Последний раз Борис приезжал в свой родной городок, через год после окончания школы, тогда все одноклассники смотрели на его небольшой, старый БМВ и газовый пистолет, как показатели большого успеха в городе. Впечатление, которое он произвел на одноклассников, было такое, что он дал себе слово приехать когда-нибудь еще. Прошло десять лет, и он опять решился ехать, а рассказать и показать было что, престижная работа в столице, новая машина. Борис ехал за рулем нового Лексуса, представляя, как его будут встречать, радостно улыбаясь себе в зеркало. В красном пиджаке, и золотых цепях, в палец толщиной, он, действительно, смотрелся впечатляюще. Он заехал к своим школьным друзьям, и произвел такой эффект, на который даже не рассчитывал.

Его встречали во дворе многоэтажного дома с подносом, на котором стояли бутылка водки и легкая закуска, дети, со всего квартала, сбежались, и издалека любовались невиданным авто. Когда он прошел в квартиру своего одноклассника, где по поводу его приезда, уже организовали стол, и уселся в центре, куча «страждущих» выстроилась в линию, чтобы, подойти к нему, поздороваться лично, и рассказать о своих проблемах. Он внимательно слушал, и так решительно рубил воздух ребром ладони, что было понятно – все проблемы решатся на следующий день. В конце вечера осталось несколько самых близких и крепких друзей, и наступило время воспоминаний. Они сидели на небольшой кухне, вчетвером за маленьким столом, им никто не мешал, водки было достаточно, разговор пошел о женщинах. Борис повернулся к Олегу:

– Ну как вы тут живете, половой жизнью?

Тот усмехнулся:

– Мы все имеем понемногу, кого-нибудь и как-нибудь.

Костя засмеялся:

– Был недавно на почте, никак они ремонт не сделают, так про тебя, надпись, и осталась.

На ободранной стене старого телефонного узла, небольшого провинциального города, посетители записывали разные, интересующие их подробности – номера телефонов, имена, даже зачем-то краткие описания людей. Олег, с улыбкой, процитировал:

«Высокий брюнет с длинными ногами, …и не только!»

Глаза Бориса просияли. Руслан вспомнил:

– А помните Инну?

Инна с детства собирала колокольчики. Коллекция путешествовала с ней, и когда она выросла, переезжая с одной квартиры на другую. Каких только не было в ее коллекции: глиняные и железные, большие и маленькие. Колокольчики были везде – на подоконниках, на холодильнике, на шкафах и в шкафах. Их было столько, что одно протирание пыли, на них, занимало полдня. Но вершиной ее коллекции был огромный колокол, величиной с трехлитровую банку, снятый с какой-то коровы, мирно пасущейся на альпийских лугах. Так как он мешал всем и везде, то в конце концов, оказался привязанным к кровати. Когда Руслан оставался ночевать у Инны, в самые пикантные минуты, этот колокол начинал торжественно звонить.

Все слышали эту историю, поэтому радостно закивали.

Костя вынул новую бутылку из холодильника и разлил водку в небольшие рюмки, которые тут же запотели. Они выпили, в груди приятно защемило. Костя подцепил вилкой крупно порезанный огурец:

– Встретил я как-то Вику…

Она шла навстречу, улыбаясь во весь свой рот. На левой руке Вики сидело какое-то существо, оно дрожало всем телом, периодически вытягивая шею и пытаясь понюхать проходящих мимо людей, затем звонко лаяло во все стороны. Большие прозрачные уши торчали как антенны, на боку существа была видна огромная наколка, подтверждающая его происхождение. Было видно, что Вике льстит внимание прохожих.

Вика долго хвасталась своим новым приобретением, все время пытаясь перевернуть существо и продемонстрировать татуировку, существо скалило зубы и рычало. В конце концов, эта борьба всем надоела, существо оставили в покое, и оно радостно зевнуло. Когда он смотрел на эту крысу, только при ближайшем рассмотрении издалека напоминавшее собаку, то никогда бы не подумал, что может попасть в такую ситуацию, когда я вечером зашел к Вике домой, существо, внимательно оценив ситуацию, несколько раз понюхало мои ботинки и наверно, вспомнив меня, начало лаять. Лаяло, как заведенное, и никак не хотело успокоиться. Сначала было забавно, потом мы думали, что оно устанет, потом, когда соседи начали стучать в стену, пытались как-то это заткнуть, словив, и взяв на руки – существо вырывалось и кусалось. Отнесли это в ванную, лай стал более насыщенным, с каким-то металлическим звоном. Мы закрылись в спальне, но лай был слышен и там, существо пыталось еще и подвывать, не переставая лаять. После часа безуспешной борьбы, я решил, что сейчас я уйду, Вика отдаст эту крысу родным, живущим в соседнем доме, и встреча состоится завтра.

Слушатели за столом, наклонились в напряжении:

– Ну, и как? Не томи.

Костя поставил пустую рюмку на стол и вытер ладонью сальные губы:

– Конечно, все так и получилось, самым замечательным образом.

Борис постарался перетянуть внимание на себя:

– Зашел я в гости к старым знакомым, на кухне, сидела, на табуретке и пила кофе, довольно колоритная особа. Платиновая блондинка с огромными, ярко накрашенными, красными губами – похожая на модель Плейбоя. Она поздоровалась, и оценивающе посмотрела на меня. Оказалось, что в тот день был какой-то праздник и гости подходили, чтобы отпраздновать это событие. Что это был за праздник мне выяснить так и не удалось. Лена, так звали девицу, за столом подсела к мне, и после нескольких рюмок, предложила выйти на балкон покурить. На балконе, даже не посмотрев на стоящих рядом людей, она громко сказала:

– Я хочу тебя здесь и сейчас,

Заниматься этим между банками и велосипедом, рядом с пьяными людьми, даже с такой роскошной дамой – было как-то неприлично. Никакие мои замечания, по поводу того, что здесь люди и мало места, Лена не принимала. Когда на наш диалог начали удивленно оборачиваться вновь прибывшие курильщики, я сумел как-то уговорить ее пойти домой. Провожать ее далеко не пришлось – она жила в соседнем подъезде. Когда мы зашли в подъезд, оказалось, что в этом доме нет квартир на первом этаже – с другой стороны был магазин. Она ловко присела на корточки и схватила меня за брюки …

Новые белые брюки никак не хотели отстирываться. След от ярко красной помады, в форме губ, остался и после второй стирки, и после третьей. После пятой – я сдался, брюки пришлось выкинуть.

Все громко засмеялись, Руслан подхватил тему:

– Мы, с Олегом, весной круто жили. Весь май все было замечательно. В обед встал, потом приходил Олежа, тот с трудом кивнул, шли в пивную, пить пиво, есть пельмени …играть, вечером идем через кухню в ресторан ( пивная и ресторан находились в одном доме, только с разных сторон ) в основной зал, садимся за дальний стол, и праздник продолжается уже с участием прекрасной половиной города , и так почти месяц .

Олег вставил, хихикнув:

– 1мая, день двадцать шестой.

Руслан продолжил:

– Потом, однажды, сижу я на лавке, жду этого оболтуса, – и показал рукой в сторону Олега, тот еще раз хихикнул и дернул рукой, которой упирался в стол, затем, дернулся всем телом, чтобы не упасть в большое полупустое блюдо, с какой-то мутной жидкостью на дне:

– Соседка, увидела меня на лавке, подошла и шепчет:

– А я к тебе иду, вот по какому делу. Ты парень свой, симпатичный и спортивный. Помнишь Наташку из соседнего дома, которая вышла замуж за олигарха?

Я говорю:

– Конечно.

История про красавицу Наташку, которая поехала в Москву, чем-то торговать, и вышла замуж, за бизнесмена, до сих пор не давала заснуть девицам этого города.

Соседка продолжает:

– У них с олигархом, нет детей, он болеет, нервный очень. Наташка в этот год приехала, не просто так, она хочет здесь «залететь». А то, этот псих может ее и бросить. Мы вчера пили с девочками и подбирали ей кого–нибудь, лучше тебя никого не придумали. Сделай доброе дело, если все получится, она тебе денег даст.

Я ей:

– Свои люди, помогу ей так. Когда идти?

Она:

– А сейчас и пойдем.

Наташка сидела накрашенная, в халате, за небольшим столом с фруктами и алкоголем.

Соседка, поздоровалась с ней, и громко, куда-то в сторону:

– Вот, привела, он тебе полку поможет прибить, – и быстро вышла из квартиры. Наташка мне и говорит:

– Привет, как живешь? Давно тебе не видела. Может выпьешь, пока я …полку найду, – А потом: – кого мы обманываем? Спасибо, что согласился. А то этот урод вообще озверел. Иди в душ, я пока налью.

Старались мы очень, на следующий день – еще раз, закрепить успех, послезавтра – еще, чтобы наверняка … После двух недель ежедневного секса, Наташка заявила, что в Москву она уже не хочет, остается здесь и будет жить со мной. Подруги еле уговорили ее уехать обратно. Больше она не приезжала. Чем закончилась эта история, я так и не узнал, Соседка потом сказала, что они больше с Наташкой не общаются.

К разговору опять подключился уже почти заснувший Костя:

– А помните, как Колян женился зимой? Вредная Марина так его «завела», что он был в полуобморочном состоянии. Пришел ко мне утром и просит слезно, отвези нас в ЗАГС, а моя машина стояла в грязи неделю, до росписи – час. Я хватаю ведро и тряпку, на мойку ехать уже поздно. Облил ее водой, грязь размазал, и она вся покрылась ледяной коркой, Колян в шоке, Марину «колотит».

В ЗАГСе Колян уронил кольцо, когда одевал Марине, оно катается по ЗАГСу делая большие круги, когда оно катится мимо него, Колян не меняясь в лице, делает резкий выпад в его сторону, пытаясь его остановить, но все время промахивается. Марина с ужасом смотрит на него. Наконец оно остановилось, Колян подобрал его, и сдувая пыль, торжественно, одевает на палец Марине. Затем их, с родителями и свидетелями, ведут в соседнее помещение сделать торжественное фотку. В помещении ремонт. Сфотались и пошли на выход. Все выходят – Коляна нет. Вдруг, матерясь он выходит в облаке пыли из соседней двери, типа заблудился.

Олег закатился смехом, и откинулся на стену, чуть не сбив цветок в горшке, стоящий рядом, на подоконнике. Когда смех прекратился, Руслан разлил остаток водки по рюмкам:

– А со мной было недавно, стою в магазине у закрытого киоска, жду пиво, подходит высокая блондинка, выше меня и говорит так, как будь-то мы давно знакомы. Оказывается, что в детстве мы жили в одном дворе и вместе ковырялись в песочнице. Она меня помнит, я ее нет, но после рассказанных ею нескольких ярких эпизодов, я начинаю смутно припоминать ее – маленькую девочку с огромным бантом, в красных сандалях. Она спрашивает:

– Что ты тут делаешь?

Я, так, с грустью:

– Пиво жду, разгружают. А ты здесь зачем?

Улыбается:

– Есть свободные деньги, решила потратить их на что-то серьезное. Хожу, смотрю, выбираю.

Я говорю:

– Я сегодня необычайно серьезен. Потрать их на меня.

Она смеется:

– Поехали в другой магазин, у меня тут машина.

Пока ехали, вспоминали детство, на душе стало легко и свободно – даже без пива.

Позже спросил о ней у знакомых, узнал, что она живет на курорте, где-то в Турции, то ли танцует, то ли в гостинице работает. Ну, думаю, что ж, Турция, так Турция, набираю ее номер. Она говорит, что заболела. Я не готов к этому, поэтому говорю:

– Ну ладно, болей дальше, – и хочу положить трубку. Она с трудом смеется:

– Что значит болей? А прийти проведать?

Я сразу представил ее в пижаме и носках, с красным, сопливым носом и градусником под рукой. Идти не очень хотелось, но я согласился. На следующий день, предупредив ее о визите, и купив по дороге килограмм апельсинов, пришел. В действительности, все оказалось намного хуже. Кроме нее, в квартире были ее родители, младший брат и бабушка. Все ждали моего прихода, чтобы сесть ужинать. Ужинали в большой, светлой гостиной за огромным деревянным столом. За едой вспоминали старый двор, общих знакомых и какие-то смешные моменты из прошлого. После ужина, всей семьей, смотрели телевизор и обсуждали последние новости. Я ушел от них очень поздно, и они долго не хотели меня отпускать. Когда я пришел, в следующий раз, мне выдали тапочки и показали место в шкафу, для верхней одежды. Весь вечер я играл в шахматы с ее отцом. Она наконец-то выздоровела, и я зашел к ней, чтобы пойти погулять. Она вышла в обуви на низком каблуке, чтобы сравняться с ним ростом, это меня окончательно насторожило. Я спрашиваю:

– Куда ты хочешь, пойти? – Лучше бы не спрашивал. Она говорит:

– Пойдем, – и ведет меня, за собой, в соседний подъезд. А там живет семья ее тети. Конструкция дома такая, что они живут в разных подъездах, но эти две семьи разделяла только стена, и если бы, она не была несущая, ее бы уже сломали. Остаток вечера я играл в шашки с ее дядей. Короче, все время, пока встречались, мы сидели дома с ее семьей, я играл в шахматы с ее отцом, в карты с бабушкой, монополию с племянниками и братом, и никогда вдвоем. Мое терпение лопнуло, когда ее мама выдала мне полотенце и халат, я уже намекаю ей так, вежливо:

– Пожалуйста, пойдем туда, где у тебя нет родственников.

А она расстроилась, вся такая серьезная:

– Мне очень жаль… ты не оценил. Больше не приходи.

Водка закончилась, настроение было никакое, и все с грустным видом разошлись по домам.

Утром, тревожно зазвонил телефон, Борис, с трудом, придерживая голову одной рукой, поднял трубку, кто-то смеялся на другом конце провода и вдруг спросил:

– Узнал?

Голова сильно болела от вчерашней пьянки, шутить не хотелось:

– Нет.

Трубка, после недолгой борьбы оказалась у Олега, он был более прямолинеен:

– Все бросай и приходи, тут уже много наших.

Борис усмехнулся:

– Кто там еще может быть?

– Ну…, будут все девчонки, – Жаба, Мандавошка да, даже Танька приехала …

Он решил, что надо идти – просто так не отстанут.

Красавица Танька была его тайной школьной любовью. Вроде бы и симпатия была взаимной, но как-то так получилось, что она уехала после восьмого класса в другой город и, по слухам, через некоторое время, вышла замуж за дядьку на двадцать лет старше себя. Ее муж, ранее высокий милицейский чин, а теперь широко известный в узких кругах бизнесмен, к счастью, не приехал.

В суматохе праздника и кучи перепившихся одноклассников, Таня сидела как королева, стараясь не смотреть на него, но ему хватило и ее короткого взгляда, чтобы понять, что провожать ее сегодня будет он.

Как гласит народная мудрость, существует три степени опьянения. Первая – один говорит, все слушают. Вторая – все разговаривают по парам. За столом неумолимо наступила третья – все говорили, никто не слушал. Одноклассники Денис и Надя , поженившиеся сразу после его возвращения из армии , считались идеальной парой, но сейчас, Денис так громко рассказывал о своих эротических подвигах, что сидящая рядом, жена смотрела на него с ужасом, даже не пытаясь его остановить. Он говорил, и смеялся, через слово:

– Была у меня недавно знакомая …шикарная дама… как говорится, хороша была везде, только шишка на …спине …

Рядом скромный отличник Гена пытался рассказать свою историю:

– Познакомился в интернете с девушкой. Долго с ней переписывались. Она мне так понравилась! И вот решил с ней встретиться. Оказалось, что это мужик, еще и лысый…

Вроде бы уже спящий за столом, Олег, среагировал мгновенно:

– Так и скажи, секс был не очень.

Полная Света, так пока и не вышедшая замуж, внимательно слушала секрет успеха у мужчин от пьяного «в хлам» Саши:

– Понимаешь в чем дело, фигура здесь не причем, главное душа. Вот, например, однажды ты похудеешь и поймёшь, что тебя никто никогда не любил, потому что ты глупая, а не толстая.

Олег успевал влезть и здесь:

– Свет, а Свет, у тебя машина есть?

Она отмахиваясь:

– Есть …

– Свет, дашь мне в выходной?

– Дам, если хочешь. А про машину, зачем спрашивал?

Кто-то закричал:

– Ты ей про одноглазую змею расскажи.

Света повернулась:

– Ой, расскажи, почему у нее был только один глаз …

Олег задохнулся смехом, и сполз под стол.

Боря закричал:

– Даю две тысячи долларов, если ты Светка родишь от Олега.

Света вскочила и потянула Олега за руку, из под стола:

– Давай, пока он согласен. Тебе же почти вообще ничего делать не надо…

Абсолютно трезвая Таня, весь вечер пившая только воду, поднялась со своего места, чтобы уйти, Борис, увидев это, тоже вышел в коридор:

– Я провожу.

– Конечно.

Они вышли на улицу, он спросил:

– Как живешь?

Она грустно произнесла:

– Нормально.

Подошли к ее подъезду, она, глядя ему прямо в глаза спросила:

– Что же ты молчишь?

Он пожал плечами:

– А что говорить, и так все понятно.

И тут ее понесло. Она кричала, что он никогда ее не замечал, что она готовилась к этой встрече десять долгих лет, и сверкала глазами, как будь –то ее ударило молнией, махала руками , как птица, и подпрыгивала на месте от крика , местами даже рычала. А он стоял и думал, что если сейчас уйдет, то еще успеет кого-то застать. Вдруг она заметила его отсутствующий взгляд, и закричала, что было сил:

– Ты меня никогда не слышал … ты… идиот, – и заламывая руки, убежала. Он вздохнул, и поплелся назад. Ничего важного, за время своего отсутствия, он не пропустил.

Когда все чуть успокоились, он выбрал десяток наиболее приближенных знакомых, и во главе колонны из нескольких машин, под оглушительный Offspring, поехал в лес на речку, продолжать пьянку, в честь себя любимого.

Отойдя от костра, Руслан искал продавщиц из магазина, молоденьких девиц, которых они захватили с собой.

Одноклассники, похоже, сошли с ума от счастья, несколько человек радостно визжа , бегали вокруг костра , несколько уже спали в неестественных позах, Олег, совершенно обнаженный, прыгал на крыше Лексуса, как на батуте, с диким хохотом, остальная часть массовки бегала вокруг машины, уговаривая его слезть. Пока его пытались снять, он успел шумно пробежаться по капоту и прыгнуть в толпу, как рок-музыкант, его словили, и унесли к реке.

Пользуясь тем, что на поляне никого нет, Руслан, с продавщицей, проскользнули на заднее сиденье Лексуса, после нескольких минут страсти, продавщица с такой силой на выдохе, с коротким вскриком, уперлась в водительское кресло, что оно хрустнуло, накренилось вперед, и заклинилось в таком положении. Отдышавшись, они побежали к реке купаться. Через минуту прибежал «рок-музыкант», почему-то оставшийся без присмотра, вытащил горящую палку из костра и задыхаясь от смеха, попытался поджечь колесо. Остаток ночи Борис тушил машину, о его успехах и заслугах в городе, уже никто не вспоминал, ситуация полностью вышла из-под контроля. Утром, Борис ехал злой, матерясь на все на свете, на помятой со всех сторон машине, с обожженными колесами, в салоне было много мусора, кожаный салон был прожжен в нескольких местах, он сидел в неестественной позе, из-за поломанного сиденья, мысленно обещая себе больше никогда сюда не приезжать.