Ганс Христиан Андерсен
Из окна богадельни

Против зелёного вала, огибающего весь город[1], находится большое красное здание; в окнах его виднеются цветочные горшки с бальзаминами и мускусом. Обстановка в доме самая неказистая, бедная, да и бедные люди живут тут. Это женская богадельня Вартоу.

Смотри, вот к окну подходит старая дева, обрывает у бальзамина засохшие листики и смотрит на зелёный вал, где резвятся ребятишки. О чём она думает? Прочесть её мысли – перед вами развернётся целая житейская драма.

Бедные малютки! Как они резвятся! Какие у них розовенькие щёчки, славные весёлые глазки, хоть нет ни чулок, ни башмаков! Они пляшут по зелёному валу на том самом месте, которое, по преданию, прежде всё обваливалось, так что образовывалась яма. В эту-то яму заманили игрушками и цветами невинное дитя и засыпали её, пока дитя забавлялось. С тех пор вал перестал обваливаться и покрылся чудесным дёрном. Ребятишки не знают об этом предании, а то они, пожалуй, услыхали бы плач ребёнка под землей, и роса на траве показалась бы им горючими слезами. Они не знают и истории про короля Дании[2], который, проезжая по валу ввиду подступившего неприятеля, клялся не покидать столицы и «умереть в своём гнезде». Тогда на вал сбежались все горожане – и мужчины, и женщины и принялись лить кипяток на головы врагов, одетых в белое и потому незаметно подкравшихся по снегу к самому валу.

Весело ребятишкам!

Резвись девочка! Скоро придёт время… счастливое время, настанет день конфирмации, и ты придёшь сюда рука об руку со сверстницами. На тебе белое платье; недёшево обошлось оно твоей матери, хоть и перешито из старого! На плечах у тебя красная шаль, которая спускается чуть не до полу, – зато видно, какая она большая… слишком даже большая. Ты в восторге от своего наряда, и сердечко твоё переполнено чувством благодарности к Творцу. А как хорошо тут, на валу!.. Годы идут за годами; немало приходится пережить и тяжёлых, мрачных дней, но молодость, берёт своё, и вот – у тебя уже есть жених. Ты и сама не знаешь, как это случилось! Вы встречаетесь, ходите раннею весною на вал и гуляете тут, прислушиваясь к праздничному звону колоколов. Ещё нет ни одной фиалки, но в Розенборгском саду одно дерево уже покрыто зелёными почками; перед ним вы останавливаетесь… Дерево каждый год покрывается свежею листвой; не то с сердцем человеческим: его заволакивают облака, куда больше и темнее тех, что покрывают северное небо. Бедное дитя! Брачным ложем твоего жениха становится гроб, и ты остаёшься старою девой!

Теперь ты смотришь из окна богадельни на игры детей и видишь, как повторяется твоя история!

Вот какая драма развёртывается перед умственным взором старой девы, которая смотрит на зелёный вал, где сияет солнышко, а краснощёкие ребятишки без чулок и башмаков резвятся и ликуют, как птички небесные.

Сноски

1

Прежде вал действительно шёл вокруг всего Копенгагена, теперь же его почти весь срыли; на месте прежнего вала разведены сады и бульвары. Примеч. перев.

Вернуться

2

Фредерик III. Примеч. перев.

Вернуться