Название книги:

Высшая правовая магическая академия. Оперативные будни

Автор:
Маргарита Гришаева
Высшая правовая магическая академия. Оперативные будни

ОтложитьЧитал

Шрифт:
-100%+

– Я просил же тебя не опаздывать! – прошипел Хран, стоило мне влететь в лабораторию.

– Не возмущайся. В конце концов, даже если я опоздаю, не страшно. Зато я уже переоделась.

Кошак оторвался на минуту от пробирок, глянул на меня и глубоко задумался.

– Знаешь, а ты ведь можешь сэкономить на одежде.

– В каком смысле? – нахмурилась я, затягивая шнуровку на сапоге.

– Ну, смотри. Раньше же училась на алхимии и считала, что ходить в брюках и рубашке на занятия неправильно. Хотя меня поражает твоя логика, вот почему облачаться так на работу – нормально? Ну не об этом речь, – отмахнулся лапой он и продолжил рассуждения. – Зато теперь ты следователь! А у следователей и боевиков все девушки ходят в брюках и комбинезонах! Так что теперь ты можешь не тратиться лишний раз на платья, – просиял зубастой улыбкой мой мохнатый друг, заканчивая логическую цепочку.

– Дурак ты, Хран, – подошла я поближе и щелкнула кота по носу. – Во-первых, я брюки ношу не потому, что нравится, а потому, что убегать легче, не подумал, да? А во‑вторых, это маскировка. В академии меня никто в брюках не видел, значит, и в городе не признают. И вообще, хватит полемики, а то я действительно опоздаю. Ты все приготовил?

– Давай сюда очки и держи свое зелье, – буркнул Хран. – Тебе бы лишь бы покритиковать.

Мир потерял четкие очертания. В руку мне ткнулась пробирка, протянутая хранителем. Так, теперь залпом, по-другому эту гадость не выпить.

– Отвратная все-таки вещь, – пробормотала я, скривившись. И зажмурилась, ожидая, пока подействует. А то слишком резко все снова приобретает четкость, даже голова кружится.

– Ты все два года это говоришь, а я тебе все два года отвечаю: зато действенная, – вздохнул кот, продолжая чем-то звякать на столе.

– А я повторяю: кратко действенная, – усмехнулась я, – считай, что это наша с тобой маленькая традиция. – И открыла глаза.

Вот это дело. Мир снова нормального цвета и четкости.

– Давай теперь растворитель твой, – потянулась я к нему за распылителем. – Знаешь, ты все-таки гениальный алхимик. – Вздохнула, быстро расплетая тугую косу. – Если бы не ты, я бы просто разорилась на краске.

– Ага, а так ты разоряешься на ингредиентах для незаконных зелий и экспериментов, – фыркнул он в ответ.

– Ой, это не самое крутое наше с тобой правонарушение, – усмехнулась я, распрыскивая суперизобретение хранителя на волосы.

– Вот, кстати, еще один парадокс, – хихикнул кошак. – Ты же теперь следователь, пусть и учащийся. Значит, по долгу службы должна сама себя посадить. И как поступишь?

– Чувство самосохранения у меня сильнее чувства справедливости. Надеюсь, закон переживет. Ну как, все? – спросила я, встряхнув головой.

– Еще чуть-чуть… Все. А блондинкой все же лучше, – отметил кот, рассматривая меня.

– А кто на той неделе на мою косу ругался? – скривилась я, спешно заплетая волосы.

– Это я не со зла, – махнул кот лапой, спешно задувая горелку и убирая реактивы по местам. – Просто перенервничал. Про меня не забудь.

Я быстро накинула плащ и, схватив второй распылитель, опрыскала Храна. Белый цвет медленно сполз с него, как старая шкура, оставляя кипенно-белого кота угольно-черным.

– А белым все же краше, – отомстила я.

– И я тебе о том же, – кивнул он, – мы, блондины, хороши.

– Так, что со временем?

– Комендантский час пробил десять минут назад. Можем выходить. Ничего не забыла?

– Нет, – поспешила я к лестнице.

– А ну стой! – тут же прошипел голос из-за спины. – Я как чувствовал, что забыла. Ты иллюзию на столе оставила.

Пришлось возвращаться.

– Хран, я, конечно, тоже повернута на маскировке, но может, не стоит, а? Зачем каждый раз заряжать амулет иллюзии, чтобы пять минут пробежать по территории академии брюнеткой и то же самое на обратном пути? – пробормотала я, забирая амулет.

– А если ты в эти пять минут на преподавателя наткнешься? Или на студента какого? – стоял на своем кот.

– Мы уже какой год тут бегаем по ночам и никого не встречаем. Кто, кроме нас, в темный лес при академии полезет? – все еще не сдавалась я, теребя шнурок в руках.

– Так, я ношу, значит, и ты будешь! А теперь замолчала и натянула кулон, – шикнул кошак. – И не спорь со мной, я старше, значит, умнее.

– Ладно, – вздохнула я и уступила. Пусть порадуется, если это для него так важно. – Идем скорее.

Мы по-тихому выскользнули через тайную дверь, найденную мной в тот самый первый день. И углубились в лес к нашему любимому дереву. О-о-о, это особенное дерево мы искали очень долго. Старый дуб, растущий на окраине леса возле самого забора, ограждающего академию. Ценность в том, что крепкие ветви нависали над ограждением и были просто идеальным средством, чтобы перебраться на волю. Правда, после этого мы наткнулись на другое препятствие в виде защитных заклинаний и сигналок, установленных над забором, но и эту напасть мой верный Хран сумел решить.

Кот первым прыгнул на широкий каменный забор. А я в это время с ветки в который раз поблагодарила всех богов за то, что на моем пути встретился тот, кто видит заклинания.

– Поднял?

Кот подцепил невидимое защитное плетение и вытянулся во всю длину, встав на задние лапы. Я еще раз вознесла хвалу богам, что Хран не просто кот, а магическое существо и может проделывать такие трюки.

– Прыгай, – прошипел он. Я ужом проскользнула над забором. Миг – и я уже на той стороне. Рядом шлепнулся кончик веревки, которая поможет нам вернуться обратно, затем спрыгнул Хран.

– Все, побежали, – махнул он хвостом и поспешил в сторону города.

На этот раз нам удалось добраться без приключений. Тихими улочками мы проскользнули к черному ходу, и вот уже лавируем по кухне, чтобы ни на кого не наткнуться. Вокруг витает густой пар, дразнят тысячи потрясающих ароматов, отовсюду доносится звон посуды, не стихает болтовня поваров, которым раздает указания крупная седая женщина в белоснежном фартуке.

– Хильда, привет! – помахала я главной поварихе.

– Тоди, крошка, – приветливо улыбнулась мне она. – Ты сегодня выступаешь?

– Ага, – кивнула я.

– Ну-ка, дай на тебя посмотрю! – Она скинула с моей головы капюшон, скрывавший почти все лицо, взяла за руки и покрутила в разные стороны. – Какая же ты худющая, – как всегда, горестно покачала головой. – Зайди после выступления, хоть я тебя покормлю, коли в этой вашей богадельне о вас не заботятся.

Я закатила глаза на «худющую», но за обещание накормить поблагодарила. Нет, голодом нас в академии не морят, но Хильда готовит куда вкуснее.

– Кринус в зале? – поинтересовалась я, натягивая капюшон и закрепляя заклинанием.

– Да, беги к нему, тебя там уже ждут не дождутся, – кивнула повариха и вернулась на боевой пост.

Я же скользнула за небольшую дверь и сразу свернула за стойку.

– О, Тоди! – пробасил хозяин заведения, наливая кружку грога. – Уже прибежала, девочка?

Со всех сторон послышалось: «Тоди!», «Тоди пришла!», «Эй, привет!». Я помахала всем и поспешила к начальнику. Старый седой оборотень, рядом с которым я действительно смотрелась маленькой девочкой, добродушно похлопал меня по спине, отчего я чуть не утонула носом в очередной его кружке.

– Как настроение толпы? – тихо поинтересовалась я, притягивая его к себе за рукав одной рукой (иначе не дотянуться до его уха) и вытирая нос от вина другой.

– Настроение спокойно-меланхоличное, – прошептал он в ответ.

– И что требуется? Поднять?

– Нет, не стоит. Тут, говорят, поблизости банда троллей шляется. На бурное веселье могут приползти. Нам проблем не нужно.

А не та ли это банда, которая хотела поразвлечься со мной? Нет, шум нам точно ни к чему.

– Задание принято, – по-военному щелкнула я каблуками, на что Кринус рассмеялся, и направилась к маленькой сцене. «Ран, кис-кис, иди сюда, я тебя угощу», – раздалось позади. Так уж повелось, что на всех моих выступлениях Хран, которого здесь знали, как Рана (конспирация! демоны, какие же мы параноики), занимал почетное место на стойке рядом с Кринусом. Чем кот очаровал старого оборотня, для меня так и осталось загадкой. Пока я пробиралась мимо небольших и потрепанных, но чистых столиков, вокруг раздавались приветственные хлопки. «Волчье логово» было не очень большим заведением, зато с верными посетителями. Завсегдатаи меня давно знали. Я взяла гитару со стойки, забралась на стульчик и начала задумчиво перебирать струны. В зале затихли.

Что бы такого спеть? Перебрала в голове все, что подойдет под настроение публики и под мое собственное.

Вот эта! Я взяла первый аккорд.

 
Как вода бежит время,
И ему не прикажешь: «Стой!»
Через десять мгновений мгновенье
Стало историей.
То, что сказано было и будет,
Передастся из уст в уста.
Человек ничего не забудет,
Как бы ни был он стар.
Человек будет помнить, что прожил,
И, конечно, гордиться тем,
Что он сделал гораздо больше,
Чем хотел.
Каждый Господа молит о славе
И мечтает успеха достичь.
Только тот, кто вершины достанет,
Забывает благодарить[1].
 

По сравнению со всеми неприятностями, которые мне преподнесло утро, вечер был прекрасен. Никаких проблем и никакого шума. Я развлекала публику еще несколько часов. Получила бесплатный прекрасный ужин. Храна тоже не обделили и накормили до отвала – как у него только лапы не подогнулись от собственного веса? Даже до территории академии мы добрались спокойно, да и до корпуса дошли, не встретив ни преподавателей, ни студентов.

 

Проблемы начались, стоило нам закрыть за собой дверь тайного хода.

– Стой и не дыши! – прошипел Хран. – Кто-то ходит в соседнем ходе, – едва слышно прошептал кот.

Я на цыпочках подошла к стене и осторожно прижалась ухом. Там, за стеной, скрывался еще один сюрприз. Мы еще в первый год обучения нашли огромное количество всевозможных ходов по всей академии. Причем большинство из них – благодаря хранительским штучкам. На каждой потайной двери нарисован ключ, видный только нашему особому зрению. Жаль, мы не нашли никакой информации, кто устроил эти лазейки. Но вот сейчас кто-то ходил по коридорам, известным только нам! Стало жутко. У кошака, застывшего рядом, от напряжения чуть подрагивали кончики ушей. Шорох и скрип начали стихать.

– Уходит, – пробормотал кот.

Я прислушалась: тишина, но это для меня. Хран еще наверняка слышит отдаленные шаги. Вдруг он встрепенулся, со словами «Надо проследить…» беззвучно открыл дверь и исчез в темноте.

– Хран! – только и успела я прошипеть сквозь зубы. Вот поганец, а ведь я уже почти ничего не вижу! Действие зелья закончилось, и в темноте я даже комнату сама не найду. Да и его не могу одного бросить. Тяжело вздохнув, прижала руку к стене и нырнула в темноту. Главное – не потерять стену. Насколько я помню, этот ход не разветвляется, он что-то вроде обходного пути. Зажмурившись – все равно ничего не видно, но психологически проще, – я пробиралась вперед.

– Чертов кошак! – прошипела я в очередной раз и тут, конечно… споткнулась! И что самое страшное, меня кто-то поймал! Я закричала диким голосом, надеясь, что Хран меня услышит и спасет (и неважно, что он всего лишь кот). Но тут над головой прозвучало строгое:

– Адептка Серас, прекратите визжать, весь корпус разбудите!

Я тут же закрыла рот и затряслась уже от настоящего ужаса. Теперь мне точно конец!

– М-м-магистр Бр-р-риар? А что вы т-т-тут д-д-елаете?

– У меня здесь лаборатория. – Холодный строгий голос резал нервные окончания. – Но гораздо интереснее, что здесь делаете вы, учитывая, что комендантский час начался в девять?

– Я п-п-потерялась, – ответила как можно честнее. Я ведь не вижу в темноте и правда заблудилась.

– Потерялись в небольшом корпусе, где живете уже два года, да так, что вот уже пять часов ищете собственную комнату? – не скрывая иронии, поинтересовался наставник. – Неубедительно врете, адептка, придумайте что-то более оригинальное.

– Не совсем, – поспешила исправить я выводы магистра, – я потеряла кота, пошла искать его и заблудилась… – И опять ведь ни словом не соврала.

– Вернитесь к предыдущему высказыванию и проанализируйте. Сколько, говорите, часов вы его уже ищете? – продолжал издеваться безликий для меня голос.

– Не-е-ет, – проскулила я. (Он намеренно выворачивает все мои слова?) – Я собиралась ложиться, проверяла замок на двери, а кот выскочил за дверь. Я пошла его искать и заблудилась.

– И теперь вы ищете его?

– Да?

– С закрытыми глазами?

– Да, – согласилась я, понимая, что ситуация становится все страннее. – У меня зрение плохое, я в темноте не вижу.

– И поэтому закрыли глаза? – недоумевал голос.

– Да, мне с закрытыми глазами не так страшно.

– То есть вы ушли искать своего кота ночью, после комендантского часа, слепая? – с сомнением уточнил магистр.

– Но он же мой друг! – продолжила я этот театр абсурда. – Не могу же я бросить его до утра на холоде!

О Боги безмирья, пусть он лучше думает, что я наивная, помешанная на коте глупышка. Сумасшедшим многое прощают.

– Вы сами осознаете, насколько бредово это звучит? – возобновился допрос.

– Да, – обреченно кивнула я, чувствуя, что провожу в академии последние минуты.

– Это радует, значит, здравый смысл у вас еще остался. – Ох, неужели я получила внезапную амнистию? – Я закрою глаза на ваши ночные прогулки и патологическую привязанность к существу, не обремененному интеллектом. Все-таки вы достаточно хорошо учитесь, чтобы простить вам некоторые… кхм… странности.

«Слышал бы это Хран, глаза бы вам сейчас выцарапал», – подумала я.

Рядом послышался истошный мяв и злобное шипение. О, так он слышал!

– Хм, – усмехнулся магистр, – с интеллектом я, возможно, поторопился.

Радуйтесь, магистр, вы только что заработали помилование. Снова шипение, тихое чертыханье магистра, и вот мне в руки ткнулся мохнатый ком. Я вцепилась в Храна, как в спасательный круг, царапая ладонь об амулет у него на шее. Поблагодарила про себя кота, что заставил меня натянуть иллюзию. И тут же взвыла, так он вцепился мне когтями в грудь. Переживает. Услышав мой вопль, втянул когти обратно.

– Идемте, адептка Серас, – вздохнул магистр и потянул меня за рукав. – Я провожу вас до комнаты.

Хран снова выпустил когти и ловко забрался мне на плечо (он любил так путешествовать, хотя и был для этого тяжеловат), а я одной рукой поддерживала его, чтобы не свалился, а вторую освободила, чтобы магистру было удобнее меня вести. Несколько минут мы шли в тишине, сопровождаемые лишь глухим эхом наших шагов, отдающихся от пустых каменных стен, пока не добрались до коридора, что вел в наши с Риной комнаты. В отличие от подвальных помещений корпуса, где я и плутала, он освещался даже ночью. Я открыла глаза и наткнулась на снисходительно усмехающийся взгляд магистра.

– Отсюда, я думаю, вы уже найдете путь.

– Да, – кивнула я и потупилась. – Э-э-э… Спасибо, что проводили.

– Пожалуйста, но советую больше не надеяться на снисхождение и не бродить ночами. – В голосе снова мелькнула строгая нотка, но веселья было больше. Похоже, я сегодня шутом подрабатываю.

– Не буду, – буркнула я. – Спокойной ночи, магистр Бриар! – И, не дожидаясь ответа, поспешила в сторону своей комнаты.

– Спокойной, адептка Серас, – донеслось мне вслед.

Забежав за дверь, мы с Храном дружно выдохнули и сползли на пол.

– Это было на грани провала, – пробормотал он, спрыгивая с моего плеча.

– Да уж.

– Давай метнемся в лабораторию. Нам нужно еще обратно перекраситься перед сном. С пропущенной лекцией потом разберешься. Сегодня слишком насыщенный день, – расписал дальнейшие действия кот и направился в сторону спальни. Я, охнув, поднялась с пола и направилась за ним.

…Может, мой новый руководитель не такой уж и гад и все будет неплохо? Вот только откуда он знал, где моя комната?

– Касси!! Каська, вставай! – Грохот в дверь и громкие крики подруги.

– Мы с тобой вроде договорились, ты не коверкаешь мое имя, я не трогаю твое, – буркнула я, выходя к ней.

– Привет, Хранушка, – не обратила она внимания на мое замечание и бросилась тискать кота, который выполз следом за мной. Хран с достоинством вынес и издевательство над своим именем, и жаркие объятия, но все же поспешил избавиться от них, выпустив когти.

– Идем уже, – потянула я за рукав подругу. – Ты же знаешь, я не люблю опаздывать, а нам еще до другого корпуса бежать. Ты извини, я тебе завтра тетрадку верну. Вчера, честно говоря, ну никаких сил не было переписывать лекцию…

– Не страшно, потом вернешь, – отмахнулась она.

– Серас, Даес, стойте! – раздалось откуда-то сзади.

Мы обернулись и увидели Далина. Мелькнула глупая надежда, что занятие отменили и парень спешит, чтобы нас обрадовать. Я, конечно, люблю учиться, но желание поспать хоть чуть-чуть подольше стало за последние два года навязчивой идеей. Учитывая, что большую часть ночей мы с Храном или занимаемся, или шатаемся в городе, неудивительно. Удивительно, что я еще не в состоянии ожившего мертвяка. А тем временем Далин уже добежал до нас.

– Нас снимают с первой пары, – широко улыбаясь, оповестил нас однокурсник: вот уж кто точно доволен переводом! – Попросили собраться у кабинета Бриара.

Когда я соглашалась на перевод, не предполагала, что мне придется попадать под скальпельный взгляд ежедневно. А тут что ни день, то праздник.

– А Курсо где? – удивилась Рина, не обнаружив второго гения из этой парочки.

– Сам не знаю, – пожал он плечами, – в комнате его явно нет. Ладно, когда придет на лекцию, ему преподаватель скажет, что нас забрали.

У кабинета уже собралась вся наша новоиспеченная группа. Из боевиков отобрали двух девушек и двух парней. К моему неудовольствию, одной из них оказалась та рыжая, что оглашала свои выводы на прошлом занятии. Что-то в ней настораживало. Интуиция шептала об осторожности, а я ей привыкла доверять.

Не успели мы поинтересоваться, знает ли кто повод нашего собрания, как из кабинета вышел сам виновник торжества. Магистр, выглядевший мрачнее тучи, сурово оглядел нашу компанию, задержавшись взглядом на мне.

– Господа адепты, я сам не ожидал, что ваша практика начнется так рано. Но подвернулся крайне удобный случай, к тому же не выездной. Так что прошу всех за мной! – Он махнул нам рукой и устремился к выходу из корпуса. Что-то мне не нравится эта ситуация. Что это за удобный случай? И что значит не выездной? На территории академии кого-то убили?! Еще больше я насторожилась, когда стало понятно, что направляемся мы в сторону нашего корпуса. Причем повели нас в подвалы. Может, у него в лаборатории для нас материал? Если бы все было так просто. Вдалеке на полу темнело тело. Рядом с ним я углядела Аларика, хмуро рассматривающего нашу компанию. Увидев меня и Рину, он помрачнел еще больше. Да что же происходит-то? И тут рядом сдавленно ахнула Серина, а я, наконец, подошла достаточно близко, чтобы рассмотреть жертву. Когда я говорила Рине, что курса не окончит и половина адептов, я не думала, что отсев начнется так быстро и уж тем более таким образом. В луже крови и с небольшим ножом, торчащим из груди, лежал второй наш умник – Моран Курсо.

– Сейчас слушаем порядок работы. Криминалисты осматривают тело и вслух называют все найденные улики. Боевики внимательно слушают и строят предположения, – все так же мрачно и бесстрастно сообщил магистр. Но я сомневаюсь, что Рина и Далин его слышали. Они с ужасом смотрели на распростертое на полу тело.

– Что стоим? Приступили! – рявкнул он и добавил: – Адептка Серас в осмотре не участвует. – Быстрым шагом подошел ко мне и, вцепившись мертвой хваткой в руку повыше локтя, оттащил от остальной группы. Я поморщилась от боли, но молча прошла за ним.

– А теперь подробно рассказывайте, адептка, что вы здесь делали? – холодно вопросил магистр, разжав наконец пальцы.

– В каком смысле? – нахмурилась я.

– Я встретил вас в нескольких метрах от места убийства, в примерно установленное время смерти, – сверля меня глазами, заявил он.

Я похолодела. Похоже, мы нажили себе большие проблемы.

– Выкладывайте, адептка, – повторил он свое требование.

– Все, что я могла, я вам еще вчера рассказала. – Так, спокойно, спокойно. Глубокий вдох и выдох. Как можно меньше лжи, как можно больше правды. Или полуправды.

– То есть вы потеряли кота и искали его ночью в подвалах? Все еще неубедительно.

– К сожалению, у меня есть только такое оправдание, – развела я руками.

Магистр нахмурился:

– Хорошо. Значит, вчера вы собирались ложиться, но ваш кот выскочил за дверь и вы ушли его искать, правильно?

Я лишь кивнула в ответ.

– Почему тогда на вас был дорожный плащ?

– В коридорах вечером холодно… – Голые факты, никакого вранья.

– Допустим, – продолжал он, пристально рассматривать меня. Подозреваю, что он бросил какое-то заклинание, определяющее ложь, вот и отслеживает теперь реакцию. Спокойно, Касси. Мы же после перевода не снимаем амулет, подавляющий подобные штучки, так, на всякий случай… Все верят в то, что мне угодно, так что главное – больше уверенности в себе. Магистр тем временем продолжил допрос: – С какой стороны вы вошли в этот коридор?

– Не знаю. Я же говорила, что не вижу в темноте, – тяжело вздохнула я.

– Почему же вы были без очков? – попробовал он меня подловить. Не получится, уж простите.

– В комнате я ориентируюсь и без них, а к вечеру глаза от очков устают. Я сняла их и не успела схватить, когда убегала за котом. – И снова ни слова лжи! У себя я действительно хожу без очков, потому что в них не нуждаюсь, а то, что глаза устают, – правда.

– То есть вы ничего не слышали и не видели? – Прочувствовав, что я не вру, он ослабил хватку взгляда, и я смогла вздохнуть чуть свободнее.

– Слышала, – решила я выдать толику правды. Это же Курсо! Да, мы никогда не были друзьями. Но он был одним из нас. – Я слышала какие-то шаги неподалеку. Поэтому громко и не звала кота, побоялась… – потупила я взгляд, вспомнив, как кричала потом.

– С какой стороны вы их слышали? – тут же ухватился за зацепку магистр.

– Я не знаю. В темноте сложно сориентироваться в звуках. Могу только сказать, что к тому времени, как дошла до вас, они уже затихли. – Я сама силилась вспомнить, с какой стороны попала в роковой коридор и как вышла к этому месту. Но горькая правда в том, что в темноте я действительно могла зайти туда как угодно. Чуть позже я пройдусь по переходу еще раз, уже с освещением. Жаль, у него несколько дверей-выходов, и ночью я свернула в первый же, решив, что открыл его именно Хран.

 

– Больше ничего не видели? – в последний раз уточнил преподаватель и довел меня до точки.

– Послушайте, – чувствуя подходящую злобу, отчеканила я, – вы что, считаете таким подозрительным, что я ничего не видела? Думаете, я его убила, а теперь ждете, когда проболтаюсь? Тогда просто загляните в личное дело, где подробно расписано, что у меня, благодаря халатности нашей любимой администрации, химический ожог глаз третьей степени. Не подлежащий восстановлению. Счастье, что я на стены не натыкаюсь. Даже если бы я кого и встретила, то вместо детального портрета смогла бы описать вам большое расплывчатое пятно. – Я едва отдышалась от тирады.

Вокруг стояла оглушающая тишина. Оглянулась и поняла, что мою вдохновенную жалобу слушала вся группа. Потом медленно дошло, на кого я сейчас наорала. Повернулась. Аларик смотрел на меня с сочувствием, Бриар с раздражением.

– Простите, – тихо извинилась я, – нервы.

– Не нервничайте так, адептка, – устало вздохнул преподаватель. – Никто вас не обвиняет в убийстве. Пока. Если вас это утешит, вчера я пару минут наблюдал, как вы идете ко мне, вцепившись в стенку. Вы брели по направлению к телу, а не от него.

– А когда вы нашли… его? – Я не смогла назвать бывшего одногруппника трупом.

– После того, как вас проводил. Ждите, мы с вами еще поговорим. – Он развернулся и ушел к группе, видимо, выяснять результаты работы молодых специалистов.

Я прислонилась к стене, но поняв, что ноги не держат, сползла на пол.

– Не сиди на холодном. Ты девушка, тебе вредно, – прозвучало над головой. Взглянула наверх и увидела Аларика. Я уже позабыла, что он тут стоял.

– Сил нет, – тихо отозвалась я. – Как представлю, что его убивали в нескольких метрах от меня… – Я передернула плечами. Страж вздохнул, щелкнул пальцами, отчего каменный пол подо мной потеплел, и сел рядом.

– Он был твоим другом? – участливо спросил он.

– Нет, просто одногруппником. Ходили вместе на занятия, иногда помогали по-приятельски, но много не общались. Он был неплохим парнем и такого точно не заслужил, – покачала я головой.

– Испугалась? – искоса глянул страж на меня.

– Это тоже, но ведь я могла его спасти, если бы знала, что он там.

– Не могла, – покачал головой Аларик.

– Почему? – тут же вскинулась я. – Если мы целители, это не значит, что мы совсем не можем за себя постоять.

Вечно нас обвиняют, что мы бессильны. Ну да, боевые заклинания нам не светят, но это не значит, что мы совсем не можем себя защитить.

– Не кипятись! – вскинул он руки. – Магия тут твоя совсем ни при чем. Понимаешь, к тому времени, как в юношу вонзили нож, он уже был мертв.

– Откуда вы знаете?

– Наши специалисты уже побывали здесь. Тело оставили специально для вас

– Зачем?.. – прошептала я.

– Урок, – ответил мне мужчина.

– Я понимаю, что для занятия, – раздраженно отмахнулась я. – Почему именно его тело? Он же наш одногруппник, а для кого-то и друг!

– В этом и состоит ваш урок, – мрачно отозвался страж. – Такая у нас работа. Ты никогда не знаешь, кто из твоих близких знакомых окажется завтра в списке подозреваемых или в числе жертв. Но оставаться профессионалами вы должны всегда.

Я промолчала. Все понятно, но как жестоко. Мы молча сидели и смотрели, как магистр выслушивает объяснения моей группы. О чем они говорили, слышно не было, а подходить ближе не хотелось. Поэтому я рассматривала тело, недавно бывшее одним из главных гениев на нашем факультете, и пыталась сделать то, чего ждал от нас магистр. Абстрагироваться от ситуации и оценить происходящее с профессиональной точки зрения.

Крови слишком мало для такого удара, значит, на тот момент он действительно уже был либо мертв, либо под каким-либо замедляющим сердцебиение препаратом. Нож у него в груди был мне знаком. Еще бы, у нас весь поток такими пользуется. На алхимии часто приходится что-то чистить или резать, поэтому у всех в группе были небольшие кинжальные ножи. Их часто путали, так как покупали в одном магазинчике. Присмотревшись, обнаружила доказательство собственной невиновности. Угол, под которым вонзили нож. С моим ростом я бы так ударить не смогла. Мой удар пришелся бы вскользь либо был бы ниже и угол меньше. Мысль обрадовала, но все эти размышления имели мерзкий привкус. Все-таки до профессионала мне еще далеко.

Со своего места я прекрасно видела бледные напряженные лица Рины и Далина. Боевики же были абсолютно спокойны. Это же не их друг лежит там на полу. Через несколько минут магистр отпустил всех на занятия. Рина все время оглядывалась, подозревая нехорошее, раз меня сразу отозвали и не отпускают. Я незаметно кивнула ей, чтобы она уходила. Бриар явно хочет что-то у меня выяснить без лишних свидетелей.

Как только все разошлись, магистр обернулся и подозвал нас поближе. Поднявшись с пола и оттряхнув подол, я направилась к нему.

– А теперь расскажите мне то, чего не нашли они, – велел магистр.

– Зачем? – нахмурилась я. – Его осмотрели ваши специалисты. Они заметили всё, что упустили мои одногруппники. Я вряд ли скажу что-то новое.

– Вы моя студентка, а я преподаватель, так что выполняйте мою просьбу, – отрезал он, освобождая мне доступ к… телу.

Я, вздохнув, опустилась на колени и начала осмотр. Рана четкая, нож вонзили одним ударом по самую рукоятку. На запястьях нашла синяки и небольшие царапины. Значит, либо его связывали, либо была драка и он сопротивлялся, но это ребята, несомненно, заметили. Пустой кошелек, лежащий рядом с рукой. Ограбление? Поэтому и сопротивлялся? Больше ничего интересного вроде нет. Я еще раз осмотрелась. Так, а вот это для Курсо необычно. Манжеты на рукавах были расстегнуты. Мелочь, но парень был патологическим чистюлей и аккуратистом. Потянула рукава и нашла то, чего хотел от меня магистр. На локтевом сгибе, словно сине-фиолетовый цветок, распускался синяк. Задернула второй и обнаружила там такой же. Быть не может… Только не он!

– Вы знаете, что означают такие синяки, адептка? – прозвучал над головой холодный голос магистра.

– Знаю, – прошептала в ответ. – Голубой лотос назван так не только потому, что основным компонентом наркотика является этот цветок, но и потому, что при его употреблении на теле возникают вот такие вот «цветы», подкожные кровоизлияния. Но это не может быть правдой! – уже громче заявила я. – Это же Курсо! Да он же, как алхимик, лучше всех знал последствия этой гадости и не стал бы ее пробовать. А если бы вдруг и стал, в каком-то параллельном мире, то уж никак не превысил бы дозировку.

– В академии сложно учиться, возможно, не все справляются со стрессом так успешно, как вы, – возразил Бриар.

– Я все равно не верю, – покачала я головой, поднимаясь на ноги.

– Верить или не верить – это ваше право. – Он подал мне руку, чтобы помочь (какие мы вежливые). – Группа все еще не в курсе появления наркотика, и мы будем стараться, чтобы как можно меньше людей об этом знали. Но вы с самого начала вовлечены во всю эту историю с лотосом, поэтому для вас у меня предупреждение и просьба. – Он помрачнел еще больше. – Появляется подозрение, что кто-то из адептов начал распространение голубого лотоса на территории академии. Вас я попрошу последить за окружающими. Если заметите какие-либо признаки употребления или просто кто-то начнет вести себя странно, тут же сообщайте мне.

– Вы предлагаете мне шпионить за однокурсниками? – не поверила я своим ушам.

– Я просто советую вам быть осмотрительнее. Нам нужно как можно скорее пресечь распространение. Вы сами должны понимать, что следующей жертвой может оказаться, кто угодно. Например, кто-то из ваших друзей, – продолжал он сверлить меня взглядом.

– А теперь вы мне… что, угрожаете? – у меня чуть рот от удивления не открылся.

Аларик резко отвернулся и закашлялся, крайне неудачно пытаясь скрыть смех.

– Адептка Серас! – кажется, я его довела. – Прекратите делать из меня монстра! Я прошу вас помочь в расследовании убийства вашего однокурсника, а вы на меня все смертные грехи вешаете.

Да, немного переборщила, но я же вся на нервах…

– Простите, – вспыхнула я. – Я присмотрю за нашими! – Хотя, кроме Рины, мне и смотреть-то не за кем.

– Прекрасно, – мрачно кивнул он мне. – А теперь на занятия! И не гуляйте вечерами по территории. Сами видите, что творится.

– До свидания! – Я развернулась и поспешила уйти от них подальше. Прямо за углом наткнулась на Храна.

– Уже знаешь? – нахмурилась я, направляясь к своей комнате, так как до следующей пары оставалось еще прилично времени.

1Здесь и далее: стихи Анны Чижик.
Бесплатный фрагмент закончился. Хотите читать дальше?

Издательство:
Издательство АСТ
Книги этой серии:
Поделится: