# Коммунизм против капитализма. Третий раунд

Дмитрий Игнатьев

Прошло более ста лет со дня Великой Октябрьской социалистической революции – события, в результате которого на одной шестой части земного шара к власти пришёл трудовой народ, возникло первое в мире рабоче-крестьянское государство – СССР. Сейчас этой страны уже нет, и мир потрясают постоянные войны и конфликты, псевдореволюции, организованные спецслужбами США, чтобы в той или иной стране, на которую обратили свой взор Соединённые Штаты, у власти было подконтрольное им марионеточное правительство, предающее интересы собственного народа, верой и правдой служащее «его величеству» доллару.

## Часть I. Великий Октябрь – главное историческое событие ХХ века

### Глава 1. Марксизм-ленинизм о революционной роли рабочего класса в борьбе за уничтожение власти капитала и построение бесклассового коммунистического общества

> «Социализм, с тех пор как он стал наукой, требует, чтобы с ним и обращались как с наукой, то есть, чтобы его изучали».

> Ф. ЭНГЕЛЬС

В феврале 1848 г. вышел в свет «Манифест Коммунистической партии» Карла Маркса и Фридриха Энгельса – возвестивший всему миру о появлении научного пролетарского мировоззрения – марксизма.

Основоположники марксизма в своих произведениях показали, что современное им капиталистическое общество делится на два основных, непримиримо противостоящих друг другу антагонистических класса – буржуазию и пролетариат.

Эти классы сформировались в ходе буржуазных революций, покончивших со средневековьем, с внеэкономической зависимостью крестьянина от феодала, отрабатывавшего барщину или платившего натуральный, а впоследствии, денежный оброк своему хозяину-феодалу.

Не пушечные ядра разрушили средневековые замки, пишут основоположники марксизма, а пар и машина, т. е. первая промышленная революция, выразившаяся в стремительном развитии производительных сил. Крестьяне разорялись, покидали свои наделы и устремлялись в города, где стремились получить работу и средства существования. Так возник пролетариат, класс, лишённый средств производства и средств существования, класс, не владеющий ничем, кроме своих рабочих рук, рабочей силы, которую он стремился продать своему антагонисту-буржуа, классу, также возникшему в ходе перехода общества от феодализма к капитализму и захватившему в свои руки основные средства производства.

В примечании к английскому изданию «Манифеста…» 1888 г., Энгельс поясняет: «Под буржуазией понимается класс современных капиталистов, собственников средств общественного производства, применяющих наёмный труд. Под пролетариатом понимается класс современных наёмных рабочих, которые, будучи лишены своих собственных средств производства, вынуждены, для того чтобы жить, продавать свою рабочую силу» (К. Маркс, Ф. Энгельс, Избр. произв. в трёх томах, Москва, Политиздат, 1985, т. 1, стр. 107).

Маркс и Энгельс показывают, что капитал, буржуазно-производственные экономические отношения охватили весь мир, что капитал приобрёл международный характер, и чтобы бороться за свержение его власти, пролетарии всех стран должны объединяться. «Капитал есть сила международная. Чтобы её победить, нужен международный союз рабочих, международное братство их». Поэтому важнейшим лозунгом марксизма, выражающим его революционную сущность, является лозунг «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!», которым завершается «Манифест Коммунистической партии».

Также основоположники отмечают, что творцом истории являются не короли, цари, и другие так называемые «выдающиеся личности», а народные массы. В новую капиталистическую эпоху на политическую арену вышел новый класс, пролетариат, исторической миссией которого является свержение власти капитала, уничтожение частной собственности и построение бесклассового коммунистического общества.

Завершают «Манифест…» Маркс и Энгельс призывом:

«Коммунисты считают презренным делом скрывать свои взгляды и намерения. Они открыто заявляют, что их цели могут быть достигнуты лишь путём насильственного ниспровержения всего существующего общественного строя. Пусть господствующие классы содрогаются перед Коммунистической Революцией. Пролетариям нечего в ней терять, кроме собственных цепей. Приобретут же они весь мир.

ПРОЛЕТАРИИ ВСЕХ СТРАН, СОЕДИНЯЙТЕСЬ!»

(там же, стр. 138).

Ленин в работе «Карл Маркс» даёт такую оценку знаменитому «Манифесту…»: «В этом произведении с гениальной ясностью и яркостью обрисовано новое миросозерцание, последовательный материализм, охватывающий и область социальной жизни, диалектика, как наиболее всестороннее и глубокое учение о развитии, теория классовой борьбы и всемирно-исторической революционной роли пролетариата, творца нового, коммунистического общества» (В. И. Ленин, ПСС, т. 26, стр. 48).

В «Капитале» Маркс показал, что основой богатства класса капиталистов является прибавочная стоимость, создающаяся в процессе производства и являющаяся неоплаченной частью труда рабочего.

Ради получения прибыли, являющейся превращённой формой прибавочной стоимости, буржуи готовы идти на всё, на любое преступление, отмечает Карл Маркс.

Маркс в «Капитале», в частности, развивает основные мысли и положения, уже высказанные в «Манифесте…»:

– «Итак, исторический процесс, который превращает производителей в наёмных рабочих, выступает, с одной стороны, как их освобождение от феодальных повинностей и цехового принуждения; и только эта одна сторона существует для наших буржуазных историков. Но, с другой стороны, освобождаемые лишь тогда становятся продавцами самих себя, когда у них отняты все их средства производства и все гарантии существования, обеспеченные старинными феодальными учреждениями. И история этой их экспроприации вписана в летописи человечества пламенеющим языком крови и огня» (К. Маркс, «Капитал», т. 1., глава XXIV «Так называемое первоначальное накопление», стр. 727).

– «Насилие является повивальной бабкой всякого старого общества, когда оно беременно новым. Само насилие есть экономическая потенция» (там же, стр. 761).

В знаменитом Предисловии «К критике политической экономии» Маркс показывает историческую неизбежность крушения капиталистического строя и возведении на его обломках новой коммунистической общественно-экономической формации, с которой и начнётся подлинная история человечества:

«В общественном производстве своей жизни люди вступают в определённые, необходимые, от их воли не зависящие отношения – производственные отношения, которые соответствуют определённой ступени развития их материальных производительных сил. Совокупность этих производственных отношений составляет экономическую структуру общества, реальный базис, на котором возвышается юридическая и политическая надстройка и которому соответствуют определённые формы общественного сознания. Способ производства материальной жизни обусловливает социальный, политический и духовный процессы жизни вообще. Не сознание людей определяет их бытие, а, наоборот, их общественное бытие определяет их сознание. На известной ступени своего развития материальные производительные силы общества приходят в противоречие с существующими производственными отношениями, или – что является только юридическим выражением последних – с отношениями собственности, внутри которых они до сих пор развивались. Из форм развития производительных сил эти отношения превращаются в их оковы. Тогда наступает эпоха социальной революции. С изменением экономической основы более или менее быстро происходит переворот во всей громадной надстройке. При рассмотрении таких переворотов всегда необходимо отличать материальный, с естественнонаучной точностью констатируемый переворот в экономических условиях производства от юридических, политических, религиозных, художественных или философских, короче – от идеологических форм, в которых люди осознают этот конфликт и борются за его разрешение. Как об отдельном человеке нельзя судить на основании того, что сам он о себе думает, точно также нельзя судить о подобной эпохе переворота по её сознанию. Наоборот, это сознание надо объяснить из противоречий материальной жизни, из существующего конфликта между общественными производительными силами и производственными отношениями. Ни одна общественная формация не погибает раньше, чем разовьются все производительные силы, для которых она даёт достаточно простора, и новые более высокие производственные отношения никогда не появляются раньше, чем созреют материальные условия их существования в недрах самого старого общества. Поэтому человечество ставит себе всегда только такие задачи, которые оно может разрешить, так как при ближайшем рассмотрении всегда оказывается, что сама задача возникает лишь тогда, когда материальные условия её решения уже имеются налицо, или, по крайней мере, находятся в процессе становления. В общих чертах, азиатский, античный, феодальный и современный, буржуазный, способы производства можно обозначить, как прогрессивные эпохи экономической общественной формации. Буржуазные производственные отношения являются последней антагонистической формой общественного процесса производства, антагонистической не в смысле индивидуального антагонизма, а в смысле антагонизма, вырастающего из общественных условий жизни индивидуумов; но развивающиеся в недрах буржуазного общества производительные силы создают вместе с тем материальные условия для разрешения этого антагонизма. Поэтому буржуазной общественной формацией завершается предыстория человеческого общества (выделено мною – Д. И.)» (К. Маркс и Ф. Энгельс. Избр. произв. в трёх томах, т. 1, стр. 535–537).

Фридрих Энгельс по данному вопросу в «Анти-Дюринге», являющемся настольной книгой каждого марксиста, пишет:

– «…современная крупная промышленность создала, с одной стороны, пролетариат, класс, который впервые в истории может выставить требование уничтожения не той или иной особой классовой организации, не той или иной особой классовой привилегии, а уничтожения классов вообще; класс, который поставлен в такое положение, что он должен провести это требование под угрозой опуститься, в противном случае, до положения китайских кули. А с другой стороны, та же крупная промышленность создала в лице буржуазии класс, который владеет монополией на все орудия производства и жизненные средства, но который в каждый период спекулятивной горячки и следующего за ним краха доказывает, что он стал неспособен к дальнейшему господству над производительными силами, переросшими его власть, – класс, под руководством которого общество мчится навстречу гибели, как локомотив, у которого машинист не имеет сил открыть захлопнувшийся предохранительный клапан. Иначе говоря, всё это объясняется тем, что как производительные силы, порожденные современным капиталистическим способом производства, так и созданная им система распределения благ, пришли в вопиющее противоречие с самим этим способом производства, и притом в такой степени, что должен произойти переворот в способе производства и распределения, устраняющий все классовые различия, чтобы всё современное общество не оказалось обречённым на гибель. На этом осязательном, материальном факте, который в более или менее ясной форме с непреодолимой необходимостью проникает в сознание эксплуатируемых пролетариев, – на этом факте, а не на представлениях того или другого мудрствующего домоседа о праве и бесправии, основана уверенность современного социализма в победе» (стр. 157).

– «Материалистическое понимание истории исходит из того положения, что производство, а вслед за производством обмен его продуктов, составляет основу всякого общественного строя; что в каждом выступающем в истории обществе распределение продуктов, а вместе с ним и разделение общества на классы или сословия, определяется тем, что и как производится, и как эти продукты производства обмениваются. Таким образом, конечных причин всех общественных изменений и политических переворотов надо искать не в головах людей, не в возрастающем понимании ими вечной истины и справедливости, а в изменениях способа производства и обмена; их надо искать не в философии, а в экономике соответствующей эпохи» (стр. 271).

Таким образом, мы видим, что социальная революция не вызвана какими-то субъективными факторами. Революция является объективным процессом, обусловленным нарастанием противоречий между непрерывно развивающимися производительными силами и отстающими от них в развитии, сдерживающими их развитие старыми окостеневшими производственными отношениями. В ходе революции разрешается противоречие между новым – новым содержанием, в данном случае, новым уровнем производительных сил, и старым – старой формой, старым характером производственных отношений, сковывающих их развитие.

В процессе исторического развития человеческой цивилизации сменились четыре общественно-экономических формации: первобытно-общинный строй, рабство, феодализм, капитализм.

В Советском Союзе впервые в истории к власти пришёл рабочий класс, трудовые массы, которые начали созидать новую, пятую общественно-экономическую формацию – бесклассовое коммунистическое общество, приступили к строительству социализма как первой фазы коммунизма.

Великая Октябрьская социалистическая революция возвестила о начале подлинной истории человечества.

В «Критике Готской программы» Маркс о первой фазе коммунистического общества (название этой первой фазы – социализм, начало использоваться уже после Маркса) пишет:

«В обществе, основанном на началах коллективизма, на общем владении средствами производства, производители не обменивают своих продуктов; столь же мало труд, затраченный на производство продуктов, проявляется здесь как стоимость этих продуктов, как некое присущее им вещественное свойство, потому что теперь, в противоположность капиталистическому обществу, индивидуальный труд уже не окольным путём, а непосредственно существует как составная часть совокупного труда» (К. Маркс и Ф. Энгельс. Избр. произв. в трёх томах, т. 3, стр. 14).

При этом Маркс обращает внимание на то, что здесь мы имеем дело «не с таким коммунистическим обществом, которое развилось на своей собственной основе, а, напротив, с таким, которое только что выходит как раз из капиталистического общества и которое поэтому во всех отношениях, в экономическом, нравственном и умственном, сохраняет ещё родимые пятна старого общества, из недр которого оно вышло» (там же).

Равное право при этом всё ещё сохраняет буржуазный характер, продолжает далее Маркс («равное право здесь по принципу всё ещё является правом буржуазным», там же, стр. 15) и поясняет, почему. Один рабочий более искусен, чем другой, может произвести больше продукции за одно и то же время или же может работать дольше «Это равное право есть неравное право для неравного труда. Оно не признаёт никаких классовых различий, потому что каждый является только рабочим, как и все другие; но оно молчаливо признаёт неравную индивидуальную одарённость, а, следовательно, и неравную работоспособность, естественными привилегиями. Поэтому оно по своему содержанию есть право неравенства, как всякое право», делает вывод Маркс.

Далее он продолжает приводить примеры неравенства, всё ещё сохраняющего место на первой фазе коммунистической формации. Один рабочий женат, другой – нет; у одного рабочего много детей, у другого – один ребёнок и т. д. Т. е., при равном труде один на самом деле получает больше на каждого члена семьи, чем другой (при равной зарплате за равный труд), один богаче другого.

«Но эти недостатки неизбежны в первой фазе коммунистического общества, – пишет Маркс – в том его виде, как оно выходит после долгих мук родов из капиталистического общества. Право никогда не может быть выше, чем экономический строй и обусловленное им культурное развитие общества» (там же).

Развивая данную тему в «Государстве и революции», Ленин поясняет: «Справедливости и равенства, следовательно, первая фаза коммунизма дать ещё не может: различия в богатстве останутся и различия несправедливые, но невозможна будет эксплуатация человека человеком, ибо нельзя захватить средства производства, фабрики, машины, землю и прочее в частную собственность» (ПСС, т. 33, стр. 93).

Маркс в «Критике Готской программы» также даёт и краткую характеристику высшей фазы коммунизма: «На высшей фазе коммунистического общества, после того как исчезнет порабощающее человека подчинение его разделению труда; когда исчезнет вместе с этим противоположность умственного и физического труда; когда труд перестанет быть только средством для жизни, а станет сам первой потребностью жизни; когда вместе с всесторонним развитием индивидов вырастут и производительные силы и все источники общественного богатства польются полным потоком, лишь тогда можно будет совершенно преодолеть узкий горизонт буржуазного права, и общество сможет написать на своём знамени: Каждый по способностям, каждому по потребностям!» (там же, стр. 16).

«Политически различие между первой или низшей и высшей фазой коммунизма со временем будет, вероятно, громадно, но теперь, при капитализме, признавать его было бы смешно…», пишет Ленин в «Государстве и революции» (стр. 98). И продолжает: «Но научная разница между социализмом и коммунизмом ясна. То, что обычно называют социализмом, Маркс назвал «первой» или низшей фазой коммунистического общества. Поскольку общей собственностью становятся средства производства, постольку слово «коммунизм» и тут применимо, если не забывать, что это не полный коммунизм».

И далее Ленин продолжает показывать, что на первой фазе коммунизма, при социализме, сохраняется не только буржуазное право, но и государство, причём государство по своей сути буржуазное: «В первой своей фазе, на первой своей ступени коммунизм не может ещё быть экономически вполне зрелым, вполне свободным от традиций или следов капитализма. Отсюда такое интересное явление, как сохранение «узкого горизонта буржуазного права» – при коммунизме в его первой фазе. Буржуазное право по отношению к распределению продуктов потребления предполагает, конечно, неизбежно и буржуазное государство, ибо право есть ничто без аппарата, способного принуждать к соблюдению норм права. Выходит, что не только при коммунизме остаётся в течение известного времени буржуазное право, но даже и буржуазное государство – без буржуазии!» (стр. 98–99).

Разумеется, Ленин здесь говорит о буржуазном государстве исключительно формально, именно по отношению и в связи с остатками буржуазного права, сохраняющимися при социализме. Но по своей сути пролетарское государство (диктатура пролетариата) является антиподом государству буржуазному (диктатуре буржуазии), о чём Ленин подробно говорит в рассматриваемой нами работе.

Ленин обращает наше внимание на то, что остатки старого в новом мы можем видеть на каждом шагу и в природе и в обществе, что, говоря об остатках буржуазного права, «Маркс не произвольно всунул кусочек «буржуазного права» в коммунизм, а взял то, что экономически и политически неизбежно в обществе, выходящем из недр капитализма» (стр. 99).

Ленин напоминает, что «Демократия означает равенство… Но демократия означает только формальное равенство. И тотчас вслед за осуществлением равенства всех членов общества по отношению к владению средствами производства, т. е. равенства труда, равенства заработной платы, пред человечеством неминуемо встанет вопрос о том, чтобы идти дальше, от формального равенства к фактическому, т. е. к осуществлению правила: «каждый по способностям, каждому по потребностям»» (там же).

И вождь пролетариата приходит к выводу: «только с социализма начнётся быстрое, настоящее, действительно массовое, при участии большинства населения, а затем всего населения, происходящее движение вперёд во всех областях общественной и личной жизни» (стр. 99–100).

Итак, мы выяснили, что коммунистическая формация состоит из двух фаз: низшей, т. е. социализма, и высшей, т. е. непосредственно коммунизма.

Но имеется и политический переходный период.

Вот что об этом пишет Маркс в уже упоминаемой нами «Критике Готской программы»: «Между капиталистическим и коммунистическим обществом лежит период революционного превращения первого во второе. Этому периоду соответствует и политический переходный период, и государство этого периода не может быть ничем иным, кроме как революционной диктатурой пролетариата» (стр. 23).

Думаю, понятно, что политический переходный период есть период между капиталистическим обществом и первой фазой коммунистического общества, хотя период диктатуры пролетариата охватывает как переходный период, так и первую фазу коммунизма (социализм), и только на высшей фазе коммунизма государство постепенно, как выражается Энгельс «засыпает», т. е. исчезает, умирает, закончив свою функцию и заменяется пришедшем ему на смену коммунистическим общественным самоуправлением, когда люди будут уже управлять не другими людьми, а общественными и научно-техническими, производственно-технологическими процессами.

«… Исторически, несомненно, должна быть особая стадия или особый этап перехода от капитализма к коммунизму», пишет по данному вопросу Ленин в «Государстве и революции» (ПСС, т. 33, стр. 86).

В «Марксизме о государстве» Ленин построил такую схему:

Государство нужно буржуазии – в капиталистическом обществе государство в собственном смысле.

Государство нужно пролетариату – переход (диктатура пролетариата): государство переходного периода (не государство в собственном смысле)

Государство не нужно, оно отмирает – коммунистическое общество: отмирание государства.

Иначе эту схему можно представить следующим образом, продолжает далее Ленин:

Демократия только для богатых и для маленькой прослойки пролетариата (Бедным не до неё!) – демократия лишь в виде исключения, никогда не полная…

Демократия для бедных, для 9/10 населения, подавление силой сопротивления богатых – демократия почти полная, ограниченная только подавлением сопротивления буржуазии.

Демократия полная, входящая в привычку и потому отмирающая, уступающая место принципу: «каждый по способностям, каждому по потребностям» – демократия действительно полная, входящая в привычку и потому отмирающая… Полная демократия равняется никакой демократии. Это не парадокс, а истина! (ПСС, т. 33, стр. 181).

Теперь нам необходимо вспомнить вопрос о государстве, диктатуре пролетариата и революции, как его рассматривали основоположники.

#### § 1. Марксизм-ленинизм о государстве, диктатуре пролетариата и революции

В «Анти-Дюринге» Энгельс пишет: «… современное государство (выделено мною, Д. И.) опять-таки есть лишь организация, которую создаёт себе буржуазное общество для охраны общих внешних условий капиталистического способа производства от посягательств как рабочих, так и отдельных капиталистов. Современное государство, какова бы ни была его форма, есть по самой своей сути капиталистическая машина, государство капиталистов, идеальный совокупный капиталист. Чем больше производительных сил возьмёт оно в свою собственность, тем полнее будет его превращение в совокупного капиталиста и тем большее число граждан будет оно эксплуатировать» (стр. 283).

Энгельс показывает, что государство возникло в период разложения первобытного общества и возникновения классов: «Общество разделяется на классы – привилегированные и обездоленные, эксплуатирующие и эксплуатируемые, господствующие и угнетённые, а государство (выделено мною, Д. И.), к которому стихийно сложившиеся группы одноплеменных общин в результате своего развития пришли сначала только в целях удовлетворения своих общих интересов (например, на Востоке – орошение) и для защиты от внешних врагов, отныне получает в такой же мере и назначение – посредством насилия охранять условия существования и господства правящего класса против класса угнетённого (выделено мною, Д. И.)» (стр. 148).

В своей выдающейся работе «Происхождение семьи, частной собственности и государства» Энгельс по данному вопросу пишет: «…государство никоим образом не представляет собой силы, извне навязанной обществу… Государство есть продукт общества на известной ступени развития; государство есть признание, что это общество запуталось в неразрешимое противоречие с самим собой, раскололось на непримиримые противоположности, избавиться от которых оно бессильно. А чтобы эти противоположности, классы с противоречивыми экономическими интересами, не пожрали друг друга и общество в бесплодной борьбе, для этого стала необходимой сила, стоящая, по-видимому, над обществом, сила, которая бы умеряла столкновение, держала его в границах «порядка». И эта сила, происшедшая из общества, но ставящая себя над ним, всё более и более отчуждающая себя от него, есть государство» (К. Маркс и Ф. Энгельс. Избр. произв. в трёх томах, т. 3, стр. 362).

Энгельс популярно поясняет, что «государство – это организация имущего класса для защиты его от неимущего»; что «античное государство было, прежде всего, государством рабовладельцев для подавления рабов, феодальное государство – органом дворянства для подавления крепостных и зависимых крестьян, а современное представительное государство есть орудие эксплуатации наёмного труда капиталом», в котором «имущий класс господствует непосредственно при помощи всеобщего избирательного права» (стр. 364, 365).

В то же время Энгельс показывает, что государство, появившись в период разложения первобытнообщинного строя и появления антагонистического рабовладельческого классового общества, так же непременно исчезнет с уничтожением классов и построением бесклассового коммунистического общества: «Итак, государство существует не извечно. Были общества, которые обходились без него, которые понятия не имели о государстве и государственной власти. На определённой ступени экономического развития, которая необходимо связана была с расколом общества на классы, государство стало в силу этого раскола необходимостью. Мы приближаемся теперь быстрыми шагами к такой ступени развития производства, на которой существование этих классов не только перестало быть необходимостью, но становится прямой помехой производству. Классы исчезнут также неизбежно, как неизбежно они в прошлом возникли. С исчезновением классов исчезнет неизбежно государство. Общество, которое по-новому организует производство на основе свободной и равной ассоциации производителей, отправит всю государственную машину туда, где ей будет тогда настоящее место: в музей древностей, рядом с прялкой и с бронзовым топором» (стр. 365–366).

Ленин, обобщая выводы марксизма о государстве, пишет в «Государстве и революции»:

«Государство есть продукт и проявление непримиримости классовых противоречий. Государство возникает там, тогда и постольку, где, когда и поскольку классовые противоречия объективно не могут быть примирены. И, наоборот: существование государства доказывает, что классовые противоречия непримиримы» (стр. 7);

«…государство есть орган господства определённого класса, который не может быть примирен со своим антиподом (с противоположным ему классом)…» (стр. 8).

Ссылаясь на «Нищету философии» Маркса, Ленин приводит его вывод о том, что «политическая власть есть официальное выражение противоположности классов внутри буржуазного общества» (стр. 23).

Ленин напоминает нам вывод Маркса и Энгельса в «Манифесте…» о том, что в ходе рабочей революции пролетариат превращается в господствующий класс, создаёт своё пролетарское государство: «Государство, то есть организованный в господствующий класс пролетариат» (стр. 24).

И далее Ленин показывает, что «постоянное войско и полиция суть главные орудия силы государственной власти» (стр. 9), а также тюрьмы, чиновничество (бюрократия)…

Он обращает внимание на то, что «Демократическая республика есть наилучшая возможная политическая оболочка капитализма, и потому капитал, овладев… этой наилучшей оболочкой, обосновывает свою власть настолько надёжно, настолько верно, что никакая смена ни лиц, ни учреждений, ни партий в буржуазно-демократической республике не колеблет этой власти», что всеобщее избирательное право, как это показал ещё Энгельс, является «орудием господства буржуазии» (стр. 14).

«Раз в несколько лет решать, какой член господствующего класса будет подавлять, раздавлять народ в парламенте, – вот в чём настоящая суть буржуазного парламентаризма», причём в самых демократических республиках, подчёркивает Ленин (стр. 46) и поясняет: «настоящую «государственную» работу делают за кулисами и выполняют департаменты, канцелярии, штабы. В парламентах только болтают со специальной целью надувать «простонародье»».

В ходе социалистической революции пролетариат свергает буржуазию и берёт власть в свои руки, т. е. создаёт пролетарское государство (диктатуру пролетариата).

«Государство, – продолжает Ленин – есть особая организация силы, есть организация насилия для подавления какого-либо класса» и подчёркивает, что трудящимся нужно государство для подавления сопротивления эксплуататоров, буржуазии (стр. 24).

Ленин обращает внимание на то, что «все прежние революции усовершенствовали государственную машину, а её надо разбить, сломать. Этот вывод есть главное, основное в учении марксизма о государстве» (стр. 28). И марксизм нам поясняет почему. Все прежние революции приводили к смене на вершине власти одного эксплуататорского класса другим (рабовладельцы были заменены феодалами, феодалы – капиталистами). И только пролетариат, в ходе осуществления революции уничтожает частную собственность на средства производства и передаёт их во владение всего общества, т. е. заменяет частную собственность общественной, тем самым уничтожает экономическую основу эксплуатации человека человеком. А для того, чтобы осуществить эти преобразования, ему, пролетариату, нужна новая государственная машина.

Как мы знаем, такой пролетарской государственной машиной стала, пусть и на очень короткий промежуток времени, Парижская коммуна, а в нашей стране формой диктатуры пролетариата стали Советы.

И здесь очень важны два вывода Ленина направленные против оппортунистического искажения марксизма:

«Главное в учение Маркса есть классовая борьба. Так говорят и пишут очень часто. Но это неверно. И из этой неверности сплошь да рядом получается оппортунистическое искажение марксизма, подделка его в духе приемлемости для буржуазии. Ибо учение о классовой борьбе не Марксом, а буржуазией до Маркса создано и для буржуазии, вообще говоря, приемлемо. Кто признаёт только борьбу классов, тот ещё не марксист, тот может оказаться ещё не выходящим из рамок буржуазного мышления и буржуазной политики. Ограничивать марксизм учением о борьбе классов – значить урезывать марксизм, искажать его, сводить его к тому, что приемлемо для буржуазии. Марксист лишь тот, кто распространяет признание борьбы классов до признания диктатуры пролетариата. В этом самое глубокое отличие марксиста от дюжинного мелкого (да и крупного) буржуа. На этом оселке надо испытывать действительное понимание и признание марксизма» (стр. 34).

Причём очень важно при этом не только словесное признание диктатуры пролетариата, что является тонкой подделкой под марксизм, а воспитание пролетариата в революционном духе, в духе подготовки к социалистической революции, направленной на уничтожение власти капитала и частной собственности и построение бесклассового коммунистического общества.

«Оппортунизм не доводит признания классовой борьбы как раз до самого главного, – продолжает далее Ленин – до периода перехода от капитализма к коммунизму, до периода свержения буржуазии и полного уничтожения её. В действительности этот период неминуемо является периодом невиданно ожесточённой классовой борьбы, невиданно острых форм её, а следовательно, и государство этого периода неизбежно должно быть государством по-новому демократическим (для пролетариев и неимущих вообще) и по-новому диктаторским (против буржуазии) (стр. 35).

И Ленин обращает внимание на то, что «Сущность учения Маркса о государстве усвоена только тем, кто понял, что диктатура одного класса является необходимой не только для всякого классового общества вообще, не только для пролетариата, свергнувшего буржуазию, но и для целого исторического периода, отделяющего капитализм от «общества без классов», от коммунизма. Формы буржуазных государств чрезвычайно разнообразны, но суть их одна: все эти государства являются, так или иначе, но в последнем счёте обязательно диктатурой буржуазии. Переход от капитализма к коммунизму, конечно, не может не дать громадного обилия и разнообразия политических форм, но сущность будет при этом неизбежно одна: диктатура пролетариата».

Ленин ещё раз обращает наше внимание на то, что в словах ««сломать бюрократически-военную государственную машину» заключается, кратко выраженный, главный урок марксизма по вопросу о задачах пролетариата в революции по отношению к государству!» (стр. 38).

В «Детской болезни «левизны» в коммунизме» Ленин пишет:

«Диктатура пролетариата есть самая беззаветная и самая беспощадная война нового класса против более могущественного врага, против буржуазии, сопротивление которой удесятерено её свержением (хотя бы в одной стране) и могущество которой состоит не только в силе международного капитала, в силе и прочности международных связей буржуазии, но и в силе привычки, в силе мелкого производства. Ибо мелкого производства осталось ещё на свете, к сожалению, очень и очень много, а мелкое производство рождает капитализм и буржуазию постоянно, ежедневно, ежечасно, стихийно и в массовом масштабе. По всем этим причинам диктатура пролетариата необходима, и победа над буржуазией невозможна без долгой, упорной, отчаянной войны не на живот, а на смерть, – войны, требующей выдержки, дисциплины, твёрдости, непреклонности и единства воли» (ПСС, т. 41, стр. 6).

И далее: «Диктатура пролетариата есть упорная борьба, кровавая и бескровная, насильственная и мирная, военная и хозяйственная, педагогическая и администраторская, против сил и традиций старого общества» (стр. 27).

Итак, можно подвести итоги по данному вопросу.

Пролетариат в ходе социалистической революции разрушает, уничтожает буржуазную государственную машину (диктатуру буржуазии) и на её обломках строит пролетарское государство (диктатуру пролетариата).

Диктатура пролетариата сохраняет ещё остатки буржуазной государственной машины. И эти остатки заключаются в том, что и при диктатуре пролетариата имеется государственный аппарат принуждения, насилия: милиция, армия, тюрьмы, судебно-правовая система. И в этом, но только в этом, схожесть пролетарского государства с государством буржуазным.

Но пролетарское государство, в то же время, коренным образом отличается от государства буржуазного.

И это отличие заключается в том, что буржуазное государство служит интересам эксплуататорского класса, класса буржуазии, интересам меньшинства народа данной страны, что подлинная демократия, буржуазная демократия распространяется только на обладателей капитала, на денежных мешков, несмотря на словесные заверения (в буржуазных конституциях, к примеру) в распространении демократии на всех членов общества.

В то же время пролетарское государство (диктатура пролетариата) служит интересам трудового народа, интересам большинства населения страны. Именно на большинство населения страны распространяется пролетарская демократия (Ленин пишет о 9/10, т. е., о 90 % всего населения), а диктатура, насилие, применяется по отношению к эксплуататорскому меньшинству, отстранённому от власти в ходе социалистической революции и, в то же время, продолжающего борьбу за восстановление своих привилегий, за осуществление контрреволюции и восстановление буржуазного государства; а также для защиты от всякого рода антиобщественных элементов (воров, тунеядцев, бандитов, коррупционеров и т. п.).

Одновременно государство диктатуры пролетариата создаёт свою армию для защиты завоеваний революции от посягательств внешнего врага, от посягательств буржуазных государств, в окружении которых приходится существовать определённое время пролетарскому государству. Как подчёркивал Ленин, выступая с докладом на Объединённом заседании ВЦИК 29 октября 1918 г.: «Всякая революция лишь тогда чего-нибудь стоит, если она умеет защищаться» (ПСС, т. 37, стр. 122).

#### § 2. О товарном производстве и товарно-денежных отношениях

Очень важно уяснить данный вопрос для лучшего понимания сущности грядущего коммунистического общества и его принципиального отличия от предшествовавших ему общественно-экономических формаций.

Товар есть продукт труда, произведенный для обмена, для продажи.

Научное исследование этого вопроса осуществлено Марксом в главном произведении его жизни «Капитале». В научно-популярной форме данный вопрос изложен у Энгельса в «Анти-Дюринге», в «Происхождении семьи, частной собственности и государства».

Товарное производство возникло в период разложения первобытнообщинного строя, когда постепенно возраставшая производительность труда позволяла создавать излишек продукции. Как отмечает Энгельс, произошло первое крупное общественное разделение труда, когда пастушеские племена «выделились из остальной массы варваров» («Происхождение семьи…», стр. 352).

Земледельческие племена продуктами своего производства обменивались с племенами скотоводческими, что положило начало торговле и превращению продукта труда в товары. Эквивалентом обмена служили разного рода товары, например, домашний скот. Но постепенно один из товаров начал выделяться в качестве всеобщего эквивалента обмена. И этим товаром стала медь, а затем драгоценные металлы: сначала серебро, позже – золото. Так появились деньги.

«Первое крупное общественное разделение труда, – продолжает далее Энгельс – вместе с увеличением производительности труда, а следовательно и богатства, и с расширением сферы производительной деятельности, при тогдашних исторических условиях, взятых в совокупности, с необходимостью влекло за собой рабство. Из первого крупного общественного разделения труда возникло и первое крупное разделение общества на два класса – господ и рабов, эксплуататоров и эксплуатируемых» (стр. 353–354). Равенство людей, взятое по отношению к средствам производства (простейшим орудиям труда и земле, которые были собственностью всего племени) и его продуктам, имевшее место в племени, когда ещё не возникло государство, а власть вождя основывалась не на насилии, а на непререкаемом авторитете, уступило место неравенству. Возникли класс рабовладельцев и класс рабов, основные классы рабовладельческой общественно-экономической формации. Если раньше, во время войн между племенами за территорию, например, или с целью грабежа более богатого племени, пленных просто убивали, а ранее даже жарили и поедали («Анти-Дюринг», стр. 182), отмечает Энгельс, то в этом для самих пленных рабство было прогрессом, так как их, по крайней мере, оставляли живыми.

Вторым крупным общественным разделением труда явилось отделение ремесла от земледелия. «С разделением производства на две крупные основные отрасли, земледелие и ремесло, возникает производство непосредственно для обмена, – товарное производство, а вместе с ним и торговля…» отмечает Энгельс («Происхождение семьи…», стр. 355–356).

Как правило, излишняя продукция накапливалась у родовой знати, что приводило к имущественному расслоению. «Имущественные различия между отдельными главами семей взрывают старую коммунистическую домашнюю общину везде, где она ещё сохранилась; вместе с ней исчезает и совместная обработка земли средствами этой общины. Пахотная земля предоставляется в пользование отдельным семьям – сначала на время, потом раз навсегда, переход её в полную частную собственность совершается постепенно…», поясняет Энгельс (стр. 356).

Отделение ремесла от земледелия, обострение противоположности между городом и деревней, развитие торговли приводит к третьему разделению труда «решающего значения, – пишет Энгельс – создаёт класс, который занимается уже не производством, а только обменом продуктов, а именно купцов… впервые появляется класс, который, не принимая никакого участия в производстве, захватывает в общем и целом руководство производством и экономически подчиняет себе производителей, становится неустранимым посредником между каждыми двумя производителями и эксплуатирует их обоих. Под предлогом избавления производителей от труда и риска, связанных с обменом, расширения сбыта их продуктов вплоть до самых отдалённых рынков и создания тем самым якобы наиболее полезного класса населения образуется класс паразитов, класс настоящих общественных тунеядцев, который в вознаграждение за свои в действительности весьма незначительные услуги снимает сливки как с отечественного, так и с иностранного производства, быстро приобретает громадные богатства и соответствующее им влияние в обществе и именно поэтому в период цивилизации захватывает всё более почётное положение и всё более подчиняет себе производство, пока, наконец, сам не создаёт свой собственный продукт – периодические торговые кризисы» (стр. 358).

Энгельс поясняет, что рабство явилось прогрессивным шагом в истории развития человечества, по сравнению с первобытнообщинным строем. Громадные массы рабов производили большое количество дополнительной продукции, что явилось экономической основой существования класса рабовладельцев, захвативших в свои руки средства производства, главным из которых была земля. Именно деление общества на классы – эксплуататоров и эксплуатируемых, неминуемо привело к образованию государства, о чём мы говорили выше. «Родовой строй отжил свой век. Он был взорван разделением труда и его последствием – расколом общества на классы. Он был заменён государством», делает вывод Энгельс (стр. 361).

Следует отметить, что экономические условия рабовладельческого общества, в котором практически весь физический труд был возложен на рабов, а рабовладельцы имели свободное от физического труда время, привело к очередному крупному разделению труда – отделению умственного труда от физического, способствовало быстрому развитию науки, искусства, культуры, предоставило возможность классу рабовладельцев заниматься управлением и руководством государством и созданным им аппаратом принуждения и насилия («Анти-Дюринг», стр. 182).

Итак, как мы видим, товарное производство возникло вследствие разделения труда и образования классов, т. е. при формировании рабовладельческого общества, рабовладельческого способа производства.

Анализируя товарное производство, Маркс пришёл к выводу, что товар обладает двумя внутренне присущими ему свойствами: потребительной стоимостью и меновой стоимостью или, собственно, стоимостью.

Потребительная стоимость – это полезность вещи, полезность для тех, кто приобретает данный товар. Если продукт труда никому не нужен, то он товаром стать не может.

Меновая стоимость отражает присущее всем товарам общее свойство. И таким общим свойством является то, что товары являются продуктами человеческого труда, безотносительно от его характера, труда вообще, как затрат человеческой рабочей силы. Маркс называет такой труд трудом абстрактным. Стоимость товара есть овеществлённый в товаре человеческий труд. «Все товары как стоимости, представляют собой овеществлённый человеческий труд», пишет Маркс («Капитал», т. 1. стр. 104). А «деньги как мера стоимости есть необходимая форма проявления имманентной товарам меры стоимости – рабочего времени», продолжает Маркс. В то же время потребительная стоимость создаётся конкретным трудом. Например, столяр делает табуретку, швея шьёт платье, хлебороб выращивает хлеб (точнее, зерно, из которого затем пекарь печёт хлеб), и т. д. и т. п.

Только потому, что товары обладают общим им свойством, стоимостью, они и могут обмениваться друг на друга. Величина стоимости каждого товара определяется количеством общественно необходимого труда, затраченного на его производство. В свою очередь, стоимость, выраженная в деньгах – это цена товара.

Маркс выводит функции денег, которые являются мерой стоимости товара, средством обращения, средством образования сокровищ, средством платежа и мировыми деньгами.

Отличие капиталистического способа производства от предшествовавших ему рабовладельческого и феодального заключается в том, что при капитализме товаром становится рабочая сила человека, т. е. способность человека к труду. Таким образом, человек (его способность к труду) сам становится товаром. И это обусловлено тем, что средства производства сосредотачиваются у эксплуататорского меньшинства – буржуазии, а большинство трудящихся лишается и средств производства, и жизненных средств (которые, опять-таки, сосредоточены у буржуазии) и превращается в неимущих пролетариев, единственной собственностью которых и есть их рабочая сила. Вот они и вынуждены идти в наём к капиталистам, т. е. продавать свою рабочую силу (единственный товар, которым пролетарии обладают), чтобы иметь возможность работать, получать заработную плату и содержать себя и свою семью.

Становление капиталистического способа производства заняло несколько столетий и завершилось примерно к середине XIX века. Сформировались два основных класса капиталистического общества: буржуа и пролетарии.

При этом важно отметить существенное отличие пролетария от раба и крепостного крестьянина. Раб был собственностью рабовладельца, «говорящим орудием труда», которое рабовладелец мог продать, обменять, убить и т. п.; раб не имел возможности ни создать семью, ни обладать собственным жилищем; единственной его обязанностью была обязанность трудиться на своего хозяина за весьма умеренную плату – еду и кое-какую одежду.

Крепостной крестьянин уже имел клочок земли, свой дом, свою семью. Но он был также собственностью феодала (помещика), его также могли продать или подарить его дочь, его жену соседнему феодалу… Крепостной крестьянин трудился на своём клочке земли вместе со своей семьёй, чтобы обеспечить семью едой; одежду и т. п. крестьянская семья производила как правило, сама, т. е. велось натуральное хозяйство. В то же время крестьянин был обязан отработать барщину на помещика-феодала. Как правило, большую часть недели крестьянин отрабатывал барщину и лишь небольшое оставшееся время работал на себя. Впоследствии, при разложении феодального строя, барщина была заменена оброком, сначала натуральным, а потом – денежным. Крепостной крестьянин уже не был рабом, не был «говорящим орудием труда», но, также как и раб, находился в личной зависимости от феодала.

И только пролетарий стал свободным человеком. Над ним не стоит надсмотрщик рабовладельца с плетью, над ним не висит обязанность отработать барщину на феодала. Но пролетарий и ничего не имеет, кроме своих рабочих рук и вынужден идти наниматься к капиталисту, продавать свою рабочую силу, чтобы заработать себе на кусок хлеба. На смену древнему рабству пришёл наёмный труд, наёмное рабство.

«В средневековом обществе, – пишет Энгельс в «Анти-Дюринге» – в особенности в первые столетия, производство было направлено, главным образом, на собственное потребление. Оно удовлетворяло по преимуществу только потребности самого производителя и его семьи. Там же, где, как в деревне, существовали отношения личной зависимости, производство удовлетворяло также потребности феодала. Следовательно, здесь не существовало никакого обмена, и продукты не принимали характер товаров. Крестьянская семья производила почти всё, в чём она нуждалась: орудия и одежду, также как и предметы питания. Производить на продажу она начала только тогда, когда стала производить излишек сверх собственного потребления и уплаты натуральных повинностей феодалу; этот излишек, пущенный в общественный обмен, предназначенный для продажи, становился товаром. Городские ремесленники должны были, конечно, уже с самого начала производить для обмена. Но и они добывали большую часть нужных для собственного потребления предметов своим личным трудом: они имели огороды и небольшие поля, пасли свой скот в общинном лесу, который, кроме того, доставлял им строительный материал и топливо; женщины пряли лён, шерсть и т. д. Производство с целью обмена, товарное производство, ещё только возникало. Отсюда – ограниченность обмена, ограниченность рынка, стабильность способа производства, местная замкнутость…» (стр. 276–277).

Т.е., как мы видим, и при феодализме товарное производство носило ограниченный характер.

И только с постепенным расширением товарного производства «и в особенности, с появлением капиталистического способа производства дремавшие ранее законы товарного производства, – показывает Энгельс – стали действовать более открыто и властно» (стр. 277).

Старые феодальные связи и отношения были разрушены и производители превратились в независимых товаропроизводителей, т. е. начали производить продукцию исключительно на рынок, для продажи.

Энгельс исключительно кратко и талантливо показывает процесс становления капиталистического способа производства; показывает, что в ходе конкурентной борьбы за выход на рынок и реализацию произведенной продукции капиталисты стремятся уменьшить затраты на производство своей продукции, выпустить её больше и дешевле по сравнению с конкурентом, а это стремление толкает их к постоянному наращиванию производительных сил, которые начинают стремительно развиваться. Производство на каждом отдельном капиталистическом предприятии становится всё более организованным.

В то же время, так как каждый товаропроизводитель выпускал продукцию и выходил на рынок самостоятельно, не зная, с какой продукцией выходит на рынок другой капиталист, его конкурент, то развивается и всё более обостряется анархия общественного производства.

«Противоречие между общественным производством и капиталистическим присвоением воспроизводится как противоположность между организацией производства на отдельных фабриках и анархией производства во всём обществе» (стр. 278).

«Движущая сила общественной анархии производства всё более и более превращает большинство человечества в пролетариев, а пролетарские массы, в свою очередь, уничтожат в конце концов анархию производства» – делает вывод Энгельс.

Энгельс показывает, что в результате конкуренции капиталисты вынуждены развивать производительные силы, вынуждены постоянно совершенствовать машины, применяемые в производстве. Необходимость постоянного совершенствования машин становится принудительным законом для каждого капиталиста, иначе он погибнет в конкурентной борьбе. Применение же машин повышает производительность труда и приводит к вытеснению человека из производства. Масса незанятых рабочих образует промышленную резервную армию, т. е. возникает относительное перенаселение, безработица.

Происходит процесс концентрации капитала; рост богатства на одной стороне и, одновременно с ним, рост нищеты и бедности – на другой. Энгельс цитирует Маркса, первый том «Капитала»: «… накопление богатства на одном полюсе есть в то же время накопление нищеты, муки труда, рабства, невежества, огрубения и моральной деградации на противоположном полюсе, т. е. на стороне класса, который производит свой собственный продукт как капитал» (Энгельс, «Анти-Дюринг», стр. 279; Маркс, Капитал», т. 1, стр. 660).

Анархия производства, невозможность трудящихся масс из-за безработицы, низкой зарплаты приобретать произведенные ими же продукты труда приводит к кризисам перепроизводства. Первый такой кризис возник, отмечает Энгельс, в 1825 г. и с тех пор он повторяется с неизбежностью примерно каждые десять лет.

«В кризисах с неудержимой силой прорывается наружу противоречие между общественным производством и капиталистическим присвоением. Обращение товаров на время прекращается; средство обращения – деньги – становятся тормозом обращения; все законы производства и обращения товаров действуют навыворот… способ производства восстаёт против способа обмена, производительные силы восстают против способа производства, который они переросли» (стр. 280).

Энгельс обращает внимание на то, что капиталисты вынуждены признавать общественный характер существующих производительных сил, вынуждены обращаться с ними как с силами общественными. Раздутые кредиты во время промышленной горячки, крахи, разрушающие производство в периоды кризисов, заставляют капиталистов всё более обобщать производство, приводят к возникновению акционерных обществ. В то же время такие крупные сферы производства как железные дороги, почта, телеграф государство вынуждено брать в свою собственность, становясь, тем самым, совокупным капиталистом. Всё это осуществляется с целью минимизировать потери, обусловленные кризисами.

Кризисы, пишет Энгельс, показали неспособность буржуазии управлять современными производительными силами. Переход же крупных предприятий в руки акционерных обществ и в государственную собственность доказывают ненужность буржуазии для управления производством, так как этим занимаются наёмные служащие. «Для капиталиста не осталось другой общественной деятельности, – отмечает Энгельс, – кроме загребания доходов, стрижки купонов и игры на бирже, где различные капиталисты отнимают друг у друга капиталы. Если раньше капиталистический способ производства вытеснял рабочих, то теперь он вытесняет и капиталистов, правда, пока ещё не в промышленную резервную армию, а только в разряд излишнего населения» (стр. 282).

И Энгельс показывает, что «Современное государство, какова бы ни была его форма, есть по самой своей сути капиталистическая машина, государство капиталистов, идеальный совокупный капиталист (выделено мною, Д. И.). Чем больше производительных сил возьмёт оно в свою собственность, тем полнее будет его превращение в совокупного капиталиста и тем большее число граждан будет оно эксплуатировать» (стр. 283).

Рабочий остаётся рабочим, капиталист – капиталистом, продолжает Энгельс. Капиталистические отношения не уничтожаются, но доводятся до крайности. И на этой крайней, высшей точке происходит переворот.

«Пролетариат берёт государственную власть и превращает средства производства прежде всего в государственную собственность» (стр. 284).

Но это уже будет не капиталистическая государственная собственность, а социалистическая, так как средства производства в лице социалистического государства будут принадлежать всему трудовому народу. Взяв средства производства в общественную собственность, пролетариат перестаёт быть неимущим угнетённым классом, и из пролетариата, не владеющего ничем, кроме своей собственной рабочей силы, он превращается в господствующий класс, в рабочий класс, т. е. уничтожает самого себя как пролетариат, делает вывод Энгельс. «Тем самым он уничтожает все классовые различия и классовые противоположности, а вместе с тем и государство как государство» (стр. 284). Понятно, что это целый исторический процесс, который займёт не один год и не одно десятилетие. Причём Энгельс ведёт речь о высокоразвитом капиталистическом государстве, в котором сельскохозяйственное производство также полностью втянуто в капиталистические отношения, т. е. и в этой отрасли применяется наёмный труд, труд наёмных сельскохозяйственных рабочих.

В обществе, в котором будут уничтожены классовые различия, уже будет подавлять некого. «Вмешательство государственной власти в общественные отношения становится тогда в одной области за другой излишним и само за собой засыпает. На место управления лицами становится управление вещами и руководство производственными процессами. Государство не «отменяется», оно отмирает» (стр. 285).

Средства производства начинают принадлежать всему обществу, т. е. частная собственность на средства производства заменяется общественной. Капиталистический способ присвоения продуктов производства заменяется теперь их прямым общественным присвоением в качестве средств для поддержания и расширения производства и прямым индивидуальным присвоением в качестве средств к жизни и наслаждению – отмечает Энгельс (стр. 284).

И Энгельс делает следующий вывод:

«Раз общество возьмёт во владение средства производства, то будет устранено товарное производство, а вместе с тем и господство продукта над производителями. Анархия внутри общественного производства заменяется планомерной, сознательной организацией. Прекращается борьба за отдельное существование. Тем самым человек теперь – в известном смысле окончательно – выделяется из царства животных и из звериных условий существования переходит в условия действительно человеческие. Условия жизни, окружающие людей и до сих пор над ними господствовавшие, теперь подпадают под власть и контроль людей, которые впервые становятся действительными и сознательными повелителями природы, потому что они становятся господами своего собственного объединения в общество. Законы их собственных общественных действий, противостоявшие людям до сих пор как чуждые, господствующие над ними законы природы, будут применяться людьми с полным знанием дела и тем самым будут подчинены их господству… И только с этого момента люди начнут вполне сознательно сами творить свою историю, только тогда приводимые ими в движение общественные причины будут иметь в преобладающей и всё возрастающей мере и те следствия, которых они желают. Это есть скачок человечества из царства необходимости в царство свободы.

Совершить этот освобождающий мир подвиг – таково историческое призвание современного пролетариата. Исследовать исторические условия, а вместе с тем и самоё природу этого переворота и таким образом выяснить ныне угнетённому классу, призванному совершить этот подвиг, условия и природу его собственного дела – такова задача научного социализма, являющегося теоретическим выражением пролетарского движения (выделено мною, Д. И.)» (стр. 287–288).

Итак, можно сделать вывод, что в грядущем коммунистическом обществе не будет ни государства – оно отомрёт, так как подавлять больше будет некого, ни товарно-денежных отношений, ни товаров, ни денег. Они, в ходе строительства социализма постепенно будут заменены прямым общественным присвоением в качестве средств производства и жизненных средств. Именно этот процесс и осуществлялся в ходе строительства социализма в СССР под руководством Сталина.

Маркс и Энгельс считали, что пролетарская революция произойдёт приблизительно в одно и то же время в большинстве высокоразвитых капиталистических стран ввиду примерно равномерного характера их развития.

Но в условиях перерастания капитализма в свою высшую и последнюю стадию – империализм, неравномерность развития передовых стран капитала стала проявляться со всё большей силой, став закономерностью этой фазы капитализма.

Ввиду чего Ленин пришёл к выводу о том, что социалистическая революция на высшей империалистической стадии капитализма, первоначально произойдёт в немногих или даже в одной отдельно взятой стране, являющейся наиболее слабым звеном в цепи империализма.

Этот вывод Ленин сделал в таких своих работах, как «О лозунге Соединённых Штатов Европы» (ПСС, т. 26) и «Военная программа пролетарской революции» (ПСС, т. 30), написанных в разгар первой мировой войны, в 1915 и 1916 годах, соответственно.

В первой из вышеуказанных работ Ленин говорит: «Неравномерность экономического и политического развития есть безусловный закон капитализма. Отсюда следует, что возможна победа социализма первоначально в немногих или даже в одной, отдельно взятой, капиталистической стране. Победивший пролетариат этой страны, экспроприировав капиталистов и организовав у себя капиталистическое производство, встал бы против остального, капиталистического мира, привлекая к себе угнетённые классы других стран, поднимая в них восстание против капиталистов, выступая в случае необходимости даже с военной силой против эксплуататорских классов и их государств» (стр. 354–355).

В «Военной программе…» Ленин подтверждает вывод, сделанный в предыдущей работе: «Развитие капитализма совершается в высшей степени неравномерно в различных странах. Иначе и не может быть при товарном производстве. Отсюда непреложный вывод: социализм не может победить одновременно во всех странах. Он победит первоначально в одной или нескольких странах, а остальные в течение некоторого времени останутся буржуазными или добуржуазными» (стр. 133).

Говоря о социалистической революции, Ленин в «О лозунге…» пишет, что социалистическую революцию «нельзя рассматривать как один акт, а следует рассматривать как эпоху (выделено мною, Д. И.) бурных политических и экономических потрясений, самой обострённой классовой борьбы, гражданской войны, революций и контрреволюций» (стр. 352).

Глубокий анализ империализма Ленин сделал в своём выдающемся произведении «Империализм как высшая стадия капитализма», в котором показано, что империализм является кануном пролетарской революции, что между империализмом и капитализмом никаких промежуточных ступеней нет.

Для лучшего ознакомления и уяснения выводов Ленина предлагаем вашему вниманию краткий конспект этой работы.

#### § 3. Краткий конспект работы Ленина «Империализм, как высшая стадия капитализма»

В своей выдающейся работе «Империализм, как высшая стадия капитализма» В. И. Ленин, на основе глубокого политико-экономического анализа, назвал следующие пять основных признаков империализма:

«1) концентрация производства и капитала, дошедшая до такой высокой ступени развития, что она создала монополии, играющие решающую роль в хозяйственной жизни; 2) слияние банкового капитала с промышленным и создание, на базе этого «финансового капитала», финансовой олигархии; 3) вывоз капитала, в отличие от вывоза товаров, приобретает особо важное значение; 4) образуются международные монополистические союзы капиталистов, делящие мир, и 5) закончен территориальный раздел земли крупнейшими капиталистическими державами» (ПСС, т. 27, стр. 386–387).

Отсюда вытекает следующее определение империализма: «Империализм есть капитализм на той стадии развития, когда сложилось господство монополий и финансового капитала, приобрёл выдающееся значение вывоз капитала, начался раздел мира международными трестами и закончился раздел всей территории земли крупнейшими капиталистическими странами» (стр. 387).

О концентрации производства и образовании монополий

Вот что пишет по данному вопросу Ленин:

«Громадный рост промышленности и замечательно быстрый процесс сосредоточения производства во всё более крупных предприятиях является одной из наиболее характерных особенностей капитализма» (стр. 310).

Концентрация производства «на известной ступени её развития, сама собою подводит, можно сказать, вплотную к монополии. Ибо нескольким десяткам гигантских предприятий легко прийти к соглашению между собою, а с другой стороны затруднение конкуренции, тенденция к монополии порождается именно крупным размером предприятий. Это превращение конкуренции в монополию представляет из себя одно из важнейших явлений – если не важнейшее – в экономике новейшего капитализма» (стр. 311–312).

«Факты показывают, что различия между отдельными капиталистическими странами, например, в отношении протекционизма или свободной торговли, обусловливают лишь несущественные различия в форме монополий или во времени появления их, а порождение монополии концентрацией производства вообще является общим и основным законом современной стадии развития капитализма» (стр. 315).

И Ленин вкратце подводит итоги возникновения монополий: «Итак, вот основные итоги истории монополий: 1)1860 и 1870 годы – высшая, предельная ступень развития свободной конкуренции. Монополии лишь едва заметные зародыши. 2) После кризиса 1873 г. широкая полоса развития картелей, но они ещё исключение. Они ещё не прочны. Они ещё преходящее явление. 3) Подъём конца ХІХ века и кризис 1900–1903 гг.: картели становятся одной из основ всей хозяйственной жизни. Капитализм превратился в империализм» (стр. 317).

«Картели договариваются об условиях продажи, сроках платежа и пр. Они делят между собой области сбыта. Они определяют количество производимых продуктов. Они устанавливают цены. Они распределяют между отдельными предприятиями прибыль и т. д.».

«В руках картелей и трестов сосредоточивается нередко семь-восемь десятых всего производства данной отрасли промышленности» (стр. 318).

«Конкуренция превращается в монополию. Получается гигантский прогресс обобществления производства. В частности обобществляется и процесс технических изобретений и усовершенствований. Это уже совсем не то, что старая свободная конкуренция раздробленных и не знающих ничего друг о друге хозяев, производящих для сбыта на неизвестном рынке. Концентрация дошла до того, что можно произвести приблизительный учёт всем источникам сырых материалов (например, железорудные земли) в данной стране и даже, как увидим, в ряде стран, во всём мире. Такой учёт не только производится, но эти источники захватываются в одни руки гигантскими монополистическими союзами. Производится приблизительный учёт размеров рынка, который «делят» между собою, по договорному соглашению, эти союзы. Монополизируются обученные рабочие силы, нанимаются лучшие инженеры, захватываются пути и средства сообщения – железные дороги в Америке, пароходные общества в Европе и в Америке. Капитализм в его империалистической стадии вплотную подводит к самому всестороннему обобществлению производства, он втаскивает, так сказать, капиталистов, вопреки их воли и сознания, в какой-то новый общественный порядок, переходный от полной свободы конкуренции к полному обобществлению» (стр. 320–321).

«Производство становится общественным, но присвоение остаётся частным. Общественные средства производства остаются частной собственностью небольшого числа лиц. Общие рамки формально признаваемой свободной конкуренции остаются, и гнёт немногих монополистов над остальным населением становится во сто раз тяжелее, ощутительнее, невыносимее» (стр. 321).

«… развитие капитализма дошло до того, что, хотя товарное производство по-прежнему «царит» и считается основой всего хозяйства, но на деле оно уже подорвано, и главные прибыли достаются «гениям» финансовых проделок. В основе этих проделок и мошенничеств лежит обобществление производства, но гигантский прогресс человечества, доработавшегося до этого обобществления, идёт на пользу… спекулянтам» (стр. 322).

«Отношения господства и связанного с ним насилия – вот что типично для «новейшей фазы в развитии капитализма», вот что с неизбежностью должно было проистечь и проистекло из образования всесильных экономических монополий» (стр. 323).

«Монополия пролагает себе дорогу всюду и всяческими способами, начиная от «скромного» платежа отступного и кончая американским «применением» динамита к конкуренту. Устранение кризисов картелями есть сказка буржуазных экономистов, прикрашивающих капитализм во что бы то ни стало. Напротив, монополия, создающаяся в некоторых отраслях промышленности, усиливает и обостряет хаотичность, свойственную всему капиталистическому производству в целом (стр. 323–324).

«А кризисы – всякого рода, экономические чаще всего, но не одни только экономические – в свою очередь в громадных размерах усиливают тенденцию к концентрации и к монополии» (стр. 325).

О новой роли банков

Вот что пишет Ленин по этому поводу:

«Основной и первоначальной операцией банков является посредничество в платежах. В связи с этим банки превращают бездействующий денежный капитал в действующий, т. е. приносящий прибыль, собирают все и всяческие денежные доходы, предоставляя их в распоряжение класса капиталистов. Но по мере развития банкового дела и концентрации его в немногих учреждениях, банки перерастают из скромной роди посредников в всесильных монополистов, распоряжающихся почти всем денежным капиталом всей совокупности капиталистов и мелких хозяев, а также большею частью средств производства и источников сырья в данной стране и в целом ряде стран. Это превращение многочисленных скромных посредников в горстку монополистов составляет один из основных процессов перерастания капитализма в капиталистический империализм…» (стр. 326).

«Что касается до тесной связи между банками и промышленностью, то именно в этой области едва ли не нагляднее всего сказывается новая роль банков. Если банк учитывает векселя данного предпринимателя, открывает для него текущий счёт и т. п., то эти операции, взятые в отдельности, ни на йоту не уменьшают самостоятельности этого предпринимателя, и банк не выходит из скромной роли посредника. Но если эти операции учащаются и упрочиваются, если банк «собирает» в свои руки громадных размеров капиталы, если ведение текущих счетов данного предприятия позволяет банку – а это так и бывает – всё детальнее и полнее узнавать экономическое положение его клиента, то в результате получается всё более полная зависимость промышленного капиталиста от банка. Вместе с этим развивается, так сказать, личная уния банков с крупнейшими предприятиями промышленности и торговли, слияние тех и других посредством владения акциями, посредством вступления директоров банков в члены наблюдательных советов (или правлений) торгово-промышленных предприятий и обратно» (стр. 336–337).

««Личная уния» банков с промышленностью дополняется «личной унией» тех и других обществ с правительством… Складывается систематически известное разделение труда между несколькими сотнями финансовых королей современного капиталистического общества» (стр. 337–338).

И Ленин делает вывод:

«ХХ век – вот поворотный пункт от старого к новому капитализму, от господства капитала вообще к господству финансового капитала» (стр. 343).

О финансовом капитале и финансовой олигархии

В этой главе Ленин рассматривает историю возникновения финансового капитала и становление финансовой олигархии.

«Концентрация производства; монополии, вырастающие из неё; слияние или сращивание банков с промышленностью – вот история возникновения финансового капитала и содержание этого понятия» (стр. 344).

«Капитализму вообще свойственно отделение собственности на капитал от приложения капитала к производству, отделение денежного капитала от промышленного, или производительного, отделение рантье, живущего только доходом с денежного капитала, от предпринимателя и всех непосредственно участвующих в распоряжении капиталом лиц. Империализм или господство финансового капитала (выделено мною, Д. И.) есть та высшая ступень капитализма, когда это отделение достигает громадных размеров. Преобладание финансового капитала над всеми остальными формами капитала означает господствующее положение рантье и финансовой олигархии, означает выделение немногих государств, обладающих финансовой «мощью», из всех остальных» (стр. 356–357).

Ленин показывает, что по своей финансовой мощи перед первой мировой войной выделились четыре государства: Англия, США, Франция и Германия. По данным на 1910 г. эти страны владели ценными бумагами (в миллиардах франков; как видите, тогда доллар ещё не был главной мировой валютой): Англия – 142; США – 132; Франция – 110; Германия – 95. «Из этих четырёх стран две – самые старые и, как увидим, наиболее богатые колониями капиталистические страны: Англия и Франция; другие две – передовые капиталистические страны по быстроте развития и по степени распространения капиталистических монополий в производстве – Соединённые Штаты и Германия. Вместе эти четыре страны – подчёркивает Ленин – имеют 479 миллиардов франков, т. е. почти 80 % всемирного финансового капитала. Почти весь остальной мир, так или иначе, играет роль должника и данника этих стран – международных банкиров, этих четырёх «столпов» всемирного финансового капитала (стр. 358).

Приводя пример господства финансового капитала во Франции, Ленин опирается на книгу французского буржуазного экономиста Лизиса «Против финансовой олигархии во Франции». В своей книге Лизис показывает, что французы являются ростовщиками всей Европы: «Французы – ростовщики Европы». Ленин пишет, что Лизис вынужден сделать следующий вывод: «французская республика есть финансовая монархия»; «полное господство финансовой олигархии; она владычествует и над прессой и над правительством» (стр. 351–352).

Ленин показывает, что «исключительно высокая прибыльность выпуска ценных бумаг, как одной из главных операций финансового капитала, играет очень важную роль в развитии и упрочении финансовой олигархии» (стр. 352).

О вывозе капитала, как важнейшем признаке империализма

Вот что Ленин пишет по данному вопросу:

«Для старого капитализма, с полным господством свободной конкуренции, типичен был вывоз товаров. Для новейшего капитализма, с господством монополий, типичным стал вывоз капитала» (стр. 359).

Ленин напоминает читателям, что «Капитализм есть товарное производство на высшей ступени его развития, когда и рабочая сила становится товаром». Он показывает, что неравномерность и скачкообразность в развитии как отдельных предприятий, отраслей и отдельных стран являются неизбежными при капитализме. Раньше других капиталистической страной стала Англия, претендовавшая к середине ХІХ века, пишет Ленин, «на роль «мастерской всего мира»». Постепенно к ней подтянулись другие страны, защитив своё внутреннее производство пошлинами.

«На пороге ХХ века мы видим образование…: во-первых монополистических союзов капиталистов во всех странах развитого капитализма; во-вторых, монополистического положения немногих богатейших стран, в которых накопление капитала достигло гигантских размеров. Возник громадный «избыток капитала» в передовых странах» (стр. 359). И Ленин продолжает: «Пока капитализм остаётся капитализмом, избыток капитала обращается не на повышение уровня жизни масс в данной стране, ибо это было бы понижением прибыли капиталистов, а на повышение прибыли путём вывоза капитала за границу, в отсталые страны. В этих отсталых странах прибыль обычно высока, ибо капиталов мало, цена земли сравнительно невелика, заработная плата низка, сырые материалы дешевы. Возможность вывоза капитала создаётся тем, что ряд отсталых стран втянут уже в оборот мирового капитализма, проведены или начаты главные линии железных дорог, обеспечены элементарные условия развития промышленности и т. д. Необходимость вывоза капитала создаётся тем, что в немногих странах капитализм «перезрел», и капиталу недостаёт (при условии неразвитости земледелия и нищеты масс) поприщ «прибыльного» помещения» (стр. 360).

Ленин приводит в пример три главные страны того времени: Англию, Францию и Германию. Он отмечает, что гигантского размаха вывоз капитала достиг только в начале ХХ в. Он показывает, что Англия, главным образом вывозит капитал в колонии, Франция помещает свой капитал в основном в Европе и, прежде всего, в России. Английский империализм, поэтому, Ленин называет колониальным, французский – ростовщическим. «В Германии – третья разновидность: колонии её невелики, и распределение помещаемого ею за границей капитала наиболее равномерное между Европой и Америкой» (стр. 361–362).

«Вывоз капитала в тех странах, куда он направляется, оказывает влияние на развитие капитализма, чрезвычайно ускоряя его. Если поэтому, до известной степени, – отмечает Ленин – этот вывоз способен приводить к некоторому застою развития в странах вывозящих, то это может происходить лишь ценою расширения и углубления дальнейшего развития капитализма во всём мире» (стр. 362).

«Таким образом, финансовый капитал в буквальном, можно сказать, смысле слова раскидывает свои сети на все страны мира. Большую роль при этом играют банки, учреждаемые в колониях, и их отделения» (стр. 363).

И завершает Ленин главу о вывозе капитала следующим образом:

«Страны, вывозящие капитал, поделили мир между собою, в переносном смысле слова. Но финансовый капитал привёл и к прямому разделу мира» (стр. 364).

О разделе мира международными союзами капиталистов

«Монополистические союзы капиталистов, картели, синдикаты, тресты, делят между собою прежде всего внутренний рынок, захватывая производство данной страны в своё, более или менее полное, обладание. Но внутренний рынок, при капитализме, неизбежно связан с внешним. Капитализм давно создал всемирный рынок. И по мере того, как рос вывоз капитала и расширялись всячески заграничные и колониальные связи и «сферы влияния» крупнейших монополистических союзов, дело «естественно» подходило к всемирному соглашению между ними, к образованию международных картелей. Это – новая ступень всемирной концентрации капитала и производства, несравненно более высокая, чем предыдущие», – отмечает Ленин (стр. 364–365).

Анализируя работы ряда буржуазных экономистов, Ленин показывает, как международные монополии (в наше время – транснациональные корпорации и транснациональные банки) делят мир.

Например, в керосиновой (т. е., в нефтяной) промышленности, произошло деление мира между двумя крупнейшими финансовыми группами: американским «Керосиновым трестом» (общеизвестной Standard Oil Company) Рокфеллера и хозяевами русской бакинской нефти, Ротшильдами и Нобелем. Показана борьба этих международных монополистов с другими участниками нефтяного рынка, в частности, с голландско-английским трестом «Шелля» (очевидно, группа Шелл) и с «Немецким банком», стремившимся отстоять себе Румынию с её нефтяными источниками и объединить её с Россией против Рокфеллеров. В результате этой борьбы, получившей название в экономической литературе того времени борьбы «за делёж мира», победа осталась за группой Рокфеллера.

В области электрической промышленности мир был поделен между американскими и германскими международными монополиями. Приводятся примеры также дележа мира в судоходной промышленности; показана история образования международного рельсового картеля и т. п.

Ленин приводит очень интересные и ценные признания буржуазных экономистов. В частности, берлинский журнал «Банк» писал: «в Германии монополии никогда не преследовали такой цели и не вели к такому результату, чтобы приносить выгоды потребителям или хотя бы предоставлять государству часть предпринимательской прибыли, а служили только к тому, чтобы оздоровлять на государственный счёт частную промышленность, дошедшую почти до банкротства» (стр. 369–370).

«Мы видим здесь наглядно, – делает вывод Ленин – как частные и государственные монополии переплетаются воедино в эпоху финансового капитала, как и те и другие на деле являются лишь отдельными звеньями империалистской борьбы между крупнейшими монополистами за делёж мира» (стр. 370). И далее Ленин показывает, что «Капиталисты делят мир не по своей особой злобности, а потому, что достигнутая ступень концентрации заставляет становиться на этот путь для получения прибыли; при этом делят они его «по капиталу», «по силе» – иного способа дележа не может быть в системе товарного производства и капитализма. Сила же меняется в зависимости от экономического и политического развития…» (стр. 372–373).

«Эпоха новейшего капитализма показывает нам, что между союзами капиталистов складываются известные отношения на почве экономического раздела мира, а рядом с этим, в связи с этим между политическими союзами, государствами, складываются известные отношения на почве территориального раздела мира, борьбы за колонии, «борьбы за хозяйственную территорию»», (стр. 373) – завершает данный раздел Ленин, переходя к исследованию следующего вопроса.

Раздел мира между великими державами

Ленин напоминает читателям, что «период предельного развития капитализма домонополистического, капитализма с преобладанием свободной конкуренции, приходится на 1860 и 1870 годы… что именно после этого периода начинается громадный «подъём» колониальных захватов, обостряется в чрезвычайной степени борьба за территориальный раздел мира. Несомненен, следовательно, тот факт, – приходит к выводу Ленин – что переход капитализма к ступени монополистического капитализма, к финансовому капиталу связан с обострением борьбы за раздел мира» (стр. 375).

Обосновывая колониальную политику Англии, Сесиль Родс, миллионер, финансовый король, главный виновник англо-бурской войны – так характеризует его Ленин (именно его именем названа Родезия, ныне Зимбабве – Д. И.) – в 1895 г. рассказывал своему другу, что когда он побывал в одном из рабочих кварталов Лондона на собрании безработных и услышал там сплошной крик: хлеба, хлеба! то ещё больше убедился в важности империализма: «Моя заветная идея есть решение социального вопроса, именно: чтобы спасти сорок миллионов жителей Соединённого Королевства от убийственной гражданской войны мы, колониальные политики, должны завладеть новыми землями для помещения избытка населения, для приобретения новых областей сбыта товаров, производимых на фабриках и в рудниках. Империя, я всегда говорил это, есть вопрос желудка. Если вы не хотите гражданской войны, вы должны стать империалистами» – приводит высказывание Родса Ленин (стр. 376).

Ленин показывает, что именно в период с 1876 г. по 1914 г., период завершения развития капитализма в его домонополистической стадии и перехода на высшую, империалистическую стадию развития, произошёл раздел мира между шестью великими державами. К ним Ленин здесь относит не только Англию, Францию, Германию и США, но и Россию, и Японию. Причём Америку, Германию и Японию Ленин характеризует как «молодые, необыкновенно быстро прогрессировавшие капиталистические страны»; Францию и Англию – как «страны старого капиталистического развития, которые прогрессировали в последнее время гораздо медленнее предыдущих»; а Россию – как «страну наиболее отставшую в экономическом отношении, в которой новейше-капиталистический империализм оплетён, так сказать, особенно густой сетью отношений докапиталистических» (стр. 378).

Ленин показывает, что в 1914 г. наибольшими колониальными владениями обладала Англия – 33,5 млн. кв. км с 393,5 млн. жителей колоний; на втором месте по размеру колониальных владений шла Россия – 17,4 млн. кв. км с 33,2 млн. жителей (третье место); на третьем месте по размеру колониальных владений и на втором по численности населения колоний шла Франция – 10,6 млн. кв. км и 55,5 млн. жителей колоний. Как видите, Ленин Россию относит к крупнейшим колониальным империям того времени, в отличие от некоторых современных товарищей-«коммунистов», «заболевших» буржуазным патриотизмом и говорящих о том, что Россия никогда не проводила захватнической колониальной политики.

Три молодые капиталистические страны в 1876 г. ещё не имели колоний, но уже к 1914 г. обзавелись ими. Колониальные владения Германии составляли 2,9 млн. кв. км и 12,3 млн. жителей; Японии – 0,3 млн. кв. км и 19,2 млн. жителей; и США – 0,3 млн. кв. км и 9,7 млн. жителей (стр. 377).

Кроме шести крупнейших держав, небольшими колониями владели и маленькие капиталистические государства, такие как Бельгия, Голландия и пр., являющиеся, подчёркивает Ленин, «ближайшим объектом возможного и вероятного «передела» колоний. Большей частью эти маленькие государства сохраняют свои колонии только благодаря тому, что между крупными есть противоположности интересов, трения и пр., мешающие соглашению о дележе добычи» (стр. 379).

Персию (ныне Иран – Д. И.), Китай и Турцию Ленин относит к полуколониальным государствам, характеризуя их следующим образом: «первая из этих стран почти целиком стала уже колонией, вторая и третья становятся таковыми» (стр. 377).

«Финансовый капитал – продолжает Ленин – такая крупная, можно сказать, решающая сила во всех экономических и во всех международных отношениях, что он способен подчинять себе и в действительности подчиняет даже государства, пользующиеся полнейшей политической независимостью… Но, разумеется, наибольшие «удобства» и наибольшие выгоды даёт финансовому капиталу такое подчинение, которое связано с потерей политической независимости подчиняемыми странами и народами. Полуколониальные страны типичны, как «середина» в этом отношении. Понятно, что борьба из-за этих полузависимых стран особенно должна была обостриться в эпоху финансового капитала, когда остальной мир уже был поделён» (стр. 379).

Ленин также напоминает читателям, что «Колониальная политика и империализм существовали и до новейшей ступени капитализма и даже до капитализма. Рим, основанный на рабстве, вёл колониальную политику и осуществлял империализм» (там же). Но при этом Ленин выступает против «общих» рассуждений об империализме, когда забывается или отодвигается на задний план коренная разница общественно-экономических формаций. То есть, мы видим, что в понятие империализм вкладывается два содержания: политическое, когда идёт речь о захватнической колониальной, империалистической политике, существовавшей и в рабовладельческую эпоху; и экономическое, когда империализм рассматривается как высшая и последняя стадия капиталистической (буржуазной) общественно-экономической формации.

В своей книге Ленин рассматривает империализм именно как высшую, последнюю стадию капитализма, как с экономической, так и неизбежно связанной с нею и вытекающей из неё политической точки зрения.

«Даже капиталистическая колониальная политика прежних стадий капитализма существенно отличается от колониальной политики финансового капитала» (стр. 379–380), – пишет Ленин.

И он останавливается на особенностях колониальной политики именно в эпоху империализма, эпоху господства финансового капитала.

«Основной особенностью новейшего капитализма является господство монополистических союзов крупнейших предпринимателей. Такие монополии всего прочнее, когда захватываются в одни руки все источники сырых материалов… Владение колонией одно даёт полную гарантию успеха монополии против всех случайностей борьбы с соперником… Чем выше развитие капитализма, чем сильнее чувствуется недостаток сырья, чем острее конкуренция и погоня за источниками сырья во всём мире, тем отчаяние борьба за приобретение колоний» (стр. 380).

И здесь Ленин критикует каутскианцев, оппортунистически пытающихся приукрасить империализм благими пожеланиями приобретения сырья на «свободном рынке» без «дорогой и опасной» колониальной политики, рассуждающих о том, что «предложение сырья «можно бы» гигантски увеличить простым улучшением условий сельского хозяйства…» (стр. 381). «Но такие указания превращаются в апологетику империализма, в прикрашивание его, ибо они основываются на забвении главной особенности новейшего капитализма: монополий. Свободный рынок всё более отходит в область прошлого, монополистические синдикаты и тресты с каждым днём урезывают его, а «простое» улучшение условий сельского хозяйства сводится к улучшению положения масс, к повышению заработной платы и уменьшению прибыли. Где же, кроме как в фантазии сладеньких реформистов, существуют тресты, способные заботиться о положении масс вместо завоевания колоний?» (там же).

Ленин также показывает, что финансовый капитал стремится к захвату не только источников сырья, но и территории вообще, территории, на которой в будущем могли бы быть обнаружены те или иные полезные ископаемые. Он пишет о неизбежном стремлении «финансового капитала к расширению хозяйственной территории и даже территории вообще. Как тресты капитализируют своё имущество по двойной или тройной оценке, – продолжает Ленин – учитывая «возможные» в будущем (а не настоящие) прибыли, учитывая дальнейшие результаты монополии, так и финансовый капитал вообще стремится захватить как можно больше земель каких бы то ни было, где бы то ни было, как бы то ни было, учитывая возможные источники сырья, боясь отстать в бешеной борьбе за последние куски неподеленного мира или за передел кусков, уже разделённых» (там же).

Ленин приводит пример в области производства хлопка, которое стремятся расширить в своей колонии, Египте, английские капиталисты, где под посевами хлопка занято уже четверть га культурной (т. е., обрабатываемой, Д. И.) земли, а русские – в своей колонии, Туркестане: «потому что таким путём они легче могут побить своих иностранных конкурентов, легче могут прийти к монополизации источников сырья, к созданию более экономного и прибыльного текстильного треста с «комбинированным» производством, с сосредоточением всех стадий производства и обработки хлопка в одних руках» (стр. 382).

«Интересы вывоза капитала равным образом толкают к завоеванию колоний, ибо на колониальном рынке легче (а иногда единственно только и возможно) монополистическими путями устранить конкурента, обеспечить себе поставку, закрепить соответствующие «связи» и пр.» (там же).

«Внеэкономическая надстройка, вырастающая на основе финансового капитала, его политика, его идеология усиливают стремление к колониальным завоеваниям. «Финансовый капитал хочет не свободы, а господства», справедливо говорит Гильфердинг» (там же). (Рудольф Гильфердинг – один из оппортунистических лидеров германской социал-демократии и II Интернационала, теоретик т. н. «австромарксизма». В 1910 г. опубликовал работу «Финансовый капитал», сыгравшую определённую положительную роль, несмотря на оппортунистические выводы и приукрашивание империализма, в исследовании монополистического капитализма. Ленин использовал данную работу, критически подойдя к ней, как и ко всему, с чем приходилось работать вождю, при работе над своим произведением. После первой мировой войны Гильфердинг выступил как автор теории «организованного капитализма», апологет государственно-монополистического капитализма, открытый враг Советской власти и диктатуры пролетариата. Неоднократно входил в состав буржуазного правительства Веймарской республики. После прихода к власти фашизма эмигрировал во Францию – Д. И.).

Ленин также ссылается на работу французского буржуазного писателя Валя «Франция в колониях», в которой последний как бы дополняет приведенные ранее мысли Сесиля Родса и пишет, что к экономическим причинам современной колониальной политики следует прибавить социальные: «вследствие растущей сложности жизни и трудности, давящей не только на рабочие массы, но и на средние классы, во всех странах старой цивилизации скопляется «нетерпение, раздражение, ненависть, угрожающие общественному спокойствию; энергии, выбиваемой из определённой классовой колеи, надо найти применение, дать ей дело вне страны, чтобы не произошло взрыва внутри»» (там же).

«Раз идёт речь о колониальной политике эпохи капиталистического империализма, – завершает рассмотрение данного вопроса Ленин – необходимо отметить, что финансовый капитал и соответствующая ему международная политика, которая сводится к борьбе великих держав за экономический и политический раздел мира, создают целый ряд переходных форм государственной зависимости. Типичны для этой эпохи не только две основные группы стран: владеющие колониями и колонии, но и разнообразные формы зависимых стран, политически, формально самостоятельных, на деле же опутанных сетями финансовой и дипломатической зависимости» (стр. 382–383).

Империализм, как особая стадия капитализма

Ленин подводит определённые итоги своего анализа империализма.

Он пишет: «Империализм вырос как развитие и прямое продолжение основных свойств капитализма вообще. Но капитализм стал капиталистическим империализмом лишь на определённой, очень высокой ступени своего развития, когда некоторые основные свойства капитализма стали превращаться в свою противоположность, когда по всей линии сложились и обнаружились черты переходной эпохи от капитализма к более высокому общественно-экономическому укладу. Экономически основное в этом процессе есть смена капиталистической свободной конкуренции капиталистическими монополиями. Свободная конкуренция есть основное свойство капитализма и товарного производства вообще; монополия есть прямая противоположность свободной конкуренции, но эта последняя на наших глазах стала превращаться в монополию, создавая крупное производство, вытесняя мелкое, заменяя крупное крупнейшим, доводя концентрацию производства и капитала до того, что из неё вырастала и вырастает монополия: картели, синдикаты, тресты, сливающийся с ними капитал какого-нибудь десятка ворочающих миллиардами банков. И в то же время монополия, вырастая из свободной конкуренции, не устраняет её, а существует над ней и рядом с ней, порождая этим ряд особенно острых и крутых противоречий, трений, конфликтов. Монополия есть переход от капитализма к более высокому строю» (выделено мною, Д. И.), (стр. 385–386).

Понимаемый в экономическом смысле «империализм представляет из себя, несомненно, особую стадию развития капитализма» (стр. 387).

Политически же «империализм есть вообще стремление к насилию и к реакции» (стр. 388), – подчёркивает Ленин.

Ленин подвергает критике реакционную «теорию ультраимпериализма» Карла Каутского, лидера и крупнейшего теоретика II Интернационала (1889–1914 гг.), который писал, что «С чисто экономической точки зрения не невозможно, что капитализм переживёт ещё одну новую фазу, перенесение политики картелей на внешнюю политику, фазу ультраимпериализма», т. е. сверхимпериализма, – продолжает мысль Каутского Ленин – объединения империализмов всего мира, а не борьбы их, фазу прекращения войн при капитализме, фазу – и далее Ленин продолжает прерванную цитату Каутского – «общей эксплуатации мира интернационально-объединённым финансовым капиталом» (стр. 391).

Ленин показывает вздор этой реакционной теории, которая затушёвывает основные противоречия капитализма на его империалистической стадии, внушает трудящимся массам мысль, что империализм положит конец войнам.

«Бессодержательные разговоры Каутского об ультраимпериализме поощряют, между прочим, ту глубоко ошибочную и льющую воду на мельницу апологетов империализма мысль, будто господство финансового капитала ослабляет неравномерности и противоречия внутри всемирного хозяйства, тогда как на деле оно усиливает их» (стр. 392).

Ленин приводит конкретный пример острой борьбы крупнейших империалистических держав планеты, трёх господствующих над миром государств: Германии, Англии, США: «Империалистическое соревнование между ними и борьба крайне обострены тем, что Германия имеет… мало колоний» (стр. 393).

«Сопоставьте с этой действительностью, – продолжает Ленин – с гигантским разнообразием экономических и политических условий, с крайним несоответствием в быстроте роста разных стран и пр., с бешеной борьбой между империалистическими государствами – глупенькую побасенку Каутского о «мирном» ультраимпериализме. Разве это не реакционная попытка запуганного мещанина спрятаться от грозной действительности? Разве интернациональные картели, которые кажутся Каутскому зародышами «ультраимпериализма»… не показывают нам примера раздела и передела мира, перехода от мирного раздела к немирному и обратно?» (стр. 394).

«Финансовый капитал и тресты не ослабляют, – подчёркивает Ленин – а усиливают различия между быстротой роста разных частей всемирного хозяйства. А раз соотношения силы изменились, то в чём может заключаться, при капитализме, разрешение противоречия кроме как в силе?» (там же).

«Быстрее всего растёт капитализм в колониях и в заокеанских странах. Среди них появляются новые империалистские державы (Япония). Борьба всемирных империализмов обостряется» (стр. 395).

«Спрашивается, на почве капитализма какое могло быть иное средство, кроме войны (выделено мною, Д. И.), для устранения несоответствия между развитием производительных сил и накоплением капитала, с одной стороны, – разделом колоний и «сфер влияния» для финансового капитала, с другой?» (стр. 396).

О паразитизме и загнивании капитализма

«Как мы видели, – пишет далее Ленин – самая глубокая экономическая основа империализма есть монополия. Это – монополия капиталистическая, т. е. выросшая из капитализма и находящаяся в общей обстановке капитализма, товарного производства, конкуренции, в постоянном и безысходном противоречии с этой общей обстановкой. Но, тем не менее, как и всякая монополия, она порождает неизбежно стремление к застою и загниванию. Поскольку устанавливаются, хотя бы и на время, монопольные цены, постольку исчезают до известной степени побудительные причины к техническому, а следовательно, и ко всякому другому прогрессу, движению вперёд; постольку является, далее экономическая возможность искусственно задерживать технический прогресс… Конечно, монополия при капитализме никогда не может полностью и на очень долгое время устранить конкуренцию с всемирного рынка (в этом, между прочим, одна из причин вздорности теории ультраимпериализма). Конечно, возможность понизить издержки производства и повысить прибыль посредством введения технических улучшений действует в пользу изменений. Но тенденция к застою и загниванию, свойственная монополии, продолжает в свою очередь действовать, и в отдельных отраслях промышленности, в отдельных странах, на известные промежутки времени она берёт верх» (стр. 396–397).

Ленин напоминает нам, что в нескольких крупнейших странах мира скопилась громадная сумма капитала в 100–150 млрд. франков ценных бумаг. Это ведёт к необычайному росту «класса, или вернее, слоя рантье, т. е. лиц, живущих «стрижкой купонов» – лиц, совершенно отделённых от участия в каком бы то ни было предприятии, – лиц, профессией которых является праздность» (стр. 397).

«Вывоз капитала, – продолжает развивать данную тему Ленин – одна из самых существенных экономических основ империализма, ещё более усиливает эту полнейшую оторванность от производства слоя рантье, налагает отпечаток паразитизма на всю страну, живущую эксплуатацией труда нескольких заокеанских стран и колоний» (стр. 397–398).

И Ленин приводит пример, как Великобритания – крупнейшая на то время империалистическая страна, получала годовой доход от внешней и колониальной торговли на сумму в 18 млн. фунтов стерлингов (при годовом торговом обороте в 800 млн. ф. ст.). В то же время годовой доход от «помещённого» капитала, доход слоя рантье составляет 90–100 млн. ф. ст., т. е. в 5 раз выше дохода от внешней торговли «в самой «торговой» стране мира!» – подчёркивает Ленин, и делает вывод: «Вот сущность империализма и империалистического паразитизма» (стр. 398), т. е. способность наживаться на деньгах, деньгах, оторванных от реальной производственной деятельности. При этом Ленин обращает внимание, что именно данные громадные прибыли слоя рантье объясняют агрессивность империализма Великобритании.

Добавим при этом ещё один вывод, а именно то, что вооружённые силы империалистических стран верой и правдой служат правящему империалистическому классу, т. е. классу крупного капитала, стремясь обеспечить получение сверхприбыли этому классу по всему миру. Именно это – погоня за прибылью и сверхприбылью, и порождает войны между крупнейшими империалистическими державами. Именно это и породило и первую, и вторую мировые войны. Но об этом – чуть ниже.

«Мир разделился на горстку государств-ростовщиков и гигантское большинство государств-должников» (стр. 398), – обобщает Ленин, указывая при этом, что «государство-рантье» или «государство-ростовщик», это одноименные понятия.

«Государство-рантье есть государство паразитического, загнивающего капитализма (выделено мною, Д. И.), и это обстоятельство не может не отражаться как на всех социально-политических условиях данных стран вообще, так и на двух основных тенденциях в рабочем движении в особенности» (стр. 399).

На тенденциях в рабочем движении мы остановимся далее, а сейчас обратим внимание на то, что государство-рантье есть государство паразитическое, государство загнивающего капитализма.

Пока здесь нас интересуют то как, какими методами завоевывали империалисты свои колонии, а также каковы перспективы развития капитализма на его империалистической стадии.

Ленин здесь обращается к Гобсону, английскому буржуазному писателю, экономисту, представителю буржуазного реформизма и пацифизма.

Ленин пишет: «Двоякого рода обстоятельства ослабляли, по мнению автора, силу старых империй: 1) «экономический паразитизм» и 2) составление войска из зависимых народов. «Первое есть обычай экономического паразитизма, в силу которого господствующее государство использует свои провинции, колонии и зависимые страны для обогащения своего правящего класса и для подкупа своих низших классов, чтобы они оставались спокойными». Для экономической возможности такого подкупа, в какой бы форме он ни совершался, необходима – добавим от себя – монополистически высокая прибыль» (стр. 400).

«Относительно второго обстоятельства Гобсон пишет: «Одним из наиболее странных симптомов слепоты империализма является та беззаботность, с которой Великобритания, Франция и другие империалистские нации становятся на этот путь. Великобритания пошла дальше всех. Большую часть тех сражений, которыми мы завоевали нашу индийскую империю, вели наши войска, составленные из туземцев; в Индии, как в последнее время и в Египте, большие постоянные армии находятся под начальством британцев; почти все войны, связанные с покорением нами Африки, за исключением её южной части, проведены для нас туземцами»» (там же).

Точно также и сейчас США используют «туземцев», т. е. украинцев, в их войне на Донбассе против своих братьев-русских, чтобы завоевать Россию с её несметными природными богатствами.

Характеризуя паразитизм западных наций, Гобсон говорит следующее, цитируем Гобсона по Ленину: «Большая часть Западной Европы могла бы тогда принять вид и характер, который теперь имеют части этих стран: юг Англии, Ривьера, наиболее посещаемые туристами и населённые богачами места Италии и Швейцарии, именно: маленькая кучка богатых аристократов, получающих дивиденды и пенсии с далёкого Востока, с несколько более значительной группой профессиональных служащих и торговцев и с более крупным числом домашних слуг и рабочих в перевозочной промышленности и в промышленности, занятой окончательной отделкой фабрикатов. Главные же отрасли промышленности исчезли бы (выделено мною, Д. И.), и массовые продукты питания, массовые полуфабрикаты притекали бы, как дань, из Азии и Африки»».

И Ленин продолжает далее цитировать Гобсона: ««Вот какие возможности открывает перед нами более широкий союз западных государств, европейская федерация великих держав: она не только не двигала бы вперёд дело всемирной цивилизации, а могла бы означать гигантскую опасность западного паразитизма (выделено мною, Д. И.): выделить группу передовых промышленных наций, высшие классы которых получают громадную дань с Азии и с Африки и при помощи этой дани содержат большие приручённые массы служащих и слуг, занятых уже не производством массовых земледельческих и промышленных продуктов, а личным услужением или второстепенной промышленной работой под контролем новой финансовой аристократии»» (стр. 401).

Те же выводы делает и немецкий буржуазный экономист Шульце-Геверниц (Шульце-Геверниц – профессор политической экономии Фрейбургского университета, который в своих работах пытался обосновать возможность установления социального мира, «социальной гармонии» в капиталистическом обществе в целях улучшения положения всех классов: капиталистов, рабочих и крестьян. – Д. И.), которого цитирует в своей работе Ленин: «Если «заслугой» империализма является «воспитание негра к труду» (без принуждения не обойтись…), то «опасность» империализма состоит в том, что «Европа свалит физический труд – сначала сельскохозяйственный и горный, а потом и более грубый промышленный – на плечи темнокожего человечества, а сама успокоится на роли рантье, подготовляя, может быть, этим экономическую, а затем и политическую эмансипацию краснокожих и темнокожих рас»» (стр. 403).

Как мы видим, оба этих буржуазных экономиста, с которыми в данном вопросе согласен Ленин, обрисовали перспективы западного капиталистического империализма, перспективы его загнивания, когда в середине 60-х гг. минувшего столетия началась массовая деиндустриализация США и Западной Европы (ЕС), которые начали переносить своё производство в Азию, в частности, в Китай для обеспечения получения максимальной прибыли и сверхприбыли за счёт дешёвой рабочей силы в странах проникновения западного капитала.

Отсюда и вытекает возможность подкупа верхних слоёв рабочего класса, возможность содержать большие штаты служащих и слуг, обслуживающих современную финансовую аристократию.

Ленин по этому поводу пишет:

«Империализм, означая раздел мира и эксплуатацию не одного только Китая, означая монопольно-высокие прибыли для горстки богатейших стран, создаёт экономическую возможность подкупа верхних прослоек пролетариата и тем питает, оформливает, укрепляет оппортунизм» (стр. 402).

И далее: «Империализм имеет тенденцию и среди рабочих выделить привилегированные разряды и отколоть их от широкой массы пролетариата» (стр. 404).

На эту тенденцию подкупа верхних слоёв пролетариата, которые тем самым покидают пролетарскую классовую точку зрения и скатываются в болото мелкобуржуазности, в болото обывательщины, обратил внимание ещё Фридрих Энгельс. В своём письме Карлу Марксу 7 октября 1858 г. он писал (цитируем по Ленину): «Английский пролетариат фактически всё более и более обуржуазивается, так что эта самая буржуазная из всех наций хочет, по-видимому, довести дело в конце концов до того, чтобы иметь буржуазную аристократию и буржуазный пролетариат рядом с буржуазией. Разумеется, со стороны такой нации, которая эксплуатирует весь мир, это до известной степени правомерно» (стр. 405). В письме Каутскому от 12 сентября 1882 г. Энгельс писал: «Вы спрашиваете меня, что думают английские рабочие о колониальной политике? То же самое, что они думают о политике вообще. Здесь нет рабочей партии, есть только консервативная и либерально-радикальная, а рабочие преспокойненько пользуются вместе с ними колониальной монополией Англии и её монополией на всемирном рынке» (там же).

И Ленин делает вывод: «Здесь ясно указаны причины и следствия. Причины: 1) эксплуатация данной страной всего мира; 2) её монопольное положение на всемирном рынке; 3) её колониальная монополия. Следствия: 1) обуржуазение части английского пролетариата; 2) часть его позволяет руководить собой людям, купленным буржуазиею или по крайней мере оплачиваемым ею» (стр. 405–406).

В настоящее время эти выводы Энгельса и Ленина можно отнести не только к одной Великобритании, но и к другим высокоразвитым странам ЕС, таким как Германия, Франция и некоторые др.

«Оппортунизм – завершает данный вопрос Ленин – не может теперь оказаться полным победителем в рабочем движении одной из стран на длинный ряд десятилетий, как победил оппортунизм в Англии во второй половине XIX столетия, но он окончательно созрел, перезрел и сгнил в ряде стран, вполне слившись с буржуазной политикой, как социал-шовинизм» (стр. 406). К вопросу оппортунизма в современном коммунистическом и рабочем движении мы ещё вернёмся.

Но отсюда вытекает и то, что перенося производство в азиатские, африканские и латиноамериканские страны (развивающиеся страны, как сейчас принято говорить), империализм волей-неволей, объективно, развивает современные производительные силы в этих странах; а также вытекает то, что рабочий класс, трудящиеся массы этих стран, находясь в крайне тяжёлом экономическом положении и подвергаясь чудовищной эксплуатации со стороны «развитого человечества» (западного империализма), непременно поднимутся на борьбу за своё освобождение. Что и произошло в середине ХХ ст., когда рухнула колониальная система империализма.

О критике империализма

«Критику империализма – пишет Ленин – мы понимаем в широком смысле слова, как отношение к политике империализма различных классов общества в связи с их общей идеологией» (стр. 406).

«Гигантские размеры финансового капитала, концентрированного в немногих руках и создающего необыкновенно широко раскинутую и густую сеть отношений и связей, подчиняющую ему массу не только средних и мелких, но и мельчайших капиталистов и хозяйчиков, – с одной стороны, а с другой, обострённая борьба с другими национально-государственными группами финансистов за раздел мира и за господство над другими странами, – всё это вызывает повальный переход всех имущих классов на сторону империализма. «Всеобщее» увлечение его перспективами, бешеная защита империализма, всевозможное прикрашивание его – таково знамение времени. Империалистская идеология проникает и в рабочий класс. Китайская стена не отделяет его от других классов (стр. 407). И Ленин завершает данный вывод тем, что указывает, что «вожди теперешней так называемой «социал-демократической» партии Германии получили по справедливости название «социал-империалистов», т. е. социалистов на словах, империалистов на деле…».

«Вопросы о том, возможно ли реформистское изменение основ империализма, вперёд ли идти, к дальнейшему обострению и углублению противоречий, порождаемых им, или назад, к притуплению их, являются коренными вопросами критики империализма» (стр. 408).

И Ленин напоминает читателям: «Так как политическими особенностями империализма являются реакция по всей линии и усиление национального гнёта в связи с гнётом финансовой олигархии и устранением свободной конкуренции, то мелкобуржуазно-демократическая оппозиция империализму выступает едва ли не во всех империалистских странах начала ХХ века» (там же). Ленин объясняет, что разрыв с марксизмом Каутского обусловлен тем, что Каутский практически слился с этой «мелкобуржуазной, реформистской, экономически в основе своей реакционной» оппозицией (стр. 408–409).

«Теоретическая критика империализма у Каутского потому и не имеет ничего общего с марксизмом, потому и годится только как подход к проповеди мира и единства с оппортунистами и социал-шовинистами, что эта критика обходит и затушёвывает как раз самые глубокие и коренные противоречия империализма: противоречие между монополиями и существующей рядом с ними свободной конкуренцией, между гигантскими «операциями» (и гигантскими прибылями) финансового капитала и «честной» торговлей на вольном рынке, между картелями и трестами, с одной стороны, и некартеллированной промышленностью, с другой, и т. д. Совершенно такой же реакционный характер носит пресловутая теория ультраимпериализма, сочинённая Каутским» (стр. 415).

«Каковы бы ни были благие намерения английских попиков или сладенького Каутского, объективный, т. е. действительный социальный смысл его «теории» один и только один: реакционнейшее утешение масс надеждами на возможность постоянного мира при капитализме посредством отвлечения внимания от острых противоречий и острых проблем современности и направления внимания на ложные перспективы какого-то якобы нового будущего «ультраимпериализма». Обман масс – кроме этого ровно ничего нет в «марксистской» теории Каутского» (стр. 416).

«Поэтому «интеримпериалистские» или «ультраимпериалистские» союзы в капиталистической действительности, а не в пошлой мещанской фантазии английских попов или немецкого «марксиста» Каутского, – делает вывод Ленин – в какой бы форме эти союзы ни заключались, в форме ли одной империалистской коалиции против другой империалистской коалиции или в форме всеобщего союза всех империалистских держав – являются неизбежно лишь «передышками» (выделено мною – Д. И.) между войнами. Мирные союзы подготовляют войны и в свою очередь вырастают из войн, обусловливая друг друга, рождая перемену форм мирной и немирной борьбы из одной и той же почвы империалистских связей и взаимоотношений всемирного хозяйства и всемирной политики… Вместо живой связи периодов империалистского мира и периодов империалистских войн Каутский преподносит рабочим мёртвую абстракцию, чтобы примирить их с мёртвыми вождями» (стр. 417–418).

«Империализм есть эпоха финансового капитала и монополий (выделено мною, Д. И.), которые всюду несут стремление к господству, а не к свободе. Реакция по всей линии при всяких политических порядках, крайнее обострение противоречий и в этой области – результат этих тенденций. Особенно обостряется также национальный гнёт и стремление к аннексиям, т. е. к нарушениям национальной независимости (ибо аннексия есть не что иное, как нарушение самоопределения наций)» (стр. 419).

«И теоретический анализ империализма у Каутского и его экономическая, а также политическая критика империализма насквозь проникнуты абсолютно непримиримым с марксизмом духом затушёвывания и сглаживания самых коренных противоречий, стремлением во что бы то ни стало отстоять разрушающееся единство с оппортунизмом в европейском рабочем движении» (стр. 420).

Историческое место империализма

«Мы видели, – пишет Ленин – что по своей экономической сущности империализм есть монополистический капитализм. Уже этим определяется историческое место империализма, ибо монополия, вырастающая на почве свободной конкуренции и именно из свободной конкуренции, есть переход от капиталистического к более высокому общественно-экономическому укладу» (стр. 420–421).

И Ленин, исходя из анализа экономической и вытекающей из него политической сущности империализма, делает вывод: «Монополия, олигархия, стремления к господству вместо стремлений к свободе, эксплуатация всё большего числа маленьких или слабых наций небольшой горсткой богатейших или сильнейших наций – всё это породило те отличительные черты империализма, которые заставляют характеризовать его как паразитический или загнивающий капитализм» (стр. 422).

«В целом капитализм неизмеримо быстрее, чем прежде, растёт, но этот рост не только становится вообще более неравномерным, но неравномерность проявляется также в частности в загнивании самых сильных капиталом стран (Англия)» (стр. 422–423).

«Получение монопольно-высокой прибыли капиталистами одной из многих отраслей промышленности, одной из многих стран и т. п. даёт им экономическую возможность подкупать отдельные прослойки рабочих, а временно и довольно значительное меньшинство их, привлекая их на сторону буржуазии данной отрасли или данной нации против всех остальных. И усиленный антагонизм империалистских наций из-за раздела мира усиливает это стремление. Так создаётся связь империализма с оппортунизмом…» (стр. 423).

«Опаснее всего в этом отношении люди, не желающие понять, что борьба с империализмом, если она не связана неразрывно с борьбой против оппортунизма, есть пустая и лживая фраза» (стр. 424).

«Из всего сказанного выше об экономической сущности империализма вытекает, что его приходится характеризовать, как переходный или, вернее, умирающий капитализм» (там же).

И Ленин завершает свою работу следующим выводом:

«… становится очевидным, что перед нами налицо обобществление производства, а вовсе не простое «переплетение»; – что частнохозяйственные и частнособственнические отношения составляют оболочку, которая уже не соответствует содержанию, которая неизбежно должна загнивать, если искусственно оттягивать её устранение, – которая может оставаться в гниющем состоянии сравнительно долгое (на худой конец, если излечение от оппортунистического нарыва затянется) время, но которая всё же неизбежно будет устранена» (стр. 425).

В своём «Предисловии к французскому и немецкому изданиям» «Империализма…», написанному в 1920 г., т. е. через четыре года после написания самого произведения, Ленин отмечает:

«В книжке доказано, что война 1914–1918 годов была с обеих сторон империалистской (т. е. захватной, грабительской, разбойнической) войной, войной из-за дележа мира, из-за раздела и передела колоний, «сфер влияния» финансового капитала и т. д. Ибо доказательство того, каков истинный социальный, или вернее: истинный классовый характер войны содержится, разумеется, не в дипломатической истории войны, а в анализе объективного положения командующих классов во всех воюющих державах» (стр. 303–304).

«Десятки миллионов трупов и калек, оставленных войной, войной из-за того, английская или германская группа финансовых разбойников должна получить больше добычи… открывают глаза с невиданной прежде быстротой миллионам и десяткам миллионов забитых, задавленных, обманутых, одураченных буржуазией людей. На почве всемирного разорения, созданного войной, растёт, таким образом, всемирный революционный кризис, который, какие бы долгие и тяжёлые перипетии он ни проходил, не может кончиться иначе, как пролетарской революцией и её победой» (стр. 305–306).

«Империализм есть канун социальной революции пролетариата». «Это подтвердилось с 1917 года в всемирном масштабе» (стр. 308), завершает данное предисловие Ленин.

* * *

«Империалистская война есть канун социалистической революции. И это не только потому, что война своими ужасами порождает пролетарское восстание, – никакое восстание не создаст социализма, если он не созрел экономически, пишет Ленин в работе «Грозящая катастрофа и как с ней бороться» – а потому, что государственно-монополистический капитализм есть полнейшая материальная подготовка социализма, есть преддверие его, есть та ступенька исторической лестницы, между которой (ступенькой) и ступенькой, называемой социализмом, никаких промежуточных ступеней нет» (ПСС, т. 34, стр. 193).

Именно в годы первой мировой войны происходит сращивание капиталистического государства с монополиями, возникает государственно-монополистический капитализм. Капиталистическое государство открыто становится на службу монополистическому капиталу, т. е. империализму.

«Мировой капитализм, который в 60–70-х годах прошлого века был передовой и прогрессивной силой свободной конкуренции, и который в начале ХХ века перерос в монополистический капитализм, т. е. империализм, сделал за время войны изрядный шаг вперёд не только к ещё большей концентрации финансового капитала, но и к превращению в государственный капитализм», подчёркивает Ленин в работе «Поворот в мировой политике» (стр. 344).

Выступая с докладом о текущем моменте на VII (апрельской) Всероссийской конференции РСДРП (б), Ленин делает вывод о том, что «во время войны капитализм развился ещё больше, чем до войны. Он уже взял в свои руки целые области производства. Ещё в 1891 году, 27 лет тому назад, когда немцы приняли свою Эрфуртскую программу, Энгельс говорил, что нельзя по-прежнему толковать капитализм, как отсутствие планомерности. Это уже устарело: если есть тресты, то отсутствия планомерности уже нет (выделено мною, Д. И.). В особенности в ХХ веке развитие капитализма гигантскими шагами пошло вперёд, а война сделала то, что не было сделано за 25 лет. Огосударствление промышленности пошло вперёд не только в Германии, но и в Англии. От монополии вообще перешли к государственной монополии. Объективное положение дел показало, что война ускорила развитие капитализма, и оно шло вперёд от капитализма к империализму, от монополии к огосударствлению. Это всё придвинуло социалистическую революцию и создало объективные условия для неё. Таким образом, социалистическая революция придвинута ходом войны» (стр. 355).

#### § 4. О революции и революционной ситуации

Итак, в России к октябрю 1917 г. созрела революционная ситуация.

В «Проекте резолюции левых социал-демократов к первой международной социалистической конференции» Ленин писал: «Эпоха сравнительно мирного капитализма миновала безвозвратно. Империализм несёт рабочему классу неслыханное обострение классовой борьбы, нужды, безработицы, дороговизны, гнёта трестов, милитаризма, политическую реакцию, которая поднимает голову во всех, даже самых свободных странах» (стр. 283).

В то же время Ленин ещё раз обращает внимание на то, что «Империалистская война открывает собой эру социальной революции. Все объективные условия новейшей эпохи ставят на очередь дня революционную массовую борьбу пролетариата. Долг социалистов – не отказываясь ни от единого средства легальной борьбы рабочего класса, соподчинить их все этой насущной и главнейшей задаче, развивать революционное сознание рабочих, сплачивать их в интернациональной революционной борьбе, поддерживать и двигать вперёд всякое революционное выступление, стремиться к превращению империалистской войны между народами в гражданскую войну угнетённых классов против их угнетателей, войну за экспроприацию класса капиталистов, за завоевание политической власти пролетариатом, за осуществление социализма» (стр. 284–285).

Но революция невозможна без революционной ситуации.

Вот что об этом пишет Ленин в работе «Крах II Интернационала», выделяя три главных признака революционной ситуации: «1) Невозможность для господствующих классов сохранить в неизменном виде своё господство; тот или иной кризис «верхов», кризис политики господствующего класса, создающий трещину, в которую прорывается недовольство и возмущение угнетённых классов. Для наступления революции обычно бывает недостаточно, чтобы «низы не хотели», а требуется ещё, чтобы «верхи не могли» жить по-старому. 2) Обострение, выше обычного, нужды и бедствий угнетённых классов. 3) Значительное повышение, в силу указанных причин, активности масс, в «мирную» эпоху дающих себя грабить спокойно, а в бурные времена привлекаемых, как всей обстановкой кризиса, так и самими «верхами», к самостоятельному историческому выступлению. Без этих объективных изменений, независимых от воли не только отдельных групп и партий, но и отдельных классов, революция – по общему правилу – невозможна. Совокупность этих объективных перемен и называется революционной ситуацией» (стр. 218–219).

В то же время, продолжает далее Ленин, «не из всякой революционной ситуации возникает революция, а лишь из такой ситуации, когда к перечисленным выше объективным переменам присоединяется субъективная, именно: присоединяется способность революционного класса на революционные массовые действия, достаточно сильные, чтобы сломить (или надломить) старое правительство, которое никогда, даже и в эпоху кризисов, не «упадёт», если его не «уронят»» (стр. 219).

Ленин при этом обращает внимание на то, что «ни один социалист нигде и никогда не брал на себя ручательства за то, что революцию породит именно данная (а не следующая) война, именно теперешняя (а не завтрашняя) революционная ситуация. Тут идёт речь о самой бесспорной и самой основной обязанности всех социалистов: обязанности вскрывать перед массами наличность революционной ситуации, разъяснять её ширину и глубину, будить революционное сознание и революционную решимость пролетариата, помогать ему переходить к революционным действиям и создавать соответствующие революционной ситуации организации для работы в этом направлении» (стр. 221).

Отсюда вытекает важнейшая обязанность революционных партий, которые в то время назывались социалистическими, и о которой пишет Ленин: «…такова именно обязанность социалистических партий… возбуждать, «встряхивать» народ (а не усыплять его шовинизмом, как делают Плеханов, Аксельрод, Каутский) «использовать» кризис для «ускорения» краха капитализма, руководствоваться примерами Коммуны и октября-декабря 1905 года. Неисполнение современными партиями этой своей обязанности и есть их измена, их политическая смерть, их отречение от своей роли, их переход на сторону буржуазии» (стр. 222).

Сказано не в бровь, а в глаз подавляющему большинству современных «коммунистических» партий, действующих на территории экс-СССР.

«Основной закон революции, подтверждённый всеми революциями и в частности всеми тремя русскими революциями в ХХ веке – делает вывод Ленин в «Детской болезни…» – состоит вот в чём: для революции недостаточно, чтобы эксплуатируемые и угнетённые массы сознали невозможность жить по-старому и потребовали изменения; для революции необходимо, чтобы эксплуататоры не могли жить и управлять по-старому. Лишь тогда, когда «низы» не хотят старого и когда «верхи» не могут по-старому, лишь тогда революция может победить. Иначе эта истина выражается словами: революция невозможна без общенационального (и эксплуатируемых и эксплуататоров затрагивающего) кризиса. Значит, для революции надо, во-первых, добиться, чтобы большинство рабочих (или во всяком случае, большинство сознательных, мыслящих, политически активных рабочих) вполне поняло необходимость переворота и готово было идти на смерть ради него; во-вторых, чтобы правящие классы переживали правительственный кризис, который втягивает в политику даже самые отсталые массы (признак всякой настоящей революции: быстрое удесятерение или даже увеличение во сто раз количества способных на политическую борьбу представителей трудящейся и угнетённой массы, доселе апатичной), обессиливает правительство и делает возможным для революционеров быстрое свержение его» (стр. 69–70).

Кроме того, Ленин обращает внимание на то, что революция произойдёт в стране, являющейся наиболее слабым звеном в цепи империалистических стран.

Таким наиболее слабым звеном к октябрю 1917 г. и была Россия.

### Глава 2. Великий Октябрь и строительство социализма в СССР

Великая Октябрьская социалистическая революция, совершённая в ночь с 24 на 25 октября (с 6 на 7 ноября по новому стилю) 1917 г., была самой бескровной революцией. При штурме Зимнего дворца, где засело Временное правительство, погибло менее десяти человек.

Это было обусловлено тем, что подавляющее большинство рабочего класса, трудящихся Петрограда шли за ленинской партией большевиков. Партия большевиков сумела завоевать на свою сторону армию, завоевать, благодаря многолетней работе в войсках во время Первой мировой войны.

Уже в самом начале войны большевики-депутаты царской Думы, были осуждены и отправлены на каторгу в Сибирь за то, что они голосовали против военных кредитов. Большевики в солдатских шинелях воевали на фронте и вели антивоенную пропаганду, призывая к братанию солдатских масс враждующих стран и к прекращению военных действий. Они разъясняли при этом, что данная война выгодна только правящим классам воюющих между собой враждебных коалиций империалистических стран, которые вели ожесточённую борьбу за передел мира, за захват новых колониальных владений, за ограбление природных богатств и порабощение побеждённых народов и государств. На фронтах выпускались большевистские газеты и нелегально распространялись среди солдатской массы, в своей основе состоявшей из крестьян. Начал складываться союз рабочего класса и беднейшего крестьянства.

Поэтому к октябрю 17 года большинство воинских частей Петроградского гарнизона также поддержали восставший пролетариат и помогли ему совершить победоносную революцию.

На втором Всероссийском съезде Советов Ленин провозгласил, что революция, о которой мечтали трудящиеся массы России, свершилась, Временное правительство низложено, власть перешла в руки Советов рабочих, крестьянских и солдатских депутатов. Были приняты Декреты о мире и о земле, которые отвечали чаяниям народных масс. Миллионы крестьян снимали солдатские шинели и начали возвращаться к себе домой, получая в свои руки выстраданную ими кормилицу-землю.

Несколько месяцев, прошедших после свершения революции, известны в истории как триумфальное шествие Советской власти, когда по всей необъятной России власть из рук буржуазии вырывалась и переходила в руки Советов.

Партия Ленина начала намечать планы восстановления народного хозяйства, разрушенного в ходе Первой мировой войны и приступления к мирному социалистическому строительству.

Но подняла голову внутренняя контрреволюция, свергнутые помещики и капиталисты и белогвардейское офицерство, в своей основе состоявшее из выходцев правящих до революции классов.

В феврале войска кайзеровской Германии начали наступление на Петроград.

Ленин обратился с призывом «Социалистическое Отечество в опасности!» к трудящимся молодой Советской России. Начали формироваться первые отряды Красной армии, которые выдвинулись на фронт и под Псковом и Нарвой нанесли поражение германским интервентам.

В ознаменование этих побед День 23 февраля 1918 г. провозглашён днём образования Рабоче-крестьянской Красной Армии и Рабоче-Крестьянского Красного флота, известный в нашей истории как День Советской Армии.

Однако, несмотря на первые победы, положение на фронте оставалось крайне тяжёлым, и партия вынуждена была пойти в марте 1918 г. на заключение позорного, как его оценивал Ленин, Брестского мира, уступив значительную часть территории страны германским захватчикам, но сохранив завоевания революции. Причём главой советской делегации в Брест-Литовске, где проходили переговоры, был назначен Троцкий, который отверг первоначальные требования Германии, заняв позицию «ни войны, ни мира». В ЦК РСДРП(б) сложилась группа «левых коммунистов», которая выступила за дальнейшее ведение войны с Германией, несмотря на угрозу поражения и возможности реставрации свергнутой буржуазной власти. Ленину пришлось вести колоссальную борьбу в ЦК, чтобы убедить товарищей в необходимости заключения мира на крайне невыгодных условиях, но сохранении при этом завоеваний революции. И этот мир был заключён, на гораздо более тяжёлых условиях, чем первоначально предлагалось немцами. Такова негативная роль Троцкого, которую он начал играть уже при Советской власти, продолжив, по сути, борьбу против ленинской партии, которую он всегда вёл в дореволюционные годы.

С начала 1918 г. в борьбу против молодой Советской Республики, включились войска других стран. Всего на стороне контрреволюции, совершив военную интервенцию, воевала коалиция 14 империалистических государств.

Свергнутые классы буржуазии и помещиков, вкупе с белогвардейскими офицерами и генералами (Колчак, Деникин, Юденич и др.), сформировавшими белую армию, развязали гражданскую войну против собственного народа.

Гражданская война и иностранная военная интервенция продолжались долгие три года (1918–1920), а на Дальнем Востоке война закончилась в 1922 г. полным изгнанием японских оккупантов и разгромом внутренней контрреволюции.

#### § 1. Восстановление народного хозяйства. Образование СССР

В 1920 г. страна приступила к мирному социалистическому строительству, приступила в условиях полной разрухи народного хозяйства после семилетней первой мировой и гражданской войн.

Политика военного коммунизма, которая проводилась в годы войны, уже не отвечала условиям мирного времени. Продразвёрстка, когда у крестьян изымались все излишки их продукции и направлялись, чтобы обеспечить питанием Красную армию на фронте, а также трудящихся города, уже не воспринималась крестьянством. Возникла угроза разрыва связей между рабочим классом и беднейшими крестьянскими массами, а ведь их союз составлял основу Советской власти, являвшейся формой диктатуры пролетариата. Вот что сказано об этом в «Кратком курсе истории «ВКП(б)»: «Советское государство вынуждено было брать у крестьянина по продразвёрстке все излишки для нужд обороны страны. Победа в гражданской войне была бы невозможна без продразвёрстки, без политики военного коммунизма. Политика военного коммунизма была вынуждена войной, интервенцией. Пока велась война, крестьянство шло на продразвёрстку и не замечало нехватки товаров, но когда война окончилась и угроза возвращения помещика миновала, крестьянин стал выражать недовольство изъятием всех излишков, недовольство системой продразвёрстки и стал требовать, чтобы его снабжали достаточным количеством товаров. Вся система военного коммунизма, как отмечал Ленин, пришла в столкновение с интересами крестьянства» (стр. 238). В то же время война нанесла большой удар и по рабочему классу, т. к. были разрушены многие предприятия, рабочие были вынуждены заниматься кустарничеством, мошенничеством. Т. е., стихия недовольства задела и рабочий класс, отмечается в «Кратком Курсе».

Ленин на X съезде партии в 1921 г. провозгласил новую экономическую политику, когда продразвёрстка была заменена продналогом. Т. е. крестьянин определённую часть продукции по твёрдым ценам сдавал государству, а все излишки получил право выносить на рынок и торговать ими по рыночным ценам. В промышленность был вновь допущен частный капитал. Сразу после революции основные средства производства и банки были экспроприированы у буржуазии и переданы в руки пролетарского государства, из частной собственности перейдя в собственность всего народа, т. е. став общенародной собственностью. Теперь же произошёл шаг назад. Капитал был допущен в сферу производства с возможностью привлечения наёмного труда. Появились (точнее, возобновили свою деятельность) частные предприятия, начал восстанавливаться мелкий и средний капитал. Соответственно этому, произошло возрождение и расширение товарного производства и товарно-денежных отношений, которые были практически свёрнуты в годы гражданской войны, в период военного коммунизма. Разумеется, это несло опасность возрождения, реставрации капиталистических производственных отношений, капиталистического способа производства. Но Ленин подчёркивал, что это отступление, отступление вынужденное, можно допустить, учитывая, что все командные высоты в промышленности, в народном хозяйстве в целом остаются в руках у пролетарского государства, все банки и крупные предприятия являются общенародной (государственной) собственностью, у нас установлена монополия внешней торговли.

Опять сошлюсь на «Краткий курс»: «Ленин считал, что некоторая свобода товарооборота создаст хозяйственную заинтересованность у крестьянина, повысит производительность его труда и приведёт к быстрому подъёму сельского хозяйства, что на этой основе будет восстанавливаться государственная промышленность и вытесняться частный капитал, что, накопив силы и средства, можно создать мощную индустрию – экономическую основу социализма, и затем перейти в решительное наступление, чтобы уничтожить остатки капитализма в стране. Военный коммунизм был попыткой взять крепость капиталистических элементов в городе и деревне штурмом, лобовой атакой. В этом наступлении партия забежала далеко вперёд, рискуя оторваться от своей базы. Теперь Ленин предлагал отойти немного назад, отступить на время поближе к своему тылу, перейти от штурма к более длительной осаде крепости, чтобы, накопив силы, вновь начать наступление» (стр. 245).

За год, прошедший после введения нэпа, народное хозяйство страны начало возрождаться. Крестьяне получили возможность приобретать необходимую им продукцию города: сельхозинвентарь, предметы быта и крестьянского обихода и т. п., что привело к укреплению связей между городом и селом, между рабочим классом и крестьянством. Это дало возможность Ленину на очередном XI съезде РКП(б) в 1922 г. заявить, что отступление закончилось, пора переходить в наступление. «Мы год отступали. Мы должны теперь сказать от имени партии: достаточно! Та цель, которая отступлением преследовалась, достигнута. Этот период кончается или кончился. Теперь цель выдвигается другая – перегруппировка сил», – отметил Ленин в Политическом отчёте Центрального Комитета РКП(б) XI съезду партии 27 марта 1922 г. (стр. 87).

Забегая вперёд, необходимо отметить, что новая экономическая политика продолжалась и при Сталине, продолжалась в виде наступления на капиталистические элементы в городе и на селе в ходе проведения индустриализации страны, коллективизации сельского хозяйства и полностью исчерпала себя к середине 30-х годов, с завершением построения основ социализма и уничтожением эксплуататорских классов.

30 декабря 1922 г. был создан Союз Советских Социалистических Республик, создан на принципах ленинско-сталинской национальной политики, провозгласившей право наций на самоопределение, вплоть до отделения и образования самостоятельного независимого государства. Причём это право было не только провозглашено, но и сразу же стало внедряться в жизнь. Из рук Ленина получили независимость Польша, Финляндия, входившие в состав Российской империи, а также Украина, хотя Украины, как независимого государства в составе Российской империи не было, а были малороссийские губернии. Таким образом, Украина, как самостоятельное государство, возникла в результате победы Великого Октября, о чём «забывают» современные украинские националисты.

Обосновывая право наций на самоопределение, Ленин говорил, что малые некоренные нации в составе крупного буржуазного государства находились под двойным гнётом: своей буржуазии и помещиков, а также эксплуататорских классов коренной нации, что неизменно накладывало негативный отпечаток на взаимоотношения между коренными и некоренными народами. Только добровольный союз народов и государств может обеспечить подлинную дружбу и братство всех наций, проживающих в данной стране.

Именно на основе добровольности и права наций на самоопределение и был образован Советский Союз. Договор об его образовании подписали Российская Советская Федеративная Социалистическая Республика (РСФСР), Украинская Советская Социалистическая Республика (УССР), Белорусская Советская Социалистическая Республика (БССР) и Закавказская Советская Федеративная Социалистическая Республика (ЗСФСР), в состав которой входили Азербайджан, Армения и Грузия. В дальнейшем в состав СССР в добровольном порядке, на добровольной основе вошли другие республики, создав первое в мире социалистическое многонациональное рабоче-крестьянское государство.

21 января 1924 г. умер вождь Великого Октября Владимир Ильич Ленин. Продолжателем его дела стал верный соратник Ленина Иосиф Виссарионович Сталин, избранный, по предложению Ленина, генеральным секретарём ЦК РКП(б) 3 апреля 1922 г. на Пленуме ЦК.

#### § 2. Строительство социализма в СССР

К 1925 г. в СССР была восстановлена разрушенная за годы войны промышленность, ожило сельскохозяйственное производство. По своим экономическим показателям страна приближалась к довоенному уровню. Так, крупная промышленность производила около трёх четвертей довоенной промышленной продукции. В то же время Советский Союз всё ещё оставался отсталой аграрной страной. Две трети всей продукции давало сельское хозяйство, только одну треть – промышленность, отмечается в «Кратком курсе истории ВКП(б)» (стр. 263).

Для того чтобы добиться успехов в строительстве социализма, необходимо было создать мощную индустриальную базу.

Именно поэтому на XIV съезде партии (декабрь 1925 г.) в качестве центральной задачи была поставлена задача индустриализация страны, о чём Сталин сказал в Политическом отчёте Центрального Комитета. XIV съезд партии вошёл в историю как съезд индустриализации. Также с этого съезда наша партия стала называться Всесоюзной Коммунистической партией (большевиков) – ВКП(б).

Хочу обратить внимание на два высказывания Сталина на съезде – по вопросу о диктатуре пролетариата и о нэпе.

«Диктатура пролетариата проводится не самотёком, а, прежде всего, силами партии, под её руководством. Без руководства партии, в современных условиях капиталистического окружения, диктатура пролетариата была бы невозможна. Стоит только поколебать партию, ослабить её, чтобы мигом поколебалась и ослабла диктатура пролетариата. Этим именно и объясняется, что все буржуа всех стран с бешенством говорят о нашей партии» (Соч., т. 7, стр. 343). И далее Сталин разъясняет, что не стоит отождествлять партию с государством. Партия не является государством, а есть «высшая руководящая сила государства» (стр. 344). Поэтому «вопрос о составе партии, о её идейном уровне, о кадрах партии, о её умении руководить в постановке вопросов хозяйственного и советского строительства, о её удельном весе в рабочем классе и среди крестьянства, наконец, о её внутреннем состоянии вообще – является основным вопросом нашей политики» (там же).

Я думаю, это понятно. Пролетарская партия, как авангард пролетариата, его наиболее сознательная передовая часть, является руководящей силой в пролетарском государстве, государстве диктатуры пролетариата.

Также очень важно высказывания Сталина на съезде о нэпе:

«Нэп есть особая политика пролетарского государства, рассчитанная на допущение капитализма, при наличии командных высот в руках пролетарского государства, рассчитанная на борьбу элементов капиталистических и социалистических, рассчитанная на возрастание роли социалистических элементов в ущерб элементам капиталистическим, рассчитанная на победу социалистических элементов над капиталистическими элементами, рассчитанная на уничтожение классов, на постройку фундамента социалистической экономики» (стр. 364).

И политика индустриализации, намеченная партией, начала приносить свои плоды.

Уже к концу 1927 г. определились решающие успехи социалистической индустриализации. «Индустриализация в условиях нэпа, – как подчёркивается в «Кратком курсе» – сумела дать в короткий срок серьёзное продвижение вперёд. Промышленность и сельское хозяйство в целом… не только достигли по своей валовой продукции довоенного уровня, но и перевалили через этот уровень. Удельный вес промышленности в народном хозяйстве вырос до 42 процентов, достигнув соответствующего уровня довоенного времени» (стр. 273).

Частный капитал постепенно вытеснялся из промышленного производства. Социалистический сектор промышленности с 81 % в 1924–25 гг. поднялся до 86 % в 1926–27 гг. Также вытеснялся частник из торговли, доля которого в розничной торговли за тот же период снизилась с 42 % до 32 %, а в оптовой – с 9 % до 5 %.

В то же время сельское хозяйство оставалось раздробленным. Миллионы мелких крестьянских хозяйств не могли удовлетворить растущие потребности промышленности в сырье и потребности населения быстрорастущих и вновь построенных городов в продуктах питания.

На XV съезде партии (декабрь 1927 г.) был принят курс на коллективизацию сельского хозяйства. Этот съезд вошёл в историю партии как съезд коллективизации.

Как отмечал Сталин на съезде в Политическом отчёте ЦК: «наше распылённое сельскохозяйственное производство не имеет тех преимуществ, которыми обладает наша крупная объединённая национализированная промышленность» (Соч., т. 10, стр. 304). Он подчеркнул, что промышленность и далее будет развиваться ускоренными темпами, так как только в этом гарантия продвижения к социализму. В этом также гарантия того, что будет индустриализовано и само сельское хозяйство.

И выход для подъёма сельского хозяйства состоит в «переходе мелких и распылённых крестьянских хозяйств в крупные и объединённые хозяйства на основе общественной обработки земли, в переходе на коллективную обработку земли на базе новой, высшей техники… с применением сельскохозяйственных машин и тракторов, с применением научных приёмов интенсификации земледелия», – подчеркнул товарищ Сталин (стр. 305–306).

В апреле 1929 г. на XVI партконференции был принят первый пятилетний план, знаменитая сталинская первая пятилетка (1 октября 1928–1 октября 1933 гг.). «Основная задача пятилетки – указывал товарищ Сталин, – состояла в том, чтобы создать в нашей стране такую индустрию, которая была бы способна перевооружить и реорганизовать не только промышленность в целом, но и транспорт, но и сельское хозяйство – на базе социализма» («Краткий курс», стр. 283).

В стране развернулось невиданное до того в человеческой истории социалистическое соревнование. Освобождённый от эксплуатации труд поистине творил чудеса. По всей стране шло гигантское промышленное строительство. На Украине развернулось строительство знаменитого Днепрогэса. В Донбассе началось строительство Краматорского и Горловского заводов, осуществлялась реконструкция Луганского паровозостроительного завода; выросли новые шахты и доменные печи. На Урале строились Уралмашстрой, Березниковский и Соликамский химкомбинаты. Началось строительство Магнитогорского металлургического завода. Развернулось строительство автомобильных заводов в Москве и Горьком. Строились тракторные заводы, заводы комбайнов, гигантский завод сельскохозяйственных машин в Ростове-на-Дону. Расширялась вторая угольная база страны – Кузбасс. В степи за 11 месяцев вырос громадный Сталинградский тракторный завод. На строительстве этого завода, а также Днепрогэса были превышены мировые рекорды производительности труда. Высоких темпов достигло развитие сельского хозяйства, коллективизация приняла массовый характер. («Краткий курс», стр. 282–285).

Выступая на первой конференции работников промышленности в феврале 1931 г., Сталин, отвечая на вопрос, а нельзя ли несколько замедлить темпы, придержать движение, сказал, что этого сделать нельзя, что в этом случае мы отстанем, а отсталых бьют. «Мы отстали от передовых стран на 50–100 лет. Мы должны пробежать это расстояние в десять лет. Либо мы сделаем это, либо нас сомнут» («Краткий курс», стр. 300).

В статье «Год великого перелома» Сталин отмечал: «Новое и решающее в нынешнем колхозном движении состоит в том, что в колхозы идут крестьяне не отдельными группами, как это имело раньше, а целыми сёлами, волостями, районами, даже округами. А что это значит? Это значит, что в колхозы пошёл середняк. В этом основа того коренного перелома в развитии сельского хозяйства, который составляет важнейшее достижение Советской власти… Теперь ясно для всех, что пятилетка промышленности и сельского хозяйства есть пятилетка построения социалистического общества» (Соч., т. 12, стр. 132).

Следует отметить, что строительство социализма в нашей стране шло в условиях острой классовой борьбы.

В своих выступлениях на Пленуме ЦК ВКП(б) в июле 1928 г. Сталин рассматривает вопросы о нэпе и военном коммунизме, об обострении классовой борьбы в ходе проведения новой экономической политики.

Вот что он сказал в речи «О программе Коминтерна»:

«Нэп есть политика пролетарской диктатуры, направленная на преодоление капиталистических элементов и построение социалистического хозяйства в порядке использования рынка, через рынок, а не в порядке прямого продуктообмена, без рынка и помимо рынка. Могут ли обойтись без нэпа капиталистические страны, хотя бы даже самые развитые из них, при переходе от капитализма к социализму? Я думаю, что не могут. В той или иной степени новая экономическая политика с её рыночными связями и использованием этих рыночных связей абсолютно необходима для каждой капиталистической страны в период диктатуры пролетариата.

У нас есть товарищи, которые отрицают это положение. Но что значит отрицать это положение?

Это значит, во-первых, исходить из того, что сразу же по приходе к власти пролетариата у нас будут налицо уже готовые на сто процентов распределительные и снабженческие аппараты между городом и деревней, между индустрией и мелким производством, дающие возможность установить сразу прямой продуктообмен, без рынка, без товарооборота, без денежного хозяйства. Стоит только поставить этот вопрос, чтобы понять всю нелепость такого предположения.

Это значит, во-вторых, исходить из того, что пролетарская революция должна после захвата власти пролетариатом встать на почву экспроприации средней и мелкой буржуазии, взвалив на свои плечи неимоверное бремя устроения на работу и обеспечения средствами к жизни, искусственно созданных, миллионов новых безработных. Стоит только поставить этот вопрос, чтобы понять всю несообразность и глупость такой политики пролетарской диктатуры. Нэп тем, между прочим, и хороша, что она избавляет пролетарскую диктатуру от таких и подобных им трудностей.

Но из этого следует, что нэп является неизбежной фазой социалистической революции во всех странах (выделено мною, Д. И.)» (Соч., т. 11, стр. 144–146).

И далее Сталин ставит вопрос, а можно ли то же самое сказать о военном коммунизме, и отвечает на него:

«Нет, нельзя. Военный коммунизм есть навязанная военной обстановкой и интервенцией политика пролетарской диктатуры, рассчитанная на то, чтобы установить прямой продуктообмен между городом и деревней не через рынок, а помимо рынка, мерами, главным образом внеэкономического и отчасти военного порядка, и имеющая своей целью организовать такое распределение продуктов, которое бы могло обеспечить снабжение революционных армий на фронте и рабочих в тылу. Ясно, что, не будь военной обстановки и интервенции, не было бы военного коммунизма. Поэтому нельзя утверждать, что военный коммунизм является экономически неизбежной фазой развития пролетарской революции» (стр. 146).

В речи «Об индустриализации и хлебной проблеме», Сталин обращает внимание на то, что нельзя рассматривать нэп как только лишь отступление, и ещё раз подчёркивает, что «нэп предполагает победоносное и систематическое наступление социализма на капиталистические элементы нашего хозяйства» (Соч., т. 11, стр. 166).

В результате такого наступления, отмечает Сталин, в ходе развития социалистических форм хозяйствования в области торговли вытесняются тысячи и тысячи мелких и средних торговцев. В процессе развития социалистических форм хозяйствования в промышленности, из неё вытесняются многие тысячи мелких и средних капиталистов-промышленников. В деревне партия перешла к ограничению эксплуататорских поползновений кулачества, обложению кулаков высокими налогами, ограничению права аренды, к недопущению права выборов кулаков в Советы и т. п., что приводит к вытеснению этих капиталистических элементов из сферы сельскохозяйственного производства, вплоть до их разорения. Разумеется, все эти вытесняемые капиталистические элементы развернули острую классовую борьбу против политики Советской власти.

Подытоживая, Сталин говорит: «Не бывало и не будет того, чтобы отживающие классы сдавали добровольно свои позиции, не пытаясь сорганизовать сопротивление. Не бывало и не будет того, чтобы продвижение рабочего класса к социализму при классовом обществе могло обойтись без борьбы и треволнений. Наоборот, продвижение к социализму не может не вести к сопротивлению эксплуататорских элементов этому продвижению, а сопротивление эксплуататоров не может не вести к неизбежному обострению классовой борьбы» (стр. 172).

В конце 1929 г. партия, в связи с ростом колхозов и совхозов, перешла от политики ограничения кулачества к политике ликвидации кулачества как класса, на основе сплошной коллективизации.

Кулаки сопротивлялись, как могли, социалистическим преобразованиям на селе: они забивали скот, гноили зерно в амбарах, портили сельскохозяйственную технику, поджигали зернохранилища, убивали колхозных и советских активистов, коммунистов, комсомольцев, пионеров.

Когда открытая борьба кулачества против коллективизации сельского хозяйства потерпела крах, они изменили тактику и начали проникать в колхозы, прикинувшись лояльными Советской власти людьми, и уже внутри колхозов продолжили вредительскую антисоветскую работу. Всюду они старались разложить колхозы изнутри, развалить трудовую дисциплину, запутать учёт и т. п. Кулаки, как отмечается в «Кратком курсе», поставили ставку на истребление конского поголовья и сумели погубить много лошадей. Они сознательно заражали лошадей сапом, чесоткой, другими болезнями, оставляя их без всякого ухода: портили тракторы и машины (стр. 302)…

Но ничто не могло остановить наступление социализма, которое поддерживали миллионные массы крестьянства. Кулачество было экспроприировано, точно также как в 1918 г. были экспроприированы капиталисты в промышленности.

Это был глубочайший революционный переворот, скачок из старого качественного состояния общества в новое качественное состояние, сравнимый по своим результатам революционному перевороту в октябре 1917 г. («Краткий курс», стр. 291).

«Своеобразие этой революции состояло в том, – подчёркивается в «Кратком курсе» – что она была произведена сверху, по инициативе государственной власти, при прямой поддержке снизу со стороны миллионных масс крестьян, боровшихся против кулацкой кабалы, за свободную колхозную жизнь. Она, эта революция, одним ударом разрешила три коренных вопроса социалистического строительства:

а) Она ликвидировала самый многочисленный эксплуататорский класс в нашей стране, класс кулаков, оплот реставрации капитализма;

б) Она перевела с пути единоличного хозяйства, рождающего капитализм, на путь общественного, колхозного, социалистического хозяйства самый многочисленный трудящийся класс в нашей стране, класс крестьян;

в) Она дала Советской власти социалистическую базу в самой обширной и жизненно необходимой, но и в самой отсталой области народного хозяйства – в сельском хозяйстве.

Тем самым были уничтожены внутри страны последние источники реставрации капитализма и вместе с тем были созданы новые, решающие условия, необходимые для построения социалистического народного хозяйства» (стр. 291–292).

Выступая на I Всесоюзном съезде колхозников-ударников (февраль 1933 г.) Сталин сказал: «При старом строе крестьяне работали в одиночку, работали старыми дедовскими способами, старыми орудиями труда, работали на помещиков и капиталистов, на кулаков и спекулянтов, работали, живя впроголодь и обогащая других. При новом, колхозном строе крестьяне работают сообща, артельно, работают при помощи новых орудий – тракторов и сельхозмашин, работают на себя и на свои колхозы, живут без капиталистов и помещиков, без кулаков и спекулянтов, работают для того, чтобы изо дня в день улучшать своё материальное и культурное положение («Краткий курс», стр. 303).

#### § 3. Об итогах первой пятилетки

Первая пятилетка была выполнена к началу 1933 г., за 4 года и три месяца, что явилось всемирно-исторической победой рабочего класса и крестьянства нашей страны, доказавших на практике возможность строительства социализма в одной стране.

В докладе на январском Пленуме ЦК партии в 1933 г. Сталин подвёл итоги первой пятилетки.

Вначале он напомнил основную задачу пятилетки, которая состояла в том, чтобы:

– «перевести нашу страну с её отсталой, подчас средневековой техникой – на рельсы новой, современной техники»;

– «превратить СССР из страны аграрной и немощной, зависимой от капризов капиталистических стран, – в страну индустриальную и могучую, вполне самостоятельную и независимую от капризов мирового капитализма»;

– «вытеснить до конца капиталистические элементы, расширить фронт социалистических форм хозяйства и создать экономическую базу для уничтожения классов в СССР, для построения социалистического общества»;

– «создать в нашей стране такую индустрию, которая была бы способна перевооружить и реорганизовать не только промышленность в целом, но и транспорт, но и сельское хозяйство – на базе социализма»;

– «перевести мелкое и раздробленное сельское хозяйство на рельсы крупного коллективного хозяйства, обеспечить тем самым экономическую базу социализма в деревне и ликвидировать таким образом возможность восстановления капитализма в СССР»;

– «создать в стране все необходимые технические и экономические предпосылки для максимального поднятия обороноспособности страны, дающей возможность организовать решительный отпор всем и всяким попыткам военной интервенции извне, всем и всяким попыткам военного нападения извне» (Соч., т. 13, стр. 172–173).

Фактически основная задача пятилетки разбивалась на ряд важнейших направлений, ряд взаимосвязанных и одновременно, самостоятельных грандиозных задач, которые советскому народу под руководством партии большевиков во главе с товарищем Сталиным удалось успешно решить.

В основу осуществления пятилетнего плана было положено восстановление тяжёлой промышленности ибо «только тяжёлая промышленность способна реконструировать и поставить на ноги и промышленность в целом, и транспорт, и сельское хозяйство», – отметил Сталин (стр. 175).

Но для осуществления этой грандиозной программы необходимы были колоссальные финансовые затраты.

В частности, Сталин отметил, что тяжёлая индустрия в Англии, Германии, Америке была построена как при помощи крупных займов, так и за счёт ограбления других стран. Этот путь был неприемлем для нашей страны. Партия рассчитывала только на внутренние силы, без кабальных кредитов и займов извне. «Установить строжайший режим экономии и накоплять средства, необходимые для финансирования индустриализации нашей страны, – вот на какой путь надо было стать, чтобы добиться создания тяжёлой индустрии и осуществления пятилетнего плана» – сказал Сталин (стр. 177).

В «Кратком курсе» показано, что «в СССР нашлись такие средства. В СССР нашлись такие источники накопления, каких не знает ни одно капиталистическое государство. Советское государство получило в своё распоряжение все фабрики и заводы, все земли, отнятые Октябрьской социалистической революцией у капиталистов и помещиков, транспорт, банки, торговлю внешнюю и внутреннюю. Прибыль от государственных фабрик и заводов, от транспорта, торговли, банков шла теперь не на потребление паразитического класса капиталистов, а на дальнейшее расширение промышленности. Советская власть аннулировала царские долги, по которым ежегодно народ уплачивал сотни миллионов рублей золотом одних только процентов. Уничтожив помещичью собственность на землю, Советская власть освободила крестьянство от ежегодной уплаты помещикам около 500 миллионов рублей золотом арендной платы за землю. Освободившись от всей этой тяжести, крестьянство могло помочь государству строить новую, мощную промышленность. Крестьяне были кровно заинтересованы в получении тракторов и сельскохозяйственных машин. Все эти источники доходов находились в распоряжении Советского государства» (стр. 268–269).

За годы первой пятилетки в стране были созданы новые отрасли промышленности, которых не было ранее: чёрная металлургия, тракторная, автомобильная, авиационная, химическая отрасли, станкостроение и сельскохозяйственное машиностроение. Страна выдвинулась на одно из первых мест по производству электроэнергии, нефтяных продуктов, добычи угля. К единственной угольно-металлургической базе страны, находившейся на Украине (Донбасс), добавилась ещё одна – на Востоке. Укрепилась обороноспособность страны.

СССР из аграрной страны превратился в страну индустриальную.

Удельный вес промышленной продукции поднялся с 48 % в 1928 г. до 70 % в 1932 г. Ежегодно объём промышленной продукции увеличивался в среднем на 22 %, показав невиданные в мире и до сих пор не превзойдённые никем темпы роста. По сравнению с довоенным уровнем объём производства промышленной продукции к концу 1932 г. вырос до 334 %, т. е. увеличился более чем в три раза.

В то же время страны Запада поразил крупнейший за всю историю капитализма экономический кризис, получивший название Великая депрессия. В результате объём промышленной продукции США снизился за тот же период до 84 % от довоенного уровня, Англии – до 75 %, Германии – до 62 %. Эти цифры наглядно показали преимущества советской социалистической системы перед капиталистической. Социализм начал выигрывать соревнование с капитализмом.

В докладе Сталина были поставлены и основные задачи в области промышленности на вторую пятилетку. Минимальные ежегодные темпы прироста планировались на уровне 13–14 %. К энтузиазму и пафосу нового строительства необходимо было добавить энтузиазм и пафос освоения новых заводов, новой техники, поднятие производительности труда, сокращение себестоимости.

Больших успехов добилась страна и в области сельского хозяйства.

«Пятилетка в области сельского хозяйства, – подчеркнул Сталин – есть пятилетка коллективизации (выделено мною, Д. И.)» (стр. 188). «Партия исходила из того, – продолжает далее Сталин – что для упрочения диктатуры пролетариата и построения социалистического общества, кроме индустриализации, необходим ещё переход от мелкого индивидуального крестьянского хозяйства к крупному коллективному сельскому хозяйству, снабжённому тракторами и современными сельхозмашинами, как единственно прочной основе Советской власти в деревне» (стр. 188–189).

И пятилетка в области сельского хозяйства также была успешно выполнена и перевыполнена. За три года было организовано более 200 тысяч колхозов (коллективных хозяйств) и около пяти тысяч совхозов (советских хозяйств, т. е. государственных сельскохозяйственных предприятий). Посевные площади за четыре года были увеличены на 21 миллион га. Программа по коллективизации была перевыполнена втрое.

В результате «СССР уже преобразован из страны мелкокрестьянского хозяйства в страну самого крупного сельского хозяйства в мире», – сделал вывод Сталин.

Кулачество как класс было разгромлено, трудовое крестьянство освобождено от кулацкой кабалы и эксплуатации и под Советскую власть в деревне была подведена прочная экономическая база коллективного хозяйства.

В то же время Великая депрессия поразила крупнейшие капиталистические страны и в области сельскохозяйственного производства, где произошло сокращение посевных площадей в основных хлебопроизводящих странах на 8–10 %. В ряде стран были сокращены посевные площади по хлопку, сахарной свекле, льну. Стоимость валовой продукции сельского хозяйства в США снизилась с 11 млрд. долл. в 1929 г. до 5 млрд. в 1932 г.

Таким образом, можно сделать вывод, что эксплуататорские классы были вытеснены как из промышленности (мелкие и средние капиталисты), так и в деревне (кулачество). Основой экономики СССР стала общественная собственность на орудия и средства производства.

Произошло наступление и на буржуазные элементы в области торговли.

Здесь очень важно обратить внимание на высказывание Сталина о нэпе, о том, что: «На первой стадии нэпа мы допускали оживление капитализма, допускали частный товарооборот, допускали «деятельность» частных торговцев, капиталистов, спекулянтов. Это была более или менее свободная торговля, ограниченная лишь регулирующей ролью государства. Тогда частнокапиталистический сектор в товарообороте страны занимал довольно большое место» (стр. 203). И далее Сталин говорит о том, что советскую торговлю нельзя ставить на одну доску с торговлей на первой стадии нэпа, которая допускала оживление капитализма и частнокапиталистического сектора в товарообороте, а советская торговля не допускает ни того, ни другого. «Советская торговля есть торговля без капиталистов – малых и больших, – обращает наше внимание Сталин – торговля без спекулянтов – малых и больших. Это особого рода торговля, которой не знала до сих пор история и которую практикуем только мы, большевики, в условиях советского развития» (стр. 203–204). Сталин отмечает, что из товарооборота были вышиблены частные торговцы, купцы, посредники всякого рода. (О паразитизме этих элементов современной торговли знаем мы сейчас не понаслышке, а по тому громадному росту цен и тарифов, которые вздуваются, в том числе, этими посредниками-паразитами. Помните высказывание Энгельса о классе купцов, как посредников между производителями и потребителями товарной продукции). При этом у Сталина не было никаких иллюзий о том, что эти «товарищи» не появятся вновь: «Конечно, это не исключает того, что могут вновь появиться в товарообороте по закону атавизма частные торговцы и спекулянты, используя для этого наиболее удобное для них поле, а именно – колхозную торговлю. Более того, сами колхозники иногда не прочь пуститься в спекуляцию, что не делает им, конечно, чести» (стр. 204).

Разумеется, всё это остатки частнособственнической психологии, которую сразу изжить нельзя.

Но против этих нездоровых явлений был принят 7 августа 1932 г. очень жёсткий закон – постановление Центрального Исполнительного Комитета и Совета Народных Комиссаров Союза ССР «Об охране имущества государственных предприятий, колхозов и кооперации и укреплении общественной (социалистической) собственности». В этом постановлении говорится: «ЦИК и СНК Союза ССР считают, что общественная собственность (государственная, колхозная, кооперативная) является основой Советского строя, она священна и неприкосновенна, и люди, покушающиеся на общественную собственность, должны быть рассматриваемы как враги народа, ввиду чего решительная борьба с расхитителями общественного имущества является первейшей обязанностью органов Советской власти». «Этот закон, – подчеркнул Сталин в своём докладе, – есть основа революционной законности в настоящий момент» (стр. 209, 392–393).

И здесь Сталин рассматривает вопрос революционной законности в двух её ракурсах: революционная законность в первый период нэпа и революционная законность периода завершения первой пятилетки.

Он отмечает:

«Революционная законность первого периода нэпа обращалась своим остриём главным образом против крайностей военного коммунизма, против «незаконных» конфискаций и поборов. Она гарантировала частному хозяину, единоличнику, капиталисту сохранность их имущества при условии строжайшего соблюдения ими советских законов. Совершенно по-иному обстоит дело с революционной законностью в наше время. Революционная законность нашего времени направлена своим остриём не против крайностей военного коммунизма, которых давно уже нет в природе, а против воров и вредителей в общественном хозяйстве, против хулиганов и расхитителей общественной собственности. Основная забота революционной законности в наше время состоит, следовательно, в охране общественной собственности, а не в чём-либо другом» (стр. 210).

«Сильная и мощная диктатура пролетариата, – вот что нам нужно теперь для того, чтобы развеять в прах последние остатки умирающих классов и разбить их воровские махинации», – отмечает Сталин (стр. 210).

И далее, в продолжение данной темы, он разъясняет: «Уничтожение классов достигается не путём потухания классовой борьбы, а путём её усиления. Отмирание государства придёт не через ослабление государственной власти, а через её максимальное усиление, необходимое для того, чтобы добить остатки умирающих классов и организовать оборону против капиталистического окружения, которое далеко ещё не уничтожено и не скоро ещё будет уничтожено (выделено мною, Д. И.)» (стр. 211).

Таким образом, в годы первой пятилетки был нанесён решительный удар по частнокапиталистическим элементам в промышленности, сельском хозяйстве и торговле.

«Основой нашего строя является общественная собственность так же, как основой капитализма – собственность частная» – сделал вывод Сталин (стр. 209).

И ещё на один момент нам необходимо обратить внимание – о советской валюте. Сталин отвечает на критику буржуазных экономистов о том, что советская валюта якобы не представляет никакой ценности. «Как можно утверждать, что наша советская валюта не представляет никакой ценности? – задаёт вопрос Сталин. И отвечает – Разве это не факт, что на эту валюту строили мы Магнитострой, Днепрострой, Кузнецкстрой, Сталинградский и Харьковский тракторные заводы, Горьковский и Московский автомобильные заводы, сотни тысяч колхозов и тысячи совхозов?» (стр. 205). И далее Сталин поясняет, чем обеспечивается устойчивость советской валюты: «Конечно, не только золотым запасом. Устойчивость советской валюты обеспечивается, прежде всего, громадным количеством товарных масс в руках государства, пускаемых в товарооборот по устойчивым ценам. Кто из экономистов может отрицать, что такое обеспечение, имеющее место только в СССР, является более реальным обеспечением устойчивости валюты, чем любой золотой запас? Поймут ли когда-нибудь экономисты капиталистических стран, что они окончательно запутались с теорией золотого запаса, как «единственного» обеспечения устойчивости валюты?» (стр. 205).

Выдающиеся успехи, достигнутые в годы первой пятилетки в создании материально-технической базы социализма (индустриализация промышленности, коллективизация сельского хозяйства, создание советской социалистической торговли) позволили намного улучшить материальное положение советского народа. Было покончено с безработицей, этом биче капитализма. В то же время в капиталистических странах имелось в тот период времени не менее 30–40 миллионов безработных, которых называют «конченные люди». «Они живут – констатирует Сталин – скудными подачками с барского стола, раскапыванием мусорных ящиков, где они находят гнилые остатки пищи, живут в трущобах больших городов, а больше всего в лачужках за городом, наскоро выстроенных безработными из досок от ящиков и древесной коры» (стр. 197).

Отвлекаясь от рассматриваемой темы, замечу, не о современных ли безработных на территории нашей разрушенной страны говорит Сталин?!

Вернёмся к итогам первой пятилетки. Рост народного дохода увеличился на 85 %, рост среднегодовой зарплаты рабочих и служащих составил 67 %, рост фонда социального страхования – 292 %. Пятилетка подняла бедноту и низшие слои середняков в колхозах в положение людей обеспеченных, уничтожив процесс разорения и обнищания крестьянства, отмечает Сталин (стр. 199, 200).

Но Сталин исключительно самокритично относится к этим достижениям: «Конечно, мы ещё не добились того, чтобы полностью обеспечить материальные запросы рабочих и крестьян. И едва ли мы добьёмся этого в ближайшие годы. Но мы несомненно добились того, что материальное положение рабочих и крестьян улучшается у нас из года в год» (стр. 200).

Делая выводы, Сталин говорит о том, что итоги пятилетки откинули утверждение буржуазных и социал-демократических деятелей о том, что пятилетний план есть бред, фантазия, неосуществимая мечта, т. к. пятилетний план уже осуществлён.

– «Итоги пятилетки показали, что рабочий класс способен также хорошо строить новое, как и разрушать старое».

– «Итоги пятилетки показали, что вполне возможно построить в одной стране социалистическое общество, ибо экономический фундамент такого общества уже построен в СССР».

– «Итоги пятилетки показали, что коммунистическая партия непобедима, если она знает, куда вести дело, и не боится трудностей» (стр. 214–215).

О том, что пятилетка добилась выдающихся результатов, говорят и отклики буржуазной прессы.

Часть прессы хулила результаты пятилетки, говорила, что она провалилась и несла хулу советскому государству, коммунистической партии большевиков, распространяя клевету о пятилетке.

Но были и объективные отклики. Их приводит Сталин в своём докладе на пленуме.

Приведу некоторые из них для вас, уважаемые читатели.

– «СССР выиграл первый тур, индустриализуясь без помощи иностранного капитала» (стр. 165; «газета «Тан», Франция);

«Коммунизм гигантскими темпами завершает реконструкцию, в то время, как капиталистический строй позволяет двигаться только медленными шагами… Во Франции, где земельная собственность разделена до бесконечности между отдельными собственниками, невозможно механизировать сельское хозяйство; Советы же, индустриализуя сельское хозяйство, сумели разрешить проблему… В состязании с нами большевики оказались победителями» (там же).

– «Достижения пятилетнего плана представляют собой изумительное явление. Тракторные заводы Харькова и Сталинграда, автомобильный завод АМО в Москве, автомобильный завод в Н.-Новгороде, Днепровская гидроэлектрическая станция, грандиозные сталелитейные заводы в Магнитогорске и Кузнецке, целая сеть машиностроительных и химических заводов на Урале, который превращается в советский Рур, – все эти и другие промышленные достижения по всей стране свидетельствуют, что, каковы бы ни были трудности, советская промышленность, как хорошо орошаемое растение, растёт и крепнет… Пятилетний план заложил основы будущего развития и чрезвычайно усилил СССР» (стр. 165–166; английский журнал «Раунд Тэйбл»).

– «Успехи, достигнутые в машиностроительной промышленности, не подлежат никаким сомнениям. Восхваления этих успехов в печати и в речах отнюдь не являются необоснованными. Не надо забывать, что прежде Россия производила только самые простые машины и орудия. Правда, и теперь абсолютные цифры ввоза машин и инструментов увеличиваются; но пропорциональная доля импортированных машин по сравнению с теми, которые были произведены в самом СССР, непрерывно уменьшается. СССР в настоящее время производит всё оборудование, необходимое для своей металлургической и электрической промышленности. Он сумел создать свою собственную автомобильную промышленность. Он создал производство орудий и инструментов, которое охватывает всю гамму от самых маленьких инструментов большой точности и вплоть до наиболее тяжёлых прессов. Что же касается сельскохозяйственных машин, то СССР уже не зависит от ввоза из-за границы. Вместе с тем Советское правительство принимает меры к тому, чтобы запаздывание в продукции угля и железа не препятствовало осуществлению пятилетки в четыре года. Не подлежит сомнению, что построенные вновь огромные заводы гарантируют значительный рост продукции тяжёлой промышленности» (стр. 166; английская газета «Финаншиэл Таймс»).

– «Четыре года пятилетнего плана принесли с собой поистине замечательные достижения. Советский Союз работал с интенсивностью военного времени над созидательной задачей построения основ новой жизни. Лицо страны меняется буквально до неузнаваемости… Это верно относительно Москвы с её сотнями заново асфальтированных улиц и скверов, новых зданий, с новыми пригородами и кордоном новых фабрик на её окраинах. Это верно и относительно менее значительных городов. Новые города возникли в степях и пустынях, не какие-нибудь несколько городов, а по меньшей мере 50 городов с населением от 50 до 250 тыс. человек. Все они возникли в последние четыре года, каждый из них является центром нового предприятия или ряда предприятий, построенных для разработки естественных ресурсов. Сотни новых районных электростанций и целый ряд гигантов, подобно Днепрострою, постепенно воплощают в жизнь формулу Ленина: «Социализм есть Советская власть плюс электрификация»… Советский Союз организовал массовое производство бесконечного множества предметов, которых Россия никогда раньше не производила: тракторов, комбайнов, высококачественных сталей, синтетического каучука, шарикоподшипников, мощных дизелей, турбин в 50 тыс. квт., телефонного оборудования, электрических машин для горной промышленности, аэропланов, автомобилей, велосипедов и несколько сот типов новых машин… Впервые в истории Россия добывает алюминий, магнезит, апатиты, йод, поташ и многие другие ценные продукты… Путеводными точками советских равнин не являются больше кресты и купола церквей, а зерновые элеваторы и силосные башни. Колхозы строят дома, хлева, свинарники. Электричество проникает в деревню, радио и газеты завоевали её. Рабочие учатся работать на новейших машинах. Крестьянские парни производят и обслуживают сельскохозяйственные машины, которые больше и сложнее, чем то, что видела когда-либо Америка. Россия начинает «мыслить машинами». Россия быстро переходит от века дерева к веку железа, стали, бетона и моторов» (стр. 167–168; американский журнал «Нейшен»).

– «Бросается в глаза огромная работа, которая происходит в СССР. Новые заводы, новые школы, новые кино, новые клубы, новые громадные дома – всюду новые постройки. Многие из них уже кончены, другие ещё окружены лесами. Трудно рассказать английскому читателю, что сделано за последние два года и что делается дальше. Надо всё это видеть для того, чтобы этому поверить. Наши собственные достижения, осуществлённые нами во время войны, – лишь пустяк по сравнению с тем, что делается в СССР. Американцы признают, что даже в период самой стремительной созидательной горячки в западных штатах, там не было ничего похожего на теперешнюю лихорадочную творческую деятельность в СССР. За последние два года в СССР произошло так много изменений, что отказываешься даже представлять себе, что же будет в этой стране ещё через 10 лет… Выбросьте из головы фантастические страшные истории, рассказываемые английскими газетами, которые так упорно и так нелепо лгут о СССР. Выбросьте также из головы всю ту половинчатую правду и впечатления, основанные на непонимании, которые пущены в ход дилетантствующими интеллигентами, покровительственно глядящими на СССР сквозь очки среднего класса, но не имеющими ни малейшего представления о том, что происходит там… СССР строит новое общество на здоровых основах. Чтобы осуществить эту цель, надо подвергаться риску, надо работать с энтузиазмом, с такой энергией, какой мир до сих пор не знал, надо бороться с огромнейшими трудностями, неизбежными при стремлении построить социализм в обширной стране, изолированной от остального мира. Но посетив эту страну вторично за два года, я получил впечатление, что она идёт по пути прочного прогресса, планирует, творит и строит, и всё это в таком масштабе, который является ярким вызовом по адресу враждебного капиталистического мира» (стр. 168–169; «лево»-реформистский журнал в Англии «Форвард»).

– «Большевизм можно проклинать, но его нужно знать. Пятилетка – это новый колосс, который необходимо принимать во внимание и, во всяком случае, в хозяйственный расчёт» (стр. 167; австрийская газета «Нейе Фрейе Прессе»).

– Очень интересен в этом плане отзыв английского капиталиста Гиббсона Джарви, председателя банка «Юнайтед доминион», данный в октябре 1932 г.: «Я хочу разъяснить, что я не коммунист и не большевик, я – определённый капиталист и индивидуалист… Россия движется вперёд, в то время, как слишком много наших заводов бездействуют и примерно 3 млн. нашего народа ищут в отчаянии работу. Пятилетку высмеивали и предсказывали её провал. Но вы можете считать несомненным, что в условиях пятилетнего плана сделано больше, чем намечалось… Во всех промышленных городах, которые я посетил, возникают новые районы, построенные по определённому плану с широкими улицами, украшенными деревьями и скверами, с домами наиболее современного типа, школами, больницами, рабочими клубами и неизбежными детскими яслями и детскими домами, где заботятся о детях работающих матерей… Не пытайтесь недооценивать русских планов и не делайте ошибки, надеясь, что Советское правительство может провалиться… Сегодняшняя Россия – страна с душой и идеалами. Россия – страна изумительной активности. Я верю, что стремления России являются здоровыми… Быть может, самое важное – в том, что вся молодёжь и рабочие в России имеют одну вещь, которой, к сожалению, недостаёт сегодня в капиталистических странах, а именно – надежду» (стр. 167).

– И, наконец, приведу отзыв бельгийской рабочей делегации, посетившей СССР: «Мы восхищены тем громадным строительством, которое мы наблюдали во время нашего путешествия. В Москве, как и в Макеевке, Горловке, Харькове и Ленинграде, мы могли констатировать, с каким энтузиазмом там работают. Все машины – новейшей конструкции. На заводах – чистота, много воздуха и света. Мы видели, как в СССР рабочим оказывается медицинская и санитарная помощь. Рабочие жилища построены вблизи от заводов. В рабочих городках организованы школы и ясли; дети окружены самыми тщательными заботами. Мы могли видеть разницу между старыми и вновь построенными заводами, между старыми и новыми жилищами. Всё, что мы видели, дало нам ясное представление о громадной силе трудящихся, строящих новое общество под руководством коммунистической партии. Мы наблюдали в СССР большой культурный подъём в то время, как в других странах царит упадок во всех областях, царит безработица. Мы могли видеть, какие страшные трудности советские трудящиеся встречают на своём пути. Мы тем в большей степени понимаем гордость, с которой они показывают нам свои победы. Мы убеждены, что они преодолеют все препятствия» (стр. 169–170).

#### § 4. Победа социализма в СССР

В январе 1934 г. состоялся XVII съезд партии, вошедший в историю как «съезд победителей».

В Отчётном докладе ЦК ВКП(б) съезду партии Сталин, подводя итоги первой пятилетки, сказал: «СССР за этот период преобразился в корне, сбросив с себя обличие отсталости и средневековья. Из страны аграрной он стал страной индустриальной. Из страны мелкого единоличного сельского хозяйства он стал страной коллективного крупного механизированного сельского хозяйства. Из страны тёмной, неграмотной и некультурной он стал – вернее, становится – страной грамотной и культурной, покрытой громадной сетью высших, средних и низших школ, действующих на языках наций СССР» (т.13, стр. 306).

Социалистическая промышленность к этому времени составляла уже 99 % всей промышленности страны. Социалистическое сельское хозяйство, т. е. колхозы и совхозы занимали 84,5 % всех посевных площадей зерновых культур. Капиталистические элементы были полностью вытеснены из торговли.

И Сталин подчёркивает «Выходит, что капиталистическое хозяйство в СССР уже ликвидировано, а единолично-крестьянский сектор в деревне оттеснён на второстепенные позиции» (стр. 309).

Далее он напоминает, что при введении нэпа Ленин говорил о наличии элементов пяти общественно-экономических укладов в стране: 1) патриархальное (в значительной степени, натуральное) хозяйство; 2) мелкотоварное производство – большинство крестьян, продающих хлеб; 3) частнохозяйственный капитализм; 4) государственный капитализм; 5) социализм. Сталин отмечает, что первый, третий и четвёртый уклады уже не существуют, второй уклад оттеснён на второстепенные позиции и пятый, социалистический уклад является безраздельно господствующей и единственно командующей силой во всём народном хозяйстве» (там же).

И он делает вывод: «Факты говорят, что мы уже построили фундамент социалистического общества в СССР (выделено мною, Д. И.) и нам остаётся лишь увенчать его надстройками…» (стр. 325).

«Эта историческая победа над эксплуататорами не могла не привести к коренным улучшениям в материальном положении и во всём быту трудящихся. Ликвидация паразитических классов привела к исчезновению эксплуатации человека человеком», – отмечает Сталин (стр. 333–334). Исчезла безработица, с ликвидацией кулацкой кабалы уничтожена нищета в деревне, отмечает вождь.

Сталин подчёркивает: «Уничтожение эксплуатации, уничтожение безработицы в городе, уничтожение нищеты в деревне – это такие исторические достижения в материальном положении трудящихся, о которых не могут даже мечтать рабочие и крестьяне самых что ни на есть «демократических» буржуазных стран» (стр. 334).

Говоря о положении дел в капиталистическом мире, Сталин в докладе съезду отметил, что прошедшие после XVI съезда ВКП(б) (1930 г.) годы были годами продолжающегося уже пятый год мирового экономического кризиса. Безработица поразила крупнейшие капиталистические страны, в частности, только по официальным данным в Англии до 3 млн. безработных, в Германии – до 5 млн., в США – до 10 млн. Число частично безработных превышает десяток миллионов, «добавьте миллионные массы разорившихся крестьян, – и вы получите приблизительную картину нужды и отчаяния трудящихся масс», – говорит Сталин (стр. 292).

Он отмечает, что народные массы ещё не дошли до того, чтобы пойти на штурм капитализма. Но испанская революция, свергнувшая режим фашизма и рост советских районов в Китае, говорят о том, «что идея штурма зреет в сознании масс».

Экономический кризис ведёт к обострению политического положения в капиталистических странах. «Господствующие классы капиталистических стран, – отмечает Сталин – старательно уничтожают или сводят на нет последние остатки парламентаризма и буржуазной демократии, которые могут быть использованы рабочим классом в его борьбе против угнетателей, загоняют в подполье коммунистические партии и переходят к открыто террористическим методам сохранения своей диктатуры» (стр. 293).

На первый план, как и в 1914 г., «выдвигаются партии воинствующего империализма, партии войны и реванша. Дело явным образом идёт к новой войне» (стр. 292), провидчески предсказал пролетарский вождь ещё за 5,5 лет до начала второй мировой войны.

«Шовинизм и подготовка войны, как основные элементы внешней политики, обуздание рабочего класса и террор в области внутренней политики, как необходимое средство для укрепления тыла будущих военных фронтов, – вот что особенно занимает теперь современных империалистических политиков», – продолжил далее Сталин (стр. 293).

Политический кризис привёл в Германии к приходу к власти фашистов. Сталин отмечает, что «победу фашизма в Германии нужно рассматривать не только как признак слабости рабочего класса и результат измен социал-демократии рабочему классу, расчистившей дорогу фашизму. Её надо рассматривать также, как признак слабости буржуазии, как признак того, что буржуазия уже не в силах властвовать старыми методами парламентаризма и буржуазной демократии, ввиду чего она вынуждена прибегнуть во внутренней политике к террористическим методам управления, – как признак того, что она не в силах больше найти выход из нынешнего положения на базе мирной внешней политики, ввиду чего она вынуждена прибегнуть к политике войны» (стр. 293–294).

«Но если буржуазия избирает путь войны, – развивает эту тему Сталин, – то рабочий класс капиталистических стран, доведённый до отчаяния 4-летним кризисом и безработицей, становится на путь революции. Это значит, что зреет и будет назревать революционный кризис. И революционный кризис будет нарастать тем скорее, чем больше будет запутываться буржуазия в своих военных комбинациях, чем чаще будет она прибегать к террористическим методам борьбы против рабочего класса и трудящихся крестьян» (стр. 298).

В то же время Сталин напоминает всем революционерам:

«Победа революции никогда не приходит сама. Её надо подготовить и завоевать. А подготовить и завоевать её может только сильная пролетарская революционная партия. Бывают моменты, когда положение – революционное, власть буржуазии шатается до самого основания, а победа революции всё же не приходит, так как нет налицо революционной партии пролетариата, достаточно сильной и авторитетной для того, чтобы повести за собой массы и взять власть в свои руки» (там же).


И сейчас, в наше время шовинизм и антикоммунизм используются во всю Трампом, президентом США; на антикоммунистических позициях стоит ЕС, особенно прославилась ПАСЕ (Парламентская ассамблея Совета Европы) принятием антикоммунистических резолюций. Деятельность коммунистических партий запрещена на Украине, в республиках Прибалтики, где процветает неофашизм.


XVII съезд заслушал доклады товарищей Молотова и Кагановича о втором пятилетнем плане развития народного хозяйства (1933–1937 гг.), задачи которого были ещё более грандиозны, чем задачи первой пятилетки.

Основной упор при этом уделялся повышению качества работы. Вот что об этом сказано в решениях съезда: «Основные задачи второй пятилетки – окончательная ликвидация капиталистических элементов, преодоление пережитков капитализма в экономике и сознании людей, завершение реконструкции всего народного хозяйства на новейшей технической базе, освоение новой техники и новых предприятий, машинизация сельского хозяйства и поднятие его продуктивности – ставят со всей остротой вопрос о повышении качества работы во всех отраслях, в первую очередь качества организационно-практического руководства» (Краткий курс», стр. 309).

Как отмечается в «Кратком курсе» (стр. 320–321), вторая пятилетка, также как и первая, была выполнена за 4 года и 3 мес., к 1 апреля 1937 г. Промышленность СССР достигла к концу 1937 г. 428 % от уровня 1929 г., а по сравнению с довоенным уровнем выросла более чем в 7 раз. Поднималось и сельское хозяйство. Производство зерна выросло с 4 млрд. 800 млн. пудов в 1913 г. до 6 млрд. 800 млн. в 1937 г. В 2–3 раза увеличилось производство хлопка, льна, свеклы, масличных культур. Единственной сельскохозяйственной отраслью, которая отставала, было животноводство, т. к. кулаками в годы коллективизации было забито несколько миллионов голов скота, чтобы навредить Советской власти и упрочению социализма на селе.

Завершение реконструкции промышленности и сельского хозяйства привело к тому, что народное хозяйство стало оснащённым самой передовой техникой. Теперь на смену лозунгу «техника решает всё» пришёл лозунг «кадры решают всё», т. к. без наличия людей, овладевших этой новой техникой, она бы оставалась мертва.

Этот лозунг выдвинул Сталин на выпуске академиков Красной армии: «Надо, наконец, понять, что из всех ценных капиталов, имеющихся в мире, самым ценным и самым решающим капиталом являются люди, кадры. Надо понять, что при наших нынешних условиях «кадры решают всё». Будут у нас хорошие и многочисленные кадры в промышленности, в сельском хозяйстве, на транспорте, в армии, – наша страна будет непобедима. Не будет у нас таких кадров – будем хромать на обе ноги» («Речь в Кремлёвском дворце, на выпуске академиков Красной армии» 4 мая 1935 г. «Вопросы ленинизма», стр. 491).

Очень важной, характерной чертой второй пятилетки стало зародившееся и набирающее силу стахановское движение, как новый, высший тип социалистического соревнования. Отличительной чертой этого движения явилось то, что оно связано с новой техникой, с её освоением, с превышением технических норм и резким ростом производительности труда.

Алексей Стаханов, забойщик шахты «Центральная-Ирмино» (Донбасс), за одну смену 31 августа 1935 г. вырубил 102 т угля, превысив обычные нормы добычи в 14 раз. Тем самым было положено начало массовому движению рабочих и колхозников за повышение норм выработки, за подъём производительности труда. «Бусыгин – в автопромышленности, Сметанин – в обувной промышленности, Кривонос – на транспорте, Мусинский – в лесной промышленности, Евдокия и Мария Виноградовы – в текстильной промышленности, Мария Демченко, Мария Гнатенко, П. Ангелина, Полагутин, Колесов, Ковардак, Борин – в сельском хозяйстве, – таковы имена первых пионеров стахановского движения», – отмечается в «Кратком курсе» (стр. 323).

«Значение стахановского движения состоит в том, – сказал Сталин – что оно является таким движением, которое ломает старые технические нормы, как недостаточные, перекрывает в целом ряде случаев производительность труда передовых капиталистических стран и открывает, таким образом, практическую возможность дальнейшего укрепления социализма в нашей стране, возможность превращения нашей страны в наиболее зажиточную страну» («Речь на первом Всесоюзном совещании стахановцев» 17 ноября 1935 г., «Вопросы ленинизма», стр. 494–495).

Сталин напомнил, что «социализм может победить только на базе высокой производительности труда, более высокой, чем при капитализме, на базе изобилия продуктов и всякого рода предметов потребления, на базе зажиточной и культурной жизни всех членов общества» (там же, стр. 494).

И он отметил ещё одно важное значение стахановского движения, которое состоит в том, что оно подготавливает почву для перехода от социализма к коммунизму, для перехода от обеспечения каждого члена общества по труду, согласно результатам его труда, к обеспечению каждого по потребностям, к уничтожению противоположности между трудом физическим и трудом умственным.

Но для уничтожения этой противоположности необходимо поднять культурно-технический уровень рабочего класса до уровня инженерно-технических работников. И стахановцы, люди в совершенстве овладевшие новой техникой, не хуже инженеров, а зачастую кое в чём и превосходя их, ломающие устаревшие технические нормы, и являются прообразом таких грамотных и культурных людей.

5 декабря 1936 г. была принята новая Конституция СССР, по праву получившая название Сталинской. В этой Конституции была законодательно закреплена победа социализма в СССР.

Выступая на Чрезвычайном VIII Всесоюзном съезде Советов 25 ноября 1936 г. с докладом «О проекте Конституции СССР», Сталин подвёл итоги созидательной работы по строительству социализма в СССР.

Он отметил, что предыдущая Конституция СССР была принята в 1924 г. Это был первый период нэпа, когда Советская власть допустила некоторое оживление капитализма при всемерном развитии социализма, рассчитывая в ходе соревнования двух систем хозяйствования добиться ликвидации капиталистических элементов и завершить победу социалистической системы.

Именно это и было сделано за прошедший период, за 12 лет, краткий миг для истории.

В 1936 г. «мы имеем теперь последний период нэпа, конец нэпа, период полной ликвидации капитализма во всех сферах народного хозяйства», – сказал Сталин (стр. 509). И сделал вывод: «Таким образом, полная победа социалистической системы во всех сферах народного хозяйства является теперь фактом (выделено нами, Д. И.)… Это значит, что эксплуатация человека человеком уничтожена, ликвидирована, а социалистическая собственность на орудия и средства производства утверждена, как незыблемая основа нашего советского общества» (стр. 510).

Сталин отметил, что изменилась и классовая структура нашего общества, общества, в котором ликвидированы эксплуататорские классы: капиталисты в промышленности, кулаки в сельском хозяйстве, купцы и спекулянты в области торговли. Остались два дружественных класса: рабочий класс и колхозное крестьянство и социальная прослойка: социалистическая интеллигенция, состоящая в своей основе из выходцев их этих двух классов. И Сталин отмечает, что «у власти стоят эти именно трудящиеся классы, что государственное руководство обществом (диктатура) принадлежит рабочему классу, как передовому классу общества» и Конституция закрепляет достигнутые новые общественные порядки, «угодные и выгодные трудящимся» (стр. 516).

Сталин даёт характеристику трудящимся классам СССР, показывает, в чём состоит их качественное отличие от трудящихся классов капиталистического общества.

Он отмечает, что пролетариат, это класс, лишённый средств производства, которые принадлежат капиталистам, класс, эксплуатируемый капиталистами. В нашей стране класс капиталистов ликвидирован, средства производства принадлежат государству, руководящей силой которого является рабочий класс. Рабочий класс владеет орудиями и средствами производства вместе со всем народом, что исключило всякую возможность эксплуатации. «Пролетариат СССР – делает вывод Сталин – превратился в совершенно новый класс, в рабочий класс СССР, уничтоживший капиталистическую систему хозяйства, утвердивший социалистическую собственность на орудия и средства производства и направляющий советское общество по пути коммунизма. Как видите, рабочий класс СССР это – совершенно новый, освобождённый от эксплуатации, рабочий класс, подобного которому не знала ещё история человечества» (стр. 511).

То же касается и крестьянства.

И вновь предоставим слово Сталину:

«Наше советское крестьянство является совершенно новым крестьянством. У нас нет больше помещиков и кулаков, купцов и ростовщиков, которые могли бы эксплуатировать крестьян. Стало быть, наше крестьянство есть освобождённое от эксплуатации крестьянство. Далее, наше советское крестьянство в своём подавляющем большинстве есть колхозное крестьянство, т. е. оно базирует свою работу и своё достояние не на единоличном труде и отсталой технике, а на коллективном труде и современной технике. Наконец, в основе хозяйства нашего крестьянства лежит не частная собственность, а коллективная собственность, выросшая на базе коллективного труда. Как видите, советское крестьянство – это совершенно новое крестьянство, подобного которому ещё не знала история человечества» (стр. 511–512).

Также изменилась и наша интеллигенция, говорит Сталин. По своему составу выходцы из дворянства и буржуазии составляют небольшой процент интеллигенции, она на 80–90 % состоит из выходцев из рабочего класса, крестьянства и других слоёв трудящихся. Раньше интеллигенция была вынуждена служить богатым классам, теперь она должна служить народу, ибо не стало больше эксплуататорских классов.

«Наша советская интеллигенция это – совершенно новая интеллигенция, связанная всеми корнями с рабочим классом и крестьянством – отмечает Сталин – …она вместе с рабочими и крестьянами, в одной упряжке с ними, ведёт стройку нового бесклассового социалистического общества» (стр. 512).

Рассматривая вопрос национальных взаимоотношений в СССР, Сталин отметил, что «опыт образования многонационального государства, созданного на базе социализма, удался полностью. Это есть несомненная победа ленинской национальной политики… В результате мы имеем теперь вполне сложившееся и выдержавшее все испытания многонациональное социалистическое государство, прочности которого могло бы позавидовать любое национальное государство в любой части света» (стр. 513–514).

В этой связи Сталин отмечает принципиальную разницу между конституциями буржуазных государств, которые в своей основе являются конституциями националистическими, конституциями господствующих наций, молчаливо признающих неравенство наций, и проектом нашей новой Конституции, глубоко интернациональной. Проект новой Конституции, говорит Сталин «исходит из того, что все нации и расы равноправны. Он исходит из того, что разница в цвете кожи или языке, культурном уровне или уровне государственного развития, равно как другая какая-либо разница между нациями и расами – не может служить основанием для того, чтобы оправдать национальное неравноправие. Он исходит из того, что все нации и расы, независимо от их прошлого и настоящего положения, независимо от их силы или слабости, – должны пользоваться одинаковыми правами во всех сферах хозяйственной, общественной, государственной и культурной жизни общества» (стр. 516–517).

Сталин также отмечает последовательный и до конца выдержанный демократизм новой Конституции, не признающей разницы в правах между мужчинами и женщинами, имущими и неимущими, образованными и необразованными, законодательно закрепляющей равенство всех граждан в своих правах. «Не имущественное положение, не национальное происхождение, не пол, не служебное положение, а личные способности и личный труд каждого гражданина определяют его положение в обществе», – делает вывод Сталин (стр. 517).

Подводя итоги обсуждения проекта новой Конституции, Сталин подчёркивает: «Это будет исторический документ, трактующий просто и сжато, почти в протокольном стиле, о фактах победы социализма в СССР, о фактах освобождения трудящихся СССР от капиталистического рабства, о фактах победы в СССР развёрнутой, до конца последовательной демократии» (стр. 533).

Новая Конституция СССР имеет и громадное международное значение, отмечает Сталин, она «будет обвинительным актом против фашизма, говорящим о том, что социализм и демократия непобедимы… будет моральной помощью и реальным подспорьем для всех тех, кто ведёт ныне борьбу против фашистского варварства» (стр. 534).

А «для народов СССР она имеет значение итога их борьбы, итога их побед на фронте освобождения человечества», – завершает Сталин.

#### § 5. Борьба с антипартийными группировками

Построение социализма происходило в острой классовой борьбе уходящих с исторической арены эксплуататорских классов, интересы которых в партии выражали троцкисты, бухаринцы и другие антипартийные группировки.

На протяжении десятилетий вёл антипартийную работу Троцкий и его приспешники. В дореволюционные годы Троцкий неоднократно выступал против Ленина, пытаясь приписать себе несуществующие заслуги и поставить себя выше Ленина. Он постоянно оказывался в различных антиленинских группировках и блоках, будучи их лидером.

Крайне негативную роль сыграл Троцкий в период заключения Брестского мира, отказавшись его подписывать и поставив нашу страну и революцию в исключительно тяжёлые условия, когда Брестский мир, по настоянию Ленина, всё же был подписан, причём подписан на намного худших условиях, чем ранее предлагали немцы.

После смерти Ленина, Троцкий развернул ещё более ожесточённую борьбу против партии и её сталинского руководства.

Он выражал неверие в возможность построения социализма в нашей одной отдельно взятой стране, тем самым выражая неверие в революционные и созидательные возможности рабочего класса, всех трудящихся страны Советов, предлагал ждать совершения мировой революции, т. е., фактически, толкал партию, рабочий класс на капитуляцию перед миром капитала.

Вопрос возможности построения социализма в одной стране широко обсуждался в нашей партии в конце восстановительного периода, в 1924–25 гг. Ведь наша страна, достигнув довоенного уровня, оставалась отсталой, аграрной страной. В октябре 1917 г. рабочий класс победил политически, установив свою диктатуру. Была подорвана экономическая основа капитализма – частная собственность, т. к. заводы, фабрики, пути сообщения, банки, земля были экспроприированы у капиталистов и помещиков и переданы в общенародную собственность, в собственность пролетарского государства. Теперь предстояло создать фундамент социалистической экономики, т. е. нанести окончательное поражение капитализму экономически.

И только на путях индустриализации можно было вывести страну из отсталости. Именно на победу социализма в экономической области и была направлена новая экономическая политика, о чём говорилось выше, «ибо она введена партией именно для того, чтобы облегчить строительство социалистического фундамента нашего народного хозяйства», – отмечено в «Кратком курсе» (стр. 261).

Вопрос победы социализма в одной отдельно взятой стране имеет не только внутренний, но и внешний, международный характер, т. к. строительство социализма в СССР происходило во враждебном капиталистическом окружении. И международная буржуазия, ненавидевшая Страну Советов, как страну, покусившуюся на «священную частную собственность» и оказывавшую своими созидательными делами заразительный пример пролетариям других стран, – стремилась осуществить новую вооружённую интервенцию против молодой Советской республики и попытаться реставрировать капитализм.

Поэтому «победа социализма в СССР, выражающаяся в ликвидации капиталистической системы хозяйства и в построении социалистической системы хозяйства, всё же не может считаться окончательной победой, – сделан вывод в «Кратком курсе» – поскольку опасность вооружённой иностранной интервенции и попыток реставрации капитализма остаётся неустранённой» (стр. 262). И чтобы уничтожить эту опасность, нужно уничтожить капиталистическое окружение. Отсюда партия делает вывод, что «победа пролетарской революции в капиталистических странах является кровным интересом трудящихся СССР» (там же).

Именно такими были установки партии по вопросу победы социализма в одной стране. Установка на победу социализма в нашей стране произвела ошеломляющее воздействие на всех оппозиционеров.

Троцкисты противопоставили этой установке меньшевистскую «теорию перманентной революции», отрицавшую возможность победы социалистического строительства в СССР.

Бухаринцы установке партии начали противопоставлять свою «теорию» мирного врастания буржуазии в социализм, дополнив её лозунгом «Обогащайтесь!», т. е. в нэпе они видели только одну сторону – отступление перед буржуазией, что привело бы к поражению социализма.

Зиновьев и Каменев считали, что победа социализма в СССР невозможна ввиду его технико-экономической отсталости, но дали партии бой только на XIV съезде. Они собирали своих сторонников в Ленинграде и формировали т. н. «новую оппозицию».

XIV партконференция (апрель 1925 г.) осудила все эти капитулянтские «теории» и утвердила установку партии на победу социализма в СССР.

XIV съезд, как уже говорилось выше, наметил курс на социалистическую индустриализацию страны, курс, направленный на победу социализма в СССР.

Против генеральной линии партии выступили зиновьевцы. Сталинскому плану индустриализации зиновьевец Сокольников противопоставил план, по которому СССР должен был оставаться аграрной страной, производящей главным образом сырьё и продовольствие и вывозящей их за границу, а оттуда ввозящей машины и оборудование, которые сама не производит и не должна была производить. Т. е., по этому плану СССР остался бы в экономической зависимости от крупнейших империалистических держав, стал бы аграрным придатком империализма. План зиновьевцев был открыто капитулянтский план, который срывал возможность построения социализма в СССР и толкнул бы нашу страну обратно в болото капитализма. Съезд заклеймил хозяйственный «план» зиновьевцев, как план закабаления СССР («Краткий курс», стр. 264).

Сталин разоблачил троцкистско-меньшевистскую сущность «новой оппозиции». Было ясно, что зиновьевцы – это плохо замаскированные троцкисты.

Подводя итоги прениям по хозяйственному строительству, XIV съезд партии единодушно отверг капитулянтские планы оппозиционеров и в своём решении записал: «Съезд считает, что борьба за победу социалистического строительства в СССР является основной задачей нашей партии» (стр. 265).

Свыше 97 % членов ленинградской партийной организации полностью одобрили решения съезда и осудили антипартийную зиновьевскую «новую оппозицию».

Сталин отмечал: «Историческое значение XIV съезд ВКП состоит в том, что он сумел вскрыть до корней ошибки новой оппозиции, отбросил прочь её неверие и хныканье, ясно и чётко наметил путь дальнейшей борьбы за социализм, дал партии перспективу победы и вооружил тем самым пролетариат несокрушимой верой в победу социалистического строительства» (стр. 266).

Итак, можно сделать вывод, что подручными Троцкого в антипартийной борьбе были Каменев, Зиновьев, Бухарин. Оппозиционеры рассчитывали внести разложение в ряды партии после смерти Ленина, расколоть партию, заразить её неверием в дело победы социализма в СССР. «По существу, – отмечается в «Кратком курсе» – троцкисты пытались создать в СССР политическую организацию новой буржуазии, другую партию – партию капиталистической реставрации» (стр. 266).

Но партия сплотилась под ленинским знаменем вокруг своего ЦК и товарища Сталина и нанесла поражение капитулянтам «как троцкистам, так и их новым друзьям в Ленинграде – новой оппозиции Зиновьева и Каменева».

В период индустриализации империалистические правительства принимали все меры, чтобы помешать строительству экономического фундамента социализма в нашей стране.

Английское консервативное правительство в мае 1927 г. объявило о разрыве дипломатических и торговых отношений с СССР, предварительно организовав провокационный налёт в Лондоне на Советское общество по торговле с Англией («Аркос»).

В июне того же года в Варшаве русским белогвардейцем был убит посол СССР т. Войков.

Одновременно на территории СССР английскими шпионами и диверсантами были брошены бомбы в партийный клуб в Ленинграде, ранив около 30 чел.

Этим же летом 1927 г. происходили налёты на советские полпредства и торгпредства в Берлине, Пекине, Шанхае, Тяньцзине.

Не меньше трудностей причиняли партии и Советскому государству троцкисты и прочие оппозиционеры своей подрывной работой.

Сталин отметил, что против Советской власти «создаётся нечто вроде единого фронта от Чемберлена до Троцкого» (стр. 270).

Летом 1926 г. троцкисты и зиновьевцы объединяются в антипартийный блок, сплачивают вокруг блока остатки всех разбитых оппозиционных групп и закладывают основы своей антиленинской подпольной партии, заводят нелегальную типографию, устанавливают членские взносы, распространяют свою платформу.

«В связи с таким поведением троцкистов и зиновьевцев XV партконференция (ноябрь 1926 г.) и расширенный пленум Исполкома Коммунистического Интернационала (декабрь 1926 г.) ставят на обсуждение вопрос о троцкистско-зиновьевском блоке и в своих решениях клеймят сторонников блока, как раскольников, скатившихся в своей платформе на меньшевистские позиции» (стр. 271).

Но оппозиционеры продолжают свою антипартийную борьбу.

В октябре 1927 г., за два месяца до XV съезда партии, ЦК объявил общепартийную дискуссию, результаты которой для троцкистско-зиновьевского блока оказались плачевными. За политику ЦК голосовало 724 тысячи членов партии, за блок троцкистов и зиновьевцев – 4 тысячи, т. е. менее 1 %. «Антипартийный блок был разбит наголову», – отмечается в «Кратком курсе» (стр. 272). В ноябре 1927 г. Троцкий и Зиновьев были исключены из партии.

XV съезд признал, что «оппозиция идейно разорвала с ленинизмом, переродилась в меньшевистскую группу, стала на путь капитуляции перед силами международной и внутренней буржуазии и превратилась объективно в орудие третьей силы против режима пролетарской диктатуры» (там же, стр. 276). Съезд объявил принадлежность к троцкистской оппозиции и пропаганду её взглядов несовместимыми с пребыванием в рядах большевистской партии. Активные деятели троцкистско-зиновьевского блока были исключены из партии.

С началом наступления на кулачество и проведением политики ликвидации кулачества как класса, активизировала свою антипартийную деятельность бухаринско-рыковская правая группировка. Агитация этой группы о том, что с колхозами дело не выйдет, что не нужно трогать кулаков, так как они сами «врастут» в социализм, что обогащение буржуазии не представляет опасности для социализма – находила широкий отклик среди капиталистических элементов, особенно среди кулаков, которые развязали острую классовую борьбу против политики коллективизации. Кулаки стали массами отказываться сдавать излишки хлеба государству, развернули жесточайший террор против партийных, советских и комсомольских активистов, убивали детей-пионеров, стали поджигать колхозы, гноить зерно в амбарах, массами убивать скот.

Решительная поддержка политики коллективизации среди середняков и бедноты помогли сломить сопротивление кулачества и в дальнейшем ликвидировать эти капиталистические элементы на селе.

«Победа правого уклона в нашей партии развязала бы силы капитализма, подорвала бы революционные позиции пролетариата и подняла бы шансы на восстановление капитализма в нашей стране», – говорил товарищ Сталин (стр. 281).

Именно это и произошло в период перестройки, когда правая горбачёвская группировка, захватившая в свои руки ЦК КПСС, под видом перестройки осуществила контрреволюционный переворот и осуществила реставрацию капитализма, разрушив СССР.

В начале 1929 г. партии стало известно, что Бухарин связался с троцкистами и вырабатывает соглашение с ними для совместной борьбы против партии.

Ноябрьский пленум ЦК 1929 г. признал пропаганду взглядов правых оппортунистов несовместимой с пребыванием в партии и предложил вывести из состава Политбюро ЦК Бухарина, как застрельщика и руководителя правых капитулянтов, а Рыкову, Томскому и другим участникам правой оппозиции было сделано серьёзное предупреждение (там же, стр. 282).

«Продвижение вперёд по пути социализма, – отмечается в «Кратком курсе» – сопровождалось усилением классовой борьбы внутри страны и обострением внутрипартийной борьбы. Важнейший итог этой борьбы: подавление сопротивления кулачества, разоблачение троцкистско-зиновьевского капитулянтского блока, как антисоветского блока, разоблачение правых капитулянтов, как кулацкой агентуры, изгнание троцкистов из партии, признание взглядов троцкистов и правых оппортунистов несовместимыми с принадлежностью к ВКП(б)» (стр. 285).

Троцкисты, потеряв всякую почву в рабочем классе, говорится далее, перестали быть политическим течением и превратились в беспринципную карьеристскую клику политических мошенников, в банду политических двурушников.

Успехи строительства социализма в нашей стране радовали партию, радовали рабочих, колхозников, советскую интеллигенцию, всех честных людей страны, вселяли в них уверенность в торжество дела социализма.

В то же время эти успехи озлобляли остатки разбитых эксплуататорских классов, приводили в бешенство подголоски этих классов – жалкие остатки троцкистов и бухаринцев, говорится в «Кратком курсе» (стр. 309–310). Эти господа расценивали достижения рабочих и колхозников не с точки зрения интересов народа, который приветствовал каждое такое достижение, а с точки зрения интересов своей фракционной оторванной от народа группы. Они начали мстить партии и народу за свои неудачи.

Но, чтобы замаскировать свою антипартийную антисоветскую деятельность, они начали славословить партию и лебезить перед ней.

На XVII съезде с покаянными речами, полными славословий и восхваления партии, выступили лидеры правых – Бухарин, Рыков, Томский, а также троцкисты – Зиновьев и Каменев. Одновременно при этом подготовляя убийство Кирова.

В связи с убийством лидера ленинградских большевиков, одного из ближайших соратников Сталина – С. М. Кирова 1 декабря 1934 г., ЦК ВКП(б) в письме организациям партии писал о необходимости повышения революционной бдительности в борьбе с врагами Советской власти, о необходимости покончить с оппортунистическим благодушием. «Не дело большевиков почивать на лаврах и ротозействовать. Не благодушие нужно нам, а бдительность, настоящая большевистская революционная бдительность. Надо помнить, что чем безнадёжнее положение врагов, тем охотнее они будут хвататься за «крайнее средство», как единственное средство обречённых в их борьбе с Советской властью. Надо помнить об этом и быть бдительными» («Краткий курс», стр. 312).

В письме также сказано о необходимости изучения истории партии, изучения приёмов и тактики её борьбы со всеми и всякими антипартийными группировками, причём не только борьбы с кадетами, эсерами, меньшевиками, анархистами, но и тактики борьбы с троцкистами, «демократическими централистами», «рабочей оппозицией», зиновьевцами, правыми уклонистами, право-левацкими уродами и т. п. «Нельзя забывать, что знание и понимание истории нашей партии является важнейшим средством, необходимым для того, чтобы обеспечить полностью революционную бдительность членов партии» (стр. 313).

Убийство Кирова, любимца партии, рабочего класса вызвало величайший гнев и скорбь трудящихся нашей страны. В ходе следствия было установлено, что в Ленинграде из числа бывших участников зиновьевской оппозиции была образована подпольная контрреволюционная террористическая группа во главе с т. н. «ленинградским центром», ставившая своей целью убийство руководителей партии. Первой жертвой был намечен Киров. Из показаний участников этой контрреволюционной группы выяснилось, что они были связаны с представителями иностранных капиталистических государств, получали от них деньги. Контрреволюционеры были приговорены Военной коллегией Верховного суда СССР к расстрелу (стр. 311).

Вскоре было установлено наличие подпольного контрреволюционного «московского центра», выявлена гнусная роль Зиновьева, Каменева, Евдокимова и др. руководителей этой организации в деле воспитания среди своих единомышленников террористических настроений в деле подготовки убийства членов ЦК и Советского правительства. Прикинувшись на суде раскаявшимися, зиновьевцы продолжали двурушничать, скрыв свою связь с Троцким, скрыв то, что вместе с троцкистами они продались фашистским разведкам, скрыв свою шпионско-вредительскую деятельность. Зиновьевцы также скрыли на суде свою связь с бухаринцами, «наличие объединённой троцкистско-бухаринской банды наёмников фашизма», сказано в «Кратком курсе» (стр. 311). Убийство Кирова, как было далее установлено, и было организовано и совершено этой бандой.

Уже в 1935 г. стало ясно, что зиновьевская группа является замаскированной белогвардейской организацией, которая вполне заслуживает того, чтобы с её членами обращались как с белогвардейцами. В дальнейшем стало известно, что подлинными организаторами убийства Кирова, организаторами подготовительных шагов к убийству других членов ЦК были Троцкий, Зиновьев, Каменев и их сообщники.

Главным вдохновителем и организатором всей этой банды убийц и шпионов был иуда Троцкий, а его помощниками и исполнителями контрреволюционных указаний были Зиновьев, Каменев и их троцкистское охвостье. Все они были преданы суду и понесли суровое, но справедливое наказание.

Наконец, наступил знаменитый 1937-й год, который антисталинистами преподносится как пик сталинских «репрессий».

Но ведь именно в этом году были вскрыты новые данные об извергах из бухаринско-троцкистской банды («Краткий курс», стр. 331–332). Судебные процессы по делу Пятакова, Радека и др., Тухачевского, Якира и др., Бухарина, Рыкова, Крестинского, Розенгольца и др. – все эти процессы показали, что бухаринцы и троцкисты давно составляют одну общую банду врагов народа под видом «право-троцкистского блока». Судебные процессы показали, что они уже давно, с первых дней Октябрьской социалистической революции вместе с Троцким, Зиновьевым и Каменевым состояли в заговоре против Ленина, против партии и Советского государства, планировали убийство Ленина, Сталина и Свердлова весной 1918 г., осуществляли провокаторские попытки по срыву Брестского мира и т. д. и т. п. Судебные процессы выяснили, что троцкистско-бухаринские изверги, выполняя волю своих хозяев – иностранных разведок, ставили своей целью разрушение партии и Советского государства, подрыв обороны страны, облегчение иностранной военной интервенции, подготовку поражения Красной Армии, расчленение СССР, отдачу японцам советского Приморья, отдачу полякам Советской Белоруссии, отдачу немцам Советской Украины, уничтожение завоеваний рабочих и колхозников, восстановление капиталистического рабства в СССР.

Советский суд приговорил бухаринско-троцкистских извергов к расстрелу.

Когда читались эти строки ещё в Советское время, то казалось, что Сталин был слишком жесток.


Но события горбачёвской перестройки, под видом которой была осуществлена контрреволюция, разрушен Советский Союз, восстановлено капиталистическое рабство; бывшая Советская Украины уже давно, с момента провозглашения «независимости» управляется из Вашингтона и её правители слепо следуют в русле указаний Госдепартамента США – все эти недавние события показали, что Сталин был абсолютно прав. После смерти Сталина в партии, в её сердце, в ЦК вызрел контрреволюционный заговор, в результате которого осуществлено то, что планировалось ещё в 30-е годы, но Сталин, сталинское руководство, сохраняя бдительность, не позволили тогда осуществиться коварным планам мирового империализма, пытавшегося взрастить в СССР, в партии пятую колонну.

#### § 6. XVIII съезд ВКП(б) об итогах социалистического строительства

Выступая 10 марта 1939 г. с Отчётным докладом на съезде о работе ЦК ВКП(б), Сталин подвёл итоги социалистического строительства в нашей стране.

«Наиболее важным результатом в области развития народного хозяйства за отчётный период, – отметил Сталин – нужно признать завершение реконструкции промышленности и земледелия на основе новой, современной техники» (стр. 575).

«В области общественно-политического развития страны, – продолжил далее Сталин – наиболее важным завоеванием за отчётный период нужно признать окончательную ликвидацию остатков эксплуататорских классов, сплочение рабочих, крестьян и интеллигенции в один общий трудовой фронт, укрепление морально-политического единства советского общества, укрепление дружбы народов нашей страны и, как результат всего этого, – полную демократизацию политической жизни страны, создание новой Конституции» (там же).

Подводя итоги экономического развития, Сталин отметил, что промышленное производство за период с 1913 г. по 1938 г. включительно, в нашей стране увеличилось более чем в 9 раз, в то время как в основных капиталистических странах – США, Англии, Германии, Франции – оно практически топталось на месте, увеличившись всего на 20–30 %.

«Социалистическая система хозяйства, – сказал Сталин – дала нам возможность в несколько лет переоборудовать всю нашу социалистическую промышленность на новой, современной технической базе. Такой возможности не даёт и не может дать капиталистическая система хозяйства. Это факт, что с точки зрения техники производства, с точки зрения объёма насыщенности промышленного производства новой техникой, наша промышленность стоит на первом месте в мире» (стр. 576–577). Также и по темпам роста промышленного производства наша страна была на первом месте в мире.

Но Сталин, как истинный пролетарский вождь, никогда не успокаивался на достигнутом и смело вскрывал недостатки и недоработки.

Он обратил внимание делегатов съезда на то, что СССР всё ещё отстаёт от высокоразвитых капиталистических стран по объёмам промышленного производства на душу населения и привёл примеры выплавки чугуна, стали, производства электроэнергии. А ведь именно производство важнейших видов промышленной продукции на душу населения является важнейшим показателем экономической мощи страны, уровня её индустриального развития.

По данному вопросу Сталин сказал следующее: «Мы перегнали главные капиталистические страны в смысле техники производства и темпов развития промышленности. Это очень хорошо. Но этого мало. Нужно перегнать их также в экономическом отношении. Мы это можем сделать, и мы это должны сделать. Только в том случае, если перегоним экономически главные капиталистические страны, мы можем рассчитывать, что наша страна будет полностью насыщена предметами потребления, у нас будет изобилие продуктов, и мы получим возможность сделать переход от первой фазы коммунизма ко второй его фазе… И чем выше будет у нас производительность труда, чем более совершенствоваться будет у нас техника производства, тем скорее можно будет выполнить эту важнейшую экономическую задачу, тем больше можно будет сократить сроки выполнения этой задачи» (стр. 578–580). И Сталин наметил эти сроки – «перегнать их также экономически в течение ближайших 10–15 лет» (стр. 591).

Как видим, уже на XVIII съезде Сталин впервые в практическом плане поднял вопрос постепенного перехода к строительству второй фазы коммунизма, отведя 10–15 лет на подготовку экономического фундамента для начала движения по пути созидания коммунистического общества.

Можно не сомневаться, что и эта задача была бы выполнена успешно, если бы не помешала война.

Успешно развивалось и сельское хозяйство. Его подъём выражался не только в росте сельскохозяйственной продукции, но «прежде всего, в росте и укреплении социалистического сельского хозяйства», – говорит Сталин (стр. 580). В колхозах к началу 1939 г. было объединено 18 млн. 800 тыс. крестьянских дворов, т. е. 93,5 % всех крестьянских дворов, не считая рыболовецких и промысловых колхозов. «Это значит, – делает вывод Сталин – что колхозы окончательно закреплены и упрочены, а социалистическая система хозяйства является теперь единственной формой нашего земледелия» (там же).

Стремительно росла вооружённость колхозов и совхозов тракторами, комбайнами и другой сельскохозяйственной техникой.

Так, в 1933 г. на полях колхозов и совхозов работало 210,9 тысяч тракторов, 25,4 тыс. комбайнов, 26,6 тыс. грузовых автомобилей, то в 1938 г. – 483,5 тыс., 153,5 тыс. и 195,8 тыс., соответственно (стр. 581). Как видим, по тракторам техническая вооружённость сельского хозяйства за 5 лет выросла более чем в 2 раза, по комбайнам – в 6 раз(!), по грузовым автомобилям – более чем в 7(!) раз.

Следует отметить, что благодаря развитию отечественного тракторостроения, в 1932 г. СССР отказался от ввоза тракторов из-за границы, а в 1934 г. Кировский завод в Ленинграде приступил к выпуску пропашного трактора «Универсал», который стал первым отечественным трактором, экспортируемым за границу. За десять предвоенных лет было выпущено около 700 тыс. тракторов, что составило 40 % мирового производства (см. Родичев В. А., Родичева Г. И. «Тракторы и автомобили», 1987).

«Наше земледелие является, следовательно, не только наиболее крупным и механизированным, а значит и наиболее товарным земледелием, но и наиболее оснащённым современной техникой, чем земледелие любой другой страны», – отмечает Сталин (стр. 582).

В то же время животноводство было наиболее отсталой отраслью сельскохозяйственного производства, отметил Сталин. Но и здесь «наметились за последние годы серьёзные сдвиги» (стр. 583). «Правда, по конскому поголовью и овцеводству мы всё ещё отстаём от дореволюционного уровня, но по крупному рогатому скоту и свиноводству мы уже перевалили дореволюционный уровень», – сказал Сталин, приведя соответствующие цифровые показатели.

Успешно развивались также советская социалистическая торговля и транспорт.

Всё это привело к дальнейшему подъёму материального и культурного уровня жизни народа. В частности, народный доход возрос с 48,5 млрд. руб. в 1933 г. до 105 млрд. руб. в 1938 г, приводит цифры Сталин (стр. 586). Стремительно росла заработная плата рабочих и служащих, денежные доходы колхозов и т. п.

Осуществлялся и подъём культурного положения народа.

Вот что говорит по данному вопросу Сталин: «С точки зрения культурного развития народа отчётный период был поистине периодом культурной революции (выделено мною, Д. И.). Внедрение в жизнь всеобще-обязательного первоначального образования на языках национальностей СССР, рост числа школ и учащихся всех ступеней, рост числа выпускаемых высшими школами специалистов, создание и укрепление новой, советской интеллигенции, – такова общая картина культурного подъёма народа» (стр. 587).

Сталин приводит ряд цифровых показателей, демонстрирующих этот рост. Приведём отдельные из них и мы. Число библиотек выросло с 40,3 тысяч в 1933/34 г. до 70 тыс. в 1938/39 г.; число книг в них – с 86 млн. до 126,6 млн.; число клубных учреждений – с 61,1 тыс. до 95,6 тыс.; число театров – с 587 до 790, и т. д. (там же). «В результате всей этой громадной культурной работы народилась и сложилась у нас многочисленная новая, советская интеллигенция, вышедшая из рядов рабочего класса, крестьянства, советских служащих, плоть от плоти и кровь от крови нашего народа, – интеллигенция, не знающая ярма эксплуатации, ненавидящая эксплуататоров и готовая служить народам СССР верой и правдой. Я думаю, что нарождение этой новой, народной, социалистической интеллигенции является одним из самых важных результатов культурной революции в нашей стране», – подвёл итог по данному вопросу Сталин (стр. 589).

Все эти достижения в строительстве социализма, в полном уничтожении антагонистических классов привели к дальнейшему упрочению советского строя, обусловили морально-политическое единство советского общества, упрочили дружбу народов СССР, породили гордость за свою страну, советский патриотизм.

Окончательная ликвидация «левых» и «правых» течений, троцкистско-пятаковских и бухаринско-рыковских перерожденцев, очищение от них партийных и советских организаций сделали партию ещё более единой и сплочённой вокруг своего Центрального Комитета во главе с товарищем Сталиным.

Сталин в своём докладе съезду также глубоко проанализировал международную обстановку и положение дел в капиталистическом мире, дал оценку тем изменениям, которые произошли в мире за пять лет после XVII съезда ВКП(б).

Он отметил, что капиталистический мир, не успев выйти из одного экономического кризиса 1929–1933 гг., со второй половины 1937 г. опять попал в полосу очередного экономического кризиса. Этот кризис, в отличие от предыдущего, не является всеобщим и затронул, отмечает Сталин, пока только самые экономически мощные страны, не перешедшие на рельсы военной экономики, прежде все США, Англию, Францию и ряд других стран. Кризис сразу же привёл к росту безработицы, которая снизилась в капиталистических странах с 30 миллионов чел. в 1933 г. до 14 миллионов чел. в 1937 г., а с началом кризиса вновь увеличилась до 18 млн.

Особенностью кризиса является то, что он разразился не в мирное время, а в обстановке начавшейся второй империалистической войны, которая разыгралась на громадной территории от Шанхая до Гибралтара и захватила более 500 млн. чел.

Агрессивные государства – Япония, Германия и Италия, перестроили свою экономику на военный лад и, усиленно развивая свою военную промышленность, не переживают ещё состояния перепроизводства, хотя и приближаются к нему.

Но, развивая военную экономику, сокращается производство предметов потребления, сокращается покупательная способность населения, что ведёт к нарастанию кризисных явлений.

И Сталин показывает, что неблагоприятная обстановка в капиталистических странах, втянувшихся в новый экономический кризис, ведёт к дальнейшему обострению империалистической борьбы. Причём эта борьба уже не ограничивается конкуренцией на рынках, торговой войной, демпингом. «Речь идёт теперь о новом переделе мира, сфер влияния, колоний путём военных действий», – сделал вывод Сталин (стр. 567).

Агрессивные государства, считающие себя обделёнными по итогам первой мировой войны, вступили на путь захватов: Япония захватила за это время громадную территорию Китая, Италия – Абиссинию, Германия – Австрию и Судетскую область, Германия и Италия вместе – Испанию. И всё это вопреки интересам неагрессивных государств.

Новая империалистическая война стала фактом. В то же время, отмечает Сталин, она ещё не стала всеобщей мировой войной.

Войну ведут государства-агрессоры, всячески ущемляя интересы неагрессивных государств, прежде всего Англии, Франции и США, которые пятятся назад и отступают, делая агрессору одну уступку за другой.

И Сталин показывает, что данные неагрессивные государства «взятые вместе, бесспорно сильнее фашистских государств и в экономическом и в военном отношении» (стр. 570).

Сталин задаётся вопросом, чем же обусловлена политика уступок агрессорам со стороны неагрессивных государств. Одной из возможных причин он называет боязнь правящих кругов этих стран, что новая война может привести к победе социалистической революции в одной или нескольких странах, как это имело место в результате первой мировой войны.

Но это не единственная и даже не главная причина.

«Главная причина состоит в отказе большинства неагрессивных стран и, прежде всего, Англии и Франции от политики коллективной безопасности, от политики коллективного отпора агрессорам, в переходе их на позицию невмешательства, на позицию «нейтралитета»», – отмечает Сталин (там же).

И Сталин раскрывает сущность политики невмешательства. Цитирую выдержку из доклада:

«Политика невмешательства означает попустительство агрессии, развязывание войны, – следовательно, превращение её в мировую войну. В политике невмешательства сквозит стремление, желание – не мешать агрессорам творить своё чёрное дело, не мешать, скажем, Японии, впутаться в войну с Китаем, а ещё лучше с Советским Союзом, не мешать, скажем, Германии увязнуть в европейских делах, впутаться в войну с Советским Союзом, дать всем участникам войны увязнуть глубоко в тину войны, поощрять их в этом втихомолку, дать им ослабить и истощить друг друга, а потом, когда они достаточно ослабнут, – выступить на сцену со свежими силами, выступить, конечно, «в интересах мира», и продиктовать ослабевшим участникам войны свои условия. И дёшево и мило!» (стр. 570–571).

По сути, Сталин показывает, что неагрессивные государства – Англия, Франция, США в не меньшей мере несут ответственность своей «политикой невмешательства» за развязывание второй мировой войны, чем фашистские государства-агрессоры.

«Необходимо, однако, заметить, что большая и опасная политическая игра, начатая сторонниками политики невмешательства, может окончиться для них серьёзным провалом» (стр. 572) – сделал пророческое предупреждение Сталин.

«Наша страна, – отметил далее Сталин – неуклонно проводя политику сохранения мира, развернула вместе с тем серьёзнейшую работу по усилению боевой готовности нашей Красной армии, нашего Красного Военно-Морского флота» (стр. 573).

Стремительно развивалась в составе СССР и Советская Украина.

Как мы уже писали выше, за годы первых пятилеток героическим трудом советских рабочих на Украине был создан мощный индустриальный потенциал. Были построены такие гиганты сталинских пятилеток как Днепрогэс, Харьковский тракторный завод, Криворожсталь, Азовсталь, Запорожский алюминиевый комбинат и др. Украина за неполные два десятка лет превратилась в одну из самых высокоразвитых стран Европы.

Вот что по этому вопросу пишет канадский историк украинского происхождения Орест Субтельный, антикоммунист и антисталинист по своим убеждениям: «В 1940 г. промышленный потенциал Украины в 7 раз превысил уровень 1913 г.… Выросла также производительность труда… Т. о., если весь СССР из 5-й в мире наибольшей индустриальной державы стал второй, то Украина (которая по производственным мощностям примерно равнялась Франции), превратилась в одну из самых высокоразвитых стран Европы» («Украина. История», стр. 354).

Но сталинское руководство занималось не только экономическим развитием и созданием материально-технической базы социализма.

В сентябре 1939 г. с Украиной были воссоединены западно-украинские земли (ныне Ивано-Франковская, Львовская и Тернопольская области), в 1940 г. – Буковина (Черновицкая обл.), в 1944 г. в состав УССР вошли закарпатские земли (ныне Закарпатская обл.).

Нынешнее же проамериканское руководство Украины, возведённое на престол националистами-последователями Ст. Бандеры, Р. Шухевича – этими прислужниками и агентами гитлеровцев, прикрываясь клятвами в верности украинскому народу, уничтожают Украину и поставили её на грань распада.

### Глава 3. Великая Отечественная война и решающий вклад СССР в разгром фашизма и японского милитаризма

22 июня 1941 г., вероломно нарушив советско-германский пакт о ненападении, гитлеровская Германия начала войну против Советского Союза.

#### § 1. Планы фашистской Германии по разгрому СССР и завоеванию мирового господства

Ещё в «Майн кампф» («Моя борьба»), этой «библии нацизма», как называют данную книгу, Гитлер писал, что его важнейшей целью является разгром большевизма, покорение Советской России.

Вся его книга насыщена ненавистью к марксизму, большевизму, интернационализму, к евреям, к России, к славянским народам – русским, украинцам, белорусам, полякам…

Гитлер призывает «уничтожить марксистский яд в нашем народном организме» (стр. 692), и тысячи коммунистов после прихода Гитлера к власти в 1933 г. были убиты, брошены в концлагеря, Коммунистическая партия Германии была запрещена, её вождь Эрнст Тельман был впоследствии казнён гитлеровцами.

«Евреи держат за горло все народы мира, – вещает будущий фюрер – и только силой меча можно заставить эту руку убраться от горла» (стр. 661). И в нацистской Германии началась травля евреев, многие из которых, вместе с людьми других национальностей были уничтожены в концлагерях.

Немцы являются высшей расой, арийцами, т. е. носителями самой передовой культуры, глаголет Гитлер. Концлагеря, созданные гитлеровцами по всей Европе, миллионы уничтоженных в газовых камерах людей показали всему миру, в чём проявился этот «высший уровень» фашистской культуры.

Он воспитывает немецкую нацию в духе расового превосходства над другими нациями и народами и ставит задачу расширения жизненного пространства для немецкой нации, задачу завоевания мирового господства.

На Западе главным врагом Германии, немцев Гитлер называл Францию, но основу всей своей внешней завоевательной политики, главный вектор её направленности он устремлял на Восток, против большевистской России.

«…Нам предстоит ещё очень большая и тяжёлая борьба с Францией» (стр. 663), пишет Гитлер. Но эта борьба была бы совершенно бесцельна, если бы ею исчерпывалась наша иностранная политика, продолжает он. И подчёркивает, что Франция нужна как тыл «в борьбе за увеличение наших территорий в Европе» (стр. 664).

И главное направление завоевательной политики Германии есть движение на Восток, завоевание и покорение России. Большевизм Гитлер называет исчадием ада, проклятием и преступлением против человечества (стр. 674).

«Нам нужна восточная политика, – пишет Гитлер – направленная на завоевание новых земель для немецкого народа» (стр. 678).

«Когда мы говорим о завоевании новых земель в Европе, мы, конечно, можем иметь в виду в первую очередь только Россию и те окраинные государства, которые ей подчинены… Это гигантское восточное государство неизбежно обречено на гибель… Судьба предназначила нам быть свидетелем такой катастрофы, которая лучше, чем что бы то ни было подтвердит, безусловно, правильность нашей расовой теории» (стр. 665) – делает Гитлер вывод о судьбе России. Победа Советского Союза над фашистской Германией, кроме всего прочего, подтвердила правильность интернационального марксистско-ленинского учения, полностью разоблачила антинародный характер фашистской расовой теории.

Перед началом войны Гитлер признавался Борману, что «целью всей его жизни и смыслом существования национал-социализма являлось уничтожение большевизма» («История Второй мировой войны 1939–1945» в двенадцати томах, т. 3, стр. 227).

Война против СССР рассматривалась фашистами как особая война, в которой они делали ставку на физическое истребление большинства советских людей – носителей марксистско-ленинской идеологии.

«Речь идёт о войне на уничтожение… На Востоке сама жестокость – благо для будущего», – заявил Гитлер на совещании руководящего состава вермахта 30 марта 1941 г. (там же). При этом нацистское руководство требовало беспощадно уничтожать не только бойцов Красной Армии, но и гражданское население СССР.

Советское государство подлежало расчленению и полной ликвидации. На его территории предполагалось образовать четыре рейхскомиссариата – германские колониальные провинции «Остланд», «Украина», «Москва» и «Кавказ».

О преступных целях немецких империалистов по отношению к народам Советского Союза, народам Восточной Европы в целом убедительно говорят генеральный план «Ост», директива «Об особой подсудности в районе «Барбаросса» и особых мероприятиях войск», указания об отношениях к советским военнопленным и другие документы.

Планом «Ост» предусматривалась колонизация Советского Союза и стран Восточной Европы, уничтожение миллионов людей, превращение в рабов рейха оставшихся в живых русских, украинцев, белорусов, а также поляков, чехов и других народов Восточной Европы. Планировалось выселить в течение 30 лет 65 % населения Западной Украины, 75 % населения Белоруссии, 80–85 % поляков с территории Польши, значительную часть населения Латвии, Литвы, Эстонии – всего около 31 миллиона человек. В дальнейшем эта цифра была увеличена до 46–51 млн. чел. Намечалось на «освободившиеся» земли переселить 10 млн. немцев, а оставшихся местных жителей, примерно 14 млн. чел. постепенно «онемечить».

На захваченной территории Советского Союза гитлеровцы предусматривали уничтожение высших и средних школ, так как порабощённым народам достаточно уметь считать до 500 и необходимо беспрекословно подчиняться немцам.

Фашисты планировали «разгромить русских как народ, разобщить их» (там же, стр. 228), разделить территорию Советского Союза на отдельные политические районы с обеспечением в каждом из них обособленного национального развития.

Генеральным планом «Ост» намечалось истребление русской интеллигенции как носителя культуры народа, его научных и технических знаний, а также искусственное сокращение рождаемости.

Директива «Об особой подсудности в районе «Барбаросса» и особых мероприятиях войск», подписанная начальником штаба верховного главнокомандования вермахта 13 мая 1941 г., снимала ответственность с солдат и офицеров вермахта за будущие преступления на советской земле. Она требовала быть безжалостными к советским людям, осуществлять массовые репрессии и расстреливать на месте без суда всех, кто окажет хотя бы малейшее сопротивление или будет сочувствовать партизанам.

Для советских людей, оказавшихся в плену, предписывалось создавать режим нечеловеческих условий и террора: устраивать лагеря под открытым небом, огородив их только колючей проволокой; заключённых использовать только на тяжёлых изнурительных работах и содержать на полуголодном пайке; при попытке к бегству без предупреждения расстреливать.

«Инструкция об обращении с политическими комиссарами» от 6 июня 1941 г. требовала истреблять всех политработников Советской Армии.

Таким образом, фашистская Германия готовилась уничтожить Страну Советов и превратить её в свою колонию, планировала истребить большинство людей, а оставшихся в живых превратить в рабов (стр. 228–229).

Экономические цели агрессии включали в себя ограбление СССР, истощение его материальных ресурсов, использование общественного и личного достояния советского народа для нужд третьего рейха.

«Согласно приказам фюрера, – гласила одна из директив немецко-фашистского командования, – необходимо принять все меры к немедленному и полному использованию оккупированных областей в интересах Германии… Получить для Германии как можно больше продовольствия и нефти – такова главная экономическая цель кампании» (стр. 229).

Гитлеровские захватчики рассчитывали обеспечивать продовольствием свои вооружённые силы за счёт ограбления оккупированных районов Советского Союза, что обрекало местное население на голодную смерть. «Несомненно, – говорилось на одном из совещаний по экономическим вопросам 2 мая 1941 г., – если мы сумеем выкачать из страны всё, что нам необходимо, то десятки миллионов людей умрут голодной смертью» (стр. 230). Как видно из этих документов, фашистское командование сознательно обрекало миллионы людей нашей страны на голодную смерть.

Военные цели фашистской Германии состояли в том, чтобы в ходе скоротечной летней кампании разгромить Советские Вооружённые Силы и оккупировать большую часть европейской территории нашей страны до Волги и Северной Двины.

Достижение этих целей составляло центральное звено фашистских планов завоевания мирового господства.

Вечером 18 декабря 1940 г. Гитлер подписал директиву на развёртывание военных действий против СССР, которая получила порядковый номер 21 и условное наименование вариант «Барбаросса».

Планом «Барбаросса» предусматривался разгром Советского Союза в ходе одной краткосрочной кампании ещё до того, как будет закончена война с Англией. Главными стратегическими объектами были признаны Ленинград, Москва, Центральный промышленный район и Донецкий бассейн. Особое место в плане отводилось Москве. Предполагалось, что её захват будет иметь решающее значение для победоносного исхода всей войны. «Конечной целью операции, – говорилось в директиве № 21, – является создание защитного барьера против азиатской России по общей линии Волга-Архангельск. Таким образом, в случае необходимости последний индустриальный район, оставшийся у русских на Урале, можно будет парализовать с помощью авиации» (стр. 236).

Для разгрома Советского Союза планировалось использовать все сухопутные силы Германии, исключая лишь соединения и части, необходимые для несения оккупационной службы в порабощённых странах. Кроме того, к войне против СССР привлекались две трети имевшихся в Германии ВВС и значительные силы флота.

Сухопутные войска, предназначенные для нападения на СССР, сводились в три группы армий: «Юг» (командующий генерал-фельдмаршал Г. Рундштедт); «Центр» (командующий генерал-фельдмаршал Ф. Бок); «Север» (командующий генерал-фельдмаршал В. Лееб). Армия «Норвегия» (командующий генерал Н. Фалькенхорст) получила задачу действовать самостоятельно на мурманском и кандалакшском направлениях.

Наступление войск группы армий «Центр» намечалось поддержать 2-м воздушным флотом, «Юг» – 4-м воздушным флотом, «Север» – 1-м воздушным флотом.

Согласно плана «Барбаросса», крупные танковые и моторизованные силы, используя массированную поддержку авиации, должны были нанести стремительный удар на большую глубину севернее и южнее Припятских болот, прорвать оборону главных сил Советской Армии, сосредоточенных в западной части СССР и уничтожить разобщённые группировки советских войск.

Группе армий «Центр ставилась задача наступать в направлении Минск-Смоленск и, по выполнению этой задачи, уничтожить группировки советских войск, оставшихся между Белостоком и Минском. Затем действовать в зависимости от обстановки, складывающейся на её левом крыле. Если соседу слева не удастся быстро разгромить обороняющиеся войска, то необходимо будет развернуть танковые соединения на север, а наступление на Москву развивать далее полевыми армиями. Если же группе армий «Север» удастся разгромить обороняющиеся советские войска, то группе армий «Центр» надлежало немедленно нанести удар на Москву.

Группа армий «Север» получила задачу, наступая из Восточной Пруссии, нанести главный удар в район Даугавпилса, Ленинграда, уничтожить оборонявшиеся в Прибалтике войска Советской Армии и, захватив порты на Балтийском море, включая Кронштадт и Ленинград, лишить советский Балтийский флот его баз. Если же этой группе окажется не под силу разгромить обороняющиеся советские войска, то ей на помощь должны прийти танковые соединения группы армий «Центр», финская армия и переброшенные из Норвегии соединения, чтобы разгромить советскую группировку на данном направлении. По замыслу немецко-фашистского командования, операция усиленной таким образом группы армий «Север» обеспечивала группе армий «Центр» свободу маневра для захвата Москвы и решению оперативно-стратегических задач во взаимодействии с группой армий «Юг».

Группе армий «Юг» планировалось нанести сильный удар из района Люблина в общем направлении на Киев и далее на юг вдоль излучины Днепра.

План «Барбаросса» учитывал возможность активного противодействия советской авиации наступлению сухопутных войск Германии. Поэтому немецким ВВС ставилась задача с самого начала подавить советские Военно-воздушные Силы и поддерживать наступление сухопутных войск на направлениях главных ударов.

Нападение на СССР намечалось осуществить 15 мая 1941 г.

Вооружённые силы союзников фашистской Германии – Румынии, Венгрии и Финляндии должны были получить конкретные задачи непосредственно перед началом войны.

В конце апреля политическое и военное руководство фашистской Германии окончательно установило дату нападения на СССР – воскресенье, 22 июня 1941 г. Перенесение сроков с мая на июнь было вызвано необходимостью передислоцировать к границам СССР силы, участвовавшие в агрессии против Югославии и Греции.

Гитлеровское руководство было настолько уверено в успешном осуществлении плана «Барбаросса», что примерно с весны 1941 г. приступило к детальной разработке дальнейших замыслов завоевания мирового господства. В служебном дневнике верховного главнокомандования немецко-фашистских вооружённых сил за 17 февраля 1941 г. был изложено требования Гитлера о том, что «после окончания восточной кампании необходимо предусмотреть захват Афганистана и организацию наступления на Индию». Эти операции намечалось провести поздней осенью 1941 г. и зимой 1941/42 гг. Замысел их был изложен в проекте директивы № 32 «Подготовка к периоду после осуществления плана «Барбаросса»» (стр. 242).

Проект предусматривал, что после разгрома Советских Вооружённых Сил вермахту предстоит захват английских колониальных владений и некоторых независимых стран в бассейне Средиземного моря, Африке, на Ближнем и Среднем Востоке, вторжение на Британские острова, развёртывание военных действий против Америки.

Гитлеровские стратеги рассчитывали уже с осени 1941 г. приступить к завоеванию Ирана, Ирака, Египта, района Суэцкого канала, а затем и Индии, где планировалось соединиться с японскими войсками. Немецко-фашистское руководство надеялось, присоединив к Германии Испанию и Португалию, быстро захватить Гибралтар, отрезать Англию от её сырьевых источников и предпринять осаду острова.

После разгрома СССР и решения «английской проблемы» гитлеровцы намеревались, в союзе с Японией «устранить влияние англосаксов в Северной Америке». Захват Канады и Соединённых Штатов Америки предполагалось осуществить, произведя высадку крупных морских десантов с баз в Гренландии, Исландии, на Азорских островах и в Бразилии – на восточное побережье Северной Америки и с Алеутских и Гавайских островов – на западное. В апреле-июне 1941 г. эти вопросы неоднократно обсуждались в высших штабах германских вооружённых сил.

Таким образом, немецко-фашистское руководство ещё до агрессии против СССР наметило далеко идущие планы завоевания мирового господства. Ключевые позиции для их осуществления давал поход против СССР.

В отличие от подготовки кампаний против Польши, Франции и балканских государств война против СССР готовилась гитлеровским командованием с особой тщательностью и в течение более длительного времени.

План войны против СССР ставил решительные цели, носил ярко выраженный классовый характер. В его основе лежала идея ведения войны на уничтожение с неограниченным применением самых жестоких методов вооружённого насилия.

Агрессия против СССР намечалась как скоротечная кампания, конечную цель которой – разгром Советских Вооружённых Сил и уничтожение Советского Союза – предполагалось достигнуть к осени 1941 г., т. е. за 2–3 месяца с начала боевых действий.

Для ведения войны против СССР гитлеровская Германия и её европейские союзники – Финляндия, Румыния и Венгрия – подготовили крупные контингенты войск и большое количество боевой техники.

Для военных действий было сосредоточено:

– 190 дивизий, в т. ч. 153 германских и 37 финских, румынских и венгерских;

– 5 млн. 500 тысяч чел., из них 4 млн. 600 тыс. немецких, 900 тысяч – союзников;

– 47 200 орудий и миномётов, из них свыше 42 тысяч немецких, 5200 – союзников;

– около 4300 танков и штурмовых орудий, из них более 4000 немецких, 260 – союзников;

– 4980 боевых самолётов, из них около 4000 немецких, 980 – союзников.

В немецких войсках, кроме того, имелось 600 тысяч автомашин и 625 тысяч лошадей.

Кроме того, к участию в войне против СССР намечалось привлечь две словацкие пехотные дивизии и моторизованную бригаду, итальянский экспедиционный корпус в составе трёх моторизованных дивизий («История Второй мировой войны 1939–1945», т. 4, стр. 21).

Всего в первом стратегическом эшелоне находилось 129 немецких и 37 дивизий стран-сателлитов. 24 немецкие дивизии со средствами усиления находились в резерве главного командования германских сухопутных войск (резерв ОКХ). Их намечалось выдвинуть на фронт после начала войны (в первых числах июля) и использовать для наращивания ударов наступающих группировок.

Внимательно анализируя развитие международных отношений, Коммунистическая партия и Советское правительство ясно понимали, что рано или поздно фашистская Германия попытается напасть на Советский Союз. Поэтому они принимали все меры, чтобы в случае войны Вооружённые Силы СССР смогли встретить врага во всеоружии, успешно защитить свободу и независимость страны.

В западных приграничных округах насчитывалось 170 дивизий и 2 бригады, 2 млн. 680 тыс. чел. личного состава, 37,5 тыс. орудий и миномётов, 1475 новых танков КВ и Т-34, 1540 боевых самолётов новых типов, а также значительное количество лёгких танков и боевых самолётов устаревших конструкций (стр. 25–26).

Таким образом, к началу войны агрессоры создали почти двойное общее численное превосходство в людях и значительное – в артиллерии. Советские войска имели несколько больше танков и самолётов. Но по оснащённости новыми образцами танков и самолётов превосходство было на стороне немецко-фашистских войск. У нас же было много танков и самолётов устаревших типов с ограниченными боевыми возможностями. Танковая и авиационная отрасли промышленности страны только набирали темпы выпуска новой боевой техники.

Когда стало очевидно, что нападение фашистской Германии на СССР неизбежно, были приняты дополнительные меры по усилению боеспособности наших войск. Вечером 21 июня народный комиссар обороны Маршал Советского Союза Тимошенко и начальник Генерального штаба генерал Жуков направили в западные округа директиву, предупреждавшую о возможном внезапном нападении гитлеровцев 22–23 июня. Командующие войсками этих округов получили указание принять меры, чтобы в течение ночи 22 июня скрытно занять огневые точки укреплённых районов на границе, все части привести в полную боевую готовность. На передачу директивы в войска ушло несколько часов. Многие соединения и части не успели получить необходимых распоряжений и поэтому не заняли рубежи обороны.

21 июня 1941 г. германское верховное командование дало своим войскам сигнал «Дортмунд», по которому вводился в действие план «Барбаросса».

#### § 2. Начальный период войны

На рассвете 22 июня 1941 г. фашистская Германия, вероломно нарушив договор о ненападении, внезапно, без объявления войны, обрушила на Советский Союз удар огромной силы. Её авиация произвела массированные налёты на аэродромы, узлы железных дорог и группировки советских войск, расположенные в приграничной зоне, а также на города Мурманск, Каунас, Минск, Киев, Одессу, Севастополь. Немецко-фашистская артиллерия подвергла ожесточённому обстрелу пограничные укрепления и районы дислокации передовых соединений армии и частей пограничных войск. Вслед за первыми авиационными ударами и артиллерийской подготовкой перешли в наступление на фронте от Балтики до Карпат сухопутные войска. Одновременно начались бои южнее Карпат вдоль румынской границы до Чёрного моря. Вместе с фашистской Германией в войну против СССР вступили Венгрия, Италия, Румыния и Финляндия.

Началась Великая Отечественная война Советского Союза против фашистской Германии и её сообщников. Эта война являлась бескомпромиссной борьбой двух противоположных социальных систем, борьбой между фашизмом как ударным отрядом мирового империализма и первым в мире социалистическим государством, государством рабочих и крестьян.

Но триумфальный марш, который планировал Гитлер и его стратеги, разгром Красной Армии и скорейшее завоевание Москвы, фашистам не удались. Весь советский народ, как один, поднялся на защиту своей Советской Родины.

«Всё для фронта, всё для победы!», – подчёркивалось в директиве Совнаркома СССР и ЦК ВКП(б) партийным и советским организациям прифронтовых областей от 29 июня 1941 г., в которой ЦК призывал советский народ сплотиться вокруг партии и правительства, превратить всю страну в единый боевой лагерь, подняться на священную и беспощадную борьбу с врагом. В этом документе подчёркивалась смертельная опасность, нависшая над Советской страной, раскрывался справедливый, освободительный характер войны со стороны Советского государства, защищавшего свою свободу и независимость, разоблачался преступный, захватнический характер войны со стороны фашистской Германии. «В занятых врагом районах, – говорилось в директиве, – создавать партизанские отряды и диверсионные группы для борьбы с частями вражеской армии, для разжигания партизанской войны всюду и везде, для взрыва мостов, дорог, порчи телефонной и телеграфной связи, поджога складов и т. д. В захваченных районах создавать невыносимые условия для врага и всех его пособников, преследовать и уничтожать их на каждом шагу, срывать все их мероприятия». При вынужденном отходе частей Красной Армии, указывалось в директиве, необходимо «угонять подвижной железнодорожный состав, не оставлять врагу ни одного паровоза, ни одного вагона, не оставлять противнику ни килограмма хлеба, ни литра горючего. Колхозники должны угонять скот, хлеб сдавать под сохранность государственным органам для вывозки его в тыловые районы». («История Второй мировой войны 1939–1945», т. 4, стр. 51–52).

В своём выступлении по радио 3 июля 1941 г. Сталин призвал весь народ сплотиться вокруг партии Ленина-Сталина, вокруг Советского правительства для разгрома врага, для победы. Сталин отметил, что наше дело правое, враг будет разбит, мы должны победить. «Наши силы неисчислимы, – сказал вождь. – Зазнавшийся враг должен будет скоро убедиться в этом. Вместе с Красной Армией поднимаются многие тысячи рабочих, колхозников, интеллигенции на войну с напавшим врагом. Поднимутся миллионные массы нашего народа». (И. Сталин «О Великой Отечественной войне Советского Союза», стр. 16).

В приговоре Нюрнбергского трибунала о нападении фашистской Германии на СССР говорится: «22 июня 1941 г. без объявления войны Германия вторглась на советскую территорию в соответствии с заранее подготовленными планами. Доказательства, представленные Трибуналу, подтверждают, что Германия имела тщательно разработанные планы сокрушить СССР как политическую и военную силу для того, чтобы расчистить путь для экспансии Германии на Восток в соответствии с её стремлениями… Планы экономической эксплуатации СССР, массового угона населения, убийства комиссаров и политических руководителей являются частью тщательно разработанного плана, выполнение которого началось 22 июня без какого-либо предупреждения и без тени законного оправдания. Это была явная агрессия» (стр. 31–32)…

В ожесточённых сражениях, защищая социалистическое Отечество, погибли десятки тысяч советских людей. Но уже в первые дни войны стало совершенно очевидно, что ни внезапность нападения, ни мощные первоначальные удары врага не смогли сломить волю советского народа и его армии к сопротивлению, подорвать их морально-политическое единство. Каждый день с фронта поступали сообщения о невиданном героизме бойцов и командиров, воинов всех видов Вооружённых Сил.

Так, 7 августа совершил ночной таран лётчик Виктор Талалихин, рубанов винтом своего И-16 по хвосту фашистсткого Хе-111. Лётчик удачно покинул практически разрушенный самолёт и приземлился с парашютом. Днём вся страна узнала имя героя, подвиг которого был описан в центральных газетах. Свой последний бой пилот дал 27 октября 1941 г., в сражении с превосходящими силами врага получив смертельное ранение. Наутро вся страна узнала что погиб Герой Советского Союза Виктор Талалихин, подвиг которого стал символом несгибаемой стойкости всего советского народа…

Органом, в руках которого сосредоточилась вся власть в стране, стал учреждённый 30 июня 1941 г. совместным решением ЦК ВКП(б), Президиума Верховного Совета СССР и Совнаркома СССР Государственный комитет Обороны (ГКО) во главе с И. В. Сталиным. В состав ГКО вошли члены и кандидаты в члены Политбюро ЦК ВКП(б) В. М. Молотов (заместитель председателя), К. Е. Ворошилов, Г. М. Маленков, несколько позже – Н. А. Булганин, Н. А. Вознесенский, Л. М. Каганович, А. И. Микоян. Постановления Государственного Комитета Обороны являлись обязательными для партийных, советских, профсоюзных, комсомольских организаций и военных органов, для всех граждан СССР (стр. 52).

Для руководства военными действиями советских войск 23 июня была сформирована Ставка Главного Командования Вооружённых Сил Союза ССР, преобразованная 10 июля в Ставку Верховного Командования под председательством Сталина. В её состав вошли В. М. Молотов, С. К. Тимошенко, С. М. Будённый, К. Е. Ворошилов, Б. М. Шапошников и Г. К. Жуков.

19 июля 1941 г. Сталин назначается народным комиссаром обороны СССР, а 8 августа – Верховным Главнокомандующим Вооружёнными Силами СССР. Ставка Верховного Командования переименовывается в Ставку Верховного Главнокомандования (стр. 53–54).

С первого же дня войны советский народ поднялся на защиту своей социалистической Советской Родины.

Яркой страницей в историю Великой Отечественной войны вошла героическая оборона Брестской крепости. В течение месяца советские воины самоотверженно отстаивали эту частицу родной земли, дрались, когда немецкие танки уже входили в Минск, и не приняли предложение противника о капитуляции. Месяц спустя немецко-фашистские войска были уже под Смоленском, а оставшиеся в живых всё ещё продолжали беспримерную борьбу в крепости, ставшей символом несгибаемой стойкости и мужества и удостоенной почётного звания «крепость-герой».

Была сорвана важнейшая стратегическая задача, стоявшая перед группой армий «Север» по овладению Ленинградом. В июле-сентябре 1941 г. все попытки немецко-фашистских захватчиков овладеть Ленинградом были отбиты.

С первых дней войны ожесточённый характер носили бои и в воздухе. 26 июня в белорусском небе беспримерный по мужеству и самоотверженности подвиг совершили капитан Гастелло и члены экипажа его бомбардировщика лейтенанты Бурденюк, Скоробогатый и старший сержант Калинин. Когда подбитый противником самолёт загорелся в воздухе, они, преисполненные жгучей ненависти к врагу, отказались выброситься на парашютах и направили пылающую машину на скопление немецких войск.

С 10 июля развернулось Смоленское сражение, которое продолжалось до 10 сентября. Продвижение немецко-фашистских войск на Москву было задержано на два месяца. Итоги Смоленского сражения знаменовали собой важный этап провала гитлеровского плана «молниеносной войны».

В этом плане очень важно и признание Гитлера, которое он сделал в штабе группы армий «Центр». Выслушав доклад о больших потерях, он заявил, что если бы перед войной он был в достаточной степени информирован о силе Советской Армии, то «принять решение о необходимости нападения на СССР было бы ему значительно труднее» (стр. 76).

В огне боёв на Смоленщине родилась советская гвардия – цвет армии, гордость Советских Вооружённых Сил. 18 сентября 1941 г. четыре прославленные стрелковые дивизии Западного фронта: 100, 127, 153 и 161-я первыми были преобразованы в гвардейские. Им были вручены гвардейские знамёна.

В Смоленском сражении советские войска впервые применили новое грозное оружие – установки реактивных миномётов, любовно прозванные в народе «Катюша».

За боевые подвиги, мужество и отвагу, проявленные в ходе Смоленского сражения, 928 бойцов, командиров и политработников Западного фронта были награждены орденами и медалями, 7 человек удостоились высокого звания Героя Советского Союза (стр. 80).

Яркие страницы в героическую летопись войны вписали защитники Киева и Одессы.

Оборона Киева продолжалась 71 день. Все попытки врага прорваться на левый берег Днепра в районе Киева как в июле, так и в августе были сорваны. Здесь на направлении главного удара группы армий «Юг» была скована самая мощная 6-я немецкая армия, имевшая в своём составе в июле 16, а в августе 21 дивизию. Только 19 сентября по приказу Ставки, наши войска оставили столицу Советской Украины Киев.

5 августа в глубоком тылу противника началась оборона Одессы, продолжавшаяся 73 дня, по 16 октября. Героическая оборона Одессы явилась одним из наиболее ярких примеров исключительной стойкости и массового героизма советских войск, единства армии и народа. Более чем на два месяца у Одессы была скована вся 4-я румынская армия, понесшая в боях значительные потери. Борьба защитников Одессы вызвала восхищение всех советских людей. «Правда» 11 сентября 1941 г. писала: «Среди бесчисленных подвигов, совершаемых советскими патриотами в Отечественной войне, героическая оборона Одессы, также как Ленинграда и Киева, является волнующим примером беззаветной любви к Родине и к родному городу, изумительным по силе проявлением массового бесстрашия и коллективного героизма» (стр. 87).

В конце сентября обстановка на советско-германском фронте оставалась сложной. Немецко-фашистские армии занимали выгодное оперативно-стратегическое положение и, несмотря на понесённые потери, по-прежнему имели превосходство в силах и средствах.

Всего в сухопутных войсках противника, действовавших против СССР, насчитывалось 4 млн. 300 тыс. чел., 2270 танков, свыше 43 тысяч орудий и миномётов и 3050 самолётов. В Красной Армии насчитывалось 3 млн. 245 тыс. чел., 2715 танков (из них тяжёлых и средних 728), 20580 орудий и миномётов и 1460 самолётов. Таким образом, противник превосходил советские войска в людях в 1,3 раза, в орудиях и миномётах – в 1,9 раза, в самолётах – в 2,1 раза (стр. 90–91).

16 сентября, когда стало ясно, что сражение под Киевом близится к концу, командование группы армий «Центр» направило в войска директиву о непосредственной подготовке наступления на Москву. Предстоящая операция получила условное наименование «Тайфун».

Операция «Тайфун», названная гитлеровцами «решающим сражением года», началась 30 сентября-2 октября. На Западном стратегическом направлении развернулось событие, положившее начало великой битве под Москвой, которая продолжалась до апреля 1942 г. (стр. 94).

В Москве решением ГКО 20 октября было введено осадное положение. Оборона рубежей в 100–120 км от Москвы возлагалась на командующего Западным фронтом генерала Жукова, а на её ближайших подступах – на начальника московского гарнизона генерала П. А. Артемьева.

Озверевший враг рвался к Москве. Но мужественное сопротивление советских воинов, активное участие в обороне Москвы жителей столицы не позволило осуществить фашистам их захватнические планы.

«Дни и ночи шла в войсках напряжённая работа, – писал маршал Жуков. – Люди от усталости и бессонницы буквально валились с ног, но, движимые чувством личной ответственности за судьбу Москвы, за судьбу Родины, следуя указаниям партии, проводили колоссальную работу по созданию устойчивой обороны войск фронта на подступах к Москве» (стр. 96).

Население Москвы активно включилось в строительство оборонительного пояса и возведение укреплений внутри города. В исключительно короткий срок подступы к Москве опоясали противотанковые рвы, лесные завалы, металлические ежи. На танкоопасных путях были установлены противотанковые орудия. Сотни вооружённых отрядов, боевых дружин и групп истребителей танков вместе с бойцами и командирами воинских частей встали на защиту столицы нашей Родины.

Главные цели операции «Тайфун» в октябре не были достигнуты. Исход кровопролитных сражений был неожиданным не только для солдат, но и для генералов вермахта. «С удивлением и разочарованием мы обнаружили в октябре и начале ноября, – писал гитлеровский генерал Блюментрит, – что разгромленные русские вовсе не перестали существовать как военная сила. В течение последних недель сопротивление противника усилилось, и напряжение боёв с каждым днём возрастало… Всё это было для нас полной неожиданностью. Мы не верили, что обстановка могла так сильно измениться после наших решающих побед, когда столица, казалось, почти была в наших руках» (стр. 103).

В те трудные дни советские люди отмечали 24-ю годовщину Великой Октябрьской социалистической революции. Торжественное заседание Московского Совета депутатов трудящихся 6 ноября, парад войск на Красной площади в заснеженной Москве 7 ноября, выступления на них Сталина сыграли важную роль в укреплении уверенности народа и армии в том, что враг под Москвой будет остановлен, что у стен столицы начнётся разгром немецко-фашистских захватчиков.

В докладе «24-я годовщина Великой Октябрьской социалистической революции» на торжественном заседании Московского Совета 6 ноября Сталин показал, что гитлеровский план «молниеносной войны» провалился, остановился на причинах временных неудач Красной Армии и высказал непоколебимую убеждённость в нашей победе: «Наше дело правое, – победа будет за нами!» (И. Сталин «О Великой Отечественной войне Советского Союза», стр. 36).

Выступая с речью на параде Красной Армии 7 ноября 1941 г., Сталин призвал к полному разгрому немецких захватчиков: «Смерть немецким оккупантам!.. Под знаменем Ленина – вперёд в победе!» (стр. 40).

После двухнедельной паузы группа армий «Центр» 15 ноября возобновила наступление на советскую столицу. Советские воины проявляли чудеса храбрости и мужества. Навсегда останется в памяти народа подвиг 28 героев-панфиловцев, защищавших Москву на волоколамском направлении у разъезда Дубосеково. 16 ноября на небольшую группу красноармейцев, в составе которой были русские, украинцы, казахи, киргизы двинулись десятки фашистских танков. Большинство панфиловцев пали смертью храбрых, но не пропустили врага. На всю страну прозвучали пламенные слова коммуниста политрука В. Г. Клочкова, павшего вместе с героями-бойцами: «Велика Россия, а отступать некуда. Позади Москва». Этот призыв стал девизом всех защитников Москвы. («История СССР. Эпоха социализма (1917–1957 гг.)», стр. 572).

Несмотря на значительные потери, враг продолжал рваться к Москве, расходуя последние резервы. Но добиться поставленной цели ему не удалось. Конец ноября-начало декабря были периодом кризиса наступления гитлеровцев на Москву. План окружения и захвата советской столицы потерпел полный крах. «Наступление на Москву провалилось. Все жертвы и усилия наших доблестных войск оказались напрасными. Мы потерпели серьёзное поражение», – писал после войны Гудериан. («История Второй мировой войны 1939–1945», т. 4. стр. 108).

Навсегда в памяти народной останутся подвиги комсомольцев Зои Космодемьянской, Александра Чекалина, Лизы Чайкиной и многих других беззаветно преданных своей Родине героев, не жалевших жизни во имя победы над врагом. Выполняя задание командования, Зоя Космодемьянская подожгла несколько домов, занятых гитлеровцами, вывела из строя узел связи. Зоя была схвачена гитлеровцами, которые её жестоко пытали, раздели догола и избивали, выводили босой на мороз, пытаясь узнать, сколько ещё партизан действует в районе подмосковной деревни Петрищево. Не добившись признания, гитлеровцы 29 ноября 1941 г. повесили бесстрашную комсомолку. «Прощайте, товарищи! Боритесь, не бойтесь! С нами Сталин! Сталин придёт!..», – крикнула Зоя перед казнью. Приказ Сталина о посмертном присвоении Зое Космодемьянской звания Героя Советского Союза был опубликован во всех газетах, о её подвиге узнала вся страна.

Срыв советскими войсками в октябре-ноябре тщательно подготовленной операции «Тайфун», рассчитанной на захват Москвы, свидетельствовал о кризисе гитлеровской стратегии блицкрига. В беседе с министром иностранных дел Италии Г. Чиано 29 ноября Гитлер признал, что «ликвидация Востока не удалась и продолжает оставаться основной задачей на 1942 год». Немецкий генерал Блюментрит писал: «Это был поворотный пункт нашей восточной кампании – надежды вывести Россию из войны в 1941 г. провалились в самую последнюю минуту. Теперь политическим руководителям Германии важно было понять, что дни блицкрига канули в прошлое. Нам противостояла армия, по своим боевым качествам намного превосходившая все другие армии, с которыми нам когда-либо приходилось встречаться на поле боя» (стр. 109–110).

Героическая оборона Ленинграда

Во второй половине сентября, когда немецкая группа армий «Центр» усиленно готовилась к генеральному наступлению на Москву, группа армий «Север» продолжала активные действия под Ленинградом. Не имея возможности создать достаточно мощную ударную группировку для очередного штурма города, немецко-фашистское командование в начале октября вновь вернулось к идее его полной блокады. В первой половине октября в полосу группы армий «Север» прибыли 250-я испанская («голубая») дивизия, 212-я и 227-я пехотная дивизия из Франции, 7-я авиаполевая дивизия из Греции и 2-я пехотная дивизия СС из Германии.

Блокада Ленинграда с суши вызывала резкое ухудшение продовольственного положения в городе и на фронте. Руководству обороной города пришлось сократить нормы выдачи населению основных продуктов питания. В течение сентября-ноября они снижались пять раз. С 20 ноября были введены самые низкие нормы хлеба за всё время блокады – 250 г рабочим и 125 г – служащим и иждивенцам. Начался голод, возросла смертность среди населения.

Несмотря на это, ленинградцы под руководством городской партийной организации направляли все свои усилия на борьбу с врагом, на преодоление неимоверных трудностей и лишений.

ЦК партии и ГКО принимали срочные меры, чтобы облегчить положение осаждённого города. На помощь сражающемуся Ленинграду пришла вся страна. Битва за него стала важнейшей частью общей борьбы советского народа против немецко-фашистских захватчиков. Для защитников и населения Ленинграда со всех концов страны направлялись эшелоны с продовольствием, топливом, вооружением, боеприпасами. Однако доставлять грузы в осаждённый город становилось всё труднее. Транспортировка грузов осуществлялась по Ладоге, ставшей для ленинградцев Дорогой жизни, в исключительно сложных условиях под непрерывным воздействием вражеской авиации, нередко в штормовую погоду.

Ленинградцам предстояло пережить суровую блокадную зиму. Они стойко сражались и работали, зная, что о них помнит вся страна. Чувства и мысли ленинградцев в своих стихах выразила Ольга Берггольц, находившаяся в осаждённом городе:

Бессонны ночи, тяжек день любой.
Но мы забыли, что такое слёзы,
Что называлось страхом и мольбой.
Я говорю: нас, граждан Ленинграда,
Не поколеблет грохот канонад,
И если завтра будут баррикады, —
Мы не покинем наших баррикад.

#### § 3. Контрнаступление советских войск под Москвой. Крах стратегии «молниеносной войны»

К декабрю 1941 г. Красная Армия, закалившаяся в ожесточённых боях с врагом, остановила продвижение немецко-фашистских войск на всём советско-германском фронте, а на его флангах развернула наступательные действия.

На главном направлении, под Москвой, группа армий «Центр» после безуспешных попыток продолжать наступление, 3–5 декабря была вынуждена перейти к обороне.

Верховное главнокомандование выдвинуло перед Советскими Вооружёнными силами задачу – вырвать из рук врага стратегическую инициативу, разгромить его ударные группировки. Нужно было нанести поражение группе армий «Центр», действовавшей на московском направлении.

Уже в ноябре было принято решение о формировании десяти резервных армий, которые привлекались к контрнаступлению.

Следует отметить, что войска переходили в контрнаступление в трудных условиях. Несмотря на значительное усиление фронтов Западного направления резервами Ставки, численное превосходство в живой силе, артиллерии и танках было ещё на стороне врага. К началу декабря группа армий «Центр» имела в своём составе 1 млн. 708 тыс. чел., около 13,5 тысяч орудий и миномётов, 1170 танков и 615 самолётов. Советские войска, привлечённые к контрнаступлению, насчитывали около 1 млн. 100 тыс. чел., 7652 орудия и миномёта, 774 танка (в т. ч. 222 средних и тяжёлых) и 1000 самолётов. Следовательно, немецко-фашистские войска превосходили советские в живой силе в 1,5 раза, в артиллерии – в 1,7 раза, в танках в 1,5 раза. И только по авиации наша группировка превосходила немецкую в 1,6 раза, начав завоёвывать преимущество в воздухе. («История Второй мировой войны 1939–1945», т. 4, стр. 283–284).

Оценивая создавшуюся в то время на московском направлении обстановку, западногерманский военный историк К. Рейнгардт в книге «Поворот под Москвой» пишет: «Момент для проведения контрнаступления был выбран очень удачно. Армия и танковые группы, входившие в состав группы армий «Центр», только что прекратили свои наступательные действия и не успели ещё занять позиции для обороны… Бок не располагал больше резервами, и его группа армий занимала невыгодный для обороны рубеж, сильно выдвинувшись вперёд перед соседними группами армий и обнажив тем самым свои фланги… То, что немецкое командование было застигнуто врасплох, свидетельствует о хорошо удавшемся русским развёртывании своих сил и правильно выбранном моменте контрнаступления» (там же, стр. 284).

На рассвете 5 декабря удар по врагу нанесли войска левого крыла Калининского фронта. Вслед за ними утром следующего дня во взаимодействии с авиационными соединениями перешли в контрнаступление ударные группы Западного и правого крыла Юго-Западного фронтов. Развернулись ожесточённые сражения в полосе от Калинина до Ельца протяжённостью около 1000 км.

Темпы продвижения многих соединений вначале были низкими. Сказывался недостаток танков, артиллерии, а также глубокий снежный покров, затруднявший маневр вне дорог. Но уже с 7 декабря контрнаступления развивалось нарастающими темпами.

Уже в самом начале контрнаступления Красной Армии в стане врага появилась растерянность. «События этого дня опять ужасающи и постыдны», – записал в своём дневнике Гальдер 7 декабря (стр. 287).

Стали очевидны полный провал расчётов гитлеровцев на захват Москвы и крушение их надежд на быстрое завершение войны против Советского Союза. Опубликованное 13 декабря сообщение Совинформбюро о поражении ударных группировок немецко-фашистских войск под Москвой и радостные вести об освобождении Тихвина, Ельца и десятков других городов и крупных населённых пунктов вызвали необычайный подъём в стране. «…Родина гордится своими сынами, бойцами Красной Армии, мужественно бьющимися на московских рубежах, – писала «Правда» 13 декабря 1941 г. – Родина гордится стойкостью трудящихся Москвы, которые своим героическим самоотверженным трудом и на производстве, и в строительстве оборонительных рубежей вокруг Москвы помогали и помогают Красной Армии, снабжая её оружием и боеприпасами, крепя тыл, воодушевляя бойцов» (стр. 289).

«У нас недооценили силы противника… – с горечью признавал Гудериан, – и за это приходится теперь расплачиваться» (стр. 290).

К началу января 1942 г. войска Калининского, Западного и правого крыла Юго-Западного (с 24 декабря – Брянского) фронтов, разгромив ударные соединения группы армий «Центр», успешно выполнили задачу, поставленную перед ними Верховным Главнокомандованием. Они отбросили противника от Москвы на 100–250 км. Угроза столице Советского государства и Московскому промышленному району была снята.

В ходе контрнаступления советские войска освободили свыше 11 тысяч населённых пунктов, ряд городов, в т. ч. Калинин и Калугу, и ликвидировали угрозу окружения Тулы. Общие потери только сухопутных войск вермахта за месяц наступления Красной Армии составили более 168 тысяч чел. За это время были разбиты 11 танковых, 4 моторизованные и 23 пехотные дивизии. На полях Подмосковья немецко-фашистские захватчики оставили тысячи орудий, пулемётов, автомашин, сотни танков и самолётов. Таков итог огромного по своим масштабам и напряжённости контрнаступления под Москвой (стр. 292).

Достигнутые успехи коренным образом изменили обстановку на советско-германском фронте. Захватив стратегическую инициативу на решающем участке и нанеся противнику тяжёлый урон, советские войска создали благоприятные предпосылки для осуществления новых ударов по врагу.

Не менее важным результатом контрнаступления под Москвой явился огромный политический подъём в войсках. Бойцы и командиры, окрылённые первыми крупными победами, ещё более уверовали в свои силы и в боевое оружие, которое им вручил народ. Успехи Красной Армии вызвали огромный энтузиазм и политический подъём в стране. На митингах и собраниях трудящиеся заверяли, что они удесятерят свои усилия и дадут фронту всё необходимое для разгрома врага.

Разгром гитлеровских войск под Москвой имел огромное международное значение. Впервые во второй мировой войне вермахт потерпел крупное поражение, советские войска вырвали из рук врага стратегическую инициативу, которой он владел на протяжении двух с лишним лет.

Поражение немецко-фашистских войск под Москвой говорило об окончательном провале авантюристического плана разгрома СССР, об окончательном крахе стратегии «молниеносной войны». Был развенчан миф о непобедимости гитлеровского вермахта.

Победа Красной Армии под Москвой положила начало коренному повороту в войне.

Президент США Ф. Рузвельт в послании на имя Сталина сообщал о всеобщем энтузиазме в Соединённых Штатах по поводу побед Красной Армии.

Премьер-министр Великобритании У. Черчилль в середине декабря 1941 г., когда британские вооружённые силы терпели неудачи в Юго-Восточной Азии, в записке для начальников штабов отмечал: «Главными факторами в ходе войны в настоящее время являются поражения и потери Гитлера в России» (стр. 302).

Величие побед советских войск под Москвой и на других направлениях как раз и состоит в том, что успех ими был достигнут в исключительно трудных условиях, при численном превосходстве врага. Это является свидетельством высокого искусства советского командования, боевого мастерства советских воинов, их стойкости в обороне и неудержимого порыва в наступлении.

8 января начался завершающий этап битвы под Москвой. Красная Армия нанесла противнику тяжёлое поражение. Из строя были выведены 16 дивизий и 1 бригада. Потери группы армий «Центр» с 1 января по 30 марта 1942 г. составили более 333 тыс. чел.

В ходе зимней кампании 1941–42 гг. Советские Вооружённые Силы добились крупных успехов. За период наступательных действий они отбросили гитлеровские войска на различных участках фронта на 150–400 км. Была ликвидирована угроза захвата врагом Москвы и Северного Кавказа. Облегчилось положение Ленинграда. От немецко-фашистских захватчиков были полностью очищены Московская и Тульская области, частично Ленинградская, Калининская, Смоленская Орловская, Курская, Харьковская, Сталинская области и Керченский полуостров, а также свыше 60 городов. Миллионы советских людей, томившихся в фашистской неволе, вновь обрели свободу.

Победа Красной Армии зимой 1941–42 г. высоко подняла международный авторитет СССР, оказала большое влияние на сплочение антифашистских сил и способствовала подъёму освободительного движения на оккупированных территориях.

#### § 4. Сталинградская битва. Начало коренного перелома в войне

Оборонительный этап

Первая военная весна не принесла заметной передышки на советско-германском фронте. На одних направлениях ещё продолжались боевые действия по планам зимней кампании, на других – обеими сторонами готовились новые операции, которые развернулись в конце апреля – начале мая. Это открыло новый этап войны, продолжавшийся до осени 1942 г.

В ходе этого этапа фашистским войскам вновь удалось перейти в наступление. В течение лета и осени Советские Вооружённые Силы вынуждены были под напором численно превосходившего врага отойти к Волге и предгорьям Кавказа. Они второй раз за время Великой Отечественной войны вели активную стратегическую оборону, в ходе которой враг был обескровлен и остановлен, не достигнув своей главной военно-политической цели – вывести СССР в 1942 г. из войны и перенести военные действия в другие районы мира.

В Советском Союзе уже к середине 1942 г. был завершён процесс перестройки экономики на военный лад и к концу года создано слаженное и быстро растущее военное хозяйство. Военно-промышленная база на востоке страны, – куда были эвакуированы тысячи предприятий на первом этапе войны в 1941 г. из занятых фашистами западных регионов страны, – дала столько военной продукции, сколько до нападения фашистской Германии выпускала вся промышленность СССР. Военная экономика позволяла не только восполнять потери боевой техники и вооружения на фронте, но и постепенно переоснащать войска более совершенными средствами борьбы, что позволило в дальнейшем начать завоевание военно-технического превосходства над фашистской Германией.

Под руководством ВКП(б) наша страна была превращена в единый боевой лагерь.

Среди занятых на производстве продолжало возрастать число женщин, молодёжи, подростков, пенсионеров. Проявляя подлинный трудовой героизм, они заменили тех, кто ушёл на фронт – своих отцов, братьев, мужей.

В письме на фронт к землякам-уральцам комсомолка Орехова из Перми так писала о трудовых буднях своих сверстников: «В 6 часов утра поднимаются они с постели и, запахнувшись в отцовский ватник, спешат – в трескучий мороз, в страшную вьюгу, по колено утопая в снегу, в дождь и осеннюю грязь – на далёкий завод, чтобы стать у самого сложного станка…» («История Второй мировой войны», т. 5, стр. 50). Они работали как взрослые, хотя и очень уставали. Но сознание того, что изготовленными ими снарядами их отцы и братья громят ненавистного врага, приближая час победы, утраивало силы юных тружеников.

Главная военно-политическая цель «третьего рейха» на 1942 г. была прежней – достижение победы на советско-германском фронте с тем, чтобы обеспечить условия для завоевания мирового господства. Руководство фашистской Германии хорошо понимало, что только победа над Советским Союзом может ей обеспечить достижение дальнейших целей войны: разгром Британской империи, утверждение своего господства на Ближнем и Среднем Востоке, создание африканской колониальной империи во главе с германским монополистическим капиталом (стр. 32–33).

Так как союзники по антигитлеровской коалиции: США и Великобритания, не спешили открывать второй фронт, выжидая, в чью пользу склониться чаша весов, то Советский Союз оставался один на один с германской военной машиной, её союзниками и сателлитами.

Вооружённые силы фашистской Германии весной 1942 г. были ещё достаточно мощными. Они насчитывали 8 млн. 600 тыс. чел., 43,2 тыс. орудий и миномётов (без учёта 50-мм миномётов и зенитных орудий), 5719 танков и штурмовых орудий, 4750 боевых самолётов. В состав сухопутных войск Германии входило 226 дивизий и 11 бригад.

Из них на советско-германском фронте находилось 176 дивизий (в том числе 21 танковая и 14 моторизованных) и 9 бригад. Кроме того, на советско-германском фронте действовали также 14 финских дивизий и 8 бригад, 7 румынских дивизий и 7 бригад, 3 венгерские дивизии и 2 бригады, 3 итальянские, 2 словацкие и 1 испанская дивизия (стр. 24–25).

Придавая решающее значение восточному фронту, гитлеровское командование продолжало наращивать свои войска. К 28 июню 1942 г. на советско-германском фронте противник имел 11 полевых и 4 танковые армии, 3 оперативные группы, в которых насчитывалось 230 дивизий и 16 бригад – 5 млн. 655 тыс. чел., более 49 тыс. орудий и миномётов, 3,7 тыс. танков и штурмовых орудий. Эти силы поддерживались авиацией трёх воздушных флотов, авиационной группой «Восток», а также авиацией Финляндии и Румынии, имевших в своём составе около 3,2 тыс. боевых самолётов (стр. 145).

В составе действующих войск Красной Армии в конце июня находилось около 410 дивизий, насчитывавших 5,5 млн. чел., 6 тыс. танков, 55,6 тыс. орудий и миномётов и 2,6 тыс. самолётов (стр. 143).

Одержав победы весной и в начале лета 1942 г., фашистские войска начали вести наступление на Кавказ и Сталинград, сосредоточив на этих направлениях свои основные силы. Здесь советские войска имели с противником примерно равную численность личного состава и танков, но заметно уступали по самолётам и орудиям.

Основная цель летней кампании фашистов заключалась в том, чтобы, захватив Сталинград, перерезать прямые коммуникации, связывавшие центральные районы Советского Союза с Кавказом. Именно здесь, по Волге, проходила главная артерия страны, по которой транспортировалась бакинская нефть, необходимая для военных нужд и народного хозяйства.

Об этом говорилось в директиве ОКВ № 44 от 21 июля: «Неожиданно быстро и благоприятно развивающиеся операции… дают основания надеяться на то, что в скором времени удастся отрезать Советский Союз от Кавказа и, следовательно, от основных источников нефти… Этим, а также потерей всей донецкой промышленности Советскому Союзу наносится удар, который будет иметь далеко идущие последствия» (стр. 154).

В директиве № 45 от 23 июля Гитлер конкретизировал задачи обеим группам армий, наступавшим на Кавказ и Сталинград (согласно разработанному в апреле 1942 г. плану группа армий «Юг» в начале июля была разделена на две части: группу армий «А», наступавших на Кавказ, и группу армий «Б», наступавших на Сталинград): «На долю группы армий «Б», как приказывалось ранее, выпадает задача наряду с оборудованием оборонительных позиций на р. Дон нанести удар по Сталинграду и разгромить сосредоточившуюся там группировку противника, захватить город, а также перерезать перешеек между Доном и Волгой и нарушить перевозки по реке. Вслед за этим танковые и моторизованные войска должны нанести удар вдоль Волги с задачей выйти к Астрахани и там также парализовать движение по главному руслу Волги» (стр. 160).

Немецко-фашистское командование настолько было уверено в быстром захвате Сталинграда, что оставило на этом направлении только одну 6-ю армию генерала Паулюса, а 4-ю танковую армию развернуло на Кавказ.

Решающим сражением 1942 г. стала Сталинградская битва.

Это прекрасно понимали и наши союзники по антигитлеровской коалиции. В июне 1942 г. президент США Ф. Рузвельт в беседе с министром финансов Г. Моргентау заявил: «В целом ответ на вопрос: выиграем мы войну или проиграем – зависит от русских. Если русские смогут продержаться это лето и будут сковывать в боях три с половиной миллиона немцев, то мы определённо сможем одержать победу» (стр. 67).

17 июля началась оборонительная операция советских войск на подступах к Сталинграду, которая продолжалась до 12 сентября.

План Ставки состоял в том, чтобы в упорных оборонительных боях обескровить и остановить мощную наступательную группировку противника, не допустив её выхода к Волге. Тем самым выигрывалось необходимое время для подготовки резервов и выдвижения их в район Сталинграда в целях перехода в решительное контрнаступление.

Упорное сопротивление советских войск вынудило германское командование вернуть 4-ю танковую армию в состав группы «Б» и также нацелить её на Сталинград. 10 августа закончилось оборонительное сражение на дальних подступах к Сталинграду. Гитлеровцам удалось прорвать внешний обвод обороны Сталинграда, что вынудило советские войска перейти к жёсткой обороне.

Для повышения стойкости войск в дни тяжёлых оборонительных сражений, воспитания у каждого воина высокой личной ответственности за судьбу Сталинграда, судьбу Родины исключительно важное значение имел приказ Народного комиссара обороны Сталина № 227 от 28 июля 1942 г.

Приведу отдельные выдержки из этого приказа, известного как «Ни шагу назад!»:

«Враг бросает на фронт всё новые силы и, не считаясь с большими для него потерями, лезет вперёд, рвётся в глубь Советского Союза захватывает новые районы, опустошает и разоряет наши города и сёла, насилует, грабит и убивает советское население. Бои идут в районе Воронежа, на Дону, на юге и у ворот Северного Кавказа. Немецкие оккупанты рвутся к Сталинграду, к Волге и хотят любой ценой захватить Кубань, Северный Кавказ с их нефтяными и хлебными богатствами…

Каждый командир, красноармеец и политработник должны понять, что наши средства не безграничны. Территория Советского государства – это не пустыня, а люди – рабочие, крестьяне, интеллигенция, наши отцы, матери, жёны, братья, дети… После потери Украины, Белоруссии, Прибалтики, Донбасса и других областей у нас стало намного меньше территории, стало быть, стало намного меньше людей, хлеба, металла, заводов, фабрик. Мы потеряли более 70 миллионов населения, более 800 миллионов пудов хлеба в год и более 10 миллионов тонн металла в год. У нас нет уже теперь преобладания над немцами ни в людских резервах, ни в запасах хлеба. Отступать дальше – значит загубить себя и загубить вместе с тем нашу Родину…

Из этого следует, что пора кончать отступление.

Ни шагу назад! Таким теперь должен быть наш главный призыв.

Надо упорно, до последней капли крови защищать каждую позицию, каждый метр советской территории, цепляться за каждый клочок Советской земли и отстаивать его до последней возможности.

Наша Родина переживает тяжёлые дни. Мы должны остановить, а затем разгромить и отбросить врага, чего бы это нам ни стоило. Немцы не так сильны, как это кажется паникёрам. Они напрягают последние силы… Можем ли мы выдержать удар, а потом отбросить врага на запад? Да, можем, ибо наши фабрики и заводы в тылу работают теперь прекрасно и наш фронт получает всё больше и больше самолётов, танков, артиллерии, миномётов.

Чего же у нас не хватает?

Не хватает порядка и дисциплины… В этом теперь наш главный недостаток. Мы должны установить в нашей армии строжайший порядок и железную дисциплину, если мы хотим спасти положение и отстоять Родину.

Нельзя терпеть дальше командиров, комиссаров, политработников, части и соединения которых самовольно оставляют боевые позиции. Нельзя терпеть дальше, когда командиры, комиссары, политработники допускают, чтобы несколько паникёров определяли положение на поле боя, чтобы они увлекали в отступление других бойцов и открывали фронт врагу.

Паникёры и трусы должны истребляться на месте.

Отныне железным законом дисциплины для каждого… должно являться требование – ни шагу назад без приказа высшего командования.

Командиры роты, батальона, полка, дивизии, соответствующие комиссары и политработники, отступающие с боевых позиций без приказа свыше, являются предателями Родины. С такими командирами и политработниками и поступать надо как с предателями Родины.

Таков приказ нашей Родины.

Выполнить этот приказ – значит отстоять нашу землю, спасти Родину, истребить и победить ненавистного врага» (И. Сталин, соч., т. 15, стр. 110–114).

Этот приказ был принят в крайне опасной обстановке, когда нашей Родине угрожала смертельная опасность, когда отступление было смерти подобно. Приказ сыграл свою роль в повышении морально-боевого духа бойцов, командиров, комиссаров и политработников Красной Армии, которые, не щадя своей жизни, боролись за каждую пядь советской земли.

«Ни шагу назад!» – таков стал с этого дня лозунг защитников волжской твердыни.

«Я не знаю, что такое коммунизм, – говорил Чарли Чаплин в одном из своих выступлений летом 1942 г., – но, если он создаёт людей, подобных тем, которые сражаются на русском фронте, мы должны уважать его. Настало время отбросить всякую клевету, потому что они отдают свою жизнь и кровь за то, чтобы мы могли жить. Нам следовало бы отдать не только наши деньги, но и всю духовную способность к дружбе, которой мы обладаем, чтобы помочь им» («История второй мировой войны», т. 5, стр. 60).

В середине августа немецкие войска, усиленные резервами, перешли в новое наступление на Сталинград. В результате к 12 сентября линия фронта приблизилась к городу и находилась в 2–10 км от него. Отводом наших войск за городской обвод закончилось оборонительное сражение на ближних подступах к городу, завершился первый этап обороны Сталинграда. Был сорван план фашистского командования овладеть городом. Но положение защитников Сталинграда было всё ещё крайне тяжёлым.

С 13 сентября по 18 ноября продолжался второй этап героической обороны Сталинграда, когда враг ворвался в город, в некоторых местах вышел к Волге, когда велись бои за каждую улицу, каждый дом. Но захватить город фашистам так и не удалось.

В ходе обороны Сталинграда вермахту были нанесены огромные потери. Около 700 тыс. убитыми и ранеными, свыше 2 тыс. орудий и миномётов, более 1 тысячи танков и штурмовых орудий и свыше 1,4 тыс. боевых и транспортных самолётов потеряла немецко-фашистская армия в борьбе за Сталинград летом и осенью 1942 г.

Кровопролитные сражения советских войск также повлекли за собой большие потери личного состава (стр. 193).

«Доблестная оборона Сталинграда, – писал Ф. Рузвельт в начале октября И. Сталину, – глубоко взволновала в Америке всех, и мы уверены в её успехе» (стр. 60).

Ливанская газета «Сади-аш Шааб» в разгар оборонительного сражения 10 сентября 1942 г. писала: «Этот город с многочисленным населением – уже не только русский город. Сталинград – это город всех людей, одна из цитаделей цивилизации. Город на Волге поставил на очередь вопрос о скором конце Гитлера. Город на Волге стал кладбищем, где находят могилу громадные мрачные силы, со всех сторон привлечённые нацистами, чтобы послужить пушечным мясом для орудий, установленных на берегах Волги. Всё это укрепляет нашу любовь к Сталинграду и заодно укрепляет наше спокойствие: война на улицах Сталинграда обеспечивает мир на улицах Каира, Александрии, Бейрута, Дамаска и Багдада!» (стр. 195).

Великий подвиг защитников Сталинграда по достоинству оценён Родиной. Специально учреждённой в декабре 1942 г. в память о героической борьбе на Волге медалью «За оборону Сталинграда» было награждено 754 тысячи участников Сталинградской битвы – воинов Красной Армии, партизан, трудящихся города и области (стр. 194).

Навсегда останется в памяти человечества великий подвиг героических защитников Сталинграда.

В течение 58 дней сентября-ноября 1942 г. держала героическую оборону дома, вошедшего в историю как Дом Павлова, группа советских бойцов во главе со старшим сержантом Яковом Павловым. Немцы организовывали атаки на дом каждый день по несколько раз, шли с танками, но выбить защитников дома и захватить его так и не смогли. Маршал Чуйков говорил в своих воспоминаниях: «Эта небольшая группа, обороняя один дом, уничтожила вражеских солдат больше, чем гитлеровцы потеряли при взятии Парижа» (Чуйков В. И. Сражение века, М.: Советская Россия, 1975.). За этот подвиг ст. сержанту Павлову было присвоено звание Героя Советского Союза.

Снайпер Зайцев Василий Григорьевич в период с 10 ноября по 17 декабря 1942 г. в боях за Сталинград уничтожил 225 солдат и офицеров противника, в том числе 11 снайперов, среди которых был знаменитый «суперснайпер» Хейнц Хорвальд. Непосредственно на переднем крае обучал снайперскому делу бойцов и командиров, подготовил 28 снайперов. «Отступать некуда, за Волгой для нас земли нет!» – под таким девизом сражался знаменитый снайпер. В январе 1943 г. был тяжело ранен. Зрение ему спас профессор Филатов в московском госпитале. Герой Советского Союза.

Мужественно сражался в боях под Сталинградом Рубен Ибаррури, сын генерального секретаря Компартии Испании Долорес Ибаррури. Выполняя приказ командира батальона, пулемётная рота капитана Ибаррури, в ночь на 23 августа захватила разъезд у станции Котлубань. В ночном бою капитан Ибаррури был вторично ранен в руку, но он перевязал свою рану сам и продолжал руководить боем. В три часа ночи пулемётная рота Ибаррури была заменена основными силами полка. Уставшие, измученные ночным боем пулемётчики форсированным маршем выдвинулись в район хутора Власовки и там заняли оборону. Отбивая атаку группы немецких танков и мотоциклистов, Рубен был тяжело ранен в живот. Истекающего кровью командира роты вынес с поля боя гвардии ст. сержант Тимошенко, за что был награждён медалью «За отвагу». Несмотря на попытки медиков, Рубен Ибаррури скончался в ночь с 3 на 4 сентября 1942 г. Герой Советского Союза.

Великая победа под Сталинградом

Двести дней и ночей на огромной территории в междуречье Волги и Дона не стихали ожесточённые бои и сражения Сталинградской битвы. Эта великая битва по размаху, напряжённости и последствиям не знала себе равных в истории. Она явилась важнейшей вехой на пути советского народа к победе.

Стратегическая наступательная операция Советских Вооружённых Сил по окружению и разгрому фашистских войск под Сталинградом длилась с 19 ноября 1942 г. по 2 февраля 1943 г. и состояла из трёх этапов: прорыв обороны, разгром фланговых группировок противника и окружение 6-й и части сил 4-й танковой немецких армий; срыв попыток врага деблокировать окружённую группировку; завершение разгрома окружённых немецко-фашистских войск («История Второй мировой войны», т. 6, стр. 43).

В ходе ожесточённых оборонительных сражений фронты сталинградского направления значительно ослабли. Поэтому Ставка Верховного Главнокомандования при подготовке операции особое внимание уделяла их усилению. Прибывшие стратегические резервы позволили к началу контрнаступления изменить соотношение сил и средств в пользу советских войск. В частности, наши войска значительно превосходили противника в артиллерии и особенно в танках, что имело решающее значение для прорыва вражеской обороны и быстрого развития успеха. Советскому командованию удалось также достичь небольшого перевеса над противником и в самолётах.

Причём, искусное массирование сил и средств позволило создать на направлениях главных ударов значительное превосходство над противником. Так, войска Юго-Западного и Сталинградского фронтов на участках прорыва превосходили противника: в людях – в 2–2,5 раза, в артиллерии и танках – в 4–5 раз и более, (стр. 48).

Подготовка к наступлению совпала с 25-й годовщиной Великой Октябрьской социалистической революции.

Выступая с докладом 6 ноября 1942 г. на торжественном заседании Московского Совета депутатов трудящихся Председатель Государственного Комитета Обороны Сталин так сформулировал задачи того периода: «…людоед Гитлер говорит: «Мы уничтожим Россию, чтобы она больше никогда не смогла подняться». Кажется ясно, хотя и глуповато. У нас нет такой задачи, чтобы уничтожить Германию, ибо невозможно уничтожить Германию, как невозможно уничтожить Россию. Но уничтожить гитлеровское государство – можно и должно. Наша первая задача в том именно и состоит, чтобы уничтожить гитлеровское государство и его вдохновителей.

…людоед Гитлер продолжает: «Мы будем продолжать войну до тех пор, пока в России не останется организованной военной силы». Кажется, ясно, хотя и безграмотно. У нас нет такой задачи, чтобы уничтожить всякую организованную военную силу в Германии, ибо любой грамотный человек поймёт, что это не только невозможно в отношении Германии, как и в отношении России, но и нецелесообразно с точки зрения победителя. Но уничтожить гитлеровскую армию – можно и должно. Наша вторая задача в том именно и состоит, чтобы уничтожить гитлеровскую армию и её руководителей.

Гитлеровские мерзавцы взяли за правило истязать советских военнопленных, убивать их сотнями, обрекать на голодную смерть тысячи из них. Они насилуют и убивают гражданское население оккупированных территорий нашей страны, мужчин и женщин, детей и стариков, наших братьев и сестёр. Они задались целью обратить в рабство или истребить население Украины, Белоруссии, Прибалтики, Молдавии, Крыма, Кавказа. Только низкие люди и подлецы, лишённые чести и павшие до состояния животных могут позволить себе такие безобразия в отношении невинных безоружных людей. Но это не всё. Они покрыли Европу виселицами и концентрационными лагерями. Они ввели подлую «систему заложников». Они расстреливают и вешают ни в чём неповинных граждан, взятых в «под залог», из-за того, что какому-нибудь немецкому животному помешали насиловать женщин или грабить обывателей. Они превратили Европу в тюрьму народов. И это называется у них – «новый порядок в Европе». Мы знаем виновников этих безобразий, строителей «нового порядка в Европе», всех этих новоиспечённых генерал-губернаторов и просто губернаторов, комендантов и подкомендантов. Их имена известны десяткам тысяч замученных людей. Пусть знают эти палачи, что им не уйти от ответственности за свои преступления и не миновать карающей руки замученных народов. Наша третья задача состоит в том, чтобы разрушить ненавистный «новый порядок в Европе» и покарать его строителей. Таковы наши задачи». (И. Сталин «О Великой Отечественной войне Советского Союза», стр. 75–76).

В приказе народного Комиссара Обороны И. Сталина № 345 от 7 ноября 1942 г. сказано: «Враг уже испытал однажды силу ударов Красной Армии под Ростовым, под Москвой, под Тихвином. Недалёк тот день, когда враг узнает силу новых ударов Красной Армии. Будет и на нашей улице праздник!» (стр. 81).

Эти исторические документы были доведены до каждого воина, что только повышало наступательный порыв наших войск.

Среди личного состава фронтов широко пропагандировалось обращение торжественного заседания Сталинградского городского Совета депутатов трудящихся к советским воинам от 5 ноября 1942 г.: «Два с половиной месяца жестоких кровопролитных боёв с лютым врагом под стенами Сталинграда не сломили вашей воли к борьбе и победе, и мы полны уверенности в том, что вы и впредь не только не сдадите своих позиций, но нанесёте врагу сокрушительный удар и в скором времени освободите наш любимый город от фашистской нечисти. Советский народ и трудящиеся города Сталинграда уверены в том, что битва за Сталинград будет решающей битвой и она послужит началом полного и окончательного разгрома фашистских полчищ» («История Второй мировой войны», т. 6, стр. 52).

Среди пополнения, поступавшего в войска, было много воинов различных национальностей, слабо знавших русский язык. Поэтому важнейшим направлением работы было быстрейшее введение в строй новобранцев, сплочение воинских коллективов в духе братства и дружбы народов СССР, привитие необстрелянным воинам уверенности в силе своего оружия, воспитание у них смелости, решительности, ненависти к врагу, создание боеспособных подразделений, частей и соединений.

Во фронтах издавались газеты на языках народов СССР. Огромное воспитательное значение имели поступавшие на фронт со всех уголков нашей Родины письма и обращения трудящихся. Так, например, в конце октября 1942 г. в газете «Правда» было опубликовано обращение трудящихся Узбекистана к воинам, в котором говорилось: «Вольный сын и свободная дочь узбекского народа! Твой народ является детищем Советского Союза. Русский, украинец, белорус, азербайджанец, грузин, армянин, таджик, туркмен, казах и киргиз совместно с тобою в течение двадцати пяти лет днём и ночью строили наш большой дом, нашу страну, нашу культуру… Теперь же в дом твоего старшего брата – русского, в дом твоих братьев – белоруса и украинца – ворвался германский басмач… Но если разбойник отнял дом у твоего брата, верни ему дом – это твой долг, узбекский боец! Это ваш долг, все советские бойцы!» (там же).

Письма на фронт поступали от трудящихся Казахстана, Армении, Киргизии, Азербайджана, Грузии, Татарской АССР и других союзных и автономных республик. Эти письма-наказы доводились до каждого бойца, им посвящались митинги, собрания, беседы. Они призывали воинов самоотверженно бороться за освобождение советской земли. Бойцы и командиры воспринимали этим письма как требования своего народа, своих близких.

Подводя итог многосторонней подготовки к контрнаступлению, Маршал Советского Союза, бывший в то время начальником Генерального штаба, А. М. Василевский пишет: «С чувством особого удовлетворения мы докладывали Ставке о высоком моральном состоянии и боевом настроении наших войск, об их уверенности в успехе» (стр. 53).

19 ноября началось контрнаступление советских войск под Сталинградом. Началось с мощной артиллерийской подготовки, взламывавшей оборонительные порядки фашистских войск.

Бывший командующий 65-й армии генерал П. И. Батов рассказывает: «Мы наблюдали один из самых напряжённых моментов боевых действий войск. Пусть читатель представит себе эту местность: извилистые глубокие овраги упираются в меловой обрыв, крутые его стены поднимаются на 20–25 метров. Рукой почти не за что уцепиться. Ноги скользят по размокшему мелу… Было видно как солдаты подбегали к обрыву и карабкались вверх. Вскоре вся стена была усыпана людьми. Срывались, падали, поддерживали друг друга и упорно ползли вверх» (стр. 54).

Под натиском советских войск панически бежал штаб 6-й немецкой армии из Голубинского в Нижнечирскую. Первый адъютант штаба армии В. Адам так описывает это «перемещение»: «Подхлёстываемые страхом перед советскими танками, мчались на запад грузовики, легковые и штабные машины, мотоциклы, всадники и гужевой транспорт; они наезжали друг на друга, застревали, опрокидывались, загромождали дорогу. Между ними пробирались, топтались, протискивались, карабкались пешеходы. Тот, кто спотыкался и падал наземь, уже не мог встать на ноги. Его затаптывали, переезжали, давили. В лихорадочном стремлении спасти собственную жизнь люди оставляли всё, что мешало поспешному бегству, бросали оружие и снаряжение, неподвижно стояли на дороге машины, полностью загруженные боеприпасами, полевые кухни и повозки из обоза…Дикий хаос царил в Верхнечирской. К беглецам из 4-й танковой армии присоединились двигавшиеся с севера солдаты и офицеры 3-й румынской армии и тыловых служб 11-го армейского корпуса. Все они, охваченные паникой и ошалевшие, были похожи друг на друга. Все бежали в Нижнечирскую» (стр. 57).

За четыре дня упорных боёв войска Сталинградского и Юго-Западного фронтов сломили сопротивление гитлеровцев и 23 ноября завершили окружение 6-й армии гитлеровцев во главе с фельдмаршалом Паулюсом. В окружение попала также часть 4-й танковой армии фашистов.

В котле оказались 22 дивизии и более 160 отдельных частей, входивших в состав 6-й и частично 4-й танковой немецких армий. К исходу 23 ноября, поняв бессмысленность дальнейшего сопротивления, капитулировала распопинская группировка противника (севернее Сталинграда). Были взяты в плен 27 тысяч солдат и офицеров 5-го и 4-го румынских корпусов, (стр. 59).

В течение 24–30 ноября войска фронтов продолжали наступление, всё сильнее сжимая кольцо окружения.

Окружением немецко-фашистской группировки под Сталинградом закончился первый этап контрнаступления.

Гитлеровское командование спешно начало создавать группу войск, предназначенную для деблокады окружённой армии Паулюса.

Непосредственное руководство операции по деблокаде возлагалось на командующего 4-й танковой армии генерала Г. Гота. В ударную группировку, кроме соединений 4-й танковой армии были включены дивизии, переброшенные из Франции, с Северного Кавказа, из-под Воронежа и Орла, значительные подкрепления из Германии. К началу контрудара в эту группировку входили 3 танковые, 1 моторизованная, 5 пехотных, 2 авиаполевые, 2 кавалерийские дивизии, ряд подразделений и частей из резерва главного командования, в том числе батальон танков «тигр», имевших 100-мм броню и мощную 88-мм пушку. Эти танки применялись на советско-германском фронте впервые.

12 декабря группа Гота перешла в наступление. Танковым дивизиям удалось прорвать оборону 51-й армии Сталинградского фронта, однако прорваться к окружённой группировке Паулюса им не удалось. Советские воины, проявляя высокое боевое мастерство и беспримерный героизм, стойко отражали натиск врага и наносили ему значительный урон.

Примером воинской доблести, огромной воли к победе могут служить оборонительные бои частей, которыми командовали подполковники М. С. Диасамидзе и А. А. Асланов. Стрелковый полк Диасамидзе под непрерывными ударами вражеской авиации отбил более 30 атак пехоты и танков противника, уничтожив при этом до двух батальонов пехоты и более двух десятков танков. Танковый полк Асланова совместно с другими частями за пять суток отбил более 12 атак, уничтожил 20 танков, 50 автомашин и до двух рот пехоты врага. За умелое руководство частями и проявленные при этом личное мужество и героизм Указом Президиума Верховного Совета СССР от 22 декабря 1942 г. подполковникам М. С. Диасамидзе и А. А. Асланову было присвоено звание Героя Советского Союза, многие солдаты и офицеры награждены орденами и медалями, (стр. 67).

Бессмертный подвиг совершил бронебойщик И. М. Каплунов. Из противотанкового ружья и противотанковыми гранатами он подбил восемь немецких танков. Девятый танк он вывел из строя уже после второго тяжёлого ранения. Отважному воину, отдавшему свою жизнь за Родину, посмертно присвоено звание Героя Советского Союза. Его имя навечно занесено в списки полка, (стр. 67–68).

К исходу 22 декабря наступление армейской группы «Гот» захлебнулось, а на следующий день её войска перешли к обороне в 30–40 км от окружённой группировки.

16 декабря перешли в наступление войска Юго-Западного и 6-й армии Воронежского фронтов. Весомый вклад в разгром врага на этом этапе военных действий внесла авиация фронтов, завоевав оперативное господство в воздухе. В воздушных боях советские лётчики сбили 154 и уничтожили на аэродромах 136 вражеских самолётов. В результате оборона противника была прорвана в полосе шириной 340 км, разгромлены основные силы 8-й итальянской армии, оперативной группы «Холлидт» и остатки 3-й румынской армии. Всего было уничтожено 5 итальянских дивизий и 3 бригады, разгромлено 5 румынских и одна немецкая дивизии, нанесено поражение 4 пехотным и 2 танковым немецким дивизиям. Советские войска взяли в плен около 60 тыс. солдат и офицеров, захватили 368 самолётов, 176 танков, 1927 орудий и другие трофеи. В ходе наступления были освобождены 1246 населённых пунктов, вызволены из неволи десятки тысяч советских граждан (стр. 72).

24 декабря перешли в наступление 2-я гвардейская и 51-я армии Сталинградского фронта. С 24 по 31 декабря войска фронта освободили более 130 населённых пунктов, взяли в плен и уничтожили 16 тыс. вражеских солдат и офицеров, захватили 70 танков, 347 орудий и миномётов, 20 самолётов и большое количество другой военной техники (стр. 73).

Завершающим этапом Сталинградской битвы, длившемся с 10 января по 2 февраля 1943 г., стала операция «Кольцо», целью которой была окончательная ликвидация окружённой 6-й немецкой армии.

Выполнение этой задачи было возложено на Донской фронт (командующий генерал К. К. Рокоссовский), которому были переданы три армии из Сталинградского фронта. Последний 1 января 1943 г. был переименован в Южный фронт и получил задачу развивать наступление в общем направлении на Ростов.

8 января, чтобы избежать напрасного кровопролития, советское командование предъявило командованию окружённых под Сталинградом вражеских войск ультиматум с предложением прекратить бессмысленное сопротивление и капитулировать. Причём ультиматум носил исключительно гуманный характер. В частности, гарантировалась жизнь и безопасность всем прекратившим сопротивление офицерам, унтер-офицерам и солдатам, а после окончания войны возвращение в Германию или в любую страну, куда пожелают. Сохранялась военная форма, знаки различия и ордена, установление нормального питания и оказание медицинской помощи.

Текст ультиматума неоднократно передавался по радио на немецком языке и распространялся среди войск противника в листовках. Большую работу в это время проводили выдающийся деятель германского и международного рабочего движения Вальтер Ульбрихт, немецкие писатели-антифашисты Эрих Вайнерт и Вилли Бредель. Они призывали солдат и офицеров 6-й армии Паулюса прекратить бессмысленное сопротивление и сложить оружие. Однако правители фашистской Германии и командование вермахта отклонили гуманное предложение и бросили своих солдат на верную гибель.

10 января войска Донского фронта после мощной артиллерийской и авиационной подготовки перешли в наступление. Преследуя отходящего противника в условиях 20-градусного мороза и сильных метелей, советские воины проявляли мужество, выносливость, наступательный порыв. Плотное кольцо советских войск неумолимо сжималось вокруг 6-й немецкой армии, которая к исходу 26 января была расчленена на две группы. 31 января прекратила сопротивление южная группа войск во главе с фельдмаршалом Паулюсом. Но северная группа ещё отчаянно отбивалась. После мощной артиллерийской атаки наших войск 1 февраля, когда утих огненный шквал, по балкам и кустарникам нескончаемым потоком потекли в сторону позиций советских войск вереницы немецких солдат и офицеров с поднятыми руками, сдаваясь в плен. 2 февраля прозвучали последние выстрелы исторической битвы на Волге.

4 февраля в освобождённом Сталинграде состоялся большой митинг, участники которого приняли приветствие героическим советским воинам-участникам Сталинградской эпопеи: «В памяти народной никогда не изгладится величие и благородство ваших легендарных подвигов. Наши потомки будут с гордостью и благодарностью вспоминать вас, будут слагать песни и былины о стальных полках и дивизиях славных армий…» (стр. 80).

Воины Донского фронта, гордые сознанием честно выполненного долга перед Родиной, после короткого отдыха были направлены под Курск, где их ждали новые тяжёлые бои, новые победы.

Непосредственным результатом контрнаступления Красной Армии явился разгром 6-й и 4-й танковой немецких, 3-й и 4-й румынских, 8-й итальянской армий. Вражеские войска были отброшены от Волги и Дона на сотни километров. Блестящая победа на Сталинградском направлении открыла перспективы для перерастания контрнаступления в общее наступление Советских Вооружённых Сил.

За время гигантской битвы, длившейся 200 дней и ночей, фашистский блок потерял четвёртую часть сил, действовавших в то время на советско-германском фронте. Общие потери врага убитыми, ранеными, пленными и пропавшими без вести составили около 1,5 млн. солдат и офицеров. Потери немецко-фашистских войск под Сталинградом с 19 ноября 1942 г. по 2 февраля 1943 г. составили свыше 800 тыс. чел., до 2 тыс. танков и штурмовых орудий, более 10 тыс. орудий и миномётов, около 3 тыс. боевых и транспортных самолётов и свыше 70 тыс. автомашин. Вермахт полностью лишился 32 дивизий и 3 бригад, а его 16 дивизиям было нанесено тяжёлое поражение. На поле боя после ликвидации окружённой группировки было подобрано и захоронено около 140 тыс. убитых гитлеровских солдат и офицеров (стр. 81).

Победа под Сталинградом внесла огромный вклад в достижение коренного перелома в Великой Отечественной войне и оказала определяющее влияние на дальнейший ход всей второй мировой войны. Стратегическая инициатива прочно и окончательно перешла в руки Советского Верховного Главнокомандования.

Десятки тысяч советских солдат и офицеров удостоились правительственных наград. 112 наиболее отличившихся воинов стали Героями Советского Союза. Медалью «За оборону Сталинграда» было награждено более 700 тыс. участников битвы.

Сталинградская эпопея, ставшая символом триумфа советского оружия и мужества воинов, явилась вдохновляющим примером для солдат и офицеров, сражавшихся на других участках советско-германского фронта.

В послании Сталину, полученном 5 февраля 1943 г. президент США Ф. Рузвельт назвал Сталинградскую битву эпической борьбой, результат которой празднуют все американцы: «В качестве Главнокомандующего вооружёнными силами Соединённых Штатов Америки я поздравляю Вас с блестящей победой Ваших войск у Сталинграда, одержанной под Вашим верховным командованием. Сто шестьдесят два дня эпической борьбы за город, борьбы, которая навсегда прославила Ваше имя, а также решающий результат, который все американцы празднуют сегодня, будут одной из самых прекрасных глав в этой войне народов, объединившихся против нацизма и его подражателей. Командиры и бойцы Ваших войск на фронте, мужчины и женщины, которые поддерживали их, работая на заводах и на полях, объединились не только для того, чтобы покрыть славой оружие своей страны, но и для того, чтобы своим примером вызвать среди всех Объединённых Наций новую решимость приложить всю энергию к тому, чтобы добиться окончательного поражения и безоговорочной капитуляции общего врага». («Переписка Председателя Совета Министров СССР с президентами США и премьер-министрами Великобритании во время Великой Отечественной войны 1941–1945 гг.», т. 2, стр. 52–53).

Позднее он прислал Сталинграду грамоту следующего содержания: «От имени народа Соединённых Штатов Америки я вручаю эту грамоту городу Сталинграду, чтобы отметить наше восхищение его доблестными защитниками, храбрость, сила духа и самоотверженность которых во время осады… будут вечно вдохновлять сердца всех свободных людей. Их славная победа остановила волну нашествия и стала поворотным пунктом войны союзных наций против сил агрессии» («История Второй мировой войны», т. 6, стр. 82–83).

Премьер-министр Великобритании У. Черчилль в послании Сталину от 1 февраля 1943 г. назвал победу Советской армии под Сталинградом изумительной: «Примите, пожалуйста, мои поздравления по случаю капитуляции фельдмаршала Паулюса и по случаю конца 6-й германской армии. Это, действительно, изумительная победа» («Переписка Председателя Совета Министров СССР с президентами США и премьер-министрами Великобритании…», т. 1, стр. 90). А король Великобритании прислал Сталинграду дарственный меч, на клинке которого на русском и английском языках выгравирована надпись: «Гражданам Сталинграда, крепким как сталь, – от короля Георга VI в знак глубокого восхищения британского народа» («История Второй мировой войны», т. 6, стр. 83).

Американский астронавт Д. Слейтон, участник второй мировой войны, вспоминает: «Когда гитлеровцы капитулировали, ликованию нашему не было предела. Все понимали, что это поворот в войне, что это начало конца фашизма…».

Видный французский писатель-антифашист Жан-Ришар Блок, выступая 9 февраля 1943 г. по Московскому радио, говорил: «… слушайте, парижане! Первые три дивизии, которые вторглись в Париж в июне 1940 г., три дивизии, которые по приглашению французского генерала Денца осквернили нашу столицу, этих трёх дивизий – сотой, сто тринадцатой и двести девяносто пятой – не существует больше! Они уничтожены под Сталинградом: русские отомстили за Париж. Русские мстят за Францию!».

Польские патриоты высоко оценили значение Сталинградской победы. В те дни на стенах многих варшавских домов можно было видеть рисунок – сердце, пронзённое большим кинжалом. На сердце надпись: «Великая Германия», а на клинке – «Сталинград» (стр. 84).

Победа Красной Армии под Сталинградом высоко подняла политический и военный престиж страны социализма и явилась одним из решающих факторов укрепления антигитлеровской коалиции, сплочения всех свободолюбивых народов.

Даже бывшие гитлеровские генералы впоследствии признавали военно-политическое значение этого события. Дёрр, непосредственный участник боёв под Сталинградом, писал: «Для Германии битва под Сталинградом была тягчайшим поражением в её истории, для России – её величайшей победой. Под Полтавой (1709 г.) Россия добилась права называться великой европейской державой. Сталинград явился началом её превращения в одну из двух величайших мировых держав» (там же).

В приказе Верховного Главнокомандующего 23 февраля 1943 г. посвящённого 25-летию Красной Армии Сталин отмечает: «Не может быть сомнения, что только правильная стратегия командования Красной Армии и гибкая тактика наших командиров-исполнителей могли привести к такому выдающемуся факту, как окружение и ликвидация огромной отборной армии немцев в составе 330 тысяч человек под Сталинградом». Верховный называет эту операцию образцом военного искусства. (И. Сталин «О Великой Отечественной войне Советского Союза», стр. 93).

Выдающаяся роль в успешном проведении Сталинградской наступательной операции принадлежит артиллерии. В ознаменование заслуг артиллерии в Сталинградской битве день начала контрнаступления – 19 ноября – страна стала отмечать как День артиллериста («История Второй мировой войны», т. 6, стр. 88).

#### § 5. Начало массового изгнания немецко-фашистских захватчиков с советской земли

В результате успешного контрнаступления советских войск на сталинградском направлении, разгрома крупной вражеской группировки, обстановка на советско-германском фронте к началу 1943 г. резко изменилась в пользу Советских Вооружённых сил. Захватив инициативу, они создали предпосылки для массового изгнания агрессоров с родной земли.

В конце 1942 г. продолжался процесс дальнейшего роста технического оснащения Красной Армии. Так, с 20 ноября 1942 г. по 1 января 1943 г. (за 40 суток) количество артиллерии в ней увеличилось на 2640 единиц, танков – более чем на 900, самолётов – на 700, грузовых автомашин – на 8 тыс. единиц, (История Второй мировой войны», т. 6, стр. 90).

Особое место в наступательных действиях Красной Армии зимой 1942/43 г. занимает прорыв блокады Ленинграда.

В течение почти полутора лет население блокированного города, личный состав армии и флота вели неравную борьбу с врагом, выдерживая варварские авиационные и артиллерийские налёты, испытывая недостаток топлива, продуктов питания, перенося голод. Однако тяжёлые лишения не сломили волю защитников города. Каждый труженик являлся бойцом, фронт и тыл слились воедино. Десятки тысяч гитлеровцев нашли смерть на его подступах.

К началу 1943 г. положение Ленинграда оставалось крайне тяжёлым. На его улицах и площадях продолжали рваться бомбы и снаряды, гибли люди, рушились здания. Отсутствие сухопутной связи со страной затрудняло подвоз топлива и сырья для промышленности, не позволяло удовлетворять насущные потребности войск и населения в продуктах питания. Большевистская партия и правительство делали всё, чтобы облегчить положение города. Во второй половине 1942 г. из Ленинграда было эвакуировано около 450 тыс. чел. Осенью по льду Ладожского озера проложили кабель, по которому в город подавалась электроэнергия. Горючее для войск Ленинградского фронта продолжало поступать по проложенному ещё летом подводному трубопроводу. В середине декабря, как только Ладожское озеро сковал лёд, возобновилась работа автомобильной Дороги жизни, которая функционировала круглосуточно, с огромным напряжением под непрерывными бомбёжками вражеской авиации.

12 января 1943 г. войска Волховского и Ленинградского фронтов в условиях суровой зимы перешли в наступление. Особую сложность представлял прорыв обороны по обрывистому обледенелому левому берегу Невы. Но стрелковые и танковые подразделения под прикрытием заградительного огня артиллерии преодолели ледяное поле реки и успешно атаковали врага. Через 6 дней упорных боёв войска Ленинградского и Волховского фронтов соединились, 18 января блокада Ленинграда была прорвана.

Действенную помощь наступавшим войскам оказала артиллерия Краснознамённого Балтийского флота. Огонь орудий крупных калибров разрушал оборонительные сооружения противника, надёжно подавлял его батареи.

Выполнению фронтами наступательных задач способствовали ленинградские партизаны. Активно действуя на коммуникациях врага, они срывали его перевозки, затрудняли манёвр резервами.

Умелые действия войск были высоко оценены партией и правительством. 136-я стрелковая дивизия генерала Н. П. Симоняка из Ленинградского фронта и 327-я стрелковая дивизия полковника Н. А. Полякова из Волховского фронта были преобразованы в гвардейские; около 19 тыс. солдат, матросов и офицеров были награждены орденами и медалями, а 25 человек удостоены высокого звания Героя Советского Союза (стр. 124).

«Невиданная волна радости захлестнула великий город, – писал проведший всю блокаду в Ленинграде поэт Н. Тихонов. – Последние дни он жил ожиданием, надеждой, гордостью за своих героев. Город знал, что там за Невой, бьются его доблестные сыны, молчал, ожидая известий с фронта, чувствуя, что подходит час освобождения».

Через 18 дней после прорыва блокады Ленинграда по решению Государственного Комитета Обороны была построена железнодорожная линия и уже 7 февраля ленинградцы восторженно встретили первый железнодорожный состав с Большой земли.

Прорыв блокады Ленинграда явился новым ударом по престижу «непобедимого» вермахта; был развеян миф геббельсовской пропаганды о неприступности немецко-фашистских войск под Ленинградом.

В ходе тяжёлых февральских боёв под Великими Луками в день 25-й годовщины Красной Армии совершил бессмертный подвиг рядовой Александр Матросов. 2-й стрелковый батальон 91-й стрелковой бригады имел задачу овладеть важным опорным пунктом вражеской обороны в деревне Чернушки. Во время наступления батальон был остановлен на окраине деревни огнём из дзота. Местность перед дзотом хорошо просматривалась, и гитлеровцы её простреливали плотным пулемётным огнём. Группа автоматчиков, посланная подорвать дзот, не смогла выполнить поставленную задачу. Тогда рядовой Матросов пополз к дзоту. Приблизившись к нему на двадцать метров, он метнул в амбразуру одну за другой гранаты, а затем дал длинную очередь из автомата. Пулемёт смолк. Бойцы поднялись в атаку. Но дзот вдруг ожил, и свинцовая струя вновь прижала атакующих к земле. Тогда Матросов устремился вперёд и своим телом закрыл амбразуру. Советские бойцы в едином порыве атаковали опорный пункт и ворвались в Чернушки.

«Великий подвиг товарища Матросова, – говорилось в приказе Народного комиссара обороны, – должен служить примером воинской доблести и героизма для всех воинов Красной Армии». Этот подвиг нашёл широкий отклик в сердцах советских воинов. Александр Матвеевич Матросов посмертно удостоен звания Героя Советского Союза. Его имя присвоено 254-му гвардейскому стрелковому полку, где герой навечно зачислен в списки 1-й роты (стр. 144).

Февральско-мартовские операции в основном завершили зимнюю кампанию 1942/43 г. на советско-германском фронте. В ходе контрнаступления и общего наступления советские войска нанесли тяжёлое поражение вооружённым силам фашистской Германии и её союзников. С ноября 1942 г. по конец марта 1943 г. они разгромили свыше 100 дивизий противника или 40 % всех сил, действовавших против СССР. Общие потери врага составили до 1 млн. 700 тыс. чел, более 3500 танков, 24 тысячи орудий и 4300 самолётов (стр. 147).

В ходе зимней кампании 1942/43 г. Красная Армия начала массовое изгнание фашистских оккупантов с советской земли. В течение пяти месяцев вооружённой борьбы она отбросила немецко-фашистские войска почти на 600–700 км. От агрессора почти полностью были очищены Северный Кавказ, Центрально-Чернозёмные области, районы западнее Москвы и южнее Новгорода. Началось изгнание оккупантов с Украины. В освобождённых городах и сёлах по призыву партии советские люди развернули широкие восстановительные работы, чтобы в кратчайший срок поднять из руин разрушенное народное хозяйство и поставить его на службу фронту.

Контрнаступление под Сталинградом, начавшееся силами трёх фронтов, переросло в январе 1943 г. в наступление семи фронтов, а в феврале-марте в операциях участвовали одиннадцать фронтов.

#### § 6. Борьба советских людей в тылу врага

К концу 1942 г. героическая борьба советских людей в тылу врага приобрела массовый характер и стала поистине всенародной. Сотни тысяч патриотов сражались с захватчиками в составе партизанских формирований, подпольных организаций и групп, активно участвовали в срыве экономических, политических и военных мероприятий оккупантов.

К «усмирению» советских патриотов были привлечены не только полицейские и охранные войска, но и соединения и части действующей армии.

В целях централизации руководства борьбой с партизанами и использования «для этого частей всех видов вооружённых сил, войск СС и полиции» директивой Гитлера от 18 августа 1942 г. ответственность за подавление партизанского движения в зоне боевых действий вермахта возлагалась на начальника генерального штаба сухопутных войск, а на территории рейхскомиссариатов – рейхсфюрера СС, начальника полиции Г. Гимлера, («История Второй мировой войны», т. 6, стр. 167).

Добиваясь максимального приспособления действий своих войск к тактике партизан, оккупанты приступили к формированию в составе вермахта специальных истребительных команд, которые должны были заниматься только борьбой с партизанами и уметь действовать в зимних условиях. Истребительные команды создавались в каждой дивизии, находившейся в районе действий партизан.

Все силы и средства этого карательного аппарата направлялись на достижение одной цели – уничтожение партизан и подпольщиков, изоляции их от населения, в котором фашисты справедливо видели социальную опору всенародного движения советских патриотов.

В приказе начальника штаба верховного главнокомандования вооружённых сил Кейтеля от 16 декабря 1942 г. говорилось: «… войска имеют право и обязаны применять в этой борьбе любые средства без ограничений, также против женщин и детей, если это только ведёт к успеху» (стр. 168).

Борьбу с партизанами гитлеровские главари объявили «равнозначной боевым действиям на фронтах». Одним из способов «чистки и умиротворения» захваченных районов являлись карательные экспедиции, в которых принимали участие, помимо охранных и полицейских сил, и части действующих войск. Как сказано в приказе Гитлера от 27 апреля 1943 г., для борьбы с партизанами только «в зоне действий сухопутных войск» было задействовано 80 тысяч немецких солдат и офицеров. Только одна эта цифра показывает, насколько партизанское движение приобрело всенародный размах, что гитлеровцы вынуждены были отвлекать от боевых действий на фронтах такое количество военнослужащих.

В донесении штаба группы армий «Центр» от 6 февраля 1943 г. сообщалось, что «число убитых партизан превысило цифру 100 тыс.». Если учесть, что в тылу этой группы армий к началу 43-го года действовало всего около 80 тыс. партизан, то понятно, что большинство убитых «партизан» составляло население оккупированных районов.

В ходе карательных операций у местных жителей конфисковывались скот, зерно, овощи, домашняя птица и т. д. Согласно донесению штаба группы армией «Центр», только в ходе семи карательных операций в январе 1943 г. у населения было изъято 1413 т зерна и муки, 842 т фуража, 279 т картофеля, более 25 тыс. голов крупного рогатого скота. В 1942/43 хозяйственном году оккупанты награбили 5 млн. т зерна.

Чтобы восполнить острый недостаток в рабочей силе, оккупанты проводили массовый угон работоспособного населения в Германию. Ежедневно на каторжные работы с 15 марта 1943 г. угоняли 5 тыс. советских граждан. А с 1 апреля – 10 тыс. Фашисты буквально охотились за людьми: их хватали во время многочисленных облав и карательных экспедиций, сажали за колючую проволоку, а затем эшелонами отправляли в Германию.

Причём, вопреки фальсификациям некоторых буржуазных историков, которые пытаются свалить вину за злодеяния, творимые оккупантами на советской земле, только на эсесовцев и жандармерию и выгородить армейские части, смерть и разрушения творили все без исключения фашистские войска. Особенно зверствовали они при отступлении: истребляли мирных граждан, разрушали жилые дома и общественные здания, взрывали заводы и электростанции, затапливали шахты и рудники, уничтожали сельхозмашины и инвентарь. Так, покидая Ворошиловград, фашисты лишь за один день 10 февраля 1943 г. разрушили 120 жилых домов, 30 школ, 2 музея, здания педагогического института, драматического театра и т. п. (стр. 169).

Усиливая репрессии, фашисты прибегали также к демагогии, обману, пытались разжечь межнациональную рознь, втянуть советских людей в братоубийственную войну что, впрочем, им мало удавалось.

Число партизан и подпольщиков стремительно росло.

К началу контрнаступления под Сталинградом на временно оккупированной немецко-фашистскими захватчиками территории действовало около 1770 партизанских отрядов и соединений общей численностью более 125 тысяч человек.

Развитие и направление борьбы советских людей в тылу врага проходили на основе положений, выработанных на совещаниях в ЦК ВКП(б) и Центральном Штабе партизанского движения (ЦШПД) с руководителями всенародной борьбы и изложенных в приказе НКО СССР от 5 сентября 1942 г. «О задачах партизанского движения».

В соответствии с решением Политбюро ЦК, в октябре 1942 г. был создан нелегальный ЦК КП(б)Украины, который усилил руководство партизанским движением в республике. В ноябре 1942 г. были созданы Эстонский и Литовский штабы партизанского движения, а в январе 1943 г. – Латвийский.

Направляемые ЦК ВКП(б) республиканские и областные партийные организации продолжали совершенствовать руководство народной борьбой в тылу врага. Непосредственными организаторами и руководителями этой борьбы являлись подпольные партийные комитеты и комиссары партизанских формирований.

Только с декабря 1942 г. по март 1943 г. ЦШПД было отправлено для распространения в тылу врага 6 млн. экземпляров листовок и брошюр, 82 портативные типографии для издания печатной продукции партизанами. Много литературы для населения издавали ЦК компартий республик, крайкомы и обкомы прифронтовых областей.

Характеризуя действия партизан в районе Витебска, штаб группы армий «Центр» 6 февраля 1943 г. доносил, что этот район «в значительной степени контролируется партизанами, которые имеют чёткую организацию. Они хорошо вооружены, особенно автоматическим оружием, и поддерживают тесную связь как между собой, так и с Красной Армией» (стр. 174).

Несмотря на понесенные потери в борьбе с фашистскими оккупантами, в апреле 1943 г. в тылу врага уже действовало 130-тысячная армия народных борцов.

Среди разнообразных задач, выполняемых партизанами и подпольщиками, важнейшими являлись диверсии на путях сообщения и разведка в интересах Красной Армии.

Так, например, в ночь на 8 марта несколько партизанских бригад и отрядов численностью около 1100 чел. под командой Героя Советского Союза М. П. Романишина захватили мост через реку Десну на магистрали Брянск-Гомель, и взорвали его. Движение фашистского транспорта было приостановлено на 28 суток. Только к 5 апреля оккупанты смогли восстановить одну из ферм моста. Однако пропускная способность его сократилась в 3–4 раза. Уже после войны бывший начальник военно-транспортного управления группы армий «Центр» Г. Теске свидетельствовал, что партизанам удалось взорвать «мост важнейшей стратегической железной дороги в самом центре немецкой ударной группировки, готовившейся к наступлению на Курск» (стр. 176).

Командование 3-й немецкой танковой армии в марте 1943 г. отмечало, что «взрывы на дорогах, железнодорожных путях и всевозможные налёты превратились в систему, и движение в тыловых районах позади фронта стало совершенно невозможным» (стр. 178).

Всего с ноября 1942 г. по март 1943 г. партизаны, по данным противника, совершили более 2,5 тысяч железнодорожных диверсий, в результате которых вывели из строя около 750 паровозов, до 4 тысяч вагонов, разрушили свыше 100 км железнодорожного пути, около 40 тысяч шпал. Пропускная способность железных дорог на оккупированной территории зимой 1942/43 г. сильно уменьшилась (стр. 179).

Весной 1943 г. для охраны мостов и железнодорожных станций только по линии ведомства Гиммлера было выделено 327 тыс. чел.

В связи с переходом Красной Армии в наступление большое значение приобрели данные о расположении и состоянии оборонительных укреплений противника, дислокации, численности и вооружении его гарнизонов, количестве и размещении складов, баз, аэродромов и других важнейших объектов. Для сбора таких сведений, особенно в глубоком тылу немецко-фашистских войск, широко практиковались рейды партизанских отрядов. Создавались также специальные разведывательные отряды и группы.

В одном из отрядов находился всемирно известный ныне разведчик-партизан Н. И. Кузнецов. Под фамилией Пауля Зиберта, переодетый в форму немецкого офицера отважный патриот неоднократно проникал в Ровно, который гитлеровские захватчики сделали «столицей» временно оккупированной Украины. С помощью ровенских подпольщиков он вёл активную разведку и совершал дерзкие акты возмездия над фашистскими преступниками. Одной из наиболее важных акций являлась беседа с рейхскомиссаром Украины Э. Кохом, в ходе которой Кузнецову удалось узнать о готовившемся крупном летнем наступлении немецко-фашистских войск на курском направлении. Эти данные были немедленно переданы в Москву.

Героически боролись с врагом подпольные организации.

Весной 1943 г. киевские подпольщики по заданию райкома партии подорвали Дарницкий и Яготинский железнодорожные мосты на Днепре. В результате движение поездов было прекращено на несколько дней. В марте минский подпольщик В. Т. Бабенко заминировал нефтебензосклад в предместье Минска – Красном Урочище. В результате взрыва было уничтожено 400 тыс. литров авиабензина, 4 вагона с машинным маслом в бочках, 150 бочек керосина и автомашина.

Широко известна в мире комсомольская подпольная организация «Молодая Гвардия» в Краснодоне. К концу ноября 1942 г. в ней насчитывалось до 100 человек. Подпольщики взорвали мост, пустили под откос два воинских эшелона, уничтожили 20 гитлеровцев, захватили автомашину с оружием и т. д.

Родина высоко оценила подвиг бесстрашных героев. У. М. Громовой, И. А. Земнухову, О. В. Кошевому, С. Г. Тюленеву, Л. Г. Шевцовой было присвоено высокое звание Героя Советского Союза, многие другие награждены орденами и медалями.

Отмечая заслуги партизан в общей борьбе советского народа против фашистских захватчиков, Президиум Верховного Совета СССР 2 февраля 1943 г. учредил медаль «Партизану Отечественной войны» I и II степени. В феврале-марте более 2 тыс. человек были награждены этой медалью. Указами Президиума Верховного Совета СССР девяти партизанам, особо отличившимся в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками, было присвоено звание Героя Советского Союза (стр. 184).

#### § 7. Курская битва. Переход стратегической инициативы в руки Советских Вооружённых Сил

В конце марта 1943 г. после ожесточённых зимних сражений на советско-германском фронте наступило относительное затишье. Далеко продвинувшиеся на запад советские армии закреплялись на достигнутых рубежах. Обе воюющие стороны усиленно готовились к новым операциям.

В приказе Верховного Главнокомандующего № 95 от 23 февраля 1943 г. говорилось: «Красной Армии предстоит суровая борьба против коварного, жестокого и пока ещё сильного врага. Эта борьба потребует времени, жертв, напряжения наших сил и мобилизации всех наших возможностей… Вражеским армиям нанесены мощные удары, но враг ещё не побеждён» (И. Сталин «О Великой Отечественной войне Советского Союза», стр. 94).

Советское Верховное Главнокомандование учитывало и то, что крупные контингенты японской армии по-прежнему находились у дальневосточных рубежей Советского Союза. Это вынуждало Ставку Верховного Главнокомандования держать здесь значительные силы. Не была полностью снята угроза южным границам СССР со стороны Турции, которая продолжала ориентироваться на фашистский блок. В составе войск, находившихся на Дальнем Востоке и на южных границах СССР, на 1 апреля 1943 г. насчитывалось 1 млн. 955 тыс. чел., 18,8 тыс. орудий и миномётов, 3,2 тыс. танков и САУ, 4,5 тыс. боевых самолётов («История Второй мировой войны», т. 7, стр. 96–97).

В техническом оснащении Советских Вооружённых Сил были достигнуты значительные успехи. Количество автоматического оружия в действующей армии к июлю 1943 г. по сравнению с апрелем увеличилось почти в 2 раза, противотанковой артиллерии – в 1,5 раза, зенитной – в 1,2 раза, самолётов – в 1,7 раза и танков – в 2 раза (стр. 97).

Советский Союз, выполняя интернациональную миссию, объединял усилия всех антифашистских сил в их справедливой борьбе против гитлеровских захватчиков.

На территории нашей страны формировались иностранные части и соединения, включавшиеся в борьбу против фашизма. 29 апреля ГКО принял решение о формировании 1-й чехословацкой отдельной пехотной бригады, а в мае началось создание 1-й польской дивизии имени Тадеуша Костюшко. Во второй половине июля началось развёртывание польских 1-й отдельной истребительной авиаэскадрильи и 1-го учебно-тренировочного авиационного отряда. Создавались также румынские и югославские части.

Затишье на фронте советское командование использовало для боевой подготовки войск, повышения их тактической выучки. Особое внимание уделялось накоплению стратегических резервов. В частности, был создан Степной военный округ, в котором находилось до 50 % всех резервных войск. Они составляли второй эшелон стратегического построения советских войск на курском направлении.

Фашистская Германия также делала всё для наращивания боевой мощи своих вооружённых сил.

По данным немецкого генерального штаба, за два года войны с Советским Союзом вермахт потерял убитыми, пропавшими без вести, ранеными и эвакуированными по болезни более 4 млн. 126 тыс. чел. За это же время в вооружённые силы было призвано 3 млн. 896 тыс. 295 чел. Для пополнения и формирования новых соединений фашистское руководство прибегло к тотальной мобилизации, от 16–18-летних юношей до 60-летних мужчин.

В результате тотальной мобилизации было призвано в армию более 2 млн. чел. Это позволило гитлеровскому командованию создать в первом полугодии 1943 г. новые дивизии и пополнить соединения, понесшие потери в боях. Всего было сформировало и доукомплектовало 50 дивизий для сухопутных и военно-воздушных сил и 4 дивизии войск СС. (стр. 110–111). В результате вооружённые силы фашистского блока на советско-германском фронте с апреля по июль возросли: личный состав – на 266 тыс., орудия и миномёты – на 5,4 тыс., танки и штурмовые орудия – на 2,5 тысячи (стр. 113).

Кроме немецких дивизий на восточном фронте продолжали действовать войска союзников рейха, насчитывавшие 32 дивизии и 8 бригад. Всего к началу июля Красной Армии противостояли 232 дивизии.

Много внимания уделялось обеспечению танковых дивизий более совершенной боевой техникой. В войска поступали танки «тигр», «пантера» и самоходные орудия «фердинанд». Эти машины были последним словом немецкой военной техники. Они имели мощное вооружение, сильную броневую защиту и совершенные прицелы, но обладали недостаточной маневренностью. Были усовершенствованы и прежние типы танков – T-III и T-IV. К началу июля на советско-германском фронте находилось 55 % всех боевых самолётов фашистской Германии. Всего, с учётом авиации стран-сателлитов в составе немецко-фашистской авиации числилось 2980 боевых самолётов, из них 2041 бомбардировщик, 586 истребителей и 353 самолёта-разведчика (стр. 112).

Гитлеровское командование было довольно техническим оснащением вермахта и его готовностью к нанесению новых ударов на Восточном фронте. Выступая 5 июня в ставке фюрера в Зонтхофене, В. Кейтель заявил: «Такая военно-промышленная мощь Германии и такое вооружение не только компенсируют материальные потери, возникшие в результате известных событий, но и создают такой уровень вооружений германской армии, который превзойдёт всё, что только существовало до сих пор» (стр. 113).

Но фашистское командование поторопилось с выводами.

Несмотря на тотальную мобилизацию, гитлеровцам не удалось восстановить численность своих вооружённых сил, достигнутую к середине ноября 1942 г. К началу июля 1943 г. Красная Армия превосходила фашистов: по численности личного состава – в 1,2 раза, по количеству орудий и миномётов – в 1,9 раза, танков и САУ – в 1,7 раза, боевых самолётов – в 3,4 раза.

Тем не менее, Германия продолжала оставаться мощным противником и силы, сосредоточенные ею для нового наступления, были огромны.

Планируя свои операции на лето и осень 1943 г, советское командование исходило из достигнутого преимущества над фашистской Германией, из того, что инициатива после победы под Сталинградом переходила в его руки.

Данные советской разведки показали, что гитлеровцы готовят новое наступление, уже на Курской дуге, по сходящимся направлениям из Орла и Белгорода на Курск, имея целью окружить наши армии и нанести им поражение, тем самым пытаясь взять реванш за Сталинград. Гитлеровцы назвали данную операцию «Цитадель».

Гитлеровские генералы готовились обрушить на Красную Армию новые удары, подорвать её мощь, овладеть стратегической инициативой и изменить ход войны в свою пользу. У основания Курской дуги развёртывались мощные танковые группировки. Перед ними стояла задача: нанеся сходящиеся удары, прорваться к Курску, окружить, а затем уничтожить советские войска, оборонявшиеся в Курском выступе. Главная ставка делалась на то, чтобы обрушить внезапный массированный удар танковых дивизий, поддержанных крупными силами авиации, на узких участках фронта. Войскам ставилась задача «обеспечить максимальное массирование ударных сил на узком участке, чтобы, используя местное подавляющее превосходство во всех средствах наступления (танках, штурмовых орудиях, артиллерии, миномётах и т. д.), одним ударом пробить оборону противника, добиться соединения обеих наступающих армий и таким образом, замкнуть кольцо окружения». Главную полосу советской обороны предполагалось прорвать в течение двух суток, и к исходу четвёртого дня наступления ударные группировки вермахта должны были соединиться восточнее Курска, чтобы затем разгромить более чем миллионную группировку советских войск (стр. 123).

Американский историк М. Кейдин отмечает: «На карту было поставлено куда значительно больше, чем просто город Курск или продвижение по местности на север, юг и восток, а именно то, что никогда не отразилось бы на схемах и картах, – беспощадная расправа над русскими (выделено мною, Д. И.) и в этом заключалась суть немецкого плана: измотать, перемолоть, рассеять, убить и захватить… Позднее, если операция «Цитадель» пойдёт так, как рассчитывал Гитлер, последует большое новое наступление на Москву. Позднее он претворит в жизнь свой совершенно секретный план «Песец», и германские вооружённые силы молниеносным ударом оккупируют Швецию. Позднее он… усилит войска в Италии, чтобы отбить вторжение союзников и сбросить их в море, ибо он знал, что приближается время этого вторжения. Направит мощные подкрепления на Атлантический вал, – может быть, достаточные, чтобы сломить хребет силам вторжения из Англии… Это было не только русской судьбой, которая должна была решиться под Курском, а судьба самой войны (выделено мною, Д. И.)» (стр. 127).

Выступая в апреле в Харькове перед офицерами танкового корпуса СС, Гиммлер заявил: «Здесь, на Востоке решается судьба… Здесь русские должны быть истреблены как люди и как военная сила и захлебнуться в своей собственной крови» (там же).

Своевременно разгадав замыслы врага, сосредоточившего крупную ударную группировку на направлениях главного удара, ГКО и Ставка Верховного Главнокомандования приняли решение перейти к преднамеренной обороне. Намечалось измотать врага в оборонительных боях, а затем перейти в решительное наступление.

Почти сто дней длилось предгрозовое затишье на полях предстоящей гигантской битвы. На рассвете 5 июля мощные группировки немецко-фашистских войск перешли в наступление на северном и южном фасах Курской дуги и сразу же встретили стойкую оборону армий Центрального (командующий К. К. Рокоссовский) и Воронежского (командующий Н. Ф. Ватутин) фронтов.

Но и здесь Красная Армия упредила врага.

Разведорганы установили не только дату, но и час начала атаки фашистских войск – 5 июля, 3 часа утра. И на изготовившиеся к броску немецко-фашистские танковые и пехотные соединения, на его артиллерийские батареи, наблюдательные пункты, штабы, склады боеприпасов и горючего обрушился шквал артиллерийского огня.

Это привело к дезорганизации войск и задержало начало наступления на Центральном фронте на 2,5 часа, на Воронежском – на 3 часа.

В 5 час. 30 мин. после артиллерийской подготовки и ударов авиации, немецкие войска перешли в наступление в полосе обороны Центрального фронта. На Ольховатском направлении действовало до 500 танков и штурмовых орудий врага, основные силы которых обрушились на воинов 13-й армии. Гитлеровцы не сомневались в успехе. Но советские воины не дрогнули. Их не запугали новые танки фашистов. Они расстреливали танки врага огнём артиллерии и противотанковых ружей, поджигали их бутылками с горючей смесью. Танки и штурмовые орудия противника подрывались на минных полях; советские стрелковые подразделения отсекали пехоту от танков и уничтожали её, а прорвавшихся в траншеи и ходы сообщения истребляли в рукопашном бою. Красноармейцы сражались отважно. Невиданная стойкость, массовый героизм были законом для советских воинов.

Напряжённые бои шли в воздухе. Были моменты, когда над полем боя одновременно находилось до 300 бомбардировщиков и не менее 100 истребителей врага. Воздушные бои шли непрерывно, перерастая в воздушные сражения, в которых участвовали сотни самолётов с каждой стороны. Только за один день 5 июля лётчики 16-й воздушной армии провели 76 воздушных боёв и сбили 106 вражеских самолётов. 6 июля было проведено 92 воздушных боя, в которых было сбито 113 самолётов врага, наши потери составили 91 самолёт.

Советские штурмовики и бомбардировщики наносили удары по атакующим немецким танкам, пехоте и артиллерии. Лётчики впервые применили противотанковые авиационные бомбы кумулятивного действия, которые пробивали броню фашистских танков, уничтожали артиллерию и другую боевую технику врага. После войны начальник штаба 48-го немецкого танкового корпуса генерал Ф. Меллентин признавал: «Многие танки стали жертвами советской авиации», русские лётчики «проявляли исключительную смелость» (стр. 146).

За два дня боёв противник продвинулся вглубь обороны всего на 6–10 км, понеся значительные потери – более 25 тысяч солдат и огромное количество боевой техники. К 12 июля наступление врага начало захлёбываться.

Командование Центрального фронта докладывало в Ставку Верховного Главнокомандования: «Встретив противника стеной разящего металла, русской стойкостью и упорством, войска Центрального фронта измотали в непрерывных ожесточённых восьмидневных боях врага и остановили его натиск. Первый этап сражения закончился» (стр. 149).

12 июля перешли в наступление войска Брянского и левого крыла Западного фронтов, заставив противника отказаться от дальнейшего наступления и вынудив его перейти к обороне.

5 июля в 6 часов утра после мощной артиллерийской подготовки и массированных налётов авиации перешли в наступление немецко-фашистские войска на южном фасе Курской дуги против Воронежского фронта. Сразу же завязались ожесточённые танковые и воздушные сражения.

Беспримерный подвиг совершили бойцы и командиры 214-го полка 73-й гвардейской стрелковой дивизии. Они мужественно отразили наступление 120 танков, в том числе 35 «тигров». В двенадцатичасовом бою воины уничтожили 39 танков и до тысячи гитлеровцев. Особенно отличились воины 3-го батальона. Из 450 солдат и офицеров в строю осталось только 150, но танки не прошли. За этот бой весь личный состав батальона был награждён орденами и медалями, а четыре человека удостоены звания Героя Советского Союза.

В бой с вражеской авиацией вступили лётчики 2-й и 17-й воздушных армий, лётчики-истребители войск ПВО страны. Накал воздушной борьбы был очень высок: над районом площадью 20 на 60 км действовало с обеих сторон до 2 тысяч самолётов. Основные усилия бомбардировочной и штурмовой авиации направлялись на уничтожение фашистских танков.

Утром 6 июля гитлеровцы предприняли массированные танковые удары. В бой с ними вступила 1-я танковая армия генерала Катукова. Завязались крупные танковые сражения. «В течение нескольких часов сотни танков превратились в металлический лом. Земля стонала от разрывов снарядов, авиационных бомб и грохота танков. В небе непрерывно находились сотни самолётов, шли ожесточённые воздушные бои. От чёрных туч пыли, поднятой танками, взрывами артиллерийских снарядов, авиационных бомб и копоти горевших машин земля и небо стали серыми и мрачными. Исчезла линия горизонта, скрылось солнце, его раскалённый диск еле пробивался сквозь мглу», – вспоминает генерал Бабаджанян (стр. 151).

Шли ожесточённые воздушные бои. 6 июля соединения 2-й воздушной армии провели 64 воздушных боя и сбили около 100 самолётов врага. Советская авиация завоёвывала господство в воздухе. Многие советские лётчики проявили беспримерную доблесть и мужество, в их числе мл. лейтенант И. Н. Кожедуб, впоследствии трижды Герой Советского Союза, и гвардии лейтенант А. К. Горовец, посмертно удостоенный звания Героя Советского Союза. В его наградном листе указывалось: «В этом воздушном бою тов. Горовец проявил исключительное лётное мастерство, отвагу и героизм, лично сбил 9 самолётов противника и сам погиб смертью храбрых» Лейтенант Горовец – единственный лётчик, уничтоживший в одном бою такое количество самолётов.

Напряжение боёв на южном фасе Курской дуги нарастало. За пять дней боёв немецкие танковые дивизии на узком участке вышли к тыловой полосе 6-й гвардейской армии.

Основной удар фашисты нацелили на Прохоровку, рассчитывая кружным путём выйти к Курску. Сюда были стянуты лучшие танковые соединения гитлеровцев: танковые дивизии «Рейх», «Мёртвая голова», «Адольф Гитлер» и основные силы 3-го танкового корпуса. В составе этой танковой группировки имелось значительное количество тяжёлых танков «тигр» и самоходных орудий «фердинанд». Поддержку ударной группировки осуществляла вся авиация, действовавшая на южном фасе Курского выступа.

Воронежский фронт, усиленный стратегическими резервами, получил задачу нанести мощный контрудар и разгромить вклинившуюся танковую группировку гитлеровцев. Главный удар в районе Прохоровки наносили 5-я гвардейская танковая армия генерала П. А. Ротмистрова и часть сил 5-й гвардейской армии генерала А. С. Жадова.

12 июля в 8 часов 30 минут, т. е. тогда, когда на северном участке перешли в наступление войска Брянского и левого крыла Западного фронтов, после 15-минутной артиллерийской подготовки наши армии нанесли контрудар.

Советские танкисты знали: немецкие тяжёлые танки несколько превосходят танки Т-34 по дальности прямого выстрела. Поэтому они, умело используя высокую маневренность Т-34, смело шли на сближение с танками противника. В самом начале сражения навстречу друг другу двинулись бронированные лавины. Первый эшелон 5-й гвардейской танковой на полном ходу врезался в боевые порядки немецко-фашистских войск. Для врага оказалось полной неожиданностью то, что в сражение было введено такое большое количество советских танков.

Всего в сражении с обеих сторон участвовало 1200 танков и самоходных орудий. Это было самое большое встречное танковое сражение второй мировой войны.

Над полем боя шли ожесточённые воздушные бои. В борьбу с вражеской авиацией вступила 2-я воздушная армия и часть 17-й, а также авиация дальнего действия. Они наносили удары по вражеским эшелонам, железнодорожным станциям, громили гитлеровские колонны на дорогах.

Прохоровское танковое сражение выиграли советские войска. Оно стоило вермахту больших потерь в личном составе и до 400 танков. 12 июля стало днём крушения немецкого наступления на Курск с юга. Войска генерал-фельдмаршала Манштейна стали отходить. Соединения Воронежского фронта начали преследование противника. В ночь на 19 июля, по указанию Ставки Верховного Главнокомандования, в сражение был введен Степной фронт (командующий И. С. Конев). К исходу 23 июля советские войска своими главными силами вышли на рубеж, который они занимали до начала оборонительного сражения и начали подготовку к контрнаступлению.

На южном фасе Курского выступа ценой огромных потерь немецко-фашистские соединения 4-й танковой армии и оперативной группы «Кемпф» вклинились в советскую оборону на глубину до 35 км. Но продвинуться дальше они не смогли. Ударные возможности мощной группировки врага, нацеленной на Курск с юга, были исчерпаны. Наступление вермахта и на этом направлении не принесло успеха.

В ходе Курской оборонительной операции войска Центрального и Воронежского фронтов сорвали все попытки гитлеровского командования окружить и уничтожить более чем миллионную группировку советских войск. Сражения носили исключительно упорный характер. По своему размаху и напряжённости они стоят в ряду крупнейших сражений второй мировой войны. С обеих сторон в операцию в целом было вовлечено до 2 млн. 582 тыс. чел, 37,8 тыс. орудий и миномётов, 8 тыс. танков и самоходно-артиллерийских (штурмовых) установок, 6 тыс. боевых самолётов.

Советская армия сорвала наступление гитлеровцев буквально за несколько дней. Немецкие танковые корпуса сумели вклиниться в нашу оборону лишь на глубину от 10–12 до 35 км.

В ходе сражения произошло около тысячи воздушных боёв. Советская авиация уничтожила более 1500 самолётов противника, но и сама потеряла около 1000. В сражении на Курской дуге борьба за господство в воздухе закончилась блестящей победой Советских Военно-Воздушных Сил.

Каждый день боёв давал множество примеров массового героизма солдат, сержантов и офицеров. Было немало случаев, когда, стремясь во что бы то ни стало остановить врага, бойцы бросались под танки со связками гранат и уничтожали их ценой собственной жизни. Примеры героизма и самоотверженности становились достоянием всех воинов, вдохновляли их на новые подвиги. Пропаганда подвигов героев стала одним из основных направлений партийно-политической работы. Большую роль в этом играли фронтовые, армейские и дивизионные газеты (стр. 154–156).

Контрнаступление советских войск на Курской дуге

12 июля на орловском направлении нанесли удар по врагу войска левого крыла Западного и Брянского фронтов. Армии правого крыла Центрального фронта перешли в наступление 15 июля после трёхдневной подготовки (операция «Кутузов»). Воронежский и Степной фронты во взаимодействии с Юго-Западным начали наступление на белгородско-харьковском направлении 3 августа (операция «Полководец Румянцев»).

В дни ожесточённых сражений на Курской дуге многие воины изъявляли желание идти в бой коммунистами. В июле в пяти участвовавших в битве фронтах было принято в члены ВКП(б) 28 577 и кандидатами в члены партии – 50 528 человек.

К началу наступления на орловском направлении насчитывалось 1 млн. 286 тыс. человек, более 21 тыс. орудий и миномётов, 2400 танков и САУ и более 3 тыс. боевых самолётов. Таким образом, обеспечивалось общее превосходство над врагом в личном составе в 2 раза, в артиллерии и миномётах в 3, в танках более чем в 2 раза и в авиации почти в 3 раза (стр. 159).

На белгородско-харьковском направлении в составе Воронежского и Степного фронтов числилось 980,5 тыс. чел., более 12 тыс. орудий и миномётов, 2400 танков и САУ и 1300 самолётов, что давало превосходство над гитлеровцами в людях более чем в 3 раза, в артиллерии и танках – в 4, в авиации – в 1,3 раза (стр. 172).

Советское Верховное Главнокомандование привлекло для участия в контрнаступлении пять воздушных армий и значительные силы авиации дальнего действия – всего более 5 тыс. самолётов. Гитлеровское командование, перебросив новые авиационные части из Германии и других участков советско-германского фронта, создало группировку численностью в 2,2 тыс. самолётов.

Таким образом, советская военная промышленность сумела снабдить Красную Армию превосходным современным оружием и военной техникой, обеспечив значительное численное преимущество над немецко-фашистской армией.

В боях с врагом советские воины проявляли массовый героизм и отвагу. Бессмертный подвиг совершил пулемётчик 40-го гвардейского стрелкового полка 11-й гвардейской стрелковой дивизии гвардии рядовой С. А. Кукунин. 12 июля подразделения дивизии вели бои за крупный опорный пункт противника деревню Старица. Кукунин находился в первых рядах наступающих. Вскоре цепи бойцов были прижаты к земле сильным огнём вражеского пулемёта. Атака могла сорваться. В эту критическую минуту коммунист Кукунин поднялся и с гранатой в руке пошёл на пулемётный дзот. Он метнул гранату в огневую точку, но пулемёт продолжал вести губительный огонь. Тогда Кукунин бросился к амбразуре дзота и закрыл её своим телом. Пулемёт замолчал. Бойцы батальона стремительной атакой выбили врага из деревни. Гвардии рядовой Кукунин посмертно удостоен звания Героя Советского Союза.

Отступая, гитлеровцы опустошали оставляемые территории, угоняли людей, уничтожали урожай. Из Орла срочно эвакуировали склады, награбленное имущество. Советская авиация, бомбардировщики наносили удары по железнодорожным эшелонам, узлам дорог, мостам и переправам на путях отхода гитлеровцев. Дороги, по которым наносили удары наши лётчики, были усеяны трупами вражеских солдат и офицеров, разбитыми автомашинами, танками, другой боевой техникой.

Всё больший размах получала борьба советских людей в тылу врага. В июле партизаны развернули активные действия на коммуникациях. Так, только партизаны Орловской области с 22 июля по 1 августа подорвали почти 7500 рельсов. По разработанному Центральным штабом партизанского движения плану белорусские, ленинградские, калининские, смоленские, орловские партизаны начали операцию по массовому выводу из строя железнодорожных коммуникаций, вошедшую в историю под названием «рельсовая война». Действия партизан дезорганизовывали перевозки противника в разгар Курской битвы.

5 августа Орёл был очищен от немецко-фашистских захватчиков.

За мужество и отвагу, проявленные в боях за город, девять частей и соединений получили наименование Орловских.

Над Орловским плацдармом высокое лётное мастерство продемонстрировал старший лейтенант А. П. Маресьев. Вернувшись на фронт после тяжёлого ранения, повлекшего ампутацию ступней ног, этот мужественный человек сбил три самолёта противника. За образцовое выполнение задания лётчику Маресьеву было присвоено звание Героя Советского Союза. Подвиг Александра Маресьева описан в книге Бориса Полевого «Повесть о настоящем человеке».

Вместе с советскими лётчиками воевали лётчики французской эскадрильи «Нормандия», отличавшиеся отвагой, высоким мастерством и решительностью в боях с врагом. Только в июле-августе они сбили 33 самолёта врага. Но понесла потери и эскадрилья – погибли первый командир эскадрильи майор Жан Луи Тюлян, его заместитель капитан Альберт Литольф, лейтенанты Ноэль Кастелэн, Андриэн Бернавон, Фирмин Вервей (стр. 169).

К вечеру 5 августа был освобождён от фашистов Белгород. Несколько соединений и частей получили почётное наименование Белгородских.

Вечером 5 августа в столице Советского Союза Москве впервые прогремел артиллерийский салют в честь доблестных войск, освободивших Орёл и Белгород. С этого времени московские салюты в ознаменование побед Красой Армии стали традицией.

Президент США Ф. Рузвельт, выступая по радио 29 июля, заявил: «Наиболее решающие бои происходят в настоящий момент в России… Недолговечное германское наступление этого лета явилось отчаянной попыткой поднять моральное состояние немцев. Русские не только ликвидировали это наступление, но и продвинулись согласно своим собственным планам, согласованным со всей наступательной стратегией Объединённых наций… Спасая себя, Россия рассчитывает спасти весь мир от нацизма. Мы должны быть благодарны этой стране, которая сумеет также быть хорошим соседом и искренним другом в мире будущего» (там же, стр. 168).

Освобождение Орла и Белгорода явилось важным политическим и военным событием. Стала особенно очевидной несостоятельность утверждения геббельсовской пропаганды о том, что советские войска способны наступать только зимой.

Положение немецко-фашистского командования значительно осложняли действия советских партизан, продолжавших «рельсовую войну». На некоторых железных дорогах Украины, Белоруссии, оккупированных областей Российской Федерации эшелоны продвигались только днём, по 8–10 км/час.

13 августа войска Степного фронта, преодолев упорное сопротивление гитлеровцев, прорвали внешний оборонительный обвод, находившийся в 8–14 км от Харькова, и к исходу 17 августа завязали бои на северной окраине города. 23 августа Харьков был полностью освобождён от немецко-фашистских захватчиков. Вечером Москва салютовала освободителям Харькова 20 артиллерийскими залпами из 224 орудий. За высокое мужество и отвагу, проявленные в боях за город, ряду соединений было присвоено почётное наименование Харьковских.

Успешное контрнаступление Советской Армии на белгородско-харьковском направлении завершило Курскую битву.

26 августа «Правда» в передовой статье писала: «Родной Харьков вернулся в семью советских городов. Красное знамя снова взвилось над второй столицей Украины. Блестящей победой советского оружия завершилась гигантская битва… Под Харьковом разгромлены отборные немецкие дивизии, потерпел крушение гитлеровский план использования всей Украины как базы для снабжения разбойничьей немецкой армией. Заря освобождения ярко разгорается над Днепром. Чутко прислушиваются измученные, исстрадавшиеся советские люди и на левом и на правом его берегу к радостным вестям, идущим с Востока» (стр. 178).

Битва на Курской дуге стала одним из важнейших этапов на пути к победе Советского Союза над фашистской Германией. Она стоит в ряду крупнейших битв второй мировой войны. В сражение с обеих сторон было вовлечено более 4 млн. человек, свыше 69 тыс. орудий и миномётов, более 13 тыс. танков и САУ и до 12 тыс. боевых самолётов. Со стороны вермахта в ней участвовало более 100 дивизий, что составляло 43 % дивизий, находившихся на советско-германском фронте.

Советские войска в ходе этой битве разгромили 30 дивизий, вермахт потерял около 500 тыс. солдат и офицеров, 1,5 тыс. танков, 3 тыс. орудий и более 3,7 тыс. самолётов.

После Курской битвы соотношение сил и средств решительно изменилось в пользу Красной Армии. Вооружённые силы нацистской Германии и её союзников были вынуждены перейти к обороне на всех театрах второй мировой войны.

Выступая с докладом «26-я годовщина Великой Октябрьской социалистической революции» 6 ноября 1943 г. И. В. Сталин отмечал: «Если битва под Сталинградом предвещала закат немецко-фашистской армии, то битва под Курском поставила её перед катастрофой» (И. Сталин «О Великой Отечественной войне Советского Союза», стр. 114).

Победа советских войск на Курской дуге имела крупнейшее международное значение. В результате разгрома значительных сил вермахта создались выгодные условия для высадки англо-американских войск в Италии в начале июля 1943 г. Поражение вермахта под Курском прямо повлияло на замыслы немецко-фашистского командования, связанные с оккупацией Швеции. Разработанный план вторжения в эту страну был отменён в связи с тем, что советско-германский фронт поглотил все резервы врага. Ещё 14 июня 1943 г. шведский посланник в Москве заявил: «Швеция прекрасно понимает, что если она до сих пор остаётся вне войны, то только благодаря военным успехам СССР. Швеция признательна за это Советскому Союзу и прямо об этом говорит» («История Второй мировой войны», т. 7, стр. 180).

Победа Красной Армии в битве на Курской дуге ещё выше подняла авторитет Советского Союза как решающей силы, противостоящей фашизму. Весь мир с надеждой смотрел на социалистическую державу и её армию, несущую человечеству избавление от фашистской чумы.

Президент США Ф. Рузвельт 6 августа писал Сталину: «В течение месяца гигантских боёв Ваши вооружённые силы своим мастерством, своим мужеством, своей самоотверженностью и своим упорством не только остановили давно замышлявшееся германское наступление, но и начали успешное контрнаступление, имеющее далеко идущие последствия. Искренние поздравления Красной Армии, народу Советского Союза и лично Вам по случаю великой победы под Орлом. Советский Союз может справедливо гордиться своими героическими победами» («Переписка Председателя Совета Министров СССР…», т. 2. стр. 76).

В сражениях под Курском советские воины проявили мужество, стойкость и массовый героизм. Коммунистическая партия и Советское правительство высоко оценили величие их подвига. На знамёнах многих частей и соединений засверкали боевые ордена, 132 соединения и части получили гвардейское звание, 26 соединений и частей удостоены почётных наименований Орловских, Белгородских, Харьковских и Карачевских. Более 100 тыс. солдат, сержантов, офицеров и генералов были награждены орденами и медалями, свыше 180 человек удостоены звания Героя Советского Союза. («История Второй мировой войны», т. 7, стр. 185).

#### § 8. Общее стратегическое наступление Красной Армии летом-осенью 1943 г

Битва под Курском, закончившаяся победой Красной Армии, привела к глубоким сдвигам в соотношении сил на советско-германском фронте и оказала решающее влияние на развитие второй мировой войны.

К концу августа силы вермахта на востоке были значительно ослаблены. Потерпели поражение самые мощные из созданных Германией за время войны танковая и авиационная группировки.

В докладной записке Гитлеру об использовании танковых соединений летом и осенью 1943 г. генерал-инспектор танковых войск Гудериан писал: «В то время как противник продолжал производить оправдавшие себя в боевых условиях танки, немецкие танковые войска находились в стадии перестройки и испытаний… Широкая пропаганда новых немецких танков вызвала у других родов войск представление, которое не соответствовало действительности» (стр. 187).

Всё более глубокое воздействие на военную машину гитлеровского государства оказывало снижение морального духа личного состава армии в результате тяжёлых поражений. Это вынуждены признавать и некоторые буржуазные военные историки. Так, Э. Зимке пишет: «В сфере психологической войны операция «Цитадель» принесла Советскому Союзу полную и неоспоримую победу. Немецкая психологическая война и немецкая пропаганда, пропитанные гитлеровскими расовыми теориями и экстремистскими военными целями, постепенно, начиная с зимы 1941/42 г., теряли свою действенность…».

Победа под Курском открыла новые перспективы борьбы.

ЦК ВКП(б) и Советское правительство поставили перед Вооружёнными Силами задачу: усилить удары по врагу, безостановочно гнать его с родной земли, принести освобождение от фашистского рабства миллионам советских людей.

При планировании наступления Ставка Верховного Главнокомандования учитывала возможности быстро развивающегося военно-экономического потенциала страны и соотношение сил борющихся сторон, сложившееся к концу Курской битвы. Во второй половине 1943 г. советская военная промышленность выпустила 12,9 тыс. танков и САУ, свыше 16 тыс. боевых самолётов. Благодаря принятым мерам, Красная Армия получала пополнение в личном составе и боевой технике более быстрыми темпами, чем немецко-фашистские войска. В Вооружённые Силы вливались и контингенты из освобождённых территорий.

Как показали результаты Курской битвы, развитие событий на фронтах второй мировой войны всё в большей степени определялось действиями Советских Вооружённых Сил.

Характеризуя особенности плана общего стратегического наступления после битвы под Курском, Маршал Советского Союза А. М. Василевский писал: «Этот крупный по замыслу и участвовавшим в его выполнении силам план осуществлялся в ходе следующих операций: Смоленская – с 7 августа по 2 октября (со взятием Смоленска и Рославля, начало освобождения Белоруссии); Донбасская – с 13 августа по 22 сентября (освобождение Донбасса); операция по освобождению Левобережной Украины – с 25 августа по 30 сентября (прорыв к Днепру); Черниговско-Припятская – с 26 августа по 1 октября (освобождение Черниговской области); Брянская – с 1 сентября по 3 октября (продвижение от Среднерусской возвышенности к бассейну Десны); Новороссийско-Таманская – с 10 сентября по 9 октября (завершено освобождение Кавказа); Мелитопольская – с 26 сентября по 5 ноября (выход к Крымскому перешейку); Керченская десантная (захват плацдарма в Восточном Крыму). Как видим, ни одна из этих операций не начиналась и не заканчивалась в одно и то же время. Они как бы перекрывали по времени друг друга, являясь последовательными лишь в самом общем смысле. Это вынуждало врага дробить свои резервы, перебрасывая их с участка на участок, пытаясь закрыть на фронте то там, то тут гигантские бреши, проделываемые в его обороне советскими войсками» (стр. 190–191).

Стратегическое наступление Красной Армии активно поддерживали партизаны. В тылу врага продолжалась «рельсовая война», охватившая огромную территорию. Нарушение работы коммуникаций противника на обширном пространстве значительно затрудняло перегруппировку немецко-фашистских войск, осложняло их обеспечение материально-техническими средствами, отвлекало силы врага на охрану путей сообщения.

Вермахт и вооружённые силы европейских сателлитов Германии были вынуждены перейти к стратегической обороне как на советско-германском фронте, так и на других театрах второй мировой войны. Примечательна в этом отношении запись Геббельса, сделанная им в дневнике в конце июля: «Я полагаю, что, вероятно, мы не сможем изменить положение путём наступательных операций, как это мы были в состоянии делать в летние периоды двух последних лет» (стр. 191).

Руководство «третьего рейха», идя на принятие решения о переходе к стратегической обороне, рассчитывало перейти к позиционной борьбе, удержать в своих руках захваченные территории, истощить силы Красной Армии в атаках, которые она будет вести против мощной обороны, выиграть время для того, чтобы осуществить сговор с реакционными англо-американскими кругами на антисоветской платформе.

Немецко-фашистское командование 11 августа отдало приказ о строительстве в глубоком тылу немецких войск Восточного вала – оборонительного рубежа, основой которого предстояло стать мощному водному рубежу – реке Днепр.

Как показали дальнейшие события, переход вермахта к стратегической обороне на восточном фронте не привёл к стабилизации фронта, не обеспечил перевода борьбы в позиционные формы. Массовое изгнание немецко-фашистских захватчиков с территории Советского Союза развёртывалось осенью 1943 г. с новой силой.

13 августа началась Донбасская операция Юго-Западного и Южного фронтов, оказавшая огромное влияние на дальнейший ход Великой Отечественной войны. Первым вступил в действие более сильный Юго-Западный фронт, 18 августа перешёл в наступление Южный фронт.

Правители фашистской Германии придавали исключительное значение удержанию Донбасса. На совещании, проводившемся во второй половине августа, Гитлер заявил: «Исключительно важно Донецкий бассейн и далее удерживать в наших руках, и вместе с тем всё, что не является настоятельно необходимым в Донецкой области, уничтожить, с тем чтобы, если при определённых условиях придётся вынужденно отойти, лишить противника важных экономических позиций» (стр. 194). В связи с осложнением положения на южном крыле восточного фронта 27 августа в Винницу прибыл Гитлер, заверивший, что окажет помощь группе армий «Юг».

Но уже ничто не могло остановить наступательный порыв советских войск. 30 августа таганрогская группировка фашистов была разгромлена, был освобождён г. Таганрог. За массовый героизм, проявленный при освобождении города, 130-я и 416-я дивизии получили почётное наименование таганрогских. Активно участвовала в этих боях Азовская военная флотилия под командованием контр-адмирала Горшкова.

Большую помощь войскам в сокрушении обороны врага на Миусе оказала 8-я воздушная армия. Советские лётчики удерживали господство в воздухе и успешно уничтожали пехоту, танки и артиллерию врага. В конце августа-начале сентября авиация дальнего действия нанесла ряд ночных ударов по железнодорожным узлам и станциям, затруднив фашистам перевозки резервов на Украину. Всего в августе 8-я воздушная армия провела 285 воздушных боёв и уничтожила в них 280 самолётов противника.

Войска Юго-Западного фронта в первых числах сентября освободили Лисичанск, Ирмино, Пролетарск, Камышеваху, Попасную, Первомайск, Славянск.

Красная Армия, быстро продвигаясь на запад, один за одним освобождала донецкие города – Горловку, Иловайск, Артёмовск, Краматорск. Только 6 сентября было освобождено более ста населённых пунктов. 8 сентября наши войска освободили столицу Донбасса город Сталино (ныне – Донецк). Отступая, враг стремился вывезти из Донбасса материальные ценности. Срыв эвакуации был возложен на авиацию. В начале сентября она начала наносить массированные удары по коммуникациям противника, сорвав план фашистов по вывозу в Германию десятков тысяч советских граждан и награбленного имущества.

Крайне неблагоприятно для фашистов развёртывались в это время и события на севере Украины. 26 августа перешли в наступление войска Центрального фронта, нанося главный удар на новгород-северском направлении. К исходу августа войска фронта вступили на территорию Украины. Фронт противника был рассечён на важнейшем стратегическом направлении.

Начавшееся общее стратегическое наступление Красной Армии фашистская Германия и её союзники уже не смогли остановить до конца войны. Известный французский историк А. Мишель в работе «Вторая мировая война» отмечает: «Начиная с лета 1943 г. Красная Армия предприняла наступление, распространявшееся, как волны прибоя, сначала с перерывами, а затем безостановочно; это наступление приостановило свой бег лишь после разгрома Германии… немцы оказались бессильными удержать этот поток; они захватывали инициативу лишь в наступлениях местного характера и на ограниченное время; если им и удавалось иногда отвоевать какую-то территорию или закрепиться на участках, которые они считали важными, то они лишь тормозили советское продвижение, но не смогли остановить его…» (стр. 198–199).

2 сентября войска Воронежского фронта освободили Сумы и развивали удар на Ромны, Прилуки.

Войска Степного фронта 4 сентября освободили Мерефу.

Битва за Днепр шла на огромном пространстве. С каждым днём в сражение вовлекалось всё больше сил и средств.

6 сентября Ставка Верховного Главнокомандования уточнила задачи фронтам. Воронежский фронт нацеливался на Киев, Степному фронту предстояло наступать на Полтаву и Кременчуг. Оба эти фронта, а также Центральный фронт, были усилены резервами Ставки.

Особенно успешно наступали войска Центрального фронта, армии которого к 7 сентября продвинулись в юго-западном направлении на 180 км, вышли на широком фронте к Десне и форсировали её.

Воины наступавших частей своими глазами видели злодеяния немецко-фашистских захватчиков на советской земле, узнавали о них от родных, из сообщений газет, бесед агитаторов и политработников. Это усиливало ненависть к врагу, звало на быстрейший разгром гитлеровских войск.

В оборонительных боях противник нёс тяжёлые потери. В сентябре они превысили июльские и составили только в сухопутных войсках 269 тыс. чел. Оценивая состояние своих войск на восточном фронте осенью 1943 г., бывший генерал вермахта Э. Бутлар писал: «Войска, испытывавшие в течение ряда лет огромную нагрузку и потерявшие большую часть офицерского и унтер-офицерского состава, уже не обладали ни достаточной стойкостью, ни способностью к сопротивлению… В результате летних боёв силы немецкой Восточной армии оказались крайне ослабленными. Пополнить дивизии людским составом, а также восполнить потери в технике и сохранить на необходимом уровне боеспособность соединений не представлялось возможным» (стр. 203).

Быстро развивавшееся общее стратегическое наступление Красной Армии облегчало действия англо-американских войск на Апеннинском полуострове, т. к. Гитлер не мог перебросить в Италию ни одной дивизии с восточного фронта. Определяющее влияние событий на советско-германском фронте на ход второй мировой войны признавалось руководящими деятелями США и Англии. У. Черчилль, выступая по радио в Квебеке в августе 1943 г. заявил: «Русские сражаются столь блестяще и нанесли военной машине Германии такой громадный урон, что никакие частные критические высказывания с их стороны по поводу нашей стратегии или нашего участия в войне не будут пропущены нами без внимания и не уменьшат нашего восхищения их военной доблестью и победами… Я с готовностью признаю, что большинство их (военных операций англо-американских сил в 1943 г. – Ред.) невозможно было бы осуществить в той форме и в то время, как они осуществлены, если бы не героические, великолепные подвиги и победы русской армии, которая защищает свою родную землю, подвергшуюся подлому неспровоцированному нападению, с беспрецедентной энергией, искусством и преданностью, защищает страшной ценой – ценой русской крови» (стр. 204).

15 сентября немецко-фашистское командование отдало приказ об общем отводе группы армий «Юг» на линию Мелитополь, Днепр. Конечной целью намеченного отступления считалось удержание оборонительного рубежа на Днепре, который перехватывал пути наступления Красной Армии на основных стратегических направлениях.

Генерал О. Кнобельсдорф, командовавший во время войны танковыми соединениями вермахта, отмечает: «Днепр планировался как линия сопротивления ещё после падения Сталинграда… весной 1943 г., его большая ширина, низкий восточный берег и высокий крутой западный, казалось, должны были стать непреодолимым барьером для русских».

Западногерманский историк К. Рикер, объясняя замысел гитлеровского командования, пишет: «Линия Днепр-Сож должна была быть превращена в Восточный вал, о который русские сломали бы себе шею, после чего Гитлер хотел снова предпринять новое наступление против врага, ослабленного безрезультатными атаками» (стр. 205).

Отводя войска с Левобережной Украины, гитлеровское командование осуществляло составленный по рецептам тотальной войны изуверский план полного опустошения территории. Командующий группой армий «Юг» генерал-фельдмаршал Манштейн в приказе от 11 сентября писал: «Опыт, полученный при оставлении территорий, показывает, что основная часть населения не желает добровольно уходить с немецкими войсками…Только строжайшие меры войск позволят нам увезти с собой сотни тысяч людей, скот и зерно… Любыми средствами добиваться того, чтобы сельское население вместе с лошадьми и крупным рогатым скотом уходило на запад…Люди, способные носить оружие, любыми средствами должны быть собраны и партиями отправлены в тыл… Материальные средства, которые не могут быть вывезены в тыл, должны быть уничтожены любыми средствами» (стр. 205–206).

В тотальном опустошении оставляемых районов, массовом уничтожении мирного населения и угоне его в Германию наряду с регулярными войсками и в тесном взаимодействии с ними активное участие принимали части СС и полиция. В приказе от 7 сентября, адресованному высшему руководителю войск СС и полиции на Украине, Гиммлер требовал: «Необходимо добиваться того, чтобы при отходе из районов Украины не оставалось ни одного человека, ни одной головы скота, ни одного центнера зерна, ни одного рельса; чтобы не остались в сохранности ни один дом, ни одна шахта, которая бы не была выведена на долгие годы из строя; чтобы не осталось ни одного колодца, который бы не был отравлен. Противник должен найти действительно тотально сожжённую и разрушенную страну… сделайте всё, что в человеческих силах, для выполнения этого…» (стр. 206).

Советское Верховное командование стремилось ускорить продвижение наших войск к Днепру, чтобы сорвать план фашистского командования сделать Восточный вал неприступным.

В борьбу включились значительные силы партизан. С середины сентября началась операция «Концерт». Коммуникации врага подвергались непрерывным ударам, что крайне осложняло перегруппировку войск. По времени удары партизан связывались с боевыми действиями войск на подступе к Днепру, при его форсировании и с борьбой на плацдармах.

«Дни нашего наступления к Днепру были примечательны не только боевыми событиями, – вспоминает член Военного совета 40-й армии генерал Крайнюков, – но и бурным ростом партийных рядов… Причём наибольший приток заявлений наблюдался не во время фронтового затишья, а в период самых трудных испытаний. В суровый час перед наступлением многие воины писали: «Хочу идти в бой коммунистом» (выделено мною, Д. И.) (стр. 207).

Во второй половине сентября темпы и размах наступления советских войск продолжали нарастать. Наиболее успешно они развивались в полосе Центрального и Воронежского фронтов, усиленных резервами Ставки, – на киевском и гомельском направлениях. 16 сентября был освобождён Новгород-Северский, 21 сентября – Чернигов. 21 сентября передовые подразделения Центрального фронта вышли к Днепру и форсировали его.

Вот что писал маршал К. К. Рокоссовский о героических действиях воинов 13-й армии: «Преодолевая сопротивление врага, используя все захваченные на берегу лодки, плоты, бочки, солдаты под руководством опытных и решительных командиров приступили к преодолению водной преграды на широком фронте. Форсирование обеспечивалось хорошо организованным артиллерийским огнём с берега. Орудия били и навесным огнём, и прямой наводкой. Стреляли и танки, подошедшие к берегу. Штурмовая и истребительная авиация поддерживали наземные войска ударами с воздуха. Передовые подразделения пехоты, быстро переправившись на противоположный берег, зацепились за него, отражая атаки противника, пытавшегося сбросить их в реку. Вместе с пехотинцами переплыли Днепр артиллерийские офицеры. Теперь они с плацдарма корректировали огонь батарей. Под прикрытием передовых отрядов на правый берег переправлялось всё больше людей. Накапливание наших войск на плацдарме шло быстро. Застигнутый врасплох противник не успевал перебрасывать сюда силы, достаточные для противодействия переправе» (стр. 210).

После того, как передовые отряды зацепились за правый берег Днепра, была пущена в ход подошедшая специальная понтонная техника. Бессмертные образцы героизма и самопожертвования показали в эти решающие дни битвы за Днепр бойцы и офицеры инженерных войск. Под огнём врага они строили переправы, собирали паромы, наводили понтонные мосты; через болота и трясины прокладывали гати и создавали временные переправы на многочисленных рукавах Днепра. К моменту выхода Красной Армии к Днепру они захватили несколько переправ на Днепре и Припяти.

К концу сентября Центральный фронт во взаимодействии с другими фронтами добился крупного оперативного успеха. Преследуя противника, его войска с ходу форсировали Днепр, Припять, Сож и захватили на их западных берегах несколько плацдармов, сыгравших большую роль в последующей борьбе за овладение рубежом Днепра и в разгроме врага на Правобережной Украине.

Успешно развивалось наступление и в полосе Воронежского фронта в направлении Киева, Канева, Черкасс. В те дни страна узнала о мужестве комсомольцев В. Н. Иванова, Н. Е. Петухова, И. Д. Семёнова и В. А. Сысолятина. Они первыми переправились через Днепр и обеспечили форсирование реки подразделениям 51-й гвардейской танковой бригады. За доблесть и воинское мастерство, проявленные при форсировании и в боях за плацдарм на правом берегу, комсомольцы-патриоты получили высокое звание Героя Советского Союза. Гвардии рядовому Николаю Петухову это звание было присвоено посмертно. Сотни и тысячи славных подвигов совершили воины фронта. В боях за плацдарм отличился командир истребительно-противотанкового артиллерийского полка майор В. С. Петров. Будучи ранен в обе руки, он не покинул поле боя и продолжал командовать полком. За исключительную отвагу и самоотверженность Петров дважды за время войны был удостоен звания Героя Советского Союза. Подвижная группа фронта в составе 3-й гвардейской танковой армии и 1-го гвардейского кавалерийского корпуса вела упорные бои за захват, удержание и расширение букринского плацдарма. 38-я армия генерала Чибисова приступила к форсированию Днепра в районе Лютежа. Одной из первых переправилась на противоположный берег группа бойцов 240-й стрелковой дивизии во главе со ст. сержантом П. Н. Нефёдовым. Двадцать часов отважные воины вели неравный бой с превосходящими силами врага и удержали плацдарм. За форсирование Днепра 36 солдат, сержантов и офицеров дивизии получили звание Героя Советского Союза. К 10 октября плацдарм был расширен до 15 км по фронту и до 5–10 км в глубину.

Война рождает героев

Героизм советских воинов, в годы Великой Отечественной войны защищавших свою родную социалистическую Родину, стал подлинно массовым явлением.

Бессмертен подвиг командира роты 3-го гвардейского механизированного корпуса гвардии старшего лейтенанта Александра Михайловича Степанова. Его рота одной из первых форсировала Днепр и захватила плацдармы в районе Селище. Враг предпринимал яростные контратаки, стремясь сбросить гвардейцев. Командир роты лично уничтожил 15 фашистов. Но в ожесточённой схватке один за другим падали боевые товарищи. Боеприпасы были на исходе. А гитлеровцы наседали. Оставшись лишь с одной гранатой, Степанов выбрал удобный момент и бросил её в фашистов, но при этом погиб и сам. За мужество и отвагу Александр Степанов удостоен звания Героя Советского Союза. Александр Михайлович преумножил боевые традиции своей семьи.

Его мать Епистимия Фёдоровна вырастила и воспитала девять сыновей, девять воинов, отдавших жизнь за свободу и независимость своей Родины. Старший сын Александр – участник гражданской войны – был зверски замучен белогвардейцами. Фёдор погиб в бою у озера Хасан. Павел встретил войну на границе и пал смертью храбрых в 1941 г. Погибли партизаны Василий и Иван. Не пощадили своей жизни во имя победы Филипп и Илья на Курской дуге. Одного Николая дождалась с войны мать, но и он вскоре умер от ранений.

Не измерить глубины материнской печали. Но мать-героиня, как тысячи других матерей, не пала духом. Она неутомимо трудилась, много сил отдала воспитанию внуков. Епистимия Фёдоровна скончалась на 93-м году жизни. Её похоронили в кубанской станице Днепровская Тимашевского района, около мемориальной доски, на которой золотыми буквами сияют имена её девяти сыновей и более трёхсот односельчан, отдавших жизнь за честь и свободу своей Отчизны.

К концу сентября армии Воронежского фронта захватили девять небольших плацдармов севернее и южнее Киева, в том числе букринский и лютежский. Это в значительной мере нарушило оборону противника на правом берегу Днепра.

Войска Степного фронта 23 сентября освободили город русской славы Полтаву. За массовый героизм и отвагу, проявленные при освобождении города 12 соединений и частей получили наименование Полтавских. 29 сентября был освобождён Кременчуг. За активное участие в освобождении города семи соединениям и частям присвоено наименование Кременчугских. С 25 по 30 сентября войска Степного фронта во всей своей полосе наступления вышли к Днепру, очистили левый берег и захватили на правом берегу пять плацдармов.

В результате тесно взаимодействующих между собой пяти фронтов в течение августа-сентября 1943 г. на юго-западном направлении были достигнуты решающие успехи. Красная Армия продвинулась на 250–300 км, форсировав в ходе наступления ряд рек. К концу сентября они вышли на Днепр на 700-километровом фронте. Агрессор потерпел на Левобережной Украине тяжёлое поражение. Его 2-я, 4-я танковая, 8-я, 1-я танковая, 6-я армии понесли большие потери. Миллионы советских людей были вызволены из фашистского рабства. Оккупанты лишились важнейших экономических районов.

«Сражение за Днепр, – писала «Правда», – приняло поистине эпические размеры. Никогда ещё не выделялось из множества храбрых советских воинов столько сверххрабрых. Красная Армия, давшая уже миру столько примеров воинской отваги, словно превосходит самоё себя» (стр. 219).

Победоносное завершение битвы за Кавказ. Захват плацдарма в Крыму

С 10 сентября по 9 октября силами Северо-Кавказского фронта была осуществлена Новороссийско-Таманская операция.

В связи с тяжёлой обстановкой, сложившейся на восточном фронте в результате успешного развития стратегического наступления Красной Армии, руководство вермахта отдало приказ командующему 17-й армии начать её отвод с кубанского плацдарма. В приказе перечислялись меры по варварскому разрушению объектов и опустошению оставляемой территории. В нём указывалось: «а) все сооружения, жилые здания, дороги, постройки, плотины, которые противник может использовать в своих интересах, должны быть разрушены на длительное время; б) все железные дороги, в том числе полевые, должны быть демонтированы или полностью разрушены; в) все бревенчатые покрытия дорог привести в негодность или убрать; г) все находящиеся на кубанском плацдарме сооружения для добычи нефти должны быть полностью уничтожены; д) порт Новороссийск следует так разрушить и заминировать, чтобы русский флот длительное время не мог пользоваться им; е) к мероприятиям по разрушению относится также установка в широких масштабах мин, в том числе замедленного действия, и др.; ж) противнику должна достаться на длительное время полностью непригодная для использования и жилья пустыня, где на протяжении месяцев будут взрываться мины» (стр. 221).

Красная Армия перешла в наступление, чтобы не дать возможности фашистам осуществить свои зловещие планы. С Северо-Кавказским фронтом взаимодействовали Черноморский флот и Азовская военная флотилия.

Черноморскому флоту было приказано высадить десант в Новороссийском порту и в последующем, во взаимодействии с 18-й армией освободить Новороссийск.

Вместе с регулярными войсками активно действовали партизаны. В воззвании к населению они писали: «Дорогие товарищи! Кавказ и Кубань уже освобождены от гитлеровских мерзавцев. Близок час освобождения Красной Армией и Военно-Морским флотом нашего родного Новороссийска. Знайте, мы рядом с вами… Смерть немецким оккупантам! Смерть подлым изменникам и предателям! Убивайте палачей и фашистских наёмников! Всеми мерами старайтесь помешать врагу грабить, разрушать, наносить ущерб хозяйству города!» (стр. 225).

16 сентября Новороссийск был освобождён от немецко-фашистских оккупантов. Войска Северо-Кавказского фронта развернули наступление во всей полосе от Азовского до Чёрного морей. 19 соединений и частей 18-й армии и Черноморского Флота получили наименование Новороссийских.

9 октября Таманский полуостров был полностью освобождён от фашистов. Последний этап битвы за Кавказ, начавшейся осенью 1942 г. на Тереке, под Новороссийском, Туапсе, на перевалах Главного Кавказского хребта, был победоносно завершён. Ворота на Кавказ наглухо закрылись для врагов нашей Родины. Потерпели полный крах надежды фашистских заправил противопоставить народы Кавказа русскому народу. Они вместе с русскими, украинцами, белорусами и людьми других национальностей Советского Союза грудью встали на защиту Кавказа. Наряду с другими силами в боях за Кавказ только в составе Закавказского фронта сражались до 12 национальных соединений, сформированных из представителей народов, населяющих этот край, в том числе три азербайджанские, три армянские, три грузинские дивизии» (стр. 231).

Много героических подвигов совершили в боях за Таманский полуостров партизаны. Народные мстители Кубани уничтожили более 100 мостов и переправ в тылу врага, до 500 вагонов и 20 паровозов, взорвали 14 складов, разгромили 15 штабов, 27 гарнизонов и 15 полицейских отрядов, совершили более 100 налётов на обозы и транспорты, уничтожили 250 автомашин, захватили в плен до 400 солдат и офицеров, провели более 300 разведывательных операций (стр. 232).

В результате победоносного завершения Новороссийско-Таманской операции войска Северо-Кавказского фронта вышли на подступы к Крыму с востока. От крымской земли их теперь отделял Керченский пролив шириной от 4 до 15 км. Командование вермахта продолжало спешно укреплять оборону Крыма.

«Огромное военно-политическое и стратегическое значение Крыма, – отмечает Маршал Советского Союза Василевский, – объясняет ожесточённый характер борьбы за него на протяжении почти всей Великой Отечественной войны. Враг цеплялся за Крым до последней возможности. Владея им, гитлеровцы могли держать под постоянной угрозой всё Черноморское побережье и оказывать давление на политику Румынии, Болгарии и Турции. Крым служил фашистам также плацдармом для вторжения на территорию советского Кавказа и стабилизации южного крыла всего фронта» (стр. 232–233).

В результате проведения Керченско-Эльтигенской десантной операции (31 октября – 11 декабря 1943 г.), в которой участвовали войска Северо-Кавказского фронта (с 20 ноября фронт реорганизован в Отдельную Приморскую армию), Черноморского флота и Азовской флотилии северо-восточнее Керчи был захвачен плацдарм, который в последующем был использован для наступления вглубь Крымского полуострова. В боях за плацдарм в районе Керчи проявили величие духа, отвагу и мужество тысячи воинов, 129 из них за форсирование пролива и захват плацдарма были удостоены высокого звания Героя Советского Союза. Отличившиеся в боях дивизии, части и корабли были преобразованы в гвардейские, награждены орденами.

Наступление Красной Армии на смоленском и брянско-гомельском направлениях

Немецко-фашистские армии на смоленском и брянско-гомельском направлениях всё ещё находились в 250–300 км от Москвы и продолжали угрожать Центральному промышленному району Советского Союза и прикрывали кратчайшие пути в Белоруссию и Прибалтику.

Ставка ВГК поставила задачу Калининскому и Западному фронтам задачу на проведение Смоленской операции, в которой главный удар должны были нанести войска Западного фронта.

7 августа перешла в наступление ударная группировка Западного фронта, а 13 августа – перешли в наступление соединения Калининского фронта. К концу второй декады сентября наступление шло по фронту в 250 км, была прорвана оборона врага на глубину 120–130 км.

Наступление Красной Армии сочеталось с ударами партизан в тылу врага. Они нападали на его штабы, наносили удары по железнодорожным коммуникациям, разрушали мосты, дороги, захватывали переправы, спасали советских людей от угона в Германию, не давали возможности грабить и увозить народное добро, доставляли советскому командованию ценные разведывательные сведения.

В результате упорных боёв 25 сентября был освобождён древний русский город Смоленск. 39 частей и соединений получили почётное наименование Смоленских.

При отступлении немецко-фашистские захватчики причинили огромный ущерб промышленности, коммунальному хозяйству, связи и торговым учреждениям города. Варварскому разрушению подверглись учреждения здравоохранения, учебные заведения, музеи, бесценные памятники русского зодчества. Гитлеровцы творили зверские насилия над мирным населением Смоленска: мучали, расстреливали, вешали, отравляли людей. Тысячи мирных жителей были угнаны на каторжные работы в фашистскую Германию.

2 октября Смоленская операция закончилась. Западный и Калининский фронты вступили в пределы Восточной Белоруссии. Развернув наступление в полосе протяжённостью до 400 км, они продвинулись на запад на 200–225 км, разгромив 5 пехотных, танковую, моторизованную дивизии и нанесли поражение 11 пехотным, 3 танковым и моторизованным соединениям противника. Враг был отброшен далеко от Москвы и изгнан из пределов Смоленской области.

В тесном оперативно-стратегическом взаимодействии с Западным и Калининским фронтами проводилось наступление Брянского фронта на брянско-гомельском направлении.

Успешному наступлению фронта, начатому во второй половине августа, способствовала активная борьба брянских партизан, взаимодействующих с войсками. Захватчикам пришлось отказаться от перевозок по дорогам, проходившим через леса южнее Брянска.

После упорных боёв 17 сентября были освобождены Брянск и Бежица. За массовый героизм и отвагу 16 частей и соединений получили почётное наименование Брянских и Бежицких.

К 2 октября, в срок, указанный Ставкой, войска Брянского фронта вступили в пределы юго-восточной части Белоруссии.

Летом и осенью 1943 г. Красная Армия добилась новых успехов. Она разгромила врага в битве под Курском, освободила Левобережную Украину и Донбасс, вступила в восточные районы Белоруссии, форсировала Днепр, захватила плацдармы на его правом берегу и изгнала оккупантов из Таманского полуострова. Были вызволены из фашисткой неволи миллионы советских людей.

Сокрушение Восточного вала. Освобождение Киева

После того, как в сентябре 1943 г. Красная Армия развила победоносное стратегическое наступление на фронте протяжённостью 2 тыс. км, нанося противнику огромные невосполнимые потери, стала очевидной несостоятельность оборонительной стратегии вермахта («История Второй мировой войны 1939–1945», т. 7, стр. 250).

С 1 июля по 30 сентября сухопутные войска Германии потеряли на восточном фронте более 806 тыс. чел. Полученное за это время пополнение (402,5 тыс. чел.) могло возместить только половину потерь.

Упадочнические настроения всё больше распространялись не только серди рядового, но и среди офицерского состава. В октябре под руководством Кейтеля состоялось совещание по привитию угодных фашистской клике политических взглядов личному составу вермахта. На совещании с докладами выступили Геббельс, Гиммлер, Розенберг. Были разработаны меры по искоренению «критиканства, всезнайства и пессимизма». Кейтель заявил на совещании, что офицер, для которого вера в фюрера не является высшим внутренним долгом, потерял право быть офицером и носить погоны. Выводы совещания были положены в основу всей идеологической обработки вермахта. В них подчёркивалась необходимость воспитания доверия к политическому и военному руководству, готовности к новым жертвам, фанатичной преданности идеям национал-социализма, слепого повиновения приказам (стр. 250–251).

Основным фактором, обусловливающим упадок морального духа войск вермахта, являлась возрастающая мощь ударов Красной Армии. Деморализации врага также способствовала пропаганда среди войск противника, проводившаяся политорганами Советских Вооружённых Сил. В обращениях к немецким солдатам разоблачался захватнический, несправедливый характер войны, развязанной фашистской Германией, империалистическая человеконенавистническая сущность фашистской идеологии и нацистского режима, говорилось о крахе наступательной стратегии вермахта.

В печатной и устной пропаганде широко использовалось «Положение о военнопленных», утверждённое постановлением СНК СССР от 1 июля 1941 г. Согласно «Положению» военнопленным гарантировалась жизнь, оно определяло порядок и правила их содержания. Дополнением к этому документу была директива начальника Генерального штаба Красной Армии от 11 июня 1943 г., в которой перечислялись льготы для добровольно сдающихся в плен: повышенная норма питания; размещение в специальных лагерях; предоставление работы по специальности; преимущества в отправке писем родным в Германию; внеочередное возвращение из плена на родину или в другую страну по желанию военнопленного, немедленно после окончания войны. Эти документы издавались массовыми тиражами и распространялись среди солдат и офицеров противника. Они передавались также по радио и через звуковещательные установки.

Важным политическим событием, расширившим фронт идеологической борьбы с противником, явилось создание Национального комитета «Свободная Германия» (НКСГ). Советское правительство дало указание командованию и политорганам Красной Армии всячески содействовать НКСГ в его работе. Оперативные группы комитета, его уполномоченные на фронтах и доверенные в армиях и дивизиях выступали от имени НКСГ пред противостоящими соединениями и частями вермахта, пользуясь звуковещательными установками и войсковыми радиостанциями. К 1 сентября Комитет выпустил 16 пропагандистских изданий общим тиражом более 11 миллионов экз. Осенью к движению НКСГ примкнула новая организация – антифашистский Союз немецких офицеров, который в своей декларации заявил, что «война стала бессмысленной и безнадёжной» и призвал бороться против губительного режима Гитлера (стр. 251–252).

Пользуясь отсутствием второго фронта в Европе, военное руководство Германии сосредоточивало главные усилия на восточном фронте. В течение сентября-октября сюда было переброшено из Западной Европы около 20 дивизий, в т. ч. 3 танковые, сосредоточив на советско-германском фронте более двух третей действующей сухопутной армии Германии.

Наступавшие соединения Красной Армии также понесли значительные потери. Но, охваченные могучим наступательным порывом, советские воины ясно понимали, какое значение для дальнейшего хода войны имеет завершение битвы за Днепр.

Главным направлением наступления наших войск оставалось киевское, где главная роль отводилась Воронежскому (с 20 октября – 1-му Украинскому; в этот же день приказами Ставки ВГК Центральный, Степной, Юго-Западный и Южный фронты были переименованы, соответственно, в Белорусский, 2, 3 и 4-й Украинские фронты; стр. 254) фронту, во взаимодействии в Центральным (Белорусским) фронтом.

В октябре ударная группировка 1-го Украинского дважды предпринимала наступление на Киев с букринского плацдарма, но успеха не имела. Тогда, по указанию Ставки, Ватутин наметил главный удар на Киев с лютежского плацдарма. Туда, вдоль линии фронта, скрытно были переброшены 3-я гвардейская танковая армия генерала Рыбалко, 7-й артиллерийский корпус прорыва, 23-й стрелковый корпус, а также ряд инженерных и артиллерийских соединений и частей.

Накануне наступления во всех подразделениях было зачитано обращение Военного совета фронта. В нём говорилось: «Перед нами Киев – мать городов русских, колыбель нашего Отечества. Здесь много веков назад зародилась наша могучая Русь (выделено мною, Д. И.)… 25 месяцев фашистские хищники издеваются, грабят и убивают мирных советских граждан, жгут и уничтожают киевские фабрики и заводы, прекрасные здания и зелёные улицы. Оскверняют и поганят памятники и могилы борцов нашей священной земли…» (стр. 257).

Для отвлечения внимания немецко-фашистского командования, наступление началось 1 ноября вновь с букринского плацдарма. Но уже 3-го ноября был нанесен главный удар по фашистам с лютежского плацдарма. Бок о бок с советскими воинами героически сражались за освобождение Киева бойцы 1-й чехословацкой отдельной бригады. «Сражайтесь за Киев так, как бы вы стали сражаться за Прагу и Братиславу!» – напутствовал своих воинов командир бригады полковник Л. Свобода.

В 0 часов 30 минут 6 ноября над столицей Украины взвилось Красное знамя.

За мужество и отвагу, проявленные в боях за освобождение столицы Советской Украины 65 частей и соединений получили почётное наименование Киевских, тысячи воинов были награждены орденами и медалями, а 663 из них, наиболее отличившиеся при форсировании Днепра и в боях за Киев, удостоены звания Героя Советского Союза. Были награждены орденами и медалями СССР 139 воинов чехословацкой бригады, а два из них удостоены звания Героя Советского Союза. Бригада и её командир полковник Свобода были награждены орденом Суворова II степени. Братство по оружию, скреплённое кровью советских и чехословацких воинов у села Соколово близ Харькова, продолжало крепнуть в боях за Киев (стр. 259–260).

Хлебом и солью встречали киевляне своих освободителей. Впервые за 778 дней немецко-фашистской оккупации всё население вышло на улицы города.

Воинам открылась страшная картина злодеяний гитлеровцев Они превратили в развалины центральную магистраль города – Крещатик, улицы Карла Маркса, Фридриха Энгельса, 25-го Октября, Свердлова и другие, уничтожили многие исторические памятники, медицинские учреждения, дворцы культуры, школы. В Киеве фашисты замучили, расстреляли и отравили в душегубках 195 тысяч человек. Свыше 100 тыс. человек, преимущественно юношей и девушек, было угнано на каторжные работы в фашистскую Германию. Враг готовился полностью разрушить столицу Украины, но его замыслы сорвали героические советские воины (стр. 260).

К концу декабря киевская операция успешно завершилась. Советские войска освободили столицу Советской Украины, продвинулись на запад до 150 км и овладели важным стратегическим плацдармом на Днепре протяжённостью до 500 км. Только с 3 по 12 ноября они разгромили 15 вражеских дивизий, в том числе 2 танковые и моторизованную. Гитлеровцы лишились основных железнодорожных коммуникаций, связывавших группы армий «Центр» и «Юг» (стр. 263).

В работах буржуазных авторов по истории второй мировой войны ясно выражено стремление замалчивать победу советских войск на Днепре. В таких больших по объёму работах, как «Битвы проигранные и выигранные» Х. Болдуина, «Барбаросса» А. Кларка, «Иллюстрированная история второй мировой войны» К. Сульцбергера нет даже упоминания о битве за Днепр, хотя событиям в Северной Африке, Сицилии, Италии, Атлантике и на Тихом океане отводились многие десятки страниц. Буржуазная историография и здесь прибегает к своему обычному приёму фальсификации и грубому искажению истории (стр. 264).

Одновременно с Киевской операцией Красная Армия вела наступление на кировоградском, криворожском направлениях и в Северной Таврии. От врага были освобождены Запорожье, Днепропетровск, Днепродзержинск, Черкассы, Чигирин, Знаменка, Мелитополь и др. города и населённые пункты.

Начало освобождения Белоруссии

К октябрю 1943 г. советские войска на центральном участке советско-германского фронта форсировали ряд крупных водных рубежей, в том числе Десну, Сож, Днепр, захватили плацдармы и развернули бои за освобождение Белоруссии.

Бесчинства гитлеровцев на белорусской земле принесли народу неимоверные бедствия и страдания. Территория республики была опутана сетью тюрем и концентрационных лагерей. Сотни тысяч человек, преимущественно молодёжь, были угнаны на каторгу в Германию, миллионы жителей и военнопленных зверски замучены. Гитлеровцы нанесли огромный ущерб экономике Белоруссии.

Трудящиеся республики под руководством партии большевиков вели самоотверженную борьбу против немецко-фашистских захватчиков. В Белоруссии развернулось широкое партизанское движение. Ещё большего размаха оно приобрело с выходом Красной Армии к границам республики.

В стратегических планах командования вермахта Белоруссия занимала важное место. Из неё выкачивались сырьё, продовольствие, рабочая сила. Белоруссия прикрывала пути в Прибалтику, Восточную Пруссию и Польшу. Агрессор рассчитывал при благоприятных условиях нанести удары крупной группировкой, сосредоточенной в Белоруссии, с севера по флангу советских войск, действовавших на Украине. Командующий группой армий «Центр» Клюге 1 октября приказал «отныне покончить с отходом».

Но планы Ставки ВГК не совпадали с мечтами немецкого командования.

В целях быстрейшего освобождения Советской Белоруссии Ставка Верховного Главнокомандования планировала осуществить прорыв обороны врага, развить наступление и не дать ему возможности закрепиться на промежуточных рубежах западного направления. В районе Великих Лук, правее Калининского фронта, на базе управления бывшего Брянского фронта в начале октября был развёрнут вновь создаваемый Прибалтийский фронт под командованием генерала М. М. Попова. Но уже 20 октября Прибалтийский и Калининский фронты были переименованы, соответственно, во 2-й и 1-й Прибалтийские.

Наступление на западном направлении Красная Армия начала 6 октября в 550-килиметровой полосе от Невеля до устья Припяти. И уже в ночь на 7 октября Невель был освобождён. Ожесточённые бои севернее и южнее Невеля и восточнее Витебска не затихали в ноябре-декабре 1943 г. В результате упорных боёв 24 декабря гитлеровцы были выбиты из Городка. Их наступлению способствовали активные действия партизанских отрядов, которые помогали захватывать и удерживать переправы и важные рубежи.

В то время, когда продолжались бои на витебском направлении, войска Западного фронта развернули наступление на Оршу и Могилев. В наступлении войск Западного фронта участвовала 1-я польская дивизия имени Тадеуша Костюшко, сформированная на территории СССР и вооружённая советской боевой техникой. Накануне наступления 11 октября командир дивизии полковник З. Берлинг отдал приказ, заканчивавшийся словами: «Вперёд, в бой, солдаты 1-й дивизии! Перед вами великая, священная цель, а на пути к ней смертельный враг! По его трупам проложим себе путь в Польшу! Вперёд, в бой и к победе! Да здравствует Польша!» (стр. 274). 12 октября польская дивизия начала наступление в районе Ленино Могилевской области. Бои под Ленино стали первой вехой на славном пути, пройденном польскими солдатами в едином строю с воинами Красной Армии. Польские воины за мужество и героизм были награждены 239 советскими и 247 польскими орденами и медалями. Капитану В. Высоцкому и рядовой Анеле Кшивонь посмертно было присвоено высокое звание Героя Советского Союза. День 12 октября в Польской Народной Республике отмечался как дата рождения народного Войска Польского.

Активные боевые действия Западного фронта на оршанском и могилевском направлениях продолжались до конца года, сковав значительные силы врага.

Одновременно операциями на витебском, оршанском и могилевском направлениях, Центральный фронт (с 20 октября – Белорусский) развернул наступление на гомельско-бобруйском направлении. 26 ноября после ожесточённых боёв советские войска освободили Гомель. Перед отступлением фашисты варварски разрушили город, превратив его улицы в груду камней.

Наступление советских войск на западном стратегическом направлении в августе-декабре явилось одним из важнейших событий 1943 г. За это время Красная Армия разгромила свыше 40 дивизий группы армий «Центр», в том числе 7 танковых и моторизованных. Были освобождены Смоленская и часть Калининской областей, а также восточные районы Белоруссии.

В конце 1943 г. Советские Вооружённые Силы успешно завершили военные действия заключительного этапа летне-осеннего наступления.

Осуществив наступление на фронте протяжённостью 2 тыс. км, Красная Армия продвинулась на запад на 300–600 км. Огромная территория (более 395 тыс. кв. км) была освобождена от оккупантов, миллионы советских людей вызволены из фашистского рабства, стране возвращены важнейшие экономические районы.

Потери в живой силе и вооружении, понесённые немецко-фашистскими войсками, были огромны и продолжали расти. Если в битве под Курском немецкая армия потеряла более полумиллиона солдат и офицеров, то летом и осенью 1943 г. только по сухопутным войскам – 1 млн. 413 тыс. человек. За это время Красная Армия разгромила 118 дивизий – до половины всех сил вермахта, находившихся на советско-германском фронте к началу лета 1943 г. Фашисты потеряли около 3,2 тыс. танков, до 10 тыс. самолётов и до 26 тыс. орудий. Немецко-фашистское командование было вынуждено перебросить с апреля по декабрь 1943 г. с запада на восток 40 дивизий. В происходивших здесь сражениях переламывались основные силы вермахта и армий союзников Германии.

В меморандуме «Оценка положения противника в 1944 г. в Европе», составленном американским комитетом начальников штабов в ноябре 1943 г. отмечалось: «…давление, развиваемое и поддерживаемое Красной Армией, превзошло все предположения немцев, а немецкие потери в людях, средствах и территории оказались гораздо больше, чем предполагалось» (стр. 278).

Оборонительное сражение и контрнаступление под Курском, общее стратегическое наступление на огромном фронте, форсирование с ходу Днепра и сокрушение немецкого Восточного вала явились выдающимися достижениями Советских Вооружённых Сил.

Помощь освобождённым районам

В ходе войны перед советским народом встала большая и неотложная задача – восстановить разрушенные врагом города и сёла, промышленность и транспорт, сельское хозяйство и культурные учреждения.

21 августа 1943 г. Совет Народных Комисаров и ЦК ВКП(б) приняли постановление «О неотложных мерах по восстановлению хозяйств в районах, освобождённых от немецкой оккупации». В результате всенародной помощи к 1 февраля 1944 г. в освобождённые районы было доставлено около 14,5 тыс. тракторов, тысячи плугов, сеялок и другого инвентаря.

Эти районы получили свыше 1,7 млн. голов скота и более полумиллиона штук домашней птицы. Для обеспечения озимого сева осенью 1943 г. туда было направлено около 100 тыс. т семян. В совхозы, колхозы и МТС правительство направило свыше 7500 специалистов сельского хозяйства. В освобожденных от врага районах восстанавливались ремонтные станции, машинно-тракторные мастерские, МТС, создавались животноводческие фермы, возобновляли работу культурные учреждения.

В помощь от союзного правительства только одна Украина получила около 5 тыс. тракторов, много тракторных плугов и другого инвентаря.

Народы всех братских республик оказывали помощь городам и сёлам, пострадавшим от фашистской оккупации. Так, трудящиеся Узбекистана отправили освобождённым районам Украины 3 тыс. ц зерна, 8300 голов скота, 1800 ц сухофруктов, много обуви и др. материалов.

По мере освобождения советской территории от врага развернулось восстановление промышленности. Восстанавливались домны, мартеновские печи, прокатные станы, коксовые батареи, угольные шахты и т. д. В 1943 г. было восстановлено более 12 тыс. км железных дорог и 350 больших и средних мостов.

Советские люди восстанавливали народное хозяйство в освобождённых районах в чрезвычайно тяжёлых условиях. Гитлеровцы, отступая, разрушали города и сёла, электростанции, шахты, заводы и фабрики… Миллионы людей были вынуждены ютиться в землянках и лачугах, без света и воды. Заново приходилось налаживать жизнь. («История СССР. Эпоха социализма (1917–1957 гг.)», стр. 603–604).

#### § 9. Решающее влияние побед Красной Армии на международную обстановку

Борьба СССР за скорейший разгром врага, за справедливый послевоенный мир

Общие задачи внешней политики советского государства в 1943 г. заключались в обеспечении наиболее благоприятных международных условий для быстрейшей победы над фашистским блоком государств и создания предпосылок для установления прочного послевоенного мира. Этому способствовали справедливые, освободительные цели Советского Союза в войне, исторические победы Красной Армии над войсками нацистской Германии.

Для скорейшего достижения этой цели необходимо было открытие второго фронта, но западные союзники СССР всё время откладывали с этим, в 1943 г. сосредоточив свои основные военные усилия в Европе на Средиземноморском театре военных действий.

На состоявшейся в мае 1943 г. англо-американской Вашингтонской конференции было подтверждено решение отложить открытие второго фронта до 1944 г., что вызвало крайне негативную реакцию со стороны Советского руководства. Такое же решение осуществить операцию «Оверлорд» («Оверлорд» – кодовое название операции по высадке союзных войск на побережье Франции, т. е. открытие второго фронта) весной 1944 г. было подтверждено на Квебекской англо-американской конференции, состоявшейся в августе 1943 г. В заключительном докладе Объединённого комитета начальников штабов (США) подчёркивалось, что операция «Оверлорд» «будет главным американо-английским наступлением на суше и в воздухе против европейских держав оси (день начала операции – 1 мая 1944 г.)». («История Второй мировой войны 1939–1945», т. 7, стр. 319).

Также в Квебеке 19 августа Черчилль и Рузвельт подписали секретный документ о сотрудничестве в создании атомной бомбы. США, опередившие в этом деле Англию, согласились возобновить обмен информацией с англичанами. Стороны обязались не использовать атомное оружие друг против друга и лишь с обоюдного согласия применять его против третьих стран, а также признать равное с США представительство Англии во вновь утверждённом Комитете общего руководства (стр. 324).

В то же время Советский Союз думал о послевоенном мире между народами.

Советская программа послевоенного устройства мира была изложена в докладе Сталина «26-я годовщина Великой Октябрьской социалистической революции». Вот что сказал вождь советского народа 6 ноября 1943 г.:

«Победа союзных стран над гитлеровской Германией поставит на очередь дня важные вопросы организации и воссоздания государственной, экономической и культурной жизни европейских народов. Политика нашего правительства в этих вопросах остаётся неизменной. Вместе с нашими союзниками мы должны будем:

освободить народы Европы от фашистских захватчиков и оказать им содействие в воссоздании своих национальных государств, расчленённых фашистскими поработителями, – народы Франции, Бельгии, Югославии, Чехословакии, Польши, Греции и других государств, находящихся под немецким игом, вновь должны стать свободными и самостоятельными;

предоставить освобождённым народам Европы полное право и свободу самим решать вопрос об их государственном устройстве;

принять меры к тому, чтобы все фашистские преступники, виновники нынешней войны и страданий народов, в какой бы стране они ни скрывались, понесли суровое наказание и возмездие за все совершённые ими злодеяния;

установить такой порядок в Европе, который бы полностью исключал возможность новой агрессии со стороны Германии;

создать длительное экономическое, политическое и культурное сотрудничество народов Европы, основанное на взаимном доверии и взаимной помощи в целях восстановления разрушенного немцами хозяйства и культуры». (И. Сталин «О Великой Отечественной войне Советского Союза», стр. 124–125).

26 августа 1943 г. Советский Союз признал Французский комитет национального освобождения (ФКНО). Представитель ФКНО в Москве в беседе с наркомом иностранных дел В. М. Молотовым сказал: «Вы – наши спасители, и Франция будет всегда чувствовать, что она обязана Советскому Союзу. Французы этого никогда не забудут» («История Второй мировой войны 1939–1945», т. 7, стр. 321).

12 декабря был подписан советско-чехословацкий договор «О дружбе, взаимной помощи и послевоенном сотрудничестве». Руководитель Компартии Чехословакии Клемент Готвальд, выступая по московскому радио 26 декабря, подчеркнул, что Договор «закладывает прочную, нерушимую основу нашей будущей национальной и государственной жизни. Этот договор избавляет наши народы от самого тяжёлого бремени, которое они несли на протяжении столетий: от страха за существование» (там же).

Советский Союз оказывал поддержку народам Югославии в их героической борьбе против фашистских захватчиков.

Всестороннюю помощь оказывала наша страна польскому народу в его борьбе за освобождение Польши от гитлеровских оккупантов. Весной 1943 г. на советской территории был образован Союз польских патриотов, который вскоре приступил к формированию дивизии имени Костюшко, ставшей ядром будущей армии народной Польши. В обращении к Председателю СНК президиум съезда Союз польских патриотов заявил: «Поляки в СССР выполнят свой долг перед объединённым фронтом народов, борющихся с гитлеровской тиранией, в особенности же в том, что они выполнят свой солдатский долг и, борясь плечом к плечу с героической Красной Армией против немецких захватчиков, спаяют кровью братство оружия и дружбу между польским народом и народами Советского Союза» (стр. 321–322).

Огромный вред освободительному движению в Польше причиняла реакционная, антинародная политика польского эмигрантского правительства в Лондоне, с которым СССР 25 апреля 1943 г. порвал дипломатические отношения.

Московская конференция министров иностранных дел СССР, США и Англии

Для согласования между членами антигитлеровской коалиции назревших вопросов ведения войны, а также для выработки общей позиции по ряду международных проблем была созвана конференция министров иностранных дел СССР, США и Англии. Она проходила в Москве с 19 по 30 октября 1943 г.

Газета «Правда» 13 октября в статье «К предстоящему совещанию трёх держав» писала: «Чем полнее и эффективнее будет военное, политическое и экономическое сотрудничество трёх великих держав – СССР, Англии и США, тем скорее будет разгромлена гитлеровская Германия, тем крепче будет фундамент будущего мира и тем успешнее будут разрешены проблемы послевоенного устройства в интересах всех союзных стран» («История Второй мировой войны 1939–1945», т. 7, стр. 332).

Советская делегация попросила подтвердить обязательства союзников об открытии второго фронта весной 1944 г.

В беседе со Сталиным министр иностранных дел Англии Иден заявил, что Черчилль «очень обеспокоен положением в Италии» и это «может повлиять на вопрос… о дате вторжения через Канал» (стр. 333).

В коммюнике конференции говорилось, что правительства трёх держав признали «первейшей целью ускорение конца войны». Относительно второго фронта представители США и Англии согласились лишь зафиксировать в протоколе заверение, что второй фронт будет открыт весной 1944 г. при наличии соответствующих условий.

Московская конференция приняла весьма важный документ – «Декларацию четырёх государств по вопросу о всеобщей безопасности», который подписали представители четырёх великих держав антигитлеровской коалиции – СССР, США, Англии и Китая. В Декларации впервые была совместно провозглашена формула безоговорочной капитуляции фашистских государств как непременное условие прекращения войны.

Относительно принципов послевоенного сотрудничества союзники в англо-советско-американском коммюнике выразили единодушие в том, «что в их собственных национальных интересах и в интересах всех миролюбивых наций важно продолжить теперешнее тесное сотрудничество, установленное для ведения войны, и на период, который последует за окончанием военных действий, и что только этим путём можно добиться поддержания мира и полного развития политического, экономического и социального блага их народов» (стр. 333–334).

Участники конференции признали необходимым в ближайшее время учредить международную организацию для поддержания мира и безопасности, основанную на принципе равенства всех входящих в неё государств.

Одним из важных пунктов повестки дня конференции являлся германский вопрос. Президент США Ф. Рузвельт прямо высказался «за расчленение Германии на три или большее количество государств». Исходя из этого, госсекретарь США Хэлл предложил осуществить «политическую децентрализацию Германии» и заявил, что расчленение Германии «отвечает интересам США».

Такой же позиции придерживалась и Англия. Иден заявил: «Мы хотели бы разделения Германии на отдельные государства, в частности, мы хотели бы отделения Пруссии от остальных частей Германии. Мы хотели бы поэтому поощрять те сепаратистские движения в Германии, которые могут найти своё развитие после войны».

Народный комиссар иностранных дел СССР от имени Советского правительства заявил, что «вопрос находится в процессе изучения». В результате обмена мнениями конференция решила передать вопрос о будущем Германии для дальнейшего изучения в Европейскую консультативную комиссию.

Для обсуждения и согласования проблем, связанных с выходом вражеских государств из войны и обеспечением выполнения ими условий капитуляции, конференция постановила создать Европейскую консультативную комиссию (ЕКК) из представителей СССР, США и Англии с местопребыванием в Лондоне. Одной из первоочередных задач комиссии являлась выработка условий капитуляции вражеских государств и определение механизма, необходимого для проведения в жизнь этих условий.

На конференции было обсуждено положение в Италии, в которой в июле 1943 г. была свергнута фашистская диктатура Муссолини. Пришедшее на смену Муссолини реакционное правительство Бадольо пыталось продолжать войну. Однако быстрый рост в Италии антифашистского движения при активном участии коммунистической партии, продолжавшееся мощное наступление Красной Армии, а также действия союзников предопределили ход войны. Италия была вынуждена безоговорочно капитулировать, порвать с Германией, а затем объявить ей войну. Крах итальянского фашизма, главного союзника гитлеровской Германии в Европе, привёл к углублению внутриполитического кризиса среди всех сателлитов Германии. («История СССР. Эпоха социализма…», стр. 605).

На юге Италии высадились англо-американские войска. Германия оккупировала северную территорию Италии.

Политика США и Англии на занятой их войсками территории Южной Италии носила антидемократический характер. Советская делегация выступала за полную ликвидацию фашизма в этой стране и за обеспечение её демократического развития, что и было отражено в Декларации об Италии.

По инициативе Советского правительства была принята Декларация об Австрии, в которой объявлялся недействительным и несуществующим захват этой страны Германией в 1938 г. и выражалось желание правительств трёх держав «видеть восстановленной свободную и независимую Австрию».

На конференции рассматривались некоторые вопросы, касавшиеся Восточной Европы. Представители западных держав пытались добиться от СССР поддержки планов создания различных федераций в этом районе. Советская делегация выступила с категорическими возражениями, ибо планы такого рода не отвечали интересам народов восточноевропейских стран и имели целью воскресить предвоенную враждебную СССР политику «санитарного кордона». Советская делегация придерживалась следующего принципа: освобождение малых стран и восстановление их независимости является одной из главных задач послевоенного устройства, народам Европы должны быть предоставлено право самим решать свои судьбы после войны.

Польский вопрос. США и Англия пытались склонить Советский Союз на восстановление дипломатических отношений с эмигрантским лондонским правительством Польши, чтобы обеспечить его власть в послевоенной Польше. Советская сторона не поддержала этого предложения, заявив, что СССР стоит за независимую Польшу и готов оказать ей помощь, но он заинтересован в том, чтобы польское правительство проводило дружественную по отношению к Советскому Союзу политику.

Представители западных держав, преследуя собственные империалистические интересы, занимали нелояльные позиции в отношении СССР и по некоторым другим вопросам. Так, английская делегация предпринимала попытки сорвать подписание советско-чехословацкого договора о дружбе, взаимной помощи и послевоенном сотрудничестве. Советскому правительству удалось добиться снятия английской делегацией своих возражений.

Конференция рассмотрела согласованный между английским и американским правительствами документ «Основная схема управления освобождённой Францией», согласно которому союзные войска, вступив на территорию этой страны, получали верховную власть, означавшую, по сути, установление оккупационного режима. Советская сторона не могла согласиться с подобными планами, ибо они явно противоречили освободительным целям СССР в войне. По предложению советской делегации, англо-американский документ передавался на рассмотрение ЕКК.

В дни работы конференции была согласована и опубликована за подписью глав правительств США, СССР и Англии Декларация об ответственности гитлеровцев за совершаемые зверства. В ней отмечалось, что германские офицеры, солдаты и члены нацистской партии, ответственные за зверства, убийства и массовые казни на оккупированных территориях или добровольно принимавшие в них участие, будут отправлены в те страны, где они совершали преступления, и понесут наказание в соответствие с законами этих стран. «Пусть те, кто ещё не обагрил своих рук невинной кровью, – говорилось в Декларации, – учтут это, чтобы не оказаться в числе виновных, ибо три союзных державы наверняка найдут их даже на краю света и передадут их в руки их обвинителей с тем, чтобы смогло совершиться правосудие». («История Второй мировой войны 1939–1945», т. 7, стр. 336).

В связи с Московской конференцией встал вопрос о возможном участии СССР в разгроме японских агрессоров. США, не надеясь собственными силами в короткие сроки победоносно закончить войну против Японии, стремились добиться вступления в неё Советского Союза. Глава американской военной миссии Дж. Дин, прибывший в Москву осенью 1943 г., писал, что главной его целью было «обеспечить советское участие в войне против Японии». В инструкции, полученной Дином от Объединённого комитета начальников штабов накануне конференции, указывалось: «Полное участие России в войне против Японии после разгрома Германии имеет важное значение для более быстрого и сокрушительного разгрома Японии с наименьшими потерями для Соединённых Штатов и Англии» (там же).

После завершения конференции 30 октября Сталин устроил в Кремле приём в честь её участников. Во время беседы с Хэллом, по словам последнего, глава Советского правительства заявил о готовности СССР принять участие в войне против Японии после разгрома Германии. Как писал Хэлл в своих мемуарах, Сталин сделал это заявление «уверенно, совершенно бескорыстно, не требуя ничего взамен» (стр. 337).

Московская конференция министров иностранных дел имела большое значение. Хотя на ней выявились серьёзные разногласия между СССР и его союзниками из капиталистического мира, но вместе с тем она показала возможность согласованного решения сложнейших вопросов. Результаты конференции были повсеместно встречены с большим одобрением демократическим общественным мнением. Московская конференция подготовила условия для первой встречи глав правительств трёх держав, состоявшейся в Тегеране.

В передовой статье «Важный вклад в общее дело союзников» газета «Правда» 2 ноября отмечала, что Московская конференция «дала возможность прийти к общим существенным решениям трём ведущим союзным государствам… Конференция добилась успеха в решение ряда важных и неотложных вопросов ведения войны и вместе с тем выработала общие принципы для подготовки послевоенного сотрудничества больших и малых государств, заинтересованных в обеспечении национальной безопасности и всеобщего мира» (там же).

Высокую оценку Московской конференции дала также американская печать. Так, газета «Нью-Йорк таймс» писала 2 ноября: «Результаты Московской конференции превзошли самые оптимистические ожидания и должны приветствоваться как крупная победа Объединённых наций» (там же). Итоги конференции расценивались в странах антигитлеровской коалиции как серьёзный удар по фашистскому блоку.

Тегеранская конференция

Конференция Председателя Совета Народных Комиссаров СССР И. В. Сталина, президента США Ф. Рузвельта и премьер-министра Великобритании У. Черчилля проходила в Тегеране с 28 ноября по 1 декабря 1943 г. Здесь впервые встретились главы правительств трёх ведущих стран антифашистской коалиции. В работе конференции участвовали министры иностранных дел, политические и военные советники.

В центре внимания конференции находились проблемы дальнейшего ведения войны, в особенности вопрос об открытии второго фронта, по которому разгорелась жаркая дискуссия.

Черчилль, не выступая прямо против открытия второго фронта, пытался поставить этот вопрос в зависимость от развития операций на Средиземноморском театре военных действий. В «балканской стратегии» Черчилля особое место отводилось Турции, которая, по замыслу британского премьера, должна была двинуть свои войска в Юго-Восточную Европу, чтобы совместно с высадившимися там англо-американскими дивизиями, предотвратить развитие революционного движения на Балканах и освобождение расположенных в этом районе стран Красной Армией.

Политическая подоплёка английской стратегии была очевидна. Британский премьер, как и Рузвельт, стремился не допустить глубокого продвижения Красной Армии на запад.

«Всякий раз, – говорил Рузвельт своему сыну в Тегеране, – когда премьер-министр настаивал на вторжении через Балканы, всем присутствовавшим было совершенно ясно, чего он на самом деле хочет. Он прежде всего хочет врезаться клином в Центральную Европу, чтобы не пустить Красную Армию в Австрию и Румынию и даже, если возможно, в Венгрию. Это понимал Сталин, понимал я да и все остальные…». («История Второй мировой войны 1939–1945», т. 8, стр. 31).

Сталин, исходя из настоятельной необходимости скорейшего разгрома врага, предлагал основной операцией 1944 г. считать «Оверлорд», а вспомогательной – высадку в Южной Франции («Энвил»). Операция в районе Рима расценивалась им как отвлекающая. Относительно же Турции советские представители считали, что она не вступит в войну, какое бы давление на неё ни оказывали. Сталин считал важным решить вопросы о дате начала операции «Оверлорд», о главнокомандующем и о необходимости вспомогательной операции в Южной Франции.

Благодаря твёрдой позиции советской делегации на заседании Объединённого комитета начальников штабов США и Англии 30 ноября было принято решение о том, что в мае западные союзники начнут операцию «Оверлорд», и вспомогательную операцию в Южной Франции. Было также решено продолжать наступление в Италии.

1 декабря Сталин, Рузвельт и Черчилль парафировали военные решения Тегеранской конференции. В них были зафиксированы обязательства правительств США и Англии предпринять в течение мая операцию «Оверлорд» одновременно с вспомогательной операцией на юге Франции и обязательство СССР предпринять наступление примерно в то же время с целью не допустить переброски германских сил с восточного на западный фронт.

В декларации трёх держав, подписанной в тот же день и опубликованной после конференции, указывалось, что СССР, США и Англия согласовали планы уничтожения германских вооружённых сил и пришли к полному соглашению относительно масштаба и сроков операций, которые будут предприняты с востока, запада и юга. «Взаимопонимание, достигнутое нами здесь, – говорилось в этом важном документе, – гарантирует нам победу… Никакая сила в мире не сможет помешать нам уничтожать германские армии на суше, их подводные лодки на море и разрушать их военные заводы с воздуха. Наше наступление будет беспощадным и нарастающим» (стр. 33).

Важное значение для укрепления единства антигитлеровской коалиции и скорейшего завершения войны имело заявление главы Советского правительства о вступлении в войну с Японией после капитуляции фашистской Германии. Оно явилось ответом СССР на неоднократные просьбы США и Англии об его участии в войне на Дальнем Востоке.

О первостепенной важности для США участия СССР в войне с Японией выразительно сказано в составленном ещё до конференции документе: «… наиболее важным фактором, с которым должны считаться США в своих отношениях с Россией, является война на Тихом океане. Если Россия будет союзником в войне против Японии, война может быть закончена значительно быстрее и с меньшими людскими и материальными потерями. Если же войну на Тихом океане придётся вести при недружественной или отрицательной позиции России, трудности неимоверно возрастут и операции могут оказаться бесплодными» (стр. 34).

Таким образом, важнейшим результатом Тегеранской конференции явились координация военных усилий СССР, США и Англии против фашистской Германии, принятие решения об открытия второго фронта в Западной Европе и отклонение «балканской стратегии» британского империализма. Военные решения, принятые в Тегеране, значительно упрочили антигитлеровскую коалицию.

Наряду с проблемами ведения войны, на конференции обсуждались вопросы послевоенной организации и обеспечения прочного мира. Их рассмотрение носило в основном предварительный характер.

Следует отметить, что в течение долгого времени США и Англия, рассчитывая на ослабление СССР в войне, в своих планах послевоенного устройства мира сбрасывали его со счетов. Однако, по мере роста международного авторитета СССР в связи с его решающей ролью в борьбе с фашизмом и победами Красной Армии, западные державы вынуждены были считаться с Советским Союзом и учитывать его мнение о послевоенном устройстве. При этом они пытались связать СССР выгодными для себя решениями.

Так, при обсуждении вопроса о судьбах Германии, президент США внёс предложение разделить Германию на пять частей, каждая из которых будет представлять из себя независимое государство. За раздел Германии выступал и английский премьер, предложивший изолировать Пруссию, отделить её от остальных частей Германии и держать в жёстких условиях.

Черчилль уже более года выступал с многочисленными проектами образования в Европе сначала федераций и конфедераций – скандинавской, балканской, дунайской и других, затем европейского совета из 10 государств и, наконец, Соединённых Штатов Европы. Цель этих новообразований была одна – сохранить буржуазные порядки, упрочить английские позиции в Европе и объединить её против Советского Союза. В США сочувственно относились к этим планам.

Советское правительство выступило против них, понимая, что главная цель выдвинутой Черчиллем идеи заключалась в образовании антисоветских блоков. Считая, что после окончания войны европейские народы будут интересоваться прежде всего не федерированием, а восстановлением своей независимости, оно рассматривало эту идею как противоречащую интересам народов. Сталин выступил против плана Черчилля о создании нежизнеспособных объединений государств вроде дунайской федерации и высказался за то, чтобы и Венгрия, и Австрия были самостоятельными государствами (стр. 35–36).

Пути решения германской проблемы Советское правительство видело не в расчленении Германии, а в её демилитаризации и демократизации с непременной ликвидацией гитлеровского государства и наказанием его руководителей, а также уничтожением фашистского «нового порядка» в Европе. По мнению правительства СССР, для предотвращения опасности возрождения германского милитаризма великие державы, ответственные за сохранение мира, должны были создать сильный международный орган, который помешал бы Германии развязать новую войну.

Обсуждался на конференции и польский вопрос.

Правящие круги Англии и США, поддерживавшие антинародное враждебное Советскому Союзу эмигрантское польское правительство в Лондоне, стремились восстановить Польшу, послушную англо-американскому диктату, которая могла быть легко превращена в антисоветский плацдарм. Они отрицательно отнеслись к разрыву дипломатических отношений СССР с польским эмигрантским правительством. Рузвельт и Черчилль на конференции делали попытки добиться восстановления советско-польских отношений. Сталин в ответ на эти попытки заявил, что если польское эмигрантское правительство прекратит враждебную СССР политику, не будет поддерживать связей с немцами в Польше, солидаризируется с партизанами и станет призывать к активной борьбе с оккупантами, тогда Советское правительство будет готово начать с ним переговоры. Советский Союз вновь подтвердил свою заинтересованность в воссоздании сильного, независимого, демократического польского государства во главе с правительством, защищающим национальные интересы страны и дружественно настроенным к СССР.

Значительное место в дискуссиях занял вопрос о польских границах.

Разъясняя советскую позицию относительно границ Польши, Сталин заявил, что «украинские земли должны отойти к Украине, а белорусские – к Белоруссии», т. е. между СССР и Польшей должна существовать граница 1939 г. Отстаивая интересы польского народа, Советский Союз считал справедливым и необходимым возвращение её исконных земель на западе.

Стороны согласились с формулой, что «очаг польского государства и народа должен быть расположен между так называемой линией Керзона и линией реки Одер». Был также согласован вопрос о передаче Советскому Союзу Кёнигсберга с прилегающей к нему территорией.

На конференции рассматривались некоторые проблемы послевоенного сотрудничества и обеспечения прочного мира. В заключительной декларации конференции указывалось, что три страны «будут работать совместно как во время войны, так и в последующее мирное время» и что существующее между ними «согласие обеспечит прочный мир» (стр. 38).

В подписанной в Тегеране декларации об Иране руководители трёх держав, признавая помощь, оказанную этой страной антифашистской коалиции, особенно в транспортировке грузов в Советский Союз, согласились предоставлять ей экономическую помощь во время войны и в послевоенный период. Они заявили о своём желании сохранить полную независимость, суверенитет и территориальную неприкосновенность Ирана.

Тегеранская конференция имела большое значение для хода и исхода второй мировой войны. Декларация СССР, США и Англии о совместных действиях в войне и послевоенном сотрудничестве явилась важным политическим документом, свидетельствовавшим об упрочении антигитлеровской коалиции и провале расчётов фашистского блока на её раскол.

#### § 10. Изгнание немецко-фашистских войск из пределов Советского Союза

О выдающихся победах Красной Армии в 1944 г. сказал товарищ Сталин в докладе 6 ноября 1944 г., посвящённом 27-й годовщине Великой Октябрьской социалистической революции. (И. Сталин «О Великой Отечественной войне Советского Союза», стр. 152–169).

Всего по врагу на всём протяжении советско-германского фронта было нанесено десять ударов, получивших название «Десять сталинских ударов». Вот что об этом сказал Сталин:

«Решающие успехи Красной Армии в этом году и изгнание немцев из пределов советской земли были предрешены рядом сокрушительных ударов наших войск по немецким войскам, начатых ещё в январе этого года и развёрнутых затем в течение всего отчётного года.

Первый удар был нанесён нашими войсками в январе этого года под Ленинградом и Новгородом, когда Красная Армия взломала долговременную оборону немцев и отбросила их в Прибалтику. Результатом этого удара оказалось освобождение Ленинградской области».

В «Истории второй мировой войны» (т.8, стр. 126) отмечается: «Закончилась беспримерная в истории эпопея героической защиты города, выдержавшего 900-дневную осаду… 27 января 1944 г. навсегда останется в памяти ленинградцев: город праздновал окончательное снятие вражеской блокады. Десятки тысяч измождённых, но счастливых людей вышли на улицы, площади и бульвары. Многие ещё по привычке жались к стенам домов, обходили участки улиц с надписями: «При артобстреле эта сторона наиболее опасна!». Люди слушали приказ Военного совета фронта: «Мужественные и стойкие ленинградцы! Вместе с войсками Ленинградского фронта вы отстояли наш родной город. Своим героическим трудом и стальной выдержкой, преодолевая все трудности и мучения блокады, вы ковали оружие победы над врагом, отдавая для дела победы все свои силы».

Вернёмся к докладу Сталина.

«Второй удар был нанесён в феврале-марте этого года на Буге, когда Красная Армия разгромила немецкие войска и отбросила их за Днестр. В результате этого удара Правобережная Украина была освобождена от немецко-фашистских захватчиков.

Третий удар был нанесён в апреле-мае этого года в районе Крыма, когда немецкие войска были сброшены в Чёрное море. В результате этого удара были освобождены от немецкого гнёта Крым и Одесса.

Четвёртый удар был нанесён в июне этого года в районе Карелии, когда Красная Армия разбила финские войска, освободила Выборг и Петрозаводск и отбросила финнов вглубь Финляндии. Результатом этого удара было освобождение большей части Карело-Финской советской республики.

Пятый удар был нанесён немцам в июне-июле этого года, когда Красная Армия наголову разбила немецкие войска под Витебском, Бобруйском, Могилёвом и завершила свой удар окружением 30 немецких дивизий под Минском. В результате этого удара наши войска: а) полностью освободили Белорусскую советскую республику; б) вышли на Вислу и освободили значительную часть союзной нам Польши; в) вышли на Неман и освободили большую часть Литовской советской республики; г) форсировали Неман и подошли к границам Германии.

Шестой удар был нанесён в июле-августе этого года в районе Западной Украины, когда Красная Армия разбила немецкие войска под Львовом и отбросила их за Сан и Вислу. В результате этого удара: а) была освобождена Западная Украина; б) наши войска форсировали Вислу и образовали за Вислой мощный плацдарм западнее Сандомира.

Седьмой удар был нанесён в августе этого года в районе Кишинёв-Яссы, когда наши войска разбили наголову немецко-румынские войска и завершили свой удар окружением 22 немецких дивизий под Кишинёвом, не считая румынских дивизий. В результате этого удара: а) была освобождена Молдавская советская республика; б) была выведена из строя союзница Германии – Румыния, которая объявила войну Германии и Венгрии; в) была выведена из строя союзница Германии – Болгария, которая также объявила войну Германии; г) был открыт путь для наших войск в Венгрию, последнюю союзницу Германии в Европе; д) открылась возможность протянуть руку помощи союзной нам Югославии против немецких захватчиков.

Восьмой удар был нанесён в сентябре-октябре этого года в Прибалтике, когда Красная Армия разбила немецкие войска под Таллином и Ригой и изгнала их из Прибалтики. В результате этого удара: а) была освобождена Эстонская советская республика; б) была освобождена большая часть Латвийской советской республики; в) была выведена из строя союзница Германии – Финляндия, которая объявила войну Германии; г) более 30 немецких дивизий оказались отрезанными от Пруссии и зажатыми в клещи в районе между Тукумсом и Либавой, где они теперь доколачиваются нашими войсками.

В октябре этого года начался девятый удар наших войск между Тиссой и Дунаем в районе Венгрии, имеющий своей целью вывести Венгрию из войны и повернуть её против Германии. В результате этого удара, который ещё не завершён: а) наши войска оказали прямую помощь союзной нам Югославии в деле изгнания немцев и освобождения Белграда; б) наши войска получили возможность перейти через Карпатский хребет и протянуть руку помощи союзной нам Чехословацкой республике, часть территории которой уже освобождена от немецких захватчиков.

Наконец, в конце октября этого года был осуществлён удар по немецким войскам в Северной Финляндии, когда немецкие войска были вышиблены из района Печенга и наши войска, преследуя немцев, вступили в пределы союзной нам Норвегии…

Таковы основные операции Красной Армии за истекший год, приведшие к изгнанию немецких войск из пределов нашей страны.

В результате этих операций было разбито и выведено из строя до 120 дивизий немцев и их союзников».

«Нужно признать, – продолжает далее Сталин – что в нынешней войне гитлеровская Германия с её фашистской армией оказалась более мощным, коварным и опытным противником, нежели Германия и её армия во всех прошлых войнах. К этому нужно добавить, что немцам удалось использовать в этой войне производительные силы почти всей Европы и довольно значительные армии своих вассальных государств. И если, несмотря на эти благоприятные для Германии условия ведения войны, она всё же оказалась на краю неизбежной гибели, то это нужно объяснить тем, что главный противник Германии – Советский Союз превзошёл по силе гитлеровскую Германию».

Об открытии второго фронта в Европе

Далее Сталин обращает внимание на то, что наконец-то союзники СССР по антигитлеровской коалиции, выполняя решения Тегеранской конференции, открыли второй фронт.

«Таким образом, Германия оказалась зажатой в тисках между двумя фронтами». «В итоге истекший год завершился изгнанием немецких войск из пределов Советского Союза, Франции, Бельгии, средней Италии и перенесением военных действий на территорию Германии», – отмечает Сталин в докладе. Также вождь обращает внимание на то, что из войны выведены союзники Германии – Италия, Финляндия, Румыния, Болгария, что расширяет фронт «Объединённых наций против гитлеровской Германии».

Хочу напомнить читателям, что второй фронт был открыт 6 июня 1944 г. (операция «Оверлорд»), когда англо-американские войска под командованием генерала Эйзенхауэра высадились в Нормандии (Северная Франция).

Второй фронт был открыт с опозданием на два года, когда англо-американским правящим кругам стало ясно, что Советский Союз собственными силами разгромит фашистскую Германию и осуществит освобождение Европы от фашистского ига.

Большую помощь англо-американским и французским войскам при их высадке и продвижении вглубь страны оказывали силы внутреннего сопротивления Франции, насчитывавшие около полумиллиона человек. Пока англо-американские войска продвигались к Парижу, патриоты Франции освободили от немецко-фашистских войск десятки городов и населённых пунктов страны. 18 августа французские патриоты, возглавляемые Компартией, подняли восстание в Париже, завершившееся полной победой. В восстании парижан активное участие приняла группа советских военнопленных. 25 августа, когда Париж и его окрестности уже были очищены от немцев, в город вступили французские и американские войска. 4 июня англо-американские войска при помощи итальянских партизан овладели столицей Италии Римом.

К осени 1944 г. англо-американские войска при содействии сил внутреннего сопротивления изгнали немецко-фашистских оккупантов из Франции, освободили Люксембург, Бельгию, ряд районов Голландии и вышли на «Линию Зигфрида» (мощный оборонительный рубеж, который немцы создали на границе с Францией ещё до первой мировой войны, а затем её непрерывно совершенствовали). Но преодолеть её с ходу они не смогли.

Своими действиями англо-американские войска отвлекли около 90 немецко-фашистских дивизий. В то же время летом на советско-германском фронте действовало 228 вражеских дивизий и 23 бригады, в т. ч. немецких 179 дивизий и 5 бригад. Таким образом, советско-германский фронт по-прежнему оставался главным, решающим фронтом войны. («История СССР. Эпоха социализма»… стр. 611).

Сталин о некоторых важнейших источниках побед Красной Армии

Одним из важнейших источников побед был социалистический строй нашей страны.

Вот что говорил по этому поводу Сталин: «Социалистический строй, порождённый Октябрьской революцией, дал нашему народу и нашей армии великую и непреоборимую силу. Советское государство, несмотря на тяжёлое бремя войны, несмотря на временную оккупацию немцами весьма больших и экономически важных районов страны, в ходе войны не сокращало, а год от года увеличивало снабжение фронта вооружением и боеприпасами. Теперь Красная Армия имеет танков, орудий, самолётов не меньше, а больше, чем немецкая армия. Что касается качества нашей боевой техники, то в этом отношении она намного превосходит вооружение врага. Подобно тому, как Красная Армия в длительной и тяжёлой борьбе один на один одержала военную победу над фашистскими войсками, труженики советского тыла в своём единоборстве с гитлеровской Германией и её сообщниками одержали экономическую победу над врагом. Советские люди отказывали себе во многом необходимом, шли сознательно на серьёзные материальные лишения, чтобы больше дать фронту. Беспримерные трудности нынешней войны не сломили, а ещё больше закалили железную волю и мужественный дух советского народа. Наш народ по праву стяжал себе славу героического народа» (из доклада, посвящённого 27-й годовщине Великой Октябрьской социалистической революции).

Далее Сталин останавливается на таких понятиях как советский патриотизм, с одной стороны, и человеконенавистническая расовая теория немецких фашистов, с другой, показывает превосходство советской идеологии дружбы и братства народов над идеологией звериного национализма и расовой ненависти гитлеровцев.

Привожу выдержку из доклада Сталина по данному вопросу:

«Трудовые подвиги советских людей в тылу, равно как и немеркнущие ратные подвиги наших воинов на фронте, имеют своим источником горячий и животворный советский патриотизм.

Сила советского патриотизма состоит в том, что он имеет своей основой не расовые или националистические предрассудки, а глубокую преданность и верность народа своей Советской Родине, братское содружество трудящихся всех наций нашей страны. В советском патриотизме гармонически сочетаются национальные традиции народов и общие жизненные интересы всех трудящихся Советского Союза. Советский патриотизм не разъединяет, а, наоборот, сплачивает все нации и народности нашей страны в единую братскую семью. В этом надо видеть основы нерушимой и всё более крепнущей дружбы народов Советского Союза. В то же время народы СССР уважают права и независимость народов зарубежных стран и всегда проявляли готовность жить в мире и дружбе с соседними государствами. В этом надо видеть основу растущих и крепнущих связей нашего государства со свободолюбивыми народами.

Советские люди ненавидят немецких захватчиков не потому, что они люди чужой нации, а потому что они принесли нашему народу и всем свободолюбивым народам неисчислимые бедствия и страдания…

Немецкие фашисты избрали своим идеологическим оружием человеконенавистническую расовую теорию в расчёте на то, что проповедь звериного национализма создаст морально-политические предпосылки господства немецких захватчиков над порабощёнными народами. Однако политика расовой ненависти, проводимая гитлеровцами, стала на деле источником внутренней слабости и внешнеполитической изоляции немецко-фашистского государства. Идеология и политика расовой ненависти является одним из факторов развала гитлеровского разбойничьего блока. Нельзя считать случайностью тот факт, что против немецких империалистов поднялись не только порабощённые народы Франции, Югославии, Польши, Чехословакии, Греции, Бельгии, Дании, Норвегии, Голландии, но и бывшие вассалы Гитлера – итальянцы, румыны, финны, болгары. Гитлеровская клика своей людоедской политикой восстановила против Германии все народы мира, а так называемая «избранная немецкая раса» стала предметом всеобщей ненависти.

В ходе войны гитлеровцы понесли не только военное, но и морально-политическое поражение. Утвердившаяся в нашей стране идеология равноправия всех рас и наций, идеология дружбы народов одержала полную победу над идеологией звериного национализма и расовой ненависти гитлеровцев.

Теперь, когда Отечественная война идёт к победоносному концу, во всём величии встаёт историческая роль советского народа. Ныне все признают, что советский народ своей самоотверженной борьбой спас цивилизацию Европы от фашистских погромщиков (выделено мною, Д. И.). В этом великая заслуга советского народа перед историей человечества».

Дальнейшее наращивание военно-экономической мощи СССР

Как отметил в своём докладе Сталин, труженики тыла внесли свой вклад в победу над врагом, добившись экономической победы над фашистской Германией.

В 1944 г. продолжалось стремительное восстановление и дальнейшее развитие важнейших отраслей народного хозяйства СССР: выросла выработка электроэнергии, добыча угля, нефти, железной руды, выплавка чугуна, стали, производство металлорежущих станков и т. д.

Стремительно восстанавливалось коллективное сельское хозяйство, наращивая производство зерна, хлопка-сырца, сахарной свеклы, молока, мяса и сала, яиц, картофеля, что позволило улучшить снабжение фронта и тыла продуктами питания, а промышленность – необходимым сырьём.

Восстановление и развитие экономической базы страны способствовало поддержанию на высоком уровне военного производства, обеспечило снабжение фронта высококачественной боевой техникой, оружием, боеприпасами и всеми видами довольствия.

Танковая промышленность стала выпускать лишь тяжёлые и средние танки, отказавшись от производства лёгких танков. Новый тяжёлый танк ИС-2 со 122-мм пушкой и модернизированный средний Т-34 с 85-мм пушкой по своим тактико-техническим данным превосходили подобные танки фашистской Германии. Они обладали лучшей броневой защитой, маневренностью и проходимостью, более мощным вооружением, большим запасом хода. Танк Т-34 по праву считается лучшим средним танком второй мировой войны.

В 1944 г. начался массовый выпуск тяжёлых самоходно-артиллерийских установок ИСУ-122 и ИСУ-152, было налажено производство новой самоходно-артиллерийской установки, сконструированной на базе танка Т-34, но с более мощной 100-мм пушкой – СУ-100. Продолжалось и производство лёгких САУ.

Было налажено серийное производство новых типов самолётов: истребителей Як-3 (конструктор А. С. Яковлев) и Ла-7 (конструктор С. А. Лавочкин), штурмовика Ил-10 (конструктор С. В. Ильюшин), бомбардировщика Ту-2 (конструктор А. Н. Туполев). Эти самолёты по своим качествам выгодно отличались от немецких машин подобных типов.

«Благодаря героическому труду рабочих, инженерно-технических работников и учёных вооружение и боевая техника Советской Армии по тактико-техническим показателям по прежнему превосходили вооружение и боевую технику немецко-фашистской армии», – отмечается в «Истории второй мировой войны», т. 9, стр. 395.

Возрождалась и экономика на освобождённой территории страны.

«В мировой истории, – писала «Правда» 23 августа 1944 г., – не было государства, которое могло бы сочетать ведение войны с осуществлением грандиозного плана строительства, быстрейшего восстановления разорённых врагом районов. Только могучее Советское государство с волевым, неутомимым, закалённым народом смогло приступить к ликвидации последствий войны в военное же время» (там же, стр. 396).

Особую заботу партия и правительство проявляли о возрождении угольной индустрии Донбасса. Трудящиеся Донбасса, сознавая огромное народнохозяйственное и военно-экономическое значение главной кочегарки страны, трудились самоотверженно, преодолевая немалые лишения. В целом возрождавшийся Донбасс дал стране в 1944 г. более 21 млн. т угля (стр. 397).

Возрождались чёрная металлургия, железорудные и машиностроительные предприятия, электроэнергетика, судостроительная промышленность. Так, трудящиеся освобождённых областей Украины приступили к восстановлению таких крупных и наиболее пострадавших от войны заводов как «Азовсталь», «Запорожсталь», Новокраматорский завод тяжёлого машиностроения, Краматорский завод тяжёлого станкостроения и т. д.; были развёрнуты работы по восстановлению Днепрогэса.

Успешно трудился коллектив Черноморского судостроительного завода в Николаеве, поднимался из руин и пепла полностью разрушенный гитлеровцами Одесский судоремонтный завод. Восстановление судостроительных и судоремонтных предприятий облегчало поддержание боевой мощи советского Военно-Морского флота на высоком уровне (стр. 397–399).

Одним из решающих условий успешного хода восстановительных работ в освобождённых районах была помощь трудящихся Центра и Поволжья, Урала и Сибири, Казахстана и Средней Азии, Закавказья и Дальнего Востока. Её оказывала буквально вся страна.

В возрождении завода «Запорожсталь», например, участвовали 120 предприятий. Вместе с его коллективом самоотверженно трудились бригады мастеров-монтажников, прибывшие из Иркутска, Орска, Свердловска и других городов Советского Союза.

Большую помощь братских республик получили освобождённые области Западной Украины. Так, промышленность Львова получила материалы и оборудование из Ленинграда, Кемерово, Саратова, Калуги и ряда городов Дальнего Востока. Бакинцы отгрузили нефтяникам Дрогобыча и Борислава большое количество глубинных насосов и бурильного оборудования.

Эта помощь свидетельствует о нерушимой братской дружбе народов СССР, ставшей одним из важнейших факторов великой Победы (стр. 400).

Благодаря огромной организаторской деятельности ВКП(б) и самоотверженному труду рабочих, инженеров, техников, служащих, на освобождённой от врага территории к концу 1944 г. вошло в строй около 20 тыс. предприятий, в т. ч. 6 тыс. крупных (там же).

Несмотря на колоссальные трудности военного времени, значительные успехи были достигнуты и в возрождении сельского хозяйства районов, подвергшихся оккупации. К концу 1944 г. было восстановлено: на Украине – 27340 колхозов и 788 совхозов, в Белоруссии – 9608 колхозов и 87 совхозов, т. е. практически все коллективные хозяйства, за исключением тех, которые были полностью уничтожены фашистскими захватчиками.

Областям, освобождаемых от гитлеровских захватчиков, восточные районы страны к осени 1944 г. передали более 22 тыс. тракторов, около 12 тыс. плугов, 1.5 тыс. комбайнов и свыше 600 автомашин.

Восстанавливалось поголовье общественного скота за счёт его реэвакуации, государственной и шефской помощи. За 1943 г. и 10 месяцев 1944 г. в освобождённые районы поступило более 2-х млн. голов крупного рогатого скота, лошадей, а также овец, коз, свиней и других животных.

Возрождавшееся сельское хозяйство освобождённых районов играло всё большую роль в снабжении армии и населения продуктами питания, а промышленности – сырьём (стр. 401).

Большой вклад в решение народно-хозяйственных и военно-технических проблем вносила советская наука.

Усилиями учёных и конструкторов наращивалось качественное превосходство советской боевой техники над военной техникой фашистской Германии. Это существенно способствовало быстрейшему разгрому полчищ гитлеровских захватчиков, снижению потерь советских войск в живой силе и технике.

Учёные страны продолжали настойчиво трудиться над исследованиями атомного ядра, вопросами практического использования внутриатомной энергии и проблемой космических лучей. Академик И. В. Курчатов с группой физиков, в которую входили член-корреспондент АН СССР А. П. Александров и другие учёные, успешно продолжал исследовательские работы по расщеплению ядра урана. Группа учёных во главе с С. П. Королёвым и В. П. Глушко плодотворно трудилась над разработкой теории и практических основ создания ракетных двигателей и ракетного оружия.

Фундаментальные исследования учёных имели большое значение для разработки новейших видов советской боевой техники, вооружения и боеприпасов (стр. 404).

#### § 11. Завершающий этап Великой Отечественной войны

Военно-политическая обстановка в Европе к началу 1945 г. была благоприятной для стран антифашистской коалиции и, наоборот, крайне невыгодной для гитлеровской Германии. СССР располагал мощными вооружёнными силами, которые на всех фронтах прочно удерживали стратегическую инициативу. Значительные силы имели США и Великобритания.

Разгром фашистской Германии приближался. На это были направлены планы стран антигитлеровской коалиции. Определяющее влияние должны были оказать решительные действия Красной Армии.

Продолжая держать под своим контролем территорию Норвегии, Дании, Голландии, Австрии, большую часть Польши, Чехословакии, часть Венгрии, Югославии и Италии, а также располагая ещё значительной армией, сохранившей боеспособность, гитлеровское руководство рассчитывало упорной обороной на всех фронта затянуть войну до того времени, когда обстановка изменится в благоприятную для Германии сторону. При этом советско-германский фронт по-прежнему рассматривался фашистским руководством как основной и решающий, сюда было приковано всё его внимание. Оно хорошо понимало, что именно здесь в заключительных сражениях будет решаться судьба рейха и дальнейшее развитие событий на западном и итальянском фронтах.

Все это требовало от партии, советского правительства и советского народа, от Вооружённых Сил СССР новых усилий и напряжённой борьбы для достижения окончательной победы над фашистской Германией и установления мира в Европе.

Начало завершающих операций Красной Армии

К началу 1945 г. соотношение сил ещё больше изменилось в пользу Советского Союза. Численность гитлеровских войск, в январе 1945 г. действовавших против Красной Армии, сократилась более чем на 10 % по сравнению с январём 1944 г. Сильно возросла оснащённость наших войск техникой. Только за 1944 г. количество самолётов, находившихся на их вооружении, возросло на 42 %, а танков и САУ – на 40,7 % («История СССР. Эпоха социализма», стр. 627).

С выходом из гитлеровского блока Финляндии, Румынии, Болгарии, Венгрии, освобождением от фашистской оккупации ряда западноевропейских стран гитлеровская Германия лишилась не только союзников, но и значительных источников стратегического сырья, рабочей силы и производственных мощностей. Военный потенциал фашистской Германии был сильно ослаблен.

Однако немецко-фашистские войска продолжали упорно сопротивляться. Против Красной Армии по-прежнему были сосредоточены основные силы врага: 204 вражеские дивизии, в то время когда на западно-европейском фронте действовало менее 70 немецких дивизий. Но, несмотря на малочисленность, немцы провели успешную наступательную операцию в Арденнах, чем поставили англо-американские войска в тяжёлое положение. В связи с этим Черчилль обратился к Сталину с просьбой об ускорении наступления советских войск.

Советское правительство, верное своим союзническим обязательствам, откликнулось на эту просьбу и отдало приказ о наступлении не 20 января, как это предусматривалось ранее, а 12 января 1945 г. Наступление развернулось почти одновременно на всём 1200-км фронте от Балтийского моря до Карпат.

Натиск советских войск был сильным и стремительным. Они сразу прорвали оборону противника на широком фронте. Это наступление оттянуло на себя значительные немецкие силы с Западного фронта и тем самым помогло англо-американским войскам разбить гитлеровцев в Арденнах.

Уже 21 января войска 1-го Украинского фронта под командованием Маршала Советского Союза И. С. Конева, незаурядное полководческое дарование которого проявились в боях за освобождение Украины, вступили в пределы Силезии, вышли к реке Одеру, в районе Бреслау. 28 января они овладели г. Катовице и завершили освобождение Домбровского угольного бассейна. Затем форсировали Одер и 16 февраля завершили окружение войск противника у Бреслау (стр. 628).

17 января войска 1-го Белорусского фронта под командованием заместителя Верховного Главнокомандующего Маршала Советского Союза Г. К. Жукова освободили столицу Польши Варшаву. Г. К. Жуков, выдающиеся полководческие и организаторские способности которого проявились в достижении побед Красной Армии под Ленинградом и Москвой, Сталинградом и Курском, в операциях по освобождению Украины и Белоруссии, вступил в командование 1-м Белорусским фронтом 16 ноября 1944 г.

В боях за освобождение Варшавы принимала участие 1-я армия Войска Польского, входившая в состав 1-го Белорусского фронта. Освобождённый город был мёртв. «Клубы дыма окутывали остовы разрушенных зданий… – вспоминает командарм 1-й армии Войска Польского генерал С. Г. Поплавский – Удручающей была картина зверски разрушенной фашистами красавицы Варшавы». К моменту освобождения в городе оставалось всего 162 тыс. человек, тогда как в конце 1939 г. в нём проживало 1 млн. 310 тыс. человек. («История Второй мировой войны», т. 10, стр. 74–75).

Отличившимся в боях 70 советским и 12 польским соединениям и частям было присвоено почётное наименование Варшавских. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 9 июня 1945 г. была учреждена медаль «За освобождение Варшавы», которой награждено более 682 тыс. советских и польских воинов (стр. 74).

Учитывая тяжёлое положение жителей Варшавы, советский народ выделил безвозмездно значительное количество продовольствия, в том числе 60 тыс. т хлеба и медикаменты. Правительство СССР оказало материально-техническую помощь в восстановлении польской столицы. Президент Крайовой Рады Народовой Б. Берут и премьер-министр Временного правительства Э. Осубка-Моравский писали 6 февраля Сталину: «Благодаря помощи братских славянских советских республик население города Варшавы будет обеспечено продовольствием вплоть до нового урожая, а кроме того, свыше миллиона людей в наиболее разрушенных немецкими захватчиками районах Польши будет спасено от голода. Никогда не забудет польский народ, что в самый трудный и тяжёлый период своей истории он получил братскую помощь советских народов не только кровью и оружием Красной Армии, но и хлебом, а также огромнейшими усилиями хозяйственного характера» (стр. 75).

А теперь в современной «демократической» Польше разрушают памятники советским воинам, проливавшим свою кровь и отдавшим жизни за освобождение Польши…

К 27 января было завершено окружение вражеской группировки в Познани, которая вскоре была ликвидирована. Висло-Одерская операция завершилась выходом на Одер и захватом на левом берегу реки ряда плацдармов. В феврале и марте войска 1-го Украинского фронта вышли к реке Нейсе и Судетским горам.

В январе и первой половине февраля войска 4-го Украинского фронта вышли к Моравско-Остравскому району в верхнем течении рек Вислы и Одера.

13–14 января войска 2-го и 3-го Белорусских фронтов под командованием маршала К. К. Рокоссовского и генерала И. Д. Черняховского начали наступление в Восточной Пруссии. Наиболее крупная группировка врага, окружённая юго-западнее Кенигсберга, была ликвидирована. В этих боях смертью храбрых погиб генерал армии Черняховский. В командование фронтом вступил маршал А. М. Василевский. 9 апреля крепость Кенигсберг была взята штурмом.

Войска 2-го и 1-го Белорусских фронтов разгромили силы восточно-померанской группировки врага и 4 марта вышли на побережье Балтийского моря. Остатки померанской группировки врага были прижаты к морю и в апреле 1945 г. ликвидированы.

Тем временем войска 3-го и 2-го Украинских фронтов завершили освобождение Венгрии от немецко-фашистских захватчиков. 4 апреля от фашистов была освобождена Братислава, а 13 апреля – столица Австрии Вена.

Таким образом, Красная Армия в ходе зимнего наступления 1944/45 гг. освободила от немецко-фашистских захватчиков Польшу, значительную часть Чехословакии, вывела из войны последнего союзника Германии в Европе – Венгрию.

Советские войска приступили к подготовке завершающего удара по Берлину.

Крымская конференция

В начале февраля 1945 г. на всём советско-германском фронте шло успешное наступление. Недавние планы гитлеровского руководства задержать продвижение Красной Армии на укреплённых рубежах оказались несостоятельными. Немецкая оборона была взломана, а на берлинском направлении советские войска продвинулись до 500 км и находились на подступах к столице Германии.

Наступление советских войск с каждым днём приближало конец войне в Европе.

Гитлеровское руководство рассчитывало оттянуть неминуемый крах, надеясь на усиление противоречий в антигитлеровской коалиции. На совещании 27 января Гитлер обратился к своим ближайшим помощникам с вопросом: «Вы что думаете, англичане преисполнены энтузиазма по поводу русского продвижения»? Такие расчёты фашистских главарей имели под собой определённую почву. Они строились на антикоммунистических настроениях, имевших место во влиятельных кругах США и Англии. По свидетельству Ч. Морана, близкого к Черчиллю, тот «больше не говорит о Гитлере, он толкует об опасности коммунизма. Он представляет себе картину, как Красная Армия, подобно раковой опухоли, распространяется из одной страны в другую. У него это стало навязчивой идеей, и, по-видимому, он не может думать ни о чём другом» (там же, стр. 127–128).

Помня о предвоенной политике Запада в отношении СССР, в Берлине верили в реальность развала антигитлеровской коалиции. Однако там забывали о том, что успехи Советского Союза на фронтах вооружённой борьбы, как и новое соотношение сил на международной арене оказывали решающее влияние на прочность антигитлеровской коалиции.

В связи с явно возросшими усилиями гитлеровцев подорвать единство в лагере своих противников Рузвельт, выступая по радио в январе 1945 г. счёл необходимым заявить американскому народу: «Я хотел бы самым серьёзным образом предостеречь от вредоносных последствий вражеской пропаганды… клинья, которые они пытаются вогнать между нами и нашими союзниками… То там, то здесь распространяются злобные и необоснованные слухи – против русских, против англичан, против наших боевых командующих. Если вы внимательно изучите эти слухи, то каждый из них отмечен клеймом – сделано в Германии» (стр. 128).

Задачи завершения войны в Европе и проблемы послевоенного устройства настоятельно требовали обсуждения и согласования политики «большой тройки» – СССР, США и Англии. В начале 1945 г. была достигнута окончательная договорённость о созыве новой конференции с участием глав правительств. По предложению советской стороны местом её проведения была избрана Ялта.

Для западных союзников эта конференция была чрезвычайно важной не только по политическим, но и по военным соображениям. В конце 1944 г. американо-английские войска, в связи с декабрьским контрнаступлением немецко-фашистских войск в Арденнах, потерпели серьёзную неудачу на западном фронте. Это выдвинуло перед США и Англией на первое место вопрос о действиях Красной Армии, о планах её командования.

Как Рузвельт, так и Черчилль большие надежды на скорое завершение войны в Европе возлагали на Советский Союз и стремились заручиться его помощью для нанесения окончательного поражения Японии. «Мы должны иметь поддержку Советского Союза для разгрома Германии. Мы отчаянно нуждаемся в Советском Союзе для войны с Японией по завершении войны в Европе», – говорилось в «Памятке», подготовленной правительственными ведомствами США для президента и американской делегации в Ялте (стр. 129).

Британский премьер приложил немало усилий, чтобы на конференции в Крыму советской делегации противопоставить единый англо-американский блок. Он всё ещё лелеял мысль об англо-американской оккупации не только западной, но и возможно большей территории Центральной и Юго-восточной Европы.

Между тем американское руководство, отчётливо представляя себе соотношение сил в антигитлеровской коалиции, отводило Англии более чем скромную роль. Его не устраивала подобная позиция Черчилля, которая грозила создать кризис в отношениях с СССР.

В «Памятке» подтверждалась рекомендация комитета начальников штабов США: «Мы должны приложить все усилия к тому, чтобы смягчить трения между Великобританией и Россией, поощряя трёхстороннее сотрудничество, от которого зависит прочный мир» (стр. 130).

Опасались обострения англо-советских отношений и военные круги Великобритании. Об этом со всей откровенностью писал впоследствии фельдмаршал Б. Монтгомери, который признавал, что английский народ «ни в коем случае не позволил бы послать себя в бой против русских в 1945 г.» и объяснял это просто: «Русские были героями во время германской войны, и, если бы британское правительство захотело воевать против них в 1945 г., оно попало бы в трудное положение у себя дома» (там же).

Вести о новых победах Красной Армии оказали значительное влияние на американских и английских руководителей. Обозреватель «Нью-Йорк таймс» Х. Болдуин 17 января 1945 г., оценивая итоги нового советского наступления, вынужден был признать: «Спала тяжесть с тех, кто вырабатывает нашу стратегию… Начало русского зимнего наступления по стратегической значимости превосходит как бои как в Западной Европе, так и вторжение на Филиппины… Как русские, так и немецкие ответственные лица, по-видимому, едины в понимании того, что это генеральное наступление ведётся не в целях достижения тактических успехов или завоевания территорий, а имеет целью закончить войну… Битва титанов – схватка двух сильнейших армий в мире возобновилась, и это моментально изменило стратегическое лицо всей войны» (стр. 130–131). Указав на то, что советско-германский фронт является главным фронтом глобальной войны, где Красной Армии противостоят основные силы вермахта, Болдуин далее заметил, что, как и в прошлом, западные союзники возлагают основное бремя войны на СССР (выделено мною, Д. И.). «Начавшееся ныне наступление, – отмечал он, – развернулось в то время, когда союзники не в состоянии немедленно нанести мощный вспомогательный удар с запада» (стр. 131).

Как справедливо писал впоследствии сын президента США Э. Рузвельт «Красная Армия с невиданной быстротой перемалывала нацистские войска».

Эти оценки свидетельствовали о том, что на Западе не могли не видеть, что Советский Союз способен самостоятельно завершить войну в Европе.

Крымская конференция проходила с 4 по 11 февраля 1945 г. в Ливадии, под Ялтой.

Обменявшись мнениями по поводу обстановки на фронтах, стороны приступили к обсуждению координации совместных военных действий против Германии. При этом Черчилль выразил глубокое восхищение той мощью, которая была продемонстрирована Красной Армией, и пожелал, «чтобы наступление советских армий продолжалось столь же успешно» (стр. 132).

В коммюнике конференции отмечалось: «Мы рассмотрели и определили военные планы трёх союзных держав в целях окончательного разгрома общего врага… мы уверены, что очень тесное рабочее сотрудничество между тремя нашими штабами, достигнутое на настоящей Конференции, поведёт к ускорению конца войны».

Британский фельдмаршал Монтгомери о своих впечатлениях впоследствии писал: «…Сталин почти не делал ошибок… Он обладал поразительным стратегическим чутьём, и я не помню, чтобы он сделал хоть один ложный шаг в наших переговорах по стратегическим вопросам».

В коммюнике об итогах конференции говорилось: «Нашей непременной целью является уничтожение германского милитаризма и нацизма и создание гарантии в том, что Германия никогда больше не будет в состоянии нарушать мир всего мира. Мы полны решимости разоружить и распустить все германские вооружённые силы, раз и навсегда уничтожить германский генеральный штаб, который неоднократно содействовал возрождению германского милитаризма, изъять или уничтожить все германское военное оборудование, ликвидировать или взять под контроль всю германскую промышленность, которая могла бы быть использована для военного производства; подвергнуть всех преступников войны справедливому и быстрому наказанию и взыскать в натуре возмещение убытков за разрушения, причинённые немцами; стереть с лица земли нацистскую партию, нацистские законы, организации и учреждения; устранить всякое нацистское и милитаристское влияние из общественных учреждений, из культурной и экономической жизни германского народа и принять совместно такие другие меры к Германии, которые могут оказаться необходимыми для будущего мира и безопасности всего мира. В наши цели не входит уничтожение германского народа» (стр. 132–133).

В общих целях осуществления безоговорочной капитуляции Германии союзники решили рассматривать её как единую страну с последующим разделением на зоны оккупации.

Большое место на заседаниях конференции заняло рассмотрение вопроса о репарационных требованиях. В отношении общей суммы репараций советская и американская делегация пришли к соглашению, что она составит 20 млрд. долл., причём 50 % её пойдёт в пользу СССР. Английское правительство отказалось поддержать общую сумму репараций, определённую СССР и США, указав, что оно вернётся к этому вопросу в процессе работы репарационной комиссии. В дальнейшем и США не поддержали согласованной ранее справедливой суммы репараций для Советского Союза.

Американское руководство было крайне заинтересовано в получении согласия СССР на вступление в войну с Японией. Советский Союз стремился быстрее закончить вторую мировую войну, избавить народы мира от новых жертв и разрушений, которые она несла. Необходимо было также восстановить справедливость по отношению к народам России, нарушенную в прошлом Японией. Поэтому Сталин подтвердил, что через два-три месяца после окончания войны в Европе Советский Союз выполнит своё обещание.

11 февраля главы трёх великих держав подписали секретное соглашение по вопросам Дальнего Востока. В этой связи были согласованы три условия вступления СССР в войну против Японии:

1) сохранение статус-кво Монгольской Народной Республики;

2) восстановление прав, принадлежавших России и нарушенных вероломным нападением Японии в 1904 г., а именно: возвращение Советскому Союзу южной части Сахалина и всех прилегающих к ней островов; интернационализация Дайрена (Даляня) и восстановление аренды на Порт-Артур как на военно-морскую базу СССР; возобновление совместной с Китаем (с обеспечением преимущественных интересов Советского Союза) эксплуатации Восточно-Китайской и Южно-Маньчжурской железных дорог;

3) передача СССР Курильских островов (стр. 134).

На Крымской конференции была принята «Декларация об освобождённой Европе». В ней указывалось, что три правительства договорились согласовывать в течение периода временной неустойчивости в освобождённой Европе свою политику в деле помощи освобождённым народам, а также народам бывших государств-сателлитов при разрешении ими насущных политических и экономических проблем демократическими методами.

Принципы декларации отвечали интересам антифашистской освободительной войны. В то же время влиятельные круги в США и Англии полагали возможными использовать этот документ для вмешательства во внутренние дела стран Центральной и Юго-Восточной Европы в целях восстановления после войны пресловутого «санитарного кордона» вдоль западной границы СССР.

«В этих кругах, – писал Гарриман, забеспокоились, поняв, что Красная Армия займёт Восточную Европу. Ничто не могло предотвратить этого. Красная Армия отбросит силы нацистов в Германию и в процессе войны займёт эти страны. Поэтому мы должны были употребить все усилия, чтобы народы этих стран по освобождении получили возможность создать свои собственные правительства» (стр. 135).

О каких «собственных правительствах» шла речь, показала дискуссия по польскому вопросу.

На момент конференции существовало два польских правительства: Временное национальное, осуществлявшее в стране реальную власть и эмигрантское – в Лондоне, давно утратившее связь с народом. США и Англия игнорировали существование польского Временного правительства, что встретило противодействие советской стороны, которая желала помочь польскому народу избрать демократический путь развития. В конце концов Рузвельт и Черчилль согласились признать Временное правительство, но с включение в него некоторых деятелей лондонского правительства. Советский Союз пошёл на это. В результате было создано Временное правительство национального единства, а лондонское эмигрантское правительство прекратило существование.

Также было принято решение о восточной границе и об увеличении территории Польши. В коммюнике зафиксировано: «Главы трёх Правительств считают, что восточная граница Польши должна идти вдоль линии Керзона с отступлениями от неё в некоторых районах от пяти до восьми километров в пользу Польши. Главы трёх Правительств признают, что Польша должна получить существенное приращение территории на севере и на западе» (стр. 135–136).

Конференция рассмотрела также вопрос объединения демократических сил Югославии. Главы трёх великих держав рекомендовали маршалу И. Броз Тито и И. Шубашичу образовать Временное объединённое правительство.

На конференции было продолжено обсуждение вопроса о создании международной организации по поддержанию мира и обеспечению безопасности народов, позже получившую название Организации Объединённых Наций (ООН).

Советская делегация выдвинула предложение пригласить в качестве членов учредителей ООН Украинскую и Белорусскую ССР. Рузвельт и Черчилль согласились с этим.

Учредительную конференцию по созданию ООН было решено созвать 25 апреля 1945 г. На неё приглашались Объединённые Нации по составу на 8 февраля 1945 г., а также те из «присоединившихся наций», которые объявят войну общему врагу до 1 марта 1945 г. (стр. 136).

Крымская конференция руководителей СССР, США и Великобритании имела большое историческое значение. Она явилась одним из крупнейших международных совещаний во время войны и высшей точкой сотрудничества трёх союзных держав в борьбе против общего врага.

Вся работа Крымской конференции протекала под знаком неизмеримо возросшего авторитета Советского Союза и его миролюбивой политики. Результаты работы глав трёх союзных держав были встречены с большим воодушевлением всей мировой прогрессивной общественностью.

Берлинская операция

Военно-политическая обстановка, сложившаяся к апрелю, требовала от советского командования подготовить и провести операцию по решительному разгрому берлинской группировки и овладению столицей Германии в самые короткие сроки. Только решение этой задачи могло сорвать планы фашистского руководства на затягивание войны.

Учитывая эти факторы, Ставка Верховного Главнокомандования привлекла для проведения Берлинской операции войска трёх фронтов – 1-го и 2-го Белорусских и 1-го Украинского. Всего в состав трёх фронтов входили 21 общевойсковая, 4 танковые, 3 воздушные армии, 10 отдельных танковых и механизированных, а также 4 кавалерийских корпуса. Кроме того, предполагалось использовать часть сил Балтийского флота, 18-й воздушной армии авиации дальнего действия, Войск ПВО страны и Днепровскую военную флотилию, оперативно подчинённую 1-му Белорусскому фронту.

К завершающей операции по разгрому немецко-фашистской Германии готовились и польские войска в составе двух армий, танкового и авиационного корпусов, двух артиллерийских дивизий прорыва и отдельной миномётной бригады общей численностью 185 тыс. солдат и офицеров. Они имели на вооружении 3 тыс. орудий и миномётов, 508 танков и САУ, 320 самолётов.

В результате всех мероприятий на берлинском направлении была сосредоточена сильная группировка войск, значительно превосходившая вражескую: по личному составу – в 2,5 раза (2 млн. 500 тыс. человек – Красная Армия, 1 млн. – немецко-фашистские войска), по орудиям и миномётам – в 4 раза (41600–10400, соответственно), по танкам и САУ – в 4,1 раза (6250–1500), по боевым самолётам – в 2,3 раза (7500–3300). Создание такой группировки свидетельствовало об огромных возможностях Советского социалистического государства, обладавшего к исходу войны мощными Вооружёнными Силами, его военно-экономических преимуществах, об искусстве стратегического руководства. («История Второй мировой войны 1939–1945», т. 10, стр. 314–315).

Цель операции состояла в том, чтобы в короткие сроки разгромить основные силы групп армий «Висла» и «Центр», овладеть Берлином и, выйдя на реку Эльба, соединиться с войсками западных союзников. Это должно было лишить фашистскую Германию возможности дальнейшего организованного сопротивления и вынудить её к безоговорочной капитуляции.

Замысел советского командования сводился к тому, чтобы мощными ударами трёх фронтов прорвать оборону противника по Одеру и Нейсе и, развивая наступление в глубину, окружить основную группировку немецко-фашистских войск на берлинском направлении с одновременным расчленением её на несколько частей и последующим уничтожением каждой из них. В дальнейшем советские войска должны были выйти на Эльбу.

Член Военного совета 1-го Украинского фронта генерал К. В. Крайнюков вспоминал: «Мы призывали воинов как можно лучше подготовиться к завершающим боям, наступать решительно и стремительно, спасти наших родных советских людей, угнанных на фашистскую каторгу и в лагеря смерти, избавить человечество от коричневой чумы» (стр. 324).

В последние дни перед операцией резко увеличился приток заявлений воинов с просьбой принять их в партию. В одном лишь 1-м Белорусском фронте только в ночь на 16 апреля в партийные организации было подано свыше 2-х тыс. заявлений. С 15 марта по 15 апреля в трёх фронтах в ряды ВКП(б) было принято свыше 17 тыс. воинов. Всего к началу операции в их составе насчитывалось 723 тыс. членов и кандидатов в члены партии и 433 тыс. комсомольцев (стр. 325).

В войсках заранее были заготовлены красные флаги для водружения их на главных административных зданиях Берлина. В одной из изданных листовок была напечатана карта Германии и следующий текст: «Взгляни, товарищ! 70 километров отделяют тебя от Берлина. Это в 8 раз меньше, чем от Вислы до Одера. Сегодня Родина ждёт от тебя новых подвигов. Ещё один могучий удар – и падёт столица гитлеровской Германии. Слава тому, кто первым ворвётся в Берлин! Слава тому, кто водрузит наше Знамя Победы над вражеской столицей!» (там же).

Утром 16 апреля главные силы 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов после мощной артиллерийской подготовки, перешли в наступление.

За время артиллерийской подготовки артиллерия только 1-го Белорусского израсходовала 500 тыс. снарядов и мин или 1 тыс. железнодорожных вагонов, а всего за первый день операции – 1 млн. 236 тыс. снарядов, что составляло почти 2,5 тыс. вагонов.

Впервые в ходе наступления, начатого в 5 час. утра, были включены мощные прожектора, направленные в сторону противника, что слепило вражеские войска, ухудшало их возможности к сопротивлению.

Активно участвовала в наступлении и авиация. В течение первых суток лётчики 16, 4 и 18-й воздушных армий совершили свыше 6550 вылетов, сбросили по вражеским штабам, пунктам управления, узлам сопротивления, огневым позициям артиллерии, траншеям и резервам противника свыше 1500 тонн бомб. Только лётчики 16-й армии в первый день наступления сбили 165 немецких самолётов. В результате мощной артиллерийской подготовки и ударов авиации противнику был нанесён большой урон, что помогло успешному наступлению войск в первые полтора-два часа. Однако вскоре гитлеровцы опомнились и начали оказывать ожесточённое сопротивление наступавшим войскам 1-го Белорусского фронта.

В боях за железнодорожную станцию Вербиг отличились воины 301-й стрелковой дивизии 3-й ударной армии. Комсорг 1-го батальона 1054-го стрелкового полка лейтенант Г. А. Авакян с одним автоматчиком пробрался к зданию, где засели гитлеровцы. Забросав их гранатами, отважные воины уничтожили 56 фашистов и 14 пленили. Лейтенант Авакян был удостоен звания Героя Советского Союза (стр. 327).

Особо ожесточённое сопротивление наступавшим войскам оказали фашисты на Зеловских высотах. Однако сражавшаяся здесь 8-я гвардейская армия генерала В. И. Чуйкова настойчиво продвигалась вперёд. Наши воины проявляли массовый героизм. При штурме высот, прикрывавших город Зелов, особенно отличился 3-й батальон 172-го гвардейского стрелкового полка под командованием капитана Н. Н. Чусовского. Отразив контратаку противника, батальон ворвался на Зеловские высоты и после тяжёлого уличного боя очистил юго-восточную окраину города. Командир батальона не только руководил подразделениями, но и, увлекая за собой бойцов, лично уничтожил в рукопашной схватке четырёх гитлеровцев. Многие бойцы и офицеры батальона были награждены орденами и медалями, а капитан Чусовской удостоен звания Героя Советского Союза. Вскоре Зелов был взят.

В воздушных боях под Берлином майор И. Н. Кожедуб увеличил число сбитых самолётов врага до 62. Прославленный лётчик был удостоен высокой награды – третьей Золотой Звезды.

На прорыв одерского оборонительного рубежа войска 1-го Белорусского затратили четверо суток. За это время врагу был нанесён большой урон: 9 дивизий из первого оперативного эшелона и дивизия второго эшелона потеряли до 80 % личного состава и почти всю боевую технику, а 6 дивизий, выдвинутых из резерва, и до 80 различных батальонов, направленных из глубины – свыше 50 %. Однако и войска фронта понесли значительные потери.

Успешно развивалось наступление войск 1-го Украинского фронта.

За два дня войска ударной группировки фронта продвинулись на 15–20 км. Часть сил противника начала отходить за реку Шпрее. Для обеспечения боевых действий 3-й и 4-й гвардейских танковых армий были привлечена большая часть сил 2-й воздушной армии. Штурмовики уничтожали огневые средства и живую силу противника, а бомбардировочная авиация наносила удары по его резервам.

18 апреля самолёты 9-й гвардейской дивизии трижды Героя Советского Союза полковника А. И. Покрышкина прикрывали войска, форсировавшие Шпрее. За день боёв лётчики дивизии сбили 18 самолётов врага. Всего за три дня боёв 2-я воздушная армия генерала С. А. Красовского сбила 155 вражеских самолётов, создавая благоприятные условия для наступления наземных войск.

Стремительное наступление 3 и 4-й гвардейских танковых и 13-й армий к исходу 20 апреля привело к отсечению группы армий «Висла» от группы армий «Центр», две группировки вражеских войск оказались в полуокружении.

В высших кругах вермахта начался переполох. В дневнике верховного главнокомандования вермахта за 20 апреля была сделана следующая запись: «… начинается последний акт драматической гибели германских вооружённых сил… Всё совершается в спешке, так как уже слышно, как вдали ведут из пушек огонь русские танки… Настроение подавленное» (стр. 332).

К исходу 22 апреля войска 3-й гвардейской танковой завязали бои на южной окраине столицы Германии. Ещё накануне на её северо-восточную окраину ворвались войска 1-го Белорусского.

Гитлеровцы предпринимали отчаянные усилия, чтобы не допустить окружения своей столицы. 22 апреля в имперской канцелярии состоялось последнее оперативное совещание, на котором присутствовали Кейтель, Йодль, Борман, Кребс и другие. Гитлер согласился с предложением Йодля снять все войска с западного фронта и бросить их в сражение за Берлин.

Но это намерение фашистского командования было сорвано решительными действиями советских войск. 25 апреля после соединения западнее Берлина 4-й гвардейской танковой армии 1-го Украинского фронта с войсками 2-й гвардейской танковой и 47-й армий 1-го Белорусского фронта берлинская группировка врага была окружена.

В этот же день 25 апреля состоялась встреча советских и американских войск на реке Эльба в районе Торгау.

Таким образом, советские войска всего за десять дней наступления преодолели мощную оборону врага по Одеру и Нейсе, окружили и расчленили его группировку на берлинском направлении и создали условия для её полной ликвидации.

20 апреля перешли в наступление войска 2-го Белорусского фронта, начав форсирование Одера. В результате действий войск 2-го Белорусского 3-я немецкая танковая армия была скована, что лишило гитлеровское командование возможности использовать её силы для действий непосредственно на берлинском направлении.

В конце апреля советское командование всё внимание сосредоточило на Берлине. 23 апреля Военный совет 1-го Белорусского фронта обратился с воззванием к воинам: «Перед вами, советские богатыри, – Берлин. Вы должны взять Берлин, и взять его как можно быстрее, чтобы не дать врагу опомниться. За честь нашей Родины вперёд! На Берлин!» (стр. 336).

И советские воины усиливали удары. Даже раненые бойцы не покидали поле боя. Так, в 65-й армии более двух тысяч воинов отказались от эвакуации в тыл. Солдаты и командиры ежедневно подавали заявления в партию. Например, в войсках 1-го Украинского фронта только в апреле было принято в партию 11 776 воинов. Коммунисты первыми бросались в атаки и увлекали за собой беспартийных товарищей.

«Какими же надо было обладать силой духа и желанием победить, чтобы через разящий шквал огня, каменные и железобетонные преграды, преодолевая многочисленные «сюрпризы», огневые мешки и ловушки, вступая в рукопашные бои, дойти до цели, – вспоминает член Военного совета 1-го Белорусского фронта генерал К. Ф. Телегин. – А ведь хотелось каждому жить. Но так уж воспитан советский человек – общее благо, счастье своего народа, слава Родины для него дороже всего личного, дороже самой жизни» (стр. 337).

К концу апреля борьба в Берлине достигла своей кульминации. Улицы и переулки пересекали прочные баррикады. К обороне приспосабливалось всё, даже разрушенные здания. Широко использовались и подземные сооружения города: бомбоубежища, станции и тоннели метро, водосточные коллекторы и другие объекты.

Бои в городе не прекращались ни днём, ни ночью.

К исходу 28 апреля окружённая берлинская группировка врага была расчленена на три части. Попытки командования вермахта оказать помощь гарнизону Берлина ударами извне провалились. Политико-моральное состояние фашистских войск резко упало.

29 апреля войска 3-й ударной армии 1-го Белорусского фронта. развернули бои за овладение рейхстагом. Фашисты оказывали ожесточённое сопротивление. На лестницах и в коридорах завязались рукопашные схватки. Штурмующие подразделения метр за метром, комнату за комнатой очищали здание рейхстага от фашистов. Бои продолжались до утра 1 мая, а отдельные группы, засевшие в отсеках подвалов, капитулировали лишь в ночь на 2 мая.

Первыми ворвались в рейхстаг батальоны под командованием офицеров С. А. Неустроева, В. И. Давыдова и К. Я. Самсонова. Расчищая себе путь гранатами и огнём автоматов, разведчики 756-го стрелкового полка 150-й стрелковой дивизии М. А. Егоров и М. В. Кантария прорвались по лестнице на крышу здания и под вражеским обстрелом водрузили на куполе рейхстага Знамя Победы. Это было 30 апреля 1945 г. в 14 час. 25 мин. Сержантам Михаилу Егорову и Мелитону Кантария, капитанам Неустроеву, Давыдову и ст. лейтенанту Самсонову было присвоено звание Героя Советского Союза. («История СССР. Эпоха социализма…», стр. 632).

Это Знамя символически воплотило в себе все знамёна и флаги, которые в ходе самых ожесточённых боёв были водружены от главного входа рейхстага и до самой его крыши («История Второй мировой войны…» т. 10, стр. 341). Это был триумф одержанной победы, триумф мужества и героизма советских воинов, величия подвига Красной Армии и всего советского народа.

Чтобы уйти от ответственности за совершённые злодеяния, 30 апреля Гитлер покончил жизнь самоубийством. С целью скрыть это от армии фашистское радио сообщило, что фюрер убит на фронте под Берлином. В тот же день в Шлезвиг-Гольштейне преемник Гитлера гросс-адмирал Дениц (которого Гитлер перед своей смертью назначил президентом германской империи и военным министром, Геббельса – имперским канцлером, Шернера – главнокомандующим сухопутными силами) назначил «временное имперское правительство», которое, как показали дальнейшие события, пыталось достичь контакта с США и Англией на антисоветской основе.

Однако дни фашистской Германии были уже сочтены.

В ночь на 2 мая командующий обороной Берлина генерал Г. Вейдлинг заявил советскому командованию о капитуляции 56-го танкового корпуса, подчинённого непосредственно ему. В 6 часов он сдался в плен. По предложению советского командования Вейдлинг подписал приказ берлинскому гарнизону прекратить сопротивление и сложить оружие. Несколько позже от имени «временного имперского правительства» подобный приказ подписал первый заместитель Геббельса Г. Фриче. После объявления приказа по радио началась массовая капитуляция. К 15 часам противник полностью прекратил сопротивление в Берлине. Только в этот день советские войска взяли в плен в районе города до 135 тыс. человек (стр. 342–343).

Разгром Красной Армией берлинской группировки противника и взятие Берлина явились завершающим актом в борьбе против фашистской Германии. В ходе Берлинской операции советские войска разгромили 70 пехотных, 12 танковых, 11 моторизованных дивизий и большую часть авиации вермахта. Было взято в плен около 480 тыс. солдат и офицеров. Вместе с советскими воинами в разгроме этой группировки активное участие принимали воины Войска Польского. О степени ожесточённости боёв за Берлин свидетельствуют и большие потери советских войск, которые с 16 апреля по 8 мая потеряли более 102 тыс. человек. Между тем американо-английские войска на всём западном фронте потеряли в течение 1945 г. 260 тыс. человек.

Как и в предыдущих сражениях, в Берлинской операции советские воины проявили высокое боевое мастерство, мужество и массовый героизм. Более 600 человек были удостоены звания Героя Советского Союза. Маршал Советского Союза Г. К. Жуков был награждён третьей, а Маршалы Советского Союза И. С. Конев и К. К. Рокоссовский – второй медалью «Золотая Звезда». Орденами и медалями были награждены 1 млн. 141 тыс. воинов только из состава 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов. 1 млн. 82 тыс. участников штурма Берлина были награждены медалью «За взятие Берлина», учреждённой в честь этой исторической даты (стр. 344).

Подводя итоги завершающего этапа Великой Отечественной войны, Верховный Главнокомандующий Маршал Советского Союза И. Сталин в приказе № 20 от 1 мая 1945 г. отметил: «В результате этих наступательных боёв Красной Армии немцы потеряли в течение трёх-четырёх месяцев более 800 тысяч солдат и офицеров пленными и около миллиона убитыми. За это же время части Красной Армии захватили и уничтожили до 6 000 вражеских самолётов, до 12 000 танков и самоходных орудий, более 23 000 полевых орудий и огромное количество других видов вооружения и снаряжения. Следует отметить, что в этих боях бок о бок с Красной Армией успешно наступали против общего врага польские, югославские, чехословацкие, болгарские и румынские дивизии» (И. Сталин «О Великой Отечественной войне Советского Союза», стр. 188).

Не успели отгреметь артиллерийские залпы, как начались работы по налаживанию городского хозяйства. Под руководством военных инженеров и техников советские воины вместе с населением к началу июня восстановили метро, были пущены трамваи. Город получил воду, газ, электричество. Жизнь входила в нормальную колею. Дурман геббельсовской пропаганды о чудовищных зверствах, которые якобы несёт немцам Красная Армия, начал рассеиваться.

«Никогда не будут забыты неисчислимые благородные дела советских людей, которые, ещё держа в одной руке винтовку, другой уже делились куском хлеба, помогая нашему народу преодолеть ужасные последствия развязанной гитлеровской кликой войны и взять судьбу страны в свои собственные руки, расчищая путь закабалённому и порабощённому империализмом и фашизмом немецкому рабочему классу…», – так спустя 30 лет после окончания войны оценил действия советских воинов бывший в то время министром обороны ГДР генерал Г. Гофман (стр. 343).

Заключительной операцией в Великой Отечественной войне явилась Пражская операция.

Как отмечал маршал И. С. Конев «Пражская операция отнюдь не носила символического характера, как это иногда пытаются изобразить на Западе. Нам предстояла серьёзная борьба с большой группировкой вооружённых сил Германии, на которую делало ставку «правительство» Деница, рассчитывая, что спасение этой группировки даст возможность хотя бы ещё на какое-то время продлить существование третьего рейха» (стр. 349–350).

Но планы фашистов были сорваны решительными действиями воинов Красной Армии. До сведения всего личного состава наших войск было доведено сообщение о начавшемся 5 мая в Праге вооружённом восстании и просьбе восставших о помощи, с которой они обратились к командованию Красной Армии и союзников. Всё это усиливало наступательный порыв советских воинов, вызывало у них стремление быстрее помочь братьям – чехам и словакам.

9 мая войска трёх фронтов: 1, 2 и 4-го Украинских освободили Прагу от фашистов.

В ходе Пражской операции было взято в плен около 860 тыс. солдат и офицеров противника, захвачено в качестве трофеев 9,5 тыс. орудий и миномётов, 1,8 тыс. танков и штурмовых орудий, 1,1 тыс. самолётов, а также большое количество другого вооружения и боевой техники (стр. 354).

В Пражской операции вместе с советскими и чехословацкими воинами плечом к плечу за свободу чехословацкого народа сражались польские и румынские солдаты, офицеры и генералы. День вступления Красной Армии в Прагу – 9 мая – стал национальным праздником тогда ещё единой Чехословакии – Днём освобождения.

Более 140 тыс. советских воинов пали смертью храбрых в боях за освобождение Чехословакии. Тысячи советских воинов получили ордена и медали, а лучшим из них было присвоено звание Героя Советского Союза. В ознаменование выдающейся победы Красной Армии была учреждена медаль «За освобождение Праги», которую получили 390 тыс. человек, в т. ч. более 40 тыс. граждан Чехословакии (стр. 355).

Подписание Акта о безоговорочной капитуляции фашистской Германии

На Крымской конференции главы трёх правительств антигитлеровской коалиции договорились о порядке принудительного осуществления условий безоговорочной капитуляции фашистской Германии. Предъявляя ей требования о безоговорочной капитуляции, они исходили из того, что фашистская Германия, развязав кровопролитную мировую войну, совершила тягчайшее преступление против всего человечества и должна понести за это политическую и моральную ответственность, а лица, виновные в этом преступлении – соответствующее наказание.

В связи с тем, что по условиям безоговорочной капитуляции предусматривалось размещение вооружённых сил союзных держав на территории Германии, Европейская консультативная комиссия (ЕКК) подготовила ряд соглашений о зонах оккупации и об управлении «Большим Берлином». Предусматривалось, что главнокомандующие, выделенные от каждой державы-победительницы, будут осуществлять верховную власть в своих зонах, а вопросы, затрагивающие Германию в целом, предполагалось решать только коллективно.

В соответствии с соглашением, подготовленным ЕКК, учреждались Контрольный совет в составе главнокомандующих оккупационными войсками, а также ряд вспомогательных органов. Членами Контрольного совета были назначены от СССР маршал Г. К. Жуков, от США генерал армии Д. Эйзенхауэр, от Великобритании фельдмаршал Б. Монтгомери, от Франции генерал П. Кёниг (позднее его заменил Ж.-М. де Латтр де Тассиньи). Основная его цель – контроль над Германией и её разоружением, ликвидация фашистского режима, подготовка условий для создания государственных органов, основанных на принципах демократии. («История Второй мировой войны…», т. 10, стр. 356).

По мнению Советского правительства, для послевоенного устройства Европы было необходимо осуществить решение следующих задач:

– восстановление национальной независимости и демократических порядков в освобождённых от гитлеризма странах;

– окончательная ликвидация фашизма и предотвращение угрозы новой агрессии со стороны Германии;

– обеспечение длительного сотрудничества народов в области политики, экономики, культуры, науки и техники.

Иную цель ставили перед собой империалистические круги и представлявшие их правительства США и Англии. Они добивались изгнания с мирового рынка германских и японских конкурентов, стремясь утвердить своё господствующее положение в Европе и Азии.

Пытаясь спасти фашистскую Германию от полного разгрома Красной Армией, что только ещё более увеличило бы авторитет Советского Союза и Верховного главнокомандующего товарища Сталина, официальные представители США и Англии вступили в сепаратные переговоры с фашистами.

Так, шеф американской разведывательной службы в Европе А. Даллес установил контакт с представителем германского военного командования и 8 марта встретился в Цюрихе с главным уполномоченным СС при группе армий «Ц» в Италии генералом СС К. Вольфом. 19 марта состоялась встреча К. Вольфа с представителями штаба английского фельдмаршала Г. Александера, главнокомандующего союзными войсками в районе Средиземного моря.

Советское правительство, располагая сведениями о ведущихся закулисных переговорах, предприняло решительные меры с целью срыва сделки американо-английских реакционных кругов с фашистской верхушкой.

Переговоры Даллеса с Вольфом были сорваны. Гитлеровскому руководству так и не удалось осуществить план массовой переброски своих войск с итальянского фронта на советско-германский. Решительная политика СССР затруднила дальнейшие сепаратные переговоры западных держав с противником.

Кроме того, руководство США было крайне заинтересовано во вступлении Советского Союза в войну с Японией. Поэтому новый президент США Г. Трумэн (Ф. Рузвельт внезапно скончался 12 апреля 1945 г. от кровоизлияния в мозг) заявил У. Черчиллю, что «Америка может согласиться лишь на безоговорочную капитуляцию на всех фронтах при наличии соглашения с Россией и Англией… Мы должны выполнять свои обязательства» (стр. 359–360).

Американские политики учитывали и то обстоятельство, что британский премьер подталкивал Соединённые Штаты на конфликт с Советским Союзом с целью использовать, как отмечал специальный посол Дж. Дэвис, американские людские и материальные ресурсы для поддержания «ведущей роли Англии в Европе». В Вашингтоне должны были считаться и с тем обстоятельством, что народы западных стран никогда бы не поддержали войну против СССР, в котором они справедливо видели своего союзника. Впоследствии Г. Стимсон, военный министр США с 1940 по 1945 г., имел полное основание заявить: «Русские были великолепными союзниками. Они воевали в соответствии со взятыми обязательствами» (стр. 360). В этих условиях правительство Трумэна не могло пойти на сепаратный мир.

Всё это глубоко удручало У. Черчилля, который победы Красной Армии и дальнейший рост международного авторитета СССР воспринимал как глубочайшую трагедию. Полностью подтвердились слова В. И. Ленина, который ещё в 1920 г. оценивал Черчилля как «величайшего ненавистника Советской России» (ПСС, т. 41, стр. 350).

Провоцируя разногласия между союзниками, фашистский кабинет Деница настойчиво добивался капитуляции германских войск только на западном фронте. Поскольку ему стало ясно, что правительства США и Англии открыто не пойдут на принятие сепаратной капитуляции на всём фронте, он решил её проводить по частям.

Так, 26 апреля была подписана капитуляция группы немецко-фашистских армий «Ц», действовавших в Италии; 4 мая был подписан акт о сдаче всех германских вооружённых сил в Голландии, Северо-Западной Германии, Шлезвиг-Гольштейне и Дании; 5 мая капитулировали немецко-фашистские войска группы армий «Г» и 19-й армии, также воевавшие на западном фронте.

И, наконец, 7 мая в 2 часа 41 мин. в Реймсе, в ставке Эйзенхауэра, был подписан предварительный протокол о капитуляции, в котором указывалось, что германское верховное главнокомандование безоговорочно капитулирует как перед главнокомандующим союзными экспедиционными силами, так и перед советским Верховным Главнокомандованием. Оно обязалось немедленно отдать приказ армии и флоту прекратить активные боевые действия 8 мая с 23 час.01 мин. (по центрально-европейскому времени) и остаться на позициях, занимаемых к этому моменту. Верховному главнокомандованию германских вооружённых сил предписывалось обеспечить неукоснительное выполнение всех приказов и распоряжений главнокомандующего союзными экспедиционными силами (Д. Эйзенхауэра) и советского Верховного Главнокомандования. В протоколе специально оговаривалось, что он не является всеобъемлющим документом о капитуляции Германии и её вооружённых сил (стр. 362).

Тем не менее на Западе войну считали уже законченной. На этом основании США и Англия предложили, чтобы 8 мая главы правительств трёх держав официально объявили о победе над Германией. Советское правительство не могло согласиться с этим по той причине, что боевые действия на советско-германском фронте ещё продолжались. Дениц, санкционировав подписание протокола о безоговорочной капитуляции на всех фронтах, в то же время обязал своих командующих как можно скорее отвести с восточного фронта на запад всё, что только возможно, а в случае необходимости с боем прорываться через советские линии.

Учитывая это обстоятельство, правительство СССР не было уверено, что приказ о безоговорочной капитуляции будет выполнен немецкими войсками и на советско-германском фронте. Оно совершенно справедливо считало, что объявление о победе над фашистской Германией до полной капитуляции всех её вооружённых сил и подписания окончательного официального документа явилось бы преждевременным актом и могло ввести в заблуждение общественное мнение.

В своём послании премьер-министру Черчиллю 7 мая Сталин писал: «У Верховного Командования Красной Армии нет уверенности, что приказ главного германского командования о безоговорочной капитуляции будет выполнен немецкими войсками на восточном фронте. Поэтому мы опасаемся, что, в случае объявления сегодня Правительством СССР о капитуляции Германии, мы окажемся в неловком положении и введём в заблуждение общественное мнение Советского Союза. Надо иметь в виду, что сопротивление немецких войск на восточном фронте не ослабевает, а, судя по радиоперехватам, значительная группа немецких войск прямо заявляет о намерении продолжать сопротивление и не подчиняться приказу Деница о капитуляции. Поэтому Командование советских войск хотело бы выждать до момента, когда войдёт в силу капитуляция немецких войск, и, таким образом, отложить объявление Правительств о капитуляции немцев на 9 мая, в 7 часов по московскому времени». («Переписка Председателя Совета Министров СССР… т. I, стр. 356).

Аналогичное письмо 7 мая отправил Сталин президенту США Г. Трумэну. («Переписка Председателя Совета Министров СССР… т. II, стр. 227–228).

Однако и Черчилль, и Трумэн сообщили, что не могут отложить объявление о капитуляции Германии. Черчилль хотел избежать возможности подписания Акта о безоговорочной капитуляции в занятом советскими войсками Берлине, так как перспектива большого международного резонанса этой акции, где неизбежно была бы ярко выявлена решающая роль СССР в победе, его явно не устраивала. Также и правительство США не прислушалось к соображениям, изложенным в письме Сталина, и спешило оповестить весь мир о капитуляции перед американо-английскими войсками.

Оценивая сложившуюся ситуацию, Сталин заявил: «Капитуляция должна быть учинена как важнейший исторический факт и принята не на территории победителей, а там, откуда пришла фашистская агрессия: в Берлине, и не в одностороннем порядке, а обязательно верховным командованием всех стран антигитлеровской коалиции. Пусть её подпишет кто-то из главарей бывшего фашистского государства или целая группа немецких нацистов, ответственных за все их злодеяния перед человечеством» («История Второй мировой войны…», т. 10, стр. 363).

Ещё накануне Сталин и Молотов договорились с представителями союзников считать процедуру в Реймсе предварительной капитуляцией. Союзники согласились также с тем, что откладывать дело не следует, и назначили подписание Акта о капитуляции по всей форме 8 мая в Берлине. Эйзенхауэр известил Йодля, что германским главнокомандующим видами вооружённых сил надлежит явиться для совершения окончательной официальной процедуры в то время и место, какое будет указано советским и союзным командованиями.

Таким образом, и на заключительном этапе войны в Европе Советское правительство учитывало динамично развивающуюся и меняющуюся обстановку, решительно пресекало происки враждебных сил, добивалось согласования и координации действий держав антигитлеровской коалиции при принятии безоговорочной капитуляции Германии.

Принятие безоговорочной капитуляции фашистской Германии ЦК ВКП(б) и Советское правительство поручили заместителю Верховного Главнокомандующего Вооружёнными Силами СССР Маршалу Советского Союза Г. К. Жукову.

Как отмечает американский военный историк Погью, Эйзенхауэр вначале сам намеривался отправиться в Берлин. Однако из-за возражений Черчилля и своих ближайших сотрудников он отказался от своего решения. В этом вновь отчётливо проявилось стремление руководителей Англии и США принизить значение акта, фиксировавшего победу над германским фашизмом, которая была одержана при решающей роли Советского Союза. Верховное главнокомандование экспедиционных сил союзников представлял заместитель Эйзенхауэра главный маршал авиации Великобритании А. Теддер, вооружённые силы США – командующий стратегическими воздушными силами генерал К. Спаатс, вооружённые силы Франции – главнокомандующий армией генерал Ж.-М. де Латтр де Тассиньи.

В Берлин под охраной английских офицеров были доставлены бывший начальник штаба верховного главнокомандования вермахта фельдмаршал В. Кейтель, главнокомандующий военно-морскими силами адмирал флота Г. Фридебург и генерал-полковник авиации Г. Штумпф, имевшие полномочия подписать Акт о безоговорочной капитуляции.

В юго-восточной части Берлина в Карлсхорсте, в здании военно-инженерного училища был подготовлен зал, в котором должна была происходить церемония подписания акта. В полночь 8 мая представители советского Верховного Главнокомандования, а также союзного верховного командования вошли в зал, украшенный государственными флагами Советского Союза, США, Англии и Франции. В зале присутствовали советские генералы, войска которых участвовали в легендарном штурме Берлина, а также советские и иностранные журналисты.

Церемонию подписания акта открыл маршал Г. К. Жуков. Он приветствовал представителей союзных армий в занятом Красной Армией Берлине, в исторический момент капитуляции общего врага – фашистской Германии. «Мы, представители Верховного Главнокомандования Советских Вооружённых Сил и Верховного командования союзных войск… уполномочены правительствами антигитлеровской коалиции принять безоговорочную капитуляцию Германии от немецкого военного командования», – торжественно произнёс он (стр. 364).

Затем в зал вошли представители немецкого верховного командования, которые подписали Акт о безоговорочной капитуляции Германии.

И. В. Сталин, в Обращении к народу 9 мая 1945 г., сказал:

«Наступил великий день победы над Германией. Фашистская Германия, поставленная на колени Красной Армией и войсками наших союзников, признала себя побеждённой и объявила безоговорочную капитуляцию. 7 мая был подписан в городе Реймсе предварительный протокол капитуляции. 8 мая представители немецкого главнокомандования в присутствии представителей Верховного Командования союзных войск и Верховного Главнокомандования советских войск подписали в Берлине окончательный акт капитуляции, исполнение которого началось с 24 часов 8 мая… Теперь мы можем с полным основанием заявить, что наступил исторический день окончательного разгрома Германии, день великой победы нашего народа над германским империализмом. Великие жертвы, принесённые нами во имя свободы и независимости нашей Родины, неисчислимые лишения и страдания, пережитые нашим народом в ходе войны, напряжённый труд в тылу и на фронте, отданный на алтарь Отечества, – не прошли даром и увенчались полной победой над врагом. Вековая борьба славянских народов за своё существование и свою независимость окончилась победой над немецкими захватчиками и немецкой тиранией». (И. Сталин «О Великой Отечественной войне Советского Союза», стр. 192–193).

Очень важно обратить внимание на следующий момент в Обращении Сталина. А именно, наш вождь отметил, что в задачи Гитлера входило расчленение Советского Союза и отрыв от него Кавказа, Украины, Белоруссии, Прибалтики и других областей. Сталин сказал, что Гитлер «прямо заявил: «Мы уничтожим Россию, чтобы она больше никогда не смогла подняться»… Но сумасбродным идеям Гитлера не суждено было сбыться…». В то же время, продолжил Сталин: «Советский Союз торжествует победу, хотя он и не собирается ни расчленять, ни уничтожать Германию» (стр. 193).

По этому поводу мы можем заметить, что то, что не удалось Гитлеру, удалось современному сионистскому, англо-саксонскому (т. е. американо-английскому), западному капиталу, который, опираясь на внутренних предателей, разрушил Советский Союз и сейчас стремится полностью захватить и колонизировать Россию, уничтожив её как самостоятельное независимое суверенное государство.

Не дать осуществиться этим зловещим планам – задача современного революционного коммунистического движения России, экс-СССР.

Победный май 45-го

Бессмертный подвиг советского народа, его доблестных Вооружённых Сил, спасших мировую цивилизацию от коричневой чумы, получил всеобщее признание. В адрес Советского правительства, лично товарища Сталина нескончаемым потоком шли поздравления в связи с победоносным окончанием войны и подписанием Акта о безоговорочной капитуляции.

В ознаменование победы над фашистской Германией Президиум Верховного Совета СССР объявил 9 мая днём всенародного торжества – Днём Победы и учредил медали «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.» и «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.» («История Второй мировой войны…», т. 10, стр. 366).

После подписания Акта о безоговорочной капитуляции немецко-фашистские войска начали складывать оружие. Только на юго-западном участке советско-германского фронта фашисты отказались это сделать, надеясь сдать войска группы армий «Центр» и «Австрия» американцам. Однако советское командование сорвало эти планы.

Всего в период с 9 по 17 мая Красная Армия взяла в плен и приняла на основе акта о капитуляции около 1 млн. 391 тыс. солдат и офицеров и 101 генерала (стр. 367).

В то время как советское командование полностью разоружило всех немецких военнослужащих и направило их в лагеря для военнопленных, английское и американское командование затягивали осуществление акта о капитуляции. В американской и британской зонах оккупации немецкие войска не были пока распущены. В английской зоне, например, сохранялась армейская группа Мюллера, переименованная в группу «Норд», с прежним полевым управлением и штабом, численностью более 200 тыс. человек. Кроме неё на территории Шлезвиг-Гольштейна оставалось около 1 млн. солдат и офицеров, не переведенных на положение военнопленных, с которыми проводились занятия по боевой подготовке. Медленно проходил роспуск немецко-фашистских войск в Голландии, Дании и особенно в Норвегии, где разоружение 400 тыс. солдат и офицеров закончилось лишь к концу 1945 г.

Не спешили западные державы и с ликвидацией правительства Деница. Прибывший 13 мая во Фленсбург, на севере Германии, где находилась резиденция правительства Деница, во главе Контрольной комиссии США и Англии американский генерал Л. Рукс вместо действенного контроля за тем, как осуществляется безоговорочная капитуляция, заявил гросс-адмиралу, что имеет приказ сотрудничать с ним. Это окрылило Деница и его окружение, и они развили деятельность, чтобы вбить клин между союзниками.

Вполне естественно, что преступная деятельность правительство Деница, открыто поощряемая американо-английским командованием, вызвала негодование демократических сил мира, в т. ч. и немецкого народа. По настоянию Советского правительства во Фленсбург была направлена специальная делегация, которая потребовала немедленного ареста Деница и его сообщников. 23 мая правительство Деница было упразднено, а члены его кабинета и офицеры штаба верховного командования арестованы. Впоследствии руководители фашистского правительства и генералы верховного командования предстали перед Международным военным трибуналом в Нюрнберге и были осуждены как главные военные преступники.

Выступая на приёме в Кремле в честь командующих войсками Красной Армии 24 мая 1945 г., товарищ Сталин сказал: «Я хотел бы поднять тост за здоровье нашего Советского народа и, прежде всего, русского народа. Я пью, прежде всего, за здоровье русского народа потому, что он является наиболее выдающейся нацией из всех наций, входящих в состав Советского Союза. Я поднимаю тост за здоровье русского народа потому, что он заслужил в этой войне общее признание, как руководящей силы Советского Союза среди всех народов нашей страны. Я поднимаю тост за здоровье русского народа не только потому, что он – руководящий народ, но и потому, что у него имеется ясный ум, стойкий характер и терпение. У нашего правительства было не мало ошибок, были у нас моменты отчаянного положения в 1941–1942 годах, когда наша армия отступала, покидала родные нам сёла и города Украины, Белоруссии, Молдавии, Ленинградской области, Прибалтики, Карело-Финской республики, покидала, потому что не было другого выхода. Иной народ мог бы сказать Правительству: вы не оправдали наших ожиданий, уходите прочь, мы поставим другое правительство, которое заключит мир с Германией и обеспечит нам покой. Но русский народ не пошёл на это, ибо он верил в правильность политики своего Правительства и пошёл на жертвы, чтобы обеспечить разгром Германии. И это доверие русского народа Советскому правительству оказалось той решающей силой, которая обеспечила историческую победу над врагом человечества, – над фашизмом. Спасибо ему, русскому народу, за это доверие! За здоровье русского народа!». (И. Сталин «О Великой Отечественной войне Советского Союза», стр. 196–197).

В честь победы над фашистской Германией 24 июня в Москве состоялся парад войск действующей армии, Военно-Морского Флота и Московского гарнизона – Парад Победы. Десять фронтов послали на него своих лучших воинов. Среди них были и представители польской армии. Сводные полки, состоявшие из героев войны, во главе со своими прославленными полководцами под боевыми знамёнами прошли торжественным маршем по Красной площади. Трудящиеся горячо приветствовали доблестных воинов. Под барабанный бой 200 советских солдат бросили к подножию Мавзолея В. И. Ленина 200 знамён разгромленной германской армии. Этим символическим актом советские воины навеки закрепили в памяти человечества бессмертный подвиг своего народа, его Вооружённых Сил и ленинско-сталинской партии, которая подняла всю страну на Великую Отечественную войну и привела её к окончательной победе. «Это час велик не только для победителей, но и для Германии, час, когда убит дракон. Страшное и ненормальное чудовище, называемое национал-социализмом, испустило дух, и Германия, по крайней мере, освобождена от проклятия называться страной Гитлера», – заявил в те памятные дни немецкий писатель Томас Манн. («История Второй мировой войны…», т. 10, стр. 367).

Процесс осуществления условий безоговорочной капитуляции проходил в остром противоборстве с реакционными англо-американскими кругами, которые пытались сорвать четырёхсторонние соглашения держав-победительниц, посеять вражду и недоверие между народами и подорвать устои мира в Европе.

Особенно неистовствовал У. Черчилль, который противился выводу союзных войск в свои зоны оккупации. Посвящённый в своё время Рузвельтом в проект разработки атомной бомбы, Черчилль в беседе с видным американским государственным и общественным деятелем Дж. Фарли заявил, что если бы ему удалось настоять на своём, то союзники приказали бы русским войскам убраться обратно в Россию в течение 90 дней после капитуляции Германии. А в случае несогласия он позаботился бы о том, чтобы сбросить на них одну или несколько атомных бомб, где они причинили бы им наибольшие разрушения.

Таким образом, ещё не успели высохнуть чернила на акте о капитуляции Германии, как премьер-министр Англии выдвинул чудовищную идею развязывания новой войны – против СССР, призывая использовать временную американскую монополию на ядерное оружие. Однако мощь Советского государства, его громадный международный авторитет, а также стремление человечества к миру не позволили в тот период осуществить эту безумную идею (стр. 368–369).

В 1945 г. условия безоговорочной капитуляции фашистской Германии вытекали из требований окончательной ликвидации фашизма.

Советское правительство, настаивая на полной демилитаризации и демократизации Германии, видело свою главную цель в том, чтобы помочь немецкому народу выйти на дорогу мира и социального прогресса, способствовать национальному возрождению страны, укреплению её самостоятельности и независимости.

Коренным образом отличалась оккупационная политика правительств США, Англии и Франции в западной части Германии. Руководствуясь своими империалистическими интересами, они приняли все меры к тому, чтобы сохранить всесилие капиталистических монополий, создать плацдарм для подготовки войны против СССР. В будущем в лице Германии они хотели видеть своего союзника в проведении этой политики.

#### § 12. Вопросы послевоенного устройства мира. Создание Организации Объединённых Наций

Послевоенное устройство мира во многом зависело от успешного решения задачи по созданию всеобщей организации безопасности, способной обеспечить мир и сотрудничество народов, устранить всякую возможность возникновения новой войны. Вначале на переговорах в Думбартон-Оксе, а затем на Крымской конференции были подготовлены предложения по созданию такой организации и окончательно согласованы принципы, на которых должна строиться её работа. Созвать конференцию Объединённых Наций было решено в Сан-Франциско в апреле 1945 г. («История Второй мировой войны…», т. 10, стр. 461).

25 апреля 1945 г. в Сан-Франциско открылась конференция по созданию Организации Объединённых Наций.

Она должна была выработать окончательный текст Устава ООН, учредить международную организацию, призванную объединить усилия миролюбивых государств ради сохранения мира и обеспечения международной безопасности и сотрудничества.

В ходе подготовки к конференции было немало сложностей.

«Творцы американской политики, – свидетельствует профессор Нью-Йоркского университета Г. Колко, – намечали структуру будущей Организации Объединённых Наций, исходя, прежде всего, из основных интересов Соединённых Штатов как мировой державы» (стр. 467).

Английская дипломатия рассчитывала занять в аппарате будущей организации такое положение, которое дало бы Англии возможность оказывать своё влияние на её деятельность.

И в США, и в Англии имелось ряд политиков, которые вообще выступали против создания ООН. Однако все попытки помешать созданию организации не имели успеха. Созыв её явился одним из важных итогов победы антигитлеровской коалиции в войне, выражением объективной необходимости мирного сосуществования государств с различным социальным строем.

При определении состава участников конференции её организаторы – СССР, США, Великобритания и Китай в соответствии с Крымским соглашением, пригласили на неё все страны, подписавшие 1 января 1942 г. Декларацию Объединённых Наций, а также государства, присоединившиеся к Декларации впоследствии и объявившие войну фашистскому блоку. Равноправными членами ООН стали правительства Украинской и Белорусской ССР. Из 42 государств, которым от имени четырёх великих держав было направлено приглашение на конференцию, 19 были латиноамериканскими, 4 – британскими доминионами. Это обстоятельство обеспечивало США и Англии большинство в ООН. После освобождения Дании её правительство также получило приглашение на конференцию. В ходе её был решён вопрос о допуске представителей Аргентины.

На конференцию не были приглашены страны, остававшиеся в войне нейтральными (Ирландия, Исландия, Португалия, Швеция и другие), а также те, которые ещё были оккупированы Германией или Японией (Австрия, Таиланд). В работе её не смогли принять участие государства, правительства которых не были признаны США и Англией (Албания, Польша, Монгольская Народная Республика), несмотря на то, что Советский Союз не возражал против присутствия некоторых стран, которые не имели с ним дипломатических отношений. В конференции не участвовали бывшие союзники и сателлиты Германии и Японии, хотя они порвали с агрессорами и объявили им войну.

После длительной дискуссии советской делегации удалось добиться решения рассматривать Польшу в качестве государства-учредителя Организации Объединённых Наций.

По настоянию советской делегации председательствование на конференции осуществлялось попеременно главами делегаций: от СССР – В. М. Молотовым, а после его отъезда – А. А. Громыко, от США – Э. Стеттиниусом, от Великобритании – А. Иденом, от Китая – Сун Цзы-венем.

В отличие от довоенных международных конференций, работа которых велась на французском или английском языках, в Сан-Франциско при рабочем языке английском официальными языками были признаны английский, французский, русский, китайский и испанский. Тем самым русский язык был утверждён в качестве международного, что соответствовало роли СССР в мире.

На повестке дня был один вопрос – разработка Устава Организации Объединённых Наций.

Острая дискуссия развернулась по вопросу о Совете Безопасности ООН, прежде всего о порядке голосования в нём. Советской делегации удалось отстоять принцип единогласия великих держав – постоянных членов СБ ООН, что было принято большинством голосов участников конференции и зафиксировано в Уставе ООН.

Острая и длительная полемика развернулась также по вопросу о международной опеке. Делегация СССР добивалась того, чтобы зависимые страны получили подлинную национальную независимость, что соответствовало бы и интересам международной безопасности.

В результате острой борьбы конференция приняла компромиссные решения. В статье 76 Устава ООН было записано, что система опеки будет способствовать прогрессивному развитию населения подопечных территорий «в направлении к самоуправлению или независимости, как это может оказаться подходящим для специфических условий каждой территории и её народов, и имея в виду свободно выраженное желание этих народов…» (стр. 469–470).

Конференция завершила свою работу 26 июня единогласным принятием и подписанием Устава Организации Объединённых Наций. Настойчивая и последовательная борьба советской дипломатии в защиту принципов международного демократического сотрудничества принесла свои плоды. Советский Союз вновь доказал, что готов сотрудничать с другими державами – США, Англией, Китаем, если и они этого пожелают. В условиях только что окончившейся войны в Европе, в которой Советский Союз сыграл решающую роль, правительства США и Великобритании сочли необходимым пойти на принятие демократических принципов международного сотрудничества.

В преамбуле Устава дано определение главной цели ООН – «избавить грядущие поколения от бедствий войны, дважды уже в нашей жизни принесшей человечеству невыразимое горе» (стр. 470). Устав ООН обязывает её членов принимать эффективные коллективные меры для предотвращения и устранения угрозы миру и подавления актов агрессии, а также разрешать международные споры мирным путём в соответствии с принципами справедливости и международного права. ООН учреждалась как универсальная организация, и доступ в неё открыт для всех миролюбивых государств, которые принимают на себя содержащиеся в Уставе обязательства и могут и желают их выполнять. В уставе нашёл отражение принцип мирного сосуществования государств с различным социально-экономическим строем.

Главным органом ООН, несущим основную ответственность за поддержание международного мира и безопасности, является Совет Безопасности (СБ ООН). Генеральная Ассамблея является совещательным органом, который собирается, как правило, один раз в год и выносит рекомендации по обсуждаемым вопросам, включая меры мирного урегулирования споров или любой ситуации, если данный вопрос не находится на рассмотрении СБ ООН. Местом пребывания штаб-квартиры ООН был избран Нью-Йорк.

Были также учреждены Экономический и Социальный совет, действующий под руководством Генеральной Ассамблеи, который мог собирать свои сессии в Нью-Йорке или Женеве; Международный суд, который должен работать в Гааге. Устав ООН также предусматривал создание Совета по опеке.

Потсдамская конференция

Окончание войны в Европе, разгром и капитуляция фашистской Германии со всей остротой поставили перед великими державами – СССР, США и Англией ряд сложных внешнеполитических проблем. Необходимо было срочно согласовать их позиции в отношении побеждённой Германии в области политики, экономики, решить вопрос о германско-польской границе. Нуждалась также в согласовании политика трёх держав в отношении бывших союзников и сателлитов гитлеровской Германии и по ряду других проблем.

На предстоящей конференции английское правительство намеревалось занять по всем вопросам самую жёсткую позицию и попытаться навязать Советскому Союзу свои условия. Черчилль хотел, особенно на заключительном этапе, «дать бой» советской делегации. Он даже не пытался скрыть, что готов скорее пойти на «открытый разрыв», чем согласиться с предложениями СССР относительно западной границы Польши.

Президент США также предполагал занять на конференции жёсткую позицию, но не готов были идти так далеко, как Черчилль, т. к. США ещё вели войну на Дальнем Востоке и они нуждались в участии СССР в разгроме японских агрессоров.

Конференция проходила с 17 июля по 2 августа 1945 г. в пригороде Берлина Потсдаме во дворце Цецилиенхоф. Делегацию Советского Союза возглавлял И. В. Сталин, США – Г. Трумэн, Англии – У. Черчилль, а с 28 июля новый премьер-министр К. Эттли. Сюда же прибыли министры иностранных дел трёх держав В. М. Молотов, Дж. Бирнс и А. Иден (с 28 июля – Э. Бевин), а также другие дипломатические и военные деятели.

Главным вопросом, обсуждавшимся в Потсдаме, был германский вопрос. Требовалось безотлагательно наметить пути дальнейшего развития Германии, согласовать политику оккупирующих держав, решить ряд других важных проблем. Германия не имела ни правительства, ни каких-либо органов общегосударственной власти. Тотальная война, которую вели гитлеровцы, довела экономику страны до полного краха. При обсуждении вопроса, что же собственно представляет из себя Германия, Сталин отметил, что трудно дать иное определение как «разбитая страна».

В Потсдаме были приняты «Политические и экономические принципы, которыми необходимо руководствоваться при обращении с Германией в начальный контрольный период». Целью этого соглашения являлось развитие Германии как демократического миролюбивого государства. «Германский милитаризм и нацизм будут искоренены, – говорилось в заключительном коммюнике конференции, – и Союзники, в согласии друг с другом, сейчас и в будущем, примут и другие меры, необходимые для того, чтобы Германия никогда больше не угрожала своим соседям или сохранению мира во всём мире» («История Второй мировой войны…», т. 10, стр. 467). В то же время три державы заявляли, что они не собираются уничтожать или ввергнуть в рабство немецкий народ. Они провозглашали своё намерение дать народу Германии возможность осуществить реконструкцию своей жизни на демократической и мирной основе, с тем, чтобы со временем он мог занять место среди свободных и миролюбивых народов планеты.

В Потсдаме была достигнута договорённость, что цель оккупации Германии – полное её разоружение и демилитаризация, а также ликвидация всей германской промышленности, которая может быть использована для военного производства, или контроль над ней.

Было решено распустить все сухопутные, морские и воздушные вооружённые силы Германии, СС, СА, СД и гестапо со всеми их организациями, включая генеральный штаб, а также другие военные и полувоенные организации, служившие интересам поддержания военных традиций. Всё вооружение подлежало передаче союзникам или уничтожению, производство оружия, военного снаряжения и орудий войны, а также всех типов самолётов и морских судов запрещалось.

Решения Потсдамской конференции предусматривали уничтожение национал-социалистской партии и подконтрольных ей организаций, предупреждение их возрождения в любой форме и предотвращение всякой фашистской деятельности или пропаганды. Отменялись все фашистские законы. Активные члены национал-социалистской партии удалялись с ответственных постов в общественных организациях и на крупных предприятиях. В то же время разрешались и поощрялись все демократические партии, свободные профсоюзы, населению Германии предоставлялись свобода слова и печати в рамках оккупационного режима.

Устанавливалось, что Германия в период оккупации должна рассматриваться как единое экономическое целое. Предусматривалось создание центральных административных департаментов в области финансов, транспорта, коммуникаций, внешней торговли и промышленности.

В Потсдаме подтверждалось, что в начальный контрольный период верховная власть в Германии будет осуществляться главнокомандующими вооружёнными силами СССР, США, Англии и Франции соответственно в их зонах оккупации. По вопросам, общим для всей Германии, они должны были действовать совместно как члены Контрольного совета.

Советская делегация внесла предложение, чтобы главный арсенал германского милитаризма – Рурская промышленная область в административном отношении была поставлена под совместный контроль США, Великобритании, СССР и Франции, а управление ею осуществлял Союзный совет из их представителей. Однако США и Англия не согласились с этим предложением. В их правящих кругах начал рассматриваться вопрос, как бы превратить Германию в форпост против Советского Союза и использовать в своих интересах её военно-экономический потенциал, сосредоточенный главным образом в западных зонах оккупации.

Одним из вопросов, который наглядно выявил империалистическую сущность политики США и Англии и вызвал острую дискуссию, был вопрос о репарациях.

Репарации должны были явиться средством экономического разоружения Германии и одновременно, средством частичного возмещения ущерба, причинённого государствам – жертвам агрессии. Ещё в Ялте была достигнута договорённость, что Германия обязана возместить ущерб, причинённый ею другим государствам в ходе войны, причём США согласились с предложением Советского Союза о сумме репараций в 20 млрд. долл. в качестве базы для обсуждения. Теперь же правительство США отреклось от своей прежней позиции.

Территория США не подверглась оккупации, напротив, американские монополии, как и в первую мировую войну, разбогатели на военных поставках. Правящие круги США рассчитывали использовать испытываемые Советским Союзом трудности, чтобы попытаться навязать ему выгодные для себя решения. Они не хотели, чтобы взимание репараций привело к ослаблению позиций германской буржуазии, что могло сказаться на расстановке классовых сил в Германии.

Американская делегация предложила, чтобы каждая из оккупационных держав взимала репарации в своей зоне оккупации, что ставило СССР в невыгодное положение, так как важнейшие промышленные и военно-экономические центры Германии находились в западных зонах оккупации. Кроме того, американские войска в ходе военных действий заняли часть советской зоны оккупации и выходя из неё, вывезли оттуда значительное количество промышленного оборудования и другого имущества, угнав в том числе 20 тысяч железнодорожных вагонов.

Репарационные требования Советского Союза были самыми скромными. «Мы потеряли очень много оборудования в этой войне, страшно много, – отмечал на конференции Сталин. – Надо хоть одну двадцатую часть возместить» (стр. 478). Даже буржуазные исследователи признавали требования Советского правительства справедливыми. Так, западногерманский автор В. Мариенфельд характеризовал сумму советских репарационных претензий в 10 млрд. долл. как вполне понятную, законную и не вызывающую сомнений, если соразмерить её с масштабом военных опустошений в СССР.

Представители США и Великобритании пытались увязать вопрос о репарациях с другими вопросами, но Сталин заявил, что советская делегация будет голосовать по каждому вопросу в отдельности.

В конце концов было решено, что репарационные претензии США, Англии и других стран, имеющих право на репарации, будут удовлетворены из западных зон и за счёт германских вложений за границей. Репарационные претензии СССР подлежали удовлетворению из советской зоны оккупации Германии. Кроме того, Советский Союз должен был получить 25 % того промышленного оборудования, которое будет изъято в репарационных целях из трёх западных зон военной оккупации (10 % безвозмездно и 15 % в обмен на продовольствие, уголь, лесоматериалы, нефтепродукты и другие товары). Из своей доли Советский Союз согласился удовлетворить репарационные претензии Польши.

В острой дискуссии проходило обсуждение судьбы германского военно-морского и торгового флота. Черчилль пытался отделить эту проблему от решения вопроса об общем возмещении ущерба, причинённого Германией другим странам. Он хотел разделить германский флот в соответствии с тем, сколько кораблей каждая из трёх держав потеряла в ходе войны. Эта попытка не увенчалась успехом: было решено поделить военно-морской и торговый флот Германии поровну между СССР, Англией и США, большинство германских подводных лодок по предложению Великобритании подлежало уничтожению.

На конференции встал вопрос о Восточной Пруссии, неоднократно служившей германским агрессорам плацдармом для экспансии на Восток. Представители США и Англии согласились с советским предложением о передаче СССР Кенигсберга и прилегающего к нему района, что и было зафиксировано в решениях конференции. В дальнейшем Кенигсберг получил название Калининград.

Обсуждался также вопрос о наказании фашистских военных преступников. В решениях конференции провозглашалось, что военные преступники и те, кто участвовал в планировании или осуществлении мероприятий, влекущих за собой или имеющих своим результатом зверства или военные преступления, должны быть арестованы и преданы суду.

Много времени и усилий потребовала выработка согласованной позиции в отношении Польши.

5 июля США и Англия признали польское Временное правительство национального единства, созданное в соответствии с решениями Крымской конференции. Однако эмигрантское правительство в Лондоне не торопилось сворачивать свою деятельность. По предложению советской делегации было принято решение, в котором выражалось удовлетворение в связи с образованием польского Временного правительства национального единства, признанного тремя державами. В нём констатировалось, что это привело к прекращению признания Англией и США бывшего Лондонского правительства, которое «больше не существует». Тем самым судьба эмигрантского польского правительства была окончательно решена.

Острая борьба развернулась в связи с определением послевоенной польско-германской границы. Основываясь на решениях Крымской конференции, советская делегация вручила делегациям США и Англии проект соглашения об установлении западной границы Польши по линии Одер-Нейсе. Эти территории в основном были заселены поляками, и немцы оттуда переселялись. Однако представители США и Англии под разными предлогами выступали против советского предложения.

Черчилль признавал, что в случае его переизбрания он намерен был схватиться по этому вопросу с Советским правительством. «Ни я, ни мистер Иден, – писал он впоследствии, – никогда не согласились бы, чтобы линия границы проходила по Западной Нейсе» (стр. 480).

Но в Великобритании на выборах 26 июля консерваторы проиграли, к власти пришли лейбористы, в связи с чем в Потсдаме Черчилля и Идена заменили Эттли и Бевин. Позиция лейбористов по данному вопросу была близка позиции консерваторов. Однако Эттли не хотел начинать свою деятельность со срыва конференции. Поэтому советское предложение о приращении территории Польши на западе за счёт территории Германии, заселённой в основном поляками, было поддержано. Тем самым сложились окончательные границы современного польского государства.

Впоследствии решения о границе были закреплены в договорах, заключённых Польской Народной Республикой с ГДР 6.07.1950 г. и с ФРГ 21.12. 1972 г.

В связи с окончанием войны в Европе назрела необходимость мирного урегулирования с бывшими союзниками фашистской Германии, впоследствии порвавшими с ней. Был учреждён Совет министров иностранных дел пяти держав (СССР, США, Англии, Франции и Китая) для работы по составлению мирных договоров для Италии, Румынии, Болгарии, Венгрии и Финляндии.

И здесь Запад в лице президента США Трумэна пытался выторговать выгодные для Италии – главного союзника гитлеровской Германии в Европе, – решения, вплоть до прекращения действия условий капитуляции и вступления Италии в ООН. В то же время Трумэн потребовал немедленной реорганизации правительств Румынии и Болгарии, с чем Советское правительство не согласилось. Сталин прямо заявил, что облегчая положение Италии, следует одновременно решать аналогичные вопросы с Румынией, Болгарией, Венгрией и Финляндией, а именно начать с восстановления дипломатических отношений с ними.

Подход правящих кругов Англии и США к решению этой проблемы определялся их стремлением не допустить какого-либо ослабления устоев капитализма в Европе, а также прогрессивных социальных сдвигов в европейских странах. Несмотря на усиленное давление, советская делегация предотвратила попытки западных держав вмешаться во внутренние дела государств Центральной и Юго-Восточной Европы. Принятые на конференции решения обеспечивали благоприятные условия для дальнейшего развития стран народной демократии и укрепления их международного положения.

При обсуждении спорных вопросов правительство США прибегало к шантажу атомной бомбой. 16 июля в США, в день прибытия американской делегации в Берлин, был успешно произведён ядерный взрыв, о чём американцы проинформировала Черчилля. Британский премьер посчитал нужным проинформировать о бомбе советскую делегацию, чтобы использовать это как аргумент в свою пользу. Характеризуя настроение Черчилля, начальник британского имперского генерального штаба А. Брук отметил в своём дневнике, что премьер уже видел себя способным уничтожить все промышленные объекты и население России (стр. 482).

24 июля Трумэн с подчёркнуто важным видом подошёл к Сталину и сообщил ему, что американцы создали новую бомбу исключительной разрушительной силы, тем самым положив начало пресловутой американской «атомной дипломатии». Но, как писал он впоследствии, «русский премьер не проявил какого-либо интереса» (стр. 483). Рассчитанный американцами ход явно не удался. Против СССР механизм «бомбы» не сработал. Кое-кто из англичан и американцев поспешил с выводами, будто Сталин не понял, о каком открытии идёт речь.

Но они ошибались. Маршал Советского Союза Жуков вспоминал, как Сталин, вернувшись с заседания, в его присутствии передал Молотову свой разговор с Трумэном:

«В. М. Молотов тут же сказал:

– Цену себе набивают.

И. В. Сталин рассмеялся:

– Пусть набивают. Надо будет сегодня же переговорить с Курчатовым об ускорении нашей работы.

Я понял, что речь шла о создании атомной бомбы» (там же).

На конференции рассматривался вопрос и о скорейшем завершении войны на Дальнем Востоке. Советская делегация подтвердила, что СССР выполнит свои обязательства и в установленный срок примет участие в разгроме дальневосточного агрессора. Все принятые на Потсдамской конференции решения были зафиксированы в протоколе, подписанном главами правительств трёх стран. Большинство из них вошло в согласованное тремя сторонами Сообщение о Потсдамской конференции трёх держав, опубликованное сразу после её завершения.

По мере того, как на конференции принимались решения по тому или иному вопросу, правительства СССР, США и Англии передавали их французскому правительству с просьбой присоединиться к ним. 7 августа министр иностранных дел Франции Ж. Бидо вручил дипломатическим представителям трёх держав шесть нот, в которых излагалась позиция Франции в связи с принятыми в Потсдаме решениями. В принципе французское правительство соглашалось с ними, но оговорило или зарезервировало свою позицию по отдельным конкретным вопросам. Так, были сделаны оговорки относительно целесообразности создания общегерманских политических партий и центральных административных департаментов. Бидо рассматривал эти вопросы прежде всего с точки зрения борьбы с коммунизмом. В беседе с американским послом в Париже Дж. Кеффери он высказал мысль, будто указанные меры могут привести в «большевизации» всей Германии. Французское правительство заявило об отсутствии у него возражений против соглашения о западной границе Польши; выразило согласие принять участие в работе Совета министров иностранных дел и Союзной репарационной комиссии.

Несмотря на различный подход участников Потсдамской конференции к рассматриваемым вопросам, она успешно завершила свою работу принятием согласованных решений, которые подводили итоги многолетней кровавой войне, развязанной гитлеровской Германией и заложили основы послевоенного устройства Европы.

Принятие в Потсдаме демократических и справедливых решений определялось той ролью, которую играл на конференции Советский Союз. Несмотря на все надежды правящих кругов западных держав на ослабление СССР в ходе войны, он вышел из неё могущественной державой. Авторитет Советского Союза во всём мире неизмеримо вырос. Правительства США и Англии не могли не считаться с его позицией, и были вынуждены искать на конференции приемлемые решения.

На конференции рассматривался вопрос о положении на Тихоокеанском театре военных действий. Была принята декларация трёх держав – США, Англии и Китая, в которой содержалось предложение правительству Японии о безоговорочной капитуляции и немедленном окончании войны. В Потсдамской декларации также излагались основные принципы послевоенного развития Японии, содержалось положение о необходимости ликвидации японского милитаризма, создания условий для возрождения и укрепления демократических традиций в стране. Подтверждалось решение об изгнании японских захватчиков с оккупированных территорий и ограничении суверенитета Японии островами Хонсю, Хоккайдо, Кюсю, Сикоку и другими, менее крупными. После вступления Советских Вооружённых Сил в войну с Японией к Потсдамской декларации присоединился и Советский Союз.

Нюрнбергский процесс

С 20 ноября 1945 г. по 1 октября 1946 г. состоялся процесс над главарями фашистской Германии, виновными в чудовищных преступлениях против человечества. Процесс было решено провести в Нюрнберге – городе, являвшемся в течение многих лет цитаделью фашизма. В нём проходили съезды национал-социалистской партии, проводились парады штурмовых отрядов.

Георгий Димитров отмечал: «Германский фашизм (выделено мною, Д. И.), это не только буржуазный национализм. Это звериный шовинизм. Это правительственная система политического бандитизма, система провокаций и пыток в отношении рабочего класса и революционных элементов крестьянства, мелкой буржуазии и интеллигенции. Это средневековое варварство и зверство. Это необузданная агрессия в отношении других народов и стран» («История Второй мировой войны…», т. 10, стр. 485).

Фашисты замучили, расстреляли, уничтожили в газовых камерах свыше 12 млн. женщин, стариков, детей, хладнокровно и безжалостно уничтожали военнопленных. Они сровняли с землёй тысячи городов и сёл, угнали на каторжные работы в Германию миллионы людей из оккупированных ими европейских стран.

Истребления, пытки, разграбления были введены в ранг государственной политики. «Мы, – говорил Гитлер, – должны развить технику обезлюживания. Если вы спросите меня, что я понимаю под обезлюживанием, я скажу, что имею в виду устранение целых расовых единиц… устранить миллионы низшей расы…» (там же).

В разработке и осуществлении планов массового уничтожения мирного населения непосредственное участие принимало ведомство рейхсфюрера СС Гиммлера, верховное главнокомандование вооружённых сил и главное командование сухопутных войск. Они создали зловещую «индустрию человекоистребления», на которой наживались германские монополии. Чтобы поработить оставшихся в живых, варварски разрушались исторические памятники и национальные реликвии, уничтожалась материальная и духовная культура народов.

Вот почему справедливое возмездие стало требованием всех честных людей, одним из условий сохранения мира на земле.

Правда, реакционные круги США и Великобритании пытались не допустить гласного процесса над гитлеровским главарями, заявляя, что преступления фашистов и так очевидны, а сбор судебных доказательств займёт много времени. По свидетельству Трумэна, Черчилль ещё в октябре 1943 г. пытался убедить Сталина в том, что главных военных преступников надо расстрелять без суда (стр. 486).

В правящих кругах западных стран возникли опасения, что гласное судебное разбирательство преступлений германского фашизма может привести к выявлению неприглядной роли Великобритании, США и других капиталистических стран, их пособничество Гитлеру, помощь ему в создании мощной военной машины и поощрение его агрессии на восток, против СССР. Они боялись, как бы судебный процесс не перерос в обвинение всей империалистической системы, выпестовавшей и взрастившей фашизм в Германии.

Но Советский Союз последовательно и неуклонно добивался того, чтобы гитлеровские главари предстали перед Международным судом, а принятые декларации и международные соглашения о наказании всех военных преступников строго соблюдались, ибо нет большего поощрения преступлений, чем безнаказанность. Руководители США и Великобритании не могли пойти против воли своих народов.

О строгом наказании фашистских преступников говорилось в Московской декларации, подписанной руководителями СССР, США и Великобритании 30 октября 1943 г., в других международных соглашениях.

Международный военный трибунал был создан на основе лондонского соглашения от 8 августа 1945 г. между правительствами СССР, США, Великобритании и Франции, к которому присоединились 19 других государств. Тогда же был принят Устав Трибунала, в котором в качестве основного положения зафиксировано, что Международный военный трибунал учреждается для справедливого и быстрого суда и наказания главных военных преступников европейских стран оси.

Вскоре после подписания Лондонского соглашения на паритетных началах был сформирован Международный военный трибунал из представителей государств: от СССР – заместитель председателя Верховного суда Союза ССР генерал-майор юстиции И. Т. Никитченко, от США – член федерального верховного суда Ф. Биддл, от Великобритании – главный судья лорд Д. Лоренс, от Франции – профессор уголовного права Д. де Вабр. Также от каждой страны были назначены заместители членов Трибунала. Председательствующим на первом заседании был избран Лоуренс.

Аналогичным образом организовывалось и обвинение. Главными обвинителями были: от СССР – прокурор Украинской ССР Р. А. Руденко, от США – член федерального верховного суда (бывший помощник президента Рузвельта) Р. Джексон, от Великобритании – генеральный прокурор и член палаты общин Х. Шоукросс, от Франции – министр юстиции Ф. де Ментон, которого затем сменил Ш. де Риб. Помимо главных обвинителей, обвинение поддерживали их заместители и помощники.

Список обвиняемых, подлежавших суду Международного военного трибунала, включал: Г. Геринга, рейхсмаршала, главнокомандующего авиацией, ближайшего сообщника Гитлера; Р. Гесса, заместителя Гитлера по фашистской партии, члена совета министров по обороне империи; И. Риббентропа, министра иностранных дел, уполномоченного фашистской партии по вопросам внешней политики; Р. Лея, главы так называемого трудового фронта, одного из руководителей фашистской партии; В. Кейтеля, фельдмаршала, начальника штаба верховного главнокомандования; Э. Кальтенбруннера, обергруппенфюрера СС, начальника имперского управления безопасности и полиции безопасности, ближайшего сообщника Гиммлера; А. Розенберга, заместителя Гитлера по вопросам идеологической подготовки членов национал-социалистской партии, имперского министра по делам восточных оккупированных территорий; Г. Франка, рейхслейтера фашистской партии и президента академии германского права, генерал-губернатора оккупированных польских территорий; В. Фрика, министра внутренних дел и имперского уполномоченного по вопросам военной администрации; Ю. Штрейхера, гаулейтера Франконии, идеолога расизма и антисемитизма, организатора еврейских погромов; В. Функа, министра экономики, президента рейхсбанка, члена совета министров по обороне империи; Г. Шахта, организатора перевооружения вермахта, одного из ближайших советников Гитлера по вопросам экономики и финансов; Г. Круппа, главу крупнейшего военно-промышленного концерна, принимавшего активное участие в подготовке и осуществлении агрессивных планов германского милитаризма, виновника гибели многих тысяч людей, угнанных на каторжные работы в гитлеровскую Германию; К. Деница, гросс-адмирала, командующего подводным флотом, а с 1943 г. – военно-морскими силами, преемника Гитлера в качестве главы государства; Э. Редера, гросс-адмирала, до 1943 г. главнокомандующего военно-морскими силами; Б. Шираха, организатора и руководителя фашистских молодёжных организаций Германии, гитлеровского наместника в Вене; Ф. Заукеля, обергруппенфюрера СС, генерального уполномоченного по использованию рабочей силы; А. Йодля, генерал-полковника, начальника штаба оперативного руководства верховного командования вооружённых сил; Ф. Папена, одного из организаторов захвата власти в Германии фашистами, ближайшего сообщника Гитлера по «присоединению» Австрии; А. Зейсс-Инкварта, руководителя фашистской партии Австрии, заместителя генерал-губернатора Польши, гитлеровского наместника в Нидерландах; А. Шпеера, ближайшего советника и друга Гитлера, имперского министра вооружений и боеприпасов, одного из руководителей центрального комитета по планированию; К. Нейрата, бывшего министра иностранных дел, члена имперского совета обороны, а после захвата Чехословакии – протектора Богемии и Моравии; Г. Фриче, ближайшего сотрудника Геббельса, начальника отдела внутренней прессы министерства пропаганды и руководителя отдела радиовещания; М. Бормана, с 1941 г. заместителя Гитлера по фашистской партии, возглавлявшего партийную канцелярию, ближайшего сообщника Гитлера.

Они обвинялись в том, что в целях установления мирового господства германского империализма развязали агрессивную войну, то есть в преступлениях против мира, в убийствах и истязаниях военнопленных и мирных жителей оккупированных стран, угоне гражданского населения в Германию для принудительных работ, убийствах заложников, ограблении общественной и частной собственности, бесцельном разрушении городов и деревень, бесчисленных разорениях, не оправданных военной необходимостью, то есть в военных преступлениях, в истреблении, порабощении, ссылках и других жестокостях, совершенных в отношении гражданского населения по политическим, расовым или религиозным мотивам, то есть в преступлениях против человечности.

18 октября 1945 г. Международный военный трибунал принял подписанное главными обвинителями от СССР, США, Великобритании и Франции обвинительное заключение, которое в тот же день было вручено всем подсудимым с целью дать им возможность заблаговременно подготовиться к защите. Таким образом, в интересах справедливого суда с самого начала был взят курс на строжайшее соблюдение прав подсудимых. Мировая печать, комментируя обвинительный акт, отмечала, что этот документ говорит от имени оскорблённой совести человечества, что это не акт мести, а торжество справедливости, и перед судом предстанут не только главари гитлеровской Германии, но и вся система фашизма (стр. 490).

На скамье подсудимых оказалась почти вся фашистская верхушка за исключением Гитлера, Геббельса и Гиммлера, покончивших жизнь самоубийством, разбитого параличом Круппа, дело которого было выделено и приостановлено, исчезнувшего Бормана (он был осуждён заочно) и Лея, который, ознакомившись с обвинительным актом, повесился в камере Нюрнбергской тюрьмы.

Нюрнбергский процесс отразил гнев и возмущение человечества злодеяниями, виновники которых должны быть наказаны, чтобы подобное никогда не повторилось.

Гитлеровский режим в Германии был несовместим с элементарным понятием права, его законом стал террор. Организованная Гитлером и его ближайшими помощниками неслыханная провокация – поджог рейхстага – послужила сигналом для начала жесточайших репрессий против прогрессивных сил Германии, в первую очередь против Коммунистической партии. На улицах и площадях запылали костры из произведений немецких и зарубежных писателей, которыми по праву гордится всё человечество. Многие тысячи патриотов были убиты и замучены штурмовиками и эсесовскими палачами в созданных гитлеровцами концлагерях. В стране действовала широкая сеть наделённых огромной властью организаций, которые осуществляли террор, насилие, злодеяния.

Трибунал рассмотрел вопрос о признании преступными организаций германского фашизма – СС, СА, гестапо, СД, правительство, генеральный штаб и высшее командование германских вооружённых сил, а также руководящий состав национал-социалистской партии.

Фашистские агрессоры, оказавшиеся на скамье подсудимых, знали, что осуществляя вероломные нападения на другие государства, они тем самым совершают тягчайшие преступления против мира, знали и поэтому пытались замаскировать свои преступные действия лживыми домыслами об обороне. Они рассчитывали на то, подчёркивал Главный обвинитель от СССР Руденко, что «тотальная война, обеспечив победу, принесёт безнаказанность. Победа не пришла по стопам злодеяний. Пришла полная безоговорочная капитуляция Германии. Пришёл час сурового ответа за все совершённые злодеяния» (стр. 492–493).

Нюрнбергский процесс был исключительным по безупречности и силе доказательств обвинения. В качестве доказательств фигурировали показания многочисленных свидетелей, в том числе и бывших узников Освенцима, Дахау и других гитлеровских концлагерей, а также вещественные доказательства и документальные фильмы. Всего в суде было заслушано 116 свидетелей. Но решающая роль принадлежала официальным документам, подписанным теми, кто был посажен на скамью подсудимых. Было представлено более 4 тысяч документальных доказательств.

Тысячи документов из архивов гитлеровского генерального штаба и министерства иностранных дел, личных архивов Риббентропа, Розенберга, Геринга и Франка, переписка банкира Шрёдера и т. д., раскрывавших подготовку и развязывание агрессивных войн, легли на стол Международного военного трибунала и заговорили столь убедительным языком, что подсудимые не могли противопоставить им ни одного серьёзного довода.

Главарь одной из оперативных групп, осуществлявших массовое истребление мирного населения, О. Олендорф 3 января 1946 г. свидетельствовал: только его группа в течение года на юге Украины уничтожила 90 тыс. мужчин, женщин и детей. Истребление мирных жителей проводилось на основе соглашения между верховным командованием вооружённых сил, генеральным штабом сухопутных сил и ведомством Гиммлера.

От приказов Кейтеля, Геринга, Деница, Йодля, Рейхенау и Манштейна, а также многих других гитлеровских генералов, отмечал главный обвинитель от СССР, проложен кровавый след к многочисленным злодеяниям, совершённым на оккупированных территориях. 7 января на процессе давал показания обергруппенфюрер СС, член национал-социалистской партии с 1930 г. Э. Бах-Зелевски. Он рассказал о проходившем в начале 1941 г. совещании, на котором Гиммлер заявил, что одной из целей похода против СССР «являлось истребление славянского населения до 30 миллионов…». А на вопроса адвоката А. Тома, чем объяснялась такая постановка цели, обергруппенфюрер СС ответил: «это явилось логическим следствием всего нашего национал-социалистского мировоззрения… Если десятилетиями проповедуют, что славяне являются низшей расой, что евреи вообще не являются людьми, – неминуем именно такой результат…» (выделено мною, Д. И.), (стр. 493).

Национал-социалистская партия, как и её лидеры, были выпестованы монополистическим капиталом и милитаристскими кругами, а фашизм вызван к жизни алчными целями германского империализма.

Обеспечив установление фашистского режима, монополии и милитаристы стали готовить страну к агрессивной войне. Уже на первом совещании Гитлера с генералами, состоявшемся 3 февраля 1933 г., была поставлена задача будущей агрессии: освоение новых рынков сбыта, захват нового жизненного пространства на Востоке и его беспощадная германизация (стр. 494).

Подсудимые пытались уверить Трибунал, будто во всех зверствах повинен лишь Гиммлер и подчинённые ему профессиональные убийцы из СС. Однако было неопровержимо доказано, что массовые убийства и злодеяния задуманы и запланированы не только ведомством Гиммлера, но и верховным главным командованием, а истребление мирного населения и военнопленных осуществлялось эсесовскими и гестаповскими палачами в тесном сотрудничестве с генералитетом.

Так, например, фельдмаршал Г. Рундштедт, выступая в 1943 г. перед слушателями военной академии в Берлине, поучал: «Уничтожение соседних народов и их богатств совершенно необходимо для нашей победы (выделено мною, Д. И.). Одна из серьёзных ошибок 1918 года состояла в том, что мы пощадили жизнь гражданского населения вражеских стран… мы обязаны уничтожить по меньшей мере треть их обитателей…» (стр. 494).

Нюрнбергский процесс убедительно показал, что милитаризм явился той питательной средой, в которой бурно развивался фашизм. Помощник американского обвинителя Р. Кемпнер в своей речи подчеркнул, что одной из причин мировой катастрофы был вымысел о «коммунистической опасности». Эта опасность, заявил он, «была вымыслом, который в числе прочих вещей привёл в конечном счёте ко второй мировой войне» (стр. 495).

На основании многочисленных документальных доказательств, свидетельских показаний, в том числе фельдмаршала Ф. Паулюса, признаний самих подсудимых Трибунал записал в приговоре, что нападение на Советский Союз произведено «без тени законного оправдания. Это была явная агрессия» (стр. 495).

Нюрнбергский процесс вошёл в историю как процесс антифашистский. Перед всем миром была раскрыта человеконенавистническая сущность фашизма, его идеологии, в особенности расизма, являющегося идейной основой для развязывания агрессивных войн и массового истребления людей.

30 сентября-1 октября 1946 г. был оглашён приговор. Трибунал приговорил Геринга, Риббентропа, Кейтеля, Кальтенбруннера, Розенберга, Франка, Фрика, Штрейхера, Заукеля, Йодля, Зейсс-Инкварта, а также Бормана (заочно) к смертной казни через повешение, Гесса, Функа и Редера – к пожизненному заключению, Шираха и Шпеера – к 20, Нейрата – к 15 и Деница – к 10 годам тюремного заключения. Фриче, Папен и Шахт были оправданы. Трибунал объявил руководящий состав национал-социалистской партии, СС, СД и гестапо преступными организациями. Член Трибунала от СССР в Особом мнении заявил о несогласии с решением об оправдании Фриче, Папена и Шахта и непризнании генерального штаба и членов правительственного кабинета преступными организациями, так как в распоряжении Трибунала имелось достаточно доказательств их виновности. После отклонения Контрольным советом ходатайств осуждённых на смертную казнь о помиловании приговор в ночь на 16 октября 1946 г. был приведён в исполнение.

«Мы разделяем соображения советского судьи, – писала в передовой статье «Правда». – Но и при наличии Особого мнения советского судьи нельзя не подчеркнуть, что вынесенный в Нюрнберге приговор над гитлеровскими душегубами будет оценён всеми честными людьми во всём мире положительно, ибо он справедливо и заслуженно покарал тягчайших преступников против мира и блага народов. Закончился Суд истории…» (стр. 496).

Согласно Уставу Международного военного трибунала последующие процессы должны были состояться «в местах по определению Трибунала». По ряду причин, в том числе таких как отход западных держав от Потсдамских и других соглашений, принятых в ходе войны и сразу же после её окончания, деятельность Трибунала ограничилась Нюрнбергским процессом. Тем не менее, деятельность Международного военного трибунала и его Приговор имеют непреходящее значение.

Историческая роль Нюрнбергского процесса заключается в том, что впервые в истории международных отношений он положил конец безнаказанности агрессии и агрессоров в уголовно-процессуальном аспекте.

… Разве можно забыть подвалы рейхсбанка, в которых В. Функ и Э. Пуль хранили сундуки, наполненные золотыми коронками, зубными протезами и оправами от очков, которые были получены из лагерей смерти, а затем, превращённые в золотые слитки, отправлены в Базель, в банк международных расчётов?!

#### § 13. Вступление Советского Союза в войну против милитаристской Японии. Окончание второй мировой войны

Выполняя союзнические обязательства, Советский Союз 8 августа 1945 г. объявил войну милитаристской Японии, в которую он вступает с 9 августа.

К этому времени была проведена большая работа по стратегической перегруппировке войск с запада на восток страны и создана мощная наступательная группировка советских войск на Дальнем Востоке в составе трёх фронтов: Забайкальского – командующий Маршал Советского Союза Р. Я. Малиновский, 1-го Дальневосточного – командующий Маршал Советского Союза К. А. Мерецков, 2-го Дальневосточного – командующий генерал армии М. А. Пуркаев. В боевых действиях активное участие принимали Тихоокеанский флот – командующий адмирал И. С. Юмашев, Краснознамённая Амурская военная флотилия – командующий контр-адмирал Н. В. Антонов, три воздушные армии, три армии ПВО страны, части и соединения пограничных войск.

Главнокомандующим советскими войсками на Дальнем Востоке был назначен Маршал Советского Союза А. М. Василевский.

Вступление СССР в войну против империалистической Японии было справедливым актом в защиту интересов Советского Союза и всех стран, которым угрожали японские милитаристы. Все годы Великой Отечественной войны на дальневосточных рубежах нашей страны стояла миллионная Квантунская армия, что вынуждало советское командование даже в самые тяжёлые периоды Великой Отечественной держать десятки дивизий для недопущения агрессии Японии против СССР, для охраны границы на Дальнем Востоке.

Выполняя свои союзнические обязательства по вступлению в войну против Японии, данные нашей страной на Крымской конференции, Советский Союз тем самым приближал окончание Второй мировой войны, оказывал помощь народам Восточной и Юго-Восточной Азии в их освободительной борьбе против японских оккупантов, восстанавливал исторические права на территории, ранее незаконно отторгнутые Японией.

Одновременно с объявлением войны Японии, правительство СССР заявило о присоединении к Потсдамской декларации трёх держав: США, Великобритании и Китая, в которой выражалось требование к Японии о безоговорочной капитуляции, отклонённое японским правительством.

Напомню, что проект совместного заявления, получивший название Потсдамская декларация, был разработан правительством Соединённых Штатов ещё до начала Потсдамской конференции и уже в ходе конференции, 24 июля, когда Трумэн получил подробный отчёт об успешном испытании атомной бомбы, передан правительствам Великобритании и Китая (Чан Кай-ши). 25 июля Черчилль сообщил Трумэну, что согласен с данным проектом. Вечером следующего дня прибыл положительный ответ и от гоминдановского правительства Китая. 26 июля Потсдамская декларация была передана для объявления по радио, а на следующий день опубликована в газетах («История Второй мировой войны…», т. 11, стр. 154). СССР присоединился к данной декларации в виду её антифашистского, освободительного, демократического характера.

Заявление Советского Союза прозвучало на весь мир как весть о реальной помощи народам Азии, страдавшим под гнётом японских колонизаторов.

8 августа командование войск, руководимых Компартией Китая, направило Сталину телеграмму: «От имени китайского народа, – указывалось в ней, – мы горячо приветствуем объявление Советским правительством войны Японии. Стомиллионное население и вооружённые силы освобождённых районов Китая будут всемерно координировать свои усилия с Красной Армией и армиями других союзных государств в деле разгрома ненавистных японских захватчиков» (стр. 213).

Несмотря на ярко выраженный антикоммунистический характер проводимой им политики, президент Китайской республики Чан Кай-ши в телеграмме от 9 августа писал Сталину: «Объявление Советским правительством с сегодняшнего дня войны против Японии вызвало у всего китайского народа чувство глубокого воодушевления».

С приветствием, как было сказано в заявлении резиденции премьер-министра Великобритании К. Эттли, было встречено «это великое решение Советской России» об объявлении войны Японии.

Американская общественность исключительно высоко оценивала вступление Советского Союза в войну против Японии. Газета «Нью-Йорк геральд трибун» 10 августа в передовой статье писала: «Вряд ли можно сомневаться, что вступление Советского Союза в войну окажется решающим в военном отношении».

Ещё 23 января 1945 г. комитет начальников штабов США в меморандуме президенту Рузвельту писал: «Вступление России в войну как можно скорее… необходимо для максимальной поддержки нашим операциям на Тихом океане». Трумэн позднее подчёркивал: «Мы очень хотели, чтобы русские вступили в войну против Японии…». Правительства и военные командования США и Англии признавали, что если Советский Союз не выступит против Японии, то для вторжения на Японские острова им потребуется 7-миллионная армия, а война с Японией затянется ещё на полтора года.

США и Великобритания предпочитали и здесь воевать чужими руками, в последующем приписывая себе – Соединённым Штатам, лавры победы над Японией.

В то же время США вели воздушную бомбардировочную войну против Японии.

6 и 9 августа была произведена атомная бомбардировка Хиросимы и Нагасаки, совершенно не вызванная военной необходимостью и осуществлённая, главным образом для запугивания Советского Союза, для демонстрации того, что отныне Соединённые Штаты претендуют на руководящую роль в мире, подкрепляя свои притязания ядерным оружием. В результате двух ядерных ударов пострадало около 500 тысяч мирных жителей (стр. 156). Применение атомного оружия ознаменовало собой первый акт «холодной войны», развязанной США и Великобританией практически сразу после окончания второй мировой, положило начало ядерному шантажу Штатами Советского Союза, привело в последующем к беспрецедентной гонке вооружений.

Но и бомбардировки обычными бомбами также осуществлялись США с невиданной жестокостью по отношению к мирному населению Японии. Если в 1944 г. целью воздушных налётов являлись, как правило, важные военные объекты, по которым наносился прицельный удар, то с марта 1945 г. бомбардировки всё чаще проводились по площадям. Налёты проводились преимущественно ночью, причём использовались главным образом зажигательные бомбы. Сильные пожары в городах Японии, застроенных деревянными домами (каменные здания составляли не более 10 %), из-за большой скученности и плохого водоснабжения опустошали целые кварталы. Первые группы самолётов сбрасывали смертоносный груз на окраины города, стремясь заключить его в огненное кольцо, в эпицентре которого температура достигала 10000 C, а последующие бомбили образовавшийся круг. Результатом такой тактики было огромное количество жертв среди населения, которое не имело никаких средств противовоздушной защиты, не имело возможности спастись от огненного вихря. Всего в Японии, по утверждению японского историка Т. Хаттори, было разрушено такими бомбардировками свыше 98 городов, причём 72 из них не имели никаких военных объектов; 2 млн. 210 тыс. домов, четверть жилого фонда Японии; остались без крова 9,2 млн. человек – 12 % населения страны (стр. 146–147). По разным данным, от воздушных налётов, осуществляемых главным образом стратегическими бомбардировщиками Б-29, погибло от 198 до 269 тыс. человек, ранено – от 271 до 305 тыс. человек (там же, стр. 148). Общее число погибших и пострадавших составляет от 470 до 570 тыс. человек, то есть примерно равно числу жертв двух атомных бомбардировок.

10 августа 1945 г. торжественно объявила священную войну против Японии на стороне объединённых наций Монгольская Народная Республика, заявившая о полном присоединении к заявлению Советского правительства.

Следует отметить, что в годы Великой Отечественной войны МНР оказывала братскую помощь народам Советского Союза в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками. С первых дней войны по всей республике развернулся сбор средств в фонд помощи Красной Армии, на приобретение тёплых вещей и продовольствия, на создание фондов вооружения и помощи населению, пострадавшему от войны. В действующую армию отправлялись индивидуальные посылки. Первый эшелон с подарками трудящихся Монголии фронтовикам ушёл в октябре 1941 г. В эшелоне было 15 тыс. комплектов зимнего обмундирования, около 3 тыс. индивидуальных посылок на общую сумму 1 млн. 813 тыс. 515 тугриков (По курсу 1938–1950 гг. 1 тугрик равен 1 руб. 31,4 коп.). Кроме того, государственному банку СССР было переведено наличными 587 тыс. тугриков.

Это движение поистине стало всенародным. Из братской Монголии в Советский Союз один за одним прибывали эшелоны с продовольствием и посылками для воинов. К апрелю 1943 г., т. е. за 21 месяц войны, трудящиеся МНР отправили 8 эшелонов с продовольствием и обмундированием на сумму 25 385 391 тугрик. После разгрома немецко-фашистских войск под Сталинградом трудящиеся МНР внесли несколько миллионов тугриков и сдали более 40 тыс. голов скота в фонд помощи пострадавшим от войны советским гражданам.

За счёт трудящихся Монголии были построены танковая колонна «Революционная Монголия» в составе 53 танков. В фонд для строительства танковой колонны трудящиеся Монголии перечисляли личные средства. Так, врач Чадрибал внёс в этот фонд 34 тыс. тугриков – больше годового заработка. Кроме того, он подарил Красной Армии своих лучших коней. «Если потребуется, – заявил патриот, – я готов с оружием в руках вместе с бойцами Красной Армии сражаться за родину всех трудящихся – страну социализма». Один из участников боёв на реке Халхин-Гол, ревсомолец Ценде отдал в этот фонд почти всё, что имел: 100 овец и 40 отборных скакунов (стр. 216). «Революционная Монголия» прошла славный боевой путь в составе 44-й гвардейской Краснознамённой танковой бригады от сражений на Курской дуге до битвы за Берлин.

В марте 1943 г. XXVI сессия Малого хурала Монголии решила до конца войны с немецким фашизмом принять на средства трудящихся МНР полностью всё вещевое и продовольственное обеспечение танковой колонны «Революционная Монголия», а также организовать сбор средств на приобретение эскадрильи самолётов «Монгольский арат».

На строительство авиаэскадрильи «Монгольский арат» было собрано 2 млн. тугриков, перечисленных на счёт Наркомата финансов СССР, за что Сталин выразил сердечную благодарность премьер-министру Монголии Х. Чойбалсану, правительству и народу Монголии. Также как и танковая колонна «Революционная Монголия», авиаэскадрилья «Монгольский арат» прошла славный путь до Берлина.

В начале 1945 г. труженики МНР отправили на советско-германский фронт ещё один эшелон подарков, состоявший из 127 вагонов. Также было переведено 2 млн. тугриков на содержание монгольских танковой бригады и авиаэскадрильи. Всего во Внешторгбанк от трудящихся Монголии поступило 2 500 тыс. тугриков, 100 тыс. американских долларов и 300 кг золота (стр. 216, 218).

За годы войны Красная Армия и народное хозяйство страны также получили от братской Монголии 500 тыс. лошадей. Генерал Плиев вспоминал: «Коней требовалось много. Монгольские друзья безотказно обеспечивали нас, и неприхотливая монгольская лошадка рядом с советским танком дошла до Берлина!» (стр. 218).

9 августа советские войска перешли в наступление. Началась Маньчжурская стратегическая операция.

Несмотря на стремительное наступление Красной Армии, бои зачастую носили упорный характер, требовали от советских воинов высокого мастерства, смелости, решительности, мужества и самопожертвования.

Танковый батальон с десантом автоматчиков атаковал город Солунь. Но как только колонна танков приблизилась к городу, заговорили вражеские доты. Танки приняли боевой порядок, автоматчики развернулись в цепь, а артиллерия начала подавлять замаскированные доты. Метким огнём артиллеристы заставили замолчать дот на безымянной высоте, а ещё один под прикрытием танков подорвали сапёры. Но как только подразделения достигли высоты, дот снова ожил. Тогда комсомолец А. Шелоносов, захватив с собой несколько гранат, пополз к доту, бросил одну гранату, другую, третью. Четвёртая угодила точно в амбразуру. Пулемёт замолк. Стрелки и автоматчики вновь устремились за танками. Но вражеская огневая точка вновь заговорила. У Шелоносова больше не было гранат. Он подполз к доту и бросился на амбразуру… (стр. 224).

В одном из боёв за город Фуцзинь исключительное мужество проявил коммунист старший сержант Муравлёв. Он увидел, что командир схватился в рукопашной с японским офицером. В момент, когда японец бросился на него, старший сержант прикрыл командира собой. Удар клинка отсёк воину руку, но за это враг поплатился жизнью: автомат Муравлёва работал отлично. И тут раненый воин заметил, что враги окружают лейтенанта Бикбаширова. Вскинув автомат одной рукой, Муравлёв расстрелял их, но и сам пал смертью храбрых…

Наступление советских войск проходило в неблагоприятных метеорологических условиях: с 8 августа в Приморье и Приамурье шли непрерывные дожди. Уровень рек поднялся на 4 метра. Небольшие горные реки и ручьи, превратившись в бурные потоки, затопили долины. Затем частям и соединениям наступавшей Красной Армии пришлось преодолевать горные хребты Большого Хингана. Конно-механизированная группа советско-монгольских войск действовала в безводных степях Внутренней Монголии.

Но, несмотря на все трудности, уже к 14–15 августа в итоге шести дней операции, Квантунской армии было нанесено серьёзное поражение. Наши войска продвинулись вглубь Манчжурии на 50–200–400 км, досрочно выполнив поставленные Ставкой задачи.

Японское командование, потеряв уже в первые дни управление войсками, до 15 августа не смогло организовать стойкого сопротивления ни на одном из направлений. Однако в ряде укреплённых районов и узлов сопротивления гарнизоны противника оборонялись упорно, и тогда вооружённая борьба принимала ожесточённый характер.

Вступление в войну Советского Союза показало японскому правительству, что последняя возможность затянуть её и добиться приемлемых для себя условий мира исчезла. Уже утром 9 августа состоялось экстренное заседание Высшего совета по руководству войной, на котором премьер-министр Судзуки заявил: «Вступление сегодня утром в войну Советского Союза ставит нас окончательно в безвыходное положение и делает невозможным дальнейшее продолжение войны». Эту же мысль высказал и министр иностранных дел Того: «Война становится всё более безнадёжной. Настоящая ситуация настолько критическая, что исключает всякую надежду на победу, и поэтому мы должны немедленно принять Потсдамские условия» (стр. 238), т. е. условия безоговорочной капитуляции Японии. Сторонники продолжения войны военный министр Анами, начальник генерального штаба армии Умэдзу и начальник морского штаба Тоёда настаивали на том, чтобы принять Потсдамскую декларацию только при выполнении союзными державами четырёх обязательств: сохранение императорской системы государственной власти, наказание военных преступников самими японцами, предоставление Японии права самостоятельного разоружения и недопущение её оккупации союзниками, а если оккупация неизбежна, то она должна быть непродолжительной и осуществляться небольшими силами и не затрагивать Токио. Мнения участников заседания Высшего совета разделились, и никакого решения не было принято (стр. 353).

После напряжённых переговоров и личного вмешательства императора Хирохито ранним утром 10 августа японское правительство согласилось принять условия Потсдамской декларации, если союзники сохранят императорскую форму правления.

В ответе правительств СССР, США, Великобритании и Китая от 11 августа союзники вновь подтвердили своё требование о безоговорочной капитуляции и напомнили положение Потсдамской декларации, предусматривавшей, что с момента капитуляции власть императора и японского правительства будет подчинена верховному командующему силами союзных держав, который предпримет такие шаги, какие сочтёт нужным для осуществления условия капитуляции. Там же напоминалось, что форма правления Японии будет установлена свободно выраженной волей японского народа. Вооружённые силы союзных держав останутся в Японии до тех пор, «пока не будут достигнуты цели, изложенные в Потсдамской декларации». 14 августа император созвал объединённое совещание Высшего совета по руководству войной и кабинета министров, на котором большинство, кроме представителей военных, высказались за принятие решения о безоговорочной капитуляции. От имени императора было сделано заявление: «… я повелел принять Потсдамскую декларацию» (стр. 354–355).

В сложные для японских милитаристов дни отдельные высшие политические и военные руководители, понимая близость краха своей политики и неотвратимость возмездия, прибегли к самоубийству. 11 августа выстрелом из револьвера неудачно пытался покончить с собой бывший премьер-министр Тодзио – первый из главных военных преступников Японии. 15 августа покончили жизнь самоубийством военный министр Анами, создатель корпуса «камикадзе» вице-адмирал Ониси, другие генералы и министры кабинета Судзуки. 15 августа пал кабинет Судзуки. Целый день и ночь горели костры: срочно сжигались архивы, переписка и другие документы, которые могли дискредитировать правящую верхушку (стр. 356).

В сложившихся условиях политические и военные лидеры стали добиваться односторонней оккупации Японии американскими войсками, чтобы «противостоять угрозе коммунистической революции и способствовать сохранению императорской системы». 15 августа военные действия между англо-американскими и японскими войсками были прекращены (стр. 357).

Однако Квантунская армия продолжала оказывать сопротивление наступавшим советским войскам. Командование Квантунской армии получило приказ генерального штаба с требованием уничтожить знамёна, портреты императора, императорские указы и важные секретные документы. Приказа прекратить сопротивление не последовало.

В связи с этим Генеральный штаб Красной Армии выступил со специальным разъяснением, в котором подчёркивалось: «1. Сделанное японским императором 14 августа сообщение о капитуляции Японии является только общей декларацией о безоговорочной капитуляции. Приказ вооружённым силам о прекращении боевых действий ещё не отдан, и японские вооружённые силы по-прежнему продолжают сопротивление. 2. Ввиду изложенного вооружённые силы Советского Союза на Дальнем Востоке будут продолжать свои наступательные операции против Японии» (стр. 239).

Начался второй этап Маньчжурской наступательной операции (15–20 августа), содержанием которой явились разгром основных сил Квантунской армии на Маньчжурской равнине, освобождение важнейших политических и экономических центров Маньчжурии и начало массовой капитуляции японских войск. К этому времени советские войска, наголову разбив эшелон японских войск прикрытия, стремительно продвигались к центральным районам Маньчжурии, окружая основную группировку Квантунской армии.

Стремительное наступление Красной Армии через безводные пустыни и горы Большого Хингана, которые считались неприступными, форсирование крупных рек, преодоление укреплённых районов в лесах и болотах Северо-Восточной Маньчжурии, выход на Маньчжурскую равнину поставили японское командование перед фактом военного поражения Квантунской армии.

17 августа главнокомандующий Квантунской армии генерал О. Ямада обратился к Маршалу Советского Союза А. М. Василевскому с предложением начать переговоры о прекращении военных действий. Одновременно генерал Ямада уведомил советское командование, что он отдал приказ о немедленном прекращении боевых действий и сдаче оружия. Однако на практике эти заявления и распоряжения по-прежнему были декларативными, на многих участках фронта японские войска всё ещё продолжали оказывать сопротивление. В плен сдавались преимущественно части марионеточного государства Маньчжоу-Го.

19 августа в Чанчунь к главнокомандующему Квантунской армии был направлен во главе специальной миссии полковник Артёменко, начальник оперативного управления Забайкальского фронта. После коротких переговоров Ямада подписал заранее заготовленный акт о капитуляции. Вечером того же дня со здания штаба главного командования японских войск в Чанчуне был спущен японский флаг, его место занял советский. Генерал Ямада и премьер-министр Маньчжоу-Го Чжан Цзинь-хуэй выступили перед населением с речами по радио, в которых сообщили ему о капитуляции. Миссия Артёменко успешно закончилась.

Чтобы ускорить разоружение капитулировавших войск, предотвратить возможные разрушения промышленных предприятий, железнодорожных станций и других важных объектов, а также не допустить вывоза материальных ценностей, в крупные города, порты и военно-морские базы были высажены воздушные десанты.

Однако если в полосе действий Забайкальского фронта японские войска прекращали сопротивление и безоговорочно капитулировали, то войскам 1-го Дальневосточного фронта в течение многих дней приходилось вести ожесточённые бои с отдельными гарнизонами укреплённых районов, группами и отрядами, укрывшимися в горах. Только 22 августа после мощной артиллерийской и авиационной подготовки подразделениям 109-го укреплённого района удалось штурмом овладеть Хутоуским узлом сопротивления, а японский гарнизон численностью до 3 тыс. человек солдат и офицеров был почти полностью истреблён.

Ещё более упорное сопротивление советским войскам пришлось преодолеть при ликвидации Дуннинского укреплённого района. Для уничтожения его долговременных сооружений привлекались гаубичная артиллерийская бригада большой мощности, артиллерийские дивизионы особой мощности; до двух дивизий бомбардировочной авиации периодически наносили удары по оборонным пунктам. К 26 августа остатки Дуннинского укреплённого района вынуждены были сдаться. К этому времени капитулировали и последние опорные пункты в Шиминцзяском узле сопротивления, где сдались в плен 901 солдат и офицер.

Таким образом, даже после объявления Японией капитуляции и приказа главнокомандующего Ямады войскам Квантунской армии сложить оружие Советские Вооружённые Силы вели боевые действия против гарнизонов отдельных укреплённых районов и отрядов, укрывшихся в горах и тайге. Ликвидация некоторых японских отрядов, отказавшихся капитулировать, велась и после подписания Японией акта о капитуляции. В Маньчжурии, Северной Корее, на Сахалине и Курильских островах соединения советских войск и Тихоокеанский флот взяли в плен около 600 тыс. солдат и офицеров противника, большое количество военной техники и оружия.

В результате стратегической операции трёх фронтов, флота и Военно-Воздушных Сил, спланированной Ставкой ВГК, советские войска на Дальнем Востоке нанесли решительное поражение Квантунской армии. После разгрома одной из крупных стратегических группировок японских сухопутных сил на материке, с наличием и использованием которой связывались надежды японского милитаризма на затяжную войну против США, Англии и Китая, правительство Японии было вынуждено капитулировать. Большую роль в этом сыграла потеря промышленной базы империи, основы её военно-экономического потенциала – Маньчжурии. С капитуляцией Квантунской армии была ликвидирована угроза нападения империалистической Японии на Советский Союз и Монгольскую Народную Республику, существовавшая на протяжении многих лет (стр. 247–253).

Освободительная миссия Красной Армии

Начиная освободительный поход в Азии, советское командование придавало большое значение разъяснению целей и задач Маньчжурской стратегической операции среди местного населения и в войсках противника.

Немаловажную роль в этом сыграли обращения Маршала Советского Союза Василевского «К братскому китайскому народу», «Братья-корейцы», «К японской армии. К японскому народу», изданные на китайском, корейском, монгольском и японском языках. В обращении к китайскому народу говорилось: «Наступило время рассчитаться и со вторым разбойничьим гнездом – с милитаристской Японией… В этот великий час освободительной войны вставайте все, как один, на священную борьбу за свою честь, за освобождение своей Родины от кровавого режима японской военщины. Делайте всё, что в ваших силах, чтобы помочь Красной Армии!». «Если вы будете до конца поддерживать, – подчёркивалось в обращении «К японской армии. К японскому народу», – своих теперешних правителей и военную клику авантюристов, то Японии не избежать судьбы Германии».

С 10 августа самолёты советской авиации начали сбрасывать листовки с обращениями над густонаселёнными районами Внутренней Монголии, Маньчжурии и Северной Кореи. Всего за первые пять дней боевых действий было сброшено свыше 24 млн. экземпляров листовок (стр. 253).

Вступив в пределы Внутренней Монголии и Маньчжурии, советские воины увидели картины ужасающей нищеты. «Вот по дороге идёт целая китайская семья: впереди пожилая китаянка в изодранных длинных штанах из мешка, кофточка на ней до того стара и изношена, что слабо прикрывает худое тело женщины. За спиной китаянки в специально приспособленном мешке – грудной ребёнок. Позади, цепляясь за мать, бегут совершенно голые ребятишки – два мальчика и девочка. Процессию замыкает худой измождённый китаец, согнувшийся под тяжестью узла с домашним скарбом. Узел – всё богатство семьи. Таких нищих семей миллионы. Японцы, с присущей им бесчеловечностью и жестокостью, начисто грабили жителей Маньчжурии» – так писал в те дни очевидец событий советский корреспондент (стр. 254).

Бесправное, забитое за многие годы японской оккупации население было поражено дружелюбием, высокой сознательностью воинов, в которых увидело не завоевателей, а освободителей. Китайское население встречало Красную Армию восторженно. Жители Харбина, Чанчуня, Гирина, Шэньяна и других городов выходили с красными повязками на рукавах, радостно приветствовали своих освободителей. На массовый митинг по случаю освобождения Харбина собралось свыше 36 тыс. жителей.

Волнующим был массовый митинг жителей г. Мулин. В принятом обращении к гражданам провинции Муданьцзян говорилось: «Соотечественники Муданьцзянской провинции, к вам обращаются граждане г. Мулина. Сегодня мы впервые после долгой тягостной жизни под гнётом японских империалистов свободно собрались на митинг. Как тёмная осенняя ночь была наша жизнь при японских захватчиках, которые почти 14 лет грабили, угнетали нашу страну, превратив нас в рабочий скот. Мы не жили, а существовали в холоде, голоде и нищете. Сейчас над нашей страной поднимается заря освобождения. Великий русский народ и его Красная Армия освободили нас от японского рабства. Мы за это горячо благодарим наших освободителей – Красную Армию и могучий Советский Союз. Соотечественники! Мы призываем вас оказывать всемерную помощь Красной Армии…».

Крестьянин из уезда Чифын сказал: «Спасибо Красной Армии за то, что она не позволит обижать крестьян».

Таких высказываний в документах освободительного похода советских войск на Дальнем Востоке – тысячи. Они свидетельствуют о признании Красной Армии за избавление от японского ига.

Когда части Красной Армии входили в город Лубэй, 2 тыс. китайцев, несмотря на проливной дождь, вышли на улицы с красными флагами, чтобы приветствовать советских танкистов. 150 жителей Чжалайнора организовали добычу угля для нужд Красной Армии. Купцы города Фуцзинь из своих запасов выделили 20 тонн муки и риса в подарок той воинской части, которая первой прибыла в город. Горячо приветствовало советские войска монгольское население города Ванъемяо. Выступая на митинге, учитель Чжамса сказал: «Мы, монголы, обязаны помочь Красной Армии полностью очистить Маньчжурию от остатков разгромленных японских оккупантов. Да здравствует дружба русского, китайского и монгольского народов!».

С самого начала освободительной миссии Красной Армии выявилась жгучая ненависть народов к японским поработителям. Красноречивее всего об антияпонских настроениях населения Маньчжурии говорило его нежелании сражаться за интересы японцев. Многие китайцы, монголы и корейцы просили командиров советских частей и подразделений дать им оружие, чтобы вместе сражаться против японских захватчиков. Это стремление также проявилось в войсках Маньчжоу-Го и князя Дэвана. Например, 7-я пехотная бригада армии Маньчжоу-Го 18 августа добровольно сдалась в плен войскам Забайкальского фронта; 1-я Маньчжурская дивизия во главе с командиром полковником Ли Чэн-цзяном встретила со знаменем подходившую часть советских войск. Не оказала сопротивления и 1-я монгольская кавалерийская дивизия князя Дэвана, которую японское командование оставило для прикрытия провинции Чахар.

Все маньчжуро-монгольские части, добровольно перешедшие на сторону Красной Армии, разоружались, а их личный состав распускался по домам (стр. 254–255).

Когда советские войска вступили в Шэньян, группа генералов и офицеров Забайкальского фронта посетила лагерь военнопленных, в котором находилось свыше 2 тыс. человек, в подавляющем большинстве американцы. Это были измождённые, худые и бледные люди, выжившие в невыносимых условиях японского плена. Когда им сообщили, что они свободны, стихийно возник митинг. На импровизированную трибуну – крыльцо одного из домов взбежал американский солдат Александр Байби. «Нам русские войска принесли свободу, – выражая мысли всех, сказал он, – три с половиной года мы томились в японской тюрьме. Тысячи нас умирали от голода и пыток. За всё время только четырём удалось бежать из этого лагеря, но и они были схвачены японцами и заморены до смерти. Нет слов, чтобы рассказать здесь об издевательствах японских властей над нами. Наши русские боевые друзья, к вам обращаюсь я, простой американский солдат, со словами горячей благодарности и любви. Никто из нас не забудет этого дня. На всю жизнь мы ваши самые верные друзья, и эту дружбу с Россией мы завещаем своим детям» (стр. 256).

К концу августа вся территория Маньчжурии площадью более 1,3 млн. кв. км с населением свыше 40 млн. человек была полностью освобождена от японских захватчиков. Требовалось срочно восстановить нормальную жизнь городов и сёл: наладить производство, помочь в уборке урожая, обеспечить население продовольствием. Эти важнейшие задачи были возложены на советские военные комендатуры, которые создавались в крупных городах и важных населённых пунктах.

Жизнь в Маньчжурии постепенно налаживалась. Были открыты начальные и средние школы, выплачена заработная плата рабочим и служащим на предприятиях в городах, где она подолгу не выплачивалась. Военная комендатура Дальнего через местные органы власти добилась выдачи единовременного пособия 70 тысячам безработных. Уже в сентябре жители получили по твёрдым ценам продукты питания и некоторые товары первой необходимости.

Создавались провинциальные, городские, а на предприятиях – местные комитеты КПК. Китайские коммунисты заняли руководящее положение во всех местных органах власти и общественных организациях.

Общественность городов и сёл на митингах и собраниях принимала приветственные адреса и письма командованию Красной Армии, благодарила за освобождение, клялась в вечной и нерушимой дружбе с советским народом. Так, в письме мэра города Чанчунь военному коменданту города генералу Ф. В. Карлову, говорилось: «Мы, китайский народ, проживающий на северо-востоке Китая, уже много лет переживаем гнёт японских насильников со дня нашествия их в Маньчжурию. Они причинили нам большие бедствия, когда началась война на Тихом океане. Они самым бесстыдным образом требовали от нас всё, что у нас было… В момент, когда всё население вопило от голода и мыкалось в ужасе и печали, пришла в наш край доблестная Красная Армия и вызволила нас из столь тяжёлого и безвыходного положения, разбив японских империалистов… Этому радуемся не только мы, но и весь мир. Мы получили мир и спокойствие, установленные здесь благодаря победам Красной Армии над японскими империалистами. Свидетельствую замечательную дисциплину Красной Армии, любовь и искренние отношения Вашей воинской части к населению, за что население города очень благодарно. Я, будучи здесь главой города, считаю долгом выразить Вам и просить Вас, господин генерал-майор, передать Вашей Красной Армии чувство искренней благодарности как от себя, так и от всего населения нашего города и искренне желаю, чтобы ещё больше укрепилась дружба между нашими народами. Да здравствует дружба двух народов – русских и китайцев, их совместное сотрудничество в деле поддержания мира во всём мире!» (стр. 257–258).

В соответствии с соглашением советские войска оставались в Маньчжурии до 3 мая 1946 г. Их присутствие в огромной мере способствовало укреплению китайских революционных сил.

Динамика роста революционных вооружённых сил в Маньчжурии выглядела следующим образом. Если в октябре 1945 г. здесь имелось около 60 тыс. человек из состава войск, руководимых КПК, то к середине декабря 1945 г. – уже более 334 тыс., а во второй половине октября 1947 г. войска КПК Маньчжурии насчитывали уже 465 тыс. человек (стр. 263). Была создана Маньчжурская революционная база, которая сыграла важнейшую роль в победе китайской революции.

По мере постепенного ухода советских войск из Маньчжурии в оставленные ими города и населённые пункты вступали войска КПК. К 1 мая 1946 г. практически вся территория, за исключением Шэньяна и прилегающего к нему района Южной Маньчжурии, была занята войсками КПК.

В то же время США вынашивали экспансионистские планы по отношению к Маньчжурии и всему Китаю.

31 июля 1945 г. командующий американскими войсками в Китае генерал Ведемейер обсудил с Чан Кай-ши ситуацию в стране в условиях высадки американских войск в Китае. Страшась коммунистов, Чан Кай-ши просил США высадить пять дивизий. Американское командование, которое в течение всех лет войны с Японией не желало вводить в Азию ни одной дивизии, изъявило готовность помочь Чан Кай-ши и предупредило Ведемейера, что он получит две дивизии, как только «будут в наличии морские суда» (стр. 258–259).

Уже 11 августа гоминьдановцы, используя американский флот и авиацию, спешно перебрасывали преданные Чан Кай-ши части в Восточный и Северный Китай, захватывали важнейшие коммуникации и города. Во всех гоминьдановских армиях, которые Чан Кай-ши намеревался использовать в гражданской войне (39 дивизий), велась антикоммунистическая пропаганда. Особенно широко она развернулась в 18 пехотных дивизиях, подготовленных американскими советниками и инструкторами и оснащённых американским оружием и боевой техникой.

После освобождения северо-восточной части Китая и капитуляции милитаристской Японии в Китае столкнулись два диаметрально противоположных курса: курс Советского Союза на поддержку китайского народа в его борьбе за полную национальную независимость, предотвращение надвигавшейся гражданской войны, демократический путь развития и империалистический курс США на подчинение Китая интересам американских монополий, укрепление реакционного режима гоминьдановцев. Это столкновение политических курсов нашло наиболее яркое выражение в Маньчжурии, которой в планах американского империализма придавалось особое значение.

Наряду с созданием Маньчжурской революционной базы и борьбой против закабаления этой части Китая американским империализмом Советское правительство решительно выступало за вывод американских войск, высадившихся в Северном Китае после капитуляции Японии, и за быстрейшее разоружение и удаление из Китая японских войск. С этой сложной задачей советская дипломатия справилась успешно. С выводом советских войск из Маньчжурии СССР стал более настойчиво требовать от США выполнения обязательств по Китаю, заставив вывести с его территории американские войска.

Революционная база в Маньчжурии, созданная китайскими коммунистами во главе с Мао Цзедуном при активном содействии и помощи Советского Союза, сыграла важнейшую роль в достижении окончательной победы китайского народа в 1949 г, которая привела к образованию Китайской Народной Республики. Китайская революция 1949 г. явилась прямым продолжением мирового революционного процесса, начало которому положил Великий Октябрь.

Освобождение Северной Кореи, Южного Сахалина и Курильских островов

Решение задач по освобождению Южного Сахалина, Курильских островов и Северной Кореи предполагалось достичь совместными операциями сухопутных войск и флота в ходе Южно-Сахалинской наступательной и Курильской десантной операций.

Тихоокеанский флот начал военные действия массированными ударами авиации по японским портам в Северной Корее – Юки, Расин и военно-морской базе Сейсин (корейские названия: Унги, Начжин и Чхончжин, соответственно).

Уже в первые два дня военных действий безраздельное господство в воздухе советской авиации, а также большие потери японского флота в транспортных судах привели к нарушению морских коммуникаций, связывавших Японию с Северной Кореей, Южным Сахалином и Курильскими островами.

Тихоокеанский флот активно содействовал войскам 25-й армии, наступавшим на корейском приморье. Начиная с 11 августа, были высажены морские десанты в Юки, Расине, Сейсине, а затем в порту Этэтин (Одэчжин) и военно-морской базе Гёнзан (Вонсан). Прошло не многим более десяти дней – и всё восточное побережье Северной Кореи было освобождено от японских захватчиков.

Следует отметить, что японцы в отдельных местах оказывали ожесточённое сопротивление нашим войскам.

Так, в упорных боях за Сейсин отличились многие десантники. Мужество и отвагу проявил парторг роты 335-го отдельного батальона морской пехоты сержант К. П. Бирюля. Огнём пулемёта он уничтожил 28 солдат и 3 офицеров противника. Когда из строя выбыл командир взвода, он заменил его. Под командой сержанта взвод отбил 15 атак и, упорно удерживая занимаемую высоту, вывел из строя 240 вражеских солдат и офицеров. За этот подвиг Бирюля был удостоен звания Героя Советского Союза.

Санитарка того же батальона старший краснофлотец М. Н. Цуканова находилась в рядах наступающих. Отважная девушка вынесла с поля боя более 50 тяжелораненых десантников. Но одна из вражеских мин настигла и её. В бессознательном состоянии она попала в плен. Долго мучили её враги, пытаясь добиться от девушки сведений о составе десанта. Но комсомолка осталась верна Родине до последней минуты жизни. Звание Героя Советского Союза Цукановой было присвоено посмертно («История Второй мировой войны…», т. 11, стр. 280).

К концу августа 1945 г. вся Северная Корея до 38-й параллели была освобождена.

Высокой ценой досталась эта победа. За время боёв армия потеряла свыше 4700 человек, из них около 1500 убитыми. Потери понесли также части и соединения морской пехоты, лётный состав и экипажи кораблей Тихоокеанского флота.

Ещё до объявления СССР войны Японии, 5 августа 1945 г. были определены зоны действий военно-морских сил СССР и США. При определении зон учитывалось, что флот и авиация США действиями в своей зоне окажут помощь Тихоокеанскому флоту СССР в операциях на приморских направлениях. Однако на практике авиация США лишь затруднила действия кораблей Тихоокеанского флота, так как летом 1945 г. ею были осуществлены постановки магнитных и акустических мин на подходах к портам Северной Кореи, оказавшихся в операционной зоне советского флота. И американское командование сообщило советскому о постановке этих мин только 21 августа, когда всё побережье Северной Кореи уже было занято советскими войсками. Это привело к подрыву нескольких наших судов на американских минах.

Корейский народ, избавленный от японского ига, получил возможность строить свою жизнь на демократической основе. Как и в соседней Маньчжурии, установление связей с местным населением взяли на себя советские военные комендатуры.

«В истории человечества, – писал председатель общества культурной связи Кореи с Советским Союзом известный писатель Ли Ги Ен – не было ещё случая, чтобы воины строили дома и заводы, шахты и домны, чтобы они не разрушали, а созидали» (стр. 282–283).

«Великая Советская Армия, находившаяся в северной части республики, – писал вождь корейских трудящихся Ким Ир Сен, – протянула корейскому народу руку бескорыстной помощи в деле восстановления заводских предприятий, железнодорожного транспорта, рудников и шахт. Бойцы и командиры Советской Армии во всех уголках северной части республики с энтузиазмом трудились рядом с нашими рабочими и специалистами и оставили нам ценные плоды своего самоотверженного труда» (стр. 283).

Освобождение Кореи открыло благоприятные перспективы для развития революции, строительства независимого подлинно демократического государства. Однако в связи с оккупацией южной части Кореи американскими войсками, которые 9 сентября 1945 г. без единого выстрела высадились в Инчхоне, страна была расчленена на две зоны. В северной части население активно включилось в политическую жизнь. Повсеместно возникали политические партии и общественные организации. В октябре 1945 г. было создано Северокорейское оргбюро Компартии Кореи, которое сразу же приступило к проведению мероприятий по демократизации органов местного управления, налаживанию жизни в городе и деревне.

14 октября в Пхеньяне состоялся 100-тысячный митинг, посвящённый освобождению страны и строительству новой демократической Кореи. «В самые мрачные годы японского господства, – сказал тогда Ким Ир Сен, – мы с надеждой обращали свои взоры на страну социализма, и эта надежда сбылась. В августе 1945 г. могущественная Советская Армия разгромила Квантунскую армию японцев и освободила Корею. Мы в столетиях сохраним благодарность Советскому Союзу – нашему освободителю» (там же).

В борьбе за демократические преобразования укреплялось единство рабочего класса, рос авторитет Коммунистической партии. Ярким выражением этого явилось объединение в августе 1946 г. Коммунистической и Новой народной партий Северной Кореи в Трудовую партию Северной Кореи. Позже (в июле 1949 г.), после объединения с Трудовой партией Южной Кореи, она стала Трудовой партией Кореи (ТПК) – авангардом рабочего класса и крестьянства страны.

В результате всеобщих выборов в мае 1948 г. был создан высший законодательный орган страны – Верховное народное собрание Кореи, 1-я сессия которого 9 сентября 1948 г. провозгласила создание Корейской Народно-Демократической Республики (КНДР) и приняла первую в истории Кореи конституцию.

1-я сессия Верховного народного собрания КНДР приняла также обращение к правительствам СССР и США об одновременном выводе советских и американских войск не позднее 1 января 1949 г. Советское правительство уже к 25 декабря 1948 г. вывело все свои войска из пределов республики (стр. 284).

Корейский народ торжественно провожал советские войска. В обращении к советскому правительству по этому поводу говорилось: «Не раз за всю многовековую историю Корея видела у себя чужеземные войска. От их мечей умирали наши патриоты, гибло мирное население. Они жгли наши города и сёла, превращали их в развалины и груды пепла. И только советские войска пришли к нам не как завоеватели, а как освободители. Освобождённая от рабства, свободно вздохнула родная страна. Мы увидели лучезарное небо, зацвела наша земля. Полились весёлые песни о свободе, радости, счастье».

Южно-Сахалинская операция

На Северном Сахалине находился 56-й стрелковый корпус под командованием генерала А. А. Дьяконова. Главную базу флотилии – Советскую Гавань обороняли 113-я стрелковая бригада и 365-й отдельный батальон морской пехоты. Базу прикрывала морская авиация Северной Тихоокеанской флотилии (80 самолётов).

Боевые действия на Сахалине начались в ночь на 11 августа ударами авиации флота по объектам Эсуторо (Углегорск), Торо (Шахтёрск), Усиро и Котона. Утром перешла в наступление 79-я стрелковая дивизия. Встретив упорное сопротивление японских войск, оборонявших Котонский укреплённый район, личный состав одного из полков дивизии всю ночь на 13 августа продвигался по болотам по пояс в воде, вынося на руках боевую технику и боеприпасы, заходя в тыл вражеских укреплений. Однако оборонительные сооружения японцев удалось прорвать только к исходу дня 16 августа, подтянув основные силы 56-го корпуса, применив артиллерийскую и авиационную подготовку прорыва.

Весь день 17 августа 79-я стрелковая дивизия вела бои по ликвидации отдельных очагов сопротивления на главной полосе обороны. Японцы отчаянно сопротивлялись и даже будучи окружёнными, нередко переходили в контратаки. Только 18 августа противник сложил оружие. К исходу дня было пленено 3300 японских солдат и офицеров.

В ходе прорыва Котонского укреплённого района Северная Тихоокеанская флотилия 16 августа высадила десант в порт Торо. Переход десанта через Татарский пролив проходил в условиях густого тумана и штормовой погоды. Но моряки успешно справились со своими задачами, безаварийно и вовремя доставив десант к месту высадки. К концу дня десантники очистили от врага несколько населённых пунктов, а на следующий день взяли штурмом город Яма-Сигай и порт Эсуторо. Были перерезаны пути сообщения противника на западном побережье Сахалина и созданы условия для развития наступления как в глубь острова, так и вдоль его побережья.

Войска 56-го стрелкового корпуса, успешно прорвав Котонский укрепрайон, вышли на оперативный простор и с утра 19 августа начали стремительное продвижение в южные районы Сахалина. Этому в значительной мере способствовал морской десант, высаженный в порту Маока (Холмск). В результате смелых и решительных действий советских воинов к 14 часам 20 августа Маока был взят. Японцы, потеряв свыше 300 солдат и офицеров убитыми, до 600 пленными, отступали вглубь острова. И, несмотря на приказ о безоговорочной капитуляции войск с 19 августа, напряжённые боевые действия на Сахалине продолжались. Отступая, японцы разрушали аэродромы, восстановление которых требовало времени.

22 августа воздушный десант флотилии захватил исправный аэродром Коноторо в южной части Сахалина, но к этому времени исход боевых действий на острове был предрешён.

25 августа, несмотря на шторм, в Отомари (Корсаков) был высажен морской десант. В это же время к городу подходили подразделения 113-й стрелковой бригады. К 10 часам военно-морская база Отомари была взята. В то же время передовые части 56-го стрелкового корпуса вступили в город Тойохара (Южно-Сахалинск). К полудню боевые действия на острове закончились. В итоге проведенной операции было взято в плен 18 320 японских солдат и офицеров.

Так была возвращена Советскому Союзу южная часть Сахалина, отторгнутая от России в результате войны 1904–1905 гг.

Курильская десантная операция

Решение советского командования о начале Курильской десантной операции было принято 15 августа.

Наиболее укреплённым из островов Курильской гряды был самый северный остров – Шумшу, отделённый от Камчатки Первым Курильским проливом. В юго-западной части острова на побережье Второго Курильского пролива располагалась хорошо оборудованная военно-морская база Катаока, а в 5–6 км от неё, на острове Парамушир – военно-морская база Касивабара.

Инженерные сооружения на Шумшу создавались и совершенствовались на протяжении многих лет. Всё побережье, доступное для высадки десанта, прикрывалось дотами и дзотами, связанными подземными ходами и траншеями. Всего на острове насчитывалось 34 дота и много дзотов. Подземные ходы представляли собой целые галереи и служили не только для манёвра силами и средствами. В них были оборудованы склады, госпитали, электрические и телефонные станции, а также другие объекты. Глубина их, достигавшая 50 м, обеспечивала неуязвимость от артиллерийских снарядов и авиационных бомб.

Группировка противника на острове Шумшу состояла из 73-й бригады 91-й пехотной дивизии, 31-го полка ПВО, Курильского крепостного артиллерийского полка и подразделений 11-го танкового полка (60 танков). При необходимости она могла быть усилена переброской войск с острова Парамушир, в северо-восточной части которого дислоцировалась 74-я бригада 91-й пехотной дивизии, 18-й и 19-й мортирные дивизионы и 17 танков 11-го танкового полка. Такое расположение войск позволяло японцам в короткий срок сосредоточить на Шумшу до 23 тыс. человек.

Войска Камчатского оборонительного района, которым была поставлена задача разгромить эту сильную группировку, значительно уступали противнику и были разбросаны на широком фронте.

К участию в десантной операции планировалось привлечь два усиленных полка 101-й стрелковой дивизии, 279-й артиллерийский полк, 169-й отдельный истребительно-противотанковый дивизион и батальон морской пехоты.

Командующим силами в операции был назначен командующий войсками Камчатского оборонительного района генерал А. Р. Гнечко, командиром сил высадки десанта – командир Петропавловской военно-морской базы капитан 1 ранга Д. Г. Пономарёв, командиром десанта – командир 101-й стрелковой дивизии генерал П. И. Дьяков.

Всего на корабли и суда было принято 8824 человека, погружено 205 орудий и миномётов, а также другая боевая техника и снаряжение.

В пятом часу утра 18 августа корабли открыли огонь по берегу и начали высадку первого броска десанта. Из-за перегрузки и большой осадки десантные суда остановились в 100–150 м от берега на глубине до 2 м, поэтому бойцы добирались до вражеского берега вплавь. Ошеломлённые появлением десантников на берегу, японцы открыли беспорядочный ружейно-пулемётный огонь, но он не помешал высадке. Начавшаяся затем высадка первого и второго эшелонов десанта проходила при сильном артиллерийском противодействии противника. Загорелось несколько десантных судов. К тому же на берегу бойцы имели при себе только стрелковое оружие, так как полевая артиллерия оставалась на транспортах.

Сопротивление противника нарастало. Японское командование предприняло контратаку батальоном пехоты, поддержанную 20 танками. Неравная схватка продолжалась около двух часов. Геройский подвиг в этом бою совершил коммунист старшина 1-й статьи Н. А. Вилков, закрывший своим телом амбразуру вражеского дота. Перед посадкой на корабли Николай Вилков сказал: «Родина и командование возложили на нас почётную задачу. Мы идём в бой, чтобы добить фашистского зверя на востоке. У каждого человека есть чувство страха, но каждый в силах побороть его, ибо выше всех человеческих чувств является воинский долг, любовь к Родине, стремление к боевому успеху. Во имя победы над врагом мы, не задумываясь, отдадим свою жизнь» («История Второй мировой войны…», т. 11, стр. 293). Так поступил и краснофлотец П. И. Ильичёв. В тяжёлую минуту боя он также бросился на амбразуру дзота. Оба моряка посмертно были удостоены звания Героя Советского Союза.

Противнику удалось потеснить передовой отряд, но потеряв до 15 танков и 100 солдат, он прекратил контратаку и вернулся на исходный рубеж. Было возобновлено наступление десантников. Одна из очередных контратак японцев была отбита с большими для них потерями: 17 из 18 танков, участвовавших в ней, были подбиты.

В упорных боях с врагом геройски дрался весь десант. Майор Т. А. Почтарёв, будучи раненым, оставался в строю и командовал батальоном морской пехоты. Командир передового отряда десанта майор П. И. Шутов, имя которого носит один из населённых пунктов острова Шумшу, покинул поле боя только после третьего, тяжёлого ранения. За героизм и умелое руководство боев Почтарёву и Шутову присвоено звание Героя Советского Союза.

Вражеские артиллерийские батареи были уничтожены штурмовыми группами только к утру 19 августа. После этого началась выгрузка орудий с транспортных судов десанта. Японцы также подтягивали свои войска, в том числе с острова Парамушир, готовясь к отражению наступления советских десантников. Но бои уже не возобновились в связи с объявлением по радио приказа о капитуляции японских войск. Вечером 19 августа был подписан акт о безоговорочной капитуляции 91-й пехотной дивизии, оборонявшей острова Шумшу, Парамушир и Онекотан.

Утром 20 августа отряд советских кораблей по договорённости с японским командованием вошёл во Второй Курильский пролив. Однако там он без всякого предупреждения был обстрелян из орудий с островов Шумшу и Парамушир. Когда стало известно о коварном нарушении договорённости, десантники перешли в наступление и, преодолев мощные оборонительные сооружения, отбросили японцев на 5–6 км вглубь острова. Одновременно авиация флота нанесла удар по Касивабаре и Катаоке. Всё это отрезвляюще подействовало на японское командование, которое поспешило заверить советское командование о готовности к немедленной капитуляции.

К исходу 23 августа на Шумшу было пленено свыше 12 тысяч японских солдат и офицеров. Вслед за ними сложили оружие гарнизоны остальных островов.

Курильскую операцию завершил десант, высаженный утром 1 сентября на остров Кунашир. Для японского командования столь быстрые действия советского флота оказались неожиданными. Были нарушены все его планы по эвакуации гарнизонов и материальных ценностей. Всего на Курильских островах было разоружено и пленено до 60 тыс. японских солдат и офицеров.

Советские войска и силы Тихоокеанского флота в короткие сроки завершили операции на приморских направлениях. Они внесли крупный вклад в освободительную миссию Советских Вооружённых сил, давших свободу народам Северной Кореи и вернувших Родине исконно русские земли – Южный Сахалин и Курильские острова.

Подписание акта о безоговорочной капитуляции Японии

2 сентября 1945 г. на борту американского линкора «Миссури», вошедшего в Токийский залив, состоялась церемония подписания акта.

Верховный командующий союзными силами генерал Д. Макартур провёл церемонию так, чтобы создать впечатление, будто Япония была сокрушена чуть ли не одними Соединёнными Штатами. Стремясь подчеркнуть, что победа подводит итог почти столетней политики США на Тихом океане, американцы извлекли из музея и доставили на «Миссури» флаг, с которым в 1854 г. коммодор М. Перри «открывал» Японию, то есть заставил её под жерлами орудий подписать неравноправный договор.

На верхней палубе линкора был поставлен большой стол, за которым сидели представители делегаций США, Великобритании, СССР, Франции, Китая, Австралии, Канады, Голландии, Новой Зеландии, присутствовали многочисленные корреспонденты. В японскую делегацию входили министр иностранных дел Сигэмицу, представлявший правительство и генерал Умэдзу – императорскую ставку.

К борту линкора японская делегация была доставлена на американском эсминце «Лэнсдаун». Не доходя до стола, японские представители остановились – наступили «минуты позора». В течение пяти минут японская делегация стояла под суровыми взглядами представителей союзных стран.

В 9 час. 04 минуты после краткой речи Макартура Сигэмицу и Умэдзу подписали акт о безоговорочной капитуляции. Затем под ним поставили подписи представители союзных держав. От имени Советского Союза подпись поставил генерал К. Н. Деревянко.

Церемония подписания акта о безоговорочной капитуляции продолжалась 20 минут. Получив копии документа о капитуляции, японская делегация отбыла с «Миссури».

Вслед за этим представители союзного командования начали принимать капитуляцию японских войск в различных районах Тихого океана, Китая, Юго-Восточной Азии. Эта процедура растянулась на несколько месяцев («История Второй мировой войны…», т. 11, стр. 358–359).

В «Обращении тов. И. В. Сталина к народу» 2 сентября 1945 г. вождь подчеркнул, что безоговорочная капитуляция Японии означает, что «наступил конец второй мировой войны».

Сталин отметил, что японские захватчики нанесли ущерб не только Китаю, США и Великобритании. «Они нанесли серьёзнейший ущерб также и нашей стране. Поэтому у нас есть ещё свой особый счёт к Японии». Сталин напомнил, что свою агрессию против нашей страны Япония начала ещё в 1904 г. во время русско-японской войны, когда, воспользовавшись слабостью царского правительства, вероломно без объявления войны напала на Россию и атаковала русскую эскадру в Порт-Артуре, выведя из строя три первоклассных военных корабля России.

Россия в той войне потерпела поражение, и Япония отхватила у России южный Сахалин и утвердилась на Курильских островах, закрыв на замок все выходы в океан, все выходы к портам Советской Камчатки и Советской Чукотки. «Было ясно, – отмечает Сталин, – что Япония ставит себе задачу отторгнуть от России весь её Дальний Восток».

В 1918 г., напоминает Сталин, «Япония, воспользовавшись враждебным тогда отношением к Советской стране Англии, Франции, Соединённых Штатов Америки и опираясь на них, – вновь напала на нашу страну, оккупировала Дальний Восток и четыре года терзала наш народ, грабила Советский Дальний Восток». Японские захватчики были выброшены за пределы нашей страны в 1922 г.

В 1938 г. Япония напала на СССР в районе озера Хасан, а в 1939 – около Халхин-Гола, где агрессоры потерпели поражение.

Признание Японией безоговорочной капитуляции означает, – подчёркивает Сталин, – «что южный Сахалин и Курильские острова отойдут Советскому Союзу и отныне они будут служить не средством отрыва Советского Союза от океана и базой японского нападения на наш Дальний Восток, а средством прямой связи Советского Союза с океаном и базой обороны нашей страны от японской агрессии» (И. Сталин «О Великой Отечественной войне Советского Союза», стр. 203–206).

В отличие от других стран, американская сторона имела подготовленный план («Блэклист») на случай капитуляции японских вооружённых сил. В соответствии с ним предусматривалась оккупация 14 важнейших районов в собственно Японии и 3–6 – в южной части Кореи.

Высадка американских войск в Японии началась 27 августа в заливе Сагами, в который вошли корабли 3-го американского флота. 28 августа на аэродроме Апуги, близ Токио, высадился передовой отряд из 150 человек. 30 августа началась массовая высадка оккупационных войск недалеко от японской столицы и в других районах. У берегов Японии находилось 383 корабля и судна. На авианосцы базировалось 1300 самолётов. В Токио оккупационные войска вступили 8 сентября. В октябре 1945 г. американское командование установило полный контроль над важнейшими стратегическими пунктами Японии. К концу года численность американских оккупационных войск составила 241,5 тыс. солдат и офицеров.

Империалистические круги США и администрация Трумэна намеревались использовать многие правительственные органы как эффективное средство контроля над народом. Вот почему разоружение армии, флота и авиации было возложено на японцев.

17 августа было создано правительство Н. Хигасикуни – дяди императора, генерала, принимавшего участие в завоевательных походах. Используя авторитет императорского дома, Хигасикуни быстрыми темпами провёл демобилизацию личного состава вооружённых сил в собственно Японии, в которых насчитывалось 3 700 тыс. человек. С 1 декабря военное и военно-морское министерства стали называться соответственно первым и вторым демобилизационными министерствами. К середине декабря императорские вооружённые силы прекратили существование. Однако Японии, при попустительстве американских представителей или с их молчаливого согласия, удалось сохранить под своим контролем основные офицерские кадры. Многие мобилизационные документы и списки не были переданы союзному командованию. Основные руководящие кадры армии и флота были распределены по государственным учреждениям и военно-промышленным компаниям.

Такого рода действия в корне противоречили Потсдамским соглашениям об условиях капитуляции Японии и вызвали протесты со стороны Советского Союза, указывавшего на недопустимость того, чтобы оружие и военную технику от капитулировавших частей принимали представители военного и военно-морского министерства. На эти протесты Макартур ответил, что он «доверяет народному правительству Японии…». Это демагогическое утверждение свидетельствовало о том, что Макартур собирается установить и к концу года фактически установил единоличный американский контроль над Японией, игнорируя задачи оккупационной политики, сформулированные в совместных решениях союзников.

Капитуляцию японских войск в Китае принял представитель Чан Кай-ши, начальник штаба китайской армии генерал Хэ Ин-цинь. При этом Чан Кай-ши приказал 8-й и Новой 4-й армиям, являвшихся вооружёнными силами Компартии Китая, не предпринимать самовольных действий в отношении японских войск, рассчитывая таким образом лишить вооружённые силы КПК принимать капитуляцию японских войск. Также Чан Кай-ши запретил командующему японскими войсками генералу Окамуре сдавать оружие частям КПК. Это вызвало протесты со стороны ЦК КПК, привело к продолжительным тяжёлым боям между войсками КПК и японской армией.

К концу октября в Китае практически сложилось два правительства: гоминьдановское, контролировавшее большую часть территории страны, на которой проживало около 70 % населения страны, и освобождённых районов во главе с КПК. К концу 1945 г. освобождённые районы составляли почти четверть территории Китая с населением около 150 млн. человек. Выросли и силы народной армии, которой советское командование передало оружие и технику бывшей Квантунской армии. К гоминьдановской армии также попало значительное количество японского вооружения: 534 танка и бронемашины, 12 446 орудий, 29 822 пулемёта, более полумиллиона винтовок и карабинов, 291 годный к полётам (всего 1068) самолёт, 235 боевых кораблей, много боеприпасов и снаряжения.

Разоружение и приём капитуляции японских войск в Корее осуществляли Советские Вооружённые Силы (севернее 38-й параллели) и армия США (южнее 38-й параллели). Советское правительство рассматривало пребывание своих войск в Северной Корее как временное явление, связанное с разоружением находившихся там гарнизонов и частей японской армии. Советские войска провели все мероприятия по разоружению японских войск, была повсеместно упразднена колониальная администрация. Население получило возможность создать свои органы власти, пользоваться всеми демократическими свободами.

Действия США были рассчитаны на расчленение Кореи и превращение её южной части в американскую стратегическую базу. Они не выполнили своих союзнических обязательств. 8 сентября 24-й армейский корпус США под командованием генерала Дж. Ходжа высадился в порту Инчхон в Южной Корее. В распространённом накануне высадки американских войск «Обращении к корейскому народу» генерал Макартур предупреждал, что всякое неподчинение американским оккупационным войскам или японской колониальной администрации будет строго караться, вплоть до смертной казни. С 11 сентября в Южной Корее начала действовать военная администрация, начальником которой был назначен генерал А. Арнольд. Однако до 3 октября власть продолжала оставаться в руках японского колониального аппарата во главе с губернатором Н. Абэ. Войска, полиция, жандармерия не разоружались.

Разгром Красной Армией японских войск в Северной Корее вызвал небывалый подъём политической активности масс, который не могла удержать японская колониальная администрация. В народном движении против японцев приняли участие практически все слои населения за исключением небольшой группы компрадорской буржуазии и помещиков. Повсеместно создавались народные комитеты. 6 сентября в Сеуле состоялся первый съезд народных представителей, который высказался за немедленное проведение широких демократических преобразований. Во главе демократического движения как в Северной, так и в Южной Корее находились коммунисты. В сентябре состоялась партийная конференция, которая избрала Центральный Комитет Коммунистической партии Кореи. Трудящиеся начали организовывать профсоюзы; 5 ноября была создана Корейская лига труда.

Стремясь не допустить перехода власти в руки корейского народа, американцы спешно собирали «надёжных» людей – коллаборационистов всех мастей. В государственной полиции 53 % офицерских должностей заняли те, кто раньше служил японским властям. Поощрялось создание крайне правых партий и организаций, руководящие деятели которых были представителями консервативных и коллаборационистских кругов, а также компрадорской буржуазии и помещиков.

США использовали в своих политических интересах и консервативную корейскую эмиграцию в США и Китае. 16 октября в Южную Корею на американском военном самолёте был доставлен Ли Сын Ман, глава «Временного правительства» Кореи, созданного корейской эмиграцией в Шанхае ещё в 1919 г. и признанного Чан Кай-ши. Главными заботами этого правительства был перевод японских военных документов для гоминдановской армии и шпионаж в районах, контролируемых Компартией Китая. На свою деятельность «правительство» ежемесячно получало 300 тыс. долл. и ещё 500 тыс. – на специальные нужды. Ли Сын Ман тут же установил контакты с крупными корейскими капиталистами. Реакционные партии и группировки развернули шумную кампанию за признание «Временного правительства» и роспуск народных комитетов.

Создав военную и политическую опору в Южной Корее, оккупационная администрация перешла к разгрому народных органов власти. 12 декабря военное командование США опубликовало официальное заявление о непризнании народных комитетов. Военная полиция американской армии учинила расправу над руководителями прогрессивных демократических организаций, ей активно помогали корейская марионеточная полиция и реакционные партии.

С разгромом народных комитетов в Южной Корее закончился период своеобразного двоевластия. В результате прямого вмешательства американской военщины контроль над положением с в стране перешёл в руки корейской реакции во главе с американским ставленником Ли Сын Маном.

Эта политика империалистов США была направлена против интересов корейского народа и привела к расколу корейского государства по 38 параллели.

На длительное время затянулись разоружение и репатриация японских войск в Юго-Восточной Азии.

Английские войска не спешили разоружать японцев, рассчитывая использовать недавних противников для борьбы с национально-патриотическими силами, которые выступали за независимость своих стран. Так, в Индонезии командование союзных войск потребовало от патриотов, уже разоруживших некоторые японские части, сдать оружие. Встретив решительный отказ, оно начало боевые действия, а с января 1946 г. бросило против патриотов и японские войска. Английский генерал Д. Грейси – ответственный за приём капитуляции японских войск во французском Индокитае южнее 16-й параллели – также использовал японских солдат для разгона народных комитетов в Сайгоне и других городах.

Ненависть к японским оккупантам была столь велика, что в Маньчжурии, на Новой Гвинее и в других районах японское командование просило победителей оставить войскам оружие для «защиты от возможного нападения туземцев», а на Борнео оно просило командующего австралийскими частями ускорить оккупацию западной части острова, где ширилось антияпонское движение.

Подписание акта о капитуляции Японии 2 сентября 1945 г. явилось исторически неизбежным финалом агрессивных устремлений японского милитаризма, положило конец длинной серии военных авантюр. В течение без малого 70 лет военно-бюрократическая верхушка Японии почти непрерывно вела войны, обрекая свой народ и народы соседних стран на жестокие испытания, тяжёлые жертвы, лишения и страдания.

Получив от союзников право возглавить процесс демилитаризации Японии, американские военные представители стали проводить политику захвата преимущественных прав США в союзных органах, руководствуясь интересами американских монополий.

Уже в ходе разоружения японских войск отчётливо проявилась опасная тенденция – стремление во что бы то ни стало восстановить колониальное господство в своих владениях. С подписанием акта о капитуляции кончилось заигрывание США с лидерами национально-освободительного движения в странах Азии (стр. 359–366, 370).

Токийский международный трибунал. Наказание главных японских военных преступников.

3 мая 1946 г. в Токио приступил к работе Международный военный трибунал для Дальнего Востока. Это был второй судебный процесс над военными преступниками, виновными в развязывании второй мировой войны.

Требование суда над японскими военными преступниками было сформулировано в Потсдамской декларации о безоговорочной капитуляции Японии:

«Мы не стремимся к порабощению японцев как расы или уничтожению их как нации, однако должно быть осуществлено суровое правосудие в отношении всех военных преступников, включая тех, кто совершал зверства против наших военнопленных».

«На вечные времена должны быть устранены власть и влияние тех, кто обманывал японский народ и вовлёк его на путь завоевания мирового господства, ибо мы считаем, что мир, безопасность и справедливость невозможны, пока не будет изгнан из мира безответственный милитаризм» (стр. 415).

Таким образом, Потсдамской декларацией была заложена основа создания Международного военного трибунала для Дальнего Востока.

На Московском совещании министров иностранных дел СССР, США и Великобритании, состоявшемся 16–26 декабря 1945 г. было принято решение возложить проведение всех мероприятий, необходимых для реализации условий капитуляции, оккупации и контроля над Японией, а следовательно и касающихся наказания военных преступников, на верховного командующего союзных держав в Японии. К этому решению присоединился и Китай.

В ходе дипломатических переговоров девяти заинтересованных государств – СССР, США, Великобритании, Китая, Франции, Австралии, Канады, Новой Зеландии, Нидерландов было достигнуто соглашение об учреждении Международного военного трибунала. Представители этих государств и вошли в его состав. Впоследствии к соглашению присоединились Индия и Филиппины.

19 января 1946 г. верховный командующий союзных войск в Японии Макартур издал приказ об организации Международного военного трибунала для Дальнего Востока и утвердил его устав. Задача трибунала заключалась в организации «справедливого и быстрого суда и наказания главных военных преступников на Дальнем Востоке» (стр. 416).

Устав Токийского трибунала вобрал в себя важнейшие положения устава Нюрнбергского трибунала. Однако в отличие от последнего, в нём не был соблюдён принцип паритета, то есть равноправного участия стран в организации и проведении процесса. Если в Нюрнберге члены трибунала выбирали председательствующего по взаимному соглашению, главные обвинители распределяли обязанности по поддержанию обвинения также по договорённости, а процесс вёлся на четырёх языках, то в Токио всё обстояло иначе.

Устав был разработан американскими юристами в соответствии с нормами англосаксонской процедуры и возникавшие вопросы решались так, как будто дело рассматривалось в английском или американском суде.

Верховному командующему Макартуру были предоставлены чрезвычайно широкие полномочия. Он назначал председателя, главного обвинителя, членов трибунала из представителей, которых предлагали государства, подписавшие акт о капитуляции, а также Индия и Филиппины. Он имел право смягчить или как-то изменить приговор, но не увеличить меру наказания. Официальными языками процесса были только английский и японский. Американцы стремились подчеркнуть, что приоритет в разгроме Японии принадлежит им, и на Токийском процессе заняли ключевые позиции.

Прогрессивная мировая общественность и народ Японии, ставший первой жертвой милитаристов, с одобрением встретили известие о суде. Идея наказания военных преступников была популярна среди японцев. На митингах, организованных коммунистической партией и левыми организациями Японии, составлялись обширные списки виновных в развязывании войны.

3 мая 1946 г. в здании бывшего военного министерства состоялось первое заседание Международного трибунала. Членами трибунала являлись представители одиннадцати государств: СССР, США, Китая, Великобритании, Франции, Австралии, Голландии, Индии, Канады, Новой Зеландии и Филиппин. Членом трибунала от СССР являлся член военной коллегии Верховного суда СССР генерал И. М. Зарянов. Австралийский судья председатель верховного суда штата Квинслэнд У. Уэбб был назначен председателем Международного трибунала. Американский судья Дж. Кинан – главным обвинителем (он же – обвинитель от США).

Каждая страна-участница трибунала выдвинула ещё юристов в качестве дополнительных обвинителей. От СССР обвинение представляли член-корреспондент Академии наук СССР С. А. Голунский, государственные советники юстиции А. Н. Васильев и Л. Н. Смирнов.

Защита была представлена 79 японскими и 25 американскими адвокатами. Участие американских защитников в процессе мотивировалось некомпетентностью японских адвокатов в англосаксонской судебной процедуре. Если на Нюрнбергском процесса каждый обвиняемый имел одного защитника, то на Токийском – трёх-четырёх.

К судебной ответственности были привлечены 28 человек, разрабатывавших и проводивших политику агрессии. В большинстве своём обвиняемые являлись профессиональными военными, тесно связанными с «дзайбацу» и придворными кругами. Каждый из подсудимых в 1928–1945 гг. (период, охватываемый обвинением) занимал различные руководящие посты, активно участвуя в вовлечении Японии в войну.

Но не все виновные оказались на скамье подсудимых. Представители крупнейших японских монополий, финансировавших и направлявших агрессоров, не были привлечены к ответу, хотя советское обвинение настаивало на этом. Объяснялось это тем, что суды над монополиями могли вылиться в суд над империализмом, порождающим захватнические войны, а этого буржуазные политики допустить не могли. Поэтому в приговоре суда представители монополистического капитала фигурировали безлико: «промышленники», «дзайбацу», «банкиры».

Перед судом предстали премьер-министры Японии разных лет К. Койсо, Х. Тодзио, К. Хиранума, К. Хирота, вице-премьер-министр Н. Хосино, военные министры С. Араки, С. Итагаки, Д. Минами, С. Хата, военный вице-министр Х. Кимура, морские министры О. Нагано, С.Симада, морской вице-министр Т. Ока, командующий японскими войсками в Центральном Китае И. Мацуи, начальники бюро военных дел военного министерства А. Муто, К.Сато, член Высшего военного совета К. Доихара, начальник генерального штаба армии И. Умэдзу, министры иностранных дел И. Мацуока, М. Сигэмицу, С. Того, дипломаты Х. Осима, Т. Сиратори, министр финансов О. Кайя, организатор фашистского движения молодёжи К. Хасимото, идеолог японского фашизма С. Окава, лорд-хранитель печати К. Кидо, председатель планового комитета при кабинете министров Т. Судзуки (стр. 417–418).

Подсудимым было предъявлено обвинение в заговоре совместно с Германией и Италией с целью «обеспечить господство агрессивных стран над остальным миром и эксплуатацию его этими странами». Было выдвинуто 55 обвинительных пунктов, которые были разделены на три группы:

а) «Преступления против мира», включавшие подготовку и развязывание «агрессивных войн, нарушавших международное право»;

б) «Убийства», где подсудимым инкриминировались убийство военнослужащих и гражданских лиц при развязывании незаконных военных действий и прочие убийства с нарушением общепринятых законов и обычаев войны (расстрел военнопленных, массовые убийства гражданского населения);

в) «Военные преступления и преступления против человечности», подразумевавшие негуманное обращение с военнопленными и гражданскими интернированными лицами.

На вопрос, признают ли подсудимые себя виновными, все они ответили отрицательно. 3 июня обвинение приступило к предъявлению доказательств виновности подсудимых, включавших устные и письменные показания свидетелей и подсудимых, документальные и вещественные улики. Сложность возникла с документальными уликами, так как была уничтожена почти вся документация, которая могла бы изобличать милитаристов в совершении преступлений. Так, в циркулярной телеграмме начальника отделения лагерей для военнопленных, отправленной в войска 20 августа 1945 г., указывалось: «Личному составу, который плохо обращался с военнопленными и гражданскими интернированными лицами или к которому относятся с большим недовольством, разрешается ввиду этого немедленно переехать в другое место или скрыться без следа» (стр. 418–419).

Однако тщательные розыски документов, а также привлечение совершенно секретной японо-германской переписки, имевшейся в распоряжении разведывательных органов союзников, помогли подготовить убедительные доказательства, изобличавшие и в достаточно полном объёме раскрывавшие преступную деятельность подсудимых.

Обвинение представило обширные доказательства подготовки японского общественного мнения к войне: воспитание молодёжи в духе так называемых «самурайских традиций», распространение идей о превосходстве «расы Ямато» над другими народами, её миссии, состоявшей в осуществление принципа «хакко итиу» (создание колониальной империи под владычеством Японии). Доказывалось, что в стране насаждались политические организации профашистского толка, совершались террористические акты над политическими деятелями, неугодными милитаристам.

На рассмотрение трибунала были представлены многочисленные документы, доказывавшие интенсивность военных приготовлений Японии: постоянное увеличение численности армии, создание института тотальной войны, введение закона о всеобщей мобилизации, перестройка промышленности в соответствии с нуждами войны.

Первым агрессивным актом Японии был захват Маньчжурии, которая была оккупирована и в ней создано марионеточное правительство. В последующие годы агрессия в Китае продолжалась.

Обвинитель Сян Чжэ-чжунь, представлявший доказательства по японским зверствам в Китае, отметил, что убийства и массовые истребления, пытки, насилия, грабежи имели место в оккупированных районах Китая на протяжении всего времени, с 1937 по 1945 г. После падения Нанкина, когда город оказался полностью под контролем японской армии генерала Мацуи, началась дикая оргия насилий и преступлений. Она длилась, не утихая, более сорока дней.

Преследуя цель подавить волю китайского народа к сопротивлению, японцы способствовали производству наркотиков. Средства же, полученные от их реализации, шли на финансирование военной экспансии.

В результате агрессии Япония овладела «почти всеми ценными ископаемыми и сырьём Маньчжурии и Китая», констатировало обвинение.

Оккупировав после капитуляции Франции важный в стратегическом отношении и богатый сырьём Индокитай, японские агрессоры развернули подготовку к захвату стран Южных морей.

7 декабря 1941 г. Япония напала на американскую военно-морскую базу Пёрл-Харбор на Гавайских островах, а затем – на американские и британские владения в бассейне Тихого океана.

Советское обвинение представляло доказательства по разделу «Агрессия Японии против СССР».

Обвинитель С. А. Голунский отметил, что хотя Японии в 1918–1922 гг. не удалось захватить советскую территорию, «мечта об этом продолжала жить среди японской военщины и японских империалистических политиков до самого последнего времени и мотивировала собой целый ряд их агрессивных действий». Характеризуя внутреннюю политику Германии, Италии и Японии, Голунский отметил основные черты, присущие режимам этих стран: террор и проповедь национализма.

Период, охватываемый обвинением, советский представитель разбил на четыре этапа:

– на первом этапе (с 1928 по осень 1931 г.) Япония стремилась завоевать плацдарм для нападения на СССР;

– основным содержанием второго этапа (с осени 1931 по 1936 г.) стало превращение Маньчжурии в военный плацдарм и заключение военно-политического союза с Германией против СССР; позднее к нему присоединилась и Италия;

– на третьем этапе (с 1937 г. до начала войны в Европе) происходило дальнейшее сближение трёх держав, выразившееся в заключении трёхстороннего пакта, который окончательно оформил их агрессивный заговор против других государств;

– на последнем этапе (с осени 1939 г. до капитуляции Японии) милитаристы, уверенные в победе Германии, выжидали удобного момента для нападения на СССР, а после её разгрома пытались избежать безоговорочной капитуляции.

На основании большого количества документов советскими юристами была выявлена антисоветская направленность захватнической политики Японии, дан глубокий анализ её агрессивной сути.

Обвинение представляло свои доказательства 160 дней.

24 февраля 1947 г. начала представлять доказательства защита.

Большое влияние на её поведение, на весь ход трибунала оказало изменение международной обстановки. Наступали времена «холодной войны», советско-американские отношения ухудшались. Для капиталистических стран Германия и Япония уже не представляли опасности, тогда как усиление позиций Советского Союза, повышение его авторитета, демократические преобразования в странах Центральной и Юго-Восточной Европы, многие из которых становились на путь социалистического развития, нарастание национально-освободительного движения в колониях вызывали большую тревогу и озабоченность руководящих кругов США.

Многие государственные и военные деятели Соединённых Штатов уже видели в Японии союзника в будущей борьбе против СССР и стремились превратить её в орудие антисоветской, антикоммунистической политики. Однако в то время они были вынуждены считаться с объективными условиями: ещё мало времени прошло со дня окончания войны, и крутой поворот от идеалов, за которые боролись и осуществления которых ожидали прогрессивные люди всего мира, к политике международной реакции был непрост.

В ходе Токийского процесса защита, воспользовавшись обострением международной обстановки и усилением реакционных настроений в правящих кругах империалистических стран, пыталась всеми способами оправдать подсудимых. Большую активность проявляли американские адвокаты, считавшиеся помощниками японских, но фактически руководившие ими.

Стремясь дискредитировать стоявшие перед трибуналом задачи, защита на протяжении всего процесса ставила под сомнение юрисдикцию трибунала. Так, в речи японского адвоката К.Такаянаги была сделана попытка оспорить компетенцию трибунала судить японских военных преступников на том основании, что трибунал состоит из представителей держав-победительниц. Трибунал отклонил эту часть речи. Тот же Такаянаги цинично заявил, объясняя мотивы преступлений, совершённых немецкими и японскими военнослужащими: «Такой вид действий может являться лишь отражением национальных или расовых особенностей. Преступления не меньше, чем величайшие произведения искусства, могут выражать характерные черты, отражающие нравы расы…» (стр. 422). По мнению адвоката, подсудимые воплотили в себе характерные черты «расы Ямато» и «нордической расы», ставивших их «по ту сторону добра и зла».

Пытаясь сыграть на антикоммунистических настроениях, многие адвокаты утверждали, что Япония вела войну не в агрессивных целях, а ради защиты от коммунизма и «японцы совершенно справедливо опасались распространения коммунизма, проникновение которого в Азию привело к нарушению мира и порядка». Даже пакт, заключённый Германией, Японией и Италией назывался не агрессивным, а оборонительным, направленным против распространения коммунизма в Европе и Азии.

Защитник О. Каннингхэм, у которого не были приняты документы ввиду их недостоверности, обвинил трибунал в том, что тот «не желает придерживаться… современной политической линии США» (стр. 423). Некоторые защитники отрицали антисоветскую направленность внешней политики Японии, детально разработанные планы нападения на СССР называли оборонительными.

Свидетели защиты неоднократно уличались во лжи, что даже было зафиксировано в приговоре трибунала. Адвокаты японских военных преступников умышленно затягивали Токийский процесс обсуждением не относящихся к делу вопросов, оглашением длиннейших документов и неоднократными ходатайствами о перерывах. Фаза защиты продолжалась свыше десяти с половиной месяцев.

В заключительной речи обвинение подвело итоги двухгодичного разбирательства и подвергло критике позицию защиты. Главный обвинитель Кинан сказал: «Мы согласны с тем, что право на самооборону согласно международному праву сохраняется за каждым государством в равной степени… Однако в данном случае мы считаем, что было ясно доказано, что японское вторжение в Китай… политическое господство, экономическая эксплуатация и массовые случаи зверств – всё это представляет собой агрессию самого зловещего характера… Эти подсудимые не могут больше успешно оправдывать свои действия в военных операциях, начатых 8 декабря 1941 г. на Тихом океане против западных держав. Точно также доказательства показывают, что правящая клика Японии проводила агрессивную политику против СССР, совершала акты агрессии и в течение ряда лет подготовляла агрессивную войну больших масштабов против Советского Союза» (там же).

В ответной речи защита вновь дискутировала по общеправовым вопросам, стремясь доказать ненаказуемость ведения агрессивной войны, недопустимость ответственности ex post facto (лат.: «после совершившегося»), неправомочность трибунала. Адвокаты подсудимых вновь прибегали к недостойным методам, зачитывая ранее отвергнутые документы, позволяя себе оскорбительные выпады против государств, представленных в трибунале, пропагандируя преступные взгляды подсудимых.

4 ноября 1948 г. трибунал приступил к оглашению приговора, чтение которого продолжалось до 12 ноября.

Приговор признал, что на протяжении всего рассмотренного периода внешняя и внутренняя политика Японии была направлена на подготовку и развязывание агрессивных войн. Из года в год во всех сферах жизни общества усиливалась роль военщины, насаждался культ жестокости. Страна интенсивно готовилась к войне. Заключив военно-политический союз с фашистскими странами, Япония вынашивала планы захвата Восточной и Юго-Восточной Азии, стран Тихоокеанского бассейна, а также территорий Советского Союза – Сибири и Приморья.

Действия Японии в Китае являются агрессивной войной, начавшейся 18 сентября 1931 г. и окончившейся вместе с капитуляцией Японии. Первый этап войны начался вторжением Японии в Маньчжурию и провинцию Жэхэ. Маньчжоу-го было создано Квантунской армией, и его экономика находилась под контролем Японии. Маньчжурии была отведена роль мастерской по производству военных материалов. «Япония брала у Маньчжурии всё, что можно было взять» (стр. 424).

Приговор признал доказанным факт ведения агрессивной войны против США, Британского содружества наций, Нидерландов и Франции.

Особое место в военных планах Японии занимала агрессия против Советского Союза с целью захвата его территории на Дальнем Востоке. В этом свете захват Маньчжурии расценивался не просто как этап в завоевании Китая, а и как плацдарм для обеспечения наступательных операций против Советского Союза, для захвата ряда дальневосточных городов и северной части Сахалина.

Приговор отметил неискренность, проявленную Японией при заключении пакта о нейтралитете с СССР, маскируясь которым она рассчитывала облегчить осуществление нападения. Пакт служил также прикрытием для оказания помощи Германии, так как разместив в Маньчжурии крупную группировку войск, Япония сковала значительные силы Красной Армии на востоке тогда, когда шли тяжёлые бои на западе. Япония снабжала Германию информацией о военном потенциале Советского Союза, чинила препятствия советскому судоходству, задерживала без всякой причины суда, а в ряде случаев топила их.

В приговоре упомянуты многочисленные случаи совершения японской военщиной преступлений против человечества, попрания элементарных законов и обычаев ведения войны. Массовые убийства, «марши смерти», когда военнопленных, включая больных, вынуждали проходить большие расстояния в условиях, которые не могли бы вынести даже хорошо натренированные войска, принудительный труд в тропической жаре без защиты от солнца, полное отсутствие жилищ и медикаментов, приводившие к тысячам смертных случаев от болезней, избиения и пытки всех видов для получения сведений или признаний и даже людоедство – всё это только часть зверств, доказательства которых были представлены трибуналу. Особенно жестоко японцы обращались с пленными китайцами.

Однако приговор не был свободен от некоторых противоречий и погрешностей. Приводя факты, свидетельствовавшие о наличии тесных военно-политических связей между Германией и Японией, приговор счёл не доказанным наличие общего заговора Японии и Германии против мира. Признавая основными виновниками войны военных, приговор явно преуменьшал значение правительственных деятелей и совсем не показывал зловещую роль монополий, то есть отсутствовал глубокий анализ причин, приведших к войне. Но и это не умаляет громадного исторического значения приговора.

Приговор был вынесен 25 обвиняемым. Мацуока и Нагано умерли до его вынесения. Окава был признан невменяемым. Трибунал приговорил к смертной казни через повешение Доихару, Итагаки, Кимуру, Мацуи, Тодзио, Муто и Хироту, остальные подсудимые были осуждены к различным срокам тюремного заключения. Подводя итоги судебного процесса, газета «Известия» 28 ноября 1948 г. писала: «Заслуга трибунала состоит в том, что, невзирая на многочисленные попытки адвокатов и других защитников главных японских преступников, несмотря на ухищрения даже некоторых членов трибунала, он вынес справедливый и суровый приговор… На протяжении всего процесса у главных японских военных преступников было немало защитников, занимавших видные посты в США. Не исключено, что эти защитники сделают последнюю попытку, чтобы облегчить участь осуждённых» (стр. 426).

Так и случилось 22 ноября Макартур утвердил приговор. Однако вместо приведения его в исполнение, он принял от осуждённых Хироты и Доихары апелляции для направления их в верховный суд США, а в отношении всех осуждённых отложил исполнение приговора. Впоследствии апелляции подали ещё пять осуждённых. Верховный суд США принял их к исполнению.

Поведение Макартура, злоупотребившего своими полномочиями, и незаконное вмешательство верховного суда США вызвали негодование всей прогрессивной общественности. Под давлением мирового общественного мнения правительство США выступило против решения верховного суда рассматривать апелляции японских главных военных преступников. 23 декабря 1948 г. приговор был приведён в исполнение.

Важнейшим итогом Токийского процесса было признание того, что агрессия является самым тяжким международным преступлением, а лица, виновные в её развязывании, подлежат суровому наказанию. Особое значение этого тезиса трудно переоценить, так как он был зафиксирован вопреки изменившейся внешнеполитической обстановке и усилению «холодной войны».

#### § 14. Решающая роль СССР в победе над фашистской коалицией во второй мировой войне

Вторая мировая война, подготовленная и развязанная наиболее реакционными агрессивными кругами империализма по своим масштабам и ожесточённости, людским потерям и материальным издержкам не имеет себе равных в истории. Она втянула в свою орбиту четыре пятых населения земного шара и была самой кровопролитной и разрушительной из всех войн.

Пламя второй мировой войны полыхало долгих шесть лет. Вооружённая борьба велась на территории 40 стран Европы, Азии и Африки, на обширных континентальных, морских и океанских театрах военных действий. В ней участвовали многомиллионные армии, оснащённые новейшей военной техникой и оружием. Государства фашистско-милитаристского блока стремились силой оружия проложить путь к мировому господству, преследуя важнейшую цель при этом – уничтожение первого в мире государства рабочих и крестьян – Союза Советских Социалистических Республик.

Итоги второй мировой войны, это, прежде всего итоги победы социализма над ударными силами империализма, гуманизма над варварством, прогресса над реакцией. В трудном противоборстве двух мощных коалиций Советский Союз находился в авангарде борьбы с фашизмом.

Историческая истина состоит в том, что именно советский народ, руководимый Всесоюзной Коммунистической партией (большевиков) во главе с И. В. СТАЛИНЫМ, преградил путь германскому фашизму к мировому господству, вынес на своих плечах основную тяжесть второй мировой войны и внёс решающий вклад в достижение победы.

Нападение фашистской Германии на Советский Союз привело к коренному изменению всей военно-политической обстановки, соотношения сил и перспектив хода и исхода второй мировой войны. К июню 1941 г. вермахт уже захватил одну за другой многие страны Европы: за 35 дней была разгромлена буржуазная Польша, за сутки пала Дания, были оккупированы Норвегия, Бельгия, Голландия и Люксембург. Французская армия сопротивлялась всего 44 дня. Потерпела крупное поражение английская экспедиционная армия, которую командование поспешило эвакуировать на Британские острова. Нацисты захватили также ряд стран на Балканах. В капиталистическом мире фактически не оказалось силы, которая могла бы остановить агрессора. Такой силой стала родина социализма – Советский Союз.

В политическом отношении вступление СССР во вторую мировую войну означало, что главным её содержанием стало противоборство социалистического государства и демократических сил других стран с наиболее реакционным отрядом империализма – германским фашизмом. Советский Союз стал основой объединения всех сил, боровшихся с фашизмом, основой образования антигитлеровской коалиции.

В военном отношении вступление СССР во вторую мировую войну означало, что в борьбу против агрессора включилась Красная Армия – крупнейшая из всех армий, противостоявших захватчику, а центр военных действий переместился на советско-германский фронт. Именно на этом фронте в течение всей войны сосредоточивалась подавляющая часть вооружённых сил фашистской Германии и её пособников – Финляндии, Румынии, Италии и Венгрии. Здесь использовалась и большая часть военной техники противника.

«С точки зрения большой стратегии, – писал 6 мая 1942 г. президент США Ф. Рузвельт, – трудно уйти от того очевидного факта, что русские армии уничтожают больше солдат и вооружения противника, чем все остальные 25 государств Объединённых Наций, вместе взятые» («История Второй мировой войны…», т. 12, стр. 34).

За несколько дней до завершения Сталинградской битвы, 20 января 1943 г., премьер-министр Великобритании У. Черчилль вынужден был признать: «… все наши военные операции осуществляются в весьма незначительном масштабе по сравнению с огромными ресурсами Англии и Соединённых Штатов, а тем более по сравнению с гигантскими усилиями России» (стр. 35).

Решающий вклад СССР в победу определяется и тем, что более 73 % общих потерь немецко-фашистская армия понесла в боях и сражениях с Красной Армией. Урон в личном составе, нанесённый вермахту на советско-германском фронте, был в четыре раза больше, чем на Западноевропейском и Средиземноморском театрах военных действий, вместе взятых, а по числу убитых и раненых – в шесть раз. На советско-германском фронте была уничтожена и основная часть военной техники противника – до 75 % общих потерь танков и штурмовых орудий, свыше 75 % всех потерь авиации, 74 % общих потерь артиллерийских орудий (там же).

СССР внёс основной вклад и в достижение победы на завершающем этапе войны с милитаристской Японией. Именно советские войска, разгромив мощную Квантунскую армию, вырвали у Японии основные средства дальнейшего ведения войны и заставили её принять требования антигитлеровской коалиции о безоговорочной капитуляции.

Исключительно велика роль СССР в освобождении народов других стран от фашистского ига. Сокрушительные удары по фашистским захватчикам создавали благоприятные условия для активизации народных масс порабощённых государств на борьбу за своё национальное освобождение.

Особенно большую помощь оказал Советский Союз народам стран Центральной и Юго-Восточной Европы. Около 7 млн. советских воинов непосредственно участвовали в освобождении одиннадцати европейских стран общей площадью 1 млн. кв. км с населением 113 млн. человек. В освобождении Северо-Восточного Китая (Маньчжурии) и Северной Кореи приняли участие более 1,5 млн. советских воинов.

Таким образом, сокрушение военной мощи фашистского блока является убедительным показателем решающего вклада СССР в победу.

Подвиги фронтовиков получили глубокое признание народа. Произведено 5 млн. 300 тыс. награждений военнослужащих орденами и 7 млн. 580 тыс. – медалями. Более 11 тыс. человек удостоены звания Героя Советского Союза; примечательно, что среди них представители ста наций и народностей СССР. Всего за годы войны награждены орденами и медалями более 7 млн. советских воинов (стр. 49).

Источники победы советского народа в Великой Отечественной войне

Сталин, выступая с речью на предвыборном собрании избирателей Сталинского избирательного округа Москвы 9 февраля 1946 г., напомнил слушателям, что вторая мировая война возникла не случайно, что она «возникла, как неизбежный результат развития мировых экономических и политических сил на базе современного монополистического капитализма», что «капиталистическая система мирового хозяйства таит в себе элементы общего кризиса и военных столкновений» (И. Сталин, «Речи на предвыборных собраниях Сталинского избирательного округа г. Москвы 11 декабря 1937 г. и 9 февраля 1946 г., стр. 13–31).

Вследствие неравномерного характера развития капитализма, борьбы капиталистических стран за рынки сырья и рынки сбыта, периодически происходит передел «сфер влияния» путём применения вооружённой силы, – напоминает Сталин известное марксистское положение. «В результате этого, – подчёркивает вождь – возникает раскол капиталистического мира на два враждебных лагеря и война между ними».

Первая мировая война возникла в результате первого кризиса капиталистической системы, вторая – в результате второго кризиса.

Но при этом Сталин обращает внимание на существенное отличие второй мировой войны по своему характеру от первой мировой.

Главные фашистские государства – Германия, Япония и Италия – перед тем как напасть на союзные страны, – напоминает Сталин, – уничтожили у себя последние остатки буржуазно-демократических свобод и установили жестокие террористические режимы, растоптали принцип суверенитета и свободного развития малых стран, в основу своей политики положили политику захвата чужих земель, борьбу за мировое господство и распространение фашистского режима во всём мире.

«Ввиду этого – подчёркивает Сталин – вторая мировая война против государств оси, в отличие от первой мировой войны, приняла с самого начала характер войны антифашистской, освободительной, одной из задач которой являлось также восстановление демократических свобод. Вступление Советского Союза в войну против государств оси могло лишь усилить, – и действительно усилило, – антифашистский и освободительный характер второй мировой войны».

Победа над фашизмом означает, делает вывод Сталин, что:

– «победил наш советский общественный строй, что советский общественный строй с успехом выдержал испытание в огне войны и доказал свою полную жизнеспособность».

Он обращает внимание на то, что советский строй, как считали на Западе, является нежизнеспособным и развалится как «карточный домик». Война показала полную жизнеспособность советского общественного строя, показала, что «советский общественный строй является лучшей формой организации, чем любой несоветский общественный строй».

Итак, превосходство советского общественного социалистического строя над буржуазным строем фашистских государств явилось первым важнейшим фактором (источником) победы.

– «победил наш советский государственный строй, что наше многонациональное советское государство выдержало все испытания войны и доказало свою полную жизнеспособность».

Предсказания иностранной печати, что Советский Союз ждёт судьба Австро-Венгрии и он развалится, оказались несостоятельными.

Итоги войны показали, что национальный вопрос и проблема сотрудничества наций в советском государстве разрешён лучше, чем в любом другом многонациональном государстве, «ибо наше многонациональное государство выросло не на буржуазной основе, стимулирующей чувства национального недоверия и национальной вражды, а на советской основе, которая, наоборот, культивирует чувства дружбы и братского сотрудничества между народами нашего государства».

Дружба и братство народов СССР явилось вторым важнейшим источником нашей победы.

– «победили советские вооружённые силы, победила наша Красная Армия,… Красная Армия геройски выдержала все невзгоды войны, наголову разбила армии наших врагов и вышла из войны победительницей». В этот момент с места кто-то воскликнул: «Под руководством товарища Сталина!», что было встречено бурными, долго не смолкающими аплодисментами и овациями.

Сталин отмечает, что не сбылись предсказания иностранной прессы и заграничных военных авторитетов, что Красная Армия развалится как «колосс на глиняных ногах». «После блестящих побед Красной Армии, – делает вывод Сталин, – …нельзя не признать, что Красная Армия является первоклассной армией, у которой можно было бы поучиться многому».

Итак, превосходство Советских Вооружённых Сил над германской армией, над армиями фашистских государств является третьим важнейшим источником нашей победы.

Далее Сталин обращает внимание на то. что для победы мало одной храбрости наших войск. Он напоминает об экономическом фундаменте победы, который был заложен в годы первых трёх предвоенных пятилеток.

Сталин обращает внимание на то, что к 1928 г. была восстановлена промышленность и залечены раны, полученные в годы первой мировой и гражданской войны; что Советскому Союзу понадобилось всего 13 лет(!!), чтобы совершить скачок «при помощи которого наша Родина превратилась из отсталой страны в передовую, из аграрной – в индустриальную».

И Сталин напоминает, что это превращение произошло в результате проведения коммунистической партией политики индустриализации, когда была создана тяжёлая индустрия как основа нашей социалистической промышленности; в результате проведения коммунистической партией политики коллективизации сельского хозяйства, которые осуществлялись, несмотря на все «антипартийные махинации троцкистов и правых», пытавшихся сорвать политику партии и «затормозить дело индустриализации и коллективизации».

«Заслуга партии, – отмечает Сталин, – состоит в том, что она не приспосабливалась к отсталым, не боялась идти против течения и всё время сохраняла за собой позицию ведущей силы», стойкость и выдержка которой и помогли осуществить индустриализацию страны и коллективизацию сельского хозяйства.

Итак, ещё одним важнейшим источником нашей победы является созданный в предвоенные годы социалистический фундамент нашей экономики, её превосходство над капиталистической экономикой фашистских государств.

Это позволило на протяжении трёх последних лет войны, 1942–1944 гг. (трёх полных военных лет), производить в среднем в год:

– более 30 тыс. танков, самоходных орудий и бронемашин;

– до 40 тыс. самолётов;

– до 120 тыс. орудий всех калибров;

– до 450 тыс. ручных и станковых пулемётов;

– свыше 3-х млн. винтовок;

– около 2-х млн. автоматов;

– до 100 тыс. миномётов, и т. д. И соответствующее количество снарядов, бомб, мин, патронов.

Причём, как отмечает Сталин «наше вооружение по качеству не только не уступало немецкому, но в общем даже превосходило его».

И из всего вышесказанного, как обобщающий итог вытекает, что важнейшим источником победы явилось руководство ленинской Всесоюзной Коммунистической партией (большевиков) во главе с выдающимся государственным и военным деятелем И. В. СТАЛИНЫМ всей борьбой советского народа на фронте и в тылу.

Нелёгкой ценой далась победа. Варварскому разграблению фашистами были подвергнуты временно оккупированные области СССР. Отступая под ударами советских войск, гитлеровская армия применяла тактику «выжженной земли».

Огромен ущерб от прямого уничтожения и разрушения материальных ценностей на территории СССР. Он составлял почти 41 % потерь всех стран, участвовавших в войне. Немецко-фашистские захватчики полностью или частично разрушили и сожгли 1710 городов и посёлков, более 70 тыс. сёл и деревень, свыше 6 млн. зданий, лишив крова около 25 млн. человек, разрушили около 32 тыс. промышленных предприятий и 65 тыс. км железнодорожных путей, разорили 98 тыс. колхозов, 1876 совхозов, 2890 машинно-тракторных станций. Колоссальный урон был нанесён сельскохозяйственному производству. При разграблении оккупированных областей гитлеровские захватчики уничтожили, отобрали или угнали в Германию 7 млн. лошадей, 17 млн. голов крупного рогатого скота, 20 млн. голов свиней, 27 млн. голов овец и коз, огромное количество домашней птицы. Суммарно СССР потерял за годы войны около 30 % национального богатства («История Второй мировой войны…», т. 12, стр. 148).

По подсчётам учёных, в годы второй мировой войны погибло более 50 млн. человек.

Самые большие прямые и косвенные потери населения понесли государства Европы. Здесь погибло около 40 млн. человек, то есть значительно больше, чем на других континентах, вместе взятых.

Половина людских потерь Европы приходится на СССР. Они составили свыше 20 млн. человек, значительная часть из них – гражданское население, погибшее в гитлеровских лагерях смерти, в результате фашистских репрессий, болезней и голода, от налётов вражеской авиации. Потери СССР значительно превышают потери его западных союзников и обусловливаются тем, что Советский Союз принял на себя основной удар гитлеровской Германии и длительное время один противостоял фашистскому блоку в Европе.

Значительную часть своего населения потеряла Польша – 6 млн. человек, и Югославия – 1,7 млн. человек.

Фашистское руководство ставило своей целью изменить демографические процессы в Европе, а в последующем и во всём мире. Для этого предусматривалось массовое физическое уничтожение покорённых народов, а также насильственное ограничение рождаемости. Наряду с этим нацисты стремились стимулировать рост численности «избранных» наций, чтобы закрепиться на захваченных территориях. Однако война привела к большим потерям самой Германии – свыше 13 млн. человек убитыми, ранеными, пленными, пропавшими без вести. Фашистская Италия потеряла погибшими 500 тыс. человек.

Потери Франции – 600 тыс. и Великобритании – 370 тыс., гораздо меньше, но и они оказали отрицательное воздействие на их послевоенное развитие.

Немалые людские потери в годы войны понесли народы Азии. Число убитых и раненых в Китае составили свыше 5 млн. человек, Япония потеряла 2,5 млн. человек.

По сравнению с Европой и Азией другие континенты понесли значительно меньшие людские потери. В целом они составили 400 тыс. человек. США потеряли около 300 тыс. погибшими, Австралия и Новая Зеландия – свыше 40 тыс., Африка – 10 тыс. человек.

Многие сотни тысяч военнопленных и миллионы мирных граждан были уничтожены на оккупированных немецко-фашистскими и японскими захватчиками территориях. С особым ожесточением гитлеровцы применяли тщательно разработанную ими политику физического уничтожения советских людей. Фашисты осуществляли массовый угон гражданского населения в Германию, где оно попадало либо на каторжные работы, либо в концентрационные лагеря. Расстрелы, отравления в газовых камерах, избиения, пытки, чудовищные медицинские опыты, принуждение к непосильной работе – всё это вело к массовому уничтожению людей. Так, из 18 млн. граждан Европы, оказавшихся в гитлеровских концентрационных лагерях, было уничтожено свыше 11 млн. человек (стр. 150–152).

Таким образом, вторая мировая война внесла серьёзные изменения в структуру народонаселения во всём мире. Для ряда стран демографические последствия войны стали одним из наиболее неблагоприятных факторов.

### Глава 4. Послевоенный период. Восстановление и дальнейшее развитие народного хозяйства СССР

Восстановление разрушенного фашистами народного хозяйства началось ещё в годы войны. 21 августа 1943 г. было принято постановление Совнаркома СССР и ЦК ВКП(б) «О неотложных мерах по восстановлению народного хозяйства в районах, освобождённых от немецких оккупантов».

На восстановление народного хозяйства выделялись значительные средства. В освобождённые районы непрерывным потоком шли эшелоны с людьми, материалами, оборудованием, продовольствием, сельскохозяйственным инвентарём, семенами и т. д.

Большие работы развернулись после освобождения индустриального Донбасса, где оккупанты хозяйничали около двух лет, и к концу войны Донбасс вновь занял первое место в стране по добыче угля.

Началось возрождение Днепрогэса. Возрождалось машиностроение, станкостроительная промышленность. К концу войны в освобождённых районах было восстановлено 7,5 тысяч крупных промышленных предприятий.

Начал восстанавливаться жилой фонд, так как немецко-фашистские варвары оставили без крова миллионы людей, взрывая и поджигая дома.

Всё большее внимание уделялось реконверсии, то есть постепенному переводу экономики на мирные рельсы. («История Второй мировой войны…», т. 12, стр. 171–174).

Но основная работа по восстановлению разрушенного народного хозяйства начала проводиться уже после окончания войны, в годы четвёртой пятилетки.

#### § 1. Четвёртая пятилетка (1946–1950 гг.)

Выступая с речью перед избирателями Сталинского избирательного округа Москвы 9 февраля 1946 г., Сталин подчеркнул, что «основные задачи нового пятилетнего плана (подчёркнуто мною – Д. И.) состоят в том, чтобы восстановить пострадавшие районы страны, восстановить довоенный уровень промышленности и сельского хозяйства и затем превзойти этот уровень…». (И. В. Сталин, «Речи на предвыборных собраниях Сталинского избирательного округа г. Москвы» 11 декабря 1937 г. и 9 февраля 1946 г., стр. 13–31).

И продолжая, Сталин сказал: «Не говоря уже о том, что в ближайшее время будет отменена карточная система, особое внимание будет обращено на расширение производства предметов широкого потребления, на поднятие жизненного уровня трудящихся путём последовательного снижения цен на все товары и на широкое строительство всякого рода научно-исследовательских институтов, могущих дать возможность науке развернуть свои силы. Я не сомневаюсь, что если окажем должную помощь нашим учёным, они сумеют не только догнать, но и превзойти в ближайшее время достижения науки за пределами нашей страны». Хочу, чтобы читатели обратили внимание на то, какое внимание Сталин уделял развитию науки, совершенствованию её материальной и научно-исследовательской базы, причём в период, когда страна находилась в послевоенной разрухе.

На более длительный период, примерно в три пятилетки, сказал Сталин, «партия намерена организовать новый мощный подъём народного хозяйства», с тем, чтобы «поднять уровень нашей промышленности, например, втрое, по сравнению с довоенным уровнем». В частности, отметил вождь, нам необходимо добиться производства в год: чугуна – до 50 млн. т, стали – до 60 млн., угля – до 500 млн., нефти – до 60 млн. «Только при этом условии можно считать, что наша Родина будет гарантирована от всяких случайностей».

Уже к концу 1948 г. промышленность вышла на довоенный уровень и даже превзошла уровень 1940 г. (118 %). За пятилетку было восстановлены и введены в действие 6,2 тыс. или практически все крупные промышленные объекты. Был восстановлен Днепрогэс, восстановили работу все шахты Донбасса. В городах и посёлках восстановили и построили 102,8 млн. м2 жилья, на селе – 2,7 млн. индивидуальных домов. Всё жильё государство предоставляло, как и прежде, бесплатно, что в нынешних капиталистических условиях даже представить себе невозможно.

В начале 1950 г. промышленность СССР выполнила пятилетний план досрочно – в 4 года и 3 месяца.

Одновременно были нормализованы условия труда: были отменены обязательные сверхурочные работы; продолжительность рабочего дня, как и до войны, составляет 8 час.; трудящимся предоставляют ежегодные оплачиваемые отпуска. К концу 1946 г. произошла окончательная перестройка экономики на мирный лад.

Ещё некоторые цифры, свидетельствующие о достижениях советского народа в годы четвёртой пятилетки. Объём выпуска машиностроительной продукции в 1950 г. был в 2,3 раза больше, чем в 1940. В 1947 г. было произведено 9,6 тыс. легковых машин, в 1950–64,6 тыс. Гражданская авиация в 1950 г. перевезла в 3,5 раза больше пассажиров, чем в 1940.

США были лишены монополии на атомное оружие.

Как отмечает товарищ Канарейкин, советская экономика была основана не на получении прибыли, а на постоянном и планомерном снижении себестоимости продукции, что способствовало бурному развитию науки и техники. После войны количество научных учреждений увеличилось на 40 %, число студентов – на 50 %. Именно при Сталине были заложены основы советской космической программы. В феврале 1953 г. Сталин утвердил план работ по созданию межконтинентальной баллистической ракеты. Критики Сталина замалчивают его заслуги в принятии космической программы, в создание атомного оружия, позволивших создать ракетно-ядерный щит СССР, но зато охотно обвиняют вождя в «гонении на кибернетику».

Между тем, старт советской «электронной» революции был дан в 40-е годы. Ещё до войны советские учёные начали работу над созданием аналоговых машин, первая из которых увидела свет в победном 45-м. В 1948 г. научный коллектив, возглавляемый С. Лебедевым, начал работу по созданию малой электронной счётной машины (МЭСМ). А работа по созданию основных элементов цифровой ЭВМ (триггеров) началась ещё до войны.

(По материалам статей Алексея Канарейкина, Маргариты Максимовой, сайтов Коммунист. Ру, istoriarusi.ru).

В области сельского хозяйства годы четвёртой пятилетки характеризуются дальнейшим ростом его материально-технической базы. Техническая вооружённость сельского хозяйства по сравнению с довоенным уровнем значительно выросла. За пятилетие сельское хозяйство получило 536 тыс. тракторов (в 15-сильном исчислении), 93 тыс. зерновых комбайнов, огромное количество других сельскохозяйственных машин и орудий. В результате механизация полевых работ превысила довоенный уровень.

Была проведена значительная работа по электрификации сельского хозяйства. В целом по СССР количество сельских электростанций увеличилось по сравнению с довоенным в 1,9 раза, а их мощность – в 3 раза. К концу 1950 г. было электрифицировано 18,5 тыс. колхозов и свыше 6,7 тыс. МТС. («История СССР. Эпоха социализма…», стр. 669).

Как отмечает товарищ Чистов, колхозы и совхозы в 1949 г. дали стране 7 млрд. 600 млн. пудов (более 120 млн. т) зерна, перекрыв довоенную урожайность и подойдя вплотную к рубежу, установленному для последнего года пятилетки. И этот показатель ежегодно перевыполнялся вплоть до прихода Хрущёва к власти. (Д. Чистов «Сталин. Спрятанная правда», стр. 79).

#### § 2. Денежная реформа 1947 г. и ежегодное снижение розничных цен

Как мы уже показали выше, важнейшей задачей четвёртой пятилетки в социальном плане, о чём сказал Сталин в своём выступлении 9 февраля 1946 г., было поднятие жизненного уровня трудящихся путём последовательного и систематического снижения цен на все товары, отмена карточной системы и расширения производства предметов широкого потребления.

Но для систематического снижения розничных цен необходимо было создать соответствующие экономические предпосылки, восстановить экономику страны до довоенного уровня и превзойти его, о чём также сказал Сталин в своём выступлении.

К концу 1947 г. такие предпосылки были созданы, страна завершила переход на рельсы мирного экономического развития, промышленность и сельское хозяйство стремительно восстанавливались, росла производительность труда и снижалась себестоимость продукции – без этого ни о каком снижении розничных цен не может быть и речи.

Кроме того, сталинским руководством были проведены ещё и некоторые организационные преобразования.

15 декабря 1947 г. было принято Постановление ЦК ВКП(б) о реорганизации Госплана СССР.

В результате были созданы, помимо Госплана, разумеется, две новые структуры: Госснаб (Государственный комитет по материально-техническому снабжению народного хозяйства) СССР и Гостехника (Государственный комитет внедрения новой техники в производство) СССР.

Возглавить Госснаб Сталин предложил Кагановичу, подчёркивая при этом, что если не обеспечить строительные организации цементом, кирпичом, стеклом, кровельными материалами и другой продукцией, то все планы по восстановлению народного хозяйства останутся пустой бумажкой. В результате строители были обеспечены всеми необходимыми материалами и подняли из руин заводы, города, посёлки, деревни… По данному вопросу хочу привести вывод товарища Канарейкина о том, что именно в послевоенные годы была создана база для массового индустриального строительства, которой и воспользовался Хрущёв. Были созданы десятки заводов, занимающихся производством железобетонных изделий, цементные заводы, которые и стали основой крупнопанельного строительства. На металлургических заводах было налажено производство необходимого количества труб, арматуры и другого оборудования.

На Гостехнику Сталиным была возложена задача «форсированного внедрения в народное хозяйство новой техники в целях дальнейшего быстрого технического вооружения и перевооружения народного хозяйства СССР». Вышеуказанным Постановлением в состав Гостехники был введён Комитет по изобретениям и открытиям. Новаторские идеи и изобретения получили возможность реализовываться и применяться в передовой технике, внедрявшейся в производство. Это создало условия для дальнейшего роста производительности труда, снижения себестоимости продукции, уменьшения издержек производства, экономии средств (Д. Чистов, «Сталинское снижение цен», стр. 30–31).

Как отмечает товарищ Чистов в другой своей книге – «Сталин. Спрятанная правда», – «При Сталине не боялись внедрять новую технику в производство, как это было при Брежневе. В послевоенные годы СССР без преувеличения шёл во главе технического прогресса в мире» (стр. 79–80). В 1949 г. свыше 300 новых типов высокопроизводительных машин и механизмов было внедрено в промышленное производство; более 450 тысяч (!) изобретений и рационализаторских предложений, внесённых рабочими и инженерно-техническими работниками, были применены на предприятиях страны, – приводит примеры автор.

СССР до смерти Сталина, – обращает внимание читателей товарищ Чистов, – был лидером в мире по насыщенности промышленного производства новейшей техникой. В 1950 г. на машиностроительных заводах Советского Союза рабочие, инженеры создали более 400 новых типов и марок высокопроизводительных машин и оборудования. В угольной промышленности были механизированы все процессы зарубки и отбойки, доставки угля и подземного транспорта. За один только 1951 г. было внедрено в производство свыше 700 тыс. (!!) изобретений и рационализаторских предложений.

14 декабря 1947 г. было принято Постановление Совета Министров СССР и ЦК ВКП(б) «О проведении денежной реформы и отмене карточек на продовольственные и промышленные товары».

Обмен денег было намечено провести на всей территории Советского Союза в течение одной недели, т. е. с 16 по 22 декабря 1947 г., а в отдалённых районах – за две недели, с 16 по 29 декабря. Обмен производился по соотношению 10 руб. в деньгах старого образца на 1 руб. в деньгах образца 1947 г. Но при этом вклады в сберкассах в размере до 3 тысяч руб. включительно были сохранены, т. е. «переоценивались» рубль за рубль; по вкладам до 10 тысяч руб. первые 3 тыс. сохранялись в полной сумме, а остальные переоценивались в соотношении 3:2, т. е. 3 рубля старых денег обменивались на 2 рубля новых; при вкладах более 10 тысяч руб. превышающая 10 тысяч сумма обменивалась в пропорции 2:1, т. е. 2 руб. старых денег обменивались на 1 руб. новых. А вот наличные деньги обменивались в соотношении 10:1.Таким образом, государство изъяло деньги у спекулянтов, накопленные ими за годы войны, и, фактически, ликвидировало инфляционную составляющую, одновременно укрепив курс рубля.

При этом очень важно отметить, что заработная плата рабочих и служащих, доходы крестьян и другие трудовые доходы выплачивались в прежних размерах: «… При проведении денежной реформы заработная плата рабочих и служащих, а также доходы крестьян от государственных заготовок и другие трудовые доходы всех слоёв населения не затрагиваются реформой и будут выплачиваться в новых деньгах в прежних размерах», – сказано в Постановлении. Это ясно говорит о том, что реформа проводилась в интересах рабочего класса, трудового крестьянства, всех трудовых слов населения.

Одновременно с проведением денежной реформы, согласно Постановлению, в нашей стране с 16 декабря была отменена карточная система снабжения продовольственными и промышленными товарами, отменены высокие коммерческие цены и введены единые сниженные государственные розничные цены на продовольствие и промтовары. В частности, на 12 % были снижены цены на хлеб и муку, на 10 % – на крупу, макароны и пиво; на ткани, обувь, одежду, трикотажные изделия цены были установлены в 3,2 раза ниже коммерческих цен. Суммарно розничные цены в СССР в 1947 снизились на 17 %.

И такое снижение цен при Сталине проводилось ежегодно каждой весной вплоть до 1954 г.; всего сталинским руководством было проведено семь снижений розничных цен на продовольственные и промышленные товары.

Чтобы предотвратить ажиотажную скупку товаров перед отменой карточной системы были предварительно накоплены товарные запасы на сумму 1,7 млрд. руб. После отмены карточек с переходом к единым розничным ценам резерв был «разбронирован» и поступил в торговые сети городов (1,1 млрд. руб.) и сёл (0,6 млрд. руб.).

Наша страна наиболее пострадала в годы минувшей войны и одной из первых отменила карточную систему и начала (единственная в мире!) проводить систематическое снижение розничных цен.

В это же время в капиталистическом мире бушевала инфляция, росли цены, тысячи людей голодали. Та же Англия, пострадавшая во время войны намного меньше Советского Союза и получавшая финансовую помощь из США, ещё в начале 50-х годов мясо, рыбу и хлеб распределяла по карточкам.

Товарищ Чистов приводит выдержку из журнала «Огонёк» за 1951 г. (№ 11, стр. 11): «Другой магазин – за Нарвской заставой вблизи торгового порта. Шумной гурьбой заходит группа моряков. Смотрят на прилавки и полки, забитые товарами, на таблички с ценами. Прислушиваются к разговорам женщин, делающих покупки, что-то подсчитывают.

– Да это вам не Лондон! – замечает кто-то из вошедших.

– Нашёл, что сравнивать!

Моряки вспоминают последние рейсы в заграничные порты. В Лондоне ещё существуют карточки на мясо, жиры, яйца, чай. Там непрерывно повышаются цены на продукты, увеличена плата за обучение в школе, за квартиру, за проезд на городском транспорте…» (Д. Чистов, «Сталинское снижение цен», стр. 33–34). Современная молодёжь, наслышавшись сказок о постоянном дефиците товаров в Советском Союзе, даже не может себе представить, что в послевоенные годы и снабжение, и жизнь в Ленинграде были намного лучше и выше, чем в восхваляемом ныне Западе, в Лондоне, в частности. А вот о постоянном росте цен и тарифов в нынешнем СНГ (что в России, что на Украине…) молодёжь знает не понаслышке.

Вашему вниманию предлагаю ещё одну выдержку из газетных публикаций, которые в своей книге приводит Д. Чистов (стр. 37–38), причём, следует учесть, что только что закончилась самая кровопролитная и разрушительная война, на Западе продолжает действовать карточная система, нарастает инфляция, систематически растут цены на товары первой необходимости:

«Вчера, ровно в 10 часов утра открылись двери ижевского образцового магазина № 1, и продавцы встретили первых покупателей. Магазин заново отремонтирован. Полки и прилавки, ограждённые стеклянными перегородками, полны всевозможных продуктов. В гастрономическом отделении покупателю предлагают колбасы разных сортов – московскую, любительскую, польскую, украинскую и др. Здесь же большой выбор копчёностей, рыбы, консервов, вино-водочных изделий. В кондитерском отделе в глаза бросаются яркие плитки и коробки шоколада, вазы и коробки с конфетами. В отделе больше 20 сортов кондитерских изделий. Цены во много раз снижены. Ещё вчера на вазе с печеньем сорта «Смесь № 1» стоял ярлык – 45 руб., а сегодня уже – 13… А. Николаев» (взято из публикации «Образцовый магазин», «Удмуртская правда», г. Ижевск, 17 декабря 1947 г.).

Общий выигрыш советского народа от семилетнего снижения государственных розничных цен (1948–1954) составил 302 млрд. руб. Одновременно происходило удешевление товаров на колхозных рынках, выигрыш от которого составил ещё 82 млрд. руб.

Всего за указанный период розничные цены в СССР (по состоянию на 1.04.1954 г.) были ниже уровня последней четверти 1947 г. на 57 %, в том числе на продукты питания – на 62 %, на промтовары – на 47 %; то есть к 1954 г. розничные цены оказались в среднем в 2,3 раза ниже, чем в начале декабря 1947 г. (Д. Чистов, «Сталинское снижение цен», стр. 67, 69).

Причём товарищ Чистов обращает внимание на то, что снижение цен в 1954 г. уже проводилось хрущёвским руководством после смерти вождя и оно оказалось самым меньшим (по финансовому результату) за весь период снижения цен. В дальнейшем Хрущёв отказался от проведения политики систематического снижения цен, а затем розничные цены даже начали расти. Интересы трудового народа хрущёвцами были отброшены напрочь.

Экономической базой снижения цен являлся непрерывный рост промышленного и сельскохозяйственного производства, рост производительности труда. Автор приводит следующие данные роста производительности труда рабочих в государственной и кооперативной промышленности (без промышленности колхозов): 1928 г. (год первой сталинской пятилетки) – 100 %, 1932–141 %, 1937–258 %, 1940–343 %, 1950–470 %, 1951–516 %, 1952–552 %, 1953–586 %, 1954–629 %, 1955–679 % (там же, стр. 66). Таким образом, за годы сталинских пятилеток производительность труда в промышленности выросла почти в 7 раз, и это с учётом разрушительной войны и её последствий.

В результате проведения денежной реформы произошло укрепление рубля, повысился его курс по отношению к стоимости иностранных валют. Поэтому по инициативе Сталина, отмечает Д. Чистов, одновременно с третьим снижением цен с 1 марта 1950 г. было прекращено определение курса рубля по отношению к иностранным валютам на базе обесценивающегося доллара США. Курс советской денежной единицы стал определяться в соответствии с её золотым содержанием – 0,222168 грамм чистого золота за один рубль. И, исходя из золотого содержания рубля, его курс по отношению к доллару составил 4 руб. за один американский доллар вместо 5 руб. 30 коп.; 11 руб. 20 коп. за один фунт стерлингов вместо 14 руб. 84 коп. (В Совете Министров СССР «О переводе курса рубля на золотую базу…»).

Сталинское снижение розничных цен не было политикой только послевоенного периода. Ещё в 1927 г. на февральском пленуме ЦК ВКП(б). состоявшимся с участием членов ЦКК и Центральной Ревизионной Комиссии по докладам А. И. Микояна и В. В. Куйбышева была принята резолюция «О снижении отпускных и розничных цен».

В ней был сформулирована стратегическая линия партии, направленная на снижение цен.

В резолюции, как это было принято при Ленине и при Сталине, партия исключительно самокритично подходит к оценке результатов своей деятельности. Некоторые выдержки из данного документа по рассматриваемому вопросу:

«Наряду с этим одно из основных заданий, поставленных в прошлом году, – снижение розничных цен на промышленные товары – осталось невыполненным».

«В проблеме цен, – подчёркивается далее в резолюции, – перекрещиваются все основные экономические, а следовательно, и политические проблемы Советского государства (выделено мною, Д. И.). Вопросы установления правильных взаимоотношений крестьянства и рабочего класса, вопросы обеспечения взаимно-связанного и взаимно-обусловленного развития сельского хозяйства и промышленности, вопросы распределения национального дохода и связанные с ними вопросы индустриализации СССР и укрепления как экономически так и политически рабочего класса, вопросы обеспечения реальной заработной платы, укрепления червонца, наконец, планомерное усиление социалистических элементов нашего хозяйства и дальнейшее ограничение частнокапиталистических элементов народного хозяйства – всё это упирается в проблему цен».

В этот период проводилась политика ускоренной индустриализации страны, и партия изыскивала источники накопления средств для индустриализации. В то же время образовались «ножницы» между ценами на сельскохозяйственное сырье и ценами на промтовары. Ставилась задача снижения отпускных цен на промтовары. Но чтобы при этом не уменьшились источники накопления, необходимо было уменьшать себестоимость продукции.

«Поскольку накопление в недрах промышленности является одним из важнейших источников, обеспечивающих предусмотренный партией темп индустриализации страны, необходимо решительно добиваться снижения себестоимости, дабы снижение отпускных цен не являлось фактором сокращения промышленного накопления».

«Абсолютно ошибочным и несостоятельным является положение, что интересы накопления и темпа индустриализации диктуют политику высоких промышленных цен. Сохранение высокого уровня цен в условиях отсутствия конкуренции, этого главного стимула улучшения и роста капиталистического хозяйства, в условиях монопольного положения в производстве и на рынке и в условиях монополии внешней торговли может создавать опасность бюрократизации наших производственных и торговых аппаратов, ослабления интереса к непрерывному улучшению производства и торговли».

Политика высоких цен «идёт не на пользу, а во вред экономике народного хозяйства, не ускоряет, а срывает выполнение намеченных планов развёртывания».

«В нашей хозяйственной системе политика снижения цен и есть то средство, с помощью коего рабочий класс воздействует на снижение себестоимости, заставляет хозяйственные организации увеличить свою маневроспособность, подталкивает к рационализации производства и тем самым создаёт действительно здоровые источники социалистического накопления, столь необходимого для продвижения дела индустриализации страны».

«Действительная борьба с бюрократизмом и упорядочение промышленного хозяйства теснейшим образом увязаны с проблемой снижения цен, потому что именно высокие цены служат источником чрезмерного обрастания и бюрократических извращений производственных и в особенности торговых аппаратов. Поэтому прямой обязанностью органов промышленности перед партией, рабочим классом и страной является задача понижения себестоимости».

«Только тогда, когда в обсуждение всех деталей производственных процессов, всех элементов, образующих стоимость производства, будут вовлечены активные слои рабочих, только тогда, когда вопросы улучшения производства и максимальной его производительности будут основным содержанием работы производственных совещаний, производственных конференций, – лишь тогда будут достигнуты действительные результаты по удешевлению себестоимости».

«Социалистическое накопление может и должно происходить не путём удержания высокого уровня цен или политики их повышения, а путём достижений в деле сокращения торговых и накладных расходов, рационального построения аппарата и экономного ведения дела».

#### § 3. Сталинский план преобразования природы

В 1948 году, 20 октября было принято Постановление Совета Министров СССР и ЦК ВКП(б) «О плане полезащитных лесонасаждений, внедрения травопольных севооборотов, строительства прудов и водоёмов для обеспечения высоких и устойчивых урожаев в степных и лесостепных районах Европейской части СССР». В народе это Постановление получило название «Сталинский план преобразования природы».

В документе отмечается, что «часто повторяющимися засухами и суховеями в степных и лесостепных районах европейской части СССР сельскому хозяйству этих районов наносится значительный ущерб. В то же время наукой доказано, а практикой передовых колхозов, совхозов, МТС и районов подтверждено, что при правильном ведении земледелия в этих районах имеются все возможности получать высокие и устойчивые урожаи сельскохозяйственных культур и создать прочную кормовую базу для развития животноводства». Предложено всем колхозам и совхозам степных и лесостепных районов, «начиная с 1949 года, приступить к планомерному и широкому внедрению системы агрономических мероприятий по подъему земледелия, основанной на учении виднейших русских агрономов В. В. Докучаева, П. А. Костычева и В. Р. Вильямса, получившей название травопольной системы земледелия…(выделено мною Д. И.)»

В эту систему включается:

– посадка защитных лесных полос, облесение и закрепление песков;

– введение травопольных полевых и кормовых севооборотов и рациональное использование земельных угодий;

– правильная система обработки почвы и ухода за посевами, широкое применение чёрных паров;

– правильная система применения органических и минеральных удобрений;

– посев отборными семенами приспособленных к местным условиям высокоурожайных сортов;

– развитие орошения путём строительства прудов и водоёмов.

«Указанная система мероприятий, – подчёркивается в Постановлении, – является надёжным орудием борьбы с засухой, способствует повышению плодородия почв, получению высоких и устойчивых урожаев, прекращению смыва и выдувания почв, закреплению песков и наиболее правильному использованию земель… даёт возможность развивать разностороннее хозяйство с правильным соотношением полеводства, животноводства и других отраслей и обеспечивает значительный рост товарности хозяйства».

План не имел прецедентов в мире по своему масштабу. В соответствии с этим планом намечалось посадить лесные полосы, чтобы преградить дорогу суховеям и изменить климат на площади 120 млн. га, равной территориям Англии, Франции, Италии, Бельгии и Нидерландов вместе взятых.

Основной целью этого грандиозного плана преобразования природы было обеспечение «высоких и устойчивых урожаев при любых условиях погоды и создание прочной кормовой базы для развития животноводства», – сказано в Постановлении.

Центральное место в плане занимало полезащитное лесоразведение и орошение. Проект, рассчитанный на период 1949–1965 гг., предусматривал создание 8 крупных лесных государственных полос в степных и лесостепных районах общей протяжённостью свыше 5300 км. Всего планировалось высадить более 4 млн. га леса в государственных лесозащитных полосах и защитных лесонасаждениях на полях колхозов и совхозов в Поволжье, Западном Казахстане, Северном Кавказе и на Украине.

Было создано Главное управление полезащитного лесоразведения при Совете Министров СССР для руководства делом создания государственных защитных полос, колхозных и совхозных лесозащитных полос и контроля за выполнением министерствами и ведомствами заданий правительства по полезащитному лесоразведению. В целях широкой механизации трудоёмких работ по защитному лесонасаждению и строительства прудов в 1949–1951 гг. было создано 570 лесозащитных станций.

На 1949–1955 гг. Постановлением был утверждён план строительства в колхозах и совхозах 44 тысяч 298 прудов и водоёмов «в естественных ложбинах, у истоков рек, в верховьях балок и оврагов и в других естественных понижениях… на малых реках для регулирования и использования местного стока воды для орошения, рыборазведения и получения гидроэлектроэнергии для нужд сельского хозяйства».

Выполнение программы по созданию оросительных систем привело к улучшению окружающей среды, урегулированию стока множества рек, получению огромного количества дешёвой гидроэлектроэнергии, использованию накопленной воды для орошения полей и садов.

В целом осуществлённые мероприятия привели к росту урожайности зерновых на 25–30 %, овощей – на 50–75 %, трав – на 100–200 %. В результате роста капиталовложений в сельское хозяйство и улучшение технической оснащённости колхозов и совхозов удалось создать прочную кормовую базу для развития животноводства, причём значительную роль в этом сыграли машинно-тракторные станции. Производство мяса и сала, – отмечается в материале «Сталинский план преобразования природы», – по сравнению с 1948 г. возросло на 80 %, в том числе свинины – на 100 % (т. е. в два раза), производство молока – на 65 %, яиц – на 240 %, шерсти – на 50 %. В результате увеличилась доля общественного животноводства колхозов и совхозов в производстве животноводческой продукции: в 1950 г. она составила 33 % по мясу, 25 % – по молоку, 11 % – по яйцам. И это признаётся в материале Википедии, которая мировоззренчески стоит на некоммунистических, а зачастую – на антикоммунистических позициях.

Однако со смертью Сталина выполнение плана было свёрнуто. Многие лесополосы были вырублены, тысячи прудов и водоёмов для разведения рыбы было заброшены, созданные 570 лесозащитных станций по указанию Хрущёва были ликвидированы. Вместо данного плана Хрущёв выдвинул другой план увеличения производства зерновых культур – путём резкого расширения посевных площадей за счёт освоения целинных земель.

Одним из последствий свёртывания сталинского плана и внедрения экстенсивных методов увеличения пашни было то, что 1962–1963 гг. произошла экологическая катастрофа, связанная с эрозией почв на целине и в СССР разразился продовольственный кризис. Осенью 1963 г. с прилавков исчезли хлеб и мука, начались перебои с сахаром и сливочным маслом. В 1962 г. было объявлено о повышении цен на мясо на 30 %, на масло – на 25 %. В 1963 г. в результате неурожая и отсутствия резервов в стране СССР впервые после войны, продав 600 т золота из резервов, закупил около 13 млн. т хлеба за границей.

Вот яркий пример одного из антисталинских деяний хрущёвского руководства, объективно носимого характер диверсии против социализма, против рабочего класса, трудящихся масс СССР.

Сталин снижал цены, тем самым улучшая жизнь трудового народа, Хрущёв начал увеличивать цены, тем самым стремясь за счёт трудового народа залатать бездумные (бездумные ли?) антинаучные провалы своей авантюрной мелкобуржуазной антипролетарской политики.

В годы перестройки-контрреволюции с 1985 г. работы по расширению и модернизации системы ирригации и лесопосадок, созданных в СССР, были прекращены, а сама система стала разрушаться и выводиться из строя.

В 80-е годы в лесополосах ещё проводилась посадка леса в размере 30 тыс. га в год, после 1995 г. она колебалась на уровне около 2 тыс. га, а в 2007 г. составила 0,3 тыс. га. Созданные лесополосы зарастают кустарником и теряют свои защитные свойства, а затем, из-за бесхозности, «оказавшись ничьими, лесополосы стали интенсивно вырубаться под коттеджную застройку или с целью получения древесины», – отмечает генеральный директор института «Росгипролес» М. Б. Войцеховский (в том же материале Википедии). Но, несмотря на постепенную деградацию, лесополосы по сей день продолжают выполнять и снегозадерживающие функции.

Товарищ Чистов отмечает: «Не будь этих лесных полос, посаженных по сталинскому плану, системы орошения, созданной при социализме, современному убогому сельскому хозяйству России не видать как своих ушей «рекордного урожая» в 100 млн. т, который удалось собрать в 2008 г.» («Сталин. Спрятанная правда», стр. 83).

#### § 4. Великие стройки коммунизма

В развитие Сталинского плана преобразования природы, Советом министров СССР было принято ряд Постановлений о строительстве и модернизации гидротехнических сооружений.

К их числу относятся Постановления:

– от 18 августа 1950 г. «О переходе на новую систему орошения в целях более полного использования орошаемых земель и улучшения механизации сельскохозяйственных работ»;

– от 21 августа 1950 г. «О строительстве Куйбышевской гидроэлектростанции на реке Волге»;

– от 31 августа 1950 г. «О строительстве Сталинградской гидроэлектростанции на реке Волге, об орошении и обводнении районов Прикаспия»;

– от 12 сентября 1950 г. «О строительство Главного Туркменского канала Аму-Дарья-Красноводск, об орошении и обводнении земель южных районов Прикаспийской равнины Западной Туркмении, низовьев Аму-Дарьи и западной части пустыни Кара-Кумы»;

– от 20 сентября 1950 г. «О строительство Каховской гидроэлектростанции на Днепре, Южно-Украинского канала, Северо-Крымского канала и орошения земель южных районов Украины и северных районов Крыма».

Планируемая мощность Куйбышевской и Сталинградской гидроэлектростанций составляла 3,7 млн. квт, что позволяло в среднем вырабатывать 20 млрд. квт-час/год. На то время они должны были быть наибольшими в мире ГЭС, превосходя самые большие на тот период гидроэлектростанции США (Гранд-Кули и Боулдер-Дам). Планируемая мощность Каховской ГЭС составляла 250 тыс. квт с выработкой электроэнергии 1,2 млрд. квт-час/год. Цимлянская ГЭС мощностью 160 тыс. квт-час. В Западной Туркмении на планируемом главном Туркменском канале должны были быть построены три гидроэлектростанции общей мощностью 100 тыс. квт-час.

В 1951 г. была выпущена серия почтовых марок «Великие стройки коммунизма» с изображением крупнейших гидротехнических объектов, строительство которых было запланировано на 1950 г.

Необходимо отметить, что строительство гидротехнических сооружений реализовывалось в рамках комплексной программы, учитывающей интересы всех отраслей народного хозяйства: гидроэнергетики, орошения и обводнения земель, водного транспорта, водоснабжения и др. Значительная часть самой дешёвой электроэнергии, вырабатываемой на строящихся ГЭС, была направлена на орошение и электрификацию сельского хозяйства. В рамках реализации Великих строек коммунизма было орошено и обводнено более 28 млн. га земель.

Товарищ Чистов приводит ряд примеров реализации Сталинской программы преобразования природы и Великих строек коммунизма.

Так, Волго-Донской канал имени Ленина был построен ударными темпами по инициативе Сталина. Это уникальное гидротехническое сооружение, законченное 31 мая 1952 г., решило три важнейшие задачи: соединило бассейн Волги с Азовским и Чёрным морями; до краёв наполнило водой Цимлянское водохранилище и ликвидировало проблему орошения донских степей; Москва стала портом пяти морей – Белого, Балтийского, Чёрного, Азовского и Каспийского.

«Сталин высказывался за то, чтобы учёные как можно чаще применяли свои разработки на практике, – отмечает Чистов, – а их исследования эффективно помогали советской индустрии двигаться вперёд, создавали все условия для роста производительности труда. Поэтому в 1950 г. в системе Академии наук СССР был организован Комитет содействия великим стройкам коммунизма (так называли тогда Волго-Донской канал имени Ленина, гидроэлектростанции, водохранилища на Волге, Дону, Днепре, высотки в Москве и другие новые сооружения, появившиеся в первой половине пятидесятых годов). На строительство крупных объектов выехали бригады учёных. Научные учреждения Академии наук СССР включили в план своих работ на 1951 г. около 200 тем, связанных с великими стройками коммунизма» (Д. Чистов, «Сталин. Спрятанная правда», стр. 83–84).

До смерти Сталина план преобразования природы, осуществления Великих строек коммунизма успешно претворялся в жизнь.

Но Хрущёв, как и все планы, которые наметил Сталин, начал рушить и этот план. Строительство отводных каналов, идущих от водохранилищ к полям, в ряде мест прекратилось. В результате до некоторых засушливых районов СССР вода так и не дошла. Многие сталинские проекты были заморожены. Строительство Северо-Крымского канала началось лишь в 1961 г. Каховский (Южноукраинский) канал был открыт только в 1979 г. При Сталине было запланировано также строительство Каракумского (Главного Туркменского) канала. Они должен был соединить реку Аму-Дарья с Каспийским морем, то есть Среднюю Азию с Уралом и Поволжьем. Но строительство канала, начавшееся в 1954 г., не было закончено даже к 1991 г.

«Сталинский план природы, – отмечает Д. Чистов, – был поистине грандиозен по своим масштабам. В частности, намечалось соединить каналами все крупные реки от Волги до Енисея. Это привело бы к тому, что, скажем, от Москвы до Красноярска можно было бы добраться без пересадки на теплоходе или пароходе-глиссере. Благодаря этому плану, на реке Ангаре в пятидесятые годы были построены Иркутская и Братская ГЭС. Полная реализация задуманного проекта помогла бы оросить гигантские Барабинские степи в Сибири. Намечалось также строительство канала Волга-Чёрные земли в Калмыкии…» (там же, стр. 84).

Хрущёвцы и их последователи, засевшие в высших органах власти партии и государства, делали всё возможное, чтобы сорвать преобразование природы, намеченные Сталиным, что крайне негативно отразилось на урожайности, привело к недостатку хлеба при Хрущёве и его закупкам за границей.

Сталинский ЦК огромное внимание уделял строительству и архитектуре. Особенно это относится к послевоенному периоду. В начале 50-х годов на многих стройках Москвы многоэтажные жилые дома возводились за 5–6 мес. При Сталине жилищное строительство освобождалось от кустарных и полукустарных методов. Строительная площадка превращалась в монтажную, где осуществлялась лишь сборка готовых элементов и деталей заводского изготовления. Сталин советовал архитекторам строить 8–14 этажные дома, которые, по мнению вождя, должны были быть преобладающими в Москве. Согласно Постановлению ЦК ВКП(б) и Совета Министров СССР, пишет товарищ Чистов, в начале 50-х годов проводилась разработка нового плана дальнейшей реконструкции Москвы. В основу плана были положены идеи Сталина, которые предполагали массовое строительство жилых домов, школ, больниц и других общественных учреждений.

В конце сороковых-начале пятидесятых годов по поручению и инициативе Сталина архитекторами и строителями началось проектирование и возведение знаменитых высоток, которыми и по сей день гордится столица. В 1947 г., 13 января, было принято Постановление Совета Министров СССР «О строительстве в Москве многоэтажных зданий». Намечалось, по предложению Сталина, построить в течение 1947–1952 гг. один 32-этажный дом, два 26-этажных дома, пять 16-этажных домов. При этом в Постановлении отмечалось: «пропорции и силуэты этих зданий должны быть оригинальны и своей архитектурно-художественной композицией должны быть увязаны с исторически сложившейся архитектурой города и силуэтом будущего Дворца Советов…проектируемые здания не должны повторять образцы известных за границей многоэтажных зданий; внутренняя планировка зданий должна создавать максимум удобств для работы и передвижения внутри здания…» с использованием всех современных технических средств.

Как отмечал товарищ Чистов в уже неоднократно цитируемой нами книге «Сталин. Спрятанная правда» (стр. 85–89), эти восемь высотных зданий должны были вместе с Дворцом Советов составлять единый архитектурный величественный ансамбль, а высота самого Дворца Советов намечалась 415 метров. По просьбе вождя внешний вид зданий планировался близким по облику с башнями Кремля. Это привело к тому, что высотки прекрасно вписались в архитектурный облик Москвы, с сохранением исторического центра столицы.

Естественно, и этот план Сталина был грубо нарушен Хрущёвым. Величественное здание Дворца Советов так и не было сооружено. И это понятно, почему. Ведь будь этот ансамбль завершён, он стал бы прекрасным непревзойдённым архитектурным памятником Великому строителю социализма.

В проектах планировки и в застройке Ленинграда, Смоленска, Киева, Сталинграда, Новгорода, Минска, Тбилиси, Баку, Сталинабада, Еревана, Ташкента, Севастополя, Ижевска, Казани и ряда других городов использовались принципы строительства, применённые в Москве. Важным требованием при этом было сохранение исторического центра города. Сталинские квартиры высоко котируются на рынке жилья.

Ещё одной знаменательной вехой в истории сталинского периода СССР стало строительство станций московского метро, которое и по сей день по своей архитектуре остаётся лучшим в мире.

#### § 5. Сталинский план строительства коммунизма

В 1952 г. Сталин написал свою выдающуюся работу «Экономические проблемы социализма в СССР», ставшую, фактически, политическим завещанием вождя своим последователям и единомышленникам, политическим завещанием рабочему классу, трудовому народу СССР и его авангарду – Коммунистической партии; программой, наметившей основные вехи строительства коммунизма в СССР.

Необходимо отметить, что непосредственно примыкают к «Экономическим проблемам…», написанным Сталиным 1 февраля 1952 г. и опубликованным в газете «Правда» 3 октября того же года, также следующие сталинские статьи: «Ответ товарищу Ноткину, Александру Ильичу» от 21 апреля 1952 г., опубликованная в «Правде» также 3 октября; «Об ошибках товарища Ярошенко Л. Д.» от 22 мая 1952 г., опубликована 4 октября 1952 г.; «Ответ товарищам Саниной А. В. и Венжеру В. Г.» от 28 сентября, опубликован в «Правде» 4 октября. Поэтому в комплексе все эти материалы в совокупности и составляют произведение Сталина «Экономические проблемы социализма в СССР» (И. В. Сталин, Соч., т. 16, стр. 154–223).

Сталин напоминает читателям, что «мы, марксисты, исходим из известного марксистского положения о том, что переход от социализма к коммунизму и коммунистический принцип распределения продуктов по потребностям исключают всякий товарный обмен, следовательно, и превращение продуктов в товары, а вместе с тем и превращение их в стоимость» (стр. 222).

В начале этой работы Сталин рассматривает вопрос о товарном производстве при социализме.

Он показывает, что товарное производство при социализме, в отличие от капитализма, носит ограниченный характер, что оно охватывает собой только сферу предметов потребления, не распространяясь на сферу средств производства.

Социалистическое государство, в отличие от капиталистического, своей экономической основой имеет общественную собственность на орудия и средства производства. И когда машины, оборудование, станки, производятся на том или ином заводе, а затем передаются по соответствующему государственному плану на завод, на котором они будут применяться в процессе производства, то собственником данных средств производства в любом случае остаётся государство. Стоимость произведенных машин, станков и т. д. носит не более чем расчётный характер. Средства производства обладают стоимостью только в одном случае, когда они выходят на внешний рынок, где в полной мере господствуют товарно-денежные отношения.

Вот что говорит по этому вопросу товарищ Сталин:

«Можно ли рассматривать средства производства при нашем социалистическом строе как товар? По-моему, никак нельзя. Товар есть такой продукт производства, который продаётся любому покупателю, причём при продаже товара товаровладелец теряет право собственности на него, а покупатель становится собственником товара, который может перепродать, заложить, сгноить его. Подходят ли средства производства под такое определение? Ясно, что не подходят. Во-первых, средства производства «продаются» не всякому покупателю, они не «продаются» даже колхозам, они только распределяются государством среди своих предприятий. Во-вторых, владелец средств производства – государство при передаче их тому или иному предприятию ни в какой мере не теряет права собственности на средства производства, а наоборот, полностью сохраняет его. В-третьих, директора предприятий, получившие от государства средства производства, не только не становятся их собственниками, а, наоборот, утверждаются как уполномоченные Советского государства по использованию средств производства, согласно планам, преподанным государством. Как видим, средства производства при нашем строе никак нельзя подвести под категорию товаров» (стр. 191).

И далее Сталин показывает, в чём существует различие между капиталистическим товарным производством и социалистическим. Вот что он пишет:

«Капиталистическое производство есть высшая форма товарного производства. Товарное производство приводит к капитализму лишь в том случае, если существует частная собственность на средства производства, если рабочая сила выступает на рынок как товар, который может купить капиталист и эксплуатировать в процессе производства, если, следовательно, существует в стране система эксплуатации наёмных рабочих капиталистами. Капиталистическое производство начинается там, где средства производства сосредоточены в частных руках, а рабочие, лишённые средств производства, вынуждены продавать свою рабочую силу как товар. Без этого нет капиталистического производства» (стр. 162–163).

«Ну а если нет этих условий в наличии, превращающих товарное производство в капиталистическое производство, – продолжает далее Сталин, – если средства производства составляют уже не частную, а социалистическую собственность, если системы наёмного труда не существует и рабочая сила не является больше товаром, если система эксплуатации давно уже ликвидирована, как быть тогда: можно ли считать, что товарное производство всё же приведёт к капитализму? Нет, нельзя считать» (стр. 163).

Сталин показывает, что «в настоящее время у нас существуют две основные формы социалистического производства: государственная – общенародная и колхозная, которую нельзя назвать общенародной. В государственных предприятиях средства производства и продукция производства составляют всенародную собственность. В колхозных же предприятиях, хотя средства производства (земля, машины) и принадлежат государству, однако продукция производства составляет собственность отдельных колхозов, так как труд в колхозах, как и семена, свой собственный, а землёй, которая передана колхозам в вечное пользование, колхозы распоряжаются фактически как своей собственностью, несмотря на то, что они не могут её продать, купить, сдать в аренду или заложить. Это обстоятельство ведёт к тому, что государство может распоряжаться лишь продукцией государственных предприятий, тогда как колхозной продукцией как своей собственностью распоряжаются лишь колхозы» (стр. 164) И поэтому колхозы отчуждают свою продукцию только в виде товаров, в обмен за которые они хотят получить нужные им товары. То есть здесь, в отношениях между колхозным и промышленным производством ещё существуют товарно-денежные отношения. «Других экономических связей с городом, кроме товарных, кроме обмена через куплю-продажу, в настоящее время колхозы не приемлют», – продолжает Сталин и делает вывод, что товарное производство и товарооборот всё ещё являются для нас необходимостью.

Но «когда вместо двух основных производственных секторов – государственного и колхозного – появится один всеобъемлющий производственный сектор с правом распоряжения всей потребительской продукцией страны, товарное обращение с его «денежным хозяйством» исчезнет как ненужный элемент народного хозяйства» (там же).

«Следовательно, – подытоживает Сталин, – наше товарное производство представляет собой не обычное товарное производство, а товарное производство особого рода, товарное производство без капиталистов, которое имеет дело в основном с товарами объединённых социалистических производителей (государство, колхозы, кооперация), сфера действия которого ограничена предметами личного потребления, которое, очевидно, никак не может развиться в капиталистическое производство и которому суждено обслуживать совместно с его «денежным хозяйством», дело развития и укрепления социалистического производства» (стр. 165).

Отсюда вытекает вывод Сталина о стоимости: «Стоимость, как и закон стоимости, есть историческая категория, связанная с существованием товарного производства. С исчезновением товарного производства исчезнут и стоимость с её формами и закон стоимости» (стр. 169).

О переходе от социализма к коммунизму

В статье «Об ошибках товарища Ярошенко Л. Д.» Сталин пишет: «раньше, чем перейти к формуле «каждому по потребностям», нужно пройти ряд этапов экономического и культурного перевоспитания общества, в течение которых труд из средства только лишь поддержания жизни будет превращён в глазах общества в первую жизненную потребность, а общественная собственность – в незыблемую и неприкосновенную основу существования общества» (стр. 202).

«Для того, чтобы подготовить действительный, а не декларативный переход к коммунизму, – продолжает далее Сталин, – нужно осуществить по крайней мере три основных предварительных условия» (там же):

Необходимо, во-первых, прочно обеспечить непрерывный рост всего общественного производства с преимущественным ростом производства средств производства.

«Необходимо, во-вторых, путём постепенных переходов, осуществляемых с выгодой для колхозов и, следовательно, для всего общества, поднять колхозную собственность до уровня общенародной собственности, а товарное обращение – тоже путём постепенных переходов – заменить системой продуктообмена, чтобы центральная власть или другой какой-либо общественно-экономический центр мог охватить всю продукцию общественного производства в интересах общества».

При этом Сталин обращает внимание на то, что и групповая-колхозная собственность и товарное обращение с успехом используются для развития нашего социалистического хозяйства и будут использоваться и далее. Но при этом они уже начинают тормозить мощное развитие наших производительных сил, поскольку они создают препятствия для полного охвата всего народного хозяйства, особенно сельского хозяйства, государственным планированием и чем дальше, тем больше будет происходить это торможение. «Следовательно, – пишет Сталин, – задача состоит в том, чтобы ликвидировать эти противоречия путём постепенного превращения колхозной собственности в общенародную собственность и введения продуктообмена – тоже в порядке постепенности – вместо товарного обращения».

«Необходимо, в-третьих, добиться такого культурного роста общества, который бы обеспечил всем членам общества всестороннее развитие их физических и умственных способностей, чтобы члены общества имели возможность получить образование, достаточное для того, чтобы стать активными деятелями общественного развития, чтобы они имели возможность свободно выбирать профессию, а не быть прикованными на всю жизнь, в силу существующего разделения труда, к одной какой-либо профессии».

И Сталин показывает, что для этого необходимо:

– сократить рабочий день до 6, а потом и до 5 часов, чтобы все члены общества имели достаточное время для получения образования;

– ввести общеобязательное политехническое обучение, чтобы члены общества имели возможность свободно выбирать профессию;

– коренным образом улучшить жилищные условия и поднять реальную зарплату рабочих и служащих минимум вдвое, если не больше, как путём прямого повышения зарплаты, так и особенно путём дальнейшего систематического снижения цен.

«Таковы основные условия подготовки перехода к коммунизму… Только после выполнения всех этих предварительных условий, взятых вместе, можно будет перейти от социалистической формулы «от каждого по способностям, каждому по труду» к коммунистической формуле «от каждого по способностям, каждому по потребностям». Это будет коренной переход от одной экономики, экономики социализма – к другой, высшей экономике, к экономике коммунизма»», – завершает данный вопрос Сталин (стр. 202–204).

В «Ответе товарищам Саниной А. В. и Венжеру В. Г.» Сталин более детально останавливается на вопросе перехода от товарного производства, имеющего ещё место при социализме, хоть и в ограниченном масштабе, к коммунистическому бестоварному производству, производству, в котором уже не будет места товарно-денежным отношениям.

Вначале Сталин показывает, что предложение тт. Саниной и Венжера продать МТС колхозам является несостоятельным и только отдаляет нас от коммунизма.

Сталин отмечает, что «сосредоточение основных орудий сельскохозяйственного производства в руках государства, в руках машинно-тракторных станций является единственным средством обеспечения высоких темпов роста колхозного производства» (стр. 220), что источником колоссального роста сельскохозяйственного производства нашей страны является современная техника, многочисленные современные машины, обслуживающие разнообразные отрасли сельхозпроизводства.

Сталин подчёркивает, что техника никогда не стоит на месте, она должна всё время совершенствоваться. Поэтому старая техника заменяется новой, а новая – новейшей. «Без этого немыслим поступательный ход нашего социалистического земледелия, немыслимы ни большие урожаи, ни изобилие сельскохозяйственных продуктов» (там же).

Но для того, чтобы заменить сотни тысяч колёсных тракторов гусеничными, заменить десятки тысяч устаревших комбайнов, создать новые машины, нужны миллиардные расходы, обращает внимание Сталин, расходы, которые смогут окупиться через 6–8 лет. Колхозы не смогут взять на себя такие расходы с таким многолетним сроком окупаемости. Такие расходы может взять на себя только государство.

Поэтому, продолжает Сталин, предложение Саниной и Венжера продать МТС колхозам означает вогнать в большие убытки и разорить колхозы, подорвать механизацию сельского хозяйства, снизить темпы колхозного производства.

И он делает вывод: «предлагая продажу МТС в собственность колхозам, товарищи Санина и Венжер делают шаг назад в сторону отсталости и пытаются повернуть назад колесо истории» (стр. 221).

Сталин показывает, что было бы, если бы мы продали МТС колхозам:

– во-первых, колхозы попали бы в исключительное положение, став собственниками средств производства, каковыми не являются государственные национализированные предприятия. Это исключительное положение не способствовало бы повышению колхозной собственности до уровня общенародной, а, наоборот, только бы отдалило от неё, следовательно, привело бы к отдалению от коммунизма;

– во-вторых, это привело бы к существенному расширению сферы товарного обращения, «ибо колоссальное количество орудий сельскохозяйственного производства попало бы в орбиту товарного обращения», что только бы затормозило наше продвижение к коммунизму;

И Сталин заключает: «Основная ошибка товарищей Саниной и Венжера состоит в том, что они не понимают роли и значения товарного обращения при социализме, не понимают, что товарное обращение несовместимо с перспективой перехода от социализма к коммунизму» (стр. 221), что – повторимся ещё раз, – «коммунистический принцип распределения продуктов по потребностям исключает всякий товарный обмен, следовательно, и превращение продуктов в товары, а вместе с тем, и превращение их в стоимость» (стр. 222) (выделено и подчёркнуто мною, Д. И.).

И далее Сталин показывает, что необходимо предпринять, чтобы повысить колхозную собственность до уровня общенародной собственности. Он ещё раз напоминает, что колхоз не является ни собственником земли, ни собственником основных средств производства, которым является социалистическое государство.

Колхоз является собственником только продукции, произведенной трудом его членов. Излишки этой продукции поступают на рынок и включаются в товарооборот, в систему товарного обращения, обращает внимание читателей Сталин.

И заключает:

«Чтобы поднять колхозную собственность до уровня общенародной собственности, нужно выключить излишки колхозного производства из системы товарного обращения и включить их в систему продуктообмена (выделено мною, Д. И.) между государственной промышленностью и колхозами. В этом суть» (стр. 223).

«Задача состоит в том», пишет далее Сталин, «чтобы колхозы получали за свою продукцию не только деньги, а главным образом необходимые изделия. Такая система потребует громадного увеличения продукции, отпускаемой городом деревне, поэтому её придётся вводить без особой торопливости, по мере накопления городских изделий. Но вводить её нужно неуклонно, без колебаний, шаг за шагом сокращая сферу действия товарного обращения и расширяя сферу действия продуктообмена. Такая система, сокращая сферу действия товарного обращения, облегчит переход от социализма к коммунизму… даст возможность включить основную собственность колхозов – продукцию колхозного производства в общую систему общенародного планирования» (там же).

«Это будет реальным и решающим средством для повышения колхозной собственности до уровня общенародной собственности при наших современных условиях» – подводит итоги Сталин (там же).

Следует обратить внимание ещё на несколько важнейших выводов, сделанных Сталиным в указанной работе.

Так, Сталин формулирует основные экономические законы капитализма и социализма.

«Главные черты и требования основного экономического закона современного капитализма можно было бы сформулировать примерно таким образом: обеспечение максимальной капиталистической прибыли путём эксплуатации, разорения и обнищания большинства населения данной страны, путём закабаления и систематического ограбления народов других стран, особенно отсталых стран, наконец, путём войн и милитаризации народного хозяйства, используемых для обеспечения наивысших прибылей (выделено мною, Д. И.)» (стр. 181).

И Сталин поясняет: «Именно необходимость получения максимальных прибылей толкает монополистический капитализм на такие рискованные шаги, как закабаление и систематическое ограбление колоний и других отсталых стран, превращение ряда независимых стран в зависимые страны, организация новых войн, являющихся для воротил современного капитализма лучшим «бизнесом» для извлечения максимальных прибылей, наконец, попытки завоевания мирового экономического господства» (там же).

«Существенные черты и требования основного экономического закона социализма можно было бы сформулировать примерно таким образом: обеспечение максимального удовлетворения постоянно растущих материальных и культурных потребностей всего общества путём непрерывного роста и совершенствования социалистического производства на базе высшей техники (выделено мною, Д. И.).» (стр. 182).

Сталин в своей работе также рассматривает вопрос об уничтожении противоположности между городом и деревней, между умственным и физическим трудом, о ликвидации существенных различий между ними.

Останавливается вождь и на вопросе углубления общего кризиса капитализма и неизбежности войн между капиталистическими странами.

Сталин показывает, что общий кризис капитализма начался в период первой мировой войны, особенно в результате отпадения Советского Союза от мировой капиталистической системы. Это был первый этап общего кризиса.

Второй этап развернулся в период второй мировой войны, особенно после отпадения от капиталистической системы стран народной демократии в Европе и в Азии.

Причём оба эти этапа являются не отдельными кризисами капитализма, а именно этапами «развития общего кризиса мировой капиталистической системы» (стр. 194–195).

Этот кризис является всеобщим, всесторонним кризисом, то есть охватывающим как экономику, так и политику. «При этом понятно, – завершает Сталин, – что в основе его лежит всё более усиливающееся разложение мировой экономической системы капитализма, с одной стороны, и растущая экономическая мощь отпавших от капитализма стран – СССР, Китая и других народно-демократических стран, с другой стороны» (стр. 195).

Углублению общего кризиса капитализма на его втором этапе способствует распад единого мирового рынка в связи с образованием мировой системы социализма и создание двух параллельных мировых рынков. Тем самым сфера приложения сил главных капиталистических стран (США, Англии, Франции) к мировым ресурсам сокращается, что обостряет отношения между ними, ведёт к углублению общего кризиса капиталистической системы.

Усиление противоречий между крупнейшими капиталистическими странами, «борьба капиталистических стран за рынки и желание утопить своих конкурентов» (стр. 178) неизбежно порождают всё новые и новые войны между ними.

И Сталин делает вывод: «Чтобы устранить неизбежность войн, нужно уничтожить империализм» (стр. 179).

Можно считать этот вывод Сталина его заветом, его наказом коммунистам, пролетарским революционерам, ведущим борьбу за освобождение труда от ига капитала.

#### § 6. Антисталинизм Хрущёва, как начало подготовки к разрушению СССР и уничтожению завоеваний социализма

5 марта 1953 г. Сталин умер.

И Хрущёв сразу же после его смерти начал проводить преобразования, прямо противоположные тому, что завещал своим последователям вождь.

Был нанесён удар по машинно-тракторным станциям.

Выше мы написали, что Сталин был против того, чтобы передавать МТС колхозам, так как это ляжет тяжёлым финансовым бременем на колхозы, резко увеличит сферу товарооборота в стране, сферу товарно-денежных отношений, что станет шагом назад от начала перехода от социализма к коммунизму, только удалит страну от коммунизма.

Разве не знал этого Хрущёв? Конечно, знал, ведь Сталин всё очень подробно расписал в «Экономических проблемах…».

Более, того, сразу после смерти Сталина прекратилось издание сочинений вождя, последний, тринадцатый том сочинений Сталина был издан ещё при его жизни в 1952 г. и завершал работы вождя январём 1934 г., Отчётным докладом Сталина XVII съезду ВКП(б). И всё. (Последующие тома сочинений Сталина были изданы уже в 90-х годах Ричардом Косолаповым). Сталинские книги начали изыматься из библиотек, чтобы спрятать от народа сталинскую правду, сталинскую деятельность и борьбу за Советскую власть (диктатуру пролетариата), за построение и защиту завоеваний социализма.

Хрущёвым, как мы писали выше, был, фактически похоронен Сталинский план преобразования природы, план, направленный в первую очередь на получение стабильных и высоких урожаев сельскохозяйственных культур независимо от капризов природы, на обеспечение продовольственной безопасности страны, на полное удовлетворение промышленности сельскохозяйственным сырьём и обеспечение населения высококачественными дешёвыми продуктами питания отечественного производства.

С 1955 г. хрущёвцы прекратили снижение цен на основные продукты питания и товары первой необходимости, что в течение семи лет ежегодно осуществлялось сталинским руководством.

То же самое касается всех остальных предложений Сталина, всех дел вождя, направленных на неуклонное повышение материального и культурного благосостояния советского народа.

Фактически хрущёвцы начали проводить некоммунистическую мелкобуржуазную политику, направленную не на продвижение страны к коммунизму, а на создание предпосылок для отката назад, от социализма к капитализму.

То есть Хрущёв начал проводить реакционные преобразования в интересах мирового капитала, в интересах мировой системы империализма.

Был ли он сознательным врагом Советской власти, тщательно маскировавшим своё мелкобуржуазное троцкистское нутро от партии и вождя или просто недалёким человеком, не понимавшим суть сталинских преобразований, сталинской борьбы против врагов пролетариата в 20–30-е годы, годы создания материально-технической базы социализма, не понявшим заветов Сталина о преобразованиях, направленных на постепенный переход от социализма к коммунизму, – значение не имеет.

Объективно все шаги Хрущёва, хрущёвского руководства, вся его деятельность носила мелкобуржуазный антикоммунистический характер.

И апофеозом этой деятельности стал закрытый доклад Хрущёва на ХХ съезде КПСС 25 февраля 1956 г. «О культе личности и его последствиях», когда антисталинизм, прикрываемый фразами о возврате к ленинским нормам и принципам партийной жизни, стал официальной доктриной, официальной политикой и практикой КПСС.

Антисталинизм хрущёвцев и стал той миной замедленного действия, которая взорвалась в горбачёвские годы и привела к разрушению СССР, соцлагеря и временному поражению социализма в нашей стране.

После отстранения Хрущёва от руководства партией и государством и прихода к власти брежневского руководства антисталинизм в стране был приглушён, но возврата к сталинским методам и преобразованиям, направленным на продвижение страны от социализма к коммунизму, не произошло.

Более того, и в брежневские годы страна продолжала всё больше удаляться от коммунистических преобразований, всё больше скатываться в болото мелкобуржуазности.

Очередной удар по достижениям социализма был нанесён реформой Косыгина-Либермана, когда прибыль была возведена в ранг основного показателя деятельности предприятий, всего народного хозяйства. Т. е., в социалистическую экономику был внедрён основной капиталистический принцип, смысл и стимул деятельности капитализма, цель капиталистического способа производства – погоня за прибылью и сверхприбылью.

Прибыль, ДЕНЬГИ, а не человек, начали становиться сутью деятельности нашей экономики.

Погоня за прибылью толкала предприятия на повышение цены производимой ими продукции, привела к замедлению научно-технического прогресса и внедрению его результатов в производство (зачем внедрять новую технику, новые станки, оборудование и т. д., если можно выполнить и перевыполнить план просто за счёт повышения цены на выпускаемую продукцию). Социализм стал проигрывать капитализму в использовании результатов научно-технической революции.

Хотя ещё были высокие достижения: запуск первого искусственного спутника Земли, первый полёт человека в космос, первая атомная электростанция и первый атомный ледокол в мире, создание ракетно-ядерного оружия и восстановление стратегического паритета с США…

Но все эти достижения, которые приписывали себе хрущёвцы и последующие руководители, были основаны на индустриальной и научно-технической базе, созданной в сталинские годы.

Погоня за прибылью, выполнение плана в денежном выражении любой ценой, расширение сферы товарно-денежных отношений постепенно вели к перерождению партийно-государственного руководства страны, к его обуржуазиванию, к сползанию с пролетарских на антипролетарские буржуазные позиции, прикрываемые до поры до времени марксистско-ленинской фразеологией, клятвами в верности делу Ленина, в верности идеалам социализма.

К началу перестройки, объявленной горбачёвским руководством в 1985 г., в стране уже завершился процесс восстановления класса буржуазии, которая стремилась открыто войти во власть и восстановить буржуазные порядки.

Под видом перестройки в нашей стране произошла буржуазная контрреволюция, завершившаяся в августе-декабре 1991 г. разрушением Советского Союза и отказом от социалистического пути развития.

К власти в бывших союзных республиках пришла национальная буржуазия, которая осуществила приватизацию народной собственности, возродила буржуазные производственно-экономические отношения, реставрировала экономическую базу капиталистического способа производства.

И в настоящее время Россия превратилась в сырьевой придаток империалистического Запада, Украина практически уничтожена и отброшена на задворки истории, в крайне плачевном состоянии находятся другие республики экс-СССР.

### Глава 5. Выдающиеся достижения сталинских пятилеток – вновь в центре внимания российских учёных

На фоне нынешней экономической отсталости России, многие учёные-экономисты вновь обращаются к практике сталинских пятилеток, к выдающимся достижениям в строительстве экономического фундамента страны в сталинские годы.

#### § 1. Экономика Сталина

Одним из таких учёных является Валентин Юрьевич Катасонов, профессор кафедры международных финансов МГИМО, доктор экономических наук, член-корреспондент Академии экономических наук и предпринимательства, который посвятил изучению экономических преобразований, совершённых в сталинские годы, свою работу «Экономика Сталина».

Во введении к своей работе В. Катасонов пишет: «Нам постоянно внушают, что в мире есть единственная жизнеспособная и эффективная модель экономики, которую чаще всего называют рыночной. Правильнее её было бы назвать капиталистической экономикой. Однако даже самый беглый сравнительный анализ рыночной (капиталистической) и сталинской (социалистической) моделей экономики заставляет нас усомниться в тезисе, что первая более конкурентоспособна по сравнению со второй. Возникает устойчивое ощущение, что всё как раз наоборот. А тема сталинской экономики табуирована по простой причине: узкая группа бенефициаров рыночной экономики (капиталистическая плутократия) опасается, что идея сталинской экономики может завладеть массами и она (капиталистическая плутократия) лишится своей экономической и политической власти».

Хочу сразу отметить, что книга написана буржуазным профессором, верующим, поэтому далеко не со всеми его идеологическими выводами и предложениями можно согласиться. Но в плане именно экономического анализа профессор поднялся выше рыночной конъюнктурщины и даёт блестящий анализ строительства экономического фундамента социализма, совершённого в сталинские годы.

Автор 74 года существования СССР (1917–1991) делит на ряд периодов:

1. Период «военного коммунизма» (1917–1921).

2. Период «новой экономической политики» (1921–1929).

3. Период индустриализации и построения основ социализма (1929–1941).

4. Великая Отечественная война и послевоенное восстановление экономики (1941–1948).

5. Период мирного развития на базе сталинской модели экономики (1948–1956).

6. Первый период демонтажа сталинской модели экономики (период Хрущёва: 1956–1964).

7. Второй период демонтажа сталинской модели экономики (период подготовки и проведения реформы Косыгина-Либермана: 1964–1969).

8. Период застоя (1969–1985).

9. Период перестройки и активного разрушения остатков сталинской модели экономики (1985–1991).

Единственное, с чем нельзя согласиться в данной периодизации, это с периодами, обозначенными пунктами 2 и 3.

«Новая экономическая политика», введённая Лениным в 1921 г., предполагала определённое отступление социализма перед капиталистическими элементами хозяйствования для того, чтобы обеспечить смычку между городом и деревней, между рабочим классом и крестьянством. Промышленность тогда лежала в руинах, а пролетарское государство не имело средств и возможностей для её скорейшего восстановления. Именно поэтому Ленин, партия и допустили введение капиталистических элементов в промышленное производство, но под контролем пролетарского государства, государства диктатуры пролетариата, когда все «командные высоты» – банки, связь, транспорт, крупные предприятия, внешняя торговля (её государственная монополия) находились в руках государства. Причём Ленин чётко и недвусмысленно назвал это отступлением.

Но уже через год, в 1922 г. на XI съезде партии Ленин заявил: мы достаточно отступали, отступление закончилось, пора переходить в наступление.

Наступление на капиталистические элементы, возникшие в нашем народном хозяйстве, по настоящему началось с XIV съезда партии (1925 г.), провозгласившего курс на индустриализацию нашей страны.

Сталин в своих выступлениях неоднократно обращал внимание на то, что нэп имеет два периода: период отступления и период наступления. Период широкого наступления на капиталистические элементы в промышленности начался с XIV съезда; период наступления на капиталистические элементы в деревне (кулаки и подкулачники) начался с XV съезда партии (1927 г.), провозгласившего курс на коллективизацию сельского хозяйства. Одновременно шло наступление на капиталистические элементы в советской торговле (спекулянты, мешочники).

Сталин неоднократно подчёркивал, что нэп используется в интересах социалистического строительства, в интересах создания экономического фундамента социализма.

Мы уже выше писали о том, что в своём докладе «О проекте Конституции СССР», с которым Сталин выступил в ноябре 1936 г., вождь подчеркнул, что в 1924 г. (год, когда была принята первая Конституция СССР) был первый период нэпа, когда партия допустила некоторое оживление капитализма, т. е. период отступления. А в 1936 г. «мы имеем теперь последний период нэпа, конец нэпа, период полной ликвидации капитализма во всех сферах народного хозяйства» (И. Сталин, «Вопросы ленинизма», стр. 508–509).

Т.е. нэп использовался в интересах строительства социализма, создания экономического базиса социализма. В ходе проведения новой экономической политики, её второго периода, периода наступления, были ликвидированы капиталистические элементы в промышленности (индустриализация страны), сельском хозяйстве (коллективизация) и торговле.

Т.е., нэп охватывает период с 1921 по 1936 гг.

А период индустриализации и построения основ социализма, его начало следует отсчитывать всё-таки с XIV съезда партии, т. е., с 1925 г.

Это вот такие небольшие уточнения.

Во введении автор противопоставляет Сталина-теоретика Сталину-практику, говорит, что Сталину-практику удалось достичь гораздо большего, чем теоретику. Более того, профессор договаривается также до того, что голословно утверждает, что Сталин отказался (автор пишет – «забывал») от догматов марксизма-ленинизма, что он, вопреки догмату о необходимости мировой революции сформулировал тезис о возможности победы социализма в отдельно взятой стране.

Здесь профессор ошибается.

Во-первых, тезис о возможности победы социализма в одной отдельно взятой стране впервые сформулировал Владимир Ильич Ленин в таких своих работах как «Военная программа пролетарской революции» и «О лозунге Соединённых Штатов Европы», о чём мы уже выше писали.

Во-вторых, Сталин не выступал против тезиса мировой революции, он выступал против троцкистского извращения этого лозунга. Когда Троцкий, не веря в революционные созидательные силы российского (а затем советского) рабочего класса утверждал, что победы социализма в СССР можно добиться только после победы мировой революции, после победы социалистической революции в передовых капиталистических странах, что до этой победы дело строительства социализма в СССР обречено на поражение. Т. е. Троцкий сеял неверие в революционные творческие созидательные возможности советского рабочего класса, трудящихся СССР.

Как мы видим, в этой полемике с Троцким и троцкистами оказался прав не Троцкий, а Сталин, сама жизнь, победа социализма в СССР подтвердили правоту Сталина и правильность вывода Ленина о возможности победы пролетарской революции, победы социализма в одной отдельно взятой стране.

В-третьих, Сталин никогда не отказывался от основных положений марксизма-ленинизма, наоборот – он всё социалистическое строительство осуществлял на твёрдом фундаменте марксистско-ленинской теории, на глубокой убеждённости в созидательных возможностях рабочего класса, трудящихся масс страны, впервые в мире приступивших к строительству социализма. Более того, строительство социализма осуществлялось в строгом соответствии с основным положением марксизма-ленинизма о ликвидации товарного производства, товарно-денежных отношений и созданию условий для постепенного перехода к бестоварному производству и ликвидации денег, денежного хозяйства. Ограничение сферы товарного производства, товарно-денежных отношений и обусловило ограниченную сферу действия закона стоимости при социализме.

То есть противопоставление Сталина-теоретика Сталину-практику неправомерно и искусственно придумано профессором.

В то же время В. Катасонов совершенно прав, когда пишет, что именно благодаря политической воле и искусству Сталину «удалось создать такую экономику, большая часть которой оказалась вне товарно-денежных отношений, вне действия пресловутого закона стоимости. Фактически это означает, что он сумел вырвать страну из удушающих объятий капитализма (выделено мною, Д. И.). И в этом его заслуга».

Автор выделяет такие основные признаки сталинской экономики:

• Общенародная собственность на средства производства;

• Решающая роль государства в экономике;

• Использование кооперативной формы хозяйства и мелкотоварного производства в дополнение к государственным формам хозяйства;

• Централизованное управление.

• Директивное планирование.

• Единый народнохозяйственный комплекс.

• Мобилизационный характер.

• Максимальная самодостаточность (особенно в период, пока ещё не появился социалистический лагерь).

• Ориентация в первую очередь на натуральные (физические) показатели (стоимостные играют вспомогательную роль).

• Отказ от показателя прибыли как главного стоимостного показателя, ориентация на снижение себестоимости продукции.

• Периодическое снижение розничных цен.

• Ограниченный характер товарно-денежных отношений.

• Одноуровневая модель банковской системы и ограниченное количество банков.

• Двухконтурная система внутреннего денежного обращения (наличное и безналичное обращение).

• Ускоренное развитие группы отраслей А (производство средств производства) по отношению к группе отраслей Б (производство предметов потребления).

• Особый приоритет развития оборонной промышленности как гарантии национальной безопасности страны.

• Государственная монополия внешней торговли и государственная валютная монополия.

• Отказ от конкуренции, замена её социалистическим соревнованием.

• Сочетание материальных и моральных стимулов труда.

• Недопустимость нетрудовых доходов и сосредоточения избыточных материальных благ в руках отдельных граждан.

• Обеспечение жизненно необходимых потребностей всех членов общества и неуклонное повышение жизненного уровня, общественный характер присвоения, органичное сочетание личных и общественных интересов и т. д.

Разумеется, главным из них является общественная собственность на средства производства, что исключает эксплуатацию человека человеком, является экономическим фундаментом социализма.

Общественная собственность, как мы помним, выступала в двух ипостасях – общенародная (государственная, т. е. собственность всего пролетарского государства, всего народа) и колхозно-кооперативная. Из этого вытекают все остальные признаки сталинской экономики, выделенные профессором.

И в завершении Введения автор пишет: «Цель работы – заставить читателей сравнить и понять, что навязываемое нам представление о рыночной (капиталистической) экономике как самой совершенной, эффективной конкурентоспособной – миф или даже откровенный обман. Тем более, после знакомства со сталинской экономикой станет понятной лживость сладкоголосых призывов выводить Россию из нынешних экономических тупиков с помощью разного рода либеральных средств (иностранные инвестиции, займы, фондовые рынки, инвестиционный климат и всякая прочая ахинея)».

Но, говоря о цели своего произведения, автор завершает обращением к богу: «А если, Бог даст, начнётся духовное, политическое и экономическое возрождение России, то нам потребуется максимальная мобилизация всех сил и ресурсов общества. Тогда опыт сталинской экономики окажется крайне востребованным».

Мы же, коммунисты, марксисты-ленинцы, надеемся не на бога, а на рабочий класс, трудящиеся массы России, экс-СССР, которые вспомнят своё героическое революционное прошлое и поднимутся на борьбу за свержение власти капитала. И тогда, действительно, опыт сталинской экономики станет крайне востребованным победившему государству пролетариата.

И ещё на один вывод профессора необходимо обратить внимание: «Мы не только можем, мы обязаны вернуться к сталинской экономике. Не следует себя обманывать: рыночная экономика обрекает Россию на гибель (выделено мною, Д. И.)».

Говоря об «экономическом чуде» сталинской экономики, автор напоминает читателям, что в 1913 г., т. е. до начала первой мировой войны доля России в мировом промышленном производстве составляла около 4 %, а к 1937 г. она уже достигла 10 %. К середине 70-х годов этот показатель достиг 20 % и держался на этом уровне до начала перестройки. Наиболее динамичными были два периода советской истории: 1930-е и 1950-е годы.

К середине 30-х годов СССР по общему объёму валового внутреннего продукта и промышленному производству вышел на первое место в Европе и второе – в мире, уступая только США и значительно превзойдя Германию, Великобританию, Францию. «За неполные три пятилетки, – отмечает В. Катасонов, – в стране было построено 364 новых города, сооружены и введены в действие 9 тыс. крупных предприятий – колоссальная цифра – по два предприятия в день!». Накануне войны жизненный уровень народа был существенно выше, чем на старте первой пятилетки, отмечает автор.

Второй период стремительного развития – 50-е годы, когда экономика нашей страны продолжала развиваться по модели, предложенной Сталиным, до начала разного рода «экспериментов» Хрущёва. За 1951–1960 гг. ВВП ССР вырос в 2,5 раза, в т. ч. объём промышленной продукции – более чем в 3 раза, сельхозпродукции на 60 % – приводит цифры ошеломляющих успехов СССР автор. Если в 1950 г. уровень промышленного производства СССР составлял 25 % по отношению к США, то в 1960 – уже 50 %. Соединённые Штаты вчистую проигрывали экономическое соревнование с социализмом. Непрерывно рос жизненный уровень советских людей.

По мнению Катасонова, тридцатилетний период нашей истории (с начала 30-х годов до начала 60-х) можно назвать советским «экономическим чудом». Профессор сюда также включает 40-е годы – период войны и экономического восстановления СССР. В период послевоенного восстановления наша страна быстрее других европейских стран вернулась к довоенному уровню; был также создан «ядерный щит», позволивший обеспечить мирное строительство социализма в СССР и в соцлагере в целом.

Но в 60-е годы, отмечает профессор, мы начали терять экономическую динамику; с середины 70-х годов стали наблюдаться признаки застоя, утраты внутренних источников развития, которые камуфлировались неожиданно обвалившимися на нашу страну нефтедолларами. С середины 80-х годов началось разрушение остатков советской социалистической экономики, прикрываемое лозунгами перестройки.

Главным критерием эффективности сталинской экономики, подчёркивает автор, «было не увеличение денежной прибыли, а снижение себестоимости продукции».

Важнейшим признаком сталинской экономики является её плановый характер, который критики Сталина умышленно назвали «административно-командной системой».

Планирование в СССР носило директивный характер, т. е. план имел статус закона, в отличие от индикативного планирования, которое начало использоваться в послевоенный период в Западной Европе и Японии и носило рекомендательный характер.

В то же время автор обращает внимание на то, то директивное планирование присуще не только сталинской модели экономики, оно существует и сегодня и применяется в крупнейших западных корпорациях, в частности, в таких ТНК как IBM, British Petroleum, General Electric, Siemens. «Там в начале ХХІ века существует действительно жесточайшая административно-командная система без каких-либо примесей демократии и участия работников в управлении», – отмечает автор.

Анализируя причины сталинского «экономического чуда», автор приводит ряд цифр, характеризующих стремительный взлёт советской социалистической экономики в сталинские и в последующие годы, когда экономика нашей страны в основном сохраняла черты сталинской модели.

В период первых трёх сталинских пятилеток был «сформирован единый народнохозяйственный комплекс, создана мощная оборонная промышленность, построено большое количество предприятий-дублёров за Уралом, экономика была полностью сориентирована на внутренние ресурсы». Примечательно, – продолжает далее автор, – что при этом советская экономика не была обременена внешним долгом», несмотря на то, что «индустриализация проходила в условиях жёсткой блокады и противодействия со стороны Запада».

В. Катасонов приводит несколько цифр, свидетельствующих об индустриальном «рывке» СССР: в 1940 г. по сравнению с 1913 г. валовая продукция промышленности была увеличена в 12 раз, производство электроэнергии – в 24 раза, добыча нефти – в 3 раза, производство чугуна – в 3,5 раза, стали – в 4,3, выпуск станков всех видов – в 35 раз.

При этом необходимо учесть, что восстановление разрушенного народного хозяйства после первой мировой и гражданской войн, продолжавшихся 7 лет (1914–1920 гг.) закончилось примерно к 1925 г., когда СССР вышел на уровень последнего предвоенного 1913 года. Т. е. колоссальный прыжок из отсталости ко второй экономике мира был сделан всего за 15 лет!!

Вот вам японское, китайское и прочие экономические «чудеса», которые стоят далеко позади сталинского советского социалистического экономического «чуда». Чуда, основанного на самоотверженном труде освобождённого от эксплуатации человека, свободного человека, подлинного хозяина своей страны.

Вторым этапом советского экономического «чуда» были 40-е годы – годы Великой Отечественной войны и послевоенного восстановления разрушенного народного хозяйства.

Автор утверждает, что суть экономического чуда» 40-х годов проявилась в том, что СССР сумел победить фашизм и в невероятно короткие сроки восстановить разрушенную экономику.

При этом, подчёркивает автор, снижение объёмов производства по ряду видов промышленной продукции в военные годы было минимальным. Более того, себестоимость производства почти всех видов продукции, в т. ч. военной, снижалась, что является невероятным для экономики военных периодов. В годы войны включается затратный механизм, цены на оружие, боеприпасы и снаряжение только растут. Но это относится к экономике капиталистических стран. Финансовая система советской экономики выстояла. Автор отмечает, что первые три года войны (1941–1943) государственный бюджет СССР был дефицитным, но в два последних военных года он уже сводился с профицитом. Сколь-нибудь крупного внешнего долга у СССР не образовалось, в то время как даже у Соединённых Штатов госдолг в 1946 г. превысил 120 % ВВП. Рост цен на продовольственные товары был умеренным. Разумеется, война привела к снижению жизненного уровня людей, но от голода их спасала, как и в других воюющих странах, карточная система. Причём далее автор отмечает, что Советский Союз первым отменил карточную систему уже в 1948 г., в то время как в Великобритании, пострадавшей намного меньше в годы войны, она была отменена только в 1953 г.

Далее профессор останавливается на 50-х годах, показывает, что в этот период советская экономика продолжала развиваться стремительными темпами. Росла производительность труда в промышленности: в 1950–55 гг. она увеличилась на 48 %, в 1955–1960 – на 38 % (как видим, уже началось хрущёвское замедление), что является самыми высокими показателями всех послевоенных пятилеток. Стремительно рос ВВП страны.

Анализирует Катасонов и политику сталинского снижения розничных цен и показывает, что она осуществлялась благодаря систематическому снижению себестоимости продукции и оптовых цен. Он приводит примеры снижения себестоимости продукции в послевоенные годы: в 1948 г. она снизилась на 8,6 % по сравнению с предыдущим годом, в 1949 – на 7 %, в 1950 – более чем на 5 %, в 1951 – также более чем на 5 %, в 1952 – более чем на 8 %, в 1953 – более 5 %.

И далее профессор приводит интересные данные из статьи Т.Хабаровой «Социалистическая экономика как система (Сталинская модель)».

Вот что пишет Хабарова в своей статье по данному вопросу: «Даже после всех хрущёвско-косыгинских выкрутас, после того как снижение себестоимости одно время вообще изъяли из числа ведущих планово-оценочных показателей, всё же себестоимость промышленной и сельскохозяйственной продукции в СССР в массе своей была в 5–10 раз ниже, чем в странах Запада». Она показывает, что накануне горбачёвской перестройки курс рубля составлял 1 долл. = 90 коп., что примерно соответствовало паритету покупательной способности двух валют.

И приводит сравнительные данные себестоимости отдельных товаров:

– себестоимость тонны угля в СССР составляла 6–10 руб. при мировой цене 30–40 долл.;

– себестоимость тонны нефти – 15–20 руб. при мировой цене 120 долл.;

– себестоимость метра проходки нефтяной скважины – 500 руб., в США – 1000 долл.;

– себестоимость одного квт-ч. электроэнергии – 1 коп., в США потребительская цена электроэнергии – 9 центов, но она дотационная;

– себестоимость тонны зерна в колхозах (1985–1989 гг.) в среднем – 95 руб., в фермерских хозяйствах Финляндии – 482 долл.;

– цена поездки в метро – 5 коп. при себестоимости 5,1 коп., в США в оба конца – 2 долл. 30 центов;

– цена билета в кино – не выше 70 коп., в США – 7 долл.;

– утюг – 5 руб., на Западе – 30 долл.;

– холодильники ценой в 300–320 руб. продавались в Африке по 2–2,5 тыс. долл. и их там не хватало.

Далее Катасонов отмечает, что самым удивительным фактором советской экономики было то, что снижение оптовых цен в СССР происходило даже в годы Великой Отечественной войны. И он вновь обращается к Хабаровой: «Себестоимость всех видов боевой техники за годы войны снизилась в целом в 2–3 раза, а сумма оптовых цен на неё – на 40 млрд. руб. Снижение оптовых цен на оружие в воюющей стране – это вообще небывалая в истории вещь».

Хабарова поясняет, что снижение себестоимости продукции является не какой-то мистикой, а результатом целенаправленной экономической политики, когда на государственном уровне блокировались процессы прибылеобразования в ценах на общественно-промежуточную продукцию, а сама экономика была восприимчива к научно-техническому прогрессу. Иначе и быть не могло, потому что только за счёт внедрения новейших достижений науки в производство и создавалась возможность стремительного роста производительности труда и, соответственно, снижения себестоимости продукции.

И Хабарова приводит ошеломляющий пример: «Так за счёт внедрения в производство поточного метода Артиллерийский завод им. Сталина за время войны снизил себестоимость пушек в 6 раз».

В. Катасонов в своей работе много внимания уделяет рассмотрению вопроса финансовых источников индустриализации, выдвигает различные версии и предположения.

Но, думается, по данному вопросу всё чётко и ясно сказал товарищ Сталин. Мы уже рассматривали этот вопрос ранее. Поэтому необходимо только напомнить.

Капиталистические страны в своё время осуществляли индустриализацию, создавали свою тяжёлую промышленность за счёт ограбления колоний, за счёт контрибуций с побеждённых врагов, за счёт внешних займов. Советский Союз таким путём пойти не мог, а займы капиталистические страны ему не давали.

Источниками социалистического накопления были только внутренние ресурсы. И они создавались за счёт того, что промышленность, земля, транспорт, банки, внешняя и внутренняя торговля были в руках государства. Прибыль от их деятельности теперь не шла в карманы капиталистов, банкиров, помещиков, которых в СССР уже не было, а шла в руки пролетарского государства и направлялась на финансовое обеспечение задач индустриализации страны.

Рачительное использование средств, строжайшая экономия, рационализация производства и снижение себестоимости продукции и позволили осуществить в кратчайшие исторические сроки индустриализацию страны, создать, в том числе крупное сельскохозяйственное машиностроение, что подвело материальную базу под коллективизацию сельского хозяйства.

Более того, несмотря на все трудности социалистического строительства, а затем громадные затраты на войну и послевоенное восстановление, золотой запас СССР непрерывно увеличивался и составил в 1953 г., году смерти Сталина, как пишет об этом профессор Катасонов, 2049,8 т. Тем самым Сталин, сталинское руководство заложили базис финансовой и валютной независимости страны.

#### § 2. О монополии внешней торговли

Данный вопрос профессор разбирает очень подробно.

Мы все привыкли, что важнейшим принципом строительства социализма в СССР была монополия внешней торговли. А вот как она складывалась, в какой напряжённой идеологической борьбе, мы обычно «оставляли за кадром». И в этом плане очень интересен анализ В. Катасонова. Монополии внешней торговли СССР он посвятил 6 главу своей работы «Сталинская экономика и государственная монополия внешней торговли».

Автор показывает, что современная либеральная мысль России крайне негативно относится к монополии внешней торговли, приводит цитату из современного учебника по международным экономическим отношениям: «История развития государственной монополии свидетельствует о том, что она представляет собой крайне нерациональный способ регулирования экономики, как и любая монополия; при ней расцветают коррупция, патернализм в сочетании с крайней неэффективностью системы регулирования».

И затем свою главу посвящает разоблачению этой либеральной чуши.

Государственная монополия в сфере внешней торговли СССР была установлена декретом Совнаркома РСФСР от 22 апреля 1918 г. Государство стало единым и единственным участником торгово-экономических отношений, выступая в качестве посредника и буфера между субъектами внутренней экономики и зарубежными компаниями, что не имело исторических прецедентов.

По мнению Катасонова, государственная монополия внешней торговли (ГМВТ) выполняет две функции: защитную и созидательную.

Защитная функция заключается в том, что ГМВТ защищала народное хозяйство СССР от стихии мирового капиталистического рынка, от экономической экспансии западных монополий, от разного рода диверсий со стороны империалистических государств.

Жесточайший экономический кризис (Великая депрессия), поразивший капиталистический мир в конце 20-х—начале 30-х годов, никак не затронул СССР. За период существования ГМВТ в СССР на протяжении примерно 70 лет в мире капитала случалось много экономическиз кризисов, но ни один из них не затронул нашей страны.

Созидательная функция ГМВТ заключалась в подчинении внешней торговли решению задач социалистического строительства, эффективному выполнению планов развития народного хозяйства страны. А после возникновения социалистического лагеря ГМВТ стала важным инструментом международной социалистической интеграции. Более того, благодаря ГМВТ, Советский Союз мог оказывать эффективную помощь развивающимся странам (странам «третьего мира»), вставшим на некапиталистический путь развития.

Для осуществления ГМВТ требуется, как считает автор, три условия:

1. Политическая власть должна находиться в руках сил, которые действительно ориентированы на создание сильного и независимого государства. Более того, эти силы должны ориентироваться на такую социально-экономическую модель общества, которая не имеет ничего общего с капитализмом, поскольку ГМВТ несовместима с капитализмом. Продолжим за профессором то, что он не решается сказать – такие силы, это государство диктатуры пролетариата, действующее в интересах всех трудящихся слоёв общества.

2. Необходимо обобществление крупной промышленности, транспорта, банковской системы, т. е. сосредоточение командных высот народного хозяйства в руках выше обозначенных политических сил, т. е. в руках пролетарского государства, добавим мы.

3. Обязательное дополнение ГМВТ государственной валютной монополией, суть которой заключается в том, что в руках государства сосредоточивается вся валюта и приравненные к ней ценности (в первую очередь золото); государство осуществляет все международные расчёты. Т. е., государственная валютная монополия также является своеобразным буфером, защищающим внутреннюю денежно-кредитную систему государства от мировой валютно-финансовой системы, от порождаемых ею кризисов. Кроме того, отмечает автор, Запад мог использовать каналы мировой валютно-финансовой системы для подрывной деятельности против СССР.

В. Катасонов отмечает, что положения о государственной монополии внешней торговли были разработаны Лениным ещё до Великого Октября. И хотя автор «в целом не разделяет мировоззрение «вождя мировой революции», но, – продолжает далее Катасонов, «в вопросе ГМВТ он был совершенно прав».

Понятно, Катасонов не коммунист и, тем более, не революционер, именно поэтому он открещивается от Ленина, полагаясь на бога. Но мы рассчитываем на революционные силы пролетариата России, и будем использовать все наработки буржуазных авторов-экономистов в интересах грядущей пролетарской революции.

Внедрение ГМВТ сопровождалось острой идеологической борьбой в партии. Когда партия от политики «военного коммунизма» перешла к нэпу, ряд партийных деятелей, в частности Н. Бухарин, Г. Сокольников, Н. Пятаков, выступили за отмену ГМВТ. «Эти видные партийные и государственные деятели («группа Бухарина»), – продолжает автор, – и стоящие за ними капиталистические элементы в стране стали добиваться свободной связи с внешним рынком и замены монополии внешней торговли простой таможенной охраной» (там же). Они предлагали открыть ряд портов для свободного ввоза и вывоза товаров, об ограничении монополии внешней торговли лишь небольшим кругом товаров, об оплате сельским хозяевам (т. е. кулакам, уточним мы) их поставок на экспорт в иностранной валюте и т. п.

Ленин вёл решительную борьбу против отмены монополии внешней торговли. В декабре 1922 г. он написал письмо Сталину для пленума ЦК, в котором разоблачал предательский характер предложений Бухарина. И Катасонов приводит выдержки из этого письма Ленина. Приведём их и мы, цитируя первоисточник «О монополии внешней торговли. Товарищу Сталину для пленума ЦК»: «Бухарин не видит, – это самая поразительная его ошибка, причём чисто теоретическая, – что никакая таможенная политика не может быть действительной в эпоху империализма и чудовищной разницы между странами нищими и странами невероятно богатыми. Несколько раз Бухарин ссылается на таможенную охрану, не видя того, что в указанных условиях полностью сломить эту охрану может любая из богатых промышленных стран. Для этого ей достаточно ввести вывозную премию за ввоз в Россию тех товаров, которые обложены у нас таможенной премией. Денег для этого у любой промышленной страны более чем достаточно, а в результате такой меры любая промышленная страна сломит нашу туземную промышленность наверняка. Поэтому все рассуждения Бухарина о таможенной политике на практике означают не что иное, как полнейшую беззащитность русской промышленности и прикрытый самой лёгкой вуалью переход к системе свободной торговли. Против этого мы должны бороться изо всех сил и бороться вплоть до партийного съезда, ибо ни о какой серьёзной таможенной политике сейчас, в эпоху империализма, не может быть и речи, кроме системы монополии внешней торговли» (ПСС, т. 45, стр. 335–336). И далее Ленин продолжает: «На практике Бухарин становится на защиту спекулянта, мелкого буржуа и верхушек крестьянства против промышленного пролетариата, который абсолютно не в состоянии воссоздать своей промышленности, сделать Россию промышленной страной без охраны её никоим образом не таможенной политикой, а только исключительно монополией внешней торговли. Всякий иной протекционизм в условиях современной России есть совершенно фиктивный, бумажный протекционизм, который ничего пролетариату не даёт. Поэтому, с точки зрения пролетариата и его промышленности, данная борьба имеет самое коренное, принципиальное значение» (стр. 336).

Как отмечает далее Катасонов, притязания группы Бухарина были отвергнуты и на Пленуме ЦК партии в декабре 1922 г., и на XII съезде партии. Незыблемость монополии внешней торговли была сохранена.

Однако нападки на ГМВТ продолжались. Теперь против монополии внешней торговли начала выступать троцкистско-зиновьевская оппозиция.

В конце 1923 г. и в 1924 году, году завершения денежной реформы и введения в оборот червонца, Сокольников, Пятаков, Преображенский и др. пытались воскресить планы о предоставлении «свободы дверей». Проведение в жизнь этого плана привело бы к подрыву промышленности, поскольку тогда она ещё не могла противостоять иностранной конкуренции.

Ленин в вышеупомянутой работе отмечал, что «частичное открытие границ несёт с собою серьёзнейшие опасности в отношении валюты, ибо мы попадём практически в положение Германии, несёт с собою серьёзнейшие опасности в смысле проникновения в Россию, без малейшей возможности контроля для нас, мелкой буржуазии и всяческих агентов заграничной России» (стр. 337).

Начиная с 1925 г., отмечает профессор, ключевой фигурой в стане противников ГМВТ стал Троцкий. На октябрьском, 1925 г., пленуме ЦК партии троцкисты предложили смягчить режим ГМВТ, освободить ввоз ряда товаров от контроля Наркомата внешней торговли. Пленум объявил непримиримую борьбу «с открытыми и замаскированными настроениями за отмену или ослабление государственной монополии внешней торговли, питаемыми, в конечном счёте, мелкобуржуазными силами нашей экономики». В 1927 г. троцкисты выдвинули лозунг о максимальном расширении экономических отношений с капиталистическим миром без всяких ограничений. Пленум ЦК партии, состоявшийся в октябре этого же года, отверг этот лозунг.

В подрыве государственной монополии внешней торговли участвовала и Промпартия (в её состав входил и известный экономист Н. Кондратьев), в программе которой намечалась ликвидация монополии внешней торговли.

Одержав победу над оппозиционерами, государственная монополия внешней торговли была неуклонно проведена в жизнь.

Против ГМВТ ополчились и страны Запада. На СССР оказывалось всяческое давление с целью заставить Москву демонтировать госмонополию внешней торговли. Среди этих мер давления были «золотая блокада», кредитная блокада, ограничения или запреты на ввоз товаров из СССР по причине «советского демпинга» и др.

«Золотая блокада» заключалась в том, что Запад отказывался принимать от Советского Союза в порядке уплаты импорта золото. И это несмотря на то, что после первой мировой войны золотой стандарт, пусть и в несколько усечённом виде, был восстановлен, т. е. золото рассматривалось как универсальные мировые деньги. СССР же мог покрывать свои импортные закупки только поставками природных ресурсов, сельскохозяйственной продукции, особенно зерна. Запад тем самым демонстрировал, что его главная цель тем или иным способом поставить под свой контроль природные ресурсы Советской России.

Суть кредитной блокады заключалась в отказе предоставлять Советскому Союзу кредиты, в т. ч. кредиты торговые (что считалось нормой в международной торговле). Либо же кредиты предоставлялись на невыгодных (по процентным ставкам, срокам) условиях и под избыточное обеспечение. Введение кредитной блокады часто обосновывалось тем, что Советский Союз не погасил долговые обязательства царского и временного правительств и теряет право на получение новых займов и кредитов.

Застрельщиком компаний против «советского демпинга» и «принудительного труда» заключённых выступили США. Начало этой кампании было положено серией статей в «Нью Йорк Ивнинг Пост» об угрозе «красной торговли»; вслед за этим правительство матёрого врага Советского Союза Гувера издало ряд актов, открыто направленных против советских товаров. Также Франция использовала введение повышенных импортных пошлин по ряду советских товаров. В 1927 г. в Лондоне было совершено разбойничье нападение на советскую внешнеторговую организацию АРКОС (All Russian Cooperative Society Limited) – Всесоюзное кооперативное акционерное общество, что привело к разрыву дипломатических отношений между двумя странами. Но разрыв с СССР в большей степени ударил по экономическим интересам самой Англии (особенно после начала кризиса в конце 1929 г.) и в апреле 1930 г. Англия была вынуждена заключить с нами временное англо-советское торговое соглашение.

Советское правительство принимало ответные меры. Так, 20 октября 1930 г. было принято постановление о введение в действие специального режима для всех стран, которые устанавливают в отношении внешней торговли СССР различные ограничения. Это постановление сыграло большую роль в нашей борьбе против внешнеторговой дискриминации.

Постепенно Запад был вынужден смириться и признать монополию внешней торговли СССР, пошёл на восстановление дипломатических и торговых отношений с нашей страной. Дольше всех этому сопротивлялись США. Но уже в 1934 г., на следующий год после восстановления дипотношений, началось быстрое наращивание товарооборота между нашими странами. По объёмам поставок машин и оборудования для советских строек эпохи сталинской индустриализации США оказались на первом месте.

И В. Катасонов делает вывод: «Только благодаря огромным преимуществам монополии внешней торговли, давшей Советскому Союзу возможность гибко маневрировать на внешних рынках своими ресурсами, нам удалось, используя противоречия между отдельными капиталистическими странами и монополиями, преодолеть периодически организовывавшиеся Западом блокады, бойкоты и другие попытки помешать внешнеторговой деятельности СССР».

Государственная монополия внешней торговли продержалась до начала перестройки. С приходом к власти Горбачёва ГМВТ начала разрушаться. Первым ударом по ней было Постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР «О мерах по совершенствованию управления внешнеэкономическими связями», опубликованное 19 августа 1986 г. Указанным постановлением с 1 января 1987 г. право проводить экспортно-импортные операции было предоставлено 20 министерствам и 70 крупным предприятиям, причём этот список в дальнейшем постоянно расширялся. В том же 1987 г. вступил в действие закон «О совместных предприятиях», который фактически обеспечил прямой доступ иностранных фирм к природным ресурсам и внутреннему рынку страны.

В 1988 г. было ликвидировано Министерство внешней торговли СССР и учреждено Министерство внешнеэкономических связей СССР, которое лишь «регистрировало предприятия, кооперативы и иные организации, ведущие экспортно-импортные операции». Законом 1990 г. право внешней торговли было предоставлено и местным Советам. Согласно закону «О кооперативах» (1988 г.), на предприятиях и при местных Советах возникла сеть кооперативов, занятых вывозом товаров за рубеж, что резко сократило их поступление на внутренний рынок. Многие товары при спекуляции давали выручку 50 долл. на 1 руб. затрат и покупались у предприятий «на корню». По оценкам экспертов, в 1990 г. из страны была вывезена 1/3 потребительских товаров.

Во второй половине 80-х годов цена тонны нефти на мировом рынке составляла 100 долл., а внутренняя цена – 60 руб., т. е. покупательная способность рубля по ценам на нефть составляла 1,7 долл. Примерно такие же соотношения, отмечает В. Катасонов, были и на другие ресурсы России – лес, руду, химические продукты и т. д. Поэтому вывозились не только потребительские товары, но также сырьё, металлы, нефтепродукты. На всём делались бешеные деньги.

Мы можем сказать, что то, что пыталась сделать правая «группа Бухарина» ещё в начале 20-х годов, но тогда партия была на страже, то осуществило предательское горбачёвское руководство во второй половине 80-х.

Окончательно монополия государства на осуществление внешнеторговых и валютных операций была ликвидирована с введением Указа Президента РСФСР от 15 ноября 1991 г. № 213 «О либерализации внешнеэкономической деятельности на территории РСФСР». Этим указом российским предприятиям предоставлялось право прямого выхода на внешний рынок без специальных разрешений и регистрации. Постепенно были сняты ограничения на экспорт готовой продукции, а затем и стратегически важных сырьевых товаров; уполномоченным на ведение валютных операций банкам разрешалось открывать валютные счета всем юридическим и физическим лицам.

Демонтаж государственной монополии внешней торговли, совершенно справедливо отмечает автор, ускорил развал и гибель Советского Союза.

И В. Катасонов напоминает слова Сталина, сказанные им в беседе с первой американской рабочей делегацией: «В самом деле, что могло бы означать для рабочих уничтожение монополии внешней торговли? Это означало бы для них отказ от индустриализации страны, от постройки новых заводов и фабрик, от расширения старых заводов и фабрик. Это означало бы для них наводнение СССР товарами из капиталистических стран, свёртывание нашей индустрии в силу её относительной слабости, умножение числа безработных, ухудшение материального положения рабочего класса, ослабление его экономических и политических позиций. Это означало бы, в конечном счёте, усиление нэпмана и вообще новой буржуазии. Может ли пойти на это самоубийство пролетариат СССР? Ясно, что не может» (Соч., т. 10, стр. 110).

«И если мы хотим выйти из тупиков нынешних либеральных «реформ», – завершает данную главу профессор, – то в качестве одного из первых пунктов программы экономического возрождения России следует поставить восстановление государственной монополии внешней торговли».

Но это может сделать только и единственно пролетарское государство, завершим рассмотрение данного вопроса мы.

#### § 3. Денежно-кредитная система СССР

Денежно-кредитная система (ДКС) СССР, – пишет В. Катасонов, – представляла собой систему банков и небанковских кредитных организаций, а также организаций, осуществляющих общее руководство денежно-кредитной системой. В рамках ДКС осуществляется создание и уничтожение денег, кредитование, расчёты и платежи внутри страны, контроль за использованием кредитных ресурсов, регулирование денежной массы и поддержание устойчивости денежной единицы, кассовые операции с наличными деньгами, осуществление международных расчётов.

Другой, связанной с деньгами системой была финансовая система, которая включала государственный бюджет, внебюджетные государственные фонды, финансы предприятий, страхование (страховые фонды).

Автор выделяет некоторые наиболее важные особенности (признаки) ДКС сталинской экономики. К ним он относит:

• Государственная монополия в банковском деле.

• Государственная монополия в сфере денежной эмиссии.

• Высокая централизация управления ДКС.

• Подчинение ДКС решению задач социально-экономического развития страны.

• Планирование денежного обращения.

• Постоянный контроль со стороны банков за текущей финансово-экономической деятельностью предприятий.

• Государственная валютная монополия.

• Поддержание покупательной способности рубля.

• Наращивание государственного золотого запаса как стратегического ресурса и независимость денежного обращения от золотого запаса.

• Опора на внутренние источники финансирования и кредитования народного хозяйства: сбережения населения, внутренние займы и т. д.

• Двухконтурная система денежного обращения.

В. Катасонов подчёркивает, что принцип государственной монополии в банковском деле был сформулирован Лениным в виде лозунга национализации всех банков. Этот лозунг был исключительно актуальным для России, так как иностранцам принадлежало 34 % акционерного капитала банков и их национализация должна была привести к освобождению российской экономики от засилья иностранного финансового капитала.

Одним из первых декретов Советской власти стал декрет ВЦИК от 27 декабря 1917 г. о национализации банков: банковское дело объявлялось государственной монополией. Все частные акционерные банки и банкирские конторы объединялись с Государственным банком, на основе которого учреждался Народный банк РСФСР.

Но в условиях гражданской войны и экономической разрухи государственная банковская система начала разрушаться и практически перестала существовать.

С началом нэпа Народный банк был восстановлен (1921 г.) под названием Государственный банк РСФСР, в 1923 г. он переименован в Государственный банк СССР.

В период нэпа в банковском секторе стали создаваться государственные (специализированные) банки, акционерные банки, кооперативные банки, коммунальные банки, а также кредитные кооперативы, товарищества, общества взаимного кредитования. Их количество стремительно разрасталось и на 1 октября 1929 г. кредитование народного хозяйства осуществляли 1312 кредитных учреждений и их филиалов, а также более 10 тысяч кредитно-кооперативных обществ.

В. Катасонов определяет этот период (1929 г.) как период завершения нэпа. Мы же знаем, что это период завершения политики отступления и переход к политике наступления на капиталистические элементы народного хозяйства, начало которой было положено ещё XIV съездом партии в 1925 г., когда был объявлен курс на индустриализацию страны.

В 1930 г. развернулось наступление на капиталистически элементы в банковском деле, в ДКС. 30 января 1930 г. было принято Постановление ЦИК СССР и СНК СССР «О кредитной реформе», в результате которой деятельность Госбанка окончательно утратила коммерческий характер.

Основными функциями Госбанка стали:

– плановое кредитование народного хозяйства,

– организация денежного обращения и расчётов,

– кассовое исполнение государственного бюджета,

– осуществление международных расчётов.

Госбанк стал единым эмиссионным центром советской ДКС. Затем на протяжении 56 лет (1932–1988 гг.) в кредитно-банковской системе СССР существовала государственная монополия.

Государственная монополия на эмиссию денег была провозглашена сразу же после перехода Госбанка под контроль Советской власти.

Однако в годы гражданской войны и военной интервенции империалистических государств на территории России действовало 2200 видов денег разного вида и происхождения; в стране не было единого денежного хозяйства, денежная эмиссия была децентрализована.

В 1921 г. Наркомат финансов приступил к выпуску «советских знаков» («совзнаки»). Практически это была ничем не обеспеченная эмиссия бумажных денег (казначейских билетов). С её помощью государство покрывало почти все свои бюджетные расходы. Происходило стремительное обесценение «совзнаков» Кроме того, на местах по прежнему выпускались «самостийные» деньги, в стране продолжали циркулировать золотые и серебряные монеты царской чеканки, а также иностранная валюта.

На смену «совзнакам», в результате проведения денежной реформы 1922–1924 гг., пришёл «червонец» – банкнота, обеспеченная золотом и ликвидными товарными запасами. В октябре 1922 г. Совнарком РСФСР предоставил право выпуска новых «червонцев» Госбанку. Весной 1924 г. был прекращён выпуск «совзнаков», вместо них стали выпускаться государственные казначейские билеты достоинством 1,3, 5 рублей, а также разменная монета – серебряная и медная. Между банкнотами Госбанка и казначейскими билетами НКФ (Наркомата финансов) было установлено твёрдое соотношение: 1 червонец = 10 руб. в 1925 г. НКФ полностью передал функцию эмиссии наличных денег Госбанку, включая выпуск казначейских билетов. Считается, что именно с 1925 г. и до конца существования СССР (т. е. в течение более 65 лет) Госбанк был монополистом по выпуску наличных денег.

Происходила централизация управления денежно-кредитной системой в руках Госбанка, который с 1954 г. и до конца своего существования имел статус самостоятельного ведомства, приравненного к министерству, а его председатель правления входил в состав правительства СССР.

Кроме Госбанка в стране функционировал Стройбанк, занимавшийся финансированием капитальных вложений. Этот банк обслуживал капитальное строительство во всех отраслях народного хозяйства. Стройбанк имел более низкий статус, чем Госбанк, а именно статус союзного ведомства, а его председатель не входил в состав правительства.

Был ещё третий государственный банк – Банк для внешней торговли (Внешторгбанк), который занимался кредитованием внешней торговли, международными расчётами, а также операциями с иностранной валютой, золотом и другими драгоценными металлами. Внешторгбанк был призван обеспечивать государственную валютную монополию. Руководитель Внешторгбанка был одновременно заместителем председателя Госбанка.

Государственная монополия и централизация управления ДКС начала размываться в ходе перестройки под видом реорганизации банковской системы. Резко возросли издержки денежного обращения и денежных расчётов, стал расти банковский аппарат, общие расходы на заработную плату. Госбанк стал заниматься только распределением ресурсов на верхнем уровне, не имея возможности воздействовать на выполнение кредитных планов.

В 1988–89 гг. были приняты законы, разрешавшие создавать кооперативные и частные коммерческие банки. Правительство заявило, что в стране создаётся двухъярусная банковская система. На 1 января 1992 г. в стране уже действовало 1414 коммерческих банков.

Централизация управления ДКС была окончательно разрушена в 1990 г., когда в РСФСР был создан самостоятельный Государственный банк. На территории РСФСР возникло двоевластие, которое закончилось лишь в 1992 г. После разрушения СССР Государственный банк СССР был упразднён, а Государственный банк РСФСР вскоре был преобразован в Центральный банк Российской Федерации (Банк России).

ЦБ РФ с формально-юридической точки зрения является государственным банком, потому что его уставной капитал сформирован государством. Но по Конституции РФ ЦБ не относится ни к одной из ветвей государственной власти. А в федеральном законе о ЦБ записано, что Центральный банк не отвечает по обязанностям государства, а государство – по обязанностям Центробанка.

Под вывеской независимости, – отмечает профессор, – скрывается жёсткая подчинённость Банка России Федеральной резервной системе США.

ФРС, продолжает далее автор, опираясь на монопольные позиции доллара в мире, стремится установить эффективный контроль над денежно-кредитными системами всех стран мира, в т. ч. и России.

«При Сталине монополистом в денежно-кредитной системе страны было наше государство, сегодня таким монополистом стала Федеральная резервная система – частная корпорация, принадлежащая небольшой горстке мировых олигархов. ЦБ России – лишь филиал Федерального резерва», – делает очень жёсткий вывод В. Катасонов.

Считается, что ЦБ России – монополист в сфере эмиссии наличных денег (рублей), отмечает автор. Но фактически ЦБ РФ является лишь представителем центральных банков, которые выпускают резервные валюты – доллары и евро. ЦБ России осуществляет выпуск рублей в ходе покупки иностранных валют, которые оседают в его международных резервах. В России создан такой эмиссионный механизм, который работает не на кредитование отечественных предприятий и бюджета РФ, а на обслуживание западных экономик. Ведь накопление иностранных валют в международных резервах ЦБ есть фактически беспроцентное кредитование экономик тех стран, где создаются резервные валюты. Подобный механизм эмиссии национальных денег присущ странам зависимым, полуколониям, а рубль фактически не национальная валюта, а «зелёные доллары», перекрашенные в национальные цвета зависимой страны под названием «РФ», – делает убийственный вывод автор.

Коммерческие, частные банки, которых в России без малого тысяча, по определению представляют собой «идеальные машины по деланию денег из воздуха и обкрадыванию клиентов, особенно в рыночной среде», когда их прикрывает Центральный Банк, развёрнутый не в сторону отечественной экономики, а в сторону Запада. Сняты все ограничения на трансграничное движение капитала, на конвертацию безналичных денег в наличные и т. д.

«Другими словами, – отмечает В.Катасонов, – в России сконструирована такая модель ДКС, которая является идеальной для воров, жуликов, коррупционеров, отечественной и международной организованной преступности. Частные банки нас с вами богаче сделать не могут по определению, они могут нас только обокрасть».

Доля иностранного капитала в банковской системе России составляет от 30 до 50 %, что является угрозой национальному суверенитету страны, которая фактически переходит под финансовое управление иностранного капитала.

Независимо от того, какова форма собственности банков, которые составляют второй ярус банковской системы РФ, (в т. ч. и госбанки, такие как Сбербанк, Газпромбанк, Внешторгбанк), все они «заточены» на получение прибыли, отмечает автор, т. е. предназначены не на повышение общего благосостояния, а для перераспределения общественного богатства в пользу своих хозяев (акционеров).

И Катасонов делает вывод, что государственная банковская монополия Сталина работала на укрепление экономики страны, а нынешняя многоукладная банковская система РФ, подобно раковым метастазам, разрушает страну.

#### § 4. Золотой запас СССР

В годы гражданской войны и военной интервенции, а затем в годы нэпа, до 1925 г., партия только определялась со своей валютной политикой и, соответственно, золотым запасом страны. В. Катасонов утверждает, что в этот период было и значительное разворовывание золота под различными предлогами. Так ли это, сказать трудно, так как у Катасонова анализ данного вопроса построен на предположениях, а также на определённом противопоставлении Ленина Сталину. К Ленину как к коммунисту, революционеру Катасонов относился негативно, о чём он пишет сам и мы уже об этом говорили. Сталина же он воспринимает как выдающегося государственника, не понимая того, что Сталин был не просто выдающимся государственным деятелем первой половины ХХ века, он был государственным деятелем нового типа – руководителем первого в мире многонационального пролетарского государства, твёрдо стоявшим на позициях марксизма-ленинизма, продолжателем дела Ленина. Т. е. Сталин был первым государственным пролетарским деятелем, и вся государственная политика в эпоху Сталина строилась в интересах пролетарского государства, в интересах рабочего класса, колхозного крестьянства, трудящейся интеллигенции.

Это касается всех аспектов, как политической деятельности, так и экономической политики, лежащей в основе этой деятельности.

Экономическая же политика Советского государства включает в себя не только индустриализацию страны, коллективизацию сельского хозяйства и культурную революцию, но и, если так можно выразиться, инструменты, используемые для её осуществления. А это и госмонополия внешней торговли, и государственная валютная монополия, и денежно-кредитная и финансовые системы пролетарского государства.

И политика по созданию золотого запаса страны.

С момента перехода к индустриализации страны, т. е. с 1925 г. СССР одновременно отказался от плана перехода к золотому стандарту рубля.

Суть новой государственной валютной политики, отмечает Катасонов, сводилась к следующим моментам (привожу только наиболее важные из них):

– твёрдость советской валюты должна основываться, прежде всего, не на золотых и валютных запасах государства, а на росте выпуска отечественной продукции;

– в данный момент золотые и валютные запасы необходимо наращивать для проведения масштабных закупок промышленного оборудования, обеспечивающего индустриализацию страны;

– государственная монополия внешней торговли должна быть дополнена государственной валютной монополией;

– государственная валютная монополия предполагает сосредоточение всех валютных ценностей в руках государства и осуществление им жёсткого валютного регулирования и валютного контроля.

С начала 30-х годов обеспечением советских денег стали служить материальные ценности, под которые государственные банки предоставляли кредиты.

Мы уже выше писали, что подводя итоги первой пятилетки Сталин, выступая с докладом на Объединённом Пленуме ЦК и ЦКК ВКП(б) в январе 1933 г. подчеркнул, что устойчивость советской валюты обеспечивается прежде всего громадным количеством товарных масс в руках государства, пускаемых в товарооборот по устойчивым ценам.

Последовательное проведение указанного курса привело к тому, что рубль внутри страны стал укрепляться. Это проявлялось в том числе и в снижении цен на потребительские товары в 30-е годы. Окончательно курс рубля был установлен 19 июля 1937 г. (действовал до 1950 г.), в соответствие с которым 1 долл. США приравнивался к 5 руб. 30 коп.

В отличие от валют других стран, отмечает автор, официальный валютный курс рубля мог оставаться неизменным на протяжении десятков лет. Также удивительной стабильностью отличались внутренние цены на золото и золотое содержание рубля.

А в период с 1 января 1925 г. по 1 июля 1933 г., т. е. за 8,5 лет, золотовалютные резервы Госбанка увеличились более чем в 2 раза. Резервы драгоценных металлов (кроме золота, Госбанк СССР имел в своих запасах определённое количество платины и серебра) росли опережающими темпами по сравнению с запасами иностранной валюты. Таким образом, за этот период доля драгоценных металлов в общем объёме золотовалютных резервов Госбанка увеличилась с 52,5 до 94,7 %.

Золотой запас по состоянию на 1 июля 1933 г. составил 678,5 т, приводит такую цифру на основании официальных данных профессор Катасонов.

И В. Катасонов и другие экономисты приводят цифру в 2600 т золота, которым обладал Советский Союз к началу Великой Отечественной войны. Очевидно, что в военные годы этот запас существенно уменьшился. В частности В. Катасонов по данному вопросу пишет: «В разных источниках также упоминается, что в годы войны в рамках советско-американского соглашения о ленд-лизе СССР был не только получателем помощи, но также в порядке встречного ленд-лиза поставлял в Америку различные сырьевые товары, а также платину и золото. Никакие количественные оценки поставок золота не приводятся».

В послевоенные годы (1946–1953) продолжалось накопление золотого запаса страны. В. Катасонов приводит выдержку из беседы Вячеслава Молотов с Феликсом Чуевым: «У нас был огромный золотой запас скоплен, и платины было столько, что не показывали на мировом рынке, боясь обесценить»!

В 1953 г. золотой резерв СССР достиг максимума – 2049,8 т., увеличившись с 1925 г. на 1900 т!

В. Катасонов приводит данные о золотых запасах ведущих стран мира в 1953 г.: США – 19631 т, Великобритания – 2011 т, Швейцария – 1296 т, Канада – 876 т, Бельгия – 689 т, Нидерланды – 658 т, Франция – 548 т.

Таким образом, в 1953 г. СССР, несмотря на громадные потери в Великой Отечественной войне и необходимость восстановления разрушенной экономики, оказался на втором месте в мире по объёмам золотовалютных резервов. Конечно, почти десятикратный разрыв с США был обусловлен тем, что Штаты чрезвычайно обогатились на этой войне.

Главной задачей накопления золотого запаса страны было обеспечение её стратегическим ресурсом на случай чрезвычайных ситуаций.

Но после смерти Сталина сразу же началось разбазаривание и разграбление золотого запаса СССР.

И В. Катасонов приводит следующие цифры: если в 1953 г. золотой запас СССР равнялся примерно 2050 т, то в 1991 г. он составил всего 484,6 т., сократившись более чем в 4 раза.

В то же время золотые резервы отдельных стран мира, опережавших Советский Союз, были следующие: США – 8146 т, Германия – 2960 т, Швейцария – 2590 т, Франция – 2546 т, Италия – 2074 т, Нидерланды – 1376 т, Великобритания – 588 т, Португалия – 494 т, Испания – 486 т.

В то же время СССР был ведущей золотодобывающей страной мира, занимая второе место в мире после ЮАР по добыче золота, и находясь на десятом месте по его резервам. Среднегодовая добыча золота в СССР в 1953–1991 гг. составляла примерно 250 т, т. е. ориентировочно за послесталинский период было добыто примерно 7000 т золота. Приплюсовав эти 7 тыс. т к 2050 т в 1953 г., в 1991 г. Советский Союз должен был бы иметь более 9000 т золота. Итак, потери золота составили примерно 8,5 тыс. т. И автор показывает, как начал разбазариваться сталинской золотой запас, ссылаясь при этом на ряд западных источников и западных экономистов (в частности на публикации МВФ по мировому рынку золота, на отчёт Тимоти Грина об официальных резервах золота различных стран).

Первая достаточно крупная партия золота (148,7 т) была продана на внешнем рынке уже в 1953 г. сразу после смерти Сталина. Вот так Хрущёв начал уничтожать сталинский золотой запас. Создаётся впечатление, что этому замаскированному троцкисту надо было за что-то рассчитаться с Западом (а может и напрямую со своими западными хозяевами, взрастившими его).

В течение 12 лет после смерти Сталина на лондонском и парижском рынках было продано 2900 т советского золота, причём основной объём продаж пришёлся на 1963–64 гг., когда Советский Союз из-за неурожая был вынужден закупать на мировом рынке большое количество зерна (вспомните, как Хрущёв похоронил Сталинский план преобразования природы, затем совершил авантюру с поднятием целинных земель, последствием чего и стали неурожаи, а отсюда – вынужденные закупки зерна за рубежом за счёт золотого запаса страны). В 1965–1971 гг. Советский Союз не выходил на мировой рынок золота. Затем продажи золота возобновились.

Большая часть годовой добычи жёлтого металла выбрасывалась на мировой рынок, чтобы как-то компенсировать падающую эффективность советской экономики. С 1972 г. до конца существования СССР, отмечает Катасонов, было продано более 5 тысяч т золота. Фактически страна подсела на «золотую иглу» (а с 1973 г., когда после разразившегося энергетического кризиса резко выросли цены на «чёрное золото» – и на «нефтяную иглу», пишет автор).

В. Катасонов приводит следующее высказывание Тимоти Грина о золотовалютной политике СССР позднего периода: «нефть, природный газ и оружие были основными источниками её (России – В. К.) валютных поступлений; золото обеспечивало тылы, выступая в качестве балансирующей статьи. Если у России имеется достаточно таких поступлений, тогда продажи золота находятся на низком уровне; если их не хватает вследствие неурожая зерновых или, как это было в 1986 г., из-за падения цен на нефть, тогда эти продажи увеличиваются».

В годы так называемой перестройки (1985–1991) начался самый мощный исход золота из официальных запасов СССР. Такие масштабные поставки золота были призваны компенсировать потери валютных доходов СССР в результате резкого падения цен на нефть на мировом рынке в 1986 г., пишет В. Катасонов. Всего за этот период из страны ушло более 1,5 тыс. т золота, приводит данные профессор.

Золотой запас «демократической» России продолжал снижаться и после разрушения СССР, и в 1995 г. он составил 261,8 т, что почти в 8 раз ниже запаса, оставленного Сталиным.

«Столь интенсивного исхода золота за национальные границы не знала ни одна страна мира за всю историю человечества», – завершает рассматривать данный вопрос Катасонов.

#### § 5. Сталинский золотой рубль, клиринговый рубль, переводной рубль

28 февраля 1950 г. было принято постановление Совета Министров СССР «О переводе курса рубля на золотую базу и о повышении курса рубля в отношении иностранных валют».

Приведу некоторые выдержки из этого документа:

«Денежная реформа в СССР, проведенная в декабре 1947 г., ликвидировала последствия второй мировой войны в области денежного обращения и восстановила полноценный советский рубль. Осуществлённая одновременно с денежной реформой отмена карточной системы и серьёзное снижение цен на товары массового потребления… привели к ещё большему укреплению рубля, повышению его покупательной способности и повышению его курса в отношении иностранных валют».

В то же время, говорится далее в постановлении, в западных странах продолжается обесценение валют, что привело к девальвации европейских валют. В США же происходит непрекращающееся повышение цен на предметы массового потребления и продолжающаяся на этой основе инфляция, что привело к существенному снижению покупательной способности доллара.

В связи с тем, что покупательная способность рубля стала выше его официального курса, «Советское Правительство признало необходимым повысить официальный курс рубля, а исчисление курса рубля вести не на базе доллара, как это было установлено в июле 1937 года, а на более устойчивой, золотой основе, в соответствии с золотым содержанием рубля».

Комментируя данное постановление, В. Катасонов пишет:

«Однако рубль СССР, получив привязку к золоту, не стал классической золотой валютой. Для этого надо было бы объявить, что государство обеспечивает размен бумажных знаков на жёлтый металл. А этого не было и быть не могло. Руководители Госбанка СССР, Минфина СССР и Сталин прекрасно помнили, чем закончилось введение золотого рубля С. Ю. Витте в 1897 г. Россия тогда быстро лишилась своего золотого запаса, накопленного кровью и потом русского народа, и «подсела» на «золотые» кредиты Ротшильдов. Золотой рубль Витте, который любят вспоминать наши патриоты, был обеспечен громадным долгом России перед мировыми ростовщиками».

В январе 1949 г. по решению экономического совещания представителей СССР и восточноевропейских стран народной демократии (Болгарии, Венгрии, Польши, Румынии, Чехословакии) был создан Совет Экономической взаимопомощи (СЭВ). В феврале 1950 г. в него вошли ГДР и Албания (была членом СЭВ по 1961 г.).

Вначале некоторая часть расчётов между странами-членами СЭВ осуществлялась с помощью западных валют. Однако большую часть своих расчётов члены СЭВ осуществляли с помощью клирингов, преимущественно на двусторонней основе, позднее западные валюты вообще перестали использоваться. В начале 60-х годов в рамках СЭВ начал складываться многосторонний клиринг.

Как отмечает В. Катасонов, социалистические страны готовились к переходу к коллективной валюте на золотой основе. Он приводит высказывание Сталина на совещании глав государств и правительств стран-членов СЭВ, Китая и Монголии в 1951 г. в Москве: «После того как мы переведём наши деньги на золотую основу, можно будет говорить о международном золотом эквиваленте денег в наших взаимных расчётах. Для этого мы создадим специальную международную комиссию». В состав комиссии вошли Ракоши (руководитель Венгрии в 1948–1956 гг.), Готвальд (руководитель Чехословакии в 1948–53), Гротеволь (руководитель ГДР в 1949–62) и Чжоу Эньлай (Китай); комиссия просуществовала до конца жизни Сталина.

Интересный анализ по данному вопросу приводит Группа ВК «Зеркало истории» в своей статье «Сталинский золотой рубль».

Сталин понимал, отмечают авторы статьи, что мировые финансовые круги и, прежде всего США, не будут спокойно наблюдать за процессом создания альтернативной мировой валюты, обеспеченной золотом и не привязанной к доллару, будут искать меры противодействия. Для ослабления СССР была навязана война на чужой территории – корейская война 1950–1953 гг., на которую США в сумме потратили 20 млрд. тогдашних долларов.

После бесславного для американцев окончания войны в Корее в СЭВ планировали вступить Китай, КНДР, Монголия, Вьетнам. Но корейская война завершилась после смерти Сталина. Новое руководство КПСС и СССР во главе с Хрущёвым сменило экономическую ориентацию страны на прозападную. Н.С Хрущёв, придя к власти, дал понять всем, что идея межгосударственного золотого рубля несвоевременна, и вернул привязку рубля к доллару.

Этот и все ранее указанные факты всё больше говорят о том, что Хрущёв сознательно служил Западу, прикрывая развязанную им антисталинскую кампанию разговорами о возврате к ленинским нормам и принципам партийной жизни, клятвами в верности делу марксизма-ленинизма. Но слова и клятвы, это одно, а реальные дела Хрущёва, результаты проводимых им «реформ» говорят совсем о другом.

По воспоминаниям премьера КНР Чжоу Эньлая «Сталин рекомендовал жёстко регламентировать курс национальных денег – по крайней мере, до экономической и социальной стабилизации в стране».

И ещё несколько высказываний и прогнозов вождя, приведенных в вышеуказанной статье:

«Если социалистическая страна свою валюту привязывает к валюте капиталистической, тогда о самостоятельной стабильной финансово-экономической системе соцстране надо забыть».

В качестве примера бессрочной финансовой, а значит и политической зависимости от Запада Сталин приводил Югославию, валюта которой была привязана к «корзине» доллара США и британского фунта стерлингов. Сталин сказал, что «рано или поздно Запад Югославию обвалит экономически и расчленит политически…». Этот прогноз сбылся через 40 лет после смерти Сталина, в 1991–99 гг., когда блок НАТО, поддерживая сепаратизм в Югославии, развязал военную агрессию и расчленил единую страну.

«Сегодня в России, – завершают авторы свою статью, – наша национальная валюта – рубль. Рубль привязан не к твёрдому золотому обеспечению, как при Сталине в далёком 1950 г., а к доллару США. И чем больше долларов американцы напечатают и выпускают в обращение для своих нужд, тем «худее и худее» наш рубль».

Но вернёмся к СЭВ и клиринговым расчётам, которые существовали между членами организации в 1949–1963 гг.

Клиринговая валюта, пишет В. Катасонов, – это международная счётная денежная единица, используемая для международных расчётов между странами-участницами соглашения о валютном клиринге. Валютный клиринг применяют в условиях, когда страны или одна из них, не имеют достаточного количества свободно конвертируемой валюты для обеспечения взаимных расчётов.

В рамках клиринговых расчётов между СССР с другими соцстранами использовался клиринговый рубль, который выступал в качестве расчётной денежной единицы и региональной валюты.

Клиринговый, как и пришедший ему на замену в СЭВ переводной рубль, был безналичными деньгами и не использовался для обслуживания внутренних расчётов стран-участниц клирингового соглашения, не применялся в расчётах с третьими странами. Движение клиринговых рублей отражалось в виде записей на счетах в уполномоченных банках. Сумма записей на клиринговых счетах определялась взаимными поставками товаров и оказанием услуг стран-участниц соглашения.

Отличие клирингового от переводного рубля заключалось в том, что первый применялся на основе двустороннего соглашения между странами, а второй – на основе многостороннего международного соглашения между странами-членами СЭВ. Расчёты в клиринговых рублях производились только через национальные банки; расчёты в переводных рублях осуществлялись через единый центр – Международный банк экономического сотрудничества (МБЭС). Клиринговый рубль в расчётах между странами-членами СЭВ был заменён с 1 января 1964 г. переводным рублём.

Но клиринговый рубль не исчез. Он продолжал использоваться в расчётах с КНДР. Более того, в 1970-е годы действовал двусторонний валютный клиринг СССР-Финляндия, в котором валютой был всё тот же клиринговый рубль. Т. е., мы торговали с капиталистической страной без использования американского доллара и иных свободно конвертируемых валют, что очень раздражало США.

СССР использовал клиринговые расчёты не только с социалистическими странами.

Двусторонний клиринг с Индией осуществлялся на основе индийской рупии, с Пакистаном – пакистанской. С Югославией, которая имела ярко выраженную ориентацию на Запад, в качестве клиринговой валюты использовался доллар США. В расчётах с Китаем клиринговой валютой выступал швейцарский франк.

В 1990-е годы под натиском США и МВФ международные клиринговые соглашения стали демонтироваться, страны в добровольно-принудительном порядке стали переходить на прямые расчёты в долларах США.

Клиринги оказались несовместимыми с интересами хозяев ФРС и целями глобальной долларизации.

Переводной рубль (ПР) – коллективная расчётная единица, коллективная валюта стран СЭВ, предназначенная для обслуживания системы их многосторонних расчётов. Введена по соглашению, подписанному 22 октября 1963 г. правительствами Болгарии, Венгрии, ГДР, Монголии, Польши, Румынии, СССР и Чехословакии.

Расчёты в ПР начались 1 января 1964 г. через МБЭС путём перевода выраженных в них средств со счёта одной страны на счёт другой. Золотое содержание ПР было установлено в 0,987412 г чистого золота. ПР являлся расчётной единицей и служил масштабом цен товаров во взаимном товарообороте стран СЭВ. В конкретно-предметной форме (например, в виде банкнот, казначейских билетов или монет) переводной рубль не обращался. Источником получения переводного рубля для каждой страны выступало кредитование импорта её товаров и услуг странами-участницами многосторонних расчётов.

Введение ПР явилось первым масштабным проектом создания наднациональной денежной единицы. Другие наднациональные денежные единицы, подчёркивает Катасонов, появились позднее.

В частности, Специальные права заимствования, обозначающиеся аббревиатурой СДР (Special Drawing Rights – SDR). СДР – денежная единица, которая начала выпускаться Международным Валютным Фондом для расчётов между странами-членами Фонда. Первый выпуск СДР стартовал 1 января 1970 г. Но СДР так и не стали резервной денежной валютой, которой в настоящее время является доллар. Доля СДР в настоящее время не превышает 1 % в международных резервах всех стран мира, отмечает В. Катасонов.

Затем в рамках ЕС в 1992 г. родился евро, который некоторое время сосуществовал с национальными валютами, но позднее национальные денежные единицы были упразднены. Евро используется в международных расчётах государствами, входящими в еврозону.

Если сравнивать евро с переводным рублём, отмечает Катасонов, то ПР не исключал и никак не ограничивал использование национальных денег странами СЭВ. Никакого посягательства на национальные суверенитеты не было.

ПР находился в международном обороте в течение 27 лет (1964–1990). Масштаб использования ПР был грандиозным. Общий объём сделок и операций с ПР за указанный период составил 4,5 трлн. руб., что эквивалентно 6,25 трлн. долл. Масштабы использования ПР постоянно росли. В период 1985–1990 гг., по данным ООН, среднегодовой объём всей международной торговли составлял около 6 трлн. долл., а среднегодовой объём внешней торговли стран-членов СЭВ с использованием переводного рубля составил 310 млрд. долл., т. е. превышал 5 % всей международной торговли.

Кроме того, с помощью ПР формировались капиталы таких международных банков СЭВ как МБЭС и Международный инвестиционный банк (МИБ), финансировалась деятельность ряда организаций в рамках СЭВ.

Подобно тому, как национальные валюты стран-членов СЭВ не могли участвовать в международных расчётах, так и переводной рубль ни при каких обстоятельствах не мог использоваться во внутреннем обращении этих стран.

Единым эмитентом переводного рубля был МБЭС. Курс ПР устанавливался по отношению к свободно конвертируемым валютам, а также некоторым другим валютам, имевшим статус замкнутых (лира Турции, фунт Египта, рупия Индии и др.).

Переводной рубль успешно функционировал до 31 декабря 1990 г. С распадом СЭВ прекратил своё существование и переводной рубль.

Вот что пишет болгарский журналист Валерий Найдёнов: «Я помню последнюю историческую сессию СЭВ в 1990 г. в Софии. Советскую делегацию возглавлял Николай Рыжков. Он спокойно заявил, что торговля за переводные рубли между странами СЭВ прекращается. Валютой должен служить доллар, а цена за любой товар должна быть не ниже мировой. Люди в зале были растеряны. Ошеломлённая чешская делегация заявила: «Но в таком случае нам придётся выйти из СЭВ?! А Рыжков ответил: «Ну и выходите, пожалуйста!». Словом, скатертью дорога! Через несколько лет после этого распада восточноевропейского блока Болгария лежала в руинах» (http://www.karp.planeta2.org/news/kak_umriaet_bolgarija_rekomenduetsja/2013–06–07–278).

#### § 6. О двухконтурной денежной системе экономики Сталина

Мы этот вопрос уже вкратце рассматривали при обращении к работе Сталина «Экономические проблемы социализма в СССР». Рассмотрим его более подробно.

Говоря о двухконтурности денежной системы имеется в виду, что данная система состоит из безналичного и наличного денежного обращения, безналичных и наличных денег. В. Катасонов напоминает, что так сегодня устроены денежные системы всех стран мира, в т. ч. современной России. В странах Запада в общем объёме денежной массы примерено 90 % приходится на безналичные деньги, а оставшиеся 10 % – на деньги наличные. В России это соотношение составляет 70 % к 30 %.

Наличные деньги – это бумажные знаки, обычно называемые банкнотами, выпускаемые Центральным банком, плюс некоторое количество разменной монеты. Безналичные деньги – это записи на бумажных, а в настоящее время почти исключительно на электронных носителях, их ещё называют депозитными деньгами. Их выпускают коммерческие банки в виде кредитов, которые размещаются на банковских счетах (депозитах). При этом наличные деньги могут переходить в безналичную форму, а безналичные – в наличную. Т. е., в современной денежной системе два контура между собой соединены.

А вот в сталинской денежной системе было совсем по-другому.

Как мы уже говорили выше, источником накопления для проведения индустриализации страны были социалистические предприятия, земля, недра и т. д., которые все принадлежали народу, находились в общенародной (государственной) собственности. Прибыль, получаемая при этом, направлялась не в карманы капиталистов, которых не было, а на проведение индустриализации, затем – коллективизации и т. д.

Продукция группы отраслей А (производство средств производства) не имела статус товара, а передавалась с одного предприятия на другое, и далее оставаясь собственностью всего народа в лице пролетарского государства. Точно также сельхозмашины (трактора, комбайны и т. д.) не продавались и даже не передавались колхозам, которые имели другую форму общественной собственности (колхозно-кооперативную), а передавались государственным машинно-тракторным станциям.

Катасонов при этом обращает внимание, что именно так в настоящее время осуществляется отношения между различными предприятиями внутри крупнейших национальных и транснациональных корпораций. Между этими предприятиями внутри данной корпорации нет рыночных отношений. Эти отношения являются ярким примером административно-командной системы, т. к. распределение ресурсов между подразделениями корпорации осуществляется на основе решений, исходящих из руководящего центра (штаб-квартиры) корпорации. Учёт перемещения ресурсов внутри корпорации осуществляется на основе так называемых трансфертных цен, которые имеют мало общего с рыночными ценами. Всё заточено на максимизацию интегрального результата.

Катасонов образно сравнивает СССР с крупнейшей корпорацией, хотя на самом деле, в нашей стране был создан единый народно-хозяйственный комплекс. А распределение средств производства, сырьевых ресурсов и т. д. между предприятиями осуществлялось высшими руководящими и планирующими органами (Госпланом, Госснабом, министерствами).

Только цели ТНК и СССР кардинальным образом различаются. Весь производственный процесс в корпорациях нацелен на получение максимальной прибыли, а в СССР (сталинском СССР) – на повышение материального и культурного уровня жизни народа.

Сталин в «Экономических проблемах» показал, что только в области внешней торговли средства производства превратились в товар. Но внутренний рынок страны был надёжно защищён от внешнего государственной монополией внешней торговли и государственной валютной монополией.

Опыт сталинской экономики тщательно изучили в Японии, отмечает автор. Он был учтён при организации крупнейших японских корпораций, которые кардинально отличались по своим методам деятельности от корпораций других стран Запада. В японских корпорациях царил дух так называемого патернализма, когда тысячи, десятки тысяч людей чувствовали себя членами одной большой семьи, во главе которой были высшие руководители корпорации, заботившиеся о своих подчинённых. Существовали социальные гарантии, практика пожизненного найма, связь корпорации с вышедшим на пенсию работником. И как результат, сотрудники работали на совесть, потому что чувствовали, что каждый на своём месте работает на общий результат, пусть это будет даже и прибыль. Не было слишком большой поляризации доходов высшего и низового звена, каждый понимал, что получает по труду, существовала определённая атмосфера социальной справедливости. Всячески поощрялись различные рационализаторские предложения. Сами японцы не раз признавали, что это есть заимствование советского опыта. С конца 1980-х годов прежняя система патернализма стала уходить из японских корпораций, экономика страны погрузилась в рецессию.

Таким образом, делает вывод автор, безналичные деньги не обладали такой функцией как средство обмена. Их даже нельзя назвать мерой стоимости, т. к. средства производства не продавались как товар, а распределялись, т. е. фактически, не обладали стоимостью.

Безналичные деньги были некой условной единицей, с помощью которой велось планирование распределения всех видов ресурсов в экономике, учёт и контроль их использования, поддерживалась дисциплина договорных отношений между предприятиями.

Хотя в сталинской экономике были такие понятия как «оптовый рынок», «оптовые цены», но они также были условными. Так называемые оптовые цены рассчитывались по затратному методу путём суммирования всех затрат живого и овеществлённого труда в условных единицах, называемых «безналичный рубль». Прибыли внутри сталинской системы не начислялось, важен был именно реальный, вещественный итог. А из стоимостных показателей плана и отчётности на первом месте находился показатель снижения себестоимости (издержек производства). Таким образом, в сталинскую экономику был заложен противозатратный механизм.

После кредитной реформы 1931–32 гг. единоличным эмитентом безналичных денег стал Государственный банк СССР. К этому времени коммерческие банки были ликвидированы. Остались несколько специализированных банков, занимавшихся долгосрочным кредитованием предприятий. Их ресурсная база формировалась преимущественно за счёт государственного бюджета.

Госбанк СССР в результате реформы приобрёл статус монополиста в области краткосрочного кредитования, стал единым расчётным центром, который обслуживал и предприятия, и госбюджет, и специальные государственные банки. Все «горизонтальные» расчёты между предприятиями в обход Госбанка были запрещены. Кредитные ресурсы, которые поступали в виде безналичных средств на счета предприятий, имели своим источником средства государственного бюджета и те временно свободные средства, которые предприятия размещали на счетах Государственного банка. Если этих двух источников не хватало, Госбанк прибегал к дополнительной эмиссии денег.

Безналичная эмиссия Государственного банка осуществлялась на основе кредитного плана страны, который увязывался с общим народнохозяйственным планом и бюджетом государства.

Налично-денежный оборот практически свёлся к обороту денежных доходов и расходов населения. Он проходил главным образом через кассы государственных и кооперативных организаций и через кассы Госбанка СССР.

«За вложенный в сталинскую систему труд, – пишет В. Катасонов, – каждому гражданину предоставлялся набор жизненно необходимых благ. Сам этот набор определялся достигнутым уровнем производства и производительности труда. На первом этапе ставилась задача просто обеспечить всех трудящихся хлебом и основными продуктами питания. Далее одежда, жильё, потом образование, медицина, бытовая техника и прочее по мере развития системы. В сталинской экономике на первом месте были конкретные товары и конкретные их количества (килограммы, штуки, единицы), а деньги были вторичны».

Выпуском наличных денег и планированием их обращения занимался Госбанк СССР.

Главная задача Госплана, Народного комиссариата (министерства) финансов и Госбанка состояла в том, чтобы поддерживать покупательную способность наличного рубля, не допускать его обесценения, инфляционного роста цен на рынке потребительских товаров.

Между безналичным контуром и наличным контуром денежного обращения были выставлены очень прочные барьеры. Предприятиям разрешалось переводить в наличную форму лишь те суммы, которые предназначались для выплаты заработной платы и расходов на командировки, и некоторые иные мелкие расходы.

За многие десятилетия двухконтурной денежной системы случаи незаконной «обналички» в СССР можно пересчитать по пальцам, пишет Катасонов.

После прихода к руководству страной М. Горбачёва началась завершающая фаза разрушения сталинской экономики, – отмечает автор. Удар был нанесён по двухконтурной системе денежного обращения. Под предлогом совершенствования материального стимулирования работников на партийном и государственном уровне были приняты решения, которые разрешали переводить часть безналичных средств различных фондов предприятий в фонд материального поощрения, а из него – переводить деньги в наличную форму.

Ранее до Горбачёва была проведена репетиция под названием «реформа Косыгина-Либермана». Она ослабила барьер между безналичным и наличным контурами денежного обращения, не говоря уже о том, что усилила затратный характер экономики. Во-первых, предприятия были ориентированы на прибыль как ключевой показатель. Во-вторых, им было разрешено переводить часть своей прибыли в фонды материального поощрения. Всё это, якобы, должно было стимулировать трудовую активность и снижение себестоимости продукции.

А в ходе перестройки плотина между двумя контурами денежного обращения была окончательно разрушена. В 1989 г. известный экономист Якушев писал, цитирует его Катасонов: «Сейчас в фонды материального поощрения стали обильно переводиться «счётные» деньги. И вот результат – финансовая система практически дезорганизована».

Обналичивание «счётных» денег стало главным источником первоначального накопления капитала теми, кого в дальнейшем прозвали «новыми русскими» и из которых выросли современные олигархи.

«Мы сегодня живём в царстве рыночной экономики, – продолжает далее Катасонов, – и наблюдаем почти ничем неограниченную конвертируемость денег из наличной формы в безналичную и обратно».

И Катасонов предлагает запретить конвертацию безналичных денег в наличные и вернуться к сталинской модели двухконтурной денежной системы.

Мы дополним – это можно будет сделать только в возрождённом пролетарском государстве.

### Глава 6. Уничтожение сталинской экономики – материально-технического базиса социализма

На этом вопросе профессор Катасонов останавливается достаточно подробно. Он выделяет три основных этапа демонтажа сталинской экономики:

• период экспериментов Хрущёва;

• реформы Косыгина-Либермана и застой эпохи Брежнева;

• перестройка Горбачёва.

Рассматривая «эпоху Хрущёва», профессор считает, что причины хрущёвских преобразований носят политический характер. По мнению автора, в СССР не удалось создать подлинной системы народовластия. Считает, что по Конституции СССР 1936 г. главную роль в управлении страной должны были играть Советы, а партия, по его мнению, должна была отказаться от непосредственного участия в управлении государством, в т. ч. экономикой, что партия должны была заниматься только идеологической работой и подготовкой (отбором) кадров.

Профессор Катасонов забывает, что Советы являются организационной формой диктатуры пролетариата. А партия – это передовой, самый сознательный и наиболее организованный отряд пролетариата, его руководящая сила. Отодвинуть партию, передовой отряд пролетариата, от участия в решении вопросов экономической политики, в решении вопросов создания материально-технической базы социализма (а это – индустриализация страны, коллективизация сельского хозяйства и культурная революция) это означало обречь дело строительства социализма и постепенного перехода к строительству коммунизма на неминуемое поражение. Здесь, в данном вопросе, профессор пребывает в плену мелкобуржуазных иллюзий.

Выступая с докладом «О проекте Конституции Союза ССР» 25 ноября 1936 г. на Чрезвычайном VIII Всесоюзном съезде Советов товарищ Сталин сказал: «Я должен признать, что проект новой Конституции действительно оставляет в силе режим диктатуры рабочего класса, равно как сохраняет без изменения нынешнее руководящее положение Коммунистической партии СССР. Если уважаемые критики считают это недостатком проекта Конституции, то можно только пожалеть об этом. Мы же, большевики, считаем это достоинством проекта Конституции» (И. Сталин, «Вопросы ленинизма», стр. 523).

#### § 1. Хрущёвские «эксперименты»

Все реформы Хрущёва, если это можно назвать реформами, а не вредительством, имеют корни в наличии остатков товарного производства, товарно-денежных отношений в стране. И если Сталин, сталинское руководство вело страну в направлении уничтожения, ликвидации товарного производства и соответствующих ему товарно-денежных отношений, то Хрущёв, хрущёвцы повели дело в обратном направлении – в направлении усиления развития товарного производства и, соответственно, в усилении роли товарно-денежных отношений.

Идеологическим обоснованием хрущёвских «реформ» послужил XX съезд КПСС (14–25 февраля 1956 г.), на котором Хрущёв на закрытом заседании съезда выступил с докладом «О культе личности и его последствиях». Причём, следует отметить, данный доклад был произнесён Хрущёвым уже когда съезд закончил свою работу и в повестку дня съезда он не входил.

В Постановлении июльского (1955 г.) Пленума ЦК КПСС «О созыве очередного ХХ съезда КПСС» сказано:

«1. Созвать очередной ХХ съезд КПСС 14 февраля 1956 г.

2. Утвердить следующий порядок дня съезда:

1) Отчётный доклад Центрального Комитета КПСС – докладчик секретарь ЦК т. Хрущёв Н. С.

2) Отчётный доклад Центральной ревизионной комиссии КПСС – докладчик председатель ревизионной комиссии т. Москатов П. Г.

3) Директивы ХХ съезда КПСС по шестому пятилетнему плану развития народного хозяйства СССР на 1956–1960 гг. – докладчик председатель Совета Министров СССР т. Булганин Н. А.

4) Выборы центральных органов партии».

(Правда, в журнале «Известия ЦК КПСС», выпускавшемся при Горбачёве, в № 3, 1989 г., в котором опубликован доклад Хрущёва «О Культе личности…», в примечаниях к докладу сказано: «Предложение о проведении закрытого заседания съезда и выступлении на нём Н. С. Хрущёва с докладом «О культе личности и его последствиях» было выдвинуто Президиумом ЦК КПСС 13 февраля 1956 г. В тот же день состоялся Пленум ЦК КПСС, который принял это предложение». Но в сборнике «КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и Пленумов ЦК (1898–1986)», т. 9 (1956–1960), изданном в 1986 г., т. е. уже в горбачёвские годы, никакой информации об этом Пленуме нет. Продолжу цитату из «Известий…»: «Ход закрытого заседания съезда не стенографировался. После окончания доклада было решено прений по нему не открывать (т. е. Хрущёв просто боялся услышать мнение делегатов съезда – Д. И.). По предложению Н. А. Булганина, председательствовавшего на этом заседании, съезд единогласно принял постановление «О культе личности и его последствиях», которое было опубликовано в печати, а также постановление о рассылке текста доклада партийным организациям без опубликования его в открытой печати». Более того, в порядок дня съезда было внесено для рассмотрения четыре вопроса, предложенных июльским (1955 г.) Пленумом ЦК и утверждённых на съезде. Доклад «О культе личности» в повестку съезда не входил).

Как видно, очень боялся Хрущёв открытого обсуждения своего клеветнического доклада в партии и в народе, очень велик был авторитет Сталина. И этот мелкобуржуазный деятель, скрытый троцкист ещё смел говорить о возврате к ленинским нормам и принципам партийной жизни?!

В своём докладе «О культе личности…» Хрущёв много говорил о возвращении к ленинским нормам и принципам партийной жизни. О каких же «ленинских нормах и принципах» может идти речь, когда доклад готовился втайне не только от партии и народа, но даже втайне от руководства партии. Это явный антиленинский шаг Хрущёва и его группировки по отходу от ленинских принципов партийного руководства и норм партийной жизни, прикрываемый клятвами в верности этим нормам и принципам.

Но антисталинская кампания, развязанная Хрущёвым с ХХ съезда, готовилась им давно и исподволь. По сути, она началась уже через несколько месяцев после смерти Сталина.

На Пленуме ЦК КПСС, состоявшемся в июле 1953 г., основным вопросом повестки дня был вопрос «О преступных антипартийных и антигосударственных действиях Берия», с докладом по которому выступил Г. М. Маленков, бывший в то время Председателем Совета Министров СССР, т. е. занявший пост, который занимал Сталин. (Вопрос о Берия мы здесь рассматривать не будем, так как он не относится к главной теме нашей работы и требует дополнительного исследования. Хочу только отметить единодушие всех участников Пленума – если, разумеется, в горбачёвском журнале не были внесены правки в выступления, – как руководящего состава, так и местных работников, особенно тех, кто работал непосредственно под его руководством, в том числе по решению вопросов создания атомной бомбы, единодушие в осуждении Берия как интригана, авантюриста, провокатора, карьериста, беспринципного человека, относившегося с крайним неуважением к людям, работавших с ним. Впрочем, по отношению к Берия есть и другие мнения. Несмотря на указанные личные недостатки, он был прекрасный организатор, под его руководством работал научный коллектив, который сумел в кратчайшие сроки создать и испытать атомную бомбу, тем самым положив конец атомной монополии США. Ряд исследователей того времени – В. Седых, Г. Дорофеев, В. Суходеев и многие другие, – пишут, что Сталин не умер естественной смертью, а был убит «соратниками», троицей Хрущёв, Маленков, Берия, которые рвались к руководству партией и страной. Чего стоит хотя бы проведение совместного заседания Пленума ЦК КПСС, Совета Министров СССР и Президиума Верховного Совета СССР 5 марта 1953 г. с 20 час. до 20.40, когда Сталин ещё был жив, – он умер в 21 час. 50 мин., как сообщалось в извещении о кончине Сталина – где эта троица распределила высшие посты в партии и государстве. А затем уже начала вести борьбу между собой за установление единоличной власти. Об этом совместном заседании опубликована информация в «Известиях ЦК КПСС», № 1, январь 1991 г., стр. 160.).

В своём докладе Маленков затронул вопросы несоблюдения ленинских принципов партийности руководства и норм партийной жизни, выразившиеся в том, что годами не собирался Пленум ЦК, что XIX съезд партии состоялся только через 13 лет после XVIII съезда, тем самым нарушался принцип коллективности руководства.

Также Маленков остановился на письме Берия (письмо было изъято при аресте Берия) Ранковичу, одному из руководителей Югославии (зам. Председателя Союзного Исполнительного вече ФНРЮ) с просьбой коренного пересмотра и улучшения отношений между обеими странами. И просил информировать Тито и организовать конфиденциальную встречу особо на то уполномоченных лиц. Эту встречу Берия хотел осуществить в обход ЦК.

Хрущёв в своём выступлении много внимания уделил разоблачению Берия, тому, что тот ловко втёрся в доверие Сталина. О Сталине Хрущёв говорил, что в последнее время Сталин болел, мало участвовал в совместной работе и слишком доверял Берия. И кратко подытожил, что надо регулярно проводить пленумы ЦК, заседания комитетов партии, сессии депутатов трудящихся, что очищение партии от Берия будет способствовать укреплению нашего ленинско-сталинского руководства. Нельзя не обратить внимания на то, как Хрущёв высказался об итогах войны: «О чём говорят итоги войны? Они свидетельствуют о силе нашей партии, о сплочённости советского народа вокруг партии, о безграничном доверии народа нашей партии и её руководству». А кто руководил партией и государством в этот период?! – о Сталине ни слова. А ведь в бой воины Красной Армии поднимались в атаку с возгласом: «За Родину! За Сталина!». Сам народ в минуту смертельной опасности олицетворял в лице Сталина Советскую Родину, которую он защищал, жертвуя своей жизнью.

Молотов в своём выступлении назвал Берия предателем и врагом партии и Советского государства, который хотел использовать аппарат МВД в своих антипартийных антисоветских целях. В частности, Молотов остановился на позиции Берия по германскому вопросу, которая заключалась в том, что нечего заниматься строительством социализма в Восточной Германии, а надо, чтобы и Восточная и Западная Германии объединились в одно буржуазное миролюбивое государство. Это сразу же вызвало возражения членов Президиума ЦК, которые пришли к выводу, что Берия скатывается на буржуазные позиции.

Остановился Молотов и на попытке Берия сговориться с Ранковичем и Тито, «которые ведут себя как враги Советского Союза». Молотов подчеркнул, что «антикоммунистическая клика Тито захватила власть в Югославии под маской коммунизма», «хотя она уже открыто находится в услужении у Североатлантического блока империалистов». И действия Берия Молотов оценивает как действия агента буржуазии, «пробравшегося в главный штаб нашей партии», как матёрого врага, прикрывавшегося личиной коммуниста.

В Постановлении Пленума ЦК от 7 июля сказано, что позиция Берия по германскому вопросу является капитулянтской перед империалистическими силами. А вот по югославскому вопросу той чёткой классовой оценки, которую дал в своём выступлении Молотов, нет. И не удивительно.

Докладывая через два года на июльском (1955 г.) Пленуме ЦК КПСС об итогах советско-югославских переговоров Н. С. Хрущёв говорил: «Если бы товарищ Сталин был правильно информирован, если бы его не подзуживали Берия, Абакумов и другие, которые ему секретно докладывали, я убеждён, что он изучил бы положение дел более глубоко и, бесспорно, нашёл бы пути для правильного решения этого вопроса, не допустив дела до разрыва с Югославией». А уже в докладе «О культе личности и его последствиях» главным виновником разрыва отношений с Югославией Хрущёв назвал Сталина. («Известия ЦК КПСС, № 1, 1991 г., стр. 143).

Так что Хрущёв умел маскироваться, выжидать и прикрывать свои собственные взгляды намного лучше других врагов партии и народа. Ума ему было не занимать. Как позже говорил товарищ Молотов, Хрущёв далеко не был дурак, за дураком не пошли бы. Но это было позже, а на данном Пленуме Молотов целиком поддерживал Хрущёва, а, следовательно, полностью доверял ему.

В своём выступлении Каганович обратил внимание на то, что: «Сталин постепенно стал сходить со страниц печати» и тут же обвинил в этом Берия. Думается, что всё-таки в данном вопросе вина лежит не на Берия. Секретарём ЦК был Хрущёв. Он, фактически, уже был руководителем партии (на сентябрьском Пленуме ЦК КПСС 1953 г. Хрущёв был избран первым секретарём ЦК КПСС) и вопросы партийной пропаганды, вопросы печати целиком находились в его ведении. Вот кто начал замалчивать имя Сталина в печати.

На Пленуме был поднят вопрос о культе личности.

Вот что сказал далее Каганович: «Верно, что был перегиб в смысле культа личности, и товарищ Сталин сам нас упрекал, но это не значит, что мы должны сделать крутой перегиб в другую сторону, в сторону замалчивания таких вождей как Сталин… мы должны полностью восстановить законные права Сталина и именовать Великое коммунистическое учение – учением Маркса, Энгельса, Ленина, Сталина (выделено мною, Д. И.)».

Также вопрос о культе личности поднял и Микоян: «Мы понимали, что были перегибы в этом вопросе и при жизни товарища Сталина. Товарищ Сталин круто критиковал нас. То, что создают культ вокруг меня, говорил товарищ Сталин, это создают эсеры. Мы не могли тогда поправить это дело и оно так шло. Нужно подойти к роли личности по-марксистски».

По крайней мере, выясняется, что в создании культа личности во многом виноваты сами партийные руководители, ближайшие соратники Сталина. Ну и, кроме того, культ личности то создавался не на пустом месте. Величайшие достижения СССР в строительстве и защите завоеваний социализма, достигнутые под руководством Сталина, служили объективной основой для прославления такого выдающегося человека. Как говорят исследователи деятельности Сталина – был культ, но была и Личность!

И в этом плане совершенно прав товарищ Микоян, также сказавший в своём выступлении, что «все понимали, что сталинское руководство можно было заменить только руководством коллектива, что только коллектив в целом мог заменить товарища Сталина, а не отдельная личность».

Наиболее чёткую позицию в вопросе о культе личности высказал товарищ Андреев: «Появился откуда-то вопрос о культе личности. Почему стал этот вопрос? Ведь он решён давным-давно в марксисткой литературе, он решён в жизни, миллионы людей знают, какое значение имеют гениальные личности, стоящие во главе движения, знают, какое значение имели и имеют Ленин и Сталин, а тут откуда-то появился вопрос о культе личности. Это проделки Берия». Из Президиума товарищ Ворошилов поддержал Андреева, бросив реплику «Правильно». Единственное, в чём ошибся Андреев, так это в том, что это проделки Берия. Нет, не только Берия, точнее, не столько Берия, как Хрущёва. Но это проявилось позднее. Пока Хрущёв своего лица не раскрывал.

В заключительном слове на Пленуме Маленков по данному вопросу сказал, что о культе личности на Пленуме говорили неправильно, назвав при этом выступление т. Андреева и отчасти т. Тевосяна (Хотя, замечу, Тевосян о культе личности не сказал ни слова. Напротив, он высказал сожаление, что постепенно начало исчезать имя Сталина из печати, что «с болью в душе приходилось читать высказывания товарища Сталина без ссылки на автора». И далее он подчеркнул, что «Имя нашего учителя товарища Сталина навсегда останется в сердцах членов нашей партии и всего народа и никаким берия не удастся вырвать его из нашего сердца». Берия не удалось, а вот хрущёвцам удалось). При этом Маленков сослался на неприязнь Маркса и Энгельса ко всякому культу личности, о чём Маркс написал в своём письме Вильгельму Блосу в 1877 г. Отчётливо видно чёткую правильную позицию по данному вопросу товарищей Кагановича, Андреева, Тевосяна. А вот Маленков своей нечёткой позицией помог в дальнейшем Хрущёву в «разоблачении культа личности» и развёртывании кампании антисталинизма.

Здесь же Маленков затронул и вопрос о продуктообмене из работы Сталина «Экономические проблемы социализма в СССР», заявив, что это положение выдвинуто без достаточного анализа и обоснования и может стать препятствием на пути решения важнейшей ещё на многие годы задачи дальнейшего развития товарообмена.

А ведь Сталин не ставил задачу заменить товарообмен продуктообменом уже в ближайшее время. Он напоминал, что переход от социализма к коммунизму и коммунистическому принципу распределения продуктов по потребностям исключают всякий товарный обмен, т. е. превращение продуктов в товары, превращение их в стоимость. Сталин подчёркивал, что система продуктообмена потребует громадного увеличения продукции, отпускаемой городом деревне и вводить её придётся без торопливости, но вводить её нужно неуклонно, без колебаний, шаг за шагом сокращая сферу действия товарного обращения и расширяя сферу действия продуктообмена (И. В. Сталин, т. 16, стр. 222, 223).

Как видим, и в этом вопросе Маленков допускает отступление от важнейших сталинских принципов, от указанного Сталиным экономического направления, экономической политики на пути созидания коммунистического общества, построения его материально-технической базы.

И здесь проявилась мелкобуржуазность мышления предсовмина.

Сталин умел использовать лучшие качества своих соратников в период строительства и защиты завоеваний социализма. Переход от социализма к коммунизму требовал глубочайшего понимания марксистско-ленинской теории и умелого её применения в практике коммунистического строительства. Этого у Хрущёва и хрущёвцев не оказалось. Заявляя о приверженности делу коммунизма, они, расширяя сферу товарно-денежных отношений, кто вольно, а кто невольно, способствовали нарастанию капиталистических элементов в экономическом базисе нашей страны.

Вопрос о культе личности вошёл в текст постановления Пленума ЦК. Недаром это постановление не было опубликовано в печати, так как это сразу бы вызвало непонимание и возмущение в народных массах.

Подводя итоги Пленума, осудившего Берия, нельзя не привести и мнение Генерального секретаря ЦК Албанской партии Труда тов. Энвера Ходжа, выступавшего с разоблачениями хрущёвского ревизионизма, считавшего, что обвинения по адресу Берия были первыми шагами по пути атак против Сталина. «До поры до времени Хрущёву нельзя было обрушиться на Сталина, на его дело и фигуру, он это понимал, так что начал с Берия, чтобы подготовить почву», – пишет Эн. Ходжа в книге «Хрущёвцы. Воспоминания», ч. I.

Хрущёв постепенно и исподволь готовился к ХХ съезду.

Приведу в пример ещё один документ.

В постановлении ЦК КПСС «О дне памяти В. И. Ленина» от 4 января 1955 г. отмечается, что за прошедшие тридцать лет после смерти Ленина в нашей стране произошли гигантские социалистические преобразования. «Следуя по пути, указанному Лениным, партия под руководством Центрального Комитета привела народы нашей Родины к победе социализма». А кто руководил ЦК партии, кто руководил социалистическим строительством – о Сталине ни слова. Налицо замалчивание Сталина, его выдающейся руководящей роли в проведении социалистических преобразований в нашей стране.

А далее, от замалчивания Хрущёв перешёл к клеветническим обвинениям выдающегося пролетарского вождя на ХХ съезде.

Но, помимо доклада «О культе личности», были смещены акценты и в решениях съезда по вопросам, входившим в повестку дня.

Хрущёвцы, исходя из того, что социализм вышел за рамки одной страны, и образовалась мировая система социализма, начали проповедовать возможность для рабочего класса «ряда капиталистических стран» прийти к власти парламентским путём. В постановлении съезда по отчётному докладу ЦК КПСС сказано, что рабочий класс в ряде капиталистических стран в настоящих условиях «имеет возможность нанести поражение реакционным, антинародным силам, завоевать прочное большинство в парламенте и превратить его из органа буржуазной демократии в орудие действительной народной воли» («КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК (1898–1986)», т. 9, стр. 15). Это положение идёт вразрез с марксистско-ленинским учением о том, что рабочий класс может взять власть только революционным путём, что буржуазия без борьбы власть не отдаст. Об этом мы подробно говорили в теоретической части нашей работы.

Приведу ещё одно высказывание Ленина по данному вопросу. В «Тезисах ко II конгрессу Коммунистического Интернационала» Ленин отмечает: «всякое допущение мысли о мирном подчинении капиталистов воле большинства эксплуатируемых, о мирном, реформистском переходе к социализму является не только крайним мещанским тупоумием, но и прямым обманом рабочих, подкрашиванием капиталистического наёмного рабства, сокрытием правды. Правда эта состоит в том, что буржуазия, самая просвещённая и демократическая, уже сейчас не останавливается ни перед каким обманом и преступлением, перед избиением миллионов рабочих и крестьян для спасения частной собственности на средства производства. Только насильственное свержение буржуазии, конфискация её собственности, разрушение всего буржуазного государственного аппарата снизу доверху, парламентского, судебного, военного, бюрократического, административного, муниципального и проч., вплоть до поголовного изгнания или интернирования эксплуататоров наиболее опасных и упорных, установление над ними строгого надзора для борьбы с неизбежными попытками сопротивления и реставрации капиталистического рабства, только подобные меры в состоянии обеспечить действительное подчинение всего класса эксплуататоров» (ПСС, т. 41, стр. 185–186).

Ход истории показал правоту Ленина, марксизма-ленинизма, а не хрущёвского ревизионизма.

Во внешнеполитической области на первый план ХХ съезд выдвинул задачу «Неуклонно проводить ленинскую политику мирного сосуществования государств, независимо от их социального строя. Активно бороться за дело мира и безопасности народов, за установление доверия между государствами, добиваясь превращения достигнутого смягчения международной напряжённости в прочный мир».

Ленин от имени рабочего и крестьянского правительства, только что созданного победившей революцией, 26 октября (8 ноября) 1917 г. выступил перед всеми народами с Декретом о мире, мире без аннексий (т. е. без захвата чужих земель, без насильственного присоединения чужих народностей) и без контрибуций (ПСС, т. 35, стр. 13). Но свергнутые эксплуататорские классы, отвергли этот призыв о мире молодой Советской республики и, опираясь на военную помощь международного капитала, развязали гражданскую войну.

После победы над внутренними и внешними врагами Ленин, выступая с докладом о концессиях на собрание актива Московской организации РКП(б) 6 декабря 1920 г. подчёркивал, что наступивший мир есть переход от войны на поле брани к войне в экономической области, к «военному состязанию двух способов, двух формаций, двух хозяйств – коммунистическому и капиталистическому» (ПСС, т. 42, стр. 75). При этом Ленин обращал внимание на то, что «мы сейчас перешли от войны к миру, но мы не забыли, что вернётся опять война. Пока остались капитализм и социализм, они мирно жить не могут: либо тот, либо другой в конце концов победит; либо по Советской республике будут петь панихиды, либо – по мировому капитализму. Это – отсрочка в войне» (стр. 76), (выделено и подчёркнуто мною, Д. И.).

Ленин был совершенно прав, война через два десятилетия вернулась. Советский народ победил в Великой Отечественной войне. Но, поддавшись Хрущёву и хрущёвцам, в конце концов проиграл в войне холодной, и международный капитал, мировой империализм спел панихиду по Советскому Союзу.

Мирное сосуществование тоже есть форма классовой борьбы (войны, по ленинскому определению), борьбы в области экономической, политической, идеологической между трудом и капиталом в международном масштабе.

С ХХ съезда КПСС партия из революционного авангарда пролетариата стала превращаться в партию реформистскую, соглашательскую, оппортунистическую.

Так, на XXI съезде КПСС, состоявшемся в январе-феврале 1959 г., был сделан преждевременный вывод о том, что социализм в нашей стране победил полностью и окончательно. «Социализм одержал в нашей стране полную и окончательную победу», – записано в резолюции съезда «По докладу т. Хрущёва Н. С. «О контрольных цифрах развития народного хозяйства СССР на 1959–1965 годы» (стр. 310). (Этот же вывод был записан и в программе КПСС, принятой XXII съездом партии: «Социализм победил в Советском Союзе полностью и окончательно». Записан для того, что показать, что вторая программа партии выполнена и назрела необходимость принятия третьей программы, программы построения коммунистического общества). И там же самоуверенно добавлено: «В мире нет таких сил, которые смогли бы восстановить капитализм в нашей стране, одолеть социалистический лагерь». Не видели Хрущёв и его сотоварищи этих сил, призывая к бдительности, хрущёвцы проявляли полное благодушие, и за их отступление от революционного характера марксизма-ленинизма поплатился весь народ.

Хрущёвцы напрочь отбросили вывод Ленина, сделанный им в работе «Экономика и политика в эпоху диктатуры пролетариата» о том, что: «Социализм есть уничтожение классов» (ПСС, т. 39, стр. 279). «Диктатура пролетариата сделала для этого уничтожения всё, что могла – продолжает далее Ленин. – Но сразу уничтожить классы нельзя. И классы остались и останутся в течение эпохи диктатуры пролетариата. Диктатура будет не нужна, когда исчезнут классы. Они не исчезнут без диктатуры пролетариата».

Выступая с речью на Московской широкой конференции металлистов 4 февраля 1921 г., Ленин обратил внимание на то, что «Надо направить все усилия к тому, чтобы наладить отношения рабочих и крестьян. Крестьяне – это другой класс; социализм будет тогда, когда не будет классов (выделено мною, Д. И.), когда все орудия производства будут в руках трудящихся. У нас ещё остались классы, уничтожение их потребует долгих, долгих лет, и кто это обещает сделать скоро – шарлатан» (ПСС, т. 42, стр. 307).

Сталин, выступая с докладом «О проекте Конституции Союза ССР», проанализировал успехи социалистического строительства в нашей стране и сделал вывод о том, что произошла полная ликвидация капитализма во всех сферах народного хозяйства, что «полная победа социалистической системы во всех сферах народного хозяйства является теперь фактом» («Вопросы ленинизма», стр. 510). «Это значит, – продолжает далее Сталин, – что эксплуатация человека человеком уничтожена, ликвидирована, а социалистическая собственность на орудия и средства производства утверждена, как незыблемая основа нашего советского общества».

Сталин показывает, что в связи с ликвидацией эксплуататорских классов, в стране остались два класса, освобождённые от эксплуатации – рабочий класс, «направляющий советское общество по пути коммунизма» и класс крестьян, советское крестьянство, базирующее свою работу и своё достояние «на коллективном труде и современной технике» на основе коллективной собственности.

Имеется также социальная прослойка – советская интеллигенция, «связанная всеми корнями с рабочим классом и крестьянством», которая «в одной упряжке с ними ведёт стройку нового бесклассового социалистического общества (выделено мною,Д.И.)» (стр. 511, 512).

Т.е., о полной победе социализма можно говорить только тогда, когда будут ликвидированы основные различия между промышленным и сельскохозяйственным трудом и уничтожены классы путём постепенного сближения и слияния рабочего класса и крестьянства в единое общество трудящихся. А это уже есть начало второй, высшей фазы коммунизма.

И далее Сталин продолжает, «Наше социалистическое общество добилось того, что оно уже осуществило в основном (выделено мною, Д. И.) социализм, создало социалистический строй, то есть осуществило то, что у марксистов называется иначе первой или низшей фазой коммунизма. Значит, у нас уже осуществлена в основном первая фаза коммунизма, социализм» (стр. 514).

А вот что говорят Ленин и Сталин об эпохе диктатуры пролетариата.

В уже упомянутой нами работе «Экономика и политика в эпоху диктатуры пролетариата» Ленин подчёркивает: «Теоретически не подлежит сомнению, что между капитализмом и коммунизмом лежит известный переходный период. Он не может не соединять в себе черты или свойства обоих этих укладов общественного хозяйства. Этот переходный период не может не быть периодом борьбы между умирающим капитализмом и рождающимся коммунизмом; – или иными словами: между побеждённым, но не уничтоженным капитализмом и родившимся, но совсем ещё слабым коммунизмом. Не только для марксиста, но для всякого образованного человека, знакомого так или иначе с теорией развития, необходимость целой исторической эпохи (выделено мною, Д. И.), которая отличается этими чертами переходного периода, должна быть ясна сама собою» (ПСС, т. 39, стр. 271–272).

И тут же Ленин подвергает критике мелкобуржуазных демократов, которые или отмахиваются от всякого признания этой целой исторической полосы перехода от капитализма к коммунизму, либо ищут всякие пути примирения обеих борющихся сил, «вместо того, чтобы руководить борьбой одной из них».

Именно такие попытки примирения, выдвигая на первый план лозунг о мирном сосуществовании, и искали хрущёвцы. К чему это привело, общеизвестно.

«Диктатуру пролетариата, переход от капитализма к коммунизму – отмечает Сталин в своей лекции «Об основах ленинизма», – нужно рассматривать не как мимолётный период в виде ряда «революционнейших» актов и декретов, а как целую историческую эпоху (выделено мною, Д. И.), полную гражданских войн и внешних столкновений, упорной организационной работы и хозяйственного строительства, наступлений и отступлений, побед и поражений. Эта историческая эпоха необходима не только для того, чтобы создать хозяйственные и культурные предпосылки полной победы социализма, но и для того, чтобы дать пролетариату возможность, во-первых – воспитать и закалить себя, как силу, способную управлять страной, во-вторых – перевоспитать и переделать мелкобуржуазные слои в направлении, обеспечивающем организацию социалистического производства» (Соч., т. 6, стр. 111–112).

Таким образом, хрущёвский вывод о полной победе социализма преждевременен.

Также преждевременен и вывод об окончательной победе социализма. Не может быть речи об окончательной победе социализма, пока в мире существует капиталистическое окружение, когда крупнейшие империалистические страны во главе с США проводят агрессивную политику, направленную на развязывание новой мировой войны.

Сталин, ведя полемику с троцкистами о возможности построения социализма в нашей стране без поддержки победоносной революции на Западе, выразил твёрдую уверенность, что социализм мы можем построить. И в этом его поддержал XIV съезд партии. В то же время окончательная победа социализма «означает полную гарантию от интервенции иностранных капиталистов и от восстановления старых порядков в нашей стране путём вооружённой борьбы этих капиталистов против нашей страны. Можем ли мы своими собственными силами обеспечить эту гарантию, т. е. сделать невозможной военную интервенцию со стороны международного капитала? – задаёт риторический вопрос Сталин. И отвечает – Нет, не можем. Это дело общее между нами и пролетариями всего Запада. Международный капитал можно окончательно обуздать лишь силами рабочего класса всех стран, или, по крайней мере, основных стран Европы. Здесь уже без победы революции в нескольких странах Европы не обойтись, – без этого невозможна окончательная победа социализма» (И. Сталин «О возможности построения социализма в нашей стране», Соч., т. 8, стр. 96–97).

Основные страны Европы, разумеется, это крупнейшие империалистические государства, такие как Великобритания, Франция, Германия. Ну и, разумеется, главная империалистическая держава – Соединённые Штаты, расположенные на другой стороне Атлантики.

И в мире нашлись силы, – империализм США-НАТО, – которые, вопреки самоуверенности хрущёвцев, нанесли поражение социализму, временное, разумеется, но всё же поражение.

Нельзя обойти вниманием и оппортунистические выводы, сделанные на XXII съезде КПСС (октябрь 1961 г.).

Хрущёв представил, и съезд принял третью программу партии, в которой было амбициозно заявлено: «Партия торжественно провозглашает: нынешнее поколение советских людей будет жить при коммунизме»!

Коммунизм, точнее, материально-техническую базу коммунизма, было намечено построить за 20 лет, к 1980 г. Ставилась задача в невероятно короткие сроки догнать и перегнать самую крупную экономику мира – Соединённые Штаты Америки, по производству промышленной и сельскохозяйственной продукции на душу населения, добиться изобилия продуктов питания и высококачественных товаров народного потребления, обеспечить наивысший уровень благосостояния советского народа, т. е., ставилась задача продемонстрировать всему миру преимущества социализма над капитализмом.

Да, если бы Советский Союз развивался по сталинскому пути, в соответствии с намеченными Сталиным планами, то цифры стремительного роста, заложенные в программе, не казались бы такими фантастичными. Но Хрущёв, хрущёвцы пошли по своему пути, о чём мы уже подробно писали. И это привело к краху заложенных в программе планов.

Хрущёв рассчитывал, принимая третью программу партии, что он войдёт в историю как продолжатель дела Ленина, под руководством которого партия приняла и выполнила и первую, и вторую программы. Только ленинские программы были глубоко научны и опирались на революционную активность масс. Ненаучный, мелкобуржуазный характер третьей программы партии обусловил её провал, привёл к полной потере веры народа в Коммунистическую партию, заложил основы раскола между партией и народом, что, в конечном счёте, сыграло важнейшую роль в годы горбачёвской перестройки, когда основная масса рабочего класса, трудящихся страны осталась безучастной и равнодушной к происходящему контрреволюционному перевороту.

Да, Хрущёв действительно вошёл в историю как крупнейший ренегат, ревизионист марксизма-ленинизма. Он продемонстрировал, как прикрываясь цитатами из классиков, клятвами в верности марксизму-ленинизму, верности на словах, можно ревизовать его сущность, его революционно-преобразующий характер на деле.

В программу партии, в решения съезда были заложены ревизионистские теоретические выводы, сделанные на ХХ и ХХІ съездах: о мирном сосуществовании, о возможности взятия власти рабочим классом и его союзниками парламентским путём и приоритете парламентских форм борьбы над революционными и т. д.

Но в программу партии вошли и новые ревизионистские положения, в частности, о диктатуре пролетариата и о характере самой партии.

Вот что записано в третьей программе партии:

«Обеспечив полную и окончательную победу социализма – первой фазы коммунизма – и переход общества к развёрнутому строительству коммунизма, диктатура пролетариата выполнила свою историческую миссию и с точки зрения задач внутреннего развития перестала быть необходимой в СССР. Государство, которое возникло как государство диктатуры пролетариата, превратилось на новом, современном этапе в общенародное государство, в орган выражения интересов и воли всего народа. Поскольку рабочий класс – самая передовая организованная сила советского общества, он осуществляет свою руководящую роль и в период развёрнутого коммунистического строительства. Выполнение своей роли руководителя общества рабочий класс завершит с построением коммунизма, когда исчезнут классы».

Итак, в этом определении сделана ревизия двух важнейших положений марксизма-ленинизма: об исторических рамках диктатуры пролетариата, и о пролетарском государстве, которое по мановению хрущёвской волшебной палочки и его оппортунистических идеологов, превратилось в «общенародное государство».

Мы уже много писали о сущности и характере диктатуры пролетариата, государства рабочего класса. Конечной задачей диктатуры пролетариата (пролетарского государства) является уничтожения классов, т. е. это подразумевает и ликвидацию самого себя как класса, и построение бесклассового социалистического общества.

Сталин в своей работе «К вопросам ленинизма» очень чётко сформулировал и обобщил выводы марксизма-ленинизма по данному вопросу, раскрыл «три основные стороны диктатуры пролетариата (выделено мною, Д. И.).

1. Использование власти пролетариата для подавления эксплуататоров, для обороны страны, для упрочения связей с пролетариями других стран, для развития и победы революции во всех странах.

2. Использование власти пролетариата для окончательного отрыва трудящихся и эксплуатируемых масс от буржуазии, для упрочения союза пролетариата с этими массами, для вовлечения этих масс в дело социалистического строительства, для государственного руководства этими массами со стороны пролетариата.

3. Использование власти пролетариата для организации социализма, для уничтожения классов, для перехода в общество без классов, в социалистическое общество.

Пролетарская диктатура есть соединение всех этих трёх сторон. Ни одна из этих сторон не может быть выдвинута как единственно характерный признак диктатуры пролетариата, и, наоборот, достаточно отсутствия хотя бы одного из этих признаков, чтобы диктатура пролетариата перестала быть диктатурой в обстановке капиталистического окружения. Поэтому ни одна из этих трёх сторон не может быть исключена без опасности исказить понятие диктатуры пролетариата. Только все эти три стороны, взятые вместе, дают нам полное и законченное понятие диктатуры пролетариата» (Соч., т. 8, стр. 30–31).

Хрущёв, считая, что диктатура пролетариата выполнила свою историческую миссию, сильно поторопился, слишком рано отбросил диктатуру пролетариата, которая ещё далеко не выполнила своих исторических задач даже с точки зрения внутренней. Не говоря уже об опасном империалистическом окружении, которое делало всё, чтобы уничтожить первое в мире социалистическое государство, уничтожить социализм, нанести поражение мировой социалистической системе.

Но Хрущёв, убирая диктатуру пролетариата (пролетарское государство), на его место поставил государство общенародное. Создаётся впечатление, что Хрущёв, хрущёвцы совсем не интересовались вопросами марксистско-ленинской теории, не знали основных положений марксизма-ленинизма по вопросу о революции, государстве и диктатуре пролетариата.

Ленин в «Государстве и революции» подверг критике так называемое «народное государство», показав, опираясь на Маркса и Энгельса (в частности, «Критику Готской программы» Маркса и «Письмо А. Бебелю» Энгельса), полную несостоятельность этого термина.

Пока существуют классы, пусть даже и дружественные, как в СССР рабочий класс и колхозное крестьянство, пока диктатура пролетариата не выполнила свою историческую миссию уничтожения классов и построения бесклассового социалистического общества и, тем более, пока существует империалистическое окружение, а, значит, и возможность реставрации капитализма, до тех пор ни о каком «народном государстве», ни о каком отказе от диктатуры пролетариата и речи быть не может.

Когда же будет создано бесклассовое социалистическое общество, начавшее перерастать в коммунизм, когда будет уничтожен империализм и исчезнет внешняя функция государства диктатуры пролетариата – функция защиты социалистического (коммунистического) Отечества от посягательств империалистов, тогда государство начнёт отмирать и постепенно исчезнет, превратившись в коммунистическое самоуправление. Опять-таки, и здесь нет места так называемому «общенародному государству».

Отказавшись от диктатуры пролетариата, съезд в программе отказался и от классовой сущности Коммунистической партии, записав: «В результате победы социализма в СССР, укрепления единства советского общества, Коммунистическая партия рабочего класса превратилась в авангард советского народа, стала партией всего народа, расширила своё направляющее влияние на все стороны общественной жизни».

Партия, как авангард рабочего класса, как руководящая и направляющая сила в системе диктатуры пролетариата, выполнит свои функции, когда будут решены задачи, стоящие перед государством диктатуры пролетариата. С уничтожением классов и построением бесклассового общества исчезнет и партия, растворившись в обществе коммунистического самоуправления.

Кощунственным было и принятое съездом решение о выносе тела Сталина из Мавзолея, что не только подорвало авторитет Хрущёва, хрущёвского руководства, партии в целом, но и нанесло колоссальный удар по памяти о героическом сталинском прошлом, о героических свершениях в годы сталинских пятилеток.

Как мы уже показывали выше, Хрущёв отставил в сторону важнейшие документы, принятые при Сталине в частности, Сталинский план преобразования природы, направленный главным образом, на понижение зависимости сельскохозяйственного производства от капризов природы, на защиту от засухи, на обеспечение продовольственной безопасности страны.

В то же время Хрущёв пустился в авантюру с освоением целинных и залежных земель, которая, в конечном итоге, привела к плачевным результатам, к тому, что наша страна начала закупать зерно за рубежом, закупать за золото, разумеется. Продовольственная безопасность страны этой хрущёвской авантюрой была подорвана.

Как отмечает Катасонов, после смерти Сталина жёсткая вертикаль централизованного управления экономикой стала размываться. Первые «ласточки» появились на горизонте сразу после смерти вождя.

В 1953 г. была ликвидирована централизованная система управления материально-техническим снабжением, организация снабжения была передана в союзные республики (Госснаб СССР был восстановлен только в 1965 г.). В том же году был проведен роспуск отраслевых бюро Совета Министров СССР, а большое количество предприятий было передано из союзного подчинения в республиканское.

В 1957 г., продолжает Катасонов, Хрущёв начал реформу управления народным хозяйством. Суть её заключалась в резком усилении территориального принципа управления. Для этого создавались «совнархозы» (Советы народного хозяйства – СНХ) в так называемых административных районах (всего 105). Одновременно было ликвидировано большое количество отраслевых союзных министерств. В начале 60-х годов были созданы СНХ в союзных республиках, в 1962 г. учреждён Высший совет народного хозяйства (ВСНХ). Эта, с позволения сказать «реформа» управления народным хозяйством продолжалась вплоть до смещения Хрущёва со своего поста в октябре 1964 г. А ведь эта «реформа» означала ослабление центростремительных связей в масштабах СССР и создание центробежных тенденций, ослабление народного хозяйства СССР как единого цельного организма, единого народнохозяйственного комплекса.

Т.е., уже в хрущёвские годы начали закладываться не только идеологические (ХХ съезд), но и экономические предпосылки будущего разрушения СССР; начали совершаться эксперименты в области управления народным хозяйством, которые дальним прицелом имели разрушение единого народнохозяйственного комплекса, как экономической базы единства Советского Союза.

Пленум ЦК КПСС, состоявшийся 25–26 февраля 1958 г., принял Постановление «О дальнейшем развитии колхозного строя и реорганизации машинно-тракторных станций». Этим постановлением хрущёвский ЦК вновь поступил вопреки указаниям Сталина, вопреки его глубоко теоретически обоснованным предложениям не передавать МТС из государственной собственности в собственность колхозов, т. к. это приведёт к усилению товарно-денежных отношений в стране, отдалит колхозную собственность от общенародной, т. е. будет препятствовать сближению двух форм собственности и, соответственно, затормозит движение страны к коммунизму. Всё это Сталин глубоко обосновал в «Экономических проблемах…», о чём мы писали выше.

Пленум же высказался за продажу техники, находящейся в машинно-тракторных станциях, т. е. в государственной собственности, колхозам, разумеется, в целях «дальнейшего развития колхозного строя».

А то, что это ведёт к усилению товарно-денежных отношений в стране, и, соответственно, удаляет страну от коммунизма, это хрущёвцев нисколько не волновало.

Сталина уже нет, его работы спрятаны от партии и трудящихся масс, он оклеветан, так называемая «антипартийная группа Маленкова, Кагановича, Молотова и примкнувшего к ним Шепилова», выступавшая за возврат к сталинским методам и формам работы, за продолжение сталинского плана постепенного перехода к строительству коммунизма, выведена из состава ЦК. Уже можно творить, что угодно, прикрываясь клятвами в верности Ленину и демагогическими заявлениями о продвижении к коммунизму.

На июньском Пленуме ЦК КПСС (17–18 июня 1958 г.) принимается постановление об отмене обязательных поставок и натуроплаты за работы МТС и с 1958 г. государственные заготовки сельхозпродуктов в колхозах производить в порядке закупок. Это ещё более увеличивает товарно-денежные отношения в стране. Но в то же время хвастливо заявляется, что в ближайшие годы мы догоним Соединённые Штаты Америки по производству мяса, молока и масла на душу населения.

Уже и «догнали», и «обогнали».

Хвастливая мелкобуржуазная фраза, прикрывавшая экономическую суть хрущёвских «реформ», направленных не на приближение, а на удаление от коммунизма, на усиление товарно-денежных отношений в стране, что создавало условия для капиталистического перерождения социалистической экономики, для уничтожения социалистического базиса Советского государства. Что и произошло впоследствии.

Серьёзный удар был нанесён по снабжению городов продукцией сельского хозяйства. Хрущёвым, отмечает В. Катасонов, были запрещены приусадебные участки колхозников, введены налоги на фруктовые деревья, каждую голову скота, закрыты колхозные рынки. Крестьяне из-за налогов порезали свой скот, в несколько раз сократили объёмы производства овощей, вырубили фруктовые сады. В городах начались перебои в снабжении населения мясом, хлебом, мукой, крупами, маслом. Из товарного оборота полностью исчезли многие продовольственные товары, например, мёд. Фактически в стране начался продовольственный кризис, в городах возникла большая социальная напряжённость.

В 1961 г. произошло первое повышение цен. А перед этим, в 1960 г. был отправлен в отставку сталинский нарком финансов А. Г. Зверев, который, по свидетельству публициста Ю. Мухина, был противником хрущёвской денежной реформы 1961 г. (см. «Зверев – «Сталинский» нарком финансов»). Хрущёв не мог открыто поднять цены, когда народ явственно помнил, что при Сталине цены не поднимались, а ежегодно снижались. Официально целью реформы было объявлено спасение копейки, дескать, на копейку ничего нельзя купить, поэтому рубль надо деноминировать – уменьшить его номинал в 10 раз. Реально же Хрущёв проводил деноминацию только с целью прикрытия ею повышения цен. Если мясо стоило 11 руб., а после повышения цен должно было стоить 19 руб. (т. е., повышение составило 72,7 %), то это сразу же бросилось бы в глаза. Но если одновременно проводить и деноминацию, то цена мяса 1 руб. 90 коп. вначале сбивает с толку – вроде бы и подешевело. С этого момента возник дисбаланс между государственными магазинами и чёрным рынком, где торговцам стало выгоднее сбывать товар. Именно с этого момента товары из магазинов стали исчезать.

Были выступления трудящихся против такой политики. Наибольший резонанс имело выступление в Новочеркасске, которое закончилось расстрелом протестующих.

Результатом непродуманных и экономически необоснованных реформ в 1963–1964 гг. в нашей стране случился большой неурожай, страна оказалась на грани голода, для его предотвращения были проведены гигантские закупки зерна за границей. На эти цели израсходовано 1244 т золота (между прочим, отмечает Катасонов, беспрецедентный объём продаж драгоценного металла за всю историю СССР).

Вот какой вывод делает В. Катасонов по итогам хрущёвских «реформ»:

«Жёсткая вертикаль управления экономикой стала ослабевать также в результате сокращения набора плановых показателей, которые были обязательны для выполнения министерствами, главками, производственными объединениями и предприятиями. Число показателей народнохозяйственного плана при Сталине неуклонно увеличивалось. В 1940 г. оно составляло 4744, а в 1953 г. достигло 9490, т. е. удвоилось. Затем число показателей непрерывно сокращалось: до 6308 в 1954 г., 3390 в 1957 г. и 1780 в 1958 г. Кстати, против такого ослабления централизованного планирования выступала упомянутая выше антипартийная группа. За сокращением числа показателей не было никакого серьёзного научного и идеологического обоснования. Всё было намного проще. «Верхи» больше не хотели напрягаться и желали ослабить личную ответственность (за каждый показатель конкретно отвечал тот или иной государственный и/или партийный начальник).

Объясняя победу Хрущёва над так называемой антипартийной группой, В. Молотов говорил «Все хотели передышки, полегче жить…Они очень устали» (В. Катасонов ссылается на «Сто сорок бесед с Молотовым. Из Дневника Ф. Чуева. М., 1991, с. 312 – Д. И.). «Верхи» уже хотели больше брать, чем давать. При Сталине такого быть просто не могло (Вот она, основная причина борьбы с «культом личности» – Д. И.).

И ещё несколько высказываний Молотова о Хрущёве и хрущёвской политике в качестве ответов на вопросы Феликса Чуева:

«У нас в 20-е годы был тончайший слой партийного руководства, а в этом тончайшем слое всё время были трещины: то правые, то национализм, то рабочая оппозиция… Как выдержал Ленин, можно поражаться. Ленин умер, они все остались, и Сталину пришлось очень туго. Одно из доказательств этому – Хрущёв. Он попал из правых, а выдавал себя за сталинца, за ленинца: «Батько Сталин! Мы готовы жизнь за тебя отдать, всех уничтожим»! А как только ослаб обруч, в нём заговорило…

– Сейчас говорят: лишь бы войны не было.

– Вот эта хрущёвская недальновидная точка зрения. Она очень опасна. Нам надо думать о подготовке к новым войнам. К этому дело подойдёт. Да, чтобы мы были готовы. Тогда они будут поосторожнее. А если на крайность пойдут они, тогда мы будем крепко стоять. Пример Вьетнама для всего мира: если такой маленький Вьетнам может, благодаря помощи друзей, против американского империализма стоять, чего ж Советскому Союзу бояться? Только своей беспомощности, расхоложенности, распущенности…

Хрущёв. Он сколотил себе группу. Потому что все хотели передышки, полегче пожить. А по-сталински, надо было и дальше крепко держать руль…

Как выдвинулся Хрущёв? Снизу. Как он попал в ЦК? Там у него оказалось много союзников. Много таких людей, которые могут искать более надёжного для себя лидера, а Хрущёв пообещал более спокойную, более лёгкую жизнь наверху, и сразу многие за это ухватились. И внизу пообещал. Это очень нравилось, но это был обман. А этот обман многим дал возможность поспокойнее жить. Очень опасное дело. Сталин в этом отношении был беспокойный человек. Такую жизнь Хрущёв пообещал, но тут в основном был обман, а многие всё-таки использовали это дело, да. И клюнули, да. Я думаю, что его всё же не столько тянули сверху, сколько поднимали снизу. Он так и шёл – секретарём ячейки в Промакадемии, секретарём одного райкома, другого в Москве, Краснопресненского и Бауманского. Это значит, там его поддерживали. Сторонники Сталина линию вели прочно, а он ловко приспособлялся к этой линии. Он человек способный, имейте ввиду, здесь нельзя сказать, что он просто так. Хрущёв мог бы стать бухаринцем, а пошёл в другую сторону, потому что нельзя. Хрущёв по существу был бухаринец, но при Сталине он не был бухаринцем…

Роль Хрущёва очень плохая. Он дал волю тем настроениям, которыми он живёт… Он бы сам не мог этого сделать, если бы не было людей. Никакой особой теории он не создал, в отличие от Троцкого, но он дал возможность вырваться наружу такому зверю, который сейчас, конечно, наносит большой вред обществу. Значит, не просто Хрущёв.

– Но этого зверя называют демократией.

– Называют гуманизмом, – говорит Молотов. – А на деле, мещанство.

Хрущёв, он за Советскую власть, но против революции. Что для него характерно: он против всего революционного… Он бухаринец, безусловно. Не выше бухаринского, я думаю, был уровень. Примостился.

Хрущёв, он же сапожник в вопросах теории, он же противник марксизма-ленинизма, это же враг коммунистической революции, скрытый и хитрый, очень завуалированный… (выделено мною, Д. И.).

Нет, он не дурак, А чего же за дураком шли? Тогда последние дураки. А он отразил настроение подавляющего большинства. Он чувствовал разницу, чувствовал хорошо…

В партии ещё будет борьба. И Хрущёв был не случаен. Страна крестьянская, правый уклон силён. И где гарантия, что эти не возьмут верх? Вполне вероятно, что в ближайшее время к власти придут антисталинцы, скорей всего, бухаринцы»…

Так и получилось, к власти пришли горбачёвцы, завершившие дело Троцкого-Бухарина, продолженное Хрущёвым, разрушившие страну и уничтожившие социализм.

Но, продолжаю, прерванные обширным высказыванием Молотова, давшего теоретическую оценку хрущёвщине, показавшего её не случайный характер, размышления Катасонова.

Партийная и государственная верхушка (не все, конечно) проводила такое реформирование экономики, которое первоначально просто снимало с неё тяжесть ответственности. Это было в основном во времена Хрущёва. Позднее появилось и желание «брать». В неявном виде это проявилось при Брежневе, а в явном – при Горбачёве. Происходила незаметная мутация сталинского социализма в государственный капитализм.

#### § 2. Реформа Косыгина-Либермана

На сентябрьском (1965 г.) Пленуме ЦК КПСС Председатель Совета Министров СССР А. Н. Косыгин выступил с докладом «Об улучшении управления промышленностью, совершенствовании планирования и усилении экономического стимулирования промышленного производства».

На основании решений Пленума были приняты два Постановления ЦК КПСС и Совета Министров СССР.

30 сентября 1965 г. – «Об улучшении управления промышленностью», которым восстанавливался отраслевой принцип управления народным хозяйством СССР.

4 октября 1965 г. – «О совершенствовании планирования и усилении экономического стимулирования промышленного производства», давшее старт реформе Косыгина-Либермана, поставившей во главу угла прибыль как важнейший плановый показатель, по которому с началом реформы производилась оценка деятельности предприятия, выполнение ими планов и т. д.

Председатель Совета Министров СССР Алексей Косыгин был политическим руководителем реформы. Как отмечают многие авторы, исследователи реформы Косыгина-Либермана, Косыгин слыл в высшем руководстве СССР приверженцем рыночных реформ. Вот что пишет по этому поводу М. Антонов в своей статье «Реформа Либермана-Косыгина – «Революция обывателей»: «Из всех высших руководителей СССР Косыгин был наиболее склонен к идее конвергенции социализма и капитализма. Он, например, не раз пытался доказать своим коллегам по руководству страной, что акционерные общества – это одно из высших достижений человеческой цивилизации, и это делало его наиболее восприимчивым к предложениям «рыночников». И вот в то время, когда надо было переводить экономику на рыночные принципы, Политбюро, по мнению Косыгина, занимается разной чепухой».

Научным разработчиком реформы являлся Евсей Григорьевич Либерман, доктор экономических наук, зав. кафедрой экономики и организации машиностроительного производства Харьковского инженерно-экономического института, затем профессор кафедры статистики и учёта Харьковского государственного университета им. А. М. Горького.

Уже в 1956 г. в журнале «Коммунист» была опубликована статья Либермана «О планировании промышленного производства и материальных стимулах его развития». А 9 сентября 1962 г в «Правде» публикуется известная статья Либермана «План, прибыль и премия», ставшая основой последующей реформы. В 20-х числах сентября 1962 г. состоялось заседание Научного совета по хозяйственному расчёту и материальному стимулированию при Академии наук СССР, положившее начало дискуссии о реформе хозяйственного механизма и вылившейся в доклад Косыгина на Пленуме ЦК 27 сентября 1965 г.

Следует отметить, что на Западе внимательно следили за данной дискуссией. 12 февраля 1965 г. вышел американский журнал Time, обложка которого посвящена Либерману и готовящейся экономической реформе. На обложке с портретом Либермана, изображённом на фоне советского рубля, имеется надпись «Коммунисты заигрывают с прибылью». В журнале Time, как отмечает автор материала «Предвестник разрушения СССР – реформа Косыгина-Либермана 1965 г.», даётся краткое ознакомление с «положительностью» и настоятельностью реформ, намеченных Либерманом в СССР. И через восемь месяцев после публикации в американском журнале данная реформа стартовала. Отсюда понятно, кто был истинным вдохновителем этой «реформы».

Очень интересные факты из биографии Либермана приводит Николай Стариков в своей статье «Дедушка перестройки – Евсей Григорьевич Либерман». Он обращает внимание на то, что Либерман был женат на Регине Горовиц, сестре выдающегося пианиста Владимира Горовица, в 1925 г. выехавшим в Германию на «учёбу» и оставшимся там. Вместе с Горовицем не вернулся на Родину и другой музыкант, советский скрипач Натан Мильштейн. По воспоминаниям Мильштейна, организатором поездки выступил Уборевич, один из подельников маршала Тухачевского. По другим источникам, сам Троцкий даёт им разрешение «на гастроли» по Европе. Во время одного из своих концертов они знакомятся с королевой Бельгии Елизаветой. Гастролируют по Германии, затем оседают во Франции. Мильштейн вспоминает: «нас часто приглашал в посольство советский посол во Франции Х. Раковский. И как-то мы с Горовицем спросили о возможности нашего возвращения в Россию. Он ответил «Не будьте дураками. Играйте здесь!»». Следует напомнить, что Раковский принадлежал к троцкистской оппозиции. После войны Мильштейн и Горовиц осядут в США, получат американское гражданство. Владимир Горовиц впоследствии будет награждён «Президентской медалью свободы», которую ему вручит сам Рональд Рейган.

Из биографии Либермана известно, что в 1924 и 1926 гг. он бывал в научной командировке в Германии. Вот и прослеживается связь научного руководителя, идеолога реформы 1965 г. с троцкистами, с сионистскими кругами Запада.

А то, что США очень внимательно следили за происходящим в СССР и делали всё, чтобы изменить вектор развития советской экономики, говорят высказывания их политиков, журналистов, обозревателей.

Так, в сентябрьском номере журнала «Нейшнл бизнес» за 1953 г. в статье Герберта Гарриса «Русские догоняют нас…» отмечалось, что СССР по темпам роста экономической мощи опережает любую страну и в настоящее время темп роста в СССР в 2–3 раза выше, чем в США».

Кандидат в президенты США Стивенсон оценивал положение таким образом, что если темпы производства в сталинской России сохранятся, то к 1970 г. объём русского производства в 3–4 раза превысит американский. И если это произойдёт, то последствия для стран капитала (и в первую очередь для США) окажутся, по меньшей мере, грозными.

Херст, король американской прессы, после посещения СССР предлагал и даже требовал создания постоянного совета планирования в США. (Высказывания взяты из воспоминаний сталинского наркома (министра) финансов А. Г. Зверева, приведенные в статье «Министр финансов СССР Зверев о деньгах, золоте и долларе. Не Сталины они и не де Голли…».).

Вот почему США, международный капитал в целом, были крайне заинтересованы в том, чтобы остановить стремительное развитие СССР, под видом реформ добиться, чтобы руководство партии и страны отказалось от продолжения сталинского курса.

Вот вам и появление Хрущёва с его антисталинизмом, с его клеветой на вождя, с его отказом от сталинского направления развития СССР.

Вот вам и внедрение экономической реформы Косыгина-Либермана в 1965 г.

Прекрасный анализ сущности экономической реформы 1965 г. дан в анализируемой нами книге В. Катасонова «Экономика Сталина», в статьях Т. Хабаровой «Социалистическая экономика как система (Сталинская модель)», Н. Архангельской «Производственные отношения СССР в 1960–1980 гг.», в других материалах.

Товарищ Архангельская обращает внимание на то, что на рубеже 50–60-х гг. начинает возрастать внимание к получению прибыли предприятиями, растёт её роль в формировании доходов государства. И, как результат, отмечает Архангельская, «если в период 1930–1950-х гг. экономика страны представляла собой единый комплекс, работавший на общий результат, то в 1960–1980-х гг. этот комплекс перестал существовать, уступив место массе обособленных предприятий и их коллективов».

Реформа 1965 г. привела к распаду единого хозяйственного комплекса на части из-за стремления обеспечивать доходность не только народного хозяйства в целом, но получать прибыль на каждом предприятии в отдельности. Соответственно, и огромная общность работников этого комплекса разделилась на отдельные коллективы.

Прежде всего, общество и коллектив были противопоставлены друг другу введением платы за основные фонды и оборотные средства. Т. е., если раньше исходили из того, что коллектив является частью народа, владеющего средствами производства и может их использовать без всякой платы, то теперь трудовой коллектив, в связи с платой за фонды (т. е. средства производства) уже рассматривается не как часть собственника средств производства, а как их своеобразный арендатор. Происходит как бы отчуждение собственности от непосредственного производителя (трудового коллектива) и противопоставление его государству. Общество и коллектив противопоставлены друг другу как собственник средств производства и субъект, ими пользующийся.

Погоня за прибылью характерна для капиталистического способа производства. Превращение прибыли в главный показатель производства, в цель производства, положило начало возвратному движению от социализма к капитализму.

Процесс обособленности предприятий и общества, по мнению Архангельской, проявлялся в том, что:

– Стремление к получению максимальной прибыли было обусловлено тем, что на основе прибыли предприятия формировались фонды: материального поощрения, из которого выплачивались премии и иные доплаты; социально-культурных мероприятий и жилищного строительства; развития производства. Чем больше прибыль, тем больше фонды, тем больше премии и материальное благополучие тружеников данного коллектива. Вот трудовой коллектив предприятия и заинтересован в том, чтобы получить как можно больше прибыли, а нужна ли его продукция обществу, выполнен ли план по номенклатуре и ассортименту продукции, коллектив совершенно не интересует. Дело в том, что разные виды изделий давали разные отчисления в фонд зарплаты, разную прибыль. И поэтому предприятия стремились выпускать более выгодную, т. е. более прибыльную продукцию, в ущерб менее прибыльно выгодной. Выгодной для предприятия была та продукция, те виды работ, которые при меньших затратах труда приносили большую прибыль. Особенно погоня за выгодной продукцией усилилась с 1979 г., когда фонд зарплаты начал исчисляться не в зависимости от трудоёмкости работ, а в виде процента к сумме (стоимости) произведенной продукции, выполненных работ. Чем больше стоимость, тем больше фонд зарплаты, тем выше и зарплата, и прибыль.

Отсюда возник дефицит самых необходимых дешёвых товаров.

«Стремление получить прибыль на данном предприятии ведёт к его экономическому обособлению, превращает коллектив в изолированную единицу, стремящуюся прежде всего обеспечить собственную выгоду», т. е. противопоставляет коллектив обществу.

– Погоня за прибылью начала подрывать плановое ведение хозяйства. Коллектив предприятия был заинтересован, прежде всего, в том, чтобы перевыполнить план по прибыли и в этих целях стремился обеспечить себе выгодное плановое задание, т. е. занизить план. Разработка ненапряжённого плана соответствовала интересам коллектива, но не отвечала интересам общества, побуждала коллектив действовать в духе группового эгоизма.

Возникло также такое понятие как «корректировка» плана в сторону его снижения, которая, как правило, происходила в конце года, когда руководители (представители) предприятий в главках или министерствах, «корректировали» планы, за соответствующую мзду («благодарность»), что привело к появлению коррупции, как неизменного спутника товарно-денежных отношений.

Система планирования подталкивала предприятия к тому, чтобы не вскрывать, а скрывать резервы повышения эффективности и снижения себестоимости, т. к. это позволяло выполнять планы без напряжения. Планирование крайне слабо учитывало возможности научно-технического прогресса. Точнее говоря, сама система планирования, в основу которой была положена погоня за прибылью, а не за снижением себестоимости продукции, не способствовала заботе предприятий, трудовых коллективов к выявлению резервов производства, к внедрению новой более производительной техники, к использованию достижений научно-технического прогресса в производственном процессе. Повышение прибыльности предприятия можно было добиться, и предприятия добивались, совершенно иным путём.

Социалистическое распределение работников по видам труда в связи с потребностями общества дополняется капиталистическим распределением, исходящим из выгодности для данного коллектива трудовой деятельности по производству более прибыльной продукции, независимо от потребностей общества.

«Меняется и сам характера труда коллектива, – делает важный вывод Архангельская. – Пока он подчинял свою деятельность общим интересам и общему плану работ, его труд носил непосредственно общественный характер. Как только коллектив перестаёт считаться с общественными интересами и производит то, что выгодно ему самому, его труд теряет непосредственно общественный характер и становится частным трудом».

Архангельская приводит пример долгостроя, когда предприятия, строившиеся 13–14 лет, уже устаревали к моменту их ввода в строй. А ведь строители получали зарплату, премии, а их труд оказывался уже ненужным обществу.

Более того, размер зарплаты, материальное благополучие работника зависело не столько от количества и качества его труда, сколько от принадлежности к определённой отрасли производства. Так, любой работник предприятия, производящего оборонную продукцию, за одинаковый труд получает значительно больше, чем рабочий, производящий предметы потребления, т. е. нарушался важнейший принцип социализма – принцип распределения по труду.

«Собственность, превращавшаяся в групповую, вела к расколу общества, к превращению его в конгломерат коллективов, не связанных общими интересами». Это закладывало экономические предпосылки к расколу страны в будущем.

Этим ситуация 60–80-х годов радикально отличалась от ситуации 30–50-х. В сталинские годы жители страны были заинтересованы в успехе любого предприятия, поскольку это непосредственно влияло на их материальное положение через снижение цен. Тогда любой рабочий, любой труженик чувствовал себя хозяином своей страны. Он понимал, чем лучше, производительнее и качественнее он будет трудиться, тем будет лучше и жизнь всего общества, и его собственная жизнь.

А уже в хрущёвско-брежневские годы начал формироваться иной тип работника. Он старался не выкладываться на производстве, чтобы всегда быть в состоянии справиться с очередным повышением норм (Архангельская отмечает, что установилась практика ежегодного пересмотра норм труда без учёта изменений в технологии производства, совершенствовании процесса труда, его организации). Он был заинтересован в том, чтобы план был легко выполним, чтобы его предприятие выпускало выгодную продукцию, поскольку это давало большую зарплату и премии. Он не чувствовал непосредственно на себе эффективность работы других коллективов и ощущал себя не представителем всего рабочего класса, трудящихся масс страны, а именно членом коллектива данного предприятия.

Рабочий класс из авангарда трудового народа, самого передового класса современности стал (вслед за партией, в первую очередь её руководящей верхушкой) постепенно перерождаться в обывателей, живущих только своими личными интересами.

– Стремление коллективов к частной выгоде толкало их к завышению цен на свою продукцию.

Архангельская приводит цифры: с 1960 по 1980 г. прибыль возросла в 4,6 раза, а производительность труда в промышленности – только в 2,6 раза, а в сельском хозяйстве и строительстве, ещё меньше. Это говорит о том, что в основе роста прибыли лежал рост цен, которые предприятия завышали на свою продукцию.

– Стремление к частной выгоде толкало руководство предприятий к фиктивному завышению объёмов производства, к расширению повторного счёта стоимости сырья, полуфабрикатов, а зачастую и готовой продукции, к повышению материалоёмкости изделий и удорожанию продукции, к вымыванию дешёвого ассортимента, к припискам.

Всё это создало базу для формирования теневой экономики.

– Установившиеся отношения вели к разрушению коллективизма, складывавшегося в нашей стране в сталинские годы, к нежеланию трудовых коллективов работать с полной отдачей в интересах всего общества.

В тот период планы устанавливались «от достигнутого», что вынуждало предприятия утаивать резервы производства, чтобы иметь возможность выполнить и перевыполнить ненапряжённый план. Директор совхоза «40 лет Казахстана» Целиноградской области утверждал, что «действующая система стимулирования заставляет не вскрывать, а скрывать резервы».

Снижение эффективности советской экономики, – отмечает В. Катасонов, – частично компенсировалось и камуфлировалось усилением её сырьевой ориентации и наращиванием экспортной выручки от вывоза нефти, металла, леса, золота. По данным официальной статистики, экспорт нефти и нефтепродуктов из СССР вырос с 75,7 млн. т в 1965 г. до 193,5 млн. т в 1985. При этом экспорт за свободно конвертируемую валюту составлял, соответственно, 36,6 и 80,7 млн. т. Выручка от экспорта нефти и нефтепродуктов, составлявшая в 1965 г. порядка 0,67 млрд. долл., к 1985 г. увеличилась почти в 20 раз и составила 12,84 млрд. долл. Кроме того, в значительных объёмах с 70-х годов начал экспортироваться природный газ. Добыча газа в этот период увеличилась со 127,7 млрд. куб. м до 643 млрд. Практически вся новая добыча золота также шла на мировой рынок. Согласно зарубежным оценкам, в 1970–79 гг. Советским Союзом было экспортировано более 2000 т золота. Большая часть валютной выручки тратилась на импорт продовольствия и закупку товаров народного потребления. Страна начала жить за счёт природной ренты, за счёт распродажи важнейших природно-сырьевых ресурсов страны.

#### § 3. Формирование теневого капитала в хрущёвско-брежневские годы, экономического базиса разрушения СССР

Достаточно подробно этот вопрос исследован в рассматриваемой нами книге В. Катасонова «Экономика Сталина».

Вначале автор напоминает нам, что в период нэпа была сделана ставка на использование товарно-денежных отношений для восстановления экономики при сохранении командных высот в руках пролетарского государства (диктатура пролетариата). Пролетарское государство должно было ограничивать масштабы частного капитала в стране и пресекать его притязания на политическую власть.

В промышленности и торговле возник частный сектор: некоторые государственные предприятия были денационализированы, другие сданы в аренду; было разрешено создание собственных промышленных предприятий частным лицам с числом занятых не более 20 чел. (позднее этот потолок был поднят). Среди арендованных частниками фабрик были такие, которые насчитывали 200–300 чел., а в целом на долю частного сектора, отмечает Катасонов, в период нэпа приходилось около пятой части (20 %) промышленной продукции, 40–80 % розничной и небольшая часть оптовой торговли.

После национализации всех иностранных активов в Советской России в годы «военного коммунизма», в период нэпа вновь началось привлечение иностранного капитала. Ряд предприятий был сдан в аренду в форме концессий. В 1926–27 гг. насчитывалось 117 действующих соглашений такого рода. Они охватывали предприятия, на которых работало 18 тыс. человек и выпускалось чуть более 1 % промышленной продукции, то есть, в общем-то, совсем небольшая часть. Но в некоторых отраслях удельный вес концессионных предприятий и смешанных акционерных обществ, в которых иностранцы владели частью пая, был значителен: в добыче марганцевой руды – 85 %, свинца и серебра – 60 %, золота – 30 %, в производстве одежды и предметов туалета – 22 %, – приводит цифры Катасонов. Помимо капиталов, в СССР направлялся поток рабочих-иммигрантов со всего мира. В 1922 г. американским профсоюзом швейников и Советским правительством была создана Русско-американская индустриальная корпорация (РАИК), которой были переданы шесть текстильных и швейных фабрик в Петрограде, четыре – в Москве.

Большая ставка была сделана на кооперативные формы ведения хозяйства. Правда, в период нэпа роль производственных кооперативов в сельском хозяйстве была незначительной – в 1927 г. они давали только 2 % всей сельскохозяйственной продукции и 7 % товарной продукции. Зато простейшими формами кооперации – сбытовой, снабженческой и кредитной – было охвачено к концу 20-х годов более половины всех крестьянских хозяйств, – отмечает автор. К концу 1928 г. непроизводственной кооперацией различных видов, прежде всего крестьянской, было охвачено 28 млн. человек. В обобществлённой розничной торговле 60–80 % приходилось на кооперативные организации и только 20–40 % – на государственные. В промышленности в 1928 г. 13 % всей продукции давали кооперативы. Существовали кооперативные банки и кооперативные страховые компании.

После начала наступления на частный капитал в период индустриализации страны и коллективизации сельского хозяйства, частный капитал не исчез полностью, но ушёл в тень, в подполье, где он просуществовал ещё несколько лет.

В 1930-е годы велась активная борьба по искоренению остатков нелегального капитала. Накануне войны его практически не осталось, случалась лишь бытовая спекуляция. Т. е., как отмечал Сталин, социалистические производственные отношения в нашей стране победили, с частной собственностью на орудия и средства производства было покончено.

Для борьбы с возможностью возрождения капитала принимались меры двоякого характера, отмечает профессор. С одной стороны, меры карательные, которые пресекали хищения социалистической собственности и иные злоупотребления. С другой стороны, меры поощрительные – поощрялось мелкотоварное (индивидуальное и кооперативное) производство для преодоления дефицитов на потребительском рынке товаров.

Сталинское руководство прекрасно понимало, что любой дефицит – питательная почва для хищений, контрабанды, спекуляций, организации подпольного производства дефицитных товаров и т. д. Поэтому поощрялось, в частности, подсобное хозяйство на селе. Часть времени крестьянин трудился в колхозе, а часть – на своём приусадебном участке. Продукция с этого участка частично потреблялась семьёй крестьянина, частично вывозилась на рынок и продавалась горожанам. Продукция могла реализовываться как самим крестьянином на колхозных рынках, так и сдаваться для реализации через систему кооперативной торговли. В общем объёме розничного товарооборота в 1940 г. на государственную торговлю приходилось 62,7 %, на кооперативную – 23 %, на колхозные рынки – 14,3 %.

Но в годы Великой Отечественной войны в стране вновь начал складываться теневой капитал. Питательной основой для него стали спекуляции продовольствием, фальшивые советские денежные знаки (их печатали в фашистской Германии и забрасывали на территорию Советского Союза), грабежи (в т. ч. завладение крупными денежными суммами во время эвакуации банковских учреждений). Кроме того, следует учитывать появление на территории СССР в конце войны большого количества иностранной валюты и трофейных предметов (промышленных и продовольственных товаров, картин, ювелирных изделий, антиквариата и т. п.), ставших предметами спекуляций и источником незаконного обогащения. Необходимо было действовать решительно и точно, чтобы не допустить расползания теневого капитала, который мог нанести серьёзный урон делу строительства социализма.

По теневому капиталу после войны было нанесено два главных удара, отмечает Катасонов.

Первый, – это денежная реформа 1947 г., о которой мы уже писали.

Второй – организованная правоохранительными органами СССР кампания по выявлению и наказанию лиц, совершавших разные виды экономических преступлений, – цеховиков, перекупщиков, фальшивомонетчиков, не говоря уже про банальных мошенников, аферистов и воров. Кампания проводилась в конце 40-х гг. Только в 1949 г. за такие преступления было осуждено на длительные сроки более 100 тыс. человек. И в конце 40-х гг. экономические статьи из списка расстрельных были изъяты.

Как отмечает исследователь теневой экономики в СССР Михаил Козырев «В сталинские десятилетия в СССР процветали так называемые кустари и их артели, если говорить простым языком – разного рода малый и очень малый бизнес, что в свете устоявшегося мнения об СССР 1930–1950-х гг. как о тоталитарном государстве, безжалостно подавляющем любые ростки самостоятельности и инакомыслия (в экономике, политике, искусстве), выглядит несколько неожиданно. Но фактом остаётся то, что в конце 1940-х – начале 1950-х гг. разного рода малым частным предпринимательством занимались сотни тысяч, если не миллионы человек… После войны советская экономика лежала в руинах. Начавшаяся гонка вооружений требовала ускоренного восстановления тяжёлой промышленности, которая пожирала все наличные ресурсы государства». Поэтому в стране продолжал существовать обширный мелкотоварный сектор в виде потребительской, промысловой и сельскохозяйственной кооперации, кооперации инвалидов и т. п.

«К концу 1950-х гг. прошлого века в СССР было зарегистрировано около 150 000 артелей (кооперативов) и частников-кустарей», – приводит данные М. Козырев.

В 1946 г., 9 ноября было принято постановление «О развёртывании кооперативной торговли в городах и посёлках продовольствием и промышленными товарами и об увеличении производства продовольствия и товаров широкого потребления кооперативными предприятиями», в котором были определены основные направления по деятельности кооперации в послевоенные годы. Меры, принятые правительством, дали свои плоды. В 1945 г. по стране было открыто около 25 тыс. магазинов и торговых палаток; в 1946 г. – 40 тыс. К концу 1947 г. в стране насчитывалось 256 тыс. магазинов и 89,3 тыс. торговых палаток. Количество предприятий общественного питания возросло с 73,4 тыс. в конце 1945 г. до 82,1 тыс. в конце 1947 г.

Даже в городах не было абсолютного доминирования государственного сектора. В 1952 г. мелкотоварный сектор (так Катасонов именует промысловую кооперацию) составлял, по разным оценкам, от 6 до 8 % производства товаров народного потребления и бытовых услуг. Этот сектор был представлен всевозможными кустарными мастерскими: пошивочными, слесарно-ремонтными, ювелирными, часовыми. В нём также были такие виды деятельности как заготовка утильсырья, бытовые строительные и ремонтные работы, преподавание и репетиторство, кустарные производства и пр. Такие промыслы осуществлялись при наличии патентов и ограничивались законодательно только численностью наёмных работников.

Промысловая кооперация продолжала существовать и после смерти Сталина, до конца 1950-х гг. и до некоторой степени компенсировала дефицит товаров народного потребления. К концу 1950-х гг. в её системе насчитывалось свыше 114 тыс. мастерских и других промышленных предприятий, где работали 1,8 млн. человек. Они производили 5,9 % валовой продукции промышленности, например до 40 % всей мебели, до 70 % всей металлической посуды, более трети верхнего трикотажа, почти все детские игрушки. В систему промысловой кооперации входили 100 конструкторских бюро, 22 экспериментальные лаборатории и два научно-исследовательских института.

Демонтаж сталинской экономики начался в хрущёвские годы, о чём мы уже подробно писали.

Но Хрущёвым был нанесён удар и по мелкотоварному производству.

Во-первых, отмечает Катасонов, были почти полностью ликвидированы приусадебные (подсобные) хозяйства колхозников. В период 1953–58 гг. происходило неуклонное наращивание продукции личных подсобных хозяйств крестьян. Однако с конца 50-х гг. ситуация начала резко ухудшаться. В 1959 г. было принято решение об обобществлении скота, который находился в личных хозяйствах колхозников (он в добровольно-принудительном порядке передавался колхозам). Одновременно произошло урезание размеров приусадебных участков. Были также непродуманные решения об укрупнении колхозов, превращении колхозов в совхозы (государственные сельскохозяйственные предприятия – советское хозяйство), ликвидации МТС, резком ограничении колхозных рынков и многое другое. Всё это в совокупности сильно осложнило жизнь колхозного крестьянства. Только за 1960–64 гг. из села в город переместилось около 7 млн. человек. Деревня обезлюдела. Одновременно усилился дефицит многих продовольственных товаров не только в государственных и кооперативных магазинах, но и на колхозных рынках, деятельность которых также была сильно ограничена.

Во-вторых, был нанесён удар по промысловой (производственной) кооперации. 14 апреля 1956 г. появилось постановление ЦК КПСС и СМ СССР «О реорганизации промысловой кооперации», в соответствии с которым её предприятия подлежали передаче в ведение государственных органов. К середине 60-х гг. промысловую кооперацию полностью ликвидировали. (Катасонов при этом отмечает, что осталась только система потребительской кооперации, жилищно-строительная кооперация, артельные народные промыслы, а также старательские артели по добыче золота).

Т.е. Хрущёв поступал как обыкновенный мелкобуржуазный деятель, стремясь прыжком из социализма перепрыгнуть в коммунизм, не отдавая себе отчёт в том, что коммунизм представляет из себя безтоварное производство, в котором уже ликвидированы товарно-денежные отношения; не понимая того, что этот переход должен осуществляться постепенно, по мере развития производительных сил, по мере подтягивания колхозно-кооперативной собственности к общенародной по плану, намеченному Сталиным. Но Хрущёв делал всё вопреки Сталину. Отсюда постоянное ухудшение результатов, отсюда его «реформистские» метания и заседательская суета.

Создание дефицита товаров народного потребления и продуктов питания, естественно, способствовало формированию и разрастанию теневой экономики.

Быстрой активизации теневой экономики способствовало и резкое ослабление контрольных функций государства в области экономической деятельности, произошедшее после смерти Сталина.

После 1953 г. произошло почти полное сворачивание функций МВД СССР в части экономического контроля. Одновременно происходило сокращение экономического контроля и со стороны прокуратуры, Министерства государственного контроля, Министерства финансов, Госбанка, других ведомств. Что это, как не сознательная хрущёвская диверсия, направленная на экономическое ослабление и расшатывание пролетарского государства, его экономического базиса – общественной собственности на орудия и средства производства.

Эйфория экономической свободы длилась примерно 5–7 лет. Экономическая преступность в разных сферах стремительно нарастала – хищения социалистической собственности, приписки, взятки, незаконное обналичивание денежных средств предприятий, создание подпольных производств, нелегальная торговля дефицитом, операции с валютой и т. д., и т. п.

Дело зашло так далеко, что в начале 60-х гг. началась тщательная проверка деятельности хозяйственных организаций и органов власти, были выявлены очень значительные размеры коррупции и злоупотреблений. К суду тогда было привлечено около 12 тыс. руководящих, в т. ч. 4 тыс. партийных работников. Хрущёв вновь вводит смертную казнь за экономические преступления. В 1961 г. количество смертных приговоров за экономические преступления составило 1990, в 1962–2159. В дальнейшем это количество стало сокращаться. 27 ноября 1962 г. совместным постановлением ЦК КПСС, Президиума Верховного Совета СССР и Совета Министров СССР был образован общесоюзный Комитет партийно-государственного контроля ЦК КПСС и Совета Министров СССР, и соответствующие органы на местах.

Но уже было поздно. «Джина» экономической преступности, выпущенного на свободу в 50-е годы, загнать обратно в бутылку так и не удалось.

Начали уже открыто сказываться последствия антисталинской кампании, развязанной Хрущёвым.

Далее Катасонов рисует картину теневой экономики при Хрущёве, которая была представлена в виде так называемых цеховиков и барыг.

Цеховиками называли тех, кто организовывал производство дефицитных товаров из неучтённого сырья и материалов либо на производственных мощностях действовавших предприятий, либо в специальных помещениях на неучтённом оборудовании. Фактически это был производственный капитал.

Первым разоблачённым цеховиком был Шая Шакерман. Устроившись начальником мастерских в психоневрологическом диспансере, в 1958 г. он закупил промышленные швейные и вязальные машины, которые тайком установил в бараках лечебницы. На них больные изготавливали модную одежду. Подельником Шакермана был Борис Ройфман, директор Перовской текстильной фабрики, имевшей 60 подпольных предприятий в разных регионах страны. В 1962 г. оба цеховика были арестованы. При обысках у них было изъято ценностей на сумму около 3,5 млн. руб. В 1963 г. оба были приговорены к смертной казни.

Барыгами называли тех, кто имел доступ к товарным фондам советской торговли и занимался реализацией товаров из-под прилавка. Иногда барыги выстраивали достаточно сложные схемы сбыта дефицита, в которых были задействованы сотни и тысячи людей. Барыги представляли торговый капитал.

Начинали они со спекуляций товарами народного потребления. Позднее товарный ассортимент деятельности барыг расширился, они начали торговать продуктами и материалами, которые использовались в промышленном и сельскохозяйственном производстве, строительстве, на транспорте. Это такая промежуточная продукция как цемент, кирпич, пиломатериалы, бензин, солярка, химические удобрения и т. п. Часть такой продукции шла цеховикам, часть сбывалась для личного использования. Для этого на государственных предприятиях пользовались приписками, в том числе завышая расход материалов и другой промежуточной продукции. Приписки помогали фиктивно выполнять и перевыполнять план, а образовавшиеся излишки материалов списывались. Вот пример, правда, уже из брежневского периода: колхозы и совхозы Тюменской области в 1977 г. продали за наличные деньги на сторону 637 т дизельного топлива и 2830 т бензина.

Были ещё и обычные спекулянты, которые не были встроены в какие-то устойчивые цепочки сбыта, а действовали стихийно, самостоятельно. Разновидностью спекулянтов были фарцовщики. Они занимались реализацией товаров, выменянных или перекупленных у иностранцев. Этот вид спекуляции существовал преимущественно в Москве, Ленинграде, крупных портовых городах. Фарцовщики стали достаточно распространённым явлением после VI Всемирного фестиваля молодёжи и студентов в Москве в 1957 г. Кроме импорта, реализовывалась и советская продукция, зачастую под видом фирменной, создававшаяся в подпольных цехах. Фарцовщики нередко были и валютчиками, т. е. занимались куплей и продажей иностранной валюты, что квалифицировалось как уголовное преступление, так как в стране была государственная валютная монополия.

Именно при Хрущёве начали наблюдаться признаки сращивания теневой экономики с партийно-государственным аппаратом – сначала на уровне районов и городов, а затем и выше. Современный исследователь советской подпольной экономики К. Скоркин пишет об этом сращивании: «Преодоление последствия культа личности освободило сознание партийно-советских функционеров от страха за свою шкуру (выделено мною, Д. И.), сформировало психологию корпоративной безнаказанности. Это величайшее достижение хрущёвской «демократии». Важно также отметить, что уровень жизни партийно-советских функционеров районного и городского звена к началу шестидесятых годов был относительно низок. Зато их бытовые потребности за послевоенные годы постоянно росли. Теневой капитал предложил таким мелким функционерам КПСС и Советской власти дополнительный доход в материальной и денежной форме через систему государственной торговли. Такой подкуп партийно-советских функционеров районного уровня осуществлялся десять лет. Он завершился к началу семидесятых годов». И Скоркин далее пишет: «Кормильцем районных функционеров партийного и советского аппарата являлся теневой капитал». А если он являлся кормильцем, то всё более влиял на принятие решений в районе, а затем и на более высоких этажах власти. Теневая экономика продолжала укрепляться все последующие годы вплоть до перестройки Горбачёва.

В стране, по мнению некоторых исследователей, стал складываться государственный капитализм. Член Коммунистической партии Германии (ФРГ) Вилли Дикхут выпустил книгу «Реставрация капитализма в Советском Союзе» («Die Restauration des Kapitalismus in der Sowjetunion»); она выходила частями в 1971–1988 гг.; в России была опубликована в 2004 г.

По мнению Дикхута, Хрущёв не просто совершил ряд ошибок в деле социалистического строительства. При нём в конце 1950-х – начале 60-х произошла реставрация капитализма. Этот вывод немецкого коммуниста вытекал из другого шокирующего вывода о том, что партийно-государственная бюрократия в СССР начала превращаться в буржуазию, т. е. в СССР стал складываться государственный капитализм. Реставрация капитализма начала складываться с ХХ съезда КПСС, на котором Хрущёв развенчал «культ личности» Сталина. Дикхут совершенно правильно оценил секретный доклад Хрущёва, сказав, что удар наносился не лично по Сталину, а по той модели социально-экономического развития СССР¸ которая была разработана и практически воплощалась в жизнь Сталиным.

Немецкий коммунист, отмечает Катасонов, датирует полную реставрацию капитализма как раз тем временем, когда Хрущёв на XXII съезде КПСС (1961 г.) провозгласил, что к 1980 г. в СССР будет построен коммунизм. Провозгласил одно, а сформировано то было другое.

Впрочем, по моему мнению, госкапитализм у нас в стране в хрущёвско-брежневский период ещё сформирован не был. Всё-таки господствующей формой собственности была собственность общественная. Но предпосылки к реставрации капитализма в лице формировавшегося теневого капитала и началом обуржуазивания, перерождения партийно-государственного руководства, были созданы.

По мнению некоторых исследователей, отмечает Катасонов, реформа Косыгина-Либермана является плодом не каких-то умственных размышления и открытий, а результатом лоббистских усилий со стороны теневого капитала. Так, Скоркин пишет: «К 1965 г. теневой капитал настолько окреп и обнаглел, что предпринял впервые в СССР попытку повлиять на экономическую политику ЦК КПСС. Именно он инициировал так называемую реформу 1965–1966 гг.».

Я уже писало о том, что заказчиком реформы Косыгина-Либермана выступал мировой сионистский капитал. Но то, что эта реформа проводилась в интересах теневого капитала, в интересах формирующегося класса буржуазии, это несомненно.

Разрушительные последствия реформы 1965 г. не заставили себя ждать. Уже в 1966–1967 гг. органами МВД СССР были ликвидированы подпольные цеха на 45 государственных заводах и фабриках, относящихся к пищевой, лёгкой и текстильной промышленности, производства строительного материала, обработки леса. Руководство ЦК КПСС тогда осознало силу криминальных денег и не на шутку испугалось, пишет Катасонов. Формально реформа имеет хронологические рамки 1965–1969 гг. Однако «тормоза» были включены уже в 1966 г. после этого наступил длительный почти двадцатилетний застой, За внешней статичностью советской жизни скрывался невидимый процесс накопления сил подпольного капитала.

Масштабы операций цеховиков и барыг во времена Брежнева возросли во много раз по сравнению с хрущёвским периодом. В частности, Катасонов приводит пример «Меховой мафии», крупнейшем организованном преступном формировании в нашей стране, раскрытом КГБ СССР в 70-е годы. Основные фигуранты дела цеховики Лев Дунаев, Рудольф Жатон, Пётр Снобков, Иосиф Эпельбейм. Производство «левой» продукции было налажено на базе фабрики в г. Караганда Казахской ССР. 7 января 1974 г. было арестовано в общей сложности 500 человек, причастных к «меховой мафии». На квартирах, дачах, местах работы обвиняемых были проведены обыски. Были найдены миллионы рублей в трёхлитровых банках, сотни килограммов драгоценных камней, драгметаллов. У одного только Снобкова было изъято 24 кг золотых колец, более 5 млн. руб. наличными, около сотни сберкнижек на предъявителя. И несмотря на попытки развалить дело, Снобков, Эпельбейм и Дунаев были приговорены к расстрелу, Жатон получил 15 лет лишения свободы.

Происходило усиление коррупции в партийно-государственном аппарате. Дело уже не ограничивалось предоставлением барыгами дефицитных товаров для аппарата, отмечает Катасонов. В ход пошли деньги. Простым советским людям навязывалось мнение, что коррупция для социалистического строя является нехарактерным явлением. С точки зрения теории это верно. Но при условии уменьшения товарного производства и товарно-денежных отношений, которые автоматически порождают коррупцию. При Сталине этот процесс совершался именно в сторону уменьшения с целью постепенной замены товарообмена продуктообменом, при накапливании соответствующих материальных запасов. Также при Сталине жесточайшим образом преследовались и наказывались коррупционеры.

При Хрущёве, как уже отмечалось, эти процессы пошли в обратную стороны, в сторону нарастания товарно-денежных отношений, что создавало экономические условия для возвратного классообразования и возрождения буржуазии в форме теневого капитала. Вместе с этим процессом росла и коррупция. Как отмечает Катасонов, с середины 1950-х гг. до 1986 г., т. е. до начала перестройки, регистрируемое в уголовной практике взяточничество возросло в 25 раз.

Провозглашалось одно, а в жизни происходило прямо противоположное.

Катасонов задаёт вопрос: что хотели теневики получить от партийно-государственных функционеров?

И отвечает на него:

Во-первых, гарантии своей неприкосновенности.

Во-вторых, должности в том же самом партгосаппарате для своих родственников, места в престижных вузах для своих детей, выезд за границу для себя и своей родни.

В-третьих, получение услуг, которые бы способствовали дальнейшему развитию теневого бизнеса, в т. ч. получение дополнительного доступа к товарным фондам (для барыг), к оборудованию и сырью (для цеховиков), создание искусственных дефицитов на товары.

Многие дефициты в советской торговле, отмечает Катасонов, были искусственными и создавались для того, чтобы дополнительно вздувать цены на «чёрном рынке». И он приводит пример из журнала «За рулём» о создании дефицитов на авторынке:

«После создания в СССР в 70-х годах сети «фирменных» станций техобслуживания (СТО), основная часть запчастей стала поставляться именно им. Специализированные магазины получали лишь небольшой процент запчастей, которые немедленно раскупались. Причём общий их выпуск на каждый период времени был подсчитан с учётом естественного износа автопарка, без большого запаса.

Однако вместо ожидавшегося быстрого и удобного для автолюбителя ремонта на практике это привело к неожиданному эффекту в виде возникновения всё более усугублявшегося со временем дефицита запасных частей к легковым автомобилям. Дело же было в том, что созданные на складах СТО запасы запчастей работниками утаивались. Склады, в основной своей массе великолепно снабжавшиеся запчастями СТО, буквально ломились – внезапные проверки ОБХСС (отдел по борьбе с хищением социалистической собственности – подразделение МВД СССР. – В. К.) выявляли наличие десятков и сотен деталей каждого наименования, в т. ч. и наиболее «дефицитных» – при этом обращавшиеся на СТО граждане получали от диспетчеров неизменный отказ под предлогом отсутствия запчастей. Естественно, подобное было бы невозможно без ведома начальства самого различного уровня, хотя доказать наличие преступного сговора было обычно крайне непросто.

Следующим шагом криминального промысла было вовлечение наиболее «сговорчивых» автолюбителей в схему по незаконной продаже запчастей со склада «из-под полы», осуществляемой «на местах» самими работниками СТО или их доверенными лицами. При этом «клиент» оплачивал помимо запчасти ещё и «труд» посредников, а также фиктивную работу по её установке, за счёт чего СТО выполняла спущенный ей план, хотя реально никаких или практически никаких работ в отчётный период могла и не производить, т. е. в противоположность современным аферистам от автосервиса советские не стремились навязать клиенту лишние работы, а, наоборот, старались производить даже те из них, что были зафиксированы, фиктивно. В результате помимо многократной переплаты автовладелец ещё и был вынужден сам устанавливать запчасть на свой автомобиль. В созданной таким образом ситуации, тем не менее, он был доволен и этим.

Торговля похищенными запчастями велась также и на стихийных рынках, как правило, расположенных вблизи крупных автотрасс. Там можно было купить запчасти всегда, в любом количестве и ассортименте, но с огромной переплатой. Например, в середине 80-х госцена комплекта вкладышей коленвала для «Жигулей» составляла вполне доступные 7 руб. 20 коп, но «из-под полы» они продавались по 140 руб. (что сравнимо со среднемесячной зарплатой в те годы – В. К.)».

Метастазы коррупции стали глубоко проникать в жизнь советского общества. Отдельные громкие дела по осуждению коррупционеров уже не могли ничего изменить.

В 1985 г. к власти в партии и стране пришёл Горбачёв – выдвиженец теневого капитала, ставленник крупнейших мировых империалистических кругов. Недаром ещё в бытность секретаря ЦК КПСС Горбачёв вместе с Раисой был принят Маргрет Тэтчер в 1984 г. Англо-саксонский сионистский капитал проводили смотрины будущего предателя и разрушителя Советской Родины. По сути, тогда и было одобрено решение способствовать выдвижению Горбачёва на пост Генсека.

В СССР теневая экономика к середине 80-х годов достигла небывалого расцвета. По некоторым оценкам, треть спроса населения на услуги удовлетворялась теневой экономикой. Хозяйственные связи вне государственного контроля способствовали росту так называемых нетрудовых доходов, выпуску «левой» неучтённой продукции практически во всех областях производства.

Доходы теневиков, по приблизительным экспертным оценкам, в начале 80-х гг. оценивались в 80 млрд. руб., что соответствовало ¼ доходов госбюджета страны.

Уже к 1989 г. специалисты говорили о наличии в стране 100 тысяч (!) подпольных миллионеров, которые стремились легализовать огромные денежные средства. Теневой капитал тогда оценивался в 500 млрд. руб., что составляло сумму, близкую ко всему годовому доходу государственного бюджета СССР. Этому капиталу уже было тесно в рамках формально социалистических отношений. Он требовал выхода на легальную арену.

Социально-экономической основой государственного капитализма стало тесное сращивание теневого подпольного капитала с партийно-государственной верхушкой.

Партийный аппарат всех уровней в начале 80-х гг. составлял примерно 500 тыс. человек (из почти 20-миллионной КПСС) и он полностью оторвался от рабочего класса, от народа и жил уже другой, буржуазной жизнью.

Катасонов в пример приводит состав ЦК КПСС 1981 г.: секретари республиканских ЦК и обкомов (крайкомов) партии – 35 %, работники отделов ЦК КПСС – 9 %, министерские чиновники – 31 %, военные – 7 %, дипломаты – 4 %, деятели культуры – 3 %, работники КГБ – 2 %, профсоюзные деятели – 2 %, т. е. 93 % всего состава ЦК, это – представители бюрократии. Плюс к этим 500 тыс. Катасонов добавляет ещё примерно 1 млн. работников государственно-административного и хозяйственного аппарата – министерства, главки, директора предприятий… Это была бюрократическая верхушка, полностью обуржуазившаяся.

По сути, под видом горбачёвской перестройки была осуществлена контрреволюция, в результате которой был легализован теневой капитал, был реставрирован капитализм.

#### § 4. Общегосударственная автоматизированная система учёта и обработки информации (ОГАС)

Именно в то время, когда Хрущёв начал свои экономические антисталинские «реформы», в Советском Союзе шли работы по созданию автоматизированной системы управления (АСУ) экономикой.

Первым, кто поставил перед высшим руководством страны и научной общественностью вопрос о необходимости управления экономикой СССР в масштабах всей страны на основе повсеместного применения электронно-вычислительных машин (ЭВМ), был Анатолий Иванович Китов.

Первопроходческую роль Китова в создании Единой Государственной сети вычислительных центров (ЕГСВЦ) отмечает ряд известных отечественных и зарубежных историков науки. Так, сотрудник Института истории науки им. И. Ньютона при Массачусетском технологическом институте С. Герович (S. Gerovich) пишет: «Первое предложение создать в СССР общенациональную компьютерную сеть многоцелевого назначения, в первую очередь для экономического управления в масштабе всей страны, поступило непосредственно из Вооружённых Сил СССР от инженер-полковника Анатолия Ивановича Китова». Об этом же пишет и известный учёный и историк информатики Б. Н. Малиновский: «Осенью 1959 г. А. И. Китову пришла в голову идея о целесообразности создания единой автоматизированной системы для управления Вооружённых Сил и народного хозяйства страны на базе общесоюзной сети вычислительных центров, создаваемых и обслуживаемых Министерством обороны. При большом отставании в производстве ЭВМ от США, концентрация выпускаемых ЭВМ в мощных вычислительных центрах и их чёткая и надёжная эксплуатация военным персоналом позволили бы сделать резкий скачок в использовании ЭВМ».

Ещё в начале 1956 г. Китовым впервые было сказано о возможности автоматизации управления на основе применения ЭВМ в написанной им книге «Электронные цифровые машины» – первой отечественной книге по ЭВМ и программированию. Г. И. Марчук, президент Академии наук СССР в 1986–1991 гг., сказал, что эта книга Китова «фактически сделала переворот в сознании многих исследователей». Б. Н. Малиновский указывает, что В. М. Глушков свои первые компьютерные знания получил именно из этой книги: «Ещё до приезда в Киев, живя в Свердловске, Глушков в 1956 г. прочитал его книгу «Электронные цифровые машины» – первую книгу-учебник по вычислительной технике». В. П. Исаев указывает: «Эту монографию А. И. Китова можно считать предтечей отечественных АСУ».

В 1958 г. Китов поставил вопрос о создании системы управления экономикой СССР на основе единой государственной сети ЭВМ в общесоюзном масштабе. Это своё предложение он продекларировал в брошюре «Электронные вычислительные машины», опубликованной массовым тиражом Всесоюзным обществом «Знание». В этой работе впервые в СССР была изложена перспектива «комплексной автоматизации информационной работы и процессов административного управления и планирования в масштабах всей страны». Предлагалось объединить все крупные вычислительные центры в Единую государственную сеть вычислительных центров.

Предложение о перестройке управления экономикой СССР путём создания общегосударственной автоматизированной системы управления народным хозяйством страны на основе ЕГСВЦ содержалось в письме Китова Хрущёву, которое он направил в ЦК КПСС 7 января 1959 г. В этом письме он предложил создать общенациональную компьютерную сеть многоцелевого назначения, предназначенную для планирования и управления экономикой в масштабе всей страны. Там же Китов предложил главе правительства СССР «чтобы дело не было пущено на самотёк», создать единый координирующий общесоюзный орган по разработке, внедрению и эксплуатации всех АСУ в стране – Госкомупр. Китов считал, что без создания такого органа, подчиняющегося кому-нибудь из членов Политбюро ЦК КПСС, дело создания общегосударственной АСУ будет обречено на неудачу. По мнению Китова, создание Госкомупра позволило бы вести работы по АСУ по согласованным централизованным планам, и было бы свидетельством того, что высшее руководство СССР «не на словах, а на деле» поддерживает создание Общегосударственной автоматизированной системы (ОГАС) управления народным хозяйством страны.

Руководство страны частично поддержало предложения, содержащиеся в письме Китова. Было принято совместное Постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР (май 1959) об ускоренном создании новых ЭВМ и широком их использовании в различных областях народного хозяйства. Однако главное предложение Китова об автоматизации управления экономикой всего СССР на основе создания ЕГСВЦ в этом Постановлении учтено не было. Также не был создан и Госкомупр.

Осенью 1959 г. Китов послал Хрущёву второе письмо, в котором он предложил способ существенного сокращения затрат государства на создание ОГАС по управлению экономикой страны на основе ЕГСВЦ. Это письмо содержало разработанный Китовым ещё более радикальный 200-страничный проект «Красная книга» – проект создания Общесоюзной сети двойного назначения – военного и гражданского, для управления экономикой страны в мирное время и Вооружёнными Силами СССР – в военное.

Китов предлагал вместо распыления по десяткам тысяч предприятий, учреждений и организаций средств ВТ сосредоточить их в Единой государственной сети мощных вычислительных центров военного подчинения. В мирное время эти центры должны были решать народно-хозяйственные и научно-технические задачи как для центральных органов, так и для региональных предприятий и учреждений. Военные задачи должны были решаться в случае возникновения «особых периодов», обслуживаться эти ВЦ должны были военным персоналом.

Научный руководитель НПО «Квант» академик РАН В. К. Левин в своей статье «Наше общее дело» пишет: «Большой резонанс имело письмо Анатолия Ивановича Китова в правительственные инстанции в 1959 г., где им было выдвинуто предложение об объединении между собой систем ЭВМ, распределённых на территории всей страны, и о создании тем самым сети ВЦ общегосударственного значения в интересах народного хозяйства и обороны. По существу, предопределялось то, что впоследствии получило мировое развитие и сейчас называется Grid-технологиями – объединение многих вычислительных ресурсов для решения задач глобального масштаба».

В 1959–1962 гг. Китов продолжает отстаивать и пропагандировать свои взгляды в докладах и публикациях. Важное значение имел сделанный им в 1959 г. доклад «О возможностях автоматизации управления народным хозяйством» на Всесоюзной конференции по математике и вычислительной технике – первый в стране доклад по тематике АСУ. Это подчёркивал и В. М. Глушков в своих лекциях, которые он читал в Академии управления народным хозяйством для управленцев СССР высшего звена. Позднее этот первый в стране доклад по АСУ в виде отдельной статьи был опубликован в 1961 г. в преддверии XXII съезда КПСС.

Это была пионерская основополагающая работа о насущной необходимости перестройки в СССР технологии управления путём создания Общегосударственной автоматизированной системы управления экономикой. В статье вся советская экономика интерпретировалась как «сложная кибернетическая система, которая включает огромное число взаимосвязанных контролируемых циклов». Китов предлагал оптимизировать функционирование этой системы, создавая большое количество распределённых по территории СССР региональных вычислительных центров для того, чтобы собирать, обрабатывать и перераспределять экономические данные для эффективного планирования и управления. Как предлагал Китов, объединение всех этих ВЦ в общенациональную сеть привело бы к созданию «Единой централизованной автоматизированной системы управления народным хозяйством страны». Статья получила большой резонанс в Советском Союзе и за рубежом, в частности, в США, где была опубликована в известном журнале Operations Research (Vol.11, #6, Nov.-Dec.) развёрнутая положительная рецензия, в которой особо выделялся раздел статьи Китова, посвящённый ЕГСВЦ.

Китов убеждал руководство страны в том, что реализация его проекта «Красная книга» позволит СССР обогнать США в области разработки и использования вычислительной техники, не догоняя их (как он говорил «Обогнать, не догоняя»). Однако резкая критика состояния дел в МО страны с внедрением ЭВМ, содержащаяся в преамбуле к докладу, подготовленному осенью 1959 г. для ЦК КПСС, а также предложения по коренной перестройке системы управления как в Министерстве обороны, так и в высших эшелонах власти СССР, содержащиеся в докладе, определили негативное отношение к докладу со стороны руководства МО СССР и работников аппарата ЦК КПСС, что в конечном итоге привело к исключению Китова из КПСС и снятию с занимаемой должности. Проект «Красная книга» был отвергнут.

Погибнуть идее Китова не дал директор Института кибернетики АН УССР академик Виктор Михайлович Глушков (1923–1982). В 1962 г. Глушков подсчитал, что при сохранении неизменным уровня технической оснащённости сферы планирования, управления и учёта (а он был и для того времени совершенно недостаточным) уже в 1980 г. потребовалось бы занять в этой сфере всё взрослое население Советского Союза.

Глушков переосмыслил идеи Китова и заручился в 1962 г. поддержкой А. Н. Косыгина, бывшего в то время заместителем Председателя Совета министров СССР, активизации работ по созданию АСУ. В стране началась масштабная кампания по созданию АСУ в государственных ведомствах и на предприятиях, которая захватила сотни тысяч граждан и продолжалась до начала горбачёвской перестройки.

Глушков обладал большими полномочиями: «Я имел возможность прийти в любой кабинет – к министру, председателю Госплана – и задавать вопросы или просто сесть в уголке и смотреть, как он работает», – отмечает академик. Помимо знакомства со стилем работы высших органов управления, Глушков активно ездил по стране, изучал работу шахт, железных дорог, морских портов, аэропортов и заводов самых разнообразных отраслей. За один 1963 г. Глушков посетил больше сотни объектов народного хозяйства, а затем в течение ещё десяти лет их число многократно возросло.

По замыслу Глушкова, основное назначение ОГАС – с помощью вычислительной техники «обуздать» потоки экономической информации, получить в памяти ЭВМ объективный образ происходящих в экономике процессов, обеспечить управленцев оперативными и точными данными, научиться моделировать и прогнозировать экономическое развитие. Технически ОГАС представлялась ему как единая, масштаба всей страны, система из тысяч вычислительных центров, отдельных АСУ предприятий (АСУП) и автоматизированных систем отраслевого управления (ОАСУ). В качестве примера, показывающего эффект от внедрения АСУП, можно привести Львовский телевизионный завод, который стал одним из первых, где была создана АСУП. В ЭВМ поступала информация с пяти складов, нескольких конвейеров и множества датчиков, установленных на различных участках производства. В результате применения АСУП удалось добиться высокой слаженности работы всего предприятия. Также удалось снизить уровень производственных запасов на 15 %, на 15 % сократился цикл производства.

Ключевым моментом для реализации ОГАС было создание Единой государственной сети вычислительных центров (ЕГСВЦ). Сеть должна была объединить 100–200 крупных вычислительных центров в промышленных городах и экономических центрах. В рамках ОГАС задумывалось также развертывание распределенного банка данных и разработка системы математических моделей управления экономикой. Предполагалось, что из любой точки системы можно будет получить доступ к любой информации, конечно, при наличии соответствующих полномочий, которые проверялись бы автоматически. Кроме этого ОГАС предусматривала безденежную систему расчетов населения.

К середине 1964 г. под руководством Глушкова группой советских учёных, в которую входил и Китов, был разработан предэскизный проект ЕГСВЦ. Китов в течение пяти лет был соратником и заместителем Глушкова по работам, проводимым в области АСУ в девяти оборонных министерствах страны. В 1964 г. проект был представлен правительству СССР. Но тут заволновались американцы. По словам советника Кеннеди, ставка на кибернетику давала СССР огромное преимущество, и если США будут продолжать её игнорировать, то в ближайшее время с ними «будет покончено».

Заволновались и доморощенные советские бюрократы, которые очень боялись потерять свою власть и влияние. Сначала восстало руководство ЦСУ (Центральное статистическое управление), затем пошли бесконечные комиссии по изучению проекта, не дававшие делу сдвинуться с мертвой точки.

Как вспоминал В.М,Глушков:

«… каждую неделю почти мы заседали и смотрели проект по страницам – а проект был очень толстый, несколько книг (1500 и 2000 страниц). И происходило так: Федоренко возражает против этого положения – выбросили его, министерство финансов возражает против того – тоже выкинули. И так далее. В конце концов, от проекта, от его экономической, собственно, части почти ничего не осталось, осталась только сама сеть…

А против всего проекта в целом начал резко возражать Старовский В. Н., который тогда был начальником ЦСУ. Возражения его были демагогическими. Мы настаивали на новой системе учета, такой, чтобы из любой точки любые сведения можно было в тот же момент получить. А он начал ссылаться на то, что в 1922 г. по инициативе В. И. Ленина ЦСУ было организовано, что ЦСУ справляется, сбегал к А. Н. Косыгину, получил от него заверения, что той информации, которую дает правительству ЦСУ, достаточно для управления, и что поэтому ничего делать не надо…

Начиная с 1964 года (времени появления моего проекта) против меня стали открыто выступать ученые-экономисты Либерман, Белкин, Бирман и другие, многие из которых потом уехали в США и Израиль (Либерман, Бирман какие говорящие фамилии!). Косыгин, будучи очень практичным человеком, заинтересовался возможной стоимостью нашего проекта. По предварительным подсчетам его реализация обошлась бы в 20 миллиардов рублей. Основную часть работы можно сделать за три пятилетки, но только при условии, что эта программа будет организована так, как атомная и космическая. Я не скрывал от Косыгина, что она сложнее космической и атомной программ, вместе взятых, и организационно гораздо труднее, так как затрагивает все и всех: и промышленность, и торговлю, планирующие органы, и сферу управления, и т. д. Хотя стоимость проекта ориентировочно оценивалась в 20 миллиардов рублей, рабочая схема его реализации предусматривала, что вложенные в первой пятилетке первые 5 миллиардов рублей в конце пятилетки дадут отдачу более 5 миллиардов, поскольку мы предусмотрели самоокупаемость затрат на программу. А всего за три пятилетки реализация программы принесла бы в бюджет не менее 100 миллиардов рублей. И это еще очень заниженная цифра».

Как раз тогда в США была впервые обнародована идея Ликлайдера о распределённой сети компьютеров, но к проектированию ARPANET (прообраза интернета) даже ещё не приступали. Так что масштабная идея Глушкова и его соратников значительно опередила своё время.

В 70-х материалы об ОГАС были рассекречены, в 1972 году проект упоминался в директивах XXIV съезда КПСС. И в это же время появляются резкие антиглушковские публикации в западной прессе. Они, с одной стороны, предостерегали власти, что Глушков намерен заменить кремлевское руководство вычислительными машинами. С другой – должны были подействовать на интеллигенцию: автор одной из статей выдвигал версию о том, что сеть с банками данных делается по заказу КГБ для тотальной слежки за советскими гражданами. Глушков был убежден, что причиной этой вакханалии были небезосновательные опасения, что ОГАС сможет значительно укрепить экономику СССР. Одновременно формировалась мощная оппозиция идеям Глушкова со стороны советских экономистов.

Из воспоминаний В. М. Глушкова:

«Заволновались американцы. Потому что они не на войну делают ставку – это только прикрытие, они гонкой вооружений стремятся задавить нашу экономику… И, конечно, любое укрепление нашей экономики – это для них самое страшное, что только может быть. Поэтому они сразу по мне открыли огонь всеми калибрами, какими только можно. Появилось сначала две статьи – одна в «Вашингтон пост» Виктора Зорзы, а вторая – в английской «Гардиан». Статья Виктора Зорзы называлась «Перфокарта управляет Кремлем», рассчитана была на наших руководителей. Там было написано так, «Царь советской кибернетики академик В. М. Глушков предлагает заменить кремлевских руководителей вычислительными машинами». Ну и так далее, так они умеют, низкопробная такая статья.

Статья в «Гардиан» была рассчитана на советскую интеллигенцию. Там было сказано, что, вот В. М. Глушков предлагает сеть вычислительных центров с банком данных, что это, конечно, звучит очень современно, и это более передовое, чем есть сейчас на Западе, но что это есть на самом деле не для экономики, а что это заказ КГБ на то, чтобы мысли советских граждан упрятать в эти банки данных и следить за каждым человеком.

Эту вторую статью все «голоса», которые есть: и «Голос Америки», и «Би-би-си», и «Немецкая волна» – передавали раз пятнадцать на разных языках на Советский Союз и страны социалистического лагеря.

Потом последовала целая серия перепечаток других ведущих капиталистических газет: и американских, и западноевропейских, потом серия новых статей. Тогда же вот странные вещи начали случаться с самолётами. Кстати, непонятно, против меня ли это была диверсия тогда, когда Ил-62 из Монреаля в 1970 г. вылетел и вынужден был вернуться: в горючее что-то подсыпали, летчик опытный почувствовал что-то неладное, уже когда мы летели над Атлантикой, и возвратился назад. Слава богу, все обошлось, но это дело так и осталось загадкой. А позже немного был случай в Югославии, когда на нашу машину чуть не налетел грузовик, который поехал на красный свет – шофер чудом сумел увернуться. Поджог квартиры в Москве в ночь на 1 Мая.

И наша вся оппозиция, в частности экономическая, на меня ополчилась. В начале 1972 г. в «Известиях» была опубликована статья Мильнера, он тогда был заместителем директора Института Соединенных Штатов Америки Арбатова.

Статья называлась «Уроки электронного бума». В ней он пытался доказывать, что американцы переболели этой болезнью, что теперь у них уже вычислительных машин никто не берет, и спрос на машины упал.

И последовал целый ряд докладных записок в ЦК КПСС от наших экономистов, командированных в США (какого черта они там делали и сколько из них стали агентами влияния и/или саботажниками?), где использование вычислительной техники для управления экономикой приравнивалось к абстрактной живописи, как мода. Что, мол, потому только капиталисты покупают машины, что это модно, так же как и абстрактные картины, чтобы не показаться несовременными. Это имело самые отрицательные последствия, поскольку шло наверх».

Больше полутора десятилетий ушло на то, чтобы пытаться убедить власть предержащих в необходимости реализации проекта ОГАС. Не нужна была партгосаппарату система, которая точно знала, что происходит в экономике. И руководителям предприятий такая система была не нужна. Ведь тогда, как мы уже писали выше, действовало негласное правило: хороший директор тот, кто может выбить в министерских коридорах низкий план, чтобы иметь гарантированное материальное вознаграждение на проценты с выполненного плана. Значит, надо любой ценой скрывать свои внутренние ресурсы, не выпускать «наверх» объективную информацию о состоянии дел в подведомственном хозяйстве.

Косыгин не был руководителем сталинского уровня. Он поддался либерманам, спасовал перед советской бюрократией и, вместо внедрения ОГАС, которая открывала информационно-технические возможности создания экономического базиса коммунистического общества, провёл в жизнь экономическую реформу 1965 г., развернувшую нашу экономическую систему на попятной путь развития, на путь возврата на капиталистические рельсы.

Ярым критиком ОГАС проявил себя и Гавриила Попов, один из активных участников горбачёвской контрреволюции. Вот что он писал по данному вопросу: «У меня к Институту экономики были своим счёты. Он – как я считал – не давал должного отпора наступлению Центрального экономико-математического института. А ЦЭМИ сначала вообще чуть ли не солидаризировался с моделью полной «АСУнизации» страны академика В. М. Глушкова (модель предполагала замену всего аппарата управления экономикой сетью автоматизированных центров – АСУ). Потом ЦЭМИ перешёл к другой модели – СОФЭ (Система оптимального функционирования экономики, Д. И.), – где всё планирование и управление заменяла сложно взаимодействующая иерархия математических моделей. Я, как сторонник других взглядов на управление, считал СОФЭ и АСУ главными опасностями, что-то вроде «электронного фашизма». И, естественно, негодовал на Институт экономики, который первым должен был бы со всем этим бороться».

Как видим, ОГАС и некоторые другие модели управления экономикой, страшили бюрократов, боявшихся потерять свою власть, влияние и подпольно нажитые капиталы.

(При написании данного раздела по ОГАС использованы материалы статей: Николай Абышев «ОГАС. Опередившая время», «ОГАС академика Глушкова», «Общегосударственная автоматизированная система учёта и обработки информации»).

## Часть II. Современный империализм. Исторический тупик

### Глава 7. Между двумя мировыми войнами

#### § 1. И. В. Сталин об империализме

На каждом съезде партии товарищ Сталин говорил не только о задачах строительства социализма в нашей стране, но и давал глубокий анализ внешнеполитических условий, в которых это строительство осуществляется, давал анализ положения дел в мировой системе империализма.

В Политическом отчёте ЦК XIV съезду партии (декабрь 1925 г.) Сталин первый раздел посвятил международному положению (Соч., т. 7, стр. 261–297).

Он отметил, что основным и решающим событием последнего времени является установление некоторого временного равновесия сил между Советским Союзом и странами капиталистического мира, что наступил «некоторый период «мирного сожительства» между миром буржуазии и миром пролетариата». Сталин подчеркнул, что в основе этого лежит внутренняя слабость мирового капитализма и «рост революционного движения рабочих вообще, особенно рост сил у нас, в стране Советов».

Сталин показал, что в основе слабости капиталистического мира лежит ряд непреодолимых противоречий, которые он свёл к пяти группам.

Первая группа – противоречия между пролетариатом и буржуазией в капиталистических странах.

Вторая – противоречия между империализмом и освободительным движением колоний и зависимых стран.

Третья – противоречия между государствами-победителями в империалистической войне и государствами побеждёнными.

Четвёртая – противоречия между самими государствами-победителями.

Пятая – противоречия между Страной Советов и странами капитализма в целом.

И затем Сталин подробно рассмотрел суть каждой из этих пяти групп противоречий.

1. Противоречия между пролетариатом и буржуазией в странах капитализма.

Сталин показал, что капитализм выкарабкался из послевоенного хаоса в производстве, торговле, финансовой области, что наступила временная стабилизация капитализма и, соответственно, власть буржуазии начала укрепляться. «Послевоенный хозяйственный кризис Европы изживается, производство и торговля идут к довоенной норме», – заключил Сталин.

Вторым моментом является то, что период подъёма революционных волн сменился периодом временного отлива, периодом собирания, накопления сил со стороны пролетариата. «Это значит, что вопрос о взятии власти, о захвате власти пролетариатом с сегодня на завтра не стоит сейчас в порядке дня в Европе».

В-третьих, «центр финансового могущества в капиталистическом мире, центр финансовой эксплуатации всего мира из Европы переместился в Америку» (выделено мною, Д. И.). Сталин на цифрах показывает, как растёт экономическое могущество Америки, в частности – «из 9 миллиардов всего мирового золотого запаса около 5 миллиардов находится в Америке», валюта США является самой твёрдой валютой мира, добыча нефти в США составляет 70 % всей мировой добычи, Америка почти единственная страна, которая вывозит капитал во всё возрастающем количестве.

В-четвёртых, временная стабилизация капитализма в Европе достигнута с помощью главным образом американского капитала, ценой финансового подчинения Западной Европы Америке. Сталин показывает, что только государственная задолженность Европы Америке составляет не менее 26 млрд. руб., что «Европа стала более или менее подниматься на ноги за счёт притока капиталов из Америки (отчасти из Англии)…».

В-пятых, для того, чтобы выплачивать проценты и долги, Европа начала усиливать налоговое бремя населения, что ведёт к ухудшению положения рабочего класса и к его неизбежному революционизированию.

На основе этих факторов Сталин делает вывод, что временная стабилизация капитализма в Европе «есть стабилизация гнилая, выросшая на гнилой почве».

Завершая рассмотрение данного вопроса, Сталин обращает внимание на то, что круг «главных эксплуатирующих мир государств» по сравнению с довоенным временем, сократился. Раньше, до войны, главными эксплуататорами были Англия, Франция, Германия и отчасти Америка, то после войны «основными финансовыми эксплуататорами мира и, следовательно, основными кредиторами его являются Северная Америка и отчасти её помощница – Англия». Европейские страны, продолжая эксплуатировать свои колонии, сами попали в финансовое подчинение Америке, ввиду чего «эксплуатируются и будут эксплуатироваться Америкой».

«В этом, – подчёркивает Сталин – одна из причин неустойчивости и внутренней немощности нынешней стабилизации капитализма».

2. Говоря о нарастании противоречий между странами империалистическими и странами колониальными, Сталин обращает внимание на развитие промышленности и росте пролетариата в колониальных странах, росте национальной интеллигенции и культурности, нарастании национально-революционного движения в колониях, в частности – в освободительной борьбе, которую ведут народы Индии и Египта против английского империализма, Сирии и Марокко – против французского, Китая – против англо-японо-американского.

Также, в связи с необходимостью выплаты процентов европейскими странами Америке, они вынуждены усиливать гнёт и эксплуатацию в колониях, что ведёт к усилению кризиса и революционного движения в этих странах «и вопрос об изгнании империалистов из целого ряда колоний стоит на очереди».

3. После Версальского мира, отмечает Сталин, Европа оказалась расколотой на два лагеря: лагерь побеждённых (Германия, Австрия и др.) и лагерь победителей (Антанта плюс Америка).

Согласно плану Дауэса, Германия была обложена громадными репарационными выплатами победителям, около 130 миллиардов золотых марок – приводит цифру Сталин. В результате это ведёт к ухудшению экономического положения Германии, краху ряда крупных предприятий, росту безработицы и пр. «В этой части план Дауэса чреват неизбежной революцией в Германии», – отмечает Сталин.

Более того, чтобы взять средства, необходимые для репарационных выплат, Германия должна получить ряд свободных рынков, имеется в виду рынок российский. Но, отмечает Сталин, «мы вовсе не хотим превратиться в аграрную страну для какой бы то ни было другой страны, в том числе для Германии. Мы сами будем производить машины и прочие средства производства… В этой части план Дауэса стоит на глиняных ногах».

Конференция в Локарно (октябрь 1925 г.), закрепила сложившийся статус-кво, т. е. признание Германии побеждённой, а Антанту – победительницей.

В результате этого были узаконены потеря Германией Силезии, Данцигского коридора и Данцига, Украиной – Галиции и Западной Волыни, Белоруссией – западной её части, Литвой – Вильно.

Сталин обращает внимание на то, что Германия никогда не смирится с такой потерей и делает вывод: «Если план Дауэса чреват революцией в Германии, то Локарно чревато новой войной в Европе».

«Из истории Европы мы знаем, что каждый раз, когда заключались договоры о расстановке сил для новой войны, они, эти договоры, назывались мирными», – завершает рассмотрение данного пункта Сталин.

На конференции в Локарно, отмечается в первом томе «Истории второй мировой войны» (стр. 2), была заложена основа антисоветского блока Англии, Франции, Германии, Италии, Бельгии, Польши, Чехословакии.

4. Противоречия между странами-победительницами.

Сталин показывает, что имеет место усиление противоречий между такими ближайшими союзниками как Америка и Англия, усиление противоречий в борьбе за нефть, а также борьбе интересов Англии и Америки в Китае.

Вопрос о нефти, отмечает Сталин, есть «основной нерв всей хозяйственной и военной деятельности мировых держав». Как видим, уже в межвоенные годы борьба за нефть вышла в центр мировой политики, на что обратил своё внимание вождь пролетариата.

Ещё несколько высказываний Сталина по данному, нефтяному вопросу, ставшего центром противоречий крупнейших империалистических государств:

«… вопрос о нефти есть жизненный вопрос, ибо от того, у кого будет больше нефти, зависит, кто будет командовать в будущей войне… кто будет командовать мировой промышленностью и торговлей».

«Нефть… является жизненным нервом борьбы мировых государств за преобладание как во время мира, так и во время войны».

Также Сталин ведёт речь и о борьбе между Францией и Англией за господство на европейском континенте, борьбе между Америкой и Японией за преобладание в Тихом (Сталин говорит – Великом) океане.

Отмечает Сталин и такой немаловажный факт, как колоссальный рост вооружений. И задаётся вопросом, против кого направлено это оружие, если главный противник стран-победителей – Германия, повержена и разоружена; показывает, что ни Лига наций, ни II Интернационал не сделали ничего, кроме громких пацифистских заявлений, для разоружения, хотя к разоружению постоянно призывают большевики.

«Разве им не известно, что при росте вооружений «пушки сами начинают стрелять»? (выделено мною, Д. И.)», – задаёт риторический вопрос Сталин.

И делает вывод: «мы имеем дело не с миром дружеским между странами-победительницами, а с миром вооружённым, с состоянием вооружённого мира, чреватого войной».

И этот сталинский вывод подтвердился через 14 лет, когда началась вторая мировая война.

5. О противоречиях между Советским Союзом и капиталистическим миром.

Основным в этой группе противоречий, – подчёркивает Сталин, – является то, что «всеохватывающего капитализма во всём мире нет больше», что «мир раскололся на два лагеря: на лагерь империализма и лагерь борьбы против империализма».

Сталин отмечает, что во главе стран капитализма становятся Англия и Америка, а «во главе недовольных и борющихся насмерть с империализмом» – Советский Союз.

Отсюда вытекает, что создаются два основных центра притяжения: Англо-Америка – для буржуазных правительств и Советский Союз – для рабочих Запада и революционеров Востока.

«Два лагеря – два центра притяжения»

И Сталин приходит к выводу, что в лагере капитализма идёт распад и разложение, в связи с ростом противоречий, о которых речь шла выше; в лагере же социализма – сплочённость и всё возрастающее единство в борьбе против общего врага – империализма.

Сталин показывает, насколько глубоко международный рабочий класс заинтересован преобразованиями, происходящими в Советском Союзе. Он ведёт речь о рабочих делегациях, приезжающих в нашу страну, о «паломничестве» рабочих делегаций в Советский Союз, показывает исключительную важность этого для рабочего класса Запада. Многие рабочие Запада всё ещё уверены, что рабочий класс без буржуазии не может обойтись. «Этот предрассудок есть основная болезнь рабочего класса (выделено мною, Д. И.) на Западе, прививаемая ему социал-демократами», – отмечает Сталин. И наша задача, продолжает он, «дать возможность рабочему классу Запада, через своих делегатов убедиться в том, что рабочий класс, взяв власть, способен не только разрушать старое, но и строить социализм».

Далее Сталин затрагивает вопрос о внешнем положении СССР.

Он показывает, что началась полоса «признаний» Советского Союза, что уже заключены торговые договоры с рядом капиталистических стран, что мы «после установившейся полосы «совместного сожительства» с капиталистическими государствами, вступаем в богатые и широкие связи по торговой линии с капиталистическим миром».

Сталин останавливается ещё на двух вопросах.

О пропаганде, которую, якобы, ведёт Советский Союз как в Европе, так и в колониях и зависимых странах против империализма.

Сталин говорит о том, что никакой специальной пропаганды мы не ведём, что рабочие делегации, приезжающие к нам с Запада, «узнают о наших порядках и разносят весть о наших порядках по всем странам Запада», что является лучшей пропагандой «за строй Советов против строя капитализма».

То же самое касается и пропаганде на Востоке. Сталин отмечает: «Любой китаец, любой египтянин, любой индус, приехавший в нашу страну и побывший полгода в ней, имеет возможность убедиться, что наша страна является единственной страной, которая понимает душу угнетённых народов и которая умеет наладить сотрудничество пролетариев бывшей господствующей национальности с пролетариями бывших угнетённых национальностей».

Также Сталин разоблачает выдумки и слухи на Западе о том, что Коминтерн есть организация террористов и заговорщиков. Сталин по этому поводу заявляет: «ничего общего коммунисты не имели, не имеют и не могут иметь с теорией и практикой индивидуального террора, ничего общего коммунисты не имели, не имеют и не могут иметь с теорией заговоров против отдельных лиц. Теория и практика Коминтерна состоит в организации массового революционного движения против капитализма (выделено мною, Д. И.). Это верно. Это – задача коммунистов. Только невежды и идиоты могут смешивать заговоры и индивидуальный террор с политикой Коминтерна в массовом революционном движении».

Сталин, в частности, останавливается на китайской революции: «Силы революционного движения в Китае неимоверны… мы сочувствуем и будем сочувствовать китайской революции в её борьбе за освобождение китайского народа от ига империалистов и за объединение Китая в одно государство».

И затем Сталин останавливается на задачах партии в области международного революционного движения и в области внешней политики.

Вот что Сталин говорит по первому вопросу:

«наша страна есть база международной революции (выделено мною, Д. И.),… есть основной рычаг для развёртывания международного революционного движения, и если у нас здесь строительство идёт должным темпом, это означает, что мы свою работу в международном революционном движении… делаем так именно, как этого требует от нас партия».

В области внешней политики Сталин выделяет следующие четыре задачи:

– «Борьба за мир, борьба против новых войн», за разоблачение всех тех шагов, которые ведут к войне. И Сталин разоблачает Лигу Наций (тогдашний прообраз современной ООН), которая, под флагом пацифизма, «есть организация прикрытия подготовительной работы к войне».

– Расширение нашего товарооборота с внешним миром на основе монополии внешней торговли.

– Вести работу по линии сближения с побеждёнными в империалистической войне странами, «которые больше всего обижены и обделены из числа всех капиталистических стран».

– «Вести работу по линии смычки с зависимыми и колониальными странами».

XV съезд партии (декабрь 1927 г.).

Выступая с политическим отчётом ЦК на съезде, Сталин отметил, что «наша революция есть часть международного революционного движения угнетённых классов».

И поэтому первым вопросом, как и на предыдущем съезде, а также это имело место и на последующих съездах партии, был вопрос о нарастающем кризисе мирового капитализма и внешнем положении СССР (Соч., т. 10, стр. 271–291).

Сталин обратил внимание на то, что производство капиталистических стран за отчётный период, т. е. за два прошедших года после предыдущего съезда превысило довоенные нормы, «медленно, мелкими шажками продвигается вперёд».

Но есть две страны, которые не идут, а скачут вперёд, оставляя далеко позади довоенный уровень.

К ним Сталин отнёс США (по тогдашней терминологии – Северо-Американские Соединённые Штаты) и, отчасти, Японию. Так, в 1926 г. рост обрабатывающей промышленности США от довоенного уровня составил 152 %, а добывающей промышленности – 154 %.

На довоенный уровень выходит и мировая торговля. А США и Япония стремительно его превысили. Индекс внешнего товарооборота США по сравнению с довоенным уровнем составил в 1926 г. 143 %, в Японии – 170,1 %.

Сталин отмечает, что капитал также преуспел и в области улучшения техники и рационализации производства, в области технического прогресса, что привело «к дальнейшему усилению крупнейших трестов и к организации новых мощных монополистических картелей».

Но это не значит, что стабилизация капитализма может стать прочной, говорит далее Сталин: «Наоборот, из самой стабилизации, из того, что производство растёт, из того, что торговля растёт, из того, что технический прогресс и производственные возможности возрастают, в то время как мировой рынок, пределы этого рынка и сферы влияния отдельных империалистических групп остаются более или менее стабильными, – именно из этого вырастает самый глубокий и самый острый кризис мирового капитализма, чреватый новыми войнами и угрожающий существованию какой бы то ни было стабилизации».

И Сталин делает вывод:

«Из частичной стабилизации вырастает усиление кризиса капитализма, нарастающий кризис разваливает стабилизацию – такова диалектика развития капитализма в данный исторический момент».

Предсказание Сталина о нарастающем глубоком кризисе мирового капитализма сбылось ровно через два года, когда капиталистический мир поразила Великая депрессия.

Сталин показывает, что наиболее характерным фактором развития мирового капитализма является то, что это развитие идёт неравномерно, одни страны отстают, а другие выдвигаются вперёд.

И эта неравномерность проявилась в том, что хозяйственный центр переместился из Европы в Америку, из Атлантического океана в Тихий океан. «Тем самым, – отмечает Сталин, – повышается удельный вес Америки и Азии в мировом товарообороте за счёт Европы». Как мы знаем, эта тенденция особенно усилилась в наши дни.

«Растёт количество претендентов на рынки сбыта, растут производственные возможности, растёт предложение, а размеры рынков и границы сфер влияния остаются более или менее стабильными. Такова основа растущих непримиримых противоречий современного капитализма», – подытоживает Сталин.

Отсюда вытекает, что «проблема рынков является теперь основной проблемой капитализма… Капитализму становится тесно в рамках нынешних рынков и сфер влияния». И Сталин показывает, что все мирные попытки разрешить эту проблему оказались напрасными.

«Остаётся единственный для капитализма «выход»: новый передел колоний и сфер влияния путём силы, путём военных столкновений, путём новых империалистических войн», – заключает Сталин.

Сталин показывает, что сложившаяся расстановка сил после первой мировой войны уже никого не удовлетворяет. «Сомнения невозможны: дело идёт к организации новых коалиций держав на предмет подготовки новых войн за внешние рынки, за источники сырья, за пути к ним». Увеличивается численность армий ведущих капиталистических стран, растут военные бюджеты, увеличивается число боевых самолётов и т. д.

Эти факты говорят о том, что «подготовка новой войны идёт на всех парах».

«Таковы результаты «мирной политики» и политики «разоружения» буржуазных государств вообще, Лиги наций в особенности, социал-демократического прислужничества капиталу в частности».

«Из стабилизации вырастает неизбежность новых империалистических войн», – подводит итоги рассмотрения данного вопроса Сталин.

Далее Сталин рассматривает вопрос состояния мирового революционного движения и о предвестниках нового революционного подъёма.

Сталин подчёркивает – для того, чтобы начинать войну, империалистические страны должны укрепить свои тылы, т. е. обуздать «своих» рабочих, обуздать «свои» колонии. Отсюда – повсеместное наступление буржуазии на рабочий класс, фашизация политики буржуазных правительств. Отсюда – усиленный нажим на колонии и зависимые страны, в которых империалистические державы содержат свои войска численностью в миллион человек, в том числе в британских «сферах влияния» и «владениях» – 700 тыс.

И как ответ на этот «зверский нажим фашизированных правительств», нарастает революционное движение народных масс, в частности, в Китае, Индонезии, Индии.

Сталин показывает большую роль китайской революции, укрепление авторитета коммунистической партии в народе, выражает полную уверенность в её конечной победе: «Великие народные революции никогда вообще не побеждают до конца в первом туре своих выступлений. Они растут и укрепляются в порядке приливов и отливов. Так было везде, в том числе и в России. Так будет и в Китае».

Нарастает и революционное движение в Европе. Налицо повсеместный рост влияния и авторитета Коминтерна, рост авторитета СССР среди угнетённых классов всего мира и др.

И Сталин делает следующий вывод: «Из стабилизации вырастает новый революционный подъём».

«Таким образом, – суммирует Сталин, – мы имеем все признаки глубочайшего кризиса и растущей неустойчивости мирового капитализма».

СССР и его роль в окружающем капиталистическом мире.

Сталин показывает, что надежды капиталистов на приручение СССР, на его капиталистическое перерождение и потерю авторитета в рабочем классе, трудящихся массах рухнули.

«Само существование СССР, – продолжает Сталин, – как страны строящегося социализма, является одним из величайших факторов разложения мирового империализма и подрыва его устойчивости как в Европе, так и в колониях. СССР явным образом становится знаменем (выделено мною, Д. И.) рабочего класса Европы и угнетённых народов колоний».

Поэтому буржуазия стремится обуздать СССР.

Особенную активность в этом проявляет английская буржуазия, как в связи с помощью советскими рабочими бастующим английским углекопам, так и сочувствием СССР революционному движению в Китае. Это привело к разрыву Англии с СССР и ухудшением отношений с рядом других государств, говорит Сталин.

В результате по отношению к СССР в капиталистическом мире борются две тенденции:

– тенденция военной агрессии (Англия, прежде всего);

– и тенденция мирных отношений (ряд других капиталистических стран).

Сталин отмечает, что «период «мирного сожительства» отходит в прошлое, уступая место периоду империалистических наскоков и подготовки интервенции против СССР».

И отсюда вытекает задача, говорит Сталин – «учесть противоречия в лагере империалистов, оттянуть (выделено мною, Д. И.) войну, «откупившись» от капиталистов, и принять все меры к сохранению мирных отношений».

Сталин напоминает слова Ленина о том, что очень многое в деле нашего социалистического строительства зависит от того, сумеем ли мы оттянуть войну с капиталистическим миром, которая неизбежна (выделено мною, Д. И.), но которую можно оттянуть:

– либо до момента вызревания пролетарской революции в Европе;

– либо до момента, когда вполне назреют колониальные революции;

– либо до момента, когда капиталисты передерутся между собой из-за дележа колоний.

«Поэтому сохранение мирных отношений с капиталистическими странами является для нас обязательной задачей», – подчёркивает Сталин.

Он показывает, что «основа наших отношений с капиталистическими странами состоит в допущении сосуществования двух противоположных систем. Практика вполне оправдала её». Секрет заключается в том, продолжает далее Сталин, что «наша страна представляет величайший рынок для ввоза оборудования, а капиталистические страны нуждаются в сбыте как раз этого рода продуктов».

Отсюда, подчёркивает Сталин, вытекают следующие задачи партии как по линии международного коммунистического движения, так и по линии внешней политики СССР.

По первому направлению такими задачами партии являются:

«а) борьба за развитие коммунистических партий во всём мире;

б) борьба за укрепление революционных профсоюзов и единого фронта рабочих против наступления капитала;

в) борьба за укрепление дружбы между рабочим классом СССР и рабочим классом капиталистических стран;

г) борьба за усиление смычки между рабочим классом СССР и освободительным движением колониальных и зависимых стран».

По второму направлению:

«а) борьба против подготовки новых империалистических войн;

б) борьба с интервенционистскими тенденциями Англии и усиление обороноспособности СССР;

в) политика мира и сохранение мирных отношений с капиталистическими странами;

г) расширение нашего товарооборота с внешним миром на основе укрепления монополии внешней торговли;

д) сближение с так называемыми «слабыми» и «неполноправными» государствами, терпящими гнёт и эксплуатацию господствующих империалистических держав».

На XVI съезде ВКП(б) (июнь-июль 1930 г.) в первом разделен своего доклада Сталин расмотрел вопрос «Растущий кризис мирового капитализма и внешнее положение СССР» (Соч., т. 12, стр. 235–261).

Сталин показал, что за 2,5 года, прошедших после XV съезда, положение в мире резко изменилось.

Если в Советском Союзе продолжился стремительный подъём экономики, то в капиталистическом мире, наоборот, имеет место растущий кризис как в промышленности, так и в сельском хозяйстве.

Вместо «процветания», о котором шумели капиталисты два с половиной года тому назад – нищета масс, колоссальный рост безработицы, разорение миллионных масс крестьянства.

«А «всеобщий» шум о «неминуемой гибели» СССР сменяется «всеобщим» злобным шипением насчёт необходимости наказать «эту страну», которая смеет развивать свою экономику, когда кругом царит кризис».

Сталин приводит следующие цифры о безработице в капиталистических странах: в США – более 6 миллионов, в Германии – около 5 млн., в Англии – более 2 млн., в Италии, Южной Америке, Японии – по миллиону, в Польше, Чехословакии, Австрии – по 500 тыс. И это, не считая миллионов разорившихся фермеров и трудовых крестьян.

Разорены целые группы рабочей аристократии, «опущены на дно» целые слои средних и мелких капиталистов, обречены на голод миллионные массы рабочих.

И, в то же время, ради сохранения высоких цен и прибыли, в Бразилии выброшено в море 2 миллиона мешков кофе, в Америке стали топить вместо угля кукурузой, в Германии миллионы пудов ржи превращены в корм для свиней.

Сталин подчёркивает, что буржуазные экономисты оказались полными банкротами перед лицом кризиса. «Эти господа забывают, – говорит Сталин, – что экономические кризисы являются неизбежным результатом капитализма,… кризисы родились вместе с рождением господства капитализма. На протяжении более чем сотни лет происходят периодические экономические кризисы, повторяясь через каждые 12–10–8 и меньше лет».

«Нельзя предупреждать или уничтожить экономические кризисы, оставаясь в рамках капитализма», – делает вывод Сталин.

«Основа экономических кризисов перепроизводства (выделено мною, Д. И.), их причина – показывает Сталин, – лежит в самой системе капиталистического хозяйства. Основа кризиса лежит в противоречии между общественным характером производства и капиталистической формой присвоения результатов производства. Выражением этого основного противоречия капитализма является противоречие между колоссальным ростом производственных возможностей капитализма, рассчитанным на получение максимума капиталистической прибыли, и относительным сокращением платёжеспособного спроса со стороны миллионных масс трудящихся, жизненный уровень которых капиталисты всё время стараются держать в пределах крайнего минимума. Чтобы выиграть в конкуренции и выжать побольше прибыли, капиталисты вынуждены развивать технику, проводить рационализацию, усилить эксплуатацию рабочих и поднять производственные возможности своих предприятий до крайних пределов. Чтобы не отстать друг от друга, все капиталисты вынуждены так или иначе стать на этот путь бешеного развития производственных возможностей. Но рынок внутренний и рынок внешний, покупательная способность миллионных масс рабочих и крестьян, являющихся в последнем счёте основными покупателями, остаются на низком уровне. Отсюда кризисы перепроизводства. Отсюда известные результаты, повторяющиеся более или менее периодически, в силу которых товары остаются непроданными, производство сокращается, растёт безработица, снижается заработная плата и, тем самым, ещё больше обостряется противоречие между уровнем производства и уровнем платёжеспособного спроса. Кризис перепроизводства есть проявление этого противоречия в бурных и разрушительных формах».

И Сталин продолжает: «Если бы капитализм мог приспособить производство не к получению максимума прибыли, а к систематическому улучшению материального положения народных масс, если бы он мог обращать прибыль не на удовлетворение прихотей паразитических классов, не на усовершенствование методов эксплуатации, не на вывоз капитала, а на систематический подъём материального положения рабочих и крестьян, то тогда не было бы кризисов. Но тогда и капитализм не был бы капитализмом».

Вывод, который делает Сталин: «Чтобы уничтожить кризисы, надо уничтожить капитализм».

Сталин показывает, что этому кризису присущи особые обстоятельства, а именно:

– он наиболее сильно поразил главную страну капитализма – Соединённые Штаты Америки;

– произошло переплетение промышленного кризиса с кризисом сельскохозяйственным;

– кризис происходит в условиях монополистического капитализма, в условиях, когда монополии стремятся сохранить монопольно высокие цены, несмотря на перепроизводство, что наиболее сильно ударяет по народным массам и обусловливает затягивание кризиса.

– кризис разворачивается на базе общего кризиса капитализма, возникшего в период империалистической войны и подтачивающего общие устои капитализма.

Это означает, продолжает далее Сталин, что империалистическая война (первая мировая война):

– Подорвала устои империализма, его равновесие.

В результате мы живём теперь в эпоху войн и революций, в эпоху, когда наряду с империалистической системой существует социалистическая, которая растёт и развивается и самим фактом своего существования демонстрирует всю гнилость капитализма и расшатывает его основы.

– Способствовала формированию молодого капитализма в колониальных и зависимых странах, который конкурирует со старыми капиталистическими странами, обостряя и осложняя борьбу за рынки сбыта.

– Оставила большинству капиталистических стран тяжёлое наследство в виде хронической недогрузки предприятий и миллионных армий безработных, превратившихся из резервных армий в постоянные армии безработных.

«Нужно признать, – подводит итог по данному вопросу Сталин, – что нынешний экономический кризис является самым серьёзным и самым глубоким кризисом из всех существовавших до сих пор мировых экономических кризисов».

И этот совершенно верный вывод Сталин сделал, когда Великая депрессия ещё не получила своего полного развития, когда кризис только начал развиваться.

В результате кризиса обостряются и усиливаются противоречия, присущие мировому капитализму.

В частности, противоречия между важнейшими империалистическими странами в борьбе за рынки сбыта, за сырьё, за вывоз капитала.

Разворачивается и усиливается конкурентная борьба между США и Англией в Южной Америке, Китае, колониях и доминионах. Причём перевес сил в этой борьбе, отмечает Сталин, находится на стороне США.

Усиливаются противоречия между Америкой и Японией, между Германией и Францией, между Францией и Италией, между Англией и Францией и т. д.

В то же время, обращает внимание Сталин, есть одна отрасль, которая не затронута кризисом, это – военная промышленность. Буржуазные государства бешено вооружаются и перевооружаются для грядущей войны.

«А война нужна империалистам (выделено мною, Д. И.), так как она есть единственное средство для передела мира, для передела рынков сбыта, источников сырья, сфер приложения капитала», – заключает Сталин.

Далее Сталин показывает, что обостряются и будут и далее обостряться противоречия между странами-победительницами и странами побеждёнными.

Усиливается нажим на Германию, которая, согласно с планом Юнга, должна выплатить многомиллиардные репарации (113,9 млрд. золотых марок за 59 лет, почти 2 млрд. ежегодно). Причём, согласно плану Юнга, германская промышленность освобождалась от участия в погашении репараций, вся тяжесть платежей ложилась на трудящихся. План Юнга создал условия для восстановления военно-промышленного потенциала Германии, чего и добивались американские империалисты в целях развёртывания агрессии против СССР. Но так как вся тяжесть выплат ложилась на плечи немецких трудящихся, то это не могло не привести к боям и потрясениям, заключает Сталин.

Необходимо отметить, что план Юнга выполнялся лишь до июля 1931 г., когда по причине начавшегося мирового экономического кризиса президент США Гувер ввёл мораторий на выплату американских долгов по межсоюзническим обязательствам военного времени на период 1931–1932 гг. При этом приостанавливались и выплаты репарационных платежей. В связи с продолжавшейся рецессией план Юнга был официально отменён в 1932 г. Однако его тяготы были использованы нацистами Германии для разжигания в народной среде шовинистических настроений.

В результате кризиса обостряются противоречия между империалистическими и колониальными и зависимыми странами.

«Независимый» Китай уже поделён на сферы влияния, а генеральские клики контрреволюционных гоминдановцев, воюя между собой и разоряя китайский народ, выполняют волю своих хозяев из империалистического лагеря. Но на бесчинства империалистов китайские рабочие ответили созданием Советов и Красной Армии. «Не может быть сомнения, что только Советы могут спасти Китай от окончательного развала и обнищания», – делает пророческий вывод Сталин. Следует отметить, что Сталин чрезвычайно большое внимание уделял разворачивающейся китайской революции, причём не только в своих докладах на съездах, но и посвящая этому вопросу специальные статьи и материалы.

Нарастает революционное движение в Индии, Индокитае, Индонезии, Африке, приобретая характер «национальной войны за освобождение».

В результате кризиса обостряются и противоречия между буржуазией и пролетариатом в капиталистических странах.

Сталин говорит о необходимости для коммунистических партий развёртывать непримиримую борьбу с социал-демократией, «представляющей агентуру капитала в рабочем классе».

Он делает совершенно верный вывод о том, что мировой экономический кризис, в связи с чрезвычайным обострением присущих ему противоречий, в ряде стран будет перерастать в кризис политический.

«Это значит, во-первых, что буржуазия будет искать выхода из положения в дальнейшей фашизации в области внутренней политики, используя для этого все реакционные силы, в том числе и социал-демократию. Это значит, во-вторых, что буржуазия будет искать выхода в новой империалистической войне в области внешней политики. Это значит, наконец, что пролетариат, борясь с капиталистической эксплуатацией и военной опасностью, будет искать выхода в революции» (выделено мною, Д. И.), – такой вывод делает Сталин. Вывод, полностью подтвердившийся дальнейшим ходом событий и имеющий чрезвычайно важное значение для нынешнего этапа борьбы пролетариата против буржуазии.

Сталин, также как и на предыдущих съездах, рассматривает отношения между СССР и капиталистическими государствами.

Он показывает, что сформировались две тенденции, два рода факторов в этих отношениях:

– политика подрыва экономических связей СССР с капиталистическими странами, провокационные наскоки на СССР, явная и скрытая работа по подготовке интервенции против СССР, попытки за счёт СССР выйти из экономического кризиса. Это – факторы, угрожающие международному положению СССР;

– и вторая тенденция, это сочувствие и поддержка СССР со стороны рабочих капиталистических стран, рост экономического и политического могущества СССР, рост обороноспособности нашей страны, политика мира, проводимая Советской властью. Это – факторы, укрепляющие международное положение СССР.

Борьбой этих двух факторов и определяется международное положение СССР, показывает Сталин.

«Наша политика, – подытоживает Сталин, – есть политика мира и усиления торговых связей со всеми странами. Результатом этой политики является улучшение отношений с рядом стран и заключение ряда договоров по торговле, технической помощи и т. д.… Эту политику мира будем вести и впредь всеми силами, всеми средствами. Ни одной пяди чужой земли не хотим. Но и своей земли, ни одного вершка своей земли не отдадим никому» (выделено мною, Д. И.).

Следует отметить, что Сталин во втором разделе своего доклада, посвящённого строительству социализма и внутреннему положению СССР, в заключительной части раздела остановился на сравнении двух систем хозяйства – капиталистической и социалистической, на причинах провала капитализма в ходе развернувшегося кризиса и на причинах растущих успехов СССР (там же, стр. 317–324).

Итак, вот что пишет Сталин по данному вопросу:

«Советская система хозяйства означает, что:

1) власть класса капиталистов и помещиков свергнута и заменена властью рабочего класса и трудового крестьянства;

2) орудия и средства производства, земля, фабрики, заводы и т. д. отобраны у капиталистов и переданы в собственность рабочего класса и трудящихся масс крестьянства;

3) развитие производства подчинено не принципу конкуренции и обеспечения капиталистической прибыли, а принципу планового руководства и систематического подъёма материального и культурного уровня трудящихся;

4) распределение народного дохода происходит не в интересах обогащения эксплуататорских классов и их многочисленной паразитической челяди, а в интересах систематического повышения материального положения рабочих и крестьян и расширения социалистического производства в городе и деревне;

5) систематическое улучшение материального положения трудящихся и непрерывный рост их потребностей (покупательной способности), будучи постоянно растущим источником расширения производства, гарантирует трудящихся от кризисов перепроизводства, роста безработицы и нищеты;

6) рабочий класс и трудовое крестьянство являются хозяевами, страны, работающими не на капиталистов, а на свой трудовой народ».

Итак, социалистическая система производства, плановое ведение хозяйства гарантируют от кризисов перепроизводства, от безработицы и нищеты. Это важнейшее теоретическое положение марксизма-ленинизма, обобщённое и сформулированное Сталиным, было подтверждено всей практикой социалистического строительства в СССР.

«Капиталистическая система хозяйства означает, что:

1) власть в стране принадлежит капиталистам;

2) орудия и средства производства сосредоточены в руках эксплуататоров;

3) производство подчинено не принципу улучшения материального положения трудящихся масс, а принципу обеспечения высокой капиталистической прибыли;

4) распределение народного дохода происходит не в интересах улучшения материального положения трудящихся, а в интересах обеспечения максимума прибылей эксплуататоров;

5) капиталистическая рационализация и быстрый рост производства, имеющие своей целью обеспечение высоких прибылей капиталистов, наталкиваются, как на преграду, на нищенское положение и снижение материальной обеспеченности миллионных масс трудящихся, не всегда имеющих возможность удовлетворить свои потребности даже в пределах крайнего минимума, что неизбежно создаёт почву для неминуемых кризисов перепроизводства, роста безработицы, нищеты масс;

6) рабочий класс и трудовые крестьяне являются эксплуатируемыми, работающими не на себя, а на чужой класс, на класс эксплуататоров».

«Нужно признать, – заключает Сталин, – что система хозяйства, не знающая, куда девать «излишки» своего производства, и вынужденная их сжигать в момент, когда в массах царят нужда и безработица, голод и разорение, – такая система хозяйства сама произносит над собой смертный приговор».

И Сталин напоминает слова Ленина, сказанные им на X Всероссийской конференции РКП(б) в мае 1921 г. о том, что «Сейчас главное своё воздействие на международную революцию мы оказываем своей хозяйственной политикой… На это поприще борьба перенесена во всемирном масштабе. Решим мы эту задачу – и тогда мы выиграли в международном масштабе наверняка и окончательно».

Сталин подчёркивает, что «задачу, поставленную Лениным, наша партия выполняет с успехом».

Первый раздел Отчётного доклада Сталина XVII съезду партии (январь-февраль 1934 г.) также был посвящён продолжающемуся кризису мирового капитализма и внешнему положению Советского Союза.

За прошедший после XVI съезда период, экономический кризис капитализма приобрёл всеохватывающий и затяжной характер.

Сталин показал, что затяжной характер кризиса объясняется следующими факторами:

– промышленный кризис захватил все без исключения капиталистические страны;

– кризис промышленный переплёлся с кризисом аграрным, охватившим все без исключения аграрные и полуаграрные страны;

– аграрный кризис охватил все отрасли сельскохозяйственного производства, в т. ч. животноводство;

– стремлением картелей сохранить монопольно высокие цены на свои товары, мешающие рассасыванию товарных запасов;

– промышленный кризис разыгрался в условиях общего кризиса капитализма, «когда промышленность капиталистических стран получила в наследство от империалистической войны хроническую недогрузку предприятий и миллионные армии безработных»;

– кризис не ограничился сферой производства и торговли, но и распространился на кредитную систему, валюту, сферу долговых обязательств и т. д.

Большую роль сыграло и стихийное падение цен на товары, несмотря на сопротивление монополистов, и охватившее, в первую очередь мелких товаропроизводителей.

Это привело к колоссальному банкротству фирм и отдельных предпринимателей. За последние три года погибли десятки тысяч акционерных обществ в США, Германии, Англии, Франции; произошло обесценение валют, неуплата долгов как внешних, так и внутренних и даже крах отдельных крупнейших банков и корпораций в Германии, Австрии, Швеции, США.

Сталин в докладе приводит данные по объёму промышленного производства в СССР и крупнейших капиталистических странах за 1929–1933 гг. В СССР объём промышленного производства за этот период вырос более чем вдвое; тогда как в США, Германии, Франции, Англии в 1933 г. он составил от 65 % до 86 % от уровня 1929 г.

Такой глубокий экономический кризис привёл к обострению политического положения в капиталистических странах.

«Усиление борьбы за внешние рынки, уничтожение последних остатков свободной торговли, запретительные таможенные пошлины, торговая война, война валют, демпинг и многие другие аналогичные мероприятия, демонстрирующие крайний национализм в экономической политике, – указывает Сталин, – обострили до крайности отношения между странами, создали почву для военных столкновений и поставили на очередь войну (выделено мною – Д. И.), как средство нового передела мира и сфер влияния в пользу более сильных государств».

Между прочим, перенеся сталинский анализ на наши дни, можно убедиться, что современная ситуация очень уж напоминает тогдашнее положение, особенно в связи с внешнеэкономической политикой администрации Дональда Трампа.

«Опять, как и в 1914 г, – продолжает Сталин, – на первый план выдвигаются партии воинствующего империализма, партии войны и реванша. Дело явным образом идёт к новой войне».

Резко ухудшилось положение трудящихся масс.

Количество безработных доходит до 10 млн. в США, до 5 – в Германии, до 3 – в Англии; плюс десяток миллионов частично безработных, плюс миллионные массы разорившихся крестьян – такова картина «нужды и отчаяния трудящихся масс». Идея штурма капитализма зреет в сознании масс.

В результате усиливается шовинизм и подготовка войны, как основы внешней политики, обуздание рабочего класса и террор в области политики внутренней. К власти приходят самые реакционные, фашистские режимы.

«В этой связи победу фашизма в Германии, – подчёркивает Сталин, – нужно рассматривать не только как признак слабости рабочего класса и результат измен социал-демократии рабочему классу, расчистившей дорогу фашизму. Её надо рассматривать также, как признак слабости буржуазии, как признак того, что буржуазия уже не в силах властвовать старыми методами парламентаризма и буржуазной демократии, ввиду чего она вынуждена прибегнуть во внутренней политике к террористическим методам управления, – как признак того, что она не в силах найти больше выход из нынешнего положения на базе мирной внешней политики, ввиду чего она вынуждена прибегнуть к политике войны».

«Как видите, дело идёт к новой империалистической войне, – продолжает Сталин, – как к выходу из нынешнего положения. Конечно, нет оснований предполагать, что война может дать действительный выход. Наоборот, она должна ещё больше запутать положение. Более того, она наверняка развяжет революцию (выделено мною, Д. И.) и поставит под вопрос само существование капитализма в ряде стран, как это имело место в ходе первой империалистической войны».

И далее Сталин говорит: «Но если буржуазия избирает путь войны, то рабочий класс капиталистических стран, доведённый до отчаяния 4-летним кризисом и безработицей, становится на путь революции. Это значит, что зреет и будет назревать революционный кризис. И революционный кризис будет нарастать тем скорее, чем больше будет запутываться буржуазия в своих военных комбинациях, чем чаще будет она прибегать к террористическим методам борьбы против рабочего класса и трудящихся крестьян».

Прогноз Сталина оказался исключительно верным. После второй мировой войны образовалась мировая система социализма.

В то же время Сталин обращает внимание на то, что победа революции никогда не приходит сама, что подготовить и завоевать её может только сильная пролетарская революционная партия, достаточно сильная и авторитетная, «чтобы повести за собой массы и взять власть в свои руки».

И Сталин напоминает слова Ленина, сказанные им на II конгрессе Коминтерна: «Буржуазный строй во всём мире переживает величайший революционный кризис. Надо «доказать» теперь практикой революционных партий, что у них достаточно сознательности, организованности, связи с эксплуатируемыми массами, решительности, уменья, чтобы использовать этот кризис для успешной, для победоносной революции».

Говоря о внешней политике, Сталин подчёркивает: «Наша внешняя политика ясна. Она есть политика сохранения мира и усиления торговых отношений со всеми странами. СССР не думает угрожать кому бы то ни было и – тем более – напасть на кого бы то ни было. Мы стоим за мир и отстаиваем дело мира. Но мы не боимся угроз и готовы ответить ударом на удар поджигателей войны».

После XVII съезда прошло пять лет.

И вновь на XVIII съезде партии, состоявшемся в марте 1939 г., первым разделом Отчётного доклада Сталина был раздел «Международное положение Советского Союза».

Сталин отметил, что прошедший период был полон изменений. В частности, капиталистические страны, не успев вылезти из предыдущего кризиса, со второй половины 1937 г. погрузились в очередной экономический кризис, захвативший главным образом экономически мощные страны – США, Англию, Францию – страны, которые ещё не успели перейти на рельсы военной экономики.

Безработица, упавшая с 1933 г. по 1937 г. с 30 до 14 миллионов человек, вновь начала расти и увеличилась до 18 млн.

Нарастало производство в Германии, Японии и Италии, странах перестроивших свою экономику на военный лад, и то в 1938 г. начали проявляться признаки кризиса в Италии и Японии.

Только Советский Союз продолжал своё стремительное развитие, с 1934 по 1938 гг. вдвое нарастивший свое промышленный потенциал, а по сравнению с 1929 годом объём промышленного производства в СССР увеличился почти в 5 раз.

Новый экономический кризис ещё более обострил отношения между капиталистическими странами, причём Япония, Германия и Италия приступили к переделу мира путём военных действий. Стал складываться блок трёх агрессивных государств.

Сталин приводит перечень важнейших событий, положивших начало новой империалистической войне.

В 1935 г. Италия напала на Абиссинию (Эфиопию) и захватила её.

Летом 1936 г. Германия и Италия организовали военную интервенцию в Испанию.

В 1937 г. Япония, после захвата Маньчжурии, вторглась в Северный и Центральный Китай, заняла Пекин, Тяньцзин, Шанхай и стала вытеснять из зоны оккупации своих иностранных конкурентов.

В начале 1938 г. Германия захватила Австрию, а осенью 1938 г. – Судетскую обл. Чехословакии. В конце 1938 г. Япония захватила Кантон (Гуанчжоу, Китай), а в начале 1939 г. – остров Хайнань.

«Таким образом, – говорит Сталин, – война, так незаметно подкравшаяся к народам, втянула в свою орбиту свыше пятисот миллионов населения, распространив сферу своего действия на громадную территорию, от Тяньцзина, Шанхая и Кантона через Абиссинию до Гибралтара».

«Новая империалистическая война стала фактом», – указывает Сталин, при этом отмечая, что она ещё не стала всеобщей, мировой войной.

Сталин анализирует, почему неагрессивные страны, в первую очередь США, Англия, Франция, обладающие громадным экономическим и военным потенциалом, намного более сильным, чем у блока агрессивных государств, отступают перед ними и сдают свои позиции, почему они отказываются от политики коллективной безопасности, в чём причина перехода их на позицию невмешательства, на позицию «нейтралитета».

И поясняет, что «политика невмешательства (выделено мною, Д. И.) означает попустительство агрессии, развязывание войны, – следовательно, превращение её в мировую войну. В политике невмешательства сквозит стремление, желание – не мешать агрессорам творить своё чёрное дело, не мешать, скажем, Японии, впутаться в войну с Китаем, а ещё лучше с Советским Союзом, не мешать, скажем, Германии, увязнуть в европейских делах, впутаться в войну с Советским Союзом, дать всем участникам войны глубоко увязнуть в тину войны, поощрять их в этом втихомолку, дать им ослабить и истощить друг друга, а потом, когда они достаточно ослабнут, – выступить на сцену со свежими силами, выступить, конечно, «в интересах мира», и продиктовать ослабевшим участникам войны свои условия. И дёшево, и мило»!

Сталин отмечает провокационную роль англо-французской печати, которая, перед началом вторжения Японии в Северный Китай, за два-три месяца до этого на все лады кричала о слабости Китая, т. е. как бы поощряла, подталкивала Японию к этому вторжению.

Англия и Франция отказались от своих договорных обязательств и уступили Германии Австрию, затем бросили на произвол судьбы Чехословакию, отдав Германии Судетскую область. А потом, говорит Сталин, стали на все лады кричать о «слабости русской армии», о «разложении русской авиации» и т. д., то есть, фактически, подталкивали немцев дальше на восток, поощряли агрессора к войне с большевиками.

Сталин по этому вопросу отмечает: «Необходимо, однако, заметить, что большая и опасная политическая игра, начатая сторонниками политики невмешательства, может окончиться для них серьёзным провалом», что в очень скором времени и произошло.

Отсюда и вытекают задачи партии в области внешней политики, о которых говорит Сталин:

«1. Проводить и впредь политику мира и укрепления деловых связей со всеми странами;

2. Соблюдать осторожность и не давать втянуть в конфликты нашу страну провокаторам войны, привыкшим загребать жар чужими руками;

3. Всемерно укреплять боевую мощь нашей Красной армии и Военно-Морского Красного флота;

4. Крепить международные связи дружбы с трудящимися всех стран, заинтересованными в мире и дружбе между народами».

#### § 2. США, Великобритания, Франция – пособники восстановления экономики Германии, материальной базы подготовки новой мировой войны

Первая мировая война завершилась империалистическим миром, оформленным договорами версальско-вашингтонской системы послевоенного устройства. И при разработке договоров, и в самом их содержании сказались империалистические противоречия, хищнический характер империализма, органически присущие ему стремления к ликвидации революционных завоеваний народов и ко всё большему их закабалению. Это определяло политику империалистических государств. («История Второй мировой войны…», т. 1, стр. 10–11).

Ленин выступая с Политическим отчётом ЦК РКП(б) на XI съезде партии 27 марта 1922 г., говорил: «Реакционные империалистические войны на всех концах мира неизбежны. И забыть то, что десятки миллионов перебиты тогда и будут ещё биты теперь… человечество не может, и оно не забудет» (ПСС, т. 45, стр. 108).

Сталин, партия дали чёткую классовую оценку событий, происходящих в мире после первой мировой войны, в том числе «плану Дауэса», конференции в Локарно и т. д. Сталин подчёркивал, что Германия никогда не смирится с поражением и будет стремиться к реваншу. Более того, Соединённым Штатам, Англии и Франции нужна была Германия для дальнейшей борьбы с Советским Союзом, для предотвращения коммунистического революционного влияния в Европе и в мире.

Экономика Германии пострадала от военных действий, от репарационных поставок и оккупации Рура Францией и Бельгией. Для модернизации производства не хватало средств, тем более что Германия лишилась колоний и не имела внешних источников прибыли.

Но в критический момент крупному германскому капиталу, германскому империализму была оказана помощь. Причём главную роль в этом сыграли американские монополии, стремившиеся нажиться за счёт трудящихся Германии и использовать её в целях войны против СССР. Укрепляя власть капитала в Германии, реакционные круги США стремились превратить её в «антибольшевистский бастион» в Европе. Они сознательно сделали ставку на возрождение военного и экономического могущества германского империализма, как орудия для осуществления своих планов, направленных против первой в мире страны социализма.

Именно этой цели и служил «план Дауэса», утверждённый державами-победительницами в августе 1924 г. и закрепивший ведущую роль США в германском вопросе. Предоставлялись кредиты для возрождения германской экономики и военного потенциала. Подсчитано, что только в 1923–29 гг. Германия получила около 4 млрд. долл. иностранных займов, из них – 2,5 млрд. от США. Оккупация Рура французскими войсками прекращалась. Во главу угла отношений с Германией была положена англо-американская концепция «восстановления германской экономики», что в результате привело не только к подъёму экономики, но и к выходу страны из международной изоляции.

Возрождение тяжёлой промышленности Германии шло на основе новой, наиболее совершенной по тому времени техники и технологии. Германская промышленность по технической оснащённости вскоре превзошла промышленность других капиталистических стран Европы.

Поступления капиталов из-за рубежа способствовало дальнейшей концентрации производства и развитию в Германии системы государственно-монополистического капитализма.

США обеспечили себе большое участие в промышленных предприятиях Германии. Американские монополии стали владельцами либо совладельцами автомобильной фирмы «Опель» и заводов Форда в Германии, электро– и радиофирм «Лоренц» и «Микст-Генест», угольного концерна «Гуго Стинненс», нефтяного концерна «Дойч-американише петролеум», химического концерна «ИГ Фарбениндустри», объединённого «Стального треста» и других промышленных гигантов.

Один из главных авторов «плана Дауэса» – германский финансовый король Шахт, сыгравший впоследствии важную роль в установлении фашистской диктатуры, откровенно признавал, что он «финансировал перевооружение Германии деньгами, принадлежавшими иностранцам». С возрождением Германии в качестве первоклассной индустриальной державы немецкие милитаристы опять обрели промышленную базу для вынашиваемых ими планов новой агрессии («История второй мировой войны», т. 1, стр. 19–21).

Политическим продолжением «плана Дауэса» стала конференция в Локарно (Швейцария, октябрь 1925 г.), в которой участвовали Англия, Франция, Германия, Бельгия, Италия, Польша, Чехословакия. Она юридически оформила новую политику вчерашних победителей в отношении Германии. Соединённые Штаты из тактических соображений не приняли участие в конференции, но по активности её проведения не уступали ведущей державе – Англии. Эрнст Тельман, лидер германских коммунистов, писал: «Американские банкиры не участвуют в Локарно официально… Но американский финансовый капитал, рассматривающий Европу как большую колонию, из которой он может выкачать чудовищные прибыли, весьма деятельно сотрудничал при осуществлении Локарно» (там же, стр. 38).

Между участниками конференции имелись острейшие разногласия, но их объединяла ненависть к Советскому Союзу, ставшая лейтмотивом всей конференции.

Германия, Бельгия, Франция, Англия и Италия подписали гарантийный пакт, который устанавливал территориальный статус-кво – сохранение в неприкосновенности границ между Германией и Бельгией и Германией и Францией, а также обязывал эти страны не предпринимать друг против друга какого бы то ни было нападения или вторжения, не прибегать к войне. А вот по отношению к Польше и Чехословакии таких международных гарантий не было получено. Польша и Чехословакия подписали с Германией арбитражные договоры, по которым решение всех спорных вопросов передавалось на рассмотрение постоянной согласительной комиссии, составленной из представителей обеих сторон и назначенных ими же представителей третьих государств. Таким образом, западные страны в лице Англии и Франции и стоявшими за их спиной США, толкали Германию к походу на Восток («Drang nach Osten»).

Кроме того, идя навстречу пожеланиям Германии, Англия и Франция и, за кулисами, США приняли обязательство обеспечить вооружение Германии. Следует заметить, что творцы Локарно, министры иностранных дел Германии и Франции Густав Штреземан и Аристид Бриан были удостоены Нобелевской премии мира. Точно также повторяется история и в наши дни, когда 44-й президент США Барак Обама, развязавший многочисленные войны, также удостоен Нобелевской премии мира.

Придя к власти, Гитлер взял курс на отказ от Локарнских соглашений. 7 марта 1936 г. в германское министерство иностранных дел были приглашены послы Англии, Франции, Бельгии и Италии. Здесь гитлеровский министр иностранных дел К. фон Нейрат передал им меморандум германского правительства, гласивший: «В интересах естественного права народа защищать свои границы и сохранять свои средства обороны, германское правительство восстановило с сегодняшнего дня полную и неограниченную суверенность империи в демилитаризованной Рейнской области». Ознакомив послов с содержанием меморандума, Нейрат им сообщил об отказе от Локарнских соглашений и о занятии Рейнской зоны немецкими войсками.

#### § 3. Фашизм – порождение империализма и реакции

Вслед за социалистической революцией в России, вспыхнули пролетарские революции в Германии, Венгрии, Словакии. Но они были жестоко подавлены правящими монополистическими кругами этих стран.

Рост революционных настроений в европейских странах, как объективное отражение сложившихся послевоенных социально-экономических условий – всеобщее разорение, разруха, массовая безработица, голод и нищета и т. п., – толкал правящие круги монополистической буржуазии к ужесточению их политики, к самому жестокому подавлению народных протестов и выступлений.

Как реакция на революционизирование масс, начал зарождаться фашизм. Монополистическая буржуазия, опасаясь за судьбу своего классового господства, видела в фашизме ту силу, с помощью которой она сможет расправиться с революционными массами, прежде всего с рабочим классом и его авангардом, коммунистическими партиями, начавшими повсеместно возникать и формироваться после окончания первой мировой войны, под влиянием победы Октябрьской революции в России.

Фашизм всюду опирался на национализм, шовинизм, расизм, а в ряде стран и на реваншизм. Не случайно фашистские диктатуры утвердились именно там, где национальное высокомерие, проповедь ненависти к другим народам больше всего оказывали пагубное влияние на политическую жизнь страны, на настроения широких народных масс.

Фашизм создал себе массовую социальную базу, применяя методы демагогии и обмана. Ложь сопутствовала фашистским диктатурам на протяжении всей их истории, отмеченной преступлениями и кровью. В фашистскую партию шли прислужники контрреволюции: чиновничество, военщина, полицейские агенты и провокаторы, охранники и жандармы. Но не только они составляли социальную базу фашизма. Фашизм сумел опутать своими сетями сравнительно широкие слои мелкой буржуазии и часть рабочих.

Захватывая власть и выполняя социальный заказ крупной монополистической буржуазии, фашисты старались, прежде всего, истребить передовую часть рабочих, их авангард, коммунистические партии и организации.

Обобщая события, происходившие в Италии, V конгресс Коминтерна, состоявшийся в 1924 г., в своей резолюции отметил: «Фашизм является одной из классических форм контрреволюции в период развала капиталистического строя и пролетарской революции – особенно там, где пролетариат, борясь за власть, но не обладая революционным опытом и не имея революционной руководящей классовой партии, не смог организовать пролетарской революции и довести массы до установления пролетарской диктатуры. Фашизм представляет из себя боевое орудие крупной буржуазии в борьбе с пролетариатом… Питательной средой для его корней являются, главным образом, те средние слои буржуазии, которые капиталистический кризис обрекает на гибель, а также элементы, деклассированные войной… отчасти даже некоторые элементы пролетариата, горько разочаровавшиеся в своих надеждах на революцию и озлобленные (выделено мною, Д. И.)». («История второй мировой войны…», т. 1, стр. 57).

В области идеологии и пропаганды единство классовых интересов монополистов проявлялось в том, что кровавые расправы фашистов с их противниками не осуждались, а восхвалялись политическими деятелями и печатью «демократических» государств. Этим же занимался и Ватикан. Папа Пий XI заявил в 1929 г.: «Муссолини ниспослан нам провидением; это человек, свободный от политических предрассудков либерализма» (стр. 55).

Фашистские диктатуры характеризовались слиянием сил монополий, государственной машины, военщины, гангстерских штурмовых отрядов, разбойничьей идеологии в один механизм, направленный против рабочего класса, всех освободительных движений человечества.

Вся политика фашизма, и внутренняя и внешняя, определялась интересами монополий. Именно крупные банки, угольные, стальные, химические и другие крупные монополии оказывали решающее влияние на захватническую агрессивную колонизаторскую политику гитлеровской Германии.

Как отмечает итальянский историк-антифашист Г. Сальвемини, военный министр Италии Бономи в 1920 г. считал, что «следует использовать фашистское наступление для того, чтобы сломить социалистов и коммунистов» и «поэтому позволил руководителям армии снабжать фашистов ружьями и грузовиками и разрешил отставным офицерам и офицерам запаса командовать ими» (стр. 58).

В Германии фашизм вырос в ещё большей мере, чем в Италии, под руководством и заботливой опекой старого режима и особенно военных властей. Его с самого начала поддерживали, финансировали и субсидировали представители крупной буржуазии.

Глава «Стального треста» Ф. Тиссен и глава Рейнско-Вестфальского угольного синдиката Э. Кирдорф убедили руководителей германского рурского капитала согласиться на то, чтобы все угольные и стальные концерны вносили обязательный налог в избирательный фонд национал-социалистов. Во время выборов президента в 1932 г. Тиссен передал национал-социалистам более 3 млн. марок. Без этой помощи гитлеровская агитация 1930–33 гг. не могла бы принять таких фантастических размеров.

В национал-социализме монополистическая буржуазия имела готовое орудие для осуществления своих целей. Нацистская партия давала ей то, в чём она нуждалась больше всего: массовую базу, без которой нельзя держаться у власти, нельзя помышлять о реванше. Германские монополисты мечтали о том времени, когда прекратятся ненавистные забастовки, с улиц исчезнут красные флаги и можно будет без помех приступить к непосредственной подготовке новой мировой войны.

Германский империализм вручил в январе 1933 г. политическую власть гитлеровской партии потому, что видел в ней наиболее пригодный инструмент для осуществления своих планов завоевания мирового господства.

Во многих капиталистических странах руководящая роль переходила к поджигателям войны, самым оголтелым представителям империализма. Но даже в большинстве тех стран, где сохранилась буржуазно-демократическая система, где буржуазия пока ещё могла удерживать власть с помощью методов парламентской демократии, также наблюдалось усиление политической реакции и фашизма.

Правящие круги Англии, Франции, США, других капиталистических стран рассчитывали на то, что война, к которой готовился фашистский блок – Германия, Италия, Япония – будет войной против ненавистного им Советского Союза.

Обобщая опыт классовых боёв в Италии и Германии, где фашисты прорвались (точнее, были приведены крупным капиталом) к власти, классическое определение фашизма дал лидер болгарских коммунистов, выдающийся деятель международного коммунистического и рабочего движения Георгий Димитров в его докладе на VII Конгрессе Коминтерна 2 августа 1935 г. Напомню его:

«Фашизм у власти есть… открытая террористическая диктатура наиболее реакционных, наиболее шовинистических, наиболее империалистических элементов финансового капитала.

Самая реакционная разновидность фашизма – это фашизм германского типа. Он нагло именует себя национал-социализмом, не имея ничего общего с социализмом. Гитлеровский фашизм – это не только буржуазный национализм. Это звериный шовинизм. Это правительственная система политического бандитизма, система провокаций и пыток в отношении рабочего класса и революционных элементов крестьянства, мелкой буржуазии и интеллигенции. Это средневековое варварство и зверство. Это необузданная агрессия в отношении других народов и стран.

Германский фашизм выступает как ударный кулак международной контрреволюции, как главный поджигатель империалистической войны, как зачинщик крестового похода против Советского Союза, великого отечества трудящихся всего мира…

Фашизм – это власть самого финансового капитала (выделено мною – Д. И.). Это организация террористической расправы с рабочим классом и революционной частью крестьянства и интеллигенции. Фашизм во внешней политике – это шовинизм самой грубейшей формы, культивирующий зоологическую ненависть против других народов».

#### § 4. Фашизм в Германии

Мировой экономический кризис 1929–1933 гг. обнажил все противоречия империализма, привёл к небывалому обострению политического положения как внутри капиталистических стран, так и на международной арене.

Промышленность Германии в послевоенные годы стремительно восстанавливалась. К 1929 г. её уровень, по сравнению с довоенным, увеличился в полтора раза. Германия производила почти 12 % мировой промышленной продукции. Происходила стремительная концентрация и централизация капитала. Гигантских размеров достигли крупнейшие германские монополии и банки.

Кризис самым сильным образом ударил по рабочему классу, трудящимся массам страны. Безработица достигла многомиллионных масштабов. В годы кризиса средний заработок немецкого рабочего сократился вдвое, а пособие по безработице едва обеспечивало полуголодное существование самого безработного, не говоря уже о его семье.

В стране нарастал революционный кризис. Забастовки протеста трудящихся самым жестоким образом подавлялись.

Опасаясь революционного взрыва, немецкий финансовый капитал всё более симпатизировал фашистской партии с её антикоммунистической, шовинистической и реваншистской политикой. Немецкие монополисты и банкиры видели в ней орудие расправы с рабочим движением и подготовки страны к агрессивной войне, и стали всё теснее сближаться с гитлеровцами.

Магнаты тяжёлой промышленности Кирдорф, Тиссен, Фёглер, и ранее тесно связанные с нацистами, взяли курс на укрепление этой партии. Поддержку фашистской партии оказывали многочисленные немецкие князья и бароны, крупные землевладельцы, а также иностранные монополисты, например, английский нефтяной магнат Детердинг, американский автомобильный король Форд и другие.

С помощью полученных от крупного капитала средств, нацисты создавали свой разветвлённый партийный аппарат, печатали и распространяли многочисленные газеты и листовки; расширяли деятельность террористических организаций СА и СС, всё более рьяно участвовавших в кровавых расправах с революционным рабочим движением.

Для обмана трудящихся масс фашисты назвали свою партию национал-социалистской и рабочей (Национал-Социалистская германская рабочая партия – НСДАП); своими символами избрали чёрную свастику в белом круге на красном фоне, сохраняя цвета старого имперского флага (белый, чёрный и красный), а красный цвет, кроме того, должен был символизировать «социалистический» и «рабочий» характер партии. Лидер немецких коммунистов Э. Тельман совершенно верно отмечал, что «за их словами «нация» и «социализм» скрывается зверская рожа капиталистов-эксплуататоров» («История второй мировой войны», т. 1, стр. 67).

В 1921 г. национал-социалисты создали полувоенные формирования, названные штурмовыми отрядами – СА. Под руководством офицеров эти отряды очень скоро превратились в большую силу контрреволюции. Они располагали собственной кавалерией, артиллерией, техническим средствами, созданными при помощи рейхсвера и средств финансового капитала.

По характеристике известного немецкого историка Э. Никиша «любой человек с инстинктами убийцы и садиста был в СА на своём месте. Чем более жестоко он себя вёл, тем больше его уважали; здесь можно было вволю быть скотом… В СА получали полную свободу все преступные наклонности. Казармы штурмовиков являлись средоточием всех мыслимых пороков: тунеядцы, пьяницы, жизненные банкроты, громилы, гомосексуалисты, убийцы готовили здесь свои самые тёмные деяния, при помощи которых надлежало «пробудить Германию»» (стр. 68).

Гитлер одел СА в новую коричневую форму, ввёл не военное, а фашистское приветствие; в 1925 г. организовал СС – специальные отряды безопасности для охраны собственной особы и расправы со своими противниками. Его партия продолжала расти. В 1926 г. она насчитывала 17 тыс., в 1927–40, в 1928–100, в 1929–178, в 1930 – около 380 тыс., а к концу 1931 – уже более 800 тыс. человек (стр. 70).

Фашистская партия стала центром притяжения всех реакционных, расистских и антисемитских организаций. Её фанатичный динамизм привлекал как студенческую молодёжь, так и старых солдат, ищущих «героических подвигов в битвах с политическим противниками». Был выдвинут лозунг «Улица – наша траншея». Полиция сквозь пальцы смотрела на деяния фашистских молодчиков.

Гитлеровцы принимали все меры, чтобы заслужить доверие крупного капитала. Так, во время референдума 1926 г. по вопросу, возместить или нет дому Гогенцоллернов и влиятельным князьям стоимость конфискованного у них после Ноябрьской революции имущества, они решительно встали на сторону монархистов. Для объяснения этого, они вновь прибегли к социальной демагогии, заявив, что защищают принцип частной собственности, в сохранение которого, дескать, заинтересованы и ремесленники, и квалифицированные рабочие, и низшие слои гражданских служащих. Буржуазия оценила поведение нацистов в этой важной политической кампании.

Руководители торговли и промышленности приглашали Гитлера выступать на их собраниях. Темой своих речей он избрал жгучий для монополистов вопрос о восстановлении Германии как великой державы, требовал полного искоренения марксизма, давал понять, что эту задачу может выполнить только национал-социалистская партия.

Всё это импонировало представителям большого бизнеса. В апреле 1927 г. Гитлер был приглашён на встречу с 400 предпринимателями Рура, проходившую на вилле Круппа. После этого он и его партия стали регулярно финансироваться крупными немецкими монополиями и банками, тесно связанными с международными деловыми и политическими кругами. Крупный бизнес признал способность гитлеровской партии в случае необходимости превратиться в массовую опору открытой диктатуры монополистического капитала.

В обстановке наступившего кризиса 1929–33 гг. германские монополисты мечтали о такой диктатуре, которая крайним насилием подавила бы внутреннее сопротивление и открыла путь к реваншу. Гитлер казался вполне подходящей кандидатурой для этого.

Как реакция на рост и размах рабочего, забастовочного движения в годы Великой депрессии, усиливался фашистский террор. Отряды СА фактически превратились в настоящую армию численностью до 300 тыс. человек. Более 60 % её составляли люди, длительное время лишённые работы и заработка. Многие из них были переведены на казарменное положение, что давало им пищу и кров. С января 1929 по апрель 1932 г. количество эсесовцев (СС) возросло более чем в 107 раз – с 280 чел. до 30 тыс. (стр. 70, 115).

Хорошо вооружённые отряды, в которые включали и уголовников, организовывали кровавые побоища на улицах, срывали митинги и собрания коммунистов, убивали антифашистов. Гитлеровцам удалось завлечь в свои сети значительную часть студенчества, мелкой буржуазии, деклассированные элементы, служащих, отсталые слои рабочего класса, поэтому на выборах в рейхстаг в 1930 г. они собрали 6,41 млн. голосов, почти в 8 раз больше, чем в 1928 г.

Воротилы финансового капитала приветствовали успех гитлеровцев и оказывали им ещё большую поддержку. В свою очередь гитлеровцы стали ещё активнее добиваться поддержки монополистов. Как писал руководитель фашистской прессы О. Дитрих «летом 1931 г. фюрер принял решение заручиться поддержкой ведущих представителей немецкой экономики, чтобы разрушить существующую правительственную систему… В последующие месяцы фюрер на своём «мерседесе» исколесил всю Германию, повсюду устраивая секретные совещания с авторитетными лицами» (стр. 115).

Одна из таких встреч состоялась 19 июля в Мюнхене между Гитлером, монополистом Стиннесом и нацистским гаулейтером Вагнером. Вскоре Стиннес в письме Гитлеру выразил восхищение «проектом расширения немецкого жизненного пространства на востоке» и рекомендовал избрать в качестве первой цели агрессии Советский Союз и страны Юго-Восточной Европы. 11 октября в Гамбурге состоялось совещание Гитлера с главарями других фашистских организаций, в котором участвовали бывший директор рейхсбанка Шахт, магнаты капитала Тиссен, Флик, Крупп, Пенсген, Гугенберг, генерал Сект и немецкие принцы. Именно тогда немецкая реакция и создала блок гитлеровцев с генералитетом и юнкерством (помещики-землевладельцы) и разработала план передачи власти фашистам.

9 декабря 1931 г. Тиссен и Фёглер встретились с Гитлером в берлинском отеле «Кайзерхоф», и в середине декабря прусская знать потребовала от президента Гинденбурга передачи власти Гитлеру.

Для того чтобы монополисты не опасались некоторых демагогических антикапиталистических положений, записанных в программе нацистской партии, принятой в 1924 г., гитлеровцы внесли в неё ряд изменений, заменив требование национализации концернов, синдикатов и трестов обязательством не покушаться на частную собственность, включая крупные промышленные предприятия. В январе 1932 г. Гитлер сообщил об этом собранию крупнейших монополистов, состоявшемуся в Дюссельдорфе. Присутствовавшие с восторгом встретили заявление Гитлера о намерении «искоренить марксизм в Германии» и завоевать «жизненное пространство», что отвечало агрессивным стремлениям королей германской тяжёлой индустрии, финансистов и юнкеров. Чтобы обеспечить мировое господство, Гитлер намечал создать многомиллионную армию, для вооружения которой потребуется огромное количество орудий, танков, военных кораблей. Такой план произвёл на собравшихся промышленников глубокое впечатление, и в результате большие суммы из сейфов воротил тяжёлой промышленности потекли в кассу нацистской партии.

Опасность фашизма стремительно нарастала. Гитлеровцы усилили кровавый террор против рабочего класса и демократических организаций.

На президентских выборах в марте-апреле 1932 г. за Гинденбурга было подано 18,6 млн. голосов и он стал президентом. За Гитлера проголосовало 11,3 млн. человек.

Коммунистическая партия Германии призвала трудящихся и все прогрессивные силы сплотиться в движении «Антифашистского действия». Фашизм мог быть остановлен. Борьба немецкого народа против гитлеровцев к лету-осени 1932 г. приобрела такую силу, что влияние фашистов пошло на убыль. Но руководители социал-демократической партии отклоняли все предложения коммунистов о единстве действий.

В условиях жестоких преследований в стране с сентября по декабрь 1932 г. состоялось 1100 стачек и много митингов с участием коммунистов. Численность компартии выросла со 125 тыс. человек в 1928 г. до 360 тыс. к концу 1932 г. На выборах в рейхстаг в ноябре 1932 г. за компартию было подано почти 6 млн. голосов (каждый шестой избиратель), она приобрела 100 мандатов.

Рост влияния коммунистов серьёзно беспокоил заправил крупного капитала. В середине ноября 1932 г. 17 крупных промышленных и финансовых магнатов направили президенту Гинденбургу петицию с требованием назначить Гитлера рейхсканцлером. 4 января 1933 г. на вилле Шредера близ Кёльна состоялись секретные переговоры Гитлера с Папеном, а 7 января – новое совещание. Владельцы металлургических концернов и банкиры приняли окончательное решение о передаче власти фашистам.

Сговор заправил монополий с гитлеровцами сопровождался усилившимся террором фашистских банд, убийствами антифашистов, разгромом демонстраций и митингов рабочих, а также помещений демократических организаций.

28 января Гинденбург дал отставку рейхсканцлеру Шлейхеру и поручил Гитлеру сформировать новое правительство. Так 30 января 1933 г. фашистская партия овладела государственной властью. В Германии установилась террористическая диктатура наиболее реакционных, шовинистических, агрессивных кругов финансового капитала.

С этого дня началось стремительное превращение Германии в государство войны, принесшее неисчислимые беды всему человечеству, в т. ч. и самому немецкому народу. Передача власти Гитлеру не была победой «легальной оппозиции». Это был фашистский переворот, заранее подготовленный путём закулисного сговора заправил германских монополий, финансистов, реакционного генералитета, крупных землевладельцев при тайном соучастии лидеров правых социал-демократов.

Германский нацизм имел много общих черт с фашизмом в других странах. Но именно он стал самой зверской и человеконенавистнической его формой, для которой характерно:

– особое рвение к выполнению социального заказа монополий;

– тесная уния нацистских фюреров с монополистическим капиталом;

– яростный антикоммунизм, откровенный шовинизм, политика кровавого террора;

– всесторонняя лихорадочная подготовка новой мировой войны во имя достижения мирового господства и устранения капиталистических конкурентов;

– ликвидация классового противника – Советского Союза.

Фашистская диктатура, добившись невиданного ранее сосредоточения власти в руках государственного аппарата, в то же время усилила его зависимость от монополий, вследствие чего до крайности возрос их гнёт над многомиллионными массами трудящихся.

Наиболее активную роль в определении курса политики германского правительства играли такие «киты» промышленно-финансового капитала как Шахт, Крупп, Тиссен, Шредер, Рехлинг, Флик, Рехберг и другие. Все они поддерживали самые близкие отношения с фашистскими главарями и в своих многочисленных памятных записках высказывали им предложения о проведении тех или иных мероприятий по подготовке к войне.

Монополисты оказывали решающее влияние не только на определение внутренней и внешней политики гитлеровского правительства, они и далее поддерживали его и морально, и материально. Крупные денежные суммы регулярно переводились в кассы гитлеровской партии и после установления фашистской диктатуры. В июне 1933 г. «Имперское объединение германской промышленности» учредило «фонд Адольфа Гитлера из пожертвований германской экономики». Все члены объединения были обязаны систематически перечислять средства на текущий счёт этого фонда, председателем попечительского совета которого был Крупп, лично внесший за предвоенные годы 12 млн. марок. Всего за время фашистской диктатуры через фонд Гитлера нацистская партия получила около 700 млн. марок.

Многие монополисты субсидировали мероприятия гитлеровцев непосредственно. Например, концерн «ИГ Фарбениндустри» с 1933 по 1939 гг. перечислил политическому руководству нацистской партии более 580 тыс. марок, СС – 512 тыс., СА – 258 тыс., корпусу лётчиков – 639 тыс. марок и т. д. (стр. 121).

Тесное сотрудничество гитлеровцев с монополистами проявлялось и в том, что важные государственные посты, особенно в области экономики, были предоставлены руководителям крупнейших концернов. В августе 1934 г. Шахт, глава рейхсбанка, тесно связанный не только с немецким, но и с американским и английским финансовым капиталом, занял пост министра экономики, превратившись, фактически, в финансово-экономического диктатора Германии. Тиссен и Рейнхардт стали государственными советниками в Пруссии и т. д.

15 июля 1933 г. был учреждён генеральный совет хозяйства, в котором заправляли пушечный король Крупп, промышленный магнат Рура Тиссен, генеральный директор заводов «Стального треста» Фёглер, электрический король Сименс, крупнейший банкир и финансовый посредник между Гитлером и американскими банками Шредер, председатель наблюдательного совета коммерческого банка Рейнхардт, генеральный директор германского калиевого синдиката Дин, президент центральной ассоциации банков и банковских предприятий Фишер. Этот орган с полным основанием можно было назвать «действительным правительством Германии».

Союз гитлеровцев с монополистами был закреплён тем, что сами фашистские главари стали владельцами или совладельцами крупных капиталов. По свидетельству Тиссена, ко времени захвата государственной власти фашистские заправилы не имели ничего, кроме долгов, однако очень скоро, после 1933 г., стали миллионерами.

Большую роль в приходе гитлеровцев к власти сыграла немецкая военщина. Тесный союз гитлеровцев с генералитетом сложился сразу после появления нацистской партии. Фашистский переворот 1933 г. осуществлялся при активном содействии президента Германии – военного деятеля первой мировой войны главнокомандующего вооружёнными силами фельдмаршала Гинденбурга. Нацистскую партию и рейхсвер давно объединяли общие цели подготовки тотальной войны, антикоммунизм и реваншизм.

Против прихода фашистов к власти решительно выступила Коммунистическая партия Германии. Она развернула самоотверженную борьбу против установленного террористического режима.

30 января 1933 г., в то самое время, когда отряды СА устраивали митинги и факельные шествия в честь правительства Гитлера, ЦК КПГ обратился к СДПГ и христианским профсоюзам с призывом провести всеобщую генеральную забастовку, направленную на свержение нового правительства, и определил его как «правительство открытой фашистской диктатуры… грубое и неприкрытое объявление войны трудящимся, немецкому рабочему классу». «Кровавый варварский режим фашистского террора навис над Германией», – отмечала КПГ.

Правление СДПГ отклонило обращение Компартии Германии от 30 января.

На нелегальном заседании ЦК КПГ, состоявшемся 7 февраля, Э. Тельман охарактеризовал правительство Гитлера как открытую фашистскую диктатуру. «В лице Гитлера рейхсканцлером стал человек, поставивший во главу угла своей внешней политики войну против Советского Союза». В качестве ближайшей цели руководство КПГ выдвинуло свержение фашистской диктатуры единым фронтом рабочего класса и его союзников.

В конце января-феврале по призыву коммунистов во многих городах Германии прошли совместные демонстрации и митинги, требуя свержения гитлеровского правительства. В труднейших условиях многие передовые немецкие рабочие вели самоотверженную борьбу против фашистской диктатуры. Однако совместные действия трудящихся не приняли массового характера. Лидеры СДПГ и Всеобщего объединения немецких профсоюзов саботировали создание единого фронта, занимая откровенно антикоммунистические позиции. Не противостояли фашистскому перевороту и буржуазные партии.

Значительная часть населения была введена в заблуждение гитлеровской демагогией и поддержала нацистский режим. Некоторая часть немецкого народа заняла выжидательную позицию.

Захват власти в Германии фашистами – не случайное явление. Фашистская диктатура не была властью, которая, как пытаются доказать буржуазные фальсификаторы истории, стояла над классами. Эта власть представляла собой одну из форм политического господства монополистической буржуазии, форму террористической диктатуры крупного финансового капитала.

Сразу после переворота гитлеровцы развернули репрессии против Коммунистической партии. Приказом Геринга были запрещены собрания и демонстрации коммунистов. 23 февраля 1933 г. полиция произвела налёт на здание ЦК КПГ. Однако разгромить Компартию было далеко не просто, она пользовалась огромным авторитетом и доверием значительной части немецкого населения.

Чтобы развязать себе руки и перейти к открытому массовому террору, гитлеровцы решились на чудовищную провокацию – поджечь рейхстаг и обвинить в этом коммунистов.

В ночь на 28 февраля 1933 г. поджигатели рейхстага собрались в доме председателя рейхстага Геринга. По подземному ходу они проникли в здание парламента и совершили там своё чёрное дело. Вскоре было опубликовано правительственное сообщение, в котором виновниками поджога объявлялись коммунисты. Гитлер, прибыв к месту происшествия, в присутствии многочисленных журналистов воскликнул: «Это перст божий! Теперь никто не помешает нам уничтожить коммунистов железным кулаком»!

Обстоятельства поджога рейхстага были документально раскрыты на Нюрнбергском процессе, но западногерманские неофашисты в 60-х годах снова стали распространять гитлеровскую версию поджога рейхстага. В связи с этим директор института истории Берлинского университета В. Хофер в 1969 г. заявил: «Приказ о поджоге поступил из высших сфер нацистской партии, и он был выполнен специальной командой сотрудников служб СС и СА» (стр. 135).

После поджога рейхстага антикоммунизм стал официальной государственной доктриной германской империи. Организации КПГ, её активисты подверглись жестокому фашистскому террору. В стране было объявлено чрезвычайное положение. Начались массовые облавы и аресты. В ночь на 28 февраля было арестовано более 10 тыс. человек. 3 марта фашисты схватили руководителя Коммунистической партии Германии Э. Тельмана.

5 марта 1933 г. состоялись выборы в рейхстаг. Несмотря на свирепый террор, Коммунистическая партия собрала 4 млн. 848 тыс. голосов, что свидетельствовало о доверии к ней широких слоёв народа. Однако гитлеровцы не допустили коммунистов-депутатов в рейхстаг и аннулировали их мандаты. Коммунистическая партия Германии была официально запрещена, а не успевшие скрыться депутаты-коммунисты арестованы.

24 марта рейхстаг предоставил Гитлеру чрезвычайные полномочия. В начале августа 1934 г. после смерти Гинденбурга пост президента был упразднён, и Гитлер официально сконцентрировал в своих руках всё управление страной.

Придя к власти, нацисты поставили своей целью истребить передовую часть пролетариата. Рабочие и демократические организации были разгромлены. Террор фашистов прежде всего направлялся против коммунистов. Из 300 тыс. человек, состоявших в партии к началу 1933 г., 150 тысяч подверглось преследованиям, были брошены в тюрьмы и концентрационные лагеря, десятки тысяч членов партии убиты. Всего по стране было уничтожено 200 тыс. человек, около миллиона томились в заключении.

В начале мая 1933 г. гитлеровцы разогнали профсоюзы. Созданный ими так называемый «Немецкий трудовой фронт», включавший как рабочих, так и предпринимателей, должен был демонстрировать отсутствие в фашистском государстве классовых противоречий. Его задача состояла в том, чтобы полностью подчинить рабочих предпринимателям и закрепить их за предприятиями.

Фашистская Германия постепенно превращалась в международную базу контрреволюции. В борьбе против революционного движения гестапо сотрудничало с полицией Австрии, Венгрии, Италии, Польши, Румынии, Чехословакии и других стран.

С 21 сентября по 23 декабря 1933 г. в Лейпциге проходил провокационный судебный процесс по делу о поджоге рейхстага. Организаторы пожара посадили на скамью подсудимых выдающегося деятеля международного коммунистического и рабочего движения Г. Димитрова, в лице которого суд должен был обвинить Компартию Германии, Коминтерн, Советский Союз. Лейпцигский процесс был призван дать гитлеровцам идеологическое оружие для антисоветской войны. Но Димитров, сумевший превратить этот процесс в суд над фашизмом, опрокинул все планы нацистов. Мощная волна антифашистского движения во всём мире, мужественная и умелая защита Димитровым дела коммунизма, разоблачение им провокаторов и фашистского судилища – всё это привело лейпцигский процесс к позорному провалу. Фашисты не смогли доказать причастность Димитрова к пожару. Признав фактически полную бездоказательность обвинения, суд был вынужден оправдать бесстрашного революционера.

Вслед за Коммунистической партией гитлеровцы запретили и социал-демократическую (не помогло правым лидерам СДПГ их заигрывание с фашистами и предательство интересов рабочего класса) и остальные буржуазные партии, кроме своей национал-социалистской. Все буржуазные партии тут же поспешили заявить о самороспуске.

Но немецкие коммунисты продолжали сражаться и в глубоком подполье. В секретном циркуляре гестапо (политическая полиция, созданная Герингом в апреле 1933 г.) от 3 июня 1935 г. говорилось: «Находящаяся на нелегальном положении коммунистическая партия Германии не только не прекращает своей деятельности, но и продолжает её в широких масштабах» (стр. 137).

С установлением фашистского режима всё более усиливались гонения на еврейское население Германии. В 1933–35 гг. были изданы законы, запрещающие евреям работать в государственных учреждениях, служить в армии; их лишили прав гражданства, запретили браки с «арийцами». Вскоре нацисты перешли к прямому террору, организуя погромы и бесчеловечные расправы. Впоследствии евреи были переданы в распоряжение СС, гестапо и уничтожались в лагерях смерти. Очень легко было разжечь межнациональную рознь и свалить на коммунистов и евреев все беды, которые обрушились на трудящихся Германии, уводя от внимания главного врага трудового народа – крупный финансовый монополистический капитал, которому верой и правдой служили нацисты.

Одновременно германские империалисты развернули военно-экономическую подготовку страны.

Являясь председателем союза германских промышленников, Крупп представил Гитлеру проект реорганизации промышленности страны, чтобы ускорить перевооружение рейхсвера. (Рейхсвер – вооружённые силы Германии в 1919–1935 гг., ограниченные по составу и численности условиями Версальского договора. Вербовались по найму 115 тыс. человек). Его фирма одна из первых приступила к массовому производству военной продукции. На конвейерах появились танки. На кильских судоверфях Крупп начал широкое строительство подводных лодок, минных тральщиков, эсминцев; на побережье Балтийского моря испытывалось новое зенитное орудие.

Крупные военные заказы от правительства получили и другие концерны, способные наращивать производство вооружения.

О темпах роста военной промышленности Германии можно судить по данным выпуска самолётов. В 1931 г. их было произведено лишь 13, в 1933–368, в 1935–3183. Это были преимущественно военные самолёты или такие «гражданские», которые легко можно было переоборудовать в военные (стр. 140).

Старые предприятия вскоре перестали удовлетворять потребности рейхсвера. В срочном порядке началось возведение новых. В первые три года фашистской диктатуры вступило в строй более 300 военных заводов, в том числе 55–60 авиационных, 45 автомобильных и бронетанковых, 70 военно-химических, 15 военно-судостроительных и 80 артиллерийских.

Стремительно нарастали капиталовложения в военное производство, Если в 1932 г. они составляли 24 % от общего объёма капиталовложений в экономику, то в 1935 г. – уже 57 %.

Милитаризация экономики способствовала процессу концентрации и централизации капитала и всевластия монополий. По данным германского статистического управления, в конце 1935 г. доля концернов составляла от 76 % до 85 % в каменноугольной промышленности, чёрной металлургии и производстве электроэнергии. Концерны контролировали до 85 % всего акционерного капитала.

Быстро набирали силу фирмы, которые представляли бурно развивающиеся отрасли военного производства. Среди них ведущее место занимал концерн Круппа. Количество его рабочих стремительно увеличивалось и в конце 1935 г. составило 90 тыс. человек. Концерн представлял собой гигантский комплекс металлургических, машиностроительных, танковых, артиллерийских, автомобильных, авиационных и судостроительных заводов. Его обороты выросли со 191 млн. марок в 1932/33 г. до 896 – в 1936/37 г. За это время вдвое увеличились обороты концернов Сименса и «ИГ Фарбениндустри», в восемь-девять раз – концерна «Юнкерс». Деятельное участие в вооружении фашистской Германии принял концерн Цейса, изготовлявший точные оптические приборы, так необходимые в авиации, артиллерии, на боевых кораблях.

Главными источниками финансирования стремительно растущей военной экономики Германии было увеличение всякого рода поборов с трудящихся: прямых и косвенных налогов, принудительно размещаемых государственных займов, поборов в фонд «трудового фронта» и т. д. В гигантских военных приготовлениях первых лет фашистской диктатуры на проведение крупных работ использовался и принудительный труд 4 миллионов безработных за грошовое вознаграждение. Гитлеровцы хвастливо заявляли, что таким образом они успешно решили проблему занятости рабочей силы, сэкономив при этом крупные средства при создании военного хозяйства.

С ростом военных заказов быстро росли прибыли самых крупных военных концернов. Так, чистая прибыль концерна «ИГ Фарбениндустри» с 71 млн. марок в 1923 г. возросла до 153 млн. в 1936 г.; «Стального треста» – со 121 млн. марок в 1934 г. до 257 млн. в 1937 г.; концерна Круппа – с 7 млн. марок в 1932/33 г. до 91 млн. в 1935/36 г. (стр. 142).

Таким образом, происходило стремительное сращивание крупного монополистического капитала и военщины, усиливалась милитаризация экономики страны.

Чтобы не прекращался приток капитала и военно-стратегического сырья извне, монополисты советовали Гитлеру заверять западные державы в лояльном к ним отношении, что полностью совпадало с расчётами фюрера. Постоянно напоминая представителям правящих кругов США, Англии, Франции о своей ненависти к Советскому Союзу и планах войны только с ним, Гитлер стремился в полной мере воспользоваться их финансово-экономической, и политической поддержкой.

Новый этап в экономической подготовке к войне наступил с введением в действие «четырёхлетнего плана» развёртывания военного производства, который в сентябре 1936 г. был утверждён на съезде нацистской партии в Нюрнберге. Месяцем раньше Гитлер издал секретный меморандум об экономической подготовке к войне, в котором были чётко определены задачи и поставлены сроки: «1) через четыре года мы должны иметь боеспособную армию, 2) через четыре года экономика Германии должна быть готова к войне».

В процессе подготовки к войне фашистский режим развернул в невиданных масштабах идеологическую обработку населения. В 1933 г. было создано министерство пропаганды, которое возглавил Геббельс, один из поджигателей второй мировой войны.

Народное образование, печать, радио, библиотеки, музеи, театры, кино – все средства духовной культуры министерство взяло под свой контроль и поставило на службу агрессивной политике нацистов. По словам Гесса, заместителя Гитлера по партии, воздействие новых идей распространялось не только на политику, но и на искусство и литературу, науку и экономику, на силы обороны страны и на рабочую силу, на общество и семью.

Дополняя методы террора, пропаганда должна была обеспечить полный контроль фашистов над мыслями и чувствами масс. Пропаганда, поучал Гитлер, должна быть направлена «главным образом, на чувства и только в очень ограниченной степени рассчитана на так называемый разум…Чем скромнее её научный балласт, чем больше концентрирует она своё внимание на чувствах масс, тем значительнее её успех» (стр. 145).

Задачу всей пропаганды гитлеровцы видели в массированном идеологическом и психологическом воздействии на массы путём внушения агрессивных фашистско-милитаристских лозунгов, выражавших суть их политической и военной доктрины: «Германия превыше всего!», «Народ, к оружию!», «Мы будем маршировать дальше!», «Мы устремляемся на Восток!», «Покончим с коммунизмом!».

Основные усилия геббельсовской пропаганды были сконцентрированы на идеологической и политической подготовке масс к захватнической войне, к борьбе за «жизненное пространство», которым немецкий народ был незаслуженно обделён историей. Малоземельным и безземельным крестьянам гитлеровцы обещали землю на Востоке.

В ранг официальной науки была возведена геополитика, которая изучалась во всех университетах «третьего рейха». Созданный нацистами «Союз геополитики» призывал: «Не ограничивайся рамками тесного, небольшого пространства, а мысли масштабами великих и обширных пространств, масштабами континентов и океанов, и следуй этим путём за своим фюрером»!

Для обоснования «законности» агрессии и «права» нацистской Германии на порабощение других народов, использовалась расовая теория. Нацистская пропаганда внушала немцам, что они «избранный народ», самой «судьбой и кровью» определены к господству, воспитывала у них высокомерное отношение и пренебрежение к другим народам; особенно к славянам как представителям «низшей расы», которых фашистские варвары планировали поработить и истребить, а их земли заселить немцами.

Гитлер объявил чистоту расы единственной предпосылкой «правильного» мировоззрения. На съезде нацистской партии в 1935 г. расовая «наука» была объявлена «важнейшей основой национал-социалистского понимания природы и человеческой истории», «основой законодательства национал-социалистского рейха» (стр. 147).

Ядром фашистской идеологии и основным направлением её пропаганды был антикоммунизм. Фашисты изображали коммунизм и первое социалистическое государство «врагами всего мира», а «третий рейх» объявили «бастионом западной цивилизации», требуя предоставления Германии полной свободы в вопросах вооружения и организации «крестового похода» на Восток. Нацистская антикоммунистическая пропаганда тесно смыкалась с дипломатией, которая строила свои расчёты на максимальном использовании антисоветских настроений правящих кругов США, Англии, Франции, Польши и других капиталистических стран. Фашистские руководители и дипломаты уверяли, что Германия вооружается только ради обеспечения своей безопасности и ограждения других европейских государств от «угрозы большевизма».

В то же время Гитлер, пришедший к власти при сочувствии и поддержке монополистов США и Англии, с помощью которых он продолжал вооружаться, вовсе не намеревался превращать Германию в орудие их политики.

Немецкие империалисты преследовали свои собственные цели: коренным образом переделить мир, создать грандиозную колониальную империю, сокрушить капиталистически конкурентов, социалистическое государство и завоевать мировое господство.

Милитаристская сущность нацистской идеологии концентрировалась в теории насилия, возвеличивавшей войну. Гитлер утверждал, что «права и претензии германской нации» могут быть осуществлены только лишь «средствами политики силы» вплоть до «использования отточенной немецкой шпаги». Пропагандируя подобные изречения фюрера, нацистская пропаганда насаждала в стране дух милитаризма, культ солдафонства; воспевались прусские военные традиции, на щит поднимались немецкие завоеватели, и среди них особенно Фридрих II.

Все усилия пропаганды сосредоточивались на том, чтобы отравить сознание немецкого народа и бросить его в пекло войны во имя интересов германского империализма. Расчищая путь фашистской идеологии, нацисты изъяли из библиотек, книжных магазинов и у населения всю прогрессивную литературу. На улицах и площадях городов, у университетов и библиотек запылали костры, сложенные из книг – драгоценного достояния человеческой мысли. Фашистские варвары сжигали произведения Маркса, Энгельса, Ленина, классиков мировой литературы, выдающиеся творения немецких прогрессивных писателей. Более двух тысяч видных учёных, представителей науки и искусства, в том числе А. Эйнштейн, Т. Манн, А. Цвейг, покинули страну, десятки тысяч попали в тюрьмы и концлагеря.

На основании указаний фашистского руководства все пропагандистские организации Германии сосредоточивали своё внимание на идеологической обработке молодёжи, видя в ней резерв вермахта. Они превратили систему образования в орудие воспитания ненависти к другим народам, презрения и чудовищной жестокости к ним. Гитлеровские главари похвалялись тем, что из молодых людей они делают «диких зверей».

Армия нацистской Германии впитывала дух расизма и реваншизма. Вся система воспитания готовила почву для тех неслыханных злодеяний, которые гитлеровская Германия творила в годы второй мирровой войны.

В тесной связи с идеологической подготовкой войны находилась военно-теоретическая деятельность германских милитаристов. Почти все военные теоретики Германии были сторонниками фашистского режима, его идеологии и целиком поставили себя на службу агрессивной политике. Большинство военных теоретиков «третьей империи» воспевали войну как борьбу за выживание нации, как выражение способности расы или народа к развитию, как право сильного уничтожать слабого.

Ядром военной доктрины служила теория тотальной войны, разработанная немецкими военными теоретиками ещё в двадцатые годы. Под «тотальной» фашистские теоретики понимали войну всеобъемлющую, в которой допустимы все средства и методы для разгрома и уничтожения противника. В центре внимания фашистских военных теоретиков была проблема подготовки населения страны к активному участию в войне. Генерал Людендорф писал: «Центр тяжести тотальной войны в народе». Главным условием создания высокого морального духа населения и армии теоретики считали укрепление режима военной диктатуры фашистского типа, а основными методами – террор против демократических и антивоенных сил, широкое использование национальной и социальной демагогии. Не менее важное значение они придавали заблаговременной и всеобъемлющей подготовке германской экономики к войне.

Фашистский военный журнал провозглашал: «Война будущего является тотальной не только по напряжению всех сил, но и по своим последствиям; иными словами: по внутренней логике тотальной войны ей соответствует такая же победа. Тотальная победа означает полное уничтожение побеждённого народа, его полное и окончательное исчезновение со сцены истории (выделено мною, Д. И.)» (стр. 153–154).

Фюрер откровенничал с одним их своих приближённых: «Воздушные налёты, неслыханные по своей массированности, диверсии, террор, акты саботажа, покушения, убийства руководящих лиц, сокрушительные нападения на все слабые пункты вражеской обороны внезапно, в одну и ту же секунду… Я не остановлюсь ни перед чем. Никакое так называемое международное право не удержит меня от того, чтобы использовать представляющееся мне преимущество. Следующая война будет неслыханно жестокой и кровавой (выделено мною, Д. И.)» (стр. 154). Так обосновывались и оправдывались варварские методы ведения войны, применённые гитлеровцами вскоре на практике.

Немецкие военные теоретики, как правило, отдавали себе отчёт в том, что затяжная война может обернуться для страны катастрофой, поэтому теория тотальной войны включала в себя стратегическую концепцию «молниеносной войны», которая вполне отвечала авантюристическим устремлениям фашистских руководителей и пользовалась их безусловной поддержкой.

Военное строительство в «третьем рейхе»

С приходом гитлеровцев к власти немедленно был взят курс на создание массовой многомиллионной механизированной армии.

Быстрое развёртывание 100-тысячного рейхсвера в массовую армию стало возможным потому, что эта армия создавалась ещё в годы Веймарской республики. Уже тогда были подготовлены кадры офицеров и унтер-офицеров, разработаны образцы вооружения и налажено их производство. Однако темпы роста вооружённых сил в первые же годы господства нацистов намного превзошли намерения генералов рейхсвера.

В марте 1935 г. вышел закон о создании вермахта (такое официальное название получили вооружённые силы фашистской Германии) и введении всеобщей воинской повинности. Вермахт делился на три вида: сухопутную армию, военно-морской и военно-воздушный флоты, имевшие собственные главные командования.

В связи с введением всеобщей воинской повинности гитлеровское правительство официально заявило, что не считает связанным себя ограничениями в вопросах вооружения, наложенными Версальским договором. Западные державы реагировали на это лишь формальными нотами протеста, то есть, фактически поощряли создание гитлеровцами современной высокомоторизованной массовой армии, оснащаемой самой совершенной военной техникой и оружием. Численность сухопутных сил к концу 1935 г. достигла 300 тыс. человек, то есть в три раза превысила версальские ограничения. А с учётом ВМФ и ВВС, а также всех вспомогательных войск, общая численность вермахта достигла 900 тысяч (стр. 156).

Базой для формирования вермахта служил не только рейхсвер, но и полиция, значительная часть которой была на казарменном положении.

Военной подготовкой молодёжи к службе в вермахте и воспитанием её в милитаристско-фашистском духе служил гитлерюгенд, насчитывавший к началу войны до 8 млн. юношей.

Подготовку кадров для танковых и моторизованных войск вёл нацистский автомобильный корпус, охвативший до 400 тыс. автомобилистов и имевший прекрасную материальную базу. В течение двух лет гитлеровцам удалось создать три танковые дивизии, одной из которых командовал Гудериан.

Ещё более быстрыми темпами развивалась авиация. В марте 1935 г. Геринг хвастливо заявил: «Я намереваюсь создать военно-воздушные силы, которые, когда пробьёт час, обрушатся на врага подобно карающей деснице возмездия. Противник должен считать себя побеждённым ещё до того, как он начнёт сражаться» (стр. 157). Основное внимание сосредоточивалось на наступательных силах – бомбардировочной авиации. К 1933 г. «Спортфлюг» и его филиалы подготовили 3200 лётчиков и 17 тыс. планеристов. В июле 1934 г. была принята программа строительства ВВС, которая предусматривала создание военно-воздушных сил в составе 4021 самолёта.

Для развития военно-морского флота гитлеровцы от Веймарской республики получили ещё более солидную базу, чем для ВВС. С 1933 г. гитлеровцы значительно расширили программу и ускорили темпы военно-морского строительства. Численность личного состава ВМС за два года увеличилась более чем вдвое.

Новым толчком к усилению гонки военно-морских вооружений послужило англо-германское соглашение, заключённое 18 июня 1935 г. Германия получила право иметь флот, составляющий 35 %, а по подводному – 45 % от английского, причём в будущем она могла создать подводный флот, равный английскому. Для гитлеровцев это соглашение имело огромное военное и политическое значение. Оно фактически легализовало перевооружение фашистского рейха и поощряло его руководителей на дальнейшие нарушения международно-правовых обязательств и вызвало ликование в стане гитлеровцев.

После заключения морского соглашения развернулось лихорадочное строительство большого германского флота. 12 подводных лодок, тайное строительство которых началось давно, немедленно вошли в строй. Кроме уже заложенных на стапелях, вскоре началось строительство двух линкоров, ряда тяжёлых крейсеров, эсминцев, 24 подводных лодок.

2 августа 1934 г. сразу же после смерти президента Гинденбурга, верховным главнокомандующим вооружёнными силами был объявлен Гитлер, и в тот же день войска были приведены к присяге на верность фюреру: «Клянусь перед господом богом этой священной присягой безоговорочно повиноваться фюреру германской империи и народа – Адольфу Гитлеру, верховному главнокомандующему вооружёнными силами…» (стр. 159).

Кульминационным пунктом лихорадочной деятельности гитлеровцев по превращению Германии в государство войны в 1933–1935 гг. был седьмой съезд национал-социалистской партии, состоявшийся в сентябре 1935 г. Съезд был назван «партийным съездом свободы», а 1935 год – «годом свободы». Нацисты объявили, что теперь, наконец, немцы обрели долгожданную «свободу» – военный суверенитет, свободу вооружаться.

Съезд прошёл как открытая демонстрация быстро возраставшей военной мощи фашистского государства и как грандиозная пропагандистская акция, предназначенная для идеологической и психологической обработки немецкого населения в интересах подготовки войны.

Создав к 1935 г. довольно внушительную военную силу, гитлеровцы начали переходить к отдельным агрессивным акциям. Первой такой акцией была операция под кодовым названием «Шулунг», которая предусматривала вступление вермахта в демилитаризованную Рейнскую зону. 7 марта 1936 г. Германия оккупировала Рейнскую зону и разорвала локарнские соглашения.

Осенью 1935 г. командование вермахта разработало детальный план войны против Франции под кодовым названием «Рот», план вторжения в Австрию – «Отто» и Чехословакию – «Грюн».

В полную силу заработал немецко-фашистский генеральный штаб, планировавший огонь и смерть соседним странам вплоть до физического уничтожения целых народов. Казалось бы, все страны, все политические партии должны объединиться, чтобы сообща стать на пути германской агрессии. Но этого не произошло. Напротив, США, Англия и Франция вместо противодействия всё более поощряли агрессивные планы фашистской Германии.

#### § 5. Англо-американские, французские монополистические круги, сионистский капитал – пособники фашизма

Разжиревшие на войне английские монополии стремились сохранить завоёванные международные позиции и установить британское мировое господство. Однако экономическое положение Великобритании не соответствовало этим планам.

Первые послевоенные годы характеризовались углублением кризисных явлений в английской экономике. В годы временной стабилизации капитализма существенных улучшений в экономике не произошло, тем более, что её серьёзно подрывали платежи по американским займам, составившим в годы первой мировой войны огромную по тем временам сумму – 850 млн. фунтов стерлингов.

В период мирового экономического кризиса 1929–33 гг. произошло существенное падение промышленного производства; только в 1932 г. его объём сократился на 17,8 %; выплавка чугуна за годы Великой депрессии упала более чем в два раза.

Английские трудящиеся боролись против нараставшей нищеты, безработицы и бесправия, выступали в поддержку Советской России и национально-освободительного движения народов колоний Британской империи.

В 1919 г. состоялась всеобщая забастовка рабочих промышленности в Шотландии, вылившаяся в ожесточённую схватку с полицией. Всеобщую забастовку объявили железнодорожники. Попытка правительства использовать войска против бастующих обернулась неудачей – солдаты братались с рабочими, поэтому их пришлось вернуть в казармы. На волне забастовочной борьбы в 1920 г. была создана Коммунистическая партия Великобритании.

Несмотря на ужесточение репрессий, забастовочное движение продолжало нарастать, принимая всё более массовый характер. В 1926 г. Англию потрясла первая в её истории всеобщая стачка. В 1931 г. на нескольких кораблях военно-морского флота произошло восстание матросов.

Экономическое положение трудящихся было тяжёлым. К 1932 г. количество безработных достигло 3,5 млн. человек, стремительно росла стоимость жизни. Новой формой борьбы стали знаменитые «голодные походы» в знак протеста против экономической политики правительства.

В феврале 1934 г. по призыву Компартии в Лондоне был проведен конгресс единства действий, принявший программу конкретных требований рабочих и безработных к правительству. Затем состоялась грандиозная демонстрация в Гайд-парке, в которой участвовало 200 тыс. человек, прошедшая под лозунгами борьбы против безработицы, голода, фашизма и войны. «Волны классовой ненависти – писал прогрессивный английский историк Р. Арнот, – захлёстывали сторонников британских официальных устоев… Большевики – вот кто был для них самым опасным врагом».

Неудивительно поэтому, что внутренняя политика английской буржуазии, направленная на подавление забастовочного движения трудящихся, сочеталась с политикой поддержки фашизма в Германии, который правящие круги страны рассматривали в качестве плотины против большевизма.

В Англии из экстремистских группировок, использовавшихся правящим режимом для борьбы с рабочим движением, начинают вырастать фашистские организации.

Следует отметить, что английский фашизм не имел широкой массовой базы и использовался монополистическими кругами в качестве резервного орудия укрепления своей власти. Вместе с тем фашистское движение рассматривалось реакционной английской буржуазией как одна из эффективных форм поддержки международного, особенно немецкого, фашизма.

Рабочий класс Англии давал решительный отпор фашистским вылазкам. 9 сентября 1934 г., когда в Гайд-парке собралось 2,5 тыс. сторонников британского «фюрера» миллионера Мосли, трудящиеся Лондона организовали контрдемонстрацию, в которой, вопреки противодействию реакционных лейбористских и профсоюзных лидеров, саботировавших антифашистскую борьбу, приняло участие 150 тыс. человек. Фашистский митинг был сорван.

Английская буржуазия всеми способами показывала своё расположение к итальянскому и германскому фашизму. В 1923 г. английский король за услуги, оказанные контрреволюции, пожаловал Муссолини одну из высших наград Англии – орден Бани. В 1928 г. руководитель крупнейшей английской монополии «Импириэл кемикл индастри» Монд, находясь в Риме, заверил сторонников дуче: «Я восхищаюсь фашизмом, потому что он обеспечивает социальный мир». Черчилль заявил на пресс-конференции в Риме, что он «очарован Муссолини» («История второй мировой войны», т. 1, стр. 168).

Английская реакция всячески поддерживала нараставшее фашистское движение в Германии и способствовала приходу Гитлера к власти. Активизировались контакты английской буржуазии с представителями нацистского руководства. На встречах британские деятели всякий раз находили «достижения Гитлера замечательными». Многие годы финансировали германский фашизм английские магнаты Детердинг и Ротермир. Осенью 1930 г. Ротермир встретился в Германии с Гитлером. Затем он опубликовал статью, в которой писал: «Переход политического влияния в Германии к национал-социалистам выгоден и для всей остальной Европы, ибо таким образом воздвигается ещё один оплот против большевизма».

В конце 20-х – начале 30-х годов усилился процесс оказания Англией прямой помощи становлению германской военной машины. Руководящая верхушка буржуазной Англии, у руля которой встал Н. Чемберлен, с наибольшей последовательностью проводила опаснейшую для Англии, но выгодную для своих карманов политику ремилитаризации Германии и поощрения нацизма.

Гитлеровскому режиму была обеспечена широкая финансовая поддержка лондонского Сити. Английский банк, находящийся под контролем клана Ротшильдов, стал выполнять роль учреждения, под гарантии которого важнейшие фирмы Великобритании снабжали Германию в кредит медью, алюминием, никелем и другим сырьём, необходимым для военной промышленности. В конце 1934 г. банк предоставил германскому рейхсбанку заём в 750 тыс. фунтов стерлингов. По мнению финансистов, это являлось единственно возможным средством для подавления растущего недовольства германских рабочих и крестьян.

В декабре 1934 г. после встречи главы английского нефтяного треста «Ройял датч шелл» с Гитлером, была заключена сделка между германскими промышленниками и английскими нефтяными магнатами, по которой Германии были предоставлены нефтепродукты в размере её годового потребления.

Английские концерны снабжали Германию промышленным сырьём, стратегическими материалами, авиамоторами и т. д. Из Англии в Германию ввозились самолёты, танки, пулемёты. Высокопоставленные английские военные открыто выражали своё удовлетворение наращиванием германских вооружённых сил.

Гитлеровская Германия опиралась на Англию как на основную международную силу в своей подготовке к войне. Германский посол в Лондоне докладывал министерству иностранных дел в марте 1935 г.: «Сейчас достигнуто фактическое равенство прав для Германии в вооружениях на суше… Ключ к положительному решению находится в руках Англии» (стр. 173).

Формировавшееся на антисоветской основе англо-германское сотрудничество явилось одним из немаловажных факторов, способствовавших превращению Германии в главный очаг второй мировой войны.

На развитие мировых событий всё более существенное влияние оказывали Соединённые Штаты Америки, невиданно обогатившиеся на первой мировой войне. Прибыли монополий и банков достигли огромных размеров. Чрезвычайно усилился процесс централизации капитала. К 1918 г. один процент населения страны владел более чем половиной всех богатств США. Промышленное производство с 1913 по 1929 гг. возросло на 70 % и превысило производство всей капиталистической Европы.

Экономический центр мирового капитализма переместился за океан – на Американский континент. Из должников США стали могущественным кредитором: если к началу войны они задолжали европейским странам 4,5 млрд. долл., то к концу её одни только военные долги капиталистической Европы Соединённым Штатам составили 10 млрд. долл.

В. И. Ленин писал: «Американские миллиардеры были едва ли не всех богаче и находились в самом безопасном географическом положении. Они нажились больше всех. Они сделали своими данниками все, даже самые богатые, страны. Они награбили сотни миллиардов долларов» («Письмо к американским рабочим», ПСС, т. 37, стр. 50).

Но основным источником обогащения капиталистов было усиление капиталистической эксплуатации трудящихся масс страны, рост интенсивности труда.

В США бурно поднималось рабочее движение, на которое оказала вдохновляющее влияние Октябрьская революция в России. В 1919 г. в забастовках участвовало более чем 4 млн. трудящихся. В этом же году была создана Коммунистическая партия США.

Великая депрессия, поразившая США, привела к резкому ухудшению материального положения рабочего класса, трудящихся масс страны. К началу 1933 г. количество безработных достигло 17 млн. человек. Лишённые средств существования безработные и их семьи оказались на грани голодной смерти.

Буржуазный историк Шлезингер так описывал бедственное положение рабочей семьи: «И вот новые поиски работы – сначала энергичные и с надеждой, затем мрачные, потом отчаянные… Поиски продолжаются, одежда превращается в лохмотья, обувь расползается. Газета под рубашкой спасает от мороза, картон утепляет ботинки, вата в их носках смягчает трудную ходьбу по улицам, рогожа, намотанная на ступни, облегчает долгие часы ожидания на морозе у фабричных ворот. А тем временем сбережения тают и ужас овладевает семьёй. Отец растерял свою бодрость, он многие часы проводит дома, раздражённый, виноватый…Мясо исчезает со стола, лярд заменяет масло, отец выходит на улицу всё реже, он ужасно тих… Тени сгущаются в тёмных холодных комнатах, отец зол, беспомощен и полон стыда, исхудавшие дети всё чаще болеют, а мать, бодрящаяся днём, тихо льёт слёзы в подушку по ночам» (стр. 174).

Рабочий класс США вёл борьбу против своего бесправного положения. В марте 1930 г. в десятках городов состоялись многолюдные демонстрации безработных, требовавших предоставления им работы и хлеба. Крупные силы полиции жестоко расправлялись с демонстрантами. В 1931–32 гг. состоялись массовые «голодные походы» в Вашингтон.

Во время второго «голодного похода» в столицу прибыло 25 тыс. ветеранов первой мировой войны. Они раскинули свой лагерь в Анакостия-Флэтс – болотистом предместье Вашингтона. Манифестация бывших солдат проходила под лозунгами верности существующей системе и не была связана с левыми силами страны. Однако правительство направило против ветеранов войска, применив танки, кавалерию и слезоточивые газы.

В борьбу против правящего класса, пытавшегося все тяготы кризиса переложить на плечи трудящихся, включились фермеры и представители прогрессивной интеллигенции. Экономический кризис перерастал в кризис политический, кризис всей системы американского капитализма. The New York Times с тревогой писала: «Вызывающие беспокойство экономические явления не только превосходят все прежние эпизоды подобного рода, но и угрожают гибелью капиталистической системе» (там же).

Часть монополистов, банкиров и политиков видели выход из создавшегося кризисного положения в фашизации жизни страны. Сенатор Д. Рид публично заявил: «если нашей стране когда-либо был нужен Муссолини, то именно теперь пробил час». Председатель комиссии сената по иностранным делам К. Питтмэн назвал Гитлера «человеком мужества и усердия», «крестоносцем… в борьбе против большевизма» (стр. 175).

Как реакция на глубочайший экономический кризис и подъём борьбы трудящихся за свои права, в США начали возникать фашистские организации, нацеленные на расправу с рабочим движением.

Так, например, с 1933 г. ряд штатов США стали ареной кровавой деятельности фашистской организации «Чёрный легион», развязавшей террор против активных профсоюзных работников и демократически настроенных людей. В середине 30-х гг. легионеры убили несколько десятков человек, стремясь запугать в первую очередь представителей рабочего движения.

В январе 1932 г. на Капитолии появился сенатор Хью Лонг от штата Луизиана. Действуя в духе фашистских демагогов, он объявил, что «в Америке мы, конечно, стоим перед лицом коммунизма», обрушил проклятия на «богачей», обещал широким слоям народа «лучшее будущее», в котором не будет вопиющего неравенства; при этом «скромно» умалчивая об оказываемой ему поддержке со стороны крупных монополий.

Однако влиятельная часть монополистической буржуазии считала, что крайности фашизма подольют горючее в огонь народного негодования и создадут ещё большую опасность для общественного и государственного строя США. Они склонялись к тому, чтобы поставить во главе страны человека, который сможет системой реформ, не затрагивающих основ американской буржуазной демократии, внести успокоение в массы, ослабить их страдания, вызванные кризисом.

Таким человеком стал Франклин Делано Рузвельт, избранный в 1932 г. президентом страны. Рузвельт был убеждённым защитником капиталистической системы, и вся его политика направлялась на её укрепление. Проводя «новый курс», он широко пользовался методами социального маневрирования, пытался облегчить положение трудящихся, но отнюдь не за счёт ослабления роли монополистического капитала. Напротив, «новый курс» способствовал усилению роли государственно-монополистического капитализма в экономике и политической жизни страны.

Правое крыло правящих кругов США было недовольно социальным маневрированием администрации Рузвельта, в ходе которого иногда делались существенные уступки трудящимся. Оппозиция «новому курсу» существовала постоянно, в её рядах возникали различные фашистские организации, количество которых со временем достигло 700. Фашистские организации США открыто заявляли о своей солидарности с европейскими фашистскими державами. Деятельность их носила подрывной характер, так как они являлись агентурой гитлеровской Германии в США.

К примеру, в августе 1934 г. правые основали «Лигу американской свободы», объявившую, что она будет «бороться с радикализмом», «охранять и защищать конституцию». «Лигу» поддерживал ряд крупных монополистов, в первую очередь Дюпоны и Морганы (сионистский капитал). Массированная пропагандистская кампания «Лиги» была проникнута лютой злобой к администрации Рузвельта.

Но подавляющая часть правящих кругов страны оценила «новый курс» Рузвельта, как наиболее эффективное средство сохранения капитализма в американских условиях. Рузвельта поддерживала и основная масса народа, получившего определённое облегчение от «нового курса».

В результате маневрирования на путях «нового курса» Рузвельту удалось снизить накал социального напряжения в обществе. В данной ситуации сползание к фашизму просто не было нужным американскому монополистическому капиталу. Рузвельт стал единственным в истории США президентом (с 4 марта 1933 г. по 12 апреля 1945 г.), избиравшийся более двух сроков подряд.

Сложные и противоречивые процессы, протекавшие во внутренней жизни США, влияли и на их внешнюю политику.

Американские правящие круги считались с определённой опасностью для США со стороны фашистской Германии, но при этом были убеждены, что гитлеровская экспансия направлена на Восток, против СССР. Отсюда вытекала проводимая на внешней арене политика «нейтралитета», по сути поощрявшая фашистских главарей.

В то же время правительство Рузвельта не препятствовало упрочению связей крупного монополистического капитала США с монополистическим капиталом фашистской Германии.

Важную роль в укреплении отношений фашистской Германии и США сыграл Я. Шахт, по сути, правая рука Гитлера в финансово-экономической деятельности. После фашистского переворота, Шахт был назначен главой рейхсбанка. И уже в мае 1933 г. он совершил визит в США, встречался с Рузвельтом, членами правительства и заправилами Уолл-стрита, заверяя их, что фашистский режим «является лучшей формой демократии». Шахт добивался предоставления новых американских займов для Германии.

После ряда манёвров германское правительство шаг за шагом сокращало уплату платежей по займам, а в 1935 г. полностью приостановило выплату долгов. Так, с помощью американской и английской финансовой олигархии, заинтересованной в восстановлении военно-экономического потенциала фашистской Германии, гитлеровцы получили крупные суммы, направленные ими на вооружение.

Большую роль в координации усилий международной банковской олигархии в финансировании фашистского движения в Германии играл кёльнский банкир барон Шредер, связанный с нацистской партией. Он поддерживал тесные контакты с отделениями своей банковской фирмы в США и Англии. Все юридические формальности по займам, проходившим через банк Шредера, выполнялись в Америке адвокатской фирмой «Салливэн энд Кромвэл», во главе которой стояли братья Джон Фостер и Аллен Даллесы.

Вскоре после установления фашистской диктатуры, Германию посетили представители банковских объединений США Олдрич и Манн для обсуждения вопросов, связанных с финансированием вооружений Германии. В беседе с американским послом в Берлине они заявили, что с Гитлером «можно иметь дело». В результате переговоров было достигнуто важное соглашение. Американские банки отстрочили получение с Германии платежей по ранее предоставленным кредитам. Они дали обязательство, что впредь все доходы с американских капиталов и имущества в Германии будут расходоваться исключительно внутри этой страны. Немецкие и американские банкиры договорились о самом важно, о том, что капитал США примет деятельное участие в перевооружении Германии либо путём строительства новых предприятий, либо путём реконструкции уже имевшихся (стр. 182). Среди них были автомобильные заводы Форда в Кёльне и завод «Опель» в Рюссельгейме, в расширение которого вложила капиталы «Дженерал моторс», заводы американских компаний «Дженерал электрик» и «Интернэйшил телефон энд телеграф корпорейшн» (ИТТ); «Стандарт ойл» построила в Гамбурге нефтеперегонный завод, крупнейший в мире.

Из американских фирм и банков, активно способствовавших захвату гитлеровцами власти в Германии, а затем их военным приготовлениям, многие принадлежали сионистскому капиталу. Список банков и фирм, помогавших гитлеровской Германии, выглядит как справочник сионистского капитала США (стр. 183). Особую активность проявляли банкиры Лазар и Лимэн, связанные с германскими фирмами деловыми и родственными отношениями. Видный сионистский деятель Н. Гольдман, длительное время возглавлявший всемирный сионистский конгресс и всемирную сионистскую организацию, отмечает, что когда некоторые еврейские организации США пытались организовать международный экономический бойкот Германии, сионистские фирмы, являясь контрагентами германских компаний, сорвали этот бойкот (там же).

Помогали гитлеровцам и сионистские главари из других стран. Так, ещё в 1929 г. амстердамский банкирский дом «Мендельсон и К0» перевёл в распоряжение Гитлера 10 млн. долл. В 1931 г. он же совместно с роттердамским банковским консорциумом и при посредстве римского коммерческого банка вручил главарю немецких фашистов ещё 15 млн. долл. А при приходе Гитлера к власти им же было получено по тем же каналам ещё 126 млн. долл.

Большое значение для вооружения Германии и создания её военной машины имели прямые вложения американского капитала в германскую промышленность. По официальным данным, прямые американские капиталовложения в германскую промышленность в 1930 г. составляли 216,5 млн. долл., а общая сумма американских капиталовложений в довоенный период составила один млрд. долл.

Американские капиталовложения были направлены, в первую очередь, в машиностроительную, автомобильную, электротехническую, авиационную, нефтяную, химическую и прочие отрасли промышленности военного значения. Монополии США помогали Германии не бескорыстно. Их капиталовложения давали большие прибыли.

Особенно большую роль в подготовке войны сыграли картельные связи концернов металлургической промышленности. Ещё в 1926 г. был создан международный стальной картель, в который вошли металлургические магнаты Германии, Франции, Бельгии, Люксембурга, Саара. Затем картель пополнился производителями стали из Австрии, Польши, Чехословакии, Англии и США, в частности. крупнейшими американскими стальными концернами «Юнайтед Стейтс стил», «Бетлехем стил» и «Рипаблик стил». Картель стал давать около 90 % чугуна и стали, поступавших на мировой рынок. Организатором картеля был Э. Пенсген, глава германского концерна «Стальной трест», которому принадлежала руководящая роль в картеле и заслуги которого в вооружении Германии высоко ценили гитлеровцы.

В 1929 г. было заключено соглашение между американским нефтяным трестом «Стандарт ойл» и германским химическим концерном «ИГ Фарбениндустри», сыгравшее важнейшую роль в подготовке гитлеровской Германии к войне. Концерн «ИГ Фарбениндустри» получил от «Стандарт ойл» свыше 60 млн. долл. для разработки технологии производства синтетического горючего в промышленных размерах.

С приходом фашистов к власти связи монополий США с и Германии стали ещё более тесными.

Следует отметить важнейшую роль «Стандарт ойл» в становление и развитие нефтехимической промышленности Германии. Трест взял на себя финансирование строительства новых заводов синтетического горючего в Германии. Американский коммерческий атташе в Берлине в 1935 г. отметил, что по истечении двух лет Германия будет производить нефть и газ из каменного угля в количестве, достаточном для длительной войны. «Стандарт ойл» не только активно помогала налаживать производство синтетического горючего, но и расходовала крупные суммы на разведку и организацию добычи нефти в Германии. Тресту принадлежало более половины капитала нефтяной компании, в распоряжении которой находилось более трети всех бензозаправочных станций. Германо-американская нефтяная компания владела нефтеперерабатывающими заводами, заводами минеральных масел. Когда началась мировая война, заводы по гидрогенизации угля имелись в Германии и Японии, но их не было в США.

Американские монополии помогали фашистской Германии в производстве тетраэтилсвинца (антидетонационная присадка в бензин), синтетического каучука, алюминия, магния, никеля, карбид-фольфрама, бериллия и других стратегических материалов.

В 1935 г. германское производство лёгких и цветных металлов уже превосходило французское и канадское в четыре раза, британское и норвежское – в шесть раз, на 16 тыс. тонн превышало американскую выработку.

При активной помощи американских фирм немецкие империалисты организовали в широких масштабах ввоз оружия из-за границы. Только за 8 месяцев 1934 г. американская авиационная фирма «Эйркрафт корпорейшн» увеличила экспорт своей продукции в Германию в 6,4 раза. Кроме «Эйркрафт корпорейшн», поставками самолётов, авиационных моторов и радиоаппаратуры занимались и другие американские фирмы. Особое значение для Германии имело предоставление ей патентов на новейшие изобретения в области авиации.

В 1940 г. морской министр США Фрэнк Нокс признал, что «в 1934 и 1935 гг. Гитлеру поставлялись сотни первоклассных авиационных моторов, изготовляемых в США», а сенатская комиссия в том же 1940 г. пришла к выводу, что «американские промышленники с согласия правительства США свободно продавали германскому правительству патенты и права на конструирование моторов» (стр. 185).

В феврале 1933 г. американский химический трест Дюпона заключил соглашение с «ИГ Фарбениндустри» о продаже взрывчатых веществ и боеприпасов, которые направлялись в Германию через Голландию.

На базе железорудных месторождений с невысоким процентом содержания железной руды, началось строительство трёх заводов с годовым производством стали в 6 млн. тонн, что составляло треть всей выплавки стали в Германии. Официально работы производились концерном Германа Геринга, но в действительности их выполняла специально созданная американская фирма «Р. Брассерт», являвшейся только филиалом крупной чикагской фирмы Брассерта, сотрудничавшей с американским трестом Моргана.

Банкирский дом Моргана сыграл громадную роль в подготовке Германии к войне. Тесные связи банкирского дома Моргана с немецкими фашистами были установлены через находящуюся под его полным контролем международную корпорацию ИТТ. Вскоре после фашистского переворота в Германии, председатель ИТТ был принят Гитлером. В результате беседы во главе всех трёх немецких фирм, принадлежавших ИТТ, был поставлен агент Риббентропа Г. Вестрик, который назначил на руководящие посты в правлениях фирм и на предприятиях главарей СС и других видных гитлеровцев.

Если через ИТТ дом Моргана установил контроль над многими предприятиями, производившими телефонную и телеграфную аппаратуру, а также над радиопромышленностью Германии и протянул щупальца к самолётостроению, то через «Дженерал электрик» он имел тесные связи с электропромышленностью Германии.

За годы фашистской диктатуры «Дженерал электрик» добилась полного контроля над «Альгемайне электрицитетс гезельшафт» (АЭГ) – крупнейшим германским электротехническим концерном с капиталом 120 млн. марок, то есть приобрела косвенный контроль над значительной частью электропромышленности Германии, в том числе и над известным электроконцерном Сименс и др. компаниями.

Крупную роль, которую играли американские монополии в подготовке Германии к войне, подтвердил не кто иной, как Шахт, правая рука Гитлера в вопросах финансирования военного производства. Находясь в своей камере во время Нюрнбергского процесса, Шахт рассмеялся, услышав, что немецким промышленникам будет предъявлено обвинение в вооружении Третьего рейха. «Если вы хотите предать суду промышленников, способствовавших вооружению Германии, – сказал он американскому офицеру, – то вы должны будете судить своих собственных промышленников. Ведь заводы «Опель», принадлежавшие «Дженерал моторс», работали только на войну» (стр. 186).

Внешнеполитическая поддержка агрессивного курса Германии правящими кругами Англии, США и Франции.

Тактика гитлеровцев в области внешней политики состояла в том, чтобы не допустить создания системы коллективной безопасности народов, за которую последовательно боролся СССР, поддерживаемый прогрессивными деятелями капиталистических государств. Но правящие круги Англии и США с пониманием относились к тактике гитлеровцев; влиятельными были её приверженцы и во Франции.

В Риме, по инициативе Муссолини, 15 июля 1933 г. был подписан «пакт четырёх» – пакт согласия и сотрудничества Англии, Франции, Германии и Италии. Под дымовой завесой сотрудничества «в целях поддержания мира», четыре империалистические державы договаривались об установлении на антисоветской основе своего диктата в Европе, о сотрудничестве в политических и иных вопросах. В частности, пакт предусматривал ревизию версальской системы мирных договоров, признание за Германией равенства прав в вооружении, сотрудничестве по другим, в том числе колониальным вопросам. Пакт означал отказ от коллективного отпора агрессорам и был направлен на отстранение Советского Союза от участия в решении вопросов европейской политики. «Пакт четырёх» получил одобрение и поддержку правящих кругов США.

Правительства Англии и Франции считали, что «пакт четырёх» приведёт к исполнению их давнишнего желания – создать в Европе директорию четырёх держав во главе с англо-французским блоком и повернуть германскую военную машину на Восток.

Однако «пакт четырёх» не разрешал империалистических противоречий, особенно франко-германских, не устранял заинтересованности Франции в сохранении версальской системы, вызвал серьёзные опасения с в странах Малой Антанты (политический блок буржуазных правительств Чехословакии, Румынии и Югославии, созданный в 1920 г. на антисоветской основе) и в Польше. В результате Франция не ратифицировала этот пакт.

Тем не менее, «пакт четырёх» способствовал росту капитулянтских и прогерманских настроений в правящих кругах стран Центральной и Юго-Восточной Европы, поощрил гитлеровцев на реализацию их программы милитаризации страны и подготовки агрессивной войны.

Приход нацистов к власти в Германии был положительно встречен Ватиканом. 20 июля 1933 г. было подписано соглашение (конкордат) между Ватиканом и гитлеровской Германией, что явилось открытым международным признанием фашистского режима. Кардинал Пачелли, в 20-х годах папский нунций в Мюнхене и Берлине, избранный на папский престол в 1934 г. под именем Пия XII, поддерживал агрессивную политику фашистских государств.

Отношения между Германией времён Веймарской республики (система политического правления в Германии после первой мировой войны до прихода гитлеровцев к власти) и Польшей были крайне напряжёнными из-за таможенных конфликтов по пограничным вопросам. По Версальскому договору, значительная часть польских земель осталась за Германией. Правительства США, Англии и Франции, не желая удовлетворить законные требования Польши о её выходе к морю, создали так называемый польский коридор, который использовался как источник постоянных конфликтов между Германией и Польшей. Старинный польский город Гданьск (Данциг) у устья Вислы, был объявлен «вольным городом» под эгидой Лиги наций. Восточная Пруссия – очаг германского милитаризма и агрессии, – нависала над Польшей. Германия никогда не желала гарантировать западные границы Польши. Германские империалисты рассматривали польское государство как временное и называли его Saisonstaat («государство на сезон»). В гитлеровских планах «drang nax Osten» одно из первых мест, вслед за Австрией и Чехословакией, отводилось агрессии против Польши (стр. 188–189).

Гитлеровцы старались создать видимость изменения своей политики в отношении Польши, стараясь усыпить бдительность жертвы, чтобы использовать её, насколько возможно, в своих агрессивных целях, а затем напасть на неё. С захватом власти в Германии гитлеровцами буржуазное правительство Польши связывало большие надежды. Оно считало, что наступил долгожданный час совместного с Германией похода против Советского Союза. Правящая клика Польши очертя голову бросилась в объятия нацистов.

В конце 1933 г. Гитлер, играя на антисоветских устремлениях правящих кругов Польши, повторяя слова Черчилля и Клемансо, заявил, что Польша является форпостом Европы против Азии, «стражем Запада против проникновения коммунизма с Востока». Вскоре было опубликовано сообщение о прекращении германо-польской таможенной войны и подписано германо-польское экономическое соглашение.

Завершил сделку германо-польский пакт («Декларация о неприменении силы между Польшей и Германией») сроком на 10 лет от 26 января 1934 г. Оба правительства заявили о своём желании «открыть новую эпоху в политических отношениях между Польшей и Германией», обязались «ни в коем случае не прибегать к применению силы с целью разрешения спорных вопросов» (стр. 190). Пакт помог гитлеровцам создать ложное впечатление о своих мирных устремлениях, сводил на нет франко-польский союз, ослаблял позиции Франции в Восточной Европе.

Советский Союз указал на опасность пакта как для самой Польши, так и для мира в Европе, предупредил, что пакт подрывает союз Польши с другими странами и оставляет «изолированную Польшу лицом к лицу с фашистской Германией» (стр. 190). А ведь подписанный ещё 25 июля 1932 г. польско-советский пакт о ненападении мог стать действительной гарантией независимости Польши. Советский Союз настойчиво добивался установления дружеских отношений с Польшей, но его добрые намерения наталкивались на глухую стену антисоветизма.

Во время визита в Польшу в 1935 г. Геринг предложил Пилсудскому принять на себя общее командование объединёнными германо-польскими силами в войне против СССР, что было встречено с восторгом.

Таким образом, вопрос о совместной войне против СССР был основой германо-польского союза и служил приманкой, с помощью которой Гитлеру удалось использовать правящую польскую клику в своих захватнических целях.

13 января 1935 г. в Саарской области, переданной по итогам первой мировой войны под управление Лиги наций, был проведен плебисцит. У избирательных урн дежурили вооружённые гестаповцы. Гитлеровская агитация, террор, а также благосклонная позиция Англии и Франции обеспечили исход плебисцита в пользу Германии. Саарская область с её развитой угольно-металлургической базой была присоединена к рейху.

Это был первый крупный внешнеполитический успех Германии. Фашистская пропаганда стала ещё более открыто требовать возвращения Германии других территорий и ревизии границ, установленных Версальским договором.

Требования нацистов о равенстве в вооружениях были поддержаны монополиями и правительствами ряда империалистических держав. Более того, монополии зачастую опережали правительства. Когда Германия только начинала перевооружаться, а французское правительство ещё оспаривало её право на перевооружение, одна из крупнейших французских фирм, производящих оружие, продала гитлеровскому правительству 400 танков новейших образцов. Чтобы обмануть общественность, танки были отправлены в Германию морем через Голландию (стр. 193).

В целях легализации германских вооружений международной империалистической реакцией была использована Женевская конференция по разоружению, возобновившая свою работу в феврале 1932 г. Её участники отвергли конструктивные предложения советской делегации о всеобщем разоружении.

Особенно неблаговидную роль играло английское правительство. Именно по его инициативе в декабре 1932 г., ещё до прихода гитлеровцев к власти, на совещании пяти держав (Великобритания, Франция, Италия, США, Германия), созванном в Женеве, было достигнуто соглашение о том, что Германии будет предоставлено «право равенства (на вооружение) в системе, которая обеспечит безопасность всех наций». Соглашение фактически освобождало Германию от соблюдения Версальского договора.

Весной 1933 г. английское правительство внесло на конференцию по разоружению так называемый «план Макдональда», предусматривающий увеличение германской армии со 100 тыс. до 200 тыс. человек. План был поддержан и американским правительством. Чувствуя попустительство западных держав, Германия, ссылаясь на отказ Лиги наций предоставить ей равенство в вооружениях, 14 октября 1933 объявила о выходе из Лиги наций и об уходе с конференции по разоружению (стр. 193–194).

Получив санкцию на неограниченное вооружение со стороны крупнейшей европейской державы – Великобритании и опираясь на помощь американских монополий, фашистская Германия считала возможным начать реализацию своих агрессивных планов.

#### § 6. Переход итало-германского фашизма и японского милитаризма к вооружённым агрессиям

Первый очаг войны возник на Дальнем Востоке.

Япония после первой мировой войны укрепила свои позиции в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Соперниками Японии за господство в этой части мира выступали США, а также Англия и Франция, имевшие здесь значительные колониальные владения.

Япония в своём экономическом развитии отставала от ведущих стран Запада. Более половины населения занималось сельским хозяйством, основанном на мелком землевладении и аренде, в котором сохранялись феодальные пережитки и процветала жестокая эксплуатация.

Промышленность Японии включала огромное количество мелких предприятий, на которых было занято до половины всех рабочих.

При очень высокой степени эксплуатации рабочих и крестьян, уровень их жизни оставался особенно низким. Зато войны приносили большие прибыли капиталистам и банкирам. С конца 1914 и до 1920 г. объём производства в машиностроении вырос в 8 раз, в металлургии – в 6,5 раз («История Второй мировой войны», т. 1, стр. 81).

Войны и колониальные захваты на протяжении ряда десятилетий были основными вехами японской истории. Масштабы войн с каждым разом становились всё более широкими. Это предопределяло значительную роль милитаризма в жизни государства, его влияние на внутреннюю и внешнюю политику.

Японская военщина в классовом отношении была тесно связана с помещиками, многие офицеры вышли из этой среды; она была спаяна единством классовых интересов со всей системой монополистического капитала. Огромный военно-бюрократический аппарат абсолютной монархии служил мощным орудием угнетения, подавлявшим всякое сопротивление народных масс путём жесточайшего военно-полицейского террора.

Большой силой в стране обладали феодальные круги, из ведущих сановников которых был сформирован тайный совет при императоре, являвшийся высшим органом феодально-милитаристской олигархии.

Парламент, парламентская демократия, правительство служили лишь ширмой для прикрытия власти военно-феодальных кругов, сумевших прийти к соглашению с монополистическим капиталом, соединить самурайскую воинственность с присущей капитализму внешней экспансией.

В стране велась широкая националистическая пропаганда. Её исходным пунктом являлась расистская теория превосходства японской нации над другими. Провозглашалась непримиримая борьба с коммунистическим и прогрессивным движением как в Японии, так и по всей Азии. Особая воинственность проявлялась в отношении Советского Союза, чьи дальневосточные земли давно не давали покоя правящей клике Японии.

Ну и, разумеется, Японию привлекал Китай с его несметными природными ресурсами и дешёвой рабочей силой. За Китай вели непримиримую борьбу также Англия, Франция и Соединённые Штаты.

В 1924–25 гг. в Китае развернулись важные политические события. Назревала революционная ситуация, усилилась борьба масс против реакции. Компартия и гоминьдан образовали единый фронт.

Империалистические державы решили сообща подавить освободительное движение китайского народа, потребовали от бейпинского (Бейпин – так тогда назывался Пекин) правительства исполнять все договоры, уважать привилегии и соблюдать право неприкосновенности, которыми пользовались иностранцы в Китае. Американский сенатор Бора отмечал: «Невозможно передать словами то, как… иностранный капитал в Китае эксплуатирует человека. Нет другого места на земле, кроме Китая, где бы так успешно чеканились доллары и центы из крови беспомощных детей» (стр. 82). Затем США, Англия, Франция, Италия и Япония направили в порты Китая свои военные корабли; были расстреляны демонстрации китайских студентов и рабочих в Шанхае, мирная демонстрация в Кантоне. Это вызвало глубокое возмущение народа. По стране прокатилась волна стачек и демонстраций.

Мощный подъём освободительного движения вылился в антиимпериалистическую революцию 1925–27 гг., основными лозунгами которой были: полное восстановление национального суверенитета Китая, свержение власти империалистической агентуры в лице феодальных милитаристов, политическое объединение страны под властью демократического правительства. В революции участвовали рабочий класс, крестьянство, национальная буржуазия. К революционному движению примыкали значительные слои помещиков.

Империалисты ответили на развитие революции открытой вооружённой интервенцией. К апрелю 1927 г. в китайских водах сосредоточилось около 200 иностранных военных кораблей. Корабли Англии и США подвергли жестокому обстрелу Нанкин. 12 апреля по приказу военного лидера гоминьдана Чан Кай-ши, перешедшего на сторону помещиков и компрадорской буржуазии, была учинена расправа над рабочими Шанхая. Контрреволюционные перевороты произошли в ряде крупнейших городов страны и завершились созданием в Нанкине правогоминьдановского правительства во главе с Чан Кай-ши. Гоминьдан, созданный выдающимся китайским революционером Сунь Ятсеном, из партии единого национального антиимпериалистического фронта превратился в реакционную буржуазно-помещичью партию.

В целом ситуация в Китае к этому моменту характеризовалась спадом революционной волны, консолидацией реакционных сил, укреплением позиций гоминьдана. Правительство Чан Кай-ши проводило открытый террор против коммунистов, рабочего и крестьянского движения.

Коммунистическая партия Китая приняла решение организовать вооружённый отпор реакции, для чего взяла курс на создание Красной армии, революционных баз на юге страны и расширение партизанского движения.

Империалистические государства внимательно следили за развитием событий в Китае, где так сложно переплетались англо-американские, американо-японские и англо-японские противоречия.

В 1931 г. на долю Англии приходилось 36,7 % иностранных инвестиций в Китае, на долю Японии – 35,1 %, США и Франции – 6,1 и 5,9 %, соответственно.

Около 40 % английского капитала было вложено в торговлю и банки. Основной капитал английского «Гонконг-Шанхайского банка», занимавшего особое положение в экономической жизни Китая, составлял 50 млн. гонконгских долларов. Немалую роль играли и другие английские банки, находившиеся в этой стране. Англия имела в Китае широкую сеть военных баз (7 тыс. солдат и 365 офицеров), в 1929–30 гг. в китайских водах находилось одновременно 40–50 английских военных кораблей.

В Северо-Восточном Китае особенно сильны были позиции Японии. Здесь находилась большая часть её капиталовложений в Китае, крупнейший банк «Иокогама спиши бэнк» открыл шесть отделений в Маньчжурии и совершал значительную часть валютно-расчётных сделок. Большая часть чугуна, железной руды и угля из этого района поставлялись в Японию. К 1931 г. основные командные экономические позиции в Северо-Восточном Китае находились в руках японских монополий, крупнейших концернов Мицуи, Мицубиси, Окура, Ясуда, Сумитомо.

Позиции США в Китае были более слабыми. Но предприниматели США активно наступали. С 1913 по 1930 гг. их инвестиции возросли в 2 раза. В Китае действовали 7 американских банков, с каждым годом увеличивалось количество американских фирм. Экспансия США распространялась и на Маньчжурию. В 1929 г. банк «Нейшнл сити» принял решение о создании в Харбине филиала с 27 отделениями по всему Северо-Восточному Китаю.

К концу 20-х гг. США заняли более прочные позиции в Шанхае, в долине реки Янцзы. Экспансионистские устремления Вашингтона встретили ожесточённое сопротивление со стороны Лондона и Токио.

Борьба за господство в Китае приняла напряжённый характер и явилась одной из причин того, что американские монополисты и военные стратеги стали считать Японию главным врагом США в Азии.

Соединённые Штаты стремились добиться экономического господства во всём Китае. Япония, уступая США в экономической мощи, не могла поставить перед собой такую задачу. Её правящие круги решили прибегнуть к традиционному для них методу – недостаток экономических возможностей компенсировать военной силой. В связи с этим они отводили первое место Северо-Восточному Китаю. Японские монополисты хотели превратить этот район в свою сырьевую базу и использовать его в качестве стратегического плацдарма для нападения на Китай и СССР.

Происходило укрепление союза монополий с военщиной и значительное усиление влияния военно-фашистских кругов, перевооружение армии и флота, увеличение их численности. В 1929–30 гг. правительство принимало активные меры для расширения капиталовложений в военную промышленность и поднятия её технического уровня. Военное производство стало основным для военных монополий. Более 2 тыс. фабрик и заводов выполняли заказы военного и военно-морского министерств.

В Японии не произошло перехода государственной власти к фашистской партии и создания диктатуры, заменяющей прежний государственный аппарат, но постепенно и планомерно господствующая роль закреплялась за наиболее реакционными и агрессивно настроенными элементами.

Подробный план захвата Маньчжурии разрабатывался в штабе Квантунской армии летом 1931 г. Предлог для начала агрессии искали недолго – 18 сентября 1931 г. неподалеку от Мукдена (Шэньян) на южно-Маньчжурской железной дороге японская агентура совершила диверсию. Незначительные повреждения, причинённые взрывом, послужили «основанием» для оккупации японскими войсками всей Южной Маньчжурии. В трёхмесячный срок вся Маньчжурия оказалась в руках агрессора. Причём Чан Кай-ши отдал приказ не оказывать никакого сопротивления японским войскам; главным своим врагом он считал Компартию Китая и Красную армию и был готов пойти на сговор с Японией, предавая национальные интересы китайского народа.

Чан Кай-ши попытался всю ответственность за ликвидацию японской агрессии переложить на Лигу наций и направил письмо на имя её генерального секретаря. Совет Лиги наций направил китайскому и японскому правительству телеграммы с предложением отказаться от дальнейших враждебных действий и найти возможность отозвать свои войска. Агрессор и его жертва получили одинаковые предостережения, способ, к которому впоследствии неоднократно прибегали империалисты.

Американское правительство дало понять через государственного секретаря Стимсона, что не примет участие в расследовании мукденского инцидента. В кругу советников Стимсон указывал, на необходимость избегать всего, что могло бы вызвать недовольство Японии. Президент США Гувер рассматривал военные действия Японии в Маньчжурии как «наведение порядка» в Китае. На такой же позиции стояли правящие круги Англии и Франции.

Одновременно реакционная печать Англии и Франции развернула широкую антисоветскую кампанию. Английская газета «Таймс» писала, что «с политической и экономической точки зрения действия Японии имеют значительное оправдание». Французские газеты: «Тан» – «Япония – цивилизованная нация, наш верный союзник в войне – представляет и защищает на Востоке мир социального порядка и мир против дикой анархии…»; «Орор» – Япония «является в Китае хорошим жандармом»; «Матэн» – выразила сожаление, что действия японцев «развёртываются только в Маньчжурии», а «Либерте» открыто призывала к прямой войне против СССР – «Советская держава уязвима в Сибири. И если Европа поймёт свой долг перед цивилизацией, то бесконечные степи Сибири могут стать в ближайший день полем битвы, в которой погибнет большевизм» (стр. 93–94).

Политика поощрения агрессора особенно ярко проявлялась в том, что под звуки успокоительных речей дипломатов в Лиге наций американские бизнесмены в 1932 г. предоставили Японии военные поставки на 181 млн. долл., а военный министр Франции разрешил торговцам оружия тайно отправлять в Германию порох для изготовления боеприпасов, заказанных Японией.

Явное попустительство США, Англии и Франции ободряло японских империалистов, которые предприняли наступление на север, захватили Цицикар, вышли на КВЖД (Китайско-Восточную железную дорогу). В самой Японии усилилась антисоветская кампания.

К борьбе против захватчиков призвала Коммунистическая партия Китая, развернувшая работу по организации антияпонских отрядов и созданию северо-восточной народно-революционной армии. На оккупированной территории стали возникать партизанские отряды, которые нанесли ряд ударов по интервентам в промышленных районах Северо-Восточного Китая.

Антияпонские выступления трудящихся Китая встретили поддержку и сочувствие советского народа, верного принципам классовой солидарности и пролетарского интернационализма. Советские люди понимали, что захват северо-востока Китая положил начало активному проникновению Японии на континент, что Япония создавала очаг мировой войны.

Высшее военно-политическое руководство Японии, став на путь агрессии против Китая и подготовке к войне против СССР, США и Великобритании, всемерно повышало мощь вооружённых сил. Увеличилась численность личного состава, совершенствовалось вооружение, организационная структура войск, оперативно-тактическая подготовка, усилилась идеологическая обработка военнослужащих. Япония создавала плацдармы в Маньчжурии и Корее для нападения на Советский Союз; военно-морские базы для ведения боевых действий против США и Англии.

С декабря 1933 г. Квантунская армия начала усиленную подготовку к нападению на СССР. Основное внимание военно-морских сил Японии направлялось на подготовку к военным действиям против флотов США и Великобритании.

Захват Маньчжурии и программа дальнейших завоевательных походов использовались для усиления шовинистической пропаганды в стране. Росли популярность и авторитет военных кругов. По всей стране демонстрировался фильм, пропагандировавший особую роль Японии в Азии. На экране возникала политическая карта мира, в центре её находилась Япония и Маньчжоу-Го, а к этому «центру нового порядка» примыкали Сибирь, Китай, Индия и страны Южных морей. Изображение сопровождалось словами военного министра «Наша высшая миссия – создать в Азии рай». Вслед за этим на экране появлялась надпись «Свет приходит с Востока». Пропаганда такого рода захлестнула Японию.

Идеологическая подготовка японской армии была направлена на привитие личному составу тэнноистских («тэнно» – японский император), шовинистически-милитаристских и антикоммунистических взглядов. У военнослужащих воспитывались безграничная преданность императору и беспрекословное подчинение вышестоящим. Смерть за императора считалась проявлением высшего патриотизма. Японской военщине прививалась кастовая, профессиональная «этика», выраженная в самурайских традициях «бусидо». Их основной принцип – «отречение от всех благ земной жизни и от самой жизни во имя идеи великой империи, вершиной которой является вера в императора и его божественное происхождение». В армии повседневно пропагандировалось, что военная служба – особая честь, а военный – лучший человек: «Нет цветка краше вишни и человека лучше военного» (стр. 97–98).

Система идеологической обработки японских вооружённых сил сумела до такой степени извратить сознание военнослужащих, что они воспринимали агрессивные действия Японии как священное и патриотическое дело, стоящее любых жертв.

Курс на агрессию и войну нашёл конкретное воплощение в военно-стратегических планах против Китая («Хэй») и против СССР («Оцу»), разработанных генеральным штабом армии Японии в конце 20-х – начале 30-х годов. Генеральный штаб флота составил планы нападения на колониальные владения Великобритании, Франции и США.

В декабре 1933 г. генерал Тодзио назвал Советский Союз первым врагом Японии. Он заявил, что для выполнения великой миссии «расы Ямато» (японцев) необходимо страну сплотить воедино и развивать вооружённые силы.

В конце января 1932 г. японцы попытались захватить Шанхай, но неожиданно натолкнулись на мужественное сопротивление. Защитники Шанхая сумели в самоотверженной борьбе остановить противника, вторжение которого поддерживали 3 авианосца, 11 крейсеров и 36 эсминцев.

Попытка японцев захватить Шанхай вызвала крайнее беспокойство в лагере империалистов западных стран, так как через Шанхай проходило 40 % торговли Китая и это затрагивало их интересы. Были созданы предпосылки для англо-американского сотрудничества на Дальнем Востоке. Президент США Гувер послал в Шанхай для совместных с англичанами действий войска и корабли.

Япония в то же время продолжала усиливать свои позиции в Китае. Для маскировки своего колониального господства 9 марта 1932 г. Япония провозгласила образование марионеточного государства Маньчжоу-Го во главе с Пу И – последним китайским императором маньчжурской династии. Через 14 лет Пу И заявил: «На бумаге, чтобы обманывать народ и весь мир они представляли Маньчжурию как независимое государство. Но в действительности Маньчжоу-Го управлялось Квантунской армией» (стр. 100).

С оккупацией Маньчжурии японскими войсками начался новый этап национально-освободительной борьбы китайского народа. 14 апреля 1932 г. Временное центральное правительство освобождённых районов Китая обратилось к народу с манифестом, в котором официально объявило войну Японии. В ответ на этот призыв патриотические слои населения Северо-Восточного Китая, возглавляемые коммунистами, взяли курс на организацию вооружённого отпора агрессорам. Новый этап национально-освободительного движения китайского народа характерен постепенным образованием единого антиимпериалистического фронта борьбы, который складывался под непосредственным влиянием Коминтерна при руководящей роли Коммунистической партии Китая.

Вместе с ними на путь вооружённой борьбы вступили и корейцы, эмигрировавшие в Северо-Восточный Китай. В уезде Аньту был создан первый корейский партизанский отряд под руководством Ким Ир Сена. Партизанское движение двух соседних народов стало сливаться в единый поток. В 1934 г. было создано и самостоятельное соединение корейских партизан – Корейская Народно-революционная армия (КНРА). К концу 1935 г. в Северо-Восточном Китае уже действовало семь партизанских армий, в том числе и КНРА.

В первые же месяцы оккупации Япония приступила к выкачиванию сырья из Маньчжурии. В метрополию пошёл поток каменного угля, железной руды, бокситов, цинка, олова, леса.

В целях максимальной эксплуатации природных и людских ресурсов Маньчжурии, ставшей, по сути, колонией Японии, оккупанты форсировали развитие её экономики. Стратегическим «освоением» этого богатейшего края непосредственно занялся штаб Квантунской армии, составлявший экономические программы, рассчитанные на обеспечение армии всем необходимым из местных ресурсов. На предприятиях Маньчжурии увеличивалась выплавка чугуна, стали, добыча угля, производство синтетической нефти. Военные заводы приступили к серийному выпуску вооружения. Население оккупированных районов воспитывалось в духе покорности японскому диктату, антикоммунизма и антисоветизма.

Таким образом, путём колониальной эксплуатации местного населения, усиленного развития военной промышленности, строительства аэродромов, стратегических железных и шоссейных дорог, Маньчжурия готовилась в качестве плацдарма для войны против Китая и СССР.

Границы Советского Союза и Монгольской Народной Республики стали ареной постоянных японских провокаций. Выполняя интернациональный долг, Красная Армия оказала большую помощь в укреплении обороны МНР. 24 ноября 1934 г. между СССР и МНР было заключено соглашение, по которому оба государства давали обязательства в случае нападения на одну из сторон оказывать друг другу помощь, вплоть до военной.

Тем временем Япония продолжала захватывать новые районы Китая. В марте 1933 г. японские войска захватили провинцию Жэхэ, миновали Великую Китайскую стену и оказались на путях, ведущих в Центральный Китай. Попав в тяжёлое положение, китайское правительство вступило с Японией в тайные переговоры. 31 мая 1933 г. китайская делегация подписала соглашение о перемирии, по которому японцы удерживали всё захваченное. Перемирие в Тангу (по месту подписания) означало капитуляцию правительства Чан Кай-ши перед агрессором. Чан Кай-ши вновь обратился к своим покровителям и союзникам в Западной Европе и США с просьбами о помощи и предоставлении займов.

США и Англия проявили циничное равнодушие к судьбе китайского народа. Более того, они оказывали Японии экономическую помощь и прямую военную поддержку. Все расчёты правящих кругов США и Англии строились на предположении японо-советской войны.

Уверовав в свою безнаказанность, японская военщина уже не пыталась скрывать свои планы. 17 октября 1935 г. командующий японскими войсками в Северном Китае генерал Тада выступил с меморандумом, в котором заявил, что на Японию возложена божественная миссия «освобождения народов Востока, стонущих под игом белой расы». Китай, заявил генерал, должен признать, что единственным реальным решением всех его проблем было бы сотрудничество с Японией.

В октябре 1935 г. Япония провозгласила свою политику в отношении Китая. Она заключалась в «трёх принципах», изложенных японским министром иностранных дел Хиротой: союз Китая с Японией для подавления коммунизма в Азии; отход Китая от политики сотрудничества с «варварами» (имелись в виду все иностранные державы, кроме Японии); установление экономического сотрудничества между Японией, Маньчжоу-Го и Китаем.

И гоминдановская верхушка, предавая национальные интересы китайского народа, в конце декабря 1935 г. дала согласие на образование зависимого от Японии сепаратного Хэбэй-Чахарского политического совета. Таким образом, в страхе перед прогрессивным движением, упрочивая свою власть какими угодно методами, гоминдановские правители выдали агрессору ещё две крупные провинции Китая.

Так Япония, расширяя свою экспансию, добилась установления господства над значительной территорией Северного Китая. В результате опасность японской агрессии для Советского Союза ещё больше усилилась.

Советский Союз сумел в чрезвычайно трудных условиях надёжно укрепить свои дальневосточные рубежи.

Япония, в поисках стратегического союзника в войне против СССР обратила свои взоры на Германию, воспринимая приход гитлеровцев к власти как дар судьбы. Азиатский агрессор рассчитывал, что нацистский хищник в стремлении занять лидирующее положение в Европе, сумеет приковать к себе вооружённые силы СССР, а также США, Англии и Франции, что облегчит осуществление планов японских монополистов.

Нацистские стратеги со своей стороны видели в милитаристской Японии потенциального союзника, способного создать против СССР второй фронт.

Агрессивные планы японского и германского империалистов, вот что сближало эти столь отдалённые друг от друга страны. Их объединяла ненависть к первой в мире стране социализма, расчёт на взаимопомощь в осуществлении планов овладения миром.

В сентябре 1933 г., выступая на съезде нацистской партии в Нюрнберге, гитлеровский идеолог Розенберг заявил: «Мы признаём закономерность развития жёлтой расы и желаем ей в пределах своего жизненного пространства создать такую культуру, которая соответствовала бы её духу» (стр. 108).

В январе 1934 г. в Японии вышел сборник речей нацистского фюрера со специальным «обращением автора к японскому народу», призывавшем крепить германо-японские связи.

Тем временем, глубокие изменения происходили во внутриполитической жизни Китая. Тяжёлое чувство национального унижения охватило все слои китайского народа. Среди представителей различных классов и социальных групп росло стремление оказать отпор захватчикам, объединить все силы народа для решительного вооружённого сопротивления агрессии.

Встал вопрос о немедленном прекращении гражданской войны, которую вёл Чан Кай-ши против революционных сил Китая. При активном участии Коминтерна было подготовлено обращение ЦК КПК и Временного рабоче-крестьянского правительства (декларация 1 августа 1935 г.), в котором предлагалось положить конец междоусобной борьбе, выражалась готовность Красной армии Китая прекратить военные действия против чанкайшистских войск и организовать совместную борьбу против японского империализма. «За последние годы, – говорилось в обращении, – наша страна и наш народ находятся на волоске от гибели. Если Японии будет дан отпор – Китай будет жить; если нет – Китай погибнет. Отпор Японии и спасение родины стали священным долгом каждого китайца» (стр. 109).

Открытая агрессия японских милитаристов против Китая, в результате которой Япония захватила Маньчжурию и вышла к границам СССР, создала сложное международное положение. Подталкиваемая империалистами Англии, США и Франции к походу на север, японская военщина образовала очаг войны на Дальнем Востоке и усиленно готовилась к нападению на Советский Союз.

В то же время японские милитаристы не собирались следовать только по тому пути, на который их настойчиво толкала мировая реакция. Афишируя антисоветские планы, они готовили также войну против США, Англии, Франции, Голландии, помышляя о захвате их владений в бассейне Тихого океана.

На Дальнем Востоке возник опасный очаг мировой войны.

Агрессивную эстафету подхватила фашистская Италия.

Планы экспансии итальянского фашизма предусматривали захват обширных территорий в Африке, на Балканах и в Дунайском бассейне, во всём Средиземноморье. Первым объектом фашисткой агрессии была намечена Эфиопия. Расположенная на кратчайших путях из Средиземного и Красного морей в Аравийское море и Индийский океан, она представляла собой важную стратегическую позицию.

Эфиопия занимала обширную территорию (1,2 млн. кв. км), равную площади Англии, Франции и Италии, вместе взятых, с населением 12 млн. человек, пёстрым в национально-племенном отношении и находившимся на различных стадиях социально-экономического развития. Наряду с феодально-крепостническими отношениями во многих районах сохранились ещё значительные остатки патриархального строя и рабства. Разноплеменное население занималось примитивным земледелием и скотоводством, национальную промышленность представляло несколько десятков ремесленных и полукустарных предприятий. Добыча полезных ископаемых и торговля находились в руках иностранных (в том числе итальянских) компаний.

Подготовка Италии к захвату Эфиопии началась, по признанию Муссолини, ещё в 1925 г. («История Второй мировой войны», т. 2, стр. 11–21; 44–50).

Начиная с осени 1932 г. итальянские империалисты приступили к непосредственной подготовке к войне. За три года в метрополии и колониях (Эритрее, Сомали и Ливии) были развёрнуты вооруженные силы численностью 1 млн. 300 тыс. человек. Для перевозки экспедиционной армии было подготовлено, зафрахтовано и закуплено более 155 морских судов.

Для ведения войны Италия резко увеличила закупки в США вооружения, самолётов, авиамоторов, нефти, сырья и др. военных товаров. Англия расширила поставки Италии угля, никеля и прочих стратегических материалов. Французские заводы Рено поставляли для итальянской армии танки. Германия за 9 мес. 1935 г. продала Италии угля в 4 раза, а машин – в 2 раза больше, чем за соответствующий период 1934 г.

Франция, Англия, США, не говоря уже о Германии, прекрасно были осведомлены о захватнических планах фашистской Италии, но оказывали громадную помощь в её военно-экономическом становлении и поощряли её к этой захватнической войне, рассчитывая и сами на этом поживиться.

В ночь на 3 октября 1935 г. внезапно, без объявления войны, итальянские войска вторглись в Эфиопию. Численность войск агрессора составляла 300 тыс. человек; 600 орудий, 150 танков, 280 самолётов. Им противостояла эфиопская армия численностью 50 тыс. человек (всего в армии насчитывалось 350–450 тыс. чел.), плохо обученная и слабо вооружённая: всего 200 орудий и 5 танков.

По призыву негуса Эфиопии Хайле Селассие, эфиопский народ поднялся на защиту свое родины, оказывая мужественное сопротивление итальянским захватчикам.

Италия начала наращивать свой воинский контингент, чтобы переломить ход войны в свою пользу. Всего к середине февраля 1936 г. в Восточную Африку было направлено 14500 офицеров, 350 тыс. солдат, до 60 тыс. человек вспомогательного персонала (не считая 80–100 тыс. человек из местного населения), 510 самолётов, 300 танков, 800 орудий, 11 500 пулемётов, 450 тыс. винтовок, 15 тыс. автомобилей, 80 тыс. вьючных животных, 1800 радиостанций и много другого военного имущества.

Сосредоточение большой массы итальянских войск, боевой техники, оружия, снаряжения, продовольствия, горюче-смазочных материалов, доставлявшихся в Восточную Африку морским путём на протяжении многих месяцев, стало возможным благодаря попустительству большинства членов Лиги наций. Призванная защищать территориальную целостность и политическую независимость своих членов, Лига наций не прислушалась к неоднократным предложениям СССР принять решительные меры для предотвращения агрессии и прекращения военных действий и, фактически, отдала на растерзание итальянским агрессорам эту африканскую страну.

Большинство членов Лиги наций лишь на словах соглашались с необходимостью порвать с Италией экономические отношения, а на деле продолжали снабжать её военно-стратегическими материалами, особенно нефтью. Большая роль в этом принадлежала США. Их экспорт нефти в ноябре 1934 г. в денежном выражении составил 447 тыс. долл., а в ноябре 1935 г. – 1 млн. 252 тыс.

Чтобы быстрее сломить сопротивление эфиопского народа, итальянское командование с санкции Муссолини пошло на чудовищное преступление: решило применить отравляющие вещества, огнемётные средства и разрывные пули, запрещённые международной конвенцией. (В наши дни западные «демократии» резко протестуют против применения химического оружия, провокационно обвиняя в этом сирийский режим Асада, совсем «запамятовав», что сами творили в недалёком прошлом. Но мы будем напоминать об этом тем, у кого короткая память).

Над городами и даже небольшими населёнными пунктами Эфиопии итальянские самолёты начали распылять в больших количествах иприт. Пары и капли иприта поражали население, скот, посевы. Бомбы с отравляющими веществами сбрасывались в места сосредоточения войск негуса, не имевшими прикрытия с воздуха. Босые, легко одетые эфиопские солдаты были особенно уязвимы.

Хайле Селассие писал впоследствии: «Мы атаковали пулемётные гнёзда противника, его артиллерию, голыми руками захватывали танки, мы переносили воздушные бомбардировки, но против отравляющих газов, которые незаметно опускались на лицо и руки, мы ничего сделать не могли». Армия несла большие потери. Огромными были жертвы и среди мирного населения. Как явствует из представленного в 1946 г. доклада эфиопского правительства, всего во время войны и оккупации погибло более 760 тыс. воинов и жителей Эфиопии. «Это не война, – заявлял один из очевидцев, работник миссии Красного Креста, – это даже не избиение. Это казнь десятков тысяч беззащитных мужчин, женщин и детей с помощью бомб и отравляющих газов».

В Эфиопии создалось критическое положение. Политика «нейтралитета», проводимая США, лишила Эфиопию возможности приобретать вооружение, в котором армия негуса испытывала острую нужду. К концу декабря 1935 г. эфиопские войска получили только 4 тыс. винтовок и 36 пушек. Западные державы с особой нарочитостью соблюдали «нейтралитет». Вашингтон отказал эфиопскому правительству даже в просьбе прислать два санитарных самолёта («гуманисты»!) и в то же время выступал против закрытия для агрессора Суэцкого канала, через который подвозились к фронту итальянские воинские части, вооружение, продовольствие. Закрыть канал означало бы конец коллективным действиям, то есть попыткам Англии и Франции договориться с Италией. Аналогичной позиции придерживалась и Япония, отказавшая Эфиопии в закупке оружия и противогазов.

5 мая 1936 г. итальянцы овладели столицей Эфиопии Аддис-Абебой.

И уже 9 мая, когда итальянцы захватили не более трети территории страны, Муссолини объявил об её «окончательном» завоевании. Декретом фашистского правительства Эфиопия объединялась с Эритреей и Итальянским Сомали в единую колонию – Итальянскую Восточную Африку.

Но народ Эфиопии не склонил голову перед захватчиком и развернул партизанское движение.

После покушения двух молодых патриотов на генерала Грациани, назначенного вице-королём Итальянской Восточной Африки, на население обрушилась волна кровавых репрессий. Резня в столице продолжалась трое суток, погибло более 9 тыс. человек. Количество жертв по стране достигло 30 тыс. Людей сотнями расстреливали из пулемётов. Женщин и детей закалывали на улицах, сжигали заживо в домах. Мужчин привязывали к машинам и волокли по земле или бросали под колёса грузовиков. Но патриоты проявляли исключительное мужество. По признанию Грациани, многие из патриотов шли на казнь словами: «Да здравствует независимая Эфиопия»!

Фашистский террор не сломил народного сопротивления. В стране нарастало национально-освободительное движение, принявшее форму партизанской войны, в котором приняли участие все слои населения, невзирая на религиозные и этнические различия. Эфиопы действовали против своих врагов небольшими отрядами одновременно в различных частях огромной страны, и эта тактика оказалась успешной. Она вынуждала итальянцев дробить свои силы, перебрасывать их из одного района в другой. В колониальных войсках итальянцев всё чаще вспыхивали восстания. Перебив своих командиров, солдаты с оружием в руках переходили на сторону патриотов, создавали партизанские отряды.

Министр иностранных дел Италии Чиано 1 января 1939 г. в своём дневнике записал: «Эфиопия, по сути, вся охвачена восстанием, и размещённым там 65 батальонам приходится отрабатывать своё содержание»

Героический эфиопский народ, брошенный буржуазными «демократиями» и отданный на растерзание итальянскому фашизму, проявил мужество и стойкость в сопротивлении захватчикам; показал, какие огромные возможности в борьбе с фашизмом таят всенародное сплочение и применение партизанских форм борьбы.

Об этих способах борьбы писал в своё время Энгельс: «Народ, который хочет завоевать себе независимость, не должен ограничиваться обычными способами ведения войны. Массовое восстание, революционная война, партизанские отряды повсюду – вот единственный способ, при помощи которого малый народ может одолеть большой, при помощи которого менее сильная армия может противостоять более сильной и лучше организованной» (там же, стр. 50).

Национально-освободительное движение эфиопского народа показало возможность успешной вооружённой борьбы против фашистской агрессии.

Безнаказанность агрессии Италии в Эфиопии, итоги плебисцита в Саарской области дали гитлеровским заправилам основание сделать вывод, что наступила удобная пора для прямого нарушения Версальского и Локарнского договоров и осуществления захватнических планов в Европе.

Введение 30-тысячной гитлеровской армии в демилитаризованную Рейнскую зону дало возможность фашистской Германии создать плацдарм против Франции.

Агрессия фашизма против Испанской республики

17 июля 1936 г. испанские воинские части, расположенные в Испанском Марокко, подняли мятеж против республики и овладели всей зоной протектората. На следующий день большинство гарнизонов Испании присоединились к мятежникам. Руководители мятежа под руководством генерала Франко рассчитывали в кратчайшие сроки сломить сопротивление верных республике частей и взять власть в свои руки. Мятежникам удалось привлечь на свою сторону значительную часть сухопутной армии и гражданской гвардии, более половины артиллерийских полков и иностранный легион. Казалось, что нет силы, которая остановит фашистский переворот.

Но десятки тысяч рабочих, служащих, студентов, крестьян, представителей интеллигенции по призыву компартии и организаций народного фронта поднялись на защиту республики. «Стеной своих тел» они остановили фашизм. Отряды народной милиции и оставшиеся верными республике воинские части в упорных боях разгромили восставшие гарнизоны в Мадриде, Барселоне, Валенсии и других крупных городах страны. Матросы и унтер-офицеры сорвали попытки мятежа на большинстве кораблей флота. Верность республике сохранили военно-воздушные силы. К концу июля положение мятежников оказалось критическим.

Но в то время, когда военно-фашистский мятеж угасал под мощными ударами народных масс, в испанские события вмешались внешние силы. На помощь пришла вся мировая реакция и, прежде всего, фашистские державы. По просьбе Франко, Гитлер и Муссолини оказали ему помощь в переброске войск из Испанского Марокко через Гибралтарский пролив на материк. Возник обширный плацдарм мятежников на юге Испании. 2 августа в территориальные воды Испании вошли соединения германских и итальянских кораблей.

В конце июля в Германии был создан особый штаб «W», на который возлагалась задача переброски в Испанию военной техники, специалистов, а затем и воинских частей. Кроме того, гитлеровцы сформировали морскую группу «Нордзее», создавшую «мост» между германскими, португальскими и испанскими портами, захваченными мятежниками. В течение 1936–1939 гг. не менее 170 немецких судов осуществляли военные перевозки в Испанию («История Второй мировой войны», т. 2, стр. 25–26).

Фашистские агрессоры прикрывали интервенцию шумной кампанией под лозунгом «борьбы с большевизмом» и старались убедить правящие круги Англии, Франции и США, что не собираются покушаться на их интересы в Испании.

Во всём мире поднялась волна глубокого возмущения, честные люди планеты требовали применить санкции к фашистским интервентам. На первых порах Германия и Италия тщательно маскировали свои агрессивные акции: войска перевозились под видом туристов, коммерсантов, специалистов, а вооружение и боеприпасы – под маркой железного лома, сельхозмашин и удобрений.

Нарастающий поток германской и итальянской военной техники обеспечил мятежникам значительные преимущества над республиканцами, особенно в авиации. Целые армады немецких и итальянских бомбардировщиков совершали налёты на позиции республиканских войск. Республиканцы могли им противопоставить 85 устаревших самолётов, из которых уже к середине октября осталось в строю всего 1 бомбардировщик и 2 истребителя.

После официального признания 18 ноября 1936 г. Германией и Италией правительства Франко, интервенция в Испании приобрела качественно новый характер. Если раньше фашистские страны посылали только военную технику и специалистов, то теперь направляли целые воинские соединения. О размахе помощи франкистам со стороны Германии и Италии свидетельствует тот факт, что военные поставки этим странам обошлись не менее чем в 1 млрд. долл. Были брошены авиационные, танковые, зенитные, инженерные и другие немецкие части, входившие в состав так называемого «легиона Кондор», в котором насчитывалось 250 самолётов, 180 танков, сотни противотанковых орудий и других средств. Являясь главной ударной силой немецкого фашизма в Испании, он стал крупным учебным центром, где прошли военное обучение 56 тысяч офицеров франкистской армии.

Германия и Италия старались «пропустить через испанский фронт» как можно больше солдат и офицеров для овладения боевым опытом. Всего в течение 1936–1939 гг. на стороне фашистских мятежников в разное время воевало более 300 тыс. иностранных солдат, из них не менее 50 тыс. немцев, 150 тыс. итальянцев, 20 тыс. португальцев, группы фашистов из других стран Европы, а также около 90 тыс. марокканцев, (стр. 27).

За первые два года войны Германия направила генералу Франко 650 самолётов, 200 танков, 700 артиллерийских орудий. Италия поставила мятежникам около 2 тыс. орудий, 7,5 млн. снарядов, около 241 тыс. винтовок, 325 млн. патронов, 7633 автомашины, 950 танков и бронетранспортёров, 1000 самолётов, 17 тыс. авиабомб, 2 подводные лодки и 4 миноносца. Она израсходовала 14 млрд. лир, что в шесть раз превышало затраты её партнёра.

Активно помогал мятежникам и папа римский. По сообщению польского военного атташе в Риме, Ватикан давал Франко 2 млн. лир в день.

На испанской земле фашисты отрабатывали методы ведения тотальной войны, превратили Испанию в огромный полигон, на котором опробовали боевую технику, совершенствовали вооружение и отрабатывали способы его применения, осуществляли массовые бомбардировки и обстрелы городов и селений. Летом 1938 г. гитлеровский генерал Рейхенау откровенно заявил, что «Испания для Германии стала высшей школой войны», более полезной, «чем десять лет обучения в мирных условиях».

Итало-германская интервенция изменила соотношение сил между врагами и защитниками Испанской республики и стала определяющим фактором военного превосходства франкистов. Одновременно произошли и изменения в расстановке сил внутри самого фашистского блока. Италия оказалась не в состоянии оспаривать гегемонию в блоке и вскоре потеряла роль равноправного партнёра. Однако подписанное 25 октября 1936 г. германо-итальянское соглашение – ось Берлин-Рим – содержало «полюбовное» разграничение сфер влияния на Балканах и в Дунайском бассейне.

Итало-германская интервенция создала непосредственный очаг войны в Европе. Многочисленные факты свидетельствуют, что если бы Англия, Франция и США руководствовались в отношении Испании нормами международного права и решительно выступили против интервентов, фашистские державы вынуждены были бы тогда отказать Франко в помощи, а республиканское правительство имело бы реальную возможность быстро покончить с мятежом.

Но правящие круги Англии, Франции и США, как и ранее в отношении Эфиопии, заявили о «невмешательстве» в испанские дела.

«Невмешательство» – одно из проявлений политики «умиротворения» – было вызвано к жизни антикоммунизмом многих политических деятелей Запада, их страхом перед «советской революцией» в Испании, победа которой могла бы усилить революционные тенденции во Франции и других странах.

США формально не принимали участия в политике «невмешательства», но полностью разделяли её цели и без всяких ограничений оказывали помощь мятежникам. Сами франкисты признавали, что «без американских грузовиков, без американских кредитов мы бы никогда не смогли выиграть войну» (стр. 29).

Монополисты Англии, Франции и США рассматривали фашистских агрессоров как мощный бронированный кулак, способный разгромить революционное движение в Европе и гарантировать сохранение социального статус-кво; рассматривали политику «невмешательства» как средство создания единого фронта капиталистических государств против Советского Союза.

Что касается Лиги наций, где хозяйничали те же англо-французские «миротворцы», то она ограничивалась демагогическими призывами к сохранению мира в Европе.

Итало-германская интервенция и политика «невмешательства» Англии, Франции и США значительно осложнили борьбу испанского народа против мятежников. Однако агрессорам не удавалось задушить республику в течение почти трёх лет. Это объясняется тем, что в её защиту выступила международная демократическая общественность во главе с Советским Союзом, который всемерно содействовал сплочению сил испанских антифашистских патриотов.

Советский Союз решительно выступал против вмешательства фашистских держав во внутренние дела Испании, требовал от Лиги наций срочных мер для пресечения агрессии, прекращении снабжения мятежников оружием и снаряжением, вывода итало-германских войск. Но соглашение о «невмешательстве» в испанские события на деле превратилось в средство удушения революции, лишь прикрывавшее военную помощь мятежникам со стороны фашистских государств.

Удовлетворяя просьбу правительства Кабальеро, Советское правительство дало согласие поставлять оружие и военную технику Испанской республике. В письме Советского правительства говорилось: «Мы считали и считаем своим долгом, в пределах имеющихся у нас возможностей, прийти на помощь испанскому правительству, возглавляющему борьбу всех трудящихся, всей испанской демократии против военно-фашистской клики, являющейся агентурой международных фашистских сил». Всего с октября 1936 г. по конец января 1939 г. Советский Союз поставил республиканской Испании 648 самолётов, 347 танков, 60 бронеавтомобилей, 1186 орудий, 20 486 пулемётов, 497 813 винтовок (стр. 53–54).

Доставка оружия и техники была сопряжена с огромными трудностями из-за блокады морского побережья республики флотами Германии и Италии, а также политики французского правительства, неоднократно закрывавшего границу. С октября 1936 г. по июль 1937 г. фашистские пираты задержали 96 советских судов, а 3 из них потопили. В 1960 г. франкистский адмирал Ф. Басторечче признал, что за время войны в Испании фашистский флот потопил 53, захватил 348 и задержал около 1000 судов (там же).

Однако благодаря хорошо организованной системе проводки большинство советских кораблей благополучно прибывало в порты республиканской Испании. Немаловажную роль в обеспечение проводки судов с оружием сыграл республиканский флот, для которого обеспечение морских коммуникаций являлось основным содержанием боевых действий.

По просьбе правительства республиканской Испании Советский Союз направил военных специалистов и советников, оказавших огромную помощь в создании регулярной Народной армии, в подготовке и проведении важнейших операций против интервентов и мятежников. Нередко в критические минуты боя они сражались вместе с испанскими братьями, проявляя мужество и храбрость.

За всё время войны в Испании на стороне республики сражались и трудились около 3 тыс. советских добровольцев – военных советников, лётчиков, танкистов, моряков, различных специалистов. Около 200 добровольцев погибло, защищая республику. Лучшим из лучших 59 посланцам Советской страны за мужество и отвагу, проявленные в боях, было присвоено высокое звание Героя Советского Союза.

«Помощь, которую нам оказывал Советский Союз, – отметил премьер-министр Испанской республики Хуан Негрин, – была помощью без условий, советами без требований, она была предельно благородной и самоотверженной» (стр. 56).

Оказание эффективной помощи демократическим силам Испании являлось важнейшим интернациональным долгом мирового коммунистического движения. Исполком Коминтерна (ИККИ) стремился осуществить широкую программу единых действий всех антифашистских сил, предусматривающую развёртывание международной кампании в защиту Испанской республики, а также вербовку добровольцев, имевших военную подготовку, для отправки в Испанию.

Для координации усилий, предпринимаемых компартиями и другими демократическими силами, в Париже был создан координационный комитет. Кроме сбора средств он занимался закупкой и отправкой в Испанскую республику оружия и военной техники. Французская компартия основала даже специальную компанию «Франс-Навигасьон».

Самым существенным вкладом мирового коммунистического и рабочего движения в борьбу испанского народа стало создание интернациональных бригад. Первые группы антифашистов-добровольцев вступили в сражение ещё в июле-августе 1936 г.

В интернациональных бригадах сражались антифашисты из 54 стран, в том числе 8,5 тыс. французов, около 5 тыс. немцев, почти 5 тыс. поляков, 4 тыс. итальянцев, 2 тыс. англичан, столько же чехов, 1,7 тыс. австрийцев, тысяча венгров. Общее число интернационалистов-добровольцев превысило 42 тыс. человек. Интернационалисты потеряли в боях, пропавшими без вести, ранеными и умершими от ран не менее 20 тыс. бойцов (стр. 57).

Значительное число бойцов и командиров интернациональных бригад составляли коммунисты. Вместе с ними сражались тысячи социалистов, анархистов, либералов, католиков, протестантов, беспартийных рабочих, служащих, военных, студентов, представителей интеллигенции и т. д. Интернациональные бригады были реальным воплощением блока различных социальных сил – антифашистского народного фронта.

В конце 1936 г. интербригады стали пополняться испанскими бойцами, которые к лету 1937 г. составляли до 60 % их состава. Интернациональные формирования сыграли важную роль в борьбе испанского народа против фашизма. Их высокая дисциплина и мужество, героическое поведение в боях способствовали укреплению морально-политического духа защитников республики. Интербригады являлись частью формировавшейся Народной армии республики, и в сентябре 1937 г. были включены в её состав.

Формировавшаяся в ходе боёв Народная армия успешно отбивала все атаки противника на Мадрид, а в марте 1937 г. одержала победу под Гвадалахарой. Достигнутые успехи следовало незамедлительно закрепить. Но глава правительства социалист Кабальеро, при поддержке лидеров анархо-синдикалистов и опасаясь роста авторитета компартии, пытался запретить всякую партийную деятельность в армии и сместить членов КПИ с командных постов.

В начале мая 1937 г. лидеры ФАИ (федерация анархистов Иберии) и ПОУМ (троцкисты), используя терпимость к ним Кабальеро, спровоцировали контрреволюционный путч в Каталонии, пытаясь подорвать единство народного фронта и захватить власть в свои руки. Путч был подавлен, а Кабальеро 17 мая ушёл в отставку.

Новое правительство возглавил видный деятель соцпартии Х. Негрин. Правительство Негрина сразу же приступило к осуществлению мер, необходимых для обороны республики. Было создано единое военное министерство. Руководство всеми военными операциями народной армии сосредоточилось в главном штабе под началом генерала В. Рохо. Летом и осенью 1937 г. была осуществлена целая серия наступательных операций. Это был период наибольших успехов Компартии. В сентябре она насчитывал 329 тыс. членов, из которых 167 тыс. находились в действующей армии.

Но уже к концу 1937 г. выявилось серьёзные проблемы и противоречия. Революционный энтузиазм масс разбивался о косность и инертность высшего командования, которое не верило в творческие силы трудящихся и придерживалось пассивно-оборонительной стратегии. Военный министр социалист И. Прието проводил политику своего предшественника Кабальеро. Он не верил в возможность победы и стремился любой ценой ослабить влияние Компартии. С потерей северных провинций (октябрь 1937 г.) в армии и руководстве некоторых партий возникли капитулянтские настроения.

В начале марта 1938 г. фашистские войска перешли в наступление и 15 апреля вышли к Средиземному морю, отрезав Каталонию от центральной и южной части страны. Отсюда фашистские войска начали наступление на Валенсию. Стремясь сломить героическое сопротивление патриотов, германская и итальянская авиация усилили бомбардировки городов.

В середине апреля на восточном фронте сложилось крайне тяжёлое положение. И в эти дни Англия, США и Франция выступили прямыми пособниками интервентов. 16 апреля Англия заключила «джентельменское соглашение» с Италией, признав особые интересы Италии в Испании. 13 июня правительство Франции окончательно закрыло франко-испанскую границу, а конгресс США отклонил предложение о снятии эмбарго на продажу оружия Испанской республике.

Правительства западных «демократических» стран, по существу открыто встали на путь поддержки фашистской агрессии, на путь борьбы против демократии. Возник единый империалистический фронт против республиканской Испании.

К концу 1938 г. на исходе были людские резервы, не хватало продовольствия, стрелкового оружия; республиканцы уступали противнику в авиации, артиллерии, танках.

В начале февраля 1939 г. Каталония полностью оказалась в руках фашистов. Потеря лучших сил республиканской армии, большого количества вооружения и основной промышленной базы явились тяжёлым ударом для республики.

На заключительном этапе войны правящие круги Англии и Франции открыто выступили на стороне фашистских мятежников, разорвав 27 февраля дипломатические отношения с республиканцами и признав правительство Франко.

Моральный дух армии и населения был подорван.

Предательские элементы во главе с командующим армией центра полковником С. Касадо и правым социалистом Х. Бестейро при поддержке английской разведки развернули подготовку к контрреволюционному мятежу. Капитулянты активизировались и в правительстве Негрина, пребывавшем в полном бездействии после падения Каталонии. 4 марта заговорщики подняли мятеж в Картахене, а 5 марта захватили власть в Мадриде. Народный фронт распался, правительство Негрина покинуло страну.

Только коммунисты попытались оказать сопротивление предателям. Однако большинство частей, руководимых коммунистами, находилось на фронте, а те тыловые части, которые были брошены на подавление мятежа, не смогли его ликвидировать.

Предатели начали переговоры с Франко об условиях перемирия, но тот потребовал немедленной капитуляции. 28 марта фронт был открыт предателями, и к 30 марта вся территория республики оказалась занятой фашистскими войсками.

Война в Испании была одной из самых кровопролитных в Европе перед второй мировой войной. В ходе военных действий, воздушных боёв, бомбардировок и репрессий на захваченных франкистами территориях погибло более одного млн. человек (стр. 63).

Поражение Испанской республики укрепило стратегические и политические позиции фашистских держав в Западной Европе, позволило им дезорганизовать и ослабить сопротивление фашизму со стороны демократических сил. Испанская демократия погибла в результате действия ряда неблагоприятных внешних и внутренних факторов, важнейшими из которых были итало-германская интервенция и англо-французская политика «невмешательства», которую поддерживали американские империалисты. Советский Союз сделал всё возможное, чтобы помочь антифашистским силам в Испании, но географическая отдалённость и противодействие Англии и Франции препятствовали его усилиям.

В числе основных внутренних факторов поражения было наличие капитулянтских элементов в правительстве и руководстве народного фронта, оборонительная, пассивная стратегия командования республиканской Народной армии, не верившего в революционную энергию народных масс, отсутствие военной экономики.

Борьба мужественного испанского народа, продолжавшаяся 986 дней, имела большое историческое значение. Опыт боёв в Испании явился настоящей боевой школой для будущих руководителей антифашистского движения, борцов за демократию и социализм.

Дальнейшее расширение японской агрессии. Антикоминтерновский пакт

Сближение фашистской Германии и милитаристской Японии нарастало. 25 ноября 1936 г. Германия и Япония подписали «антикоминтерновский пакт». Спустя месяц Япония, идя навстречу пожеланиям Германии и Италии, признала режим Франко. 6 ноября 1937 г. к «антикоминтерновскому пакту» присоединилась Италия. Начал складываться тройственный пакт агрессивных государств – Германии, Италии и Японии.

В дальнейшем к пакту присоединилось ряд государств, в которых к власти пришли правительства, разделяющие идеологию нацизма и итальянского фашизма, правительства, крайне отрицательно относившиеся к СССР и коммунизму. В 1939 г. к «антикоминтерновскому пакту» присоединились Венгрия, Маньчжоу-Го и Испания. 25 ноября 1941 г. «Антикоминтерновский пакт» был продлён на 5 лет. К нему присоединились Финляндия, Румыния, Болгария, а также существовавшие на оккупированных фашистской Германией территориях марионеточные правительства Хорватии, Словакии, Дании (с оговорками) и образованное японцами на оккупированной части Китая «правительство» Ван Цзинвэя. Турция имела в нём статус наблюдателя.

В 1937–1939 годах Япония продолжала вести захватнические действия в Китае. Были захвачены крупнейшие города и промышленные центры Китая – Бейпин (Пекин), Тяньцзинь, Шанхай, Нанкин – тогдашняя столица Китая. Ворвавшись в город, японцы пять дней чинили кровавую резню гражданского населения, в результате которой погибли 50 тыс. человек. В войне японские захватчики применяли отравляющие вещества, наносили бомбовые удары по мирным городам, неся смерть и разрушения. В феврале 1939 г. был захвачен остров Хайнань, японцы вышли на подступы к английским и французским владениям.

Однако китайский народ не прекращал борьбы против агрессора, развернув активные партизанские действия в оккупированных районах.

Усиленно эксплуатируя экономические ресурсы страны, японские монополисты стремились создать на оккупированной территории обширную военно-промышленную базу. К этому времени в Маньчжурии, уже превращённой в основной военно-экономический и стратегический плацдарм японского империализма, действовали крупные концерны и их филиалы. Основное внимание уделялось развитию тяжёлой промышленности, прежде всего металлургической, энергетической, нефтяной, производству вооружения и боеприпасов. Продолжалось строительство военных заводов, портов и аэродромов, росло число военных поселений. К границам Советского Союза и Монгольской Народной Республики из Северо-Восточного и Северного Китая форсированными темпами подводились стратегические железные и шоссейные дороги, для строительства которых использовался принудительный труд миллионов китайских рабочих и крестьян.

Агрессивные действия японских империалистов наносили серьёзный ущерб интересам монополистических кругов США, Англии и Франции, имевших в Китае большие капиталовложения. Однако правящие круги этих стран, надеясь на столкновение Японии и СССР, не предпринимали против неё эффективных мер и ограничивались лишь дипломатическими жестами.

Используя напряжённую обстановку, сложившуюся в Европе в связи с подготовкой фашистской Германией захвата Чехословакии, Япония решила ускорить нападение на МНР и СССР. В июле 1938 г. она обвинила Советский Союз в нарушении границ с Маньчжоу-Го и развернула вокруг этого широкую пропагандистскую и дипломатическую кампанию. Одновременно японские милитаристы готовили открытую вооружённую провокацию в районе озера Хасан, недалеко от стыка границ Маньчжоу-Го, Кореи и советского Приморья.

К 29 июля японцы создали у границы крупную воинскую группировку численностью более 38 тыс. человек. Но после двухнедельных ожесточённых боёв японские войска были наголову разгромлены и отброшены за пределы советской границы.

Победа советского оружия вдохновила китайских патриотов, морально поддержала бойцов китайских вооружённых сил и явилась сдерживающим фактором в развёртывании Японией войны на Дальнем Востоке.

Несмотря на поражение, Япония не отказалась от своих захватнических планов, в частности, в отношении Монгольской Народной Республики. Советское правительство знало об этих планах Японии и, верное своему союзническому долгу, в начале 1939 г. заявило, что «границу Монгольской Народной Республики… мы будем защищать также решительно, как и свою собственную» («История Второй мировой войны», т. 2, стр. 42).

Япония сосредоточила у границы МНР крупную группировку войск, постоянно провоцируя пограничные инциденты, а 12 мая 1939 г. развязала военные действия и вышла к реке Халхин-Гол. Началась необъявленная война Японии против МНР, длившаяся более четырёх месяцев и закончившаяся сокрушительным разгромом агрессора.

В это же время, в июле 1939 г., между Англией и Японией было заключено соглашение, по которому Англия признала японские захваты в Китае, тем самым оказывая дипломатическую поддержку японской агрессии против МНР и её союзника – СССР.

Всемерно поощряло Японию к войне и американское правительство. В 1939 г. Япония закупила в США в десять раз больше железного и стального лома, чем в 1938 г. Монополисты США продали Японии на 3 млн. долл. новейших станков для авиационных заводов. Взамен в 1937–1939 гг. США получили из Японии золота на 581 млн. долл. «Если кто-либо последует за японскими армиями в Китае и удостоверится, сколько у них американского снаряжения, то он имеет право думать, что следует за американской армией», – писал торговый атташе США в Китае (там же). Кроме того, Японии оказывалась и финансовая помощь.

Порабощение Эфиопии, захват Рейнской зоны, удушение Испанской республики, развёртывание войны в Китае являлись звеньями одной цепи империалистической политики конца тридцатых годов. Агрессивные государства – Германия, Италия, Япония – при прямой поддержке США, Англии и Франции стремились путём локальных войн и военных конфликтов как можно скорее раздуть пожар мировой войны. Острое соперничество между империалистическими державами вступало в новую фазу, фазу нового передела мира, сфер влияния, колоний путём открытого вооружённого насилия.

#### § 7. Курс на развязывание мировой войны

Со второй половины 1937 г. развитие событий в капиталистическом мире, всё более втягивавших человечество в войну, значительно ускорилось. 5 ноября на тайном совещании нацистских главарей Гитлер провозгласил: «Для решения германского вопроса может быть только один путь – путь насилия». На первом этапе войны, говорил Гитлер, «германская политика должна иметь в виду двух заклятых врагов – Англию и Францию, для которых мощный германский колосс в самом центре Европы являлся бельмом на глазу…» («История Второй мировой войны 1939–1945», т. 2, стр. 76). Но прежде всего фашистские главари планировали захват Австрии и Чехословакии, что существенно усилило бы военно-промышленный потенциал рейха и улучшило его стратегические позиции как против Англии и Франции, так и против СССР.

В основе планов захвата Австрии и Чехословакии лежал расчёт на использование благоприятной обстановки, которая сложилась в результате политики западных держав, отвергших предложения Советского Союза о создании системы коллективной безопасности в Европе. Политическая близорукость буржуазных лидеров Запада была порождена классовой ненавистью к СССР, что развязывало гитлеровцам руки для осуществления их агрессивных планов.

В ноябре 1937 г. состоялась встреча Гитлера с представителем английских правящих кругов лордом Галифаксом, на которой последний заявил, что вопросы изменений в европейской системе государств, к которым относятся Данциг, Австрия и Чехословакия должны быть произведены «путём мирной эволюции».

Происходила и быстрая смена курса во французской политике: от союза с СССР и коллективной безопасности к тайному сговору с гитлеровцами и предоставлению им «свободы действий» на Востоке; за что Франция очень скоро поплатилась.

В том же направлении действовала и американская дипломатия. Представители США устанавливали всё более тесные контакты с гитлеровцами. В ноябре посол США во Франции Буллит встретился с Герингом и Шахтом, на которой Геринг проинформировал Буллита, что в ближайшее время Германия аннексирует Австрию и Судетскую область Чехословакии. Американский представитель не сделал никаких замечаний. Одновременно в Сан-Франциско состоялось секретное совещание высокопоставленных немецких дипломатов с представителями крупнейших американских монополий, на котором обсуждались вопросы сотрудничества в освоении богатейших рынков России и Китая, (стр. 77–78).

Фашисты получили полный карт-бланш на дальнейшее проведение своей политики.

Захват Австрии нацистской Германией

Германия начала, в соответствии с «Майн кампф», усиленную подготовку к захвату Австрии (аншлюс).

Руководствуясь указаниями Гитлера, что «Австрия должна быть возвращена великой германской родине», спецслужбы рейха ещё с 1933 г. развернули бурную деятельность против этой страны. По плану «Отто» на них возлагался подрыв её изнутри с последующим захватом власти нацистами.

Гитлеровская разведка опиралась на существовавшие в Австрии нелегальные фашистские организации, направляя и координируя их деятельность. В 1936 г., по указанию Шахта австрийским фашистам ежемесячно переводилось по 200 тыс. марок. Немецко-фашистская разведка по нелегальным каналам поставляла в Австрию оружие, боеприпасы и другое снаряжение, а также нацистскую литературу. В результате к 1938 г. агентура гитлеровской разведки совместно с австрийскими фашистами фактически держала в своих руках ключевые позиции в австрийском государстве.

Этим планам способствовала и политика самого австрийского правительства, запретившего коммунистическую партию и введя антидемократическую конституцию, а во внешней политике сотрудничая с фашистскими государствами.

В начале января 1938 г. австрийские фашисты получили из Берлина указание о подготовке к путчу. 7 февраля австрийский канцлер Шушниг получил приглашение прибыть в резиденцию Гитлера в Баварских Альпах. Для запугивания канцлера, Кейтель в его присутствии доложил фюреру о готовности германской армии к вторжению в Австрию. Шушнига вынудили подписать протокол, по которому предусматривалось установление германского контроля над внешней политикой Австрии, легализацию деятельности австрийских национал-социалистов. Гитлеровскому агенту Зейсс-Инкварту был предоставлен пост министра внутренних дел и министра безопасности.

Но под давлением масс Шушниг 9 марта объявил, что через три дня назначается плебисцит, который решит будущее Австрии. Это грозило срывом фашистского плана. Гитлер потребовал немедленного осуществления плана «Отто» – вторжения в Австрию. Утверждённая 11 марта директива № 1 предусматривала проведение операции желательно «в форме мирного вступления».

Австрийское правительство попыталось найти поддержку в Англии, но получило категорический отказ. Франция в эти дни переживала правительственный кризис: не желая брать на себя ответственность за позицию страны в отношении Австрии, премьер-министр Шотан 10 марта ушёл в отставку.

11 марта правительство Австрии капитулировало. На следующий день германская армия приступила к оккупации страны. 14 марта Гитлер подписал указ, по которому Австрия объявлялась провинцией рейха. На австрийских антифашистов обрушились репрессии, десятки тысяч патриотов были брошены в тюрьмы и концлагеря. 10 апреля в Австрии прошёл референдум о согласии воссоединения Австрии с германской империей. В обстановке террора, разнузданной фашистской пропаганды, прямой фальсификации итогов голосования, большинство бюллетеней были признаны содержащими ответ «да».

Не дожидаясь конца комедии с референдумом, западные державы признали захват Австрии свершившимся фактом и преобразовали свои дипломатические представительства в Вене в генеральные консульства. Правительства Англии, Франции и США сделали вид, что «не заметили» исчезновение государства с политической карты Европы.

Только Советский Союз осудил гитлеровскую агрессию, предупреждая о гибельных последствиях попустительства захватнической политики фашистской Германии.

Захват Австрии сыграл важную роль в реализации планов фашистской Германии. У гитлеровцев окрепла уверенность в безнаказанности их агрессивных действий. Население Германии с присоединением Австрии увеличилось на 6 млн. 713 тыс. человек. Почти все 50 тыс. военнослужащих австрийской армии были включены в состав вермахта. Австрийская промышленность и экономика были подчинены военным нуждам фашистской Германии.

#### § 8. Мюнхенский империалистический сговор

Не прошло и двух месяцев с момента появления гитлеровских войск в Вене, как угроза германского вторжения нависла над Чехословакией. Гитлеровская «пятая колонна» активно действовала в Судетской области Чехословакии, где проживало много немцев. Подогреваемые успехом аншлюса, судетские фашисты открыто заявляли, что со дня на день следует ожидать прихода германских войск.

Чехословакия привлекала гитлеровцев выгодным стратегическим положением в центре Европы, наличием богатых природных ресурсов и высокоразвитой промышленностью. Обладая первоклассной, хорошо вооружённой армией, Чехословакия являлась серьёзным препятствием на пути осуществления германской агрессии, особенно благодаря договорам с Советским Союзом и Францией о взаимной помощи. Поэтому после захвата Австрии главным объектом в агрессивных планах фашистских правителей становится Чехословакия.

Опираясь на судетско-немецкую партию Генлейна, разведка Германии проникала в важнейшие звенья чехословацкого государственного аппарата. Судетские фашисты, выполняя указания Гитлера, создали в Чехословакии так называемый «свободный корпус» Генлейна численностью около 15 тыс. человек. Оружие, снаряжение и боеприпасы поставляли немецкие фашисты. «Свободный корпус» предназначался для захвата фашистами власти в Чехословакии, а затем для выполнения полицейских функций.

В помощь главарям судетских немцев из Германии были переброшены четыре батальона СС «Мёртвая голова», которые предназначались для совместных действий с отрядами «свободного корпуса». В Чехословакию также засылались диверсионно-террористические группы (эйнзац-группы), которые должны были в момент нападения Германии дезорганизовать тыл чехословацкой армии.

Под воздействием гитлеровской разведки антиправительственную деятельность в Чехословакии развернули словацкие, венгерские, польские и украинские фашиствующие элементы. Гитлеровские спецслужбы организовали их в единый блок во главе с судетско-немецкой партией.

Следуя указаниям Гитлера, генлейновская печать требовала проведения референдума, муниципальные выборы, назначенные на 22 мая 1938 г. судетско-немецкая партия объявила плебисцитом по вопросу о присоединении Судетской области к Германии. Скрытая концентрация немецко-фашистских войск на границе с Чехословакией давали основание полагать, что в день выборов гитлеровцы планировали фашистский путч и вооружённое вторжение.

При подготовке агрессии против Чехословакии гитлеровцы рассчитывали на стремление правящих кругов Польши к территориальным захватам. В январе 1938 г. во время визита министра иностранных дел Польши Бека в Берлин, Гитлер в переговорах с ним особо рьяно указывал на необходимость борьбы против «угрозы коммунизма», заверял, что «ни прямые, ни косвенные интересы Польши не будут нарушены» («История Второй мировой войны», т. 2, стр. 83–84). В мае 1938 г. правительство Польши, идя на поводу у Гитлера, сосредоточило на чешской границе несколько воинских соединений. 21 мая польский посол в Париже Лукасевич заверил американского посла во Франции Буллита, что Польша немедленно объявит войну Советскому Союзу, если он попытается направить войска через польскую территорию на помощь Чехословакии.

Но расчёты гитлеровцев не оправдались. Узнав о сосредоточении германских войск на границах Чехословакии, правительство Бенеша под давлением общественности, срочно провело частичную мобилизацию. Под ружьё были призваны 180 тыс. человек. Войска заняли пограничные укрепления, предотвратив опасность фашистского путча в Судетах и вторжение вермахта.

Огромное значение при этом имела твёрдая позиция Советского Союза, правительство которого решительно выступило в поддержку Чехословакии. По условиям советско-чехословацкого договора, обязательство СССР об оказании помощи Чехословакии вступало в силу только в том случае, если Чехословакии, подвергшейся агрессии, будет оказана помощь со стороны Франции. Но 26 апреля Председатель Президиума Верховного Совета СССР М. И. Калинин сделал важное уточнение: «Разумеется, пакт не запрещает каждой из сторон прийти на помощь, не дожидаясь Франции» (стр. 84–85).

Иной была позиция западных держав. Британский премьер отклонил предложение Советского правительства о немедленных коллективных мерах для пресечения дальнейших действий захватчиков. Чемберлен был удовлетворён тем, что немецко-фашистская экспансия развивалась в направлении, выгодном для правящих кругов Англии.

Французское правительство во главе с Даладье, пришедшее к власти в апреле 1938 г. считаясь с мнением широких народных масс, объявило, что страна будет «верна всем пактам и договорённостям, которые она заключила», тем самым подтверждая гарантии Чехословакии. Однако подлинные намерения французского кабинета были далеки от публичных деклараций. Влиятельные круги французской буржуазии стремились избавиться от обязательств по оказанию помощи Чехословакии.

И западные державы усиливали нажим на правительство страны, рекомендуя договориться с Генлейном. Они потребовали, чтобы Чехословакия пошла «как можно дальше» в удовлетворении требований судетских немцев, предупредив, что если из-за её «неуступчивости» возникнет вооружённый конфликт, они не окажут помощь Чехословакии (стр. 86).

Правительство США было хорошо информировано о замыслах Англии и Франции. Избегая официальных заявлений, Вашингтон на деле солидаризировался с англо-французской дипломатией. Посол США во Франции Буллит сообщал в те дни, что, по мнению руководства Соединённых Штатов, предотвратить присоединение Гитлером пограничных областей Чехословакии невозможно.

Скатывалось на капитулянтские позиции и руководство Чехословакии. Премьер-министр Годжа, принадлежавший к правым кругам буржуазии, считал возможным опереться на помощь рейха, выразив согласие пойти на уступки Генлейну и расторгнуть пакт о взаимопомощи с Советским Союзом. Буржуазные круги Чехословакии, интересы которых выражал президент Бенеш, ориентировались на западные державы, прежде всего на Францию. В то же время даже мысль о допуске советских войск в Чехословакию для совместной обороны страны, по мнению Бенеша, была невообразимой глупостью.

Стремясь подорвать советско-чехословацкий договор как опору независимости Чехословакии, гитлеровцы развернули бешеную антисоветскую кампанию, утверждая, что правительство Чехословакии превратило страну в очаг «красной опасности», «непотопляемый авианосец большевиков», что встречало одобрение и поддержку англо-французских кругов.

Гендерсон, английский посол в Берлине заявил зам. министру иностранных дел Германии Вейцзекеру, что правительство Великобритании не намерено ради чехов «пожертвовать хотя бы одним солдатом» и если они пойдут на обострение отношений с Германией, Англия не окажет им поддержки.

В мае министр иностранных дел Франции Боннэ заявил, что Франция не намерена выполнять обязательства по договору с Чехословакией. Если её правительство сохранит «неуступчивую позицию», Франция будет вынуждена пересмотреть свои обязательства по договору. Это был акт открытого предательства.

Подготовка захвата Чехословакии продолжалась полным ходом.

Враждебной Чехословакии была и деятельность посла США в Германии Вильсона, убеждённого сторонника политики «умиротворения». В начале августа он появился в Праге и потребовал от чехословацкого правительства пойти на уступки генлейновцам.

Немецкое командование с мая по август 1938 г. издало ряд директив о подготовке нападения на Чехословакию. Гитлер рассчитывал, что вооружённое вторжение и ликвидация Чехословакии как самостоятельного государства пройдёт без какой-либо помехи со стороны западных держав.

С конца мая Германия ускорила работы по сооружению Западного вала (линия Зигфрида). Строительству укреплений был придан характер своеобразной демонстрации, призванной доказать «безнадёжность» французской помощи Чехословакии.

Под давлением Англии и Франции правительство Чехословакии 6 сентября приняло все требования генлейновцев, предусматривавших установление полного контроля гитлеровской агентуры над пограничным районом Чехословакии. На следующий день в лондонской газете «Таймс» появилась статья её главного редактора Даусона, в которой чехословацкому правительству рекомендовалось «принять предложение, ставящее своей целью сделать Чехословакию более однородным государством путём отделения от него чуждого ему населения, живущего по соседству с народом, с которым оно связано расовыми узами». Британская дипломатия устами Даусона выдвинула предложение, которое не решались открыто провозгласить генлейновцы: отторгнуть от Чехословакии Судетскую область. Статья вызвала возмущение прогрессивной общественности Запада и ликование в Берлине (стр. 92).

Гитлер на съезде нацистской партии в Нюрнберге 12 сентября обрушился с бранью и угрозами в адрес Чехословакии и потребовал предоставить судетским немцам право «самостоятельно» решить свою судьбу, предупредив, что они «не покинуты и не безоружны». Генлейновцы организовали многочисленные инциденты, переросшие в массовые выступления пронацистски настроенных немцев в Судетах. Чехословацкое правительство было вынуждено применить войска и объявить Судетскую область на военном положении. Генлейн, опасаясь ареста, бежал в Германию.

Чехословацкое правительство предложило представителям судетско-немецкой партии продолжить переговоры. В ответ генлейновцы выдвинули условия: вывести из Судетской области чехословацкие войска, отменить военное положение и передать функции охраны порядка местным органам. Для выполнения этих требований они определили срок – шесть часов. Чехословакии был поставлен ультиматум.

И британский премьер полетел на поклон к Гитлеру «спасать мир». 15 сентября на встрече Чемберлена с Гитлером, фюрер бесцеремонно заявил: «Если судетских немцев, включить в рейх, отделить венгерское, польское и словацкое меньшинства, то оставшаяся часть окажется столь малой, что по этому вопросу не придётся ломать голову» (стр. 93). Гитлер открыто сказал о своих планах полной оккупации всей Чехословакии. И Чемберлен высказался за передачу Судет немцам. Британский кабинет министров согласился с позицией своего премьера. Поддержало Чемберлена и французское правительство в лице Даладье и Боннэ. 19 сентября Англия и Франция направили ноту чехословацкому правительству, в которой в категорической форме требовали срочной передачи Германии районов, где проживает более 50 % немецкого населения. Выражая при этом готовность предоставить Чехословакии «гарантии» в новых границах, Англия и Франция потребовали от неё аннулирования договоров о взаимной помощи с Советским Союзом и Францией.

То, что «гарантии» были фальшивкой, англичане прекрасно понимали. «Чехословакия после передачи судетско-немецкой области превратится в экономически нежизнеспособное государство, – говорил военный министр Хор-Белиша на заседании британского кабинета 19 сентября – Трудно представить, как оно сможет сохранить независимое существование. Кроме того, в стратегическом отношении положение страны будет уязвимым, и не существует средств, с помощью которых мы могли бы выполнить гарантии» (стр. 95).

Заверение о безопасности Чехословакии в новых границах было использовано Чемберленом и Даладье для обмана общественного мнения и в собственных странах, чтобы с наименьшими трудностями заключить сделку с Гитлером и планомерно подготовить предательство Чехословакии.

Чехословакия переживала трагические дни. Патриотический подъём, охвативший широкие слои населения, пугал чешскую реакцию: если раздать оружие, не зайдут ли события слишком далеко. В страхе перед потрясениями, которые бы поставили под угрозу их классовые позиции, чехословацкие правящие круги предпочли капитулировать. Они решили удовлетворить все требования, выдвинутые Генлейном.

Ультиматум, врученный 19 сентября английским и французским посланником Бенешу означал, что обе державы полностью отдают Чехословакию на милость Германии.

Англо-французский диктат в отношении Праги и последовавшая капитуляция чехословацкого правительства открыли путь к Мюнхену.

22–23 сентября состоялась новая встреча британского премьера с Гитлером, во время которой фюрер «сердечно» поблагодарил Чемберлена за его труды в переговорах «по спасению мира» и заверил в своём давнем стремлении к дружбе с Англией. «Между нами нет никаких противоречий, – утверждал Гитлер, – мы не будем вмешиваться в ваши дела вне Европы, а вы можете, ничего не опасаясь, предоставить нам свободу рук в Центральной и Юго-Восточной Европе» (стр. 98–99).

При этом необходимо отметить, что чехословацкое правительство на протяжении всего кризиса не предприняло никакой попытки опереться на поддержку СССР. Бенеш ни разу не запросил Советское правительство о возможности в случае отказа Франции получить помощь Советского Союза.

В свою очередь, Советское правительство стремилось побудить западные державы активно поддержать Чехословакию. Выражая точку зрения правительства СССР, советский полпред в Лондоне Майский 17 августа заявил британскому министру иностранных дел лорду Галифаксу о необходимости «противопоставить абсолютно твёрдый фронт Германии и Италии, которые не так сильны, как они хотят заставить нас поверить», при этом подчеркнув, что если Германия предпримет нападение на Чехословакию, то Советский Союз не останется в стороне.

Однако англо-французская дипломатия старательно избегала всего, что могло вызвать «раздражение» в Берлине.

В это же время Советскому правительству стало известно, что Польша стремится к сделке с Германией в надежде на своё участие в разделе Чехословакии. В связи с этим польское реакционное правительство было предупреждено, что если польские войска вторгнутся в пределы Чехословакии, то СССР будет считать это актом агрессии и денонсирует пакт о ненападении с Польшей.

Правительство Чехословакии осенью 1938 г. имело возможность отвергнуть мюнхенский диктат и, опираясь на свой народ, армию, на поддержку Советского Союза и антифашистских сил, отклонить требования о капитуляции, возглавить борьбу за свободу и независимость своего государства. Тем более что реальное соотношение сил было явно не в пользу агрессора, который имел 47 дивизий. Согласно плану «Грюн» в операции против Чехословакии предусматривалось использовать 39 дивизий. В то же время Чехословакия имела 45 дивизий, обладала вооружёнными силами численностью 2 млн. человек, располагала 1582 самолётами, 469 танками, 5700 артиллерийскими орудиями и другим вооружением, могла опереться на мощные пограничные укрепления.

«Общее удивление вызвали чешские пограничные укрепления, – вспоминал бывший министр вооружения Шпеер. – При пробных выстрелах, к удивлению наших специалистов, выявилось, что оружие, которое должно было быть против них использовано, оказалось неэффективным. Гитлер лично прибыл на бывшую границу, чтобы составить впечатление об этих укреплениях, и вернулся потрясённый. Бункеры были поражающе мощными, исключительно умело размещены, глубоко эшелонированы при великолепном использовании характера местности. Их захват, при решительной обороне, стоил бы нам много крови».

Однако буржуазное правительство Бенеша-Годжи предпочло принять мюнхенский диктат империалистических держав. Национальное предательство, совершённое правительством Чехословакии в 1938 г., не позволило Советскому Союзу оказать помощь её народу, а гитлеровцам открыло дорогу для полной оккупации и расчленения страны. Советские войска находились у западной границы СССР в полной боевой готовности до 25 октября 1938 г, а потом были возвращены в районы постоянной дислокации (стр. 108–109).

29 сентября 1938 г. в Мюнхене была созвана конференция четырёх держав – Англии, Франции, Германии и Италии.

Во избежание нежелательной огласки в конференции приняли участие лишь премьеры и министры иностранных дел. Открывая конференцию, Гитлер разразился бранью в адрес Чехословакии и потребовал «в интересах европейского мира» немедленной передачи Судетской области, заявив, что при любых обстоятельствах 1 октября его войска будут введены в пограничные районы. При этом фюрер заверил, что у Германии других притязаний в Европе нет. Задачу конференции он определил так: придать вступлению германских войск на территорию Чехословакии законный характер и исключить применение оружия. К середине дня прибыли два представителя Чехословакии, которых поместили в одной из комнат под надёжной охраной. Чехословацкая делегация не была допущена к переговорам. Выступления участников сговора не стенографировались, ибо сделка явно не подлежала огласке, велись только неофициальные записи.

Долг великих держав, заявил английский премьер, позаботиться о том, чтобы чехословацкое правительство «по безрассудству или упрямству» не отказалось очистить территорию». Даладье также заявил, что «ни в коем случае не потерпит проволочек в этом деле со стороны чешского правительства» (стр. 110).

Поскольку сделка подготавливалась заранее, все пункты документа были быстро согласованы. В ночь на 30 сентября чехословацкую делегацию пригласили для ознакомления с текстом диктата. Мюнхенский сговор вступил в силу. Итогом конференции было отторжение от Чехословакии в пользу Германии Судетской области, а также удовлетворение территориальных претензий со стороны хортистской Венгрии и буржуазной Польши.

30 сентября также была подписана Гитлером и Чемберленом англо-германская декларация, в которой говорилось о намерении рассматривать все проблемы, касающиеся обеих стран, путём консультаций и продолжать «усилия по устранению возможных источников разногласий». По существу, этот документ являлся пактом о ненападении между Англией и Германией. В Мюнхене был предрешён вопрос и о подписании аналогичной франко-германской декларации.

Мюнхенское соглашение – один из самых позорных актов в международной политике капиталистических держав

На глазах у всего человечества суверенное европейское государство было отдано гитлеровцам на разграбление. Открыто предавая Чехословакию, английские, французские и американские монополисты надеялись насытить фашистского зверя, отвести непосредственную угрозу от себя, направить агрессию на Восток.

Но «миротворцы» жестоко просчитались. Для гитлеровской Германии, давно уже взявший курс на завоевание мирового господства, Чехословакия была не просто очередной жертвой. Капитуляция правящих кругов западных держав и Чехословакии ещё более распалила захватнические аппетиты монополистов Германии, способствовала новым их агрессивным акциям в Европе. Мюнхенский сговор ускорил назревание предвоенного политического кризиса, приведшего ко второй мировой войне.

Последствия мюнхенской предательской политики

Не только Судетская область, но и вся Чехословакия были быстро оккупированы гитлеровской Германией. Кое-какие районы перепали и Польше с Венгрией.

С 1 по 10 октября 1938 г. Германия оккупировала пограничные районы Чехословакии. 7 октября, под давлением Германии, чехословацкое правительство признало автономию Словакии, а 8 октября была предоставлена автономия Закарпатской Украине. 2 октября Польша оккупировала Тешинскую область Чехословакии. 2 ноября состоялся так называемый Венский арбитраж, согласно которому Венгрия получила южные районы Словакии и Закарпатской Украины с населением более одного млн. человек. 21 октября Гитлер и Кейтель подписали директиву, предусматривавшую «быструю оккупацию Чехии и изоляцию Словакии».

Не приостанавливая акций прямой и косвенной агрессии против Чехословакии, гитлеровская Германия начала подготовку оккупации Польши. 24 октября 1938 г. Риббентроп передал польскому послу в Берлине предложения по «урегулированию» германо-польских спорных вопросов: «воссоединение» Гданська (Данцига) с рейхом; строительство немцами экс-территориальных авто и железных дорог через Поморье; продление на 25 лет польско-германского соглашения о ненападении и гарантии Германией польско-германских границ. На этот раз, когда были затронуты непосредственные жизненные интересы Польши, её правительство отклонило германские требования.

Желая укрепить свои позиции, польское правительство сделало попытку опереться на поддержку Советского правительства. 31 октября нарком иностранных дел СССР подтвердил, что пакт о ненападении между СССР и Польшей «сохраняет полностью свою силу». 27 ноября в сообщении ТАСС подчёркивалось, что в основе двусторонних отношений остаются «все существующие договоры». Но одновременно польские правящие круги заверяли Германию и Японию в неизменности своей антисоветской политики.

После сговора в Мюнхене значительно возросла агрессивность фашистской Италии. 17 декабря Италия официально информировала французский МИД о денонсации франко-итальянского соглашения от 17 января 1935 г. Одновременно разрабатывались основы взаимодействия итало-германских вооружённых сил. Германия и Италия были едины в том, чтобы «в первую очередь разгромить Францию».

Правительства же Англии и Франции продолжали свою политику «невмешательства», на деле фактически потворствуя фашистской агрессии.

6 декабря 1938 г. во время визита Риббентропа в Париж была подписана франко-германская декларация, по сути, пакт о ненападении. Тем самым, фактически, был перечёркнут советско-французский договор о взаимопомощи 1935 г.

19 января 1939 г. Галифакс в меморандуме английского правительства обратил внимание на то, что Германия рассматривает вопрос о нападении на западные державы как предварительный шаг к последующей акции на Востоке. Это было ударом по всей внешнеполитической концепции консерваторов. 6 февраля 1939 г. премьер-министр Великобритании сделал заявление в палате общин, что Великобритания немедленно поддержит Францию, если возникнет угроза её «жизненным интересам». Так началось становление англо-французской военной коалиции.

Однако на практике правительства Англии и Франции продолжили политику уступок агрессорам.

В марте 1939 г. гитлеровцы приступили к окончательной ликвидации чехословацкого государства. 15 марта немецкие войска заняли Прагу. Никакого осуждения со стороны Англии и Франции не последовало.

Лишь советское правительство ясно и чётко заявило о своей позиции в связи с ликвидацией Чехословакии, квалифицировав действия Германии как «произвольные, насильственные, агрессивные» (стр. 122).

22 марта 1939 г. гитлеровцы оккупировали порт Клайпеда (Мемель) и Клайпедскую область, навязав правительству Литвы соответствующий договор. Англия и Франция молчаливо согласились и с этим актом агрессии.

23 марта Германия, давно подбиравшаяся к румынской нефти, навязала Румынии так называемый «хозяйственный договор», которым экономика страны была поставлена под контроль Германии, что нанесло ещё один удар по англо-французским позициям в Европе.

Вслед за Германией агрессию в Европе предпринял ещё один фашистский хищник – Италия. Оказав поддержку рейху в захвате Чехословакии, Муссолини потребовал соответствующей компенсации за «услуги» и получил согласие Германии на агрессию против Албании.

Для проведения операции по захвату Албании был сформирован экспедиционный корпус численностью 22 тыс. человек, оснащённый лёгкими танками, артиллерией и авиацией. Албанская армия насчитывала к началу операции около 14 тыс. человек, из них 12 тыс. наспех призванных и неподготовленных резервистов, несколько артиллерийских батарей и самолётов. 7 апреля итальянская армия вторглась в Албанию. Несмотря на мужественное сопротивление захватчикам, силы были слишком неравны. 12 апреля в Тиране состоялось провозглашение «личной унии» между Италией и Албанией, одобренной албанской буржуазией и помещиками и поддержанной гитлеровцами. Никаких действенных мер против очередной агрессии Англия и Франция не предприняли.

Коминтерн в своём воззвании отметил: «Как взбесившийся зверь, мечется фашизм по Европе. Он поглотил Австрию и Чехословакию, он занял Мемель (Клайпеду – ред.), аннексировал Албанию. Он закидывает петлю на шею Польши. Он рвётся на Балканы, угрожая Румынии, Югославии и Греции» (стр. 125).

21 марта 1939 г. Риббентроп в беседе с польским послом вновь предъявил требования в отношении Гданська (Данцига), а также права на строительство экс-территориальной железной дороги и автострады, которые бы связывали Германию с Восточной Пруссией. До сведения польского руководства было доведено, что обе страны могли бы проводить единую восточную политику, так как интересы обеих стран по «защите от большевизма» совпадают. Польское правительство вновь отклонило германские предложения. Этим воспользовался Гитлер, который только искал повод, чтобы избавиться от германо-польского пакта о ненападении и получить по отношению к Польше свободу рук.

В связи с нависшей над Польшей угрозой фашистской агрессии премьер-министр Англии Чемберлен 31 марта сделал заявление в парламенте о предоставлении гарантий Польше, об оказании ей поддержки в случае любой акции, которая будет угрожать её независимости. 13 апреля аналогичное заявление было сделано французским правительством. Но выполнять обещанное мюнхенцы не собирались.

Гитлер продолжал активную подготовку захвата Польши: «Польшу необходимо так разбить, – говорил он в эти дни Браухичу, – чтобы в ближайшие десятилетия не было нужды считаться с ней как с политическим фактором» (стр. 125–126). 11 апреля гитлеровское верховное командование издало новую директиву «О единой подготовке вооружённых сил к войне», приложением к которой был план войны против Польши – план «Вайс». Добавление Гитлера гласило: «Подготовку следует провести таким образом, чтобы операцию можно было осуществить в любое время, начиная с первого сентября 1939 г.» (стр. 126). Так была установлена дата начала второй мировой войны.

Расчёты мюнхенцев канализировать фашистскую агрессию «только на Восток», вновь не оправдались. В конце апреля Германия расторгла с Польшей соглашение 1934 г. о мирном разрешении споров, чем недвусмысленно заявила о своих агрессивных намерениях. В одностороннем порядке она аннулировала также англо-германское морское соглашение 1935 г. и потребовала от Великобритании возвращения колоний.

22 мая 1939 г. в Берлине был подписан германо-итальянский договор о союзе и дружбе, получивший наименование «Стальной пакт», в котором ещё раз подтверждалась верность «антикоминтерновскому пакту», содержались обязательства сторон о взаимопомощи и союзе в случае военных действий с любой третьей страной, договорённости о широком сотрудничестве в военной и экономической сферах. Геринг разъяснял Муссолини и Чиано, что захват Чехословакии способствует значительному усилению мощи стран оси против западных держав и создаёт благоприятные условия для нападения на Польшу.

Фашистское руководство мало верило в эффективность англо-французских гарантий, данных Польше. «Мы видели этих жалких червей – Чемберлена и Даладье – в Мюнхене, – говорил Гитлер. Они слишком трусливы, чтобы атаковать. Дальше блокады они не пойдут…Единственно, чего я боюсь, – это приезда Чемберлена или какой-нибудь другой свиньи с предложением изменить мои решения. Но он будет спущен с лестницы, даже если мне самому придётся дать ему пинка ногой в брюхо на глазах фотокорреспондентов» (стр. 129).

#### § 9. Англо-франко-советские переговоры

Проводя линию XVIII съезда партии, Советское правительство в опасной обстановке возможного империалистического сговора, прилагало все силы, чтобы сорвать планы международной реакции, создать преграду фашисткой агрессии. Мюнхенская политика не принесла Англии и Франции желаемых результатов, становилось всё яснее, что первый удар фашисты могут обрушить именно на их страны.

Англо-французская общественность выступала за переговоры с Советским Союзом. В английском парламенте за союз с СССР ратовали не только лейбористы и либералы, но и часть консерваторов, ненавидевших СССР, но испытывавшие страх за судьбу Британской империи. К таковым относился и «давний друг» нашей страны, организатор военной интервенции 14 империалистических государств против молодой Советской республики Уинстон Черчилль. «Мы окажемся в смертельной опасности, – говорил он, выступая в палате общин, – если не сможем создать великий союз против агрессии. Было бы величайшей глупостью, если бы мы отвергли естественное сотрудничество с Советской Россией». Лидер либералов Ллойд-Джордж предупреждал Чемберлена: «Действуя без помощи России, мы попадём в западню» («История Второй мировой войны», т. 2, стр. 130).

Решение о переговорах с западными державами явилось продолжением последовательного внешнеполитического курса нашей страны, направленного на создание системы коллективной безопасности, пресечение фашистской агрессии и предотвращение мировой войны.

Иными были истинные цели правительств Англии и Франции, которые стремились заставить Германию не только воевать на два фронта, в случае её агрессии против них, но и втянуть в эту войну СССР. «Умиротворители» рассчитывали, что боязнь союза Англии и Франции с СССР заставит Гитлера пойти на соглашение с западными державами и вернёт его политику в мюнхенское русло, то есть направит агрессию на Восток.

21 марта 1939 г. посол Англии в СССР Сидс вручил Наркоминделу проект декларации Англии, СССР, Франции и Польши, в котором говорилось, что в случае любых действий, составляющих угрозу политической независимости любого европейского государства, наши правительства «обязуются немедленно совещаться о тех шагах, которые должны быть предприняты для общего сопротивления таким действиям» (стр. 131). Несмотря на крайне ограниченный характер этого проекта, когда вместо решительных действий отпора агрессору предлагалось только «совещаться», Советское правительство выразило готовность подписать данный документ, если Франция и Польша также обязуются его подписать. Но английское правительство само отказалось от собственного предложения.

В середине апреля Англия и Франция направили СССР новые предложения, по которым наша страна взяла бы на себя односторонние обязательства помощи в случае совершённой против них агрессии, без каких-либо конкретных встречных обязательств с их стороны.

Во всех предложениях Англии и Франции к СССР о совместных действиях против агрессора отсутствовал принцип взаимности. Они рассчитывали лишь на такое соглашение, которое позволило бы втянуть СССР в войну с Германией и в то же время избежать оказания ему помощи. Таким односторонним подходом особенно отличалась позиция Англии.

В свою очередь СССР направлял Англии и Франции предложения заключить соглашение, основанное на принципах взаимности и равноправия, обязательства сторон о взаимопомощи, включая конкретное военное соглашение.

Но Англия и Франция затягивали вопрос подписания такого соглашения путём различного рода проволочек и оговорок, поручая вести переговоры лицам невысокого дипломатического ранга, явным антисоветчикам и недоброжелателям нашей страны. По этому поводу в речи 23 июля Ллойд-Джордж говорил: «Лорд Галифакс посетил Гитлера и Геринга. Чемберлен отправлялся в объятия фюрера три раза подряд… Почему в гораздо более мощную страну, которая предлагает нам свою помощь, послали представлять нас лишь чиновника Форин офис? На это можно дать лишь один ответ. Г-н Невиль Чемберлен, лорд Галифакс и сэр Саймон не желают союза с Россией (выделено мною – Д. И.)» (стр. 135). Чемберлен называл договор с СССР «камнем на шее», который «может висеть много лет и привести к тому, что даже сыновьям придётся воевать за русские интересы». Лорд Чэтфилд, министр по координации обороны, «выразил надежду, что коллеги поймут, с каким отвращением он вынужден рассматривать возможность союза с Советами» (стр. 140).

Постоянным камнем преткновения на переговорах являлась позиция польского правительства, относившегося крайне отрицательно к сотрудничеству к СССР, хотя Советский Союз неоднократно предлагал оказать помощь Польше.

Отрицательно относились к возможному англо-франко-советскому договору и Соединённые Штаты, опасаясь, что такой договор усилит позиции Англии и Франции в Европе и затруднит борьбу США за мировое господство.

Но центр решительного сопротивления англо-франко-советскому соглашению находился в Англии, что не отрицают даже английская буржуазная историография. «Англичане, – пишет Паркинсон, – приложили максимум усилий для того, чтобы изолировать Россию» (стр. 139).

В середине июля по вине англо-французской стороны, переговоры зашли в тупик.

Общественность Англии, Франции и ряда других капиталистических стран Европы всё решительнее выступала за принятие действенных мер по пресечению усиливавшейся фашистской агрессии. Этому во многом способствовала ясная и чёткая позиция Советского Союза на московских переговорах. Руководитель английских коммунистов Г. Поллит в июле 1939 г. отмечал, что 87 % населения Англии хочет заключения пакта с Советским Союзом. Летом 1939 г. 76 % опрошенных французов высказались за применение силы в случае агрессии Германии против Польши, а против – только 17 %. (стр. 141).

В этих условиях 25 июля англо-французская сторона была вынуждена в ответ на советские предложения сообщить о согласии начать военные переговоры, которые проходили в Москве с 12 по 21 августа 1939 г.

Но и здесь сразу же проявилось нежелание Англии и Франции к заключению конкретных и взаимно обязывающих соглашений.

Советскую делегацию на переговорах возглавил нарком обороны Маршал Советского Союза К. Е. Ворошилов. В состав делегации входили начальник и зам. начальника Генерального штаба РККА Б. М. Шапошников и И. В. Смородинов, нарком ВМФ Н. Г. Кузнецов, начальник ВВС РККА А. Д. Локтионов. Советская делегация была уполномочена вести переговоры и «подписать военную конвенцию по вопросам организации военной обороны Англии, Франции и СССР против агрессии в Европе» (стр. 144).

Главой английской делегации был назначен адмирал Р. Дракс, близкий к английскому двору единомышленник Чемберлена, снискавший себе известность публичными призывами к войне против СССР. В делегацию входили маловлиятельные деятели английской армии маршал авиации Ч. Бернет, генерал-майор Т. Хейвуд и ряд других менее значительных лиц. Американский буржуазный историк У. Ширер писал: «Дракс… по своим данным был абсолютно неспособен вести на высоком уровне переговоры с русскими, которых он считал пришельцами с другой планеты (выделено мною – Д. И. Так до сих пор правители Англии относятся к России и к русским, а Украину они уже давно вычеркнули из мировой истории)… Бернет ничего не понимал ни в вопросах большой стратегии, ни в дипломатии…» (стр. 141).

Во французскую военную делегацию вошли член верховного военного совета генерал Ж. Думенк, генерал М. Вален, преподаватель военно-морской школы капитан 1 ранга Вийом, капитан А. Бофр и другие.

Уже один состав делегаций, не обладавших никакими полномочиями, говорит об отношении Англии и Франции к этим переговорам. Об этом же говорят и инструкции и директивы, данные правительствами этих стран своим делегациям в Москве.

В директиве английского правительства своей военной делегации было сказано: «Если русские предложат английскому и французскому правительствам обратиться к Польше, Румынии или прибалтийским государствам с предложениями, которые повлекут за собой сотрудничество с Советским правительством или Генеральным штабом, делегация не должна брать на себя никаких обязательств… и обсуждать вопрос об обороне прибалтийских государств, так как ни Великобритания, ни Франция не давали им никаких гарантий» (стр. 142). То есть не только Польша и Румыния, но и прибалтийские страны бросались к ногам фашистской Германии, лишь бы только её агрессию направить против Советского Союза.

Аналогичным образом была ориентирована и французская делегация.

Кроме того, генеральные штабы Англии и Франции дали своим делегациям задание подробно выяснить численность и состояние Вооружённых Сил СССР, установить возможные сроки их мобилизации и сосредоточения, ознакомиться со стратегическими соображениями советского командования относительно планов ведения войны.

В строго секретной инструкции, полученной английской и французской миссиями от Чемберлена и Даладье прямо предписывалось: «Вести переговоры весьма медленно» (стр. 143).

О нежелании Англии и Франции достигнуть сотрудничества с СССР в борьбе с агрессией свидетельствовала и беспрецедентная проволочка с прибытием военных миссий в Советский Союз, которое растянулось на 17 дней.

Советская делегация предложила конкретный военный план, осуществление которого гарантировало пресечение германской агрессии.

Английская и французская делегации вели отвлечённые дискуссии и отнюдь не собирались согласовывать вопросы организации совместного отпора агрессору. Они не имели даже предварительного плана совместных операций против общего врага. Это усиливало сомнения Советского правительства относительно подлинных целей английской и французской делегаций, которые преднамеренно дезориентировали советских представителей. Они знали, что стратегические планы их правительств не предусматривали активных действий против Германии на западном фронте и в то же время требовали, чтобы СССР объявил войну Германии в случае нападения её на Польшу, но не принимал решительных мер до выхода войск вермахта к советским границам. Иными словами, рейху открывался беспрепятственный путь к агрессии против Польши, Румынии и далее против СССР.

Стремление западных держав подставить СССР под удар стало очевидным при обсуждении вопроса о пропуске советских войск через территории Польши и Румынии в случае германской агрессии. Причём этот вопрос не был новым, он уже ставился на повестку дня в 1938 г. Когда 14 августа Ворошилов предложил Драксу и Думенку разъяснить их точку зрения по этому вопросу, английская и французская делегация пообещали запросить мнение своих правительств. Ехать на переговоры без решения данного важнейшего вопроса, определяющего стратегическое взаимодействие сторон в борьбе против общего врага показало, что правящие круги Англии и Франции не стремились к подлинному сотрудничеству с СССР.

Более того, используя московские переговоры как средство давления на фашистскую Германию, западные державы за спиной Советского Союза вели переговоры с гитлеровцами.

Инициатором этих переговоров была Англия. В основу переговоров была положена идея заключения нового «пакта четырёх» (Англия, Франция, Германия и Италия) или, если на этом пути возникнут трудности (переговоры проходили без активного участия Франции и Италии), двустороннего англо-германского союза. В случае империалистической сделки с Германией (под видом «пакта о ненападении» и «договора о невмешательстве») Англия изъявляла готовность прекратить переговоры с СССР, отказаться от гарантий, данных Польше и другим странам, и даже пожертвовать интересами своей ближайшей союзницы – Франции.

В новой «политической комбинации» Чемберлена отчётливо просматривался план раздела мира на сферы влияния: англосакскую – на Западе и германскую – на Востоке. Англия будет согласна «признать Восточную Европу естественным жизненным пространством Германии», а также выдать Польшу гитлеровцам (стр. 147–149). Детали сговора предполагалось уточнить при личной встрече Чемберлена с Герингом, поездку которого на Британские острова, назначенную на 23 августа, одобрил Гитлер.

Действуя коварно и вероломно, западные державы всеми средствами давали понять Гитлеру, что у Советского государства нет союзников, и Германия может напасть на Польшу, а затем на СССР, не рискуя встретить противодействие со стороны Англии и Франции.

Готовясь к приёму Геринга, Англия продолжала в Москве игру в поддавки. Западные державы всячески оттягивали ответ на кардинальный вопрос о пропуске советских войск через Польшу и Румынию. 18 августа переговоры были прерваны, а затем совсем прекращены, так как 21 августа выяснилось, что от правительств Англии и Франции никаких указаний не поступило, а их военные миссии вновь попросили отсрочки.

В официальном заявлении, сделанном по этому поводу советской военной миссией, подчёркивалось, что она «не представляет себе, как могли правительства и генеральные штабы Англии и Франции, посылая в СССР свои миссии для переговоров о заключении военной конвенции, не дать точных и положительных указаний по такому элементарному вопросу, как пропуск и действия советских вооружённых сил против войск агрессора на территории Польши и Румынии, с которыми Англия и Франция имеют соответствующие политические и военные отношения» (стр. 150). Был сделан вывод, что есть все основания сомневаться в их стремлении к действительному военному сотрудничеству с СССР. И вся ответственность за затяжку и перерыв этих переговоров, падает на английскую и французскую стороны, – подчёркивалось в заявлении.

Ход московских переговоров убедительно свидетельствовал, что позиция Советского Союза должна была привести к безусловному успеху, если бы срыв не был изначально запланирован правительствами Англии, Франции и США.

Критически оценивая позиции западных держав, французский буржуазный историк А. Шерер справедливо отметил, что правящие круги Англии и Франции стремились разрешить свои противоречия с гитлеровской Германией за счёт Советского Союза, и сделал вывод, что мюнхенская политика «умиротворения» агрессора непосредственно привела к войне (стр. 153).

#### § 10. Срыв Советским Союзом коварных планов империалистов

Линия Советского Союза на практическое осуществление коллективной безопасности вызывала растущую тревогу среди гитлеровских главарей и военщины, которых страшила перспектива войны на два фронта. Политика правящих кругов Англии, Франции и США подбадривала германских милитаристов, считавших, что сама судьба подсказывает им, в каком направлении следует нанести свои первые удары. Чем больше уступок делали эти правительства фашистской Германии, тем больше возрастали её аппетиты: германский империализм добивался мирового господства и полного устранения своих конкурентов.

С принятием в апреле 1939 г. плана войны против Польши – плана «Вайс» («Белый»), германское правительство было особенно заинтересовано в том, чтобы тройственный пакт о взаимопомощи СССР, Англии и Франции не был заключён.

Гитлеровская дипломатия начала зондировать почву для переговоров с Советским Союзом.

19 мая по распоряжению Гитлера немецкому посольству в Москве была послана инструкция сообщить о готовности Германии возобновить прерванные в феврале 1939 г. экономические переговоры с СССР.

30 мая советскому поверенному в делах в Берлине было заявлено, что имеется возможность улучшить советско-германские отношения. При этом было указано, что Германия, отказавшаяся от Закарпатской Украины в пользу Венгрии, сняла этим повод для войны.

Советское правительство ответило, что решение вопроса об отношениях Германии с СССР зависит в первую очередь от неё самой. Получив такой ответ, гитлеровские дипломаты замолчали на два месяца. Отрицательное отношение СССР к предложениям Германии было всецело связано с надеждой заключить тройственный договор о взаимной помощи против агрессии.

2 августа по инициативе Риббентропа состоялась его встреча с советским поверенным в делах Г. А. Астаховым. В этой беседе Риббентроп заявил, что между Германией и СССР нет неразрешимых вопросов на протяжении всего пространства от Балтийского моря до Чёрного, и что по всем этим вопросам можно договориться. Всё ещё надеясь на успех переговоров военных миссий, 7 августа Советское правительство ответило, что считает германское предложение неподходящим и отвергает идею соглашения о разграничении интересов. Шуленбург, германский посол в СССР, сообщал в Берлин: «Советский Союз в настоящее время полон решимости заключить соглашение с Англией и Францией» (стр. 280).

К середине августа тревога германских руководителей достигла кульминационного пункта. Они завершали подготовку к войне. Немецкое посольство в Москве получало одну телеграмму за другой с требованием дать подробный доклад о ходе переговоров военных миссий и позиции Польши в отношении предложения СССР о предоставлении ей помощи против агрессии.

Итальянский посол в Москве Россо по просьбе Шуленбурга встретился с польским послом Гжибовским. Последний заявил: «Отношение Польши к переговорам о пакте остаётся неизменным. Польша ни при каких обстоятельствах не разрешит советским войскам вступить на её территорию даже для прохождения… Польша никогда не предоставит своих аэродромов в распоряжение советских вооружённых сил» (стр. 281). Это сообщение было воспринято в Германии с нескрываемым торжеством, хотя антисоветская позиция Польши всем была давно известна. Отказываясь от советской помощи, Польша обрекала себя на гибель.

14 августа германское правительство предложило Шуленбургу сделать советским руководителям устное заявление о проблеме советско-германских отношений. Беседа, подкреплённая телеграммой германского правительства, в которой правительство СССР призывалось немедленно принять в Москве министра иностранных дел Германии, состоялась на следующий день. Шуленбург при этом заявил, что Англия и Франция пытаются втравить Советский Союз в войну с Германией, как это было в 1914 г. и имело худые последствия для России, что «интересы обеих стран требуют, чтобы было избегнуто навсегда взаимное растерзание Германии и СССР в угоду западным демократиям». И вновь советское правительство сообщило Шуленбергу, что не намерено идти навстречу германским предложениям, а на телеграмму из Берлина ответ был сочтён излишним.

Однако в двадцатых числах августа 1939 г. отношение СССР к германским предложениям изменилось из-за того, что московские переговоры были правящими реакционными кругами Англии и Франции загнаны в тупик. Создавшаяся ситуация настоятельно требовала вывести Советское государство из-под нависавшего над ним немецко-фашистского удара, использовав для этого стремление Германии отстрочить на какое-то время столкновение с СССР.

В этот переломный момент германское правительство предприняло ещё одну попытку вступить в переговоры с Советским Союзом о заключении договора. В телеграмме, направленной правительству СССР 20 августа, сообщалось, что в отношениях Германии и Польши может «каждый день разразиться кризис», в который будет вовлечён и Советский Союз, если он безотлагательно не согласится на заключение с Германией договора о ненападении. Гитлер предложил принять министра иностранных дел 22 или не позже 23 августа, который «будет облечён всеми чрезвычайными полномочиями для составления и подписания пакта о ненападении» (стр. 282).

Советский Союз оказался перед выбором: либо отклонить германское предложение, либо принять его. В первом случае антисоветский блок Англии и Франции с Германией и Японией мог бы стать реальностью; нашей стране пришлось бы одной вести войну на два фронта: против Германии на западе, и Японии – на востоке, при той или иной форме поддержки агрессоров реакционными правящими кругами США, Англии и Франции.

Во втором случае, т. е. принимая предложение Германии, Советский Союз получал выигрыш во времени, который был ему крайне необходим как для укрепления своей обороноспособности, так и для раскола лагеря империалистических держав.

Коммунистическая партия и Советское правительство пришли к выводу, что для предотвращения создания общего империалистического антисоветского фронта и в интересах сохранения и упрочения первого в мире социалистического государства – отечества международного пролетариата, целесообразно пойти на заключение договора о ненападении с фашистской Германией.

Во внешнеполитические планы Советского правительства такой договор не входил, хотя оно имело достаточно оснований для принятия германского предложения. После Мюнхена Советский Союз оставался единственной из трёх держав, не имевшей с Германией соответствующих взаимных обязательств. Англо-германская декларация была подписана в Мюнхене 30 сентября 1938 г, франко-германская – 6 декабря 1938 г., по существу представлявшие из себя пакты о ненападении.

Выбирая путь договора с Германией, Советское правительство ещё было в состоянии предотвратить захват ею прибалтийских государств (Латвии, Литвы, Эстонии), но уже не могло оказать помощь Польше, правительство которой эту помощь высокомерно отвергало. Однако была ещё возможность спасти от гитлеровского вторжения Западную Украину и Западную Белоруссию.

Советско-германский договор о ненападении был подписан 23 августа 1939 г. и заключён сроком на 10 лет. Этим договором обе стороны обязались «воздерживаться от всякого насилия, от всякого агрессивного действия и всякого нападения в отношении друг друга». А в случае возникновения споров или конфликтов они будут разрешаться «исключительно мирным путём» (стр. 283).

Согласие Советского правительства на договор с Германией представляло собой вынужденный, однако совершенно необходимый шаг в создавшейся обстановке.

Подписание этого договора сорвало все планы правящих кругов западных держав за счёт СССР разрешить внутренние противоречия империалистической системы.

Международное коммунистическое движение, несмотря на неожиданность заключения германо-советского пакта о ненападении, в целом верно оценила его значение.

В конце августа берлинские коммунисты распространили листовку, в которой, в частности, говорилось: «Договор о ненападении между Советским Союзом и гитлеровским правительством – это исключительно важный вклад Советского Союза в дело сохранения мира. Советское правительство заключило этот договор потому, что западные державы отвергли коллективную безопасность. Мудрая миролюбивая политика Советского Союза сорвала планы французских и английских реакционеров и в то же время привела к краху «антикоминтерновский пакт»… Но опасность войны сохранится до тех пор, пока существует разбойничий германский империализм и фашистская диктатура… наш лозунг в дни войны, как и в дни мира гласит: долой Гитлера и поджигателей войны» (стр. 286–287).

Следует отметить, что многие коммунистические партии предупреждали трудящихся своих стран, что договор Германии с Советским Союзом не исключает вероломства с её стороны. Эти оценки были совершенно правильными. Подписав договор с Советским Союзом, гитлеровские главари не собирались его соблюдать.

Договор серьёзно повлиял и на обстановку на Дальнем Востоке. В течение лета 1939 г. Германия и Италия вели переговоры с Японией о заключении тройственного военного пакта. Японское правительство, взбешённое вероломством своих союзников, 25 августа приняло решение заявить Германии протест по поводу заключённого договора с СССР, оценивая его как аннулирование переговоров о новом военном союзе трёх держав. Таким образом, советско-германский договор обнажил и обострил империалистические противоречия между Японией и Германией.

Советско-германский договор о ненападении не только окончательно разрушил мюнхенский фронт в Европе, но в сочетании с поражением Японии на Халхин-Голе воспрепятствовал совместному японо-германскому нападению на СССР и серьёзно повлиял на стратегические планы японского правительства.

Благодаря договору Советский Союз выиграл время – 22 месяца было использовано для укрепления обороны страны. Опираясь на договор, наша страна приостановила движение немецко-фашистской машины на Восток и вынесла свои рубежи обороны на запад, что сыграло немаловажную роль, когда гитлеровцы вторглись в пределы СССР.

#### § 11. Начало второй мировой войны

1 сентября 1939 г. фашистская Германия, устроив накануне вечером провокационную инсценировку нападения на радиостанцию приграничного с Польшей города Глейвиц, напала на Польшу. В 4–45 утра немецко-фашистская авиация нанесла удары по аэродромам, узлам коммуникаций, экономическим и административным центрам Польши. Германский линкор «Шлезвиг-Гольштейн», заранее прибывший к польскому побережью, открыл огонь по полуострову Вестерплятте. Сухопутные войска перешли границу и вторглись на территорию Польши.

Началась вторая мировая война.

3 сентября Англия и Франция объявили войну Германии. Несмотря на отдельные очаги героического сопротивления польских войск, военно-техническое превосходство вермахта не оставляло полякам шансов на отражение агрессии.

СССР, несмотря на враждебное к нему отношение буржуазно-помещичьего правительства Польши, предпринял шаги по оказанию помощи своему соседу, попавшему в трудное положение. По воспоминаниям министра иностранных дел Польши Ю. Бека, СССР был готов предоставить Польше возможность приобретать крайне необходимые ей товары, санитарные материалы («История Второй мировой войны», т. 3, стр. 27).

Но правительство Польши, потеряв контроль над событиями, 6 сентября тайно покинуло Варшаву, а 16 сентября бежало в Румынию, оставив народ и страну, которых оно своей недальновидной политикой довело до национальной трагедии.

В этих условиях Советское правительство, чтобы не допустить порабощения фашистами населения Западной Украины и Западной Белоруссии, отдало приказ Красной Армии 17 сентября перейти границу и предотвратить дальнейшее продвижение гитлеровской агрессии на восток.

Уже 8 сентября гитлеровцы вышли к Варшаве. С 22 сентября фашисты начали усиленную воздушную бомбардировку и массированные артиллерийские обстрелы польской столицы. 27 сентября в воздушном налёте на Варшаву приняло участие 1150 самолётов люфтваффе, подвергнув варварской бомбардировке жилые объекты.

Героическая оборона польской столицы продолжалась 20 дней. 28 сентября командование варшавского гарнизона, исчерпав все силы и средства, которые можно было использовать для обороны, подписало акт о капитуляции.

К 5 октября немецко-фашистские войска ликвидировали последние очаги сопротивления польских регулярных частей. Польская кампания вермахта, продолжавшаяся чуть более месяца, закончилась. Вооружённые силы Польши потерпели полное поражение. Польская армия потеряла 66,3 тыс. убитыми, 133,7 тыс. ранеными; около 420 тыс. попали в плен. Потери немецко-фашистской армии составили 10,6 тыс. человек убитыми, 30,3 тыс. ранеными, 3,4 тыс. пропавшими без вести (стр. 31).

Западные союзники Польши – Англия и Франция, – так и не предприняли никаких действий, и, имея значительное преимущество над гитлеровскими войсками на немецко-французской границе, предали своего союзника, оставив на растерзание агрессору.

Так бесславно завершилась антисоветская антинациональная политика польского правительства, ориентировавшегося на Запад и бросившего свой народ на произвол судьбы.

Декретом Гитлера от 8 октября 1939 г. ряд воеводств Польши с населением 9,5 млн. человек были объявлены немецкими землями и присоединены к Германии. На оставшейся территории было создано «генерал-губернаторство оккупированных польских областей», в дальнейшем «генерал-губернаторство германской империи».

«Я получил задание, – заявил палач польского народа Франк, поставленный Гитлером во главе «генерал-губернаторства», – принять на себя управление завоёванными восточными областями и чрезвычайный приказ беспощадно разорять эту область как территорию войны и как трофейную страну. Я должен был сделать из этой экономической, социальной, культурной и политической структуры груду развалин» (стр. 34).

Фашистский террор не сломил волю польского народа к борьбе за свободу и независимость. Постепенно в стране начало разворачиваться антифашистское движение Сопротивления, душой которого были коммунисты.

Победа фашистской Германии в войне против Польши изменила соотношение сил между воюющими сторонами. Политические и стратегические позиции Третьего рейха окрепли, а Англии и Франции – ослабли.

27 сентября на совещании главнокомандующих видами вооружённых сил и их начальников штабов Гитлер приказал незамедлительно готовить наступление на западе. «Цель войны, – подчеркнул фюрер, – поставить Англию на колени, разгромить Францию» (стр. 35).

19 октября 1939 г. была подписана директива о сосредоточении и развёртывании сил для проведения операции на западе, получившая кодовое название «Гельб» («Жёлтый»). Но начало агрессии по тем или иным причинам откладывалось до 10 мая 1940 г. 29 раз.

«Странная война»

В боевых действиях сухопутных войск Германии на Европейском континенте наступила стратегическая пауза, которая была использована германским руководством для форсированного производства военной техники и боеприпасов и стремительного наращивания боевой мощи вермахта. К 10 сентября 1939 г. группировка немецко-фашистских войска на западе насчитывала всего лишь 43 пехотные дивизии, около 300 орудий, фактически не имела танков, основные силы немецкой авиации были брошены на польский фронт. Франция имела около 90 развёрнутых на границе с Германией соединений, 1600 орудий, около 2 тысяч танков, не менее 1400 боевых самолётов. Англия имела около 1500 боевых самолётов. Но союзники безучастно наблюдали за разгромом и гибелью Польши.

К ноябрю – число соединений немецко-фашистских войск на западе возросло до 96, а к 10 мая 1940 г. – до 136. Стремительно наращивалось количество боевых самолётов, танков, артиллерийских орудий, противотанковых пушек, миномётов.

А англо-французские союзники в это время бездействовали, рассчитывая на то, что после Польши Гитлер двинется дальше на восток и развяжет войну против СССР. Это бездействие получило название «странная» или «сидячая» война. Британские экспедиционный силы, не встречая помех со стороны противника, высадились во французских портах и заняли намеченные оборонительные позиции.

Французский корреспондент Р. Доржелес, посетивший в то время войска, писал: «я был удивлён спокойствием, которое там царило. Артиллеристы, расположившиеся у Рейна, спокойно глазели на германские поезда с боеприпасами, курсирующие на противоположном берегу, наши лётчики пролетали над дымящимися трубами заводов Саара, не сбрасывая бомб. Очевидно, главная забота высшего командования состояла в том, чтобы не беспокоить противника» (стр. 37). Английские бомбардировщики вместо бомб разбрасывали над Германией миллионы листовок. Во французских и британских штабах царила уверенность, что воюющие державы придут в конце концов к компромиссу.

«Странная война» с её бездействием на фронте подрывала моральный дух личного состава армии Франции и британских экспедиционных сил, порождала беспечность и притупляла бдительность командного состава. Для предотвращения морального разложения войск, командование союзников вынуждено было пойти на организацию спортивных мероприятий и развлечений в прифронтовой полосе. 21 ноября 1939 г. правительство Франции создало в вооружённых силах «службу развлечений», на которую возлагалась организация досуга военнослужащих на фронте. 30 ноября парламент обсудил вопрос о дополнительной выдаче солдатам спиртных напитков. 20 февраля 1940 г. премьер-министр Даладье подписал декрет об отмене налогов на игральные карты, «предназначенные для действующей армии». Спустя некоторое время было принято решение закупить для армии 100 тыс. футбольных мячей.

Перед началом агрессии на западе против союзников, гитлеровцы осуществили агрессию против Дании и Норвегии, согласно директиве «Везерюбунг», подписанной Гитлером 1 марта 1940 г. Удар предполагалось нанести одновременно по Норвегии и Дании с широким использованием воздушных и морских десантов.

Первой жертвой нового наступления вермахта стала Дания.

В 4 часа 20 мин. утра 9 апреля немецкий посланник в Копенгагене С. Ренте-Финк явился на дом к датскому министру иностранных дел П. Мунку и, ссылаясь на необходимость «защиты нейтралитета Дании», вручил ему меморандум с требованием о капитуляции. В это время гитлеровские войска уже вторглись на территорию страны. Боевых действий в Дании фактически не было. Через час после вторжения правительство и король приняли решение не оказывать сопротивления гитлеровским войскам и капитулировать. Вечером датский ригсдаг (парламент) единогласно одобрил решение правительство о капитуляции. Правда, кое-где произошли столкновения между германскими и датскими войсками, но они носили случайный характер. При захвате Дании гитлеровцы потеряли 2 человека убитыми и 10 ранеными.

По иному сложилась обстановка в Норвегии.

В 4 часа 30 мин. 9 апреля германский посланник в Осло К. Бройер вручил норвежскому правительству ультиматум о капитуляции. В это время вторжение в страну уже началось. После колебаний, норвежское правительство отклонило немецкий ультиматум, но затем всё-таки вступило в переговоры с гитлеровскими властями.

В день вторжения батареи береговой обороны в Осло-фиорде потопили немецкий тяжёлый крейсер «Блюхер», но получили приказание прекратить огонь. Путь к столице был открыт. В тот же день немецкие части, не встречая сопротивления, вступили в Осло. Норвежское правительство и командование армии эвакуировались вглубь страны. К середине дня 9 апреля немецко-фашистские части захватили ряд других крупных городов Норвегии, в которых проживала большая часть населения страны.

Генеральный штаб и высшее офицерство Норвегии были настроены пораженчески. Многие генералы и офицеры открыто выражали свои симпатии фашистской Германии, преклонялись перед вермахтом и не намеревались оказывать ему сопротивление. 9 апреля по радио выступил главарь местной «пятой колонны» Квислинг. Он объявил о создании вместо законного правительства Ю. Нюгордсволя нового правительства под своим руководством и потребовал немедленного заключения мира с Германией. Однако в то время немецкое командование не поддержало Квислинга, считая, что он не имеет достаточного влияния среди населения Норвегии.

В сложившейся кризисной обстановке правительство Нюгордсволя активизировало деятельность по организации борьбы с захватчиками; однако действия армии носили пассивный характер, больше рассчитывая не на свои силы, а на помощь западных союзников.

Английское правительство, как и французское, не собиралось вступать в решительную борьбу с Германией ради Норвегии и придерживалось точки зрения Черчилля, который заявил: «мы больше выиграем, чем проиграем, от нападения Германии на Норвегию и Швецию». Тем не менее реальная обстановка заставила союзников предпринять противодействие фашистской Германии.

Англия и Франция направила десанты в Норвегию. Но несогласованность действий англо-французского и норвежского командований, их нерешительный характер, а затем начало агрессии Германии против Бельгии, Голландии и Франции заставили союзников вывести свои войска.

Норвежские войска, покинутые своими союзниками, 10 июня были вынуждены капитулировать.

В норвежской операции потери сторон в живой силе были сравнительно небольшими. В норвежской армии убитых и раненых насчитывалось примерно 1700 человек. Уцелевшие после боевых действий норвежские боевые корабли, за исключением нескольких небольших судов, ушедших в Англию, оказались в руках немецких оккупантов. Потери Англии составили около 4400 человек убитыми и ранеными. Французские и польские части потеряли 530 человек, а немецко-фашистские войска – 1317 человек убитыми, 1604 ранеными и 2375 пропавшими без вести. Немецкие ВВС потеряли 127 боевых самолётов, а западные союзники – 112. Более значительными оказались потери на море: у англичан были потоплены 1 авианосец, 1 крейсер, 1 крейсер ПВО, 7 миноносцев и 4 подлодки; у французов и поляков – по одному миноносцу и по одной подводной лодке. Урон ВМФ Германии составил 3 крейсера, 10 эсминцев, 4 подлодки, 1 артиллерийское учебное судно и 10 малых судов. Тяжёлые повреждения получили линейные корабли «Шарнхорст» и «Гнейзенау» (стр. 78).

Норвежский народ не считал себя побеждённым и продолжал справедливую борьбу с немецко-фашистскими захватчиками. Под руководством коммунистической и других прогрессивных партий в стране стала создаваться сеть подпольных организаций движения Сопротивления. Норвежские патриоты объединяли свои силы для борьбы против гитлеровских оккупантов и их пособников – квислинговцев.

Поражение англо-французской коалиции

24 февраля 1940 г. главное командование сухопутных войск фашистской Германии издало директиву, которая содержала окончательный вариант плана «Гельб». Предстоящая операция преследовала решительные военно-политические цели: разбить северную группировку войск коалиции западных держав, захватить территорию Голландии, Бельгии и Северной Франции, использовать захваченные районы как плацдармы для расширения морской и воздушной войны против Англии, создать решающие предпосылки для завершения разгрома французских вооружённых сил, вывода из войны Франции и принуждения Великобритании к выгодному для Германии миру.

Операция «Гельб» рассматривалась как первая стратегическая операция немецко-фашистских войск на западном фронте. Её замысел состоял в том, чтобы мощной группировкой войск нанести удар в центре расположения союзных армий, рассечь фронт союзников, прижать северную группировку противника к Ла-Маншу и уничтожить её. Направление главного удара проходило через Арденны севернее линии Мажино, то есть там, где французы ожидали меньше всего. Ядро ударной группировки составляли танковые и моторизованные соединения, действия которых поддерживались крупными силами авиации.

Германское наступление застало войска союзников врасплох.

10 мая 1940 г. на рассвете в частях вермахта было зачитано воззвание Гитлера, в котором Англия и Франция обвинялись в вероломной политике, и сообщалось, что «начинающееся сегодня сражение решит судьбу немецкой нации на ближайшую тысячу лет» (стр. 91).

Немецко-фашистское наступление началось с воздушного нападения на аэродромы, командные пункты, военные склады и важнейшие индустриальные центры Голландии, Бельгии и Франции. В провокационных целях фашистские самолёты сбросили бомбы и на немецкий город Фрейбург, приписав эту бомбардировку бельгийской и голландской авиации.

В 5 час. 35 мин. 10 мая сухопутные войска вермахта начали вторжение в Голландию, Бельгию и Люксембург.

И уже 14 мая Голландия капитулировала. Замешательство в войсках, вызванное действиями гитлеровских десантов, прорыв немцев на южном фланге укреплений привели голландское командование к полной растерянности. Помощь со стороны союзников не подходила. 14 мая немецко-фашистские войска ворвались в Роттердам. Королева Вильгельмина и правительство Голландии эвакуировались в Лондон. Командующий голландскими вооружёнными силами генерал Винкельман принял решение о прекращении сопротивления. Через час после подписания акта о капитуляции немецко-фашистская авиация совершила варварский налёт на Роттердам. Не было никакой военной необходимости бомбить город. Гитлеровцы, однако, ставили целью «продемонстрировать решительность и терроризировать голландцев».

17 мая гитлеровцы заняли Брюссель. 27 мая король Бельгии Леопольд III принял решение о капитуляции бельгийской армии, хотя она ещё была способна сражаться. Он «не видел смысла» продолжать боевые действия против немецко-фашистских войск и считал более выгодным пойти на соглашение с гитлеровской Германией. 28 мая в 0 час. 20 мин. был подписан протокол о безоговорочной капитуляции, по условиям которой бельгийская армия разоружалась, и весь её личный состав считался в плену немецких войск.

Стремительно разворачивалось наступление немецко-фашистских войск во Франции. В ночь на 16 мая, после пяти дней сражения, главнокомандующий французскими сухопутными войсками генерал Гамелен информировал главу французского правительства, что противнику удалось прорвать оборону и ввести в прорыв значительные силы, что он не располагает резервами и «снимает с себя всякую ответственность» за безопасность Парижа. 19 мая генерал Гамелен был отстранён от командования.

Известия о поражениях на фронте вызвали растерянность и панику во французских правящих кругах. Прямые агенты Гитлера и пораженцы развернули активную деятельность, чтобы склонить правительство к капитуляции. В то же время с полей сражений поступали сообщения, что многие солдаты и офицеры, целые части и соединения, несмотря на неразбериху в штабах и ошибки командования, дрались упорно и смело.

Решительные меры правительства по укреплению армии, вооружение народа и сплочение всех национальных сил в борьбе с угрозой фашистского порабощения могли бы спасти Францию, что и предлагала Коммунистическая партия.

Но такая программа была неприемлема для правительства Рейно, которое склонялось на сторону капитулянтов. 18 мая Рейно на должность вице-председателя совета министров назначил 83-летнего маршала Петэна, а 19 мая на пост главнокомандующего сухопутными, морскими и воздушными силами был назначен 73-летний генерал Вейган, оба известные своими крайне реакционными взглядами. Петэн долгие годы поддерживал связи с французскими фашистами, которые прочили его на пост диктатора.

20 мая немецкие танковые дивизии вышли к побережью Ламанша, осуществив рассечение группировки союзников в Северной Франции. Гитлер в этот день поставил перед вермахтом новые задачи: уничтожить французские, бельгийские и английские войска, оказавшиеся в изоляции, и начать подготовку к наступлению в Центральную Францию.

Англичане считали, что сражение за Францию неотвратимо проиграно и начали эвакуацию своих войск из Дюнкерка (операция «Динамо»), бросив своих ближайших союзников наедине с немецко-фашистскими войсками. Всего удалось эвакуировать более 338 тыс. человек, из них 215 тыс. англичан, 123 тыс. французов и бельгийцев. Силами французского флота было спасено 50 тыс. человек.

4 июня немецкие части вошли в город, пленив оставшихся там более 40 тыс. французов.

С падением Дюнкерка закончилась первая стратегическая операция вермахта. Голландские и бельгийские войска почти полностью были взяты в плен. Оказались разгромленными 28 французских дивизий, крепостные войска ряда укреплённых районов. Франция лишилась четверти всей артиллерии, трети лёгких и тяжёлых танков, три четверти средних, была потоплена пятая часть всех французских судов, принимавших участие в эвакуации.

За время боёв британские экспедиционные силы потеряли убитыми, пропавшими без вести и пленными свыше 68 тыс. человек. Англия лишилась всей артиллерии, более 63 тыс. автомашин, 500 тыс. тонн военного имущества и боеприпасов. Было потоплено 224 английских судна, в том числе 6 эсминцев. Потери британской авиации в боях под Дюнкерком составили 106 самолётов; немецкой – до 140.

5 июня немецко-фашистские войска перешли в наступление вглубь Франции. 10 июня в войну против Англии и Франции решила вступить фашистская Италия. Муссолини цинично заявил: «Мне надо лишь несколько тысяч убитых, чтобы сесть как участнику войны за стол мирной конференции» (стр. 108).

Генерал Вейган отдал приказ сдать Париж без боя и 14 июня гитлеровские войска вступили в столицу Франции. Три четверти населения покинули город. Число беженцев в стране, устремившихся на юг, достигло 6 млн. человек. Рейно подал в отставку, и 16 июня было сформировано новое правительство во главе с Петэном.

17 июня на десятиминутном заседании правительства было принято решение просить у германского командования прекращения военных действий. В тот же день по радио Петэн обратился с воззванием к населению и армии страны «прекратить борьбу».

22 июня в Компьенском лесу, в том же самом вагоне, в котором маршал Фош продиктовал условия мира побеждённой Германии 11 ноября 1918 г., было подписано соглашение о перемирии, которое означало капитуляцию Франции. Причём на церемонии подписания присутствовали почти все главари Третьего рейха во главе с Гитлером.

Фашистская Германия оккупировала большую часть территории Франции. В оккупированной зоне вся власть передавалась германскому командованию. На неоккупированной территории вооружение и военное имущество сосредоточивалось на складах и передавалось под контроль германских и итальянских оккупационных властей. Германское командование оставляло за собой право требовать передачи вооружения и боеприпасов на нужды вермахта.

24 июня 1940 г. в Риме было подписано франко-итальянское соглашение о перемирии. 25 июня в 1 час. 16 мин. военные действия во Франции были окончательно прекращены.

Боевые действия вермахта окончились победой Германии. Французская армия потеряла 84 тыс. убитыми, 1 млн. 547 тыс. солдат и офицеров оказались в германском плену. Потери вермахта – 27074 убитых, 18384 пропавших без вести и 111043 раненых (стр. 115).

Петэн и его окружение с 1 июля 1940 г. обосновались в небольшом городке Виши (Южная Франция). Петэновская Франция по существу стала профашистским государством. Режим Виши полностью зависел от гитлеровской Германии, которая видела в правительстве Петэна послушное орудие своей политики закабаления и ограбления Франции. Марионеточное правительство Петэна ежедневно перечисляло на специальный счёт Французского банка в Париже 400 млн. франков на содержание германских войск.

Однако французский народ не смирился с участью покорённого и поднялся на борьбу за независимость и свободу своей страны, организовав движение Сопротивления. Его основной силой были трудовые массы, а организатором и вдохновителем – Французская коммунистическая партия.

Наряду с движением Сопротивления, возникшим внутри страны, начала действовать буржуазно-патриотическая организация «Свободная Франция» во главе с эмигрировавшим в Англию генералом де Голлем.

18 июня генерал де Голль обратился по лондонскому радио к французам, находившимся в Англии, с призывом установить с ним контакт и продолжать борьбу с фашистской Германией. 28 июня правительство Черчилля признало де Голля главой «свободных французов», а 7 августа 1940 г. он, по соглашению с правительством Англии, получил право формировать на её территории добровольческие французские вооружённые силы.

Успехи фашистской Германии в «молниеносной войне» против сил англо-французской коалиции изменили политическую обстановку в Европе. Быстро высвободив свои силы в Западной Европе, рейх начал непосредственную подготовку к новым захватническим походам. Со всей очевидностью вырисовывалась угроза германской агрессии на Балканах, Ближнем и Среднем Востоке.

Господствующие классы оказались не в состоянии преградить путь гитлеризму в Скандинавию и Западную Европу, несмотря на то, что большинство западных стран располагали достаточными материальными возможностями, имели современные армии, а многие солдаты и офицеры мужественно сражались против немецко-фашистских захватчиков.

Морис Торез и Жак Дюкло в день 70-летия Парижской коммуны писали в газете «Юманите», издававшейся в подполье: «Страх пред рабочим классом заставил капиталистов в 1871 г. броситься в объятия Бисмарка. И тот же страх перед французским народом в 1940 г. заставил правящие классы Франции броситься в объятия Гитлера» (стр. 120).

Правительственные круги Дании, Норвегии, Бельгии, Голландии, Франции показали свою неспособность организовать отпор фашистской агрессии, их политический курс потерпел полное банкротство. В действие вступили силы, непримиримые к фашизму. Коммунистические партии и примыкавшие к ним прогрессивные организации, несмотря на тяжелейшие условия, становились во главе борьбы народных масс, во главе движения Сопротивления гитлеровскому фашизму.

Оборона Англии

Летом 1940 г. главные надежды правительства Черчилля, пришедшего к власти 10 мая, были связаны с вовлечением США в войну против Германии. В Вашингтоне это понимали. Правительство Рузвельта, оттягивая решение вопроса о вступлении в войну, тем не менее, оказывало Великобритании некоторую поддержку. В июне вооружённым силам Англии была передана партия устаревшего американского оружия: более 500 тыс. винтовок, 22 тыс. пулемётов, 895 полевых пушек, 55 тыс. автоматов.

Над Англией нависла угроза полного поражения, что отчётливо понимало английское правительство. Более того, в стране всё ещё сохранялось влияние «мюнхенцев», сторонников сговора с фашистской Германией. Чемберлен, Галифакс, Вуд и другие «мюнхенцы» всё ещё входили в состав кабинета Черчилля.

Позиция лондонских «мюнхенцев» отвечала интересам гитлеровской Германии. Фашистское руководство больше устраивала «почётная» капитуляция Англии, чем её полный разгром. «Если мы разгромим Англию, – заявил Гитлер, – вся Британская империя распадётся. Разгром Англии будет достигнут ценой немецкой крови, а пожинать плоды будут Япония, Америка и др.» (стр. 126). Эти тайные замыслы Гитлера и его приближённых не мешали им вести активную подготовку к вторжению на Британские острова.

Но на защиту страны поднялся весь трудовой народ Англии. Лозунг коммунистической партии «Мюнхенцы должны уйти!» был активно поддержан многочисленными низовыми профсоюзными организациями. Трудящиеся вступали в отряды самообороны, которых в июле насчитывалось более одного млн. человек. Рабочие военных заводов подчас трудились по 12 час. в сутки.

К осени 1940 г. правительство Черчилля, используя патриотический подъём народных масс, получило возможность увеличить производство вооружения.

В военном руководстве гитлеровской Германии рассматривались различные варианты «демонстрации силы», призванные склонить Англию к капитуляции.

16 июля 1940 г. была издана директива ОКВ№ 16 о подготовке десантной операции против Англии. Срок готовности операции, получившей кодовое название «Зеелёве» («Морской лев»), был установлен 15 августа. Но затем этот срок неоднократно переносился и, в конце концов, операция была отсрочена до весны 1941 г. Но в действительности, верховное главнокомандование вермахта в первых числах октября вообще отказалось от проведения десантной операции. Директива о переносе операции нужна была для маскировки широко развернувшейся подготовки к нападению на СССР. Переключение внимания фашистского руководства на восток был тем фактором, который отвёл от Англии угрозу вторжения.

Руководство фашистской Германии приняло решение предпринять воздушное наступление на Британские острова и усилить морскую войну против Англии.

Перед немецкими ВВС ставилась задача, подавив английские военно-воздушные силы, особенно истребительную авиацию, завоевать господство в воздухе, чтобы затем обрушить бомбовые удары по политическим и военным центрам страны, а также по портам, через которые шло снабжение Великобритании. Всего против Англии было сосредоточено 2600 самолётов, из них 1480 бомбардировщиков, 980 истребителей, 140 разведывательных самолётов (стр. 132).

Воздушное наступление немецких ВВС началось в середине августа. Части английской ПВО оказывали противнику стойкое сопротивление. До 18 августа немецкие ВВС потеряли 367 самолётов, а английские – 213. С 19 по 23 августа над Англией была сплошная облачность, но с 24 августа погода улучшилась, и немецкая авиация вплоть до 6 сентября совершала около 1000 самолётовылетов в день, в том числе бомбардировщики 250–400.

Стремясь добиться капитуляции Англии, немецко-фашистское командование перенесло бомбардировки на крупные города.

7 сентября с 8 час. вечера до 7 час. утра немецкие бомбардировщики непрерывно бомбили Лондон, сбросив около 300 тонн фугасных и 13 тыс. зажигательных бомб. Противовоздушная оборона города оказалась слабо подготовленной к отражению массированного налёта немецкой авиации. Германские бомбардировщики стали регулярно появляться над Лондоном в 9 час. вечера и бомбить его до 6 час. утра. В ночь на 15 сентября немецкое командование послало на Лондон свыше 1000 самолётов. Над городом разыгралось воздушное сражение. Противник потерял 60 самолётов, англичане – 26. 15 ноября варварскому воздушному налёту подвергся английский город Ковентри, который был почти целиком разрушен.

Но расчёты нацистов подорвать моральный дух английского народа не оправдались.

Периодические ночные бомбардировки Лондона и экономических центров Англии продолжались вплоть до второй половины февраля 1941 г. Во второй половине апреля и в начале мая 1941 г. немецкая авиация совершила ещё три массированных налёта на Лондон, сбросив на город рекордное количество фугасных бомб. После этого налёты на Англию приняли эпизодический характер: основные силы немецких ВВС перебрасывались на восток.

В результате налётов немецкой авиации в Англии было разрушено более миллиона жилых домов, убито около 40 тыс. и ранено 46 тыс. человек, в основном мирное население. А вот нанести серьёзного ущерба промышленности Великобритании фашистам не удалось. Английские ВВС потеряли 915 самолётов, Германия, по данным английских историков, – 1733 самолёта (стр. 135).

Однако эти потери гитлеровцам удалось очень быстро восполнить. В то же время личный состав немецких ВВС получил большой опыт воздушных боёв и организации бомбардировочных рейдов.

Но стратегический расчёт гитлеровского командования сломить путём воздушного наступления сопротивление Англии перед нападением на Советский Союз оказался несостоятельным.

Борьба против Англии на море имела те же цели, как и развязанный против неё воздушный террор, – «нарушить снабжение Британских островов, принудить Великобританию просить мира» (стр. 135). Служила она и для маскировки развёртывания германских сил, готовившихся к войне против СССР.

Немецким военно-морским силам удалось нанести значительный урон торговому флоту Англии. Оценивая обстановку того времени, английский историк Тонстолл отметил: «К июню 1941 г. наше положение было поистине отчаянным» (стр. 138).

В то же время правительство Англии принимало все меры для наращивания военно-экономической мощи страны. В 1940 г. было выпущено 15049 боевых самолётов; 578 истребителей Англия получила из США. В первой половине 1941 г. производство самолётов в Англии возросло до 9380 единиц; из США было получено 807 самолётов (стр. 141).

Стал пополняться новыми боевыми кораблями Военно-морской флот Англии. И хотя торговый флот Англии нёс значительные потери, его тоннаж увеличивался.

Правительство Черчилля пришло к необходимости поиска контактов с Советским Союзом. 13 июня 1941 г. министр иностранных дел Англии А. Иден заявил полномочному представителю СССР о готовности английского правительства развивать с СССР экономическое сотрудничество и оказать ему определённую помощь. В Лондоне поняли, что судьба Англии как суверенного государства зависит от способности советского народа выстоять в борьбе с фашистским нашествием.

Фашистская агрессия на Балканах

С осени 1940 г. резко обострилась борьба империалистических держав за Балканы.

Фашистская Германия рассматривала Балканский полуостров как плацдарм для подготовки войны против СССР. Захватив Норвегию и Данию и сделав Финляндию своим союзником, Германия блокировала СССР с северо-запада. Овладение Балканским полуостровом должно было обеспечить южный фланг немецко-фашистских войск. Здесь предполагалось сосредоточить крупную группировку немецкой армии, которая нанесла бы удар через Украину в сторону Кавказа. Кроме того, балканские страны являлись для Германии важнейшей сырьевой и продовольственной базой.

Балканский полуостров рассматривался гитлеровцами и как плацдарм для реализации планов дальнейшей вооружённой экспансии. С Балкан Германия могла бы вести борьбу против вооружённых сил Англии и её союзников на Средиземном море, Ближнем Востоке и в Северной Африке, проникнуть в Азию и Африку. Захват полуострова давал гитлеровцам возможность разместить на нём свои военно-воздушные и морские базы и установить контроль над центральной и восточной частью Средиземного моря, воспрепятствовав поставкам нефти в Англию из стран Ближнего Востока.

Важное значение Балканский полуостров имел и для Англии, так как он прикрывал британские владения на Ближнем и Среднем Востоке. Кроме того, правящие круги Англии рассчитывали использовать людские ресурсы балканских стран и открыть на полуострове один из фронтов войны с Германией.

22 февраля 1941 г. между Англией и Грецией была заключена договорённость о предстоящей высадке здесь британского экспедиционного корпуса. Политика Англии на Балканах встречала всё возрастающую поддержку со стороны США. А вот попытки английской дипломатии привлечь на свою сторону Югославию успеха не имели.

25 марта 1941 г. в Вене был подписан протокол о присоединении Югославии к тройственному пакту Германии, Японии и Италии.

Это событие югославский народ расценил как акт предательства. В стране проходили митинги и демонстрации трудящихся под лозунгами: «Лучше война, чем пакт!», «Лучше смерть, чем рабство!», «За союз с Россией!». Используя волну народного возмущения, группа генералов и офицеров, связанная с оппозиционными буржуазными партиями и английской разведкой, 27 марта совершила государственный переворот. Во главе нового правительства Югославии стал командующий военно-воздушными силами генерал Симович.

Узнав о совершившемся государственном перевороте. Гитлер в тот же день 27 марта подписал директиву № 25 о нападении на Югославию. Перед пропагандистским аппаратом фашистской Германии ставилась задача подорвать моральный дух югославской армии, разжигая национальные противоречия в стране. Фашистская агрессия в Югославию должна была представляться гитлеровской пропагандой как война только против правительства Сербии, которое «ориентировалось на Англию» и «притесняло другие югославские народы». Германское командование надеялось вызвать у хорватов, македонцев, населения Боснии антисербские настроения.

Нападение на Грецию германское командование решило начать одновременно с нападением на Югославию, согласно плану «Марита», разработанному в декабре 1940 г. и переработанному в соответствии со сложившейся обстановкой.

Для агрессии на Балканах Германия и её союзники выделили свыше 80 дивизий, из них 32 немецкие, более 40 итальянских и остальные венгерские, более 2 тыс. самолётов и до 2 тыс. танков.

Румынии командование вермахта отводило роль заслона против Советского Союза, а территорию страны гитлеровцы использовали для размещения сухопутных сил и авиации, которая обеспечивала действия немецко-фашистских войск на Балканах. С территории Румынии планировалось нанести воздушный удар по Белграду.

Монархо-фашистское правительство Болгарии не решилось послать свои войска для участия в агрессии против Югославии и Греции, но предоставило территорию для оперативного развёртывания вермахта. По требованию гитлеровцев болгарское командование стянуло основную массу своих сухопутных войск, усиленных немецкими танковыми частями, к границам Турции в качестве тылового прикрытия для немецко-фашистских сил, действовавших против Греции и Югославии.

Вторжение в Югославию и Грецию немецко-фашистские войска предприняли в ночь на 6 апреля 1941 г. И уже 17 апреля был подписан акт о безоговорочной капитуляции Югославии. Король и правительство Югославии покинули страну. Югославия была расчленена. Гитлеровцами были образованы «независимые государства» Хорватия и Сербия во главе с тоталитарными военными диктатурами Павелича в Хорватии и Недича в Сербии. Черногория стала добычей Италии, Македония была отдана Болгарии, Воеводина – Венгрии, а Словения поделена между Италией и Германией.

23 апреля 1941 г. было подписано соглашение о капитуляции греческой армии. В тот же день король Георг II и правительство покинули Афины и улетели на остров Крит. 27 апреля немецкие войска вступили в Афины, а к 29 апреля достигли южной оконечности страны. К этому времени основная масса английских войск (более 50 тыс. из 62 тыс. человек), уничтожив тяжёлое вооружение и средства транспорта, эвакуировались морем.

Поход немецко-фашистских войск на Балканы, длившийся 24 дня (с 6 по 29 апреля), укрепил веру гитлеровского командования в непогрешимость стратегии «молниеносной войны». Господство на Балканах было достигнуто ценой небольших потерь: в ходе боевых действий германская армия потеряла примерно 2,5 тыс. убитыми, 3 тыс. пропавшими без вести и около 6 тыс. ранеными.

Потери Югославии и Греции были во много раз больше. Фашистские войска взяли в плен 375 тыс. солдат и офицеров югославской армии. Большинство из них было отправлено в Германию. В плену оказалось 225 тыс. греческих солдат. Англичане потеряли в ходе балканской кампании убитыми, ранеными и пленными около 12 тыс. человек.

Заключительной операцией балканской кампании был захват немецко-фашистским войсками острова Крит. Операция «Меркурий» началась 20 мая с ожесточённой бомбардировки позиций английских войск и высадки воздушных десантов. И уже 31 мая немецкие войска овладели островом. Утром 1 июня они взяли в плен последние группы английских солдат. Эвакуировалась с острова только половина английских войск – около 15 тыс. человек. Свыше 12 тыс. было взято в плен, около 4 тыс. убито. Большие потери понёс английский флот: были потоплены 4 крейсера и 6 миноносцев, многие корабли получили повреждения. Значительными были потери и немецко-фашистских войск: около 4 тыс. человек было убито и пропало без вести, свыше 2,5 тыс. было ранено (стр. 268, 270).

К лету 1941 г. гитлеровской Германии удалось, овладев Балканским полуостровом, создать южный стратегический плацдарм для осуществления плана «Барбаросса».

В результате фашистской агрессии балканские государства лишились суверенитета, в них вводился гитлеровский «новый порядок», но захватчикам не удалось добиться от трудящихся рабского повиновения. Прошло немного времени после введения «нового порядка», и трудящиеся балканских стран поднялись на вооружённую борьбу против оккупантов.

Фашистский «новый порядок»

В течение первого периода войны фашистские государства силой оружия установили своё господство почти над всей капиталистической Европой. В это же время азиатский союзник Германии и Италии – милитаристская Япония оккупировала обширные районы Центрального и Южного Китая, а затем и Индокитая.

В захваченных странах фашисты установили так называемый «новый порядок», воплощавший главные цели государств фашистского блока во второй мировой войне – территориальный передел мира, порабощение независимых государств, истребление целых народов, установление мирового господства.

Создавая «новый порядок», державы оси стремились мобилизовать ресурсы оккупированных и вассальных государств с тем, чтобы уничтожив социалистическое государство – Советский Союз, восстановить безраздельное господство капиталистической системы во всём мире, разгромить революционное рабочее и национально-освободительное движение, а вместе с ним все силы демократии и прогресса. Именно поэтому «новый порядок», опиравшийся на штыки фашистских войск, поддерживали наиболее реакционные представители господствующих классов оккупированных стран, проводившие политику коллаборационизма. У него находились сторонники и в других империалистических странах, в том числе в США и Англии.

В то же время имелись некоторые различия в характере оккупационной политики немецких фашистов по отношению к разным странам. Так, в Польше и других странах Восточной и Юго-Восточной Европы фашистский порядок сразу проявил себя во всей своей античеловеческой сути, поскольку польскому и другим славянским народам предназначалась участь рабов германской нации. В Голландии же, Дании, Люксембурге и Норвегии фашисты на первых порах выступали в качестве «нордических братьев по крови», стремились привлечь на свою сторону некоторые слои населения и социальные группы этих стран. Во Франции оккупанты первоначально проводили политику постепенного вовлечения страны в орбиту своего влияния и превращения её в своего сателлита. Главари немецкого фашизма в своём кругу не скрывали, что такая политика является временной и продиктована лишь тактическими соображениями. Гитлеровская верхушка считала, что «объединение Европы можно осуществить… только с помощью вооружённого насилия», что с правительством Виши будет разговор совсем другим языком после решения «русского вопроса».

По образцу Германии оккупированные страны стали покрываться сетью фашистских концентрационных лагерей. В мае 1940 г. начала действовать чудовищная фабрика смерти на территории Польши в Освенциме, которая постепенно превратилась в целый концерн из 39 лагерей. Здесь вскоре построили свои предприятия немецкие монополии «ИГ Фарбениндустри», Круппа, Сименса, чтобы используя даровую рабочую силу получить, наконец, некогда обещанные Гитлером прибыли «каких не знала история». По свидетельству узников, продолжительность жизни заключённых, работавших на заводе «Бунаверк» («ИГ Фарбениндустри»), не превышала двух месяцев: через каждые две-три недели проводился отбор и всех ослабевших отправляли в печи Освенцима. Эксплуатация иностранной рабочей силы превратилась здесь в «уничтожение путём работы» всех неугодных фашизму людей.

Среди населения оккупированной Европы фашистская пропаганда усиленно насаждала антикоммунизм, расизм и антисемитизм. Под контроль германских оккупационных органов были поставлены все средства массовой информации.

Фашисты всячески разжигали национальную рознь между народами оккупированных и зависимых стран: хорватами и сербами, чехами и словаками, венграми и румынами, фламандцами и валлонами и т. д.

На присоединённых к Германии польских землях, наряду с изгнанием местных жителей, проводилась политику искусственного ограничения роста народонаселения путём кастрации людей, массовое изъятие детей для воспитания их в германском духе. Полякам даже запрещалось именоваться поляками, им давали старые племенные названия – «кашубы», «мазуры» и т. п. Планомерное истребление польского населения, особенно интеллигенции, осуществлялось и на территории генерал-губернаторства. Например, весной и летом 1940 г. оккупационные власти провели так называемую «акцию АБ» («чрезвычайную акцию по умиротворению»), в ходе которой уничтожили 3500 польских деятелей науки, культуры и искусства, а также закрыли не только высшие, но и средние учебные заведения.

Изуверская человеконенавистническая политика проводилась и в расчленённой Югославии. В Словении гитлеровцы уничтожали очаги национальной культуры, истребляли интеллигенцию, служителей культа, общественных деятелей. В Сербии за каждого немецкого солдата, убитого партизанами, подлежали беспощадному уничтожению сотни мирных жителей.

Обрекался на национальное вырождение и уничтожение чешский народ.

Социальная политика фашизма была крайне реакционной. В Европе «нового порядка» трудящиеся массы, рабочий класс подвергались самым жестоким гонениям и эксплуатации. Сокращение заработной платы и резкое удлинение рабочего дня, отмена завоёванных в длительной борьбе прав на социальное обеспечение, запрещение забастовок, собраний и демонстраций, ликвидация профсоюзов под видом их «унификации», запрещение политических организаций рабочего класса и всех трудящихся, в первую очередь коммунистических партий, к которым нацисты питали звериную ненависть, – вот что нёс с собой фашизм народам Европы.

«Новый порядок» означал попытку германского государственно-монополистического капитала и его союзников сокрушить руками фашистов своих классовых противников, разгромить их политические и профсоюзные организации, искоренить идеологию марксизма-ленинизма, все демократические, даже либеральные взгляды, насадив человеконенавистническую фашистскую идеологию расизма, национального и классового господства и подчинения. В дикости, изуверстве, мракобесии фашизм превзошёл всё ужасы средневековья.

Народы не смирились с фашистским варварством и поднимались на борьбу против фашизма.

Укрепление блока фашистских государств

После поражения Франции фашистская Германия, перенацелив главные усилия на приготовление к войне против СССР, решила укрепить военно-политическое сотрудничество со своими основными союзниками – Италией и Японией и вовлечь в агрессивный блок новые страны.

В июне 1940 г. были возобновлены японо-германские переговоры об укреплении «антикоминтерновского пакта», прерванные в августе 1939 г. В ходе переговоров германские и японские представители согласовали предварительный план «усиления гармонии» между Германией, Японией и Италией на основе раздела сфер влияния. План устанавливал, что Европа и Африка будут относиться к сфере господства Германии и Италии, а район Южных морей, Индокитай и Голландская Восточная Индия (Индонезия) войдут в сферу японского влияния. Предусматривалось, что между Германией и Японией будет развиваться тесное политическое и экономическое сотрудничество.

В сентябре в Риме Риббентроп провёл переговоры с Муссолини, в ходе которых было формально разрешено основное противоречие между захватчиками: Югославия и Греция признавались сферой интересов Италии, которой была обещана помощь и поддержка Германии.

27 сентября 1940 г. Германия, Япония и Италия заключили пакт о политическом и военно-экономическом союзе сроком на 10 лет – тройственный пакт. В преамбуле пакта говорилось, что Германия, Япония и Италия будут сотрудничать друг с другом в целях установления и поддержания «нового порядка» в Европе и Восточной Азии и что «желанием трёх правительств является распространить это сотрудничество на другие страны мира» (стр. 246).

Своим остриём тройственный пакт был направлен против СССР. Он был призван укрепить политическое, экономическое и военное сотрудничество между державами оси, поставившими уже давно своей основной целью уничтожение первого в мире социалистического государства.

Наряду с подписанием тройственного пакта между Германией и Японией было оформлено секретное соглашение, по которому Германия обязалась оказывать Японии материальную помощь в установлении «нового порядка» в Восточной Азии. Япония в свою очередь согласилась поставлять Германии стратегическое сырьё, прежде всего каучук. Германия подтвердила обещание помогать Японии при возникновении японо-английского вооружённого конфликта и согласилась за определённую компенсацию оставить во владении Японии Каролинские, Маршалловы и Марианские острова. Японии временно передавались и другие бывшие германские колонии (на территории Китая). После войны они, также за компенсацию, подлежали возвращению Германии. Усиление сотрудничества трёх агрессивных государств вело к возрастанию угрозы английским и американским колониальным интересам в Азии и на Тихом океане. После заключения пакта Япония ещё более активизировала свою экспансионистскую политику.

После подписания тройственного пакта немецко-фашистское руководство сосредоточило главные усилия на расширении антисоветского блока в Европе.

В начале сентября 1940 г. румынская реакция при содействии гитлеровцев установила в стране фашистскую диктатуру генерала Антонеску, который поспешил пригласить в страну германские войска под видом «военной миссии». 23 ноября 1940 г. в Берлине Антонеску подписал протокол о присоединении Румынии к тройственному пакту, заявив при этом, что она пойдёт с державами «оси до конца». Этот шаг Румынии означал её переход к непосредственной подготовке вместе с Германией агрессивной войны против СССР.

Венгрия, являясь уже с начала 1939 г. союзницей Германии и Италии по «антикоминтерновскому пакту», присоединилась к тройственному пакту за несколько дней до Румынии – 20 ноября 1940 г. Фашистские руководители Венгрии торопились это сделать, боясь отстать от Румынии в пресмыкательстве перед Германией. Третий рейх обязался снабжать Венгрию вооружением, а Венгрия – передать в распоряжение Германии 15 соединений для войны против СССР и предоставить рейху право беспрепятственного пропуска войск к границам Югославии и СССР. Венгрии было обещано территориальное «вознаграждение» за счёт этих стран. Венгрия также согласилась вести войну против Югославии, несмотря на то, что 12 декабря 1940 г. заключила с ней договор о «вечном мире». 24 апреля 1941 г. венгерский регент Хорти по приглашению Гитлера прибыл в Германию. Он полностью поддержал планы агрессии против Советского Союза, заявив, что является «ветераном борьбы с большевизмом» (стр. 251).

К тройственному пакту 24 ноября 1940 г. присоединилось «государство» Словакия, образованное под эгидой гитлеровцев в марте 1939 г.

1 марта 1941 г. к тройственному пакту официально присоединилась Болгария. В этот же день германские войска вступили на её территорию.

После вторжения германских войск в Югославию из её состава выделилась «самостоятельная» Хорватия, руководство которой захватила фашистская клика усташей. 15 июня 1941 г. Хорватия объявила о присоединении к тройственному пакту.

Таким образом, к середине июня 1941 г. тройственный пакт расширился. К нему присоединились Румыния, Венгрия, Болгария, а также Словакия и Хорватия. Их реакционные правители стали прямыми сообщниками агрессивных антисоветских планов фашистской Германии.

В сентябре 1940 г. между германским и финляндским генеральными штабами была достигнута договорённость о совместных военных действиях против СССР. На финской территории было размещено несколько германских дивизий. Вскоре в Финляндии началась вербовка «добровольцев» в эсесовскую дивизию «Викинг». Конкретные планы взаимодействия финской армии и вермахта в войне против СССР окончательно были согласованы в Зальцбурге 25–28 мая 1941 г., где встретились представители военного командования Германии и Финляндии. За участие в антисоветской войне Финляндия запросила территорию Ленинградской области севернее Невы, а также Кольский полуостров. Хотя формально Финляндия не присоединилась к тройственному пакту, но фактически являлась активным участником готовящейся агрессии против Советского Союза.

Сообщницей фашистской Германии в войне против СССР стала и Испания, также формально не присоединившаяся к тройственному пакту.

Пособником фашистской Германии в агрессии против СССР выступило и правительство Виши. В результате переговоров было условлено, что правительство Виши включается в «строительство нового порядка в Европе» и предоставит Германии сырьё, экономические ресурсы и рабочую силу.

18 июня 1941 г. Турция, несмотря на стремление Англии удержать её под своим влиянием, подписала договор о дружбе и ненападении с Германией. Это означало её дальнейший переход на прогерманские и, следовательно, антисоветские позиции.

Тесное «взаимопонимание» на антисоветской основе было установлено между Германией и Португалией.

В Швеции и Швейцарии, несмотря на то, что они объявили о своём нейтралитете, крупная буржуазия помогала германским империалистам использовать экономику для нужд фашистской военной машины. В частности, для военно-экономического потенциала Германии исключительно важное значение имела шведская железная руда. В каждом немецком орудии и танке содержалось до 30 % шведского металла.

С присоединением к тройственному пакту ряда государств Европы к середине 1941 г. возникла агрессивная военная коалиция, главную роль в которой играли Германия, Япония и Италия. Для активного участия в агрессии против СССР Германия привлекла Румынию, Финляндию, Венгрию. Гитлеровцам оказывали помощь реакционные правящие клики Болгарии, а также марионеточных государств Словакии и Хорватии. С фашистской Германией сотрудничали Испания, вишистская Франция, Португалия и Турция. Гитлеровцы интенсивно использовали экономические и людские ресурсы захваченных и оккупированных европейских стран и территорий: Австрии, Чехословакии, Польши, Дании, Норвегии, Люксембурга, Голландии, Бельгии, Франции, Югославии, Греции. Интересам Германии, по существу, была подчинена экономика и нейтральных стран Европы. Следовательно, на реализацию плана «Барбаросса» фашистская Германия поставила ресурсы почти всех европейских государств – как своих прямых союзников, так и оккупированных, зависимых и нейтральных стран, население которых превышало 300 млн. человек. С востока Советскому Союзу угрожала Япония, обладавшая значительными возможностями для ведения агрессивной войны.

Расширение и укрепление фашистского блока означало дальнейшее усиление военной угрозы, нависшей над СССР.

#### § 12. Подготовка к обороне страны. Освободительные походы Красной Армии

Двадцать два месяца, которые получил Советский Союз в результате заключения пакта о ненападении с фашистской Германией, в полной мере были использованы для укрепления обороноспособности нашего государства и подготовке к отражению фашистской агрессии.

Развитие оборонной промышленности и создание современных видов вооружения

За три с половиной года третьей пятилетки капиталовложения в военную промышленность составили более четверти всех капиталовложений в индустрию. Это обеспечивало повышение темпов ежегодного прироста военной продукции. В 1939 г. выпуск продукции всей промышленности увеличился на 16 %, а оборонной промышленности – на 46,5 %. В 1940 г. объём военной продукции возрос более чем на треть. Таким образом, военная промышленность развивалась в три раза быстрее, чем вся остальная.

Вопросы самолётостроения, танкостроения, развития артиллерийской промышленности находились в центре повседневного внимания Политбюро ЦК ВКП(б) и лично товарища Сталина.

Число предприятий авиационной промышленности по сравнению с 1937 г. увеличилось на три четверти, а производственные мощности к лету 1941 г. превысили мощности авиазаводов Германии почти в 1,5 раза.

К началу войны авиаконструкторами в содружестве с работниками авиационной промышленности были созданы истребители Як-1, МиГ-3, ЛаГГ-3, пикирующий бомбардировщик Пе-2. Новые советские боевые машины по своим лётно-техническим данным были на уровне современных требований, а некоторые – лучшими в мире. Например, Пе-2 был лучше, чем немецкие самолёты такого типа Ю-87 и Ю-88. Высокими лётно-техническими качествами обладал штурмовик Ил-2. Однако их производство только осваивалось, а Германия выпускала самолёты новых типов.

Конструкторскими коллективами были разработаны опытные образцы тяжёлого танка КВ-1 и среднего танка Т-34. Танк Т-34, как признают буржуазные специалисты, был создан людьми, которые сумели увидеть поле боя середины 20 века лучше, чем кто-либо на Западе («История Второй мировой войны», т. 3, стр. 384). В первом полугодии 1941 г. было выпущено 393 танка КВ и 1110 Т-34, но для перевооружения армии этого было недостаточно.

Широкое развитие получила артиллерийская промышленность. Выдающимся успехом увенчался труд учёных и конструкторов по созданию реактивного оружия. 21 июня 1941 г. было решено начать серийное производство реактивных снарядов и боевых установок БМ-13, получивших в народе название «Катюша».

Увеличивалось производство миномётного и стрелкового вооружения. Быстро развивалась советская судостроительная промышленность. В течение 1938–1940 гг. Военно-Морскому Флоту было передано 265 новых боевых кораблей различных классов.

Большое значение придавалось производству и накоплению горюче-смазочных материалов (ГСМ), созданию государственных резервов и мобилизационных запасов.

К началу Великой Отечественной войны была создана по существу новая танковая промышленность и коренным образом перестроена авиационная промышленность, были заложены прочные основы для качественного обновления артиллерии и стрелкового вооружения, достигнут перелом в производстве боеприпасов. Советский Военно-Морской Флот в значительном количестве пополнился современными боевыми кораблями.

В июне 1940 г. Президиум Верховного Совета СССР принял Указ о переходе на восьмичасовой рабочий день, на семидневную рабочую неделю и о запрещении самовольного ухода рабочих и служащих с предприятий и из учреждений. В Обращении ВЦСПС в связи с принятым Указом говорилось о возросшей военной опасности для Советской страны, о том, что наше государство, верное политике мира, должно всемерно укреплять свою оборонную и хозяйственную мощь. «Наша страна не может быть менее подготовлена в производстве предметов вооружения и других необходимых товаров, чем капиталистические страны. Мы должны быть во много раз сильнее, чтобы быть всесторонне готовыми к любым испытаниям. Мы должны стать ещё более могущественной страной как в хозяйственном, так и в военном отношении. Наша задача – ещё больше крепить оборону страны, крепить Красную Армию, Военно-морской и воздушный флот, совершенствовать и увеличивать их вооружение, крепить социалистическую промышленность, снабжающую Красную Армию всем необходимым» (стр. 394).

Воссоединение украинского и белорусского народов

Вторжение фашистов в Польшу поставило народы Западной Украины и Западной Белоруссии под угрозу фашистского порабощения, создало опасное положение у западных границ СССР. После того как польское буржуазно-помещичье государство распалось, а его правители покинули пределы страны, Советское правительсво приняло решение взять под защиту население Западной Украины и Западной Белоруссии, насильственно отторгнутое белополяками почти два десятилетия назад, и спасти его от фашистского порабощения. 17 сентября 1939 г. начался освободительный поход Красной Армии.

Трудящиеся освобождённых украинских и белорусских городов и сёл радостно встречали советских воинов, выходя на улицы с красными знамёнами, цветами, хлебом-солью. Большинство частей регулярной польской армии не оказывало сопротивления Красной Армии. В ряде городов, например под Львовом, польские войска упорно сражались с гитлеровцами и вопреки проискам реакционно настроенных офицеров добровольно передали город подошедшим советским войскам.

К 25 сентября Красная Армия при широкой поддержке населения завершила свою освободительную миссию. Более 12 млн. человек были спасены от фашистского порабощения. В результате освободительного похода граница Советского Союза отодвинулась на 250–300 км и была восстановлена в основном по так называемой линии Керзона, признанной в своё время Англией, Францией, США и Польшей. Черчилль, занимавший в то время пост военно-морского министра, 1 октября 1939 г. заявил по радио: «То, что русские армии должны были находиться на этой линии, было совершенно необходимо доя безопасности России против немецкой угрозы. Во всяком случае, позиции заняты и создан восточный фронт, на который нацистская Германия не осмеливается напасть» (стр. 357).

В октябре 1939 г. состоялись выборы в Народные собрания Западной Украины и Западной Белоруссии. Высшие законодательные органы этих территорий провозгласили Советскую власть и обратились в Верховный Совет СССР с просьбой о приёме в состав Советского Союза. В ноябре сессия Верховного Совета СССР удовлетворила эту просьбу: Западная Украина воссоединилась с Украинской ССР, Западная Белорруссия – с Белорусской ССР. Борьба трудящихся Западной Белоруссии и Западной Украины против гнёта польских помещиков и капиталистов победоносно завершилась.

Военный конфликт с Финляндией

В условиях начавшейся второй мировой войны и обострения международной обстановки перед советским руководством встала задача обеспечить безопасность северо-западных рубежей. Существовала реальная угроза использования территории Финляндии любой из враждебных империалистических группировок как исходного плацдарма для развязывания агрессии против СССР.

Финская реакция была ослеплена националистическими идеями создания «великой Финляндии» за счёт захвата советской территории при поддержке империалистических держав.

На военные приготовления финское правительство расходовало более 25 % годового бюджета. Эти приготовления велись с помощью империалистических государств. В 1935–1938 гг. из одной только Англии было отправлено в Финляндию оружия, боевой техники и боеприпасов на общую сумму 221 млн. финских марок.

Быстрыми темпами велось строительство необходимой для развёртывания войск дорожной сети, военно-морских баз, аэродромов. С помошью немецких специалистов были сооружены аэродромы, которые могли принять в 10 раз больше самолётов, чем их имелось в финских ВВС.

На основе секретных соглашений военные инструкторы из Германии и Англии обучали финский командный состав военному делу, инспектировали ход строительства и оборудования укреплений вблизи советской границы. На Карельском перешейке в 32 км от Ленинграда Финляндия с помощью иностранных специалистов заканчивала сооружение укреплений, получивших название линии Маннергейма, протянувшейся от Финского залива до Ладожского озера, имевшей три полосы общей глубиной почти 90 км. В августе на Карельском перешейке были проведены крупнейшие в истории Финляндии военные маневры.

Принимая меры для отпора возможной агрессии, Советский Союз старался улучшить взаимоотношения с Финляндией и не допустить вооружённого конфликта. Четверть века спустя советник госдепартамента США Гартхоф признал, что Советский Союз не хотел вооружённого конфликта с Финляндией, тем самым опровергнув заявления тех, кто всё ещё пытался свалить вину за возникший конфликт на СССР.

По инициативе Советского правительства в октябре-ноябре 1939 г. между СССР и Финляндией проходили переговоры по взаимной безопасности. На этих переговорах финское правительство не проявило стремления к конструктивному взаимовыгодному соглашению. Оно отклонило советское предложение обсудить вопрос о заключении обронительного союза между СССР и Финляндией. Переговоры были сорваны. Министр иностранных дел Финляндии Э. Эркко цинично заявил, что есть «другие важные дела» (стр. 360).

Линия финского правительства на срыв переговоров с Советским Союзом с самого начала направлялась правящими кругами фашистской Германии, а также Англии, Франции и США. «От войны финны только выиграют», говорил один из ответственных сотрудников министерства иностранных дел Германии лидеру фашистского движения в Финляндии пастору К. Каресу. В случае же неудачи, по словам немецкого дипломата, Финляндия с помощью Германии впоследствии возместит возможные терориториальные потери.

Во время советско-финляндских переговоров финская пресса развернула безудержную антисоветскую пропаганду, распространяя среди войск и населения националистический угар и внушая мысль о том, что Финляндия может успешно воевать против СССР. Производились аресты всех, кто с симпатией относился к Советскому Союзу. Из Хельсинки и ряда других городов, а также с Карельского перешейка было эвакуировано население. Началась всеобщая мобилизация и развёртывание войск вдоль границ СССР.

26 ноября 1939 г. артиллерия с финляндской территории обстреляла советские войска, находившиеся под Ленинградом. Среди советских бойцов были убитые и раненые. Сохраняя выдержку, правительство СССР в тот же день заявило, что оно «хотело бы, чтобы такие возмутительные факты впредь не имели места» (стр. 361). Но вооружённые провокации со стороны Финляндии продолжались.

28 ноября правительство СССР вынуждено было заявить финскому правительству, что деносирует договор о ненападении. На другой день из Финляндии были отозваны советские политические и хозяйственные представители.

Ввиду непрекращавшихся провокаций, 30 ноября 1939 г. Советское правительство отдало приказ войскам Ленинградского военного округа дать решительный отпор агрессивной финской военщине. Одновременно СССР ещё раз предложил Финляндии заключить договор о дружбе и взаимопомощи. Но на это предложение правительство Финляндии не реагировало и объявило войну СССР.

Начавшийся конфликт оживил надежды Англии, Франции и США на возможность столкновения СССР с Германией. Финляндско-советский военный конфликт, писала 30 декабря 1939 г. «Нью-Йорк пост» «вполне может привести к созданию единого фронта против Советского Союза».

Но этим надеждам не суждено было сбыться.

Советским войскам, перешедшим 30 ноября в наступление, была поставлена задача отбросить противника от Ленинграда, обеспечить безопасность границ в Карелии и Мурманской области и тем самым заставить буржуазную Финляндию отказаться от провокаций против СССР. Основной задачей являлась ликвидация плацдарма финских войск на Карельском перешейке.

Первый этап боевых действий длился до 10 февраля 1940 г. Советским войскам за немногим более недели боёв удалось продвинуться на несколько десятков километров. Но из-за возросшего сопротивления финских войск наступление было приостановлено. На первом этапе обнаружилась недостаточная подготовленность советских войск к ведению боевых действий в сложных условиях болотисто-лесистой местности, при 40–45-градусных морозах и глубоком снежном покрове. Войска нуждались в дополнительном обучении методам преодоления плотно заминированной местности и прорыва системы мощных железобетонных укреплений. Ход боевых действий также вскрыл недочёты в организации управления войсками, их взаимодействии.

Советское командование приняло решение тщательно подготовиться к прорыву главной полосы линии Маннергейма. 7 января 1940 г. был создан Северо-Западный фронт во главе с командаромом 1 ранга С. К. Тимошенко и членом Военного Совета, секретарём Ленинградского обкома и горкома партии А. А. Ждановым. Наряду с организационной перестройкой и усилением войск, большая работа была проведена по подготовке исходных районов для наступления: построены новые дороги, мосты, проложены колонные пути и т. д. В частях были изучены и отработаны эффективные способы уничтожения дотов, дзотов и опорных пунктов противника.

Финское командование пополняло соединения и части личным составом и поступившими из-за рубежа боевой техникой и вооружением, боеприпасами. Западные державы передали Финляндии 350 самолётов, 500 орудий, свыше 6 тыс. пулемётов, около 100 тыс. винтовок, 650 тыс. ручных гранат, 2,5 млн. снарядов и 160 млн. патронов. Из Скандинавии, США и других стран прибыло 11,5 тыс. «добровольцев» (стр. 363).

11 февраля начался второй, заключительный этап конфликта. Тысячи советских орудий сокрушительным огнём разрушили или вывели из строя множество долговременных укреплений линии Маннегргейма. Противник, ошеломлённый массированным огнём артиллерии, на ряде участков не смог сдержать удара перешедших в наступление советских войск. В прорыв тотчас были введены подвижные танковые группы. К 1–2 марта линия Манннергейма была прорвана. За успешный прорыв линии Маннергейма 12 стрелковых дивизий и 5 танковых бригад 7-й армии были награждены орденами Ленина и Красного Знамени.

Понимая неизбежность разгрома, правительство Финляндии, несмотря на требования Англии, США и Франции продолжать военные действия, вынуждено было согласиться с предложением СССР начать переговоры о мире.

12 марта 1940 г. между СССР и Финляндией был заключён мирный договор.

В соответствии с договором граница севернее Ленинграда отодвигалась за линию Выборг, Сортавала. Карельский перешеек, ряд островов в Финском заливе, небольшая территория с городом Куолоярви и часть полуостровов Рыбачий и Средний отошли к СССР. Советскому Союзу предоставлялся в аренду на 30 лет полуостров Ханко с правом создания на нём военно-морской базы, которая прикрывала бы вход в Финский залив, то есть морские подступы к Ленинграду. Предусматривалось, что «обе Договаривающиеся Стороны обязуются взаимно воздерживаться от всякого нападения одна на другую и не заключать каких-либо союзов или участвовать в коалициях, направленных против одной из Договаривающихся Сторон» (стр. 365).

После урегулирования конфликта с Финляндией Советский Союз улучшил своё стратегическое положение на северо-западе и севере, создал предпосылки для обеспечения безопасности Ленинграда, незамерзающего Мурманского порта и Мурманской железной дороги. Значительно улучшилась оперативно-стратегическая обстановка для действий Балтийского и Северного флотов.

Восстановление Советской власти в Литве, Латвии и Эстонии.

Ещё в 1919 г. контрреволюционные силы свергли Советскую власть в Литве, Латвии, Эстонии. Диктаторские режимы этих стран вели враждебную политику по отношению к Советскому Союзу, которая особенно усилилась после захвата фашистской Германией Польши и была чревата превращениеим прибалтийских стран в плацдармы агрессии против СССР.

В сентябре 1939 г. Советское правительство предложило правительствам Литвы, Латвии и Эстонии подписать договоры о взаимной помощи, что было с глубоким одобрением встречено трудящимися массами.

Такие договоры были подписаны 28 сентября 1939 г. с Эстонией, 5 октября с Латвией, 10 октября с Литвой. Советский Союз обязался оказывать помощь этим странам в случае нападения или угрозы нападения на них со стороны любого европейского государства и получил право создать на их территории военно-морские и военно-воздушные базы с размещением своих войск. Заключение пактов о взаимопомощи предотвратило возможность создания плацдармов на территории прибалтийских стран, направленных против СССР.

Но правительства этих стран вместо добросовестного проведения в жизнь заключённых договоров, взяли курс на усиление приготовлений к войне против Советского Союза, прибегали к провокационным действиям против советских гарнизонов, вели аресты друзей нашей страны, активных борцов против фашизма, пытались наладить контакты с руководством фашистской Германии на антисоветской основе.

Однако ни антисоветская пропаганда, ни репрессии не могли остановить нарастающего недовольства народных масс внутренней и внешней политикой правящих кругов этих стран. Революционной волной в июне 1940 г. в Литве, Латвии и Эстонии буржуазные профашистские режимы были сметены. 14–15 июля прошли выборы в высшие законодательные органы прибалтийских стран, на которых прогрессивные силы одержали победу. 20–21 июля сессии высших законодательных органов провозгласили Литву, Латвию и Эстонию советскими социалистическими республиками, и обратились с просьбой к Верховному Совету СССР о включении их в состав Советского Союза.

В августе 1940 г. на VII сессии Верховного Совета СССР Литва, Латвия и Эстония были приняты в состав СССР в качестве равноправных союзных республик. На их территории был создан Прибалтийский Особый военный округ. Сухопутная граница от Ленинграда отодвинулась на 670 км.

Мирное решение вопроса о Бессарабии и Северной Буковине

В декабре 1917 – январе 1918 г. Румынией, при поддержке империалистических держав, была захвачена принадлежавшая СССР (России) территория Бессарабии. СССР никогда не признавал отторжения Бессарабии, которое являлось грубым нарушением международного права.

Напряжённость в отношениях между Румынией, которая пошла на сближение с фашистской Германией, и Советским Союзом неуклонно нарастала.

Чтобы предотвратить создание на террритории Бессарабии плацдарма для нападения на СССР и тем самым устранить напряжённость на юго-западных рубежах, Советское правительство предложило Румынии мирным путём урегулировать вопрос о Бессарабии, а также о Северной Буковине, население которой в своём громадном большинстве было связано с Советской Украиной как общностью исторической судьбы, так и общностью языка и национального состава.

После обмена нотами между правительствами СССР и королевской Румынии Бессарабия и Северная Буковина в июне 1940 г. были возвращены Советскому Союзу.

28 июня южная группировка советских войск под командованием генерала армии Г. К. Жукова перешла Днестр и вступила на территорию Бессарабии и Северной Буковины. В обращении советского командования к населению говорилось: «Братья молдаване, русские и украинцы! Пришёл великий час вашего освобождения из-под ига румынских бояр, помещиков, капиталистов и сигуранцы. Украденная советская земля – Бессарабия – возвращается к своей матери-Отчизне» (стр. 371). К исходу 30 июня государственная граница СССР была восстановлена по рекам Прут и Дунай.

Встреча Красной Армии в Бессарабии и Северной Буковине превратилась в праздничные торжества трудящихся. Пожилая крестьянка Дарья Цыганюк, выступая на митинге в с. Воловица Сорокского уезда сказала: «В тёмной тюрьме мы прожили 22 года. Только от вас, сыны и братья наши, ждали мы освобождения. Большое материнское спасибо вам, красные бойцы. Спасибо от нас, от детей и внуков наших».

2 августа 1940 г. сессия Верховного Совета СССР приняла закон об образовании Молдавской ССР и включении в состав Украинской ССР территории Северной Буковины, а также Хотинского, Аккерманского и Измаильского уездов Бессарабии, в которых преобладало украинское население. Осуществилась заветная мечта трудящихся Бессарабии и Северной Буковины жить в одной семье народов СССР. Граница Советского Союза была перенесена на запад больше чем на 200 км. Рухнули планы королевской Румынии и империалистических держав превратить Бессрабию и Северную Буковину в плацдарм для войны против СССР.

Меры по повышению боевой готовности Советских Вооружённых Сил

Реакционные круги западных стран стремились столкнуть Германию с Советским Союзом и таким способом ослабить её как своего конкурента, а также обессилить и даже уничтожить руками фашистов социалистическое государство. Поэтому Советское правительстово проявляло большую острожность в решении вопросов мобилизационного характера.

В то же время политическое и военное руководство Советского Союза понимало, что военное столкновение с Германией неизбежно. 5 мая 1941 г. И. В. Сталин, выступая с речью на приёме выпускников военных академий, дал ясно понять, что германская армия является наиболее вероятным противником. В связи с обострением общей обстановки, с конца апреля 1941 г. партия и правительство в срочном порядке принимают меры к повышению боевой готовности войск.

В мае-начале июня было призвано из запаса около 800 тыс. военнообязанных, что позволило повысить укомплектованность личным составом почти 100 стрелковых дивизий, ряда укрепрайонов, частей ВВС и других войск. 13 мая Генеральный штаб отдал распоряжение о переброске из внутренних округов в приграничные 28 стрелковых дивизий и 4 армейских управлений. Передислокация войск осуществлялась под видом выхода частей в лагеря, скрытно и без изменения обычного графика движения на железных дорогах. В конце мая Генеральный штаб дал указание командующим приграничными округами срочно приступить к подготовке фронтовых командных пунктов.

В течение 14–19 июня народный комиссар обороны дал указание командованию округов вывести с 21 по 25 июня фронтовые управления на полевые командные пункты. 19 июня были отданы приказы о маскировке аэродромов, воинских частей, важных военных объектов, окраске в защитный цвет танков и машин, рассредоточению авиации.

Всего с 1 сентября 1939 г. по 21 июня 1941 г. численность Вооружённых Сил СССР возросла более чем в 2,8 раза. Продолжалось ускоренными темпами техническое переоснащение войск. Строились укрепрайоны и велась подготовка театров предстоящих военных действий. Пополнялись войска западных приграничных округов. В глубине страны формировались стратегические резервы. Развивалась материальная база обороны страны, создавались новые виды вооружения и боевой техники.

Но полностью завершить работу по реорганизации Советских Вооружённых Сил, укреплению границ и увеличению оборонного потенциала, к началу войны не удалось, просто не хватило времени.

* * *

22 июня 1941 г., вероломно нарушив пакт о ненападении, фашистская Германия напала на Советский Союз. Началась Великая Отечественная война советского народа против немецко-фашистских захватчиков, закончившаяся разгромом фашистской Германии и победоносным окончанием войны 9 мая 1945 г. Затем, выполняя свой союзнический долг, Красной Армией была разгромлена миллионная Квантунская армия милитаристской Японии. 2 сентября 1945 г. завешилась вторая мировая война. Решающий вклад в победу над немецким фашимом и японским милитаризмом внёс Советский Союз и его славные Вооружённые Силы. Страна приступила к восстановлению разрушенного народного хозяйства и мирному социалистическому строительству.

Подробно об этом см. часть I.

### Глава 8. Послевоенное развитие капитализма

#### § 1. Pax-Americana

5 марта 1946 г. Уинстон Черчилль выступил с речью в Вестминстерском колледже г. Фултон США в присутствии президента США Гарри Трумэна. Эта речь вошла в историю под названием «Фултонская речь Черчилля». И хотя Черчилль много слов посвятил миру, его речь фактически положила начало «холодной войне».

Речь Черчилля была пронизана глубоким антикоммунизмом, страхом перед распространением коммунистической идеологии, перед ростом влияния коммунистических партий, перед ростом влияния и авторитета Советского Союза во всём мире.

Черчилль сказал о двух основных бедствиях, которые угрожают народам, это – война и тирания. Он остановился на монополии атомного оружия, которым в тот момент обладали Штаты. Заявил, что угрозу миру несло бы обладание таковым оружием коммунистическим или неофашистским государством и отметил что мы (США, Великобритания, Канада) должны опираться на разительное превосходство, «чтобы иметь эффективные устрашающие средства против его применения или угрозы такого применения другими странами». Т. е. Черчилль выступил за «мир с позиции силы», при этом «забыв» упомянуть, что атомное оружие уже было применено «главным миротворцем планеты» Соединёнными Штатами против мирных жителей Хиросимы и Нагасаки.

После войны авторитет и влияние Советского Союза, коммунистической идеологии, коммунистических партий неимоверно выросли во всём мире. Это страшно не нравилось Черчиллю, другим заправилам капиталистического мира, особеннно британским политикам в связи с утратой Британской империей своего мирового статуса, который перешёл к США.

В странах Восточной Европы пришли к власти народно-демократические правительства, возросла роль коммунистических, рабочих и демократических партий. Эти страны установили дружеские отношения с Советским Союзом, тем более что народы этих стран были глубоко благодарны Красной Армии, освободившей их от коричневой чумы фашизма. (К сожалению, их потомки стали забывать об этом).

Черчилль заявил об установлении советской сферы влияния, о «железном занавесе», тень которого пала на Европу, о растущей коммунистической угрозе и заявил о том, что страны англоязычного мира должны взять на себя роль лидера западного мира в борьбе против этой угрозы. («Фултонская речь Черчилля»).

Фактически, Советскому Союзу была объявлена война, война «холодная».

Разумеется, Сталин не мог оставить без ответа эту антикоммунистическую речь господина Черчилля.

В интервью газете «Правда» от 14 марта 1946 г. Сталин отметил, что «по сути дела господин Черчилль стоит теперь на позиции поджигателей войны». Пролетарский вождь напомнил, что Гитлер дело развязывания войны начал с провозглашения расовой териии превосходства немецкой нации. Теперь такую же расовую теорию провозгласил Черчилль, «утверждая, что только нации, говорящие на английском языке, являются полноценными нациями, призванными вершить судьбы всего мира».

«Несомненно, что установка господина Черчилля есть установка на войну, призыв к войне с СССР», – отметил Сталин. И завершил своё интервью напоминанием о «военном походе «14 государств» против Советской России, провозглашённым в своё время Черчиллем, в котором интервенты были биты, выразив глубокую убеждённость в том, что «новый поход» против Восточной Европы», если его удастся организовать Черчиллю, завершится тем же.

Речь Черчилля была идеологическим обоснованием развязывания «холодной войны», прикрываемой рассуждениями Черчилля о мире.

Новая внешнеполитическая доктрина США, в русле развязывания «холодной войны», была изложена в речи президента США Гарри Трумэна, с которой он выступил перед обеими палатами Конгресса 12 марта 1947 г. Речь президента США получила название – «доктрина Трумэна».

Правительство США, президент Трумэн, также как и Уинстон Черчилль и правящие круги обеих стран «англоязычного мира», были чрезвычайно обеспокоены ростом авторитета СССР, ростом коммунистического влияния в мире.

Отметив вначале, что серьёзность положения заставила его явиться перед общим собранием конггрессменов, Трумэн мрачными красками обрисовал положение в Греции: «Греческое правительство работает в условиях хаоса… Греческая армия мала и плохо экипирована. Она нуждается в снабжении и воружении для того, чтобы восстановить власть правительства в Греции» («Начало Холодной войны. Доктрина Трумэна. План Маршалла»).

«Забота» президента США о греческом правительстве и греческой армии вытекала из того, что в Греции набирало силу партизанское движение, руководимое коммунистами и подпитываемое поставками из пограничных Албании, Югославии и Болгарии, где к власти пришли народно-демократические и коммунистические силы.

Признавая, что он предлагает вмешиваться во внутренние дела других стран, Трумэн пытался оправдать свою политику тем, что США должны вмешиваться в жизнь других народов якобы для того, чтобы помогать большинству против меньшинства. На самом деле, отмечает Д. Горовец в своей книге «Колосс свободного мира», США неуклонно поддерживают за границей имущих против неимущих, образующих явное большинство (там же).

Заявив, что «мир не стоит на месте и что статус-кво не нерушим», Трумэн дал понять, что США согласятся лишь с такими изменениями в мире, какие они считают правильными. Если, говорил он далее, США откажутся «от оказания помощи Греции и Турции в этот роковой час, то это будет иметь далеко идущие последствия для Запада, также как и для Востока». И Трумэн просил конгресс ассигновать на «помощь» этим двум государствам в течение 15 мес. 400 млн. долл.

Здесь мы видим налицо явное проявление великодержавного шовинизма и обоснование грубого вмешательства США в жизнь других народов и государств, несмотря на красивые слова заботы о мире и благополучии народов.

22 мая 1947 г. «доктрина Трумэна» вступила в силу. Конгресс, санкционируя вмешательство США во внутренние дела стран Ближнего Востока, одобрил поддержку Вашингтоном всех реакционных сил и режимов во всём мире. В соответствии с этой доктриной правительство Трумэна, в частности, решило оказать помощь Франции в её колониальной войне в Индокитае, что затем привело к агрессивной войне против Вьетнама, а ранее – против Кореи.

В Греции и Турции Вашингтон преследовал военно-стратегические и экономические цели, в их числе – укрепление позиций нефтяных монополий США на Ближнем Востоке, усиление военного влияния США в Средиземноморском бассейне.

Но в общем большом плане «холодной войны» основным полем действия в тот период Вашингтон считал Западную Европу, установление над ней финансово-экономического и военно-политического контроля, объединения западноевропейских стран на антикоммунистической основе, объединения, своим остриём направленным против СССР.

Этой цели служил «план Маршалла», с которым выступил государственный секретарь США Джордж Кэтлетт Маршалл 5 июня 1947 г. на выпускной церемонии в Гарвардском университете.

Этот план преподносился как программа экономического восстановления послевоенной Европы, находившейся в разрухе. Уинстон Черчилль назвал этот план «самым бескорыстным актом в истории», что отнюдь не соответствовало действительности, так как этот план был построен на трезвом расчёте интересов США. Сталин совершенно верно оценил данный план как план экономической экспансии американского империализма в Европу. СССР и восточноевропейские страны к плану Маршалла не присоединились.

США вышли из войны, чрезвычайно обогатившись. В стране назревал очередной кризис перепроизводства, надо было сбывать излишнюю продукцию на внешних рынках. Таким рынком и являлась Европа.

Как отмечает Александр Плащинский, план Маршалла является ярким примером американской экономической дипломатии, выраженной во внешней политике США в форме Программы восстановления Европы (ПВЕ) после второй мировой войны. (А.Плащинский «План Маршалла во внешней политике США»).

Американскую инициативу помнят за её «бескорыстие», но она не была ни наивной, ни пренебрегающей собственными интересами. План Маршалла был явным воплощением политики, проводимой именно в интересах Соединённых Штатов. Уилл Клейтон, бизнесмен и дипломат, которому, как считают, принадлежит эта идея, ратовал за неё в свете «потребностей и интересов народа Соединённых Штатов – нам нужны рынки, крупные рынки, чтобы покупать и продавать… дешевле защитить себя экономическими средствами, которых у нас более чем достаточно».

В период с 1948 по 1952 гг. план Маршалла являлся стержнем всей европейской политики США и способствовал реализации целей, заложенных в доктрине Трумэна, а содержавшиеся в ней требования значительной экономической и военной помощи Греции и Турции, народам которых якобы угрожала «потеря свободы», были концептуальной и практической подготовкой к осуществлению плана по созданию в 1949 г. НАТО. Он послужил первой важной ступенью атлантической интеграции, в которой США заняли доминирующую роль. Уже к 1951 г. план Маршалла фактически превратился в программу предоставления западноевропейским странам американской военной помощи – программу «Взаимного обеспечения безопасности».

Как отмечает американский исследователь Д. Гэддис «США взяли курс на глобальную экспансию уже после Второй мировой войны» (там же).

Американская внешняя политика формирования послевоенной системы международных экономических отношений включала в себя в качестве экономического компонента план Маршалла для стран Западной Европы, программу стабилизации для Японии, расширение американских капиталовложений в Латинской Америке, создание системы влиятельных международных экономических организаций – МВФ, ГАТТ, МБРР. США в рамках плана Маршалла целенаправленно использовали экономическую помощь с тем, чтобы стимулировать в политической сфере объединительные тенденции в Западной Европе и, преодолевая противоречия между европейскими национальными государствами укрепить, стабилизировать капиталистическую систему в целом.

План Маршалла способствовал достижению основополагающих целей Вашингтона по недопущению возникновения экономического кризиса внутри США в результате избытка произведенной в годы войны продукции, обеспечив её экспорт на ими же созданный западноевропейский рынок; восстановлению Западной Европы с целью формирования западного блока для борьбы с Советским Союзом; созданию мировой системы свободной торговли и мира «открытых дверей» и явился «поворотным моментом в истории для достижения американского лидерства в мире» (там же).

Завершение второй мировой войны привело к существенным изменениям международной обстановки и расстановки сил на международной арене. Лагерь социализма укреплялся, в Восточной Европе складывалась система народных демократий. В Западной Европе наблюдался тяжелейший экономический кризис, нарастала социальная напряжённость, росло влияние коммунистических партий и движений. Всё это вызывало тревогу правящих империалистических кругов США и Великобритании.

В этой связи для Соединённых Штатов оказание экономической помощи западноевропейским странам по плану Маршалла было прямой необходимостью, чтобы подчинить их своему политическому влиянию и не допустить распространения коммунизма на Западе.

Для США, вышедших из войны как неоспоримый лидер западного мира, были созданы все предпосылки для осуществления концепции «Pax-Americana», т. е. мира по-американски. Важной вехой на этом пути стал план Маршалла, в котором нашёл своё воплощение внешнеполитический курс Трумэна, а само осуществление программы европейского восстановления явилось неотъемлемой частью стратегии США в борьбе за завоевание господствующей позиции в мире.

Понятно, что для начала экономической и внешнеполитической экспансии США была необходима соответствующая идеологическая база, обосновывающая такую экспансию. Следовательно, нахождение внешней угрозы и «образа врага», посягающего на «свободу и мирные цели» Америки было необходимостью для администрации США, в том числе для утверждения плана Маршалла в конгрессе.

Такой угрозой стал Советский Союз и «угроза коммунизма», которые получили своё непосредственное закрепление в доктрине Трумэна. Поэтому между доктриной Трумэна и последующим возникновением плана Маршалла существовала теснейшая взаимосвязь; они были двумя сторонами одной медали американской внешнеполитической и внешнеэкономической деятельности.

В итоге борьба против СССР преломилась в идеологическом плане – как «крестовый поход» США против коммунизма, а в политико-экономическом – как создание единого западноевропейского блока государств с целью противостояния «советской угрозе», расширения рынка сбыта своих товаров и строительства «Pax-Americana».

Существует целый комплекс причин, которые вызвали к жизни план Маршалла.

Экономические причины являются наиболее очевидными – без процветания Западной Европы, важнейшего торгового партнёра США, было бы немыслимо процветание самой Америки. По мнению Вашингтона, политика оказания экономической помощи «автоматически увеличила бы благосостояние вовлечённых государств и обеспечила бы доминирующую позицию США». Американский экспорт в Западную Европу в два раза превышал импорт из неё самой, а из-за остсутствия долларов западноевропейские страны были не в состоянии заплатить за поставки американских товаров. Делалася вывод, что без восстановления экономики Западной Европы экономический кризис будет нарастать, что повлечёт за собой массовую безработицу в США, а также захват власти коммунистами в «дружественных» Америке странах.

План Маршалла был выдвинут как раз в тот момент, когда стала назревать угроза циклического экономического кризиса в США, так как начали исчерпывать себя временные факторы, поддерживающие на сравнительно высоком уровне производство в Штатах в течение первых послевоенных лет. Одним из таких факторов был сильно раздутый экспорт американских товаров.

Политические причины также совпадали с национальными интересами Соединённых Штатов и являлись одной из главных целей оказания помощи, так как посредством экономического восстановления планировалось извлечение политических дивидендов. Одним из них являлось создание и развитие блока государств, разделяющих с США идентичные политические, экономические и культурные ценности, которые по замыслу американских стратегов должны были «глубоко повлиять на развитие европейских стран в благоприятном (для США – Д. И.) направлении».

В геостратегическом плане американские лидеры также думали над тем, как «вытащить» восточноевропейские страны из советской сферы влияния. Это было одним из дополнительных мотивов предложения плана Маршалла в стремлении к достижению мирового лидерства. Американский дипломат Джордж Кеннан, известный как «архитектор холодной войны», сформулировавший её основные принципы в своей «Длинной телеграмме», заявлял по поводу плана Маршалла: «Двери для участия должны быть открыты для всех без исключения европейских стран, что будет означать полное объединение Европы… В конечном итоге Советам будет всё сложнее удерживать их под своим контролем». Джордж Маршалл заявил 14 февраля 1948 г.: «Мы можем прийти к выводу, что трудности и риск, связанные с программой помощи Европе, слишком велики, а поэтому ничего не стоит предпринимать. Но тогда, по моему мнению, следует ожидать, что вся Западная Европа попадёт в ту же сферу влияния, что и страны Восточной Европы. А это в свою очередь приведёт к тому, что Средний Восток и весь Средиземноморский бассейн будет ожидать та же участь. Британское содружество наций, оказывающее большое влияние на устойчивость всего мира и международной торговли, было бы поколеблено. Европейский континент перешёл бы под контроль строя, открыто враждебного нашему образу жизни и форме правления» (там же).

В долгосрочном плане все эти цели сводились к достижению победы в «холодной войне» и завоеванию мирового господства. Таким образом, план Маршалла, наряду с другими внешнеполитическими программами периода «холодной войны», представлял собой реальный инструмент Соединённых Штатов в противостоянии с СССР и строительстве «Pax-Americana».

Основной отличительной особенностью плана Маршалла было теснейшее слияние и взаимосвязь экономических и политических факторов, его породивших. В сущности, он являлся экономическим рычагом для проведения политической стратегии, заложенной в доктрине Трумэна.

В апреле 1948 г. Конгрес США подавляющим большинство принял Закон о европейском восстановлении. В этом же месяце была создана Организация по европейскому экономическому сотрудничеству (ОЕЭС, позже переименованная в Организацию экономического сотрудничества и развития – ОЭСР), которая осуществляла контроль за распределением средств и условиями их использования. ОЕЭС, как и план Маршалла, выполняла задачу «сдерживания коммунизма» на экономическом уровне, тогда как образование НАТО призвано было решить эту задачу на военно-политическом уровне.

Американская помощь поступала в различных формах: в виде безвозмездного дара в долларах, безвозмездного снабжения товарами, но в основном в форме кредитов. Общая сумма средств, израсходованных в рамках плана Маршалла с 3 апреля 1948 г. до 30 июня 1951 г. составила около 17 млрд. долл. В целом примерно треть импорта в рамках программы приходилась на сельскохозяйственную продукцию, но огромную роль также играл импорт средств производства. Примечательно, что значительная часть долларов, предназначенных на нужды помощи, осталась в Соединённых Штатах, так как министр сельского хозяйства США объявил, что избытки американской сельхозпродукции следует закупать в самих США.

Примерно две трети помощи в рамках плана Маршалла получили четыре страны: почти четверть пришлась на долю Великобритании, пятая часть – на долю Франции, и приблизительно по одной десятой части получили Италия и Западная Германия.

План Маршалла дал старт европейской интеграции. Этот аспект является одним из важнейших, в первую очередь для империализма США-НАТО. В то же время его непосредственным результатом стал раскол Европы на два противоборствующих лагеря. США получили мощного союзника в «холодной войне», что сыграло свою роль в глобальном противостоянии с СССР. Спустя 20 лет после принятия плана Маршалла в сенате США открыто признали: «План Маршалла положил основу Североатлантическому союзу».

После принятия доктрины Трумэна и плана Маршалла усилилась активность нефтяных монополий США на Ближнем Востоке. На следующий день после опубликования доктрины Трумэна, 13 марта 1947 г., было сообщено, что американские компании решили инвестировать 227 млн. долл. в нефтеносные земли Саудовской Аравии и строить нефтепровод из района этих земель до Средиземного моря длиной 1050 миль. 6 июля 1948 г. появилось сообщение о получении американцами большой концессии на добычу нефти в Кувейте. К арабской нефти начали проявлять интерес крупнейшие нефтяные монополии США. Вашингтон втягивал в «холодную войну» Западную Европу и Южную Америку, Ближний и Дальний Восток, придавал этой политике глобальный характер, углублял и обострял её.

Виктор Чибрикин в статье «Если доллар рухнет, он погребёт под собой весь мир», обращает внимание на ещё один аспект плана Маршалла. За годы второй мировой войны сумма бумажных денег в США увеличилась в 3,6 раза. США грозила инфляция, рост цен, снижение жизненного уровня народных масс. Вот эти лишние, напечатанные за годы войны деньги и были «сброшены» в Европу. Поскольку сброшенные в Европу деньги там и оставались, то даже возник термин «евродоллар». Таким образом, США экспортировали в Европу и Японию свою доморощенную инфляцию. Но это, отмечает автор, не слишком беспокоило европейцев, так как в соответствии с Бреттон-Вудской системой, доллар имел твёрдое золотое содержание: 35 долларов за одну тройскую унцию благородного металла и гарантии обмена долларов на золото. Кроме того, в законе о «помощи иностранным государствам», было положение о том, что 5 % от суммы «помощи» предназначаются местным администрациям. То есть осуществлялся открытый подкуп местной власти.

Впрочем, США так же действуют и сейчас, только с намного большим размахом и цинизмом, свергая неугодные им режимы и приводя в ряде государств к власти («арабская весна», «цветные революции», – к примеру) марионеточных подконтрольных им правителей, которым позволяется грабить свой народ, неукоснительно выполняя при этом указания Госдепартамента и ЦРУ США во имя интересов американских ТНК и ТНБ.

План Маршалла завершился 31 декабря 1951 г. Но денежный поток долларов из-за океана продолжался и составил в 1966 г. 54,6 млрд. долл., находящихся за пределами США.

От излишней долларовой массы стали освобождаться. Первой это сделала Франция, в которой на тот момент скопилось 1,5 млрд. долл. Президент Франции Шарль де Голль в феврале 1965 г. заявил, что его страна в международных расчётах переходит к реальному золоту. В соответвии с Бреттон-Вудским соглашением Франция потребовала обменять наличную у неё долларовую массу на золото, а когда янки попытались отказать в этом, то Франция заявила о выходе из военной структуры НАТО (в политической – осталась) и о выводе американских военных баз с территории страны.

Точно также, но без излишнего шума, обменяли и немцы (канцлер Людвиг Эрхард) наличную у них долларовую массу (более чем в три раза превышавшую французскую) на золото.

Золотой запас США, самый крупный в мире после войны, стал резко таять. В результате в 1971 г. президент США Ричард Никсон в одностороннем порядке объявил об отказе от обмена доллара на золото («Никсон-шок»). Бретттон-Вудская система начала трещать по швам и вскоре ей на смену пришла Ямайская валютная система.

Подводя итоги, можно отметить, что, несмотря на все негативные моменты и политическую заангажированность, план Маршалла сыграл свою роль в быстром восстановлении экономики послевоенной Европы, в повышении уровня жизни и благосостояния западноевропейцев, сформировав «общество потребления», помог Соединённым Штатам избежать послевоенного кризиса перепроизводства, закрепил за США роль бесспорного лидера Западного мира.

#### § 2. Деиндустриализация и реиндустриализация Запада

Но уже с середины 60-х годов в США, на Западе в целом начались процессы стремительного переноса производства в страны «третьего мира» (мировой периферии) или развивающиеся страны, как их сегодня называют. Этот процесс получил название деиндустриализация. Деиндустриализация началась в США и Англии, захватив Западную Европу (в меньшей мере эти процессы затронули Германию) и Японию. Цикл деиндустриализации развитых стран Запада продолжается уже 50 лет, отмечают экономические аналитики.

Евгений Пожидаев в статье «Реиндустриализуются США – возвращение гиганта» отмечает, что в эпоху Рейгана (1981–1989) и Буша-ст. (1989–1993) общая занятость увеличивалась в среднем на 1,4 % в год, но в промышленности шёл прямо противоположный процесс. Сталелитейная отрасль теряла ежегодно 6,1 % работников, металлообработка – 4,5 %, швейная и текстильная промышленность – 2 %, автомобилестроение и производство оборудования – 1,5 %. В итоге к началу правления Клинтона (1993 г.) было ликвидировано почти 2 млн. рабочих мест в обрабатывающих отраслях и почти полмиллиона – в горнодобывающих. В 1997 г. в американской промышленности было занято 17,5 млн. чел. Затем процесс принял обвальный характер, и в 2012 г. число занятых в промышленности составило всего 12 млн. чел. при общей численности занятых около 143 млн.

Между 1990 и 2008 гг. численность занятых в США увеличилась со 122 млн. до 149 млн. чел., отмечает тот же автор. Было создано 27 млн. рабочих мест. При этом 40 % пришлось на госсектор и здравоохранение. Остальное было создано в основном в розничной торговле, строительстве, гостинничном и ресторанном бизнесе. К 2008 г. (году начала крупнейшего финансово-экономического кризиса) в американском здравоохранении трудилось 16 млн. чел., больше чем в промышленности, а в госсекторе 22 млн., почти на 40 % больше, чем в здравоохранении. В рамках экспортного сектора промышленность уступала сфере услуг.

В городе Детройте, ещё недавно промышленном гиганте Америки, символе автомобильной промышленности США, население с 1950 г. уменьшилось в два раза. Разрушены театры, библиотеки, школы, коими раньше славился Детройт. Зияют битыми стёклами офисы компаний «Аэрокар», «Бьюик», «Каддилак», «Форд». У «Дженерал Моторс» сохранилось только одно офисное здание… Детройт – индикатор общей деиндустриализации Америки.

А. Вассерман и Н. Латыпов в статье «Деиндустриализация Запада или тактическое самоубийство стратегических возможностей» приводят высказывание доктора наук Юрия Громыко: «Деиндустриализация происходит тотально. Уничтожаются и схлопываются целые мультисистемы высокотехнологической мыследеятельности, например, в США разваливается хвала и гордость американской промышленности General Motors. Этот процесс деиндустриализации связан с тем, что деньги не вкладываются в воспроизводство инженерно-технической и социальной инфраструктуры. Основным механизмом получения прибыли является спекуляция ценными бумагами в hedge funds. Третичная денежная семиотика (ценные бумаги и дериваты) оказывается полностью оторвавшейся самодостаточной счётностью от процессов социального и инженерно-технического воспроизводства. Денежные заместители не являются показателями стоимости».

Бумажная экономика давно уже подменяет собой реальную, отмечается в статье «Деиндустриализация США, дряхлеющий людоед в цифрах и фактах» (2015 г.). Уже в далёком 1968 г. США стали потреблять больше, чем создают, в первую очередь, за счёт сокращения инвестиций в инфраструктуру реального сектора.

В 1985 г. сбережения ушли в чистый минус, и финансовая система США стала существовать исключительно за счёт остального мира. Распад СССР и социалистического лагеря только лишь отсрочил крах финансовой пирамиды. И далее США отодвигают этот крах с помошью непрерывных войн, «цветных революций» и т. п.

Деградация экономики США, подчёркивает автор вышеуказанной статьи, хорошо видна на таком ключевом показателе реального сектора, как энергозатраты промышленности на душу населения. В 2008 г. они составляли лишь 66,9 % от уровня 1973 г. Фактически это говорит не о росте, а о сокращении реальной экономики. Это касается и Запада в целом. С середины 70-х годов до середины 80-х валовой национальный продукт т. н. «постиндустриальных» стран вырос на 32 %. Но это спекулятивный пузырь, бумажки, ведь потребление электроэнергии при этом на всём Западе выросло всего на 5 %. Не на конной же тяге и на ручном труде наращивалось производство!?

Производство цемента на душу населения составляло в 1973 г. 366 кг, в 2008–285 (78 %). Новые поколения в США не обеспечены продуктивными рабочими местами. Они вынуждены искать спасения в финансовых спекуляциях и в террористических войнах американской империи, как современники Атиллы и Чингисхана…

Многие годы США ввозят блага безвозмездно, ничего (кроме своих бумажных долларов) не отдавая поставщикам на обмен. В 1980 г. США безвозмездно ввезли товаров на сумму 19 млрд. 407 млн. долл., в 2008 – на 698 млрд. 802 млн. долл. Своё производство давно не способно обеспечить всё растущие аппетиты американцев, как это было некогда у кочевников Золотой Орды.

Весовой показатель экспорта из США в тоннах в 2015 г. равнялся его реальному весу в 1915 г.! То есть, уже в 1916 г. американцы вывозили больше грузов (в тоннах), чем в настоящее время. При этом бумажная стоимость экспорта в сопоставимых ценах выросла в 20 раз!

Только с 1980 по 1985 гг. (т. е. всего за 5 лет), было закрыто 250 текстильных предприятий, после чего лёгкой промышленности в США… не стало совсем! Люди, которые всё меньше производят, зарабатывают при этом всё больше. Разница же берётся из колониальных (неоколониальных, если быть точнее) грабежей всего «нецивилизованного» мира.

Так, весь мировой ВВП в 1993 г. был равен 23 трлн. долл., из них 18 трлн. приходилось на страны Запада (НАТО), а 5 трлн. – на весь остальной мир. То есть, 20 % населения имеет почти в 4 раза больше денег и платёжных возможностей, чем остальные 80 %. Причина проста. Доллар США навязали всем, а право печатать его имеется только у одной страны. И вышло: одному нужно каждый доллар полить реками трудового пота, или даже крови, другому – только включить печатный станок (ФРС США).

Процессы деградации США лучше всего иллюстрирует положение дел в сталелитейной отрасли. Общеизвестно, что «металл» – это хлеб индустрии, как цемент – хлеб строительства. Когда-то США производили половину металла всей планеты. В 1973 г. выплавка стали на душу населения США составляла 646 кг, в 2008 – всего 303 кг (47 %).

Уже в далёком 1981 г. в автомобильной промышленности, чёрной металлургии и текстильной промышленности США были ликвидированы десятки крупнейших предприятий. В сталелитейной промышленности США с 1978 по 1987 гг. было ликвидировано более 700 заводов, цехов, участков, на 25 % сократился станочный парк в металлообрабатывающих отраслях. Ликвидация техники в «структурно-депрессивных» отраслях достигла огромных масштабов. Только в алюминиевой промышленности США она к началу XXI века составила около 2/3 стоимости всего оборудования.

Идеологи деиндустриализации объясняли это тем, что «крупномасштабное техническое перевооружение в США, Японии, Великобритании и Германии сопровождается массовой ликвидацией устаревших неперспективных предприятий и производств», что сокращения последних десятилетий якобы «направлены на структурную перестройку экономики на основе ресурсосберегающих и новейших технологий, широкой компьютеризации, а также новых систем управления, включающих повышение роли и ответственности региональных властей». Однако эта «структурная перестройка» и «внедрение новейших технологий» привели к тому, что многие потребители в США начали закупать турецкую и мексиканскую арматуру, которая ниже по цене и выше по качеству американской. В последнее время постоянно жалуются на импорт американские трубопрокатные компании, особенно выпускающие продукцию нефтегазового назначения.

А. Никонов, ультралиберал, сделавший карьеру на воспевании либеральной рыночной «демократии», так описывает своё путешествие по США в 2015 г.: «Здесь архаичная электрическая сеть в 110 вольт. В Нью-Йорке архаичное паровое отопление. Подчёркиваю: не водяное, а паровое! То есть по трубам циркулирует не вода, температуру которой можно задать в зависимости от погоды, а пар, температура коего всегда выше 100 градусов. Холоднее пара не бывает! Соответственно, батареи Манхетенна всегда раскалены и реально обжигают при касании, а поскольку зима тут мягкая, подобная температура батарей избыточна, и жителям при потеплении приходится открывать форточки, чтобы не задохнуться. В дополнение ко всему пар в батареях звенит и грохочет. А поменять ничего нельзя – весь город менять придётся… США до сих пор никак не могут перейти на общемировую метрическую систему, пользуясь фаренгейтами, милями, галлонами и фунтами… в Нью-Йорке отвратительное старое метро – оно осталось от древних времён». А ведь Никонова заподозрить в антиамериканских настроениях невозможно, однако он и через свои розовые очки смог рассмотреть всё это. (Из той же статьи).

Палата представителей конгресса США признала: ситуация с потреблением героина в их стране чудовищна. Говорят о героиновой эпидемии: «С 2008 по 2012 год употребление героина в США подскочило на 63 %. Ввоз наркотиков в Соединённые Штаты, только на юго-восточной границе возрос за тот же период более чем на 200 %». По сведениям Центра по контролю и профилактике заболеваний в США, с 2002 по 2013 год смертность от героиновых передозировок в стране возросла в три раза. При этом львиная доля эпидемии «торчков» – это молодёжь. А главная причина молодёжной наркомании, это бесперспективность их только что начавшейся жизни.

«У дряхлеющего мирового гегемона, – пишет автор статьи, – напоминающего растленный и агрессивный Древний Рим времён его предсмертного упадка, на всём лежит печать крайнего внутреннего неблагополучия, старательно замазываемого косметическими средствами оголтелой пропаганды и добычей от грабительских набегов со всего мира».

По словам Сергея Глазьева, советника президента РФ по вопросам региональной экономической интеграции, «Россия – самый большой донор западной экономики. От нас, в том числе через нелегальную утечку капитала, к ним на подпитку поступило более триллиона долларов и более половины наших промышленных активов сегодня принадлежат иностранцам». Россия, Китай, другие страны, хранящие колоссальный внешний долг США в своих золотовалютных резервах, по сути, держат на плаву американскую экономику и американский доллар.

По данным Cia World Factbook, США занимают 37-е место по уровню оказания медицинской помощи и 72-е по общему уровню здоровья. Америка находится на 41-м месте в мире по уровню детской смертности (самый плохой показатель среди развитых стран) и на 45-м – по продолжительности жизни. США, – единственная промышленно развитая нация, которая не гарантирует своим гражданам ни бесплатной медицины, ни даже системы медицинского страхования. Миллионам американцев медицинские услуги просто недоступны из-за чрезвычайного роста стоимости, особенно в последнее время. Бюро переписи населения США опубликовало данные, согласно которым в 2009 г. не имели медицинской страховки 50,7 миллиона жителей – или 16,7 % населения. Ещё для 30 % медицинская помощь оказывается в неполном объёме. По данным доклада Института медицины, опубликованому в 2004 г., отсутствие медицинского страхования служит причиной 18 тысяч смертей ежегодно. По аналогичным исследованиям Гарварда (2009 г.), цифра составляет 44 800 дополнительных смертей. В конце 2009 г. (а потом данные засекретили) «Нью-Йорк Таймс» сообщила, что 10 % в США голодают и остро нуждаются в продуктовых карточках. При этом «количество получающих продуктовые карточки американцев неуклонно растёт». Среди голодающих много детей. («Деиндустриализация США…»).

И всё же лидером деиндустриализации была Великобритания. За три десятилетия (1980–2010) британская промышленность сократилась на две трети. Масштаб разрушения индустрии превосходит любое другое развитое государство мира.

Пол Кеннеди, автор исторических бестселлеров, в 50–60-е годы рос на берегах Тайна (реки, на которой стоит Ньюкасл). Он вспоминает: «Это был мир шума и грязи». Основной производственной отраслью там было судостроение. Отец и дяди Кеннеди работали котельщиками в Уоллсенде. Вот что рассказывает Пол: «От производства товаров люди испытывали чувство глубокого удовлетворения. Причём это касалось и тех, кто предоставлял услуги – будь то местные банковские служащие или дизайнеры. Когда Swan Hunter спускала на воду новое судно, все ребята из местной школы приходили, чтобы посмотреть на творение своих отцов. Когда мы смотрели через решётку забора, каждый видел дядю Мика, дядю Джима или своего папу. Это чувство единого, созидающего товарищества было удивительным». («Западная Европа: Деиндустриальная революция», 2011 г.).

Сейчас в Уоллсенде нельзя заметить ни одного спускающегося на воду или хотя бы строящегося корабля. Гигантская верфь Swan Hunter закрыта несколько лет назад. На её месте осталась только грязная пустошь.

Сейчас самый большой промышленный объект на одном из бывших предприятий Ньюкасла, это химчистка. На другом – склад с изоляционными материалами. Директор одной из всё же сохранившихся фабрик Том Кларк говорит: «В радиусе нескольких миль от нас не производится вообще ничего». Работающий с 16 лет на его фирме Pearson Engineering 51-летний инженер-гальваник Билли Дэй говорит, что его 23-летний сын Уильям сидит без работы, несмотря на все попытки устроиться. С гибелью местной промышленности не так-то легко найти себе работу. «Неудивительно, что молодым ребятам нечем заняться. Мы потеряли целое поколение», – говорит Дэй.

И такая картина по всей стране – на северо-западе, в Мидлендсе, в старых промышленных кварталах Лондона. Но на северо-востоке, где раньше добывали уголь, плавили сталь, спускали на воду корабли и делали многое другое, этот упадок представлен в наиболее концентрированном виде.

Этот процесс, названный деиндустриальной революцией, привёл к тому, что целые производящие регионы и классы выброшены на обочину.

Причина происшедшего совершенно ясна – это погоня крупных транснациональных корпораций за получением максимальной прибыли и сверхприбыли. В развивающихся странах, куда переносилось производство, стоимость сырья, рабочей силы были намного ниже, чем на индустриальном Западе; требования к экологическим стандартам также были исключительно льготными.

Безудержная погоня за сверхприбылью и обусловила процесс деиндустриализации.

Известный международный финансовый спекулянт Джордж Сорос так объяснял эти процессы, введя понятие рыночного фундаментализма: «Именно рыночный фундаментализм сделал систему мирового капитализма ненадёжной. Однако такое положение дел возникло сравнительно недавно. В конце второй мировой войны международное движение капитала было ограничено, в соответствии с решениями, принятыми в Бреттон-Вудсе, были созданы международные институты с целью облегчения торговли в условиях отсутствия денежного капитала. Ограничения были сняты постепенно, и только когда примерно в 1980 г. к власти пришли Маргарэт Тетчер и Рональд Рейган, рыночный фундаментализм стал господствующей идеологией. Именно рыночный фундаментализм предоставил финансовому капиталу управляющее и руководящее место в мировой экономике…» (по материалам статьи А.Вассермана, Н.Латыпова «Деиндустриализация Запада…»).

Рыночный фундаментализм основан на вере в «чудесную невидимую» руку рынка. Мол, она сама всё отрегулирует. Всё должно проходить на фоне свободной и ничем не ограниченной конкуренции. Ничто – ни государство, ни международное сообщество – не должно вмешиваться в экономику. Она сама собою найдёт лучший образ действия. Впрочем, эти постулаты соросовского «открытого общства» и «невидимой руки рынка» в первую очередь внедрялись в мышление населения стран экс-СССР и бывшего соцлагеря. Внедрялись для открытия рынков этих стран и свободного проникновения западного капитала на эти рынки. В транснациональных корпорациях и банках применяются самые жёсткие методы планирования, только, в отличие от советского планирования, они направлены на извлечение максимальной прибыли и сверхприбыли.

Названные Соросом лидеры и стали главными могильщиками инудстриального развития своих стран. В Великобритании во времена Маргрэт Тетчэр, в США при Рональде Рейгане насаждалась идеология постиндустриализма: времена тяжёлой промышленности прошли, мы живём в такое время, когда упор надо переносить в работе с рук на голову. А заодно рекламировалось и либертарианство – учение о благотворности неограниченной рыночной свободы: задача правительства в области экономики состоит в том, чтобы не мешать, максимально самоустраниться; нужно максимально открыть рынок для всех желающих со всего света – в конкурентной борьбе экономика страны только выиграет.

Но как может выиграть экономика страны с высоким уровнем зарплаты, с жёсткими экологическими нормами и т. п., когда по ту сторону границы, в Третьем мире – копеечная зарплата, дешёвое сырьё и экология значения не имеет. Вот туда и перекочевали британские, американские и многие европейские «мастерские». Новым хозяевам мировых «мастерских» так было выгодно.

Новая либеральная экономика основана на финансовых спекуляциях, самодостаточности финансового капитала.

Как отмечает Евгений Пожидаев, следствием деиндустриализации США стало:

Во-первых, отставание американского экспорта, который хотя и быстро рос, от импорта. Американская промышленность всё более проигрывала внутренний рынок и не могла компенсировать этот проигрыш на рынке внешнем – сальдо торговли промышленными товарами, составлявшее в 1992 г. минус 2 %, в 2008 г. составило минус 8 %.

Следствием стало стремительное ухудшение торгового баланса. Торговый баланс США дефицитен с 1976 г. Однако ещё в 1997 г. дефицит составлял всего 100 млрд. долл., что в масштабах американской экономики малосущественно. Но затем начался его фантастический рост. К 2000 г. он приближается к 400 млрд. долл., в 2007–2008 гг. составлял уже около 700 млрд. долл.

Начал стремительно расти и внешний долг США. В 1989 г. он составлял 2,7 трлн. долл., в 2001–5,7 трлн., в 2011–15 трлн., в 2012–16,55 трлн. долл.

Во-вторых, деиндустриализация привела к «мутации» внутреннего спроса. Реальная заработная плата, достигнув максимума в 1970-х, снизилась к середине 1990-х, и после краткого роста во второй половине 90-х – начале «нулевых», упала до прежнего уровня. В итоге рост благосостояния и внутреннего спроса обеспечивался за счёт всё более доступных кредитов. Итогом стала крайняя закредитованность населения, обременённого долгами, и коллекция «плохих» долгов на руках у банков.

Зарплаты в сфере услуг в среднем почти в полтора раза ниже, чем на производстве. Квалифицированного рабочего сложнее заменить, чем официанта, в сфере услуг распространена временная и частичная занятость, гигатский рост которой наблюдался последние десятилетия, профсоюзное движение развито слабее. В итоге сжатие промышленности сопровождалось стагнацией или снижением реальной заработной платы.

В-третьих, деиндустриализация в значительной мере породила рост социального неравенства, наблюдавшийся в США с 1980 г. Тогда наиболее обеспеченный 0,1 % населения получал чуть более 1 % национального дохода, сейчас он получает 5 %. Уровень неравенства в целом соответствует 1920-м годам. Причины – уже упомянутая специфика труда в сфере услуг и, на политическом уровне, отсутствие многочисленного и сплочённого боевого пролетариата.

В-четвёртых, деиндустриализация неизбежно ведёт к появлению пузырей (на фондовом, ипотечном рынке и т. д.) и перекосов в банковской сфере, к раздуванию объёма спекулятивного капитала на финансовых рынках. Неизбежным результатом этого стал финансово-экономический кризис 2008 г.

В связи с происходящими процессами, порождёнными деиндустриализацией, ряд экономистов, журналистов, политиков забили тревогу.

В январе 2004 г. помощник министра финансов в администрации Рейгана Пол Крейг Робертс и либеральный сенатор-демократ из Нью-Йорка Чарльз Шамер опубликовали в New York Times статью «Вторые мысли о свободной торговле». В статье обращалось внимание на то, что США вступили в новую экономическую эру, в которой американские рабочие сталкиваются с «прямой глобальной конкуренцией почти на каждом уровне рабочих мест – от оператора станка до программиста и аналитика Уолл-стрит. Любой работник, чьё рабочее место не требует ежедневного личного общения, теперь оказывается под угрозой вытеснения работником с меньшей зарплатой и равной квалификацией, находящимся от него на расстоянии в тысячи миль. Американские рабочие места уводятся не конкурирующими иностранными компаниями, а транснациональными корпорациями, сокращающими расходы путём переноса операций в страны с низкой оплатой труда». Робертс и Шамер поставили под сомнение состоятельность взглядов экономистов о том, что вывод рабочих мест в другие страны является всего лишь операцией взаимовыгодной свободной торговли, относительно которой нет никаких оснований для беспокойства.

Вызов, брошенный Робертсом и Шамером так называемому «глобализму свободной торговли», вызвал фурор. Либеральная вашингтонская фабрика мысли, Институт Брукинса, организовал в Вашингтоне конференцию, чтобы авторы статьи могли объясниться. Робертс и Шамер задавали тон конференции, и когда до аудитории, состоящей из вашингтонских политических деятелей и экономистов, дошло, что с политикой офшоринга (переноса производства и вывода рабочих мест за границу) что-то может быть не так, в ответ на вопрос о последствиях вывода рабочих мест в страны с недорогой рабочей силой Робертс сказал: «Через 20 лет США будут страной Третьего мира» (прошу обратить внимание на дату – 2004 год!).

Прошло всего 10 лет, а США уже всё больше и больше напоминают страну Третьего мира, отмечается в статье «Деиндустриализация Америки» (2014 г.), откуда я привёл оценку Робертса и Шамера происходящих в США процессов, связанных с деиндустриализацией. Такие великие города Америки как Детройт, Кливленд, Сент-Луис потеряли от 1/5 до ¼ своего населения. В апреле 2013 г. Правовой проект национальной занятости сообщил, что с 2007 по 2012 годы реальный средний доход домохозяйств упал на 10 %. Если кто-то считает, что проблемы нет, что «Америка – богатейшая страна в мире; даже у американских малоимущих есть телевизоры, и они могут покупать подержанные автомобили за 2 тыс. долларов», то необходимо принять к сведению изданный недавно доклад ФРС о том, что 2/3 американских домохозяйств не в состоянии набрать 400 долл. наличными, не продав имущество или не заняв у родственников или друзей.

Крайне тревожны перспективы трудоустройства, с которыми сталкиваются нынешние американцы. Выпускники американских вузов заняты (если они вообще заняты) не в качестве разработчиков ПО и менеджеров, а в качестве официанток и барменов. Они не зарабатывают достаточно на независимое существование, и живут дома со своими родителями. Половина из имеющих кредиты не могут их обслуживать. 18 % находятся в процессе взыскания либо просрочки платежа. Остальные 34 % имеют студенческие займы, в отношении которых принято решение об отстрочке или отказе от применения принудительных мер.

Офшоринг рабочих мест путём снижения затрат на оплату труда и повышение корпоративных прибылей обогатил руководителей и крупных акционеров корпораций, но потеря миллионов хорошо оплачиваемых рабочих мест сделала миллионы американцев мобильными в нисходящем направлении.

С октября 2008 г. по июнь 2014 г. население трудоспособного возраста выросло на 13,4 млн. чел., но численность экономически активного населения в США увеличилась только на 1,1 млн. То есть, уровень безработицы среди прироста трудоспособного населения за указанный период составил 91,8 %. Нелепицей является и мнение о том, что обильное соцобеспечение позволяет людям не работать. Как отмечается в статье, продуктовые талоны в этот период были урезаны вдвое, пособия по безработице, как и разнообразные социальные услуги – сокращены. Так что жизнь на соцобеспечении составляет тяжкое испытание.

Бюро переписи населения говорит о том, что 43,6 млн. американцев в настоящее время проживают в условиях нищеты, что является самой высокой цифрой за 51 год, что ведётся учёт, – такие данные приведены в статье «Деиндустриализация Америки» (2010 г.).

6,2-процентный уровень безработицы в США вводит в заблуждение, так как не учитывает отчаявшихся работников, которые бросили попытки трудоустройства и выбыли из состава рабочей силы, потому что нет рабочих мест, которые можно было бы найти. По расчётам Джона Уильямса из Shadowstats.com истинный уровень безработицы в США должен составлять 23,2 %. Эта цифра согласуется с резким падением доли экономически активного населения.

Через 10 лет после того, как Робертс и Шамер забили тревогу, США превратились в страну, в которой нормой для рабочих мест стала низкоплачиваемая неполная занятость.

Рост доходов и богатства 1 % населения имеет место за счёт ограбления, а не производительной экономической активности.

Игорь Захаров в статье «Что с нами произошло – курс США и Европы – реиндустриализация?» считает, что процесс деиндустриализации Запада начался в 1960-е годы после прогнозов Римского клуба о скором истощении ресурсов, что привело к резкому возрастанию их стоимости и вынудило корпорации переносить своё производство в страны с относительно дешёвыми ресурсами.

Если в 1950-е годы 40 % мирового производства товаров приходилось на американскую экономику, то в XXI в. США столкнулись с драматической потерей рынков в ряде отраслей, в частности, в производстве стали, автомобилей, цветных телевизоров, компьютерных чипов…

Французский историк и антрополог Эммануэль Тодд в исследовании «После империи. Pax Americana – начало конца» ещё в 2002 г., говоря о США, отметил, что «страна инженеров и рабочих превратилась в страну маклеров и спекулянтов». А в интервью японской газете «Асахи», данном уже после избрания Трампа президентом США, Тодд констатирует, что кризис американской модели усилился. Неолиберальная политика и глобализация привели к разрушению американской производственной базы, засилью финансового капитала и уровню социального неравенства, неприемлемого даже для США. («Америка возвращается на круги своя»).

О. Дьяченко и Е.Зарубежнов в статье «Мировые тренды реиндустриализации» отмечают, что господство праволиберальной идеологии привело к недопустимой оторванности финансовой сферы от реального производства. Сегодня всего 2–3 % существующих в мире денег связаны с материальным производством, а остальные обслуживают виртуальный финансовый капитал.

Не сработала эффективно и концепция Иозефа Шумпетера о «креативной деструкции». Предполагалось, что деиндустриализация приведёт к сокращению инвестиций, оттоку капитала в более прогрессивные отрасли хозяйства и созданию новых рабочих мест. Сервисные сектора, обслуживающие потребности умирающего производства, также ощутили волны деиндустриализации. В исследованиях американских учёных в середине 1980-х годов отмечалось, что при потере 1000 рабочих мест в промышленности, экономика также лишается 1000 рабочих мест в сервисном секторе. Постиндустриальная формула о том, что производственные рабочие, не найдя спроса на свой труд, подстроятся под рыночные требования и перейдут в интеллектуальную сферу, оказалась неверной, не связанной с реальной жизнью. Наоборот, эти процессы привели к утрате 32 млн. рабочих мест, отмечают исследователи.

Прогрессирующая деиндустриализация и перспективы потери промышленной конкурентоспособности стали вызывать растущее недовольство и беспокойство, отмечает Владимир Кондратьев в статье «Возвращение производства или новая индустриализация Запада».

На повестку дня встала тема реиндустриализации – восстановление утраченной промышленной базы на новой технологической основе. Важность реиндустриализации, по мнению американских экспертов, обусловлена тем, что именно обрабатывающая промышленность предоставляет высокооплачиваемые рабочие места, в наибольшей степени генерирует коммерческие инновации, позволяет сократить бюджетный дефицит и платёжный баланс, а также обеспечивает экологическую устойчивость экономического развития.

Курс на реиндустриализацию получил ускорение в западных странах после кризиса 2008–2009 гг. Многие государства стали искать дополнительные источники экономического роста и создания рабочих мест. Возросший интерес к политике индустриализации совпал с усилением конкуренции со стороны развивающихся стран.

Правящая американская элита начала осознавать, что деиндустриальные тенденции не позволяют эффективно и в полной мере воспроизводить и преумножать транснациональный капитал. Старая экономическая модель себя изживает, проявляются и обостряются новые противоречия общественного развития, которые трудно разрешить без обновлённого промышленного базиса.

Так, Барак Обама заявил в 2010 г. о необходимости реиндустриализации экономики США за счёт повышения доступности и удешевления энергоносителей, а также возврата (решоринга) обрабатывающих производств в США.

Опрос, проведенный экспертами The Boston Consulting Group среди крупного американского бизнеса в конце 2013 г. показал, что более 50 % американских IT-производителей с годовым оборотом более 1 млрд. долл. собирались вернуть производственные мощности из Китая в США, или активно изучают этот вопрос. Исследователи из Boston Consulting даже придумали новый термин для наблюдаемой тенденции: решоринг – процесс возврата ранее выведенных за рубеж производств.

Эксперты Американской торговой палаты в Китае сообщили, что американские корпорации сокращают инвестиции в экономику Китая. Основной причиной снижения инвестиционной активности является снижение темпов роста китайской экономики. «С замедлением экономики КНР изменяется и модель поведения инвесторов», – утверждает председатель Американской торговой палаты Грег Гиллан (см. Игорь Цесельский «США и ЕС. Реиндустриализация»).

Большую роль в процессе реиндустриализации США сыграло удешевление энергоносителей, произошедшее благодаря разработке месторождений сланцевого газа на основе применения новых технологий, что позволило добывать сланцевый газ в промышленных масштабах.

Альберт Плакс, отмечает Игорь Захаров в своей статье, приводит информацию об этом ресурсе: «Общие потенциальные запасы горючих сланцев в мире на сегодня оценены в 650 трлн. т. Основные месторождения – около 430–450 трлн., т. е. около 70 % мировых запасов – сосредоточены в США… На сегодняшний день разведанные запасы сланцевого газа составляют 24 трлн. куб. м (технически извлекаемые – 3,6 трлн. куб. м)».

Важной проблемой является пока опасность загрязнения окружающей среды, особенно подземных вод, но развитие технологий в области добычи газа не прекращается.

В статье «Немцев пугает вызванная сланцевым газом реиндустриализация США» (05.04.2013, http://www.dw.de/) Андрей Турков пишет, что «немецкий бизнес боится, что дешёвая энергия в США приведёт к переносу промышленных производств из Германии за океан». «Громче всего бьют тревогу химики, для которых газ – сырьё». «Химия, машины, компьютеры – всё это сейчас вновь производят в Америке. Дешёвый природный газ привлекает всё новых и новых инвесторов», – отмечает, к примеру, газета Frankfurter Allgemeine. Она сообщает, что в США в строительство новых промышленных предприятий, расширение действующих и в возобновление производства на закрытых ранее фабриках уже инвестировано не менее 80 млрд. долл. «Китай был вчера, сегодня концерны предпочитают вкладывать деньги в США» – пишет газета Die Welt и подчёркивает, что возрождение американского производства обеспечили три фактора: относительно низкий курс доллара, умеренные зарплаты и в значительной мере именно дешёвая энергия. По данным портала Focus Online, один только американский химический гигант Dow Chemical ежедневно потребляет в качестве углеводородного сырья и энергоносителя примерно столько же природного газа, сколько вся Австралия. В такой ситуации дешевизна газа, а он стоит сейчас в США в разы меньше чем в Европе, существенно повышает глобальную конкурентоспособность корпорации. «Сланцевый газ меняет соотношение цен и тем самым обостряет конкуренцию между двумя индустриальными центрами – Америкой и Европой», – убеждён Райнер Зеле, глава нефтегазовой компании Wintershall, стопроцентной дочки германской BASF. На её годовой пресс-конференции он привёл данные исследования Citibank, согласно которому промышленное производство в США теперь всего на 7 % дороже, чем в Китае и на целых 15 % дешевле, чем в ФРГ». Все прогнозы европейцев пока сдерживаются прежней политикой Европы, которая ориентировалась на возобновляемые «чистые» источники энергии.

За 2000–2010 годы средний темп роста производительности в США достиг 5,2 %, что выше, чем у большинства промышленно развитых стран. В то же время США стали одной из немногих стран, где затраты на единицу произведенной продукции за 10 лет фактически сократились на 10 % (в долларах).

Американское правительство предполагает, что возврат промышленных производств обеспечит создание 2,5–5 млн. новых рабочих мест. Причём, как отмечают исследователи, эти предприятия ориентированы на высококлассных специалистов, что противоречит политике сдерживания роста зарплаты.

Появление Трампа на политической арене США и обусловлено процессами реиндустриализации, начало которым положила предыдущая американская администрация во главе с Бараком Обамой.

Разумеется, с процессами реиндустриализации и решоринга не всё так однозначно.

Так уже неоднократно упоминаемые нами авторы Дьяченко и Зарубежнов показывают, ссылаясь на данные Евростата, что за последние 15 лет (с 2000 г.) Китай превратился в мировой центр машиностроения, обогнав по валовому производству машиностроительной продукции США более чем в 2 раза и почти приблизившись к ЕС. А вот по производительности труда в машиностроении Китай всё ещё отстаёт от ЕС в 2 раза, от США – в 4,5 раза, хотя и этот разрыв постепенно сокращается.

С. Побываев и С. Толкачёв отмечают, что объёмы решоринга пока что не носят масштабного характера и особенных беспокойств по поводу возвращения производств обратно в США у стран-реципиентов (прежде всего Китая) не вызывают, по крайней мере, в краткосрочной перспективе. Но есть некоторые опасения по поводу продолжения высокотехнологичного трансфера и относительно долгосрочной перспективы. Такие выводы были сделаны группой учёных из Шанхайского университета в работе «Влияние реиндустриализации США на китайскую обрабатывающую промышленность». Так что о реиндустриализации как магистральном пути развития США, несмотря на наметившиеся тенденции, пока говорить рано.

Но при этом, продолжают вышеуказанные аналитики, следует обратить внимание на два обстоятельства: огромный научно-технический и технологический потенциал США (46 % их промышленного экспорта составляет высокотехнологичная продукция) и исключительно высокую производительность труда занятых в промышленности США.

В своей статье «Реиндустриализация в США и ЕС» они приводят следующий пример. В 2010 г., когда процесс реиндустриализации ещё не обрёл значимых масштабов, объём добавленой стоимости в обрабатывающей промышленности США составил 1,86 трлн. долл., в Китае – 1,92 трлн. Но при этом в Китае для этого выпуска использовалось в десять раз больше рабочей силы, чем в США, а ассортимент продукции был в основном представлен ширпотребом. То есть, можно сделать вывод, что производительность труда в обрабатывающей промышленности США в 2010 г. примерно в 10 раз превосходила производительность труда в Китае.

Одним из важнейших факторов переноса производства в развивающиеся страны были низкие трудовые издержки, по сравнению с развитыми странами. Но за последние 15 лет среднечасовые ставки заработной платы росли на 15–20 % в год, что существенно подорвало конкурентоспособность страны в трудоёмких отраслях, отмечает В.Кондратьев в статье «Возвращение производства, или новая индустриализация Запада». Если в 2000 г. часовые ставки заработной платы в развивающихся странах составляли 2 % от уровня США, то к 2015 г. они достигли 9 %. Но, тем не менее, в одиннадцать раз ниже, чем в США. Так что основа для дальнейшего переноса производства в страны мировой периферии и, соответственно, для торможения процесса решоринга, всё ещё очень значительная.

Перегруппировка промышленных сил за океаном побудила управляющие структуры ЕС к реиндустриализации.

В 2012 г. министры промышленности пяти европейских стран заявили: «Наш будущий успех зависит от наличия сильной, диверсифицированной и устойчивой модели роста, где промышленность играет ключевую роль. Обновлённая и усовершенствованная промышленная база сделает реальный сектор лидером экономического восстановления Европы». А в январе 2014 г. Европейская комиссия выпустила специальное коммюнике «Европейский промышленный ренессанс», в котором призвала принять срочные меры для реиндустриализации Европы. «Сегодня Европа восстанавливается после самой продолжительной в своей истории рецессии, которая подчеркнула важность сильного промышленного сектора для обеспечения устойчивости экономики», – сказано в документе. К 2020 г. Евросоюз намерен довести долю промышленности в ВВП с 15 % до 20 %, и упор при этом делается именно на отрасли hi-tech. В частности, вернуть свои производства на территорию Старого Света планируют такие промышленные гиганты как Philips, Siemens, Alcatel-Lucent, Ericsson, – пишет Игорь Цесельский в материале «США и ЕС. Реиндустриализация».

Финская компания Nokia, потерявшая свой бизнес по производству мобильных телефонов, анонсировала новую стратегию развития, согласно которой приоритетом для новой Nokia будет производство телекоммуникационного оборудования, создание карт местности и геолокационных сервисов, разработка и лицензирование новых технологий.

Производство любого высокотехнологичного продукта не существует само по себе. К нему обязательно прилагается производство комплектующих, а также «инженерные гнёзда» НИОКР (научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы). Причём всё это взаимосвязано. Где автомобилестроение, там и литьё, и высокоточная механическая обработка. Где производятся смартфоны и планшеты, там и микроэлектронные заводы, и производители дисплеев, и штамповка пластмассовых корпусов. Если какое-то конечное производство выводится за рубеж, то постепенно туда перемещаются и поставщики компонентов, и наоборот, – пишет Игорь Цесельский.

Российская «Газета. Ru» приводит такой пример: когда 40 лет назад американские компании начали выводить производство электронных устройств в Азию, вряд ли кто-то ожидал, что через какое-то время там окажется и центр разработки и производства важных компонентов будущих гаджетов – аккумуляторов. Размещение производств на заводах тогда малоизвестных японских компаний в конечном итоге привело к тому, что НИОКР переместились в Японию, а потом в Южную Корею и Тайвань. Поскольку потребители требовали, чтобы новые компьютеры и телефоны были всё более лёгкими, компактными и мощными, нужны были новые аккумуляторы. В результате Азия стала лидером в разработке и производстве компактных литий-ионных аккумуляторов, которые изначально были придуманы в США.

Теперь и в Европе, и в США «вспомнили», что промышленность – это источник не только новых рабочих мест, но и инноваций. По данным McKinsey, именно на промышленность приходится 89 % затрат частного бизнеса на НИОКР в Германии и Южной Корее. Для Китая и Японии этот показатель составляет 87 %, для Мексики – 69 %, для США – 67 %.

Инновации – это маршрут от рождения идеи до её практической реализации. Для сложной продукции (телеком-оборудования, дисплеев и т. п.) переход от НИОКР к собственно производству – очень сложный процесс, требующий чёткой координации работы тех, кто придумал, и тех, кто будет это производить. Если инженер не понимает, как устроено производство, он не сможет ничего разработать.

Отсюда возникает потребность, чтобы научно-исследовательские центры и центры производства находились рядом – инженер должен доходить до завода пешком, а не лететь для этого в другую страну. А значит, как только «синие воротнички» оказываются в Китае, там же оказываются и «белые воротнички», отмечают многие исследователи. Исключений тут не так уж и много – например, Apple смогла оставить своих ведущих разработчиков в Америке, а Nokia – в Финляндии. Но инженеры, работающие не с конечными продуктами, а с комплектующими, всё равно оказались в Азии.

В то же время и о рабочих местах забывать не стоит. В уже упоминавшемся коммюнике «Европейский промышленный ренессанс» подчёркивалось, что развитая промышленность не только служит для экономического роста, но и позволяет создавать новые рабочие места. Почти 25 % рабочих мест в Европе в частном секторе, прежде всего высококвалифицированных, создаются промышленными предприятиями. И каждое новое рабочее место в промышленности создаёт 0,5–2 новых рабочих места в других секторах экономики.

Между тем, не терял зря время Китай, который за прошедшие десятилетия многому научился у европейцев и американцев, прежде всего в IT-производстве.

Первыми на мировой рынок IT-продукции вышли компании Huawei и ZTE, добившиеся признания на рынке телекоммуникационного оборудования. Всего за пару лет они из аутсайдеров стали значимыми игроками рынка, в том числе и в сегменте конечных пользовательских устройств. Необходимо вспомнить и про компанию Lenovo, ставшую № 1 на мировом рынке ПК и занявшую 5-е место по всемирным продажам смартфонов (данные на 2013 г.). Как отмечает Игорь Цесельский, ПК-бизнес Lenovo начался с покупки соответствующего подразделения компании IBM. Но в дальнейшем китайские инженеры решили отказаться от американского качества и технологичности в пользу дешевизны, и это позволило Lenovo успешно «оседлать» общемировой тренд по переходу с десктопов на ноутбуки.

Сейчас «идут в наступление» уже другие китайские IT-компании (Meizu, Oppo, OnePlus, Xiaomi и др.). Их приоритеты – не Северная Америка и Европа, а рынки стран СНГ и Третьего мира, то есть те, где присутствует высокий спрос именно на бюджетные устройства, выпускать которые так хорошо умеют китайцы. Иначе говоря, высокую маржинальность (прибыльность) смартфонов и планшетов ведущих брендов они заменяют на большой оборот, который дают бюджетные аппараты с низкой маржинальностью, но выпускаемые в колоссальных объёмах.

Заканчивается второе десятилетие XXI в., а «информация, знания, креативные идеи» так и не отодвинули на второй план в хозяйственном развитии природный газ, нефть, горючие сланцы и др. С каждым годом борьба за энергетические ресурсы становится всё жёстче, в неё вовлекаются новые участники. Противоречия между Китаем, США и ЕС можно объяснить стремлением к монополизации высокотехнологичных ниш в областях критических технологий (живые системы, медицина, биохимия, генетика, химические технологии, наноматериалы, космические технологии, технологии автоматизации производства и др.). Все мировые игроки понимают: кто первый займёт эти конкурентные позиции, тот и будет принимать решения о распределении и присвоении большей части глобального капитала.

Без обеспечения энергетической безопасности построение высокотехнологичной промышленной инфраструктуры также невозможно.

В связи с этим выстраиваются новые геополитические и экономические альянсы, меняются привычные правила игры – разворачивается новая война за глобальные рынки труда, факторы производства, энергоресурсы. В этой войне применяются самые разные инструменты: от военных действий, насилия, политических и экономических блокад и санкций до войн скрытого характера – информационных, сетевых…

#### § 3. Финансовый капитал и финансовая олигархия

В исследовании данного вопроса вновь обратимся к профессору Катасонову, его книге «Империализм как высшая стадия капитализма. Метаморфозы столетия (1916–2016)», к тем разделам работы, где он рассматривает вопросы о роли финансового капитала в современном мире.

В 2011 г. были обнародованы результаты исследования группы учёных Швейцарского федерального технологического института в Цюрихе. Швейцарские учёные поставили задачу прояснить вопрос о том, насколько взаимосвязаны элементы мировой экономики, выявить вертикальные и горизонтальные связи компаний и других субъектов мировой финансово-экономической деятельности, ответить на вопрос, есть ли у мировой экономики «ядро» или она представляет из себя аморфную массу.

Компьютерной обработке подверглась информация, касающаяся 37 миллионов компаний и инвесторов по всему миру. Отбросив мелкие компании, осталось 43 тысячи транснациональных корпораций и банков (ТНК и ТНБ). В них было выявлено «ядро» из 1318 корпораций и банков, на которые приходилось 20 % совокупных продаж всех компаний. В ходе исследования выяснилось, что каждая компания, входившая в указанное «ядро», участвовала в капитале в среднем ещё 20 компаний, контролировавшие в совокупности около 60 % мирового ВВП.

Дальнейший анализ позволил швейцарским учёным внутри «большого ядра» из 1318 ТНК и ТНБ обнаружить ещё одно «ядро», состоявшее всего из 147 транснациональных корпораций и банков.

Было выяснено, что все эти 147 компаний самым тесным образом связаны друг с другом через взаимное участие в капиталах. И, во-вторых, большую часть этого «малого ядра» (75 %) составляют банки, страховые общества и финансовые компании. В списке этого подлинного «ядра» мировой экономики значатся крупнейшие мировые банки: на первом месте – Barclays, там же на первых строчках фигурируют JPMorgan Chase, UBS AG, Merrill Lynch, Deutsche Bank, Goldman Sachs и др. (исследование отражает ситуацию по состоянию на 2007 г., т. е. до мирового финансово-экономического кризиса).

По оценкам швейцарских учёных, указанное «малое ядро» контролирует 40 % мировых активов, в том числе 90 % в банковском секторе. Данное «малое ядро» получило название «Комитет-147» – «суперсубъект», управляющий мировой экономикой, финансами, политикой.

По мнению ряда исследователей, внутри данного «ядра» идёт непрекращающаяся борьба за влияние, за контроль над мировыми активами и ресурсами. На самом верхнем уровне иерархии идёт непрерывное противоборство между кланами Ротшильдов и Рокфеллеров (ряд исследователей считают, что над этими кланами стоит клан Барухов, старейший клан еврейских финансистов венецианского присхождения с четырёхсотлетней историей.). На последующих уровнях – свои участники противоборств, тяготеющие к одному из кланов мировых финансистов.

Но как отмечает Катасонов, швейцарские учёные ещё раз «открыли» то, что экономистам давно было известно. А именно, все указанные банки, входящие в состав «суперсубъекта» мировой экономики, входят в состав акционеров Федеральной резервной системы (ФРС) США.

В 2011 г. был проведен частичный аудит ФРС, в результате которого было выявлено, что в период последнего финансового кризиса Федеральный резерв раздал крупнейшим американским и зарубежным банкам кредиты на сумму 16 триллионов долларов.

А именно: Citigroup – 2500 млрд. долл., Morgan Stanley – 2004, Merril Lynch – 1949, Bank of America – 1344, Barclays PLC – 868, Bear Sterns – 853, Goldman Sachs – 814, Royal Bank of Scotland – 541, JP Morgan – 391, Deutsche Bank – 354, UBS – 287, Credit Swiss – 262, Leman Brothers – 183, Bank of Scotland – 181, BNP Paribas – 175. При этом надо отметить, что целый ряд получателей кредитов – не американские, а зарубежные банки: английские Barclays PLC, Royal Bank of Scotland, Bank of Scotland; швейцарские Credit Swiss и UBS, немецкий банк Deutsche Bank, французский BNP Paribas. Указанные банки-«нерезиденты» получили от ФРС США более 2,5 трлн. долл.

ФРС, обладая монопольными правами на «печатный станок», (на эмиссию денег), и раздал эти деньги банкам, входящих в «суперсубъкт», банкам, являющихся акционерами (т. е. хозяевами) Федерального резерва. К их числу относятся, по мнению Катасонова, и вышеуказанные иностранные (неамериканские) банки.

Также Катасонов предлагает нам взглянуть на вершину мировой пирамиды крупнейших корпораций и банков мира согласно спискам американского журнала «Форбс».

Ежегодно этот журнал составляет рейтинги двух тысяч крупнейших корпораций и банков мира – Forbes 2000. При составлении рейтингов учитываются четыре показателя деятельности компаний: выручка (продажи), прибыль, активы, рыночная капитализация.

В 2012 г. были приведены списки Forbes 2000 по состоянию на 2011 г.

Совокупные показатели 2 тысяч крупнейших компаний следующие:

– 36 трлн. долл. выручки (+12 % к предыдущему году),

– 2,64 трлн. долл. прибыли (+11 %).

– 149 трлн. долл. – активы, которыми управляли компании (+8 %),

– 37 трлн. долл. – рыночная капитализация (-0,5 %).

В рейтинг вошли компании из 66 стран, на 4 больше, чем в предыдущем году. Больше всех компаний в рейтинге представлено США – 524 компании, далее следуют: Япония – 258 компаний, Китай – 136, Великобритания – 93, Южная Корея – 68, Индия – 61. Из России в состав списка вошло 28 компаний, в том числе 4 из них оказались в первой сотне крупнейших компаний мира: «Газпром» – 15 место, «Лукойл» – 68, «Роснефть» – 71, Сбербанк – 90.

Несмотря на все потрясения в период кризиса, в списке доминировал финансовый сектор, занимая 478 позиций, т. е. почти четверть всех крупнейших компаний мира. Вторым по значимости был сектор нефтегазовый – 131 участник списка.

Рассматривая же группу из 25 крупнейших компаний мира, т. е. «ядро» мировой экономики, выясняется, что в этой группе представлено 11 финансовых компаний, 9 – нефтегазовых и 5 – прочие сектора. Несколько лет подряд, отмечает Катасонов, лидерами в этом списке были банки: американский JP Morgan Chase и HSBS Holdings – английский (точнее, эти банки числятся как американский и английский – по месту нахождения их штаб-квартиры, но по сфере деятельности – это крупнейшие транснациональные банки, которые осуществляют финансовые операции в десятках стран мира), попеременно занимая первое место. Но в рейтинге 2011 г. на первое место вышла нефтегазовая корпорация Exxon Mobil со следующими показателями (млрд. долл.): выручка – 433,5; прибыль – 41,1; активы – 333,1; капитализация – 407.

А вот список 11 крупнейших финансовых компаний, входящих в топ-25:

1. JP Morgan Chase (2 место в общем списке, США),

2. ICBC (Industrial &Commercial Bank of China (5, Китай),

3. HSBS (6, Великобритания),

4. Berkshire (8, США),

5. Wells Fargo(9, США),

6. China Construction Bank (13, Китай),

7. Citigroup (14, США),

8. Agricultural Bank of China (19, Китай),

9. BNP Paribas (20, Франция),

10. Bank of China (21, Китай),

11. Banko Santander (23, Испания).

Как видно, в группе лидеров преобладают банки США и Китая – по 4, по одному банку представляют Великобританию, Францию и Испанию. Все эти банки являются международными транснациональными корпорациями, значительная или даже большая часть операций которых осуществляется за пределами страны «прописки» (регистрации) материнской (холдинговой) компании.

В то же время, по мнению Катасонова, списки журнала «Форбс» явно занижают реальное место и роль финансовых институтов в современной экономике. Так, многие корпорации, числящиеся промышленными, торговыми или оказывающими услуги, также занимаются масштабными финансовыми операциями. В составе таких промышленных или торговых холдингов создаются и действуют банки, страховые общества, лизинговые компании и т. д.

Профессор предлагает оценивать корпорации по такому показателю, как активы. Почему? По его мнению, показатель выручки (продаж) зависит от специфики отрасли. В частности, торговля характеризуется высоким уровнем продаж при сравнительно скромных значениях трёх других показателях. Капитализация компании (рыночная капитализация – показатель, определяемый рыночной ценой выпущенных и находящихся на руках акционеров обыновенных акций; подсчитывается путём умножения числа находящихся на руках акционеров акций на текущую рыночную цену акции) подвержена разного рода рыночным манипуляциям. То же самое касается и прибыли, которую кампании зачастую занижают для сокрытия значительной её части в «тихих гаванях», т. е. в офшорах.

А вот активы компании подкрутить намного сложнее. Этот показатель наиболее объективно показывает реальную мощь той или иной транснациональной корпорации или банка.

И Катасонов приводит показатель активов 11 банков, входящих в топ-25. Итак:

1. JP Morgan Chase – 2 трлн. 265,8 млрд. долл.

2. ICBC – 2 трлн. 039,1 млрд. долл.

3. HSBS – 2 трлн. 550,0 млрд. долл.

4. Berkshire – 392,6 млрд. долл.

5. Wells Fargo – 1 трлн. 313,9 млрд. долл.

6. China Construction Bank – 1 трлн. 637,8 млрд. долл.

7. Citigroup – 1 трлн. 873,9 млрд. долл.

8. Agricultural Bank of China – 1 трлн. 563,9 млрд. долл.

9. BNP Paribas – 2 трлн. 539,1 млрд. долл.

10. Bank of China – 1 трлн. 583,7 млрд. долл.

11. Banko Santander – 1 трлн. 624,7 млрд. долл.

Итого, на 11 финансово-банковских участников топ-25 приходится 19 трлн. 384,5 млрд. долл. активов или, округлённо, 19, 4 трлн. долл. Этот показатель существенно превышает ВВП США, составивший около 15 трлн. долл. в 2011 г. Только одна компания имеет относительно скромные активы, (впрочем, превышающие активы лидера списка Forbes 2000 – Exxon Mobil) это Berkshire – финансовая (инвестиционная) компания, принадлежащая американскому миллиардеру Уоррену Баффету. Она – единственный субъект, не являющийся кредитной организацией. Остальные – банки.

Совокупные активы 9 нефтегазовых компаний составили, по данным «Форбс», 2 трлн.493,1 млрд. долл. Совокупные активы оставшихся 5 компаний были равны 1 трлн. 736,3 млрд. долл. В сумме совокупные активы всех компаний топ-25 составили 23 трлн. 613,9 млрд. долл.

В итоге, на банки в топ-25 пришлось 82 % всех активов.

Да и по средним активам банки намного превосходят остальных участников топ-25. Активы одного банка, входящего в это «ядро» мировой экономики составляют в среднем 1 трлн. 762,4 млрд. долл., одной компании нефтегазового сектора – 277 млрд. долл., одной компании других секторов – 347, 2 млрд. долл.

Вот реальное, решающее место в мировой экономике крупнейших банковских, финансовых институтов. Отсюда вытекает и их решающее место в мировой политике.

Профессор на этом не остановился. Он обратил своё внимание и на банки, входящие в топ-100 Forbes 2000. Там он обнаружил ещё десяток банков за пределами топ-25, активы которых намного превосходят активы лидера списка Exxon Mobil. Вот этот выборочный список (перед названием банка – место в общем рейтинге):

39. ING Group – 1 трлн. 653,0 млрд. долл.

52. Deutsche Bank – 2 трлн. 809,4 млрд. долл.

53. Barclays – 2 трлн. 452,2 млрд. долл.

64. Sumitomo Mitsui Financial – 1 трлн. 654,9 млрд. долл.

77. Goldman Sachs Group – 923,2 млрд. долл.

83. Bank of America – 2 трлн. 129,0 млрд. долл.

90. Sberbank – 282,4 млрд. долл.

94. Societe Generale – 1 трлн. 531,1 млрд. долл.

98. Mizuho Financial – 1 трлн. 934,4 млрд. долл.

100. Morgan Stanley – 749,9 млрд. долл.

Из списка видно, что Deutsche Bank и Barclays по своим активам превосходят активы банковского лидера JP Morgan Chase. Именно вся указанная троица банков присутствует в списке «суперсубъекта», вычисленного швейцарцами. Любой банк из топ-100 на голову превосходит по показателям активов крупнейшие нефтегазовые компании, кроме российского Sberbankа, который на фоне западных или китайских банковских гигантов выглядит лилипутом.

Итак, обладая колоссальными финансовыми активами, банки правят как мировой экономикой, так и политикой. Именно на монополии «печатного станка» ФРС зиждется так называемая «гегемония США» в мире. Добавим сразу же к этому, что монополия «печатного станка» подкрепляется вооружёнными силами США, чтобы держать в узде тех, кто попытается подвергнуть сомнению эту монополию или, уж тем более, свергнуть её.

Интересно отметить, что по итогам 2017 г. в десятку крупнейших банков мира по активам входят 4 банка КНР, занимая первые четыре строчки рейтинга, 3 банка США и по одному – от Японии, Великобритании и Франции. Это банки:

1. Industrial and Commercial Bank of China – 3 трлн. 473 млрд. долл.

2. China Construction Bank – 3 трлн. 016 млрд. долл.

3. Agricultural Bank of China – 2 трлн. 816 млрд. долл.

4. Bank of China – 2 трлн. 604 млрд. долл.

5. The Bank of Tokyo-Mitsubishi UFJ – 2 трлн. 589 млрд. долл.

6. JP Morgan Chase – 2 трлн. 490 млрд. долл.

7. HSBS – 2 трлн. 374 млрд. долл.

8. BNP Paribas – 2 трлн. 190 млрд. долл.

9. Bank of America – 2 трлн. 187 млрд. долл.

10. Wells Fargo – 1 трлн. 930 млрд. долл.

http://www.bankiglobal.ru/banki-mira/433-krupnejjshie-banki-mira-po-aktivam-2017.html/


И по рыночной капитализации в десятке крупнейших банков мира по итогам 2017 г. также лидируют банки Китая – 4 банка, 4 банка США и по одному – от Великобритании и Японии:

1. Industrial and Commercial Bank of China – 281,2 млрд. долл.

2. China Construction Bank – 225,8 млрд. долл.

3. JP Morgan Chase – 208,1 млрд. долл.

4. Bank of China – 199,1 млрд. долл.

5. Bank of America – 190,3 млрд. долл.

6. Agricultural Bank of China – 188,6 млрд. долл.

7. Citigroup – 178,3 млрд. долл.

8. Wells Fargo – 171,3 млрд. долл.

9. HSBS – 138,0 млрд. долл.

10. The Bank of Tokyo-Mitsubishi UFJ – 135,9 млрд. долл.

http://www.bankiglobal.ru/banki-mira/434-krupnejjshie-banki-mira-po-rynochnojj.html


Но возвращаемся к финансовому капиталу и роли банков в современном мире. Возникает вопрос – а кто же правит банками, кто является акционерами акционеров Федерального резерва?

К настоящему времени сформировалось «ядро» банковской системы США из 6 банков. «Большая шестёрка» включает в себя: Bank of America, JP Morgan Chase, Morgan Stanley, Goldman Sachs, Wells Fargo, Citigroup. Они занимают первые строчки американских банковских рейтингов по таким показателям как величина капитала, контролируемые активы, привлечённые депозиты, капитализация, прибыль.

Основная часть капитала «большой шестёрки» банков находится в руках так называемых институциональных акционеров – разного рода финансовых компаний. Среди них есть и банки, т. е. имеет место перекрёстное участие в капитале.

Количество институциональных акционеров на начало 2015 г. в «шестёрке банков» в среднем превышало одну тысячу. Среди них достаточно чётко выделяется группа крупных инвесторов (акционеров), имеющих более 1 % капитала каждый. Таких акционеров насчитывается от 10 до 20. Причём во всех этих банках в группе крупных инвесторов фигурируют одни и те же компании и организации. К ним относятся: Vanguard Group, State Street Corporation, FMR (Fidelity), Black Rock, Northern Trust, JP Morgan Chase. Фигурирующие в финансовой отчётности ведущих американских банков институциональные акционеры – различные финансовые компании и банки. Отдельный учёт ведётся в отношении таких акционеров как физические лица и взаимные фонды. В целом ряде банков Уолл-стрит заметная доля акций принадлежит работникам этих банков, в первую очередь ведущим менеджерам. Что касается взаимных фондов (mutual funds. Взаимный фонд или Фонд взаимных инвестиций – портфель акций, отобранных и приобретённых профессиональными финансистами на вложения многих тысяч мелких вкладчиков. К началу нынешнего века в США уже функционировало несколько тысяч взаимных фондов. К 2000 году в рамках взаимных фондов было открыто 164,1 млн. счетов, т. е. около двух на семью. Эти фонды создаются банками, а также финансовыми холдингами), то многие из них находятся в сфере вляияния тех же институциональных акционеров, о которых шла речь выше.

Так, например, в состав десяти крупнейших взаимных фондов-акционеров банка Goldman Sachs (по состоянию на 31 декабря 2014 г.) входило три фонда, находящиеся в сфере влияния финансовой корпорации Vanguard Group. Это Vanguard Total Stock Market Index Fund, Vanguard 500 Index Fund, Vanguard Institutional Index Fund. Доля Vanguard Group в акционерном капитале Goldman Sachs составляла 4,90 %. А три взаимных фонда, находящихся в системе этого финансового холдинга, дают дополнительно ещё 3,59 %. Таким образом, позиции Vanguard Group в банке Goldman Sachs определяются долей в 8,49 %.

Возникает вопрос: достаточно ли нескольких процентов участия в акционерном капитале, чтобы эффективно управлять банком? Здесь необходимо участь три момента, отмечает Катасонов, а именно.

Во-первых, в ведущих американских банках уже давно нет крупных акционеров. Формально, в шести ведущих банках США нет ни одного акционера, доля которого превышала бы 10 %. В среднем на каждый банк из этой шестёрки приходится примерно одна тысяча институциональных акционеров, то есть на долю каждого из них выпадает в среднем 0,1 % капитала. Но реально этот процент ниже, так как имеются ещё взаимные фонды, учитываемые отдельно, и многие тысячи физических лиц. В случае банка Goldman Sachs в руках физических акционеров находится около 7 % акционерного капитала. Наконец, часть акций находится в свободном обращении на фондовом рынке. Применительно к Goldman Sachs это около 25 % всего акционерного капитала. С учётом факта распыления акционерного капитала среди десятков тысяч держателей бумаг, становится понятным, что владение даже 1 % акций банка Уолл-стрит является очень мощной позицией.

Во-вторых. За несколькими (или многими) формально самостоятельными акционерами может стоять один и тот же «хозяин» (его принято называть «конечным бенефициаром», т. е. выгодополучателем). На примере банка Goldman Sachs видно, что хозяева финансового холдинга Vanguard Group участвуют в капитале данного банка как напрямую, так и через взаимные фонды, находящиеся в сфере влияния указанного холдинга.

При этом нельзя сбрасывать со счетов и акционеров-физических лиц. Их «вес» намного выше, чем их доля в акционерном капитале, поскольку это высшие менеджеры, которых ставят на должности (нанимают) хозяева банков.

В-третьих, есть определённая категория акционеров, влияние которых на политику банка намного выше, чем их доля в акционерном капитале, по той причине, что они владеют так называемыми «голосующими» акциями. В то время как другие акционеры владеют т. н. «привилегированными» акциями, которые дают владельцу такую привилегию как получение стабильного (фиксированного) дивиденда, но при этом лишают их владельца права голоса на собраниях акционеров. А обладание решающим голосом для банков Уолл-стрит имеет гораздо большее значение, чем привилегия получения гарантированного дохода.

Почти во всех американских банках главными акционерами являются финансовые компании, о которых мировые СМИ упоминают крайне редко. Если названия ведущих банков Уолл-стрит сегодня известны многим людям, даже далёким от мира денег и финансов, то названия финансовых холдингов, владеющих большими пакетами акций этих банков, говорят о чём-то только узкому кругу финансистов. А ведь именно эти холдинги и контролируют финансовую систему США и ФРС.

К примеру, инвестиционный фонд Franklin Templeton Investments скупил долговые бумаги Украины в объёме 7–8 млрд. долл. и активно участвует в экономическом удушении «незалежной». Сам же данный фонд является дочерней структурой финансового холдинга Franklin Resources Inc., который является акционером банка Citigroup (доля 1,24 %) и банка Morgan Stanley (1,40 %).

По мнению аналитиков, акционерное «ядро» банков Уолл-стрит составляют всего лишь четыре финансовые компании. Другие компании-акционеры либо не относятся к категории ключевых акционеров, либо прямо или через цепочку посредников контролируются всё той же «большой четвёркой».

Итак, ведущими институциональными акционерами главных банков США являются финансовые холдинги:

• FMR (Fidelity) – 4,90 трлн. долл. контролируемые активы (оценка; по состоянию на апрель 2014 г.), 41 тыс. сотрудников.

• Black Rock – 4,57 трлн. долл. (конец 2013 г.), 11400 сотрудников.

• Vanguard Group – 3,00 трлн. долл. (осень 2014 г.), 12 тыс. сотрудников.

• State Street Corporation – 2,35 трлн. долл. (середина 2013 г.), 29500 сотрудников.

Оценки величины активов, находящихся под управлением данных финансовых компаний, являющихся акционерами главных банков США, достаточно условны и периодически пересматриваются. В некоторых случаях они включают лишь собственные активы компаний, в других случаях – также активы, передаваемые компаниям в трастовое управление.

В любом случае, конролируемые активы данной «большой четвёрки» впечатляют.

По состоянию на осень 2013 г. по величине активов на первом месте находился китайский банк Industrial and Commercial Bank of China (ICBC) с активами 3,1 трлн. долл. Максимальные активы в банковской системе США на тот момент имел Bank of America – 2,1 трлн. долл. За ним следовали такие американские банки как Citigroup – 1,9 трлн. долл. и Wells Fargo – 1,5 трлн. долл.

Примечательно, что триллионными активами финансовые холдинги «большой четвёрки» ворочают при использовании достаточно небольшого числа сотрудников. При совокупных активах почти в 15 трлн. долл., число их сотрудников не дотягивает до 100 тысяч. Для сравнения: численность сотрудников лишь в банке Citigroup составляет около 250 тыс. чел., в Wells Fargo – 280 тыс. чел. По сравнению с финансовыми холдингами, банки Уолл-стрит выглядят «рабочими лошадками».

Финансовые холдинги специализируются на приобретении по всему миру пакетов акций компаний разных отраслей экономики. Многие из них учреждают различные инвестиционные фонды, в т. ч. взаимные фонды; осуществляют управление активами клиентов на основе договоров траста и т. д.

И далее Катасонов анализирует деятельность финансовых холдингов «большой четвёрки», находящихся на вершине мировой финансовой пирамиды.

Вкратце приведём данный анализ.

FMR (Fidelity)

Полное название компании Fidelity Management and Research. У компании, по экспертным оценкам, самые большие активы среди всех хозяйствующих субъектов (банков, компаний, фондов) в мире. По своему «калибру» (величине активов) её можно сравнить лишь с такими институтами как Федеральная резервная система США или Народный банк Китая (их валюта баланса составляет 4–5 трлн. долл.). Во всех справочниках значится как американская транснациональная корпорация. Штаб-квартира – Бостон, штат Массачусетс, США.

Основана компания в 1946 г. Основатель – Эдвард Джонсон (Edward C. Johnson II). В первые годы её существования компанией владели единолично основатель Эдвард Джонсон и члены его семьи. Затем часть капитала перешла в руки её сотрудников.

FMR оказывает два основных вида услуг – брокерские и размещение средств в интересах североамериканских инвесторов через созданные взаимные фонды и другие свои «дочерние» и «внучатые» структуры. Имеет очень разветвлённую сеть фондов и корпораций по всему миру.

Председателем и исполнительным директором (CEO) долгое время оставался сын основателя компании Edward Johnson III. Затем бразды правления взяла в свои руки его дочь Абигель.

Fidelity – яркий пример компании, находящейся на высшем этаже мировой финансовой иерархии. Она через покупку акций (особенно голосующих) контролирует гигантские публичные компании США и других стран мира, но при этом сама не является публичной, т. е. её акции (паи) не обращаются на фондовой бирже. Фамилия Эдварда Джонсона и его дочери Абигель постоянно фигурируют в списках самых богатых людей планеты журнала «Форбс». Однако они находятся далеко не на первых строчках рейтингов, которые учитывают лишь собственный капитал миллиардера. А вот по показателю активов, котрые ими контролируются, они бы могли претендовать на титул чемпионов. Сильные мира сего уже давно не ориентируются на максимизацию собственного капитала. Их гораздо больше интересует величина контролируемых активов, по принципу – «Контроль важнее собственности». Борьба и конкуренция между «хозяевами денег» идёт за максимально эффективное использование каждого собственного доллара в целях усиления своего экономического и политического влияния. Впрочем, отдельные конспирологи полагают, что Эдвард и Абигель Джонсоны – лишь номинальные фигуры, за которыми стоят другие лица, реальные «хозяева денег», которые используют FMR лишь в качестве ширмы. Есть подозрение, что FMR фактически контролируется другим участником «большой четвёрки» – компанией Vanguard Group.

Название Fidelity ассоциируется со всемирно известной компанией Google. FMR – крупнеший акционер Google, прямо или косвенно контролирующая 7 % её акций.

На территории только лишь США FMR (Fidelity) имеет без малого 200 подразделений, ею также создано 565 паевых инвестиционных фондов. Если предположить, что каждое подразделение и каждый фонд, входящие в империю Fidelity, приобретают акции в среднем 100 компаний и банков, то получим картину финансового спрута, который контролирует деятельность примерно 75 тысяч компаний и банков.

Мощной является зарубежная империя FMR. Она включает наличие представительств, филиалов и дочерних компаний в 23 странах мира, где трудится в общей сложности около 4 тыс. чел. В 10 странах мира действуют компании FMR по управлению активами (Лондон, Люксембург, Франкфурт, Париж, Токио, Гонконг, Бомбей, Сеул, Сингапур, Сидней).

По данным NASDAQ, FMR на конец 2014 г. инвестировала в акции 2817 компаний. Среди них такие гиганты, как Apple, Facebook, Microsoft, Google и др.; сделала вложения во все банки «большой шестёрки» за исключением Goldman Sachs. Общая сумма вложений в пять банков составила 30,3 млрд. долл.

Black Rock

Некоторые эксперты считают, что компания Black Rock (Чёрная скала) стоит на первом месте среди финансовых холдингов мира. В частности, Катасонов приводит отрывок из статьи Елены Лариной «Войны Уолл-стрит» (13 мая 2015 г.), в которой Ларина пишет: «за спиной всем известных уолл-стритских банков стоят ещё более мощные и бесконтрольные структуры. Это – компании по управлению активами. Крупнейшая и наиболее загадочная из них – корпорация Black Rock во главе с Ларри Финком. В настоящее время под её управлением находятся активы – в подавляющей части акции компаний – на сумму более 4,5 трлн. долларов США. Чтобы оценить масштабы господства, можно привести лишь одну цифру – капитализация компаний, включаемых в индекс S &P 500 составляет чуть более 36,5 трлн. долл., т. е. Black Rock контролирует немалую часть копоративной Америки».

Black Rock (BR) – международная инвестиционная компания со штаб-квартирой в Нью-Йорке. Она самая молодая из «большой четвёрки» – основана в 1988 г. За короткий промежуток времени компания стала глобальной, имеющей 21 инвестиционный центр, 70 офисов в 30 странах и клиентов в 100 странах мира.

В отличие от «семейной» компании FMR (Fidelity), Black Rock является публичной корпорацией и её акции торгуются на бирже.

Примечательно, что из «большой четвёрки» BR является компанией с наименьшим числом сотрудников – всего 11,5 тыс. чел. В расчёте на одного сотрудника Black Rock приходится более 400 млн. долл. управляемых активов. Это недосягаемый для других компаний и организаций финансового сектора США показатель.

Как и другие компании «большой четвёрки», Black Rock участвует в капитале ведущих банков Уолл-стрит. Но аппетиты компании распространяются и на банки Европы. В 2009 г Black Rock приобрела компанию Barclays Global Investors за 13,5 млрд. долл. Это свидетельствует об очень тесных отношениях между BR и ротшильдовским банком Barclays, занявшим, между прочим, первое место в рейтинге Швейцарского технологического института.

Позиции Barclays на момент мирового финансового кризиса были потрясающими. В 2007 г. Barclays был самым крупным институциональным инвестором в Bank of America, JP Morgan Chase, Citigroup, Bank of New Jork Mellon, а в банке Wells Fargo – вторым. Позиции Barclays были сильны и во многих европейских банках. Примечательно, что в тех же самых банках фигурировала и компания Black Rock в качестве крупного акционера, правда, несколько уступая Barclays. Большинство экспертов, пишет Катасонов, склоняются к тому, что BR подмяла под себя Barclays. Думается, это неверное мнение. Клану Ротшильдов уже несколько столетий. Он протянул свои финансовые щупальца по всему миру. И какой-то BR, имеющий несколько десятков лет отроду, может подмять Ротшильдов?!

Скорее всего, компания Black Rock и была создана самими Ротшильдами для прикрытия их финансовой деятельности, сокрытия финансовых планов и афёр. Отсюда и стремительное превращение за четверть века в крупнейшую и одну из самых богатых компаний мира.

Интересы BR не ограничиваются только банками. Она приобретает акции разных отраслей во всех уголках мира. В частности, является вторым, после FMR, крупнейшим институциональным акционером корпорации Google, владея пакетом в 5,7 % акций.

BR инвестирует во все банки «большой шестёрки». Общая сумма инвестиций составляет 52,95 млрд. долл. (на конец 2014 г.).

В упомянутой выше статье Лариной «Войны Уолл-стрит» отмечается, что компания имеет качественное отличие от других компаний подобного рода, находящихся на вершине финансовой пирамиды: конкуренты Black Rock занимаются в основном пассивным инвестированием и, как правило, не оказывают решающего влияния на советы директоров и топ-менеджмент компаний, чьими акциями владеют.

Кроме того, Black Rock самостоятельно присваивает рейтинги компаниям и странам мира и, что соверщенно невероятно, рекомендует правительству США, по каким ценам и какие конкретно активы ему покупать и продавать. С точки зрения, что правительству США даёт такие рекомендации совершенно недавно возникшая Black Rock, это действительно невероятно. Но если учесть, что за её спиной стоит клан Ротшильдов, то вся невероятность тут же исчезает.

Отсуда и вытекает, что Black Rock по сути, стоит над государством. Более того, многие виды её деятельности регламентируются специальными секретными документами. Бывший председатель ФРС П. Волкер однажды назвал Black Rock «самой могущественной корпорацией в мире».

State Street Corporation

Это самая старейшая из компаний «большой четвёрки». State Street Corporation (SS) была создана в 1792 г., т. е. компании уже более 200 лет.

Штаб-квартира SS находится в Бостоне, шт. Массачусетс, США, в громадном небоскрёбе на улице State Street. Имеет офисы в 25 странах мира.

К трём главным направлениям деятельности компании относятся:

– оказание глобальных депозитарных услуг. Депозитарная деятельность – финансовые услуги, связанные с хранением сертификатов ценных бумаг и/или учёту и переходу прав на ценные бумаги. Профессиональный участник рынка ценных бумаг, осуществляющий депозитарную деятельность, называется депозитарием. State Street в США известна как депозитарный, или кастодиальный, банк (custodian bank, в дословном переводе – банк-хранитель). По масштабам активов, которые находятся в депозитарии, State Street уступает в США лишь Bank of New York Mellon. State Street осуществляет депозитарное обслуживание активов объёмом 28 трлн. долл.

– инвестиционный менеджмент. В рамках данного направления State Street осуществляет управление активами на сумму свыше 2,5 трлн. долл. (данные на конец марта 2015 г.).

– предоставление институциональным инвесторам разного рода консультационных услуг, а также оказание услуг в области финансового трейдинга.

State Street является членом ФРС и её депозиты застрахованы Федеральной корпорацией страхования депозитов.

Основные структурные подразделения State Street – State Street Global Advisors, State Street Global Markets, State Street Global Servises (имеют статус дочерних компаний State Street Corporation). Первое из названных подразделений (SSGA) стала пионером в деле создания фондов ETF (exchange traided funds – торгуемые биржевые фонды). SSGA создала первый и самый мощный торгуемый биржевый фонд – SPDR S&P 500. Данный фонд отражает один из самых популярных биржевых индексов в мире – индекс S&P 500 и управляется компанией SSGA.

State Street является публичной компанией, её акции котируются на фондовой бирже. Держателями акций SS являются 774 институциональных инвестора, некоторая часть акций принадлежит высшему менеджменту корпорации (0,8 % акций находятся в руках пяти высших менеджеров) и взаимным фондам.

На примере State Street очень наглядно просматривается связь этой компании с другими корпорациями «большой четвёрки». Часть акций State Street выкуплено самой же корпорацией – 5,21 %. Доли трёх других компаний «большой четвёрки» следующие: Vanguard Group – 5,09; FMR (Fidelity) – 3,60; Black Rock – 2,66. К этому следует прибавить 0,8 % доли пяти высших менеджеров State Street. Необходимо учесть и доли взаимных фондов в капитале State Street. В первой десятке инвесторов среди взаимных фондов 3 фонда Vanguard Group с суммарной долей участия в 3,76 %. В результате более 1/5 (точнее – 21,12 %, если просуммировать все вышеприведенные цифры) акций в State Street принадлежит «большой четвёрке». Это означает, что «большая четвёрка» успешно «рулит» State Street в интересах «хозяев денег».

По данным NASDAQ, State Street на конец 2014 г. инвестировала в акции 3700 компаний. Среди них гиганты американской и мировой экономики, такие как Apple, Exxon Mobil, Microsoft, General Electric и др. Сумма инвестиций State Street в 10 крупнейших корпораций мира превысила 150 млрд. долл. Вложения State Street в банки «большой шестёрки» США составили почти 50 млрд. долл.

Активы State Street, по исследованиям швейцарцев, по состоянию на 2007 г. были оценены в 730 млрд. долл. и корпорация занимала 5-е место в первой десятке мировой элиты. За восемь лет (2015 г.) её активы увеличились в 3,4 раза, т. е. составляют уже около 2,5 трлн. долл.

Хотя материнская компания State Street старается держаться в тени, её «дочерние» и «внучатые» структуры довольно часто становятся фигурантами разного рода скандалов, связанных с мошенничеством, манипуляциями на финансовых рынках, неприкрытой коррупцией, отмыванием разного рода «грязных» денег и т. д.

Vanguard Group

Vanguard Group (VG) создана в 1975 г. Джоном Боглом и названа в честь флагманского корабля адмирала Нельсона. Джон Богл достаточно хорошо известен в Америке, в 1999 г. назван журналом Fortune одним из четырёх «гигантов инвестиций» ХХ в., а в 2004 журналом Time – одним из 100 самых влиятельных людей мира.

Штаб-квартира VG расположена в небольшом американском городе Вэлли Фордж, штат Пенсильвания. Компания имеет 12 крупных зарубежных офисов (Лондон, Торонто, Цюрих, Сингапур, Мельбурн, Амстердам и т. д.). Численность персонала – около 14 тыс. чел. (на конец 2014 г.).

Vanguard Group родилась как компания, специализирующаяся на фондах индексного типа – это инвестиционные фонды, портфель финансовых активов которых формируется в точном соответствии с изменениями тех или иных рыночных (биржевых) индексов. Задача индексных фондов – обеспечивать среднерыночную доходность.

Ещё учась в Принстоне, Джон Богл в своей дипломной работе пришёл к выводу, что ¾ взаимных фондов имели фактическую доходность ниже, чем расчётная доходность, которую инвесторы могли бы получить, вкладывая деньги в акции 500 ведущих компаний, ориентируясь на фондовый индекс S&P 500. Фактически из этого вывода и вытекала идея Богла о создании индексных фондов.

Vanguard Group демонстрирует очень динамичное развитие. По истечении первого года её существования активы компании составили 1,8 млрд. долл. С 1981 г. они удваивались каждые 2–3 года: 1981 г. – 3 млрд. долл., 1983–6 млрд., 1985–12 млрд. и т. д. В 2005 активы выросли до 800 млрд. долл., к началу 2013 г. – до 2 трлн. К весне 2015 г. эксперты оценивали их в 3,3 трлн. долл. Таким образом, с 1981 г. активы выросли в 1100 раз!

Компания находится в собственности фондов взаимных инвестиций, следовательно, ею владеют инвесторы этих фондов. В управлении VG находится 160 фондов в США и ещё 120 – за пределами Америки. К середине 2014 г., по данным компании Morningstar, взаимный фонд Vanguard Total Stock Market Index стал самым крупным в мире по размеру активов под управлением – 299, 4 млрд. долл.

Общее число инвесторов, вложивших свои средства в фонды VG равно 20 миллионам. «Кому принадлежит Vanguard, узнать практически невозможно, хотя вроде бы вся документация такого рода на Западе открыта, – пишет российский эксперт Роман Василишин. – Официально Vanguard принадлежит управляемым им фондам и, соответственно, – инвесторам в этих фондах. Имя одного из этих инвесторов, далеко не главного, Джон Бреннан – директор ЦРУ». Также, по мнению экспертов, существенной долей компании владеет известный американский миллиардер Уоррен Баффет.

Компания управляет индивидуальными пенсионными счетами, сберегательными счетами на обучение, различными видами финансовой ренты и оказывает консультационные услуги своим клиентам.

«Изюминкой» VG, как отмечено выше стали т. н. «индексные фонды». Созданный Vanguard первый индексный взаимный фонд Vanguard 500 Index Fund стал крупнейшим взаимным фондом в мире. По активам взаимных фондов, находящихся под управлением Vanguard, эта компания находится на первом месте в мире. Фактически большая часть индексных фондов в мире находится в империи Vanguard.

Компания VG также управляет фондами ETF («торгуемые биржевые фонды»), представляющие собой сборные инвестиционные фонды, где каждый может получить доступ к индексу или сырью, обеспечивая инвесторам ту же доходность, что и основные рынки. Фактически ETF является новым видом ценных бумаг, исполняющим роль сертификата на портфель акций, облигаций, биржевых товаров. По активам такого типа фондов (451 млрд. долл. в марте 2015 г.) VG занимает 2-е место в мире.

Vanguard Group не зря называют финансовым спрутом. Она внедряется во все отрасли и сектора экономики как американской, так и других стран. На конец 2014 г. Vanguard инвестировала в 4015 компаний, среди них гиганты американской и мировой экономики. Вложения Vanguard в «большую шестёрку» американских банков составили 52,6 млрд. долл. Примечательно, что Vanguard как институциональный инвестор, находится на первом месте в списках акционеров трёх из шести вышеуказанных банков: JPMorgan Chase, Bank of America, Citigroup, фактически являясь главным хозяином на Уолл-стрит.

По мнению многих экспертов, сегодня Vanguard в «большой четвёрке» по степени влияния на экономику и политику вышла на первое место в мире.

О коллективном портрете «большой четвёрки»

Вот что пишут по данному вопросу российские эксперты Роман Василишин и Татьяна Волкова.

Роман Васлишин: «За спиной таких практически признанных врагами человечества одиозных корпораций как Монсанто, Майкрософт, Гугл и Халлибуртон стоят полностью контролирующая их компания по доверительному управлению инвестициями VG и тесно сотрудничающая с ней группа компаний Fidelity, предоставляющая финансовые услуги. Среди основных вкладчиков этих компаний можно найти очень влиятельных и богатых людей, но в качестве мультипликатора их влияния работают средства простых вкладчиков. В результате люди, стоящие за Vanguard (и Fidelity), ворочают триллионами».

Татьяна Волкова: «Крупнейшие финансовые компании полностью контролируются десятью институциональными и/или фондовыми акционерами, из которых можно выделить ядро из четырёх компаний, присутствующих во всех случаях и при принятии всех решений: Vanguard, Fidelity, Black Rock и State Street. Все они «принадлежат друг другу», но если аккуратно подбить баланс пакетов акций, то выяснится, что в действительности Vanguard контролирует всех этих своих партнёров или «конкурентов», то есть Fidelity, Black Rock и State Street». Фигурировавшая в топ-10 списка швейцарских специалистов Legal&General Group (LGG), по данным Т. Волковой, принадлежит государственному фонду Катара, правящей семье Абу-Даби и той же Black Rock. Но управление активами передано кампании Black Rock, за спиной которой стоит группа Vanguard.

Анализ первых ста позиций инвестиционных портфелей «большой четвёрки», показывает, что более половины всех позиций присутствуют во всех портфелях. Это:

– пять из шести банков «большой шестёрки»;

– компании информационного сектора экономики Apple, Microsoft, Facebook;

– нефтяные гиганты Exxon Mobil и Chevron Corp.;

– фармацевтические корпорации Johnson& Johnson и Pfizer Inc.

Сравнивая отраслевую структуру активов, контролируемых компаниями «большой четвёрки», видно, что у всех компаний эта структура весьма схожа. Наивысшими инвестиционными приоритетами «большой четвёрки» являются услуги, финансовый сектор, разработка технологий и здравоохранение. Далее следуют производство потребительских товаров; энергетика (добыча и транспортировка нефти и газа). Достаточно скромно выглядят позиции в таких отраслях как производство базовых материалов (добыча полезных ископаемых, металлургия, производство строительных материалов) и производство инвестиционных товаров (имеются в виду машины и оборудование производственного назначения), транспорт, тепло– и электроэнергетика.

Почти все западные СМИ также находятся под контролем нескольких гигантских финансовых холдингов, что стремятся не афишировать. Некоторые эксперты прямо называют «большую четвёрку» конечным бенефициаром основных масс-медиа.

Тщательно скрываются финансовые связи «большой четвёрки» с частными военными компаниями (ЧВК). Катасонов приводит пример, что на Украине действует ЧВК Academi, контролируемая группой Vanguard.

Также скрываются связи финансовых холдингов со спецслужбами, с ЦРУ. Компании «большой четвёрки» создают компании, которые выполняют функции и задачи, ранее возлагавшиеся на вооружённые силы, разведывательные структуры, специальные военно-диверсионные службы государства. Всё это называется модным ныне словом outsourcing (аутсорсинг – внебюджетный, т. е. внебюджетное финансирование). Компании «большой четвёрки» служат «кошельками» для финансирования разного рода операций «теневых» государственных или полугосударственных служб, которые зачастую не ставят в известность о своей деятельности ни конгресс США, ни даже американского президента. Попытки «народных избранников» на Капитолийском холме разобраться с вопросом об источниках «внебюджетного» финасирования спецслужб ни разу не были доведены до конца. Т. е., крупнейшие финансовые холдинги, корпорации «большой четвёрки», точнее, стоящие за их спиной подлинные хозяева денег, активно влияют не только на финансово-экономическую, но и на политическую и военно-политическую деятельность.

Всё это позволяет исследователям «большой четвёрки» называть эту высшую финансовую группу спрутом, пауком, многоголовой гидрой, которая своими щупальцами опутала Америку и весь мир.

И Катасонов делает вывод, с которым нельзя не согласиться:

«Крупнейшие монополии по-прежнему, как и сто лет назад, осуществляют экономический раздел мира с помощью картельных соглашений, грубым образом попирая антимонопольное законодательство. Рыночные механизмы мировой экономики, – как и писал Ленин, добавим мы, – уже давно не работают в результате картельных сговоров, которые определяют уровень цен (либо завышенный, либо заниженный) и сферы сбыта для их участников. Вся мировая экономика может без натяжек считаться «теневой». Картели определяют «правила игры» для компаний, которые работают не только в реальном секторе экономики, но также в финансово-банковском секторе».

О роли банковских картелей в современном мире. Банковские скандалы

С начала текущего десятилетия наблюдается непрерывная череда скандалов, связанных с банками, составляющих ядро мировой финансовой системы. Началось всё со швейцарского банка UBS, который был обвинён властями США в укрывательстве средств американских налогоплательщиков. В 2010 г. UBS «сломался», раскрыв информацию о своих американских клиентах и переведя в казну США сотни миллионов долларов. После чего американцы начали «потрошить» другие банки Швейцарии, банки других стран. Облагали их штрафами, уничтожали понятие банковской тайны, фактически заставляли иностранные банки доносить на своих клиентов.

Далее началась серия скандалов, связанных с выявлением нарушений банками мирового калибра санкций в отношении Ирана, Кубы, КНДР. В списке обвиняемых оказались гиганты Лондонского Сити – Barclays, HSBS, Royal Bank of Scotland, Standard Chartered, банки других стран Европы. Многие из этих банков одновременно обвинялись в отмывании грязных денег, сотрудничестве с наркомафией, финансировании теророризма. Обвинения исходили от финансовых регуляторов США и Великобритании. Закончилось всё выплатами гигантских штрафов, исчислявшихся сотнями миллионов долларов на один банк. Максимальный штраф заплатил в 2012 г. банк HSBS – 1,9 млрд. долл.

Роль банковских картелей, т. е. банковских сговоров, Катасонов показывает на ряде примеров.

В частности, на махинациях со ставкой ЛИБОР (London Interbank Offered Rate), созданной в 1986 г. Британской банковской ассоциацией (ББА) как ориентир стоимости заёмных средств, как процентная ставка на межбанковском лондонском рынке. Ставка ЛИБОР стала эталоном, на неё ориентированы разнообразные кредитные контракты не только в Великобритании, но и во всём мире. Годовой объём таких контрактов к началу 10-х годов достиг, по разным оценкам, от 300 трлн. до 1 квадриллиона 200 триллионов долл. Причём только 10 трлн. долл. составляют реальные кредитные сделки. Т. е. вся остальная сумма контрактов (от 290 до 1190 трлн. долл.), это сделки виртуальные, сделки, полностью оторванные от реальной экономики.

Ставка ЛИБОР – виртуальное понятие, не связанное напрямую с «живыми» кредитными контрактами и устанавливается банками (двадцать банков, отобранных ББА), которые должны лишь сообщить в ББА ту предполагаемую сумму, по которой они готовы брать либо предлагать кредиты.

От уровня ставки ЛИБОР, учитывая громадный объём контрактов, в десятки раз превосходящих ВВП всей мировой экономики (в ноябре 2011 г. банк международных расчётов (БМР) оценил общий объём рынка внебиржевых процентных деривативов в 554 трлн. долл.), зависят макроэкономическая ситуация и перспективы экономического развития многих стран.

Минимальное (на один базисный пункт = 0,01 %) искажение ставки ЛИБОР составляет немаленькую сумму в 55,4 млрд. долл. Большая часть операций на таком рынке осуществляется крупнейшими банками, в том числе теми, кто входит в «великолепную двадцатку». «Навар» «великолепной двадцатки» исчисляется многими миллиардами долларов в год.

В 2015 г. газета The World Street Journal (WSI), со ссылкой на документы, попавшие в её распоряжение, сообщила подробности о манипуляциях Deutsche Bank, пролив свет на механизм, с помощью которого банки получали значительную прибыль на небольших колебаниях ставки. В частности, было опубликовано письмо Deutsche Bank, датированное 2008 годом (разгар мирового финансового кризиса), в котором указывалось, что банк может потерять или приобрести до 68 млн. евро на каждой сотой процентного пункта изменения разницы между ставками, привязанными к ЛИБОР, и европейской межбанковской ставкой. В результате, как сообщает WSI, в 2008 г. Deutsche Bank на манипуляциях со ставкой ЛИБОР заработал не менее 500 млн. евро. Но это один банк, а их двадцать. Общая сумма годового заработка (точнее, «навара») может измеряться величиной до 10 млрд. евро.

Но скандал вокруг манипуляций со ставкой ЛИБОР разгорелся ещё раньше, в 2012 г., на основе расследования, которое вели совместно американская Комиссия по срочной фьючерсной торговле сырьевыми товарами и британский финансовый регулятор. В результате были обвинены в манипуляциях ставкой ЛИБОР три банка: британский Barclays, шотландский Royal Bank of Scotland и швейцарский UBS (все эти банки входят в финансовую империю Ротшильдов). Указанные банки урегулировали обвинения в манипуляциях ставкой, заплатив по мировым соглашениям американским и британским регуляторам около 2,5 млрд. долл., (внесудебное урегулирование позволяет сохранять репутацию банка). Дальнейшее расследование показало, что в афёру со ставками ЛИБОР вовлечены и другие крупнейшие банки Германии, Франции, Швейцарии, Англии, в т. ч. Deutsche Bank, о котором мы писали выше.

Выяснилось, что афёры банков по корректировкам ставкой ЛИБОР имели убедительные признаки сговора, т. е. можно говорить о банковском картеле.

Но, кроме ЛИБОР, в мире имеются и другие финансовые индикаторы, в том числе европейский аналог ЛИБОР, который устанавливается агентством Reuters по опросу 50 европейских банков; другие индексы и ставки, которые формируются узким кругом банков и финансовых компаний и которые (индексы и ставки) определяют «погоду» на рынках с ежедневными оборотами в сотни миллиардов и даже триллионов долларов.

Финансовые компании участвуют в манипуляциях процентными ставками по всему миру, сообщают эксперты Международной организации комиссий по ценным бумагам. Главные действующие «герои» – банки Уолл-стрит, Лондонского Сити, других мировых финансовых центров.

Летом 2013 г. началась серия скандалов, связанных с тем, что банки вышли за пределы финансовых рынков, обосновались на рынках товаров и энергоносителей, занимаясь ценовыми манипуляциями. Так, Федеральная комиссия по регулированию энергетики США обязала банк Barclays выплатить штраф за манипуляцию ценами на электроэнергию в штате Калифорния; обвинила крупнейший финансовый конгломерат страны JP Morgan Chase в манипулировании рынками электроэнергии в штате Калифорния и на Среднем Западе США.

Особенностью банковских скандалов является то, что их «жертвами» становились в основном европейские банки, которые подвергались преследованиям со стороны властей США и платили гигантские штрафы, несли репутационные потери. Платили штрафы и отдельные банки с Уолл-стрит, но на порядок-два ниже, чем банки Европы. В то же время европейские финансовые регуляторы не осмеливаются подвергать штрафам американские банки. Исследователи обратили внимание на то, что особенно сильным штрафным санкциям подвергались банки Лондонского Сити, а также другие европейские банки, входящие в финансовую систему Ротшильдов, о которых мы писали выше.

Эти скандалы свидетельствуют о том, что мировая финансовая элита далека от единства, что идёт непрекращающаяся конкурентная борьба между банками Уолл-стрит и Лондонского Сити, между финансовыми империями Рокфеллеров и Ротшильдов.

В империю Ротшильдов, помимо крупнейших банков Лондонского Сити, входят (или тесно примыкают к ней) также ряд голландских, швейцарских, французских и немецких банков. Под контродем Ротшильдов находятся и некоторые крупные банки США, например, Goldman Sachs; многие министры финансов США были выходцами из этого банка.

Занимаются банки и манипуляциями на валютных рынках, ежедневные обороты на которых составляют около 5,3 трлн. долл. (2015 г.). Любая манипуляция, позволяющая отклонить валютный курс от ожидаемого на десятые или сотые доли процента, в масштабах мирового рынка может принести совокупный навар в сотни миллионов или даже миллиарды долларов.

Подковёрная борьба двух кланов расшатывает финансовую систему современного империалистического мира, показывает, что между мировыми владельцами денег нарастают всё большие противоречия.

О Лондонском золотом фиксинге

20 марта 2015 г. прекратил свою работу Лондонский золотой фиксинг (ЛЗФ) – система фиксации цены на «жёлтый металл». Эта система была создана и запущена в 1919 г. Принцип функционирования ЛФЗ был достаточно простым: цены на драгоценный металл устанавливались на встречах нескольких авторитетных участников Лондонского рынка золота путём выставления заявок на продажу металла и его покупку. Цена фиксировалась в тот момент, когда суммарные объёмы заявок на продажу и покупку золота совпадали, и возникала так называемая «цена равновесия».

Эксперты отмечали, что ЛФЗ – идеальный инструмент контроля над рынками золота со стороны Ротшильдов. Золотой стандарт в XIX в. и был создан кланом Ротшильдов, который после наполеоновских войн сконцентрировал в своих руках основную часть европейского золота. А золотой стандарт их сказочно обогащал, т. к. создавал устойчивый спрос на драгоценный металл. Причём этот металл Ротшильды не продавали центральным банкам и казначействам разных стран мира, а давали в виде золотых кредитов. Первая мировая война временно остановила функционирование механизмов золотого стандарта. Тогда Ротшильды и создали в 1919 г. ЛЗФ, продолжая контролировать мировой рынок золота через его механизмы.

В процедуре ЛЗФ принимали участие пять банков – «золотая пятёрка», главным из которых был банк NM Rothschild &Sons, созданный ещё в начале XIX ст. Натаном Ротшильдом. Остальные банки так или иначе также были связаны с финансовой империей Ротшильдов. Но в 2003 г. банк Rothschild &Sons вышел из золотого фиксинга. Правда, его место занял другой ротшильдовский банк Barclays Capital.

И вдруг в 2015 г. золотой фиксинг, обогащавший Ротшильдов и его компанию банкиров, закрывается.

По мнению Катасонова, упразднение ЛЗФ обусловлено той «игрой», которую ведут на мировом рынке главные «хозяева денег» – кланы Ротшильдов и Рокфеллеров, причём и те, и другие входят в состав главных акционеров ФРС. Главная ставка Ротшильдов – золото, Рокфеллеров – доллар, который сходит с «печатного станка» ФРС, являясь мировой валютой. Финансовые аналитики отмечают, что многие годы Ротшильды вели игру на понижение цены на золото, скупая его по дешёвке. Скупая, главным образом, из хранилищ центральных банков мира, где находятся золотые резервы страны.

Наиболее крупным резервом был запас Казначейства США (по официальным данным, 8100 т), который хранится в Форт-Ноксе. Вероятность того, что в этом хранилище находятся эти самые 8 тыс. т золота, по мнению конгресмена Рона Пола, менее 1 %.

Масса фактов свидетельствует о закулисных махинациях с золотом с участием ФРС, Казначейства США, банка Англии, многих банков Уолл-стрит и Лондонского Сити, «золотой пятёрки» лондонского фиксинга и т. д.

Наконец, финансовые регуляторы Великобритании, Швейцарии, Германии начали вести расследования по поводу возможных манипуляций на рынке золота. Это явилось одной из причин закрытия ЛЗФ, чтобы, как говорится, «спрятать концы в воду».

По мнению Катасонова, возможно, что перекачка золота в сейфы Ротшильдов уже закончилась. Механизмы занижения цен на драгоценный металл им уже не нужны. Они и стали главными инициаторами «закрытия» ЛЗФ. Логика тут такова: чем быстрее закроешь лавочку под название ЛЗФ, тем меньше шансов, что кто-то докопается до грязных махинаций «финансовых гениев».

Долговой паразитизм

В ленинский период богатейшие и наиболее развитые страны были крупнейшими ростовщиками планеты, наживаясь при этом на займах и кредитах, которые они предоставляли практически всему миру.

Но уже к концу ХХ ст. положение дел начинает резко меняться.

Страны так называемого «золотого миллиарда» предпочитают жить в долг.

Крупнейшим должником планеты являются Соединённые Штаты Америки. По состоянию на 31 декабря 2017 г. их государственный долг вырос до величины в 20 трлн.164 млрд. долл., что составило 104,1 % ВВП (107,48 % – данные МВФ по состоянию на 30.12.2018 г.). Причём этот долг растёт всё более стремительно. 10 трлн. долл. долга США набрали за прошедшие 8 лет. Для того чтобы залезть в долги на первые 10 трлн. долл., им понадобилось сто лет. За «зелёные стодолларовые бумажки», стоимость изготовления которых составляет несколько центов, т. е. практически за бесценок, они скупают весь мир: сырьевые, в том числе, нефтегазовые ресурсы; необходимые товары и продукты; лучших специалистов, учёных и инженеров; держат под контролем мировые СМИ и т. д.

Крупнейшими держателями государственного долга США являются Япония – 1 трлн. 224,4 млрд. долл. (данные на февраль 2015 г.); Китай – 1.223,7; Карибские банковские центры – 350,6 млрд. долл.; Бельгия – 345,3; страны ОПЕК – 296,8 млрд. долл. и т. д. То есть, фактически, эти страны являются крупнейшими кредиторами США, наполняя финансами их бюджет и обеспечивая соответствующий уровень жизни граждан Штатов. И, тем не менее, большинство стран мира продолжает приобретать государственные долговые бумаги США, считая доллар самой устойчивой мировой валютой, несмотря на прогнозы, звучащие на протяжении ряда лет, что он вот-вот рухнет.

Ведь доллар, фактически ничем не обеспечен. Он уже давно перестал обмениваться на золото, а вращающиеся на мировых финансовых рынках деривативы (вторичные и третичные ценные бумаги) оторваны от реального производства и по своим объёмам в десятки раз превосходят мировой ВВП.

Кроме «печатного станка» (ФРС США) – частной организации, обладающей монополией на эмиссию доллара; его обеспечением служат вооружённые силы США, «проецируя силу», с помощью авианосных ударных групп и соединений, против непокорных стран и народов; давным-давно поправшие государственный суверенитет и независимость и поставившие себе на службу Организацию Объединённых Наций для придания законности американо-натовским военным авантюрам. Долги Штаты своим кредиторам отдавать и не собираются.

Под стать США и другие страны семёрки (группа G-7), у которых госдолг достигает уровень ВВП или даже превышает его.

Отношение государственного долга Японии к ВВП к концу 2017 г. достигло 250,91 %; Италии – 131,7 %; Франции – 98,84 %; Канады – 90,56 %; Великобритании – 87,92 %; и только у Германии это отношение составляет 65,88 %, т. е. «всего» две трети ВВП. (По данным МВФ по состоянию на 30.12.2018 г.).

К примеру, у Китая отношение госдолга к ВВП составило 49,32 % (уже достигло половины), у России – 19,43 % (России в долги особо-то и залазить не надо, она за «доларовые бумажки», т. е. за бесценок, распродаёт свои природно-сырьевые ресурсы, являясь, как о ней полупрезрительно говорят на Западе – «бензоколонкой мира»).

Запад загнивает на корню, превратившись в долгового паразита всей планеты.

#### § 4. Центральные банки и Федеральная резервная система США

После победы буржуазных революций возрастала и роль денег, необходимых для развития буржуазного производства, формирования буржуазных социально-экономических отношений, становления класса буржуазии. Это привело к образованию центральных банков, взявших на себя осуществление контроля над всей банковской системой страны.

Банк Англии

Одним из первых центральных банков стал центральный банк Англии, созданный в 1694 г. и сыгравший ведущую роль в становлении и развитии капитализма. На протяжении нескольких столетий Банк Англии был центром, из которого шло управление мировой финансовой системой, да и сейчас он имеет колосальное влияние на мир финансов в глобальном масштабе.

При своём возникновении Банк Англии получил право выпускать кредитных денег (бумажных фунтов стерлингов) в два раза больше, чем было золота в запасах. В первый же год Банк выдал королю кредит на сумму 1 млн. 200 тыс. фунтов стерлингов при наличии золота в подвалах банка на 720 тыс. фунтов. Кредиты правительству и проценты по ним погашались за счёт налогов. Такая система устраивала как ростовщиков-акционеров Банка Англии, так и правительственных чиновников, т. к. они получали доступ к постоянному источнику кредитов. При такой системе быстро росли прибыли Банка и правительственный долг. «Система порождала беспредельную коррупцию, – отмечает В. Катасонов в своей работе «Хозяева денег. Столетняя история ФРС», – способствовала сращиванию финансовой мощи ростовщиков и «административного ресурса» правительственных чиновников». В убытке был лишь английский народ: он нёс налоговое бремя, порождаемое долгом. Кроме того, на него ложились все тяготы кризисов, неизбежных при быстром росте долга. Необходимо при этом учитывать, что часть кредитов Банка не была обеспечена ни золотом, ни товарами, что приводило к инфляции и росту цен, бившему, в первую очередь, по простым англичанам. Началось «бегство» от бумажного фунта к золоту и уже в 1696 г. король издал закон, запрещающий Банку Англии платить «натурой», т. е. золотом. Таким образом, стал складываться механизм денежной эмиссии, который лежит в основе современной финансово-банковской системы.

Для выхода из стремительно растущих долгов Англия начала серию войн за захват колоний и мировое владычество. Результатом войн стало ещё большее ослабление центральной власти при одновременном укреплении позиций акционеров Банка Англии и других ростовщиков (банкиров). В конце 18 в. золотые резервы Банка Англии были настолько истощены войнами, что в 1797 г. правительство запретило вообще проводить какие-либо выплаты золотом.

После наполеоновских войн в Англии был введен золотой стандарт, предусматривавший свободный обмен бумажных фунтов на золото Банком Англии. Однако Банк Англии сразу же начал выпускать банкнот существенно больше, чем было золота в его подвалах, что способствовало возникновению кризиса 1825 г.

В 1844 г. был принят т. н. Акт Пиля, которым определялось, что Банк Англии получает исключительные права в деле эмиссии банкнот в стране – получил фактическое право на 2/3 всей эмиссии банкнот. С каждым годом эта доля увеличивалась. За 1844–1921 гг. эмиссию прекратили все банки (207 частных банкирских домов и 72 акционерных банка), кроме Банка Англии.

Этим же Актом определялся высокий уровень золотого покрытия банкнотной эмиссии Банком Англии. Тем более что Великобритания была инициатором распространения золотого стандарта по всему миру и была вынуждена собственным примером показывать, что такое настоящий золотой стандарт.

Тем не менее, необходимо отметить, что действие Акта Пиля, вплоть до отмены золотого стандарта в 1930 г., неоднократно приостанавливалось, что давало возможность центральному банку значительно увеличивать эмиссию бумажных денег.

Банк Англии был с самого начала частным предприятием, принадлежащим не государству, а частным лицам. Среди акционеров-учредителей были король и королева Англии, которые сделали первый взнос в сумме 10 тыс. фунтов стерлингов. Также 633 человека внесли суммы размером более 500 фунтов, что давало им право голоса на собраниях акционеров.

В 1946 г., через два с половиной столетия после образования, Банк Англии был национализирован (кстати, список акционеров до сих пор остаётся засекреченным). Однако и сегодня де-факто, Банк Англии управляется не правительством, а частными банками Лондонского Сити.

«Банк Англии как был, так и продолжает оставаться частным банком, проводящим в жизнь интересы конкретной, очень узкой группы лиц», отмечает А.Лежава в статье «Крах «денег», или как защитить сбережения в условиях кризиса».

Банк Франции

У создания Банка Франции большая предыстория.

Франция в начале 18 в. находилась в крайне тяжёлом финансовом положении. Годовой дефицит бюджета составлял 80 млн. ливров, а общий государственный долг к 1715 г. вырос до 3,5 млрд. ливров. Никто не соглашался одалживать деньги французскому монарху, а налогов для покрытия даже самых необходимых расходов было недостаточно. Тогда шотландский финансист Джон Лоу предложил Филиппу Орлеанскому (регенту малолетнего короля Людовика XV) и министрам двора проект перехода к денежной системе, основанной не на золотых деньгах, а на бумажных, которых можно было напечатать столько, сколько потребуется. Джон Лоу говорил: «В интересах короля и его народа гарантировать деньги банка и отказаться от золотой монеты».

В 1716 г. был создан специальный частный банк в форме акционерного общества с капиталом 6 млн. ливров. Он получил название Королевский банк и возглавил его лично Джон Лоу, одновременно получивший портфель министра финансов. Поначалу банк, который находился под контролем кабинета министров, осуществлял весьма осторожную эмиссию, выпуская деньги с учётом имеющегося золотого запаса. Но постепенно банк начал наращивать выпуск бумажных денег, не обеспеченных золотом.

Для того чтобы связать излишнюю денежную массу и предотвратить инфляцию, Дж. Лоу предложил создать специальную компанию в форме акционерного общества, продавая акции за бумажные деньги всем желающим. Так в 1717 г. была создана Западная Компания (Компания Миссисипи) с акционерным капиталом 22 млн. ливров.

Лоу разрекламировал проет, который компания, якобы, собиралась реализовывать – добыча золота на территории северо-американской колонии Франции Луизианы. Курс акций начал стремительно расти: при номинальной цене акции в 500 ливров рыночная цена поднялась до 18 тыс. ливров. Станок едва успевал печатать деньги, которые пукались в оборот и сразу же шли на покупку ценных бумаг. В 1720 г. во Франции циркулировало банкнот на сумму 3 млрд. ливров.

Фактически в стране выстраивались две финансовые пирамиды – пирамида обязательств (банкнот) Королевского банка и пирамида обязательств (акций) Западной компании. Несмотря на все ухищрения, цены во Франции Людовика XV росли, началась сильная инфляция.

Чтобы повысить доверие народа к бумажным деньгам, Лоу в 1718 г. преобразовал частный Королевский банк в государственный. Но это не спасло ситуацию. Некоторые недоверчивые французы решили обменять бумажные деньги на золото. Первым это сделал герцог Бурбонский, увезя полученное из банка золото на нескольких каретах. А вот у других предъявителей бумажных денег уже возникли проблемы.

Началась паника, которую остановить не удалось. Всё закончилось полной обесценкой бумажных денег, крахом Западной компании и превращением её акций в обычную бумагу.

Через четыре года после создания Королевский банк прекратил своё существование. У французов надолго сформировалось подозрительное отношение к подобным институтам и отвращение к бумажным деньгам.

Центральный банк во Франции под названием Банк Франции был окончательно создан при Наполеоне Бонапарте в 1800 году. Наполеон прекрасно понимал опасности, связанные с появлением Центрального банка. Он говорил: «У денег нет родины, у финансистов нет патриотизма и нет порядочности: их единственная цель – это прибыль» (из той же статьи А. Лежава).

Тем не менее, он всё-таки принял решение учредить Банк Франции в статусе акционерного общества, но под его жёстким контролем. 200 наиболее крупных его акционеров стали членами Генеральной ассамблеи (собрания акционеров) банка. Наполеон ввёл в правление своих родственников, с 1806 г. стал лично назначать управляющего банка и двух его заместителей, в 1808 г. добился принятия устава банка (устанавливающего определённые ограничения на независимость банка от государственной власти).

После ухода Наполеона с политической арены в 1815 г. контроль над центральным банком со стороны государства был утрачен. Постепенно реальная власть в стране перешла от правительства к банкирам. В первой половине 19 в. Банк Франции не обладал абсолютной монополией на эмиссию банкнот, этим занимался также ряд провинциальных банков. Но постепенно эти банки превратились в филиалы Банка Франции.

В 1936 г., в разгар кризиса, был принят закон, позволивший правительству контролировать Банк Франции, а в декабре 1945 г. была проведена его национализация, Банк стал государственным. Но уже в августе 1993 г. независимость Банка Франции была вновь восстановлена.

Начиная с 1998 г. Банк Франции, войдя в состав Европейской системы центральных банков (ЕСЦБ), утратил многие свои полномочия. Он стал акционером Европейского центрального банка (ЕЦБ), приобретя 16,83 % уставного капитала. По сути, многие решения, относящиеся к сфере денег и кредита, принимаются не в Париже, а во Франкфурте, где расположена штаб-квартира ЕЦБ. Банк Франции и другие центральные банки стран ЕС превратились, фактически, в территориальные филиалы ЕЦБ – наднационального института, неподконтрольного правительствам стран-членов ЕС.

Создание ЕЦБ, – приходит к выводу Катасонов, – по сути, ещё один шаг на пути к вожделенной цели ростовщиков (банкиров), к мировому господству.

Федеральная резервная система США

Современный Центральный банк США имеет длительную предысторию.

В 1781–1785 гг. действовал Банк Северной Америки, после этого – Первый Банк Соединённых Штатов (1791–1811), затем – Второй Банк Соединённых Штатов (1816–1834). Далее на протяжении 80 лет Америка жила без центрального банка.

Америка в период колонизации была бедна серебром и золотом. Именно это обстоятельство привело к появлению денег, которые не были металлическими и не имели какого-либо товарного обеспечения. Их единственным обеспечением было доверие к выпустившим их властям. Назывались они «колониальными расписками».

Бумажные деньги служили исключительно в качестве средства обмена и для уплаты местных налогов. Такая денежная система способствовала быстрому росту товарооборота в колониях и была полностью независима от ростовщических денежных систем метрополий (Англии и Франции), которые пытались навязать кредиты колонистам.

Система бумажных неразменных денег гарантировала финансовую независимость североамериканских колоний от метрополии.

В 1764 г. английским королём Георгом III был издан указ, который требовал, чтобы колонисты платили налоги Англии золотом, отказались от «колониальных расписок» и пользовались деньгами метрополии (которые им, естественно, надо было брать в кредит под проценты). Североамериканские колонии после этого указа начали быстро нищать. Доведенные до отчаяния колонисты подняли восстание и начали борьбу за независимость. Для финансирования войны колонии вновь вернулись к печатанию бумажных денег. Война, как известно, окончилась признанием Лондоном суверенной Конфедерации Североамериканских штатов. Однако положение в новом государстве было тяжёлым. Денежная система была расстроена, власти имели большие долги, особенно перед Францией, которая в войне выступала союзницей колонистов.

Не мытьём, так катанием ростовщикам удалось заставить правительство Америки отказаться от «колониальных расписок» и создать в 1781 г. центральный банк. Назывался он Банк Северной Америки (БСА), действовал как коммерческий банк на территории всех штатов, имел право эмитировать бумажные деньги сверх золотого запаса, ссужал деньги федеральному правительству под облигации последнего, держал на счетах средства Конгресса. Таким образом, БСА эмитировал деньги, которые создавали долг.

Отцы-основатели сообразили, что БСА быстро поставит страну под контроль ростовщиков, поэтому приняли решение о ликвидации этого института. Третий президент США Томас Джефферсон предупреждал: «Если американский народ когда-либо позволит банкам контролировать эмиссию своей валюты, то вначале произойдёт инфляция, затем – дефляция, банки и корпорации, которые возникнут вокруг них, лишат людей всякого имущества, а их дети окажутся беспризорными на континенте, которым завладели их отцы. Право выпускать деньги должно быть отнято у банков и возвращено конгрессу и народу, которому оно принадлежит. Я искренне полагаю, что банковские институты более опасны для свободы, нежели регулярные армии».

Однако вскоре на смену БСА пришёл новый центральный банк – Первый Банк Соединённых Штатов (ПБСШ). Создание ПБСШ проталкивал министр финансов Александр Гамильтон; за ним, как отмечают эксперты, стоял Банк Англии и Натан Ротшильд. ПБСШ просуществовал 20 лет. В 1811 г. находившийся в то время у власти четвёртый президент страны Джеймс Мэдисон категорически выступил против продления действия лицензии ПБСШ. Как пишет А.Лежава, Натан Ротшильд «предупредил, что Соединённые Штаты окажутся вовлечёнными в самую катастрофическую войну, если лицензия банка не будет продлена». В 1812 г. Англия начала войну против США.

Созданный через несколько лет Второй Банк Соединённых Штатов (ВБСШ) начал активно воздействовать на экономическую и политическую жизнь страны. Через несколько лет после учреждения ВБСШ «накачал» хозяйство страны большим количеством денег, которое многократно превышало золотой запас, и это создало экономический бум и инфляционный рост цен. После началось изъятие денег, затем последовали резкий экономический спад и дефляция.

Как видим, «накачка» экономики деньгами приводит к её стремительному росту, сопровождаемому ростом цен. Этот рост рано или поздно заканчивается кризисом перепроизводства (и взрывом финансовых пузырей), экономическим спадом и дефляцией. Дефляция обусловливает снижение цен на товары, которые при капитализме просто уничтожаются, лишь бы не достались трудовым слоям населения по дешёвой цене. (Вспомним Великую депрессию в США).

При президенте Эндрю Джексоне началось расследование деятельности ВБСШ. Комиссия по расследованию констатировала: «не вызывает сомнений, что это сильное и мощное учреждение было активно вовлечено в попытки оказывать влияние на выборы государственных служащих с помощью денег». Джексон вступил в серьёзное противостояние с председателем Банка Николасом Бидлом.

В 1832 г. Эндрю Джексон начал свою вторую предвыборную кампанию под лозунгом: «Джексон и никакого банка»! В том же году он потребовал отозвать лицензию у банка и в своём выступлении перед конгрессом обосновал своё требование: «Более восьми миллионов акций этого банка принадлежит иностранцам… разве нет угрозы нашей свободе и независимости в банке, который так мало связывает с нашей страной?.. Контроль нашей валюты, получение денег нашего общества и удержание тысячи наших граждан в зависимости… были бы значительно больше и опаснее, чем вооружённая сила врага».

С большим трудом Джексону удалось перевести средства казначейства со счетов ВБСШ в другие банки (для этого ему пришлось заменить двух секретарей казначейства, только третий исполнил указание президента страны). Бидл объявил войну президенту США, резко сжав объём денежной массы в обращении, что вызвало депрессию в хозяйстве. Вину за кризис люди Бидла пытались взвалить на президента Джексона. Удалось даже начать процедуру импичмента. С большим трудом президенту удалось добиться ликвидации ВБСШ. Это вызвало бешенство со стороны ростовщиков. На президента Джексона было совершено два покушения, но, к счастью для него, оба оказались неудачными.

Тем не менее, борьба по вопросу создания центрального банка продолжалась. Некоторые президенты пытались вернуться к беспроцентным неразменным деньгам, которые напоминали «колониальные расписки». Например, это сделал президент Авраам Линкольн. Для ведения войны с южными штатами он обратился за кредитом к европейским банкам, контролируемым Ротшильдами. Банкиры предложили деньги под высокие проценты (от 24 до 36 % годовых). Это подвигло Линкольна принять решение о выпуске собственных казначейских денег, которые не были обременены процентами. Они получили название «гринбеки» (название получили, потому что их оборотная сторона была зелёного цвета).

Благодаря «гринбекам» денежную массу в стране за годы гражданской войны удалось увеличить с 45 млн. долл. до 1,77 млрд. долл., т. е. почти в 40 раз. Разумеется, в стране началась инфляция, но военные расходы полностью финансировались, а, главное, стране удалось избежать попадания в долговую «петлю» Ротшильдов. За такое посягательство на власть банкиров, – приходит к выводу Катасонов, – Линкольн 14 апреля 1865 г. был убит. (Как известно, А. Линкольн был смертельно ранен в голову во время спектакля сторонником южан актёром Джоном Уилкс Бутом; южан, потерпевших поражение в гражданской войне 1861–1865 гг., в результате которой было отменено рабство и сохранено единое государство. 15 апреля Линкольн, не приходя в сознание, скончался. Линкольн был первым убитым президентом США. Всего же из 45 американских президентов было убито четверо. Это, кроме А. Линкольна, Дж. Гарфилд, У.МакКинли, Дж. Кеннеди. А покушения совершались ещё на восемь президентов).

Незадолго до трагической смерти президента Линкольна, в 1863 г., ростовщикам удалось протащить через конгресс Закон о национальном банке (National Bank Act). Это был ещё один шаг к созданию централизованной банковской системы с национальным банком во главе. Национальные банки получили право выдавать ссуды правительству. Деньги (банкноты), которые они выпускали, были обеспечены не золотом, а долгом – облигациями государства. Легализовалась система частичного резервирования обязательств национальных банков (т. е. банк в резерве должен был иметь не всю сумму депозитов и иных обязательств, а определённый их процент, допустим, 20 %. Остальные средства банк имел право пускать в оборот и наживаться на этом, либо разоряться, что также часто имеет место). Таким образом, уже полтора столетия назад стали закладываться основы той системы денежной эмиссии, которая существует сегодня в США – эмиссии под долг правительства. Президент Линкольн был против такой системы. Он предупреждал: «Власть денег грабит страну в мирное время и устраивает заговоры в тяжёлые времена. Она более деспотична, нежели монархия, и более себялюбива, нежели бюрократия. Я предвижу наступление кризиса в ближайшем будущем, что лишает меня спокойствия и заставляет опасаться за безопасность моей страны. Корпорации вступили на престол, грядёт эра коррупции и власть денег в стране будет стремиться продлить своё господство, воздействуя на предрассудки народа до тех пор, пока богатство не соберётся в руках немногих и республика не погибнет»!

Линкольн был прав в том смысле, что подлинной властью в стране, в странах буржуазного мира обладают не президенты, парламенты и правительства, а капитал, капитал воообще, финансовый капитал в особенности. Те же президенты, которые пытаются идти против власти капитала, становятся жертвами убийств, покушений, импичментов и т. д.

Примерно в то же время, – отмечает Катасонов, – из банка Ротшильдов в Лондоне было послано письмо в один из банков Нью-Йорка. Вот что писали в нём оппоненты президента Линкольна: «Немногие, разбирающиеся в системе денег (процентных денег), будут либо настолько заинтересованы в её прибылях, или же настолько зависеть от её покровительства, что со стороны этого класса сопротивления не будет, тогда как с другой стороны огромная масса народа, умственно не способная к постижению грандиозных преимуществ, которые капитал извлекает из системы, будет безропотно нести своё бремя, быть может, даже не подозревая, что система враждебна её интересам».

Вся «финансовая наука» Ротшильдов и сводилась к выявлению и просчёту человеческих слабостей, к зависимости человека от власти денег, подлинного бога современного денежного мира.

Всего за период от обретения независимости Соединёнными Штатами до момента создания Федеральной резервной системы право выпускать американские деньги восемь раз переходило от правительства к центральному банку и обратно.

Главными инициаторами создания Центрального банка Америки стали Ротшильды, отмечает Катасонов. Они использовали для реализации этого проекта своего агента Дж. П. Моргана, который в 1869 г. создал банк J. P. Morgan, ставший эффективным инструментом продвижения интересов Ротшильдов в США. Другими американскими банками, подконтрольными Ротшильдам, были Kuhn, Loeb &Co и August Belmont&Co. Важным инструментом продвижения проекта создания Центрального банка стала Национальная ассоциация банкиров (НАБ), которая инициировала банковскую панику 1893 г., разослав членам ассоциации письма, в которых банкирам предписывалось потребовать у своих клиентов возврата кредитов и создания резкого дефицита денег на рынке. Паника нужна была Ротшильдам и К0, чтобы возбудить в конгрессе подготовку законопроекта о создании Центрального банка, который бы занялся предотвращением и ликвидацией таких банковских паник. В 1907 г. банковская паника ещё раз была инициирована банкирами, за которыми стоял клан Ротшильдов. Морган через подконтрольные ему СМИ рапространял слухи о неплатежеспособности некоторых банков и получил разрешение на необеспеченную эмиссию в размере 200 млн. долл., которые затем были представлены в виде кредитов для спасения падающих банков. Морган при этом выглядел спасителем страны.

Для политической поддержки своего проекта ростовщики не пожалели средств для того, чтобы привести к власти «своих» президентов – Теодора Рузвельта, а затем Вудро Вильсона и одновременно не допустить переизбрания на второй срок Уильяма Тафта, резко настроенного против проекта создания Центрального банка.

Именно Теодор Рузвельт принял решение о создании Национальной денежной комиссии, которая должна была всесторонне расмотреть вопрос необходимости создания Центрального банка. В комиссию вошли люди, представлявшие интересы денежных мешков, в т. ч. сенатор Нельсон Олдрич (председатель комиссии), банкиры Пол Варбург, Фрэнк Вандерлип, Чарльз Нортон и др. Все они были связаны кровными или деловыми отношениями с Рокфеллерами, Морганами, Ротшильдами.

Лишь в декабре 1913 г. банкирам удалось добиться окончательной победы и протащить через конгресс закон о Федеральном резерве (Federal Reserve Act), который учреждал Федеральную резервную систему США (ФРС), состоящую из 12 резервных банков (ФРБ). (В структуру ФРС входят и многочисленные частные банки).

Подписал этот закон ставленник банкиров президент Вудро Вильсон 23 декабря, буквально через час после голосования в сенате США. Накануне, 22 декабря, закон о ФРС был проголосован в палате представителей конгресса. С подписанием президентом США, закон немедленно вступил в силу.

В этом же 1913 г. в Конституцию США была внесена 16-я поправка, которая дала правительству право взимать подоходный налог (до этого бюджет пополнялся за счёт акцизов и пошлин). Подоходный налог давал источник денег для оплаты процентов по долгу правительства перед ФРС.

Конечно, не все законодатели голосовали за закон о ФРС. Например, против закона был конгрессмен Линдберг, предупреждавший своих коллег и весь американский народ о том, что закон о ФРС «учредил самый большой трест на свете. Когда президент подпишет этот закон, невидимое правительство властью денег… будет узаконено. Новый закон будет создавать инфляцию, когда бы тресты ни пожелали этого. Отныне депрессия будет создаваться на научной основе».

Вспыхнувшая вскоре первая мировая война привела к росту военных расходов правительством Штатов, которое заимствовало средства у ФРС, тем самым чрезвычайно обогатив банкиров.

Несмотря на торжественные заверения лоббистов закона о ФРС, что «с паниками и кризисами будет покончено навсегда», первая банковская паника произошла уже в 1920 г. Результатами паники воспользовались федеральные резервные банки, входящие в ФРС и главный из них Федеральный резервный банк Нью-Йорка во главе с Полом Варбургом, человеком Ротшильдов, одним из главных лоббистов закона о ФРС.

Хозяева ФРС действовали очень чётко и согласованно: вначале активная кредитная эмиссия; затем, когда кредитные средства начали переполнять денежный рынок, сжатие кредитной эмиссии и отзыв ранее выданных кредитов; и, наконец, организация банкротств несостоятельных клиентов и сбор «урожая» в виде взыскания залогов и покупки на рынке подешевевших активов.

В руки главных хозяев ФРС попало большое количество сельскохозяйственных земель, использовавшихся в качестве залогов; разорилось 5400 банков, активы которых также перешли к тем же хозяевам ФРС, часть разорившихся буржуа покончили жизнь самоубийством, что является характерным явлением, сопровождающим капиталистические кризисы перепроизводства. «Мелкая буржуазная рыбёшка» гибнет, а акулы бизнеса наживаются.

В ходе Великой депрессии 1929–33 гг. «урожай» оказался ещё богаче: прекратило существование около 16 тыс. банков, т. е. более половины общего их числа. В результате резко усилились позиции главных ростовщиков: 100 из 14 тысячи банков (т. е. 0,7 %) стали контролировать 50 % банковских активов страны. 14 самых крупных банков сосредоточили у себя 25 % всех банковских депозитов. К числу счастливцев, заработавших на кризисе, относятся Бернард Барух, Джозеф Кеннеди (отец будущего президента США Джона Кеннеди), Дуглас Диллон, Генрих Моргентау и некоторые другие. Все они, судя по всему, обладали инсайдерской информацией, что позволило им вовремя скинуть акции и другие ценные корпоративные бумаги и вложиться в более надежные активы. Так Бернард Барух, один из хозяев Уолл-стрит, писал: «Я начал ликвидировать свои акции и вкладывать деньги в облигации и запас наличности. Я также купил золото». По некоторым сведениям, пишет В.Катасонов, именно Барух дал в октябре 1929 г. «команду» руководителям Федерального резервного банка Нью-Йорка резко повысить ставку по кредитам, что и дало «толчок» фондовой панике.

В июле 1932 г. конгрессмен Луис Макфадден обвинил Федеральный резерв в том, что он сознательно создал кризис в стране, а в следующем году он предложил отстранить от должностей министра финансов, финансового контролёра и всех руководителей ФРС за многочисленные преступления, включая измену и мошенничество. Было несколько покушений на Макфаддена. В 1936 г. он умер, официальная причина – «внезапная остановка сердца».

Также ряд авторов, Николай Стариков, В.Катасонов и др., считают, что одной из возможных причин убийства президента США Дж. Кеннеди 22.11.1963 г. является его указ № 11110, подписанный 4.06.1963 г., которым он разрешил эмитировать национальную валюту (так называемый «серебряный сертификат») в обход Федрезерва США. На «долларах Кеннеди», как и на всех других предыдущих сериях банкнот США вместо надписи «Federal Reserve Note» (банкнота Федерального резерва) присутствует надпись «United States Note» (банкнота Соединённых Штатов). В то же время необходимо иметь ввиду, что после указа № 11110 не было напечатано ни одной новой серии «серебряных сертификатов», хотя они и продолжали выпускаться вплоть до 1965 г. А эмиссия банкнот казначейства «United States Note» производилась регулярно, начиная с 1862 г., в т. ч. в 1928, 1953, 1963 и 1966 годах. Ровно через 5 лет после подписания указа № 11110, в ночь с 4 на 5 июня 1968 г. был убит брат Джона Кеннеди, Роберт, лидер в президентской гонке от демократов. По мнению Николая Старикова, влиятельнейшие банкиры, стоящие за Федрезервом США, подали знак: «тот клан, чьи представители попытались предать Систему, в политике США больше никакой роли играть не будет. Так оно и вышло». Заканчивая эту тему убийств, хочу напомнить, что в том же 1968 г., 4 апреля, был убит Мартин Лютер Кинг, лидер движения за права чернокожих граждан США. Вот она, хвалёная американская «демократия» в действии. Это ещё раз подтверждает вывод, что в США, как и во всём современном буржуазном мире, бал правят деньги, бал правит доллар.

Кто же владеет Федеральной резервной системой США?

Катасонов в своей книге о Федеральном резерве в ответ на данный вопрос ссылается на известного американского исследователя ФРС Юстаса Муллинса (Eustace Mullins), автора нашумевшей книги «Тайны Федерального резерва» («Secrets of the Federal Reserve»).

Как уже неоднократно отмечалось, ФРС, – это в первую очередь Федеральный резервный банк Нью-Йорка, главный из 12 Федеральных резервных банков, входящих в ФРС. По данным Муллинса, в 1983 г. акционерами ФРБ Нью-Йорка было 27 банков, из них десять владели 66 % всех акций ФРБ, а пять имели в своих руках «контрольный пакет» в размере 53 %. Акционеры указанных пяти банков – лица, связанные между собой кровно-родственными отношениями, причём их гражданство отнюдь не американское. Это и есть те, кого называют семейством, точнее, кланом Ротшильдов.

По мнению некоторых исследователей, сегодня главными владельцами ФРС являются уже не Ротшильды, а Рокфеллеры.

В то же время Ротшильды, как отмечают ряд исследователей, умеют хорошо маскироваться. Как показывают исследования Муллинса, главные акционеры ФРБ имеют тесные связи не только и не столько с нью-йоркским Уолл-стрит, сколько с лондонским Сити. В конечном счёте, с Банком Англии, находящимся под контролем Ротшильдов.

Изыскания Муллинса в значительной степени совпадают с выводами комиссии конгресса США, которая в 1976 г. занималась выяснением того, кому принадлежит ФРС. Вывод комиссии таков: контрольный пакет находится у правопреемников тех, кто были главными учредителями Федерального резервного банка Нью-Йорка – J. P. Morgan&Co и Kuhn, Loeb &Co. То есть Федеральные резервные банки в 1976 г., также как и в 1914 г. находились под контролем Ротшильдов, Банка Англии и других лондонских банков. Впрочем, в других местах Катасонов утверждает, что основным финасовым активом Ротшильдов является золото, а Рокфеллеров – доллар. Но если доллар основной актив Рокфеллеров, то ФРС в большей мере контролируется этим кланом.

По мнению некоторых исследователей, отношение к Соединённым Штатам ФРС имеет весьма условное. Чисто «американским» является лишь адрес, где расположен главный офис Федерального резерва. «Американскими» являются также налоги, которые граждане США платят для покрытия долгов федерального правительства (казначейства) перед Федрезервом. По сути, ФРС представляет собой некое экстерриториальное образование, которое находится вне контроля властей США.

Коротко о Ротшильдах, Рокфеллерах

Ротшильды – европейская династия банкиров еврейского присхождения, чья история восходит к концу XVIII в. В 1816 г. император Австрийской империи Франц II пожаловал Ротшильдам баронский титул. Ротшильды стали принадлежать к высшему свету австрийского дворянства. Британская ветвь династии была принята при дворе королевы Виктории. Считается, что с XIX в. Ротшильды имеют самое крупное состояние в мире.

Предок династии меняла Амшель Мозес Бауэр (по-русски бауэр означает крестьянин), торговый партнёр Гессенского дома, владел ювелирной мастерской в еврейском квартале Франкфурта-на-Майне. На эмблеме мастерской был изображён золотой римский орёл на красном щите. Со временем матерскую стали называть «Красный щит», и это название – Rothschield – принял в качестве фамилии его сын Майер, основатель династии.

Майер Амшель Ротшильд (1744–1812) основал банк во Франкфурте-на-Майне и создал свою банковскую империю, послав своих пятерых сыновей в европейские столицы. Сыновья Майера: Амшель Майер, Соломон Майер, Натан Майер, Калман Майер, Джеймс (Якоб) Майер контролировали пять банков в крупнейших городах Европы: в Франкфурте-на-Майне, Вене, Лондоне, Неаполе, Париже. Две ветви Ротшильдов – английская (от Натана), и французская (от Джеймса) – ведут свою историю до нашего времени.

Важной составляющей стратегии Майера Ротшильда, ставшей залогом будущего успеха, было сохранение полного контроля над бизнесом в руках членов семьи. Майер Ротшильд тщательно организовывал браки по расчёту, включая браки между двоюродными и троюродными родственниками, так что накопленное богатство оставалось внутри семьи и служило общему делу – накоплению богатства и, соответственно, усилению власти. Эта практика, подобная королевским бракам, когда члены одной королевской семьи женятся на членах другой королевской семьи, стала применяться и другими династиями предпринимателей и банкиров.

Примеру Ротшильдов следовали другие семьи еврейских финансистов. Тем самым в середине и последней четверти XIX в. еврейские финансисты стали владеть преобладающей долей в международных финансах.

Лишь в конце XIX в. почти все Ротшильды начали заключать браки за пределами семьи, обычно с аристократами или представителями других финансовых династий.

К началу наполеоновских войн (1803–1815) Ротшильды уже обладали очень значительным богатством, и Натан Ротшильд добился большого преимущества в торговле слитками золота. Находясь в Лондоне в период с 1813 по 1815 г., он способствовал финансированию Великобритании, финансировал перевозку слитков золота для армии герцога Веллингтона, организовывал оплату британских субсидий для континентальных союзников. В 1815 г. Ротшильд в одиночку выдал заём британским континентальным союзникам в размере 9,7 млн. ф. ст. (в ценах 1815 г.). Братья координировали деловую активность по всему континенту, семья развила сеть агентов, поставщиков и курьеров для транспортировки золота по всей воюющей Европе. Семейная сеть также обеспечивала Натана Ротшильда политической и финансовой информацией раньше всех (инсайдерской информацией по нынешней терминологии), давая ему преимущество во времени на финансовых рынках, тем самым делая дом Ротшильдов неоценимым для британского правительства. Однажды семейная сеть позволила Натану получить новость о победе Веллингтона в битве при Ватерлоо на целый день раньше официального послания правительства.

Натан Ротшильд после получения послания о поражении Наполеона, сразу же поспешил на биржу. Ротшитльд выглядел грустно и внезапно начал продавать облигации английского правительства. Одновременно начали распространяться слухи (поверенными людьми Ротшильда) о победе Наполеона. Остальные участники биржи последовали примеру Натана и начали продавать облигации. Рынок стремительно рухнул вниз. После значительного снижения цены Натан через своих агентов тайно начал скупать подешевевшие облигации, тем самым колоссально обогатившись и получив контроль над рынком облигаций британского казначейства.

Натан Ротшильд, начавший свой бизнес в Манчестере в 1806 г., постепенно переместился в Лондон, где в 1809 г. приобрёл помещение на Лондонском Сити, которое работает до сих пор. Он основал банк N. M. Rothschild в 1811 г. (ныне – N. M. Rothschild&Sons). В 1818 г. Натан организовал заём в 5 млн. ф. ст. для Прусского правительства и выпустил облигации государственного займа (долговое обязательство), тем самым сформировав фундамент своего банковского дела. В Сити Лондона он приобрёл такую финансовую мощь, что в 1825–1826 гг. смог снабдить Банк Англии достаточным количеством монет, чтобы предотвратить кризис рыночной ликвидности.

Примечательным для оценки деятельности Ротшильдов был тот факт, что они как евреи были записаны в дипломе о возведении в дворянство менялами, в то время как финансисты христианской веры именовались банкирами. В сентябре 1822 г. все Ротшильды получили титулы барона и стали называться банкирами. Теперь члены династии использовали приставку «де» или «фон» (в немецком варианте) Ротшильд. Возведение в дворянство изменило стиль жизни Ротшильдов. Они приобрели роскошные дворцы, стали давать великолепные обеды, на которые съезжались представители аристократических кругов многих стран.

В 1885 г. Натан Майер Ротшильд II, внук Натана, известный также как Натаниель, представитель лондонской династии, наследственный барон, впервые стал лордом. Он был первым евреем, который вошёл в палату лордов. С этого момента можно считать, что потомки Натана полностью срослись с английской элитой.

Семейный банковский бизнес Ротшильдов сыграл свою роль в финансировании многих крупных проектов в период индустриализации Европы, при прокладывании сети железных дорог во Франции, Бельгии и Австрии, при финансировании проекта Суэцкого канала. Ротшильды финансировали основание De Beers (ныне – крупнейшая международная корпорация, занимается добычей, обработкой и производством алмазов), экспедицию Сесила Джона Родса в Африку и создание британской колонии Родезии, т. е. финансировали разбойничью захватническую колониальную политику английского империализма. Начиная с конца 1880-х гг. семья контролировала горнорудное предриятие Rio Tinto (ныне – австралийско-британский концерн, третья по величине в мире транснациональная горнорудная компания; входит в тройку лидеров, наряду с De Beers и российским АЛРОСА, по добыче алмазов). Японское правительство обращалось за финансированием к Лондонскому и Парижскому отделениям Ротшильдов во время Русско-японской войны. Лондонский консорциум выпустил облигации на сумму 11,5 млн. ф. ст. (в ценах 1907 г.).

После впечатляюще огромного успеха имя Ротшильдов стало синонимом богатства. Знаменитые коллекции произведений искусства, более 41 дворца, соизмеримых или даже превосходящих по роскоши богатейшие королевские дворцы. В 1909 г. британский премьер Ллойд Джордж утверждал, что лорд Натан Майер Ротшильд II был самым могущественным человеком в Великобритании. В 1901 г. из-за отсутствия наследника мужского пола Франкфуртский Дом закрыл свои двери после более чем столетия работы. Только в 1989 г. Ротшильды вернулись во Франкфурт, когда N. M. Rothschild&Sons (британское инвестиционное отделение) и Bank Rothschild AG (швейцарское отделение) открыли там представительства.

Альфонс, старший сын Джеймса Якоба Ротшильда, был наиболее активным в поддержке вопроса о Земле Израильской. Семейные архивы Ротшильдов говорят, что в течение 1870-х гг. семья жертвовала около 500 000 франков ежегодно от лица восточных евреев для Всемирного еврейского союза. Барон Эдмон Джеймс де Ротшильд, младший сын Джеймса Якоба, был главой первого поселения в Палестине в Ришон-ле-Цион и выкупил у Оттоманского землевладельца части земли, которые в настоящее время составляют Израиль. Ротшильды сыгради значительную роль в становлении инфраструктуры израильского правительства, финансировали строительство кнессета в качестве подарка сионистскому государству. В благодарность за поддержку в создании сионистского государства Израиль на купюре в 500 шекелей помещено изображение Эдмонда Ротшильда. Выступая на заседании ООН в 1971 г., советский представитель Я. А. Малик высказал точку зрения нашей делегации на сионизм: «Как и у фашистов, так и у сионистов одна и та же идеологическая природа; и те и другие – выразители интересов крупной империалистической наиболее реакционной буржуазии; и те и другие – смертельные враги революционного и национально-освободительного движения, враги социализма и коммунизма; и те и другие – оголтелые расисты. Разница лищь в том, что немецкие фашисты создавали культ «арийской расы». А сионисты пытаются создать культ «еврейской высшей расы». Только в этом их разница».

Общее состояние клана Ротшильдов в 2012 г. оценивалось в размере от 1,7 до 3,2 трлн. долл., хотя состояние ни одного из членов семьи не превышает одного миллиарда.

Рокфеллеры.

Американский миллиардер Дэвид Рокфеллер скончался в возрасте 101 г. Об этом 20 марта 2017 г. сообщила газета New York Times. Дэвид Рокфеллер управлял банком Chase Manhattan, и хотя семья Рокфеллеров никогда не владела более чем 5 % акций кредитной организации, он довольно долгое время был известен как «Рокфеллер-банк». «Статус Дэвида Рокфеллера был выше, чем это мог передать любой корпоративный титул. Его влияние чувствовалось в Вашингтоне и столицах иностранных государств, в коридорах мэрии Нью-Йорка, в музеях, университетах и государственных школах», – написала газета в некрологе Рокфеллеру.

Первым в истории человечества миллиардером стал Джон Дэвисон Рокфеллер, родившийся в 1839 г. в г. Ричфорд, шт. Нью-Йорк, США.

Отец Джона, Уильям, не имея специального образования, торговал снадобьями, продавал подозрительные лечебные микстуры, сотрудничая с разного рода знахарями. В 1849 г. многодетному семейству (в семье, кроме Джона, было ещё пятеро детей) срочно пришлось менять место жительства, т. к. Уильям Рокфеллер обвинялся в конокрадстве. После нескольких лет бродячей жизни семейство, наконец, осело в Кливленде, но не потому, что Уильям остепенился. В 1855 г. он отбыл в неизвестном направлении, женившись на некой Маргарет, молоденькой девушке, знавшей его как доктор Уильям Ливингстон. Джон Рокфеллер вспоминал, что отец с ранних лет рассказывал ему о предприятиях, в которых участвовал, объяснял принципы ведения дела, он писал об отце: «Он часто торговался со мной и покупал у меня различные услуги. Он научил меня, как нужно покупать и продавать. Мой отец просто «натаскивал» меня на обогащение»!

Семья была очень религиозной. С детства мать, отец и протестантский священник, которого семья Рокфеллеров часто посещала, обучали своих детей бережно относиться к личным финансам, трудиться и самостоятельно зарабатывать.

Бизнес стал для Джона одним из главных направлений семейного воспитания. Ещё в раннем детстве Джон покупал фунт конфет, делил его на маленькие кучки и с наценкой (!) распродавал собственным сёстрам. В семь лет он продавал выращенных им индюшек соседям, а заработанные на этом 50 долларов одолжил соседу под 7 % годовых.

В 16 лет, имея за плечами трёхмесячные бухгалтерские курсы, Джон Рокфеллер устроился помощником бухгалтера в торговой компании Hewitt&Tuttle. Сначала ему платили 17 долл. в месяц, а потом – 25. Получая их, Джон испытывал чувство вины, находя вознаграждение чрезмерно завышенным. Чтобы не тратить зря ни цента, Рокфеллер купил маленькую бухгалтерскую книгу, куда записывал с все свои расходы. Очень быстро Джон стал бухгалтером, а через некоторое время – управляющим компании с окладом в 600 долл. Однако Рокфеллеру не понравилось, что предыдущему управляющему платили 2000 долл., и он уволился.

Эта работа была единственным местом работы по найму в биографии Джона Рокфеллера.

В 18 лет Джон Рокфеллер стал младшим партнёром коммерсанта Мориса Кларка. Стать на ноги компании помогла Гражданская война 1861–1865 гг. Воюющие армии щедро платили за провиант, и партнёры поставляли им муку, свинину и соль. К концу войны в штате Пенсильвания, недалеко от Кливленда, открыли залежи нефти и город оказался в центре нефтяной лихорадки. К 1864 г. Кларк и Рокфеллер уже вовсю занимались пенсильванской нефтью. Рокфеллер решил полностью сосредоточиться только на нефти и, т. к. Кларк был против, за 72,5 тыс. долл. выкупил у партнёра его долю.

В 1870 г. Рокфеллер создал свою знаменитую «Стандарт ойл», которая постепенно подминала под себя, не брезгуя при этом демпингом и гангстергскими методами, разрозненные нефтедобывающие и нефтеперерабатывающие предприятия. К 1879 г. «захватническая война» была фактически окончена. Компания Рокфеллера контролировала 90 % нефтеперерабатывающих мощностей в США.

В 1890 г. был принят антитрестовский закон Шермана, направленный на борьбу с монополиями. До 1911 г. Рокфеллеру удавалось обходить этот закон, однако затем «Стандарт ойл» была разделена на 34 компании (практически все сегодняшние крупные американские нефтяные корпорации, в т. ч. ExxonMobil, Chevron, берут начало от «Стандарт ойл»), в которых Рокфеллер сохранил контрольный пакет акций и продолжал и далее обогащаться.

Рокфеллер стал первым в мире долларовым миллиардером. В 1917 г. его состояние оценивалось в 900–1200 млн. долл., что составляло 2,5 % ВВП США. (Журнал «Форбс» оценил его тогдашнее состояние в 318 млрд. долл. по курсу 2007 г.). К концу своей жизни Джон Рокфекллер (умер в 1937 г.), помимо долей в каждой из «дочек» «Стандарт ойл», владел 16 железнодорожными и 6 сталелитейными компаниями, 9 банками, 6 пароходствами, 9 риелторскими фирмами и 3 апельсиновыми рощами.

Как отмечают биографы клана Рокфеллера, основатель клана отличался благотворительностью, на которую он тратил 10 % дохода, затраты составили 500 млн. долл. Перечислял в помощь баптистской церкви, вносил пожертвования ряду университетов страны и т. д.

Новый глава династии, Джон Д. Рокфеллер II (младший) оказался достойным продолжателям дела своего отца. Первая мировая война принесла клану Рокфеллеров 500 млн. долл. чистой прибыли, вторая – 2 млрд. Причём Рокфеллеры активно помогали фашистской Германии, которой требовалось горючее для танков и самолётов. Как отмечает В. Б. Павленко (««Большая игра» Ротшильдов и Рокфеллеров – на свету и в тени»), в 1930 г. в Базеле был создан Банк международных расчётов для финансирования нацистов, а в 1934 г. «Стандарт ойл» выкупила 730 тыс. акров земли под Гамбургом и построила на них нефтеперерабатывающий завод, который исправно функционировал всю войну.

Джон Рокфеллер-мл. своим пятерым сыновьям и дочери оставил роскошные дворцы и виллы. Зимой юные Рокфеллеры жили в Нью-Йорке в девятиэтажном фамильном особняке. К их услугам была собственная поликлиника, особые колледжи, плавательные бассейны, теннисные корты, концертные и выставочные залы. В имении Рокфеллеров размером в три тысячи акров есть манежи для верховой езды, велодром, домашний театр, стоящий полмиллиона долларов, пруды для плавания на яхтах и прочее. Оборудование только одной комнаты для игр обошлось чадолюбивому нефтяному королю в 520 тыс. долл.

Когда подрос младший из братьев, Дэвид (с которого мы начали наш рассказ об этом семействе миллиардеров), каждый получил в своё распоряжение городские особняки, летние виллы и прочую недвижимость, необходимую для светской жизни.

Но сила Рокфеллеров не только в нефтедобыче и других промышленных отраслях. С конца XIX в. клан начал очень серьёзно вкладываться в науку, университетскую среду США. Значительная часть американского политического, военного, разведывательного и научно-технического истеблишмента либо является выходцами из научных и университетских структур, курируемых Рокфеллерами, либо связаны с ними. Наиболее активно Рокфеллеры вкладывали средства в такие области как медицина, биология, евгеника, вирусология, расология. Некоторые направления в послевоенные годы были скомпрометированы из-за распространённости их в Третьем рейхе. Но именно их спонсировали Рокфеллеры и эти направления никуда не делись, а просто ушли в тень, утвержадет историк и социальный философ Андрей Фурсов. Тем более что Рокфеллеры, как и большая часть мировой верхушки, сторонники сокращения населения планеты до 2-х млрд. чел. А решение этой задачи, кроме всего прочего, требует серьёзных медицинских и вирусологических исследований. В уничтожении значительной части населения планеты видят своё спасение и продолжение своего владычества над народами Рокфеллеры, Ротшильды и им подобные современные «финансовые короли».

Политолог, автор бестселлеров на тему нефти и геополитики Ф. Уильям Энгдаль разоблачает так называемую благотворительность Рокфеллеров, показывает преступную деятельность этого клана, направленную против человечества.

В 1939 г. Дэвид Рокфеллер и его четыре брата, через свой семейный «Фонд Рокфеллеров» профинансировали совершенно секретные «исследования мира и войны» в нью-йоркском «Совете по международным отношениям», самом влиятельном частном аналитическом центре, который также контролировался Рокфеллерами. Ещё до начала второй мировой войны группа американских научных работников спланировала формирование послевоенной мировой империи, что позже издатель журналов «Тайм» и «Лайф» Генри Льюис назвал Американским столетием. Речь шла о создании программы по захвату глобальной империи у обанкротившихся британцев. Но было принято решение не называть это империей, а назвать «распространением демократии, свободы, американского свободного предпринимательства». Было спланировано, как Соединённые Штаты в послевоенном мире сменят Британскую империю и сами станут господствующей империей в мире.

Рокфеллеры пожертвовали землю на Манхэттене для штаб-квартиры ООН, и в процессе этого заработали миллиарды на повышении цен на прилегающие участки земли, которыми они также владели. Это так называемые рокфеллеровский метод «благотворительности», когда любая безвозмездная помощь рассчитана так, чтобы увеличить богатство и влияние семьи.

В годы «холодной войны» Рокфеллеры доминировали во внешней политике США и наживались на многочисленных войнах в Африке, Азии и Латинской Америке. В отличие от Ротшильдов, которые предпочитают «не светиться» на публичных политических должностях, руководствуясь принципом «деньги любят тишину», Рокфеллеры позволяли отдельным представителям своего клана «выходить из тени». Так брат Дэвида, Нельсон Рокфеллер, в 1974–1977 гг. был вице-президентом США, ещё один брат, Уинтроп, был губернатором Арканзаса.

В период до 1939 г. и в начале войны «Фонд Рокфеллера» финансировал биологические исследования в «Институте кайзера Вильгельма» в Берлине. Это была нацистская евгеника – как вывести более совершенную расу и как стерилизовать и уничтожить те народы, которых гитлеровцы считали «неполноценными». После войны Рокфеллеры организовали приезд в США и Канаду ведущих германских учёных с подчищенными документами для продолжения этих «научных» исследований.

В 1950-е годы Рокфеллеры организовали «Совет по делам народонаселения» для продолжения евгеники, замаскированной под исследования населения для контроля рождаемости. В 1970-х годах советник по национальной безопасности президента США Генри Киссинджер, представитель рокфеллеровского клана, руководил совершенно секретным проектом правительства США под названием «Потенциальные последствия роста населения в мире для безопасности США и заокеанских интересов». Проект утверждал, что высокий рост численности населения в развивающихся странах с таким стратегическим сырьём как нефть или минералы является «угрозой национальной безопасности» США, т. к. большее число населения требует экономического роста с использованием этих ресурсов внутри страны. Т. е., по мысли авторов данного документа, выражающих интересы американских транснациональных корпораций, в первую очередь нефтяных, все ресурсы мира принадлежат американскому капиталу. Поэтому предварительным условием оказания американской помощи развивающимся странам являются программы сокращения населения в данной стране. (Именно этой участи подверглась Украина).

«Фонд Рокфеллера» финансировал и создание «генетического оружия» через подконтрольную ему корпорацию «Монсанто». Целью созания генномодифицированных объектов (ГМО) является установление контроля пищевой цепочки человека и животных. Сегодня более 90 % всех соевых бобов, более 80 % всей кукурузы и хлопка, выращиваемых в США, являются генномодифицированными, – приводит такие данные Ф. Энгдаль.

Общее состояние клана Рокфеллеров исследователи оценивают примерно на триллион долларов меньше, чем клана Ротшильдов. Уже упоминавшийся нами Андрей Фурсов приводит такие цифры: состояние Ротшильдов составляет где-то 3,2 трлн. долл., состояние Рокфеллеров – 2,5 трлн. Разумеется, всё это примерные оценки.

В своё время Генри Киссинджер так изложил суть мировой стратегии Рокфеллеров: «Если вы контролируете нефть, то вы контролируете целые страны; если вы контролируете пищу, то вы контролируете народы; если вы контролируете деньги, то вы контролируете весь мир».

Именно в борьбе за контроль над нефтью, природными ресурсами Земли, пищей и деньгами и идёт ожесточённая борьба между крупнейшими финансовыми кланами планеты, борьба, заложниками которой является весь мир.

Только освободившись от власти финансового капитала, уничтожив власть капитала, народы мира действительно приобретут возможность свободного и независимого развития.

#### § 5. Современная мировая денежная система

Вопрос появления денег и формирования товарно-денежных отношений, высшей ступенью которых стали капиталистические общественно-экономические отношения, подробно рассмотрен в «Капитале» Карла Маркса, в частности, в отделе первом первого тома «Капитала» «Товар и деньги».

Маркс показывает, как с развитием торговых отношений между разными племенами один из товаров начал выделяться из общей массы и становиться всеобщим эквивалентом при торговых сделках. Постепенно роль всеобщего эквивалента, превратившегося в деньги, закрепилась за благородными металлами: бронза, серебро, золото.

Серебряный стандарт, т. е. денежная система, основанная на серебре, существовал в Центральной Европе в VIII–XIV веках. Распространился после падения Византийской империи и господствовал вплоть до XIX в. После открытия в XVI в. крупных месторождений серебра в Латинской Америке, международный серебряный стандарт оказался связанным с испанским песо. Эти серебряные испанские «доллары» играли роль мировой валюты в международной торговле в течение почти четырёх сотен лет.

С увеличением объёма торговых операций в качестве средства платежа всё чаще стали применять золото (при этом надо иметь в виду, что золото в качестве денег начало применяться уже в античном мире). Фактически начала складываться биметаллическая денежная система, когда в роли всеобщего эквивалента выступают два благородных металла – золото и серебро. Одновременно с ними функционировали в обращении другие денежные знаки – банкноты, казначейские билеты, мелкая разменная монета, которые свободно обменивались на денежный металл (золото, серебро).

После наполеоновских войн Соединённое Королевство ввело золотые соверены и официально приняло золотой стандарт в 1821 г. К концу XIX в. на золотой стандарт перешли практически все страны. Монометаллическая денежная система начала функционировать на основе золота. С 1821 г. и по 1914 г. фунт стерлингов свободно и без ограничений конвертируется в золото, являясь, фактически, главной резервной валютой.

С началом первой мировой войны на ведущие позиции начинает выходить доллар США, страны, чрезвычайно обогатившейся на войне. В 20-е годы производство стремительно развивалось, что в условиях капиталистического хозяйства привело к крупнейшему кризису перепроизводства и Великой депрессии.

Великая депрессия 1929–1933 гг. нанесла удар по всему капиталистическому миру, в т. ч. по Соединённым Штатам. Промышленное производство в США за эти годы сократилось более чем вдвое. Число безработных выросло с 1,6 млн. чел. до 12,8 млн., т. е. в 8 раз. На самом дне кризиса безработные составили четверть трудоспособного населения страны – 17 млн. чел. Ситуацию усугубляло сильное расслоение общества: тогдашним американским кланам миллиардеров – Рокфеллерам, Морганам, Дюпонам, Меллонам – принадлежала половина национального богатства США и около трети всех сбережений. В то же время большинство трудового населения страны остались без средств к существованию. Полки в магазинах были переполнены, но многие не могли приобрести самого необходимого, и умирали от истощения – от голода погибло несколько миллионов человек. Нераскупленные продукты уничтожали – сжигали и топили в океане зерно, убивали миллионы свиней, запахивали урожайные земли. Обанкротилось 40 % банков. Разорившиеся вкладчики нередко кончали жизнь самоубийством. Безработные и бездомные сооружали на заброшенных пустырях самодельные трущобы, которые американцы прозвали «гувервилями», по имени тогдашнего президента Штатов Герберта Гувера. Голодные походы, демонстрации, другие формы протеста потрясли всю страну (Григорий Коган «Золотой антидепресант»).

Спасителем капитализма выступил 32-й президент США Франклин Делано Рузвельт, который пошёл на некоторые социальные уступки трудовым массам во имя сохранения власти капитала.

Провозглашённый Рузвельтом «Новый курс» опирался на учение британского экономиста Джона Мейнарда Кейнса, который говорил о необходимости участия государства в регулировании хозяйственной жизни. Это был уход от прежней политики laissez-faire (рыночного саморегулирования и максимального невмешательства государства в экономику) потерпевшей крах. Согласно кейнсианскому объяснению, основной причиной Великой депрессии была нехватка денежной массы. Товаров и услуг производили много, а денег на их обеспечение не хватало. Кроме того, на рубеже веков появились совершенно новые товары – автомобили, радиоприёмники, самолёты… А в условиях, когда деньги привязаны к золотому запасу, нарастить денежную массу было невозможно.

В этой ситуации нужно было включить денежный станок, отвязать доллар от золота и девальвировать его, что и сделал Рузвельт. Был издан акт о конфискации (1933 г.), предотвративший вывоз золота за границу, согласно которому гражданам США было запрещено, под угрозой уголовного наказания, частное владение золотыми слитками, золотыми монетами и золотыми сертификатами (ювелирные золотые изделия и украшения не изымались). Все, у кого имелся «жёлтый металл», обязаны были сдать его государству до 1 мая 1933 г. по цене 20 долл. 66 центов за тройскую унцию. Когда всё скупленное золото было сосредоточено в Федеральном резерве (затем перемещено в Форт Нокс, хранилище министерства финансов, построено в 1936 г.), то цена тройской унции золота была поднята до 35 долл.

Однако «Новый курс» Рузвельта не спас страну от очередной рецессии 1937–1938 гг., выйти из которой США смогли только благодаря второй мировой войне. Резкий рост военных заказов привёл к оживлению промышленности, уменьшению безработицы, что способствовало выходу американской экономики из кризиса. Этот факт ещё раз подтвердил тот вывод, что война – это естественный способ империалистических стран по выходу из кризиса.

Бреттон-Вудская система – международная система организации денежных отношений и торговых расчётов, установленная в результате конференции, состоявшейся в июле 1944 г. на курорте Бреттон-Вудс в штате Нью-Гемпшир, США. Был введён золотодолларовый стандарт, в соответствии с которым золото вытесняется из свободного оборота и выступает лишь средством окончательного расчёта между странами. Наряду с золотом, международным средством и резервной валютой выступают доллар (США) и фунт стерлингов (Великобритания). Разумеется, основную функцию мировой резервной валюты стал выполнять доллар США.

Для золота была установлена твёрдая цена – 35 долларов за тройскую унцию. В результате США получили валютную гегемонию, оттеснив своего ослабевшего конкурента – Великобританию. Это привело к появлению золотодолларового стандарта, международной валютной системы, основанной на господстве доллара. В середине ХХ в. 70 % мировых запасов золота принадлежало США. Доллар – валюта, конвертируемая в золото, стал мировыми деньгами. Т. е. доллар был обеспечен золотом, а все остальные валюты – долларом. Это было время, когда в США и за рубежом говорили: «Dollar is as good as gold (доллар также хорош, как и золото)».

На конференции также были созданы Международный валютный фонд (МВФ) и Международный банк реконструкции и развития (МБРР). На конференции в Бреттон-Вудсе подняли вопрос о преступной деятельности Банка международных расчётов (БМР) в предвоенные годы и в годы второй мировой войны. С трудом, но было принято решение о ликвидации этого банковского суперкартеля. Однако решение конференции так и не было выполнено. Международный картель банкиров, которым является БМР, со штаб-квартирой в швейцарском городе Базель, по-прежнему продолжает управлять мировым рынком денег. А через рынок денег – всей мировой экономикой. Безусловно, отмечает В. Катасонов, что два мировых картеля – ФРС и БМР – тесно взаимодействуют между собой. «Их можно сравнить с двумя головами одной мировой гидры».

Несколько слов о Банке международных расчётов (БМР). Банк создан в 1930 г. на основе Гаагского соглашения центральных банков 5 государств – Великобритании, Франции, Бельгии, Германии и Италии, и конвенции этих стран со Швейцарией, где расположен банк (Базель). Первоначально он предназначался для организации репарационных платежей Германии в пользу стран-победительниц. Через некоторое время главной функцией БМР стала координация деятельности центральных банков. Официально США не участвовали в создании БМР, т. к. не могли получать репарационные платежи с Германии. Поэтому на акции БМР подписались частные американские банки во главе с JP Morgan. Сотрудничество банкиров западных стран с банкирами фашистских государств способствовало укреплению мощи фашистского блока, формировало финансовую базу для подготовки и развязывания второй мировой войны. В годы второй мировой войны в банке продолжалось сотрудничество между директорами от стран антигитлеровской коалиции и от фашистского блока. Народы этих стран воевали между собой за победу над фашизмом, а банкиры с обеих сторон только наживались на войне.

В послевоенные годы банк продолжил свою работу, являясь, фактически, центральным банком центральных банков. Почти все европейские центральные банки, а также центральные банки США, Канады, Японии, Австралии и Южной Америки участвуют или тесно связаны с разнообразной деятельностью БМР.

Ямайская валютная система. В 70-е годы прошлого столетия произошёл переход от золотодолларового стандарта (Бреттон-Вудская валютно-финансовая система) к бумажно-долларовому (Ямайская система). Дело в том, что золотодолларовая система могла существовать до тех пор, пока золотые запасы США могли обеспечивать конверсию зарубежных долларов в золото. Но золотые запасы США таяли буквально на глазах, сократившись с 1949 по 1970 гг. с 21800 т до 9838 т, т. е. более чем в два раза. Последний удар по Бреттон-Вудской ситеме нанёс президент Франции генерал де Голль, потребовав обменять имевшиеся во Франции доллары на золото. Затем то же самое проделала Германия.

Проблемы, с которыми столкнулась Бреттон-Вудская система, были отчётливо сформулированы в дилемме (парадоксе) Триффина: «Эмиссия ключевой валюты должна соответствовать золотому запасу страны-эмитента. Чрезмерная эмиссия, не обеспеченная золотым запасом, может подорвать обратимость ключевой валюты в золото, что вызовет кризис доверия к ней. Но ключевая валюта должна выпускаться в количествах, достаточных для того, чтобы обеспечить увеличение международной денежной массы для обслуживания растущего количества международных сделок. Поэтому её эмиссия должна происходить, невзирая на размер ограниченного золотого запаса страны-эмитента».

В связи со сложившейся ситуацией президент США Ричард Никсон 15 августа 1971 г. объявил решение об отмене свободной конвертируемости доллара в золото (отказался от золотодолларового стандарта), отказавшись, таким образом, в одностороннем порядке от выполнения Бреттон-Вудских соглашений. Это событие получило название Никсон-шок.

Суть кризиса Бреттон-Вудской системы заключается в противоречии между интернациональным характером международных экономических отношений и использованием для этого национальных валют (главным образом, доллара США), подверженных обесцениванию. Огромное количество долларов, выпущенных США и необеспеченных золотом, и привело к краху Бреттон-Вудской системы.

После Ямайской валютно-финансовой конференции 1976 г., решения которой были ратифицированы странами-членами МВФ в 1978 г., привязка доллара к золоту была отменена. Образно выражаясь, с «печатного станка» ФРС был снят «золотой тормоз». Хозяева «печатного станка» получили возможность ничем не ограниченной эмиссии. Произошла демонетизация золота: центральным банкам разрешено продавать и покупать золото без ограничения как обычный товар на свободном рынке. Главным практическим значением новой системы стал переход от фиксированных валютных курсов, в основе которых лежало золотое содержание валют, к плавающим валютным курсам. Рынок золота из основного денежного рынка превратился в разновидность рынка товарного.

Американский экономист Мюррей Ротбард в своей известной книге «Показания против Федерального резерва» отметил: «начиная с 1980 г. Федеральный резерв обладает абсолютной властью делать практически всё, что ему заблагорассудится».

С целью уйти от полной зависимости от доллара, в 1979 г. была создана Европейская валютная система. Введена в обращение единая расчётная валюта – ЭКЮ (ECU – European Currency Unit), которая в 1999 г. трансформировалась в евро.

Нефтедоллар. Бумажный доллар держится на двух «столпах» – на монополии «печатного станка» ФРС и на военной мощи Пентагона. Но доллару нужно хоть какое-то материальное обеспечение (взамен золота). Таким обеспечением стала нефть – основная энергетическая составляющая, энергетический базис современного капиталистического способа производства.

Как нам напоминает В. Катасонов, в 1973 г. было достигнуто соглашение между Саудовской Аравией и США, согласно которому каждый баррель нефти, купленный у королевства, будет оцениваться в долларах США. В соответствии с этим соглашением любая страна, которая пожелала бы купить нефть у Саудовской Аравии, должна была сначала обменять собственную валюту на американские доллары. В обмен на готовность Саудовской Аравии производить нефтяные сделки исключительно в долларах США, Америка предложила ей оружие и защиту месторождений нефти от посягательств соседних стран. К 1975 г. все страны ОПЕК согласились оценивать свои нефтяные ресурсы исключительно в американских долларах и получать за нефть доллары. В обмен им обещали поставки оружия, а также военную защиту.

Сложившаяся в 70-х годах нефтедолларовая система выгодна Вашингтону вдвойне. Во-первых, банки ФРС получают доход от каждого выпущенного доллара – деньги выпускаются в кредит, что создаёт долги – загребая при этом баснословные прибыли. Во-вторых, все расчёты в долларах проходят через банки США, обеспечивая тем самым Вашингтону эффективный механизм контроля над своими вассалами, входящими в нефтедолларовую систему.

Те же, кто пытается выйти из-под контроля, тут же подвергаются агрессивным акциям Пентагона. Ирак, Ливия, Сирия, Иран – вот звенья борьбы США за сохранение нефтедоллара.

#### § 6. «Холодная война» и гонка вооружений

Как мы уже писали выше, США и Великобритания, обеспокоенные повышением роли и влияния СССР в послевоенном мире, ростом авторитета коммунистических партий и влияния коммунистических идей, провозгласили «холодную войну», основные постулаты которой были сформулированы в Фултонской речи Черчилля и доктрине Трумэна.

«Холодная война» направлена была против СССР и стран народной демократии, возникших в Восточной Европе, против мира социализма в целом, против роста авторитета и влияния коммунистических идей и коммунистических партий, была направлена на замалчивание решающей роли СССР в победе над фашизмом в годы второй мировой войны и т. п.

Цель «холодной войны» была та же, что и в предвоенные годы – нанести поражение СССР, уничтожить социализм на планете, превратить трудящихся многонационального Советского Союза в рабов транснациональных корпораций и банков, (что, в конечном итоге и удалось осуществить с помощью предательского горбачёвского руководства).

Мир капитала развязал ожесточённую войну против мира социализма на всех фронтах: идеологическом, политическом, экономическом (план Маршалла) и военном, навязав Советскому Союзу гонку ракетно-ядерных вооружений.

Беспрецедентная гонка вооружений, развязанная империализмом против СССР, в конечном итоге, подорвала экономическую мощь Советского Союза и внесла свою лепту в поражение социализма.

6 и 9 августа 1945 г. США осуществили ядерную бомбардировку японских городов Хиросима и Нагасаки, под предлогом быстрейшего разгрома японского милитаризма. На самом деле никакой существенной роли в войне эти бомбардировки не сыграли. Решающий вклад в разгром японского милитаризма, как и немецкого фашизма, внесла Советская Армия, в кратчайшие сроки разгромившая миллионную Квантунскую армию Японии.

Данные бомбардировки были направлены, в первую очередь, против СССР, чтобы запугать Советское правительство и навязать ему свою волю в послевоенном мире.

Пользуясь временной монополией на ядерное оружие и, исходя из курса на достижение мирового господства, 14 декабря 1945 г. в США была издана директива Объединённого комитета военного планирования № 432/д, в которой ставилась задача по подготовке ядерной бомбардировки 20 советских городов – основных политических и экономических центров.

К середине 1948 г. Объединённым комитетом начальников штабов (ОКНШ) вооружённых сил США был составлен план ядерной войны с СССР под кодовым названием «Чариотир». Этим планом намечалось в течение первых 30 дней войны сбросить 133 ядерные бомбы на 70 городов СССР. Однако, как затем подсчитали американские военные аналитики, этого было недостаточно для достижения быстрой победы. И потому в выводах ОКНШ предлагалось увеличить ядерный арсенал стратегического авиационного командования США, чтобы обеспечить нанесение массированного ядерного удара авиационными средствами.

Сообщение о том, что Советский Союз овладел секретами ядерного оружия (29 августа 1949 г. в СССР была испытана первая атомная бомба), вызвало в США желание как можно быстрее подготовиться к возможной ядерной войне. Был разработан план «Тройан», в котором предусматривалось начать военные действия 1 января 1950 г. На то время США имели свыше 300 атомных бомб и сотни стратегических бомбардировщиков. Однако в ходе проведенных штабных учений выяснилось, что США не достигнут поставленных целей и в 1950 г. вопрос о превентивной ядерной войне был снят.

В 1953 г. США принимают концепцию «массированного возмездия». Она базировалась на превосходстве США над СССР в ядерных боеприпасах и средствах их доставки. В 1955 г. США имели уже более 3 тысяч ядерных бомб. В том же году на вооружение был принят тяжёлый бомбардировщик В-52. В то же время военно-политическое руководство США начинает осознавать, что в условиях быстрого наращивания Советским Союзом средств ПВО, авиация вряд ли может обеспечить победу в ядерной войне. В 1958 г. на вооружение США начинают поступать баллистические ракеты средней дальности, развёртывание которых ведётся в Европе. В 1960 г. на боевое дежурство ставятся первые межконтинентальные баллистические ракеты (МБР) «Атлас», вводится в боевой состав атомная подводная лодка «Дж. Вашингтон» с ракетами «Поларис». С появлением в стратегических ядерных силах баллистических ракет возможности нанесения ядерного удара значительно возрастают. Но к концу 50-х годов Советский Союз создаёт межконтинентальные носители ядерного оружия – МБР, способные нанести ответный удар по территории США.

В США стало ясно, что концепция «массированного возмездия» не в полной мере отвечает складывающимся реалиям и требует корректировки.

Рост числа и видов стратегических носителей требовал создания единого органа для централизованного планирования ядерных операций. Им стал объединённый штаб планирования стратегических целей.

В декабре 1960 г. был составлен первый единый план ведения ядерной войны, получивший наименование «Единый комплексный оперативный план», сокращённо СИОП. Этот план предусматривал ведение против СССР только всеобщей ядерной войны с неограниченным применением ядерного оружия.

В 1961 г. США принимают стратегию «гибкого реагирования», в которой нашло отражение изменение официальных взглядов на возможный характер войны с СССР. Кроме всеобщей ядерной войны американские стратеги стали допускать возможность ограниченного применения ядерного оружия и ведение войн обычными средствами поражения непродолжительное время (не более двух недель). Выбор способов и средств ведения войны должен был осуществляться с учётом складывающейся геостратегической ситуации, соотношения сил и наличия ресурсов. Принятие этой концепции оказало огромное влияние на бурный рост в США МБР и атомных подводных лодок с баллистическими ракетами (ПЛАРБ).

В середине 1961 г. в США был одобрен план СИОП-2, отражавший стратегию «гибкого реагирования». Он предусматривал проведения пяти взаимосвязанных операций, направленных на уничтожение советского ядерного арсенала; подавление системы ПВО; уничтожение органов и пунктов военного и государственного управления; уничтожение крупных группировок войск и нанесение ударов по городам. Общее количество целей в плане составляло 6 тысяч. Военно-политическое руководство США исходило тогда из того, что необходимо иметь такой количественный состав стратегических ядерных сил, применение которого обеспечило бы реализацию концепции «гарантированного уничтожения» Советского Союза как жизнеспособного государства.

В 1971 г. в США принимается стратегия «реалистического устрашения». В её основу была заложена идея ядерного превосходства над СССР (к тому времени между СССР и США складывалось примерное равенство в области ядерных вооружений). Достижение ядерного превосходства виделось на пути резкого наращивания количества боевых блоков на баллистических ракетах при одновременном улучшении их тактико-технических характеристик (ТТХ). Начали разворачиваться ракеты, оснащённые разделяющимися головными частями с боевыми блоками индивидуального наведения (РГЧ ИН). За пять лет, с 1970 по 1975 гг., количество боевых блоков возросло с 5100 до 8500 единиц.

Курс на резкое наращивание числа боевых блоков нашёл своё отражение в очередном плане СИОП-4, принятом в 1971 г. Он был разработан с учётом взаимодействия всех компонентов ядерной триады – в состав ядерной триады входят межконтинентальные баллистические ракеты; баллистические ракеты на атомных подводных лодках; стратегические бомбардировщики-носители ядерного оружия – и предусматривал поражение 16 тысяч целей на территории Советского Союза.

Количественное и качественное наращивание боевых возможностей американских стратегических ядерных сил позволило США перейти к новой концепции – концепции «выбора целей», предусматривающей много-вариантность действий – от ограниченного ядерного удара несколькими ракетами до массированного удара по всему комплексу намеченных объектов поражения. Общее число объектов поражения на территории СССР и других стран Варшавского Договора по плану СИОП-5, принятому в 1975 г., насчитывало уже 25 тысяч. Соответственно, были выделены огромные средства на разработку и производство высокоэффективной системы морского базирования «Трайдент» и разработку самой современной МБР «MX».

В марте 1980 г. президент США Дж. Картер утверждает план СИОП-5Д. В нём предусматривалась возможность нанесения трёх вариантов ядерных ударов: превентивного, ответно-встречного и ответного. Количество объектов поражения – 40 тысяч, куда, в частности, вошли 900 городов с населением свыше 250 тыс. в каждом, 15 тыс. промышленных и экономических объектов, 3500 военных целей на территории СССР, стран Варшавского Договора, КНР, Вьетнама и Кубы.

С приходом к власти администрации Рональда Рейгана на свет появилась «доктрина неоглобализма». Её сущностью было «отбрасывание коммунизма». В соответствии с этим была скорректирована и военно-техническая сторона доктрины. Задача ставилась так: «США должны одержать верх и иметь возможность принудить СССР в короткие сроки прекратить военные действия на условиях США». Стратегические ядерные силы США должны иметь такое количество ядерных боеприпасов и их носителей, чтобы обеспечить «устрашение» Советского Союза. В октябре 1981 г. была объявлена стратегическая программа на 80-е годы, содержащая «установки на дальнейшее наращивание стратегического ядерного потенциала» а в марте 1983 г. Рейган провозгласил программу СОИ («Стратегическая оборонная инициатива»), более известную под названием «Звёздные войны».

К концу 80-х годов США и СССР накопили такое огромное количество ядерных арсеналов, которое позволяло многократно уничтожить друг друга, что вынудило стороны начать переговоры по сокращению ядерных вооружений.

Создание ядерного оружия в СССР

Объективной основой создания и совершенствования ядерного оружия явилось бурное развитие науки, научно-технический прогресс, фундаментальные исследования свойств материи, проникновение человека в тайны атома и его ядра. Его разработка базировалась на достижениях нейтронной физики, газо– и термодинамики и многих других наук. В свою очередь, оружейная тематика способствовала развитию этих наук и в мирном направлении – создании атомной энергетики.

Но выдающиеся достижения науки были использованы милитаристскими кругами империалистических стран для создания ядерного оружия, которое должно было стать важнейшим научно-техническим средством достижения американским империализмом мирового господства.

Была развёрнута беспрецедентная гонка вооружений, навязанная Советскому Союзу империалистами США. Разработка отечественного ядерного оружия – это единственный и уникальный пример в истории создания средств вооружённой борьбы, когда главной целью является создание условий, делающих по существу невозможными само развязывание ядерной войны. И, наряду с этим, создание ядерного оружия – это наглядная демонстрация гигантских творческих сил нашего советского народа, руководимого выдающимся пролетарским государственным деятелем И. В. Сталиным. Его создание связано с формированием и развитием новых разделов науки, отраслей промышленности, новых технологий, формированием выдающихся специалистов различного профиля. Практически в течение всей истории задачей советских разработчиков ядерного оружия являлось парирование угроз, исходивших для нашей страны от США. Работами по созданию атомной бомбы руководил Л. П. Берия, заместитель председателя СНК СССР, научное руководство было возложено на профессора И. В. Курчатова.

СССР вошёл в атомную эпоху в исключительно тяжёлых условиях. Из-за тягот военного времени советский народ был напряжён до предела, промышленность и народное хозяйство европейской части страны были разрушены, более двух десятков миллионов наших соотечественников погибли в войне, защищая свою Родину и спасая весь мир от фашизма. И можно только поражаться и преклоняться перед нашим народом за тот подвиг, который он совершил, в тяжелейших условиях создав ядерное оружие и положив конец монополии США на обладание им.

Только сильный духом народ, – отмечал Ю. Б. Харитон, главный конструктор первой советской атомной бомбы, – мог сделать совершенно из ряда вон выходящее: полуголодная и только что вышедшая из опустошительной войны страна за считанные годы разработала и внедрила новейшие технологии, наладила производство урана, сверхчистого графита, плутония, тяжёлой воды…

Через четыре года после окончания войны Советский Союз ликвидировал монополию США на обладание атомной бомбой (1949 г.), через 8 лет создал и испытал водородную бомбу (1953 г.), через 12 лет запустил первый искусственный спутник Земли (1957 г.), а ещё через четыре года открыл дорогу человечеству в космос (1961 г.).

Приложив гигантские усилия, Советский Союз в начале 70-х годов XX ст. достиг примерного ядерного паритета с США. Система стратегических ядерных вооружений пришла в состояние стратегического равновесия – каждая из сторон обладала способностью к нанесению неприемлемого ущерба в ответном ядерном ударе. Успехи в решении этой задачи заложили основу для эффективной советской военной политики – политики сдерживания, позволили сохранить мир во всём мире в течение полувека после окончания второй мировой войны.

По состоянию на 1 сентября 1990 г. стратегический ядерный арсенал (стратегические наступательные вооружения – СНВ) США состоял из 2246 носителей ядерного оружия, оснащённых 10563 ядерными зарядами.

Ядерная триада США имела следующий вид:

1. МБР: «Минитмен-2» – 450 ед. с одной ядерной боеголовкой, «Минитмен-3» – 500 ед. с тремя ядерными боеголовками, МХ – 50 ед. с десятью ядерными боеголовками на каждой ракете. Итого: 1000 носителей и 2450 ядерных зарядов.

2. ПЛАРБ: всего 672 ракеты трёх разных типов («Посейдон», «Трайдент-1», «Трайдент-2») на атомных подводных лодках, оснащённых 5760 ядерными зарядами.

3. ТБ (тяжёлые или стратегические) бомбардировщики В-52 и В-1. В т. ч. 479 В-52, оснащённых как крылатыми ракетами воздушного базирования в количестве от 6 до 20 ед., так и атомными бомбами, несли 2258 ядерных зарядов. 95 В-1 были оснащены только ядерными бомбами, поэтому каждый самолёт засчитывался как носитель одного ядерного заряда. Итого: 574 носителя и 2353 ядерных зарядов.

По состоянию на 1 сентября 1990 г. СНВ СССР имели 2500 носителей с 10271 ядерным зарядом на них.

Состав ядерной триады СССР был таков:

1. МБР: 1398 разных типов межконтинентальных баллистических ракет, несущих 6612 ядерных боезарядов.

2. ПЛАРБ: атомные подводные лодки несли 940 баллистических ракет с 2804 ядерными боезарядами.

3. ТБ: 162 самолёта (147 Ту-95 и 15 Ту-160) несли 855 ядерных боезарядов (крылатых ракет воздушного базирования и атомных бомб).

(Здесь приведены данные только по стратегическому ядерному оружию, т. е. оружию, способному достичь территории США, с одной стороны, и СССР – с другой. Каждая страна, при этом, обладала и достаточно внушительным арсеналом тактического ядерного оружия.).

Как видим, в 1990 г., накануне разрушения СССР, стратегические ядерные потенциалы сторон были примерно равны (ядерный паритет). В то же время главной ударной силой стратегических ядерных сил СССР (теперь – России) были межконтинентальные баллистические ракеты, несущие 65 % всех ядерных боезарядов. Главной ударной силой стратегических ядерных сил США являются атомные подводные лодки, несущие почти 55 % всех ядерных зарядов.

Необходимо при этом отметить, что в настоящее время ядерным оружием обладают также союзники США по блоку НАТО Франция и Великобритания, а также КНР, Индия, Пакистан, Израиль и КНДР.

Ядерное разоружение

В 1971 г. между СССР и США было заключено Соглашение о мерах по уменьшению опасности возникновения ядерной войны между СССР и США; в 1973 – Соглашение между СССР и США о предотвращении ядерной войны. Аналогичные Соглашения были подписаны между СССР и Францией (1976) и СССР и Великобританией (1977).

Начал создаваться международный режим ядерного нераспространения, составными частями которого являются Договор о нераспространении ядерного оружия (1970 г.) и некоторые другие договоры.

Также были подписаны ряд договоров, направленных на ограничение и запрещение ядерных испытаний. В сентябре 1996 г. был открыт к подписанию Договор о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний, который США до сих пор не ратифицировали.

Теперь вкратце остановлюсь на договорном процессе, направленном на ограничение и сокращение ядерных вооружений.

Договор между СССР и США об ограничении систем противоракетной обороны (Договор ПРО).

Договор подписан в Москве 26 мая 1972 г. Вступил в силу 3 октября 1972 г. Договор запрещал США и СССР развёртывать системы ПРО территории страны и создавать основу для такой обороны. Он запрещал также создавать, испытывать и развёртывать системы и компоненты ПРО морского, воздушного, космического и мобильно-наземного базирования. Каждой стороне разрешалось иметь по два, а с 1974 г. – по одному району ПРО (вокруг столицы или одной из баз МБР), радиус которого составлял не более 150 км и в котором могло развёртываться не более 100 пусковых установок противоракет. Ограничивалось также число и потенциал радиолокационных станций ПРО. РЛС предупреждения о ракетном нападении разрешалось развёртывать лишь по периферии национальной территории с ориентацией вовне. Сторонам запрещалось передавать другим государствам и размещать вне своей национальной территории системы ПРО или их компоненты, ограниченные Договором.

В Договоре ПРО был на практике воплощён принцип взаимного ядерного сдерживания, суть которого состояла в том, что стороны, отказавшись от развёртывания ПРО территории страны, осознанно ставили себя в условия, при которых каждая из них лишалась возможности нанесения первого ядерного удара без опасения получить ответный ядерный удар возмездия другой стороны.

Договор ПРО был бессрочным. Однако 13 декабря 2001 г. президент США Дж. Буш-мл. объявил о выходе Соединённых Штатов из этого Договора и через 6 мес., 13 июня 2002 г. он прекратил своё действие. Выход США из Договора открыто показал стремление Соединённых Штатов к мировому господству, для чего им необходимо было сломать достигнутый в 70-х годах ядерный паритет.

Стратегия национальной безопасности, принятая в 2002 г. администрацией Дж. Буша-мл., гласит: «Наши вооружённые силы будут достаточно оснащены для того, чтобы убедить потенциальных противников не наращивать свои вооружения в надежде превзойти или сравняться с мощью Соединённых Штатов».

Вместе с Договором ПРО 26.05.1972 г. было подписано временное Соглашение о некоторых мерах в области ограничения СНВ (Договор ОСВ-1), а в 1979 г. в Вене был подписан между СССР и США Договор ОСВ-2.

Договор между СССР и США о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (ДРСМД).

Договор о ликвидации ракет средней и меньшей дальности был подписан в Вашингтоне 8 декабря 1987 г. Вступил в силу 1 июня 1988 г. В соответствии с данным Договором, ликвидировались два класса ракет-носителей ядерного оружия: все ракеты средней дальности (в диапазоне от 1000 до 5500 км) и меньшей дальности (500–1000 км). И стороны брали на себя обязательство не иметь таких ракет в дальнейшем. Договор имел бессрочный характер.

Но уже при заключении данного Договора, Горбачёв начал делать «подарки» Западу. А именно, в СССР были ликвидированы оперативно-тактические ракеты «Ока», имеющие дальность полёта не превышавшую 450 км, т. е. не подпадающие под ликвидацию согласно параметрам Договора. Фактически Горбачёв начал открыто предавать национальные интересы Советского Союза.

Были установлены предельные сроки ликвидации ракет – 3 года. За период с июня 1988 г. по июнь 1991 г. в СССР были ликвидированы 1846 ракет, в США – 846 ракет. В итоге из арсеналов двух ядерных держав были полностью изъяты баллистические и крылатые ракеты наземного базирования в диапазоне дальностей от 500 до 5500 км.

Но после разрушения СССР, США начали всё чаще в одностороннем порядке нарушать положения ДРСМД.

Как отметил министр иностранных дел России Сергей Лавров на совещании у президента РФ Путина 2 февраля 2019 г. (с участием министра обороны РФ Сергея Шойгу), США начали нарушать ДРСМД ещё с 1999 г., осуществляя испытания беспилотного летательного аппарата (БПЛА), по характеристикам совпадающего с запрещёнными Договором крылатыми ракетами наземного базирования. С 2014 г. США начали размещать в Европе пусковые установки для позиционных районов ПРО, причём пусковые установки Mk-41 полностью пригодны для запуска ударных ракет средней дальности, что является прямым нарушением ДРСМД. В настоящее время такие установки развёрнуты в Румынии и намечается развёртывание их в Польше, а также в Японии.

20 октября 2018 г. президент США Дональд Трамп официально объявил, что США собираются выйти из ДРСМД из-за якобы имеющихся многочисленных нарушений Россией этого Договора. Несмотря на неоднократные попытки России спасти ДРСМД, американцы торпедировали эти попытки, взамен выставляя полностью неприемлемые ультиматумы.

В обзоре ядерной политики США (2018) поставлена задача создания ядерных боеприпасов малой мощности, которые наверняка, – по мнению Лаврова, – готовятся ими к использованию и на ракетах средней дальности. А в начале 2019 г. США объявили, что начинают производство таких ракет.

Лавров обратил внимание на то, что США нарушают и положения Договора о нераспространении ядерного оружия, предусматривающего не передачу ядерными державами соответствующих технологий по использованию ядерного оружия. В частности, проводя совместные «ядерные миссии» с пятью государствами НАТО, на территории которых размещено американское ядерное оружие, отрабатывая навыки применения ядерного оружия с участием стран, не являющихся членами ядерной пятёрки. (Напомню, что официально в клуб ядерных держав входят США, Россия, Китай, Великобритания и Франция – «ядерная пятёрка». Также обладают ядерным оружием Индия, Пакистан, КНДР и Израиль, хотя Израиль не подтверждает, но и не отрицает наличия у него ядерного оружия).

Под угрозой находится и Договор СНВ (о стратегических наступательных вооружениях, известный как СНВ-3, подписанный 8 апреля 2010 г. в Праге президентами США и России Бараком Обамой и Дмитрием Медведевым), имеющий важное значение, чтобы сохранять хоть какую-то стратегическую стабильность, глобальный паритет. Его эффективное функционирование ставится под вопрос тем, – отметил Лавров, – что США недавно решили переоборудовать, вывести из зачёта 56 пусковых установок для запуска «Трайдентов» с подводных лодок, и 41 тяжёлый бомбардировщик под предлогом того, что они переоборудуют их под неядерное использование. Россия, соответственно, имеет право убедиться, что это переоборудование производится так, чтобы исключить возвратный потенциал, то есть, что это переоборудование не может привести вспять, к ядерному варианту. С 2015 г. ведутся переговоры по этой проблеме, пока результата нет. В США решение о судьбе Договора СНВ пока не принято, хотя его срок истекает в 2021 г.

Министр обороны РФ Сергей Шойгу заявил о мерах, какие принимаются его ведомством в связи с тем, что США приступили к изготовлению ракет средней дальности. А именно, открыты научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы (НИОКР) по «перепривязке» пусковых установок морского базирования ракет «Калибр» в наземный вариант, и по созданию наземного комплекса гиперзвуковых баллистических ракет средней и малой дальности. При этом Шойгу заверил, что намеченная работа будет выполнена в объёме тех средств, которые предусмотрены на 2019 г. без какого-либо увеличения.

«Мы поступим следующим образом, – сказал президент России. – Наш ответ будет зеркальным. Американские партнёры объявили о том, что они приостанавливают своё участие в Договоре, и мы приостанавливаем. Они объявили о том, что они занимаются НИР и опытно-конструкторскими работами, и мы будем делать то же самое». Президент РФ призвал Министерство иностранных дел и Министерство обороны «впредь не инициировать никаких переговоров» по проблеме ДРСМД. «Подождём, пока наши партнёры созреют для того, чтобы вести с нами равноправный, содержательный диалог по этой важнейшей тематике – и для нас, и для наших партнёров, да и для всего мира», – заявил Путин.

Но созреют ли «наши партнёры» для равноправного диалога, вот в чём вопрос. Особенно если экономить на средствах, направленных на оборону страны. Ведь что значит создавать новые типы вооружений, причём в ускоренном порядке, вкладываясь в бюджет министерства обороны. Это значит, что часть средств, предназначенная МО для перевооружения теми или иными видами оружия будет перенаправлена на изготовление «Калибров» в наземном варианте и создание гиперзвуковых ракет средней и меньшей дальности. То есть, одну ногу из болота вытащим, а другая увязнет.

Российские олигархи-миллиардеры, сколотившие свои состояния на приватизации за бесценок созданного трудом народа экономического потенциала и на грабеже и распродаже природных ресурсов России (нефти, газа и т. д.) являются для президента РФ «священными коровами», которых беспокоить по такому «мелкому» поводу как национальная безопасность России, нельзя. Не удивительно, ведь путинский режим является верным слугой этих олигархов, политическим выразителем воли правящего в России крупного капитала.

Изъять награбленное достояние и вернуть его народу – вот где находятся ресурсы для восстановления экономического, научно-технического и военного потенциала России, чтобы иметь средства не только «зеркально» отвечать «нашим партнёрам», но и количественно и качественно превзойти их по военной мощи, чтобы у империалистов США-НАТО даже не было бы и мысли посягать на суверенитет и независимость России.

В этом заключается историческая миссия российских трудящихся, российского рабочего класса. Пример был показан в октябре 1917 г. Да и сейчас французские трудящиеся, «жёлтые жилеты» показывают всем пример, как нужно отстаивать свои права, своё человеческое достоинство, борясь против власти крупного капитала в лице президента-миллионера Эм. Макрона.

И только уничтожив империализм, можно спасти человечество от угрозы всё уничтожающей термоядерной войны, к которой толкают весь мир Соединённые Штаты во главе с Дональдом Трампом и его союзники по блоку НАТО.

Так, на встрече министров иностранных дел НАТО 4 декабря 2018 г. госсекретарь США Майкл Помпео заявил, что Вашингтон даёт Москве 60 дней на то, чтобы вернуться к исполнению договора, иначе США остановят выполнение своих обязательств по нему. Его поддержал генсек Североатлантического альянса Йенс Столтенберг, заявивший, что «НАТО даёт России последний шанс по спасению» соглашения.

Но не все члены НАТО разделяют это мнение и поддерживают выдвинутые ультиматумы. Так, глава МИД Германии Хайко Маас выступил против размещения в Европе новых американских ракет средней дальности с ядерными боеголовками, передаёт Deutsche Welle. «Европа не должна превратиться в арену дебатов о наращивании вооружений. Размещение ракет средней дальности вызовет в Германии большое недовольство», – предостерёг Маас.

Депутат парламента ФРГ от партии «Альтернатива для Германии» Вальдемар Гердт увидел в заявлении Мааса и плоды усилий своей партии. «Мы первыми начали говорить об опасности превратиться в мишень, стать между молотом и наковальней двух больших держав», – сказал Гердт газете «Взгляд». В то же время политик признаёт, что европейцам противостоять планам американцев по размещению ракет будет крайне непросто. Причина в сильной финансовой и политической зависимости от США. «Если мы не наладим отношения с Востоком, то мы не выдержим давление Запада. Единственно правильный путь – отменить санкции и начать нормальный диалог с Востоком», – считает депутат. «Многие понимают в Германии, что нет никакого интереса создавать ещё один конфликт, тем более на своей территории. Мы все понимаем, что этот конфликт может стоить человечеству всего», сказал Вальдемар Гердт, признавшись, что для него стало бы идеальным протяжённость Европы от Лиссабона до Владивостока и только тогда «у наших детей будет будущее», а в противном случае «мы стоим очень близко от того, чтобы уничтожить себя сами».

Как видим, здравомыслящие представители буржуазных кругов Европы также понимают опасность отказа от ДРСМД.

В 1991 г. между СССР и США был подписан Договор о сокращении и ограничении стратегических наступательных вооружений (СНВ-1), а в 1993 г. между РФ и США – Договор СНВ-2.

В результате подписанных договоров о сокращении стратегических наступательных вооружений, по состоянию на 2009 г. сложилось следующее соотношение стратегических ядерных потенциалов сторон.

Состав СНВ США:

1. МБР: «Минитмен-3» – 450 ед. с одной-тремя ядерными боеголовками, несущими 1150 ядерных зарядов (ракеты «МХ» были выведены из строя).

2. ПЛАРБ: 336 ракет «Трайдент-2» на 14 атомных подводных лодках «Огайо» (на каждой лодке – 24 пусковые установки), оснащённых 8 боеголовками (технически «Трайдент-2 может нести 14 атомных боеголовок), всего 2688 ядерных зарядов.

3. ТБ: стратегические бомбардировщики В-52H – 93 ед., несущих по 20 КРВБ (крылатых ракет воздушного базирования) и стратегические бомбардировщики В-2–20 ед., вооружённых атомными бомбами. Итого: 113 носителей и 1880 ядерных зарядов.

Всего: 899 носителей и 5718 ядерных зарядов.

Состав СНВ РФ:

1. МБР: 426 разных типов межконтинентальных баллистических ракет, несущих 1586 ядерных боезарядов.

2. ПЛАРБ: атомные подводные лодки несли 173 баллистические ракеты с 611 ядерными боезарядами.

3. ТБ: 79 самолётов (64 Ту-95 и 15 Ту-160) несли 884 ядерных боезаряда.

Всего: 678 носителей и 3081 ядерный боезаряд.

Как видим, в ходе осуществления разоружения, ядерный паритет был нарушен в пользу США как по носителям ядерных боеприпасов на треть, так и по числу ядерных боезарядов сложилось почти двукратное превосходство США.

Договор между РФ и США о сокращении стратегических наступательных вооружений (СНВ-3).

Подписан в Праге в апреле 2010 г., как уже сказано выше.

В течение 7 лет намечено сократить имеющиеся ядерные арсеналы до следующих предельных уровней стратегических ядерных сил России и США:

– 1550 развёрнутых стратегических ядерных боезарядов для каждой из сторон;

– 700 развёрнутых стратегических носителей, включая межконтинентальные баллистические ракеты, развёрнутые баллистические ракеты атомных подводных лодок (БРПЛ) и развёрнутые тяжёлые бомбардировщики (ТБ);

– 800 единиц для развёрнутых и неразвёрнутых пусковых установок МБР, БРПЛ и ТБ.

Генерал-полковник Леонид Ивашов, президент Академии геополитических проблем, сделал следующую жёсткую оценку накануне подписания Договора: «Судя по всему, народы России и мира хотят поставить перед фактом «келейного» заключения договора, необратимо уничтожающего массированный ракетно-ядерный потенциал России в условиях будущего развёртывания национальной ПРО США. Логическим результатом здесь может стать фактически одностороннее ядерное разоружение России и ликвидация её суверенитета». Ивашов подчёркивает, что ядерная политика Соединённых Штатов Америки всегда была направлена на обеспечение возможности нанесения по России безнаказанного ядерного удара. «К тому же в США не скрывают, – продолжает Ивашов, – что новый мировой порядок строится на развалинах России, за счёт России и против России».

Анализируя итоги подписания Договора, Ивашов обращает внимание на два очень важных момента. А именно, что в ходе его подписания не удалось добиться важнейшего основополагающего принципа – увязать наступательные и оборонительные системы оружия, увязать СНВ и ПРО, а также учесть новое высокоточное оружие. «Но остановить развитие американской ПРО и наращивание арсенала обычных высокоточных стратегических средств не удалось, да, собственно говоря, сделать это было невозможно – констатирует Ивашов. – Эти два направления стали «священной коровой» для военно-политической стратегии Вашингтона. Конгресс США в ходе переговоров принял закон, в котором чётко зафиксировано: сокращение стратегических наступательных средств не ограничивает развёртывание оборонительных систем. Шеф Пентагона Роберт Гейтс заявил: «…теперь вместо перехвата нескольких отдельных ракет речь идёт о том, чтобы создать систему, способную нейтрализовать сотни баллистических ракет, которые могут прилететь с территории враждебных государств». Какое государство способно запустить сотни ракет по Соединённым Штатам… гадать не стоит: только Россия».

И далее Ивашов напоминает, что в 2003 г. президент США Дж. Буш-мл. утвердил концепцию «Быстрого глобального удара» (БГУ), а ранее Вашингтон официально вышел из Договора ПРО. Концепция быстрого глобального удара, по словам генерал-полковника Ивашова, предполагает «нанесение мощного концентрированного удара несколькими тысячами высокоточных ударных средств по государству-цели в течение 2–4 часов, уничтожение важнейших объектов, определяющих стратегическую устойчивость государства, и принуждение его к капитуляции».

Было создано Командование глобальных ударов ВВС США, в которое вошли две трети из стратегической ядерной триады: МБР и стратегические бомбардировщики В-52 и В-2. Задачей этого командования является «обеспечивать стратегическое ядерное сдерживание и операции по осуществлению глобальных ударов».

Ведутся работы по созданию стратегических крылатых ракет морского базирования (этот класс ракет не включён в состав сокращаемого оружия по СНВ-3). К таким ракетам относятся и «Томагавки» с дальностью полёта 1200–2500 км, оснащённые как обычными, так и ядерными боеголовками.

Как отмечают эксперты (А. Храмчихин и др.) «Наличие в ВВС и ВМС США большого количества крылатых ракет и другого высокоточного оружия, наводимого на цели с помощью искусственных спутников Земли в реальном масштабе времени, создаёт реальную угрозу нанесения по стратегическим ядерным силам РФ обезоруживающего удара».

Руководство России пошло на поводу у военно-политического руководства США при заключении Договора СНВ-3, не увязав стратегические наступательные вооружения с системами ПРО США и крылатыми ракетами морского базирования, тем самым ставя под угрозу национальную безопасность страны.

Кроме того, не следует забывать, что союзники США по блоку НАТО – Великобритания и Франция, также обладают достаточно крупными ядерными арсеналами, но почему-то они выведены из договорного процесса. И здесь Россия находится в неравноправном положении.

### Глава 9. Агрессивные войны США в послевоенный период

Но США, Великобритания, их союзники по блоку НАТО не только вели «холодную войну» против СССР и стран социалистического содружества, не только развязали беспрецедентную по масштабам гонку ракетно-ядерных вооружений, поставив мир на грань термоядерной катастрофы.

Империалисты, военщина США-НАТО с привлечением многих стран Запада, развязали ряд агрессивных войн, попирая Устав Организации Объединённых Наций, попирая право народов на самостоятельный путь развития, грубо нарушая их суверенитет и независимость.

Крупнейшими войнами, развязанными империалистами США и их союзниками по блоку НАТО, а также странами-сателлитами после окончания второй мировой войны, были: вооружённая интервенция против Корейской Народно-Демократической Республики (1950–1953 гг.); военная агрессия против Вьетнама (1965–1973 гг.); агрессии против Югославии (1999 г.), Афганистана (с октября 2001 г.); три войны, развязанные в Персидском заливе против Ирака: «Буря в пустыне» (1991 г.), «Лиса пустыни» (1998 г.), «Иракская свобода» (2003–2011 гг.); агрессия против Ливии (2011 г.), военное вмешательство во внутренние дела Сирии под видом борьбы с терроризмом с целью свержения режима Башара Асада (с 2011 г.).

Расскажем вкратце об этих агрессивных войнах.

#### § 1. Вооружённая интервенция США в Корею (1950 г. – 1953 г.)

В течение пяти лет сразу после освобождения Кореи от японского колониального рабства с августа 1945 г., (большую роль в этом сыграли Советские Вооружённые Силы, разгромившие миллионную Квантунскую армию), американцы, оккупировавшие Юг Кореи до 38-й параллели, начали готовиться к войне с Корейской Народно-Демократической Республикой, ставшей на социалистический путь развития.

Американцы рассматривали Корейский полуостров как мост к материку для осуществления мирового господства. «Покорением всей территории Корейского полуострова мы сможем господствовать над всеми районами между Владивостоком и Сингапуром. Тогда не будет места, куда не распространится наше влияние» – заявил генерал Макартур, бывший в то время командующим вооружёнными силами США на Дальнем Востоке.

Именно в целях расширения своей сферы влияния и уничтожения ростков социализма, США и их южнокорейские марионетки 25 июня 1950 г. развязали войну против КНДР. В ходе войны американскими вояками в отношении мирных жителей были совершены злодеяния, перед которыми блекнут преступления гитлеровцев. В агрессии против КНДР, кроме США и Южной Кореи, принимали участие, под флагом ООН, и вооружённые силы 15 государств-союзников и сателлитов США (Великобритания, Канада, Австралия, Новая Зеландия, Франция, Греция, Бельгия, Нидерланды, Люксембург, Турция, ЮАС, Филиппины, Таиланд, Эфиопия, Колумбия). Агрессоры обрушили на КНДР лавину бомб, уничтожавших города, посёлки, мирных жителей. На столицу КНДР Пхеньян американцами было сброшено 428 тысяч бомб – по одной на каждого жителя города, в результате Пхеньян превратился в пепелище. Военщина США физически истребляла мирных граждан. Они расстреливали, вешали, зарывали живьём, топили с камнем на шее, жгли заживо на кострах, насиловали до смерти корейских женщин, вспарывали беременным животы, безжалостно убивали кольями стариков и детей. Авиация США совершила более 700 бомбёжек с применением бактериологического и химического оружия. Систематически американские вояки применяли напалм, сжигая всё живое вокруг.

Комиссия Международной Демократической Федерации женщин по расследованию зверств американских фашистов в Корее, сделала следующий вывод: «Факты доказывают, что эта война является войной массового уничтожения людей, войной, в которой разрушается больше жилых домов, чем военных объектов, больше уничтожается продовольствия, чем военных материалов, и убивается больше мирных граждан – женщин, стариков, детей, – чем военнослужащих. Это война против самой человеческой жизни».

Приведу несколько фактов злодеяний американской военщины.

В селе Вонам уезда Синчхон в пороховом складе американскими агрессорами содержались в заключении сотни жителей. Отступая под натиском Корейской Народной армии в начале декабря 1950 г., палачи решили уничтожить «семена» коммунистов. По приказу Гаррисона, командира американской части, детей насильно отняли у матерей и заперли в другом складе. Несколько дней дети не пили ни глотка воды и молока. Американские садисты внесли в склад бензин, говоря, что это вода и молоко. Дети, мучимые жаждой, глотали бензин и падали, хватаясь за горящую изнутри грудь. Но карателям этого показалось мало. Они облили детей бензином и подожгли их. Также они зажгли огонь в складе, где были заточены матери. Два склада были охвачены пламенем. Американцы забрасывали гранатами матерей и детей, пытавшихся вырваться наружу. В этот день было убито 910 невинных людей, включая 102 детей и 400 матерей (журнал «Корея» № 2, 1996 г.).

7 ноября 1950 г. американцы расстреляли 500 местных жителей в провинции Хванхе и 600 – в уезде Пексон. В г. Саривон янки загнали 950 человек в пещеру и всех расстреляли из пулемётов. В Пхеньяне было брошено в концлагеря 4 тыс. человек, половина из которых была казнена. В г. Енан войска США зарыли живьём более одной тысячи человек. На руднике Ыннюл больше 2 тыс. человек были брошены в шахту и засыпаны рудой… Всего за период оккупации было казнено более миллиона мирных жителей.

И такая жестокость американских вояк не удивительна. Вот некоторые выдержки из приказов американских генералов.

Генерал Харрисон: «Уничтожайте всех красных бандитов, чтобы освободить Северную Корею от коммунистических чудовищ. Охотьтесь на них и убивайте всех членов Коммунистической партии, государственных служащих и членов их семей. Убивайте и симпатизирующих им».

Генерал Риджуей: «Стреляйте в любого мирного жителя, подозреваемого в том, что он коммунист, – не беря его в плен. Китайцы и корейцы внешне только немногим отличаются от зверей».

Корейская Народная армия, весь корейский народ под руководством полководца Ким Ир Сена с честью выдержали выпавшее на их долю испытание. КНДР выстояла в той страшной войне, ставшей Отечественной освободительной войной корейского народа, и победила, несмотря на значительное военно-техническое превосходство американцев. Большую помощь корейскому народу в его справедливой освободительной войне оказывали Советский Союз и Китайская Народная Республика.

По данным КНДР, войска США и их сателлитов в этой войне потеряли убитыми и ранеными 1 млн. 567 тыс. человек, в том числе американцы – 405 тыс. солдат и офицеров. Интервенты также потеряли свыше 12 тыс. самолётов, более 500 военных кораблей, 3 тысяч танков и бронемашин, большое количество другой военной техники и имущества.

В результате громадных потерь и под давлением мировой общественности, США были вынуждены прекратить войну, потерпев в ней поражение. 27 июля 1953 г. было подписано Соглашение о перемирии между КНДР и США, что означало временное прекращение боевых действий и разработку последующих мер по заключению мирного договора.

Но США сорвали дальнейшие переговоры и, заключив с проамериканской марионеточной властью Южной Кореи Договор о взаимной обороне как бы «узаконили» вечное пребывание американских войск в Южной Корее. Фактически американские военные базы в Южной Корее являются трамплином для начала в любое время военных действий против любого из «нежелательных» для США государств региона, в т. ч. не только против КНДР, но и против и Китая, и России.

Для отражения возможных агрессий в будущем, в КНДР были созданы мощные Вооружённые силы, оснащённые ракетно-ядерным оружием. Это даже вынудило американскую администрацию Д. Трампа пойти на переговоры с руководителем КНДР Ким Чен Ыном, что несколько ослабило напряжённость на Корейском полуострове.

#### § 2. Военная агрессия США во Вьетнаме (1965–1973 гг.)

«Мы называли их коротышками, узкоглазыми, недоделками, придумывали им другие презрительные клички. Вьетконговцы для нас не были людьми. Мы никогда не относились к ним как к людям. Они были для нас чем-то абстрактным, тварями, которые хотели убить нас, и мы просто убивали их первыми. Это касалось всех, от малолеток до стариков. Самое ужасное началось, на мой взгляд, когда мы перестали брать пленных. Пара выстрелов – и всё, никакой возни и хлопот. Затем, уже позднее, придумали отрезать у «вьетов» уши, калечить их. Однажды начав убивать пленных, мы уже перестали сдерживаться. Я бы сказал, что это стало обычным явлением». – Из воспоминаний американского солдата, участника вьетнамской войны.

В начале августе 1964 г. США спровоцировали инцидент в Тонкинском заливе, что дало повод американцам начать агрессию против Северного Вьетнама. Конгресс США 7 августа принял «Тонкинскую резолюцию», которая разрешила президенту США Линдону Джонсону использовать вооружённые силы «для защиты свободы стран Юго-Восточной Азии».

Защищать «свободу» США начали в феврале 1965 г., осуществляя массированные бомбардировки Северного Вьетнама, а затем ввели свои войска в Южный Вьетнам. Наращивание американских войск шло быстрыми темпами. В конце 1965 г. в Южном Вьетнаме находилось 184 тыс. военнослужащих США, а к январю 1969 г. численность американских войск достигла 540 тыс. человек. Всего на ведение войны в Индокитае (в том числе против Лаоса и Камбоджи) в 1964–1973 гг. США истратили 352 млрд. долл. В конфликте приняло участие 68 % сухопутных сил США, 60 % морской пехоты, половина стратегической и треть тактической авиации.

Но, несмотря на колоссальное превосходство в силах и военной технике, американцы не смогли победить вьетнамский народ, отстаивавший свою свободу и независимость. 27 января 1973 г. было подписано Парижское мирное соглашение, по которому войска США были выведены из Вьетнама.

Лишившись американской поддержки, южновьетнамский марионеточный режим пал под ударами северовьетнамских и вьетконговских войск. 30 апреля 1975 г. Сайгон (ныне – г. Хошимин) был освобождён. Война закончилась победой вьетнамского народа над американскими захватчиками, их марионетками и союзниками. Север и Юг были объединены в Социалистическую Республику Вьетнам.

С начала военной агрессии США против Вьетнама было убито 250 000 детей, 750 тыс. были ранены, получили увечья. Сброшено 14 млн. т бомб и снарядов, что эквивалентно 700 атомным бомбам, сброшенных на Хиросиму, и втрое превышает тоннаж бомб и снарядов второй мировой войны.

Американцы применяли самые варварские средства ведения войны, в частности, напалм, как с наземных средств, так и с воздуха. Всего было сброшено 372 тысячи напалмовых бомб. Люди сгорали заживо, дотла вымирала земля, на долгие годы оставаясь мёртвой. С самолётов и вертолётов распылили над территорией Вьетнама страшнейшее химическое оружие, 72 млн. литров дефолианта «эджент оранж», в т. ч. 44 миллиона литров содержащих диоксин, самый коварный яд. Это вызвало экологическую катастрофу, последствия которой ощущаются до сих пор.

Война во Вьетнаме стоила жизни 58 000 американских солдат, более 300 000 было ранено; десятки тысяч (от 100 до 150 тысяч) покончили жизнь самоубийством в послевоенный период (проявление так называемого «вьетнамского синдрома»). По американским данным, с 1964 по 1973 гг. США потеряли в Юго-Восточной Азии 3339 самолётов всех типов. По северовьетнамским данным, за всю войну только над ДРВ было сбито 4181 американских самолётов и беспилотных разведчиков.

Моральное разложение армии США достигло громадных размеров: десятки тысяч американских военнослужащих дезертировали; каждый пятый употреблял наркотики (в 1970 г. – 65 тыс. человек из 335-тысячной американской военной группировки).

Потери военнослужащих Южного Вьетнама составляют 200–250 тыс. человек и один миллион раненых.

По официальным данным вьетнамского правительства, обнародованным в 1995 г., за всё время войны погибло 1,1 млн. военнослужащих северовьетнамской армии и партизан НФОЮВ (Национальный фронт освобождения Южного Вьетнама, Вьетконг по западной терминологии), а также не менее 2 млн. жителей в обеих частях страны.

Потери союзников США.

Как обычно, американцы привлекают к своим военным авантюрам своих марионеток и союзников, чтобы придать преступной военной акции международный характер и хоть какую-то видимость легитимности. На стороне США и марионеточного правительства Южного Вьетнама в американской агрессии принимали участие военнослужащие ряда стран.

Южная Корея. Всего через войну прошло более 300 тыс. военнослужащих; военные потери – 3094 убитыми и 6052 ранеными.

Австралия и Новая Зеландия. На войне побывали 50 тыс. австралийцев, около 500 из которых погибли. В войне также приняли участие 3890 новозеландцев, из которых 37 погибли и 187 было ранены.

Таиланд. Максимальная численность тайских войск составила 11568 человек к 1970 году. Потери – более 300 погибших. Таиланд также сыграл важную роль в обеспечении американских воздушных операций, предоставив авиации США свои авиабазы.

Филиппины. Направили во Вьетнам гражданский контингент: медики, инженеры-строители, специалисты по сельскому хозяйству и др., численностью до 2 тыс. человек.

Тайвань. В Сайгон была направлена группа специалистов «психологической войны» (31 офицер). По имеющейся информации, военно-транспортные самолёты С-130 ВВС Тайваня участвовали в доставке в Южный Вьетнам военных грузов.

Бельгия. Правительство Бельгии после настойчивых требований США, направило в Южный Вьетнам партию медикаментов и безвозмездно передало южновьетнамской армии одну санитарную машину. Американский сенатор Фрэнк Черч выразил крайнее неудовольствие объёмом помощи со стороны Бельгии.

Стратегия войны во Вьетнаме под названием «найти и уничтожить» была разработана генералом Уильямом Уэстморлендом и была направлена на обнаружение и уничтожение крупных подразделений и частей НФОЮВ и северовьетнамской армии. В частности, «операция Феникс», когда почти 20 тыс. вьетнамских партизан и их сторонников были истреблены эскадронами смерти, организованными США.

Одновременно проводилась насильственная «урбанизация», включая изгнание крестьян с земли бомбёжками и химической дефолиацией джунглей. Взвод, известный как «Тигровый отряд», пронёсся по центру Вьетнама, пытая и убивая мирных жителей. Пленных пытали и казнили – их уши и скальпы сохранялись на сувениры. Один из «Тигрового отряда» отрезал голову младенцу, чтобы снять с его шеи ожерелье, а убитым выбивали зубы ради золотых коронок. Бывший командир взвода сержант Уильям Дойли вспоминает: «Мы убивали всякого, кто шёл. Неважно, что они были штатские. Им не следовало там быть». Описывая крайнюю жестокость, проявленную против крестьян, бывший санитар взвода Ларри Коттингэм сказал: «Это было тогда, когда каждый носил ожерелье из отрезанных ушей».

Под командованием подполковника Джеральда Морсе «Тигровый отряд» и три другие подразделения, названные «Наёмные убийцы», «Варвары» и «Головорезы» совершали налёты на десятки деревень. Успех операции измерялся числом убитых вьетнамцев. Бывший санитар Харольд Фишер вспоминал: «Мы входили в деревню и попросту стреляли в каждого. Нам не нужен был предлог. Если они были здесь, они умирали». В конце этой кампании статья в американской газете «Звёзды и полосы» восхваляла Сэма Ибарру из «Тигрового отряда» за тысячи убитых в операции «Откатчик».

Около полумиллиона ветеранов войны во Вьетнаме лечились от посттравматического стрессового расстройства. Один из «Тигрового отряда» – Дуглас Титерс, принимавший антидепрессанты и снотворное из-за дневных и ночных кошмаров, не мог стереть из памяти образ крестьян, застреленных, пока они размахивали листовками, сброшенными с американских самолётов и гарантирующих им безопасность.

Ветераны рассказывали о том, как они лично насиловали, отрезали уши, головы, обвязывали проводами от телефонов половые органы и включали ток, отрезали руки и ноги, взрывали тела, стреляли без разбора в штатских, сравнивали с землёй деревни в духе Чингисхана, убивали скот и собак для развлечения, отравляли запасы продовольствия, опустошали деревни Южного Вьетнама…

Куда там гитлеровским фашистам, американские каратели по своим зверствам и жестокости превзошли их!

Средний возраст американского солдата во Вьетнаме был 19 лет.

Резня в деревне Сонгми

16 марта 1968 г. рота «Чарли» из состава 11-й пехотной бригады ворвалась в деревушку Сонгми, расположенную на побережье Южно-Китайского моря и хладнокровно уничтожила около 500 её жителей – мужчин, женщин, стариков и детей. В слепой ярости американские головорезы учинили кровавую расправу над мирным населением вьетнамской деревни. По своей жестокости она сравнима с варварскими акциями фашистских карателей в годы Великой Отечественной войны.

Стариков сбрасывали во рвы и закалывали штыками, беременным женщинам вспарывали животы, а тех, кто пытался выбраться из этого ада, швыряли обратно на кучи мёртвых тел. Первым взводом командовал лейтенант Колли. Акция началась ранним утром с налёта на Сонгми армады боевых вертолётов. В 7–30 по деревне был открыт огонь фугасными и зажигательными снарядами с белым фосфором. Население бросилось в подземные укрытия. Через некоторое время огневая подготовка стихла, и в Сонгми устремились вояки роты «Чарли». Солдаты двигались от хижины к хижине, хватая испуганных женщин и детей за волосы, выкрикивая «Вьетконг? Вьетконг?» и затем хладнокровно убивали их. Беглецов пристреливали в спину. Людей, прятавшихся в придорожных канавах, расстреливали из автоматического оружия. Лейтенант Колли построил вьетнамцев и с расстояния в 10 шагов при помощи своих двух подчинённых расстрелял их из пулемёта. Затем палачи начали оттаскивать убитых женщин, своими телами закрывавших ещё живых детей, и приканчивали их. Солдаты насиловали и увечили женщин, обезглавливали трупы, снимали скальпы. Ближе к полудню палачи сделали перерыв на обед. Но трагедия Сонгми продолжалась. С пленными, согнанными для допроса в овраг, покончили выстрелами в рот. К вечеру было уничтожено ещё около сотни мирных жителей. Погиб только один американец, случайно попавший под свой артиллерийский огонь.

Лейтенант Уильям Колли был отозван в США, где он в числе пятерых предстал перед судом военного трибунала, но осуждён был только Колли, признанный в убийстве 22-х человек. 29 марта 1971 г. Колли был приговорён к пожизненным каторжным работам. Но не прошло и трёх дней, как по особому распоряжению президента Никсона заключённого освободили из-под стражи и разрешили подать апелляцию. Больше он так и не попал за решётку, а провёл три года под домашним арестом в условиях полного комфорта, и 9 ноября 1974 г. вышел на свободу. В своей автобиографии Колли писал: «Мы пришли в Сонгми не для того, чтобы убивать мирных людей. Мы пришли туда, чтобы убить идеологию, носителями которой были эти – я не знаю, как их назвать, – пешки, винтики, куски плоти. Я был там, чтобы уничтожить коммунизм».

По инициативе Бертрана Рассела был создан общественный трибунал, вошедший в историю под названием «Трибунал Рассела по расследованию военных преступлений, совершённых во Вьетнаме». В вердикте Трибунала отмечено: «Соединённые Штаты попрали фундаментальные права народа Вьетнама. Южная Корея, Австралия и Новая Зеландия стали соучастниками этого преступления… Трибунал считает, что Соединённые Штаты, осуществлявшие бомбёжки гражданских целей и гражданского населения, виновны в военных преступлениях. Действия США во Вьетнаме должны быть квалифицированы в целом как преступления против человечества…».

#### § 3. «Буря в пустыне» (1991 г.)

2 августа 1990 г. Иракские войска вошли в Кувейт, присоединив к себе это небольшое соседнее государство. Через 5,5 мес. после попыток ООН убедить Ирак покинуть Кувейт, США со своими союзниками предприняли операцию по «наказанию» Саддама Хусейна. Пять недель авиация многонациональных сил бомбила иракскую территорию, после чего против деморализованного и ослабленного противника США предприняли сухопутную операцию. Всего 100 часов понадобилось войскам США и их союзников для того, чтобы завершить конфликт.

Истоки кризиса

Истоки кризиса 1990–1991 гг. в Персидском заливе берут своё начало ещё в начале 20 века, когда после первой мировой войны начался распад Османской империи. Главную роль в процессе территориального размежевания на Ближнем Востоке играла Великобритания. Действуя по принципу «разделяй и властвуй!», британская дипломатия сделала всё для того, чтобы в этом регионе навсегда сохранились причины и поводы для конфликтов.

В 1920 г. из трёх бывших турецких провинций – населённых курдами Мосула, суннитского Багдада и шиитской Басры – был образован Ирак, объединивший в себе непримиримые этнические и религиозные общины и являвшийся подмандатной территорией Великобритании. (В древности на территории Ирака, в плодородной области Месопотамия, в долине рек Тигр и Евфрат зародилась шумерская цивилизация, основанная на орошаемом земледелии. Позднее Месопотамия входила в состав великих раннерабовладельческих государств – Вавилонии и Ассирии). С 1932 г. Ирак стал формально независимым государством.

С самого начала Ирак представлял собой достаточно сильное и богатое государство, однако ему, с «лёгкой руки» британских дипломатов не хватало выхода к морю. Это было сделано намеренно: Лондон стремился не допустить Багдад в Персидский залив, устранить всякую возможность иракского доминирования в регионе и поставить Багдад под влияние Великобритании.

После провозглашения Кувейтом независимости в 1961 г. и вывода из него английских войск, Ирак сосредоточил на границах с Кувейтом свои войска и провозгласил его частью своей территории (исторически это княжество являлось частью Месопотамии). Английские войска вновь вернулись в Кувейт. Подобное повторялось и впоследствии.

По мнению одного из иракских политологов, кризис в Персидском заливе будет неизбежным до тех пор, пока проблема выхода Ирака к морю не будет решена. «Ирак должен экспортировать нефть, чтобы существовать, а чтобы экспортировать нефть, мы должны иметь порт».

Следует отметить, что в 80-е – начале 90-х гг. официальный Вашингтон отзывался о Саддаме Хусейне весьма доброжелательно, называя его надёжным «младшим партнёром» в регионе.

В те же 80-е годы Советский Союз стал одним из крупнейших поставщиков военной техники и оружия в регион, в частности, в Ирак и Кувейт, что расценивалось в Вашингтоне как главная угроза «жизненным интересам» США. Зб. Бжезинский говорил: «Доступ к нефтяным запасам Персидского залива, где сосредоточены две трети разведанных мировых запасов нефти, является главной ставкой в Юго-Западной Азии».

Нефть – главный источник богатства и процветания стран Ближнего Востока. Но она и источник неравенства, вражды и зависти в арабском мире.

Борьба за нефть, за выход к морю приводила к постоянному обострению противоречий между Ираком и Кувейтом.

Ирак вторгся в Кувейт в августе 1990 г., снова, как и в 60-е годы, предъявив претензии на право управлять эмиратом, считавшимся частью бывшей Османской империи, обвинив Кувейт в воровстве нефти (бурение по технологии наклонных скважин, которая была специально предоставлена Кувейту Соединёнными Штатами) из приграничных месторождений Ирака. США умышленно провоцировали конфликт, чтобы затем выступить в роли «миротворца».

После занятия Кувейта Ираком, Совет Безопасности ООН принял резолюцию № 660, в которой осудил агрессию и потребовал от Ирака незамедлительно вывести свои войска. На Ирак было наложено ряд санкций, введена морская блокада. Всего по данному вопросу до конца года было принято 12 резолюций СБ ООН, которые Ирак игнорировал.

Главным обличителем Ирака выступили именно США. Уже на 7-й день войны, 8 августа, США перебросили в Саудовскую Аравию части 82-й воздушно-десантной дивизии из состава Центрального командования ВС США под предлогом защиты Саудовской Аравии от вторжения иракских войск. Египет разрешил ВВС США использовать воздушное пространство страны и позволил авианосной группе из шести боевых кораблей во главе с атомным авианосцем «Теодор Рузвельт» пройти через Суэцкий канал. Для американских войск открыли свои базы Испания и Италия.

Под эгидой США в регионе начали формироваться многонациональные силы (МНС) из 30 стран. Резолюцией СБ ООН № 678 от 29.11.1990 г. Ираку было дано 1,5 мес. для вывода своих войск из Кувейта и, в случае невыполнения этого требования, было предоставлено право на проведение военной операции.

К середине января 1991 г. в Персидском заливе была создана мощнейшая группировка многонациональных сил численностью 680 тыс. чел., из которых 415 тыс. являлись американскими военнослужащими. Им противостояли 545 тыс. иракских солдат, успевших к тому времени создать мощную систему обороны вдоль границы с Саудовской Аравией.

Если по численности личного состава силы были примерно равны, то в авиации МНС пользовались трёхкратным количественным превосходством и 4–5-кратным качественным. Авиационная группировка МНС насчитывала 2600 современных боевых самолётов и вертолётов, из них 1800 – американских. В операции принимали участие шесть авианосных ударных групп, четыре из которых находились в Персидском заливе, а две – в Красном море.

Операция «Буря в пустыне» заняла 43 дня.

В полночь по Гринвичу 17 января, когда в Багдаде было около 3-х часов ночи, военная машина многонациональных сил была приведена в действие. Мощным авиационным и ракетным ударам подверглись иракские военные и экономические объекты, узлы коммуникаций, центры по производству ядерного, химического и бактериологического оружия, пусковые установки ракет класса «земля-земля».

Воздушная наступательная операция союзников была проведена в течение трёх суток. Цель операции заключалась в завоевании превосходства в воздухе, разгроме группировки ПВО, дезорганизации государственного и военного управления, подрыве военно-экономического потенциала Ирака и поражении его войск и боевой техники в районах сосредоточения.

В два ударных эшелона вошло 100 крылатых ракет морского базирования «Томагавк» (всего в ходе операции было применено 288 «Томагавков»), 492 самолёта тактической и палубной авиации, стратегические бомбардировщики В-52 и «невидимки» F-117. Широкое применение высокоточных крылатых ракет, запущенных с американских боевых кораблей в Персидском заливе и Красном море, большого числа управляемых ракет класса «воздух-РЛС» в сочетании с сильными радиопомехами обеспечили высокую эффективность прорыва ПВО Ирака ударными эшелонами авиации многонациональных сил.

К исходу четвёртых суток войны, 20 января, авиация МНС совершила 4 тыс. самолётовылетов, потеряв 10 самолётов, из них 6 – американских. Итогом воздушной наступательной операции стало завоевание господства в воздухе как главного условия обеспечения успеха военных действий сухопутных войск и ВМС.

Затем наступил второй этап воздушной кампании – ведение систематических боевых действий, от 400 до 900 самолётовылетов ежесуточно. Они сопровождались ударами по объектам государственного и военного управления, материально-технического обеспечения, войскам в районах сосредоточения, мобильным пусковым установкам оперативно-тактических ракет. Постоянно велась воздушная разведка и радиоэлектронная борьба.

В ответ на американские удары Ирак в ночь с 17 на 18 января 1991 г. нанёс ракетный удар по Израилю ракетами «Скад», выполнив тем самым свою угрозу в отношении этого государства. Следует напомнить, что в июне 1981 г. 14 израильских истребителей-бомбардировщиков уничтожили в ходе проведения операции «Опера» два иракских атомных реактора, созданных при помощи Франции – действующий и строящийся, – а также соответствующие исследовательские лаборатории.

В последующие дни ракетные удары наносились также и по Саудовской Аравии. Мобильные пусковые установки передвигались от одного укрытия к другому, так что их трудно было засечь. Всего за две с половиной недели Ирак выпустил 47 ракет. Из-за большой разрушительной силы при низком технологическом уровне западные специалисты окрестили эти ракеты «опасными динозаврами».

В ночь с 23 на 24 февраля 1991 г. началась наземная операция многонациональных сил.

В первые же часы наступления союзников была проведена крупнейшая в истории аэромобильная операция, в которой приняли участие части 101-й воздушно-штурмовой дивизии США. Вертолёты «Чинук» перебросили вглубь Юго-Восточного Ирака 4 тысячи десантников с техникой и вооружением.

В центре оперативного построения наступающих войск действовали соединения и части сухопутных войск США, Великобритании, Саудовской Аравии, Египта и Сирии. Основу их наступательной мощи составлял 7-й армейский корпус США, переброшенный из Западной Европы, в составе двух бронетанковых, одной пехотной, одной кавалерийской (бронетанковой) дивизий, двух бронетанковых (разведывательных) полков, отдельных частей и подразделений. В корпусе насчитывалось около 3-х тыс. танков и 4 тысячи бронемашин. Совместно с американскими дивизиями в первом эшелоне находились также 1-я бронетанковая дивизия английской армии, две дивизии египетской армии и сирийская 9-я бронетанковая дивизия. Главную ударную силу многонациональных сил составляли танки: американские M-1 и M-1A1, английские «Челленджер», а также сирийские Т-62 советского производства.

Вся мощь фронтального удара МНС обрушилась на «линию Саддама» – оборонительные сооружения, протянувшиеся вдоль саудовско-кувейтской границы. Из бетона и песка были сооружены оборонительные валы и стены высотой до 12 м. Вслед за ними располагалась полоса рвов и канав, которые в случае необходимости могли быть заполнены нефтью и подожжены, а также целая система бетонных ловушек для танков. В глубине имелись многокилометровые поля колючей проволоки и почти 500 тыс. мин различного назначения.

В ходе воздушной стадии войны иракские дивизии первого эшелона обороны потеряли до 75 % своих сил и средств. Когда начались наземные действия союзников, иракцы практически не оказали сопротивления. Массовая сдача в плен иракских войск началась почти сразу после прорыва их обороны. К исходу третьего дня наземных боёв численность пленных уже достигла 30 тысяч. Несмотря на призывы Саддама Хусейна «истреблять сатанинские полчища захватчиков», звучавшие в его выступлениях по радио, уже ничто не могло поднять моральный дух иракских солдат.

В ночь с 25 на 26 февраля багдадское радио передало сообщение: «Иракским вооружённым силам отдан приказ в организованном порядке отойти на позиции, которые они занимали 1 августа 1990 г.».

Утром 27 февраля над столицей Кувейта городом Эль-Кувейт под звуки национального гимна был поднят государственный флаг. Война была закончена. Многонациональные силы в своих действиях ограничились восстановлением ирако-кувейтской границы и не стали переносить боевые действия на территорию Ирака.

2 марта 1991 г. Совет Безопасности ООН принял резолюцию 686, в которой формулировались условия для установления мира в зоне Персидского залива. Ирак принял резолюцию СБ ООН без каких-либо условий и оговорок на правах проигравшего.

Потери сторон

Потери МНС

Данные по потерям МНС носят разрозненный характер. Наиболее полные данные существуют по потерям США. Убито 298 чел. Потеряно 6 танков, 1 гаубица, 9 единиц прочей бронетехники, 40 самолётов, 23 вертолёта; два военных корабля получили повреждения, подорвавшись на минах.

Великобритания – 24 погибших. Потеряно 7 самолётов «Торнадо». Саудовская Аравия – 44 погибших; Египет – 14; Франция – 2 погибших. По одному самолёту потеряли Кувейт и Италия. Общее число погибших союзников США – 88 человек. Всего, вместе с американскими военнослужащими, погибло 386 чел.

Потери Ирака

Существуют разные оценки потерь Ирака в этой войне. Сразу после завершения боевых действий в западных СМИ сообщалось, что число погибших иракцев может достигать 100 тыс. человек.

Согласно официальным данным иракского правительства, жертвами воздушных налётов стали 2278 мирных жителей. Потери иракской армии официально не сообщались. По оценкам исследователя Карла Конетты, в результате воздушных бомбардировок и наземных боевых действий иракские вооружённые силы потеряли около 20 тыс. человек убитыми. Были сбиты или разбились 39 самолётов и вертолётов.

7 марта 1991 г. Центральное командование ВС США обнародовало оценку материальных потерь вооружённых сил Ирака. Уничтожено 104 самолёта и 19 вертолётов; 137 иракских самолётов перелетели в Иран. Уничтожено, выведено из строя, захвачено 3700 танков, 2400 других единиц бронетехники и 2600 стволов артиллерии. Уничтожено 19 кораблей ВМС Ирака. В общей сложности уничтожены или утратили боеспособность 42 дивизии вооружённых сил Ирака. Силы США захватили в плен 71204 иракских военнослужащих.

Потери Израиля, официально не участвовавшего в МНС, от обстрела ракетами «Скад» – 4 человека убито и 300 ранено.

В целом кризис в Персидском заливе 1990–1991 гг. стал последним крупномасштабным вооружённым конфликтом эпохи «холодной войны и одновременно первым широкомасштабным конфликтом новой эпохи, эпохи военно-политического доминирования США на международной арене.

После разрушения СССР, США как единственная сверхдержава, держава-победитель в холодной войне, прикрываясь лозунгами «борьбы за демократию и права человека», начали вести борьбу за полную гегемонию в мире и установление «нового мирового порядка» под своим руководством. ООН фактически потеряла какое-либо самостоятельное значение и стала прислужницей блока США-НАТО в этой борьбе.

#### § 4. Операция «Лиса пустыни» (1998 г.)

После поражения в ходе войны в Персидском заливе («Буря в пустыне», 1991 г.), Ирак был вынужден подчиниться требованиям международного сообщества (в лице США, их союзников и марионеток) и начать уничтожение оружия массового поражения. Под наблюдением специальной инспекции ООН было уничтожено 40000 химических боеголовок, 700 т реагентов, предназначавшихся для изготовления химического оружия, 3600 т запрещённых химикатов и более 100 единиц оборудования, использовавшегося для производства химического оружия.

Однако в 1998 г. иракское руководство выдвинуло новые условия сотрудничества с комиссией ООН, потребовав снять ранее наложенные экономические санкции. После отказа ООН, Ирак с 31 октября прекратил сотрудничество с комиссией, но уже через две недели заявил о возобновлении сотрудничества.

Под предлогом того, что инспекторы ООН столкнулись с блокированием их работы, не имея возможности доступа на некоторые интересующие их объекты, США в начале декабря приняли окончательное решение на проведение операции «Лиса пустыни» (Desert Fox) против Ирака. 16 декабря инспекция ООН покинула страну.

В ходе военных действий против Ирака предстояло решить две основные задачи:

– политическую: ослабление авторитета Саддама Хусейна и политического влияния Партии арабского социалистического возрождения (БААС); усиление недовольства существующим режимом среди населения Ирака и активизация сил оппозиции по борьбе с режимом;

– военную: нанесение максимально возможного ущерба промышленной инфраструктуре, в т. ч. объектам по разработке, производству и хранению компонентов оружия массового поражения и авиационно-ракетных средств доставки.

Основу военной агрессивной акции составила воздушно-наступательная операция.

Также проводились:

– разведывательно-диверсионные действия сил специальных операций;

– мероприятия сил информационной борьбы и оказание психологического воздействия на противника;

– усиление системы ПВО-ПРО Израиля силами подразделений сухопутных войск США в Европе;

– повышение боеготовности контингентов сухопутных войск США, дислоцированных на территории Кувейта и Саудовской Аравии.

Для проведения воздушной наступательной операции была создана коалиционная группировка ВВС и ВМС США и Великобритании, основу которой составили войска США, насчитывавшая к началу операции около 130 боевых самолётов, включая 70 самолётов палубной авиации и 15 стратегических бомбардировщиков В-52, а также 52 корабля, в т. ч. авианосец «Энтерпрайз».

Группировка ВМС располагалась в акватории Персидского залива и восточной части Средиземного моря. Базовая авиация размещалась на аэродромах Кувейта, Катара, Омана, Бахрейна, Турции, Саудовской Аравии, а также на острове Диего-Гарсиа в Индийском океане. Предстояло поразить на территории Ирака около 130 целей.

Общее руководство операцией осуществлял главнокомандующий Объединённым Центральным командованием ВС США генерал Энтони Зинни.

Воздушная наступательная операция проводилась с 17 по 20 декабря; состояла из четырёх этапов общей продолжительностью 73 часа. Одновременно осуществлялось наращивание сил и средств. 18 декабря в район боевых действий прибыл американский авианосец «Карл Винсон». Группировка коалиционных сил ВВС была усилена за счёт дополнительной переброски более 90 самолётов из США, в т. ч. 10 F-117 и 2 В1-В.

Всего за период боевых действий союзники израсходовали свыше тысячи боеприпасов – авиабомб и крылатых ракет «Томагавк» и др., и поразили более 100 объектов. Были поражены узлы связи, объекты ПВО, командные пункты и штабы управления, аэродромы и казармы национальной гвардии, здания министерств, штаб-квартиры партии БААС, центр по разработке ракетного оружия, арсеналы, склады с химоружием, теле-радио станции и др. Потери личного состава вооружённых сил Ирака составили от 600 до 1600 чел. Авиация союзников потерь не имела.

Операция «Лиса пустыни» стала новым этапом в развитии теории и практики подготовки и ведения локальных войн (военных конфликтов). Её основу составила воздушная наступательная операция с нанесением массированных ракетно-авиационных ударов по объектам противника.

Масштабное применение нашли новые виды оружия. Впервые применялись стратегические бомбардировщики В1-В, а В-52 осуществляли пуски крылатых ракет; использовались управляемые авиационные бомбы с лазерной системой наведения; средства РЭБ; космические средства разведки в составе пяти космических аппаратов «Кихоул» и «Лакросс». Существенно возросли масштабы применения высокоточного оружия.

По сравнению с 1991 г. значительно усовершенствована система управления коалиционными силами. Её основу в оперативно-стратегическом и оперативных звеньях составила новая глобальная система управления ВС США GCCS (Global Command Control System) и её морской компонент, технические средства которой установлены во всех штабах и на командных пунктах ВС США, а также на тактических флагманских командных центрах на атомных авианосцах «Энтерпрайз» и «Карл Винсон».

Решающая роль в операции принадлежала военно-воздушным силам коалиции. Сухопутные войска практически задействованы не были, выполняя обеспечивающие функции. Операция продемонстрировала готовность вооружённых сил США к началу военных действий оперативно-тактического масштаба в кратчайшие сроки после принятия соответствующего политического решения.

Агрессия США-Великобритании против Ирака была совершена без санкции СБ ООН.

Главный политический вывод состоит в том, что США и Великобритания продемонстрировали всему миру готовность решать свои внешнеполитические задачи всеми доступными средствами, не останавливаясь перед широкомасштабным применением силы против суверенных государств без получения санкции ООН.

Совершенно подорвана роль СБ ООН, практически разрушена вся существующая система международной безопасности. Во главу угла поставлен принцип силы, прикрываемый рассуждениями о «демократии и правах человека».

#### § 5. Война в центре Европы (агрессия США-НАТО против Югославии, 1999 г.)

На момент разрушения СССР и распада социалистического лагеря, в блок НАТО входило 16 стран.

12 марта 1999 г. в этот блок было принято три новых члена, бывшие страны Варшавского Договора – Венгрия, Польша и Чехия, тем самым увеличив число членов блока до 19 стран-участниц. И вот этот расширенный блок в полном составе набросился на Югославию, довершив разрушение страны.

Поводом для начала агрессии против Югославии послужили так называемые «этнические чистки», приведшие к появлению беженцев-косоваров. Хотя, на самом деле, разжиганию межнациональных противоречий способствовали империалисты Запада. Именно инструкторами из ЦРУ, а также спецслужб Великобритании и Германии обучались боевики созданной на деньги Запада так называемой «Армии освобождения Косово»(АОК). АОК, спонсируемая международными неправительственными организациями, втянула страну в острейшие кровопролитные межнациональные конфликты. Из новообразованных «суверенов» было изгнано около двух миллионов сербов.

США-НАТО поддерживали косовских албанцев в их борьбе за «независимость» от Сербии. Вся причина заключалась в том, что на территории Косово находится крупнейший горно-промышленный комплекс Трепча – самое богатое месторождение полезных ископаемых на Балканах. Здесь добываются свинец, цинк, кадмий, а также серебро и золото. Кроме того, Косово располагает более 17 млрд. т угольных залежей. Транснациональные корпорации США-Запада стремились прибрать к рукам эти богатства. Для этого им надо было оторвать Косово от Сербии. Вот одна из важнейших причин начала войны.

Формальным поводом начала военных действий было неисполнение Сербией требования НАТО «вывести сербские войска из сербской автономной области Косово и Метохия». Непосредственной причиной послужила «резня» в деревне Рачак в Косово 15 января 1999 г, устроенная, якобы, югославской армией и полицией, «расстрелявших» 42 мирных албанца. Однако через несколько лет после завершения агрессии и отстранения Милошевича от власти (первый сценарий цветной «революции»), группой финских учёных, по поручению ЕС, было проведено независимое расследование данного инцидента. Осмотрев трупы, финны подтвердили то, что было давно известно: трупы были стащены с других мест албанскими боевиками и предъявлены мировой общественности. В интервью газете «Берлинер цайтунг» руководитель исследования Хелена Ранта заявили, что албанцы, которых изображали как мирных жителей, погибли в бою. Это были террористы, нападавшие на подразделения сербской армии и полиции, а также на своих соплеменников, сотрудничавших с властями и не желавших раскола страны. В этом бою также погибло немало солдат югославской армии.

Спектакль с трупами понадобился военщине США-НАТО для того, чтобы начать варварскую агрессию против Югославии и установление там нужного им марионеточного режима; а также для отделения Косово от Сербии под видом «независимости», чтобы захватить и оккупировать этот регион «миротворческими» войсками.

Война осуществлялась без мандата Совета Безопасности ООН. ООН давно превратилась в прислужницу империализма США-НАТО, в орган, который штампует угодные США решения, если это им необходимо. А если нет, то они просто-напросто отбрасывают ООН вместе с её Уставом прочь, как ненужную вещь.

В ходе агрессии США-НАТО против Югославии, длившейся 78 дней, было совершено 35 000 боевых вылетов, в которых было задействовано более одной тысячи самолётов и вертолётов, сброшено 79 000 т взрывчатки, в т. ч. несколько сотен контейнеров с 37440 кассетными бомбами, запрещёнными международным правом. На британских самолётах, уходивших на бомбардировку Югославии, были сделаны надписи: «Счастливой Пасхи», «Надеемся, что это вам понравится», «Ты всё ещё хочешь быть сербом?..».

Морская группировка насчитывала 3 авианосца, 6 ударных подводных лодок, 2 крейсера, 7 эсминцев, 13 фрегатов, 4 крупных десантных корабля. Всего НАТО в этой операции задействовало более 60 тыс. человек.

Для нанесения ударов применялись управляемые ракеты и авиабомбы, крылатые ракеты «Томагавк» и др. боеприпасы. Французские истребители-бомбардировщики «Jaguar» и «Mirage-2000» для разрушения взлётно-посадочных полос на аэродромах применяли специальные бетонобойные бомбы.

Основная часть военной операции состояла в применении авиации для бомбардировок стратегических военных и гражданских объектов на территории Сербии. Авианалётам были подвергнуты крупные города Югославии, включая столицу Белград.

Система ПВО Югославской армии многократно уступала авиационному компоненту НАТО по её количественным и качественным показателям. Основу ПВО составляли уже устаревшие зенитно-ракетные комплексы советской разработки 1961–67 гг., вследствие чего самолёты НАТО, занимавшие высоты свыше 6000 м, оставались неуязвимыми для зенитного огня. Хотя, тем не менее, один самолёт-«невидимка» агрессоров – F-117A ВВС США, был сбит под Белградом. Вся небольшая территория Югославии просматривалась самолётами радиолокационной разведки НАТО, беспрепятственно пользовавшихся воздушным пространством соседних стран: Албании, Болгарии, Боснии и Герцеговины, Венгрии, Македонии и Хорватии.

Эффективным оружием показали себя крылатые ракеты «Томагавк». Всего США-НАТО применили около одной тысячи этих крылатых ракет, удары которыми наносились с кораблей и подводных лодок, расположенных в Адриатическом море, а также со стратегических бомбардировщиков В-52H и В-1В.

Нашли своё применение в ходе агрессии со стороны НАТО и космические технологии, когда в модернизированных «Томагавках», а также управляемых ракетах «воздух-земля» применялись головки самонаведения с GPS-приёмником, т. е. с использованием спутниковой системы навигации.

Точность попадания крылатых ракет была настолько высокой, что не может не вызывать критического отношения факт «случайного» удара американских ВВС по посольству Китая в Белграде, тем более что в нападении участвовал стратегический бомбардировщик В-2А, созданный с применением технологии стелс и являвшийся на тот момент самым дорогим боевым самолётом ВВС США.

Серьёзную угрозу представляло и применение неуправляемых кассетных боеприпасов, которые стали причиной большинства жертв среди гражданского населения. Подобные бомбы обладают кумулятивным, осколочным и зажигательным эффектом. В их взрывателе находится ударный пьезоэлемент, который превращает неразорвавшиеся боеприпасы кассеты в своеобразные нажимные мины.

Кроме крылатых ракет, США-НАТО широко применяли в боевых действиях и другие типы высокоточного оружия. При этом было сделано большое количество «ошибок». Удар по пассажирскому поезду, следовавшему по маршруту Белград-Фессалоники, в результате найдено 9 тел и ещё фрагменты четырёх, многие считаются пропавшими без вести. Уничтожение моста в Варварадине, на котором оказалось немало мирных жителей. Нанесение авиаударов по жилым кварталам Алексинца, Нового Пазара, Сурдулицы и Ниша, в ходе которых погибло около 450 человек. Уничтожен автобус с албанскими беженцами у села Лужани и колонна албанских беженцев на дороге Призрен-Джаковица, получившие широкую огласку именно из-за того, что пострадало албанское население, интересы которого якобы защищали США-НАТО.

Применялись американо-натовскими агрессорами и боеприпасы с обеднённым ураном, что привело к радиоактивному заражению местности и росту числа раковых и наследственных заболеваний как среди населения Сербии, так и среди итальянских, испанских и бельгийских военнослужащих.

Югославия 1999 г. представляла собой своеобразный полигон, на котором был опробован переход от доктрины воздушно-наземного сражения к доктрине воздействия на противника с расстояния управляемыми системами оружия, а также методами политико-пропагандистского воздействия на руководство и народ противоборствующей стороны.

Новая доктрина, опробованная в Югославии, предусматривала одновременный удар по центрам «мощи» противника силами постоянной готовности США-НАТО. Практически данная стратегия ориентируется на создание «компактных» вооружённых сил, оснащённых современными системами управляемого оружия, средствами разведки и радиоэлектронной борьбы. Такие вооружённые силы могут без долгой подготовки самостоятельно переходить к боевым действиям в любой точке планеты при помощи местных союзников. При этом государственный аппарат не проводит традиционных мероприятий по переводу страны на военное положение.

В рамках новой американской доктрины следует рассматривать и применение американской авиацией новых типов боеприпасов. К ним относятся так называемые графитные боеприпасы, лишающие страну электроэнергии. При попадании на электролинии, графит и алюминий начинают испаряться и создают ионизированное поле, замыкая линии электропередач и вызывая отключение все энергосистемы. Подобным образом в январе 1991 г. американцы вызвали сбой в работе энергосистемы Багдада, отключённой от ТЭС Эль-Рашид. В мае 1999 г. 70 % территории Сербии осталось без электричества. Впрочем, сербские инженеры быстро нашли решение этой проблемы.

Потери сторон.

По данным Генерального штаба Югославской армии, силы НАТО потеряли 61 боевой самолёт, 7 вертолётов, 30 беспилотных летательных аппаратов, 238 крылатых ракет. Кроме сбитого под Белградом F-117, по утверждению югославской стороны, ещё один такой самолёт был сбит 5 апреля, а 20 мая был сбит один В-2А. По другим данным, потери США-НАТО составили 31 боевой самолёт и 6 вертолётов.

Югославская военная авиация, устаревшая и малочисленная, принимала минимальное участие в отражении налётов НАТО, выполнив за 11 недель всего 11 вылетов на перехват самолётов противника, лишилась 6 самолётов в воздухе; ещё около 70 самолётов было уничтожено на земле.

Согласно заявлению Слободана Милошевича, в ходе конфликта погибли 462 югославских военнослужащих и 114 полицейских; по данным НАТО – погибло более 5 тыс. югославских военных.

Число жертв среди мирного населения, только по официальным данным, составляет 2 тыс. человек, а число раненых – 6 000, из них 30 % убитых и 60 % раненых и искалеченных, – дети. По самым скромным подсчётам, общий ущерб хозяйству страны составил 200 млрд. долл., т. е. экономика была отброшена на уровень 1945 г.

Во время ракетно-бомбовых ударов было уничтожены или повреждены 89 фабрик и заводов, 128 других объектов индустрии и сферы услуг, 120 объектов энергетики, 14 аэродромов, 48 больниц и госпиталей, 118 радио– и ТВ-ретрансляторов, 82 моста, 61 дорожная развязка и туннель, 25 почт и телеграфов, 70 школ, 18 детских садиков, 9 зданий университетских факультетов и 4 общежития, 35 церквей, 29 монастырей. В результате бомбардировок около полумиллиона человек остались без работы.

Для нанесения максимального ущерба Югославии варварским бомбардировкам подверглись предприятия химического и нефтехимического производства. Самые ощутимые последствия вызвали удары по промышленному комплексу в Панчево – азотному и нефтеочистительному заводам, нефтехимическому комплексу. Отравляющие химикаты и соединения попали в атмосферу, воду и почву, что создало угрозу для здоровья людей и экологической системы на всей территории Балкан. В результате действий НАТО произошло отравление воздуха ядовитыми испарениями от горящих нефтекомбинатов, нефтью из взорванных бомбами резервуаров был отравлен Дунай и другие реки, загрязнены озёра и Адриатическое море.

Министр здравоохранения Республики Сербия Лепосава Миличевич заявила: «Наши химические заводы не бомбил даже Адольф Гитлер! НАТО же спокойно делает это, уничтожая реки, отравляя воздух, убивая людей, страну. Над нашим народом проводится дерзкий эксперимент с использованием новейшего оружия».

В результате завершения конфликта югославские войска вынуждены были оставить Косово и Метохию (историческую колыбель сербской культуры), в Сербию, под видом миротворческих сил, вошли войска НАТО. 17 февраля 2008 г. провозгласили независимость Косово от Сербии. На территории Косово построена американская военная база Кэмп-Бондстил. Численность контингента НАТО (под видом KFOR) к концу 2012 г. составила 5600 человек.

Чтобы замести следы своей преступной агрессии, США-НАТО использовали Гаагский трибунал для привлечения к уголовной ответственности Сл. Милошевича, как руководителя страны-жертвы агрессии. Многолетнее судилище результатов не дало и, в конце концов, узника Гаагского трибунала убивают в застенках (по официальной версии Гаагского судилища, подконтрольного США-НАТО, Милошевич умер).

Россия в этом конфликте заняла позицию стороннего наблюдателя. А спецпредставитель президента России В. Черномырдин на переговорах по Косово полностью пошёл на поводу альянса и сдал все интересы Сербии американо-натовским агрессорам, позволив им оккупировать Косово.

Предательская позиция тогдашнего российского руководства обернулась новой войной в Европе, уже непосредственно на границах России, в Донбассе.

#### § 6. Агрессия США-НАТО против Афганистана (2001–2014 гг.)

11 сентября 2001 г. произошёл теракт в Нью-Йорке. В результате террористической атаки башен-близнецов Всемирного торгового центра погибло более 3-х тыс. мирных граждан. Президент США Дж. Буш-мл. объявил войну «мировому терроризму». Менее чем через месяц началась агрессия США и Великобритании против Афганистана. Рассматривая такие события, всегда задаёшься вопросом, – а кому это выгодно, в чьих интересах была совершена данная атака на ВТЦ?

Советского Союза к этому времени уже не стало. США объявили себя победителями в «холодной войне». Исчез главный враг американского империализма – «мировой коммунизм», на которого можно было сваливать и беспрецедентную гонку вооружений, развязанную США, и бесчисленные войны и конфликты во имя «торжества демократии», «прав человека» и т. п.

Но без войн США уже жить не могут. Только в постоянных войнах они находят выход из кризиса, неизменного спутника капитализма. Нужно было срочно искать нового врага. И такой «враг» был создан самими Соединёнными Штатами, это – «мировой терроризм», международная террористическая организация «Аль-Каида» во главе с Усамой бен Ладеном.

Как отмечалось многими исследователями трагедии 11.09., башни-близнецы ВТЦ не могли быть разрушены ударами самолётов с пилотами-смертниками. Только направленный подрыв изнутри мог привести к разрушению этих башен, что заложено в саму их конструкцию при строительстве.

Что касается «Аль-Каиды» и Усама бен Ладена, то эта организация была создана при непосредственном участии спецслужб США для борьбы против СССР. США рассматривали появление советских войск в Афганистане как вопиющий случай советского экспансионизма и агрессии. Ответом стала операция «Циклон», в рамках которой через пакистанскую межведомственную разведку США направляли помощь афганским моджахедам («борцам за веру»). Помощь шла через исламские международные организации. В их числе особое место занимала «Мактаб-аль-Хидамат» (в дословном переводе – «Бюро услуг»), основанная в 1984 г. в Пешаваре (Пакистан) Абдуллой Аззамом и Усамой бен Ладеном. «Мактаб-аль-Хидамат» создавала в Пешаваре «гостевые дома» и лагеря подготовки боевиков. С 1987 г. такие лагеря начали создаваться в самом Афганистане. Всего через эту организацию с 1984 по 1992 г. прошли 35 тыс. человек из 43 стран мира. После убийства Аззама в 1989 г. «Мактаб-аль-Хидамат» распалась, и большая её часть влилась в «Аль-Каиду» («Аль-Каида» – «База», база для продолжения джихада, священной войны против неверных), созданную в 1988 г. в Афганистане. Бен Ладена активно поддерживали США, тратившие сотни млн. долларов на оплату моджахедов и оснащение их современным оружием.

В 1998 г. бен Ладен объявил о создании «Всемирного исламского фронта джихада против крестоносцев и иудеев». В его состав вошли ряд экстремистских исламских организаций. Создание «Фронта» он объяснил тем, что во всём мире мусульмане страдают от США и Израиля, а потому должны вести против них священную войну в защиту веры.

Думается, причина здесь в том, что необходимо было удерживать рядовых аль-каидовцев в рядах организации, дать им идеологическое обоснование святости и жертвенности их борьбы. В то же время ряд экспертов разделяют мнение, что американская борьба против «Аль-Каиды» носит избирательный характер, превращаясь в ряде случаев в сотрудничество.

Общеизвестен тот факт, что семьи Бушей и бен Ладенов объединял совместный бизнес, личные финансовые связи. В 1979 г. Дж. Буш-мл основал своё нефтяное общество «Arbusto Energy» в партнёрстве с «Ben Laden Aviation», управление которого находится в штате Техас, г. Остин и принадлежало одному из братьев Усамы – Салему бен Ладену.

Вся эта провокация с подрывом башен-близнецов есть не более чем операция спецслужб США и Израиля, полностью в духе поджога рейхстага, совершённого гитлеровцами в 1933 г. с целью обвинить коммунистов, развязать против них террор и репрессии и уничтожить Коммунистическую партию Германии.

Точно также и ныне спецслужбы США и Израиля совершили данную провокацию, чтобы приписать её «Аль-Каиде» и провозгласить войну против «мирового терроризма». Новый враг был создан, войны могли успешно продолжаться дальше.

После терактов 11 сентября президент США Дж. Буш-мл. выдвинул режиму талибов, правивших в Афганистане с 1996 г. (кроме северных провинций) и являвшихся союзниками «Аль-Каиды», ультиматум – выдать Усаму бен Ладена, а также всё руководство «Аль-Каиды». Те отказались, заявив, что американцы не предоставили достаточно веских доказательств причастности этой организации к атакам на ВТЦ и Пентагон. 22 сентября два государства, признававшие режим талибов, ОАЭ и Саудовская Аравия (третьей страной, признававшей режим талибов, был Пакистан), разорвали с Афганистаном дипломатические отношения. Из Афганистана в Иран и Пакистан хлынул огромный поток беженцев.

Военная операция США против Афганистана началась вечером 7 октября 2001 г. под громким названием «НЕСОКРУШИМАЯ СВОБОДА». В ней с самого начала приняла активное участие и Великобритания.

Официально продекларированные цели операции:

– свержение режима талибов;

– освобождение территории Афганистана от влияния талибов;

– пленение и суд над участниками «Аль-Каиды».

Реальные же цели США и их союзников несколько иные.

Во-первых, геополитическое положение Афганистана позволяет влиять на ситуацию в Синьцзян-Уйгурском автономном районе Китая; влиять на обстановку в центрально-азиатских государствах; влиять на политику Ирана, Индии.

Во-вторых, с закреплением в Афганистане и Центральной Азии США получили дополнительную возможность оказывать давление на Россию. Геополитическая доктрина США оформилась ещё в середине XIX столетия. Один из её идеологов Джошуа Стронг в своей работе в 1885 г. поставил цель – достижение США мирового господства. Затем наиболее известный геополитик конца XIX – начала XX вв. адмирал Альфред Мэйхэн развил эту теорию, уточнив, что территория Евразии, прежде всего Россия, является срединной, сердцевиной земного шара. И без установления контроля над этой территорией нельзя управлять миром. Именно Мэйхэн выдвинул план «Петля Анаконды». Вокруг России создаётся цепь баз для того, чтобы лишить её геополитического и стратегического манёвра, оказывать постоянное влияние, сдавливать, удушать.

В-третьих, Каспийский регион, к которому Афганистан обеспечивает стратегический доступ, содержит приблизительно 270 млрд. баррелей нефти, что составляет около 20 % доказанных мировых запасов (данные на 2010 г.). На его территорию приходится также 665 трлн. куб. футов природного газа, примерно восьмая часть запасов газа планеты.

В-четвёртых, есть возможность наживаться на выращивании и продаже наркотиков.

В течение первого месяца боевые действия сводились к ударам авиации США-Великобритании по военным объектам движения Талибан. Система ПВО талибов была выведена из строя почти сразу, вся имевшаяся у них авиация была уничтожена на аэродромах. Также проводились и наземные операции с участием сил спецназначения коалиции. Основную роль в ведении воздушной войны сыграли стратегические бомбардировщики В-1В Lancer, B-2 Spirit, B-52 Stratofortress. Большинство ударов наносилось высокоточными боеприпасами с лазерным наведением. Но, несмотря на это, стремительно росло число жертв среди мирного населения. Были применены и сверхтяжёлые авиационные бомбы «Дейзикаттер» – самые мощные неядерные боеприпасы в мире на тот момент. Если американцы и британцы занимались в основном нанесением воздушных ударов по главным городам Афганистана и опорным базам талибов, то в наземной операции важнейшую роль сыграл «Северный альянс» во главе с Ахмад Шах Масудом, правивший Афганистаном с 1992 по 1996 гг., и с 1999 г. установивший тесные связи с ЦРУ. 13 ноября 2001 г. талибы оставили Кабул, находившийся под их властью с 1996 г. 7 декабря пал Кандагар, колыбель движения Талибан (Движение Талибан зародилось в Афганистане в среде пуштунских племён в начале 90-х годов. Ядром движения стали три десятка студентов («талиб» на пушту и арабском – студент) мусульманского духовного училища (медресе) в Кандагаре во главе с духовным лидером муллой Мухаммедом Омаром. Талибы пришли к власти после ухода советских войск из Афганистана и падения режима Наджибуллы. В 1996 г. талибы захватили Кабул и основали Исламский Эмират Афганистан, на территории которого ввели шариатское право. Движение Талибан появилось при прямом участии и поддержке пакистанских военных. Исламабад первым признал правительство талибов в 1996 г.). Часть боевиков сумела бежать в соседний Пакистан, часть ушла в горы, включая и муллу Омара, остальные сдались в плен Северному альянсу. Взятием Кандагара завершился основной этап боевых действий.

В результате военной операции США-Великобритании в союзе с Северным альянсом, режим талибов был отстранён от власти. Во главе страны встал Хамид Карзай – американская марионетка, назначенный главой переходной афганской администрации в декабре 2001 г. и утверждённый временным президентом страны на Лойя джирга (общенациональная ассамблея представителей народов, народностей и племён).

В соответствии с резолюцией СБ ООН 1386 от 20 декабря 2001 г. были созданы Международные силы содействия безопасности (ISAF – International Security Assistance Force) с целью посткризисного восстановления страны и строительства «демократического» Афганистана, осуществлявшегося под руководством американской военной администрации. В августе 2003 г. руководство ISAF на себя взяло НАТО, так как американцы завязли в Ираке, куда они вторглись в марте 2003 г.

Всего в состав ISAF вошли 48 стран, в том числе постсоветские республики – Латвия, Литва, Эстония, Украина, Азербайджан, Армения, Грузия. Самый крупный контингент предоставили США, максимальная численность которого достигала 90 тыс. человек (всех войск ISAF – 132 тысячи).

Постепенно становилось очевидным, что США-НАТО рано праздновали победу над талибами, которые в 2003–2005 гг. восстановили свои силы и развернули партизанскую диверсионно-подрывную войну против оккупантов.

Для организации сопротивления врагу талибы использовали приграничные с Афганистаном соседние районы Пакистана, населённые пуштунскими племенами, куда они отступили после сражений 2001–2002 гг. Следует отметить, что границей между Афганистаном и Пакистаном является так называемая «Линия Дюранда», которая произвольно разделила пуштунские племена, исторически населяющие этот горный район, между двумя странами. Линия возникла в 1893 г. в итоге трёх англо-афганских войн, в которых Великобритания пыталась расширить Британскую Индию, и в которых ей так и не удалось одержать победу. «Линия Дюранда» является результатом переговоров между афганским эмиром Абдуррахманом и секретарём индийской колониальной администрации сэром Мортимером Дюрандом. Афганистан эту границу в качестве официальной не признаёт.

Отступив на территорию Пакистана талибы, при участии местного населения, создали там убежища, тренировочные лагеря, тыловую инфраструктуру, в том числе базы подготовки смертников. Более того, боевики «Аль-Каиды» и Талибана не только использовали территорию Пакистана для разворачивания партизанской войны против американо-натовских оккупантов, но, фактически, сумели создать в зоне пуштунских племён шариатское государство Вазиристан, практически неподконтрольное Исламабаду.

В своей войне против агрессоров талибы использовали тактику партизанской войны и мелких стычек, уклоняясь от участия в крупных боевых действиях. Нападения на патрули, обстрелы конвоев, минирование дорог, атаки на блок-посты – вот основные формы боевых действий, применяемых талибами. По оценкам наблюдателей, большинство военнослужащих иностранного контингента погибло от заложенных на дорогах мин.

К началу 2003 г. в Пакистан бежало свыше 300 тыс. афганцев.

Убийства, изнасилования, пытки, насилие над детьми со стороны несущих «демократию» оккупантов носили обыденный характер.

«Найди и уничтожь» – тактика выжженной земли, знакомая по Вьетнаму, снова пошла в ход. В пустынном юго-востоке Афганистана нет больше деревни Ниази Кала. Американские налётчики явились перед рассветом 30 декабря 2001 г. и перебили гостей на свадьбе. Крестьяне рассказывали, как женщины и дети бросались к пересохшему пруду в поисках укрытия и были убиты на бегу. Спустя два часа американцы улетели. Расследование ООН показало, что убито 52 человека, из них 25 – дети. «Мы рассматривали это как военную цель», – сообщил Пентагон, повторив первоначальный ответ на бойню в Сонгми во Вьетнаме.

В 2010 г. волну протеста во всём мире вызвала публикация немецкого журнала «Шпигель» под названием «Они убивают для развлечения». Главными героями публикации стали солдаты НАТО, позирующие с убитыми афганцами, среди которых 15-летний подросток.

По признанию представителей Пентагона, какого-либо улучшения ситуации в Афганистане к осени 2010 г. силы НАТО так и не добились, некоторые аналитики утверждали, что общая обстановка даже ухудшилась. Каждый второй ребёнок страдает от истощения, заявляет ЮНИСЕФ.

Ненависть афганского населения к оккупантам и авторитет талибов постоянно росли. Международная коалиция начала трещать по швам и рассыпаться. В 2011–2014 гг. большая часть войск была выведена. По состоянию на 1 июля 2014 г. общая численность войск ISAF составила около 50 тыс. чел., большую часть из которых составлял воинский контингент США – 32 800 чел. Вывод войск ISAF, похожий на бегство, стремительно завершался. 28 декабря 2014 г. война, самая продолжительная в истории США, считается официально законченной.

С июля 2013 г. обеспечение безопасности в Афганистане передано местным силовым структурам. В Афганистане, согласно резолюции СБ ООН № 2189 от 12 декабря 2014 г., осталась небоевая миссия НАТО численностью более десяти тысяч военных и гражданских лиц. Официально военнослужащие Альянса не участвуют в боевых действиях, занимаясь подготовкой и консультированием афганских силовых структур.

Потери сторон.

Официальные данные по потерям среди гражданского населения найти трудно, США-НАТО не нужна огласка. Но, по подсчётам правозащитных организаций, за всё время афганской кампании погибло не менее 35 тыс. мирных граждан. Страну покинуло более 500 тыс. чел. (данные на начало 2012 г.).

Следует отметить, что боевые действия шли не только на территории Афганистана. США интенсивно применяли беспилотные летательные аппараты для нанесения ударов по целям на территории Пакистана. По данным западных СМИ, только за период с июня 2004 г. по сентябрь 2012 г. в результате авиаударов БПЛА на территории Пакистана погибло примерно три тыс. чел.

Согласно данным министерств обороны США и Великобритании, а также независимого интернет-сайта iCasualties.org, до 31 декабря 2014 г. боевые и небоевые потери международной коалиции в ходе операции «Несокрушимая свобода» составили свыше 3485 военнослужащих погибшими. Наибольшие потери понесли США – 2356, Великобритания – 453, Канада – 162, Франция – 88, Германия – 55 человек.

Но в перечисленные потери не включены потери среди сотрудников полиции стран ЕС, которые находились в Афганистане по программе EUPOL-Afghanistan и не являвшихся военнослужащими ISAF. Также в перечисленные выше потери не включены сотрудники иностранных частных военных компаний (ЧВК), действовавших в Афганистане в интересах коалиции. На начало декабря 2009 г. их численность составляла 104 тыс. чел. В дальнейшем, по настоянию правительства Афганистана, их количество было уменьшено до 40 тыс. По данным исследователя афганской войны тов. Гирченко, число потерь сотрудников ЧВК составило 3006 чел.

Именно стремительный рост потерь и заставил американцев пойти на вывод основного контингента войск из Афганистана. В то же время как своё достижение и величайшую победу называют американцы убийство спецназовцами США «террориста № 1» Усамы бен Ладена 2 мая 2011 г, о чём с гордостью поведал всему миру президент США Б. Обама.

Наркотрафик. Одним из крайне негативных последствий американо-натовской агрессии стало резкое увеличение производства и распространения наркотических средств. Полностью разрушив страну, США-НАТО обрекли афганский народ на само-выживаемость. И главным «кормильцем» афганского дехканина стал опиум. По данным ООН, с начала агрессии объём производства героина на территории Афганистана вырос в 40(!) раз. В настоящее время Афганистан занимает первое место в мире по производству героина и марихуаны. Львиная доля «адского зелья» отправляется по так называемому «северному пути» через Среднюю Азию и Россию. По данным ООН, за 10 лет от афганского героина в Европе и России погибло около миллиона человек. В 2009 г. Россия заняла первое место в мире по потреблению героина. По данным Би-би-си (2010 г.), потребление героина в России достигает 70 т, что в два раза больше, чем в США и Канаде, вместе взятых и столько же, сколько по всей Европе.

#### § 7. Иракская война (2003–2011 гг.)

После завершения первой войны в Персидском заливе (1991 г.), согласно резолюции СБ ООН, в Ирак прибыла специальная комиссия ООН для надзора за ликвидацией оружия массового поражения и прекращения программ по разработке химического, ядерного, бактериологического оружия и ракет большой дальности. Т. е. США, страны НАТО, Израиль имеют право на создание ОМП, а другие страны такого права лишены. Принятие соответствующих резолюций СБ ООН ещё раз подчёркивает то обстоятельство, что ООН после завершения «холодной войны» превратилась в послушного исполнителя воли «новых хозяев мира» – американо-натовско-израильских империалистов (выражение США-НАТО-Израиль, как агрессивного союза империалистических государств, впервые использовал Фидель Кастро).

Согласно резолюциям СБ ООН, были введены воздушные зоны, в которых запрещались полёты боевой авиации Ирака. Эти зоны были созданы на севере и юге страны под предлогом защиты курдов и шиитов от «репрессий» со стороны Саддама Хусейна. Патрулирование зон осуществлялось американской и британской авиацией. Фактически Ирак был лишён части своего суверенитета, раз в его небе хозяйничали ВВС США-Великобритании.

В январе 1993 г. ВВС США, Великобритании и Франции нанесли ракетно-бомбовые удары по позициям иракских зенитно-ракетных комплексов на юге страны, представлявших угрозу для союзной авиации, патрулировавшей неполётную зону. После завершения операции «Лиса в пустыне» (1998 г.), иракские средства ПВО начали регулярно обстреливать американо-британские самолёты, патрулировавшие неполётные зоны, что приводило к ответным ударам, нередко с жертвами среди мирного населения. Вооружённые инциденты в иракском небе происходили вплоть до марта 2003 г.

После разгрома движения Талибан в Афганистане США начали требовать возвращения в Ирак международных инспекторов. Британский премьер Тони Блэр ещё в апреле 2002 г. согласился на участие своей страны в будущей войне.

Под давлением со стороны США и после принятия СБ ООН резолюции 1441 в ноябре 2002 г. Саддам Хусейн дал согласие на возвращение международных инспекторов в страну, которые не обнаружили никаких следов возобновления производства ОМП. Данные ЦРУ также говорили о том, что Ирак не располагал ОМП.

Но, несмотря на это, администрация США обвиняла Ирак в возобновлении разработки оружия массового поражения, в сотрудничестве с международными террористическими организациями, прежде всего с Аль-Каидой. Война была нужна американскому империализму, американской военщине, и руководители США делали всё, чтобы развязать её.

5 февраля 2003 г. госсекретарь США Колин Пауэлл выступил на специальном заседании Совета Безопасности ООН, предоставив «доказательства» того, что Ирак скрывает от международных инспекторов оружие массового поражения. Уже после развязывания войны, в 2004 г. Пауэлл признался, что обнародованные им данные были во многом неточными, а иногда и сфальсифицированными. Но дело было сделано… Впоследствии журналисты подсчитали, что с сентября 2001 г. по сентябрь 2003 г. руководство США сделало 935 лживых заявлений по Ираку. «Лидером» стал президент Дж. Буш-мл. – 260 лживых высказываний, 232 из них о наличии у Саддама оружия массового поражения, 28 – о связях Ирака с «Аль-Каидой». Колин Пауэлл соврал 254 раза. Тем не менее, СБ ООН так и не санкционировал применение силы против Ирака.

Но США-Великобритания полностью проигнорировали мировое общественное мнение, настроенное резко отрицательно против развязывания очередной бойни в Ираке. В феврале-марте 2003 г. во всём мире, в т. ч. в США и Великобритании, прошли массовые манифестации протеста против готовящейся войны, в которых приняли участие миллионы человек. Однако ничто не могло остановить войну.

В октябре 2002 г. Конгресс США на основании предоставленных администрацией данных о разработке Ираком оружия массового поражения, принял резолюцию, разрешавшую ведение боевых действий против Ирака.

Очередная третья война против Ирака (под названием «Иракская свобода»; иное называние «Шок и трепет») при полном игнорировании Устава ООН, была развязана США и Великобританией на рассвете 20 марта 2003 г.

Высшее военное командование США сделало ставку на проведение молниеносной воздушно-наземной операции. Состоящая на вооружении Ирака авиационная техника, средства ПВО отслужили свой срок, нуждались в ремонте, в замене ряда агрегатов новыми, которые Ирак был лишён возможности приобретать в других странах из-за наложенного на него с 1991 г. эмбарго.

Была создана мощная группировка сил и средств, основу которой составили соединения США. В состав группировки были включены около 300 тыс. военнослужащих сухопутных войск, порядка 700 боевых самолётов, 20 боевых кораблей-носителей крылатых ракет морского базирования «Томагавк», современные силы радиоэлектронной борьбы, спутниковые системы разведки и навигации.

В ходе этой войны в Персидском заливе резко увеличилось число применяемых высокоточных средств поражения. Только за 15 суток боевых действий в операции «Шок и трепет» было применено порядка одной тысячи крылатых ракет «Томагавк» и несколько тысяч самонаводящихся авиабомб, в основном по объектам в Багдаде, Мосуле, Басре. Это привело к многочисленным жертвам среди мирного населения, женщин и детей. США, невзирая на запрещение кассетных авиабомб, вызывающих массовые тяжёлые поражения мирных жителей, применяли их по жилым районом Багдада. Варварским ударам подверглись памятники истории и культуры. Были полностью разрушены Тикритский музей Истории, некоторым экспонатам в котором было более пяти тысяч лет; музей в г. Карбала, содержащий памятники и сокровища исламской цивилизации тысячелетней давности; музей королевской династии в Багдаде и т. д.

Войска союзников начали наземное наступление почти сразу, без проведения длительной воздушной кампании. Плацдармом для вторжения стал Кувейт.

Коалиционное командование предполагало организовать и северный фронт, чему помешал отказ парламента Турции разрешить развёртывание американских войск в стране (из-за курдской проблемы), но переброска войск агрессора через территорию страны была разрешена. Пять дивизий США и Великобритании не встретили серьёзного сопротивления со стороны 23 дивизий Ирака, кроме отдельных очагов сопротивления. Важный в стратегическом отношении порт Басра сражался до овладения американо-английскими войсками Багдадом. Шли жестокие бои за крупный военно-промышленный центр Мосул.

9 апреля столица Ирака, Багдад, была взята. Продолжив двигаться в северном направлении, 15 апреля американские войска взяли Тикрит, завершив активную фазу боевых действий. Быстрой победе способствовало и то, что иракские ВВС практически полностью бездействовали – после окончания боевых действий многие иракские самолёты были обнаружены закопанными в песок. Всеми силами на театре боевых действий руководил командующий Центрального командования ВС США.

1 мая 2003 г. президент США Дж. Буш-мл. на палубе авианосца «Авраам Линкольн» произнёс речь, в которой объявил о военной победе США.

Для управления оккупированной страной в конце апреля была создана Временная коалиционная администрация, возглавленная американским генералом. Задачей администрации было создание необходимых условий для передачи власти новому марионеточному иракскому правительству. Одним из первых шагов Временной администрации стал роспуск иракской армии и полиции.

Сразу после окончания войны в стране начала работу Группа исследования Ирака, занимавшаяся поиском оружия массового поражения. В 2004 г. эта Группа закончила свою работу, отметив в итоговом отчёте, что к началу военной операции коалиционных сил, Ирак не располагал оружием массового поражения.

Начало партизанской войны

Почти сразу после формального завершения боевых действий, в Ираке развернулась партизанская война. Активисты партии БААС и сторонники Саддама Хусейна захватили большое количество оружия и боеприпасов на складах бывшей иракской армии. Центром суннитского сопротивления стал город Фаллуджа в «суннитском треугольнике» к северу-западу от Багдада. В 2004 г. развернула партизанскую борьбу в центральном и южном Ираке шиитская оппозиция во главе с муллой Муктада ас-Садром, создавшим вооружённое ополчение Армия Махди. Но в 2006 г. отношения между суннитскими и шиитскими партизанскими группировками обострились на межрелигиозной почве, что привело к вооружённым столкновениям между ними.

В ноябре 2006 г. суннитская подпольная организация «Совет моджахедов шуры» провозгласила создание Исламского государства Ирак (в дальнейшем – террористическая группировка ИГИЛ). Как видите, американцы сами породили ИГИЛ, а теперь, якобы, ведут борьбу с ним. В августе 2014 г. бывший министр иностранных дел Великобритании Дэвид Мелибэнд признался, что вторжение США и Великобритании в Ирак способствовало дестабилизации обстановки в стране и привело к возникновению военной группировки ИГИЛ. Это был вынужден признать и Тони Блэр в октябре 2015 г., заявив в интервью телеканалу CNN, что есть доля правды в том, что вторжение США и их союзников в Ирак стало одной из основных причин появления ИГИЛ.

2006 г. завершился казнью Саддама Хусейна, ранее захваченного оккупантами в плен.

Иракская война пользовалась всё меньшей популярностью в Америке. В апреле 2008 г. на слушаниях в Конгрессе США командующий коалиционными войсками Дэвид Петреус заявил: «Какого-либо поворотного пункта мы ещё не прошли и пока не увидели никакого света в конце туннеля».

15 декабря 2011 г. США спустили флаг вооружённых сил над Багдадом, символически завершив военную кампанию в Ираке, которая длилась почти 9 лет, передав полномочия по обеспечению безопасности местным властям.

Всего по данным Сайта памяти Саддама Хусейна, в войне против Ирака участвовали 36 стран, а в целом, с учётом принимавших участие только в небоевых операциях, в состав коалиции в марте 2003 г. входило 49 государств.

Максимальная численность воинских контингентов за период войны составляла: США – 250 тыс. чел. (по данным Сайта памяти Саддама Хусейна – 540 тыс. чел.), Великобритания – 45 тыс., Южная Корея – 3600, Италия – 3200, Польша – 2500, Австралия и Грузия – по 2000 чел., Украина – 1650, Нидерланды – 1350, Испания – 1300. Воинские контингенты остальных стран были менее одной тысячи чел.

Потери. По официальным данным Пентагона, в Иракской кампании погибло около 4500 американских военнослужащих, более 30 тыс. ранено; более 300 военнослужащих погибло из других стран, в т. ч. из Великобритании – 179 чел.

В то же время, согласно расследованию, которое провела американская телекомпания CBS, потери американской армии превысили 15 тыс. чел., куда были включены и те, кто покончил жизнь самоубийством; а таких только за 2006 г. телекомпания насчитала 6256 военнослужащих.

Кроме того, в Ираке на стороне войск коалиции действовало до 200 тыс. сотрудников 400 ЧВК. Согласно данным министерства труда США, только в период до декабря 2006 г. в Ираке погибло около 650 сотрудников ЧВК.

Цифры потерь среди мирного населения вообще шокируют. По данным фирмы Opinion Research Business, по состоянию на январь 2008 г. в Ираке погибло от 946 тыс. до 1 млн. 120 тыс. мирных жителей. Вот какую «свободу» принесли иракскому народу США и их подельники.

Преступления и бесчинства захватчиков в период трёх войн в Заливе

В феврале 1991 г. («Буря в пустыне») в багдадское бомбоубежище «Амария» попали американские ракеты. Первая ракета пробила двухметровое железобетонное перекрытие, затем влетели две термические, которые уничтожили всё живое. Вмиг сгорели заживо около 400 спящих женщин, стариков и детей. До сих пор сохранились силуэты людей, впечатанных взрывной волной в стены и пол. Американцы заявили, что перепутали бомбоубежище с правительственным бункером.

Иракцы оказывали всем раненым военнопленным медицинскую помощь, никого не пытали и не убивали, несмотря на ложь Пентагона. Американцы обращались с военнопленными варварски: пытки, убийства, нечеловеческие условия содержания, угрозы смерти, избиения, унижения. Всему миру известны чудовищные издевательства над заключёнными иракцами в тюрьме Абу-Грейб под Багдадом, благодаря телекомпании CBS, обнародовавшей имевшуюся у неё плёнку.

Багдад до марта 2003 г. никогда не видел наркотиков. Уже в мае, через считанные дни после объявления победы американцами, город был наводнён наркотиками, включая героин.

В декабре 2003 г. в Багдаде прошла демонстрация против коалиции и за Саддама. Американские вояки оцепили весь квартал. Они вломились в школу, в каждый класс с оружием, – искали детей, которые участвовали в демонстрации. Против школьников использовали слезоточивый газ, за одежду по полу выволакивали из классов, стреляли поверх голов для устрашения. Одному ученику сломали руку, били школьников электрическими палками. Некоторых рвало, дети плакали и были очень напуганы. Школа была окружена танками, над ней кружились вертолёты. Детей отпустили только после 10–12 часов допросов и издевательств.

В начале января 2004 г. американцы ворвались в мечеть Ат-Табул, расположенную на окраине столицы, и устроили там обыск. Захватчики надругались над Кораном, вырвали из него страницу, забрали ящик для пожертвований и компьютер, избили несколько иракцев и более 30 чел. увели с собой. Действия американских солдат вызвали бурный протест среди местных жителей. У стен мечети собралось около полутора тысяч чел., обвинявших американских солдат в бесстыдном попрании религиозных традиций и осквернении священных предметов.

А вот Римская католическая церковь, прославившаяся своей поддержкой фашизма, заявила, что полностью поддерживает американскую агрессию в Ираке. Святые отцы как служили, так и служат «сильным мира сего».

Характерным признаком войн, которые ведут американцы, является применение ими запрещённых видов оружия, таких как напалм, кассетные и игольчатые бомбы, бомбы и заряды с обеднённым ураном.

В первой войне в Заливе американцы и англичане использовали 350 т обеднённого урана. Это имело последствия не только для американских солдат, половина из которых вернулась домой со странными болезнями, и жителей Ирака, но и для соседних стран. По подсчётам медиков, к 1996 г. от лучевых болезней в Ираке, Иране, Кувейте, Саудовской Аравии, Бахрейне и Омане умерло 250 тыс. чел. По сведениям специалистов-атомщиков, 350 т обеднённого урана могут причинить 3,5 млн. смертей. За последнюю войну (2003–2011) было использовано не менее 2 тысяч т, что потенциально в будущем может принести 20 млн. смертей.

С 1991 г. у иракского населения диагностируется доселе неизвестная болезнь, которая характеризуется дисфункцией печени и почек. Массовый характер приобрели заболевания лейкемией, анемией и злокачественными образованиями. Статистика педиатрии переполнена описаниями врождённых уродств, вызванных генетическими дефектами. Катастрофически вырос уровень детских онкологических заболеваний. У беременных женщин участились выкидыши и преждевременные роды. Бедуины из Кувейта, превращённого армией США в полигон, сообщают, что сотни трупов верблюдов, овец и птиц лежит в пустыне. Количество заболеваний раком с 1991 по 1994 г. возросло в 7 раз. В стране быстро распространяется холера, в 1990 г. в Ираке не существовавшая.

Расходы на здравоохранение за период санкций упали с 90 долл. до 12 долл./год на человека. До введения санкций 90 % иракцев имели доступ к бесплатному медицинскому обслуживанию. Из-за санкций 1991–2003 гг. каждые четыре минуты умирал один иракец от голода или болезней, которые можно было бы вылечить, если бы «международное сообщество» не разрушило больницы и фабрики по производству лекарств, если б не был запрещён импорт лекарств в страну. Согласно имеющимся расчётам, режим санкций, введённый в 1991 г. после первой войны в Заливе, стоил жизни от 500 тысяч до одного миллиона детей.

Количество работающих школ с 1990 по 2003 гг. сократилось на 75 %, затраты на образование за этот же период упали в 10 раз, с 230 млн. до 23 млн. долл. в год. В результате деградировали уровень образования и грамотности населения.

Зато добыча нефти возрастает с каждым днём. США рассматривали возможность применения военной силы для захвата нефтяных полей на Ближнем Востоке уже в период арабского нефтяного эмбарго в 1973 г., как показывают рассекреченные британские правительственные документы. Контроль над нефтяными ресурсами Ирака был одной из важнейших не афишируемой целью прошедшей военной кампании. Как отмечают эксперты, американские и британские нефтяные корпорации, в частности ExxonMobil и Royal Dutch Shell, очень быстро получили контракты на разработку нефтяных и газовых месторождений Ирака. Российские и другие компании получили около 10 % контрактов. Но, как советует «Нью-Йорк Таймс», – читайте мелкий шрифт, – даже в этих случаях в качестве субподрядчиков выступают старые американские знакомые: Halliburton, Baker Hughes, Weatherford International и др.

Сам же Ирак отброшен в число наименее развитых стран мира.

#### § 8. Агрессия США-НАТО против Ливии (2011 г.)

Предыстория.

До 1911 г. Ливия входила в состав Османской империи. С 1911 по 1942 г. была итальянской колонией. В декабре 1951 г. Ливия провозглашена «независимым» королевством во главе с английским ставленником королём Идрисом I. Империалистические державы сохранили на территории Ливии свои военные базы, сведя провозглашение «независимости» к пустой формальности.

1 сентября 1969 г. группа молодых ливийских офицеров во главе с капитаном Муаммаром Каддафи совершила антимонархическую революцию. И уже на следующий год с территории страны были убраны английские и американские военные базы.

Молодое руководство страны начало осуществлять кардинальные социально-экономические и политические преобразования, направленные на повышение жизненного уровня широких народных масс. Была создана Великая Социалистическая Народная Ливийская Арабская Джамахирия (от арабского «джамахир» – массы), принципы которой изложены в главной теоретической работе М. Каддафи «Зелёная книга». Главное богатство страны – нефть, была поставлена под контроль государства. Экспорт нефти давал 90 % поступлений в бюджет. Эти поступления не разворовывались, не присваивались правителями и чиновниками, а направлялись на экономическое развитие страны и социальное обеспечение народа.

Результаты социально-экономических преобразований впечатляющи. Образование и здравоохранение – бесплатные. Квартирная плата и плата за электроэнергию для населения отсутствуют. За каждого новорождённого выплачивается 1000 $. Новобрачным выделяется 64000 $ на приобретение квартиры. Пособие по безработице – 730 $; зарплата медсестры – 1000 $. На открытие личного бизнеса предоставлялась единовременная материальная помощь 20000 $. Из госбюджета одному ребёнку из семьи оплачивалось образование за рубежом. Открыта сеть магазинов для многодетных семей с символическими ценами на основные продукты питания, причём за продажу продуктов с просроченным сроком годности налагались большие штрафы и задержания спецподразделениями полиции. Часть аптек – с бесплатным отпуском лекарств; за подделку лекарств – смертная казнь. Были запрещены: крупные налоги и поборы, продажа и употребление спиртного («сухой закон»), риэлторские услуги. И т. д.

В результате заботы государства о своём народе численность населения страны за 30 лет увеличилась в 3 раза и достигла 6,3 млн. чел. (к началу агрессии); а с 1951 г. выросла почти в 6 раз. Средняя продолжительность жизни ливийца достигла 77,5 лет. Ливия по своему экономическому потенциалу и уровню социального обеспечения была наиболее благополучной и высокоразвитой страной Африки и соответствовала среднеевропейскому уровню, по социальным стандартам превосходя большинство европейских стран.

После разрушения СССР руководству Ливии пришлось продолжить своё развитие в условиях враждебного империалистического окружения. Муаммар Каддафи стремился наладить отношения с западными странами, не отказываясь от своего самостоятельного пути.

В период между 2004–2010 гг. крупнейшие сырьевые ТНК, включая «Бритиш Петролеум», «Эксон Мобил», «Халибертон», «Шеврон» и др. вместе с военно-промышленными гигантами, такими как Raytheon, Northrop Grumman, Dow Chemical и Fluor заключили огромные сделки с Ливией. В 2009 г. Госдеп США выделил полуторамиллионный грант на подготовку и обучение ливийских специальных сил. В комплиментах перед ливийским руководством рассыпалась госсекретарь Хилари Клинтон во время визита Мутассин Каддафи в 2009 г.: «Мы высоко ценим отношения между США и Ливией. У нас имеется много возможностей для углубления и расширения нашего сотрудничества, и я очень надеюсь на дальнейшее развитие этих отношений». Муаммар Каддафи даже оказал финансовую помощь Саркози во время его избирательной кампании.

Но ничего не могло помочь Ливии.

Сразу же после терактов 11.09.2001 г. на встрече в Кемп-Дэвиде администрация Буша решила подвергнуть атакам одну за другой 7 стран – Афганистан, Ирак, Ливию, Сирию… а в самом конце – Иран. Эти планы американского истеблишмента по переустройству Северной Африки и Ближнего Востока впоследствии просочились в открытую печать.

Не могли не беспокоить современных «хозяев мира» и планы Каддафи по созданию золотого динара, призывавшего арабский и африканский мир переходить в расчётах к собственной единой валюте взамен доллара. Причём эти планы лидера Ливийской революции пользовались поддержкой ряда арабских государств и многих стран Африки.

«Рассвет Одиссеи»

В декабре 2010 г. на севере Африки началась череда «интернет-революций», вошедших в историю под названием «арабская весна». В ходе массовых волнений были свергнуты правительства в Тунисе и Египте. Эти «интернет-революции», осуществлённые с опорой на передовые технологии, вывели на улицы сотни тысяч протестующих, в основном массы политически малограмотной молодёжи, ориентированной на т. н. «западные ценности» и западную «демократию». Проводились они под умелой режиссурой США-Запада и были направлены на смену обогатившихся, коррумпированных правителей. Но при этом западные кукловоды, используя недовольство масс, направляли это недовольство в нужное им русло, заменяя одних обанкротившихся политиков другими, такими же верными слугами, марионетками Запада. Народные массы, как и ранее в Югославии, Грузии, на Украине, были только массовкой на политической сцене, послушными исполнителями воли империалистических сил.

С 15 февраля 2011 г. начались протестные выступления в Ливии с целью отстранить от власти лидера революции Муаммара Каддафи. Определённые социальные корни для таких выступлений имелись. Очень чёткую оценку дала им северокорейская делегация, побывавшая за несколько лет до начала агрессии в Ливии. Северные корейцы отмечали как высокий уровень жизни, так и утрату революционного духа и размывание социалистической основы режима Каддафи под воздействием буржуазных ценностей вроде тяги к возрастающему потреблению. Это говорит о том, что «третий путь», избранный Каддафи, то есть сочетание социализма и капитализма, несёт в себе угрозу социалистическим завоеваниям.

Но, в любом случае, массовыми данные выступления в Ливии никак нельзя было назвать. Тем не менее, для США-НАТО это стало поводом для вмешательства под предлогом защиты «прав человека» и требований «народных масс» отставки «диктатора».

Пособником в развязывании империалистической агрессии против Ливии стал Совет Безопасности ООН. 18 марта 2011 г. десятью голосами «за» при пяти воздержавшихся (Бразилия, Россия, Китай, Индия и Германия; а ведь Россия могла наложить «вето» на проведение военной операции, но, фактически, бросила Ливию на растерзание империалистическим хищникам) была принята резолюция № 1973, провозгласившая защиту мирных жителей и давшая право уничтожать любые войска, представлявшие угрозу для «восставших», – но только с помощью ударов с воздуха. Была создана «бесполётная зона» над Ливией.

К этому времени военные силы США-НАТО были сосредоточены и развёрнуты у берегов Ливии и на авиабазах Италии, Греции, Великобритании, Франции, Испании. В военной операции также участвовали подразделения ВВС и ВМС Бельгии, Канады, Нидерландов, Румынии, Болгарии, Турции, Норвегии, Дании, Катара.

Военная операция, получившая название «Рассвет одиссеи» (Odyssey Dawn), началась 19 марта с нанесения ударов по системе ПВО Ливии. Были уничтожены ливийские ВВС, ВМФ, склады ГСМ, танки, артиллерия и запасы вооружения, убиты и ранены тысячи военнослужащих и бойцов гражданской милиции. До натовского вторжения «повстанцы» не могли продвинуться за пределы Бенгази (центр «восстания») и даже после вмешательства Запада они с трудом удерживали занятые позиции. Продвижение «повстанцев» было возможно только под прикрытием убийственных непрерывных воздушных атак натовских сил.

В ночь на воскресенье 21 августа на побережье столицы Ливии Триполи высадился десант французского Иностранного легиона, профессиональные наёмники, прошедшие Афганистан и Ирак. За две недели до этого авиация НАТО подвергла бомбардировке Злитан к востоку от столицы, с целью «очистить «повстанцам» дорогу на Триполи». В пламени ракетных ударов погибло 85 чел. – сгорели дома с мирными жителями: женщинами, стариками, детьми, которые НАТО объявило «военными объектами». В штурме Триполи также участвовали бойцы 22 полка Специальной авиационной службы (САС), одного из подразделений британского спецназа. Спецназовцы этого полка отличились в сражениях за Фолклендские острова, в операции «Буря в пустыне» в Ираке. В операции были задействованы и бойцы из Катара и ОАЭ. «Повстанцам» же отводилась роль массовки, которая должна была перед камерами «Аль-Джазиры» стрелять в никуда и размахивать королевскими знамёнами, изображая ликование. В ходе штурма Триполи вовсю работала и пропагандистская машина. Частью кампании по дезинформации были сообщения об арестах или гибели сыновей Каддафи. Почувствовав свободу и вседозволенность, «революционеры» пустились во все тяжкие, повсеместно были зафиксированы случаи мародёрства, грабежей и насилия.

Верные лидеру Ливийской революции войска отступили из захваченного оккупантами и «повстанцами» Триполи в Сирт, родной город Каддафи. И тут же авиация НАТО начала наносить массированные удары по городу. Сирт был окружён блок-постами мятежников, за спиной которых находились спецподразделения Великобритании, Франции, Катара и ОАЭ. Выезд из города был полностью заблокирован. Не выпускали ни женщин, ни детей. По словам подполковника в отставке Ильи Коренева, находившегося рядом с Кадддафи, авиация НАТО бомбила всё, что шевелится и находилась в воздухе практически круглосуточно.

Окружённый Сирт сопротивлялся почти два месяца.

20 октября, при попытке выйти из окружённого города был убит лидер Ливийской Джамахирии Муаммар Каддафи. Экс-охранник Каддафи Мансур Дао рассказал: «Мы решили выбраться после того, как были окружены и место перестало быть безопасным. Мы хотели прорваться в соседний район Джариф. Однако при выезде из города мы подверглись мощному обстрелу и снова были окружены. Все наши машины были уничтожены. Нам пришлось разделиться на группы. Я был с Каддафи и министром обороны. С нами была небольшая группа охраны. Потом меня ранило, и я потерял сознание. Что было дальше, я не знаю».

Отвечая на вопрос корреспондента канала «Аль-Арабия», испытывал ли Каддафи страх перед лицом неминуемой гибели, бывший шеф охраны ответил отрицательно – «нет, он не боялся». По словам Дао, бывший ливийский лидер очень переживал по поводу происходящих событий и многочисленных жертв. На это ведущий корреспондент заметил, что «странно слышать о переживаниях Каддафи, в то время как в ходе конфликта вы убили 50 тысяч чел.». «Кто сказал, что мы убили 50 тысяч чел.? Вы, каналы «Аль-Арабия» и «Аль-Джазира», передаёте ложную информацию», – ответил репортёру Дао.

20 октября госсекретарь США Хилари Клинтон в сопровождении 3-го и 6-го отрядов Seal – американский спецназ, посетила Триполи. После окончания её визита спецназовцы с местными проводниками на их машинах выдвинулись в сторону Сирта. «В составе группы были специалисты по радиоэлектронной борьбе и авианаводчики. Первые провели операцию дезинформации по выманиванию Каддафи из города, вторые точно навели самолёты-бомбардировщики (англичан) на колонну из трёх джипов, на которых передвигался лидер Джамахирии с охраной и приближёнными. Ещё несколько групп блокировали другие пути отхода из города. После того как было установлено, что ранения лидера Джамахирии в результате авианалёта являются смертельными, его тело было отдано военнослужащим ПНС. Последние совершили самосуд над Каддафи», – заключил осведомитель из Госдепа.

Приводим отрывки из открытого письма медиков из СНГ (России, Украины, др.) «Остановить агрессию против Ливии!»:

«В конце апреля, когда военное командование США и НАТО поняли бесполезность своих попыток сместить Каддафи и заставить Ливию сдаться путём бомбардировок ливийских войск и региональных центров, войска коалиции снова возобновили бомбардировки Триполи, в первую очередь резиденции Каддафи. За один день подобных налётов бомбы и ракеты войск антиливийской коалиции убивают и ранят больше народу, чем это имело место за весь период беспорядков в феврале-марте, послуживших предлогом для США и Франции, чтобы начать военную интервенцию. Официальные лица США и НАТО лгут нам, заявляя, что целью авиаударов являются лишь военные объекты. Каким военным объектом является телецентр Триполи, который подвергся жестоким бомбардировкам в ночь на 26 апреля во время очередной неудачной попытки убить Ливийского лидера во время выступления на телевидении? Телецентр расположен в самом центре города в густонаселённом районе. Прямо рядом с телецентром находятся 4 школы, детская больница, роддом. К счастью, в этот раз американские «гуманитарные» ракеты не попали в эти больницы, однако взрывы «томагавков» и бомб на территории телецентра были столь сильны, что стены больниц дрожали, в окнах звенели стёкла, некоторые даже треснули. Все в ужасе проснулись, дети плакали от страха. Неужели дети Ливии – это главный «военный объект»? Если ливийский народ не хочет продавать свою свободу и продолжает защищать свою землю от иностранной интервенции США и НАТО, означает ли это, что весь народ, включая женщин и детей, обречён на гибель»?

В письме рассказывается о том, как в результате попадания в жилой дом сына Каддафи, были убиты трое детей – внуки Каддафи: шестимесячная Мастура, двухлетняя Картаджа, 15 месячный Сейф Мухаммад. Погиб 29-летний младший сын Каддафи – Сейф ал-Араб.

Ещё небольшой отрывок из письма: «В 1986 г. США уже пытались убить Каддафи с помощью таких ракетно-бомбовых ударов по Триполи. Это привело лишь к гибели целого ряда гражданских лиц, в т. ч. полуторагодовалой приёмной дочери Каддафи Ханны, и ранениям членов семьи Каддафи. Одержимость руководителей США идеей убить Каддафи, сколь бы плох или хорош он ни был, едва ли является достаточно убедительным аргументом, чтобы убивать десятки и ранить сотни невинных людей в Триполи. Кроме того, США поддерживают ливийских мятежников в Бенгази и Мисурате, подстрекая их к борьбе против правительства, тем самым подбрасывая хворост в огонь гражданской войны, которая без западной «помощи» давно бы уже закончилась. Мятежники получают оружие и снаряжение из рук НАТО, их тренируют западные инструкторы; многочисленные наёмники из Египта и Туниса, хорошо оплаченные «неизвестными доброжелателями», обеспечивают мятежников «живой силой», в то время как флот и самолёты США и НАТО поддерживают их с моря и воздуха, уничтожая ливийские войска авиаударами…». В письме говорится о том, что 20 апреля в Мисурате погиб врач Анатолий Нагайко, была тяжело ранена медсестра Ольга Козина, которые, «как и ряд других украинских медиков, отказались эвакуироваться во многом потому, что просто не могли оставить своих пациентов, прекрасно понимая, что наших врачей сейчас заменить некем».

И в завершении своего письма медики напоминают, что «до начала войны Ливия была настоящим раем для своего народа и иностранцев, которые здесь работали, каждый чувствовал себя здесь в полной безопасности. Хотя этот рай и отличался от американского, но разве это достаточное основание для того, чтобы его уничтожать»?

О своём опыте работы в Ливии рассказал 6 октября 2011 г. французский публицист Тьерри Мейсан, президент политологического центра Reseau Voltaire, выступая в специальной передаче на сирийском телевидении, – «О войне в Ливии глазами очевидца».

«В самой Ливии Каддафи пользовался значительной поддержкой населения. Я встречал многих людей, которые были традиционно в оппозиции к Каддафи, но по соображениям патриотизма присоединились к Каддафи в его борьбе против агрессии НАТО. 1 июля в Триполи состоялась грандиозная демонстрация. В то время как в самом городе проживает 1,5 млн. чел., демонстрация собрала 1,7 млн. чел., т. е. люди прибыли отовсюду, чтобы продемонстрировать свою поддержку правительству в борьбе против НАТО.

Далее я видел преступления, совершённые теми, кого называли «повстанцами». В действительности это не были повстанцы, это были в основном иностранные бойцы. Ливийцы, вооружившиеся против Каддафи, были крайне малочисленны. Основную базу бойцов составляли наёмники, вооружённые американским и израильским оружием. Кроме того, значительным было присутствие Аль-Каиды. В Ливии и раньше имелась влиятельная группировка Аль-Каиды, которая поставляла бойцов в Ирак. Это сторонники крайнего насилия, когда они атаковали посёлки (вернее, атаковали натовцы, а затем уже входили бойцы Аль-Каиды), они находились под воздействием наркотиков и совершали ужасные преступления. Они отрезали головы мужчинам, груди женщинам, причём всё это – публично, чтобы собрать как можно больше свидетелей, чтобы внушить страх. Они заставляли население бежать, расширяя власть сформированного в Бенгази комитета всё дальше…

О работе иностранных журналистов я могу сказать одно: все дружно лгали. Это были журналисты крупных каналов – BBC, CNN, France-24, France-TV. Обычно, когда телевизионная группа получает аккредитацию, это всегда двое – журналист и оператор, а сюда прибывали по трое, четверо, иногда до семи человек, и было видно, что это не журналисты, появлялись люди с накачанными мышцами, по виду которых можно было понять, что это хорошо тренированные военные, хотя они и имели удостоверения прессы. Я видел, как они фабриковали ложь…

Настоящими журналистами были только выступавшие перед камерами, остальные были военные. И когда ливийские секретные службы решили перехватывать электронную почту всех журналистов, работающих в главном пресс-центре, они обнаружили немыслимые вещи: даже настоящие журналисты общались с Ми-6, французскими спецслужбами, Моссадом, т. е. все эти люди были агенты…

France-24, официальный канал французского правительства, подписал договор с комитетом Бенгази об оказании помощи в работе с массовыми коммуникациями и обеспечении международных связей мятежников. Т. е. французские журналисты утверждали, что дают объективную информацию, а на самом деле поддерживали мятеж. Журналистам France-24 было разрешено появляться повсюду, посещать различные районы Триполи, и в результате было установлено: когда группы этих журналистов появлялись в какой-либо части города, чтобы осмотреть то или иное правительственное здание, – через 15 минут после их отъезда это здание подвергалось бомбардировке. То есть эти «журналисты» служили наводчиками.

Все знают, что НАТО использует те же приёмы, что и Израиль, то есть убийство отдельных руководителей, их семей. У одного из высокопоставленных ливийских военных был семейный праздник, куда было приглашено несколько журналистов. Неизвестно, кто именно, но один из них подложил чемодан-GPS в детскую. Когда ночью авиация НАТО бомбила этот дом, бомбы точно попали в детскую. Все деты были убиты…

Аль-Джазира соорудила телестудию в Катаре, в которой была создана имитация Зелёной площади и площади Баб эль-Азиза в Триполи. Затем натовцы начали бомбить город. Это был сплошной поток огня, бомбили всё, в течение двух дней земля не переставала дрожать, а Аль-Джазира крутила в это время картинки из студии, на которых ликующие «повстанцы» вступают на Зелёную площадь.

Все телевизионные каналы стран НАТО тесно сотрудничали между собой, в то время как телеканал Ливии американцы отключили от спутника и ливийцы не могли вещать на зарубежье. Всё было утоплено в океане лжи. Европейцы действительно думали, что в Ливии произошла революция и Каддафи убивал людей, что военная интервенция – это нормально. Они не поняли, что это была колониальная экспедиция, что Запад возвращается к своему колониальному опыту.

И теперь мы видим, что те же методы, та же пропаганда разворачивается на спутниковых каналах против Сирии…

В Ливии люди, сотрудничавшие с НАТО, не представляли, чем это обернётся. В итоге было убито более 50 тыс. чел., более 200 тыс. ранено, 2 млн. стали беженцами.

США-НАТО использовали Ливию и как учебный полигон для испытаний и проверки нового оружия. Вот что об этом рассказал «Свободной прессе» Анатолий Цыганок, кандидат военных наук, руководитель Центра военного прогнозирования:

– «Операция «Рассвет Одиссеи» стала ещё одним примером высокотехнологичной, дистанционной войны, подготовка и ведение которой хорошо отработаны вооружёнными силами США и НАТО. Масштабы операции постоянно росли, и со второй недели она охватила всю территорию Ливии».

– «США и НАТО за последние 40 лет накопили громадный опыт борьбы с системами ПВО, выстроенными на основе устаревших советских комплексов С-75, С-125, С-200 и «Квадрат». Такая система ПВО успешно подавлялась Израилем в Ливане, а также силами США и их союзников в Югославии и Ираке… Техническое преимущество союзников было абсолютным. Ливию фактически превратили в полигон для отработки ударов по наземным целям».

– «Боеприпасы с обеднённым ураном натовцами применялись в основном в первые сутки операции для уничтожения колонны бронетехники в районе Бенгази», что является нарушением правил ведения войны.

– «Таким же нарушением можно считать применение в населённых пунктах британскими лётчиками ракет Hellfire AMG-114N. Их боевые части – боеприпасы, создающие эффект термобарического или вакуумного взрыва. При попадании в цель эти штуки создают огромное давление в горизонтальной плоскости и почти не оставляют шансов выжить попавшим под удар людям. Международными конвенциями их применение против мирного населения ограничено. Этическая проблема была решена британцами очень легко. Они просто отказались от использования слова «термобарический», назвав эти заряды «взрывным оружием усиленного воздействия». 1 мая на Триполи было сброшено как минимум 8 таких бомб».

Ещё не успели закончиться военные действия, а натовцы уже начали делить ливийский нефтяной пирог.

В начале сентября в Париже прошла конференция «друзей Ливии», где мировые державы пытались решить будущее страны. Первую скрипку на встрече «друзей», играли президент Франции Николя Саркози и премьер Великобритании Дэвид Кэмерон, которые председательствовали на форуме, а также госсекретарь США Хилари Клинтон. Российская делегация также приняла участие в конференции.

Разговоры на конференции о проведении в Ливии свободных выборов и обсуждение проблем восстановления водоснабжения и поставок продовольствия в разрушенную страну лишь скрывали главную цель конференции – победители спешили закрепить за собой право на самые лакомые куски «ливийского пирога», на нефть и природный газ. И делить эти ресурсы Запад начал задолго до падения Триполи.

России на многое рассчитывать не пришлось. Судьба российских контрактов рассматривалась западными союзниками по принципу – «кто воевал, тот и получает добычу». Что ж, Россия получила ответ за свою соглашательскую позицию, за то, что она бросила Ливию на произвол судьбы, отдав на растерзание американо-натовским разбойникам.

* * *

По сообщениям СМИ, в американском Брауновском университете было проведено исследование о расходах США на войны, которые они вели в Афганистане, Ираке, Сирии и других странах. Автор исследования Нета Кроуфорд пришла к выводу, что начиная с 2001 г. США потратили на войны почти 6 (!) триллионов долларов. В ходе боевых действий, отмечает Н. Кроуфорд, погибло 480 тысяч чел., из них – 244 тыс. мирных жителей. (Это – явно заниженные цифры. Так, только в ходе третьей войны в Заливе, 2003–2011 гг., по данным фирмы Opinion Research Business, по состоянию на январь 2008 г. в Ираке погибло от 946 тыс. до 1 миллиона 120 тысяч мирных жителей). Беженцами стали 10 миллионов чел. А теперь в Европе стоит важнейший вопрос – как справиться с многомиллионным потоком беженцев. Сами породили беженцев! Люди спасаются от войны, разрухи, гибели, от постоянных бомбёжек и ракетных ударов во имя «торжества западной демократии».

Между тем в Пентагоне заявили, что с 11 сентября 2001 г. по конец 2018 финансового года расходы на войну составили 1,7 трлн. долл., что тоже очень немало. В то же время Кроуфорд отмечает, что расходы американского оборонного (точнее, агрессивного) ведомства включают лишь часть затрат на военные действия.

И здесь мы ещё раз обращаемся к выводу Сталина: «Чтобы устранить неизбежность войн, нужно уничтожить империализм» («Экономические проблемы социализма в СССР», соч. т. 16, стр. 179).

### Глава 10. Научно-техническая революция и информационный способ производства

#### § 1. Промышленная революция

Со второй половины 18 в. начался переход к машинному производству. Произошла промышленная революция, в ходе которой были созданы машины, являющиеся, как подчёркивает Маркс, «материальной основой капиталистического способа производства» («Капитал», т. 1, стр. 438).

При этом Маркс обращает внимание на капиталистическое применение машин, направленное на усиление эксплуатации рабочих:

«Подобно всем другим методам развития производительной силы труда», машины «должны удешевлять товары, сокращать ту часть рабочего дня, которую рабочий употребляет на самого себя, и таким образом удлинять другую часть его рабочего дня, которую он даром отдаёт капиталисту. Машины – средство производства прибавочной стоимости» (стр. 382).

«В отраслях промышленности, которые раньше других были революционизированы водой, паром и машинами, в этих первых созданиях современного способа производства, в хлопчатобумажных, шерстяных, льняных, шёлковых прядильнях и ткацких, прежде всего находит себе удовлетворение стремление капитала к безграничному и беспощадному удлинению рабочего дня» (стр. 307).

Промышленная революция началась в Великобритании в последней трети 18 в., приняла всеобъемлющий характер в первой половине 19 в., охватив затем другие страны Европы и Америки. Революция обеспечила переход от ручного труда к машинному и растянулась на многие десятилетия. Её связывают с изобретением прядильной машины (Джон Уайетт, 1735 г., отмечает Маркс) и парового двигателя (паровая машина Джеймса Уатта, 1778 г.). Процесс перехода от мануфактурного производства (основанному на ручном труде) к фабричному (основанному на машинном производстве), продолжался в развитых странах в течение 18–19 вв.

С появлением всё возрастающего спроса на металлические детали прядильных станков, паровых машин, а также сеялок и других механизмов, введённых в употребление в британском сельском хозяйстве, были изобретены токарные станки, а в первой половине 19 ст. – фрезерный и другие станки для металлообработки. Это приводит к стремительному развитию металлургии, машиностроения, средств связи и транспорта.

Промышленная революция оказала сильное влияние на развитие науки и техники, на стремительный рост производительности труда, на урбанизацию общества. Промышленная революция сопровождалась и тесно связанной с ней производственной революцией в сельском хозяйстве, ведущей к радикальному росту производительности земли и труда в аграрном секторе. Без второй первая просто невозможна в принципе, так как именно революция в сельскохозяйственном производстве обеспечивает возможность перемещения значительных масс населения из аграрного сектора в индустриальный.

Но буржуазные исследователи процессов, порождённых промышленной революцией, утаивают при этом, что внедрение машин, новой техники и технологий сопровождалось вытеснением человека из процесса производства, вело к массовой безработице и сопутствующим ей бедствиям и несчастьям. «Когда машина постепенно овладевает известной сферой производства, – отмечает Маркс, – она производит хроническую нищету в конкурирующих с нею слоях рабочих. Когда переход совершается быстро, её действие носит массовый и острый характер. Всемирная история не знает более ужасающего зрелища, чем постепенная, затянувшаяся на десятилетия и завершившаяся, наконец, в 1838 г. гибель английских ручных хлопчатобумажных ткачей. Многие из них умерли голодной смертью, многие долго влачили существование со своими семьями на 2 ½ пенса в день. Напротив, английские хлопчатобумажные машины произвели острое действие на Ост-Индию, генерал-губернатор которой констатировал в 1834–1835 годах: «Бедствию этому едва ли найдётся аналогия в истории торговли. Равнины Индии белеют костями хлопкоткачей» (выделено мною, Д. И.)» (там же, стр. 441–442).

Вторая промышленная революция (или же технологическая революция) охватывает вторую половину 19 – начало 20 в. Началом её считают внедрение бессемеровского способа выплавки стали в 1860-х гг., а кульминацией – распространение поточного (конвейерного) производства и поточных линий.

В 1860–70-хх годах технологическая революция быстро охватила Западную Европу, США, Российскую империю и Японию.

В отличие от первой промышленной революции, основанной на паровых двигателях, развитии текстильной промышленности и новаторстве в производстве чугуна, технологическая революция происходила на базе высококачественной стали, распространении железных дорог, электричества, нефти и химикатов, телеграфа. В 1866 г. был проложен первый долговечный трансатлантический телеграфный кабель. К 1890-м годам международная телеграфная сеть соединяла все крупнейшие города мира. В 1876 г. был запатентован телефон. Изобретено радио (беспроволочный радиотелеграф Попова,1895 – Маркони,1897).

В эпоху второй промышленной революции развитие экономики было основано преимущественно на научных достижениях, а не просто на удачных и талантливых изобретениях. Сама концепция второй промышленной революции была введена британским социологом Патриком Геддесом в 1915 г., а в 1970-х годах была введена в широкое употребление американским экономистом Дэвидом Лэндисом.

Электрификацию называют «самым важным из важнейших инженерных достижений ХХ века». Она стала основой дальнейшего развития технологической революции к созданию конвейерных линий и конвейерного производства. При сборке автомобилей на заводе Генри Форда использовали тысячи станков, большая часть из которых работала на электричестве. Это вело к интенсификации труда, к усилению эксплуатации рабочих. Человек на конвейерной линии превращался в бездумного, духовно опустошённого автомата, механически выполнявшего однообразную монотонную работу.

В годы второй промышленной революции зародилась и сформировалась нефтяная промышленность. Были созданы бензиновый двигатель внутреннего сгорания, дизельные двигатели, авиадвигатели. Началось производство автомобилей, аэропланов, танков. В сельском хозяйстве начали применяться минеральные удобрения.

Третья промышленная (цифровая) революция

По мнению профессора Клауса Шваба, основателя и президента Всемирного экономического форума (ВЭФ – международная организация крупнейших представителей бизнеса, общественных деятелей и политических лидеров, работающая в интересах глобального капитала), третья промышленная революция началась в 1960-х годах. Обычно её называют компьютерной или цифровой революцией, так как её катализатором стало развитие полупроводников, использование в шестидесятых годах больших ЭВМ, в семидесятых и восьмидесятых – персональных компьютеров, и сети Интернет – в девяностых.

Своё стремительное развитие третья революция приобрела с середины 70-х-начала 80-х годов прошлого столетия. Происходят коренные изменения, связанные с широким распространением информационно-коммуникационных технологий, начавших закладывать технологические основы формирования информационного общества. Основные движущие силы – широкое распространение вычислительной техники, прежде всего персональных компьютеров, создание и всеобъемлющее распространение мировой глобальной сети Интернет, массовое применение персональных портативных коммуникационных устройств. Автоматизация и начало роботизации производства. Аддитивное производство – 3D-печать. Переход к использованию возобновляемых источников энергии (солнечная, ветровая, гидро-, биомассы, волновая с использованием энергии океана).

Революционный момент, связанный с «цифровизацией» производства и общественных процессов, выражается в создании глобальных промышленных сетей с использованием искусственного интеллекта (AI), широким распространением Интернета вещей (Internet of things), внедрением киберфизических систем и нейротехнологий с принципиально новым механизмом взаимодействия человека и созданной им машиной (устройством), распространением сервисов автоматической идентификации, сбора и обработки глобальных баз данных (big data), облачных сервисов (cloud computing), умных устройств, «умных» домов и промышленных объектов (smart everything), развитием социальных сетей и разнообразных платформ в цифровой среде Интернета.

И хотя третья промышленная революция далеко не исчерпала себя, уже заговорили о четвёртой промышленной революции.

Четвёртая промышленная революция

С этим термином связывается германская государственно-частная программа Industrie 4.0 (2011 г.), в рамках которой крупные немецкие концерны при поддержке исследований федеральным правительством создают полностью автоматизированные производства, линии и изделия на которых взаимодействуют друг с другом и потребителями в рамках концепции Интернета вещей (IoT), за счёт чего обеспечивается выпуск индивидуализированной продукции. В зависимость от её реализации был поставлен сам факт существования в будущем промышленности Германии на фоне глобального переноса производства в Азию и другие развивающиеся страны.

Четвёртая промышленная революция фактически является продолжение третьей, но на более высоком уровне, её главный лозунг – так называемые киберфизические системы, то есть тесный синтез вычислительных и технологических процессов, когда компьютерные программы управляют производством и делают все материальные элементы производства частями единой информационной системы, – отмечают исследователи процессов, лежащих в основе четвёртой промышленной революции.

В результате четвёртой промышленной революции именно интернет-технологии (IT) приведут к необратимой трансформации производства. Все решения в цифровой экономике будут приниматься, исходя из возможностей и ресурсов IT. Её технологической основой является Интернет вещей. Благодаря ему производством в режиме реального времени будет управлять интеллектуальная система через взаимодействие с глобальной средой. Все технические устройства будут давать обратную связь, и принимать технологические решения с последующей перенастройкой производства. Ядром организации станут данные.

«Уникальность четвёртой промышленной революции, – отмечает Клаус Шваб, – помимо темпов развития и широкого охвата, заключается в растущей гармонизации и интеграции большого количества различных научных дисциплин и открытий. Материальные инновации, возникающие в результате взаимозависимости между различными технологиями, более не являются научной фантастикой. К примеру, сегодня цифровые технологии производства могут взаимодействовать с биологическим миром. Некоторые дизайнеры и архитекторы уже совмещают автоматизированное проектирование, аддитивные технологии, инжиниринг материалов и синтетическую биологию для новаторских разработок систем взаимодействия между микроорганизмами, нашими организмами, потребляемыми нами продуктами и даже зданиями, в которых мы живём. Для этого они создают (и даже «выращивают») объекты, которые постоянно изменяются и адаптируются (отличительные признаки растительного и животного мира). В книге «Второй машинный век» Бринйолфссон и МакАфи утверждают, что компьютеры являются настолько способными, что невозможно предсказать, какие приложения они будут использовать через несколько лет. Сегодня искусственный интеллект (ИИ) окружает нас со всех сторон: от беспилотных автомобилей и дронов до виртуальных помощников и программного обеспечения для перевода. Всё это преобразует нашу жизнь. ИИ достиг существенных успехов благодаря стремительному росту вычислительных мощностей и доступности колоссальных объёмов данных: от программного обеспечения для открытия новых лекарственных средств до алгоритмов, предсказывающих наши культурные интересы. Многие такие алгоритмы создаются на основе «хлебных крошек», то есть тех информационных следов, которые мы оставляем в цифровом мире. Это создаёт новые типы «компьютерного самообучения» и автоматизированного изобретения, обеспечивая работу «интеллектуальных» роботов и компьютеров по самопрограммированию и поиску оптимальных решений на основе исходных принципов. Характер происходящих изменений настолько фундаментален, что мировая история ещё не знала подобной эпохи – времени как великих возможностей, так и потенциальных опасностей. Такие приложения, как Siri от компании Apple, дают первое представление о мощности одной из подсистем искусственного интеллекта – AI Field, так называемых интеллектуальных консультантов. Личные интеллектуальные консультанты начали появляться всего два года назад (напомню, книга Клауса Шваба вышла в свет в 2016 г. – Д. И.). Сегодня распознавание голоса и искусственный интеллект развиваются с такой скоростью, что беседа с компьютером вскоре станет нормой, создавая явление, которое некоторые технические специалисты называют «окружающим разумом», с постоянной доступностью автоматизированных личных консультантов, которые делают записи и отвечают на запросы пользователей. Наши устройства становятся неотъемлемой частью личной экосистемы: они слушают нас, предупреждают наши потребности, помогают по мере необходимости, даже если их не просят об этом» (Клаус Шваб, «Четвёртая промышленная революция»).

«Однако четвёртая промышленная революция связана не только с умными и взаимосвязанными машинами и системами, – отмечает Клаус Шваб. – Её спектр действия значительно шире. Одновременно возникают волны дальнейших прорывов в самых различных областях: от расшифровки информации, записанной в человеческих генах до нанотехнологий, от возобновляемых энергоресурсов до квантовых вычислений. Именно синтез этих технологий и их взаимодействие в физических, цифровых и биологических доменах составляют фундаментальное отличие четвёртой промышленной революции от всех предыдущих революций».

Одновременно Клаус Шваб обращает внимание на то, что в ожидании второй промышленной революции находится население 17 % мировой территории, т. к. около 1,3 млрд. людей не имеют доступа к электричеству. Примерно половина населения земного шара, или 4 млрд. чел., ожидают третью промышленную революцию, поскольку большинство из них живут в развивающихся странах, где нет доступа к сети Интернет. При этом профессор отмечает, что на распространение веретена, как символа первой промышленной революции, за пределами Европы понадобилось 120 лет. А Интернет распространился по всему миру менее чем за 10 лет.

После презентации концепции Industrie 4.0 в Германии, та получила своё развитие в США, Китае и других странах. В развитие идеи в 2017 г. японское правительство анонсировало масштабную концепцию социального развития страны – Super Smart Society (Суперинтеллектуальное общество), или «Общество 5.0», предполагающую использование индустриального интернета вещей, роботизации и искусственного интеллекта и в повседневной жизни человека, и в производстве, и в социальной сфере.

В Южной Корее в марте 2017 г. правительство одобрило законопроект, устанавливающий квалификационную сертификацию для следующих специальностей:

– разработчики программного обеспечения для робототехники,

– разработчики аппаратных средств робототехники,

– разработчики 3D-принтеров,

– аналитики медицинской информации.

По мнению руководителя отдела продвижения продукции департамента промышленной автоматизации компании Mitsubishi Electric Андрея Воробьёва, в Индустрии 4.0 можно выделить три основных составляющих: аддитивные технологии, то есть 3D-принтеры и всё, что с ними связано; промышленный интернет вещей и большие данные.

В качестве примера действия Индустрии 4.0 можно привести немецкое предприятие компании Adidas. Если на заводах этого производителя спортивной одежды в Азии и Мексике используется дешёвая рабочая сила, то в Германии на заводе Adidas человеческое участие минимально. Люди лишь задают программу на компьютере и периодически контролируют её работу.

Как считает Константин Фрумкин, Четвёртая промышленная революция наступает тогда, когда всеохватные информационные платформы начинают взаимодействовать с автоматизированными производственными узлами. Поэтому революция наступает с двух сторон: через внедрение новых информационных систем и через приход на производство роботов.

Роботизация промышленности началась ещё в конце 20 в., однако её распространение было задержано из-за переноса промышленных мощностей в Китай и другие страны с дешёвой рабочей силой. Теперь началось второе наступление промышленных и сервисных роботов.

Буржуазных идеологов, социологов, политологов и других представителей интеллектуальной обслуги капитала, очень беспокоит процесс замещения человеческого труда роботами. И в этом плане они говорят о кризисе капитализма (о социальном и политическом Армагеддоне, в связи с возникновением технологической массовой безработицы, по словам Клауса Шваба), и пытаются найти выход из тупика, в который капитализм загоняет стремительное развитие производительных сил, внутренне присущее капитализму противоречие между общественным характером производства и частнокапиталистической формой присвоения результатов труда.

Отдельные представители этого социального слоя открыто говорят о грядущем крахе капитализма. Выдающийся американский социолог Рэндалл Коллинз в 2009 г. заявил: «Пока что я не вижу хорошо обоснованной теории, чтобы предположить, что мы можем избежать кризиса технологического замещения, маячащего где-то впереди в этом столетии». «Реальные бедствия будущего – это не какое-то восстание роботов-франкенштейнов, но последняя стадия технологического замещения труда в интересах узкой группы капиталистов-владельцев роботов… Эта тенденция к усилению неравенства также подрывает потребительские рынки и, таким образом, делает в конечном счёте капитализм нежизнеспособным», – добавляет он в статье 2013 года, написанной для сборника под названием «Есть ли будущее у капитализма?». По оценке Коллинза, технологическое замещение среднего класса вызовет крах капитализма ещё до конца нынешнего столетия, и будет ли это сопровождаться насилием или произойдёт мирно, остаётся только гадать.

#### § 2. О концепции технологических укладов

В связи с систематическими кризисами перепроизводства, внутренне присущими капиталистическому способу производства, возникла концепция технологических укладов, пытающаяся «научно» обосновать эти кризисы сменой технологий, лежащих в основе общественного производства и не только обосновать, но и дать рекомендации по смягчению этих кризисов.

Ведущими исследователями этой темы являются российский экономист Сергей Глазьев и венесуэльский экономист Карлота Перес. Глазьев причисляет себя к представителям «новой парадигмы в экономической науке», которые развивают работы Н. Кондратьева и Й. Шумпетера и объединяются в международную сеть исследователей ГЛОБЭЛИКС (Global Network for Economics of Learning, Innovation, and Competence Building Systems – глобальная сеть исследователей, применяющих концепцию «систем обучения, инноваций и формирования компетенций» (LICS) как теоретическую основу изучения LICS в различных странах, нацеленную на выявление уникальных системных особенностей и прогрессивного опыта в целях развития политики в области промышленности, инноваций, международной конкурентоспособности, регионального развития, рынка труда и развития человеческого капитала). Концепция технологических укладов является продолжением развития теории длинных волн Н. Кондратьева. Известно, что Кондратьев эмпирически установил, что есть короткие и длинные циклы капиталистического производства. За время с конца 18 ст. по 20-е годы 20 ст. он обнаружил почти три полных длинных цикла средней продолжительностью в 50–55 лет каждый. Основной причиной таких циклов, по Кондратьеву, является необходимость обновления постоянного (основного) капитала вследствие появления новых технологий, а также отраслей. Руководствуясь этой моделью, он предсказал Великую депрессию 1929–1933 гг., предсказал, основываясь на тенденции сокращения продолжительности циклов, окончание пятого цикла в 2011–2013 гг. и наступление, в связи с этим, очередного экономического кризиса.

Вслед за Кондратьевым, теорию цикличности продолжил развивать австрийский экономист Й. Шумпетер. Он ввёл понятие инновации, инновационного процесса как процесса создания новых технологий. По его инновационной теории каждый цикл делится на две части: инновационную – создание и внедрение новых технологий и имитационную – их распространение.

В начале 90-х годов это направление буржуазной экономической мысли продолжил Сергей Глазьев, сформировав концепцию «технологических укладов».

Технологический уклад (ТУ) – совокупность технологий, характерных для определённого уровня развития производства. В связи с научно-техническим и технологическим прогрессом происходит переход от более низких укладов к более высоким, прогрессивным. В рамках технологического уклада осуществляется замкнутый производственный цикл, включающий добычу и получение природных ресурсов, все стадии их переработки и выпуск конечного набора продуктов, соответствующих данному типу общественного потребления.

Смена ТУ совпадает со сменой инновационных волн Шумпетера. Согласно этой концепции, мы сейчас находимся на рубеже зарождения нового – шестого технологического уклада. Причиной существования предыдущих пяти ТУ Глазьев называет особенности, присущие производительным силам в разные эпохи капитализма. Ведущие отрасли и виды деятельности, благодаря которым капитал имеет максимальный рост, составляют ядро ТУ, а технологические нововведения, благодаря которым возникло ядро, называются ключевыми факторами. Каждому укладу присущи свои особенности социальной жизни буржуазного общества, роль государства в управлении производством, страны-доминанты, их политика, перспективные научные направления и степень их значимости в производстве. Будущий ТУ зарождается в недрах текущего и вступает в силу, когда последний исчерпывает свои возможности и теряет эффективность по увеличению нормы прибыли.

Периодизация ТУ:

Первый ТУ. Период 1770–1830 гг. Основной энергетический ресурс – энергия воды. Ядро: Текстильная промышленность, текстильное машиностроение, выплавка чугуна, обработка железа, строительство каналов, водяной двигатель. Ключевой фактор: текстильные машины.

Второй ТУ. Период: 1830–1880 гг. Основной энергетический ресурс – энергия пара, уголь. Ядро: паровой двигатель, железнодорожное строительство, транспорт, машино-, пароходостроение, угольная, станко-инструментальная промышленность, чёрная металлургия. Ключевой фактор: паровой двигатель, станки.

Третий ТУ. Период: 1880–1930 гг. Основной энергетический ресурс – электроэнергия. Ядро: Электротехническое, тяжёлое машиностроение, производство и прокат стали, линии электропередач, неорганическая химия. Ключевой фактор: электродвигатель, сталь.

Четвёртый ТУ. Период: 1930–1970 гг. Основной энергетический ресурс – углеводороды. Ядро: автомобиле-, тракторостроение, цветная металлургия, нефтепереработка, производство товаров длительного пользования, синтетические материалы, органическая химия. Ключевой фактор: двигатель внутреннего сгорания, нефтехимия.

Пятый ТУ. Период: 1970–2010 гг. основной энергетический ресурс – атомная энергетика. Ядро: Электронная промышленность, вычислительная, оптоволоконная техника, программное обеспечение, телекоммуникации, информационные услуги, роботостроение, производство и переработка газа. Ключевой фактор – микроэлектронные компоненты.

Естественно, периоды укладов чисто условны и сроки, определяемые разными исследователями, несколько отличаются. Упущены такие важнейшие отрасли производства как самолётостроение (можно отнести к четвёртому укладу), ракетно-космическая промышленность (пятый уклад).

Как можно заметить, первый и второй ТУ развиваются на базе первой промышленной революции (может быть, точнее, составляют научно-техническую основу, технологический базис данной революции); третий и четвертый – второй, пятый соответствует третьей промышленной революции.

Сегодня, по мнению учёных-экономистов, мир стоит на пороге шестого технологического уклада. Его контуры только начинают складываться в развитых странах мира, в первую очередь в США, Японии, Германии, КНР и характеризуются нацеленностью на развитие и применение наукоёмких или, как теперь часто говорят, «высоких» технологий. А именно, био– и нанотехнологии, генная инженерия, мембранные и квантовые технологии, фотоника, микромеханика, термоядерная и возобновляемая энергетика… Синтез достижений на этих направлениях должен привести, к примеру, к созданию квантового компьютера, искусственного интеллекта. По мнению учёных, шестой технологический уклад начинает формироваться в 2010–2020 гг., в фазу зрелости вступит в 2040-е годы. При этом в 2020–2025 гг. произойдёт новая научно-техническая и технологическая революция на базе достижений в вышеуказанных отраслях.

Как мы видим, шестой технологический уклад соответствует разворачивающейся на наших глазах четвёртой промышленной революции.

В США доля производительных сил пятого ТУ составляет 60 %, четвёртого – 20 % и шестого – 5 % (данные по состоянию на 2010 г.). А в России о шестом технологическом укладе говорить ещё рано. Доля пятого ТУ, по мнению академика Каблова, составляет в России примерно 10 %, да и то только в наиболее развитых отраслях: в военно-промышленном комплексе и в авиакосмической промышленности. Более 50 % технологий относятся к четвёртому ТУ, а почти треть – и вовсе к третьему.

В настоящее время концепция технологических укладов, – отмечает Андрей Самарский, – является общепринятой. Буржуазные учёные, руководствуясь этой концепцией, пытаются найти выход из периодических кризисов, не меняя капиталистического характера общественного производства, то есть, стремясь максимально сгладить процесс перехода от одного ТУ к другому.

Наука стремительно превращается в основную производительную силу общества. Но при капитализме научные знания являются товаром и направлены на то, чтобы спасти капитализм в условиях нарастающей тенденции падения нормы прибыли. Например, такой ключевой фактор шестого ТУ, как методы генной инженерии, нужны в основном для того, чтобы производить генно-модифицированные продукты. Эту пищу произвести значительно дешевле, а удешевление продуктов питания позволяет уменьшать заработную плату, что даёт возможность повысить норму прибыли. Одновременно питание генно-модифицированными продуктами негативно сказывается на здоровье населения (тот же фактор ожирения, например), что обусловливает стремительное возрастание роли медицины и, в её капиталистическом применении, развитие фармацевтического бизнеса.

Как мы видим, наличие красивой терминологии «инновационная экономика», «экономика, основанная на знаниях» (knowledge-based economy), «интеллектуальное общество» и т. п., совсем не означают научную организацию и экономики, и социальной жизни общества. Наука, знания, культура при капитализме остаются товаром, несмотря на то, что это противоречит их сущности. Любая из попыток решить проблемы капитализма, не решая его основного противоречия – между трудом и капиталом, между общественным характером производства и частнокапиталистической формой присвоения, обречена на неудачу.

И разрешить это противоречие можно единственным путём – революционным уничтожением власти капитала, уничтожением товарного производства и товарно-денежных отношений и построением бесклассового коммунистического общества, в котором наука действительно станет главной производительной силой человечества.

### Глава 11. Информационный способ производства – материально-техническая база коммунистического общества

Глубокий марксистско-ленинский анализ процессов, связанных с информатизацией и компьютеризацией, со становлением информационного технологического способа производства даёт товарищ К. Дымов в своей книге «Капитализм – система без будущего».

Каждая общественно-экономическая формация, – напоминает нам автор, – основывается на определённой материально-технической базе, на некоторой совокупности применяемых средств труда, достижений науки, техники и технологии.

Основу производственных отношений первобытнообщинного способа производства составляли коллективная собственность, коллективный труд, коллективное присвоение и уравнительное распределение материальных жизненных благ. Обусловлены они были именно низким уровнем развития производительных сил первобытного общества или, как пишет автор – слабостью технологического базиса. Этот был так называемый первобытный коммунизм.

Но производительные силы, пусть и медленно, но развивались. В эпоху мезолита (13–8 тыс. лет до н. э.) были изобретены лук и стрелы.

Примерно 8 тыс. лет до н. э. произошла первая в истории технологическая революция. На смену охоте пришло животноводство, а собирательство сменилось мотыжным, а затем и плужным земледелием. Хозяйство человека из присваивающего превратилось в производящее.

Каменные орудия стали совершеннее благодаря принципиально новым способам обработки камня – точению, сверлению, шлифованию. Появились первые шахты для добычи камня. Далее человек научился получать и обрабатывать металлы – медь, бронзу, железо. Применение металлических орудий намного повысило производительность труда. И т. д.

Первая в истории технологическая революция привела к смене примитивного (присваивающего) ручного технологического способа производства более высоким способом производства, также основанном на применении ручных орудий труда, но состоящим не в присвоении материальных жизненных благ в их готовом природном виде, а в их производстве.

К. Дымов разъясняет читателям, что не следует смешивать понятия: «технологический способ производства» с «общественным способом производства», понимаемым как единство производительных сил и производственных отношений.

Под технологическим способом производства Дымов понимает «исторически определённую качественную ступень развития техники, технологии и вообще производительных сил, основанную на некоторой совокупности базовых технологических принципов и технических решений, которые обусловливают характер труда и технико-технологический способ производства в ту или иную эпоху».

А технологическая революция есть коренной переворот в технике и технологии, вызывающий переход к новому технологическому способу производства, выступающему материально-технической базой соответствующего общественного способа производства (или ряда способов производства).

Революционные изменения в производительных силах постепенно привели к ломке родовых отношений и распаду первобытнообщинного строя.

Произошло первое великое разделение общественного труда на земледелие и скотоводство. В дальнейшем из земледелия начали выделяться различные ремёсла. В результате роста производительных сил, роста производительности труда начали создаваться излишки производства, чем было положено начало возникновению частной собственности и эксплуатации человека человеком. Возникло рабство. (Этот вопрос подробно рассмотрен Энгельсом в его гениальной работе «Происхождение семьи, частной собственности и государства»).

С разделением общественного труда, с разделением племён на земледельческие и скотоводческие усилился обмен продуктами труда между племенами, начало формироваться товарное производство и товарно-денежные отношения, возникли деньги.

В рабовладельческом обществе произошло второе крупное общественное разделение труда – на физический труд (удел рабов) и труд умственный (удел рабовладельцев, имевших много свободного времени и привлекавших к нему наиболее одарённых рабов).

Возникли: наука – как особый род деятельности, направленной на познание сущности природных и социальных явлений; искусство, поэзия, то есть возникло духовное производство.

Феодальный способ производства, как и рабовладельческий, основывался на ручном технологическом способе производства.

Смертельный удар средневековому ремеслу и феодализму нанесла фабрика, основанная на машинном способе производства.

Именно в машине, приводимой в действие паром, а затем электричеством, капитализм нашёл прочную техническую основу.

Промышленная революция конца XVIII – начала XIX вв. была второй технологической революцией, приведшей к смене ручного способа производства машинным, – делает вывод товарищ Дымов.

Машинное производство, особенно производство машин машинами, удешевляющее их, создаёт адекватную капитализму материально-техническую базу, обеспечивающую материальные условия для достижения цели капиталистического производства – получение максимальной прибыли.

Далее товарищ Дымов обращает внимание на то, что материально-техническую базу монополистического капитализма первой половины XX в., «классического» до-НТРовского империализма, составляли: электрификация производства, мартеновская выплавка стали, конвейерно-поточная организация производства, железнодорожный транспорт и паровой флот, телеграфная и телефонная связь.

Во второй половине XX в. развернулась научно-техническая революция, характерными чертами которой являются:

1) превращение науки в непосредственную производительную силу общества;

2) переход к комплексной и полной автоматизации производства;

3) коренные качественные изменения главной производительной силы общества – трудящегося человека;

4) компьютеризация производства, всех других сфер человеческой деятельности.

И далее товарищ Дымов делает достаточно подробный анализ сущности каждой черты НТР.

Первая черта. Говоря о превращении науки в главную производительную силу общества, он предлагает рассматривать материальное производство как неразрывное единство потоков вещества, энергии и информации.

Начало трудовой деятельности человека начинается с выработки идеи: что мне нужно, для чего мне это нужно, как это сделать.

Итак, для того, чтобы сделать ту или иную вещь, человек первоначально задумывает её у себя в голове, на основе знаний окружающего материального мира и накопленного практического опыта. То есть, говоря современным языком, разрабатывает проект вещи и технологию её изготовления. Проект вещи может содержаться у человека в голове (субъективированная информация), либо, в наши дни, на тех или иных носителях информации: на бумаге или в памяти компьютера (на носителе компьютерной информации) – чертежи, формулы, инженерные расчёты, прочая техническая документация (объективированная информация).

Таким образом, здесь информация выступает как совокупность нужных человеку в процессе труда сведений.

Информация, – подчёркивает Дымов, – это такой продукт отражения действительности и фактор её преобразования, который может объективироваться, т. е. получать независимое от индивида существование и благодаря этому в широких масштабах передаваться (распространяться) в пространстве и во времени, становясь достоянием общества. Движение информации между участниками общественного производства образует информационный поток.

Идеи генерируются в человеческом мозге на основе знаний, получаемых из материального мира. Именно материальный мир является источником всех наших знаний. Маркс подчёркивал, что «… идеальное есть не что иное, как материальное, пересаженное в человеческую голову и преобразованное в ней» («Капитал», т. 1, стр. 21).

Исходя из вышесказанного, товарищ Дымов делает вывод, что процесс материального производства, состоит из трёх последовательных стадий.

На первой стадии происходит процесс познания, изучения окружающего нас материального мира, окружающей нас действительности. В результате получается (вырабатывается) определённая совокупность сведений, необходимых для её преобразования.

Так как в данном случае речь идёт о производстве, то, соответственно, вырабатывается первичная производственная информация, информация – как продукт отражения объективной реальности и необходимый исходный фактор производства. Причём труд по выработке производственной информации товарищ Дымов относит к производительному труду.

«Труд, – по Марксу, – есть прежде всего процесс, совершающийся между человеком и природой, процесс, в котором человек своей собственной деятельностью опосредствует, регулирует и контролирует обмен веществ между собой и природой» («Капитал», т. 1, стр. 188). И далее Маркс обращает внимание на следующий момент: «Паук совершает операции, напоминающие операции ткача, и пчела постройкой своих восковых ячеек посрамляет некоторых людей-архитекторов. Но и самый плохой архитектор от наилучшей пчелы с самого начала отличается тем, что прежде чем строить ячейку из воска, он уже построил её в своей голове. В конце процесса труда получается результат, который уже в начале этого процесса имелся в представлении человека, т. е. идеально» (стр. 189).

Итак, Маркс показал, что прежде чем приступить к труду, человек должен в своей голове обдумать то, что он хочет получить в результате данного трудового процесса. Т. е., выработать производственную информацию, по Дымову. Другое дело, что далее Маркс в своём исследовании не изучал вопрос выработки информации, так как у него была другая задача – раскрыть и разоблачить процесс создания прибавочной стоимости как результат и цель капиталистического способа производства, как результат эксплуатации человека человеком в ходе этого производства.

На второй стадии материального производства на основе знаний, полученных на первой стадии, создаются непосредственные идеи вещей, их образы, «матрицы», подлежащие воплощению, то есть создаются проекты вещей – чертежи, технические описания, формулы, стандарты, рецептуры и т. п., а также разрабатываются технологии изготовления этих вещей. Производится обработка первичной информации и вырабатывается информация вторичная, непосредственно производственная информация.

Производственная информация, как совокупность внешних по отношению к людям объектов (документов), является необходимым объективным фактором производства, является одной из составляющих производительных сил.

Информация служит и предметом труда, и средством труда, подчёркивает Дымов. (Опять напомню Маркса: «Простые моменты труда следующие: целесообразная деятельность или самый труд, предмет труда и средство труда… Все предметы, которые труду остаётся лишь вырвать из их непосредственной связи с землёй, суть данные природой предметы труда… Средство труда есть вещь или комплекс вещей, которые человек помещает между собой и предметом труда и которые служат для него в качестве проводника его воздействия на этот предмет», стр. 189–190). Информационные предметы и средства труда выступают как средства производства, как особые информационные средства производства, составляющие, вместе с вещными (может лучше – вещественными) средствами производства, средства производства вообще.

Итак, продуктом первых двух стадий процесса производства является информация, как исходный фактор, как условие процесса труда в непосредственном производстве вещей. Эти две стадии можно назвать информационное производство, чем они, по сути, и являются.

Информационное и вещное (вещественное) производство, резюмирует товарищ Дымов, неразрывны как мозг и руки, составляя два звена единого материального процесса производства.

В материальном производстве создаются и соединяются, взаимодействуя, три потока: обрабатываемого вещества природы; энергии, движущей орудия производства; и информации, направляющей это движение. Информационное производство создаёт информационный поток и доводит его до непосредственно вещного (вещественного) производства, потребляющего информацию, как своё средство.

Непосредственно вещественное производство является третьей и завершающей стадией материального производства, на которой труд по обработке вещества природы, направляемый производственной информацией, воплощает её в вещественных продуктах. Информационный поток на этой стадии соединяется с вещественно-энергетическими потоками, результатом чего есть изготовление нужных человеку вещей.

Информационное производство – производство, вырабатывающее информацию, на основе которой создаются новые, невиданные ранее вещи и организуется производство нового, существовало в его зародышевой форме всегда. Познание окружающего мира первобытными людьми осуществлялось непосредственно в процессе производственной практики.

Но наука, как отдельная сфера человеческой деятельности, возникла только в классовом рабовладельческом обществе с разделением труда на умственный и физический. Долгое время при этом наука носила во многом абстрактный, оторванный от реальной производственной деятельности человека характер.

Именно капитализм впервые востребовал науку как источник производственной информации, служащей при капитализме источником получения прибыли. Само возникновение машинного производства было в немалой степени подготовлено трудами выдающихся математиков, физиков, механиков. Связь науки с производством начала понемногу упрочняться, зародились технические науки.

Товарищ Дымов делает вывод, что в этот период произошло новое общественное разделение труда, обособление информационного производства от непосредственно вещного (вещественного). Так, ремесленник соединял в себе в одном лице и конструктора, и технолога, и рабочего. В рамках же машинного фабричного производства создание производственной информации стало делом профессионалов – учёных, конструкторов, инженеров; а рабочим отвели роль бездумных исполнителей. К. Дымов приводит несколько примеров. Изобретатель потогонной системы Тейлор заявил рабочему: «Вам нечего думать. За мысли платят другим». Генри Форд как-то заметил: «идеальный рабочий должен быть обученной обезьяной».

Только в середине XX в. научно-технический прогресс приобрёл характер взрывного процесса. Постепенно ускорявшееся на протяжении полутора столетий машинной эпохи развитие науки и техники подготовило качественный скачок – научно-техническую революцию.

Повышение производительности труда за счёт внедрения новой более эффективной техники приводит к освобождению определённой части труда в непосредственно вещественном производстве и перетеканию его в информационное производство, что в свою очередь, ведёт к дальнейшему ускорению научно-технического прогресса. Происходит более быстрый моральный износ оборудования, что побуждает ускорять производство и внедрять новую технику, заставляет всё большее количество труда переводить в сферу научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ (НИОКР). Соответственно, труд закономерно и нарастающими темпами перемещается из цехов и шахт в научные лаборатории, проектно-конструкторские бюро, производственно-технические отделы и службы заводов.

Происходит возрастание доли информационного производства по сравнению с непосредственно вещественным производством в совокупном объёме материального производства.

Наука, ставшая в XX в., по сути одной из отраслей материального производства, наряду с промышленностью, сельским хозяйством, транспортом, становится всё более тесно связанной с ними и приобретает всё большее значение в системе общественного производства.

Научно-технический прогресс бесконечен, не имеет никаких естественных пределов в стремлении человечества познавать и изменять окружающий его мир, улучшать свои жизненные условия, заниматься развитием и саморазвитием личности. Но эффективное решение глобальных проблем человечества возможно только в коммунистическом обществе.

«Информационный поток, – делает вывод товарищ Дымов, – зарождается в недрах фундаментальной науки, проходит затем «сквозь» прикладную науку и проектно-конструкторскую сферу и соединяется с вещественным и энергетическим потоками в непосредственно вещном производстве».

Темпы роста информационного производства всё более опережают темпы роста непосредственно вещественного производства, занимают всё большую долю в совокупном валовом общественном продукте.

Стремительно нарастает объём знаний, которыми владеет человечество. По расчётам специалистов, в начале XX в. объём знаний удваивался каждые 50 лет, к 1950 г. удвоение знаний происходило каждые 10 лет, к 1970 г. – каждые 5 лет, с 1990 г. – ежегодно. По существующим прогнозам, в недалёкой перспективе объём знаний будет удваиваться каждый месяц (при этом следует иметь в виду, что данный прогноз приведен по состоянию на 2010 г.).

Развитие производительных сил всё в большей мере сводится к выработке, накоплению, распространению и использованию – овеществлению – информации. Это требует новых производственных отношений, способствующих в наибольшей степени их развитию.

Вторая черта НТР – переход к полной и комплексной автоматизации и роботизации производства.

Создаётся качественно новая система машин – система автоматических машин на новой электронной базе. Автоматические линии, в свою очередь, объединяются в автоматические участки, цеха, заводы. Всё более широкое распространение получают полностью автоматизированные предприятия.

Важнейшим направлением развития средств труда в эпоху НТР стало развитие робототехники.

Робот, отмечает Дымов, представляет собой автомат, отличающийся антропоморфизмом и способный в своём развитом виде воспринимать информацию о внешней среде, обрабатывать её и действовать в соответствии с изменяющейся обстановкой.

На начало 2000 года в мире было выпущено около миллиона промышленных роботов. Средняя стоимость одного робота постепенно уменьшается: от 103 тыс. долл. в 1991 г. до 62 тыс. – в 1999 г.

С созданием автоматической системы машин и внедрением антропоморфных автоматов – роботов – машинное производство вышло на качественно новую ступень и достигло своего наивысшего развития. Современное комплексное автоматизированное производство есть высшая форма машинного производства, обладающего новыми чертами, принципиально отличающими его от простого неавтоматизированного машинного производства.

Когда человек создаёт продукт ручным трудом при помощи ручных орудий труда, вся необходимая ему производственная информация находится у него в голове, в его мозге. Даже если перед ним лежит чертёж изготовления данного изделия, он должен переработать эту информацию в своём мозгу, который затем вырабатывает команды для деятельности рук. Таким образом, вся необходимая производственная информация находится в мозге человека, то есть, субъективирована, а ручные орудия труда выступают пассивным инструментом в руках рабочего.

Примерно те же самое касается и работы с использованием неавтоматической машины. И здесь вся необходимая производственная информация содержится в голове (мозге) человека, а машина также выступает пассивным орудием труда, управляемым человеком. Но при этом машина упрощает труд человека, делает его менее содержательным, тем самым обедняя «информационное содержание» (интеллект) рабочего. С другой стороны, разбивка производственного процесса на всё более простые операции создаёт технические условия для изобретения и внедрения автоматизированного производства.

Автомат, в отличие неавтоматической машины, управляется программой, заложенной в него и созданной рабочим-программистом. Машина-автомат уже несёт в себе активное информационное содержание, и все свои рабочие действия совершает в соответствии с заданной программой, то есть машина стала активным участником производства. Движение машины направляется не живым трудом, а трудом прошлым, воплощённым в программе. Живой труд лишь контролирует процесс производства.

Таким образом, из предпосылки, условия вещественного производства, информация стала его активным участником, его непосредственно движущей силой. В результате происходит вытеснение человека из непосредственного материального производства в сферу информационного производства. Человек освобождается от рутинного труда и начинает заниматься трудом творческим, интеллектуальным.

При капитализме же этот процесс ведёт к росту безработицы, нищеты и ухудшению материального положения трудящихся масс, так как далеко не все трудящиеся могут из сферы материального производства перейти в сферу интеллектуального труда (нет ни соответствующих общественных материальных предпосылок, ни соответствующего уровня знаний у выбрасываемых на улицу). Значительная часть молодых безработных при этом утилизируются в империалистическую армию, ведущую агрессивную захватническую политику по всему миру (армии США-НАТО). Безработные пополняют ряды преступного мира, становятся алкоголиками, наркоманами и т. п. «лишними» членами общества.

Третья черта НТР – коренные качественные изменения главной производительной силы общества – самих трудящихся.

Труд по выработке информации – почти исключительно умственный труд. Работники информационного производства – работники умственного труда.

Так как производство производственной информации является непрерывной частью всего материального процесса производства, то и работники умственного труда – учёный, конструктор, инженер, технолог также являются работниками производительного труда, как рабочий и хлебороб, делает вывод Дымов.

Современный рабочий – это думающий, мыслящий, знающий рабочий. Он работает не столько руками, сколько головой. Поэтому индивидуальные знания, информация, становятся важнейшей производительной силой и богатством общества. Теми знаниями, которыми располагает общество и каждый его член, во всё возрастающей мере определяется производительность общественного труда. Важнейшим следствием НТР является то, что она кладёт конец противопоставлению «рабочих» и «технической интеллигенции».

Производством рабочей силы занята система профессионального образования, экономическое значение которой всё более возрастает и которая, как и наука, тесно смыкается с материальным производством и превращается в одну из его отраслей – в «промышленность знаний».

Производственная информация, попав в голову индивида, становится частью индивидуальной рабочей силы, становится «личностно-производственной» информацией.

Образование (и самообразование) создаёт один из самых мощных информационных потоков в системе общественного производства, опосредствуя производство производственной информации и её производственное потребление; выступает как необходимый момент информационного производства и является в составе последнего одной из отраслей материального производства.

Таким образом, образование является особой отраслью информационного производства, производящего личностно-производственную информацию как своего рода средство труда, тем самым производя развитую высококвалифицированную рабочую силу.

Повышение роли знаний в обществе, в современном материальном производстве делает необходимым непрерывное образование и самообразование. Поэтому всё большая часть совокупного общественного труда должна прилагаться в сфере образования.

Четвёртая черта НТР – компьютеризация производства, всех других сфер человеческой деятельности.

Компьютер (электронно-вычислительная машина, ЭВМ) есть машина особого рода.

Рабочие машины («докомпьютерной эры») предназначались для обработки вещественных предметов труда и их перемещения в пространстве (транспорт). Они заменяют руки и мускулы человека, освобождая его от тяжёлого физического труда. Дымов даёт им наименование – рабочие машины первого рода.

Компьютер – это машина для обработки информации, обработки информационных предметов труда. Он является как бы второй головой, вторым мозгом человека, освобождая его от нетворческого умственного труда. Является рабочей машиной второго рода. Если раньше машины повышали «производительную силу рук», то теперь они повышают «производительную силу мозга».

Именно с революционного момента изобретения ЭВМ можно говорить о начале становления информационного производства.

Автоматизация и компьютеризация производства – главные факторы повышения производительной силы общественного труда.

Дальнейшим революционным развитием информационного производства является возникновение Интернета, становление единого всемирного информационного пространства, что открывает (теоретически) доступ каждому человеку ко всему объёму знаний, накопленных человечеством. Но только теоретически. На практике же обобществление знаний в полной мере произойдёт только в коммунистическом обществе, в котором будут отменены частная собственность, «коммерческая тайна» и т. п. ограничения, накладываемые капитализмом на Интернет.

Интернет создаёт систему машин второго рода, то есть систему информационных машин, систему устройств, предназначенных для хранения, обработки, воспроизведения и передачи информации, машин, соединённых линиями связи и обменивающихся информацией между собой.

Обобществление средств производства переходит на новую ступень – серверы и другие технические устройства глобальной сети находятся в коллективном (теоретически, в силу технической возможности) пользовании всего человечества, с ограничениями, накладываемыми частной собственностью, о чём мы говорили выше.

Связывание в комплексы машин первого и второго рода и соединение машин второго рода в сети позволяет создавать локальные и глобальные системы машин обоих родов, что делает возможным полное обобществление средств производства в масштабах всего мира, т. е. создание «Всемирной фабрики» со сложной многоуровневой системой автоматизированного управления единым всемирным производственным процессом. А создание глобальной системы машин первого и второго рода в рамках «Всемирной фабрики» позволит связать воедино все процессы производства, распространения и применения информации во всемирном масштабе, приведёт к небывалому ускорению роста производительных сил человечества.

Фактически такое обобществление средств производства в масштабах всего человечества является созданием материально-технической базы коммунистической общественно-экономической формации.

Таким образом, человечество в своём развитии вплотную подошло к переходу на новый более высокий уровень развития, ступило на порог коммунистического общества.

Осталось только одно препятствие на этом пути – частная собственность на орудия и средства производства. Уничтожить её в ходе грядущей коммунистической революции – историческая миссия пролетариата.

Коренные преобразования производительных сил обусловили также бурное развитие средств массовой информации, особенно электронных СМИ. Современному рабочему для воспроизводства своей рабочей силы требуется не только возобновить свою физическую способность к труду, но также восстановить духовную способность, то есть ему требуются не только материальные блага, но и духовные, культурные потребности. А это значит, что помимо личностно-производственной информации, которую человек использует в процессе производства, он нуждается в духовной, культурной информации, которую можно назвать лично-потребительной информацией.

Компьютер революционизировал все традиционные СМИ. Особенно велика в этом роль Интернета, который интегрирует в себе все средства коммуникации, все средства передачи информации, созданные до него: печать (газеты, журналы, книги), радио, телевидение.

Важнейший итог НТР – вступление человечества в «компьютерную эру», на «машинно-информационный» уровень развития общественного производства.

Магистральной тенденцией развития общественного производства является опережающий рост производства информации. Стремительно растёт удельный вес отраслей, обеспечивающих создание, обработку и передачу информации.

Суть машинного способа производства – производство машин машинами. Суть информационного способа производства – производство информации с помощью машин, машинное производство информации, управляющей машинами.

В настоящее время осуществляется переход к информационному способу производства (точнее, к информационно-технологическому способу производства, так как речь идёт о развитии производительных сил общества; просто для сокращения употребляется термин – информационный способ производства), что означает качественный скачок в развитии производительных сил человечества.

Но этот переход требует и коренного изменения всей системы производственных отношений, замены капиталистического способа производства коммунистическим.

Общественный характер производства информации вступает в непримиримое противоречие с частнокапиталистическим её присвоением и использованием.

Интернет – вершина обобществления средств производства, по своей природе является коллективным средством труда всего человечества, представляет собой как бы единый всемирный компьютер – «Всечеловеческий мозг». Но при капитализме он является технической системой, раздробленной между отдельными частными собственниками, собственниками серверов и линий связи, и используется ими в своих корыстных интересах для получения и присвоения максимальной прибыли.

Частная собственность ставит непреодолимые барьеры на пути объединения всех компьютеров и информационных ресурсов человечества. Даже самые современные поисковые системы не в состоянии преодолеть «информационный хаос», порождаемый частной собственностью.

Тем не менее, несмотря на все препятствия, порождаемые капитализмом, происходит быстрый рост информационного производства и его перевод на индустриальную основу. Информационный способ производства создаёт, наконец, материально-техническую базу для реального удовлетворения действительных потребностей общества, всего человечества, для обеспечения всех жителей Земли необходимыми им материальными и духовными благами.

В современном мире господства капитала сотни миллионов людей голодают при одновременном перепроизводстве продуктов питания. В то же время разрабатываемые сейчас био– и агро-технологии в сочетании с мощной современной агротехникой смогут прокормить 20–30 миллиардов населения Земли.

Но капиталистическое использование современных информационных средств производства ведёт к разработке и стихийному внедрению так называемых «закрывающих технологий», которые сразу закрывают целые предприятия и даже отрасли производства, выбрасывают тысячи людей на улицу, оставляя их без средств существования.

Только коммунизм способен дать простор развитию современных производительных сил, рождаемых информационно-технологическим способом производства.

При этом товарищ Дымов обращает внимание читателей на то, что информационный способ производства есть всего лишь определённая ступень в развитии производительных сил.

Впрочем, как отмечали классики, капитализмом заканчивается предыстория человечества. Только с коммунистической общественно-экономической формации начнётся подлинная история единой человеческой цивилизации.

Далее товарищ Дымов делает политико-экономический анализ «товара информация».

Товар, это продукт труда, произведенный для обмена, для продажи. В ходе совершения сделки купли-продажи товар из рук товаровладельца (продавца) переходит в руки покупателя. То есть, происходит отчуждение товара от его прежнего владельца, который взамен товара получает его эквивалент – деньги. Собственником товара становится покупатель, который использует приобретённый им товар по своему усмотрению, для своих потребностей.

А вот с продажей товара информация процесс получает несколько иной характер.

Товаровладелец новой информации, например, производитель новой компьютерной программы, продаёт её покупателю (в виде копии). Товаровладельцем данной информации (компьютерной программы) становится покупатель и использует её в своих целях. Вроде бы произошло отчуждение товара информация, которая из рук товаровладельца перешла в руки покупателя. Но ведь товаровладелец как владел данной информацией (компьютерной программой) так и продолжает владеть ею. То есть, с одной стороны, произошло отчуждение товара в ходе купли-продажи, а с другой – не произошло. Информация одновременно является товаром и при этом – не является им. Информация есть товар-не-товар, так как она отчуждается, переходя в руки покупателя, и не отчуждается, продолжая оставаться в руках товаровладельца (в данном случае – производителя компьютерной программы).

Дымов обращает внимание на ещё один момент в сфере товарного производства, производства вещей. Стоимость (цена, то есть стоимость товара, выраженная в деньгах), например, табуретки (как и любого другого товара) определяется количеством общественно необходимого труда, затраченного на его производство. На производство каждой новой табуретки затрачивается такое же количество труда. То есть стоимость (цена) ста табуреток будет равна стоимости одной табуретки, умноженной на 100, тысячи табуреток – помноженной на тысячу и т. д.

А при реализации (продаже) копий программы, на производство новой копии не затрачивается ни грана нового труда (пренебрегая затратами времени на сам процесс копирования, которые чрезвычайно малы).

То есть труд на производство товара информация (компьютерной программы в нашем примере, фильма и т. п. информационного продукта) затрачивается только один раз и далее можно производить бесконечное множество копий, не затрачивая нового труда.

В то же время для покупателя данного информационного товара, для покупателя копии товара, данная копия ничем не отличается от оригинала и её стоимость равна стоимости самого оригинала. И покупатель компьютерной программы может её использовать по своему усмотрению, в том числе далее самостоятельно реализовывать, допустим, распространяя посредством интернета или иным способом, и присваивая себе часть прибыли. Хотя это и является пиратством, то есть нарушением авторских прав, тем не менее, информационное пиратство процветает. Тем самым товаровладелец – изготовитель компьютерной программы, лишается части прибыли, которую он рассчитывал получить, продавая свою новую программу.

Процесс копирования и распространения информации выходит из-под контроля её товаровладельца (производителя). Товаровладелец-не владелец – вот ещё одно противоречие, вытекающее из природы, нетоварной сущности информационного продукта.

Более того, новая компьютерная программа, распространённая в интернете, становится общественным достоянием, то есть перестаёт быть товаром, так как её не надо покупать на рынке (рынке компьютерных программ) в связи с тем, что она находится в Интернете, и каждый может ею бесплатно пользоваться.

Таким образом, товар информация теряет свою стоимость.

Поэтому для фирм, занимающихся информационным производством, производством носящим открыто общественный характер, становится насущной необходимостью изготовить определённое количество копий нового информационного продукта и как можно быстрее их продать по соответствующей цене, чтобы «отбить» затраты на его производство и получить «причитающуюся» прибыль. Для этого в рекламных целях используются облегчённые копии нового информационного продукта, а на полные копии ставятся соответствующие пароли и т. п. Но многие пользуются облегчёнными копиями, либо взламывают защиту полных копий и пользуются ими (данным новым информационным продуктом) бесплатно.

Таким образом, перед нами налицо переход от товарного производства, высшей стадией которого является капиталистический способ производства, к нетоварному, к коммунистическому.

Частная собственность на информацию непримиримо противоречит общественному характеру её производства и, фактически, общественной собственности на неё. Противоречие между частной собственностью на информацию и практически общественным её присвоением усиливает основное противоречие капитализма.

Информационное пиратство, нарушения авторских прав, промышленный шпионаж и другие формы хищения интеллектуальной собственности – это проявления всё более усиливающегося и обостряющегося кризиса капитализма в «информационную эпоху».

Следует учитывать при этом и процесс морального старения информационного продукта. В связи с развитием информационного производства стремительно нарастают темпы создания новых информационных продуктов. Поэтому каждый ранее произведенный информационный продукт с появлением на рынке новых продуктов, превосходящих его по качеству, начинает стремительно устаревать, его начинают приобретать меньше, а затем и вовсе перестают приобретать, так что он быстро теряет свою стоимость, которая, в конечном итоге, стремится к нулю.

Но есть и процесс старения особого рода, когда информация теряет свою стоимость, не теряя потребительной стоимости. Например, закон Архимеда, который известен каждому школьнику, является достоянием всего человечества, т. е. не обладает стоимостью, но он используется в современном судостроении. Говоря языком экономических категорий, всё человечество пользуется потребительной стоимостью данного продукта труда, продукта интеллектуального труда гениального учёного древности – Архимеда.

Ещё одно отличие информационных товаров от вещественных – в их эксклюзивности, так как товаром может быть лишь эксклюзивная информация.

Научные открытия и подлинно выдающиеся изобретения сугубо неповторимы и занимаются ими в настоящее время целые коллективы учёных, инженеров, изобретателей, что под силу лишь крупным корпорациям.

Разумеется, конкретные информационные товары эксклюзивны в большей или меньшей степени. Но информация в целом, отличается от всей массы вещественных товаров большей эксклюзивностью, что делает её производителей, вместе взятых, совокупным монополистом, который благодаря уникальности своего товара, реализует его – весь совокупный информационный продукт, производимый в мире, – по ценам, выше стоимости, облагая человечество, таким образом, монопольной данью за пользование информацией, получая при этом сверхприбыль, превышающую среднюю норму прибыли.

Новые компьютерные информационные компании, занятые производством информационной высокотехнологичной продукции, за последние десятилетия потеснили с мирового Олимпа старые металлургические, машиностроительные, химические концерны. Остались только топливно-энергетические супермонстры, получающие сверхприбыли за счёт хищнического выкачивания природных ресурсов, задерживающих внедрение и промышленное использование новых альтернативных источников энергии и ресурсосберегающих технологий, то есть, стоящих на пути научно-технического прогресса.

В нашу «информационную эру» стремление капиталистов к внедрению новшеств, в погоне за прибылью и сверхприбылью, усиливается. Но точно также усиливается и противодействие конкурентам в использовании новейших научных изобретений и открытий. Это ведёт к распылению средств и дублированию научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ (НИОКР), к сокрытию изобретений и новшеств от конкурентов.

В то же время научно-технический прогресс требует полного обобществления НИОКР, их координации, нетоварного обмена идеями и разработками, объединения всех материальных и интеллектуальных ресурсов общества.

Капитализм задерживает научно-технический прогресс, становится тормозом развития производительных сил.

Стоимостью информации, как и любого иного товара, есть воплощённый в товаре абстрактный труд производителя, то есть затраты человеческих физических и интеллектуальных сил. Современные информационные и высокотехнологичные товары есть результат сложного высококвалифицированного труда.

Что такое сложный труд?

Маркс даёт такое определение: «Сравнительно сложный труд означает только возведённый в степень, или, скорее, помноженный простой труд, так что меньшее количество сложного труда равняется большему количеству простого» («Капитал, т. 1, стр. 53).

Товарищ Дымов задаётся вопросом, который Маркс не рассматривал, т. к. в тот период вообще не шла речь о духовном, информационном производстве. Задаётся вопросом, а что означает «помноженный простой труд». И отвечает на него.

Высококвалифицированную работу может совершать только подготовленный, образованный рабочий, рабочий, получивший соответствующие знания. Но, как было показано ранее, производство личностно-производственной информации, то есть учёба, овладение знаниями также входит в состав процесса материального производства. Личностно-производственная информация, знания работника, являются непосредственной составной частью его рабочей силы, то есть способности к труду, но в процессе труда выступают не как переменный, а как постоянный капитал.

Стоимость (и прибавочная стоимость) создаются простым абстрактным трудом (живым трудом). А затраты, потраченные работником на приобретение знаний, на повышение его квалификации, то есть на овладение личностно-производственной информацией, частями переносят свою стоимость на продукт труда, то есть выступают как постоянный капитал, капитал, созданный не живым трудом, трудом в данное время, а предшествующим ему трудом, трудом по овладению знаниями.

Производственная информация, соединённая в процессе производства с вещественными средствами производства, то есть с вещественным капиталом, сама превращается в информационные средства производства, в информационный капитал, выступает как часть производительного капитала.

Поэтому постоянный капитал в информационно-машинном способе производства состоит из двух частей: вещественного постоянного капитала и информационного постоянного капитала. Причём в ходе научно-технического прогресса доля информационного капитала неуклонно повышается.

Современное компьютеризированное, автоматизированное и роботизированное производство всё более исключает участие человека в нём. За человеком остаётся лишь контроль за деятельностью машин. Миллионы работников вытесняются из процесса производства роботами и компьютерами, становятся, при капитализме, никому не нужными, «лишними» людьми.

Отсюда стремление капитала избавиться от миллионов, сотен миллионов «лишних» людей. Избавиться путём войн и военных конфликтов, разного рода «цветных» революций, когда к власти в подконтрольных государствах приходят, точнее, приводятся марионеточные режимы, слепо выполняющие указания своих хозяев в лице Госдепартамента США. ЦРУ, МВФ. ЕС и т. д., направленных на разрушение собственной экономики, обнищание и ускоренное вымирание народа.

Ещё в 60-х годах прошлого века Римским клубом была поставлена задача сокращения населения славянских народов, в частности, России – со 150 до 50 миллионов человек, Украины – с 50 до 20, Белоруссии – с 10 до 3-х млн. И эта программа успешно выполняется в жизнь. В частности, на Украине население с 52 с лишним миллионов чел. (по состоянию на декабрь 1991 г., когда был разрушен СССР), сократилось в настоящее время до 24–25 млн. чел. (данные ЦРУ, на конец 2017 г.).

На сокращение населения направлены и «достижения» современной западной демократии, однополые браки, в частности, в которых детей не может быть по определению, пропаганда разного рода ЛГБТ-сообществ и т. п.

Научно-технический прогресс, происходящая на наших глазах научно-техническая революция, как мы уже писали выше, фактически заложили основы материально-технической базы коммунистического способа производства. То есть, созданы объективные предпосылки для перехода к высшей коммунистической общественно-экономической формации.

Но капитализм ещё имеет резервы, обусловленные отсталостью многих стран Азии, Африки и Латинской Америки. Но и туда, хочется этого современным «хозяевам» мира или нет, проникают достижения научно-технического прогресса – пример Китая (за ним по пятам следует Индия) налицо.

Империализм уходит с исторической арены.

Но без боя он не сдастся. У него в арсенале многовековой опыт стравливания народов друг с другом, разжигания межрелигиозной, межнациональной вражды.

«Пролетарии всех стран, соединяйтесь!», – этот великий лозунг, поднятый над миром Марксом-Энгельсом, необходимо взять на вооружение современным большевикам коммунистам-революционерам, сплачивая народы, поднимая рабочий класс, угнетённые массы на революционную борьбу за свержение власти капитала, на борьбу за построение бесклассового коммунистического общества.

* * *

18 марта 1871 г. восставшие рабочие Парижа победили. Была впервые в мировой истории установлена власть (диктатура) пролетариата, получившая название Парижская Коммуна. Она просуществовала 72 дня и была буржуазией потоплена в крови.

7 ноября (25 октября по ст. стилю) 1917 г. свершилась Великая Октябрьская социалистическая революция. Рабочий класс, трудовое крестьянство, трудящиеся массы многонациональной России взяли власть в свои руки, одержали победу в гражданской войне, разгромили войска интервентов 14 империалистических государств, стремившихся восстановить эксплуататорский строй в России. 30 декабря 1922 г. было образовано первое в мировой истории пролетарское многонациональное государство – Союз Советских Социалистических Республик, государство, в котором был построен социализм, государство, которое спасло весь мир от фашистского рабства.

Просуществовала Советская власть 74 года. И мировому капиталу вкупе с внутренней контрреволюцией вновь удалось одержать победу, разрушить, расчленить Советский Союз на псевдонезависимые государства, превратившиеся в колониально-сырьевые придатки мировой системы империализма с нищим и вымирающим населением.

Но происходящие в мире процессы говорят о том, что нарастает третья революционная волна, наступает третий раунд борьбы мирового пролетариата, борьбы, в ходе которой будет окончательно повержена власть капитала и начато созидание бесклассового коммунистического общества, общества без войн и насилия, общества созидательного творческого труда единой человеческой цивилизации.

Великий русский советский учёный Константин Эдуардович Циолковский говорил, что Земля – это колыбель человечества, что люди выйдут из своей колыбели и начнут покорять и осваивать Космос, Вселенную. Как предсказывали классики марксизма-ленинизма, заканчивается предыстория человечества. Грядут великие революционные битвы, в ходе которых и будет рождено новое коммунистическое общество.

## Литература

– К. Маркс и Ф. Энгельс «Манифест Коммунистической партии», К. Маркс и Ф. Энгельс. Избранные произведения в трёх томах, Москва, Политиздат, 1985, т. 1. стр. 95–138.

– К. Маркс и Ф. Энгельс «Письма», «Маркс – Вильгельму Блосу, 10 ноября 1877 г.», К. Маркс и Ф. Энгельс. Избранные произведения в трёх томах, Москва, Политиздат, 1985, т. 3. стр. 530–531.

– К. Маркс «Капитал», т. 1, Москва, политиздат, 1969.

– К. Маркс «Капитал», т. 3, Отдел третий. Закон тенденции нормы прибыли к понижению, Москва, политиздат, 1975, стр. 231–292.

– К. Маркс «К критике политической экономии. Предисловие», К. Маркс и Ф. Энгельс, Избранные произведения в трёх томах, Москва, Политиздат, 1985, т. 1. стр. 534–538.

– К. Маркс «Критика Готской программы», К. Маркс и Ф. Энгельс, Избранные произведения в трёх томах, Москва, Политиздат, 1985, т. 3. стр. 5–28.

– К. Маркс о промышленной революции XVIII века, «Капитал», т. 1, Москва, политиздат, 1969, стр. 307, 382–397, 438, 441–442, 485–486.

– Ф. Энгельс «Анти-Дюринг», Москва, Политиздат, 1988.

– Ф. Энгельс «Письмо А. Бебелю», К. Маркс и Ф. Энгельс, Избранные произведения в трёх томах, Москва, Политиздат, 1985, т. 3. стр. 29–36.

– Ф. Энгельс «Предисловие к «Крестьянской войне в Германии»», К. Маркс и Ф. Энгельс, Избранные произведения в трёх томах, Москва, Политиздат, 1985, т. 2. стр. 171–185.

– Ф. Энгельс «Происхождение семьи, частной собственности и государства», К. Маркс и Ф. Энгельс, Избранные произведения в трёх томах, Москва, Политиздат, 1985, т. 3. стр. 211–370.

– В. И. Ленин «Военная программа пролетарской революции», ПСС, т. 30, стр. 131–143.

– В. И. Ленин «Второй Всероссийский съезд Советов рабочих и солдатских депутатов 25–26 октября (7–8 ноября) 1917 г.», ПСС, т. 35, стр. 7–29.

– В. И. Ленин «Государство и революция», ПСС, т. 33, стр. 1–120.

– В. И. Ленин «Грозящая катастрофа и как с ней бороться», ПСС, т. 34, стр. 151–199.

– В. И. Ленин «Детская болезнь «левизны» в коммунизме», ПСС, т. 41, стр. 1–104.

– В. И. Ленин «Империализм, как высшая стадия капитализма», ПСС, т. 27, стр. 299–426.

– В. И. Ленин «Карл Маркс», ПСС, т. 26, стр. 43–93.

– В. И. Ленин «Крах II Интернационала», ПСС, т. 26, стр. 209–265.

– В. И. Ленин «Марксизм о государстве», ПСС, т. 33, стр. 123–307.

– В. И. Ленин «Объединённое заседание ВЦИК, Московского Совета, фабрично-заводских комитетов и профессиональных союзов 22 октября 1918 г.», ПСС, т. 37, стр. 111–128.

– В. И. Ленин «О лозунге Соединённых Штатов Европы», ПСС, т. 26, стр. 351–355.

– В. И. Ленин «О монополии внешней торговли. Товарищу Сталину для пленума ЦК», ПСС, т. 45, стр. 333–337.

– В. И. Ленин «Письмо к американским рабочим», ПСС, т. 37, стр. 48–64.

– В. И. Ленин «Поворот в мировой политике», ПСС, т. 30, стр. 339–348.

– В. И. Ленин «Проект резолюции левых социал-демократов к первой международной социалистической конференции», ПСС, т. 26, стр. 282–285.

– В. И. Ленин «Речь на Московской широкой конференции металлистов 4 февраля 1921 г.», ПСС, т. 42, стр. 306–309.

– В. И. Ленин «Речь на совещании председателей уездных, волостных и сельских исполнительных комитетов Московской губернии 15 октября 1920 г.», ПСС, т. 41, стр. 344–361.

– В. И. Ленин «Седьмая (апрельская) Всероссийская конференция РСДРП(б) 24–29 апреля (7–12 мая) 1917 г.», ПСС, т. 31, стр. 339–453.

– В. И. Ленин «Собрание актива Московской организации РКП(б). 6 декабря 1920 г. 1. Доклад о концессиях», ПСС, т. 42, стр. 55–78.

– В. И. Ленин «Социалистическое отечество в опасности!», ПСС, т. 35, стр. 357–358.

– В. И. Ленин «Тезисы ко II конгрессу Коммунистического Интернационала», ПСС, т. 41, стр. 159–212.

– В. И. Ленин «Экономика и политика в эпоху диктатуры пролетариата»», ПСС, т. 39, стр. 271–282.

– В. И. Ленин «II конгресс Коммунистического Интернационала 19 июля-7 августа 1920 г. 1. Доклад о международном положении и основных задачах Коммунистического Интернационала 19 июля», ПСС, т. 41, стр. 213–235.

– В. И. Ленин «Х Всероссийская конференция РКП(б) 26–28 мая 1921 г.», ПСС, т. 43, стр. 295–341

– В. И. Ленин «Х съезд РКП(б). 8–16 марта 1921 г. 5. Доклад о замене развёрстки натуральным налогом 15 марта. 6. Заключительное слово по докладу о замене развёрстки натуральным налогом 15 марта», ПСС, т. 43, стр. 57–84.

– В. И. Ленин «XI съезд РКП(б). 27 марта-2 апреля 1922 г. 2. Политический отчёт Центрального комитета РКП(б) 27 марта», ПСС, т. 45, стр. 69–116.

– И. В. Сталин «XIV съезд ВКП(б) 18–31 декабря 1925 г. Политический отчёт Центрального Комитета 18 декабря», Сочинения, т. 7, стр. 259–391.

– И. В. Сталин «XV съезд ВКП(б) 2–19 декабря 1927 г. Политический отчёт Центрального Комитета 3 декабря», Сочинения, т. 10, стр. 269–371.

– И. В. Сталин «Беседа с первой американской рабочей делегацией 9 сентября 1927 г.», Сочинения, т. 10, стр. 92–148.

– И. В. Сталин «Год великого перелома. К ХІІ годовщине Октября», Сочинения, т. 12, стр. 118–135.

– И. В. Сталин «Интервью И. В. Сталина газете «Правда» о речи Черчилля в Фултоне (14 марта 1946 года)».

– И. В. Сталин «К вопросам ленинизма», Сочинения, т. 8, стр. 13–90.

– И. В. Сталин «Об индустриализации и хлебной проблеме. Речь 9 июля 1928 г. на Пленуме ЦК ВКП(б) 4–12 июля 1928 г.», Сочинения, т. 11, стр. 157–187.

– И. В. Сталин «Об основах ленинизма. Лекции, читанные в Свердловском университете», Сочинения, т. 6, стр. 69–188.

– И. В. Сталин «Объединённый Пленум ЦК и ЦКК ВКП(б) 7–12 января 1933 г. Итоги первой пятилетки Доклад 7 января 1933 г.», Сочинения, т. 13, стр. 159–233.

– И. В. Сталин «Обращение к народу 2 сентября 1945 года», Сочинения, т. 15, Рабочий университет, Москва, 1997, стр. 240–242.

– И. Сталин «О Великой Отечественной войне Советского Союза», издание пятое, ОГИЗ, Госполитиздат, Москва, 1947.

– И. В. Сталин «О возможности построения социализма в нашей стране. Ответ тов. Покоеву», Сочинения, т. 8, стр. 95–98.

– И. В. Сталин «О программе Коминтерна. Речь 5 июля 1928 г. на Пленуме ЦК ВКП(б) 4–12 июля 1928 г.», Сочинения, т. 11, стр. 141–156.

– И. В. Сталин «О проекте Конституции Союза ССР». Доклад на Чрезвычайном VIII Всесоюзном съезде Советов 25 ноября 1936 г. «Вопросы ленинизма», издание одиннадцатое, ОГИЗ, Госполитиздат, 1945 г., стр. 507–534.

– И. В. Сталин «Отчётный доклад XVII съезду партии о работе ЦК ВКП(б) 26 января 1934 г.», Сочинения, т. 13, стр. 282–379.

– И. В. Сталин «Отчётный доклад на XVIII съезде партии о работе ЦК ВКП(б) 10 марта 1939 г.», «Вопросы ленинизма», издание одиннадцатое, ОГИЗ, Госполитиздат, 1945 г., стр. 564–611.

– И. В. Сталин «Политический отчёт Центрального Комитета XVI съезду ВКП(б) 27 июня 1930 г.», Сочинения, т. 12, стр. 235–373.

– И. Сталин «Приказ Народного комиссара обороны СССР 28 июля 1942 г. № 227 город Москва», Сочинения, т. 15, Рабочий университет, Москва, 1997, стр. 110–114.

– И. Сталин «Речи на предвыборных собраниях избирателей Сталинского избирательного округа г. Москвы 11 декабря 1937 г. и 9 февраля 1946 г.», ОГИЗ, Госполитиздат, 1947.

– И. Сталин «Речь в Кремлёвском дворце, на выпуске академиков Красной армии» 4 мая 1935 г. «Вопросы ленинизма», издание одиннадцатое, ОГИЗ, Госполитиздат, 1945 г., стр. 487–492.

– И. Сталин «Речь на первом Всесоюзном совещании стахановцев» 17 ноября 1935 г., «Вопросы ленинизма», издание одиннадцатое, ОГИЗ, Госполитиздат, 1945 г., стр. 493–506.

– И. В. Сталин «Экономические проблемы социализма в СССР», Соч., т. 16, стр. 154–223, Рабочий университет, «Издательство писатель», Москва, 1997 г.

– И. В. Сталин «Ответ товарищу Ноткину, Александру Ильичу», Соч., т. 16, стр. 188–195, Рабочий университет, «Издательство писатель», Москва, 1997 г.

– И. В. Сталин «Об ошибках товарища Ярошенко Л. Д.», Соч., т. 16, стр. 196–215, Рабочий университет, «Издательство писатель», Москва, 1997 г.

– И. В. Сталин «Ответ товарищам Саниной А. В. и Венжеру В. Г.», Соч., т. 16, стр. 216–223, Рабочий университет, «Издательство писатель», Москва, 1997 г.

– «Иосиф Виссарионович Сталин. Краткая биография», Госполитиздат, Москва-1949

– «История Всесоюзной Коммунистической партии (большевиков). Краткий курс», ОГИЗ, Госполитиздат, 1945 г.

– Георгий Димитров «Наступление фашизма и задачи Коммунистического Интернационала в борьбе за единство рабочего класса против фашизма», Доклад на VII Всемирном конгрессе Коммунистического Интернационала 2 августа 1935 г.

– Энвер Ходжа «Хрущёвцы. Воспоминания», часть I в 2-х частях, Издательство «8Нентори», Тирана, 1984 г.


– «История Второй мировой войны 1939–1945» в двенадцати томах, т. 1, Воениздат Министерства Обороны СССР, Москва – 1973.

– «История Второй мировой войны 1939–1945» в двенадцати томах, т. 2, Воениздат Министерства Обороны СССР, Москва – 1974.

– «История Второй мировой войны 1939–1945» в двенадцати томах, т. 3, Воениздат Министерства Обороны СССР, Москва – 1974.

– «История Второй мировой войны 1939–1945» в двенадцати томах, т. 4, Воениздат Министерства Обороны СССР, Москва – 1975.

– «История Второй мировой войны 1939–1945» в двенадцати томах, т. 5, Воениздат Министерства Обороны СССР, Москва – 1975.

– «История Второй мировой войны 1939–1945» в двенадцати томах, т. 6, Воениздат Министерства Обороны СССР, Москва – 1976.

– «История Второй мировой войны 1939–1945» в двенадцати томах, т. 7, Воениздат Министерства Обороны СССР, Москва – 1976.

– «История Второй мировой войны 1939–1945» в двенадцати томах, т. 8, Воениздат Министерства Обороны СССР, Москва – 1977.

– «История Второй мировой войны 1939–1945» в двенадцати томах, т. 9, Воениздат Министерства Обороны СССР, Москва – 1978.

– «История Второй мировой войны 1939–1945» в двенадцати томах, т. 10, Воениздат Министерства Обороны СССР, Москва – 1979.

– «История Второй мировой войны 1939–1945» в двенадцати томах, т. 11, Воениздат Министерства Обороны СССР, Москва – 1980.

– «История Второй мировой войны 1939–1945» в двенадцати томах, т. 12, Воениздат Министерства Обороны СССР, Москва – 1982.

– «История СССР. Эпоха социализма (1917–1957 гг.)», Госполитиздат, Москва, 1958.

– «Переписка Председателя Совета Министров СССР с Президентами США и Премьер-Министрами Великобритании во время Великой Отечественной войны 1941–1945 гг., том первый, переписка с У. Черчиллем и К. Эттли (июль 1941 г. – ноябрь 1945 г.)», Госполитиздат, Москва, 1958.

– «Переписка Председателя Совета Министров СССР с Президентами США и Премьер-Министрами Великобритании во время Великой Отечественной войны 1941–1945 гг., том второй, переписка с Ф. Рузвельтом и Г. Трумэном (август 1941 г. – декабрь 1945 г.)», Госполитиздат, Москва, 1958.


– «О созыве очередного ХХ съезда КПСС», Постановление Пленума ЦК КПСС, 4–12 июля 1955 г., «КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК (1898–1986)», издание девятое, т. 8, 1946–1955, Москва, Политиздат, 1985 г., стр. 530.

– «Двадцатый съезд КПСС, Москва, 14–25 февраля 1956 г. Резолюции и постановления съезда. По отчётному докладу Центрального Комитета КПСС», «КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК (1898–1986)», издание девятое, т. 9, 1956–1960, Москва, Политиздат, 1986 г., стр. 7–26.

– Никита Хрущёв «О культе личности и его последствиях», доклад на ХХ съезде КПСС 25 февраля 1956 г., И. В. Сталин, Соч., т. 16, стр. 381–440, «Издательство писатель», Москва, 1997 г.

– «О культе личности и его последствиях», доклад Первого секретаря ЦК КПСС тов. Хрущёва Н. С. ХХ съезду КПСС 25 февраля 1956 г., Известия ЦК КПСС № 3,1989, стр. 128–170.

– «Внеочередной двадцать первый съезд КПСС, Москва, 27 января – 5 февраля 1959 г. Резолюции и постановления съезда. По докладу т. Хрущёва Н. С. «О контрольных цифрах развития народного хозяйства СССР на 1959–1965 годы»», «КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК (1898–1986)», издание девятое, т. 9, 1956–1960, Москва, Политиздат, 1986 г., стр. 296–412.

– «Двадцать второй съезд КПСС, Москва, 17–31 октября 1961 г. Резолюции и постановления съезда. По отчёту Центрального Комитета КПСС… Программа Коммунистической партии Советского Союза… О Мавзолее Владимира Ильича Ленина», «КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК (1898–1986)», издание девятое, т. 10, 1961–1965, Москва, Политиздат, 1986 г., стр. 59–204.


– «Великие стройки коммунизма», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title =Великие_стройки_коммунизма&oldid=87844735

– «Сталинский план преобразования природы», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title =Сталинский_план_преобразования_природы&oldid=93213818

– В Совете Министров СССР «О переводе курса рубля на золотую базу и о повышении курса рубля в отношении иностранных валют», Источник: Известия Советов Депутатов Трудящихся СССР от 1 марта 1950 г., № 51 (10200) http://do.gendocs.ru/docs/index-183548.html?page=3

– «Дело Берия», Пленум ЦК КПСС,2–7 июля 1953 г., Стенографический отчёт (начало), «Известия ЦК КПСС», № 1(312), январь 1991 г., стр. 139–214.

– «Дело Берия», Пленум ЦК КПСС, 2–7 июля 1953 г., Стенографический отчёт (окончание), «Известия ЦК КПСС», № 2(313), февраль 1991 г., стр. 141–208.

– «О дальнейшем развитии колхозного строя и реорганизации машинно-тракторных станций», Постановление Пленума ЦК КПСС 25–26 февраля 1958 г., «КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК (1898–1986)», издание девятое, т. 9, 1956–1960, Москва, Политиздат, 1986 г., стр. 229–235.

– «О дне памяти В. И. Ленина», Постановлении ЦК КПСС от 4 января 1955 г., «КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК (1898–1986)», издание девятое, т. 8, 1946–1955, Москва, Политиздат, 1985 г., стр. 453–454.

– «О плане полезащитных лесонасаждений, внедрения травопольных севооборотов, строительства прудов и водоемов для обеспечения высоких и устойчивых урожаев в степных и лесостепных районах европейской части СССР», Постановление Совмина СССР, ЦК ВКП(б) от 20.10.1948 № 3960.

– «О проведении денежной реформы и отмене карточек на продовольственные и промышленные товары», Постановление Совета Министров СССР и ЦК ВКП(б) от 14 декабря 1947 г., «КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК (1898–1986)», издание девятое, т. 8, 1946–1955, Москва, Политиздат, 1985 г., стр. 157–164.

– «О развертывании кооперативной торговли в городах и поселках продовольствием и промышленными товарами и об увеличении производства продовольствия и товаров широкого потребления кооперативными предприятиями», Постановление Совета Министров СССР от 9 ноября 1946 г. N 2445, http://www.consultant.ru

– «О снижении отпускных и розничных цен», резолюция пленума ЦК ВКП(б) 7–12 февраля 1927 г., «КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК (1898–1986)», издание девятое, т. 4, 1926–1929, Москва, Политиздат, 1984 г., стр. 137–148.

– «О совершенствовании планирования и усилении экономического стимулирования промышленного производства», Постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР 4 октября 1965 г., «КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК (1898–1986)», издание девятое, т. 10, 1961–1965, Москва, Политиздат, 1986 г., стр. 455–482.

– «О созыве очередного ХХ съезда КПСС», Постановление Пленума ЦК КПСС 4–12 июля 1955 г., «КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК (1898–1986)», издание девятое, т. 8, 1946–1955, Москва, Политиздат, 1985 г., стр. 530.

– «О строительстве в Москве многоэтажных зданий», Постановление Совета Министров СССР от 13 января 1947 г., № 53, Исторический архив. 2004. № 1. с. 32–34. ГА РФ. Ф. 5446. Оп. 1. Д. 290. Л. 68–71.

– «О торговле потребительской кооперации сельскохозяйственными продуктами в городах и рабочих поселках после отмены карточной системы снабжения», Постановление Совета Министров СССР от 16 декабря 1947 г. N 4029, http://www.consultant.ru

– «Об антипартийной группе Маленкова Г. М., Кагановича Л. М., Молотова В. М.», Постановление Пленума ЦК КПСС 22–29 июня 1957 г., «КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК (1898–1986)», издание девятое, т. 9, 1956–1960, Москва, Политиздат, 1986 г., стр. 184–189.

– «Об отмене обязательных поставок и натуроплаты за работы МТС, о новом порядке, ценах и условиях заготовок сельскохозяйственных продуктов», Постановление Пленума ЦК КПСС 17–18 июня 1958 г., «КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК (1898–1986)», издание девятое, т. 9, 1956–1960, Москва, Политиздат, 1986 г., стр. 243–250.


– Н. Абышев «ОГАС. Опередившая время», 23 февраля 2015 г., http://vestnikburi.com/

– Светлана Анисимова «Третья промышленная революция: понятие, автор концепции, основы и результаты», 29 сентября 2018 г., http://fb.ru/article/426650/ tretya-promyishlennaya-revolyutsiya-ponyatie-avtor-kontseptsii-osnovyi-i-rezultatyi

– Н. О. Архангельская «Производственные отношения в СССР в 1960–1980 гг.» "Марксизм и современность", № 1–2, 2008 г., г. Киев, стр. 11–18.

– М. Антонов «Реформа Либермана-Косыгина – «Революция обывателей»», https://maxim-mil.livejournal.com%2F43205.html,4th-Oct-2009

– Константин Белый «Джон Рокфеллер: биография, история успеха», 07.02.2015, http://fingeniy.com

– Валерий Бовал «Печальные итоги Иракской войны», 17 ноября 2011, https://topwar.ru/

– Варламов «Сланцевая революция», 20 января 2015, https://www.livejournal.com/ http://t-do.ru/varlamov_news

– А. А. Вассерман, Н. Н. Латыпов «Деиндустриализация Запада или тактическое самоубийство стратегических возможностей», 16 декабря 2014, http://politinform.su/index.php

– Ю. В. Гирченко «Потери войск НАТО (коалиции) в Афганистане 2001–2013», 8.06.2013, По материалам сайта ARTof WAR.

– Адольф Гитлер «Моя борьба. Main Kampf», «Свитовид», г. Харьков, 2003.

– С. Ю. Глазьев «Мировой экономический кризис как процесс замещения доминирующих технологических укладов», http://spkurdyumov.ru/

– С. Ю. Глазьев «Россия станет частью ядра глобального развития «по-азиатски», 23 ноября 2018 г., https://eadaily.com/ru/news/2018/11/23/sergey-glazev-rossiya-stanet-chastyu-yadra-globalnogo-razvitiya-po-aziatski

– Г. В. Дорофеев «Хрущёв: интриги, предательство, власть», https://www.wikireading.ru/

– К. Дымов «Капитализм – система без будущего», Киев-2010.

– Олег Дьяченко, Евгений Зарубежнов «Мировые тренды реиндустриализации», 22 января 2016 http://www.sensusnovus.ru/

– А. Н. Захаров «Операция «Лис пустыни»: развитие стратегии и оперативного искусства», «Военная мысль» № 5/1999

– Игорь Захаров «Что с нами произошло – курс США и Европы – реиндустриализация?», admin 07.07.2013 статьи из газеты № 23 (2013), http://newspb.su/

– Ольга Иванова «Новый курс Рузвельта», https://www.syl.ru/article/93141 /novyiy-kurs-ruzvelta

– Л. Ивашов «Новый Договор СНВ-3 погубит Россию», интервью корреспонденту «Свободной прессы» 27.03.2010 г.

– Л. Ивашов «Договор подписан. Что дальше?», «Советская Россия», 10.04.2010 г.

– Л. Ивашов «СНВ-3: победа, поражение или ничья?», «Военно-промышленный курьер» № 15 (21–27.04.10).

– Е. Каблов «Шестой технологический уклад», «Наука и жизнь», № 4,2010 http://www.nkj.ru/archive/724/17704/

– Алексей Канарейкин «Сталинская экономика позволила Союзу сохранть независимость даже в условиях жуткой послевоенной разрухи», запись из ленты пользователя в facebook.

– А. А. Карцхия «Цифровая революция: новые технологии и новая реальность», Правовая информатика № 1–2017

– В. Ю. Катасонов «Империализм как высшая стадия капитализма. Метаморфозы столетия (1916–2016)», «Кислород», 2016.

– В. Ю. Катасонов «Хозяева денег. Столетняя история ФРС», Алгоритм, Москва, 2014.

– В. Ю. Катасонов «Экономика Сталина», Издательский дом «Кислород», Москва, 2016.

– Джордж Кеннан – «Длинная телеграмма», 22 февраля1946 г., http://www.coldwar.ru/bases/telegramm.php

– Григорий Коган «Золотой антидепрессант», 7 июня 2015, https://lenta.ru/

– В. С. Колтунов «Стратегические ядерные силы США и России – состав, ядерные доктрины и программы развития», лекция в МФТИ 1.10. 2003 г.

– Алексей Комиссаров «Четвёртая промышленная революция», 13 октября 2015 23:36, https://www.vedomosti.ru/

– Владимир Кондратьев «Возвращение производства, или новая индустриализация Запада», 20.12.2016 г., http://www.perspektivy.info/bitrix_personal/templates/perspektivy-print/img/head333.jpg/

– Маргарита Максимова «Пятилетки в СССР: таблица, годы, великие стройки», 17 мая 2016, http://fb.ru/article/247439/pyatiletki-v-r-tablitsa-godyi-velikie-stroyki-sotsialisticheskaya-industrializatsiya

– В. Н. Михайлов «Ядерное оружие и национальная безопасность», Институт стратегической стабильности Минатома, Москва, 2008 г.

– В. Н. Михайлов «Ядерное оружие, разоружение, нераспространение и национальная безопасность», Институт стратегической стабильности Минатома и Аналитический центр по проблемам нераспространения при Российском Федеральном Ядерном Центре – ВНИИЭФ, 2001 г.

– Максим Новичков «Николай Кондратьев, советский экономист: биография, вклад в экономику», 24 января 2017, http://fb.ru/

– В. Б. Павленко ««Большая игра» Ротшильдов и Рокфеллеров – на свету и в тени», http://akademiagp.ru/v-b-pavlenko-bolshaya-igra-rotshildov-i-rokfellerov-na-svetu-i-v-teni/

– Евгения Павлова «10 историй о деньгах и династии Рокфеллеров», 29.01.2014, https://rg.ru/

– Софья Пекарихина «Сланцевая революция»: до воплощения далеко», https://www.rbc.ru/economics/06/06/2012/5703f8a29a7947ac81a68ba2

– А. А. Плащинский «План Маршалла во внешней политике США», «Белорусский журнал международного права и международных отношений», № 1, 2001 г.

– С. А. Побываев, С. А. Толкачёв «Реиндустриализация в США и ЕС», «Мир новой экономики», № 2, 2015 г., http://elib.fa.ru/art2015/bv2750.pdf/

– Евгений Пожидаев «Реиндустриализируются США – возвращение гиганта», Москва, 21 февраля 2013, https://regnum.ru/news/1628364.html

– Николай Проценко «Наступление на самозанятых не решит проблему «смерти труда» – эксперты», 9 ноября 2018 г., https://eadaily.com/ru/news/ 2018/11/09/nastuplenie-na-samozanyatyh-ne-reshit-problemu-smerti-truda-eksperty

– Борис Рожин «Ливия при Каддафи», 7.02.2013 в 16:26, https://plainnews.ru/

– А. Т. Рыбин «Рядом со Сталиным. Записки телохранителя», Издательство «Ветеран», 1992.

– Андрей Самарский «О концепции технологических укладов и о некоторых перспективах капитализма», 2009–03–18, http://propaganda-journal.net/773.html

– В. Седых «Повернул истории бег», издание пятое, дополненное, г. Киев, 2008 г.

– Борис Соловьёв, Владимир Суходеев «Секретный доклад Н. С. Хрущёва», И. В. Сталин, Соч., т. 16, стр. 441–457, «Издательство писатель», Москва, 1997 г.

– Орест Субтельный «Украина. История», Киев, Лыбидь, 1992.

– В. В. Суходеев «Иосиф Виссарионович СТАЛИН. Энциклопедия», Москва, Алгоритм, 2007.

– Константин Фрумкин «Происходит ли в России Четвёртая промышленная революция?», Апрель 13, 2017, 17:05, https://www.if24.ru/

– Андрей Фурсов «Клан Рокфеллеров и другие паразиты», 11 апреля 2017 г., Русское Агентство Новостей.

– Т. Хабарова «Социалистическая экономика как система (Сталинская модель)», Выступление на молодёжном семинаре по национальной безопасности при Госдуме ФС РФ Москва, 21 мая 1997 г.

– А. Хазбиев «Стратегические ядерные силы США и России (сравнительная характеристика)», «Эксперт»№ 2(688), 18.01.2010

– А. Храмчихин, М. Ремизов, А. Ващенко, С.Белковский «Опасность ядерного разоружения. Перспективы создания новых российских ядерных сил», Доклад Института национальной стратегии, Москва, 2009, http://www.apn.ru/publications/article21494.htm

– Игорь Цесельский «США и ЕС. Реиндустриализация», 26 июля 2014 в 07:02, https://professionali.ru/

– Александр Чайковский «Итог войны США в Ираке», 17.01.2012.

– Виктор Чибрикин «Если доллар рухнет, он погребёт под собой весь мир», журнал «Огонёк», № 05 от 01.02.99.

– Д. Чистов «Сталин. Жизнь для людей», Ижевск, 2012.

– Д. Чистов «Сталин. Спрятанная правда», Ижевск, 2009.

– Д. Чистов «Сталинское снижение цен», Ижевск, 2013.

– Ф. И. Чуев «Сто сорок бесед с Молотовым», Москва, 1991 г.

– Клаус Шваб «Четвёртая промышленная революция», «Эксмо», 2016.

– Ф. Уильям Энгдаль «Жуткое наследие мирового злодея Дэвида Рокфеллера», 1 апреля 2017 г., Русское Агентство Новостей.


– «Америка возвращается на круги своя», среда, 12 апреля 2017 г., http://bigsmi.com/

– «Английская буржуазная революция 17 века», Энциклопедический словарь, т. 1, Госнаучиздат «Большая Советская Энциклопедия», Москва, 1953, стр. 71.

– «Английская революция», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Английская_революция&oldid=96841943

– «Антикоминтерновский пакт», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Антикоминтерновский_пакт&oldid=95564468/

– «Банк», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Банк&oldid=95439513/

– «Банк международных расчётов», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Банк_международных_расчётов&oldid=93734851/

– «Банк международных расчётов (БМР)», http://www.globfin.ru/

– «Банковская группа Интер-альфа. Цель – наши ресурсы», http://en.wikipedia.org/wiki/Inter-Alpha_Group_of_Banks

– «Бреттон-Вудская система», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Бреттон-Вудская_система&oldid=80701048

– «Валютный Никсон-шок-1971 – отказ США от Золотого стандарта доллара США», http://24caratgoldstandard.netnotebook.net/

– «Вашингтонский консенсус», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title =Вашингтонский_консенсус&oldid=80692335

– «Версальский договор», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Версальский_доогвор&oldid=95118978/

– «Версальско-Вашингтонская система международных отношений», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Версальско-Вашингтонская_система_международных_отношений&oldid=95332808/

– «Война в Афганистане (2001–2014)», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Война_в_Афганистане_(2001–2014)&oldid=95603431/

– «Война в Афганистане (с 2015)», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Война_в_Афганистане_(с_2015)&oldid=95231023/

– «Вторая промышленная революция», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Вторая_промышленная_революция&oldid=95433233/

– «Вторая пятилетка», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Вторая_пятилетка&oldid=90264798/

– «Вторжение США и их союзников в Ирак» (2003), https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Вторжение_США_и_их_союзников_в_Ирак_(2003)&oldid=97309543/

– «Вуд Эдуард, 1-й граф Галифакс», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Вуд, _Эдуард, _1-й_граф_Галифакс&oldid=92317134/

– «Вьетнам», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Вьетнам&oldid=95319881/

– «Госдолг стран мира 2017», http://investorschool.ru/

– «Государственный долг США», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Государственный_долг_США&oldid=97143937/

– «Дедушка перестройки – Евсей Григорьевич Либерман», 12.02.2016, https://nstarikov.ru/

– «Деиндустриализация Америки», Экономика и финансы – 18.10.2010 http://mixednews.ru/

– «Деиндустриализация Америки», 15–08–2014, 11:35: Редакция ОКО ПЛАНЕТЫ, https://oko-planet.su/

– «Деиндустриализация США, дряхлеющий людоед в цифрах и фактах», 28 августа 2015, 10:33.

– «Денежная система», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title =Денежная_система&oldid=66790627

– «Доллар Джона Кеннеди», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Доллар_Джона_Кеннеди&oldid=94571330/

– «Западная Европа: Деиндустриальная революция», https://lenta.ru/articles/2011/11/18/industrydeath/

– «Зверев – «сталинский» нарком финансов», http://inance.ru/2016/01/zverev-narkom/

– «Золотой динар Каддафи», 5 мая 2011, http://gold.ru/news/zolotoj-dinar-kaddafi.html

– «Золотой динар – кошмарный сон западных экономистов», 11.01.2012, https://newsland.com/

– «Золотой стандарт», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title =Золотой_стандарт&oldid=80966174

– «Золотой фиксинг», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title =Золотой_фиксинг&oldid=76259960

– «Индустриализация и деиндустриализация на Западе после войны», https://lib.sale/

– «Информационная революция», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Информационная_революция&oldid=97017350/

– «Информационная революция», http://www.wikiznanie.ru/wikipedia/index.php/

– «Инцидент в Тонкинском заливе», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Инцидент_в_Тонкинском_заливе&oldid=92904268/

– «История создания радио», опубликовано апр 10, 2014 автором smile, http://hron.com.ua/

– «Каково состояние Рокфеллеров на сегодня?», 13 января 2017 г., http://fb.ru/article/288092/kakovo-sostoyanie-rokfellerov-na-segodnya

– «Как Ротшильды и Рокфеллеры заполучили ФРС», «D`» № 22 (85)/23 ноября 2009 Автор: Алина Любимская, автор «D`» http://kolohost.ru/?p=5387

– «Компьютерная революция», CC BY-SA 3.0 https://wikiredia.ru/

– «Кондратьев Николай Дмитриевич», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Кондратьев, _Николай_Дмитриевич&oldid=95437365/

– «Корейская война», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Корейская_война&oldid=94510155/

– «Кто доллар родил, тот его и убьёт. Банк Барухов переходит на взаимозачёты», 10–12–2013., https://oko-planet.su/

– «Ливия», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Ливия&oldid=98027430/

– «Линкольн Авраам», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Линкольн, _Авраам&oldid=95561635/

– «Линия Зигфрида», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title =Линия_Зигфрида&oldid=94397167

– «Мао Цзедун», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Мао_Цзэдун&oldid=95356264/

– «Маршалла план», https://www.hronos.ru/

– «Миллиардер Дэвид Рокфеллер скончался в возрасте 101 года», 20.03.2017 18:00, https://rg.ru/

– «Министр финансов СССР Зверев о деньгах, золоте и долларе. Не Сталины они и не де Голли…», 1 ноября 2012 г., Vladimir_ipolk, http://ipolk.ru/

– «Миром правят 147 банкиров и олигархов», 06.09.2016, «Комсомольская правда»

– «Начало Холодной войны. Доктрина Трумэна. План Маршалла», https://www.coldwar.ru/bases php/

– «Никсоновский шок», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Никсоновский_шок&oldid=95868527/

– «Новый курс Рузвельта», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Новый_курс_Рузвельта&oldid=97747225/

– «Общегосударственная автоматизированная система учёта и обработки информации», 10 июня 2018 г., https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Общегосударственная_автоматизированная_система_учёта_и_обработки_информации&oldid=93225766/

– «Объединённый Исламский Фронт Спасения Афганистана», https://dic.academic.ru/ (UIF, Jabha-yi Muttahid-i Islami-yi Milli bara-yi Nijat i Afghanistan)

– «ОГАС академика Глушкова», http://www.ogas.kiev.ua/

– «Операция «Лиса пустыни»», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Операция_ «Лиса_псутыни»&oldid=96014184/

– «Операция «Решительная поддержка»», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Операция_ «Решительная_поддержка»&oldid=95693361/

– «Парижская мирная конференция», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Парижская_мирная_конференция&oldid=94593797/

– «Первая пятилетка», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Первая_пятилетка&oldid=90264339

– «Песо», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Песо&oldid=79141625

– «План Дауэса», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=План_Дауэса&oldid=89731020/

– «План Юнга», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=План_Юнаг&oldid=90627021/

– «Предвестник разрушения СССР – реформа Косыгина – Либермана 1965 г.», http://www.uznaipravdu.info/?sid=e32b11eb39d801e9d1cb92853c038898/

– «Промышленная революция», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title =Промышленная_революция&oldid=81640400

– «Реальные правители мира. Клан Барух – КОРОЛИ евреев», http://www.personal-plus.net/, № 46(197), 17–23 ноября 2006 г., http://vremya4e.com/

– «Ротшильды», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Ротшильды&oldid=80301464

– «Ротшильды и Рокфеллеры – отдыхают! Семья № 1 в мировой табели о рангах – Барухи», Feb. 27th, 2016 at 10:26 PM, http://www.livejornal.com/

– «Серебряный стандарт», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title =Серебряный_стандарт&oldid=77692478

– «Сланцевая революция», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Сланцевая_революция&oldid=96023276/

– «Совместная операция ВМС и ВВС США и Великобритании против Ирака «Дезерт Фокс» («Лиса в пустыне»), https://web.archive.org/web/20071016202912/http://old.vko.ru/

– «Современные Соединённые Штаты Америки. Энциклопедический справочник», Москва, Политиздат, 1988

– «Состояние советской экономики после войны», http://istoriarusi.ru/index.html

– «Сталинский золотой рубль», Группа ВК «Зеркало истории», mikhaelkatz в Сталинский золотой рубль, 29 февраля 2016 г.

– «Стальной пакт», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Стальной_пакт&oldid=95564284/

– «Сунь Ятсен», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Сунь_Ятсен&oldid=95300190/

– «США. История. Послевоенный период», Энциклопедия Кольера-Открытое общество, 2000, https://dic.academic.ru/

– «Технологическая революция (вторая промышленная)», http://wikiwhat.ru/

– «Технологический уклад», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Технологический_уклад&oldid=97688226/

– «Третья промышленная революция», 23.04.2012, https://www.fxteam.ru/

– «Третья промышленная революция не за горами», 21.04.2012, http://www.obeschania.ru/organizations/the-economist-zhurnal/

– «Третья пятилетка», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Третья_пятилетка&oldid=90382952

– «Убийство Роберта Кеннеди», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Убийство_Роберта_Кеннеди&oldid=96719625/

– «Убитый за доллар. Кому была выгодна смерть Джона Кеннеди», статья из газеты: АиФ № 47 20.11.2013.

– «Фултонская речь Черчилля», http://www.coldwar.ru/churchill/fulton.php/

– «Фултонская речь Черчилля», https://dic.academic.ru/

– «Четвёртая индустриальная революция и кризис либерализма», 27 декабря 2016, https://lenta.ru/

– «Четвёртая промышленная революция», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Четвёртая_промышленная_революция&oldid=90894245/

– «Четвёртая пятилетка», Энциклопедия Коммунист. Ru, http://kommynist.ru/index.php?title=Четвёртая_пятилетка&oldid=56805/

– «Что такое Северный альянс», по материалам сайта NEWSru.com

– «Шесть технологических укладов (интересные факты)», https://general-skokov.livejournal.com/

– «Экономическая реформа 1965 года в СССР», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title =Экономическая_реформа_1965_года_в_СССР&oldid=93996558

– «Экс-глава охраны Каддафи рассказал о последних днях жизни полковника», 21.10.2011, по материалам РИА-НОВОСТИ, http://www.ria.ru/arab_ly/20111021/466047175.html/

– «Ямайская валютная система», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title =Ямайская_валютная_система&oldid=76497265

– Novik1988 «Война НАТО в Афганистане (2001–2014): причины, итоги и последствия», 2 мая 2016, http://fb.ru/article/245024/voyna-nato-v-afganistane-prichinyi-itogi-i-posledstviya

– «Pax-Americana», https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Pax_Americana&oldid=92852826/