# Горящее сердце Данила

Ольга Кадочникова

Данил – успешный спортсмен, участник Олимпийских игр. Он привык побеждать, но какова цена его следующей победы? Выбор героя сложен, от его решения зависит не только собственное будущее, но и будущее спорта.

– Мама, я решил участвовать в соревнованиях, – как обычно, за завтраком сообщил Данил.

Они уже и сами не помнили, как и когда появился у них этот маленький семейный обычай, но каждый раз перед соревнованиями за одним из воскресных завтраков Данил говорил матери эту фразу. Каждый раз мама с гордостью глядела на него и отвечала: «Это правильный выбор, сынок»

Все было как обычно, но Данил понимал, этот год будет особенным.

Мать молчала. Глядя перед собой, она гладила ладонями лежащую на столе синюю папку, словно пыталась разгладить несуществующие складочки на глянцевом пластике. Губы ее тихонько подрагивали, как будто никак не решались начать разговор. Она отчаянно старалась отодвинуть момент, после которого станет ясно: спорить, убеждать, доказывать бесполезно. Данил принял окончательное решение. В голове у женщины еще вихрем кружились слова, которые она могла бы сказать, пытаясь заставить его передумать, но сердце уже сжималось от тревоги – она слишком хорошо знала своего сына, знала и понимала как никто другой. Прошло несколько минут, а мать так и не сказала ни слова.

Данил был лучшим в современном многоборье. Это знали все. К нему относились по-разному: им восхищались, его боялись, как сильного и опытного соперника, ему завидовали, но при этом всех одинаково интересовал один вопрос: будет ли Данил участвовать в этом году, а если будет, то в какой из трех Олимпиад?

Три Олимпиады в этом году проводилось впервые, поэтому было много споров, предположений и даже ставок. Мир спорта в очередной раз разделился на сторонников и противников изменений. Из всех информационных источников доносились диспуты и экспертные мнения.

Такой же ажиотаж случился больше пятнадцати лет назад, когда Данил был перспективным спортивным подростком и активно готовился к своим первым Олимпийским играм. Воспоминания о том периоде жизни не покидали Данила всю последнюю неделю. Он вспоминал, как уверенно чувствовал себя на всех снарядах, наслаждался возможностями юного сильного тела достигать наилучших результатов, грезил спортивным триумфом и минутами славы. Падение спортсмена было стремительным и болезненным. Не то падение на тренировочной трассе, после которого он, постанывая и держась за колено, вставал и медленно, опираясь на товарищей, шел к трибунам, где уже поджидали врачи, а падение с собственного Олимпа, на который он себя уже мысленно вознес. Медицинское обследование показало – коленный сустав деформирован, участвовать в соревнованиях Данил не сможет. Именно тогда в доме появилась тоненькая синенькая папочка, которая год от года как прожорливая гостья толстела и разбухала. Многочисленные исследования, анализы, диагностики помогли выявить синдром, названия которого Данил так и запомнил: слишком сложные фамилии были у ученых, описавших это современное явление. Но суть молодой человек уловил сразу – его организм разрушается. Медленно, один за другим, он будет терять органы, а, возможно, и целые системы. Ему никто не сможет сказать, что станет следующим. Данил слышал о таких случаях. С каждым годом их становилось все больше и больше. На фоне новостей о невероятных достижениях медицинских технологий, прорывах в трансплантологии, клонировании и выращивании донорских органов ложкой дегтя появлялись сообщения об открытиях новых вирусов, синдромов, наследственных заболеваниях и генных мутациях. Еще недавно живший только спортивными понятиями, Данил погрузился в изучение и современных заболеваний, и возможностей медицины. Чем больше он узнавал, тем сильнее ему казалось, что сама природа бросила вызов человечеству. Как только человек справлялся с одной проблемой, ему тут же подкидывалась другая. Данил стал лишь одной из жертв данной борьбы. Специалисты, вооруженные технологиями смогли заменить спортсмену сустав, но не смогли вернуть в состав сборной. Данил, завершив курс реабилитации смог принять участие в Паралимпиаде, после которой о нем заговорили, как о восходящей звезде.

Домофон входной двери зазвучал мелодичным переливом. Данилу не нужно было смотреть на экран, чтобы понять – это пришел Клещ – его друг детства. Клещ частенько навещал их семью по воскресеньям. В эти дни они могли поболтать никуда не торопясь, и оба любили такие неспешные встречи. Клещ ворвался, как обычно, стремительно и радостно, раскинув руки для приветственных объятий. Лишь отчасти благодаря вечно поднятым рукам, готовым обнять любого, к кому Клещ относился достаточно дружелюбно, он получил свое прозвище. Образ маленького насекомого дополняли укороченные с рождения ноги, на которых, впрочем, Клещ передвигался с завидной быстротой. Внутриутробная патология, одна из множества, случавшихся в последние десятилетия не дала Клещу достичь даже невысокого по обычным меркам роста. Он был действительно мал. Впрочем, люди, сумевшие узнать Клеща лучше, понимали, насколько сильный и целеустремленный человек оказался перед ними. Клещ умел общаться с людьми и получать от них то, что ему нужно.

Вот и сейчас Клещ носился с очередной идеей. Помыслы его были как никогда благородны – сохранить Паралимпийские игры. Клещ входил в один из организационных комитетов Паралимпиады, поэтому очень хорошо знал, что судьба ее в статусе крупнейших международных соревнований висит на волоске.

– Послушайте, настоящий спорт он ведь только на наших играх и остался. Мы все прекрасно понимаем – за технологиями будущее, они везде. Но дух Олимпиады, он же не в технологии, а в человеке. Быстрее, выше, сильнее – может только человек, а не технологии.

Вот в этом Клещ был не совсем прав. Технологии давно уже давно стали неотъемлемой частью Олимпиады. Именно они предопределили первый переворот в Олимпийском движении. Наиболее перспективные паралимпийцы начали входить в состав сборных на обычную Олимпиаду. Совершенные протезы, высокотехнологичные импланты, как поначалу казалось, давали шансы соревноваться на равных со здоровыми спортсменами. Первые же соревнования вызвали скандал. Поражения бывших паралимпийцев воспринимались как должное, а победы – как закономерный результат превосходства киборгов над человеком. Одни кричали, что наличие любых вживленных органов и систем нужно приравнять к допингу, другие заявляли о дискриминации паралимпийцев в спорте. Точку в споре, как всегда поставили деньги. Перед организаторами Олимпиады замаячили перспективы: новые рекорды, невероятные достижения, зрелищность и азарт. Новые команды набирались стремительно. В течение нескольких сезонов в них практически не осталось спортсменов, чье тело не было бы усовершенствовано. Даже малейшая травма или отклонение в здоровье, которых у спортсменов было в избытке, становились поводом для замены на что-то более технологичное.

Данил не стал исключением. Его заболевание периодически напоминало о себе, а спонсоры охотно вкладывались в спортсмена, зарабатывая на его победах и собственной рекламе. В то же время Паралимпиада, ставшая для Данила стартом, постепенно угасала. В ней не было зрелищности и ярких рекордов, зато были спортсмены с несгибаемой волей и желанием побеждать. Не все из них приняли происходящие изменения, не все хотели идти на сложные операции, а кто-то просто не мог себе это позволить. Деньги и здесь играли не последнюю роль.

– Если в этом году они нас проигнорируют, то Паралимпиаде конец, – продолжал Клещ. Нас просто не будет, мы перестанем существовать! Наши спортсмены должны участвовать в Космолимпиаде! Эстафета должна пройти через наш стадион! Я столько фондов обошел, нашел ребят, которые согласились помочь, но денег все равно не хватает. Организаторы Космолимпиады ни в какую не хотят идти на уступки! Или мы оплачиваем свой взнос и Паралимпиаду включают в эстафету Олимпийского огня или огонь стартует на Звездный стадион сразу с Олимпиады. Если нас пропустят сейчас, Паралимпиады больше не будет, – снова с горечью повторил он.

Космолимпиада в этом году проводилась впервые. Именно из-за нее было в этом году столько шума. Все с нетерпением ожидали начала первых космических игр, проведение которых было организовано на Луне. Программа игр была небольшая: гонки дронов и спортивное ориентирование, но и эти соревнования обрастали множеством слухов и предположений. Организаторы игр держали интригу, и если с гонками дронов все было примерно предсказуемо, то, как будет проходить ориентирование, никто не знал. Организаторы сообщили только то, что команды будут искать источники Олимпийского огня, которые должны прибыть с Земли. Это прибытие было запланировано как финал эстафеты Олимпийского огня, но будет включена Паралимпиада в передачу огня или нет, еще не решили.

Через пару часов Клещ ушел. Его неуемная энергия должна была поискать выход еще где-нибудь. Данил с матерью также сидели за столом, как будто не было этих двух часов. Внезапно мать поднялась и прошла к комоду в углу комнаты.

– У тебя еще есть шанс, – тихо произнесла она, убирая в комод синюю папку с документами, и вышла из комнаты. Шанс у Данила действительно был. Он знал, что мама начала собирать документы для самой главной операции в его жизни. Последнее обследование показало, что болезнь не отступала. Она медленно подкралась к его сердцу. Данил еще ничего не чувствовал, организм был силен и вынослив, но Данил знал, насколько стремителен может быть процесс разрушения. У него был шанс спокойно подготовиться к пересадке, сделать операцию и жить дальше, только уже без спорта.

Как только в Олимпиаде начали участвовать спортсмены, усовершенствованные технологиями, сразу стал вопрос о границах такого «совершенства». Многие скептики говорили, что через пару лет на соревнования выйдут уже не люди, а роботы, которым от человека подсадят какой-нибудь крохотный орган или часть тела, например мизинец, и будут соревноваться с людьми. После долгих споров было принято неоднозначное, но хоть какое-то временное решение. Для каждого вида спорта был определен процент от массы тела, который могут занимать инородные тела в организме спортсмена. Крупные корпорации, обслуживающие спортсменов, сразу же стали работать над снижением веса материалов для протезов, имплантов и органов. Данилу ждать было некогда. Трехсотграммовое сердце выходило за допустимую границу.

Данил сидел на скамье, ожидая своего выхода. Сквозь затемненную крышу бассейна проник одинокий солнечный луч. Видимо где-то защитное покрытие облупилось и позволило свету робко пробраться внутрь. Луч скользил по воде, рассыпаясь на множество ярких искр. Пока шли соревнования, он прошел путь от середины бассейна почти до самого края, остановившись как раз в том месте, где входили в воду прыгуны.

Данил поднялся на вышку. Сердце в груди бешено колотилось. Даже подъем по ступенькам был для него тяжел. С высоты Данил еще раз взглянул на табло. Победа реальна, она была почти в его руках, осталось сделать лишь несколько шагов. Разбежавшись, он прыгнул вниз. Солнечное пятно на глади воды, словно мишень застыло прямо под ним. Последнее, что успел увидеть Данил, пересекая грань – разлетающиеся искры солнечного луча.

За воскресным завтраком мать Данила слушала рассказ Клеща.

– Представляете, все было так, как мы хотели! Грандиозный салют, лучшие площадки, приехали все наши ребята, все кто хотел поучаствовать. Такого праздника не было уже много лет! Какой-то фонд выступил спонсором соревнований – захлёбываясь от восторга, рассказывал он о церемонии закрытия Паралимпиады. Внезапно, оторвавшись от планшета с фотографиями, Клещ смутился: – Жаль, Данил это не увидел. Он всегда говорил, что наша Олимпиада самая важная, потому что спорт – это, прежде всего, характер и только потом технологии…

Клещ включил видео. На планшете крупным планом появился Олимпийский огонь. В этот момент он должен был покинуть Землю, отправляясь на Звездный стадион. Все зрители замерли в ожидании. Победители Паралимпиады поднимались к огненной чаше. С абсолютно пустыми руками в одинаковых блеклых и безликих комбинезонах они подошли к Олимпийскому огню. Десять паралимпийцев по числу команд Космолимпиады медленно протянули правую руку к древнейшему символу соревнований. Над стадионом повисла тишина. Даже комментаторы, без умолку говорящие на множестве языков, как по команде замолчали. Брать голыми руками огонь люди точно еще не научились. В один момент комбинезоны спортсменов начали покрываться языками пламени. Казалось, что огонь из Олимпийской чаши перекинулся на спортсменов, но нет, от нагревания ткань комбинезонов начала менять цвет, раскрашиваясь в красно-оранжевые всполохи. Источники Олимпийского огня… Победители Паралимпиады как символ силы, несгибаемой воли и веры в возможности человека, приняв тепло Олимпийского символа должны будут отправиться на Луну, чтобы там стать целью поиска десяти Космолимпийских команд.

Мать Данила смотрела на рассыпающиеся искры фейерверка, огонь, растекающийся по костюмам спортсменов и ей казалось, что это не алое пламя бьется где-то далеко на стадионе, а живое сердце ее сына.

Она подошла к комоду и достав пухлую синюю папку, провела рукой по толще страниц и файлов. Вся жизнь ее ребенка была заключена в ней, не хватало только нескольких финальных страниц. Она неспешно вложила в папку бумаги, полученные накануне в благотворительном фонде. Весь призовой фонд, заработанный на Олимпиаде и право им распоряжаться Данил передал организаторам Паралимпиады.

– Это был правильный выбор, сынок, – произнесла мать, убирая папку в комод.