Название книги:

Жена – не жена

Автор:
Мила Хард
Жена – не жена

ОтложитьЧитал

Шрифт:
-100%+

Глава 1

Я попала в беду.

Точнее мой братик попал в беду, а я понятия не имею, как ему помочь.

Жора, мой братик, с раннего детства увлекался машинами. Уже будучи пацаном, он сумел выменять у соседа, выпивохи, разобранный мопед, который самостоятельно и собрал в нашем покосившемся гараже.

Гараж достался от отца. А папа наш был тем человеком, который однажды вышел за хлебом и решил больше не возвращаться. Мать нас тянула одна.

В старшем классе брат за бесценок приобрёл у другого соседа раскуроченные «Жигули». Несколько месяцев с ними возился в свободное от уроков время. Чинил, подваривал, перетянул всю проводку, перекрасил. В общем, сделал из совершенно убитого куска железа новенький приличный автомобиль, который продал другому соседу за вполне приличную сумму.

Тогда-то братик и понял, чем будет заниматься.

Следующей машиной, которую он приобрёл под восстановление, стала иномарка. С этой машиной он возился чуть дольше, но сумма, за которую её потом продал, всё окупила.

А потом умерла наша мама. На пешеходном переходе её сбил какой-то мажор. А потом, из материалов дела, выяснилось, что она сама прыгнула ему под колёса. И все свидетели, вдруг, резко изменили показания. Нас, как наследников, даже попытались заставить выплатить ущерб! Но, то ли дело замяли, чтоб шумиху не поднимать, то ли у этих людей проснулись оставшиеся крупицы совести. В общем, о нас забыли.

Братик, к тому моменту уже окончил школу и был совершеннолетним. Учиться дальше он попросту не мог – надо было зарабатывать деньги. Что он и начал делать, покупая старые или битые автомобили и самостоятельно их восстанавливая.

Так мы и жили. Я училась. Вначале в школе, потом в институте, а мой братик работал. Не могу сказать, что денег было много, но хватало. Братик меня одевал, обувал, кормил. Мне оставалось лишь учиться, да заниматься домашними делами.

Так я закончила школу и поступила в университет. Братик говорил, что выучусь, найду хорошую работу и буду большим человеком! Он так красиво и вкусно об этом рассказывал, что я просто таяла от его слов. И училась, училась, училась…

Он по-прежнему занимался машинами. На него уже работало трое или четверо парней. Самостоятельно братик в машинах уже почти не ковырялся, только искал развалюхи, да продавал полностью готовые. В будущем, как мне однажды сказал, он рассчитывал и вовсе найти человека, который займётся даже поиском и продажей авто. Братик же мечтал открыть собственный салон…

Все мечты рухнули в одночасье. Однажды он отправился с друзьями в клуб, а там к его очередной девушке настойчиво начал подкатывать какой-то парень. Слово за слово и этот парень с моим братиком вышли поговорить. Братик парой слов и двумя ударами доходчиво объяснил, что к его девушке приставать не следует. Они, вроде бы, друг друга поняли и даже пожали руки.

Однако это лишь начало истории.

Следующим утром я приготовила братику завтрак, он быстро поел и, поцеловав меня на прощание в щёчку, спешно уехал смотреть очередную машину. Я планировала прибраться в квартире, а потом засесть за учёбу. Моим планам не суждено было сбыться.

Я лишь успела помыть посуду, когда в дверь позвонили.

– Кто там? – спросила я, одновременно прикладываясь к глазку.

На лестничной клетке стояли двое молодых мужчин, а позади две пожилые соседки. С пятого и с седьмого.

– Полиция, открывайте, – раздалось в ответ.

Не ожидая никакого подвоха, я отперла дверь.

– Что-то случи… – не успела я договорить, так как двое мужчин, уверенно меня отодвинув, прошли в квартиру. Разуваться или надеть бахилы, они даже не подумали.

– Капитан Саркисян, – представился один из вошедших, ткнув мне в лицо раскрытую красную корочку. – Отдел по борьбе с наркотиками.

Второй мужчина тоже продемонстрировал мне служебное удостоверение, но не произнёс ни слова.

– Понятые, проходите, – сказал Саркисян.

Две соседки прошли в квартиру. Я стояла и не могла вымолвить ни слова. Я вообще не понимала, что происходило.

– Где комната твоего брата? – посмотрел на меня капитан.

– Т-там – указала я.

– Понятые, прошу за мной, – сказал Саркисян.

Все четверо направились в комнату моего братика. В этот момент с меня спало оцепенение. Я закрыла дверь и поспешила за ними. Когда я вошла, полицейские уже открыли шкаф и скидывали на пол вещи братика. Так получилось, что я была дальше всех от места действия, однако я отчётливо видела, как Саркисян достал из кармана большой зип-пакет с коричневым порошком и попросту кинул его к дальней стенке одного из отделений.

– Эй! – воскликнула я. – Ты что делаешь!

– Не «ты», а «вы»! – строго посмотрел на меня капитан.

А уже в следующий миг он достал этот самый зип-пакет с коричневым порошком.

– Понятые, прошу засвидетельствовать нахождение пакета с героином в шкафу подозреваемого. Прошу отметить особо крупный размер найденного вещества, – он демонстративно его взвесил на ладони. – Около полукилограмма.

– Да ты же его сам только что туда бросил! – воскликнула я.

В тот же миг ко мне подошёл второй полицейский и, наклонившись, сказал на ухо:

– Будешь пиздеть, мы сейчас и в твоей комнате что-нибудь найдём.

Вот тут-то мне стало по-настоящему страшно. Страшно оттого, что я не могла вообще ничего сделать. Я много раз слышала, что органы правопорядка подкидывают наркотики, но никогда, даже в самых страшных кошмарах, не могла представить, что сама окажусь жертвой такой подставы. Мой братик даже алкоголь не пил! Тем более никогда и никаких дел не имел с наркотиками!

На моих глазах две соседки подписали протокол о том, что своими глазами видели, как у братика нашли зип-пакет с наркотиками. А после, не сказав мне ни слова, все четверо ушли.

Я сразу принялась звонить братику, но его мобильник был выключен. Как позже выяснилось, в это время он уже находился в «обезьяннике».

Глава 2

Дальше оказалось ещё интереснее. Капитан Саркисян, как выяснилось, старший брат того самого типа, с которым братик повздорил в клубе.

Меня несколько раз вызывали на допросы, где я проходила как свидетель, и следователь мне намекнул, что могу пойти и как соучастница, если не буду сотрудничать.

Братику вменяли хранение и сбыт наркотических средств в особо крупном объёме. Фактов сбыта подтверждено не было, но следователя это совершенно не смущало.

– Я эту суку минимум на десятку закрою, – в лицо сказал мне Саркисян. – Дело попадёт к нужному судье, не волнуйся.

У братика взяли кровь на анализы. Ничего в ней, естественно, не нашли, но следствие это, опять же, не смущало. Этих уродов, дорвавшихся к власти, вообще ничего не смущало.

А сотрудничать я отказалась. Против брата не пойду даже под угрозой расстрела. Он мой единственный родственник, и я его люблю.

Конечно, я пробовала поговорить с Саркисяном и как-то загладить вопрос, но тот оказался непреклонен.

Мне ничего не оставалось, как обратиться к адвокатам. Те, которые нам с братиком были по карману, когда вникали кто ведёт дело, с чего оно вообще началось, моментально отказывались.

– Без шансов, – сказал мне один. – Там целая семья орудует. Они пролезли во всю судебно-исполнительную систему. Можете хоть обезьяну на место адвоката посадить – это не сыграет никакой роли.

Я обратилась к нескольким адвокатам, чьи услуги стоили существенно дороже, рассчитывая взять кредит, пусть и немалый, но вытащить братика. Эти адвокаты тоже отказались.

Сказать по правде – я отчаялась. Два дня я просто плакала, не в силах даже встать с кровати. Безысходность душила, рвала душу на клочки. Оказалось, что в нашей стране обычные люди не защищены вообще. Никак. Ни в чём невиновен? Ничего, мы найдём у тебя наркотики и будешь виновен.

Моя жизнь рушилась, и я ничего с этим не могла поделать…

Постепенно я немного отошла. Даже начала ходить на учёбу. Жизнь продолжалась и требовалось как-то продолжать жить. Я не оставляла надежды помочь братику, но понятия не имела как.

Как-то возвращаясь домой я прошла мимо лавочки, где собрались дворовые бабушки. В том числе и те две соседки, которые были понятыми. Я теперь с ними не здоровалась. Много чести… Я до сих пор не понимала, зачем они подписали тот протокол. Если я видела, что Саркисян нагло подбросил тот зип-пакет, разве они не видели?! Я же стояла за их спинами! Мозгами я понимала, что они тоже всего лишь орудия мести. Не они, так подставные понятые исполни бы нужную роль. Однако простить я такой подставы соседкам не могла и не хотела. В тот раз, когда я уже прошла мимо, то услышала часть их разговора.

– Даже подумать не могла, что Жорик торгует наркотиками! – сказала одна из бабушек. – А с виду вроде приличный парень.

– Все они с виду приличные. И она вон приличная. А потом выяснится ещё что-нибудь…

Мне на глаза попался обломок кирпича. Как я его не схватила и не разбила о чью-нибудь голову – понятия не имею. Что меня удержало? Наверное то, что если я не помогу братику, то ему уже никто не поможет. Сжав кулаки, я ускорила шаг. А дома опять плакала. Ты можешь быть хоть тысячу раз хороший, но люди всё равно будут думать о тебе плохо. Таковы люди.

Помощь пришла совершенно неожиданно. Между лекциями у меня вдруг зазвонил телефон. Высветился незнакомый номер.

– Слушаю, – ответила я, думая, что это опять из полиции.

– Меня зовут Всеволод Сташевский, – представился сухой мужской голос.

Он говорил медленно, но я с первого звука поняла, что это именно тот человек, который сможет помочь. Была в его голосе некая сила, тотальная уверенность.

– Я адвокат, – продолжал звонивший. – Меня заинтересовало ваше дело. Нам надо встретиться и поговорить.

– Когда и куда мне подъехать? – спросила я.

Офис Сташевского находился в центре города. На последнем этаже бизнес-центра. А в его кабинете не постеснялся бы сидеть и сам президент. Уже на этом этапе я поняла, что у меня попросту нет и не будет денег, чтобы оплатить его работу. Ну, разве что почку продать… И то не факт, что хватит.

 

Сам Сташевский оказался мужчиной лет пятидесяти. Подтянутый, гладковыбритый, с волевым подбородком и пронизывающим взглядом. Он жестом пригласил меня присесть в кожаное кресло, стоявшее напротив его внушительного стола.

– Вот мы и встретились… – он меня разглядывал так, будто собрался купить. Потом кивнул каким-то своим мыслям и продолжил. – Я бегло ознакомился с материалами вашего дела. Я могу помочь. Вероятно, я единственный человек, кто сможет тебе помочь…

– Я уже и не рассчитывала, что такие вообще существуют, – вставила я.

– Дело очень тяжёлое… Нет. Поправочка. Невероятно тяжёлое. И тут весь вопрос в том, что противостоять придётся не просто судебно-бюррократической системе, а в том, что это затеял Саркисян-старший. Знаешь такого.

– Это который капитан в поли…

– Нет, – перебил Сташевский. – Это один из его племянников. В общем, не знаешь – и хорошо. Спокойней спать будешь. Главное то, что он очень обиделся, когда его племянник заслуженно получил по лицу. Он вообще очень сильно обижается, когда кого-то из его родственников трогают.

– Этого в материалах дела нет, – недоверчиво произнесла я.

– Естественно, – усмехнулся он. – Это я уже по своим каналам узнал, когда ознакомился с делом. Ведь тут любому ясно, что твоему брату откровенно и нагло шьют дело. Вопрос был лишь за что именно. Можешь даже не сомневаться – его непременно посадят. Лет на пятнадцать, кстати. Могу даже сказать больше – он оттуда не выйдет. Саркисян об этом позаботится.

Последние слова прозвучали в моей голове как набат.

– Перейдём к делу, – он взял листок и что-то на нём написал. Я обратила внимание на ручку с золотым пером. – Мои услуги стоят столько, – он пододвинул лист ко мне.

Я наклонилась и посмотрела на цифру. В первый миг едва не потеряла сознание. Только-только вспыхнула надежда… И сразу разбилась вдребезги. Затем подумала, что где-то закралась ошибка и пересчитала ноли. Ошибки нет.

Такой суммы я не соберу даже если в нескольких банках возьму кредит.

– Но тебе я сделаю скидку, – Сташевский пододвинул к себе листок, черканул по нему и вновь что-то написал. Пододвинул ко мне.

В новом варианте сумма была где-то на пятнадцать-двадцать процентом меньше, но это всё равно была заоблачная цифра. У меня даже слов не нашлось, чтобы ответить – лишь покачала головой.

– У меня в этом деле свой интерес, – сказал Сташевский. – Поэтому я им и заинтересовался. Поэтому скидку и делаю. Я на постоянной основе представляю интересы… так скажем, других людей. Из другого лагеря людей. Саркисян нам недавно перешёл дорогу. Ничего особо серьёзного, но ему надо показать, что он в нашем городе не царь и бог, которым он себя мнит. И твой брат – отличный повод это показать. Именно поэтому мне интересно это дело. Мне надо принципиально вытащить твоего брата.

– Так если у вас свой интерес, может, сможете бесплатно этим заняться? – ухватилась я за соломинку, точно утопающий, потом осознала, что ляпнула и добавила. – Или хотя бы не за такую большую цену?

Сташевский улыбнулся.

– Это дело будет очень сложное. А мои услуги стоят именно столько, сколько я написал. Если мы не будем работать с тобой, то я найду другой повод утереть Саркисяну нос. Сам Саркисян их постоянно подбрасывает.

Я опустила глаза в пол. Моя надежда рухнула ещё ниже – куда-то в подвал, да ещё и закатилась в самый дальний и тёмный угол.

Оставалось только одно – уйти.

– Спасибо за предложение, но у меня просто нет таких денег, – я собиралась подняться из кресла.

– Подождите, не уходите, – остановил адвокат. – Вы думаете, что я не догадываюсь о том, что вы просто не в состоянии оплатить мои услуги?

Я внимательно посмотрела на него, ещё не понимая, куда он клонит.

– У вас есть уникальный шанс быстро найти деньги. Ваша внешность… – недоговорил он.

– А что не так с моей внешностью? – осторожно поинтересовалась я.

– В том-то и дело, что всё так. Вы очень похожи на одного человека. В общем, вот, – он что-то написал на листке и протянул мне. Я взяла его, пробежалась глазами по написанному – чей-то адрес.

– И?

– Сходите туда. Скажите, что от меня и вообще не скрывайте свою проблему, чтобы людям стало понятно, для чего вам деньги. Очень велик шанс, что вы получите отличную работу. У них как раз собирается увольняться человек.

– А поподробнее вы мне можете рассказать?

– Не хочу играть в испорченный телефон. Сходите и всё узнаете сами. Могу сказать одно – там у вас есть возможность довольно быстро заработать нужные деньги.

– Спасибо, – сухо ответила я, поднимаясь.

Сто против одного, что меня решили сделать проституткой. Или эскортницей – как это теперь называется. Однако выбора у меня нет – братика надо вытащить из беды.

Бесплатный фрагмент закончился. Хотите читать дальше?

Издательство:
ЛитРес: Самиздат
Поделится: