Название книги:

Мы невозможны…

Автор:
Алиса Чудная
Мы невозможны…

000

ОтложитьЧитал

Шрифт:
-100%+

Пролог

День не задался… Не услышала трель будильника и проспала на работу. Проснулась лишь от звука дрели у соседей, которые так невовремя решили затеять ремонт. Глянула на часы и подхватилась. На ходу впрыгнула в узкие черные джинсы – часть униформы, наспех застегнула пуговички белой блузки и втиснулась в черные туфли на невысоком каблуке. Расчесала пятерней волосы, постаравшись пригладить выбившиеся пряди, а после плюнула и галопом понеслась к остановке.

До работы всего ничего – каких-то пару кварталов. Однако после вчерашней пятнадцатичасовой смены это расстояние казалось непреодолимым. Уже садясь в автобус, вспомнила, что кошелек остался на тумбе в прихожей и тихо застонала, проклиная этот день всеми известными словами. Водитель покосился на меня, на мою жалобно состроенную моську и категорично покачал головой. Для пущей убедительности ткнул пальцем в небольшую камеру, направленную как раз на турникет и очень вежливо проговорил:

– Выметайся!

Делать нечего. Пришлось «выметаться», чтобы не задерживать этого хорошего человека. Его тоже по головке не погладят за нарушение графика. Уже глядя на широкий зад автобуса, который удалялся от меня постепенно набирая ход, плюнула. И почему я до сих пор не привыкну, что живу в мире, где всем правят деньги и равнодушие к чужим проблемам?

Кое-как доковыляла до работы на своих двоих. Охранник на проходной встретил меня сочувствующим взглядом. Ясно-понятно. Шеф на месте. Шеф не в духе. Готовься, Татка, к головомойке. Уныло поплелась к входу в здание престижного автосалона, пытаясь придумать оправдание своему опозданию. И самое обидное – не придумывалось ровным счетом ничего. Нельзя объяснить человеку, который руководит нашим небольшим баром, что смены по пятнадцать часов на протяжении недели выматывают.

Да, последние полгода я работала бариста в одном из крупнейших автосалонов Москвы. Работала посменно – два дня я, два дня напарница. Ровно до того момента, пока Ирка не плюнула на все, и не свалила в другую контору, оставив меня наедине с нашим крокодилом. А шеф и рад, замену ей искать не торопился абсолютно. Еще и мне высказывал, мол, деньги же нужны – вот тебе, детка, шанс. Заработаешь…

Делать нечего, перспектив не было. И альтернативы я так и не нашла, хотя очень пыталась.

Успела добежать только до полукруглой лестницы, ведущей к бару, как над головой раздался рык:

– Сомова! Тебя где черти носят? Я что, должен вкалывать тут вместо тебя?

– И вам доброго утра, Крокодил Кириллович, – огрызнулась я, но так, чтобы он не услышал.

Мне лишний штраф сейчас ни к чему. И так за опоздание три шкуры спустит.

По ступенькам взлетела, забыв про боль в ногах. Не время прибеднятся, все равно этот кожаный урод не поймет. Он вообще мало что понимает и принимает во внимание, кроме своего, несомненно важного мнения.

– Что у тебя на голове, Сомова? – не унимался Кирилл Кириллович, которого мы, конечно же любя, окрестили Крокодилом. – Стая голубей гнезда вила? И почему пуговицы застегнуты криво? Сколько раз, дурья твоя башка, тебе повторять, что мы – элитная контора, сотрудники которой обязаны выглядеть презентабельно? Все сотрудники, Сомова! От уборщицы до ген.директора!

– Простите, Кирилл Кириллыч, – буркнула я, опустив голову.

И вовремя… Неизвестно, как озверел бы босс, если бы увидел тень ухмылки, промелькнувшей на моем лице. А дело в том, что сам наш шеф выглядел… как бы это помягче сказать… не совсем так, как требовал от нас… Чего стоили берцы с туго затянутой шнуровкой и экипировка мотоциклиста.

Постояла еще минут пять, пока он меня журил, а после, извинившись, побежала в дамскую комнату – пуговички чертовы застегнуть нормально. Видимо, с утра, впопыхах, не заметила, как «съехали» края блузки. Растяпа, что еще сказать.

Стоя перед зеркалом, снова попыталась пригладить непослушные волосы. Порылась в сумочке в поисках расчески, и раздраженно выдохнула. И ее я забыла. Делать нечего, придется рукой. Наспех завязала хвостик – небрежный, неаккуратный, с торчащими «петухами» в разные стороны и вновь окинула взглядом свое отражение.

Здрасте, курица. Помесь панды и бессмертного пони, которого заездили. Еще бы – работать почти месяц по пятнадцать часов.

Вздрогнула, услышав стук в дверь и очередной рык начальника. Закатила глаза и пошвыряв все предметы в сумочку, вышла.

– Простите, Кирилл Кириллыч, – кажется, эта фраза скоро будет вызывать у меня тяжелую аллергию. Как и имя Кирилл. Особенно если он будет Кирилловичем.

Под легкую брань понеслась за барную стойку – включать кофе-машину. И вот казалось бы – шеф давно уже тут, но почему-то до сих пор не нажал на кнопочку «ВКЛ». Силы небесные ему помешали, видимо.

Повязала фартук вокруг талии, затянув сбоку тугой узел и понеслась в кухню. Оттуда притащила два подноса: первый со стаканами под сок, второй с кружками для кофе. Пробежалась глазами по витрине с десертами, убедившись, что все стоит на своих местах и, схватив в руки влажную тряпку, помчалась протирать столы. И все это под пристальным взглядом Крокодила, который теперь полдня будет ошиваться тут, ища к чему бы придраться.

Вздохнула. Делать нечего. Столы протерла – на очереди салфетки. Вот не понимаю, какая необходимость приходить на работу к семи, если первые клиенты начнут подтягиваться в салон только часам к одиннадцати. Люди, которые могут себе позволить тачки элитного класса, не разгуливают по утрам по городу и салонам. Они спят. Счастливые…

Еще один вздох, но уже завистливый. Хотела бы я оказаться на их месте. Хотя бы на год. Ладно, на месяц… Ну или на недельку! Я бы только спала. Спала. И снова спала, наслаждаясь этим, внезапно свалившимся отпуском.

Но, видимо, судьба распорядилась иначе… И день, который начался паршиво, решил устроить полный дестрой в моей жизни, потому что…

– Клиент, Сомова! – тихо рыкнул Крокодил и подтолкнул меня в сторону барной стойки. – Улыбку натяни на лицо, ну же… Не оскал, Сомова, а улыбку! И попробуй только облажаться!

Добежала до барной стойки и только тогда обернулась. Сердце ухнуло куда-то вниз, словно с огромной высоты. Разбилось. Как и в прошлый раз, два года назад. Рука уцепилась за край подноса, который я небрежно бросила на тумбе. Я пошатнулась и… веер мелких осколков разлетелся у моих ног по полу, превратив посуду в ненужную кучу мусора.

– Ты? – приподняла бровь, глядя на любовь всей своей жизни.

Тимур. Мужчина, ради которого пожертвовала всем. Бросила учебу и потеряла хорошую работу. Оборвала все связи с родными и близкими. Переехала в другой город, надеясь начать все с чистого листа.

И вот теперь, спустя два года, он стоит передо мной. Все такой же красивый и чертовски сексуальный. С небрежно взъерошенными волосами, в которые я так любила зарываться рукой, прижимая его губы к своему телу. С хитрым прищуром серых глаз, в которых всегда читала вожделение и страсть. С легкой усмешкой на тонких губах, которые целовали меня так, как не сумели другие… Чертов надменный хам, вломившийся в мою жизнь и растоптавший мое сердце.

– Сомова! – над ухом взвыл начальник, окидывая взглядом беспорядок и груду разбившихся чашек. – Ты… Ты… Ты уволена, ясно тебе? Без выходного пособия! Без рекомендаций и прочей ерунды! Твоя зарплата пойдет в уплату материального ущерба! Собирай свои монатки и катись отсюда на все четыре стороны!

Пальцы сами нервно дергали узел фартука, который затянула. Он не поддавался. В отличии от меня. А я поддалась. Стояла и смотрела прямо в глаза человеку, которого любила больше жизни. И которого ненавидела всей душой.

– Я компенсирую все убытки, Кирилл, – спокойно сказал Тимур. – Думаю, это случайность.

Случайность… Да, засранец, чистая случайность, что из тысячи автосалонов Москвы, ты выбрал именно тот, в котором работаю я. И продолжаешь смотреть на меня также, как и раньше. С вызовом… Твой чертов взгляд пропитан страстью… А ведь раньше мне казалось, что в нем я вижу любовь.

– Вы нездорово выглядите, – улыбнулся Тимур, делая шаг вперед.

Я же шагаю назад, налетая копчиком на вторую тумбу. На ту самую, куда поставила поднос со стаканами. И уже через секунду слышу новый звон. Пирамида, которая была выстроена на нем, угрожающе пошатнулась и полетела вниз, к своим собратьям-чашечкам.

– Сомова… – Крокодил уже хрипел.

Видимо, не выдержали его слабые нервишки такого стресса. Естественно, в один момент большая часть барной посуды превратилась в крошево. А посуда нынче не самое дешевое удовольствие.

– Простите, Кирилл Кириллыч, – в который раз за день пробормотала. – Вычтите у меня из зарплаты. Если не будет хватать, я отработаю.

Наверное, это было последней каплей. Потому что в следующий момент Крокодил схватил мою старую сумочку и швырнул что есть силы. Она, перелетев через перила, приземлилась аккурат перед ступеньками, ведущими в бар.

– Пошла вон! Вон! Вон! – вопил он.

Наконец-то я смогла оторвать взгляд от серых глаз Тимура и посмотрела на бывшего (уже) начальника. Его лицо цветом больше напоминало перезревший помидор. Глаза выпучены и бешено вращались, ища за что бы зацепиться.

Вздохнула. Такими темпами Крокодила точно удар хватит. Значит, во имя его здоровья, нужно убираться прочь. Тихо и быстро.

Пальцы наконец-то справились с тугим узлом и, швырнув фартук на барную стойку, я обогнула Тимура, едва зацепив плечом, и почапала в сторону лестницы.

Кажется, мне придется искать работу. Новую. И, желательно, в паре тысяч километров от Москвы. Просто чтобы больше никогда не пересекаться с этим человеком.

Глава 1

На улице вздохнула и, присев на корточки, заглянула в сумку. У телефона треснул экран и разбилось зеркальце. Вздохнула еще раз.

– Чертов ты засранец, – сцепив зубы выплюнула я, кинув беглый взгляд на здание своей бывшей работы.

 

– Что, лютует? – спросил Пал Палыч, охранник, выходя со своего поста.

– Уволил, – покачала головой. – Без выходного пособия.

– О, как! – крякнул пожилой мужчина, бросив на меня взгляд полный сочувствия. – Жаль. Кофе у тебя действительно вкусным получался.

– Спасибо, – натянула улыбку на лицо и, поддавшись порыву, обняла этого добряка. – Я побегу?

– Удачи тебе, девочка, – улыбнулся он в ответ. – Навещай нас, не забывай.

– Не забуду, – пообещала я.

В сторону дома бежала без оглядки. Забыв про усталость, недосып и неудобные туфли. Хотелось оказаться как можно дальше от этого места.

Про себя же делала ставки – спустя какое время позвонит мне крокодил и будет умолять вернуться на работу. День? Два? Неделя? Наверное, все же дня три, но не больше. Вспомнила Ирку, которая внезапно сбежала с работы, бросив меня наедине с этим представителем жвачных животных. Надеюсь, уши у нее горят сейчас.

Уже у подъезда порылась в сумочке, отыскав ключи. Приложив шайбу к замку, услышала ровное пиканье и потянула на себя тяжелую дверь. В подъезде пахло хлоркой. Улыбнулась и аккуратно, по самому краешку, прошла к лестнице. Зная бабу Нину, которая, как и зло, не дремлет, не удивлюсь, если она сейчас стоит у дверного глазка и внимательно смотрит, кто тут ходит и пачкает все.

Закрыв за собой дверь в квартиру, прислонилась к холодной стене. Скинула неудобные туфли и хорошенько так стукнулась затылком об стену.

Ну и что это было? Какого черта он появился из ниоткуда?

Правду ведь говорят: бывшие являются предвестниками беды… А тут еще и зеркальце разбилось…

Протопала на кухню и распахнула холодильник. Что ни говори, а завтрак – самый важный прием пищи за сутки. Оглядела скептически содержимое полок и захлопнула дверцу. Пусто. Мышь повесилась. Совсем неудивительно с таким-то графиком работы.

Делать нечего – побегу в магазин. Переодеваться вломы, да и лишние телодвижения делать не хочется. Могу я позволить себе хоть раз в жизни отдохнуть? Тем более повод есть – меня уволили…

До магазина доскакала быстро. Прихватила тележку на кассе и с радостным воплем «Ю-ху-у-у-у-у!» прокатилась по широкому проходу между стеллажами. Нахватала чипсов, сухариков и всякой вредной пищи и покатилась в сторону отдела напитков. К чипсам добавились две бутылки не менее вредной Кока-колы.

Притормозила у отдела с фруктами, случайно вспомнив, что вроде как хотела озаботиться своим здоровьем, а после махнула рукой – один раз живем. Можно и побаловать себя чем-нибудь…

Радостная, доскакала до отдела с мороженым и не глядя смела в тележку ведерок пять. Гулять, так гулять…

На кассе быстро покидала все в пакет и с сожалением отдала хрустящую оранжевую купюру. Забрала сдачу, чек и вышла на улицу.

Мой план на ближайшие десять часов был таков:

– оставить позади все мысли о том, что меня уволили;

– натрескаться чипсов и прочей гадости;

– запить это все четырьмя литрами Кока-колы;

– схомячить, как минимум, пару ведерок мороженого;

– постараться не заработать себе ангину;

– пореветь под какую-нибудь сопливую мелодраму о любви.

До дома добежала вприпрыжку. Уже в подъезде налетела на бабу Нину. Улыбнулась. И понеслась дальше под звуки брани, смешанной с руганью. И коза я молодая, и у нее радикулит, а мы не ценим…

Уже у лифта обернулась и крикнула, что ценим, очень даже ценим… Особенно в те дни, когда управляющая по подъезду собирает бабе Нине зарплату… По тысяче рублей с каждой квартиры, на минуточку. И ведь все сдают… В доме девять этажей, на каждом этаже по четыре квартиры… Я в баре за месяц меньше получала, чем мы ценили бабу Нину.

Из лифта вывалилась на лестничную площадку. Зацепила пакетом все, что можно было на своем пути. И после нескольких минут войны с замком, попала наконец-то в квартиру.

Разулась и прошла в зал, оставив пакеты в коридоре. В большой клетке, стоящей у стены, меня ждала шиншилла Фетка. Подарок бывшего парня на Новый Год… Так бы сразу и сказал, что ненавидит меня, пожелал скорейшего переезда на ПМЖ на кладбище и сгинул бы восвояси. Нет же… Он преподнес мне это пушистое чудо исключительно с заботой обо мне. Мол, на тебе зверька, чтобы не было так одиноко, а мне… мне пора в экспедицию на северный полюс.

Никогда бы не подумала, что тот самый пресловутый северный полюс находится в соседнем доме, в рок-баре…

Первое время я умилялась, глядя на эту пушистую прелесть с огромными ушами и глазами-бусинами, которые, казалось, глядели в самую душу… А спустя пару дней поняла, что в придачу к восхитительной внешности, у этого зверька воистину адский и мерзкий характер.

Следующие недели две металась… Между «О, боже, моя девочка, иди я тебя расцелую» и «Жопа пушистая, а ну прекрати любить мой мозг, не то отправлю в путешествие по мусоропроводу к твоим дальним родственникам – крысам, что живут в подвале!»

И самое обидное в этой истории, что так и не смогла… Стоило подойти к клетке, посмотреть на эти аккуратные лапки, которыми шуша держалась за прутья, заглянуть в глазки, которые смотрели на меня так, будто я центр ее вселенной и… и все, весь мой боевой настрой испарялся, оставляя лишь умиление и желание затискать эту пушистую недобелку-перетушканчика.

Так и жили по сей день. Я и Фетка. Фетка и я. Фетка и мои мозги…

Насыпала корма Фетке. Проверила воду и сено – все есть. Ну… это я думаю, что все есть, а вот королевишна может решить иначе. Сбегала в кухню, чтобы убрать мороженое в морозилку, взять стакан и мисочку для чипсов. Вернулась в зал и плюхнулась на диван.

Пододвинула к себе небольшой приставной столик, на котором ноутбук и включила его.

Долго ползала по библиотеке фильмов на сайте, пока не остановилась на немецкой комедии про препода и учеников школы, которые ему объявили войну. Откинулась на спинку дивана и разорвав упаковку, высыпала первую партию чипсов.

Расслабон…

Сама не заметила, как задремала. Очнулась от настойчивой вибрации мобильника. Даже не открывая глаза, сбросила вызов и вернулась к просмотру фильма. Пришлось перематывать на начало, ведь я проспала половину комедии.

Сосредоточилась… Сделала звук погромче…

И снова меня отвлекла вибрация. Да кому же там не живется без меня?

Глянула на дисплей – Крокодил. Нахмурилась. Нет, нет и нет… Я делала ставку на три дня, а он успел соскучиться за пару часов. Однако, мне плевать!

Сбросила вызов и отключила телефон. Порой себя нужно любить больше, чем остальных. И нужно позволять себе расслабиться.

Открыла глаза вечером… И сразу же чихнула от удушливого аромата специй. Подняла голову – оказалось, что уснула в мисочке с чипсами. Тихо хрюкнула от смеха, оглядывая диван, который теперь больше напоминал обиталище одинокой свиноты. То тут, то там лежали крошки чипсов…

Еще минут десять пыталась выбрать эту гадость из волос. Да уж, ничего не скажешь – отдохнула. Плюнув, отправилась пылесосить комнату. А чипсы после под душем смою. Едва успела достать аппарат из шкафа, как послышался дверной звонок.

Проскакав к двери, распахнула ту настежь и обомлела. Тимур.

– Нужно поговорить, – как-то холодно сказал он.

Я не прониклась… С таким лицом обычно на похороны приходят, а не лясы точить. Захлопнула дверь перед его носом и насвистывая надоедливую мелодию отправилась к пылесосу.

Трель звонка раздалась еще раз… Еще… И еще…

Выругалась про себя, но не повелась на это. Стиснула зубы и покрепче вцепилась в трубку пылесоса. Пусть звонит, какое мне дело? Может даже поговорить, пока стоит там. Ну а почему бы и да? С умным человеком же всегда поговорить приятно? Куда уж мне до него… Он-то, в отличии от меня, голову не терял. И университет закончил. И заграницей стажировку успел пройти…

А я же… А я из-за него пустила жизнь свою под откос. Сама дура, сама виновата! Любофф в одно место клюнула и… и имеем то, что имеем. Поднос, стаканы, увольнение и пылесос…

Как-то стало обидно на мгновение… Да какое к черту мгновение? Обидно стало до смерти просто! Выключила пылесос и отшвырнула трубку. Подошла к клетке с шушей и присела напротив, протянув палец сквозь прутья. Холодные малюсенькие лапки тут же коснулись меня. Посмотрела на свою пушистую засранку и горько вздохнула.

– Чего же мы, бабы, все такие дуры, а, Фетка? – спросила я, вторым пальцем почухивая шушу за ухом. – Мужики вон учатся, работают, стремятся к чему-то… А мы чуть что, так люблю, трамвай куплю!

Шиншилла не ответила. В принципе, этого и стоило ожидать, иначе я не знаю, что схлопотала бы, услышав слова ободрения от Фетки. Открыла клетку, выпуская маленькую заразу наружу. И смирно замерла, пока шушка карабкалась мне на голову.

Это у нас своего рода такое развлечение: она залезет и сидит там, лапками трогает волосы. А я боюсь пошевелиться, чтобы ненароком эта мелочь не свалилась…

Звонок наконец-то утих, и я снова вздохнула. Ну вот… Хватило на каких-то пятнадцать минут. А раньше ведь мужчины годами могли стоять под окнами прекрасных дев… А тут…

Пятнадцать минут…

Значит не так уж сильно и поговорить надо было. Оно и к лучшему… Лапша определенно не идет моим маленьким и аккуратненьким ушкам.

Задумалась… Даже не заметила, как Фетка скатилась с моей головы и радостно поскакала по комнате, подбирая с пола остатки чипсов. Пришла в себя лишь тогда, когда эта мелочь уселась мне на колени и с деловым видом, держа в маленьких лапках чипсину, начала ее поедать.

Мой вопль, наверное, услышали все соседи. Шуша же и ухом не повела, лишь обиженно посмотрела на меня и перебралась на диван. Но чипсину не выбросила.

Следующие полчаса я гонялась за ней по квартире. Ползала на четвереньках, когда эта засранка пряталась под диваном, поднималась, когда Фета забиралась на стол или небольшую тумбу, и снова падала на четвереньки, чтобы выудить ее из-под стола.

Наконец, пребольно стукнувшись лбом о дверцу тумбы, я устало опустилась на пол и закрыла глаза. Фета воспользовалась передышкой и снова перебралась мне на колени уже с новой чипсиной.

– Скотина ты, ты знаешь об этом? – устало выдохнула, приоткрывая один глаз. – Плюнь каку немедленно, иначе надеру твой пушистый зад!

Шуша глянула на меня с вызовом, мол, ты сначала поймай.

Пришлось признать полное поражение. Я за ней не угонюсь – не научилась еще так быстро скакать. А вот квартиру в попытке угнаться разнесу, все же габариты поболее, чем у крошечной шиншиллы.

– Иди уже домой, а? Не беси меня, – вновь приоткрыла глаз и взглянула на мелочь.

Неожиданно, Фетка послушалась и переместилась в клетку. От греха подальше, пока она не передумала, я совершила последний рывок и захлопнула дверцу. После рухнула на пол как тюлень и перевернулась на спину. Кто бы мог подумать, что плевание в потолок может быть таким увлекательным занятием?

Спустя время пришлось вставать. Оглядела небольшую комнату, которая теперь больше напоминала поле боя, я вздохнула и взялась за пылесос. И только через час мне удалось вернуть квартире нормальный, более-менее, вид.

Разложила диван, кинула подушку и улеглась, накрывшись одеялом с головой. Спать…

Но сон, как назло, особо не спешил. Ворочалась долго, пытаясь умоститься поудобнее. Потом, когда вроде умостилась, стало душно и пришлось раскрываться…

Замерзла… Укрылась, высунув из-под одеяла одну ногу и… поняла, что сон окончательно прошел.

В голове роились мысли. Их было столько, что я не успевала выделить одну какую-нибудь, и хорошенько ее обдумать. И все из-за Тимура…

Вот говорила мне мама три года назад, что это до добра не доведет, а я не слушалась. Думала, что самая умная и обязательно разберусь в своей жизни без посторонних. Разобралась, блин! Да так, что выть хочется волком в подушку.

Тогда он казался идеальным мужчиной. С идеальным характером. Идеальным для меня, конечно же… Тогда… Сейчас же, спустя время, понимала, что он тот еще говнюк, с завышенным чувством собственной важности и непомерным эго, с которым я не смогла бы ужиться на одной жилплощади.

Любовь, как говорится, зла…

Момент нашего расставания я запомнила на всю жизнь. Это как личный триггер, который все время преследует. Стояла у подъезда и смотрела в его глаза, пытаясь отыскать там хотя бы частичку былого тепла.

Тепла не было. Были острые, как бритва слова, которые больно резали по живому. Сравнения, в которых я проигрывала по всем фронтам… Печальная картина реальности, от которой мурашки по коже и голос до дрожи.

У тебя нет образования…

У тебя нет достойного заработка…

Посмотри, в кого ты прекратилась…

На мгновение замерла, а после с силой стукнула кулаком по матрацу. Ну конечно, блин, умник! Образование я не получила, потому что отдалась этой любви на полную. Понимала, что нужно выбрать кого-то из нас и… чаша внутренних весов всегда склонялась в твою пользу.

 

Без образования и о достойном заработке не могло быть и речи. Тогда, как и сейчас, бегала с подносом, сцепив зубы. Зарабатывала. И ведь не меньше, чем он… Хоть и в основном за счет чаевых.

В кого превратилась… В лахудру. Особо нет времени следить за собой, когда пашешь по четырнадцать часов, а выходные тратишь на заботу о доме, да банальный отдых. Потому что потом снова пахать…

Уходила от него с жалкими крохами в кармане. Звонила матери, в надежде на помощь, но та оставалась непреклонной. Предала их? Променяла на мужика? Пустила жизнь под откос? Детка, твои проблемы. Считала себя самой умной – выкручивайся, как можешь. Отныне это только твои проблемы. Голова на плечах есть, и не для того, чтобы есть… А для того, чтобы думать.

Нет, я родителей ни в чем не винила, хотя поначалу было немного обидно. Лишь спустя время поняла, что такие меры мне пошли на пользу. Я нашла жилье – крохотную квартирку. Нашла работу… ладно, с этим посложнее! У меня есть Фетка, которую я люблю, хотя порой и хочется скрутить ей шею…

Любить разучилась – единственный минус. После предательства Тимура долго пыталась его забыть. Были случайные связи, а были попытки в отношения… Вот одна из таких попыток мне и оставила на память шушу.

Фетка словно почувствовала, что я подумала о ней и принялась грызть зубами прутья клетки. Я закатила глаза и в который раз пожалела, что не купила себе беруши.

– Замолчи, – огрызнулась я.

Шуша принялась грызть прутья еще сильнее.

– Фет, угомони таланты, умоляю, – взвыла, накрывая голову подушкой.

Тщетно. Все равно до слуха доносилось это раздражающее «бам-бам-бам».

Делать нечего, пришлось вставать. Стоило подойти к клетке, как мелочь успокоилась и с деловым видом отправилась в свой домик спать…

– Ни себе, ни людям, – проворчала я, вновь возвращаясь под одеяло.

Уснуть удалось только спустя час…

Пробуждение было не из легких. Настойчивый звонок в дверь ворвался в мое сознание, резко выбросив меня из сна. Приоткрыла один глаз, чтобы взглянуть на часы…

– Черт! Опять проспала! – завопила, подскакивая с кровати.

На ходу впрыгнула в джинсы, нацепила блузку и понеслась в ванную. Пока чистила зубы и умывала лицо, вспомнила, что спешить мне уже некуда.

Пошла к двери, в которую уже не звонили, а настойчиво колотили руками и ногами. Распахнула и… облегченно выдохнула. Как же хорошо, что я вчера навела порядок, а не оставила все на потом.

– Доброе утро, Вера Андреевна, – улыбнулась, заискивающе глядя в глаза. – А вы чего в такую рань?

– Мне нужны деньги, – резко ответила она, оттесняя меня вглубь квартиры. – Поэтому, давай, доставай свою заначку. Я тороплюсь!

– Но… – начала было я, однако осеклась под ледяным взглядом женщины.

– Никаких «но», – твердо ответила она. – Или плати, или собирай вещи, и чтобы к вечеру твоего духа тут не было!

– Вера Андреевна, срок оплаты только через неделю, и я еще не получала зарплату, – виновато выдохнула я. – Я сейчас вам не смогу отдать всю сумму. Только часть!

Женщина смерила меня недовольным взглядом, а после тихо прошипела:

– Займи, одолжи… В конце концов, поехали на работу – возьмешь деньги у начальника! Но чтобы сегодня вся сумма за месяц вперед лежала в конверте, в моей сумочке. Поняла?

Я опустила голову и кивнула.

– Не слышу, – еще тише сказала хозяйка.

– Поняла, – прошептала я.

Вера Андреевна снова хмыкнула и вышла из квартиры. Я же привалилась спиной к стене и легонько стукнулась затылком о твердую поверхность.

Говорят, беда не приходит одна… И если потерю работы я бы классифицировала как мелкую неприятность, то потерю жилья…

Решила не раскисать. Нашла телефон на столе и попыталась включить. Без толку – разряжен. И ведь даже не подумала вчера о том, что нужно зарядить его.

Бросилась в прихожую. На полке с обувью нашла старые балетки. Обула. И понеслась на бывшую работу. Крокодил хоть и козел, но он отходчив. Может согласится мне выдать хотя бы часть заработанных денег.

На посту охрана уже сменилась. Теперь стоял хмурый Олег Саныч. Вроде хороший мужик, но слишком уж из себя много строил. А может сказывалось военное прошлое…

– Куда? – взревел он и выскочил из своего помещения, чтобы броситься мне на перерез.

– На работу, – пискнула я, пытаясь обогнуть его.

– Не положено! – категорично заявил Олег Саныч. – Приказ Крокодила. Тебя на территорию не пускать.

Задумалась на мгновение, а после широко улыбнулась.

– Я, все же, пройду…

– Не положено! – еще громче рявкнул мужчинка. – Ты здесь больше не работаешь!

– А может я машину пришла покупать, – хитро ответила я. – Или клиентов пускать тоже не положено?

Олег Саныч задумался. Пожевал губы, пошевелил усами… Мне даже показалось, что я слышу, как мысли движутся в его голове.

– Ты не клиент, – наконец изрек он. – Значит, не положено!

Вздохнула и вышла на улицу. Глупо было полагать, что кто-то купился бы на ложь про покупку автомобиля. Но делать что-то нужно…

Прикинула в голове план действий. А что, если попасть на территорию через другой автосалон? Там вроде заборчик небольшой, и если постараться, то можно перелезть…

– Я могу чем-то помочь? – позади меня раздался голос.

Тихий, низкий, глубокий и… такой знакомый. До боли прям.

Стиснула кулаки так, что ногти впились в ладошки, оставляя белые полукружья – следы. Повернулась медленно, оттягивая момент встречи наших взглядов. И растянула губы в улыбке.

– Можешь, – кивнула и добавила: – Если к черту пойдешь! И заблудишься по дороге.

– Что, даже к сердцу не прижмешь, как старого знакомого? – хохотнул он. – Ладно, отставим лирику в сторону. Тат, мне нужна твоя помощь.

– Помоги себе сам, – огрызнулась я.

Крепкая рука легко меня перехватила за воротник блузки и спустя мгновение я уже сидела в салоне его дорогого авто. Здесь приятно пахло смесью аромата мужского парфюма с запахом кожи, которой был отделан салон.

– Ты совсем оборзел, Тимурка, – выдохнула я. – Сначала заявляешься на работу, потом ко мне домой, теперь вот за шиворот в авто усаживаешь… Чего тебе надо от меня?

– Мне нужна невеста, – просто ответил он, разглядывая свои руки, сложенные на руле. И лишь потом повернулся ко мне. – Видишь, все просто, не так ли?

Помолчала минуту-две, переваривая то, что мне сказал Тимур и уставилась на него.

– Я же лахудра, – тихо начала я. – Без образования. Без достойного заработка, да и вообще без работы по твоей милости. Кажется, раньше для тебя это было серьезной преградой. Что же изменилось сейчас?

– Я. Такой ответ тебя устроит? – его взгляд, казалось, дыры во мне прожигал.

– К черту пошел, – гаркнула я в ответ и попыталась выйти из машины.

Бесполезно. Дверь была заблокирована.

– Обещай, что ты меня выслушаешь, а после, если мое предложение придется тебе не по душе, я с радостью пойду туда, куда скажешь и даже фотоотчет пришлю, что дошел… – как-то устало попросил он.

Впервые в его голосе слышала такие нотки. Обычно, Тимур не показывал свою слабость на людях.

Наверное, именно это стало веским доводом остаться и все же узнать, что за бред он нес про невесту…


Издательство:
Автор
Поделиться: