# Зов «Легиона»

Иван Данилович Жолудь

После крушения шаттла "Легион-Один" молодой исследователь оказывается заперт в аварийном капсуль-шаттле, откуда единственным выходом является ожидание спасательного корабля. Спасение осложняет то, что капсула дрейфует в неизвестной человечеству части космоса.

# Иван Жолудь. Зов "Легиона"

Земля, это шаттл “Легион-Один”. Я теряю скорость. Терпим крушение в неизвестной системе. Повторяю,…терпим крушение…Земля…” Легион-Один”. Запрашиваю помощь…

Джо вышел из бессознательного состояния. Ещё мгновение назад, крепко стиснув в руках закоротившие провода, он, сам того не понимая, не отдавая отчёта своим действиям, на протяжении получаса кричал в голосовой модуль, чтобы передать сигнал о помощи, но на том конце не было никого. Он был отлучен от мира, в наглухо заваренном со всех сторон капсуль-шаттле, совсем один, испуганный и беззащитный, как маленький ребёнок. Словно ловушка со смыкающимися стенами, шаттл давил на него отовсюду. Каждый предмет нагнетал обстановку, каждый шорох сводил парня с ума, а каждый брошенный в сторону иллюминаторов взгляд лишь усиливал испуг. Там не было ничего – только пустое чёрное пространство за слоем закалённого стекла.

Осколок от исследовательского шаттла “Легион-Один” продолжал бороздить космические просторы. Шансов на спасение у молодого ученого Джованни Белотта не оставалось. Дрейфующий капсуль-шаттл стал одновременно его убежищем и темницей, медленно доводящей парня до безумия. Вдруг в голове его промелькнула мысль. Зародыш идеи, формируя образы и тщательно собирая информацию со всех закоулков памяти, двигался прямиком в подсознание, словно пытался построить некий алгоритм решения проблемы. Джо дернул головой. Его взгляд метался из стороны в сторону в поисках какого-то предмета. Переворачивая кресла, раскидывая кипы бумаг и бросаясь в сторону каждого шкафчика, он в скором времени ринулся в свою каюту, оставляя за собой лишь хаос и разруху, подобно беспощадному Армагеддону. Подбежав к тяжелой тумбе, он наконец нашел искомое – фото молодой девушки с широкой, сияющей жемчужным блеском улыбкой и подписью у самого основания рамки: “Твоя любимая Белль”. И вновь в голове, словно носящиеся в безумном вальсе мотыльки, закружили всё новые и новые образы и воспоминания, напомнив о их последнем проведенном вместе дне…

Джо крепко держал любимую за руку. Привычка ещё с юношества, ведь всегда казалось, что, стиснув эту хрупкую ладонь своей уже не детской, грубой рукой, ты способен уберечь её от воздействия остального мира и его пагубного влияния. Это был холодный вечер. На родной станции всегда старались поддерживать температуру в соответствии с Земными сезонами, о чём теперь напоминали пробежавшие по коже мурашки, отложившиеся в памяти Белотта на долго. Он сам вызвался добровольцем, хотел выглядеть в глазах Белль кем-то ещё более значимым, хотел быть для неё героем. Вот выдалась возможность стать участником исследовательской экспедиции за территории Млечного Пути – каждого из пяти ученых-добровольцев заваривали в отсеках шаттла, каждый из которых, в случаи непредвиденных ситуаций, отсоединится от остального корабля. Прижимая к груди фотографию возлюбленной, Джо вспомнил, как обещался вскоре вернуться живым…вслед за мыслями о доме в голове всплыло воспоминание того рокового дня, когда скопление крупных астероидов заставило расколоться на части “Легион-Один”. Слёзы медленно катились по стеклянной рамке, смывая с её поверхности тонкий слой пыли. Страх преодолел последний рубеж, взяв под контроль разум молодого исследователя. Единственным, о чём теперь мог думать Джо, стала скоропостижная смерть, которую Белотта, хоть и боялся, но ожидал. Он ударил рукой по панели управление, запустив реактор и двигатели. Куда теперь мчал маленький капсуль-шаттл было ведомо только судьбе, но казалось, что даже она сейчас не в силах изменить решения, исходящие из молодого, помутненного сознания Джованни Белотта.

Вдруг раздался писк, исходящий из панели напротив. Вялой, волочащейся походкой Джо приблизился к дисплею. Тут же в его глазах мелькнула искра. Сообщение от Белль. Это была его единственная связь с остальным миром. Сообщения доходили долго, возможно это было отправлено больше месяца назад, но теперь Белотта знал, что его родная и единственная Белль будет рядом с ним, несмотря на то, что их разделяют сотни световых лет, на что указывал барахлящий хронометр. Как же далеко его занесло, от назначенного ранее маршрута. В такие глубины космоса не забирался ни один их крейсеров и фрегатов – он попал в неизведанный и чужой всему человечеству мир, откуда выход был один; но после сообщения от возлюбленной Джо откинул все мысли об ожидавшей его участи. В душе его томилась надежда, если не на спасение, то хотя бы на спокойную смерть.

– Мы не виделись почти полгода. – Белотта, уставившись в экран, принялся читать заветное сообщение. – Я часто смотрю на звёзды, понимая, что ты где-то там, среди одинокого космоса. Джо, я прошу тебя, вернись скорее…я скучаю, твоя Белль.

О Белль…Если бы он только знал, как к ней вернуться. Покинуть чёртов шаттл не было и малейшего шанса, а для прилёта спасательного корабля могли потребоваться годы, если не десятилетия. Что с ней там, на станции, где она осталась совсем одна по его вине? Если бы он только знал, к чему приведет это путешествие. Знал, что заставит свою любимую страдать от неведения. “Прости Белль, я не думал, что всё случиться именно так.” – единственное, что пришло в голову. Именно это он отправил в своём сообщении на станцию, не упомянув о крушении и о его нынешнем положении.

Резкий толчок откинул Джо в стену каюты. Вмиг исчез чёрный космос, видневшийся за иллюминатором. Теперь он расползался по небольшой комнате, поглощая каждую секунду всё больший и больший участок. После удара тело отказывалось двигаться, лёгкие замерли, а по телу пробежал холодок, словно вот она, та самая смерть, подкралась совсем незаметно. Не способный сомкнуть веки, Джованни наблюдал, как космическая тьма пожирает его тело. Но паралич пропал сразу после резкого вдоха.

В каюте был полный порядок, словно никакого толчка и не было, лишь сам Джо всё также сидел у стены, прижимая к груди отсоединенный дисплей. Видимо на какое-то время он потерял сознание – никак иначе подобные видения не объяснишь. Это подтверждалось ещё и тем, что из-за мучительного чувства страха Белотта не мог уснуть уже третью ночь. Изнеможённому организму, не готовому к такому резкому сбою режима сна, нужен был хотя бы небольшой отдых, который он получил.

Сейчас Джованни больше интересовал сам толчок, заставивший его шаттл слететь с траектории намеченного полёта. Неужели снова метеориты? Эту мысль Джо почти тут же отбросил. Если бы капсуль влетел в скопление метеоров, то давно превратился бы в бороздящую космос груду металлолома, а по данным бортового компьютера неизвестный объект лишь слегка повредил обшивку машины. Внимание привлекло тусклое свечение, пробивающееся сквозь металлические заглушки, которыми закрывались иллюминаторы. Нажав кнопку, отключавшую защиту смотровой площадки, Джо, слегка прищуриваясь, взглянул на пролетавший мимо объект. Похожая на щупальца субстанция плыла в полной темноте под самым дном капсулы, немного выглядывая перед иллюминаторами. Тусклого сияния этих щупалец хватало для того, чтобы осветить лишь небольшой сектор вокруг капсулы, но бегущие до самых кончиков, словно по толстым проводам, языки и струи электрического потока можно было увидеть даже на значительном расстоянии. Походя на огромный, космический фонарь, субстанция продолжала плыть вперед, отбивая мощными зарядами тока по обшивке шаттла. Снова запищал борт компьютер. С каждым ударом о щупальца ослабевало силовое поле. 20 процентов – значения стремительно падали. Валявшиеся возле платы управления оголённые провода начали искрить, извиваясь подобно змеям. Загорелись ещё недавно не работавшие лампы, и с каждым разом всё громче подавал сигнал бортовой компьютер. Скачки напряжения сказались на аппаратуре – барахливший, но остававшийся в статизе хронометр начал неистово трещать, пока стрелка его в бешеном темпе носилась по кругу. Отбивая о пол и потолок оглушающими хлопками, провода, словно ожившие хлысты, метались по каюте.

Уворачиваясь от ударов проводов и разрядов тока, Джованни ринулся в зал совещаний. Из отключенного голосового модуля доносился странный треск, усиливающийся по приближению космической субстанции к кабине шаттла. Последний шанс – бортовой компьютер разразился предсмертным электронным писком, предвещая скорую погибель. Защита силового поля окончательно спала. Со всех сторон затрещали разряды тока, и медленно плавящаяся обшивка капсулы покрылась едкими черными пятнами, испуская синеватый и тёмный от копоти дым. Была не была. Схватившись за искрящие провода, Джо подключил голосовой модуль к системе. Взрыв сгустка чистой энергии и волна от разрядов тока швырнули парня в стену каюты. Ещё один взрыв, следом за ним ещё несколько. Бездыханное тело парня вздрагивало от каждого удара новой взрывной волны. Казалось это был конец. Сияние за стеклом исчезло, больше не пищал борт компьютер, а треск голосового модуля затихал с каждой секундой. Включилось ядро капсулы. Вновь вернувшееся электричество активировало дополнительные силовые поля и запустило диагностику системы, отключив потенциально неисправные части капсулы. В каюте и зале совещаний вновь замерцали лампы. Их яркий свет пробудил Джованни, вернув парня в сознание. Резкий вдох – он был в шаге от смерти и даже не надеялся на спасение. Но чудом его сердце вновь забилось, а жизнь вернулась в, казалось бы, уже мёртвое тело. Поднявшись на ноги, Джо вновь взглянул в иллюминатор – пустота, такая же чёрная и безжизненная, как и раньше…

– Кто-нибудь, ответьте. – Джо вздрогнул от неожиданно раздавшегося из модуля мужского голоса. – Это Дилан Крейг…капсула шаттла “Легион-Один” … Приближаюсь к неизвестной… Станции. Кто-нибудь ответьте.

Бросившись к голосовому модулю, Джо ещё раз прослушал сообщение. На лбу парня выступил пот, от волнения пересохло во рту – он был не единственным выжившим. Возможно, недалеко от него дрейфуют оставшиеся четыре капсулы. Собравшись с мыслями, Джованни нажал на кнопку и громко произнёс:

– Дилан Крейг, это капсула номер три. Говорит Джованни Белотта. Прошу передать координаты станции. Повторяю, капсула номер три, прошу передать координаты.

Модуль молчал. Всю капсулу охватила загробная тишина. В каюте было настолько тихо, что пульс от колотящегося в груди сердца отбивал в ушах Джо, словно стук молота о звонкий колокол. Огонёк надежды медленно гас в глазах парня. Последний и единственный шанс на спасение, словно выскользнул прямо из его рук. Придерживаясь за стену, Джо проковылял к иллюминатору и, на какое-то мгновение, завис около толстого стекла, наблюдая за одиноко проплывающими мимо бликами ярких звёзд. Он снова был один.

– Говорит Дилан Крейг. Капсула номер три, передаю координаты станции. – тут же раздался рокот активизирующегося ядра, вслед за ним и шум от двигателя.

Полученные данные были автоматически направлены на панель управления, задав капсуле точный маршрут. Новая цель, словно толчок вперед, вернула Джо к жизни. Снова исчезли мысли о смерти – там, в глубине неизведанных просторов, где-то за пределами поля зрения, было его спасение. Возможно, эта станция стала бы его новым домом. Но как же Белль? Она не может остаться навсегда одна на их родной станции. Джо был уверен, добравшись до станции он сможет наладить связь, выйти на контакт со спасателями и в скором времени его, уже с неизведанной станции, вместе с Диланом Крейгом заберут домой, на территорию Млечного Пути. А там он, наконец, снова встретит Белль. Нужно лишь немного подождать и добраться до той самой спасительной станции. Тут же в голове мелькнула мысль. Раз уж сообщения до Белль доходят с отрывом, будет время вести исследовательский дневник, который поможет в будущем изучить эту часть космоса.

Больше Джованни не волновало ничего. Он мчал в своей капсуле в неизвестном направлении, на заброшенную станцию, непонятно откуда взявшуюся в этой лишенной жизни галактике, на встречу с незнакомым ему человеком, который, на самом деле, может вообще не является ученым с “Легиона-Один”, но сейчас парня уже ничто не могло остановить. Цель задана, маршрут намечен. Джо продолжал уверенно двигаться по пути к своему спасению. Размышления постепенно перетекали в идеи, после в мечты, которые в скором времени получали своё место в исследовательском дневнике. “Какая она, эта станция? Есть ли на ней жизнь? Если Дилан Крейг направляется туда, то он явно уже получил какую-то информацию. Я с нетерпением жду его сообщения. Это будет новая часть моего путешествия. Я стану первооткрывателем никому неизвестной галактики, а может даже встречусь с ещё незнакомой нам цивилизацией, проживающей здесь уже давно. Я уверен, что мой путь не напрасен. Я добьюсь своей цели.”

Так прошел первый день. Ложась на кровать, Джо вновь взглянул на фотографию Белль. То тепло, которое излучала её улыбка должно было помочь ему уснуть ночью. Он снова погрузился в мысли, вспоминая самые лучшие мгновения, проведенные вместе. Благодаря этим воспоминаниям капсула, и даже бесконечный космос, уже не казались ему такими одинокими. День был тяжелый, организму нужно сделать временный перерыв. С такой мотивацией Джованни переборол в себе желание вновь вернуться к работе. Даже во сне образ той самой станции не покидал его ни на секунду. Он уже представлял, как сходит с капсулы на борт этой огромной постройки, висящей в космическом пространстве возле какой-то яркой звезды, свет которой наполнял энергией солнечные батареи. С гордо поднятой головой и триумфальной мелодией в голове, он делает первый шаг. Вокруг уже собралась толпа – весь экипаж с корабля “Легион-Один” уже давно собрался в погрузочном отсеке, в ожидании прилёта того самого Джованни Белотта. Уже знакомый великому путешественнику Дилан Крейг – щупленький учёный в очках – подбегает к прибывшему исследователю, чтобы подать ему стакан воды, (именно этого не хватало герою во время полёта), остальные учёные падают ниц, преклоняя головы перед самым стойким из экипажа, а молодые инженерши сломя голову несутся, чтобы встретиться с великим героем и упасть в его объятия. Столь сладкий сон прервали гул и встряска, выведшие Джо из состояния анабиоза. В каюте запахло гарью. Вновь заискрили провода, и всю капсулу замельтешило из стороны в сторону. С режущим слух треском битого стекла на пол упала фотография Белль. Джо подорвался с кровати, чтобы подобрать осколки, но новая встряска заставила его отложить все остальные дела. Скинув осколки рамки на кровать, парень помчал на смотровую площадку, откуда открывался лучший обзор. Происходящее повергло парня в шок. Капсуль-шаттл попал в скопление метеоров, влетающих в машину на полной скорости. Обшивка подобного удара не переживёт. Если хоть один метеорит попадёт в ядро…Джо даже не хотел об этом думать. Взорвавшийся реактор разнесёт капсулу на мелкие кусочки, так, что даже следов не останется. Выход из ситуации был один – включение аварийного двигателя заставило бы шаттл на огромной скорости миновать скопление тяжелых камней, но могло сбить капсулу с маршрута. Выбор между двух зол. Любое из двух решений, будь оно даже верным, могло привести Джованни к погибели, но выхода у парня не было. Отбросив все сомнения, Джо спустился к плате с управлением и включил аварийный двигатель.

Корабль помчал на полной скорости, разнося даже самые крупные метеоры на множество мелких камней. Снова пищал бортовой компьютер, предупреждая о повреждении обшивки. Капсула осталась без защиты, потеряв даже остатки аварийных щитов. Оставалось только верить в то, что гиперзвуковой скачок не сбил шаттл с траектории полёта.

За иллюминаторами не было видно ничего. Капсуль-шаттл мчал через десятки световых лет, без возможности остановиться, и когда, наконец, мощностей аварийного двигателя хватило лишь на поддержание начальной скорости, Джо смог приблизится к хронометру и проследить свой маршрут. Он пролетел на пять тысяч световых лет вперед и…Джованни вновь перепроверил данные. Шаттл сбился с маршрута с погрешностью в четыреста световых лет. Может приборы врут? Наверняка капсула Крейга передала другие координаты, и он вот-вот, миновав виднеющуюся вдалеке звезду, окажется на нужной станции. “Нужно ещё раз прослушать сообщение” – подумал Джованни, возвратившись в зал совещаний. За время работы ядра, голосовой модуль сумел восстановить некоторые фрагменты записи, и теперь Джо мог прослушать новые части сообщения. К своему огромному удивлению, парень нет обнаружил записи с координатами станции. Система могла по ошибке удалить их сразу после запуска аварийного ядра – такое случалось при перегрузке реактора. Зато первое сообщение осталось нетронутым

– Кто-нибудь ответьте. Это Дилан Крейг, член спасательной миссии со станции “Рокот”. Капсула шаттла “Легион-Одиннадцать” разбилась в нескольких секторах от нас. Я приближаюсь к неизвестной системе. Повторяю, это Дилан Крейг, сообщение для станции “Рокот”. 12 апреля 2060 года. Приближаюсь к неизвестной системе, кто-нибудь ответьте.

“Кто-нибудь, ответьте” – многократным эхом эти слова крутились в голове Джо. 2060 год – сообщение было отправлено почти триста лет назад. Это был последний удар. Надежды на спасение больше нет. Весь экипаж шаттла “Легион-Один” погиб или бесследно исчез. Джованни был один, среди вечных просторов космоса, без связи, в почти развалившейся капсуле, ставшей его ловушкой. Сообщение от Крейга оказалось лишь бесполезной пустышкой, которая занесла его капсуль-шаттл ещё на пять тысяч световых лет дальше от родного дома. Вернувшись в каюту, Джованни подобрал оставшиеся осколки с пола и уселся на кровать, прижимая фотографию Белль. И вновь по щекам скатились слёзы, оставляя на простыни мелкие пятна от капель. Он не сможет вернуться к ней, не сможет увидеть её вновь, и так и не смог сдержать своё обещание.

Тем временем капсула приближалась к неназванной звезде. Взглянув на её голубоватое свечение сквозь толстое, закалённое стекло иллюминаторов, Джо вспомнил о тех историях, которые они с Белль рассказывали друг-другу ещё будучи юными подростками. Разряды электричества, сплетаясь с языками синего пламени, расползались по всей площади этого шара. Заметно сжимались облака газов вокруг этого огроменного светила. Джованни знал, что это предвещало. Мощностей на ещё один длинный скачок уже не хватало, но хотя бы небольшое смещение могло продлить существование капсулы. Активировав двигатель и включив запись сообщения, Джо вновь уселся на кровать, наблюдая за взрывом раскалённого шара.

“Это моя последняя запись. Никакой станции нет, шаттл “Легион-Один” погиб, и, в скором времени, взорвавшаяся звезда или превратит меня и мой капсуль-шаттл в пепел, или отнесёт меня ещё дальше, на сотни тысяч световых лет от этой системы…Системы Зетта. Единственное, о чём я жалею сейчас, так это то, что я не смог сдержать обещание. Не вернулся домой живым. Прости меня, за это, Белль. До взрыва осталось меньше минуты. Я люблю тебя…”

Взглянув на расплывшиеся, словно краски по чёрному полотну, пылевые облака от взрыва, Джо приготовился к скорой смерти. Закрыв глаза, он укутался в тёплый плед. И только в голове продолжали крутиться мысли – “Я совсем один…”

Из неоткуда донесся голос бортового компьютера:

– Ввод резидентов в состояние криогенного статиза. Присоединение спасательного шаттла модели “Легион-Один” …