…


АНАТОМИЯ МИРА


Когда гости, отобедав, уехали, Дед позвал Иона в столовую, где его покормили. Ел он, на этот раз в одиночестве, так как Дед обедал вместе с гостями. Рядом никого не было, и потому Ион не столько ел, после он даже не мог вспомнить что было на столе, сколько размышлял над возможными изменениями в своей жизни.

Новости о семье не слишком удивили Иона. В глубинах памяти у него жили воспоминания о родном доме, о маме, и о местах, где всё это было, и те места были очень похожих на эти – такие же обширные хвойные леса и река широкая и полноводная, речь, которую он уже начал постепенно вспоминать. Только воспоминаний об отце почему-то не сохранилось. Но теперь, узнав о судьбе своей семьи, Ион даже не сомневался, что его отец погиб ещё до того дня, когда его отняли у мамы.

Поев и видя, что никому до него дела нет, Ион вернулся в свою комнату и там первое, что сделал – раскрыл тетрадь. Он уже сам заметил, что у него сформировалась потребность писать, размышлять о написанном, и делать какие-то выводы. Но в этот раз темы для особых размышлений не было, ведь для себя он уже давно сделал выбор: при любых обстоятельствах останется со своим народом, будет вместе с ним воевать за свободу и, если придётся – умрёт так, как положено воину!

Кратко записав события, Ион отложил тетрадку в сторону, и принялся ходить по комнате – ему не сиделось, энергия бурлила в нём! Он вышел на веранду, Деда не было и там. Осмотревшись и убедившись, что никто за ним не наблюдает, Ион по знакомой тропе медленно побрёл в лес. Там он вскоре перешёл на лёгкий бег, а затем ускорился и бежал так до самого берега реки. А добежав, повернул вправо, вверх по течению, и продолжил бег, пока не понял: ещё шаг и потеряет сознание… Тогда и перешёл на шаг.

Через пару десятков шагов, на холме, часть которого, подтачиваемая течением, осыпалась в реку, он увидел поляну, поросшую густой прошлогодней травой, и завалился в неё, как в постель. А внутри него разгорелся и бушевал пожар! Странный пожар это был: сладкий, радостный, небывалый – совершенно незнакомое ему чувство, которому люди давно нашли подходящее слово – счастье! А вот этого слова он в своей жизни-то и не знал…

Но теперь оно бушевало в нём, и он был на гребне волны! Обернувшись лицом к высокому небу, Ион замер, раскинув руки, наслаждаясь потоком чувств: он нашёл свою семью, он нашёл свою реку и свой лес! Теперь Ион точно знал, как нужно распорядиться своей жизнью, своей молодостью и здоровьем! Разве этого мало, чтобы быть счастливым…

* * *

Вечером они с Дедом пошли в сторону гор, что виднелись вдалеке от поселения. Они были высокие, крутые и густо поросшие лесом – тайгой, как называл эти заросли Дед. Горы синей стеной возвышались над долиной, по которой протекал Енисей, а дальше, за первой стеной, виднелась другая, более высокая, со скалистыми вершинами, сплошь покрытыми снегом…

Пройдя чуть более получаса в молчании, Дед наконец, произнёс:

– А скажи-ка мне Ион, что вам говорили о славянах ваши учителя?

– Мне совестно будет повторить их слова…

– Ничо-ничо, я не обольщаюсь. Примерно, мы знаем, как они нас видят и за что там у себя считают. Их слова меня не обидят – они пустые, те слова. В них есть только злоба и ненависть, а ни то, ни другое не могут быть истиной. Говори.

– Нас учили, что мир изначально был сложен из двух неравных частей: одна из них, большая – по своей территории и населённости, была заселена второсортными, неразвитыми и ленивыми умом, племёнами и народами. К ним относились коренные народы континентов Африка, Америка, Австралия, Азия. Большинство народов на тех континентах, из-за их природных свойств, сильно отставали в своём развитии от белых народов Европы и их потомков, проживавших вне Европы. Они были разными, те народы, часть из них была совсем в доклассовом состоянии – дикарями, так называли их. Они не смогли изобрести даже собственного письма. Но некоторые азийские народы не так сильно отставали от европейцев и даже могли какое-то время оказывать сопротивление цивилизованным нациям, как в промышленном состязании, так и в военном – были войны, показавшие это. Но даже самые технически развитые из них не несли в себе главное качество белых – свободолюбие! Только европейцы и их потомки были одарены этим даром.

О славянах нам говорили, что это азийские племена, проживавшие всегда между европейцами и всей континентальной Азией, смешавшиеся частью с монголами, а частью с тюрками. Они были близки к ним своей культурой и менталитетом, потому их европейцы и не приняли, как равных себе. Но славянам повезло, им достались обширные и богатые территории! И европейцы, объединившись с янки, как союзники, решили отнять те богатые земли, мотивируя это более справедливым распределением мировых запасов.

И тогда была Последняя Большая война, которая могла бы быть совсем последней для нашей планеты! Но здравомыслие взяло верх: союзники не стали применять атомное оружие! И правящая верхушка у славян тоже не стала применять свои ракеты – в обмен на обещание союзников сохранить их личные накопления и имущество.

Правда, после окончания Большой войны, когда государства славян уже не было, имущество славян-олигархов отняли, обвинив всех их в незаконном криминальном приобретении тех богатств. Вот так нам рассказали, а уж как там было в действительности … может Вы мне расскажете? – Ион замолчал и стал ожидать ответа…

А Дед не спешил, он шёл и о чём-то размышлял, брови его были насуплены, лицо сурово, а губы постоянно шевелились, как бы проговаривая про себя то, что вызревало в нём.

– Ну, что-то перевернули, где-то переврали, а в общем: так и было. Сдали нас те, кто сначала обворовывал народы свои – мрази они, конечно! Они ведь загребали всё себе, всё никак нажраться не могли. Воровали, да утаскивали в чужие банки! Кто себе там дворцы покупал, корабли, острова, понимаешь… вот они-то и сдали нас – своих единокровных соплеменников! Власть к ним всегда на доклад ходила! Так и погубили страну…

Дед замолчал. Шёл, угрюмо уставившись себе под ноги, но потом вдруг, словно не соглашаясь с тем, что только что сказал, добавил:

– А мы не проиграли бы ту войну! Нипочём бы не проиграли, если бы дело дошло до настоящей, кровавой войны. Запад-то выродился, как раса! Они сами превратили себя в изнеженных пидорков! Не способны были они к жертве! К самопожертвованию! Потому что их логика жизни была другой. Там что главное? Главное – доход, богатство, удобства, радость-сладость! Они остановились бы обязательно в шаге от войны, увидав, что мы станем воевать! Струсили бы, обмочились с головы до ног, узнав, что будем воевать так, как воевали наши отцы… «Не щадя живота своего» – так говорили наши предки! Ладно. Всё, идём дальше… следующая тема. Какую будем тему обсуждать? Давай, Иона, предлагай.

– Учитель, как можно понять-объяснить взаимоотношение Ягва и людей? Ведь, если мы есть, значит, мы нужны Ему? И нужны для чего-то важного?

– Нет-нет! Этим именем Его называть не стану! И тебе не советую, Ион. Лучше давай станем Его называть – Творец! Это и правильно, и справедливо! Вот ответь мне на вопрос: Творец равно любит своих детей? Без разделения на национальности и цвета кожи – так или нет? Как ты считаешь?

– Да, это справедливо.

– Во-от, видишь, и ты так считаешь – всех одинаково! А Ягва – это имя данное Творцу только одним народом в древности. Народом, который считал себя не токо самым умным, но и любимым в глазах приватизированного ими Бога. Так почему же нам следует именовать Его каким-то чужеродным именем, согласен?

– Да…

– Ну, так идём дальше. А вопрос ты задал хороший – мы нужны ему, это так! И не как кегли-игрушки, а ТЕМ, что мы несём В СЕБЕ – догадываешься, о чём я? Похоже, не догадываешься. Что ты слышал о Душе?

– Душа – это идеалистическое понятие, часто используемое в разных религиях. Она не имеет научного подтверждения. Я считаю – это выдумка.

– Да как же так, мил друг! Неужто никогда она в тебе не болела, никогда не плакал оттого, что она страдает в тебе, а? Никогда не рвался ты к своим маме и папе?! Никогда? Ну, вижу-вижу – было! Так ведь это и есть она! Это и есть её, нашей Душеньки, проявление! Это она в нас плачет, когда ей тяжко и больно! И мы плачем… и тем умываем её, и становится ей легше… и нам оттого – легше…

Знаешь, Иона, на Земле раньше было много верований и религий. Они отличались и по обрядовости, и по форме почитания, и по национальным обычаям. Но все они стремились к Богу, в них было понимание своей вторичности-подчинённости пред Ним. Проще говоря: они понимали, что Творец, как садовник, разводит их для каких-то своих целей, о которых Он впрямую им не говорит. Ну, не говорит и не говорит – значит так надо.

Но, что важно и интересно, у всех тех религий было одно общее: знатная награда – за правильное поведение при жизни. Как Приз! А именовался он – Рай! Это то место, куда после смерти, собираются неиспорченные души, покинувшие свои погибшие тела… Правда, Рай по-разному воспринимался и каждый народ представлял его таким, каким ему хотелось видеть этот Рай.

Один древний писатель, я тебе уже читал кое-что из его опусов, так вот он нашёл свой ответ на вопрос: зачем мы ЕМУ, нашему Творцу? Ответ тот оригинален и прост: Рай – это форма накопления пригодных Душ! Душ для формирования духовного тела Ангела! То есть, мы – материал, который идёт на построение и рост настоящего сына Бога – Ангела. И все вместе эти Души участвуют напрямую в исполнении Замысла Творца! Чувствуешь, в чём участвуем, а?

Некоторые учёные ещё в начале 20 века стали догадываться о том, что есть какая-то духовная суть у планеты. Они даже определились с понятием «Ноосфера» – «Сфера разума». Но они почему-то даже и не догадывались об истинном предназначении этой «Сферы разума»! А важным здесь является не столько человеческий разум (кстати, он весьма убог и скуден у отдельных индивидуумов), сколько суммарная духовная сущность всего человечества! Та самая, что несёт в себе мудрость всех поколений и кристальную чистоту духа – качества, из которых и скроен Ангел!

Представь себе, Иона: заканчивается эпоха Человека и на Земле осталась последняя неиспорченная Душа! Представил? И вот, настает последний час физического существования этой неиспорченной Души – тело умирает… а Душа освобождается. Она летит-летит туда, куда влечёт её предназначение – в ожидающий только её сонм родственных ей Душ! А Души все рады ей!! Они рады и тому, что произойдёт дальше! А дальше, смотри что будет: как только последняя Душа вливается в бластулу (это зародыш будущего ангела), она тут же отрывается от планеты, и со всех ног мчится к своему Богу-Отцу! Встаёт перед Ним навытяжку и рапортует радостно:

– Ангел по имени Земля, прибыл в Ваше распоряжение!

А Отец смотрит на него с улыбкой и говорит: во-он галактика, видишь? Лети туда, и выращивай там таких же, как ты сам…

Дед замолк и шёл дальше уже улыбаясь, возможно, представляя себе нарисованную картинку. Так, какое-то время они шли молча, каждый думал о своём, и тут Ион вдруг задал вопрос:

– А как же остальные девять?

– Какие девять? – переспросил, не поняв, Дед.

– Ну, как-то Вы говорили, что девять из десяти перестали беречь свою Душу! Плюнули на честь и правду, воровать стали… убивать…

– Да, помню-помню. Говорили мы и об этом. А тут, мил друг, тоже есть свой ход: Душа, она, понимаешь, не смертна. Не умирает вместе с телом!

Тут ведь как, если не сумел человек в этой жизни сохранить Душу в исправном состоянии, в таком, какое устраивает Того, Кто нам её, Душеньку-то даёт, ну и не беда! Просто она в этот раз в Рай не попадает! А вот если он, владелец её, обгадил Душу свою так, что ничего с нею бедной уже нельзя и поделать – это и есть самая страшная беда! Смертный грех, который прощать никак нельзя! В утилизацию её…

Ну вот, а если ошибки были, может, грех какой, не больно тяжкий и не смертный – вот тогда Душу передают учителям-наставникам! Есть такие в тех местах, где существуют бластулы. И вот те Наставники в добрых беседах проводят с грешными Душами много времени, а после Души – очищенные и подлатанные отправляются обратно, с их согласия, в наши грешные Миры, для воплощения в новое тело и прохождения нового этапа своей жизни… Этапа, который, возможно, станет для них более успешным!

И это точно так, как утверждали древние учителя индийских религий…

Понимаешь, какое дело, Иона, многое во что верили наши отцы, в веках «просвещённых», люди стали считать легендами! А это оказалось правдой!

Вот и с раем так. И с инкарнацией – так же!

И вот, замкнулся круг: причина родила следствие, а следствие породило причину! Замечаешь? Теперь стало понятно, зачем ОН для нас создавал Мир, почему терпел наши безобразия, помогал нам и учителями, и дарами своими. Чтобы, значит, решить-исполнить с нашей помощью, Замысел свой! Так-то вот, мил друг…

– Учитель, вот: есть Творец, и есть наш Мир. Вернее – миры. Ведь Мир – как матрёшка: миры в нём вставлены один в один. Звёздно-планетарный мир построен из атомно-молекулярного мира, который сам состоит из мизерных составляющих: квантов, базонов… ну и каких-то там ещё – нам говорили, но я не запомнил названия. И законы в них разные. Вот уже три матрёшки, хотя никто пока не может сказать, из чего состоят те кванты и базоны, может и они тоже делимы. А дальше – наши миры, разумных существ, с социальными законами и духовной составляющей – это ещё один мир и уже четвёртая матрёшка. Есть ещё и тот Мир – верхний, наставников и бластул, и перевоспитывающихся Душ – это ведь тоже, ещё одна матрёшка! И тоже со своими законами! Но и звёздные системы с их гигантами и карликами, двойными звёздами и квазарами, чёрными дырами и разными планетами для живущих – это лишь составляющая часть галактик, связанная своими законами – так ведь? Но есть и объединения-скопления галактик, между которыми громадные пустые пространства – это иная система, и тоже со своими законами и правилами! Вон их сколько! А если на это взглянуть со стороны, извне, то может оказаться, что те скопления галактик – это самостоятельные вселенные, а может даже и не просто вселенные! А отдельные существа?! Дед, ты никогда не думал, что этим существом может оказаться сам Творец?

– Ого, куда тя занесло! Ну, если сказать честно – было такое и у меня. Была така мысль… но ведь проверить её никак невозможно! Нет способа… пока с Богом не стренулся. Так что ж об том думать? Хотя, если положим, что это так, ты только подумай: мы – микроорганизмы внутри нашего суперорганизма! Мы – микробы! И что тогда: все высокие слова о чести и справедливости, о достоинстве человека и истине, выглядят смешно, нелепо и странно – как думаешь? Ну, вот, и чтобы не сойти так-то с ума, я и решил для себя: не нашего ума это дело! А чего ты об этом спросил?

– Мир-то мы видим, а Творца – нет! А Он нас и видит, и всё знает о нас, о наших мыслях и болезнях – и непонятно как. Вот и спросил – интересно было узнать, как ты ответишь… да и ещё у меня есть вопрос, можно?

– Валяй…

– Ничего, что я на «ты» перешёл… нечаянно?

– Ничо, и это не тот вопрос. Давай свой вопрос, вижу: он вот-вот сам выскочит.

– Учитель… а можно отложить этот вопрос – он ещё не вполне созрел. Не ясно, как его сформулировать…

– Хорошо, дозревай. Но ты ведь задал вопрос – может и сам не заметил?

– Какой вопрос? Не заметил… у меня целый рой в голове их, и они оттуда выпрыгивают наперегонки…

– «Он нас видит, всё знает о нас, непонятно как» – расцениваю это как вопрос, в контексте сегодняшней темы. Есть тут вопрос, или мне показалось?

– Да-да, этот вопрос есть!

– А ты заметил, Иона, мы уже начали подниматься в предгорье? Скоро сменится растительность, потом и почва изменится, и воздух – ты наблюдай-наблюдай… А твой вопрос – очень непростой. Обсудим его позже, в более благоприятной обстановке, не против?

– Нет-нет, конечно, пусть будет позже…

Подъём становился всё круче. Тропа, по которой они шли, стала резко менять направление, а деревья становились всё мельче и мельче. Затем они и вовсе исчезли, остались только кусты и травы…

– Летом тут, вероятно, изумрудный рай – подумал вслух Ион.

– Альпийские луга – прокомментировал Дед.

Так они шли, поднимаясь всё выше и выше, и у Иона мысль о привале уже не покидала головы. Наконец, дошли до относительно ровной площадки, на которой стояли вкопанные в грунт скамьи, сделанные из расщеплённых по диаметру больших брёвен, с гладко обработанной поверхностью сидения.

И Дед объявил:

– Всё, баста, отдых.

Скамей было три, и они были расположены подковой к вершине. В центре между ними, находился сложенный из камня круг, со следами костра. А неподалёку стоял небольшой домик из почти чёрных от времени, брёвен.

– Ну, созрел вопрос? Или будем обедать – спросил Дед.

– Созрел… чтобы обедать и отдыхать – предложил Ион…

* * *

Пообедав принесённым, они уселись на бревно, лицом туда, откуда пришли. Солнце светило им в спину, приятно согревая, и ярко освещая раскинувшийся перед ними вид. А там, словно дно чаши, лежала громадная долина, на другом краю которой стояли такие же синие стены из скалистых высоких гор. По долине протекала река: где-то компактно, одним руслом, с чётко очерченными берегами, а где-то растекаясь в несколько проток с островами и мелями, с косами и перекатами. Русло реки, как и вся долина, было обрамлено изумрудными сосновыми лесами, пёстрыми берегами, с редкими уже пятнами снега и начинающими зеленеть прогалинами, на склонах холмов, обращённых к югу.

Ион сидел на отполированном бревне и смотрел на представшую перед ними красоту. Он поймал себя на мысли: ничего красивее этого он не видел в своей жизни.

Словно угадав мысль, Дед изрёк:

– Красота – проявленная форма Любви Творца к нам! Ни ко всем – не все её видят, хоть глаза есть у всех… или почти у всех. Чтобы увидеть красоту, одних глаз мало – нужна ещё Душа. Это ведь она, голубушка наша, различает присутствие Дара Божьего – красоты! Вот и выходит: тем, у кого Душа не спит и самим пользователем не искалечена – Бог дарит радость! Огромную светлую радость – от созерцания красоты и осознания своей причастности к Замыслу Его! А это и есть проявление Его Любви!

Высказав мысль, Дед оборотился в сторону Иона, верно желая увидеть его реакцию. И заулыбался, Ион, приоткрыв рот, не мигая уставился на него! Казалось, что он крайне удивлён, как будто разглядел незамеченное раньше чудо, а разглядев, теперь решал какую-то задачу. Но вот, выражение изумления покинуло его лицо, и он родил-сформулировал вопрос, что так тщательно обдумывал:

– Любовь-любовь – это слово так часто используют в фильмах, когда люди просто занимаются сексом, или когда предлагают секс за деньги. Это же слово применяют, когда объясняются в любви, чтобы соединить свои судьбы, и его же используют, когда объявляют, что им нравится та или иная еда, тот или иной вид времяпрепровождения, та или иная местность, город. Да, много чего! Как универсально это понятие «любовь»! Может, я что-то путаю? Или и вправду, столько разного возможно вместить в одно лишь слово?!

– Да, друг мой, это так!..

Язык наш скуден, бледен, сер в сравненье с обстоятельствами мира, с оттенком ситуации иль вкуса! А многим наш язык вполне приемлем… и даже уйму лишних слов, они находят в нём! Но это, впрочем, их беда и ограниченность их вкуса! Ведь даже нот для них бывает слишком много, и красок вполовину можно бы убавить – так думают они! Всё так, таков уж мир, и мы здесь таковы! Но слово это – особенное слово! Оно вмещает половину Мира! Ту самую – со знаком плюс!

Но есть зарок: не верь словам врагов, ведь там святое слово превратили в свинство! У нас, славян, такого не бывало никогда! Здесь, если это секс без чувств и без любви – так это блуд! И смысла нет мешать одно с другим… а если се Любовь – то слов других не надо, пусть будет то высокО и свЕтло!

Дед вдруг резко встал, наклонился, взял Иона за плечо и потянул, желая, чтоб и он встал. Затем повернул его лицом к вершине:

– И вот ещё, Иона, взгляни на эту гору – ты видишь пик укрытый льдом, сияющий на солнце, как алмаз! Тут аллегорию занятную я увидал: представь, мой друг, Вершина – это Бог! И в нашем Мире Он один! О Нём мы знаем, и тянемся к нему Душой и телом – для этого идём дорожкой узкой, и с каждым шагом выше, выше, выше… Их много тропок тех и люди выбирают ту, что кажется надежною для них. У каждой тропки есть своё названье: вон там – Ислам, а тут Иудаизм, иль вот – Христианство… Они петляют, иногда, сближаются, расходятся, но все к Нему Всевышнему стремятся! А Он их ждёт! Всех тех, кого создал, и кто к Нему идёт! Ведь Он и Мир, и их создал лишь из Любви своей – единственной Энергии для Созиданья!

И вот запасы те – тот белый лёд, обозначавший светлую Вершину – се есть Его Любовь, животворящая Энергия и Кровь, спускается к тропинкам ручейками, иль сверху благодатным ливнем – орошает нас, и жизнь даёт, и позволяет нам мечтать о будущем своих детей…

Дед внезапно замолчал, отвернулся в сторону, и шмыгнул носом. Затем осевшим голосом, будто нехотя, добавил:

– Иль, вот ещё картинка! – он откашлялся и продолжил, – Океан – Творец! И реки разные: широкие и узкие, ручьи и многоводные – все те религии к Нему стремятся! А мы все в реках тех, кто хочет встречи с ним! И каждому судьбой поток предложен… и все они придут к Нему. А чтобы легче было в том пути идти, Он – Бог и Океан, поможет им своей Любовью – обильно испарив её из тела Своего, прольёт на них дожди! Как благодать, как помощь и поддержку!

Видно было, как устал Дед, даже перед остановкой на привал, выглядел он значительно лучше. А Ион, вдруг вспомнив, сколько ему лет, и испугался за него. Но Дед, на движение в свою сторону, успокоительно выставил вперёд ладонь руки и слегка покрутил ею, мол, всё в норме!

После этого, с час или больше, они сидели молча, отдыхали, думали, наслаждались теплом и красотой, заполнившей окружающий их мир. Ион молчал ещё и потому, что понимал: старику необходимо восстановиться, а времени на это потребуется намного больше. И он терпеливо ждал, когда Дед сам заговорит, чтобы перехватить разговор и задать один, сильно мучавший его вопрос.

– Ну, что, мой друг, ещё вопросы есть? – как будто чувствуя намерения его, спросил старик.

– Учитель, откуда в мире столько зла, раз создан Мир наш из Любви?

Дед крякнул в ответ, тряхнул головой усмехаясь, и одобрительно глядя на Иона, ответил:

– Так-та-ак, и ум – хорош, и логика – на месте! Весь в отца!

От этой неожиданной реплики Ион даже подскочил! Он для себя давно уже решил: раз ни разу не видел отца, значит, его давно нет среди живых, наверно, он погиб в боях давным-давно… а тут вдруг рядом тот, кто знал его! Иль – знает?..

– Учитель, расскажите об отце!


8. ПУТЬ ВОИНА


Дед внимательно посмотрел в глаза Иону, чуть подумал и произнёс:

– Ну, да – конечно… и время подошло. Отец твой жив, Ион! Он жив и служит своему народу в краях далёких от родины любимой, а миссия опасна и трудна! Представь себе, мой друг: прожить всю жизнь среди врагов – что может быть печальнее для человека! Уж много лет он там, и потому, для нас он более чем просто воин, он истинный герой!

Теперь оставим тему эту… до завтра, может быть. А завтра, ожидаю я, события произойдут, которым мы свидетелями станем! И вот тогда, Иона, продолжим разговор, так проще будет всё понять тебе, а мне всё объяснить…

Сказав, Дед замолчал, и посмотрел в глаза юноше так, что тот понял: к этим словам нужно прислушаться. Что-то значимое должно было случиться, и, вероятно, поэтому они с Дедом здесь. Ну, что ж: завтра – значит, завтра.

День клонился к завершению, Солнце скатилось к близкой вершине, и уже приготовилось нырнуть за неё. К их лагерю подползала тень горы, а с нею и ночной холод. Разожгли костёр на поляне, а Дед ещё и в избушке печку растопил – готовился к ночлегу. Иногда он задавал короткие вопросы, а Ион на них также коротко отвечал. Вопросы касались его детства, правил в которых рос Ион, о его детских воспоминаниях и представлениях о мире.

Уже поужинав, сидя на бревне напротив догорающего костра, они прихлёбывали напиток, заваренный из таёжных трав, и молчали. Вечер плавно переходил в ночь, и звёзды обильно высыпали на чёрном бархате неба. Какие это были звёзды! Яркие, крупные, невероятно красивые…

– Таких в городах не бывает – решил Ион, разглядывая небосклон.

А Дед, допив напиток, вытряхнул из чашки остатки трав в костёр, снял с пояса свою флягу и, придвинувшись к Иону, протянул в сторону костра руку с чашкой, и негромко сказал:

– Смотри, Иона!

И стал наливать из фляги прозрачную жидкость, заигравшую в свете костра разноцветными бликами-искрами. Ион точно знал: во фляге обычная вода – они не раз за день прикладывались к ней. Но Дед заговорил таким тоном, каким он говорил только об очень серьёзных и важных вещах. И Ион весь обратился в слух, а Дед негромко продолжил:

– Тебе, пожалуй, кажется, что эта жидкость примитивна и проста, всего и дел, мой друг – прозрачная вода!

И да, и нет! – таков единственно приемлемый ответ.

Простейшее соединение! – средь нас так многие решили, всего лишь – Н2О. Но столько тайны в ней, в простой воде! Уверен я, не слышал ты нигде о свойствах этих, зашифрованных в воде! Нет, не проста вода, и это знали наши предки. Да вот и ты недавно вопрошал: как знает Он о нас, о каждой нашей клетке?! Он знает, полагаю, всё: и мысли, и дела, и даже тех, кого, и мать ещё не родила. Хоть мать сама пока не знает, кого придётся ей родить, а для Творца в том тайны не бывает! Всё знает Он: кто и зачем рождён, что должен совершить? Но совершит ли – вот вопрос!..

Не пешки мы – даны нам Право Выбора и Воля, а значит, после будет спрос! И каждого Он мягко спросит: на что потрачен жизни срок? Не просто будет объяснить, как умудрился просадить бесценных дней-часов поток… Рассматривая Души наши, как муравья достав из каши, с улыбкой станет вопрошать: как удалось нам потерять Его Дары – призванье наше и таланты!? Которые Он каждому вручал, чтоб каждый мог взойти на пьедестал.

Ещё, возможно, тихо спросит Он: ты отчего ж, теперь не рад? Не рад предстать перед Творцом, как будто блудный сын перед Отцом?

В тот час грехи придётся вспомнить – об этом, братец, стоит твёрдо помнить! Да, вот ещё по теме ссылка: поэта одного намедни процитировал тебе, Виталий звать его. Он кое-что значимое узрел, сквозь мира суету, и не скрывал того от всех, что увидал. Но не заметили его, и он исчез-пропал – растаял, как туман средь рос, и в кладовых истории, в тенета паутины врос. Но вот – его этюд, перескажу тебе, и это может стать ответом на вопрос…


ОДА ВОДЕ.


Вода, вода, вода – планета Океан!

Друг мой, Вам кажется, возможно, что вода – всего лишь жидкость, используя которую Жизнь родилась. Предположить посмею – думал также Дарвин, однако же, не всё так незатейливо и просто. Наука наша, наконец, спустя всего две тыщи лет, вослед за иорданским Иоанном, слегка приблизилась к порогу понимания того, что есть субстанция вода!!!

Две тыщи лет – не двадцать, не беда! И первый шаг уже начало на дороге перемен, в которой мы поймём: вода – наш несомненный феномен! Необъясним, пока фенОмен чудный сей, не только логикой земной, но даже опытом науки всей!

Но всё же ты задумайся, мой друг, о том, что есть вода?

Вода – субстанция, первооснова, как сущность всех вещей – так мудрый поясняет это слово. А если нам взглянуть слегка иначе: суб-станция – вода, под\станция, передающая энергию развития всегда…

Давай оставим эту мысль гипотезой пока, но чтоб её в ранг аксиомы возвести, с тобою нужно нам нелёгкий путь пройти. Так что ж, в дорогу, добрый друг?

На наше счастье есть вокруг она – прелестница, волшебная вода, непостижимая, как Замысел Творца, как гостья странная с далёкого Востока, таящая свой нрав и красоту лица…

Вода?! Казалось бы – ха-ха, так просто: соединение двух лёгких газов. Один из них уж вовсе – самый лёгкий, другой же, тот со скрытым тайным смыслом, ведь он – основа всех реакций жизни. За многие круговороты лет молекулы его, как прежде встарь, так ныне снова, в обмене жизненных энергий преуспели!! Ни здесь ли ключ того, что есть вода? Быть может, в памяти несёт она события, годА, следы всех прошлых воплощений! И груз былых реинкарнаций суммировался здесь как некий гений!!

Вглядись: вокруг Планета Океан. Куда ни кинешь взгляд, перед тобой вода: в ручьях, озёрах и морях, в траве, деревьях, облаках, в живущем всём, в тебе и мне. А ты привычно думаешь – обычная вода…

Но, стоп! Она ведёт себя почти всегда не так, как должно жидкости вести себя! Какие в жидкости кристаллы могут быть? Казалось бы, смешно сказать о том, подумать иль предположить! Однако ж, в ЭТОЙ есть они всегда, когда она прозрачна, не больна и сатанинскими страстями не заражена!!

Заметить важно здесь и то, что кластеры-кристаллы не безличны!

Как вязь из облаков, как волны в океане – так капли-кластеры в одном стакане системно различимы все и все они многообразны!!! – о чём задуматься тебе и мне не праздно. И путь для этого теперь открыт!

Возможным стало наблюдать и в жидкости, и в твёрдой фазе – кристаллы зрительно увидеть-распознать, которые способны передать ВСЕЙ ИНФОРМАЦИИ бесчисленную рать!

Теперь скажи: ЗАЧЕМ ТАКАЯ ФУНКЦИЯ ПРОСТОЙ ВОДЕ?!

Кому служить она должна и этот «кто-то» где??

Как понял ты, мой друг, о чьём сознании я начинаю говорить?

Посмею нынче я догадку предложить, что уже завтра может статься, иль вскоре подтвердиться-оказаться:

– ВОДА – подобие рецепторов и проводник СОЗНАНИЯ ТОГО, кто этот мир великолепный сотворил и чутким своим нервом его до времени от катастрофы защитил.

Вода, поверь, мой добрый друг, несет в себе не только жизнь или возможность появленья жизни, она несёт в себе возможности нести сознание, как форму бытия, как форму обретенья знания. Она, как проводник несущий ток, сиречь, потоки электронов, несет она

– ПОТОК ВСЕЛЕНСКОГО СОЗНАНИЯ,

Чтобы всегда, когда Ему угодно мог увидеть Он и всё узнать, чтоб мог сигналы получать со всех планет, где удалось Большой Проект начать…

И у тебя есть много способов увидеть это глазом, разумом, когда он есть, иль осознать всё то посредством Эго, сказать иначе – собственным сознанием. Для этого не очень много надо: всего лишь захотеть и стать достойной частью мироздания! Себя единокровною частицей мира ощутить, ВПИТАТЬ В СЕБЯ ЕГО ЭНЕРГИЮ И ЗНАНИЯ, и занять место подобающее ей с момента истины прозрения… и до своих последних дней!

И вот, мой друг, картина пред тобою такова: ВОДА – ЕСТЬ ЧАСТЬ СОЗДАТЕЛЯ, Творца всего, сладко-солёная и мудрая, как кровь Его!

И в этом также СМЫСЛ присутствует большой: ведь если б океаны и моря так солоны не были б, они закисли б на вторую сотню лет от своего рожденья! И тут опять встаёт вопрос: какая жизнь могла бы процветать в помойной яме? Хотим того иль не хотим, но возвращаемся опять туда, откуда начинали мы – к природе-маме, в которой Жизнь по Замыслу Творца заведена по наилучшей изо всех программе!

Программа – это да!.. Как матрица системы – навсегда!

Теперь давайте разберёмся:

– ведь, ежели Творец – Отец, тогда Программа – это мама!

Он сотворил свою Великую Программу, как будто Еву из ребра Адама, из плоти сотворил своей!

А ПЛОТЬ ЕГО – ЛЮБОВЬ! Любовь-Сторгэ, Любовь-Агапэ, Великая Любовь! И вся Создателя Программа не что иное, как Любовь, которую рождает мама ко всем созданиям своим!

И доказательства тому мы сами тщательно и терпеливо добываем!

Мы все Его законы бесконечно нарушаем, зло порождаем, ненавидим или унываем, и постоянно делаем всё поперёк своей программе-маме…

А Он? А Он опять нас не казнит… всё потому что:

– ЛЮБИТ, ТЕРПИТ и ПРОЩАЕТ!

И мало этого: Он нас от нас самих же защищает!

Вот для того ТВОРЦУ ВОДА, КАК НЕРВ НУЖНА, как кровь, чтоб снова донести до нас Его Надежду, Веру и Любовь!!!

Вот и выходит, что Программа сотворенья Жизни воде доверена была!

Она и есть НОСИТЕЛЬ ВСЕЙ ЕГО ПРОГРАММЫ!

Она – как правая рука Всевышнего Отца!

Хотя, пожалуй, нет… она – как Дух Творца, несущий Его суть! Когда коснёшься ты её, об этом, умоляю, не забудь! ЛЮБИ ЕЁ, как любишь ты детей своих, как любишь ты отца, как воздуха глоток последний!

ЛЮБИ, КАК КРОВЬ СОЗДАТЕЛЯ-ТВОРЦА!


……………………………………………………………………………….

Произнеся эти последние слова, Дед обернулся и внимательно поглядел на Иона, будто, стараясь понять о степени проникновения собеседника в материал. А Ион был поражен странной глубиной и неожиданностью текста, для себя он решил, что текст этот многослоен и требует неоднократного осмысления, а значит, его следует записать, чтобы после исследовать. Только ему вдруг показалось, что текст, прозвучавший из уст Деда, был им же, Дедом и рождён – слишком заинтересованно он ожидал его реакции. И что-то такое, видимо, проявилось на лице юноши. Но Дед моментально отсканировал эту реакцию и усмехнулся себе в усы, а затем отрицательно качнул головой:

– Нет-нет, не я! И песня эта не моя…

После этих слов, он какое-то время сидел молча, смотрел на угасающие угли костра, иногда переводил взгляд на небо, чуть покачивал головой и чуть заметно улыбался каким-то своим мыслям.

Звёзды высыпали сверкающими огнями на чёрный бархат ночного неба, и ночь вступила в свои права. День был завершён, и Дед сообщил, что утром нужно будет подняться до рассвета, а потому следует немедленно лечь спать. Объявив это и залив остатки костра, Дед ушёл в избушку и там затих. А Ион посидел ещё некоторое время, вспоминая текст прозвучавшей Оды Воде, и стараясь закрепить его в памяти, но вскоре усталость сломила и его. Он закутался в принесённое одеяло, улёгся на скамью собираясь ещё чуть-чуть полюбоваться звёздами… но тут же и заснул…


ОБРЕТЕНИЕ ЦЕЛИ


Пробуждение наступило внезапно и самым неожиданным образом!

Где-то там, в долине вдруг что-то затрещало, загремело, забухало… Подскочивший спросонок Ион увидел, как в том месте, где протекала река и где должно находиться поселение, мелькают, отражаясь в облаках, сполохи огня!

Из избушки выбежал Дед, взъерошенный со сна и сильно возбуждённый. Первое, что он выкрикнул:

– Они раньше прилетели! Раньше, чем их ждали, ити-иху мать! Но, ничё-ничё – должны справиться! Должны…

Ион, находившийся в ступоре, боясь отвести глаза от жуткого зрелища, спросил хриплым голосом:

– А что там происходит?!

– Да вот, опять нас прилетели убивать! Как в прошлый раз, когда ты с ними был. Ведь вы ж летели, чтобы убить всех нас?! Но нас в тот раз отец твой спас! Ты может не поверишь, но так Судьба распорядилась: он всех нас спас, при том едва не погубив тебя! Не знал отец твой, что ты выжил много лет назад, и что все эти годы жил у них. Не знал! Но если б даже знал, уверен я – не променял бы жизни наши на твою! Он верен до конца народу своему, и нашу общую свободу он ни на что б, не променял!

Дед стал возбуждённо ходить по поляне, поглядывая туда, в сторону разгоревшегося боя. Было заметно, как он нервничает и волнуется. Там решалась судьба поселения, а, может быть, и народа…

Но вот треск и грохот стали редеть и затихать. Вспышки огня почти прекратились, и стало понятно: бой подошёл к концу. Кто-то там победил и теперь ликует, а кто-то погиб безвозвратно и навсегда…

Дед повернулся и почти побежал в избушку… а Ион, ещё ничего не понимая, за ним. А там, в одном из стенных шкафов, оказывается, стояла универсальная мобильная армейская станция, такая же, какими были оснащены и войска Федерации. Дед включил её и стал вызывать кого-то с позывным «синица». Наконец, экран станции откликнулся, засветился и «синица», которая оказалась дамой средних лет с молодым женским голосом, приветствовала Деда. А Дед сухо осведомился:

– Как дела? Какие потери у нас и у них?

– Наши потери не вышли из границ запланированного, хотя строения максимально повреждены. Из вражеских машин мы дали уйти одной, как и предполагалось ранее. Остальные машины остались здесь, на территории боя. Все детали операции выполнены согласно плана.

– Понятно. Конец связи.

Дед повернулся к Иону и сообщил:

– Наше поселение уничтожено, дома сгорели. Атака была проведена раньше, чем мы ожидали, но потери наши минимальны. Сценарий удался! Через несколько часов все «экраны правды» будут трещать об очередной «великой победе», где была уничтожена огромная вражеская база с тысячью солдат! Даже фильм об этом покажут. Посмотрим, как у них это получилось.

– Вы говорите: сценарий удался! Так это была постановка?

– Да, друг мой! Не много нас и мы не в силах сражаться с Федерацией на равных. Но нас достаточно. И в нас есть мужество, чтоб биться за свою Свободу! Теперь один вопрос к тебе Иона, ответь не сразу, а обдумав и точно выбрав путь, который сможешь одолеть ты до конца! Вопрос мой прост: считаешь ли ты нас своим народом? И, если да, готов ли для него все силы положить, и кровь, и жизнь отдать, коль будет нужно?!

– Давно я всё решил: вы – мой народ, моя судьба, и жизнь моя – для вас!


…ПРОЛОГ КО ВТОРОЙ ЧАСТИ.


Она не была Великой, та война, и не могла быть таковой! У неё не было Великих Гуманистических Целей – у Второй Мировой войны. Но была она беспримерной по своим масштабам и несравнимой жестокости!

Вот данные официальной статистики:

– погибло солдат, участвовавших в той войне – 24 437 785;

– мирных жителей в той войне погибло – 46 733 062!

– всех погибших во Второй Мировой – 71 170 847 человек!

Это только те, кого сосчитали. А сколько не увиденных, а сколько не родившихся… Ради чего и зачем?!!

Эту жуткую бойню задумали и организовали известные банкирские дома Европы и Америки, которыми владели представители богоизбранного народа – они-то и были те, кто во второй половине 19 века уже стали считать себя Мировым Правительством (МП). И основания были: в их распоряжении находились почти все финансовые рычаги Земли и, конечно же, политики-управленцы, которые активно способствовали каждому шагу в направлении войны всех значимых фигурантов истории тех лет.

Причин для принятия решения о начале войны, было несколько, и три из них – главные:

– тем банкирам хотелось подмять под себя все финансовые потоки. Была простая и понятная цель – ограбить всех, кого можно ограбить! Забрать у них всё – что можно забрать! – и это прозрачная понятная первая причина;

– желание реконструировать Мир так, как он был бы наиболее управляем ими и удобен им! – вторая и совершенно понятная причина;

– они верили теории Мальтуса «об опасности перенаселённости» Земли и необходимости регуляции населения путём войн – 3 причина, хоть и не самая главная, но и немаловажная.

Первичные цели их были предельно просты:

– уничтожение и раздел, возникшего на стыке Европа-Азия враждбного им государства, с названием «СССР» – государства, несшего опасность их планам и господству;

– реальный передел Мира в рамках сформировавшегося и начинавшего себя ощущать Хозяином Мира «Мирового Правительства»! Им уже тогда хотелось объединения и подчинения Европы под некий стандарт, отвечавший их целям! А это: управляемость и подчинённость! – и нашёлся тот, кто взялся за эту миссию;

– уничтожение национальных элит и полное растворение национальных самосознаний и самобытности – для дальнейшего превращения всех народов в биомассу под названием – электорат;

– полное подчинение электората, за счёт подмены понятий и идеалов;

– построение, на вновь сформированной базе принципов и норм, Нового Мира! Такого, который был бы полностью контролируемым единственным хозяином этого Мира – Мировым Правительством!

Для этого и был рождён Зверь! Он же – инструмент! Он же – рычаг, с помощью которого следовало перевернуть-опрокинуть Мир! И на эту роль так хорошо подходил австрийский ефрейтор Адольф Шикльгрубер. А они всё сделали для восхождения его, для достижения поставленных целей и задач, для подготовки Мира к дальнейшему его употреблению… но не вышло! Что-то пошло не так!

И Адольф, вскормленный и взрощенный ими, вышел из подчинения, и война, начинавшаяся так прекрасно и стремительно докатившаяся до стен столицы их главного врага – захлебнулась! Захлебнулась в неожиданном и никем не предусмотренном героизме и самопожертвовании народа, который они считали забитым, затюканным и ненавидящим саму власть, владевшую им…

И тогда они пошли другим путём, более долгим, более затратным, но путём беспроигрышным! Путём, в основе которого лежал эволюционный принцип: «ПРИНЦИП ИЗМЕНЕНИЙ»


ЧАСТЬ 2. КУРАТОРЫ – ТРЕТЬЯ СИЛА


2.1 ГЛАВНЫЙ УСПЕХ ГИТЛЕРА


А у Адолфа вначале всё было прекрасно! И народ его страшно любил!! Любил, потому что верил ему и его обещаниям о счастливой равноправной жизни! Не забыли, как называлось его движение? Национальный социализм – социализм для одной конкретной нации! Вспомните о чём говорило учение «социализм»! Однако, и с владельцами всех капиталов этой страны у него сразу получилось полюбовно договориться. Особенно когда они узнали о его намерениях удесятерить уровень экономики Германии, так натерпевшейся за эти последние двадцать лет непрерывного унижения! Но и это ещё не всё! Этот Адольф, знал о внешних кураторах. Откуда – не ясно, но знал и искал с ними встречи. И в Гималаях искал, отправлял туда экспедиции, и в северных фиордах Скандинавии искал, и на Эльбрусе – везде искал…

И та встреча состоялась! Он сам пришёл к канцлеру тот, кого окружение Адольфа станет называть «куратор», тот кто окажется способным и решать, и воплощать!

Это был рослый и крайне худой, бледнокожий тип, без всяких следов растительности на лице и голове, с выпуклыми бледно-голубыми глазами, в дорогом, идеально пошитом костюме, с которым не сочетались ни сорочка, ни галстук, повязанный на худой шее.

Встреча происходила в Бергхофе, в баварской резиденции, выстроенной специально для Гитлера его друзьями, позже её назовут «Орлиным гнездом». В домике для чайных церемоний находились двое: Адольф Гитлер и куратор. Канцлер, вначале был сильно зажат, неуверен и оттого потел и постоянно потирал ладони рук. Он понимал цену этой встречи, а ценой было будущее! Будущее его и его страны, да и всей планеты…

Наконец, он собрался. Встал (он не мог говорить свои речи сидя) и, максимально выпрямившись и сосредоточившись взглядом на водянистых глазах собеседника, начал говорить, рубя фразы, в которые вкладывал всю свою страсть:

– Позвольте объяснить мою позицию по ситуации в мире – как я её понимаю! И свой путь, которым я намерен пройти. Вы позволите?

Получив согласие, он продолжил:

– Наш мир тяжко болен! Это видим мы, это должно бросаться в глаза и вам! Человеческое общество утратило верный вектор развития! Оно отвергло человеческие ценности: подчинённость интересов личности интересам общества! Себялюбие, жадность и подстрекаемые ими инициативы – стали главными мотивами деятельности людей! Куда движется человечество с такими установками? Кем мы станем через 20 или 100 лет? Станем сборищем жадных, безнравственных дикарей! Вы, наверное, уже заметили: все газеты буржуазных столиц Европы и Америки кричат об одном – обогащайтесь!!! Любм способом – обогащайтесь!!! – он стал переходить на крик, но тут же опомнился и продолжил:

– Верховенство закона и главные Принципы существования людей сменилось другими ценностями – ложными ценностями! Они сменили Бога на Мамону! И это общество на глазах становится сбродом, где наглый вор неизбежно восторжествует и уже завтра сожрёт ближнего своего! Развитие человечества прекратится, и мы на века застрянем на ржавых запасных путях Истории! Выберемся ли мы оттуда?..

Только наше движение: Национал-социализм – единственно верное! Вы поглядите в глаза тех, кто выходит на марши с нами! Они горят – те глаза! Всмотритесь в глаза мужчин и женщин, что приветствуют наши ряды! Они полны веры!!! Всмотритесь в лица тех, кто смотрят с завистью на нас из-за рубежей нашей Родины! Они все полны надежды, что мы сделаем этот мир лучше! Мы – есть будущее человечества!!! Национал-социализм, законы социального равенства и знамёна его в наших руках, принесённые во все уголки мира – сделают этот мир справедливее чище и лучше!!!

Это нужно нам! И это же нужно вам!

* * *

По согласованию с кураторами, с их технической поддержкой, подо льдами Антарктиды немцы, создали свою автономную «базу 211» и назвали её – «Новая Швабия». В те дни это была лучшая научная база на планете Земля. Здесь закипела жизнь: создавались новая наука и новые технологии, здесь рождалась новая, невиданная на Земле, техника. А окружающий Мир об этом и не догадывался: работа шла под километровыми плитами льда и гранита, это была работа на будущее, близкое будущее, славное будущее, в котором нет места всем недочеловекам!

В разряд «ненужных», по меркам Адольфа Гитлера, попадали до 70% населения планеты Земля. А арийцы и близкие им народы, их рабочие-слуги должны были остаться и строить Новый Мир, мир достойный того будущего, в котором не может быть места никаким «унтерменш»!

В этом позиции Мирового Правительства и канцлера-диктатора почти идеально совпадали. Подлежали ликвидации «никчемные ноли этого мира»: едоки-бездельники всех цветов кожи, которых сотни миллионов на континентах Земли, это весь криминальный мир планеты, и просто тупицы-лентяи – ничего так и не научившиеся делать в своей жизни! Это и богемные идиоты всех мастей, считающие себя солью земли, пишущие и рисующие, ваяющие своих уродцев, сочиняющие вредоносные и безумные тексты! Это, конечно же, аборигены других континентов, не задействованные в процессах созидания и производства материальных составляющих Новой цивилизации. Все они не представляли никакого интереса ни для Гитлера, ни для МП, все китайцы и арабы, русские и турки, латиносы и негры, маори и тутси – их слишком много! И они никому не нужны в том красивом будущем, которое НЕ ДЛЯ ВСЕХ… По определению господина Гитлера, они – «унтермэнш», а не представители доминирующего вида, обозначившего себя, как «человек разумный»…


* * *

А эту «Новую Швабию», уже через два года после Второй Большой войны 20 века, пытались захватить вооруженные силы США – главного исполнителя воли МП. Для этого они отправили эскадру контр-адмирала Ричарда Бэрда, усиленную авианосцем и парой подводных лодок, в южные моря, к берегам Антарктиды. Задача группы была – захватить базу…

Вот рассказ участника тех событий.


2.2 РАССКАЗ ОЧЕВИДЦА


С Константином Ялярашковским, сухощавым, подтянутым и вполне бодрым пожилым мужчиной, я встретился в его тернопольской квартире.

– В годы Великой Отечественной войны я, как и все мальчишки, мечтал попасть на фронт, – рассказывает собеседник.  – Даже «прибавил» себе почти два года и к началу 1945 года успел закончить в Кронштадте ускоренные курсы младших морских офицеров-связистов. Однако в серьезных боевых действиях почти не участвовал – война закончилась. Командование обратило внимание на мое знание языков (благодаря родителям-учителям я владел английским, немецким и французским) и направило меня к союзникам – в координационную группу при главном штабе Военно-морских сил США. В конце 1946 года нас с полковником Юрием Поповичем американцы включили в состав эскадры контр-адмирала Ричарда Бэрда.

Официально мы направились в «научно-исследовательскую экспедицию» в Антарктиду для оценки и разведки ее полезных ископаемых. Но что нас поразило, что в состав эскадры входили: авианосец с боевыми самолетами (истребителями, бомбардировщиками, штурмовиками и разведчиками), эсминцы, тральщики, пара подлодок, танкеры и морская пехота.

Плавание было долгим, и мы с Юрием просто изнывали от тоски и безделья. Только вечерами офицеры собирались в кают-компании авианосца и отводили душу: играли в карты, курили, пили, общались. Причем, как мы убедились, никто из них тоже толком не понимал, куда и зачем идем.

Как-то капитан эсминца «Мэрдок» Сайрус Лафарг, с которым мы сдружились, за рюмкой упомянул, что случайно услышал фразу адмирала Ричарда Бэрда о том, что в Аргентине сдались войскам союзников экипажи двух немецких подводных лодок, прибывших из Антарктиды. Наша подвыпившая компания тут же со смехом выдвинула версию: дескать, идем искать фашистские базы на Южном полюсе. Полный бред. Хотя мифов тогда ходило много. Говорили о том, что сбежавшие фашисты построили себе огромные города в Южной Америке, поселились в… космосе, живут под землей где-то в Альпах.

В середине января 1947 года американская эскадра бросила якорь в море Уэделла у берегов Антарктиды. На белый континент несколько раз высаживали десант морской пехоты. После чего началась научно-исследовательская работа: самолеты вели аэрофотосъемку, геологи, картографы и синоптики занимались своим делом.

– Совсем недавно по телевидению показывали фильм о нападении на эскадру Бэрда, но он во многом неточен, и кое-что режиссеры нафантазировали, – качает головой Константин Петрович.  – Напали на нас, если мне не изменяет память, 27 января. Мы с Юрием стояли на мостике – разговаривали, курили. Тут услышали крик наблюдателя: «Воздух! По правому борту!» И сразу же раздался сигнал боевой тревоги. К нам стремительно приближались буквально над самой водой (а не выныривали из нее, как утверждали тележурналисты!) около десятка неизвестных летательных аппаратов. Через несколько секунд они уже находились над эскадрой и пошли в атаку!

«Диски» стреляли какими-то красными лучами, которые легко пробивали толстенную корабельную броню»

– Это были странные дискообразные машины с… фашистскими крестами на боку, – продолжает собеседник. -И это через почти два года после победы над Германией!

Скорость и маневренность у аппаратов были просто потрясающие! Стреляли они какими-то красными лучами. Может, это был некий прототип современного лазерного оружия? Лучи легко пробивали толстенную корабельную броню, при этом вражеские «диски» могли немыслимо резко менять свой курс, уходя от ураганного огня наших зениток, и даже… зависать над нами! С палубы авианосца медленно поднялись несколько истребителей F-4, но в бой они так и не успели вступить. Тут же были сожжены!

Американцы пытались еще несколько раз поднять в воздух пару авиазвеньев, но и это не увенчалось успехом. Приходилось отстреливаться только зенитками.

Мы с Юрой подносили к крупнокалиберным пулеметам патроны. На наших глазах красный луч оторвал наводчику-негру руку и прожег палубу. Авианосец получил значительные повреждения, но тут враг почему-то «отстал» от нас и перенес всю силу атаки на эсминец «Мэрдок». Жуткая картина – они буквально его сожгли! Огонь, взрывы, крики, стрельба, матросы начали спускать спасательные шлюпки…

Кстати, в фильме утверждалось, что якобы «диски» использовали в том бою некое психическое оружие – «моряки от боли хватались руками за головы». Не было этого! Просто рев двигателей «тарелок» над нашими головами был настолько мощным, что вызывал сильнейшую боль в ушах. Нечто похожее я испытывал, когда рядом взлетал современный реактивный боевой самолет.

Тот бой продолжался минут десять. Как только эсминец затонул, «диски», не тронув другие корабли, катера и спасательные шлюпки, так же стремительно умчались низко над водой за горизонт.

– Мы все были просто ошеломлены произошедшим! – признается Константин Петрович.  – Потери американцев составили потопленный эсминец «Мэрдок», около десяти истребителей и несколько сотен погибших матросов. Раненых было еще больше. «Диски» повредили корабли, особенно наш авианосец. Пару дней мы в авральном темпе ремонтировались. На это время значительно увеличили количество наблюдателей, уцелевшие самолеты непрерывно вели дальнюю воздушную разведку, возле зениток круглосуточно находились дежурные. К счастью, все было спокойно.

В начале марта мы направились к месту базирования кораблей в США. После возвращения авианосец поставили на капитальный ремонт. Насколько я знаю, никто из американских матросов никаких «подписок о неразглашении» не давал. Контр-адмирал Ричард Бэрд доложил о произошедшем командованию и конгрессменам. Мы с Юрием вернулись в Москву, доложили об американской экспедиции лично контр-адмиралу Ивану Папанину и главнокомандующему Военно-морских сил Николаю Кузнецову. Они внимательно нас выслушали, переговорили между собой, и… на этом все закончилось. Докладывали ли они Сталину, посылали ли к Антарктиде советские корабли – не знаю.

……………………………………………………………………………….

Как видите: всё было в реальности, в той попытке американцы потерпели сокрушительное поражение! При подходе к берегам Антарктиды эскадру встретил враг, она столкнулась с совершенно новым видом оружия. В том бою погибли сотни матросов и лётчиков… а ни одного из тех монстров с крестами сбить так и не удалось. Эскадра, понесшая существенные потери, вернулась в свои порты ни с чем – если не считать позора…

Позже американцы всё-таки захватили ту базу. Захватили не военной силой, а следуя советам стратегов МП, не потратив при этом ни одной пули и ни одного снаряда. Они нашли тех, кто работал здесь, в Верхнем Мире на Новую Баварию, поработали с ними и… сорвали сладкий плод! Подмяли их! Потом приласкали и стали использовать в своих целях. И не оповестили об этом никого – это было сделано по твёрдому настоянию Представителя Мирового Правительства. И как с ним не согласиться, если к тому времени Мировое Правительство, сосредоточив деньги мира в своих руках, уже подчинило все правительства планеты, за исключением страны Желтого Дракона и, может быть, страны-наследницы Тартарии. Эти ещё брыкались пока… как могли…

А мир купался в слабоумии самодовольства – это его любимое занятие! Все обитатели его жили, забыв о морали и совести, радостно уничтожая этих, всё отнимая у других, споря и бодаясь с третьими, и пытаясь обмануть тех, у кого не просто всё отнять! Они наслаждались своим существованием, как может наслаждаться свинья, валяясь в грязевой луже! Да, это была жизнь по правилам большинства! Того самого большинства с гордым самоназванием – человек разумный.

Но были и те, кто стоял за кулисами этого театра абсурда! Они видели и понимали всё о происходящем. Видели кукловодов и сами ставили им задачи, они видели тени на стене и движения кукол. Они создавали всю ту суету… и точно знали куда «идёт поезд»! Они даже видели уже «последнюю станцию», где большинство пассажиров должно было «сойти и остаться»…


2.3 ГНЕЗДО ПОД ЛЬДАМИ АНТАРКТИДЫ


А та база была сущим подарком для МП! Как удачно всё сложилось: шикарная база, никому не известная на планете Земля, технический уровень которой много выше, чем уровень всего остального человечества и потому некоторые деликатные операции можно легко списать на инопланов! Есть возможности использования её «в тёмную», не согласовывая свои планы и действия с ООН или европейскими союзниками! А этот новый союзник, основатель базы – замечательный союзник, такой суровый и закалённый в боях, бесстрашный и свирепый! И очень надёжный, не переметнётся – потому что некуда! Да и молчалив в любых обстоятельствах – положение обязывает! Его удалось обмануть, и он вынужден был принять все условия соглашения!

* * *

В большом зале овальной формы, оформленном в оттенках слоновой кости и освещённым приглушенным матовым светом, за круглым большим столом сидели несколько человек. Большинство здесь были немолодыми и, судя по их лицам, не очень здоровыми людьми. Некоторые из них хоть и выглядели моложе остальных, но общение между ними происходило, как между равными партнёрами.

Голос звучал ровно, без эмоций, хоть и говорились жуткие вещи:

– Только Большая война. Только она может решить все наши проблемы, быстро и кардинально – мы к ней готовы! Подземные города для плебса ждут заселения. И базы для долговременного проживания элиты – готовы на 100%. Все склады заполнены продуктами, водой, жидким топливом и кислородом. А наш враг сейчас – на четвереньках, у него грогги – знаете что это? Так бывает у пропустившего сокрушительный удар и потерявшего ориентацию в пространстве. Это самое время, чтобы добить его. Вспомните, какие усилия мы предпринимали, чтобы придти к этому, сколько затратили денег-времени! И вот он на полу. Добить его – вот что требуется. Он не в состоянии ответить – наши валеты и джокеры, которых мы вскормили в их рядах, уже сделали, всё что могли: самые страшные ракеты русских – распилены, боевые поезда, наш ночной кошмар – на свалках, дальние бомбардировщики – частью разрублены гильотинами, частью разукомлектованы. Народ и армия врага – деморализованы на 90%: одни воруют и растаскивают то, что создавали их родители, другие их грабят, а третьи пьют и мрут тысячами – лучше уже не будет никогда! Сейчас лучшее время, чтобы окончательно закрыть проблему. И вторая проблема – перенаселение планеты, будет решена за неделю. Мы считаем, что время Большой Последней Войны подошло!

– Сэр Джордж, не пытайтесь быть умнее всех и святее Папы римского! Мы здесь не первый день живём и всё видим. Благодаря таким как Вы, сэр, мы можем проиграть всё! Наше и ваше будущее! Вы, сэр, попробуйте только представьте себе, что они сумеют нам ответить даже в половинном размере от нынешнего их потенциала, даже в треть! И прибавьте сюда всё, что мы отправим к ним… и это будет означать только одно: ни Вы, ни я, ни наши дети – уже никогда не увидят планеты Земля! Даже через пару десятков лет мы сможем выходить на поверхность только в скафандрах! А вокруг будут только холод и смерть, развалины и радиация! Вы этого хотите?!

– Этого никто не может хотеть, Сэр Генри. Но это и маловероятно! Вы ведь озвучили самый крайний вариант, не так ли? Вы считаете, Сэр Генри, что без большой термоядерной войны можно обойтись? И как же Вы представляете себе разрушение таких мощных и живучих врагов, какими являются наши противники? Как уронить их экономику до мусорного уровня? Как сломать их систему управления и разрушить государство? А они очень скоро начнут вставать с колен, приходить в себя и набираться сил – как быть потом? Какие Вы видите возможности для слома и поглощения этой страны?

– Вспомните, как было, Сэр Джордж? Мы тихо-тихо вползли в их дом… затем мы стали изменять сознание электората, мы отравили подрастающие поколения врага нашими, созданными специально для того фильмами и песнями, деформированными идеями и убеждениями о «свободе», как о вседозволенности! О том, что мерзость – это норма, что надо жить сейчас и только для себя, а весь мир – дерьмо и пусть горит в огне! Мы размесили их жидкие мозги, перемешав в них: любовь с порно, правду с ложью, свободу с наркотой и дешёвой жевачкой. Вспомните, Сэр Джорж, как всё это радостно они поглощали? Вы помните? И они ведь никуда не делись, те плохие парни! Вспомните, что было после?.. как они сами раздербанили и растащили свою страну, свои заводы, фабрики и совхозы – всё что создавали их отцы и деды, всё, что было основой их могущества! И они не исчезли, они там, в России – те драйверы испорченного поколения! Только они выросли и стали мэрами городов, министрами правительств, губернаторами областей, республик – так? Так! И начинка в них прежняя. И они всё сделают сами, уверяю Вас… только не надо им мешать. Можно иногда помогать… как помогали мы старушке Европе встать на четвереньки и самой себе смазать вазелином анус. Нужно опять активно ежедневно работать – подменять истинные ценности на мнимые, изменять их мораль, в которой белое объявить чёрным, а чёрное – золотым! Правду заменить на правдоподобную ложь! Доброе выставить глупым и слабым, а всякую гнусность сделать нормой – вот путь, который приведёт нас к победе!

Говоривший замолчал, осмотрел сидящих за столом, подкурил сигару и продолжил:

– Максимум 20 лет и мы увидим, как эта страна падёт! Как созревшее яблоко. Не смогут они бороться с нами на всех фронтах! Нормальных и вменяемых там будет с каждым днём всё меньше, а плодящиеся уроды – это небоеспособный мусор! И тогда придёт день, когда на наше предложение, их безумствующие от жадности, обожравшиеся руководители скажут «да»! А может даже и сами приползут к нам, покупая здесь дворцы-корабли себе и своим выродкам, вымаливая у нас гражданство… и неся в слюнявой вонючей пасти ключи от ворот своих городов!!! Это будет…

– А проблема лишнего населения, сэр? Как быть с ней?

– Что касается перенаселённости, здесь есть много интересных рабочих вариантов. Наука вся у нас в руках, используя её, мы сможем создать и новые болезни, и новые лекарства, которые будут хуже тех болезней! Влияние этих лекарств смогут оценить только внуки … но будет уже поздно: программу, внесённую на генном уровне не остановить. А африканцам-азиатам и другим голодным, мы можем посылать гуманитарные поезда – наш «троянский конь»! Пусть едят досыта… сколько смогут. И дети там станут слабей отцов! А дети тех детей, скорей всего, уже и не родятся… Мне кажется, что этот путь надёжней!

Он загасил сигару, глотнул свой напиток и добавил:

– И последнее, Вы, наверное, забыли уважаемые сэры, что кураторы запретили нам любые действия, способные навредить экологии планеты? Так я, со всем уважением, об этом напоминаю вам…

Не выдержав, вскочил сэр Джордж:

– Но это наша планета! Мы её хозяева! А они кто? Они – наблюдатели! Без права вмешательства. Они могут только подавать советы и докладывать о ходе дел на Земле своему командованию! Всё! Это вся их компетенция…


2.4 КУРАТОР


А куратор был всегда другим. Иногда это был гуманоид, похожий на помесь китайца с африканцем, иногда точная копия здоровяка-регбиста из Океании. В другие дни это был худой и субтильный тип с серой кожей, вытянутым назад и вверх черепом и нечеловеческим лицом, которое пугало многих, когда он вдруг снимал большие солнцезащитные очки и кепи вместе с париком.

Он всегда знал ход обсуждений тем предыдущих встреч, и потому они стали считать, что все воплощения – это одна личность, не понятно с какой целью, меняющая каждый раз свой облик. Прибывал он внезапно и так стремительно, как будто мог изменять ход времени, и оттого процесс его прибытия не удавалось зафиксировать от самого начала и до конца – только прибытие, без предыдущей фазы и всегда в новой точке пространства.

Сегодня куратор, прибыв на Координационный Совет МП, где присутствовало около двадцати персон-представителей всех важнейших кланов Земли. Перед тем, как начать своё выступление, он повернул свою странную голову в сторону сэра Джорджа и как-то очень внимательно на него посмотрел. Затем опустил глаза без бровей и ресниц, и стал не спеша рассматривать структуру дерева палисандровой столешницы. Он всё делал неторопливо, понимая значение и вес каждого своего жеста. После длинной паузы, на которую не всякий бы диктатор Земли решится, куратор начал тихим и спокойным голосом:

– Уважаемые сэры, вы, вероятно, забыли кто вы и кто мы? Я напоминаю вам: мы – те самые боги, которым молились все ваши предки. Более того мы – те самые боги, благодаря которым ещё недавно лохматые грязные обезьяны вдруг стали на задние конечности, в передние взяли палки и стали хозяевами этой планеты. Мы те, кто изменил ваш геном!

И вы не первые, кого разводим мы на этой НАШЕЙ… ферме – так кажется, называется место, где вы разводите своих свиней?..

Он замолчал, видимо, давая присутствующим прочувствовать его слова. Куратор вообще никогда никуда не торопился, говорил не спеша, без эмоций, а тон и спокойствие его говорили, что именно он является здесь хозяином…

Он помолчал и продолжил:

– Это мы – те, кто решил сделать вас разумными прямоходящими. А вы даже придумали себе красивое название – человек разумный! – он осмотрел сидящих за столом, заглянув каждому, как им всем показалось, через глаза вовнутрь, и затем очень тихим голосом продолжил:

– Всеми своими достижениями вы обязаны нам. Мы вели вас так, как вы ведёте своих детей в первые годы их жизни. Вели аккуратно, защищали от космических бед: астероидов и комет. Даже спутник ваш – Муун, мы для вас соорудили и выставили так, чтобы он защищал планету. Вы – наш проект! Всегда вы были под нашим контролем и покровительством. Ваши предки, все эти сотни тысяч лет, стояли перед нами – своими богами, на коленях… и клялись в покорности и верности – так было. Но пришли времена атеизма (мы знали, что они придут), и о нас забыли – потому что хотели забыть. Да. Только мы никуда не ушли и не забыли вас. Об этом мы сообщили вам около ста земных лет назад – вспомните феномен, которому вы дали название «Тунгусский метеорит»… Это мы преподали вам урок памяти и вежливости! А вы опять всё хотели забыть… как быстро вы всё забываете…

Мы напомнили вам о вашем статусе и в 1952 году, по вашему земному исчислению. Это событие в вашей прессе, во всех её вариантах, проходило под брэндом «Двухнедельный парад НЛО над Вашингтоном» – вспомните июль 1952 года! Но вы опять вели себя, как идиоты! Вы так старались убедить всех в нашем отсутствии, что и сами в это поверили! Так, генерал Джон Сэмфорд, демонстрируя миру верх идиотизма, заявил в тот раз: это климатическое природное явление… – и он издал что-то похожее на кашель или смех, – ихх-ихх-ю-ю-ю… И все ваши ведомые бараны поверили…

Ну что ж, сэр Джордж, какой бы вы хотели видеть на этот раз форму урока? Ведь нам его придётся продемонстрировать для вас, так или эдак. Может быть, такую же, как Атлантиде?! Помните? Тогда они необоснованно решили, что Атлантида – это сама по себе очень значимая величина в глазах Творца… вы не забыли о том эпизоде?..

А мы всё помним.

Мы решили им не помогать тогда, двенадцать тысяч земных лет назад, когда воды океана прорвались во внутреннее море на стыке Африки и полуострова Иберии! И хлынули они высоким валом, и затопили щедрые долины, где процветала гордая Атлантида! А кто же о ней сейчас помнит? Платон иль Геродот… может, кто ещё? – он замолчал и в упор воззрился на бледного, но пытающегося не терять лицо, сэра Джорджа.

Все присутствующие в зале чувствовали себя ничуть не лучше, чем сэр Джордж. Им – непререкаемым хозяевам планеты, как привыкли они себя считать, им, кому принадлежат все банки и деньги планеты Земля, здесь и сейчас, устроили показательную порку, как сопливым гимназистам…

Куратор улыбнулся, но лучше бы он этого не делал: «хозяевам» Земли показалось, что сам Сатана улыбается им, как своему готовому блюду!

– Открою, уважаемые сэры, ещё один секрет! Вы – Мир четвёртой, хотя и не последней, категории! Я поясню и начнём, как говорят у вас, от порога. Творцу был нужен наш Продукт… Хотя, пожалуй, вы и не знаете, о чём я говорю, так поясню. Кто-то может и догадывается, но большинство из вас, если судить о ваших поступках и прижизненном поведении – нет. И если это так, то сейчас я открываю для вас «страшную тайну», о которой говорят вам все ваши святые книги: Творцу нужны безупречно чистые Души. Это и есть Продукт, ради которого Он начал весь свой Проект! Это касается и вашей, то есть – НАШЕЙ «плантации»…

Для чего нужны Ему Души – это не ваше и не наше дело…

Но Душа – это единственное, что не рождается на планетах, а даётся нам от Него, даётся, как зародыш или саженец – так у вас говорят. И этот саженец каждый из нас должен взрастить для Него в процессе прохождения своего личного жизненного цикла! Все рождённые Миры дают свой Продукт Ему! Но не все Души можно признать Продуктом для Творца.

На всех без исключения Мирах встречаются Иные – так мы обозначили тех, кто часто пренебрегает своими обязанностями в культивировании Души. Это те, кто пренебрегает Правилами и Законами, данными нам Творцом, что делает невозможным правильное формирование ростка того саженца Души. Перешагивая через Законы и Порядок, Иные разрушают и продуктивность самих Миров. Творца это не устраивает! Это вам понятно?

Задав вопрос, куратор внимательно осмотрел всех, и убедившись, что у присутствующих на лицах нет знаков непонимания, продолжил:

– Так вот, для таких Иных и созданы иные Миры! Что это – поясню. В них иные условия существования, иная конфигурация и комфортность бытия. Сюда, после первой, неудачно пройденной жизни в Мирах высших категорий инкарнации, отправляются Души-неудачницы тех самых безобразников Иных – на перевоспитание! Глубина погружения в Миры низших категорий всегда зависит только от меры повреждения ростка: одних отправляют в Миры второй категории, где условия мало чем отличаются от Миров Высшей категории. Других, что прошли жизненный цикл хуже, отправляют в Миры третьей категории – здесь уже многое отличается от первых двух типов Миров, и им приходится напрягаться значительно больше, чтобы преодолеть многочисленные сложные обстоятельства на пути к собственному росту.

Но есть и такие, кто не достоин Миров третьей категории. Таких отправляют в Миры, подобные вашему – Миры категории «четыре», это те Миры, которые в ваших священных книгах называют – Чистилище. Чтобы чистить вас…

А Миры ещё более низкой категории – Миры для отбывания наказания! Условия там вам покажутся чудовищными, и многим из вас, сэры, придётся с этим познакомиться лично – уверяю вас…

Куратор замолчал, и повисла зловещая тишина. Наконец, он её нарушил:

– Что ж, вернёмся к нашим баранам – так у вас говорят? Так вернёмся, и повторим урок. Это у вас говорят: повторение – мать учения. Повторим и мы, и чтобы было наглядно, мы покажем вам, как могли бы наказать вас за дела ваши, а также продемонстрируем, как мы спасали вас ранее!

Проделаем это над территорией вашего любимого противника, которого вы столько лет пытаетесь сожрать! Это, может быть, заставит вас задуматься. Видеофильм, снятый земной техникой, для подтверждения факта, мы вам обеспечим, после демонстрации. Ну а вы должны, дорогие сэры, всё ещё раз и очень хорошо обдумать!

После этих слов, куратор поднялся со своего места, насмешливо оглядел застывших землян и, слегка поклонившись, растворился в воздухе…

И он исполнил всё, как обещал…

* * *

Выдержка из газеты того времени:

«15 февраля 2013 года громадный огненный шар из космоса вторгся в атмосферу Земли над территорией Южного Урала. Над городом Челябинск он был сбит неизвестным летающим объектом, который догнал на большой скорости раскаленный «болид» и ударил сзади, разрушив его на большое количество осколков, которые выпали на территории челябинской области. Момент разрушения космического тела сопровождался мощной взрывной волной, которой были выбиты множество окон в городе. Факт уничтожения звёздного гостя достоверно зафиксирован и изучается учёными.

Над городом Челябинском, сразу после события, прошёл сильный дождь, что весьма нехарактерно для этих широт. Самый крупный осколок болида был поднят со дна озера Чебаркуль».


2.5 ВОЗВРАЩЕНИЕ


– Нам возвращаться надо, Иона – сказал Дед, – пойдём ближе к вечеру. Сейчас долину нашу примутся снимать со всех сторон и спутники, и дроны. А как же – главное событие недели – победоносное сражение с дикарями, уничтожена база! Все ЭПы неделю будут об этом твердить! А пока вот что: давай-ка мы поедим, чайку попьём, может, до тех снегов сходим – ты как, не против? Ну, хоп! Хоп – значит, ладно-хорошо.

Дед поручил Иону разжигать костёр и согреть пищу, а сам закрылся в домике и о чём-то долго переговаривался по связи. Наконец, еда была готова и Ион позвал Деда. Они уселись на скамьи у костра, и неспешно принялись за еду.

В этот раз Дед помалкивал. Он о чём-то всё время упорно думал, иногда замирал, иногда жевал, покачивая головой, или хмурил брови, а иногда взмахивал ложкой: кому-то что-то доказывая. Но вслух ничего не говорил… А Ион понимал, что настают новые времена, которые будут для тех, кого он узнал в последнее время, очень непростыми, как, впрочем, и для него самого. Внутри появилась какая-то странная грусть или предчувствие, может оттого, что заканчивается самый лучший кусок его короткой жизни…

– Как кусок торта на десерт – подумалось ему.

Вот он, только-только начал понимать отдельные слайды-фрагменты этого странного устройства, под названием ЖИЗНЬ, вот, чуть приоткрылись некоторые неведомые раньше двери, и показали нутро механизма… Это было так увлекательно… но вот, кажется и всё! Сладкое – кончилось! А что дальше? Война – судя по всему. Только война: кровь и боль, утраты и смерть!..

– Знаешь, Иона – вдруг заговорил Дед, – ты не грусти! Ничего ещё не закончилось! Ни здесь, ни там! И круг инкарнаций – не закончился, и Души наши живы, и жить будут дальше! И Творец любит нас! Нас, Иона! Потому что мы правы: а мы любим Его и Его Правила Жизни! А это – главное!

Ион был поражен: как Дед углядел его мысль? С лица считал? А Дед продолжал:

– И совсем не важно, мил друг, количество нами прожитых лет. Ведь жизнь наша, измеряется не количеством дней, часов и минут – нет! Она измеряется делами! Значимыми и важными делами, которые мы совершаем здесь, и дела эти остаются в памяти и жизни тех, для кого ты это делал. Так было, так есть и так будет. Вот, есть у нас доктор один, умный, грамотный. Умеет гипнозом человека любого так растелешать – всё ему расскажешь, чего и не помнишь уже! Называется это – методика регрессивного гипноза, так он мне сказывал. И до него такое делали. Был в 20 веке Майкл Ньютон, так он целую книгу об этом написал. Ставил над пациентами опыты и описывал их: как в сон погружал, как заставлял их вспоминать прошлое. Да и у нас это проверено не раз! Веришь-нет, пленные ему всё рассказывают, нашему-то! Чего и не хотят: и про операции ихние, и про планы, и про оружие… нет у них секретов от него! Так вот, доктор этот однажды по моей просьбе, погрузил меня в сон, особый гипнотический. Включил он камеру и записал свои вопросы и мои ответы. Сам я ничего из того, что говорил тогда, не помню, и, если б не запись – не поверил бы в такое. Ну, ты не поверишь, я ему рассказывал даже, как по родовым путям шёл, на выход – значит. Как мене потом по жопе хлопали, чтоб значит, заорал! А после, када вопрос встал: что было до родов, мы с ём и дальше пошли, куда-то в другие пространства – между моими рождениями в этой жизни, значит. Рассказал я ему тогда, как наша группа свободных Душ, таких же, как и я, и того же уровня, на собраниях обсуждает прошлые жизни и поступки то одного, то другого. И главное, никто ничего не таит, не врёт и не стесняется. Сказывает всё, как было. И цель-то у нас одна – найти то, что было сделано не так! Не так как следует – а неправильно и глупо… по злобе, может, или жадность тут была проявлена, или похоть. А Учителя – те что вели эти семинары, они никогда не упрекали нас, а только с доброй улыбкой помогали найти верное решение задач и достойные выходы из сложных ситуаций…

Знаешь, Иона, оказывается, до этого моего рождения, я уже проживал на Земле раньше, и это было в 19 веке. Вернее, родился в конце 19 века. Воевал на фронтах Первой Мировой, потом был плен. Я бежал. Вернулся в Россию, а тут революция… я и подался к себе в деревню, в Сибирь. Да-а, такая история. Потом воевал я за своих, деревенских, а потом замирились, вроде. Ну а после были лагеря, где я и помер от холода и бескормицы…

Суть, Иона, в том, что Душа наша – странник в этом Мире! Приходит она сюда – как велено ей, чтобы набираться мудрости, силы и красоты! А для того она помещается в тело земное, и задача её: не стать грязной тряпкой в услужении того тела! Оно, тело-то суть – животное! И желания у него такие, как и положено животному – скотские, да и чувства того тела – сильные, свирепые! Ка-ак с ими совладать? – неясно. Часто ить с первого раза и не получается. Придёт она, милая наша голубушка-бедолага, намучается здесь, натерпится: изваляют её в грязи и в похоти, да в непотребстве разном… и уходит она в обиде. Уходит туда, где Учителя ждут, чтоб там прижать её к своей груде! Обласкают-успокоют бедолажку, и станут обучать – как ей в следующий раз не быть осквернённой-униженной, как путь-дорогу пройти, да не изваляться в дерьме! Во-от, так-то, мил друг: непроста эта жисть, ох, непроста!

Но что хорошо тута: ежели ошибёшься раз-другой, так ничего у тебе и не потеряно… главное-то чтоб любить Бога и его Мир! Это обязательно! Ну и сколько можно… ну, скоко ты сможешь, стоко люби людей! Это самое тяжёлое. Их тяжело любить… Это я знаю… больно в них дерьма много…

Он замолчал, склонив голову набок, будто рассматривал что-то в уже потухшем костре, затем поднялся и выплеснув туда остатки чая, ушёл в избу. Но почти сразу, выглянул из двери и сказал:

– А у нас план есть на тебя, Иона… Ступай-ка сюда, обсудим…

И Дед рассказал, как они хотят его использовать. План был дерзкий и вероятность его выполнения казалась минимальной – Ион был ошеломлён. А Дед, наоборот, казался уверенным и спокойным. После разговора, он встал напротив Иона, взял его руками за плечи, и внимательно вглядываясь в глаза, тихо сказал:

– Времена такие, сынок. Суровые, страшные времена! Я даже и не знаю, бывают ли другие? И отцы наши, и деды, и их деды – все мы воевали! То с внешними врагами, то меж собой собачились за кусок – хуже псов – ей-богу! Представляешь, Иона, как мы выглядим в глазах Творца нашего, а? Я уже тут стал подумывать: а может, и не Он нас сотворил – уж больно нехороши мы! Ну да ладно, ничо тут не изменить! А ты щас давай отдыхай, Иона. К вечеру выступаем, идти будем скоро и без остановок… пока не дойдём. Вот и надо нам быть свежими…

Но Ион, выйдя к кострищу, ещё долго сидел на скамье, опершись локтями в колени и глядя в давно потухший костёр. Вереницы мыслей и эмоций кружились в голове. Иногда он переводил свой взгляд на долину, лежащую внизу живописным полотном, и тогда пытался рассмотреть, что происходит, в том месте, где ещё вчера находилось поселение, родное для Деда. Иногда переводил взгляд на склоны и альпийские луга, которые где-то там переходят в таинственные ледовые поля, которые он никогда не видел и, вероятно, уже никогда не увидит…

Солнце приблизилось к вершине их горы, когда они выступили в путь. Шли быстро, без разговоров и дошли до рассвета. А их там уже ждали, и всё было готово: и хирург, и цепи, и всё остальное, что могло понадобиться…

* * *

В свинарнике на цепи он просидел несколько дней. А эти всё не летели. Раны, полученные якобы в свинарнике, при этом, недавно прошедшем бое, зудели под повязкой. Он мёрз, и всё время хотелось есть.

У него была будка, наподобие собачей, в которой лежала прошлогодняя солома и старое рваное одеяло. А на ноге была закреплена цепь, кольцо которой было продето в стальную толстую проволоку, которая была натянута вдоль всего свинарника. Живых свиней не было – их забрали, а в некоторых клетях свинарника лежали убитые при налёте пулями и осколками свиньи, благодаря которым он не замёрз и не так страдал от голода. В углу стояла бочка с замёрзшей водой, иногда он откалывал лёд. Он терпеливо ждал…

На четвёртый день, ближе к полдню, ему послышался свист коптеров. И действительно, через несколько минут две тени промелькнули над ним. Пролетели – осмотрелись, и где-то на окраине поселения, присели.

– Похоронная команда – подумал он – станут собирать своих убитых и осматривать развалины, в поисках местных. Скоро придут…

И они пришли. Почти такие же молодые курсаки, как и те, с курса Иона. Стояли, таращились на него, к нему не приближались и не пытались с ним говорить. Посмотрели на него, не опуская стволов, и ушли собирать важные и ценные трофеи – убитых свиней.

Но вскоре пришли и за ним. Это был офицер и с ним два капрала. Они приблизились к Иону, не спуская с него настороженных глаз и своих стволов, и офицер задал вопрос на ломаном славянском:

– Какой язык говорить?

Ион встал, выпрямился, как их учили в МэЛах, сложил руки на бёдрах и на «интерне», языке Федерации, доложил:

– Рядовой 20 маршевого батальона, строевой номер 580.1310! Все наши погибли в сбитом коптере, я был тяжко ранен и попал в плен. Пробовал бежать, как оправился от ран. Был пойман, наказан и прикован цепью…


2.6 СНОВА В СТРОЙ


Как и бывает в таких случаях, его поместили в госпиталь следственного изолятора для излечения от ран и проведения расследования обстоятельств попадания в плен. Раны прочистили, обработали антисептиком, заклеили жидким пластырем и повели на первый допрос.

Кабинет дознавателя, с зарешеченным окном, с сейфом встроенным в угол, столом и двумя стульями, был окрашен в мрачноватые серебристо-серые тона. За столом сидел человек без возраста и без особых примет, кроме одной: его серые длинные тонкие волосы на затылке были сцеплены в пучок голубой резинкой. Голос дознавателя был высок, монотонен и пол его определялся только наличием больших залысин на узком костистом лбу.

– Господин Дознаватель – так можешь обращаться ко мне, – сказал он.

Затем, нажатием клавиши, раскрыл служебный комп и стал задавать дежурные вопросы. Вопросы начинались одинаково: строевой номер 580.1310, назовите… и далее шла суть вопроса.

Вначале это были вопросы о его МэЛах: где, когда и с кем проходил обучение в «Молодёжных лагерях», кто были его прямые начальники? Выяснив, задал очередной вопрос: как проходило первое боестолкновение в операции? Каким был второй бой? Каковы обстоятельства попадания в плен? – на все вопросы Ион отвечал не спеша. Следовало излагать только так, как было велено, ошибиться нельзя, слишком дорога цена.

Дознаватель всё происходящее записывал на камеру компа, иногда делая в нём какие-то пометки, затем формулировал следующий вопрос:

– Расскажи подробно всё, что происходило с тобой в плену, нам важно знать всё, что ты видел: все имена, ставшие тебе известными, увиденные тобой виды их вооружений, транспорта и связи?

– Я не был в помещениях, где они встречались и вели свои разговоры. Моё место – свинарник и уход за животными. Но они не считали меня способным понять их речь и не верили, что я смогу уйти живым от них, потому и не считали опасным. Часто говорили между собой, не обращая внимания на меня, и я кое-что услышал. Так, два полевых командира, во время одной из пьянок, которые у них бывали часто, говорили о старой базе. Как я понял, это база хранения древних ядерных ракет класса земля-воздух и земля-земля, оставшихся от прежнего стратегического врага Федерации. Вот эти двое и решали в тот раз: кому и сколько достанется ракет. От количества ракет там зависит статус командиров повстанцев, а от статуса зависит общее влияние командира на Совете и его доля при разделе трофеев, территории и ресурсов. Поэтому и вопрос этот у них очень острый. Они не подозревали обо мне, что я неподалёку, и говорили довольно откровенно. А я в тот раз сидел за дверью склада свинарника и набирал в вёдра корм животным, но когда они вышли курить, я прекратил работать, затих, и они не заметили меня. Так вот, я, возможно, смогу отыскать ту базу, они упоминали тогда какой-то ручей – это вам интересно?

– Безусловно! Я доложу наверх и об этом продолжим завтра. Теперь расскажи о вооружении ублюдков, об их транспорте и связи – всё подробно не спеша…

– В зимний период они часто передвигаются на лыжах – такие лёгкие доски с изогнутым концом. За сутки на лыжах они способны преодолевать до 50 миль. Но есть у них и современные аэроскутеры, с высотой полёта от фута до десяти. По-моему, их поставляет кто-то с наших территорий, не верится, что сами они могут создавать такие. И связь у них такая же, как у нас – я видел у них армейские радиостанции, и тоже думаю, что кто-то с нашей стороны продаёт их ублюдкам.

– Всё зафиксировано. Есть ли у тебя просьбы?

– Да, господин Дознаватель, я плохо себя чувствую, меня постоянно морозит и сильно болит голова: или от ранения, или после побоев. Меня ведь сильно избили, когда поймали и тащили назад… нельзя ли показать меня опытному врачу?

– Сегодня уточню о возможности исполнения твоей просьбы. Конвой! Увести задержанного.

* * *

Ион сидел в одиночке, время тянулось медленно, в промежутках между лечебными процедурами и допросами, он размышлял. Мозг, привыкший к активному режиму во время его «пребывания в плену», продолжал работать, и мысли крутились вокруг поставленного задания. Приходилось постоянно быть в готовности, балансировать, и любая оплошность могла стать роковой. Но главное-то произошло: он находится на федеральных территориях, его возвращение прошло по плану, серьёзного ущерба здоровью нет, и его судьба зависит от правильности его поведения и одной маленькой капельки удачи!

На следующий день, утром, его вывели к Дознавателю.

– Строевой номер 580.13.10, как Вы себя сегодня чувствуете? Ваш вопрос решён положительно и сегодня Вас осмотрит доктор, как Вы и просили. А теперь вернёмся к предложенной Вами теме: база с ракетами.

Эта тема весьма заинтересовала наше руководство и с сегодняшнего дня все подозрения с Вас снимаются. Вы переводитесь в офицерский корпус, Вам присваивается начальное звание – лейтенант и предоставляется персональная комната в блоке офицерской гостиницы. Сегодня, господин лейтенант, Вы перемещаетесь к новому месту службы, а завтра к Вам придёт ваш новый командир, с которым, я надеюсь, Вы начнёте свой новый этап доблестной службы в рядах «Стражей Федерации»!

– Служу Федерации!!!

* * *

Прошла неделя, в течение которой Ион получил офицерское звание и необходимые документы, форму, оружие. Однако солдат в своё подчинение не получил, а должность, назначенная ему, называлась – офицер оперативно– тактической группы. И должность предполагала его прямое участие в боевых операциях, вместе с такими же молодыми, как и он, офицерами. Их ударный отряд насчитывал 200 бойцов, только Ион, как носитель информации, был пока изолирован от всех участников будущей операции. Кроме командира.

Познакомился Ион с ним на первом совещании в штабе планирования операции. Проводивший совещание старший офицер, перед самым началом, представил Иона командиру и предложил им занять места вблизи от себя. К командиру, который судя по его жутковатому виду, прошёл не одну горячую заварушку, велено было обращаться: командир Триггер. Азиатского склада лицо командира, с большими уродливыми шрамами, ничего не выражало, а в разговоре казалось, что отвечает робот: независимо от темы беседы, ни его лицо, ни голос – не менялись.

Когда все приглашенные на совещание прибыли и заняли свои места, встал старший офицер и означил тему:

– Предстоит Операция по изъятию ракетно-ядерного оружия повстанцев.

После чего он предоставил слово Иону, и тот, стараясь не волноваться, сосредоточился на докладе:

– Господа офицеры! Мне довелось быть пленённым в ходе последнего боя, когда наш коптер был сбит и из всех летевших в нём солдат, остался жив один я. В момент падения коптера я был уже без сознания. Очнулся в лагере врага и, неизвестно по какой причине, мне не дали умереть, а сделали рабом. Пытался бежать. Попытка побега не удалась: поймали, били, ломали кости и посадили на цепь в свинарнике, где меня и нашли наши десантники после проведения операции возмездия. Пока находился там, случайно мне стали известны сведения, представляющие, как оказалось, значительную ценность. Из подслушанной частной беседы двух командиров повстанцев я узнал, что неподалёку от тех мест, где я пребывал в плену, находится база-склад ядерного оружия бывшего исторического врага Федерации. В их беседе звучало несколько раз слово: «карлов». Если быть точным, они говорили: «Карлова речка», «Карлов ручей». Где-то поблизости от объекта с таким названием и должна, по моему мнению, находиться эта база складирования.

После доклада Иона, слово взял майор Триггер:

– Мы изучали карту тех мест и обнаружили, что есть несколько объектов с подобной топонимикой. Один из них это «Карлов створ» – узкое место в русле реки Енисей, где в позапрошлом веке была построена одна из самых больших гидроэлектростанций Земли. Прежнее название: Саяно-Шушенская ГЭС. Некогда она была основой местной промышленности и экономики, но после сдачи врага, с поглощением этих территорий Федерацией, наши власти и инвесторы так и не смогли освоить регион. И произошло это из-за крайне враждебного цивилизованному сообществу, местного полудикого населения. Между первой и второй половиной 21 века, не обслуживаемая должным образом, плотина ГЭС пала. Следствием этого были большие разрушения и жертвы, ниже по течению реки: вал воды разрушил несколько городов и посёлков вдоль реки, смыл с окружающих берегов плодородный слой, чем сделал те территории непривлекательными для возможных переселенцев. Но для нас, это не было такой уж трагедией – местное население было крайне враждебно к нам, за исключением тех из них, кто привык и раньше сладко есть-пить, служа правящим властям. После сдачи, они примкнули к нам, став нашей администрацией во враждебных регионах. Но это не решило никаких наших проблем: в целом регион оставался враждебным и потому средств на его развитие не выделялось.

Что касается интересующих нас складов, полагаю следующее: для защиты плотин ГЭС всегда создавался оборонительный пояс из ракет класса «земля-воздух». А следовательно, учитывая открывшиеся факты, можно предположить, что полевые командиры говорили как раз о тех самых запасах тактических ракет…

Далее. Учитывая отсутствие дорог из-за труднопроходимых местных гор, где-то неподалёку от «Карлова створа» и находятся нужные нам склады. Более того, чуть ниже, с левого берега реки, есть узкая горная долина, по которой течёт Карлов-ручей! Так он назван на картах сдавшегося врага. Ещё известно, что в прежние времена, когда ГЭС использовалась по назначению, там располагались многочисленные склады и ремонтные мастерские для нужд ГЭС. У нас есть предположение, что там же мы и отыщем те самые, интересующие нас склады. Спасибо за внимание, я закончил.

* * *

Ударная группа была сформирована, план операции утверждён и все, необходимые для её проведения ресурсы, получены. Дело было за малым, но штаб, по каким-то причинам, не называл даты проведения операции.

Время замедлило свой ход, и Ион целыми днями сидел перед компом, смотрел новости, изучал карты местности предстоящей операции, пытался играть в военные игры «онлайн», как это делал он раньше. Он даже свой ним сохранил – Сова, но теперь это не помогало…

Не помогало до тех пор, пока не встретился ему на полях онлайн-сражений воин под нимом – Сокрушитель. Этот отличался от остальных и умом, и необъяснимым умением предвидеть ситуацию. Он часто придумывал странные нестандартные ходы, выигрывая эпизоды, чем переводил сражение в новые уровни и плоскости, и почти всегда разгадывал намерения Иона.

Однажды Ион, с удивлением обнаружил, что Сокрушитель перевёл их очередную схватку на улицы того небольшого городка, в котором теперь он находился. Бывает – подумал он, – это совпадение…

Но бой стал острее. У Иона появилась возможность предвидеть детали. Он точно знал, что будет за углом этого дома, куда ведёт та улица, знал, где есть люк коммуникационных тоннелей – всё это сильно повышало его шанс на успех.

В одном из боёв, Ион преследовал Сокрушителя, а тот мчался по улицам на своей «аэродоске» так, что Ион никак не мог приблизиться к нему. Вот, он нырнул в проезд между домами, а когда Ион влетел туда, там никого не оказалось… где он? Все входы в подъезды заблокированы и войти могут только их жильцы, приложив большой палец правой руки к сенсорному экру «привратника», а больше как будто и некуда ему деться… но тут Ион увидел служебный вход в магаз. Вход был закрыт, но замкнут ли? Прихватив доску на спину, он потянул двери на себя, и они открылись. Приготовив оружие, он медленно пошёл по тёмному коридору, заставленному ящиками с товаром, Сокрушителя не было. Поплутав по складу и не обнаружив противника, Ион приблизился к проходу в торговый зал. Осторожно выглянув, сразу отпрянул и, прикрыв глаза: принялся изучать картинку увиденного! Так вот же он – стоит возле кассы и беседует с кассиром… но стрелять нельзя – был уговор: без посторонних жертв! Что делать?

Выйду, подойду ближе и увижу, что будет делать он – решил Ион.

Убрав оружие шагнул в зал… но Сокрушителя не увидел. Осматривая зал по всем направлениям, он приблизился к кассиру и тут вдруг поразился необыкновенной красоте девушки! Она ему кого-то напоминала. Кого? Он как-то сразу и забыл – зачем он здесь, и про «врага» забыл, просто встал возле кассы и принялся рассматривать виртуальную красавицу. Но тут вдруг, компьютерная девушка медленно повернула голову в его сторону, и взглянув прямо в его глаза, сказала:

– Вам привет от деда!

* * *

А его единственным реальным контактом был командир Триггер.

Тот приходил к Иону раз в два дня, и они подолгу разговаривали. Иногда это были темы бытовые, в другой раз Триггер описывал способы маскировки, которые он считал наиболее удачными, иногда расспрашивал Иона о его прежней жизни, подробно так расспрашивал. И в такие моменты возникало ощущение подступающей угрозы, Иону начинало казаться, что он на приёме у психиатра, который словно рентген: видит его насквозь, и оттого ощущал, как холодеет спина, а на затылке шевелятся волосы…

Но у командира были веские причины поддерживать и развивать контакт с подчинённым. Иону они были понятны, он и сам бы изучал партнёра перед опасным рейдом, где любая мелочь, имеет значение. Командир Триггер, хоть и оправдывал свою репутацию «боевого пса», но при более коротком общении, оказался неглупым, думающим и очень необычным человеком. Особенно удивительным для Иона было то, что Триггер много читал. Причём читал он книги – бумажные книги, о которых нынешнее общество уже и забыло давно.

На вопрос Иона – зачем это ему? Отвечал с улыбкой:

– Чтоб не разучиться думать!

И пояснял: электронные средства информации – это самые лучшие средства и возможности для изготовления унифицированных пупсов, как на любой игрушечной фабрике. Самое простое для тех, кто правит миром – создавать одинаковых, недумающих, не задающих вопросы полуроботов-полулюдей, которым легко внушить, что Главное это: достаток и комфорт, карьера и удовольствия! А всё остальное – пыль и перхоть!

Когда Ион услышал такое, он внутренне поразился словам командира – уж слишком они были похожи на то, что говорил Дед, но больше вопросов на эту тему он не задавал. Чувство близкой опасности не покидало его…

Но вот и пришёл день, и штаб обозначил дату: 11 ноября,11-11. Пружина взведена, колёсики закрутились и время пошло!

* * *

Ион сегодня зашёл, возможно, в последний раз в «игру», попытался вызвать на бой Сокрушителя, но тот не откликнулся, вероятно, был не в сети. Тогда Ион вернулся на виртуальные улицы того виртуального города, чтобы отыскать ту красавицу кассира… а магазин оказался закрытым. И тогда Ион встал и вышел из своего жилища. Он шёл прогуляться до того магазина, где могла быть та самая девушка…

И магазин был, и девушка была! И это было в реальности! Может, не в такой красивой, как там – в виртуальном мире, но всё это было… Ион вошёл в торговый зал, взял с полок одиннадцать пакетиков кофе и одиннадцать пачек жвачки, и подошёл к кассе. Он вежливо поздоровался с девушкой, внимательно глядя ей в глаза, и добавил:

– Как жаль, что я Вас раньше не знал! А теперь даже не знаю, увидимся ли – скоро уезжаем…

И подал свои покупки для расчёта.

А девушка пересчитала пакетики с кофе, потом пачки с жевательной резинкой, потом внимательно взглянула ему в глаза, улыбнулась и кивнула, добавив:

– А Вы приходите, когда вернётесь…


2.7 БОЙ У КАРЛОВА РУЧЬЯ


Настал день, и они летят в боевом порядке на пяти коптерах: первый впереди, минутах в десяти ходу – это авангард. Потом основная группа: два звена по два коптера. Сидят молча – так всегда перед серьёзным делом, а сегодня будет очень серьёзно! Многие из них не увидят рассвета, и все всё знают: и о цели, и о месте операции. Железных нет, все боятся и понимают: не всем удача улыбается…

Первый должен был присесть в непосредственной близости от развалин прежних цехов – их разрушило в день, когда прорвало плотину. Предстояло провести разведку боем на наличие и количество охраны объекта. Кое-какие данные у них уже были от аэрокосмической разведки, но чтобы не провалить операцию, её решили провести поэтапно, как и предписывалось «Боевым уставом».

Вот и поступила информация: первый сел рядом с несколькими уже недавно восстановленными строениями. Дрон в воздухе – осматривается, снимает. Вот, дрон выпустил «пчёл» – роботов-насекомых, созданных для разведки и истребления живой силы противника. Сейчас им станет там ой как несладко!

Но по ушам ударил резкий и противный скрежет – это противник, заметив дрон и «пчёл», применил хлопушку – так в войсках называли электромагнитную пушку, которая делала всё электронное беспилотное оружие бесполезным хламом. Дрон упал, неуспев нанести урона противнику, и «пчёлы» разом исчезли…

Теперь вступил в огневой контакт личный состав первого коптера. Ему противостоит охрана объекта, она пока немногочисленна и вооружена только старым стрелковым оружием прежних лет. Тяжёлой техники у противника, кажется, нет. Но бьются они упорно, и уже есть потери.

Время подлёта истекло: сели второй и третий со стороны большой реки. Приземление на шоссе и с ходу в бой! Сели и четвёртый-пятый – на другой, противоположной стороне базы, на берегах Карлова ручья. Их появление и многократное численное превосходство сразу же изменило ход и настроение боя: охрана объекта начала отступать, оставив несколько трупов, но унося своих раненых.

Ион, как и все прибывшие с ним солдаты, внимательно прислушивался к командам Триггера. Голос его раздавался прямо в ухе: у каждого бойца одна «таблетка» была закреплена в ушной раковине, а другая на гортани – что позволяло им поддерживать постоянный голосовой контакт. Командир приказал, как было расписано в оперативном плане, прибывшим во второй и третьей машинах, принять участие в преследовании отступающего в горы противника. А те, кто прилетел на четвёртом-пятом коптере, должны были блокировать помещения возможных складов и заняться их зачисткой.

Ион был в команде четвёртого коптера, и теперь бежал от прикрытия к прикрытию, стараясь не отстать от своей команды. Он пока ещё не стрелял: и потому что не видел врага, и потому, что внутренне не желал этого.

Забежав за угол склада, он внезапно наткнулся на недвижимое тело в старом линялом камуфляже. Оно лежало лицом вниз, на спине виднелось большое кровавое пятно, с отверстием в центре. Это не было для Иона такой уж большой неожиданностью (он видел убитыми и своих, и чужих), но тут ему пришла в голову мысль: а может, это кто-то из его знакомых, с той или этой стороны? И он, наклонившись, свободной от оружия рукой, перевернул тело. Увидев искаженное лицо мёртвого человека, он даже охнул! Ион узнал этого человека – это был его давний приятель по МэЛу! А ведь когда-то они летели вместе в, одном коптере, в тот роковой раз… а теперь он тут…

– Во-от как ты пригодился – подумал Ион и помчался догонять отряд.

А их отряд уже проник в первый склад, подорвав входные ворота. Вдоль стен стояли тягачи, а дольше – в глубине, несколько больших платформ – тралов. Никаких ракет здесь не было. Они быстро прошли склад до дальней стены, обследовав его на предмет обнаружения скрытых помещений или проходов в них, но ничего обнаружено не было.

Старший их группы, капитан 011-18, тут же доложил Координатору операции о проделанной работе, и им приказали двигаться к следующему терминалу. В этот раз группа бежала уже не опасаясь засад – им почему-то показалось, что противник полностью деморализован и полностью оставил поле боя… только было не так!

Когда они цепью подходили к намеченному объекту, неожиданно вокруг них зажужжали-завизжали пули! И было непонятно откуда ведётся стрельба. Группа залегла, каждый пытался выжить, закатиться куда-то под прикрытие: куст это, ямка ли, или обрушенная плита.

Ион, как и все они, пытался спастись – умирать ох-как не хочется в двадцать лет! И в этот раз ему опять повезло: древние бетонные плиты, частично разрушенные во время наводнения, пролежав ещё сто лет, уже очень мало походили на то, что было принято считать строительными элементами. Теперь это были заржавевшие рёбра арматуры, торчащие из белесых куч, бывших когда-то строительным бетоном. И он увидел щель между двумя такими плитами и нырнул туда, по пути больно наткнувшись на торчащий прут. Но это пустяки по сравнению с хрипло-жужжащими смертельными мухами, которые старательно искали свои жертвы.

Командир Триггер потребовал доложить обстановку… но ответа от старшего их группы, капитана 011-18, не последовало. И кто-то доложил, что он видел, как капитан упал несколько минут назад – ранен или убит…

Триггер тут же объявил о своём решении:

– Командование группой возлагаю на лейтенанта 580. 13-10. Лейтенант, принимайте командование, доложите обстановку!

Ион немедленно ответил командиру:

– Слушаю! На подходе ко второму складу-терминалу группа встречена прицельным огнём из стрелкового и крупнокалиберного оружия. Залегли в укрытиях. Осматриваемся. Если у вас есть возможность, прошу помочь группе: требуется определить укрытия, из которых ведётся огонь, и сообщить нам. При наличии возможности, прошу обработать площади со стрелками врага оружием коптеров или дронов!

– Принято. Определяемся.

Через пару минут голос Триггера нарушил радиомолчание:

– Видим. Несколько человек работает по вам со склонов ближней горы, и пара залегла на крыше терминала. Со склона мы их сметём. А вот по крыше работать не можем – велика опасность детонации, если в терминале есть оружие! Вам совет: распределите кромку крыши терминала по номерам и подавляйте любое движение! Несколько бойцов пусть обойдут терминал с другой стороны и попытаются взобраться на крышу. Мы приступаем к зачистке склона.

Взлетел коптер и стал поливать склоны гор сплошными веерами огня. А Ион, осмотрев позиции своего отряда, приказал тем, у которых были более защищённые позиции, оставаться и распределиться по кромке крыши: каждому свой сектор. А всем остальным он приказал отступить за стены первого склада.

* * *

Они собрались, стоят вокруг него, готовятся услышать его решение. Все напряжены – ведь это решение для кого-то может стать приговором! Война, и командир обязан отправлять своих солдат на смерть! Нет такого решения у командира, которое сохранило им всем жизнь! Ион смотрел на них и думал: как он должен отдать этот приказ? Как, вообще, отдают такие приказы, исполняя которые солдаты идут умирать?! Как?

И он сказал:

– Обходим этот склад, нас не увидят – одни сидят на склонах их кормят с коптера, им не до нас! Другие в состоянии дуэли с нашими, что вдоль периметра склада! Вы все за мной! Бежим максимально быстро, не отставать! Задача выбежать на оборотную сторону терминала – там посмотрим, как подняться на крышу… пошли!!

Он побежал что было сил! И они бежали за ним, потому что другого им не дано – это бой! И ещё потому, что они услышали внятные разумные слова, и увидели возможность победить и не погибнуть!

Им удалось! Добежали до обратной стороны терминала, и увидели там пожарную лестницу, рядом с которой стол старинный БМП – боевая машина пехоты. Когда-то это была грозная машина. Но теперь, когда огневая мощь пехотинца превышала суммарную огневую мощь отделения пехоты времён тех БМП, этот аппарат был просто смешон! Выстрел из подствольника в старичка БМП, и он исчез в клубах дыма и огня!

Они приблизились к лестнице, и Ион скомандовал:

– Ты и ты – смотрите вверх, на срез крыши, сметаете всех, кто появится! Остальные – за мной!

Он первым полез по лестнице – не потому что хотел кого-то убивать, и не потому что жаждал стать героем! А потому что не желал смерти никому из тех, кто шёл с ним! Он так решил.

Он ещё не знал, что этот бой для него почти закончился…

Стоило ему подняться к кромке крыши и запустить свою левую руку на срез верхнего стенового блока, как вдруг кто-то свирепо шарахнул его ломом (как показалось ему) по кисти руки! И всё исчезло для него…


* * *

Появился свет. Это походило на то, что с ним уже было…

И больно было также. И страшно было узнать, что от тебя осталось…

Он почти сразу вспомнил последние секунды перед тьмой, накрывшей его в этот раз. А вспомнив, он попытался понять: что с левой рукой? А она не откликалась. Кое-как приподняв чугунную голову от госпитальной подушки, Ион увидел… Вернее – не увидел! Не увидел своей левой руки – её не было! Ничего не было ниже локтевого сгиба…

Ощущение впадения в штопор повторилось: всё вокруг закружилось и завертелось со страшным ускорением! От этого жуткого вращения, сильно затошнило, и рвота начала выворачивать его! Раз-другой-третий… а ничего существенного и не вылетело – в бой ходят голодными.

– Так-так, – сказал кто-то рядом, – приходит в себя. И тошнота его – от сотрясения мозга. Жить будешь, воин! Сейчас покормим тебя – внутривенно пока, через два часа, если сможем – через желудок, и – спать, спать, спать – так доктор прописал…

* * *

Он спал и спал. Потому что был слаб и потому, что врачи держали его в медикоментозном сне. Иногда он видел сны. Они были яркими и светлыми: в тех снах он встречал Деда и говорил с ним. Ему было приятно, что Дед помнит о нём, приходит, беседует с ним. О чём они только не говорили, но обычно Ион задавал свой вопрос, а дед отвечал. О некоторых темах он даже помнил, правда, было расплывчато-туманно, но всегда светло и радостно… Радость от тех бесед освещала и согревала Иона изнутри.

А ещё он иногда летал во сне… впервые в своей жизни! Такого с ним раньше не бывало.

Что было причиной этих полётов – не понятно, но полёты были настолько реалистичны, что Ион, просыпаясь, был твёрдо убеждён, что это его Душа, в действительности летала в неведомых мирах и пространствах! Особенно поразил один сон, незадолго до выписки…


СОН ИОНА

… Он шёл по окраине города, но это не были жилые кварталы. Вокруг были пустыри, больше похожие на свалки мусора, между которыми стояли какие-то гаражи и мастерские – чадящие и гремящие. А между ними болота и лужи, смахивающие на пруды из отходов производства и дерьма. И воздух здесь такой, что дышать не захочешь! И был какой-то свет… но странным было освещение, такого он ещё не видел! Светились бардовым светом тучи над головой! И в этом свете всё казалось неземным…

Он шёл уже который час, всё это время холодный мелкий дождь поливал город. Он устал и озяб. Почва была болотистой: бугры и ямы, наполненные гадкой жижей, ноги его подкашивались от изнеможения! Куда он шёл и зачем? Он не знал, но уверен был, что должен идти, что ждёт его важное дело, которое никто за него не сможет завершить! Он спотыкался и скользил, падал и поднимался, вытирал об одежду руки, а после ими утирал лицо и шёл, шёл… Вот, впереди появились дома: деревянные и старые, такие древние и старые, какие строили двести лет назад! Их уже не должно быть, время их давно ушло, но вон они – стоят впереди, как ожившие мертвецы. И окна в них не все застеклены, а те, что со стеклом почти не отражают бликов – или так грязны, или здешний мир такой… грязный, заскорузлый…

Зачем он сюда шёл – не понимал, но надеялся, что придёт миг и всё станет ясным, кто-то объяснит: что надо делать! Ведь то, для чего он шёл сюда – это так важно для людей, живущих в этом страшном мире!

Оказалось, эти двухэтажные полуживые бараки, отгорожены от зоны гаражей, по которой он шёл: пред ним высокий забор из колючей проволоки, навешенной на столбы. Зачем? От кого защищаются те, кто там живёт? А, может быть, это защищаются те, кто ходит с этой стороны забора?

Он пошёл вдоль забора, пошёл в поиске дыры. Что-то подсказывало ему: если они так относятся к своей территории обитания, к своим домам, своему воздуху, к себе – то и дыра в этом заборе обязательно будет!

Он оказался прав. Дыра была: нижняя проволока была порвана в одном месте, и между вторым рядом колючки и поверхностью странной планеты был просвет, сквозь который могла бы пролезть небольшая собака.

Он вертит головой, отыскивая под ногами палку или ветку, а, найдя нужное, приподнимает второй ряд колючки и подпирает его, таким образом соорудив себе проход на ту сторону. Теперь предстоит главное: найти тех, кто здесь живёт, найти их… Зачем?

Он опустился на землю, лёг на спину, как учили, и пролез. Пошёл к бараку, шёл и не знал: как там встретят его? Что он скажет им?

Вот, осклизлое, покрытое слоем грязи крыльцо в несколько истёртых ступеней, вот сломанные перила и вход, похожий на вход в пещеру. И он входит, поднимается по ступеням загаженной лестницы на второй этаж – ему почему-то кажется, что именно здесь его кто-то ждёт. Кто-то должен ждать…

Но нет. Никого нет.

Перед ним длинный унылый коридор – от одного торца барака до другого. Здесь сотни дверей и лишь одна, светящая мутным жёлтым светом, лампочка посередине. Он стоит и думает: никто его не ждёт и, наверное, не ждал, что делать дальше? Ни одной идеи…

Он подходит к ближайшей двери, тянет её на себя – закрыто. Идёт к следующей, тянет – закрыто, к следующей… и тут ему удаётся открыть! Он заходит в комнату.

За столом сидят несколько человек, они все пьяны и не обращают на него внимания. На кроватях, что стоят вдоль стен комнаты, лежат по двое – и этим тоже не до него. И он выходит…

Отчаяние поднимается в нём – всё зря! Зря! Никому ничего здесь не надо! У них уже есть всё, что им требуется, а более им и не нужно ничего! Кому он нёс то… а ЧТО он нёс? Он же что-то нёс?!

Ион идёт к отворённому окну коридора, стоит и смотрит на долину, что рядом с городом, откуда он пришёл. Где-то там, вдали, течёт большая река, и она отражает багровый свет облаков. На реке, кажется ему – свобода! Там нет тех гадов, отнимающих всё у всех! Там все добры друг к другу, потому что равны и честны! Там совсем-совсем другая жизнь…

Ион долго стоит и думает… и понимает – время закончилось! Ничего не исправить и ничего не изменить…

Он встаёт на подоконник, вдыхает два-три раза глубоко и сильно, и, оттолкнувшись прыгает в развёрзшуюся перед ним пропасть!

И тут же понимает: нет! Не всё он сделал! Нужно было настойчивее искать тех, кому он нёс… И тогда он разводит широко руки, прогибает, как может, спину, напрягает изо всех сил грудь… и падение переходит в полёт! Там, где живот соединяется с грудью, что-то включилось и оно несёт его! Он летит-летит!!! Оказывается, он способен летать! Это удивительно, волшебно – это такое счастье – летать!

Вот! Вот, что он должен им принести! Умение летать! И это освободит их! Они станут свободными и независимыми от всех, кто сидит на их шее, кто держит их в рабах!

Он поворачивает и стремительно летит туда, где он так нужен!

Перед ним знакомый барак. Вот то окно, из которого он шагнул… он сюда и возвращается. Возвращается, чтобы сделать всех их свободными и счастливыми!

В коридоре пусто – все заняты своими делами. Они имеют право на это. Им его подарили те, кто их подчинил. Те, кто решил за них: что им можно, а что нет! А они ничего не поняли. Они считают себя свободными! Ведь они могут спать с кем хотят: с женщинами или мужчинами! Они могут выбирать любить или ненавидеть родителей! Они могут выбрать веру и религию, образ жизни и образ смерти! Одного они не могут – стать свободными настолько, чтобы выбрать: чему верить и чему не верить! Вот, здесь свобода – табу! Верить следует им – благодетелям человечества – Мировому Правительству! И большой грех – смертельный грех! – не подчиняться ему!!!

Ион выкрикнул, что было сил:

– Люди!!! Опомнитесь, не верьте им, не подчиняйтесь! Я научу вас как можно преодолеть их дьявольскую власть!

Двери стали открываться одна за одной, и в коридор стали выходить обитатели жилищ. Они были не одеты, в линялых майках и старых трусах, но в глазах их был интерес.

Он вытянул к ним руки и прокричал:

– Я пришёл к вам, чтобы избавить вас от рабства! Я научу вас летать! И это сделает вас всех свободными – птицы не бывают рабами! Смотрите, я сам сегодня стал таким…

Он побежал в сторону окна и прыгнул! Он услышал их изумлённые крики… но он уже летел, широко расставив руки и вытянув кончики пальцев вперёд, он летел! Сначала вниз, как камень, потом, изменив положение кистей рук – вверх, поворачивая то вправо, то влево: он показал им, как нужно летать!

Вот, он развернулся в сторону барака и увидел, как они рады! Они махали ему руками, а кто-то даже платками! Они были в восхищении…

А когда он влетел в окно, то увидел, что все они, как после циркового представления, хихикая и покачивая головами от восторга, не спеша расходятся по своим конурам…

В отчаянии Ион крикнул им:

– Пробуйте вместе со мной, я научу вас летать, вы станете свободными!

Но никто из них не вернулся, никто не поверил ему! Никто не решился рискнуть ради Свободы…

Ион стоял и не мог в это поверить: никто здесь не хотел Свободы! Они хотели лишь развлечений, сытости и удовольствий… и он ушёл от них – потому что они не могли быть людьми…

Ион повернулся, побежал, вот окно – он прыгнул… а там его уже ждали! Неподалёку возле бараков висел чёрный, как дьявол, коптер, невидимый во тьме. Импульсными инфракрасными фарами он контролировал пространство вокруг объекта, ожидая Иона, и стоило ему появиться, как чудовище взревев, помчалось к нему. Здесь в плен никого брать не собирались!

Иону было видно, как пилот прицеливается в него – готовится убить!

Он стал резко менять курс, маневрировать, менять направление, вот он взлетает и ныряет – меняет высоту. Он пытался… он хотел… да больно хорош был стрелок! Попал первой же очередью…

Ион дёрнулся и с криком проснулся! Всё в нём болело и опять сильно тошнило… и хотелось плакать. Не от боли, от обиды… Сколько он ещё лежал, избавляясь от последних отсветов сна, пытаясь прочесть сигнал… и понял важную вещь: это сон-предупреждение… думай Ион, думай!


2.8 КАПИТАНСКИЕ ПОГОНЫ


Через несколько дней головокружения прекратились и ушибы – следы падения из-под крыши терминала, перестали непрерывно напоминать о себе. Постепенно состояние, когда ни кашлянуть, ни повернуться – переставало быть обыденностью. Казалось даже, что самое плохое позади… так всегда нам кажется, когда мы молоды и ожидаем от жизни себе разные бонусы и преференции.

Пришёл проведать Иона командир Триггер. Он был одет в парадную форму, принёс с собой пакет, а лицо его было строгим и серьёзным. Войдя в палату, Триггер остановился возле дверей, принял стойку «смирно» и произнёс:

– Господин лейтенант, за проявленные в боевой операции мужество и доблесть, Вы награждаетесь орденом «Пурпурное сердце» и, решением Военного Совета, Вам присваивается внеочередное звание – капитан! От личного состава группы и от себя лично – поздравляю Вас!!!

Триггер шагнул к нему, наклонился и обнял приподнявшегося с кровати, опутанного шлангами и проводами Иона. После чего, он отстранился, глянул серьёзно на него и негромко добавил:

– А я не верил. Не верил, что мы там что-то найдём. Мне казалось, что ты, сообщив о складах и ракетах, пытался набрать баллы. В смысле, набрать авторитета для своей карьеры. Рад, что ошибся! А теперь, позволь, маленькое угощение: немного вина и мяса?

– Так ракеты были?! – спросил Ион, – сколько их было?

– Мы нашли шесть, но есть вероятность, что будут и в шахтах – их ещё надо отыскать. Наши техники ищут…

Посидев, и выпив довольно неплохого вина, Триггер, перед уходом, протянул ему руку и сказал:

– Джо – так мама назвала.

А Ион ему ответил:

– Ион – кто назвал, не знаю.

* * *

Прошло несколько дней и в палату принесли биомеханический протез. Его примерили, наметили места надрезов на культи, записали размеры и сообщили, что в ближайшие дни, подогнав протез по его размерам, они и установят ему новую «руку». По их словам, качества этой руки, лишь немногим будут уступать той, что была у него раньше…

Они не обманули: рука была подогнана идеально, откликалась на все сигналы его мозга, была очень похожа на живую, и никаких неприятных побочных ощущений не вызывала.

И вот, надев новую парадку с погонами капитана, Ион, наконец покинул госпиталь. Начинался новый этап жизни, ради которого он сюда и вернулся!

Но первым делом он хотел найти отца…


ЧАСТЬ 3. МИР ЧЕТВЁРТОЙ КАТЕГОРИИ


3.1 ПОСЛЕДНЯЯ ВСТРЕЧА


– Дед, а почему они не захотели жить дружно и вместе? Почему народ позволил себя разделить на два враждебных… даже не на два, а на нужных и ненужных? Ведь в ЭТОМ и была причина гибели нашего народа, так? – Ион задал вопрос, чтобы услышать ответ Учителя, хотя, как ему казалось, верный ответ им уже был открыт, и даже пульсировал в его голове…

Всё своё свободное время, Ион размышлял, сравнивал, анализировал – это давало обильные плоды в виде интересных выводов и открытий. Но когда представлялась такая возможность, как сейчас, Ион перепроверял себя и свои выводы… Вот и теперь, они встретились на той же охотничьей заимке, где когда-то Дед учил его думать и новому видению Мира – открывал глаза.

После успешно проведённой операции по изъятию ракет в хранилище на Карловом ручье, Ион, неожиданно для себя, стал важной шишкой. Его перевели из штурмовой бригады, где числился, в спецотряд тактического назначения и там сразу назначили старшим группы из десяти офицеров. В таких группах обычно командиром ставили старшего, наиболее опытного из всех, но видно, высоко оценили его качества во время последней операции, так и начался его карьерный рост во вражеской армии…

Задачи в спецотряде были глубже и вопросы интереснее, особенно для его друзей из лесов, которых он иногда встречал в городе. На этот раз группе было поручено найти и остальные ракеты, размещённые вокруг бывшей ГЭС, и они, конечно, где-то здесь прятались среди местных гор и долин. Правда, сведений об этом в переданных архивах и картах обнаружить не удавалось.

Их группу забросили в местные дебри и задача была простой: искать и найти! На всё про всё давалось трое суток и один день из них, капитан Анион – таков стал его боевой ним, решил использовать для встречи с Учителем.

Чтобы освободиться от опеки, он поделил свою группу на пять пар, каждой обозначил квадрат на карте и пообещал: кто найдёт – тому он сам, по возвращении, лично обеспечит шикарную вечеринку со всеми опциями! А если кто-то не найдёт, а после в том районе другие отыщут, то что они сейчас должны найти, то он сам его выкинет из коптера на одном из следующих заданий. Это произвело впечатление на личный состав – зауважали, и это же позволило ему без лишних вопросов оказаться над ситуацией.

Все пары каждые два часа выходили на связь, докладывали командиру о результатах… а результатов всё не было. Ион подождал какое-то время, принимая от групп доклады и решил, что сложившаяся ситуация позволяет, и есть возможность повидаться с Дедом, благо что идти до заимки, если судить по карте, не больше 7-8 километров. На вопросы начальства, если таковые появятся, Ион заранее придумал убедительные ответы, и даже отыскал способ связи с Дедом – вспомнил об армейской радиостанции, стоящей в заимке. Конечно, возможно, что её оттуда унесли… но шанс встретиться с Учителем всё-таки был.

Вот и реализовал он свой план: и станция оказалась на месте, и её аккумуляторы были в порядке, и даже оператор, с кем Ион связался, видимо, та же дама – голос знакомый. А Дед пришёл уже к вечеру того же дня, к огромной радости Иона. И Дед был рад – будто любимого внука встретил!

Разговорились, порассказали о новостях друг другу, а их было немало. Ион продемонстрировал новую руку, рассказал о штурме склада, и попутно доложил о своём нынешнем задании. Дед обещал содействовать в этом деле, и тут же запросил по рации соединить его с кем-то из старших командиров. Ему пообещали сеанс связи через два часа. Вот и сидят они, как раньше, вдвоём возле костра, смотрят на долину, через которую протекает батюшка Енисей, попивают славный чаёк из местных душистых трав, и беседуют не спеша.

– Дед, а могу задать я личный вопрос?

– Валяй, любой…

– Мне очень хочется увидеть отца… возможно это? У меня ведь никого в этом мире нет, только ты и он. Увидеть его, побыть с ним, послушать его – вот моё самое заветное желание!

– Ждал этот вопрос и ответ готов. Отец твой щас в больших начальниках ходит, много глаз за им смотрит, много ушей вокруг наготове! И цена его для нас несоизмерима с ценой золота! Так что тебе к нему подойти невозможно: слишком много вопросов появится и к нему, и к тебе… риск больно велик! Но встречу вам я обещаю устроить. Будущим летом, он поедет на отдых – мы узнаем куда, и ты там будешь, и тоже в отпуске: мы позаботимся, чтобы так всё и было! Тебя это устраивает, Иона?

– Благодарю тебя… мой дорогой дед!

– Хорошо… и я рад!

А чай удался! Свежие корни шиповника, чабрец, золотой корень с листьями чёрной смородины – что может быть лучше? Только это же плюс душевный разговор! Правда, темы сегодня острые и болезненные, вот и о крахе страны заговорили. Ион давно ломал голову о том, почему сломались страна и народ в столкновении с этим врагом? Ведь история показала не раз, что русский народ крепок и могуч, вон каких врагов громили! Что случилось в этот раз? Что стало главной причиной гибели? Почему наш народ не стал сражаться за своё будущее? Вот и вопрос он задал в таком ракурсе: почему не захотели жить дружно и вместе? Почему народ позволил разделить себя на две враждебных части… даже не так, а на нужных и ненужных?

Дед, выслушав, крякнул, покрутил головой, и откашлявшись, ответил:

– В корень зришь, паря! Дело в том, что народ наш сначала спортили! Как есть умышленно и злокозненно изменили его восприятие мира и жизни! Унизили отношение к другому человеку и растлили деньгами, отринув этим самые важные истины! Деньги и то, что они дают, стало главной целью для многих и многих людей в нашей стране! Они даже забыли совсем, что они братья по крови и Духу, они забыли самую важную и незаменимую истину, что никакими деньгами-золотом Душу и счастье не купить! Так-то…

Вот и стали наши люди, чьи деды все кровавые войны пересилили плечом к плечу, вдруг аки волки из разных стай: каждый каждому враг! Те, что залезли наверх, к кормушке – стали хапать-рвать всё, до чего загребущие руки дотягивались! Им всем казалось, что сладко жрать и ходить в золоте – это главное в жизни! А те, что поставлены были для сохранения порядка в государстве, тоже оказались с той же начинкой внутрях – хапать-хапать!!! И оне старались, хапали… А остальным соплеменникам не было ни работы и никаких возможностей, чтоб нормально жить и растить своих деток! Вот и поделились все на тех, кто возле кормушки, и тех, кто лишний возле той кормушки-то, а значица, и ненужон вовсе! Хотя, как ненужон? Их детки-то нужны были – для рабского труда и для охранения рубежей кормушки и всех несметных богатств, которые радостно разграбляли засевшие в Кремле и ихи друзья!..

Но тут и те, кто себя увидали не нужными и униженными, решили: а за что нам воевать-то с ворогом? За какой шиш?! Что так – мы здесь никто, что эдак – вроде рабов! Так вот и рассобачились, да и стали «волками из разных стай»! Такая, понимаешь, грустная история…

Высказавшись Дед замолк и горестно покачивая головой, ещё что-то шептал себе под нос… Настроение поменялось, Ион невесело смотрел на Деда, смотрел и искал слова, какими можно было бы утешить старика… но не находил. И тогда он решил сменить тему, а что оставалось делать?

Он достал свой «айс» – так называли они запитанные на спутники коммутаторы – устройства для связи и получения информации, заменившие им библиотеки и телефоны, компьютеры и даже телевизоры. Чуть повозившись с ним, Ион нашёл что искал, и задал новый вопрос, стараясь изменить настроение Деда:

– Учитель, а давай сменим тему, грустно как-то повернулось… Вот что ты думаешь о роботах? Думаю, это не может быть грустной темой. Я тут в И-нэте нашёл одну столетнюю смешную записку, оказывается уже тогда, когда и тебя не было, о роботах кое-кто думал и даже пытался встроить их в свою жизнь. У них, правда, не вышло, может, у нас что-то получится… Вот она, та записка, дословно:


«В реальной жизни нет лучшего примера, чем чат-бот Microsoft по имени Тау. Самообучающийся чат-бот с элементами искусственого интеллекта, по задумке разработчиков, должен был многому научиться у людей. И Тау научилась. Всего за 24 часа с момента своего появления в соцсетях она начала выдавать шокирующие заявления вроде "Гитлер был прав", и "Мексиканцы и черные – это зло". А потом призналась в ненависти ко всему человечеству. Чат-бота отключили и обещали перенастроить.»


Ион зачитал текст и улыбаясь стал ожидать ответа.

Но ответ его удивил:

– Мальчик мой! Это и есть одна из самых грустных тем! Давай-ка станем рассуждать вместе, отчего эта Тай сделала такие выводы? Почему? А ответ на поверхности! Определимся сначала: она не принадлежит одной из сторон – нет? И не склонна к тому-иному толкованию ситуации, она – сущность нейтральная, никому ничем не обязанная. И она анализировала поведение людей в разных ситуациях, как их описывают сами люди – так? Так. И она сделала правильные, исходя из логики событий или логики изложения тех событий, выводы – так? Так. У неё просто не могло быть другого решения! Значит, что? Или все её источники информации несут преимущественно отрицательную информацию, либо так оно и есть – наш мир иной, а не такой, каким мы его видим и хотим видеть… ишь, как получается!

Знаешь, Иона, вот ещё какая ситуация: спомни-ка сколько сообщений ты читал или даже смотрел репортажей о неопознанных летающих объектах? А? Тысячи в год или больше! По всей планете! И самые разнообразные – так ить? Так! Раз это очевидное, для всех «неидиотов», почто тогда эта тема под хитрым запретом? Почему не встанет Первое лицо и не скажет:

– ДА! ОНИ ЗДЕСЬ! ВСЕГДА БЫЛИ РЯДОМ С НАМИ! И ВЫ ИХ ВИДЕЛИ, И МЫ! А ЩАС МЫ ВАС ДУРИМ… НАМ ТАК НАДО!

Ты думал об этом, Иона? Когда не признают очевидное – это очень плохой признак, сынок! Там несомненно скрыты от нас и сговоры, и измены! Это единственная причина такого идиотского молчания!

А сами оне – те инопланы, что летают без конца тут и там, оне может тоже как эта Тай, судят?! Помнишь, что она говорила, какие выводы сделала! И оне думают себе: и как, мол, с такими уродами дело заводить, вон и наш комп-анализатор не советует, да и их вожди такую подборку информации предоставили – сплошной зверинец, токо что не жрут друг дружку! Хотя и такое меж ими случается, показывали нам! Как с ими дело иметь?! Лучше уж издаля… пущай подрастут. Да и ихние командиры к нам вполне лояльные: всё-то дают, что нам нужно, и почти бесплатно!..

Как думаешь, Иона, может такое быть? По логике вроде увязывается. Смотри скоко поводов задуматься я те предоставил, да… пора на связь выходить, пора-пора…

Дед покряхтывая поднялся и прежде чем приняться, чтобы вызывать базу, обернулся к Иону и негромко сказал:

– Есть у мене предчувствие, что скоро разлучимся мы, Иона. Но ты не паникуй, будь мужчиной и помни: РОДИНА – ВСЁ! Всё остальное – прилагательное!

После этих слов он запустил по рации вызов, и ему сразу ответили. Его собеседник, командир с нимом «Лось», на запрос Деда о передаче ещё одной ракеты, упёрся и никак не хотел даже слушать о том. Тогда Дед потребовал у оператора, чтобы с ним говорил непосредственно «Первый». А Иону Дед кивнул на дверь, и Ион сразу вышел. О чём они говорили, какие доводы приводил Учитель, Ион не слышал, но когда Дед вышел из избушки, то с улыбкой сказал:

– Ракету тебе, однако, токо одну отдали. Ну, скоко смог! Карту давай. Вот, смотри… – и он указал, где находится старая неразряженная шахта.

Подошло время ужина, Дед выложил на сковороду пару кусков дикой свиньи, а Ион весь «сухпай», что был в его вещмешке…

Когда закончили ужинать, Дед сообщил:

– Возможно, тебя отслеживают со спутника. Ты ить и коммутатор всегда с собой таскаешь, а по нему тебя отследят хоть где. Но ты, однако, об этом не сильно задумываешься? Так вот, сюда после нас, обязательно придут и всё осмотрят. Рацию отсюда потемну унесу, тут недалёко схрон есть, запоминай, вдруг сгодится: отсюда на юго-запад шестьсот шагов – там старая берлога, в ней и будет лежать. А других засветок нету. Так что можешь им отвечать на ихи вопросы: встречался со своим, мол, доверенным лицом, у него, мол, свои счёты к повстанцам, и он дал адресок этой вот сопочки, где и найдёте то, что ищите – понял? Ну, а раз понял – в добрый путь, сынок! Помни мои слова, и удачи тебе Иона!!

И они расстались…

Ион вернулся в ту долину, откуда уходили его пары и стал вызывать их. Откликнулись только четыре, и они доложили, что зоны ответственности осмотрели, ничего не обнаружили, возвращаются. А пятая пара, несмотря на постоянный вызов в эфире, всё не откликалась…

Это – проблема, – понял Ион, – это моя проблема!


3.2 «КРАБ» и «КРЫСА»


Первый лейтенант, класс.1LT, с нимом «Краб», сразу, как только увидел нового командира группы, возненавидел его. Ведь это он, Краб, должен был стать командиром группы, это он служил здесь четыре года и был лучшим её воином! Это его ставили им всем в пример… и вот, пришёл этот выскочка, отличившийся благодаря случаю, а, может, и каким-то другим сомнительным способностям – что он умеет? Кто он? Да, ему видно, и дьявол помог выжить в том бою! Краб стал плохо спать, настроение его с подъёма и до отбоя было самым гадким, и все его мысли исключительно об одном: перевестись! Из этой группы нужно уходить, надо искать другое место, где его оценят и назначат командиром. Так он думал и планировал, но тут вдруг возникло это задание, где многое для них обоих могло измениться! И он решился пойти ва-банк…

– Господин полковник! Считаю своим долгом доложить Вам о странном поведении капитана Аниона… – Краб нашёл, что сказать: как капитан Анион не принимает стойку «смирно» при прослушивании гимна Федерации, что он ни разу не выказал одобрения слушая новостные блоки о действиях МП, он никогда не проявляет положительных эмоций при объявлении о победах федералов в многочисленных «горячих» точках и регионах, где доблестные войска Федерации сражаются во имя Справедливости! Такое замечают сразу! И шеф-полковник «Службы внутренней безопасности» оценил инициативу Первого лейтенанта Краба: поручил ему выбрать себе напарника из числа офицеров их группы для осуществления спецоперации, которую они вместе с полковником должны будут провести внутри намеченной штабом операции по отысканию-изъятию тактических ракет разгромленного врага.

Краб понял: можно реально изменить ход игры, используя свой козырь в рукаве… В напарники он выбрал своего старого приятеля – Крысу, с ним не одну бочку пива выжрали и не одну вечеринку испортили, затевая свирепые драки против всех… надёжный кент!


* * *

Капитан Анион поставил задачу: отыскать, определить предназначение и отметить на картах все строения в зонах ответственности каждой паре – время пошло…

Пятая пара, где старшим был Краб, сперва двинулась в свой квадрат, как и предписывалось им, но шли не долго. Зайдя на первую гряду гор, залегли на вершине и с помощью оптики стали вести скрытое наблюдение за своим командиром. Полковник, при постановке задачи, приказал им отслеживать все действия командира Аниона и в случае его контакта с кем-то из местных, задержать встречавшегося с капитаном, но так, чтобы тот об этом не знал. Затем следовало доставить задержанного в оперативный центр к полковнику, на штабном коптере, вызвав его через оперативного дежурного по паролю. Краб был уверен, чуйка ему подсказывала, что капитан Анион в этой хитрой заварушке проколется…

Шеф-полковник контролировал ход операции по-своему: иногда по связи с Крабом он требовал доклада, но больше прямым наблюдением, используя все возможности геостационарного спутника: техника позволяла не только видеть, облачность – ноль, и при 50-кратном увеличении видно отлично, но и идентифицировать их по индивидуальному коммуникатору.

Краб и Крыса дождались: во второй половине дня Анион покинул долину и направился на северо-запад, а наблюдатели, естественно, за ним. Они разделились, чтоб не потерять объект. Краб пошёл южнее маршрута капитана, а Крыса правее и севернее. Снега были глубоки, новый жёсткий наст не сформировался, а старый был на полметра засыпан свежим снегом. Крабу, широкому и крепкому, но очень среднего роста, было очень трудно на лыжах-снегоходах преодолевать эту снежную целину. Лыжи его на каждом шагу проваливались, и двигаться вперёд приходилось с большими усилиями, потея и отплёвываясь слюной, похожей на жидкий липкий полиэтилен. И отдохнуть нельзя: капитан прёт, как железный, отстанешь – не догонишь…

Крысе было проще. При его росте в два с половиной метра и очень сухой комплекции, прогулка была в кайф! И шеф-полковник обещал хорошую премию – водились мысли, как её расфуфырить, вот и настроение хорошее и всё вокруг чисто в радость! Да и капитанишка не подвёл, подался куда-то не согласовывая ни с кем, а значит, есть – что копнуть и будет навар с этой прогулки… оп-ля – жизнь продолжается!

Крыса первый заметил, что на склоне ближайшей большой горы, стоит избушка, то ли кто живёт там, то ли охотничье зимовье. Он об этом сразу доложил на закрытом канале сначала полковнику – может это даст бонус в будущих награждениях, а затем и Крабу. И тот очень обрадовался и даже назвал его Крысёнышем…

А у Краба дела были швах! Он запарился догонять капитана: и дыхалки не хватало, и пот заливал глаза – пить надо меньше! Он стал подозревать, что не вывезет задание, отстанет и придёт «к разбору шапок»… но нет, Крыса спас, будет и для него – Краба, праздник!

Они заняли позиции для наблюдения за избушкой, не сближаясь, каждый на своём маршруте – это позволяло отследить изменение ситуации или появление других фигурантов на поле. Каждый из них оборудовал себе «гнездо», замаскировал его насколько было возможным и принялись ждать. Они видели, как Анион затопил печь, как в котелок набрал снега и унёс – чай ставит, это понятно. Прошло несколько часов и Крыса (опять Крыса), увидел, как из широкой долины, где видна была вдали большая река, не полностью покрытая льдом, вдруг появилась маленькая чёрная точка, которая вскоре приобрела вид, споро идущего на местных лыжах, мужика с седой бородой. Крыса опять сначала сообщил о своих наблюдениях шеф-полковнику, а после Крабу. И настроение у Крысы стало ещё лучше! Тут уже попахивало повышением звания, сейчас он Второй (2LT) лейтенант, а завтра он догонит Краба и станет – 1LT! А потом, глядишь и кэпом – а капитан, он и в Африке капитан! Крыса только что не пел – так замечательно всё выстраивалось…

День подходил к концу, наблюдаемые иногда выходили из избушки и сидели смотрели в долину, о чём-то говорили… Краб отдал бы многое, чтобы услышать их. Но вот, стемнело, и оба: и Краб, и Крыса стали перемещаться ближе к избушке, ведь на такой дистанции оптика ночного видения была бесполезна. Перебирались они одновременно, что было, конечно, не верным решением и потому, Краб чуть не столкнулся нос к носу с самим капитаном, шедшим по своим следам в обратном направлении… Краб, увидевший Аниона первым, упал лицом в снег и, благо он был мягким – провалился ниже верхней кромки снежного покрова. Повезло, Анион не заметил слежки. А Краб, с досады, что есть силы ударил себя кулаком по голове – надо же так глупо и бездарно провалить всё! Где искать того мужика, куда он пошёл и пошёл ли, может, ночевать остался в домике?

Дождавшись, когда капитан Анион уйдёт подальше, Краб вызвал Крысу:

– Крыса, отзовись… Крыса, где ты?

– Что случилось, Краб?

– Объекты разбежались, только что командир прошагал по своим следам в обратном направлении. Идёт быстро, за два часа, возможно, дойдёт. Другого не вижу. Ты его видишь?

– Нет, но недалеко от меня проходит тропа, по которой мужик пришёл, и, если бы он шёл обратно, я бы его увидел. Вот, мне уже видно избушку, она близко. Давай я проверю, может, он там внутри? Как думаешь?

– Да, проверь, потом доложи. Возможно придётся побегать-поискать его!

Краб замер, вслушиваясь, но тишина вокруг была идеальной.


* * *

А Крыса пошёл к избушке. Давно у него не было такого прекрасного настроения, всё складывалось наилучшим образом: и баллов он набрал в этой операции намного больше, чем Краб, и сейчас он найдёт второго, сложит его и подаст на блюдечке шеф-полковнику – пусть знают кто есть кто! Ему было немного за тридцать, он не сильно утруждал свою голову, но много времени проводил в спортзале. Там много бился в поединках, а обе руки его были одинаково хороши, и никого он не боялся – знал силу свою и реакцию. Да и мужик казался слишком немолодым, когда он рассматривал его в оптику. Об одном он забыл: здесь война и законы другие!

Пригнувшись войдя в избушку, Крыса оказался в полной темноте. Если за стенами избушки, благодаря белоснежному покрову, при отсутствующей Луне, освещение от звёзд позволяло что-то видеть, то тут он ощутил себя слепым. Окошко было слишком маленьким и даже открытая дверь не меняла ничего – вокруг тьма, а это полный дискомфорт и даже страх. Быстрым точным движением Крыса достал нож и чуть присел, вытянув руку с ножом вперёд, слегка водя им из стороны в сторону, надеясь, что «второго» тут нет или, может быть, он спит.

А Дед не спал, хоть и собирался заночевать здесь. Проводив Иона, он собрался унести радиостанцию в старую заброшенную берлогу, что знал неподалёку, и не успел. Не ожидал, что за ними следят. Он видел, как рослый спецназовец – определил по форме, громко хрустя снегом, пришёл по тропе вскоре, как Иона ушёл. Дед даже запереживал: не задержали ли они его, но поглядев, как беспечно шагает верзила, решил – нет, не задержали. И ещё понял очень важную вещь: нельзя сдаваться самому и отдать рацию – это провал для Ионы и обоим смерть! Верзилу надо валить. Любым способом… но ведь в такие игры в одиночку не играют, значит, где-то рядом есть и ещё кто-то. И этот «кто-то» придёт.

Дед встал за дверь и достал свой старый, любимый нож. Ножи иные мужчины любят, как братьев: холят и берегут их, точат и полируют. И Дед был таков: этот нож у него уже многия лета, и он даже разговаривал с ним, когда не с кем было. И время пришло пустить дружка в дело, по прямому назначению! Но Дед никогда человека не убивал ножом, это дело непростое – человека убить, и он сейчас сомневался: как получится? Или не получится! Как бы в плен из-за неудачи с ножевой атакой не попасть – там всё вымотают умельцы: и не хочешь, а расскажешь! Дед замер, даже дышать перестал, когда дверь открылась и враг вошёл…

Дед стоял между стеной и открывшейся дверью, держа в правой руке нож, а левой ладонью придерживая дверь. А в полуметре от него, сразу за открытой дверью стоял враг, и тоже боялся – Дед чуял это, и теперь ожидал: что будет делать верзила? Сделает шаг вперёд? Или шаг назад, за порог? Когда наступит самый удобный миг для атаки? Тут любая ошибка – смерть! Оба замерли – каждый ждал ошибки другого…

Крыса не был уверен, что «второй» здесь, не было никаких признаков – вокруг полная тишина, а слух у него хороший. Не опуская левой руки с ножом, он решил правой отстегнуть с разгрузки фонарь, чтобы обеспечить себе реальное преимущество, что и было его ошибкой: он отвлёкся и утратил контроль пространства, даже слегка выпрямил ноги… а голова его поднялась выше верхней кромки двери. И Дед использовал это: ему хорошо было видно стоящего в освещённом яркими звёздами и снегом дверном проёме, верзилу-спецназовца и он коротко, без замаха ткнул нож по косой линии сверху-вниз в шею врагу, туда, где должна быть сонная артерия… и верзила рухнул на пол и засучил ногами, видно, пытался куда-то убежать!

– Всё, милок, отбегался! Отдыхай… – тихонько сказал ему Дед, – жалко тебя, но ты сам сюда ко мне пришёл, чтобы убивать нас! Ты – враг, и я тебя убил…

Крыса затих, и Дед закрыл ему глаза.

После этого он схватил рацию и почти бегом понёс её к намеченному месту, о котором знал Иона. Подойдя к берлоге, он закинул в её зев рацию и не останавливаясь, самым быстрым шагом двинулся дальше, надеясь, что преследователи, двигаясь по его следам, сейчас, в ночной тьме, не заметят ямы, в которой лежит радиостанция. Прошёл он с километр, когда заметил, что его пыхтя догоняет ещё один враг. Дед сделал петлю, какую часто делают преследуемые звери – чуть вернулся назад, обойдя свой след, и там притаился за большой елью. Надеялся, что враг увлечённый погоней, не сразу заметит его. Но Краб, обнаружив Крысу убитым в избушке, бросился в погоню, полный ярости и ненависти!

Я тебя возьму! Измолочу, переломаю всего и притащу его в штаб, где и выпотрошат до нуля! – так утешал Краб себя и Крысу. Это давало ему силы гнаться, и он бежал и бежал.

А чуйка у него работала – это ему многие говорили. И вот сейчас, что-то напрягло его: где-то рядом смерть! Он собрался и бежал уже не так быстро, и смотрел не только в след бежавшего врага, но и по сторонам!

Вот, след, казалось бы, без всякого смысла изменил вдруг направление и прошёл возле высокой сильно заснеженной ели – зачем? Ведь он идёт и дальше, туда, к опушке леса, странно! Или это засада? Ну, что ж, сыграем…

И Краб не замедляясь побежал по следу, ведущему к ели, ожидая что там его встретят. И был прав. И это его спасло, он успел нырнуть под удар ножа и зашёл противнику за спину – успех! Захватил его сзади и стал валить, но и враг был не прост! Во время падения он всё таки ткнул Краба своим ножом в бок. А там кевларовый жилет и нож для него не проблема! Дальше всё просто: нож отнял и принялся его месить изо всех сил… и тогда только понял, что перед ним глубокий старик. Но дело уже сделано: и рёбра провалил, и кости лица переломал, и руку, в которой был нож, практически отломил!

Встал Краб, весь забрызганный кровью, и понял: не дотащить пленного живым – слишком велик ущерб, нанесённый ему в горячке боя! Он достал коммутатор и связался с полковником, кратко доложил обо всём и просил выслать за ними коптер, по пеленгу. После этого пытался оказать первую помощь старику, но тот был без сознания, видимо, уже умирал.

– Вот и провалил операцию – понял Краб, – трофей живым не довезти и цена ему минимальна! Прощай медаль, прощай премия, прощай Крыса!


3.3 СЧАСТЛИВОЙ ДОРОГИ!


Дед перестал дышать в коптере… врач не смог продлить ему жизнь.

Закончился его путь – путь воина и мудреца! Как и каждый воин, мог он погибнуть в любой миг своей долгой и трудной жизни, да судьба берегла его, знать были у неё мотивы для того и была какая-то важная задача у него.

А он был очень доволен своей судьбой: всё получилось! И детей родили хороших, и вырастили их ЛЮДЬМИ, чтоб служили они своему народу! И уважали его за заслуги пред народом своим – это ли не высшее счастье для каждого?!

Всё было в его жизни: и любовь, и счастье, и друзья – ведь это главное! И смерть ему Судьба подарила достойную всякого героя – в бою за свободу! Чего же ещё просить у Бога? Только, может быть, за детей и внуков своих… это – да! Это правильно! И он просил только за них, и никогда ничего для себя! Он полагал: что заслужил, то и воздастся, и не нужно ничего просить…

Мудрый был Дед, много знал о мире и жизни. Что-то узнавал из книг, где мудростью делятся, что-то из наблюдений своих да чужих, что-то от мудрецов иных эпох, рассыпавших знания свои по миру! А узнав, всё верно для себя понял-рассчитал, счастливчик!

И Смерти он не боялся вовсе, знал без сомнений, смерть – не конец! Смерть – переход в иное качество, и то качество зависит только от чистоты прожитых дней, часов и минут. Плохо прожил, паскудствовал – получи соответствующее продолжение – там уж поймёшь, как надо было! Они ведь рядом – параллельные-то миры, куда переходим грешные на перевоспитание.

А хорошо жил, так оценят и здесь, и там: всё взвесят – всё оценят! И обретёшь место, где все светлые ожидают в приятной компании высшей радости – стать частицей Бога, его атомом!

Ну а ежели не дорос до Рая, поработай ещё на Замысел Творца, где-то в другом мире, какой уж сам заслужил! А мир тот, ежели ты слышал Бога и старался всё сделать правильно, будет уже и светлее, и радостнее! Он будет добрым, а населяющие его не будут свирепы, аки крокодилы, живущие рядом, на одном языке говорящие, но старающиеся ограбить и пожрать других своих соплеменников! А ведь и эти считают себя людьми… и Бог, глядя с небес на них, всегда удивлялся их умению притворяться людьми!

Врач не смог продлить ему жизнь, и не потому что был плох! Ни один врач не смог бы – потому что Дед не хотел этого! Он приказал себе перестать дышать и умер сам, знал: запытают-замучают его крокодилы!!!

Счастливой тебе дороги, Дед!


3.4 ГОРЬКИЙ ПРИЗ


К месту встречи пришли четыре пары, а пятая так и не вышла на связь. Ион отошёл на десяток шагов и доложил координатору о происходящем, также сообщил о получении им информации о вероятном местонахождении стартовой позиции тактической ракеты, и запросил указаний. Было велено ожидать решения руководства, значит, группе отдых, привал…

Все вернувшиеся собрались в небольшой, засыпанной снегом лощине, завалились в мягкую постель из снега – отдыхают: кто дремлет, кто болтает. Более суток они на ногах, исходили все окрестные горы и долины в поисках остатков дорог или иных сооружений, указывающих на присутствие искомых объектов. Но безрезультатно. Так бывает, они это знают, потому не киснут и верят: значит, скоро придёт удача, которая подходит к ним на мягких лапах! Да, вот же она, в облике их командира, который приблизился к ним после доклада в штаб, сел рядом и потребовал внимания. Растолкали тех, кто спал, приготовились внимать…

– Господа офицеры, докладываю обстановку. Пятая пара: Краб и Крыса, на вызов не отзываются, SOS-маяк не включили, местоположение своё никак не обозначили – это первое. Второе: мной, проведена встреча с агентом, в результате которой получены сведения о местонахождении ракетной точки. Эти сведения нуждаются в проверке, доклад о ситуации в штаб мной осуществлён. Ждём указаний начальства, отдыхаем!

Прошёл час, затем второй – группа спала, а Ион не знал покоя: что же происходит, кто дёргает за верёвочки, чья игра, что узнали в штабе? Столько вопросов и каждый с запахом смерти! Наконец, коммутатор тихо зарычал, стараясь выпрыгнуть из нагрудного кармана:

– Капитан Анион слушает!

– Это ваш Координатор, ситуация такова: ваша пятая пара нами уже эвакуирована, она частично выполнила свою задачу, не ждите их. Для завершения вашей операции: проверьте полученные сведения, дойдите до места, осмотрите объект, зафиксируйте видео, если это возможно, и затем выходите на связь. Ожидаем подтверждения, до связи…

– Есть! Группа подъём! Встаём-встаём, пять минут – привести себя в порядок! И выступаем…

Наконец, все готовы, стоят в строю, ждут постановки задачи. Капитан оглядел строй и сообщил:

– Идём в квадрат местонахождения объекта, квадрат №…, если заметили, это квадрат ответственности Краба и Крысы. С ними здесь что-то случилось, узнаем сейчас или когда вернёмся на базу. По моим сведениям, тут есть ракетная точка, неразряженная. Сведения не проверенные, идём осторожно: впереди – первая пара, за ними – я и вторая, потом третья пара, замыкает четвёртая пара – отвечает за тыл. Чётный номер смотрит левую сторону, нечётный – правую. Дистанция сто метров, все в пределах видимости соседа. Готовность – раз!

И они пошли. До назначенного места шли более четырёх часов, когда заметили, что вдоль ущелья идёт старая дорога. По ней давно никто не ездил, обочины заросли деревьями, а старый асфальт разрушен растущими сквозь него, из щелей бетонных плит подложки, кустами, но даже и в таком виде, дорога была заметна. Значит, не зря шли, что-то впереди есть… Но здесь можно встретить и местных, из сопротивления… правда, следов недавнего присутствия видно не было.

Шли ещё с полчаса, когда увидели впереди остатки старого шлагбаума: бетонная будка, столбик с вилкой и куском самого шлагбаума – дошли. И тут кто-то из группы, когда они остановились, бросил реплику:

– Я внимательно смотрел, но следов Краба и Крысы ни на склонах, ни на дороге не увидел. Может, они по гребню шли?

– По гребню, конечно, удобнее, но не всяким туристам… и не на войне – ответил другой, и добавил – если идти, то идти по склону под гребнем, Краб скорее всего так и шёл.

– Стоп разговоры – приказал капитан Анион, – дальше идём в линию широким фронтом, накрываем всю территорию, связь в постоянном режиме, говорить только важное, эфир ставлю на трансляцию в штаб онлайн. Пошли.

Неподалёку от будки виднелось одноэтажное здание с провалившимися потолками. Осмотрели, да это помещение для отдыха личного состава, кухня и дежурный пункт – даже пульт не разобран… вывод однозначен: это точка! Следующий вопрос: ракета на месте? Под метровым слоем наметённого ветром снега непросто найти закрытую плитой шахту.

Капитан приказал искать и все пошли, и почти сразу прогремел взрыв! Как её увидишь-почувствуешь под снегом – растяжку? Вот и наступил один бедолага… но другие урок восприняли: все достали коммутаторы и сделали-настроили из них металлоискатели с максимальной чувствительностью – это просто… а вот, выжить тут не просто! Их здесь не любят и следует быть осторожнее… так бывает… И это была последняя жертва в той операции.

Они всё нашли. Всё засняли и передали в штаб. Задачу выполнили, и потери минимальные – так они считали, ведь они ещё не знали про Крысу. Коптеры прилетели за ними, и они прибыли на базу, где тепло и безопасно, где выплатят их гонорары и радостями жизни не поскупятся местные дамы…

* * *

Когда капитан Анион прибыл для доклада в штаб, дежурный офицер сразу провёл его к Координатору. В кабинете сидело несколько старших офицеров, большинство из которых Ион видел впервые. Доклад занял несколько минут, после чего ему стали задавать вопросы, и большинство из них касались его информатора: кто он, как познакомились, кто проявил инициативу к сотрудничеству? Вопросы сыпались один за другим, его явно пытались смутить и запутать, но Ион продумав заранее ответы, не сбивался, как ни старались штабисты. Он не стеснялся отвечать: нет, не знаю, не знал, и уверенно говорил только о том, что они с Дедом обсуждали в этот раз.

С час продолжалась эта игра в кошки-мышки, после чего полковники разом, как по команде, поднялись и предложили ему пройти с ними, не объяснив причины. Ион понял: начинается самое важное и нужно предельно контролировать себя, быть готовым к любому повороту событий!

Они прошли здание штаба, спустились в подземные этажи, о которых Ион и не знал, и там вошли в какой-то кабинет, видимо, врача. В углу стояло оборудованное кресло дантиста, рядом столик с инструментами, а вдоль одной из стен лежак, на котором находилось тело, накрытое простынёй. Рядом стояла тележка, для транспортировки раненных, и также с телом, накрытым покрывалом. Ион сразу подумал: это Краб и Крыса, привели опознавать… но он ошибся.

Первым откинули покрывало с тела на тележке – боже! Это Дед… бедный-бедный дедушка, кто ж тебя так изувечил!! Нельзя! Нельзя-нельзя раскисать, тут они и подловят!.. – промелькнули мысли и Ион напрягся.

– Вам известен этот человек? – задал вопрос один из командиров.

– Да, это мой знакомый. Тот самый, что рассказал мне про ракетную шахту. Он из местного населения, помогал мне выжить, когда я был у них в плену. Говорил, что я очень похожу на его погибшего сына… наверное, потому и помогал мне.

– Как его звали? Какое место занимал в сопротивлении?

– Имени его я не знал, он просил меня называть его – Дед. Насколько мне известно, от участия в движении он уклонялся, ссылался, что стар. И ещё он был враждебно настроен ко многим командирам ополчения, считал их виновными в бессмысленной гибели своего сына. Говорил, что они ничем не лучше тех, кто сдал страну Мировому Правительству, такие же жадные и бесстыжие козлы – он так говорил. И они ему, вроде, не доверяли…

– Как осуществляли связь? Каким образом он узнал о вашем появлении в охотничьей избушке?

– Связи у нас не было, но я знал, что в эти дни месяца Дед приходит в зимовье, чтобы проверить петли и капканы – он здесь охотился на соболей и белок… вот, и встретились. Он помог нам с этой ракетной шахтой, помог найти и забрать ракету! Он мог бы помогать ещё, а вы его убили… как это глупо и недальновидно!

Полковник подошёл к лежаку и сбросил простыню с тела. Крыса мёртвыми глазами смотрел в потолок, ниже подбородка, на шее, был виден большой разрез, проходивший в области сонной артерии.

– А вот это – работа вашего старичка! Полюбуйтесь!

– Крыса, я надеюсь, ты не очень долго страдал! Прощай, Крыса! – сказал краткую речь капитан Анион, щёлкнул каблуками и поклонился убитому.

– Могу я задать вопрос? – спросил он.

– Слушаю.

– Где Краб? Он жив?

– Да. Вы увидите его позже.

«Значит, Краб убил Деда и доставил его сюда, – была первая мысль Иона, и тут же родилась вторая – Ну, что ж Краб, я при всех обещал! Будь теперь очень внимателен, Краб…»

Через два дня капитана Аниона наградили именным оружием, кортиком с позолоченным эфесом – это был его Приз за успешное проведение важной операции…


3.5 ОБРЕТЕНИЕ КОНТАКТА


Вот и подошло время первого очередного отпуска капитана Аниона. Ион долго думал, как потратить эти дни. Если бы был жив Дед, мог исполниться тот план, о котором они говорили, а теперь как найти отца? Даже отыскав его, как к нему подойти, чтобы не вызвать интереса у контрразведки? Кто из сопротивления знает его отца, кому можно довериться? Иону показалось, что перед ним выросла непреодолимая стена, которая отсекает его от реализации важнейшей его личной цели. И это не вся проблема: он оказался без контакта и связи с сопротивлением, а значит, возможностей для эффективных дел на пользу своему народу – совершенно нет! Что делать, как быть? Вопросов много… ответов нет.

Подошло время написания рапорта на отпуск, с указанием места отдыха для получения отпускных и проездных счетов – все расчёты производились с карт, виртуально, и потому о зачислении условных денежных счетов на карту приходилось заботиться заранее. Уже завтра предстояло написать рапорт, а Ион не имел никакого плана: куда ехать, зачем ехать… он стал волноваться, всё казалось пустым!

Чтобы снять напряжение и подступающий стресс, он по пневмопочте заказал себе банку «Шотландского Эля», и она тотчас прибыла – забренчал зуммер в стене. Ион выпил половину банки и прилёг, надеясь отвлечься от грустных мыслей. Эль помог, он успокоился, задремал… и оказался в гипермаркете, в котором когда-то преследовал своего виртуального врага – «Сокрушителя», кажется. Вот они, те же торговые полки, набитые товарами и всякой ерундой, вот те же стены и во-он сидит та же девушка… Девушка! Вот – контакт! Вот куда надо идти… Ион дёрнулся, как от электрошока и вскочил!

На смене ли она, та красавица? А он даже не спросил в тот раз, как её зовут? Бестолочь! Как теперь её искать? Но это, пусть мизерный, но шанс! Надо идти.

И он отправился в тот магазин. Пока шёл по улице, что-то зуммером зажужжало в его голове, какая-то мысль желала родиться и мухой звенела в черепе. Что там толкается ножкой? что-то важное?.. вот… вот… ну?

Есть! Родилась: кто-то тут рядом очень внимательный к нему и сейчас, и возможно, вчера. Осмотреться надо, что-то не так! Ага, вон на той стороне идёт один и старательно воротит морду, слишком стараешься! За ним, метрах в ста ещё один идёт – топтуны? Или случайные, надо проверить, как бы не привести их за собой к той девочке… походим-побродим, осмотримся-присмотримся – примерочку пройдём! И он прошёл мимо нужного ему магазина, пока шёл до конца улицы, ещё проверялся – идут…

А если сделать то, чего вы не ждёте, к чему не готовы, а?

Ион зашёл в ателье проката, взял на час аэродоску. Уплатил картой за аренду шлема и наколенников-налокотников, вышел на крыльцо ателье, встал на доску и аккуратно тронулся тихонько так, наслаждаясь не столько движением аэродоски, сколько паникой, возникшей среди «сопровождающих лиц»! Они задёргались-засуетились, стали вызывать кого-то. Не ожида-али? Вот так – не готовы?! Ай-яй-яй!

А он почуял! Заметил их на пустом месте! У него есть – чуйка! Значит, он не безоружен!

Облетев городок по периметру, он опустился в парке и сняв экипировку сложил её и доску в капроновый мешок, что даётся в комплекте с доской. Взгромоздив мешок на плечо, Ион не спеша вышел на улицу: как хорошо бывает, когда получается хорошая игра!

Ион поднял большой палец и едущее мимо такси тут же остановилось, он загрузил мешок, сел на заднее сидение и назвал адрес гипермаркета. Выходя попросил подождать, и в залог оставил мешок с оборудованием.

А времени-то нет, его ищут, вдруг войдут в магазин и зафиксируют их контакт! Быстро-быстро, вон в тот отдел, к той кассе, но сначала нужно что-то взять. Вот, торт – чем не покупка для начинающего отпускника? А вот и касса, та самая касса… а девушка не та! Ион приблизился к ней и с грустным видом спросил:

– А другая девушка, которая тут работает, за этой кассой, можно её увидеть? – сказал он и так сильно покраснел, будто непристойность какую-то ляпнул.

Девушка-кассир посмотрела на него как-то очень внимательно, видимо, пытаясь понять его намерения, и наконец, решив что-то для себя, прижала пластиковый цветочек на лацкане халатика, наклонила голову и негромко позвала:

– Анюта, Анюта! К тебе тут молодой-красивый пришёл, ждёт…

И взглянув на него, улыбнулась по-доброму, как сестра. Ион оплатил торт и недалеко от кассы стал ожидать. А Анюта подошла сзади, он не увидел, как она приблизилась, но стоило ей за спиной заговорить, как он узнал её голос. Это она! И словно горячая волна, радость с головой затопила его…

Он был так поглощён новыми странными для него чувствами, что даже забыл, зачем сюда так долго и непросто добирался! А она вот, стоит рядом с ним, смотрит, улыбается… он протягивает к ней руки, чтобы взять её руки в свои… а там торт. Как-то неловко получается… они засмеялись!

Оно пришло к нему: первое чувство – самое острое, самое сладкое и незабываемое! А она? Как ответит она?..

Что-то мешает в горле, Ион говорит чужим, внезапно севшим голосом:

– Ион – имя моё… а вас звать Анюта, это я уже узнал…

– Да, я Анюта. Я вас ждала… и боялась за вас!

– Нам нужно о многом поговорить! Как это возможно? Вы можете сейчас уйти с работы?

– Да-да, я знаю. Мне нужно отпроситься у начальницы, подождёшь?

– Жду тебя, Анюта… буду в такси, возле входа.

В такси, сел позади водителя, радуясь, что пассажиры заднего сидения не видны снаружи, ведь если бы его заметили топтуны, все его сегодняшние планы на обретение рабочего контакта с сопротивлением, и на свидание с чудесной девушкой Анютой, и на завтрашний отпуск, с которым связано столько надежд – всё это могло разом рухнуть. А пока всё идёт в правильном русле! И он сидел улыбаясь, наполненный светом тихого счастья… Анюта, Анюта! Какое имя! Какая девушка! Какие бывают дни… и вдруг в его голове родился вопрос: где, в этом маленьком городе можно надежно укрыться от наблюдателей? Его ведь хотят найти… ищут… Но тут какой-то неровный звук привлёк его внимание: цок-цок, цок-цок, цок-цок… звук каблучков? Странный, Ион повернул голову на звук и увидел Анюту, шедшую к такси… сильно хромавшую.

Что с ней случилось? – испуганно подумал он, сперва решив, что она, собираясь в спешке в тесноте склада повредила ногу. Но приглядевшись понял: нет, это другое и намного серьёзнее. Выглядело так, будто левая нога была короче или не до конца выпрямлялась. Ион всмотрелся в лицо девушки, пытаясь понять: испытывает ли она боль при ходьбе? Но лицо Анюты было спокойным, видимых страданий не отражало. Значит – травма старая, решил Ион.

Анюта подошла, села на заднее сидение рядом с ним, улыбнулась ему и спросила:

– Куда поедем?

– Если в кафе, не против?

– Как решит кавалер…

– На двенадцатый километр, кафе «Разгуляй» – слышал? – обратился Ион к водителю, тот кивнул в ответ, и машина тронулась.

Когда такси начало набирать скорость, Анюта подняла стекло, отделяющее пассажиров от таксиста, повернулась к Иону и внимательно поглядела на него.

– Вопрос можно? – спросила она.

– Конечно, любой… почти любой.

– Ты не знал, что у меня проблемная нога? Только честно…

– Не знал.

– И это тебя шокировало?

– Нет. Я не думаю, что это так уж важно, только мне очень жаль тебя! Мне кажется, ты страдаешь… и потом, – он помолчал и сообщил, – мы, ты и я, два сапога – пара. Ещё не прошло полгода, как я потерял руку в бою, а эта искусственная… – он поднял свою левую руку и пошевелил пальцами. Только тогда Анюта заметила, что рука его, хоть и сделана мастерски, но имитированный кожный покров всё-таки её выдаёт.

– Действительно… – с чем-то согласилась Анюта, затем посмотрела на него, сморщила носик и жалобно спросила, – больно было?

– Когда всё случилось, вырубился, а потом в госпитале – там всяко было! Было да быльём поросло!

– Ты говоришь совсем, как дедушка. Мой дед в речи часто использует поговорки… пропал куда-то, давно не звонит, поди опять в тайге…

– Это ему ты передавала от меня инфо?

– Да, а ты не знал?

– Догадывался… ну, вот, приехали, выходим.

На обочине, на залитой бетоном парковочной площадке, стояли два небольших строения, обшитые морёной шлифованной доской. Одно было с большими зеркальными окнами – судя по пьяной счастливой физиономии над входом, это была дорожная забегаловка. А другое здание, побольше и с десятком маленьких круглых окон-иллюминаторов по фасаду, как когда-то на старых кораблях, вероятно – хостел, для ночного отдыха. Ион рассчитался картой с водителем, забрал мешок с доской, и они зашли в кафе.

Внутри оказалось весьма уютно: вся мебель массивная, под старину – из натурального дерева, без следов лака и краски, с потолка в центре свисала древняя люстра, какие уже только в музеях и можно увидать, а по краям зала матовые плафоны, каких тоже много лет никто не производит. Воздух был насыщен запахом еды и еды хорошей – натуральной, без тех концентратов и добавок, которые им обоим надоели в их повседневной дешёвой пище!

– Как тебе здесь, – спросил Ион.

– Очень! – ответила она и добавила, – и народу нет – здорово!

Ион добавил:

– Особенно здорово, что топтунов тут нет, а если заявятся их сразу станет видно…

– Каких топтунов? – спросила Анюта.

– За мной с утра ходят какие-то, я их заметил и свинтил от них, взяв в прокате аэродоску… – сообщил Ион и засмеялся, когда вспомнил, как они засуетились, когда увидели, что он от них так элегантно ушёл… и он ей не спеша, в деталях, рассказал, как это было.

Анюта засмеялась вместе с ним, но как-то не так, как должна была. А потом сообщила:

– Это наши были. Мы проверяли, нет ли за тобой наблюдения. Вот их ты и обманул, но главное мы увидели – за тобой никто не ходит. Это ещё не всё. Мне кажется, ты не учитываешь электронную слежку. Или учитываешь? Ты ведь помнишь, что все коммуникаторы наши зацеплены через спутники – помнишь? Поэтому, все передвижения, если не отключаешь его, легко и просто отслеживаются сверху. А при желании наблюдающего, тебя могут и снимать оттуда через мощную оптику – для документирования действий.

Ион смотрел на неё вытаращенными глазами – не ожидал таких знаний и подготовки. И ему было стыдно: забыл про эту беду с наблюдением сверху… ему захотелось оправдаться:

– Но ведь в городах столько людей, зданий, магазинов, куда объект может войти и скрыться – здесь им проще наружку пускать! Велики риски потери объекта, так ведь?

– Это так, но сегодня ты об этом и не думал…

– Ну да, – вынужденно согласился Ион, и ощущая недовольство собой, но больше, чтобы уйти от неприятной темы, взяв меню принялся преувеличенно внимательно изучать его… но потом спохватился и передал меню девушке:

– Выбирай, пожалуйста… не стесняйся, на моей карте счёт есть.

Пока обедали, они обменялись электронными адресами, мнениями о взятых кушаньях и напитках, о новой панк-опере «Отречение Христа», и тут Ион, наконец, решился:

– Анюта, у меня с завтрашнего числа начинается отпуск – двадцать дней. И, в связи с этим, у меня есть два вопроса. Обсудим?

– ?..

– Спасибо – поблагодарил он в ответ на её молчаливое согласие.

– Вот первый: не хотела ли бы ты… – и он замолк, не решаясь закончить свою фразу и даже не зная, как её закончить, однако, решился: покраснел, потом побледнел и сказал, – со мной поехать в этот отпуск? И эти двадцать дней провести со мной!?

Закончив речь, он даже боялся вначале взглянуть на неё. Но пересилил себя и посмотрел: а Анюта улыбалась. Она не оскорбилась и не обиделась, чего он опасался, она улыбалась, не скрывая своего счастья…

Как оно близко, это счастье! Оно может быть совсем рядом, а мы и не замечаем его: смотрим не туда, ищем не там, проходим мимо и не находим. Но не в этот раз. Здесь и он, и она, и само счастье – были готовы, чтобы встретиться… и встретились! И слава Богу!

Ион тут же заказал бутылку шампанского, которое немедленно было открыто и выпито. Гип-гип ура! И первый поцелуй – как скрепляющая подпись под манифестом!

– Второй вопрос, можно?

– Уж и не знаю, – засмеялась Анюта.

– Он не страшный! – успокоил Ион и не удержавшись, протянул руку и ласково погладил её золотистые шикарные волосы.

– Ну, давай второй!

– Дед обещал мне в этом отпуске встречу с отцом…


3.6 УДИВИТЕЛЬНЫЙ ОТПУСК


А для всех это был будний день. Завершив обед, и обсудив отпускные планы, они вызвали такси и вернулись в город. Время было дорого, впереди у обоих тьма дел, требующих завершения перед скорым отъездом. Но перед тем как расстаться, Ион добился от Анюты согласия на визит к его знакомым хирургам, после отпуска: он надеялся на их мастерство и способность решить проблему повреждённой ноги. Это будет, конечно, стоить приличного счёта, но оно того стоит!

Ион возвратил в прокат оборудование и заплатив по счёту, помчался в штаб, чтобы написать новый рапорт об отпуске: о том, что едет не один, а с невестой, и в его требовании следует указать – два человека! И место выбрал, один из островов Индонезии, с тающим на языке названием – Дили! И класс отеля указал – первый! А как же, капитан, орденоносец, герой! Кто ж такому откажет?..

* * *

Через два дня они прибыли на свой остров. Летели с пересадкой: сначала до Джакарты стратосферным бортом, потом заказали коптер и он привёз их в этот, их сладостный рай – Дили! И отель, похожий на океанскую раковину, с подходящим названием – Клариджиз! А вокруг сияние солнца и песка, волны и пальмы, необыкновенные ароматы и всё здесь светится счастьем и негой – так видят эти места все, кто впервые прибывает сюда! И они оба это ощутили в полной мере… Их счастливые дни полетели-полетели, слившись в одну неразрывную золотисто-зелёную, ароматно-сладкую, великолепную ленту – целых десять волшебных дней и ночей!

А потом случилось то, чего Ион так долго ждал…

– Ион! – высокий стройный мужчина окликнул его на выходе из отеля.

Ион вздрогнул, он ожидал этого и, казалось ему, был постоянно готов. Но нет – слишком долго ждал и слишком сильно желал! И вот, долгожданная сотни раз рисуемая встреча с тем, кого много лет Ион в своих детских снах звал: папа! Папочка, найди меня… – сбылась! Мечты иногда сбываются…

Ион замер, потом повернулся и нерешительно спросил:

– Вы меня окликнули?

– Да Ион, тебя. Где твоя невеста?

– В спа-салоне, по женским делам. И будет там ещё пару часов.

– Вот и хорошо, а у нас будет время познакомиться. В вашем отеле неплохой ресторан, позавтракаем?

– Отлично, я тут постоянно голодный, как волк! – Ион засмеялся.

– Ну, это понятно – такой марафон! Некоторые от него помирают… Ион, нужно кое о чём нам договориться, чтобы ко мне не появились вопросы у контрразведки. Будет лучше, если на людях будешь звать меня так, как зовут друзья – Саймон, хотя мама когда-то звала Сёмкой… Ну да ладно, пойдём-ка поедим. Кстати, свой коммуникатор ты где держишь, он не при тебе? Ты в курсе, что через него нас могут слушать и даже видеть…

– Нет-нет, он в номере остался, в качестве дог-френда… охраняет от посторонних наше жилище.

Они заняли столик в углу зала и Саймон заказал лучшие местные блюда, которыми и был он весь заставлен. Крабовое мясо, как bush tucker, в местных ягодах – muntries, курица в острейшем соусе «чатни», салаты, где местные фрукты перемешаны с различными овощами мира, плоды хлебного дерева – всё было безумно вкусно, стол был бесподобен! Ион и не подозревал, что бывает такая еда, и он воздал должное ей в полной мере и с величайшим энтузиазмом!

А Саймон с улыбкой наблюдал за этим, сам едва прикоснувшись к еде. Он ожидал насыщения сына и был очень рад, судя по его лицу, на котором сквозь привычную маску ироничного спокойствия просвечивало явное удовольствие.

Когда Ион обнаружил, что жевать ещё может, а глотать уже нет, отец, налив в бокалы сухого красного вина, предложил:

– Помянем Деда… достойный был человек!

– Лучший из всех! – подтвердил Ион.

Выпили, помолчали, вспоминая Деда. Ещё выпили по бокалу и Ион, решившись спросил:

– Я могу тебя, хотя бы один раз назвать – папой?

– Да. Но только там и тогда, когда уверен, что никто не слышит, хорошо? Это необходимо из-за моего положения. В некоторых случаях любая связь может быть использована для оказания давления на меня. Провал возможен и близкие – самый острый болевой канал! Это понятно?

– Конечно! Спасибо, папа!

– Хорошо, сын! Если тебе не трудно, расскажи о последней операции и последней встрече с Дедом…

Ион подробно рассказал о ходе операции, как он вызвал на контакт Деда, о чём они говорили в тот последний раз. Но на вопрос отца: как случилось, что Краб и Крыса встретили Деда, Ион ответить не смог. И тогда отец, как офицер имевший доступ ко всем контрразведывательным материалам на экс– территории РФ, рассказал ему все подробности этого дела. И об инициативе Краба, и задачу, поставленную им с Крысой штабом, и большие надежды штаба на взятого знающего «языка».

– Что сейчас с Крабом? – спросил отец.

– Он не вернулся в мой отряд, перевёлся и я пока не знаю куда…

– Не ищи. Здесь я помогу, и все вопросы решу сам!

Время встречи подходило к концу и Саймон сказал:

– Ты сможешь завтра выкроить время для встречи? Нам нужно увидеться вдвоём, девочка не должна меня видеть.

– Хорошо, папа. В какое время?

– Как тебе… вам, будет удобно.

– Тогда, в это же время, хорошо?

– О-кей. Здесь же, в ресторане. А сейчас посиди, понаблюдай: не станет ли кто, с моим уходом кому-то звонить или подавать сигналы, хорошо? А сам выйдешь после меня через десять минут.

Саймон встал и ушёл, а Ион остался. Как и велел отец, он внимательно отследил обстановку и убедился: ими никто не занимается. Потом он сидел и обдумывал вопросы для завтрашней встречи. Было что спросить и что сказать… а ещё было, что доесть!

Когда Ион вышел на террасу из белых каменных плит перед входом в ресторан, он увидел Анюту… вроде бы Анюту. Толька эта была жгучей брюнеткой, в чёрном же брючном ансамбле с серебряной искрой в ткани, и серебристых сверкающих туфлях. В руках она держала, просто невозможно догадаться – серебряную же сумочку, от которой блики разлетались по всем окружающим строениям! Вахх!

Стараясь не засмеяться, Ион подошёл к даме и спросил:

– Позвольте представиться: граф Калиостро! Пролётом из Сибири… а что, здесь сегодня ожидается карнавал? Или я ошибся?..

– Ну, где ты был? Я столько времени тебя жду!

– Боялся подойти, всё гадал: ты – не ты? Больно чужа и строга стала… Зачем ты это с собой сделала?

– А что, не понравилось? Я старалась… старалась для тебя, милый! Мне казалось, что если я буду другая, это зажгёт тебя сильнее!

– Тебе кажется, что я остыл? В чём дело? Я что-то не так делаю?

– Нет, всё изумительно! Просто девчонки говорили, что это необходимо делать: менять иногда облик… я и решилась…

– Мои дорогие Анютины глазки, девочка моя золотая! Давай заключим с тобой соглашение, вроде, как соглашение сторон: Отныне и навсегда! перед любыми важными решениями мы будем обсуждать ситуацию и решать, как быть и что выбрать? Как думаешь, это неплохое предложение?

– Принято! А с этим – она показала на своё отражение в витрине, – что делать?

– Давай считать, что у нас – карнавал! Дня три. А потом всё вернётся на круги своя… так пойдёт?

– Яволь, мой повелитель!

Всё закрепили поцелуем…

А ночью пришёл тайфун: дождь стеной, порывы ветра, грохот волн и шум листьев – под такую музыку хорошо спится…

Но и утро оказалось не лучше. Вот Анютка и решила, что это самое лучшее время, чтобы отваляться, отлежаться, отоспаться – этим с утра и занялась. А у Иона через час была назначенная встреча и он, сварив себе отличный кофе в машине, которой был оборудован их номер, сидел в углу, направив свой коммутатор на стену и запустив его в режиме проектора. Наблюдал за потоком новостей. Вот, знакомые пейзажи: горы, тайга, река – это же тот посёлок, в котором он жил! В котором жил Дед, здесь он столько узнал об этом мире… что там случилось? Вот, оператор, ознакомив зрителей с обстановкой, перевёл фокус на гостя программы – а это был Краб! Он что-то жевал, сплёвывал, и развязно сообщил:

– Был бой. Наше подразделение застало аборигенов врасплох. Удалось нейтрализовать их без существенных потерь с нашей стороны. Никто из взрослых аборигенов в плен не взят. Десяток их детей до десяти лет завтра будут переданы в надежные руки Государственных Воспитателей. Хочу передать привет всем, кто успел бежать отсюда, обещаю: я за вами приду!..

Ион, смотрел, а внутри него клокотал слёзы и пламя: найти и убить! Лично убить урода!! Он уничтожает всё, что дорого Иону! Краб – это личное и не просто враг!

Но время, пора идти, нехорошо опаздывать вообще, а особенно плохо к отцу. Он побрился, почистил зубы, одел лучшее и вышел. В ресторане занял тот же самый столик и заказал на двоих завтрак и кофе. Отец задерживался. Ион, отдельно для себя заказал пинту эля – чтоб стереть воспоминания о Крабе, чтоб ждать было веселее. И только он приступил к дегустации, как в дверях появился отец, но не один. С ним был некто, чей внешний вид говорил либо о нездоровом образе жизни – он был болезненно пухлым и бледным, либо о серьёзных проблемах со здоровьем. Отец подвёл человека к столу, Ион встал, выпрямился и отец его представил:

– Капитан Анион, кавалер ордена «Пурпурное сердце». Ещё награждён именным оружием – за отвагу! Мой сын. Верю ему, как себе!

Затем он представил гостя:

– Йеошо Хамп Сэми-Ири. Наш гость и добрый друг! Из тех, кто хочет видеть Землю среди гуманистических цивилизаций Галактики! Уверен в нём, как в себе! – отрекомендовал Саймон…


3.7 КОНТАКТ ТРЕТЬЕГО РОДА, КАТЕГОРИИ «Е»


Ион ошеломлённо уставился на господина Йеошо, до него как-то плохо доходило происходящее, после столь нокаутирующей рекомендации. Он переводил глаза с отца на гостя и обратно, сначала решив, что ослышался, потом, что это шутка… и только, когда надежда на долю шутки исчезла, он стал смиряться с мыслью, что это не шутка, а неожиданная и удивительная реальность. Он взглянул на отца, ожидая подтверждения своей, казалось бы, бредовой догадке, и отец, сдержанно улыбаясь подтвердил:

– Да-да, для тебя это Контакт «Третьего рода, категории «Е», по шкале Хайнека-Блочера. А для меня это реальность и прямая необходимость в решении наших земных важнейших задач…

Все уселись за столик и гарсон, увидев пришедших, торопливо принёс заказанное. Принёс на двоих, а за столом сидело трое, и потому Ион, проявив дипломатический подход, сообщил:

– Это я вам заказал завтрак, а себе выбрал эль.

Но гость качнул головой и тихим хриплым голосом, почти не открывая рта, внимательно глядя в глаза Иона, произнёс:

– Нет, я не буду ничего. У меня другой режим и другая еда…

Саймон, выслушав его, кивнул головой подтверждая, и сообщил:

– Господин Йеошо давно здесь служит в Группе Смотрителей, и хорошо знаком с нашими обычаями. Они специалисты по молодым цивилизациям, им в полной мере известна ситуация на планете Земля, и в их кругах такая ситуация обозначается, как «критически неверное развитие сообщества планеты» – вот так, грустно и серьёзно. Заметь, Ион, слова «разумное» в определении нет…

Дело в том, что под «сообществом» подразумевается не один избранный и доминирующий вид, а группа местных видов высокоразвитых существ с перспективой дальнейшего цивилизационного развития. У нас таковыми они считают дельфинов – это достойные и признанные в их системе координат, члены нашего сообщества… увы, которых, к сожалению, некоторые из нас до сих пор едят! И теперь представь себе нас их глазами…

Кроме дельфинов есть и другие члены сообщества – это коллективные насекомые со своим Разумом, который и есть – Разум! Но другой! Их мы также игнорируем и не признаём субъектом отношений!

В целом это и есть диагноз для планеты Земля…

Это кратко, а если г-н Йеошо захочет, он сам изложит свою позицию. Да, вот ещё: в разговоре с ним не используй термин «разумные» в приложении к человечеству – он считает невозможным применение в данном случае этого определения, и раздражается, когда оппоненты спорят с ним.

Знаешь, Ион, в разговорах с ними, следуя их логике, я был вынужден приходить к такому же выводу – увы: наше поведение не соответствует критериям разумности. В глазах внешних наблюдателей, а их, согласно сообщениям достойных доверия источников информации, не так уж и мало, мы не имеем обоснованного права считаться «разумными».

Силы, которые представляет на Земле г-н Йеошо, это союз цивилизаций, исповедующих гуманистические пути развития, в основе которых лежат принципы Свободного Развития, Равенства и Свободы Выбора. Кажется, не так много заложено в эти три основных принципа, но они и есть те Три Кита, на которых держатся Миры, в наших фантастических сагах обозначаемые, как Светлые! Есть, правда, и другие… если г-н Йеошо сочтёт нужным, он поговорит с тобой и на эту тему, только, без его инициативы, сам не начинай.

Вот, представление сторон завершено! Позвольте отлучиться, господа, есть неотложные дела. Вернусь через час-полтора, а вы побеседуете и г-н Йеошо, я надеюсь, поднимет уровень сознания моего сына хотя бы до 3G. Ион, будь внимателен и думай всё время – это тебе поможет задавать правильные вопросы… чтобы получить значимые ответы.

Он встал и вышел.

Йеошо, всё это время, не сводивший своих глаз с Иона, как-то странно сосредоточился на его переносье взглядом, от этого Ион, и так бывший в дискомфорте от пристального взгляда собеседника, вообще ощутил себя пациентом на приёме у врача. Он внутренне сосредоточился, собрался и приготовился к сопротивлению, предполагая, что сейчас последует какой-то вопрос, про которые иногда говорят: влез под кожу. Но Йеошо вдруг сказал тихим голосом:

– Ты очень напряжён, ты боишься – это неправильно. Я не представляю угрозы ни твоему разуму, ни твоей воле, я – друг. Относись, постарайся, ко мне так! Позволь помочь тебе? – и Йеошо протянул через стол свою руку, в сторону Иона.

А тот, дрогнув, сначала качнулся назад, но потом вернул себя в прежнее положение и позволил пришельцу взять свою рукой, которую он перед тем отдёрнул. И случилось странное, как только его рука оказалась под рукой господина Йеошо: все страхи и сомнения его исчезли, и он почувствовал, как его привычно зажатое в комок, напряженное эго, неожиданно расслабляется и выпрямляется, будто цветок из-под снега! Это было чрезвычайно приятно – полное отсутствие постоянных привычных ощущений опасности от близкого агрессивного чужого присутствия…

Ион с изумлением воззрился на Йеошо. Чудеса никогда не оставляют нас равнодушными, а это было так похоже на чудо, что он не мог не сказать:

– Благодарю Вас, Йеошо!

Тот кивнул в ответ и задал вопрос:

– Скажи, мой юный друг, как видишь ты дальнейшее продолжение своей жизни? Какие этапы в ней можешь выделить?

Вопрос не показался Иону сколько-нибудь странным, он находился в удивительном состоянии, когда все чувства предельно ясны и открыты, а его собеседник доброжелателен и оттого разговор с ним приятен.

Ответил он не раздумывая, и именно то, что было в голове:

– Я обрёл свой народ. Дороже этого ничего нет. Буду делать всё для его блага! Всё, что потребуется, всё что прикажет отец – он мой высший иерарх! Моя жизнь имеет для меня минимальное значение.

– Исчерпывающе, хоть и кратко – хорошо сказал! – одобрил собеседник, и продолжил опрос, – Как видишь ты устройство мира? Спешить не следует, ответ и обстоятельность его здесь лучше краткости.

– Учитель мой, погибший патриарх – единственный источник моих знаний об этом Мире. Как он учил, так я запомнил, и понял, что понять сумел… Позвольте мне задать вопрос, Йеошо?

Йеошо внешне не изменился, но Ион, по каким-то признакам, понял, что тот недоволен. Смотритель кивнул и приготовился выслушать вопрос.

– Мне кажется, Йеошо, Вы без затруднений проникли в мозг ко мне – я прав? И если это так, не проще ли, чтоб Вы прочли-увидели всё там. Войдите и увидите всё сами – я верю и позволяю Вам…

И тут собеседник впервые проявил некий отблеск эмоций: с удивлением воззрился на Иона, и даже чуть улыбнулся глазами. Затем кивнул, прикрыл свои глаза тяжёлыми веками, и взяв руками: правую в правую, а левую в левую – руки Иона, замер…

А Ион, как и обещал, открыл этой доброй силе, вход в свой мир, где всё позволил увидеть, что удалось ему понять из незабываемых бесед с мудрым и добрым Дедом.

– Да, – через некоторое время промолвил Йеошо, – твой учитель был мудрый человек. Таких слишком мало здесь! Он заложил в тебя хорошую базу и ты, возможно, станешь таким, как он… со временем. У тебя я заметил несколько серьёзных провалов в мировоззрении и мироощущении. Без них логика изменения ситуаций не будет полной, объёмной и понятной. Позволь мне открыть твоему сознанию новые аспекты бытия, о которых ты пока не имеешь представления? Тогда многое откроется тебе…

Йеошо замолчал и внимательно взглянул Иону в глаза. Увидев там ответ, кивнул и задумался, вероятно, очень непростая тема предстояла. Наконец, он вернулся… ещё раз заглянул в глаза собеседника и начал:

– Творец наш весёлый и добрый – ты даже не представляешь, насколько! Ничто не может Его разозлить! Не знаю, бывают ли другие… мне кажется – нет. Я думаю, что личность, обладающая бескрайними знаниями и возможностями – не может быть иной. Для Него всё – просто игра! Как у ваших детей, которые повторяют-копируют Его в первые годы своей жизни. Они тоже творцы! Маленькие творцы и миры х миниатюрны. Ты, может, замечал, мой друг, что дети нервничают и злятся только, когда у них не получаются задумки их, когда их план игры разрушен. И здесь отличие: у маленьких творцов нет Возможностей великих, они не в состоянии далее творить, и оттого скандалят-плачют! А Он всесилен-всемогущ! Легко Ему исправить, где криво-косо ситуация сложилась, и делает всё это с улыбкой и удовольствием! Всё в Его Власти:

– и Время – лишь фантазия Его, куда захочет туда прокрутит свои часы, которые Закон для всей Вселенной;

– Энергии запасы безграничны, и нужное количество зависит только от пожелания Его;

– Пространство – это холст, на нём творит Художник!

Материя, как помним, бывает скроена из минуса и плюса. И родилась вся схема в голове Его. Он взял-то всего ничего: кусок пустоты молчаливой, добавил к ней Энергии-Любви, и тщательно всё замешал, а потом разделил: отделив плюс от минуса и время от безвременья – и тут завертелось всё в круг, порываясь обняться! Но Он запретил, как им бы хотелось – немедленно слиться, чтобы во вспышке безумной радостно выгореть всем им дотла…

Придумал Творец Законы и Правила – как рычаги и тяги в машине, чтоб были они регуляторами всех процессов в Игре! Потом взял свою Любовь-Энергию и превратил её в Материю – так Мир появился, живущий в Законах Его…

Но весь этот Мир – только плантация-ферма, и назначение её лишь пространство, в Замысле второстепенное. А главное же то, что будет там произрастать, плоды – важнее всего! Ты понимаешь, о чём я говорю, Ион?

– Возможно, Йеошо, Вы говорите о Душе? Я думаю, что так учитель – Дед, сказал б сейчас…

– Всё верно, молодец! Душа – вот материал угодный Богу! Она одна не родилась в земле из элементов материальной базы. Она иная, дана Творцом, к Нему же и вернётся, когда придёт ей срок – ежели качеством своим Его устроит.

Так вот, Душа… она – наездник в нашем теле, сиречь – наездник на коне! Любимица Творца, и это для неё он Мир построил, чтобы растить её. Конечно спросишь ты – зачем? Зачем она Ему – моя Душа? – вопрос Души занятен для ума, не прост!

Я думаю, Душа – тот чистый и отборный Материал, прошедший инкарнации и чистки во всех мирах, где пролегал их путь, по назначенью своему – лишь светлым Ангелам тела лепить достоин! И каждый Ангел – есть дитя планеты, и все они различны, как различаются народы всех планет.

Но вот, беда: наездник не всегда рулит скотиной – и это настоящая беда! Безумно тело и безнравственное чело, где должен разум хоть какой-то быть – но нет, не слушают они её ни порознь, ни вместе! Не подчиняются укорам совести и чести, себе желая лишь жратвы и удовольствия на месте!

И многие из них ведутся там, предпочитая грех божественным цветам…

Йеошо, на последней фразе, вдруг закашлялся утробно-хриплым низким голосом, и это продолжалось несколько минут, пока кашель не стал утихать. Он взглянул на обеспокоенное лицо Иона и показал рукой: ничего, мол, страшного, всё нормально, а затем взял в руку нож и постучал им по бокалу, привлекая официанта. Подошедшему он бросил:

– Сок манго с имбирём, и виноградным уксусом разбавить пополам…

Гарсон выпучил глаза от подобного заказа, но Йеошо подтвердил заказ кивком головы и движением руки отослал его. А Ион сидел погруженный в сказанное – тут было о чём подумать! Это опять меняло картину мира, пусть не кардинально, но основательно. Помолчали.

Выпив принесённый коктейль, Смотритель вернулся в разговор:

– Заметил, друг мой, я тут на ваш литературный, от волнений перешёл? От этого и перестал я контролировать дыхание, а для меня, в этом скафандре, – двумя большими пальцами он показал на свой раздутый живот, – дыхание правильное жизненно важно… Ну, что ж, продолжим, чуть умерив градус… ты посмотри, какая штука: привык, однако, я в размере говорить!

Йеошо ухмыльнулся, совсем как землянин, и продолжил:

– Не все, вернее, даже очень немногие, способны пройти первые свои жизненные циклы достойно-безупречно. Но Ему нужны наши Души только высшего сорта и потому нашёл Он решение: перезапускать жизненный цикл. Как это выглядит… тем, кто очень старался быть светлым, но были помарки – дорога им в светлые миры, где такие живут, стараясь полировать себя до состояния алмаза… вернее – бриллианта!

Но есть такие, и их большинство, кто жил лишь себе в удовольствие. И слушал, но не слышал, тех послов Творца, которых приводили мы для них – учить их верному мышлению и выбирать лишь светлый путь! Не слышал, потому что не хотел… И вот, прожив свой срок, и умирая, он начинает понимать: что жил не так, что делал многое – не так! Не то он делал, и не с теми…

И вот, пытается он что-то изменить, предвидя вскоре сложности себе… и лучшего не видит ничего, чем «отпущение грехов» купить себе! И у кого? У тех, кто сын греха и верный раб его! Смешно? Да, было бы смешно… но грустно.

Таких, не очень перегруженных умом, для исправления на следующий цикл, в миры подобным вашим, отправляют. Здесь многие такие в прошлом были, но есть и те, которые уже осознают: кто явно понимает, кто слушая других – о сути перехода качества миров! О смысле этих наших инкарнаций! О важности движения вперёд и вверх! И это главное, что вы должны понять, не ревизировать, а всё, как есть – принять!

Не сложный материал тебе, мой друг, я преподал? Надеюсь, понял всё, но всё же я прошу: любой вопрос, который мог возникнуть у тебя, задай и я тебе отвечу.

– Учитель – могу я обратиться так?

– И это верно…

– Учитель, а нам как быть, народу моему, который предали почти сто лет назад, и предали нас те, кто должен был вести к счастливой жизни и свободе? Как нам вернуть свободу для народа?

– Свободными не были никогда вы – ты должен это понимать. Могу, коль плохо знаешь прошлое, напомнить. Всего лишь четверть тыщи лет назад вы были «крепостными», возможно помнишь, что означает это? Не знаешь. Ну так узнай: рабами были вы, бесправными рабами, по месту в услужении дворян! Так… и о дворянах ты не знаешь ничего… я так и знал. Печально. Ну что ж, и здесь узнай: весь ваш народ был поделён, как и сейчас, на тех, кто власти нужен и лоялен, и на других, кому для жизни минимум положен! Лишь самый минимум, не более того. А тем, кто власти служит – этим всё: кому побольше, а кому поменьше, от приближения зависит к самим основам власти. Почти не изменилось и потом, уже в двадцатом вашем веке. Хотя по лозунгам судить – равны в России были все! Но лозунги всегда – для затуманивания мозга. И в эти восемьдесят лет, хоть меньше был разрыв меж властью и народом, но и тогда одни имели ВСЁ, что было в государстве том! Ну а другие – что осталось…

К концу двадцатого столетья, на родину твою пришла болезнь шалтай-болтай: бери-хватай и убегай! Чем дальше норка крысы, тем надёжнее – не отберут! – так думали они. И стала самая богатая держава – нищенкой убогой с надеждой вящею на бога! Всю растащили её детки на конфетки… Хороших деток вырастили там… одни тащили, пот не утирали, другие же, набравшись мужества – молчали! И заслужили то, что получили: их сдали с потрохами-паспортами, с детьми и нищими отцами-стариками, с болезнями без пенсий и надежд!!!

И даже в этаком постыдном промежутке: между державой мировой и щелью тёмною небытия, у вас ещё был шанс! Могли вы все восстать и стать народом! Но не стали… привыкли жить, как скот на ваших фермах: мычать, когда вас бьют, молчать, когда вас обирают! Молчали вы, трясясь за шторой, когда соседей ваших убивали! Молчали вы тогда, когда быть Человеком – ваше Право отнимали! Молчали вы, молчали, не брыкались, и вот: без Родины и флага вы остались…

И не бери на веру, проверь, Ион, мои слова: в коммуникаторе найдёшь им подтвержденье, есть сайты неподверженные тлению, из тех, что много лет назад, казалось бы, закрылись, ну а теперь, когда мы помогли им, они, подобно ивам распрямились…

Йеошо заказал ещё бокал коктейля и молча пил через соломинку, пока Ион читал то, что ему указали. Наконец Ион закончил и взглянул на гостя. Взглянул ненавидящими глазами – ореол, созданный Дедом вокруг только обретённого им народа, осыпался, словно иней под тёплым ветром. Картина мира опять поменялась – и это становилось мучительным. Ион, конечно, понимал, что гость не повинен в их истории, но чувства переполняли его, а он ещё не научился, просто не мог пока, скрывать свои эмоции!

Йеошо был мудр и это понимал. Немного погодя он задал вопрос:

– Скажи, Ион, я – прав? Или не прав! Я вижу так истории урок, и может он послужит вам наукой, будет прок: как нужно жить, за жизнь позорно не цепляясь, не позволять во всей Вселенной никому – ногой стоять на горле сыну своему!

А Ион молчал, сидел отвернувшись в сторону окна, сцепив пальцы рук и напряженно думал о ситуации. Он отчаянно боролся с чувством близким к панике, и прямо сейчас терял веру в свой народ, в себя и в будущее, которое хотелось видеть светлым… но его, этого светлого будущего, не было нигде, как ни старался Ион его отыскать… а это было сродни катастрофе!

И гость молчал – ждал, как-то удастся Иону справиться с эмоциями…

Наконец, молчание стало казаться Иону невыносимым, и он произнёс:

– Ну что ж, Йеошо, добивай – ответить нечего! Иль дай надежду, если можешь…

Гость кивнул головой, и негромко, с остановками, выбирая слова, начал:

– Вины твоей здесь нет. Вы, лучшие из вашей расы – всё делали, что в ваших силах для своего народа. И жизни ваши не были для вас, как главный приз, вы расставались с ними просто и в любое время года. Таких привыкли народы ваши называть – герои! Но мало вас таких, чтобы решить за всех задачи их…

Как жить, всегда решали массы, и были времена, когда действительно они решали, но времена те пролетели-миновали… Теперь лукавое отродье правит бал, у вас в преданиях – чертями их когда-то называли…

А что ж народы? Обмелела ваша раса! Здесь каждый – за себя, и никому уже не важно, жив сосед иль нет! А если он убит, то хорошо-б, забрать его кисет! Не это ль, признаки распада-разложенья расы?! Средь них уже героев не сыскать – слабы народы стали и ленивы! И многие извне удивлены, что вы доселе живы. Для взгляда любопытного извне, вы – стадо обезьян, где особь каждая себя лелеет, не понимая сути выживания вида, а суть сего проста: жизнеспособность ваша в единении! И это просто: осознать соседа братом, а соплеменников – семьёй. Вот правильный подход, тот что позволит сделать шаг вперёд!

А в фильмах-сказках, заполнивших всё медийное пространство, герои ваши вновь спасают мир – придуманы они для вас всё теми же чертями, чтоб обмануть-поднять самооценку вашу. Ведь это так легко, не отрывая зада от дивана, героем стать и быть в своих глазах, и уважать себя! Желаемое вы приняли за реальность, а силу сказочных героев – за данность вашей расы. Но любая крепко спаянная раса, за считаные дни, придя сюда, вас покорит – поставит на колени… да что я говорю, вы и сейчас стоите так, и вы уже привыкли! Когда ж придут другие, здесь просто сменится хозяин…

А если же придут не с целью покорения, а чтоб отнять планету, у вас не будет шансов! Они употребят вас на десерт – я говорю о расах сильных и свирепых! Считающих, что Сила правит миром, что Сила – это высшее развитие любой цивилизации, что Сила – это Альфа и Омега Жизни. Такие есть… немало их.

Но и не только эти могут уничтожить. Есть и другие, в которых нет свирепости и злобы, но есть Приказ! Приказ их Высшей власти: искать хорошие для жизни и развития планеты, и если там «неправильная» жизнь, по меркам их морали, освобождать планеты те от «неудачной формы жизни» и это сделают они без размышлений! Ведь в их глазах, вы – брак!

Ты должен знать, Ион: вы живы только потому, что мы вас защищаем! От пришлых, но не от самих себя. Разборки ваши – ваше дело. Не влезаем. Но опекая вас и защищая тыщи лет, мы все устали ожидать от вас прогресса или хотя б намёка на него. Не о техническом прогрессе говорю…

Мы шага ждём от вас такого, который вывел бы земную расу на новый уровень: от стада полудиких жадных, похотливых полуобезьян, напыщенных от самомнения о собственном величии – к нормальной расе гуманоидного типа, каких «разумными» считать не стыдно будет!

А что сейчас являет ваша раса: один процент владеет всем – а девяносто девять остальных прислуживают им! Я не ошибся в цифрах или сути? А если нет, скажи, друг мой, где прячутся здесь признаки разумности цивилизации?! Ответь, коль сможешь… но не ответишь – знаю! Хотя ответ предельно прост: их нет в помине признаков тех, друг мой!

А у тебя, возможно, есть вопрос ко мне: Зачем вести нас, безнадежно глупых и бездарных, когда исчерпаны все способы и шансы?

Я прав – возник такой вопрос? Да, вижу этот твой вопрос в глазах твоих, и вот ответ:

– храним мы этот мир не только ради вас… но для Творца!

Не в вас вся ценность Мира Ойкумены! А в нём самом, в Миру том!

Он – Мир Четвёртой Категории, он конструктивный элемент из Замысла Творца! Ты этого не знал? – так знай.

И ценность его в том, что исправляют здесь испорченные Души. Представь, ваш мир, как цех иль часовая мастерская: чинить, настраивать и исправлять, где нужно подгибать – там гнут, где надо шлифовать – там отшлифуют! И в том предназначение его! И в этом его Честь – быть Замысла Великого фрагментом! А значит, нужен он Творцу таким, какой он есть: прошли тысячелетия, здесь не меняется почти что ничего, и это, думается, оттого, что Мир Четвёртой Категории – предназначение его…

Повисла тишина, один устало откинувшись на спинку кресла, отдыхал, а второй обрабатывал весь огромный полученный объём информации.

К ним подошёл официант, поинтересовался: не нужно ли чего? Йеошо качнул отрицательно головой, а Ион попросил ещё порцию ирландского эля, он был близок к важной мысли и требовалось пару минут, чтобы она проявилась в полной своей чёткости… И вот, он оформил то, что закипало в нём ещё в середине беседы:

– Йеошо, позвольте возразить… я раньше не готов был сформулировать протест! Но вот родился он… – Ион пристально глянул в глаза собеседнику, отпил напиток, посидел ещё какое-то время уставившись в стол взглядом, и наконец, промолвил:

– Вы много нового открыли мне, Йеошо. О нас – о людях, о цивилизации земной, о смысле инкарнации Души… но в итоге Вы объявили нас сбродом и ублюдками! – сказав это, он взглянул на Йеошо.

А тот восседал невозмутимо и расслабленно, как Будда, и видно было – продолжения ожидал. Ион, принимая его спокойствие за пренебрежение, и всё больше заводясь от того, продолжил:

– Как Вы могли не видеть? Как не увидели другую сторону, другую часть землян – Сопротивление, как лучший из фрагментов человечества! Мы есть! Мы – здесь! Нас не размазали по скалам! И мы мечтаем победить, отбросив гнёт, освободить народы бывшие Россией! Цена нас не пугает, и мы заплатим всё, что будет это стоить! А Вы? А Вы, Йеошо, говорили так несправедливо! Ну разве если только о народах Федерации, Вы говорили? Они и мы – ведь это не одно и то же, мы разные… мы – кардинально отличаемся от них!

Гость, поднял правую руку, призывая Иона выслушать его:

– Ион, утишь свой гнев и умали обиду… не всё ты понял так, как я сказать хотел. Не всё ты охватил, не весь объём. А он в себе несёт зачатки всех ответов на многие вопросы.

К примеру, ты сказал, что лучшие у вас, на вашей стороне – сказал? Сказал. Но вспомни: были лучшие и раньше! Они шли впереди и отдавали свои жизни, как и положено героям! Отдельные из них дожили до побед и стали позже самой властью, или министрами при этой самой власти. Так было и не раз. Ведь было? Было.

Так почему же на Земле, за всю её историю, не наступили времена, когда бы Справедливость стала б Королевой в государстве? Насколько знаю я, в истории Земли такого не бывало, и Века Золотого нигде не наступало…

Теперь подумай, не спеши, Ион, бросать словами! Они лишь кажутся вам безобидными воздушными шарами… Словами можно сердце разорвать!

Собеседники надолго замолчали…


3.8 И БУДУЩЕЕ НАЗОВЁТ НАМ ЦЕНУ…


Двери зала открылись и к столику подошёл улыбающийся Саймон:

– Ну, как успехи? Какие впечатления оставила беседа ваша…

Но приглядевшись к их лицам, он изменился и сам: что-то не так. Что?

Ион угрюмо ответил:

– Мне кажется, Смотрители не верят в нас и признают отстойной расой, подняться неспособной выше! Сообщество рабов с отсутствием мозгов и не стремящееся к лучшей доле – так понял я слова Йеошо.

Саймон удивлённо посмотрел на Йеошо, а тот негромко сказал:

– Не понял он. Не всё воспринял, как поток событий. Но многое – как базу для обиды. Эмоции – не лучший способ ситуацию понять, а не поняв расклад – не стоит начинать. Ему я, друг мой, говорил, как и тебе когда-то, почти что теми же понятиями-словами, но он как оскорбление воспринял – не отделяет он себя от масс! Претензии от их лица выносит, не помогали, мол, а просто наблюдали и не направляли… Я думаю, из-за обиды это всё. Обида – из-за недопонимания. А недопонимание от юности, которой, как обычно, узковаты горизонты. Конечно, это с опытом проходит, но время не стоит, оно бежит-уходит и отставать нельзя – возможности реальные терять. Ещё раз я скажу о наших целях, в надежде всё исправить. А ты, Ион, прошу тебя, попробуй вновь – услышать и понять…

Смотрители – чтобы смотреть и наблюдать, докладывать в наш Центр, где мудрецы от разных рас решают, и это главная задача наша. Мы НЕ должны и никогда не будем полпотов, гитлеров и прочих ваших устранять! На место этих, при вашем равнодушии инертном, придут другие, возможно даже хуже. И что: других для вас нам? – тоже убирать! А вы, я понимаю, тут собрались отдыхать, из ложи иль балкона с коктейлем, за спектаклем наблюдать!

Цивилизации так не растут! Растут они, как дети, поэтапно изменяясь. Болеют всеми детскими болезнями, при этом улучшаясь, чтоб набирать иммунитет от всяких разных бед! Чтоб в будущем успешнее с тиранами бороться, желающими мир себе под зад подмять, да и с рабами всех мастей без устали сражаться, желающими мир свой по дешёвке сдать…

Возможно ты, Ион, обиделся на слово – раб. Обидное определение? И это так. Но я сказал его не для обиды возбуждения в тебе… а чтобы суть его, как можно ярче и точнее, представить мог себе.

Скажи, возможно ль тигра впрячь, чтоб плуг ему тянуть? Иль крокодила воду по полям возить заставить? Убить их легче, чем принудить – и в этом суть желания свободы! А человек, как здесь считают – «вершина эволюции», иной он, и оттого не может рисковать… А, может, дело тут в другом – в нём рабской крови слишком много?

Рабы! – так много есть сторон сего понятия. Рабы себя: своих страстей, страстишек гадких, эгоизма! Рабы себе подобных, таких же беспринципных и свирепо-злобных до злата и наживы! Рабы на основании законов гнусных и традиций подлых. Рабы честолюбивых выродков и карьеристов, коих тьма! Рабы-солдаты пред рабами-лейтенантами, а те рабы – перед полковником своим, а тот уже пред генералом! Везде, где рабство из Души не гонят, рабы нужны! В какой-нибудь «законной» иль извращенной форме… но ТЫ?!

Ты – личность, гуманоид, человек…

Лишь сам ты можешь для себя решать:

– какие отношения с миром выбирать,

– кем быть, как в зеркало смотреть, как жить?

И не спеши рабов жалеть! Ведь многие – как легче выбирают! Они от рабства никуда не убегают – им легче, проще и сытнее эдак жить. Ведь со спиной прямою сложно выжить! Не любят их крутые власти и придавленный народ таких не привечает! Ведь он – иной, от них отличен, он непонятен и другой! Одни их ненавидят за то, что неподкупны и готовы безнравственную власть ту обличать! Другие ж – не желая видеть-замечать прямые спины их и чистые колени, бесстрашные слова и светлые глаза без страха тени!

На взгляд мещан и гадов всех мастей, таких безумцев было на планете слишком много! Но позабыли все они: костьми таких и вымощена вся дорога цивилизации земной, и если б не они, то так бы и остались вы в плоскатиках доныне обретаться…

Плоскатики? А это существа, практически ничем не отличимые от вас физиологией, да только их осей-координат всего лишь две: как захватить мне это или то… и как мне сохранить моё! И больше нету ничего для них – всё остальное за пределами их мира. Вот, их и было на планете большинство!

А про безумцев тех, что спину и колени не сгибали, хоть кто-то и сказал, что слишком много было их, я уверяю вас: их было слишком мало!!! Чтобы Земля, как родина людей – прекрасной и великой стала!

Я думаю, что больше нечего сказать мне, господа. Что мог, я всё сказал, теперь пусть воин Иона оценит всё, своё решение произнесёт и станет либо братом нам в войне за Землю или хотя б союзником в борьбе…

Саймон, внимательно слушавший Йеошо, повернулся к Иону и произнёс всего несколько слов:

– Сын мой, я допускаю, что не понял ты чего-то из того, что Друг наш говорил – возможно это! На слишком разных этажах ваши сознания. И даже люди, живущие бок о бок, так часто и трагично, не слышат и не понимают слов, желаний и намерений друг друга. Ведь большинство конфликтов наших в этом! Поверь мне, сын, он – друг, и друг, каких у нас с тобою не бывало.

Других возможностей, чтоб мир наш изменить, у нас с тобой, мой сын, уже не будет! Должны вложиться мы в спасение Земли все, без остатка, должны сюда втянуть как можно больше, Сопротивление – одна из сил. Есть и другие, я знаю тех людей – они достойны, ещё не всё потеряно для нас!

И Будущее назовёт нам цену…