– Я смотрю, вы неплохо обосновались, – задумчиво сказал пожилой армейский психолог, подходя к огромному светлому окну с деревянными ставнями, из которого открывался живописный вид на пустынный песчаный пляж, сияющую бирюзовую бухту и ярко синее небо с белоснежными облаками. – Очень недурно для мастер-сержанта! За всю практику мне редко доводилось увидеть нечто подобное, тем более в гостях у военного. Пейзаж прямо как на рекламе, очень красиво, впечатляет.

– Спасибо! – сухо поблагодарил мастер-сержант.

– Нет, правда, мне у вас очень нравится! – попытался разрядить обстановку психолог, рассматривая в окно двухмачтовую яхту на пристани, – Это ваша единственная локация, или есть ещё какие-то?

– Да, только она. – Подтвердил мастер-сержант третьего особого отряда войск специального назначения зенарианской армии. – Это здание создано по проекту Константиновского дворца восемнадцатого века, его построили русские цари для приема официальных делегаций. Я глубоко в историю не вникал, просто оно мне понравилось внешне. Однако для своего дома я выбрал местоположение посимпатичней и климат помягче.

– Позвольте поинтересоваться, у вас здесь всегда так безлюдно? – спросил седой психолог.

– Я не пускаю на свой остров непрошенных гостей. Нужно же мне хоть где-то чувствовать себя в полной безопасности! – объяснил мастер-сержант и добавил, – Кроме того, многие считают мою обитель слишком вычурной и пафосной, хотя в уставе по этому поводу ничего не сказано. Я не хочу привлекать к себе лишнего внимания, это может плохо отразиться на моей карьере.

– Кстати, какова ваша основная воинская специальность? – спросил психолог.

– Оператор роя дронов, – ответил тот.

– Правильно ли я понимаю, что во время боевых действий вы находитесь на безопасном удалении от линии огня? – поинтересовался психолог.

– Рой дронов-насекомых применяется внутри жилых зданий и промышленных сооружений в условиях сильных помех или неустойчивой радиосвязи. Подобно дрессированной собаке, рой считает меня своим хозяином и выполняет исключительно мои голосовые команды. Поэтому я нахожусь непосредственно на передовой, – по-военному четко и без эмоций отрапортовал мастер-сержант.

– Признаюсь, что перед своим визитом я не успел внимательно изучить ваше личное дело. – Сказал психолог и сразу перешел к цели визита, – Скоро вам предстоит участвовать в боевых действиях, поэтому мне поручено убедиться, что вы готовы сражаться и побеждать. Вы не боитесь, что вас могут убить или тяжело ранить в бою?

– Я люблю родину и готов исполнить свой воинский долг! – привычно отчеканил мастер-сержант тоном, не допускающим никаких сомнений.

– Что насчет близких вам людей? – задал традиционный вопрос психолог.

– Вы, наверное, у нас совсем недавно, – предположил мастер-сержант улыбнувшись, – Иначе вы бы знали, что все солдаты нашего полка родились в инкубаторе и выросли в зенарианском кадетском училище. У нас нет родственников, только сослуживцы.

– Я имел в виду близких друзей, – попытался исправить свой промах психолог, только что получивший новое назначение.

– Наша команда проводит достаточно много времени на тренировках и учениях, так что на совместный отдых не остается сил и желания. Мы с пеленок росли вместе как одна большая семья, поэтому иногда полезно побыть наедине. – Объяснил мастер-сержант. – Учителя уверяли, что даже в полных семьях мужья и жены часто предпочитают отдыхать раздельно.

– Да, конечно, так и есть, – согласился психолог, – Вы еще не думали над тем, чтобы создать настоящую семью и завести ребенка?

– Это мне пока не по карману, – удивленно ответил мастер-сержант, —Возможно, лет через пять или семь, не раньше.

– Лет сто или двести тому назад люди сказали бы, что все мы здесь сошли с ума! – Задумчиво сказал психолог, осматривая роскошно обставленный зал. – Скажите, это место вам очень дорого?

– Больше у меня ничего нет, кроме обмундирования и оружия, – искренне ответил мастер-сержант.

– Вся эта обстановка вокруг дисконтная, или есть что-то выполненное на заказ? – поинтересовался психолог с едва заметной завистью в голосе.

– В свободное время я увлекаюсь созданием механических часов, это мое хобби. Прошу вас, взгляните, – с гордостью сказал мастер-сержант и жестом указал на полку над камином.

Психолог подошел к изящно инкрустированным настольным часам, имевшим скелетированный механизм. Помимо времени, часы показывали число, день недели и фазу луны. Кроме того, они были с боем и мелодией. Свет причудливо отражался в полированных шестеренках, от чего вся вещица сияла подобно огромному бриллианту.

– Здесь только кукушки не хватает, – попытался неудачно пошутить психолог, рассматривая хитросплетение деталей.

– Я продал уже более ста копий. Люди охотно платят за них приличные деньги, – не оценив юмора ответил мастер-сержант, – Сейчас я работаю над новой моделью часов с турбийоном, на неё уже есть десятки предзаказов!

– Похвально! Действительно, очень искусная работа, – восхищённо произнес психолог, – Никогда бы не подумал, что вы увлекаетесь созданием столь красивых вещей в ретро-стиле! Когда вы уволитесь из армии, с вашей тягой к прекрасному вам будет чем заняться на гражданке.

– Бойцы нашего спецподразделения не уходят со службы, мы остаемся солдатами до конца, – гордо ответил мастер-сержант.

– Да, извините, я слишком старый и ещё помню те времена, когда люди увольнялись со службы по старости или выслуге лет, – пояснил психолог, – Всё же, я хочу понять, какова ваша мотивация служить отчизне? Почему вы не хотите целиком посвятить себя часовому искусству, ведь за него, как оказалось, очень хорошо платят.

– Ежедневно я оплачиваю приблизительно триста киловатт-часов электроэнергии, и её стоимость постоянно растет, так как вводимых мощностей постоянно не хватает. По сравнению с электричеством, мои расходы на всё остальное сравнительно невелики, – мастер-сержант посмотрел вокруг себя по сторонам, – Конечно, можно ограничивать себя и сидеть в пустой комнате без обстановки и окон, но тогда лучше вообще оставаться в казарме. Не знаю, доводилось ли вам жить в общаге, но лично мне нравится здесь гораздо больше.

– Простите за мою назойливость, но я не вполне улавливаю взаимосвязь между стоимостью электроэнергии и вашей службой в армии, – озадачено произнес психолог.

– Легвийцы владеют филакским энергоблоком незаконно, он по праву принадлежит нашему народу. На этот счет не может быть иного мнения, и мы должны вернуть эту крупнейшую в мире электростанцию себе во что бы то ни стало! Или вы с этим не согласны? – вкрадчиво поинтересовался мастер-сержант.

– Конечно согласен! – спохватился психолог и быстро добавил, – Я лишь хотел убедиться, что вы отдаете себе отчет в том, что можете безвозвратно лишиться всего этого в один миг. Впрочем, психологически вы полностью готовы к участию в операции, и я обязательно сообщу об этом в своем рапорте. Желаю вам удачи!

Мастер-сержант был очень рад, что быстро спровадил непрошеного гостя восвояси. Солнце клонилось к закату, и любитель прекрасного надеялся еще успеть полюбоваться кратковременной вспышкой зеленого света, возникающей в момент погружения багрового солнечного диска в океан. Погодные условия и расположение облаков на горизонте давали хороший шанс увидеть сегодня столь редкое природное явление.

Настало самое время для ужина. Мастер-сержант поднял стоящий на столе серебряный колокольчик и мелодично позвонил им. Вслед за этим незамедлительно открылись двери, и две миловидные горничные ловко подкатили тележку с едой к большому обеденному столу, стоящему в центре зала под огромной хрустальной люстрой. Служанки очень грациозно и умело накрыли стол, уставив всю инкрустированную перламутром столешницу белоснежным фарфоровым сервизом, состоящим из бессчетного количества супниц, тарелок, соусниц, кувшинчиков, вазочек, серебряных ножей, вилок, щипчиков и других столовых приборов неизвестного назначения. Сервировка выглядела чинно и безупречно, как в старые добрые времена. Отвесив легкий поклон, барышни быстро удалились, а мастер-сержант сам уселся за стол и в полном одиночестве приступил к своей обычной трапезе. Он стеснялся прислуги, так как до сих пор не разобрался, зачем для одной персоны ставят три бокала и три тарелки, для чего кладут две ложки и по четыре ножа и вилки. В таком количестве столовых приборов действительно не было никакого смысла. Дело в том, что из автоматического раздатчика стандартного модуля жизнеобеспечения поступало лишь пять видов кашеобразных пищевых смесей, поэтому ножи и вилки точно были совершенно излишни, – мастер-сержант по привычке управлялся со всеми блюдами одной столовой ложкой.

***

На этот раз командование допустило ряд непростительных просчетов в оперативно-тактическом планировании, в результате чего весь штурмовой отряд зенарианцев попал в глухую засаду еще на подступах к филакской электростанции. Пути к отступлению назад не было, все направления, включая верх и низ, были намертво заблокированы. Наступило небольшое затишье. Солдаты знали, что их подвиг всегда является следствием грубой ошибки командования. Противники не спешили действовать, они просчитывали все возможные варианты прорыва и обороны, обе стороны надеялись минимизировать свои потери. Внезапно над полем боя заревел громкоговоритель, из которого раздался голос с легвийским акцентом:

– Зенарианцы, сдавайтесь, вы окружены, сопротивление бесполезно! Наше командование не хочет напрасных жертв! В случае добровольной сдачи в плен, Легвийское правительство каждому из вас гарантирует навсегда предоставить индивидуальный модуль жизнеобеспечения с виртуальной реальностью объемом десять петабайт и вычислительной мощностью четыреста зетафлопс. Это гораздо больше, чем вы сможете позволить себе в Зенарии за всю жизнь! Даём вам минуту на размышление. Выходите без оружия и с поднятыми руками! …

Константин Евченко

Москва, 2020

evchenko@gmail.com

– Для подготовки обложки издания использована художественная работа автора.