Владимир Иванов
Проза жизни

Две Звезды

Случилось мне как-то ожидать товарища в холле одной затрапезной гостиницы. Было позднее утро, поэтому кроме меня, утонувшего в продавленном старом диванчике, и полусонной девушки-администратора за стойкой регистрации, ни одна живая душа не нарушала своим дыхание застывший сумрак.

Несколько постояльцев с дорожными сумками спустились по лестнице и безмолвно прошли через холл к выходу. Прибежал невысокого роста суетливый мужичок с пригоршней ключей. Это был директор театральной труппы, которая накануне вечером играла в спектакле в близлежащем Доме культуры. Теперь они покидали эту ночлежку, у которой была лишь одна звезда. Да и та являлась частью названия, второй частью которого служило простонародное название местности неподалёку от города.

Но вот в холл, как на авансцену, вышла Нинель Уварова – звезда заезжей театральной труппы и, несомненно, главный козырь устроителей гастролей. Как и подобает звезде, в руках, кроме большого букета цветов, у неё ничего не было. Она никуда не тропилась, всем своим видом показывая готовность и к импровизированной фотосессии, и к раздаче автографов. Но холл был по-прежнему пуст, а девушка-администратор продолжала равнодушно озирать невидящим взглядом ближнее к стойке пространство.

Но звёзды тем и отличаются от нас, простых обывателей, что формируют вокруг себя особую атмосферу. Нинель Уварова, народная артистка России, обладатель самых различных наград и премий, даже находясь в захолустье с названием «Звезда чего бы то ни было», всё равно остаётся звездой. А две звезды – это уже «две светлых повести». Подойдя к стойке администратора, она с поистине детской непосредственностью ударила по кнопке металлического звонка (непременный атрибут заокеанских мотелей и закусочных для привлечения внимания нерасторопного персонала).

– Я такой себе давно искала! – и ещё раз шлёпнула по кнопке звонка – Мне нужен такой! – ещё шлепок.

На звон вышел охранник из своей каморки. По выражению его лица было понятно, что любителю ментовских сериалов и американских боевиков эта невысокая пожилая женщина не известна. Но, поскольку явного нарушения порядка на вверенном ему объекте не зафиксировано, то и действий никаких не последовало.

Очередная пара звонков и реплики между ними девушку-администратора ввели в полный ступор. Она рот раскрыла, но слов не нашла. Так и стояла. Даже театральный директор, привлеченный звонками, не в силах был увести госпожу Уварову. Она забавлялась, как ребёнок с любимой игрушкой.

Звонок.

– Такой хочу!

Звонок.

– Где такой взять?

Звонок. …

Хорошо, что блага цивилизации в виде бесплатного Wi-Fi проникли даже сюда. Быстренько узнав отчество актрисы, я подошел к ней:

– Нинель Наумовна! Разрешите с Вами сфотографироваться. Я маме своей покажу, она Ваша поклонница …

Я ещё что-то стандартное сказал про автограф для мамы, про великолепную последнюю роль в недавнопрошедшем по телевидению сериале … Слегка наклонился к ней и сфотографировал на свой смартфон (к сожалению повернув его при этом не той стороной, поэтому фотографии не получилось).

Эффект был достигнут. Уварова совершенно забыла о кнопке звонка. Приподняв подбородок, как бы всем своим видом говоря «давно бы так», и не обращая ни на кого никакого внимания, пошла на выход

– Хороший город … – были последние слова удаляющейся звезды экрана.

Везёт, как утопленнику

Долгожданный вечер пятницы!  По сложившейся годами традиции после часа в зале, где мы гоняли мяч, теперь, сидя в раздевалке, неторопливо обменивались последними новостями.

– Коля, Коля, Николай! Что курносый нос повесил? – со слегка наигранной весёлостью обратился к приятелю. Его задумчивость слегка контрастировала на фоне всеобщей расслабленности.

Мы знакомы не первый год, но обычно ограничивались дежурным «как дела». И сегодня в мои планы не входило погружение в его проблемы. Знал о Николае немного. Возраст – под полтинник. Обычный русский мужик среднего роста и средней комплекции, у которого облысение борется с сединой, а трёхдневная щетина не дань моде, но следствие многолетней привычки бриться дважды в неделю. Работает начальником ремонтной службы в одной из гостиниц. Есть взрослый сын, который после окончания института переехал то ли в Самару, то ли в Саратов…  Пожалуй, большего мне  знать не хотелось.

– Представляешь, я сегодня человека спас, а меня за это поимели …

– От чего спас? От язвы желудка, предложив ему отказаться от пирожков в вашем «рэсторане»? – шутки о гостиничном ресторане, для привлечения в который случайных посетителей вокруг гостиницы понатыкали указателей с надписью «столовая» в нашем кругу были популярны – И тем сорвал план реализации кондитерского цеха … – Но на лице Николая не промелькнуло даже тени улыбки.

– Нет. Реально спас. – Выражение лица Николая оставалось безучастным. Он продолжал смотреть невидящим взглядом и, похоже, говорил сам с собой – Опоздай я минут на пять – и был бы у нас утопленник …

– … и на завтра первые полосы местных газетёнок пестрели бы заголовками …

– … у него уже пол-лица в воде было. Представляешь, мужик лежит в ванной в полнейшей отключке. Вода через край льется … Благо, этот толстяк харю отъел. – Николай в подтверждение продемонстрировал жестом рук размеры отъевшейся «хари».  – Правая щека растеклась по бортику и одну ноздрю закрыла. Дышал только через другое сопло. Минута-другая, шевельнулся и ушёл бы под воду.

Шутить желание прошло. В воздухе повисла молчаливая пауза.

– Давай, рассказывай.

– Да чего рассказывать? Сижу с утра у себя, план на следующую неделю прикидываю … Часов в десять из бухгалтерии звонят: «у нас с потолка вода капает!». Прихожу к ним, а там уже струёй бежит. Ведро для мусора подставили и сидят, ждут. «Чего ждёте?» – спрашиваю. – «Задницу оторвите, да на второй этаж сгоняйте, посмотрите, кто вас заливает». А тут ещё и компьютерщик наш, из соседнего кабинета нарисовался: «У меня тоже с потолка течёт». Жопу отрастил, в игрушки целый день рубится. Лень подняться, посмотреть, что происходит.

– Сам-то небось, аки пчёлка целый день порхаешь, присесть некогда … – дежурная шутка повисла в пустоте. –  Да ладно, к тебе же, как к авторитету, обратились – попытался было вернуть разговор в нормальное русло. – Дальше-то чего?

– Чего-чего… Пошёл я на второй этаж. Горничную этажа с собой прихватил. Идём в номер. Никого. Только из ванной комнаты шум воды. Ну, думаю, просто кран не закрыли, или, того хуже, трубу сорвало. Заходим, а там картина маслом: голый мужик без признаком жизни и вода через край… Тут сзади грохот. Горничная в обморок шлёпнулась. Кого спасать? Хорошо, она маленькая. Я её на кровать отнёс. Бегом назад. Мужика под мышки чуток приподнял и по щекам пару раз шлёпнул. Вот приди я минут на пять позже – утоп бы клиент, как пить дать, утоп! У него уже лицо на половину под водой было, а он в полнейшем отрубе.  Этот гусь один глаз открывает: «Ты кто?» Я ему чуть ли не матом ору: «Ты что ж наделал! Потоп нам тут устроил!». А он мне: «Я купаюсь».

Побежал я в комнату горничной. Нашёл аптечку, взял нашатырь. Прибежал, привёл её в чувства. Охранник нарисовался. Ему бухгалтерия тоже позвонила, мол, ступай, разберись. «Чего – говорит – где у вас тут труп?» Горничная опять в обморок. Я ей ещё нашатырю.

А тут и постоялец в одном полотенце из ванной выходит: «А чего это вы в моём номере делаете?» Ну, охранник: «Раз драки нет, то я пошёл». Мы с горничной тоже ушли. Мужик собрался и на ресепшн, выписываться. Ему говорят, мол, залил, за ремонт плати. А он, «с какого перепугу?, у меня сухо!». Видать, после нашего ухода прибрался. Администратор сходила в его номер, а там, как после влажной уборки. Только в самой ванной куча мокрых полотенец. Зубами скрипнула, но придраться не к чему.

После обеда хозяйка нарисовалась. В жизни по пятницам бабушка в гостинице не появлялась, а тут примчалась на разборки. Вызывает меня и говорит: «Почему с постояльца деньги не стряс на ремонт?» А как я мог это сделать? Кто я такой? «Теперь будешь ремонтировать своими силами. И за свой счёт!». Получается, субботу-воскресенье кабинеты подсохнут, а с понедельника начнём всё приводить в порядок. Материалы самому покупать и с мужиками договариваться о сверхурочке.

– А ты ждал, что тебе медалью «За спасение утопающих» наградят? Ещё и преми- …

Николай вскочил на ноги, сделал шаг в моём направлении да так и застыл, подавшись всем корпусом вперёд:

– Да только представь себе, – перебил меня на полуслове, переходя на повышенный тон  – как какой-то ухарь продвинутый собирается в наш город и ищет где бы переконтоваться денёк-другой. Поисковик выдает ему нашу «Звезду», а следом пару-тройку заголовков типа «вчера в гостинице утонул …», или загадочная смерть при странных обстоятельствах в гостинице …». Я уже молчу про всякие следственные  …

Накатившая волна обиды не дала Николаю закончить фразу. Он опустился на свою лавку и отвернулся.  Тишину нарушал только шум воды в душевой.

После нескольких минут молчания, казалось, что воздух вокруг можно было ножом резать.

– Пошли лучше в спорт-бар. Посмотрим какой-нибудь матч. – Немного фальшивого  дружелюбия, это всё, чем я мог помочь Николаю. – Я угощаю! Всё-таки не каждый день ты людей спасаешь.

– Лучше бы я опоздал …

Чем докажешь?

– Виктор Фёдорович, сейчас у Вас нет ни администрации, ни секретариата, ни силовых структур … Чем Ты! можешь доказать, фактами, а не словами, своё президентство?

Главред выключил трансляцию прессконференции. Неторопливо подошёл к окну, демонстративно не обращая внимания на Андрея и храня театральную паузу.

– Молодец! – прозвучало, как выстрел. – Ты его сделал. Мне телефон оборвали. Мы в топе!

Вот она – сила журналистики. Один вопрос, и в кармане премия в размере месячного оклада. Андрей не заметил, как выпорхнул из кабинета главреда, как сбежал по лестнице и очнулся только на пороге бара. Нет. Сегодня он заслужил большего, чем местная «тошниловка».

– Ты тут живёшь? – вопрос настоящей блондинки (хотя, скорее всего, крашеная). Если замок открывают ключом не глядя, а дверь распахивают пинком, то сделать это может только хозяин квартиры. Ну да, с такой задницей, подобные вопросы допустимы.

– Заходи в мою скромную обитель. Творческий беспорядок – непременный атрибут хорошего журналиста. – Любопытно, сколько же она возьмёт за ночь? Для профессионалки она как-то уклончиво отвечала. Что-то я перебрал … Как её там: Адель, Адиль, Адэ…

– Ты знаменитость? – округлила глаза – Дай аф-ф-фтограф – с ударением на «аф», с прикусыванием края нижней губы.

Мило. Нужно прилечь, перевести дыхание. Голова … Плывёт …

– О-о-ой! Го-ло-ва…

– Сестра! Тут каматозник очнулся. Стонет …

Кто это кричит? Где это я? Голова!

– Итак, Вы утверждаете, что не помните, как оказались на пустыре за городом. Вы не знаете девушку, с которой выпивали восемь дней назад в баре на Новом Арбате. У Вас нет при себе никаких документов. Работаете на радио. Ди джей, что ли? По указанному Вами телефону никто не отвечает. Ладно … – старлей откинулся в кресле, как бы отдаляясь от пахнущего помойкой и больницей

– Семёнов! У нас, там стажёр у следаков засиделся. Пусть разомнётся с терпилой на его квартиру съездят. Личность установят.

– Начальник! Я тут живу! Снял эту хату неделю назад. Вот договор. Этого дохлика впервые вижу. Нужен хозяин квартиры – звони по телефону в конце договора.

– А ты, бомжара, попутал чего. Выйди за дверь – воздух не порти.

Молоденький курсант извинился и вышел, держа под локоть шатающегося Андрея. На улице, усадив его на скамейку:

– У Вас нет никаких документов, удостоверяющих Вашу личность. Нет документов на квартиру. Чем Ты! докажешь, кто ты есть?

Многия знания – многия печали

«Многия знания – многия печали …»

Ох-хо-хо … Неплохо, конечно, знать о тонкостях перлитного превращения или мартенситного старения. Но печально не иметь ни малейшего понятия, как без связей, желательно родственных, влезть в посредническую цепочку поставщиков металлопроката.

Ох-хо-хо …  Приятно осознавать, что рубины и сапфиры суть разновидности корунда, то есть оксида алюминия, тонкая плёночка которого присутствует на алюминиевой посуде. А бриллианты, вообще, мало чем отличаются от угля по химическому составу . Но, увы. Можешь довольствоваться лишь этими знаниями о драгоценных камнях.

Ох-хо-хо … "адсорбат в процессе адсорбции переходит в адсорбтив поверности адсорбента" – так помогает, когда испытываешь трудности при очистке обуви.

Ох-хо-хо …  Хорошее образование, полученное в школе, позволяет помочь своему ребёнку-школьнику в овладении знаний в рамках школьной программы, не смотря на противодействие нынешних чиновников Минобрнауки. Это даёт надежду, что и внуки-школьники смогут что-то познать об окружающем мире при обучении в школе. Преемственность, однако.

Ох-хо-хо …  Очень сильно повышает самооценку способность понимать скрытые механизмы элитных разборок. Так приятно чувствовать себя не втянутым в качестве пушечного мяса под знамёна кого-нибудь рвущегося к ещё большей кормушке. Но всё равно, при всех раскладах, остаёшься дойной коровёнкой для любого победителя в этих крысиных бегах.

Ох-хо-хо …  Так называемая финансовая грамотность удерживает от  участия в афёрах, организаторов которых иногда наказывают по всей строгости закона. Но, даже оставаясь в стороне от прямого обворовывания наивных лохов, всё равно не можешь увильнуть от узаконенного системного грабежа.

Ох-хо-хонюшки-хо-хо «…кто умножает познания, умножает скорбь» .

День жизни

Звонок. Звонок. ЗВОНОК!!! Будильник. Локтем в бок от жены – подъем. ПОДЪЕМ!!! Тапочки, халат. Ванная, умывальник. Б-р-р-р. О-о-о! (Зеркало). Кухня. Кофе, булочка. С маслом или вареньем? (Холестерин или углеводы?) А-а! Булочка и с маслом, и с вареньем.

Брюки, рубашка, галстук (серый, синий или новый? Новый!) Пиджак, туфли, плащ. Дверь, подъезд (мусоропрово – ФУ!) Двор, улица, остановка. Толпа. Автобус: люди, локти, спины (вместо зарядки).

Приход на работу. Привет, привет! Салют, салют! Место. Чайку? Ага! С булочкой? Увы. А конфетки? Тоже нет. Ну хоть сахарок… Пойдет. Спасибо. Газетки-журналки, статейки-заметки. Монитор, телефон, бумага, принтер, калькулятор, записки…

СТОП! ОБЕД! Святое. (Война войной, а обед по расписанию.) Столик, меню (начнем с тебю, ха-ха). А вот..? Уже нет. А..? Тоже нет. Ну хоть ..? А что есть? Ну ладно. И? Нет, нет.

Опять: монитор, телефон, калькулятор, …

Фух! ВСЕ! А это на завтра. Хватит. На ЗАВТРА!

Улица, пешеходы: лица, спины, пониже спин, ножки… Стоп. Магазин. Отдел, прилавки, касса, кошелек, отдел, прилавки, кошелек, стоп. Улица, дом, подъезд, квартира, тапочки, халат, жена. Кухня, ужин, телевизор, дети, газетка-журналка. Все. Отбой. ОТБОЙ!!!

Кровать, жена, поцелуй. О-о-о!…

Молекула

«Что-то изменилось. Прошлого больше нет…»

Фабрика работает круглосуточно. Работают с колёс: руда обогащается, обрабатывается, осушается, гранулируется. Большой стране нужно много минеральных удобрений.

«Какая-то неведомая сила изменила форму. Появилась текучесть. Тянет куда-то, во что-то. В иное измерение. Вокруг движение. Ощущение света и тепла…»

Опять в земле, но это уже другая земля. Это почва. Влага растворила гранулу удобрения и была поглощена корнями растения. Раствор побежал по стеблям, по листам. Стал их частью.

«Опять изменения? Измельчение и растворение. Расщепление. Какие-то ферменты. Формирование новых структур, более сложных. Это уже не просто химия. Здесь что-то большее…»

Трава выросла сочная. Её скосили и скормили корове.

«Вот это да! Как же всё сложно. Физика, химия, биология,… Преобразования и изменения – лишь они постоянны.  Нервные импульсы и, не понятно где рождающиеся мысли, образы, понятия …»

Молоко. Как же важен этот продукт для нормальной жизни человека. Как же много из него можно сделать полезного и вкусного для человека. А «Человек» – это звучит сложно!

– Зачем ты показал мне все эти превращения?

– Что может «знать» о растении молекула удобрения? А что «знает» о животном растение? А животное может «понять» замыслы человека? Та к и людям не суждено понять нас.

– Поэтому они и называют нас «Богами»

– А ты уверен, что мы – Боги? Может быть и нам не дано понять сущность, для которой мы – лишь молекула удобрения?