# Приключение

Марина Ивановна Цветаева

«Ночь. Казанова, буйно разметавшись, спит на диване, под картой звездного неба. Видно, что заснул случайно. На полу валяются книги. Свечи в огромном трехсвечнике догорели. Начало картины в полной тьме…»

> Vous oublierez aussi Henriette…

> Casanova. Mémoires.[1]

Лица

ДЖАКОМО КАЗАНОВА, в первой картине 23 года, в последней 36 лет, острый угол и уголь.

АНРИ-ГЕНРИЭТТА, 20 лет, лунный лед.

КАПИТАН, под пятьдесят, вояка.

ДЕВЧОНКА, 17 лет, вся молодость и вся Италия.

ЛE-ДЮК, слуга, ровесник и сподвижник Казановы, преувеличенный Казанова.

ГОРБУН, как все горбуны.

ВИОЛОНЧЕЛИСТ, 18 лет, лоза.

ПЕДАНТ, очаровательная развалина.

ПОСОЛ ФРАНЦУЗСКИЙ, ПОСОЛ ИСПАНСКИЙ, 1-й ИСПАНЕЦ, 2-й ИСПАНЕЦ, 1-й ФРАНЦУЗ, 2-й ФРАНЦУЗ – марионетки

ХОЗЯЙКА МОДНОЙ ЛАВКИ, сорокалетняя итальянская скороговорка.

1-я МАСТЕРИЦА, 2-я МАСТЕРИЦА – девочки


Время и место встреч

I картина – комната гостиницы в Чезене, II картина – та же комната гостиницы, III картина – загородная вилла в Парме, IV картина – комната гостиницы “Весы” в другом итальянском городе – 1748 г.

V картина – та же комната гостиницы, 13 лет спустя

Час встреч: вечер и ночь.


Источники мои – IV том “Мемуаров” Казановы.

## Картина первая. Капля масла

Ночь. Казанова, буйно разметавшись, спит на диване, под картой звездного неба. Видно, что заснул случайно. На полу валяются книги. Свечи в огромном трехсвечнике догорели. Начало картины в полной тьме.


Стук и голос за дверью


– Позвольте мне взойти!

– Вы заняты? Вы спите?

Вы, может, не одни? – Молчит, как гроб!

Да здравствует пример воров и кошек!


(На пороге молодой гусар с ночником.)


<ГУСАР>


Светло, как в погребе! – Ночник, свети,

Как факел на ветру!


КАЗАНОВА

(во сне)


Жавотта, ты?

Браслеты я купил!


ГУСАР


Должно быть, бредит.


КАЗАНОВА

(так же)


Но если граф к тебе еще придет…

А впрочем – черт с тобой!


ГУСАР


И Бог – со мной!


(Рассматривает разбросанные всюду книги.)


Что мы читаем? – Данте. – Ариост.

“Значенье звезд”. – “Семь спутников скелета”.

Был или нет – у Асмодея – хвост…


КАЗАНОВА

(так же)


Тогда Розине подарю браслеты!


ГУСАР

(у письменного стола)


Перо очинено… Весы… Печать…

А писем, писем! Полная корзина!

А, женский башмачок! Хотел бы знать,

Как в башмачке одном дошла…


КАЗАНОВА

(так же)


Розина!


ГУСАР


Два женских имени за пять

Секунд – и всё чего-то шарит!

Не весело, должно быть, спать

С одною картой полушарий!


(Наклоняет светильник к самому лицу спящего.)


Души и ветрености смесь!

Над скольких Ев невинных – змеем,

Над скольких Ариадн – стою – Тезеем?!

– Ох, масло капнуло! Ох, я пропал!


КАЗАНОВА

(вскакивая в темноте)


Кто здесь?

Ле-Дюк! На помощь! Сбирры! Смерть! Розина!


Суматоха.


ГУСАР

(зажигая светильник)


И Бог сказал: Да будет свет!

Ни сбирров, ни Розины нет, —

А просто нашалил светильник.

И перед вами – ваш сосед:

Гусар и бравый собутыльник.


КАЗАНОВА


Я, кажется, заснул и вижу сон?

Как вы сюда попали?


ГУСАР


Прямо в двери.

Но если здесь у вас заведено

Не в дверь ходить – могу уйти в окно.


КАЗАНОВА


Ле-Дюк!


ГУСАР


Не встанет вам помочь

Ваш Лепорелло. – А причина

Сему: не спит в такую ночь

Слуга такого господина.


КАЗАНОВА


Вы вор?


ГУСАР


Немножко.


КАЗАНОВА


Странно, цепь цела

И перстень цел… Нет, вы не вор, – вы хуже:

Вы чей-то муж! – Нет, хороши для мужа!

Скажите же мне, сударь, что вам нужно?

Какая дурь сюда вас привела?


ГУСАР

(садясь на ручку кресла, доверчиво)


Я странным нйдугом недужен:

Моя болезнь – бессонные дела.


КАЗАНОВА


Ну, побеседовали, – баста!

Идите просыпайте хмель!


ГУСАР

(твердо)


Скорей в могилу, чем в постель!


КАЗАНОВА


И на затылок наложите пластырь.


ГУСАР

(певуче)


Ах, не залечит

Ласковый пластырь

Этого сердца,

Сей головы!

Ах, я бессонней самой совы!

Такой же, как вы,

Бессонных дел мастер!


КАЗАНОВА


Так вы не муж?


ГУСАР


Не муж.


КАЗАНОВА


Не вор?


ГУСАР


Не вор.


КАЗАНОВА


И вы не кредитор?


ГУСАР


Едва ли!


КАЗАНОВА


Не муж, не вор, не кредитор, —

Зачем же вы сюда попали?

По звону шпор и по шнуровке

Гусар, очарованье дам.

Умалишенный – по речам,

И… ангелочек – по головке!


ГУСАР


И ложь, и правда…


КАЗАНОВА


Как певуч

Ваш голос молодой… Но все же —

Зачем вы здесь?

Полоса луны.


ГУСАР


Зачем на ложе

Нисходит этот лунный луч?


КАЗАНОВА


Кто вы?


ГУСАР


Я – лунный луч. Вольна

Мне всякая дорога.


КАЗАНОВА


Кто вы?!


ГУСАР


Как спутница Земли – Луна,

Я – вечный спутник Казановы.

А для людей – гусар Анри,

Грош, по рукам еще не стертый…


КАЗАНОВА


Но все ж, дитя, какого черта

Сюда явились?


АНРИ


– На пари!


КАЗАНОВА


Пари?!


АНРИ

(кладя ему руку на плечо)


КАЗАНОВА, взгляните в окно!

Как в мире безумно от лунного света!

Все минет, все канет… Не все ли равно:

Пари – или нежность. Анри – Генриэтта.


КАЗАНОВА

(прозревая)


Анри? – Генриэтта?

(Вскакивает.)


АНРИ


Оставьте! Не тронь!


КАЗАНОВА

(вне себя)


Пари – или нежность?


АНРИ

(смеясь)


Какое бесстыдство!

Ни то, ни другое. В страшнейший огонь

Гусаров и женщин ведет – любопытство.


Входит Капитан.


КАПИТАН


Прикрою дверь, а то сквозит.

Простите, сударь, за визит

В столь неурочный час полночный.

Всяк господин в своем дому.


Мне это свято, но всему

Виной – мальчишка сей порочный.

Чуть ночь настанет, быстр и бодр

Сей лодырь покидает одр

Свой, моему одру соседний.

Ищу, свищу – ответа нет,

А поутру – один ответ:

– Где был, племянник? – У обедни!

Что, сударь, скажете на это?


КАЗАНОВА


Всё в мире – только имена!

Кто скажет: месяц, кто: луна…

Анри – сегодня, завтра – Генриэтта…


КАПИТАН


Что значит?..


КАЗАНОВА

(вскипая)


То, что без ума

Я, сударь, от сего гусара,

Что сон бессоннице не пара,

Ну, словом, чтоб не тратить слов,

Я – Казанова, и готов

Платить казною или кровью.


КАПИТАН


Я – воин, и чужой любовью

Не промышляю. Чтят любовь

И юность – старые венгерцы.

А проливать чужую кровь

Сегодня мне мешает – сердце.

(Генриэтте)

– Свободна!

(Выходит.)


АНРИ

(занося ногу на подоконник)


Кажется, погасла

Луна, нырнула в глубину…

Забудьте бедную луну

И помните о капле масла!

## Картина вторая. Десять цехинов

Следующий вечер. Та же комната. Казанова и Анри, сменивший гусарский мундир на очаровательную мужскую одежду того времени, на разных концах дивана – беседуют.


КАЗАНОВА

(продолжая нескончаемый диалог)


Я вас люблю!


АНРИ


У вас прелестный голос!


КАЗАНОВА


А вы меня не любите!


АНРИ


Не всё

Так просто под луною, Казанова!

Семь ступеней у лестницы любовной…


КАЗАНОВА


Я на восьмой тогда!


АНРИ


И сотни тысяч,

И сотни тысяч верст меж “да” и “нет”.


КАЗАНОВА


Еще ни разу не поцеловали!


АНРИ


Не все дороги в Рим ведут.


КАЗАНОВА

(насторожившись)


Нет, Рим

Нам может быть опасен. Едем в Парму!

Я вас люблю!


АНРИ


Прелестные слова!


КАЗАНОВА


А вы меня не любите!


АНРИ


…И губы…


КАЗАНОВА


Я никогда так страстно не любил,

Так никогда любить уже не буду…


АНРИ

(глубоко-серьезно)


Так – никогда, тысячу раз – иначе:

Страстнее – да, сильнее – да, страннее – нет.


КАЗАНОВА


Что смотрите?


АНРИ


Прелестные глаза!

Да, их должно быть целовать прелестно…


Казанова тянется.


АНРИ

(смеясь и отстраняясь)


Нет, нет, – как лунный луч: когда заснут.

Не забывайте: мы – авантюристы:

Сначала деньги, а потом – любовь.


КАЗАНОВА

(падая с облаков)


Какие деньги?


АНРИ

(играя в серьезность)


За любовь. Но долгом

Своим считаю вас предупредить:

Никак не ниже десяти цехинов.


КАЗАНОВА


Тысячу!


АНРИ


Мало!


КАЗАНОВА


С этим перстнем!


АНРИ


Мало!


КАЗАНОВА


Тысячу – цепь – и перстень…


АНРИ


Мало!


КАЗАНОВА


Чертов

Вчерашний проигрыш! – И пряжки!


АНРИ


Мало!


КАЗАНОВА

(в отчаянии)


И этот ларчик!


АНРИ


Мало! Мало! Мало!


КАЗАНОВА


Что же вы потребуете?


АНРИ

(упираясь кончиком пальца в грудь Казановы)


– Душу

Сию – на все века, и эту

Турецкую пистоль – на смертный выстрел.

(Разглядывая пистоль.)

Турецкая?


КАЗАНОВА

(как во сне)


Да, да…


АНРИ


Даешь?


КАЗАНОВА

(так же)


Даю.


АНРИ

(по-детски)


И не отнимешь?


КАЗАНОВА


Нет…


АНРИ

(грозя пальцем)


Ну-ну, мессэре!

Чтоб у меня не плакаться потом,

Что плата высока не по товару!

Нагнитесь.


Казанова склоняет голову.


Этот первый поцелуй

В безумный лоб, чтоб мудрым был и добрым.

Давайте – шаг за шагом – постепенно:

Как Бог велел: сначала в лоб, потом в глаза…


КАЗАНОВА

(яростно)


Когда же в губы?!


АНРИ

(серьезно)


Слушайте, дружочек!

Бог дивный мир свой сотворил в неделю.

Женщина – сто миров. Единым духом —

Как женщиной мне стать в единый день?


Вчера гусар – при шпорах и при шпаге,

Сегодня – кружевной атласный ангел,

А завтра – может быть – как знать? Кто знает?!


КАЗАНОВА

(сжимая кулаки)


Ты поклялась свести меня с ума!


(Стук в дверь, – он, бешено)


Кто там?!


ГОЛОС ЗА ДВЕРЬЮ


Из модной лавки Санта-Кроче.


АНРИ

(приподымаясь на цыпочки)


Поцеловали в лоб – целуем в очи!


Входит Хозяйка, за ней две мастерицы.


ХОЗЯЙКА

(проталкиваясь, мастерицам)


Я первая! Нельзя же разом!

Привет, синьоры!


КАЗАНОВА


В добрый час!

Уже синьора заждалась.


ХОЗЯЙКА


А я – нести надорвалась!

Три ражих девки над заказом

Три ночи не смыкали глаз.

Дорина обливалась потом,

С Джаниной сделалась икота

Но разыграли, как по нотам

Сонату, – бисер – не работа!

Где же синьора наша?


КАЗАНОВА

(на Анри)


– Вот.


ХОЗЯЙКА


Где?


КАЗАНОВА


Вот.


ХОЗЯЙКА


Веселый у господ

Был, верно, ужин?


КАЗАНОВА


Говорят вам,

Что – вот!


ХОЗЯЙКА


Клянусь священной клятвой,

Что не синьору видит взгляд мой…

А – ну совсем наоборот.


КАЗАНОВА


А чтобы спор покончить скоро, —

Синьора, утомивши взоры

Непостоянством женских мод,

Кинула чепчик в огород

И порешила быть – синьором!


ХОЗЯЙКА


Да, да, – как раз наоборот!

(Мастерицам.)

Ну, дети, это авантюра!

(Казанове.)

Но как же, сударь? Белокура…

Синьора. Та была черна

И – ох! – куда полней фигурой…

И ликом – что твоя луна!

Не спутала же я… Едва ли.


КАЗАНОВА

(с деланным смехом)


Кругом запуталась, швея!


хозяйка

(с жаром)


Ну как же, сударь? Полным ртом

Ее вы в лавке целовали,

Еще Розиной называли:

“Розина, родинка моя!..”


АНРИ

(в воздух)


Заказанный для темных глаз

Атлас – теперь послужит светлым.

Жизнь поклялась: всё будет пеплом…


(Кладя руку на плечо Казановы.)


Дружочек, не сержусь на вас.


1-я МАСТЕРИЦА


И ни слова укора!


2-я МАСТЕРИЦА


И ни капельки злобы!


ХОЗЯЙКА

(разгружая картонки)


Какие уборы, синьора!

Четыре робы, синьора!


1-я МАСТЕРИЦА


Не плачет!


2-я МАСТЕРИЦА


Не бесится!


КАЗАНОВА


Генриэтта! – Анри!


АНРИ

(над платьями)


Одно – цвета месяца,

Другое – цвета зари!


хозяйка

(продолжая)


Косынки! Мантилии!


АНРИ


Ваш подарок – блестящ.

Одно позабыли вы:

Цвйта Времени – Плащ.

Так, большими ударами

Жизнь готовит нам грудь…


ХОЗЯЙКА


Довольно думать, сударыня,

Будемте мерить, сударыня…


АНРИ

(в пространство)


Плащ тот пышен и пылен,

Плащ тот беден и славен…


ХОЗЯЙКА

(держа на весу платье)


Здесь возьмем, там убавим,

Тут ушьем, там зашпилим…


Анри, Хозяйка и мастерицы выходят.


КАЗАНОВА


Тысячу громов! – Это нрав! – Я прав! —

Не торговка, а чертовка! – Но Анри! – Как сталь!

И бровью не повела! – Ну, дела! – Хвала

Господу в небесах – за любовь! – Кто там!?


ГОЛОС ЗА ДВЕРЬЮ


Вчерашний капитан.


КАЗАНОВА


Ах, это вы? Взойдите.


КАПИТАН

(входя)


Хотелось мне по поводу событий

Вчерашних – по душам – как друг —

потолковать.

Вы разрешаете, мессэре?


КАЗАНОВА


Весь вниманье.


КАПИТАН


Сие созданье любит вас.


КАЗАНОВА

(вспыхнув)


Созданье

Сие – невеста мне!


КАПИТАН

(невозмутимо)


Должно быть, мать

Что ль у нее до времени скончалась,

Иль просто колыбель ее качалась

Под бурным небом, – словом, быль темна.

Послушна как дитя, добра, умна,

Старик Гораций ей слагал бы оды! —

Но вдруг мужскую надевает моду,

По окнам бродит, как сама Луна,

Трезва за рюмкой, без вина – пьяна…


КАЗАНОВА

(угрожающе)


Нельзя ли поучтивей, старина?


КАПИТАН

(невозмутимо)


То в честь Платона составляет вирши,

То – молнией в седло. – Куда? – Приказ!

Жду час, жду два. – Влетает.


КАЗАНОВА


Ну?


КАПИТАН


Дралась

С польским временщиком – за командиршу!


КАЗАНОВА


Как в руки вам достался этот клад?


КАПИТАН


Я жил тогда, недели три назад,

В Чивите-Веккии, в гостинице…

(Щелкает пальцами.)


КАЗАНОВА


Да шут с ней,

С гостиницей!


КАПИТАН


И вот, с косичкой куцей —

Гусар по лестнице, за ним —

(пауза, и блаженно)

– еще гусар.

Вы хороши, я – нет. Вам двадцать лет, я стар, —

Но молод или нет, – всяк вправе быть убитым!

Сражен! – Заворожен! – Железняком к магниту

Тянусь. Тот впереди, а наш Анри за ним.

Сигарный дым прошел, – но в сердце что за дым

Пошел, когда она, ресниц скосивши стрелы,

Меня, как невзначай, своим плащом задела…


КАЗАНОВА


А дальше?


КАПИТАН


Дальше – вот: из двух окон моих

Всё видно в их окне. Не муж и не жених

Он ей, но и не брат, – да вовсе ей не нужен!

За ужином сидят, – похороны, не ужин!

Молчат и не едят, – не разжимают губ.

Другой уходит спать.

…Я, может, груб и глуп, —

Зову слугу: гляди! – Тот смотрит, рот разинув.

– Зови ее ко мне!


КАЗАНОВА


Черт!


КАПИТАН


За десять цехинов!


КАЗАНОВА


Пришла?


КАПИТАН


Пришла. – Выходим в парк.

Отсчитываю ей монеты.

Смеется: – Думаете, нету

Цехинов у меня? – и шварк

Мне под ноги кошель!


КАЗАНОВА


Богиня!


КАПИТАН


Так и не ведаю поныне,

Мессэре, что ее за змей

Ужалил. – Окончанье просто:

Тот спал, а парочку друзей

В Чезену повезла повозка.

С тех пор не расстаемся.


КАЗАНОВА


Так.

А кто она? Откуда?


КАПИТАН


Мрак.

Туман. Обман. – Роман, быть может.

Быть может, злостный опекун,

Иль зверский муж, – ей мало лун,

Но этот век безумно прожит!


ГЕНРИЭТТА

(входя)


Позвольте мне вас потревожить…


Казанова и Капитан встают, столбенеют.


Синьоры…


КАПИТАН


Молния и мрак!

Санкта Мадонна! – Конь и шпоры!

Ах я подлец! Ах я дурак!


ХОЗЯЙКА


Ну, как вам нравится синьора?


1-я МАСТЕРИЦА


Конфетка!


2-я МАСТЕРИЦА


АНГЕЛ!


1-я МАСТЕРИЦА


Божья мать!


КАПИТАН


Как быть? – Куда глаза девать?


ХОЗЯЙКА

(с ложной скромностью)


Не правда ли, для первой пробы —

Недурно?


КАЗАНОВА

(только что очнувшись)


Сонм небесных сил!


ХОЗЯЙКА


Клянусь, никто домашней робы

С таким величьем не носил!


КАПИТАН


Отныне ни вина, ни карт.


хозяйка

(принимая от Казановы кошелек)


Какие звонкие цехины!

Сейчас июнь.

(Казанове)

Пусть подарит вам март

Такую дочку.

(Генриэтте)

Вам – такого сына.


Хозяйка и мастерицы, приседая, выходят.


КАПИТАН

(со вздохом)


Им вслед, любезные друзья,

Со вздохом подымусь и я.


ГЕНРИЭТТА

(светски)


Так скоро?


КАЗАНОВА


Отчего так спешно?


КАПИТАН


Что делать, – срочные дела!

(Казанове)

Мне ваша молодость мила.

(Генриэтте)

Я ваш поклонник – неутешный.

(Выходит.)


КАЗАНОВА

(надевая Генриэтте кольцо)


Сегодня колечко, а завтра – запястье.


ГЕНРИЭТТА

(в тон)


Сегодня безумье, а завтра – бесстрастье.


КАЗАНОВА


Смотрите – за новым

К другим Казановам

В окошко не лазьте!


ГЕНРИЭТТА


Я больше не вор и не кошка, —

Я ваша раба.


КАЗАНОВА


Судьба ты моя! Роковое и грустное счастье!


Молчание.


КАЗАНОВА


Генриэтта?


ГЕНРИЭТТА


КАЗАНОВА?


КАЗАНОВА


Взгляд опущен…

Ты не счастлива?


ГЕНРИЭТТА


Я счастлива – но тихо.

Мне когда-то на кофейной гуще

В нашем замке нагадала лесничиха…


КАЗАНОВА


В вашем замке?


ГЕНРИЭТТА


Я ошиблась… Я случайно…

Ты не слушай…


КАЗАНОВА


ГЕНРИЭТТА, где твой замок?

Кто ты?


ГЕНРИЭТТА


Тайна.


КАЗАНОВА


Ты не скажешь?


ГЕНРИЭТТА


Тайна,

Казанова! – А кофейное гаданье —

Только сонное ворчанье глупых мамок.


КАЗАНОВА


Ты не веришь, верно, думаешь – я грубый,

Буду нежным, буду страшно осторожным.

Волком был, а буду шелком. – Можно

В этот локон мне поцеловать вас?


ГЕНРИЭТТА

(закрывая глаза)


В губы!

## Картина третья. Виолончель

Терраса загородного дома в Парме. Ночь. Ступени в сад.


1-Й ФРАНЦУЗ


Престранный праздник… Кавалеров – тьма,

А дам у нас…

(Глядит на Генриэтту, беседующую с Педантом.)


2-й ФРАНЦУЗ


Не может быть на небе

Двух лун…


1-Й ФРАНЦУЗ


Но звезды есть, кроме луны.

Прелестна – и до странности похожа

На лунный свет…


2-й француз


И на какой-то сон…


1-Й ФРАНЦУЗ


Никто друг другу не представлен.


2-й ФРАНЦУЗ


Ясно,

Хозяин наш чудак – к тому горбун —

К тому влюблен – и вовсе не намерен,

Инкогнито ее раскрыв, стада

Вздыхателей к дверям ее пригнать…


1-Й ФРАНЦУЗ


А тот

С ней рядом, сух и жгуч, как адский уголь, —

Кто он?


2-й ФРАНЦУЗ


Что за вопрос! Конечно, друг,

Не муж, конечно…

(Всматриваясь в Казанову.)

Я как будто где-то

Его встречал… Ну да – конечно, тот,

Что банк сорвал… Фарусси, иль Ферусси…


(Беседуя, отходят.)


ГОРБУН

(подходя к Генриэтте и Педанту)


Небесная, как нравится вам ваш

Ученый собеседник?


ГЕНРИЭТТА


Собеседник?

Нескромным словом этим как дерзну

Сей столп премудрости назвать, пред коим

Колена клонятся мои…


ПЕДАНТ


Когда б

Сам Цицерон через летейски воды

Обратный путь свершив, древесный свод

Сей огласил прекрасными речами, —

Клянусь, не отразил бы этот свод

Краснее речи…


ГЕНРИЭТТА


Вы меня смутили.


ПЕДАНТ

(с поклоном)


Учтивейшая всех подлунных жен,

Послушайте Педанта-Кавалера:

Во образе прелестном сем смущен

Не только Цицерон – сама Венера!

(Отходит.)


ГОРБУН


А что вы скажете на этот сад, —

Убежище хотя и не Амура,

(Тому виною горб!), – но девяти

Сестер бессмертных, коим вы десятой

Сестрой являетесь…


ГЕНРИЭТТА


Сей сад затмил

Навек в моих глазах сады Версаля.


ГОРБУН

(оживленно)


Вы знаете Версаль?


ГЕНРИЭТТА

(прохладно)


Да, да, слегка,

Проездом…


ГОРБУН


Вспоминаю, что синьора

При нашей встрече в Опере – число

В сем сердце запечатлено – пристрастье

К медалям обнаружила…


ГЕНРИЭТТА


Страстна

Я ко всему, что вечно.


ГОРБУН


Буду льстить

Себя надеждой, что мои Челлини

Заслужат то, чего – виновен горб! —

Я заслужить – себе надеждой нежной

Не льщу: улыбки.


ГЕНРИЭТТА

(указывая на Казанову)


Разрешите мне

И кабалеро пригласить…


ГОРБУН

(язвительно)


Пристрастен

Он также к ним?


ГЕНРИЭТТА

(отчетливо)


Пристрастен он– ко мне,

А я – к нему. Идемте, кабалеро!


Генриэтта, Казанова и Горбун выходят.


1-й ИСПАНЕЦ


Хозяин по уши влюблен!


2-й ИСПАНЕЦ

(намекая рукой на рост Горбуна)


Нетрудно

И выше головы! Клянусь плащом

И шпагою гидальго: кроме шпаги

Всё – за единый взгляд!


1-й ИСПАНЕЦ


Напрасен труд!


Подходят, беседуя, Посол испанский и Посол французский.


посол испанский


О чем так горячо?


ПОСОЛ ФРАНЦУЗСКИЙ


Чей труд?


1-й ИСПАНЕЦ


Извечный

Прекрасный труд испанца: покоренье

Того, что непокорно. Нынче – той.


посол испанский


Ах, вы о нашей дивной чужестранке!

Но почему так безнадежно?


1-й ИСПАНЕЦ


Дон

Антонио, когда в теченье часа

Красавица ни разу не вздохнет

Всей грудью – значит, счастлива, и значит

Не нужно ей ни вас – ни вас – ни вас —

(на себя)

Ни вашего слуги, ни всей вселенной, —

Ни самого инфанта…


2-й ИСПАНЕЦ


Тише, тише!

Горбатые хитры и слышат всё.


Оба испанца отходят.


ПОСОЛ ИСПАНСКИЙ


А кто она?


ПОСОЛ ФРАНЦУЗСКИЙ


Отнюдь не итальянка.

Сей стройный рост и заводь чудных этих глаз,

Зовя – отказывающих…

(С улыбкой.)

Да что нам

До родины ее, когда одна

У всех красоток родина: та пена,

Из коей нам Венера поднялась!

– А кто ее Парис?


ПОСОЛ ИСПАНСКИЙ


Какой-то плут.

Аббатишко разжалованный, мастер

Ловить Фортуну за конец плаща!

Ну и глазищи у него!


ПОСОЛ ФРАНЦУЗСКИЙ


А кожа!

Как будто черным вспоен молоком.

Но я в мужчинах – не знаток. В красотках

Мы знаем толк, в нас знают толк – они.


Явление Генриэтты об руку с Горбуном.


ПОСОЛ ИСПАНСКИЙ


Вулкан с Венерой!


ПОСОЛ ФРАНЦУЗСКИЙ


Нет, скорей Диана

С плененным фавном!


ГОРБУН


Возвращаю вам

Восьмое чудо мира – нашу Музу!


ПОСОЛ ФРАНЦУЗСКИЙ


Я б единицей стройной заменил

Восьмерку, друг, – и – таковы французы! —

Я “Дамой сердца” заменил бы Музу.


ГЕНРИЭТТА

(взглядывая на Казанову)


Умею быть и Дамою Души.


ПОСОЛ ФРАНЦУЗСКИЙ


А разве это – не одно и то же?


ГЕНРИЭТТА


Секундной стрелкой сердце назову,

А душу – этим звездным циферблатом!


ГОРБУН


Божественно!


ПЕДАНТ


Отменно!


ПОСОЛ ФРАНЦУЗСКИЙ


И остро!


ПЕДАНТ


Вы как Спиноза – на любой вопрос

Имеете ответ.


ГЕНРИЭТТА

(смеясь)


Сентябрь-месяц

Мне вместо колыбели дал

(взглядывая в небо)

– Весы.

Мои ж часы, любезные друзья,

Заведены часовщиком Спинозой.


Из сада доносятся первые жемчужины менуэта.


ГЕНРИЭТТА

(Казанове)


Прислушайтесь, Джакомо! – Менуэт!

Мой друг и рыцарь, становитесь в позу.


ПЕДАНТ


Небесная, я вам сплету сонет,

Где рифма встретится “Спиноза” с рифмой

“Роза”.


Менуэт.


ПОСОЛ ИСПАНСКИЙ


Что мне бахромчатая шаль

Испании!


ПЕДАНТ


Впервые жаль

Педанту, что взамен наук

Па – не усвоил – менуэта!


ГОРБУН


Проклятый горб мой!


КАЗАНОВА


Генриэтта!


ПОСОЛ ФРАНЦУЗСКИЙ


Вы возвратили мне Версаль!

Пауза.

Смиренно верю и надеюсь,

Что, этим веером овеясь,

Ваш нежный отдых будет быстр?


ГЕНРИЭТТА


Очаровательный министр!

Вы мне послушны?


ПОСОЛ ФРАНЦУЗСКИЙ


Есть и буду.


ГЕНРИЭТТА


Не заносите же причуду

Сию – на черный свой регистр.

Я больше не танцую.


ПОСОЛ ФРАНЦУЗСКИЙ


Танец —

За вами.


педант


Я как в землю врос!


ПОСОЛ ИСПАНСКИЙ


Нет, даже перед Розой Роз

Не позабуду – что испанец!

(Отходит.)


ГЕНРИЭТТА


Я музыки хочу.


ГОРБУН


Желанье

Владычицы – закон. Сюда,

Прекрасный Сандро!


Медленно и нехотя приближается, со своей виолончелью, Прекрасный Сандро.


Предстоит вам честь

И счастье быть услышанным синьорой.

Синьора хочет звуков.


ПРЕКРАСНЫЙ САНДРО


Ах, гроза,

Должно быть, близко. Я в каком-то странном

Тумане…


ПОСОЛ ФРАНЦУЗСКИЙ


Где гроза? Взгляните вверх:

Все звезды налицо. Коль не дочтетесь

Одной —

(глядя на Генриэтту)

– Взгляните вниз.


ПРЕКРАСНЫЙ САНДРО


Какой-то звон

Мне чудится…


ГЕНРИЭТТА

(участливо)


Вы не больны, надеюсь?


ПРЕКРАСНЫЙ САНДРО


Изнемогаю. Не могу играть.


ГОРБУН


Диковинные люди – музыканты!

Проси хоть час, хоть год, хоть век…


ГЕНРИЭТТА

(глядя на Сандро, нежно)


На сих

Причудников нельзя сердиться, ибо

Как женщины – играют, как хотят,

Когда хотят – кому хотят…

(Протягивая руку Сандро.)

– Маэстро,

Вы мой союзник…


ПРЕКРАСНЫЙ САНДРО

(склоняясь)


Как струна – смычку.


ГЕНРИЭТТА

(подходя к виолончели)


Посмотрим, всё ли мы с тобою в дружбе,

Виолончель, душа моей души?

(Садится, играет.)


КТО-ТО


Сплю или нет?


ДРУГОЙ


Нет, это сон нам снится!


ИСПАНСКИЙ ПОСОЛ

(хватаясь за сердце)


Как нож!


ФРАНЦУЗСКИЙ ПОСОЛ

(гладя себя вдоль груди)


Как мед!


ГОРБУН


Так добрый дух, скорбя,

Уходит в мир…


ПРЕКРАСНЫЙ САНДРО

(впервые человеком)


Лаири – ученица!

Что вы играли нам?


ГЕНРИЭТТА

(ему)


Свое, —

(взглядывая на Казанову)

– Себя.


Горбун, за секунду до того отозванный слугой, подходит к Генриэтте и окружающим ее.


ГОРБУН


Простите, что прерву очарованье…

К вам посланный с письмом. Не говорит —

Кем послан.


Все отходят.


ГЕНРИЭТТА


Где письмо?

(Не вскрывая.)

– А! Семь печатей!

(Казанове)

Моя любовь, – расстаться мы должны.

## Картина четвертая. Гостиница “Весы”

Ночь. Дорожный развал. Горит одна свеча. У стола, уронив вниз голову в руки, сидит Казанова, Генриэтта, одетая по-дорожному, в беспокойстве ходит по комнате.


ГЕНРИЭТТА


Который час?


КАЗАНОВА


За час – который раз

Ты спрашиваешь?


ГЕНРИЭТТА


Нынче ночью встали

Мои часы: должно быть, предпочли

Времени – Вечность: отлетела стрелка!


КАЗАНОВА


Ты уронила их?


ГЕНРИЭТТА


Нет, это ты

Задел их, сонный.


КАЗАНОВА


Я не помню.


ГЕНРИЭТТА


Помнишь?

Еще ты вскрикнул: – Что это за звон?

А я смеясь тебе сказала: – Сердце.

(Глядя на часы.)

Мингер Спиноза, мудрый филозуф,

Но скверный часовщик вы!


КАЗАНОВА


ГЕНРИЭТТА!

Мы скоро расстаемся. Сядь ко мне,

Как ты любила – хочешь? – на прощанье.


ГЕНРИЭТТА

(качая головой)


Нет.


КАЗАНОВА


Ты не хочешь?


ГЕНРИЭТТА


Мало ли чего

Хотим, дружок. Пока живешь – все хочешь —

Всего. Но это Жизнь, а нынче – Смерть.

Солдаты смерть встречают стоя.

Ах, не забыть турецкую пистоль,

Подарок твой!


КАЗАНОВА


Мой мальчик! Генриэтта!

Последняя мольба к тебе!


ГЕНРИЭТТА


Изволь.


КАЗАНОВА

(по-детски)


Ночь глубока, дорожная карета

Так широка, а мы с тобой тонки,

Как два клинка… Клянусь тебе, я слезу

На первом повороте!


ГЕНРИЭТТА

(у окна)


Огоньки

В домах – везде – погасли…

(Вполоборота – Казанове.)

Бесполезно.


КАЗАНОВА


Нет у тебя души!


ГЕНРИЭТТА


Должно быть – нет.


КАЗАНОВА


А в жилах – лунный свет.


ГЕНРИЭТТА


Быть может – да,

Быть может – нет.


КАЗАНОВА


Скажи мне на прощанье:

Бес или ангел ты?


ГЕНРИЭТТА


Чужая тайна

Оставим это.

(Глядя на часы.)

Бедные часы!

– И надо же, чтоб именно весы

Щиток гостиницы изображал, где встреча

Вечнейшая кончается навек,

Как тает снег…

(Берясь за сердце.)

Боюсь, что здесь навек

Покончено с законом равновесья!


(Снимает с руки кольцо, подает его Казанове.)


Возьми назад.


КАЗАНОВА

(высокомерно)


Ни писем, ни колец

Обратно не беру!


ГЕНРИЭТТА

(как эхо)


Ни клятв, ни писем

Напрасно не храню.


КАЗАНОВА

(вскипая)


Ах – так?


ГЕНРИЭТТА

(сама с собой)


Зачем?

Нет, дорогой, прощаться – так прощаться!


(Пишет что-то кольцом по стеклу, окно настежь, кольцо в ночь.)


Вот и пропало!


КАЗАНОВА

(прорываясь)


ХОРоша любовь!

Из-за каких-то там семи дурацких

Чертовых – черт! – печатей – в ночь – навек…

– Какая там любовь! Так, – приключенье!


ГЕНРИЭТТА


Оставим это. Обещать одно

Мне должен ты. Коль в жизни доведется

Нам встретиться еще – не должен ты

Глазом моргнуть. Вот долг твой. Понял?


КАЗАНОВА

(желчно)


Понял.

Любовь и долг, но это так же ново…


ГЕНРИЭТТА

(на секундочку Анри)


Как белый волк – и верный Казанова!

(По-другому)

Еще одно: нигде и никогда

Не смей разузнавать – под страхом смерти

Моей – кто я. Еще одно: люби

Другую, нет – других, нет – всех. Безумства —

Три – свершила я в свой краткий век.

Ты – третье и последнее. – Довольно.

– Который час?


КАЗАНОВА


Так ты уйдешь одна?


ГЕНРИЭТТА


Да, как пришла.


КАЗАНОВА


Нет, это невозможно!


ГЕНРИЭТТА


Всё можно – под луной!


Лунный луч.


– Гляди, луна

Уж зажигает нам фонарь дорожный…


(Тушит свечу, наклоняется над спинкой кресла, кладет Казанове на голову руки.)


Когда-нибудь, в старинных мемуарах, —

Ты будешь их писать совсем седой,

Смешной, забытый, в старомодном, странном

Сиреневом камзоле, где-нибудь

В Богом забытом замке – на чужбине —

Под вой волков – под гром ветров – при двух свечах…

Один – один – один, – со всей Любовью

Покончив, Казанова! – Но глаза,

Глаза твои я вижу: те же, в уголь

Все обращающие, те же, в пепл и прах

Жизнь обратившие мою – я вижу…

И литеры встают из-под руки, —

Старинные – из-под руки старинной,

Старинной – старческой – вот этой вот —

моей…


(Прижимает к рукам его руки.)


Когда-нибудь, в старинных мемуарах,

Какая-нибудь женщина – как я

Такая ж… Но который час?


Казанова молча показывает ей часы.


– Всё поздно!

– Даю вам клятву, что тебе приснюсь!


(Затыкает за пояс пистоль. В дверях)


Прощай! – Одна – над тобой и мной

Луна бездомная.


КАЗАНОВА

(к ней)


Скажи мне!


ГЕНРИЭТТА

(качая головой)


Все под большой луной

Играем втемную.

(Исчезает в полосе лунного света.)

## Картина пятая. Тринадцать лет спустя

Комната гостиницы “Весы”, где прощались Генриэтта и Казанова. Входят – веселой уличной бурей – Казанова и его тысяча первая подруга.


ДЕВЧОНКА


Вы здесь живете?


КАЗАНОВА


Нынче здесь.

А завтра…


ДЕВЧОНКА


Графский вкус!

Святой Исус! Диван, комод

И люстра… Все как у господ!

И пол коврами устлан весь!

– Я только одного боюсь,

Что это всё не наяву,

Что вдруг – боюсь – проснусь!


КАЗАНОВА


Где муж твой?


ДЕВЧОНКА


Спят мужья мои!


КАЗАНОВА


А как тебя зовут?


ДЕВЧОНКА


Мими,

Я ужинать хочу!


КАЗАНОВА


Люблю

У женщин – аппетит!


ДЕВЧОНКА


О, я бы даже королю

Сказала: кто не сыт,

Любить не может!


КАЗАНОВА


Как с детьми:

Накормишь – и бай-бай!


ДЕВЧОНКА


Да, да, сначала накорми,

Потом и обнимай!


КАЗАНОВА


Чем ужинать мы будем?


ДЕВЧОНКА


Всем!

Давай, коли даешь!

Пожалуй – и тарелку съем!

А вилку, ложки, нож —

В карман, на память!


КАЗАНОВА

(позабавленно)


И гусей

В карман, на память?


ДЕВЧОНКА


Всё в карман!


КАЗАНОВА

(с комическим вздохом)


Ну что ж, перелистаем сей

Гастрономический роман!

– Так же целуешь ты, как ешь?


ДЕВЧОНКА


Целую так, как ем,

Пью как целую – и пою,

Как пью!


КАЗАНОВА


Сплошной Эдем!

Ле-Дюк! Не слышит! – Старый трюк!

Лентяй! – Ле-Дюк! – Наглец! Ле-Дюк!


ле-дюк

(просовывая голову в дверь)


Что надо?


КАЗАНОВА


Надо мне, пострел,

Чтоб ты мне нбзло спать не смел!

Беги к хозяину, вели —

Да расторопнее, бревно! —

Чтобы тащил сюда вино

И снедь со всех концов земли.

И что иначе, дескать, граф…


ЛЕ-ДЮК


Хороший граф!


КАЗАНОВА


Треклятый нрав!


ле-дюк


Такой же граф, как я!


КАЗАНОВА

(в ярости)


Убью!!!

(Хладнокровно.)

А что останется – в твою

же пасть перепадет, удав!


ле-дюк


Останется тут!


КАЗАНОВА


Чертов сын!


ле-дюк


Каков, мессэре, господин,

Таков слуга.


КАЗАНОВА


Молчи, наглец!


ЛЕ-ДЮК

(разгораясь)


Кто черту – сын, а вы – отец:

Трудами вашими рогат

Весь мир, мессэре!


КАЗАНОВА

(полусмеясь)


Шут проклятый!

– Вон!!!


ЛЕ-ДЮК


Лондон – Рим – Париж – куда ни

кинешь взгляд —

По всей Европе ваши чертенята!


Казанова пускает в него чернильницей, тот, увернувшись, убегает.


КАЗАНОВА

(вслед)


Дурак!

(К Девчонке)

– Вздохнула, как во сне…

Взгрустнулось – иль устала слушать?


ДЕВЧОНКА


Я думаю о том, что буду кушать

И сколько денег вы дадите мне.

(Задумчиво.)

У тараканов – страшные усы…

Приду домой – пустой чугун и старый веник…


КАЗАНОВА


Чего бы ты хотела?


ДЕВЧОНКА


Дом. – Часы. —

Лакея в золотом и мно-ого денег!


КАЗАНОВА


Зачем тебе они?


ДЕВЧОНКА


Зачем?

Была ничем, а буду всем.

(Сентенциозно.)

Как цвет нуждается в поливке,

Так нужно денег, чтобы жить, —

Хотя бы для того, чтоб лить

Не сливки в кофий по утрам, а кофий в сливки!

(Трепля на себе юбки.)

Чтобы к чертям вот эти тряпки!

Чтобы катать в своей коляске!


КАЗАНОВА

(вокруг нее)


Очаровательные лапки!

Очаровательные глазки!


ДЕВЧОНКА


Вздыхатели – так и роятся!

Тот есть тебе несет, тот пить…

(Хлопая в ладоши.)

Чтобы красивеньких – любить,

А над плешивыми – смеяться!


КАЗАНОВА


Сама Премудрость!


ДЕВЧОНКА


Может быть.


КАЗАНОВА


А сколько лет тебе?


ДЕВЧОНКА


Семнадцать.

– Скорей бы ужин!


КАЗАНОВА


А потом бай-бай…


ДЕВЧОНКА


Моя кровать была бы голубая,

Нет, – алая! А в головах – Амур,

И чтобы ямочки везде, – ну пухлый-пухлый!


КАЗАНОВА


Ты, кажется, еще играешь в куклы?


ДЕВЧОНКА

(оскорбленно)


Нет, никогда!


КАЗАНОВА


Признайся, – иногда!


ДЕВЧОНКА


Когда была я очень молода,

Тогда играла: в мать и дочку – раньше.


КАЗАНОВА


А куколку живую хочешь нянчить?


ДЕВЧОНКА


Похожую на вас – хочу, на всех —

Нет, не хочу. – Смешно! – И будет квакать,

Как лягушонок!.. Нет, грешно!


КАЗАНОВА


Чту – грех?!

Всех девушек удел – грешить и плакать,

И плакать и грешить, и плакать вновь,

И вышивать потом на церковь ризы…


ДЕВЧОНКА


Я буду звать ее: моя Любовь,

А при крещеньи дам ей имя: Лиза.


(Постепенно переходя в скороговорку.)


А над кроватью был бы балдахин,

Розовым шелком вышит, – всюду кисти!

И я бы в ней спала одна; боюсь,

Когда храпят – и жарко, а хозяйка

Когда б пришла поздравить, я бы ей —

Смотри – вот так – в глаза бы наплевала!


(Плюется.)


Так, так, так, так. Потом бы золотой

В лоб запустила – не один, а тыщу!

Вот-вот-вот-вот – за то, что у ворот

Стужей меня знобила. – Скоро ужин?


А впрочем, чтобы дотерпеть,

Я песенку могу вам спеть.

Хотите?


КАЗАНОВА


Спой!


ДЕВЧОНКА


Вы не скупой?

Вы мне дадите золотой?


Казанова, смеясь, опускает ей за шиворот несколько монет. Визг.


ДЕВЧОНКА

(поет)


Страсть ударяет молотом,

Нежность пилит пилой.

Было веселым золотом,

Станет сухой золой.

Лучше – пока не выцвели

Очи от слезных дел —

Милый, гуляй с девицами,

В розах, как Бог велел!

Много в саду садовников,

Роза в саду – одна!

Дальше сквозь строй любовников

Гонит меня луна…

(Обрывает.)

Короткая песня, а в Рим доведет!

– Хорошая песня?


КАЗАНОВА


На розовый рот

Я твой загляделся, на шейку твою…


ДЕВЧОНКА

(обиженно)


Как странно, что смотрят, когда я пою!

(Взглядывая в окно.)

– Луна!


КАЗАНОВА


Богородица всех измен!


ДЕВЧОНКА

(мечтательно)


Она голубого цвета…


(Вглядываясь в окно, читает.)


“Забудешь” – а дальше? – “и Ген… и Ген…

Забудешь и Генриэтту!”


КАЗАНОВА

(подойдя к ней)


Что ты читаешь?


ДЕВЧОНКА


То, что на стекле

Написано – нет, здесь, левей – алмазом…

“И Генриэтту?..”


КАЗАНОВА


Или я ослеп?!

Гостиница “Весы” – часы – спаси мой разум!

Алмазом по стеклу – кольцом – кольцо!!!

Тринадцать лет назад!!! – Эй, кони, мчите!!!


(Ударяет кулаком по стеклу. Стекло вдребезги. Взрыв ветра.)


ДЕВЧОНКА


Какое страшное у вас лицо!

И почему вы так кричите?


КАЗАНОВА


Что ты? Кто ты? Вон, негодяйка, сгинь!

(В окно.)

Моя Любовь! Мой лунный мальчик!


ДЕВЧОНКА


Мне остается лишь сказать: аминь.

И тут же отправляться дальше.

– Еще убьете!


КАЗАНОВА

(не понимая)


Ты зачем пришла?


ДЕВЧОНКА

(пятясь)


Вы сами звали, обещали ужин…


КАЗАНОВА


Что! Ужин? – Кроме этого стекла,

Мне – понимаешь? – ничего не нужно!


Стекло выбито, попадает рукой в пустоту.


ДЕВЧОНКА

(хныкая)


Сейчас уйду… Сперва введут в беду,

Потом – у-у – выталкивают в спину…


КАЗАНОВА


Тринадцать лет, Анри, в каком аду!

Платонова родная половина!

Здесь кто-то плачет? – В лунной полосе

Взойдешь, как сон… как сон… и Бог

рассудит…


ДЕВЧОНКА


Я понимаю: вы такой, как все,

И никакого ужина не будет.

Прощайте!


КАЗАНОВА

(очнувшись)


Ты уходишь?


ДЕВЧОНКА


Ухожу.

Я ненавижу вас!


КАЗАНОВА


Ого! Ты злая!


ДЕВЧОНКА


Я вам предоставляю госпожу

Луну, а вас – Луне предоставляю!

Целуйтесь с ней!


КАЗАНОВА


Рассерженный зверек!


ДЕВЧОНКА


Не смейте на меня глядеть!


КАЗАНОВА

(позабавленный)


Чертенок!

Хочу – гляжу!


ДЕВЧОНКА


А всё равно не впрок!


КАЗАНОВА


Ну и состарься без таких девчонок!


ДЕВЧОНКА


Я так хотела вас любить!


КАЗАНОВА


Ну-ну!

Еще захочешь!


ДЕВЧОНКА


Чтоб взбесились вдруг вы?


КАЗАНОВА

(хлопая себя по колену)


Садись сюда – хоп!


ДЕВЧОНКА

(уже на коленях)


Больше на Луну

Глядеть не будешь – и на эти буквы?..

А что это за буквы? – Нет, в окно

Не смей глядеть! – Души моей мученье!


(Поворачивает руками его голову к себе.)


– Так что это за буквы?


КАЗАНОВА


Так, – одно —

Единственное – приключенье.


ДЕВЧОНКА


Амурное?


КАЗАНОВА


Нет, нет…


ДЕВЧОНКА


Ну да, ну да!

Знаем мы вас! – Дверь на задвижку запер?

Ужинать не хочу.


(Одним прыжком с колен Казановы к статуэтке Мадонны.)


А шаль – сюда,

Чтобы не огорчалась Божья матерь.


25 декабря 1918 – 23 января 1919

# Примечания

1

Вы забудете и Генриэтту. Казанова. Мемуары (фр.).