Жанна Константинова
Ленин живее всех живых!

1. С добрым утром!

Едва проснувшись, он сладко потянулся, чувствуя, как растягиваются застывшие за ночь мышцы. Поднял колено, потом второе и посчитал в уме до десяти и обратно, чтобы, как советовали опытные и старшие товарищи, разбудить ум.

Не открывая глаза, потянул носом и почувствовал лёгкое разочарование от того, что в воздухе не витало аромата традиционного утреннего кофе и овсяной каши. Терпкого запаха многочисленных лекарств, уже настолько привычного за последние годы и ставшего частью утреннего пробуждения, тоже не было.

Пахло странно. Пылью, затхлостью, отсыревшими стенами и почему-то ванилью. Примерно так пахло давно в той камере, где мыши были настолько голодными и изощренными, что карабкались вверх до потолка и падали вниз уродливыми мохнатыми градинами.

Воспоминания были неприятными, и он помотал головой, стряхивая их и переключаясь на настоящее.

–Наденька!!!! А завтрак еще не готов? -, крикнул он охрипшим со сна голосом, одновременно открывая глаза.

–На-а-а!..– имя жены оборвалось на полуслове, когда он увидел вместо беленького чистого потолка усадьбы, освещенного утренним солнцем, кроваво- багровый сумрак мраморных стен. Сердце судорожно застучало в груди, а гулкое эхо его голоса отозвалось вдаль по каменному залу.

В это весеннее утро Владимир Ильич Ленин окончательно проснулся…

2. А были ли Горки?

Первое, что пришло ему в голову, что это сон. Вот сейчас потрет глаза, проснётся и все вернётся, как было прежде. Просторный, но уютный дом в Горках, милая суета Надюши, всегда озабоченной выпил ли он вовремя лекарства, и громкие, но не всегда понятные, шутки Мишки Калинина, в последнее время зачастившего в усадьбу. Мишка, кстати, яро заверял всех, что Ильич идёт на поправку, при этом приводил какие-то громкие аргументы, отчаянно жестикулировал, однажды смахнул чашку с подноса, за что был удостоен укоризненного взгляда Надежды Константиновны. Сервиз был хоть и не единственным, но любимым. Сам лидер пролетариата больше склонялся к сухому диагностированию профессора Крамера и понимал, что все на этом свете имеет конец.

С юности, будучи до мозга костей материалистом, Володя Ульянов относился к смерти как к тому, что неминуемо неизбежно, а потому страха не чувствовал. Бывало, задерживал внимание на глазах тех, свидетелем чьей кончины оказывался и видел, как гасила огонёк жизни жадная смерть, которой везде хватало. В камерах ли с жандармами, в стычках ли с оппонентами она частенько грозила напористому социал-демократу то дулом револьвера, то острым штыком берданки, а порой и кусочком хлебца с лёгким ароматом цианистого калия.

В последний раз костлявая обернулась молодой анархисткой с кукольным именем Фанни, но Владимир оставил дуру с носом.

Так что же? Что произошло? Неужели эсерке удалось довести свое дело до конца? А усадьба в Горках, занимательные беседы с товарищами-большевиками, неспешные вечерние чаепития с Надеждой? – неужто привиделось?

С усилием сглотнув ком в горле, Владимир Ильич оперся руками на холодный мрамор, вылез из бархатного гроба и, едва не споткнувшись об бетонную подложку саркофага, покинул на дрожащих ногах холодное многолетнее пристанище…

3. Все оттенки красного

Здание, в котором обнаружил себя Владимир Ульянов-Ленин, революционер, крупный теоретик марксизма и создатель Российской социал-демократической рабочей партии и страны Советов, было холодным и просторным. Тускло отсвечивали красным стены, потолки и даже пол вторил кровавыми оттенками. Раньше Ильичу бы пришлось по вкусу это единение с цветом знамени большевиков и октябрьскими гвоздиками, но сейчас это выглядело жутковато и нелепо. Каждый шаг гулко отзывался эхом в просторе каменного склепа и с очередным пройденным метром этот звук крепчал. Становилось ясно, что выспавшийся хозяин мавзолея твёрдо решил осмотреть свои владения.

4. Мне нужна она

В желудке урчало. Ленин попытался вспомнить, когда и что он ел в последний раз, но безуспешно. Умственным усилиям мешала ещё какая-то глупая простенькая мелодия, назойливой мухой вертевшаяся где-то в голове. "Я СОШЛА С УМА, МНЕ НУЖНА ОНА!'– настойчиво повторял женский голос, но дальше этих слов воссоздать песню память отказывалась. Ещё в суровых семнадцатых Владимир понял, что если что-то ему "втемяшилось" (так шутливо называла Надежда Крупская очередные идеи лидера пролетариата), то бороться с этим бесполезно. Пусть себе поет. А пока предстояло рассмотреть это странное здание и при любой возможности покинуть его. А потом понять, что же произошло и как он оказался здесь, в одиночестве, в каменной коробке под тусклым светом и почему Наденьки, преданной, верной Наденьки, никогда не оставлявшей его больше чем на полдня, нет рядом…

5. Свобода!

Выход с зала вел к глухому коридору. Чертыхаясь, Ильич пробирался сквозь сумрак холодных стен, то и дело поскальзываясь на гладкой полированной поверхности пола. Желудок сжимался от голода, в носу свербело от пыли, в общем, настроение у вождя было отнюдь не революционным. Смущала и тишина, которую нарушал лишь он сам шуршанием шагов и прерывистым дыханием. Через некоторое время, пройдя, как показалось ему самому, не малую сотню километров, он увидел, наконец, дверь, над которой сияла табличка со словом "Выход". Несмотря на суету мыслей и желание поторопиться, Владимир Ильич без удовольствия отметил, что на светильник затрачено слишком много усилий. "Буржуйство какое!"– проворчал он, в уме подсчитывая, сколько ламп накаливания обеспечивает это расточительное баловство. Ленин всегда был скромен и неприхотлив в быту и, тихо, скрывая от всех и самого себя, гордился этим.

Подойдя к двери, он внезапно подумал о том, что неплохо бы привести себя в должный вид. Ведь, едва он окажется на публике, где бы это ни было, подбегут, как это всегда бывает, дети, женщины и рабочий пролетариат, будут благодарить, жать руки, задавать вопросы, а иной раз и всплакнут от изобилия чувств, особенно старушки в белых платочках да впечатлительные румяные курсистки. Ленину всегда казалось, что при народе он должен выглядеть скромно, но опрятно, быть добрым и улыбчивым и старался держаться этого всегда, даже если приходилось притворяться. Несмотря на казавшуюся простоту, к текстилю костюмов вождь относился очень щепетильно. Из всех тканей предпочитал дорогой швейцарский "люстри», настоящую ценность которого могли определить лишь единичные, самые умелые портные, ну, и жена, конечно, была в курсе.

А потому он остановился, провел быстрыми движениями по чёрному пиджаку (запах ванили, который он уловил, едва проснувшись, исходил от костюма), отряхнул от пыли, оправил галстук, потер пальцами по значку члена ЦИКа СССР, взялся за ручку и распахнул дверь....

На пороге его встретило ясное утро 22 апреля 2024 года.

6. Новая старая Красная площадь.

От волнения на мгновенье Владимир Ильич зажмурил глаза. Слух его пробил непонятный гул, а в нос ударило многоцветием самых разнообразных запахов, от чего вождь слегка покачнулся. Было очень раннее утро, небо только начало светлеть. По бурой кирпичной брусчатке и сдвоенным башенкам бывших Верхних торговых рядов и Ленин догадался, что находится в Москве, в самом центре Красной площади. Глядя прямо перед собой, вождь ясно вспомнил жаркие споры наркомата вокруг возможностей НЭПа, и то, как, настояв на своем, зимой 1921 он самолично подписывал "Положение о государственном Универсальном Магазине". Звучное и краткое "ГУМ" быстро стерло имя архитектора Померанцева в памяти народа и вошло в обиход у пролетариата, а когда советская печать называла эту часть Красной Площади "детищем Ильича", было, конечно, приятно. Однако, что-то изменилось. Везде висели какие-то вычурные плакаты, но не с лозунгами, как обычно, и все больше на английском языке. Вот бы порадовалась Инесска Арманд, будь в живых, ее всегда прельщала иностранщина, сказывалось происхождение. Воспоминания об этой незаурядной революционерке заставили Ильича вздохнуть. Яркая, острая на язык и лёгкая на подъем, Инес определенно оставила в его памяти немало воспоминаний. Они тесно общались немало времени, съели, как говорится, не один пуд соли и с ней никогда не было скучно. Одна её затея о том, чтобы написать книгу "о свободной любви женщин" чего стоила! Ленин тогда её нещадно раскритиковал и аргументированно обосновал, что её буржуазные идеи навредят сознанию работницам пролетариата. Инесса ругалась, долго плакала, но от писательства отказалась. Хотя послушать её было действительно интересно.

Об их отношениях вождь за спиной слышал много всяких нелицеприятных, а порой даже весьма пикантных разговоров, что, конечно, было абсолютной неправдой, но зато веселило и тешило самолюбие обоим. Прослышала о сплетнях и Надя. Подняла бровь, задала конкретный вопрос, услышала отрицательный ответ и успокоилась. Даже, кажется, пожалела взбалмошную большевичку, по крайней мере, слезы её на похоронах Инки были весьма искренними.

Снова привлек внимание непонятный гул, доносившийся со стороны Варварки. Ленин напряг слух, но звуки были непривычные, непонятные, словно в ухо попала вода и перекатывается туда-сюда глухой волной. Опять же то ли на пулемётную очередь похоже, то ли на жужжание гигантского полчища пчёл… Сильно отвлекали и не давали сосредоточиться яркие краски весеннего утра. Многообразие цвета и запахов даже притупило чувство голода.

Много лет назад в далёком Симбирске кто-то из гостей подарил детям занимательную игрушку- калейдоскоп. Это была картонная трубка со стеклянным глазком. Когда в него смотрели и поворачивали из стороны в сторону, внутри переливались, расплывались разноцветные витражные стекляшки и завораживали затейливыми узорами. Маленький Володя Ульянов провел, глядя в трубку, не один час. Часто, зимой, когда в вечернем сумраке зажигали свечи, мальчик садился перед ними с трубкой и смотрел на огонь через глазок прибора. В тёмном, черно-белом и реальном мире появлялся мир другой, полный волшебства и красок.

Такое ощущение было и сейчас. Как будто Владимир Ильич попал из сумрака в калейдоскоп и моментально очутился в иллюзорной цветной круговерти. Красный кирпич, голубое небо, зелёные ели… Стоп! Откуда взялись деревья? Насколько помнил вождь, никаких посадок здесь не было и в помине. И вообще, это была, вроде знакомая старая Красная площадь, но какая-то другая, новая, изменённая, и с этим предстояло обязательно разобраться. Пройдя вдоль кирпичной стены, жмурясь от утреннего солнца, Ленин остановился у Спасской башни и посмотрел на часы. Эти знаменитые куранты останавливались за последнее столетие лишь раз- в решающем 1917 году, и, признаться к стыду, не без его участия. Тогда обстрел из тяжёлых гаубиц вёлся трое суток, и башня уцелела чудом. Потом, конечно, вождь пролетарской революции башню восстановил, заменил музыкальную партитуру и даже улучшил механизм, но чувство вины, все-таки, малость осталось.

А через мгновенье Спасская башня словно узнала давнего приятеля. Стрелки дернулись, часы проснулись, вздохнули, заскрипели, зажужжали, и Красная Площадь наполнилась глубоким, чистым переливом колокольного звона. Шесть часов утра по московскому времени…

7. Что такое "Интернет"?!

Перезвон кремлевских курантов отозвался в горячем пролетарском сердце неистовой волной разнообразных чувств. Восхищение, умиление, лёгкая грусть… а сколько воспоминаний нахлынуло! Ах, Москва, Москва, предмет многолетних терзаний… С первых же пересказов о столице Российской Империи, которые сестра Анна читала вместо былин и сказок, захотелось ее увидеть, разузнать, покорить! Мечталось, чтоб Красная площадь вновь стала центральным амфитеатром государственных дел и поставить на место высокомерных петроградцев. Конечно, было сложно! Пройти сквозь бурю революционного шторма, пережить волны арестов, политических и уголовных убийств, грабежей, экспроприаций и вымогательств удалось не всем. Порой даже приходилось защищать интересы Красного террора перед лицом своих же товарищей-социал-демократов и словом, и делом, и собственным примером. Как же непросто было тогда, и только, благодаря поддержке Надюши, хватило силы и здоровья…Мысль о жене снова взволновала его. Где она? Что с ней? И вдруг пришло озарение! Ах, ты ж, мать честная, а вдруг в том странном каменном склепе Надежда оставила письмо, в котором указала, где будет его дожидаться! Конечно, так она и сделала! Владимир Ильич ясно представил, как красивым каллиграфическим почерком на бумагу ложатся слова: "Володя! Как проснёшься, и, если позволит твое здоровье, будь добр, приезжай по адресу…" Очевидно, треклятая базедова болезнь снова дала обострение, ведь только это могло стать причиной того, что Надюша уехала, оставив мужа. Но не предупредить не могла. Надо найти письмо!

Развернувшись так круто, что цокнули каблуки на ботинках, Владимир Ильич решительно и быстро зашагал в обратную сторону и, уже приблизившись к гранитной будке, впервые заметил москвича. Это был мальчишка, очевидно, беспризорный, каких в неимоверном количестве развелось в Москве и Петрограде в последние годы. Изданный в 1918 году специальный декрет Совета Народных Комиссаров предписывал органам снабжения выдавать бесплатно продукты питания всем детям до 14 лет, и, по всей видимости, документ работал исправно, потому что юнец был вполне себе упитан, хоть и одет в обноски: дырявые штаны, сильно потертая куртеха на три размера больше, а на ногах непонятные калоши, пошитые, видимо из обрывков разноцветных тканей. Малый побирался, очевидно, у Храма Христа Спасителя и направлялся к паперти. Несмотря на то, что финансирование церкви прекратили ещё в восемнадцатом, у ворот ее вечно толклась масса несознательных элементов.

Быстро перебрав в уме все вопросы, которые можно задать, Ильич решил все же сначала спросить о жене. Ведь, в любом случае Надежда обязательно сообщила бы о возвращении их общему другу Коле Бухарину, редактору "Правды», и уж не сообщить о переезде в Москву самого вождя и его супруги и новом адресе председателя ЦК, Николай Иванович явно бы не удержался. А то, что напечатано в главной газете страны, знает все Советская Республика!

Приглядевшись к мальчику, Владимир Ильич заметил на нем закопченные стекла, вставленные в оправу пенсне и прикрученные за уши. "Очевидно, слепой"– догадался Ильич и не удивился, что мальчик не признал в нем вождя, не растерялся, не поздоровался и не обрадовался встрече, как реагировали на "дедушку Ленина" обычно все советские дети. Немощность беспризорника подтвердили и чёрные гибкие веревки, тянущиеся с ушей подростка. " Бедолага ещё и страдает ухотечью"– определил Ленин и приложил все усилия на то, чтобы его вопрос звучал громко и понятно: "Мальчик, здравствуй, подскажи, пожалуйста, где сейчас живёт товарищ Надежда Константиновна Крупская?". Калека остановился, вынул верёвку с уха и переспросил:" А?".

Ленин вежливо повторил свой вопрос, на что убогий качнул головой и зашагал торопливо дальше, крикнув на ходу:

–"ПОСМОТРИТЕ В ИНТЕРНЕТЕ!"…

8.???!!!

–Интернете? Может в ИнтернАте? А в каком именно?"– Ленин собрался засыпать прохожего вопросами, но мальчишка уже заткнул уши и поспешил прочь. Вождь хотел было догнать его, но тут его взгляд наткнулся на гладкие, сверкающие на солнце, буквы из красного гранита, выложенные в идеальном порядке. "ЛЕНИН" – гласили они сверху склепа, откуда он вышел совсем недавно Сердце забилось часто-часто, готовое в любую секунду вырваться из груди. Но это было ещё не все. Рядом на чугунной подставке висела табличка, которая на русском и английском языках, строго и официально гласила: "Доступ граждан в мавзолей В.И.Ленина и к местам захоронений у Кремлёвской стены открыт:" и расписание по дням неделям и часам. Все стало предельно ясно.

"Ты умер!"– безапелляционно заявило замершее ленинское сердце, а, вернувшаяся так кстати, память услужливо воскресила все события последнего дня. 1924 год, зимний морозный вечер в Горках, паника и бестолковая суета обитателей усадьбы, горький плач Наденьки и последний хриплый вдох…

"Я умер!" – согласился Ленин и тихо вздохнул. Но чувство светлой грусти по собственной преждевременной кончине оборвало неожиданное понимание смысла холодного склепа, бархатных подушечек под ванильным ароматом, и грубое непечатное слово вылетело снарядом над Красной Площадью, распугав ленивых голубей. "Бл…ь!"

9.???

Тьфу, ты черт! Итить твою налево!!!

Как никогда в жизни Ленину страстно захотелось выругаться. И не просто вставить горячее словцо в пламенную речь, как это порой бывало на стачках с рабочими, а, вот прямо выстрелить пулемётной очередью бранных слов в адрес всех, кто не услышал, не выполнил, игнорировал просьбы, предупреждения, наказы Владимира Ильича не создавать из него предмет почитания и уж тем более не возносить образ вождя после кончины. Ведь слышал он, как шептались между собой посетители усадьбы, когда думали, что он крепко спит под воздействием морфия! Понимал, зачем так осторожно и ненавязчиво Надежда пыталась выпытать его мнение по поводу мумификации египетских фараонов! Вспомнил и то, как он вспылил тогда и долго кричал, что не позволит выставлять себя мёртвой куклой на потеху рабочему классу… Ослушались, гады, сознательно противодействовали, контрреволюционеры треклятые! А ведь как мечтал он упокоить тело в земле родной Симбирской губернии, и чтоб ветры волжского берега пели ему последнюю колыбельную… Твёрдым чеканным шагом, чувствуя неимоверную ярость, переходящую в желание взять пулемет и расстрелять всё и всех на пути, озлобленный вождь направился к мавзолею. Он подошёл к дверям гранитного короба и....

10. Домой!

В это же мгновенье в Санкт-Петербурге, в одной из лабораторий научно-исследовательского центра акционерной компании "Заслон", руководитель проектной группы громко хлопнул по столу: "Что это?!" Все, кто присутствовал на презентации и защите экспериментального проекта, не мигая, смотрели на экран, где шла онлайн-трансляция ожившего вождя Страны Советов.

"Ленин жив, здоров и вполне упитан"– тихо прошептала младшая лаборантка, и эта перефразированная цитата советского кинематографа подвела неожиданный итог научного проекта под названием «Len220424».

Кашлянув в бороду, прочищая горло, главный инженер обратился к исследовательской группе:

"Коллеги! То, что мы сейчас видим, действительно уникально! Мы должны были проверить, насколько интеграция нейроинтерфейса в объект "Len220424" позволит создать имитацию двигательной активности и выявить срок действия имплантов. Но объект не только восстановил подвижность, но и вышел за пределы зоны испытаний! Это фантастика!".

Присутствующие в зале ошеломленно молчали. Никто не предполагал, что результаты этого, казалось бы, несложного эксперимента превысят самые смелые предположения. Максимум, на что рассчитывала исследовательская группа, что объект создаст имитацию пробуждения и представит движение конечностей, как заявил компании заказчик.

Этот улыбчивый, но серьёзно настроенный представитель одного из партнерских агентств доходчиво объяснил, что по данным мониторинга последних лет личность Ленина и здание мавзолея катастрофически потеряли статус не только у туристов, но и жителей всей страны.

"История забывается, а этого допускать никак нельзя! Мы работаем над повышением интереса населения к историческим местам и культовым личностям страны, и данный проект необходим для привлечения посетителей мавзолея, на Красную площадь, ну, и в Россию в целом! – горячо и убедительно объяснял заказчик, – пусть дедушка Ленин пошевелится там или рукой помашет, ну, хоть- что- то, а потом пиар мы запустим, журналисты подключатся, блогеры, глядишь, заинтересуется народ. А то после пандемии в мавзолее, простите за каламбур, скука смертная!".

На вопрос, почему для проекта выбрана личность Ленина, заказчик быстро ответил, что на самом деле хотели начать с Ивана Грозного, но проблема возникла с так называемом "сырьем". "Захоронения решили не трогать по многим причинам. А тут готовый материал, да и личность известная! Любопытно будет поглядеть.", – объяснил клиент.

Проект показался несложным: разработать нейрочип с интеграцией миниэлектрода и внедрить в пустующий череп экспоната, запустить алгоритм действий: открыл глаза- пошевелил руками- приподнял туловище- кивнул головой- закрыл глаза- лег обратно.

Группа взялась за разработку с энтузиазмом. Во -первых, как гласило на сайте предприятия: "АО "Заслон" – это один из лидеров в области создания радиоэлектронных систем и комплексов, точного приборостроения и программного обеспечения, имеет уникальный опыт и надёжность, своевременно выполняя взятые на себя обязательства перед коллегами, партнёрами и обществом."

А во-вторых, проект мог стать отличной рекламной акцией для акционерного общества, ведь долгое время предприятие носило имя "Ленинец, и только в 2014 году сменило название. Работников компании по старой памяти часто называли "ленинцами", а некоторые ветераны предприятия так и не привыкли к новому имени. Цитата поэта Маяковского «Ленин живее всех живых» обретала новый смысл. Для большей эпатажности запустить проект решили в дату рождения Вождя Советов и в год столетия со смерти. Запланировали проверку и запуск объекта на раннее утро, чтоб сразу передать работу по акту, и заказчик смог бы целый день развлекать московских туристов.

На все пошло не так. Когда объект эксперимента встал из гроба, вышел на улицу и заговорил с прохожими, стало понятно, что контроль над ним утерян окончательно. Группа отчаянно пробовала все возможные операции, чтобы отключить или перепрограммировать микрочип, но безуспешно.

В то время, когда Ленин прогуливался под Спасской башней и разговаривал с подростком, в лаборатории шёл ожесточённый спор. Участники разделились на две группы, одна из них требовала незамедлительного прекращения проекта, а представители второй веселились и предлагали запатентовать открытие и запустить в дальнейшем франшизу по оживлению "cadaver", в просторечии, усопших.

Несмотря на эмоциональный подъем дискуссии, все присутствующие, несомненно, были высококлассными специалистами и внимания от наблюдения объекта не прерывали ни на секунду. И потому все почти одновременно заметили, что поведение объекта начало меняться, действия убыстрились, позы и жестикуляции стали более напряженными, ужесточились мимика, взгляд, а датчик нейрочипа громко засигналил об изменениях амплитуды вибрации.

Лаборатория затихла. Необходимо было срочно принимать решение, и руководитель проекта осмелился:

"Дорогие коллеги! – начал он, слегка запинаясь, – во-первых, поздравляю нас всех с этим необычайно важным открытием! Это действительно удивительно и, как показывает опыт, часто одна незначительная идея ведёт за собой невероятные результаты. Вот, сегодня, например, мы стали свидетелями абсолютного прорыва в неведомой ранее отрасли. Но!

Когда наука привязывается к производству, а открытия, попадая в общество коммерциализируются (а этот проект как раз из такого числа), встает вопрос об ответственности ученых за нежелательные последствия своих изобретений! Если вдруг они попадут в руки людей не творческих, а к каким-нибудь негодяям с низкими социальными обязательствами? Боюсь даже предположить, что может случиться! Я предлагаю всем согласиться с тем, что данный проект не должен реализоваться. Причин на это много, но мы признаем, что эксперимент вышел за рамки допустимого, мы не имеем контроля над объектом, а значит, не можем рисковать!» И добавил шепотом, обращаясь уже к лидеру пролетариата: «Мало ли, чего ты ещё наворотишь!"-, выдохнул и утер пот со лба. Оставалось одно: запустить код комбинации самоуничтожения нейроинтерфейса, что неизбежно означало расторжение договора с заказчиком. Молясь, чтоб удалось доказать причиной разрыва контракта пункт по разделу "Форс-мажор", дрожащими пальцами, с молчаливого согласия коллег, руководитель экспериментальной группы ввел код и на табло засветились цифры обратного отсчёта, свидетельствуя о запуске программы "LiD.еr", что расшифровывалось, как "Lenin is dead. Error". Вся группа затаила дыхание, пристально глядя в экраны наблюдательного устройства.

10. Объект экспериментального проекта "Len220424" открыл дверь и зашёл внутрь мавзолея.

9. 8.7. Прошёл по коридору и переместился в зал.

6. Подошёл к гробу.

5. Подтянув ноги, взобрался внутрь.

4. Сел, скрестив руки на груди.

3. Закрыл глаза.

2. Опустил голову, принимая лежачее положение.

1. Подвигался, устраиваясь удобнее. Глубоко вздохнул.

ПУСК! Микрочип взорвался мгновенно и без шума. Программа позволила увидеть, как быстро и бесследно растворяются его останки, не причиняя никакого вреда материалу объекта. "PROGRAM IS OVER"– засветилось на экране.

Лаборатория выдохнула. Все начали молча расходиться, испытывая гамму самых разных чувств. Напряженную тишину взорвал рингтон зазвонившего сотового, это была популярная когда-то песня группы "Тату". "Я сошла с ума…"– запел, полный женского страдания, голос и оборвался руководителем группы, ответившего на звонок: "Закончили. Выезжаю домой".