Александр работал на единственном в городе заводике и строгал на станке какие-то бессмысленные деревяшки. Результат его труда Саню не интересовал. “Кому-то ведь это надо” – думал он, ежемесячно отдавая зарплату жене Маше.

Вечером после работы Сашка безжизненно катился в свой домик, где его ждали и верили в него жена Маша и две дочки – Катя и Лиза. За ужином он опрокидывал в свой парадоксальный организм стакан мерцающей красками водки и располагался на кресле, смотря то на семью, то в белый потолок. Видимо, пытался понять разницу между потолком и семьей, определить, что главнее и значимее, но не найдя ответа, мирно засыпал, похрапывая под домашние звуки. Какие-то мысли вертелись у него в голове во сне, но они ни за что не цеплялись. От этого Сашка просыпался через пару часов и медленно переползал на диван, где уже до утра маялся в поисках ответа на терзающий его мозг вопрос.

Каждый субботний вечерок Алексашка проводил одинаково. Все члены семьи знали, что для отца это очень важный день. Его не беспокоили и старались не раздражать ненужными и глупыми вопросами. Для Сани это был своеобразный ритуал, священное действо. Он ждал с нетерпением всю неделю этого момента, когда возьмет с собой тарелку с бутербродами, бутылку водки и поднимется на холодный чердак, где располагался главный инструмент его жизни – телескоп. Поставив съестное на маленький столик возле астрономического устройства, и открыв в крыше чердака дверцу для обзора неба, он медитативно наливал в стакан любимый напиток и со словами ”за меня и за того парня” заполнял им все незадействованные полости тела. Завершив первоочередные мероприятия ритуала, Сашка слегка успокаивался и уже блаженным настраивал астроприбор, ориентируя его дуло в открывшуюся в крыше дыру. Так начинался обзор чудес вселенной посредством телескопа.

Александр как завороженный крутил механизмы в поисках неземных цивилизаций, не забывая о столике, где находилась снедь с водкой. Что-то он видел через окуляр, но в основном кроме Луны и каких-то созвездий, известных по школе, Сашка рассмотреть не мог, так как примерно через час нахождения в обласканной им лаборатории по поиску инопланетян он приводил себя в нетрезвое состояние и плюхался рядом с телескопом на обволакивающий и убаюкивающий диван. Ему снились звезды, белый потолок его жилья, семья и пришельцы из космоса. Весь этот калейдоскоп мыслей атаковал его разум, сдобренный водкой, и не давал покоя до утра.

В воскресное похмельное утро он, почти счастливый, несмотря на внутренние терзания, спускался к любимым людям и гимноподобно хвастался своими мегапобедами на поприще астроисследований. Он уверял, что видел невиданное и углядел непознанное. Родственники покорно кивали головами, со всем соглашались. Они ценили отцово увлечение и некоторые верили. Катя и Лиза иногда спрашивали у любимого папани о вселенной, о планетах, но получив какой-то расплывчатый, но эмоциональный ответ, восвояси уходили, списывая свое непонимание на трудность предмета обсуждения и глобальный, непостижимый ум отца. Маша, слушая мужа, загадочно улыбалась, но не показывала свои сомнения в подвигах Саньки. Речи любимого для нее были понятны – сущий бред. ”Пусть уж такой. Пусть занимается. Деньги в дом приносит, работает, детей любит, не злой. Не запойный. Да и ладно. Пускай играется” – думала Маша, убирая с чердака остатки былой астропопойки и пустые бутылки с огорода, куда Саня кидал их после окончания трапезы на субботней вечеринке.

Воскресным вечером отец семейства был умиротворенным и слегка восторженным. Ему льстили, его хвалили за астрономические знания. От этого Сашка делался важным. Он постоянно твердил о своей космолаборатории на чердаке, делился своими мыслями по поиску ”зеленых человечков”. Его слушали и кивали головой. Лишь бы только у отца было хорошее настроение, и он мог в понедельник со свежими силами пылко и самоотверженно строгать деревяшки на ненавистном заводике, зарабатывая средства на благо семьи.

Проходили месяцы. Александр продолжал каждую субботу сверлить небо своим нетрезвым взором в надежде уловить некие знаки от инопланетных существ, найти родственную душу в бесконечности вселенной. Пытался на основе увиденного в телескоп сформировать какую-то систему поиска внеземной жизни, строил теории, разочаровывался в них и снова пускался в дебри своих извилин с целью выявить сигналы оттуда. Маша только успевала убирать пустые бутылки, ласково приговаривая: ”Астроном мой, бестолковый! Дай бог тебе инопланетного здоровья”.

Однажды, работая на огороде, жена Алексашки заметила, что пустые бутылки, выкинутые через окно чердака ее благоверным, не просто валяются на земле, а воткнуты в землю горлышком. “Он в дартс уже решил играть, чудик мой?” – подумала Маня. Оставив стекло на огороде-полигоне, вечером показала мужу его труды по бутылкометанию. Саня был слегка удивлен и ошарашен, что аж семь пустых бутылок от выпитой им водки стояли вертикально в огороде, наполовину зарывшись в землю и показывая небу и кому-то еще свое донышко. ”Вон оно как!” – многозначительно произнес астроном, и, движимый некой потусторонней силой, стремглав побежал на свой любимый чердак. Выглянув через дырку во вселенную и посмотрев вниз на огород, он торжественно присвистнул: ”Во дела-то! Да тута ”Большая медведица”! Маш, глянь! Бутылки-то расположены точно, как звезды в этом созвездии. И их семь, как в созвездии. Они отобразили в огороде ”Большую медведицу”. Чудеса! Это знак, Маня, знаааааак!”

Спустившись обратно вниз, он стал нервно щупать каждую бутылку, не веря в чудесное расположение: ”Водочка, любимая, как ты мне дорога! Ты мне счастье принесла!” – пел оды Санька. Забежав обратно в дом, он схватил линейку и стал мерить расстояние и градус между бутылками. Записав полученные результаты, кинулся молнией обратно в жилье и стал искать какие-нибудь учебники по астрономии, чтобы сравнить расстояния, градусы между звездами на небе и бутылками на огороде. По истечению двух часов поиска он обнаружил на чердаке, в мусорке справочник астронома, который держал у себя для пафоса, в качестве антуража космолаборатории. Панически стал перелистывать его, а найдя искомое, углубился в цифры. В конце концов, сделал вывод, что “земельная медведица” и “небесная” точно совпадают. Окончательно утвердившись в своем мнении, и будучи невероятно возбужден своим открытием, Санька стал бессмысленно подниматься на чердак и спускаться обратно. Так он долго бегал, выпучив глаза и истерически крича: ”Знак! Знак! Знак!”

Маша никогда не видела в таком состоянии своего муженька. В какой-то момент времени она хотела позвать на помощь соседа-врача Юру, но решила повременить. Вскоре сам актер большого кино, утомившись от бега с препятствиями, повалился на любимый диван на чердаке и стал философски смотреть в белый потолок, как это ранее делал. Санька размышлял о происшедшем, вспоминал последние свои космотанцы на чердаке. Он пытался как-то увязать, логически скомпоновать крайние смотрины в небо с фактом отражения ”Большой медведицы” у себя в огороде. Думал, какие же его действия могли инициировать отражение небесного созвездия на земле в виде пустых водочных бутылок. Он даже подошел к жене и спросил, не заметила ли она что-то необычного в его поступках и действиях в последнее время. Машенька, как обычно загадочно улыбнулась и незлобно произнесла: “Пить надо меньше, зайка-уфолог!” Она не верила в божественное расположение бутылок в огороде, жила в других измерениях.

Около недели, вечерами, после работы Санька осуществлял всевозможные мозговые штурмы с целью выявить взаимосвязь между его деятельностью и фактом пришествия ”Большой медведицы” на его огород. Он крутил телескоп, открывал-закрывал окно на чердаке, ходил по лестнице туда-сюда, но не нашел ничего необычного, что могло привести к известному факту. Александр даже изучал водку, которую пил. Ходил в магазин и спрашивал у продавца, откуда это водка и как она оказалась в этом магазине, нет ли в ней чего-то странного. Но миловидная дама у прилавка лишь тупо улыбалась полоумному Саньке, ничего толкового не вымолвив. Не успокаиваясь, он бродил по дому в надежде найти что-то такое, что могло дать толчок появлению изображения в огороде.

Внезапно Саня понял – движением его рук и тела в момент кидания бутылок в окно руководил внеземной разум, кто-то оттуда. Траектории бросков, их сила и направление были таковы, что в итоге бутылки воткнулись в землю, строго в нужных местах, нарисовав очертания созвездия. Сам Александр никогда не смог такого сделать. Чтобы так оформить изображение, необходимо божественное или внеземное управление. Кто-то из космоса руководил Сашкиными бросками. Окончательно уверовав в эту теорию, он не мог понять, с какой целью это произошло и зачем это надо. Для чего космическому начальнику необходимо было себя таким образом проявить. Почему в огороде появилась “Большая медведица”, а не созвездие ”Водолей” или “Рыбы” – этого Саня не мог объяснить. Заваленный вопросами, решил сделать паузу в умозаключениях, отдохнуть. “Будь, что будет! Буду наблюдать!” – резюмировал он.

Следующие дни Александр посвятил себя полностью телескопу. Свои мероприятия он проводил уже каждый день, несмотря на усталость после работы. Санька искал дополнительный знак оттуда, который мог бы разъяснить, зачем и почему его посетила ”Большая медведица”. Он, как клещ, впивался в небосвод своими очами, полными надежд и желаний, но кроме Луны ничего не наблюдал. Нервничая, он бродил по чердаку, по комнатам дома в поисках чего-то невиданного. Но все было, как всегда – пустынно и одиноко.

И только кладовка возле детской каким-то загадочным образом манила в свои пространства. Здесь он чувствовал себя как-то не так, как везде. Он поймал себе на мысли, что испытывает пьянящее томление, находясь там. Эта была зацепка. Единственная. Возможный искомый знак. Сашка внимательно стал изучать предметы, заполняющие объем кладовой – все располагалось на своих местах и не вызывало тягостных раздумий. Простояв, как часовой, полчаса, и обозревая объем кладовки, как следователь, он спросил Машу, не приносила ли она сюда что-либо, и что могло произойти здесь нового. Жена астрокосмонавта и неогагарина, недолго думая, указала на старый настенный календарь майя за прошлый год. “Вот! Убрала сюда. Повесила его на дверцу твоего минибара” – недовольно показала в угол Маша, утомившись в последнее время от псевдонаучных изысканий мужа. Санька стал разглядывать календарь, но не найдя ничего сверхестественного, сорвал его и в бешенстве выбросил в детскую опочивальню. Успокоившись, обратил внимание на дверцу, где висел несколько секунд назад календарь злосчастных майя, и увидел…”Большую медведицу”. Она была нарисована на дверце минибара, где Саня хранил свои алкоприпасы. Созвездие закрывал минуту назад этот никчемный календарь тупорылых майя с ацтеками-наркоманами.

“Знааааааак!” – дико заорал Сашка-парапсихолог-эпилептик. Дрожа всем телом, открыл свой бар и стал разглядывать содержимое. Здесь, помимо бутылок с самогоном и водкой, он обнаружил незнакомую емкость с прозрачной жидкостью внутри и с этикеткой, на которой было изображено созвездие ”Большой медведицы”. “Знааааааак!” – еще громче завопил глава семейства. На его крики прибежали дети и жена. Они пытались успокоить отца и мужа, но безрезультатно.

К своему удивлению Александр вдруг внезапно успокоился и как заколдованный произнес: ”У меня есть друг! Он живет там, в созвездии ”Большой медведицы”. Он такой же, как я. Он смотрит в небо. Увидел меня через свой телескоп и решил со мной подружиться, отправив мне вот эту бутылку. Он тоже пьет, когда изучает вселенную. Он мой друг. Мы единомышленники. Нас отделяют миллиарды километров, но мы не одиноки! Он рад мне, а теперь и я ему! Он мне подавал знаки, сигналы, чтобы я мог найти его дар, угощение, его инопланетную водку! Он как старый знакомый умело и ненавязчиво направлял меня в нужную сторону, чтобы я мог найти его подарок. Он пришел ко мне в гости со своим напитком, как настоящий сосед, хоть и далекий. Да здравствует межгалактическая дружба! Алкоголики всех вселенных объединяйтесь!”

С этими словами Саня побежал на чердак, открыл окно в крыше и стал орать на всю округу: ”Привет, о жилец в созвездии ”Большой медведицы”! Спасибо за подарок! Как-нибудь прилетай в гости – у меня есть хороший самогон. Я буду ждать тебя, друг! У нас будет славная вечеринка, я тебя познакомлю со своей женой Машей и дочками”.

Сбежав вниз, возбужденный Сашка стал восхищенно рассказывать жене о своем далеком друге, о его галантности, уме и незаурядном джентльменстве. Астроном размахивал руками, иногда указывая в направлении участка неба, где, по его мнению, находилась ”Большая медведица”. Маша внимательно слушала любимого и как всегда загадочно улыбалась. В ее глазах можно было угадать озорство и какую-то только ей известную тайну.